/
Автор: Спиллейн М.
Теги: художественная литература роман романы собрание сочинений детективные романы
ISBN: 5-87466-003-8
Год: 1991
Похожие
Текст
ББК 84.7 США С72 Перевод с английского Микки Спиллейн завоевал огромную популярность в США как мастер детектива. В книге он представлен тремя наиболее характер¬ ными для его творчества романами: «Суд - эго я». «Тварь». «Змея». Их главный герой, частный детектив Майк Хаммер, впо¬ следствии агент ФБР. успешно распутывает клубки преступлений и беспощадно расправляется со своими врагами, нередко действуя по принципу «цель оправдывает средства». В последующих томах читатели познакомязся с другими героями Микки Спиллейна. 4703000000 - 001 С Без объявл. В 70(03) 91 © Состав и перевод на русский МП «Аверс». 1991 ISBN 5-87466-003-8 © Художественное оформление И. Борисова, 1991 г.
СУД-ЗТО я 1 Я вошел в квартиру. Все молчали. Они смотрели на меня ни¬ чего не выражающим взглядом и слегка сторонились, пропу¬ ская меня. Прямо передо мной, около спальни, Пат Чемберс поддерживал рыдающую Мирну. Я подошел и нежно обнял ее. — Пойдем, девочка, тебе надо прилечь,— сказал я. Я устроил ее на диване, а один из полицейских подложил ей под голову подушку. Пат показал мне на спальню. — Труп там, Майк,— сказал.— Там! Это слово ударило меня по сердцу. В спальне на полу лежал труп. Труп лучшего моего друга Джека Уильямса, человека, с которым я больше двух лет про¬ воевал вместе и с которым месил зловонные болота в джунглях. Джек всегда говорил: «Я правую руку отдам за друга». И однаж¬ ды он сдержал слово, помешав японцу разрубить меня пополам. Удар, предназначавшийся мне, пришелся на его правую руку, и потом ее пришлось ампутировать... Пат молча позволил мне взглянуть на тело и коснуться мра- морно бледного лица Джека. Впервые в жизни я вдруг ощутил жгучее желание заплакать. — Как его убили, Пат? — Сорок пятый калибр, прямо в живот... Лучше не смотри. Я откинул простыню и с трудом сдержал крик. Джек лежал в трусах, прижимая к животу единственную ру¬ ку. Входное отверстие было маленькое и чистое, а выходное с кулак, и оттуда вываливались растерзанные внутренности. Я осторожно прикрыл тело и поднялся. Нетрудно было пред¬ ставить себе, как все происходило. По полу, от изголовья кро¬ вати к стулу, куда Джек, прежде чем лечь, клал свой протез, тянулся кровавый след. На кровати еще виднелся отпечаток его тела. Он пытался дотянуться до стула. С пулей в животе Джек не сдался. Из последних сил он пытался дотянуться до револьвера, который всегда висел на спинке стула. 5
— Пат, ты передвигал стул?— спросил я. — А что? — Да он сдвинут с обычного места. Пат нахмурился и вопросительно посмотрел на меня. — Что ты имеешь в виду, Майк? — Стул всегда стоял рядом с кроватью. Джек пытался бы¬ ло схватить револьвер, но убийца сразу после выстрела не ушел. Он отодвигал стул, пока силы не покинули Джека окончательно... Он стоял рядом и наблюдал за агонией! Это не обычное убийство, Пат! Я шкуру сдеру с этой мрази! С живого! — Тебе бы лучше не вмешиваться, Майк. — Ну уж нет! — Послушайся моего совета и дай нам работать спокойно. — Мы будем вместе работать, Пат, как всегда. Но я наде¬ юсь опередить тебя. — Ты не должен вмешиваться, Майк, и ты прекрасно это понимаешь. — Ладно, Пат, ладно,— устало прервал я его.— У тебя свое дело, у меня свое. Джек был мой лучший друг, мы вместе воева¬ ли, и он мне жизнь спас. И я не позволю, чтобы с убийцей разби¬ рался закон. Я слишком хорошо знаю, чем это кончится. Ему наймут лучшего адвоката, и суд оправдает его. Ведь никто из присяжных ни¬ когда не хватал пулю в живот! Никто из них не полз по полу, придер¬ живая рукой собственные внутренности. Суд будет проявлять хладнокровие — как, собственно, и должно быть. Суд даже растрога¬ ется и прольет слезу насчет того, что бедный убийца до конца своих дней будет жить под тяжестью нечаянного преступления. Убийст¬ во в целях самообороны... Нет, Пат! Я, конечно, уважаю закон, но на этот раз я буду действовать по собственным законам. И я не бу¬ ду ни хладнокровным, ни объективным. Я буду помнить все, что случилось сегодня.— Я замолчал, потом взял Пата за отвороты пид¬ жака и закончил:— Да, еще одно... Я хочу, чтобы ты, Пат, все, что сейчас услышал от меня, рассказал всем, кого знаешь. И я снова повернулся к телу Джека. Мне хотелось помолить¬ ся за него, но в тот момент я был не способен на это. Во мне кло¬ котала ненависть. — Ты мертв, Джек, но я надеюсь, что ты слышишь меня. Ты давно меня знаешь и знаешь, что слово свое я сдержу. Я до¬ берусь до той сволочи, которая убила тебя. Убийцу не повесят и не посадят на электрический стул. Он умрет так же, как и ты, с пулей в животе, в мучительной агонии. Я сделаю это, Джек. Чего бы мне это ни стоило, я обещаю тебе это сделать. Наконец, я замолк. 6
— Ради бога, Майк, брось это. Я ведь тебя знаю. Ты можешь влипнуть в такие неприятности, что тебе уже никто не поможет. Все будет зависеть от того, при каких обстоятельствах ты будешь стрелять. — Я буду осторожен, Пат. Но я так ненавижу того, кто сде¬ лал это, что в тот день, когда он окажется перед дулом моего пи¬ столета, я без колебаний нажму на курок и тогда наступит уже моя очередь ухмыляться, наблюдая, как он корчится от боли. Он должен помучиться так же, как мучился Джек — если не боль¬ ше. Больше нам не о чем было говорить. Пат все отлично понял и не пытался больше меня уговаривать. С этого момента все опре¬ деляла скорость наших действий. Я понимал, что он сделает все возможное, чтобы добраться до убийцы прежде меня. Прибыли люди коронера. Я сел на диван возле Мирны и дал ей выплакаться у меня на плече. Так она хоть не видела, как уносят тело ее любовника. Она была хорошей девчонкой. Че¬ тыре года назад Джек удержал ее от прыжка через перила Брук¬ линского моста. Она тогда была в скверном состоянии, истощена и напичкана наркотиками. Он привез ее к себе домой, а потом по¬ местил в специальную клинику и держал там до полного выздо¬ ровления. Они полюбили друг друга, и Джек не хотел, чтобы она работала. Но Мирна убедила его, что нужно подождать, пока он сам устроится. Джек не мог вернуться на прежнюю работу в полицию. По¬ теря правой руки лишила его многих возможностей, но друзья по¬ могли ему. Вскоре он поступил работать в страховую кампанию. Эта работа была по крайней мере сродни полицейской, и Джек был очень доволен. Мирна его любила, и они собирались поже¬ ниться... И вот теперь такой жуткий конец! Обессилевшая Мирна позволила полицейскому отвезти себя домой. Это поручил ему Пат. — Вчера вечером Джек устроил у себя вечеринку,— начал Пат,— с довоенными приятелями. — Знаю!— перебил я.— Он и меня звал, но я устал и от¬ казался. Были приглашены старые друзья. Мирна назвала их мне, и мои люди занимаются этим,— буркнул я. — Да, она и мне их назвала. — А кто обнаружил труп?— поинтересовался я. — Мирна... Сегодня они с Джеком должны были отправить¬ ся за город, поискать местечко для строительства коттеджа. Она явилась сюда около восьми. Позвонив и не получив ответа, она за¬ волновалась. Последнее время у Джека болела рука, и она репш- 7
ла, что он мог потерять сознание. Мирна обратилась к управ¬ ляющему, который знал ее, и тот открыл ей дверь. Через несколь¬ ко секунд управляющий услышал дикий крик из квартиры и позвонил нам. Она еще нашла в себе силы рассказать нам о вче¬ рашней вечеринке, а потом потеряла сознание. После этого я и позвонил тебе. — В котором часу наступила смерть? — Часов за пять до нашего прибытия, если верить доктору, то есть примерно в три пятнадцать. Вскрытие покажет точнее. — Кто-нибудь слышал выстрел? — Нет. Убийца, наверное, пользовался глушителем. — У кольта сорок пятого калибра даже с глушителем сильный звук. — Знаю, но у соседей внизу тоже был какой-то праздник, и никто ничего не слышал. — Имена приглашенных у тебя есть? Он вытащил из кармана записную книжку, вырвал оттуда листок и протянул мне. — Первой приехала Мирна. Примерно в половине девято¬ го... Она взяла на себя роль хозяйки дома. Последний гость явил¬ ся около одиннадцати. Уехали все вместе около часу ночи. Я кинул взгляд на листок. — Куда они отсюда направились? — Все они устроились в двух машинах. Мирна уехала в ма¬ шине Хилла Кингса. Они направлялись в Вест-Честер, и выса¬ дили ее по дороге. Чуть помолчав, Пат спросил: — А что ты думаешь насчет мотива, Майк? — Пока ничего. Но просто так не убивают, и я готов по¬ биться об заклад, что за этим убийством скрыто многое. А что ты сам считаешь? Нашел что-нибудь? — Ничего, Майк. Надеюсь, ты сможешь помочь мне. Я улыбнулся, но я отнюдь не собирался его обманывать. — Я буду помогать вам, Пат, и буду держать в курсе, но — с некоторым опозданием. — Ладно, Майк. Ты мне понадобишься. В моем распоряже¬ нии огромные возможности научно организованного учрежде¬ ния... — Которое отодвинет меня в сторонку, вытащив пару на¬ ручников! Я понимаю, Пат, ты всегда связан правилами и прин¬ ципами и обязан подчиняться начальству... Ну, а я работаю сам по себе, и ничто не помешает мне сломать руку человеку, что¬ бы заставить его говорить, или же ударом в живот убедить его рассказать мне кое-что... Я достаточно высоко ценю полицей¬ 8
ских, Пат, но знай, что я первым доберусь до убийцы... И я ни¬ кому не позволю оттеснить меня в сторону... Не желая продолжать бесполезный разговор, Пат отпустил своих ребят, оставив только одного возле квартиры Джека, и мы спустились вниз на лифте. В холле уже сгрудилось несколько репортеров, которым он дал короткую информацию. Моя машина была припаркована на углу улицы рядом с полицейским автобусом. Я попрощался с Патом, сел в машину и рванул к себе в контору. 2 Дверь оказалась запертой, но после нескольких сильных уда¬ ров меня впустили. — О!— произнесла Велда, открывая дверь.— Это вы? — Что значит «это вы»? Вы что, уже забыли, кто ваш патрон? — Вас так давно не было, и я уже решила, что это кредиторы. Я вздохнул и направился вслед за ней в кабинет. У этой девчонки были красивые ноги, и она смело их демонстрирова¬ ла. Каждый раз, когда я диктовал ей что-нибудь, мне прихо¬ дилось делать усилие, чтобы не накинуться на нее, но я держал себя в руках. К тому же она носила узкие облегающие платья. При этом, в отличие от других, Велда могла прекрасно защитить себя. Я наблюдал это неоднократно. Она умела очень ловко заставить любого нахала понять это. Если требо¬ валось действовать быстро, она моментально снимала туфлю и била по голове. Почти всегда это производило нужный эф¬ фект. Ее работа секретарем частного сыскного агентства дава¬ ла ей право носить плоский пистолет тридцать второго калибра, и она не боялась им пользоваться. В течение трех лет, пока она работала у меня секретарем, я никогда не пытался использовать ее в другой роли. Не пото¬ му, что не было желания, а просто опасался, что в таком слу¬ чае будет невозможно серьезно работать с ней. Я рухнул в свое старое любимое кресло, а Велда бросила мне конверт с документами, который поднял с моего стола целое об¬ лако пыли. — Это все, что я смогла собрать о гостях на вечеринке,— сказала она. Я удивленно поднял голову. — А вы-то откуда знаете? Ведь Пат только мне звонил! На ее мордашке появилась сардоническая усмешка. 9
— У меня связи среди репортеров,— сообщила она.— Том Дуглас из «Кроникл» знал, что Джек ваш друг. Он позвонил сюда и попытался что-нибудь выяснить. Но в итоге я из него вытянула все, что знал он. Почти все вчерашние гости оказа¬ лись в нашей картотеке. Том сообщил мне и еще кое-что до¬ полнительно. И в результате — вот... Я открыл конверт и вытащил пачку фотографий. Накло¬ нившись через мое плечо, Велда комментировала: — Хилл Кингс, студент-медик, двадцать три года, похож на уличного продавца... Сестры-близнецы Билсми, двадцати девяти лет, обе нс замужем, наследство оставлено отцом. Деньги вложены в текстильные предприятия на юге. — Я знаю их,— прервал я,— миленькие девушки, но очень тощие. Я несколько раз встречал их у Джека. На следующей фотографии был тип среднего возраста с пе¬ ребитым носом. Его Велда могла мне не называть. Это был бутлегер Джордж Кэлики, который во времена сухого закона сколотил более миллиона долларов. Теперь он был принят в высшем обществе, но все еще тайно финансировал темные де¬ ла. Однако сейчас за ним стояло уже с полдюжины адвокатов, готовых отразить любые удары правосудия. — Ну, о Кэлики вы знаете больше меня,— проговорила Велда.— Хилл Кингс живет у него в Вест-Честере, милях в трех от Мирны. ^.кивнул. Джек частенько говорил о нем. Сам он познакомился с Джорджем через Кингса... Тот финансировал обучение парниш¬ ки, но я-то знал почему. Дальше была фотография Мирны и ее данные. «15 марта 1940 года принята в клинику, выписана 21 августа как излечив¬ шаяся, передана на попечение детективу Джеку Уильямсу. Ис¬ точники получения наркотиков неизвестны». Мирна, я знал это, вырвала у Джека обещание никогда не пытаться узнать об этом. А Джек слишком ее любил, чтобы об¬ манывать. — А вот это как раз в вашем вкусе, патрон,— улыбнулась Велда. Я взял снимок, и мое сердце застучало сильнее. Это была пляжная фотография стройной женщины, одетой в белый ку¬ пальный костюм. Длинные ноги, быть может, чуть более су¬ хие и мускулистые, чем этого требуют голливудские стандарты, но взглянув на них, трудно было не испытать же¬ лания проверить их упругость. Втянутый живот, широкие плечи и грудь, которую, казалось, ткань сдерживала с трудом. 10
Волосы такие светлые, что на фотографии казались седыми. Ну, а мордашка... Женщина была еще красивее, чем Велда, а я всег¬ да считал, что это невозможно. — А это кто?— спросил я с притворной небрежностью. — Все данные в записке,— сухо ответила Велда.— Шар¬ лотта Мэннинг, психиатр, контора на Парк-авеню. Клиентура исключительно высшего разряда. Я не осмеливался поднять глаза на секретаршу. Может, это было и слишком самоуверенно с моей стороны, но мне всегда казалось, что Велда ждет своего часа. Она никогда ни¬ чего такого не говорила, но всякий раз, если я возвращался в контору со следами губной помады на воротничке рубашки, она не разговаривала со мной неделю, а то и больше. Я бросил документы в конверт и повернулся к Велде. — Вы можете к этому что-нибудь добавить, Майк? — Пока нет, все очень непонятно. — А какие мотивы? — Пока ничего не знаю. Джек был отличным парнем, и он всегда давал шанс людям, которые этого заслуживали. Он ни¬ когда не принимал участия в грязных делишках и не имел ника¬ ких ценностей. К тому же, ничего не было украдено. В его голубом бумажнике, оставленном на ночном столике, было не¬ сколько сотен долларов. Убийство совершил садист... Джек пы¬ тался дотянуться до револьвера, но убийца медленно отодвигал стул, и Джек полз по полу, придерживая единственной рукой вываливающиеся внутренности. — Хватит, Майк! Я смолк и уставился в стену. Рано или поздно я доберусь до мерзавца, который прикон¬ чил Джека, и убью его безжалостно, как бешеную собаку. Я неоднократно так делал и сделаю еще раз. Никаких сантимен¬ тов во мне не осталось, особенно после войны. Люди настолько глупы, что судят убийц вместо того, чтобы убивать их — так, как это время от времени делаю я. А меня привлекают к ответ¬ ственности в таких случаях. Где же, спрашивается, справедли¬ вость? Это правосудие позволяет только щеголять пунктами законов и постоянно оправдывает виновных. Они привлекают меня к ответственности, и меня бы давно повесили, если бы Пат и кое-кто еще не знали, что я работаю на их стороне, и не помогали бы мне выкручиваться из сложных ситуаций... Велда вернулась с пачкой газет, а я даже не слышал, как она уходила. Информация об убийстве под весьма выразительными за¬ головками занимала по четыре колонки на первых страницах. 11
Мое обещание, которое я дал Джеку,— покончить с убийцей тем же способом — было напечатано слово в слово. — Сволочи!— пробурчал я.— Я набью им морды! Ну и шу¬ точку сыграл со мной Пат! Тоже мне друг! Дайте-ка мне телефон! — Спокойно, Майк. В конце концов, Пат — полицей¬ ский, и это лучшее средство столкнуть вас с убийцей. Если тот будет знать, что вы хотите до него добраться, то, может быть, попытается перейти в контратаку, и тут-то вы его и накроете. — Благодарю вас, Велда. Согласен с первой частью, но насчет второй — нет. Пату не нужно, чтобы я столкнулся с убийцей. А если он этого и хочет, то лишь для того, чтобы за¬ щелкнуть на нем наручники у меня под носом, прежде чем я успею вогнать тому пулю в живот. — Пат все отлично понимает, Майк. Он понимает, что вы свой шанс не упустите. — Да? Держу пари на сэндвич против обещания женить¬ ся, что у каждого выхода из дома меня пасет филер... Я, конеч¬ но, от них избавлюсь, но поблизости наверняка будут другие, которые продолжат тотальную слежку. Глаза Велды заблестели. — Вы это серьезно, Майк? Я имею в виду пари? — Абсолютно, девочка. Хотите, поспорим? Она радостно улыбнулась. Я взял шляпу и вышел вслед за ней, твердя про себя адрес конторы Шарлотты Мэннинг. Лифтер Пит сердечно приветст¬ вовал нас. Я толкнул его локтем в бок и сказал: — Добрый вечер, Пит. Как дела? — Прекрасно, разве что из-за этих типов, которые то под¬ нимаются, то спускаются, у меня нет времени даже присесть. Я не удержался от улыбки, так как Велда уже проиграла пари. Ответ Пита был частью того тайного кода, о котором мы с ним договорились много лет назад. Таким образом он мне со¬ общал, что на выходе из дома меня поджидают. Я исправно пла¬ тил ему каждую неделю. Его помощь была весьма ценной... Он обнаруживал филеров быстрее, чем я. Когда-то он был вором- карманником, пока государство не применило к нему свои сред¬ ства убеждения и не заставило изменить своему призванию. Мы были уже у выхода на улицу, и я почувствовал, что бледнею. Неужели Пит ошибся? Велда тоже глядела вовсю, и улыбка засияла на ее личике, когда мы преодолевали турникеты. На нее стоило посмотреть в этот момент. Она крепко взяла меня за руку, готовая сразу же отвести к ближайшему судье, который выдаст разрешение на женитьбу. Но как только мы миновали турникет, ее прелест¬ 12
ная улыбка сразу же улетучилась. Я тихонько приглушил сме¬ шок. Велда пробурчала сквозь сжатые губы лишь одно слово. Воспитанные молодые девушки никогда не произносят это слово публично, но ребятня с величайшим удовольствием пи¬ шет его на заборах и городских стенах. — О!— негодующе воскликнул я. Она хмуро посмотрела на меня и бросила убийственный взгляд на филера. Этот был довольно квалифицированный. Заметив нас с противоположного тротуара, он сманеврировал так, что, когда мы выходили из здания, он как раз перегонял нас. У другого выхода, несомненно, стоял кто-то еще. А этот забыл переложить пистолет под мышку, и у него позади образовался верблюжий горб. Как только мы добрались до гаража, филер исчез. Не тратя времени на его поиски, я вывел машину из бокса, открыл двер¬ цу и пригласил Велду. — Куда мы едем?— мрачно осведомилась она. — В бар, где вы сможете со мной рассчитаться,— ухмыль¬ нулся я. 3 Из бара я отвез Велду в парикмахерскую и направился в сто¬ рону Вест-Честера. Вообще-то я намеревался отложить визит к Джорджу Кэлики до завтрашнего утра, но после звонка в кон¬ тору Шарлотты Мэннинг мне пришлось переменить решение. Шарлотта была дома, но ее секретарша получила указание не давать адреса. Я пообещал позвонить еще раз и сказал, что хотел бы увидеть мисс Мэннинг как можно скорее. Я никак не мог прогнать от себя образ этой шикарной женщины... Бог ты мой, какая грудь! А какие ноги! Через двадцать минут я звонил у дверей дома, который стоил, по крайней мере, четверть миллиона. Безукоризненно одетый ла¬ кей отворил дверь и поинтересовался у меня целью визита. — К мистеру Кэлики,— буркнул я. — О ком прикажете доложить? — Майк Хаммер, частный детектив. Я сунул ему под нос свой значок, но это не произвело на него никакого впечатления. — Боюсь, что мистер Кэлики слишком занят, чтобы при¬ нять вас,— заявил он. Я понимал, что вряд ли меня будут принимать радушно, но времени было мало и я не мог отступать. 13
— Пойдите-ка и скажите ему, пусть освобождается, да по¬ быстрее, если не хотите, чтобы этим занялся я. Он внимательно оглядел меня и, вероятно, понял, что шутить со мной не стоит, так как взял мою шляпу и вежливо произнес: — Пожалуйста, сюда, мистер Хаммер,— и усадил меня в одно из громадных кресел в библиотеке. Джордж Кэлики не заставил долго ждать. Этот бесцветный мужчина оказался более сильным, чем выглядел на фотографии. — Почему вы ворвались сюда, хотя мой слуга сказал вам, что я никого не принимаю?— рявкнул он. — Нельзя ли без шума?— перебил я его, закуривая.— Вы знаете, почему я здесь? — Конечно. Я читаю газеты, но ничем не могу вам помочь. В момент убийства я спал и могу доказать это. — Хилл Кингс вернулся вместе с вами? - Да. — Дверь открывал вам слуга? — Нет, у меня свой ключ. — Кроме Кингса кто-нибудь видел, как вы входили? — Не думаю, но полагаю, что моего слова вполне достаточно. — Не настолько, чтобы исключать вас из числа подозре¬ ваемых,— усмехнулся я. Кэлики побелел от гнева и, казалось, готов был вцепиться мне в горло. — Как вы осмеливаетесь разговаривать со мной таким то¬ ном? Полиция меня не трогает, а Джек Уильямс умер через не¬ сколько часов после моего отъезда. Я крепко схватил его за грудки. — Послушай меня, мошенник,— прохрипел я ему в ли¬ цо,— сейчас я с тобой разговариваю, а не полиция. И я тебя убью, если факты подтвердят мне твою вину. Я не буду ждать, пока полиция это докажет. Может, мне придется прикончить полдюжины таких сволочей, прежде чем я найду настоящего виновника... Но я до него все равно доберусь! Видимо, никто еще не разговаривал с ним так. Он открыл было рот, но промолчал. Если бы он начал протестовать, я вбил бы его гнилые зубы ему в глотку. Я оттолкнул его с отвра¬ щением и с трудом увернулся от тяжелой вазы, которую швырнул мне в голову Хилл Кингс. Она разбилась о мое плечо. Я развернулся, блокировал левую руку Кингса, нанес удар снизу и прикончил прямым в челюсть. — Было время, когда вы сами выполняли такую работу, Джордж, а сейчас нанимаете кого-то, чтобы оглушить челове¬ ка сзади, да к тому же в доме, полном зеркал.— Он ничего не 14
ответил, поискал стул и сел. Если бы у него был револьвер, и он попытался им воспользоваться, он был бы уже мертв. Я ча¬ стенько тренировалея и мог молниеносно вытащить мой кольт. На полу зашевелился Кингс. Я ткнул его концом ботинка. Он сел и прохрипел: — У вас даже нет мужества честно драться. Я наклонился, взял его под мышки и поставил на ноги. — Послушай ты, сопляк, не старайся разыгрывать из себя мужчину. Я сильнее тебя и могу сделать из тебя котлету, если будешь портить мне кровь. Ясно? А теперь садись! Он рухнул на диван и больше не шевелился. За это время Джордж Кэлики пришел в себя. — Минуточку, мистер Хаммер,— запротестовал он.— Вы слишком далеко зашли. У меня имеются влиятельные друзья и... — ...и вы прикажете им арестовать меня за нанесенные увечья и лишить лицензии? Ладно! Но я не хотел бы думать о том, что останется от вашей морды, когда я снова встречусь с вами... Кто-то вам уже подправил нос... Я сделаю намного больше. А теперь заткнитесь и отвечайте на мои вопросы. Прежде всего, когда вы уехали от Джека? — Около часу,— выдохнул он. — Куда вы поехали? — Мы поехали сразу домой на машине Хилла. — Кто — вы? — Хилл, Мирна и я. Мы высадили ее по дороге и, приехав сюда, поставили машину в гараж. Спросите Хилла. Он подтвер¬ дит все, что я говорю. Хилл испуганно уставился на меня. Видимо, он впервые был замешан в деле об убийстве. А это не шутки. — А потом? — Потом,— сказал Хилл,— мы выпили по стаканчику и легли спать. — Вместе?— поинтересовался я. Хилл вскочил, побагровев от ярости. Я пхнул его обратно на диван. — Значит, отдельно?— продолжал я.— А это означает, что у вас было достаточно времени — и у того, и у другого,— что¬ бы вернуться и убить Джека Уильямса... Если вы воображаете себе, что у вас все гладко, то очень ошибаетесь. Пат Чемберс не дурак, и вам нужно приготовиться к его приходу. Если кто- то из вас созрел для электрического стула, я посоветовал бы ему рассказать все Пату. В этом случае он, может, и доживет до конца процесса. — Меня звали?— спросил мужской голос. 15
Я оглянулся. На пороге стоял улыбающийся Пат. Я жестом пригласил его войти. — Мы действительно вспоминали тебя,— подтвердил я. К Джорджу Кэлики сразу же вернулся его апломб. — Арестуйте этого человека, капитан!— завизжал он.— Он силой ворвался ко мне, оскорбил меня и избил моего гостя. Посмотрите-ка на его подбородок. Расскажи ему, что случи¬ лось, Хилл. Тот почувствовал мой взгляд. Пат стоял в трех метрах от меня, держа руки в карманах. Он явно решил соблюдать ней¬ тралитет. Хилл понимал, что Джек был полицейским и Пат тоже. Джека прикончили, а убийство полицейского не прохо¬ дит безнаказанным. — Да ничего такого не произошло,— произнес Хилл. — Ты лжешь!— завопил Кэлики.— Чего ты испугался, хлюпик? — Вот этого, Джордж,— оборвал я его, и мой кулак вошел в его живот почти до браслета. Он упал, задыхаясь, с вытара¬ щенными глазами. Хилл не шелохнулся. Мне даже показа¬ лось, что на его физиономии мелькнуло что-то вроде удовлетворения. — Ты идешь?— обратился я к Пату. — Да, тут больше нечего делать. Машина Пата стояла у входа. Мы выехали на трассу и по¬ ехали в город. — Ты все слышал?— спросил я. Он искоса взглянул на меня и не спеша кивнул. — Я подошел как раз к началу твоего скетча. Скажи спа¬ сибо, что я не пытался прервать его. — Конечно,— проронил я, не комментируя,— но ты не во¬ ображай, что я ничего не заметил. Я наколол твоего филера... Откуда он звонил? От бензоколонки, где я оставил машину? — Да, он потерял тебя и позвонил, чтобы спросить, что ему делать. Почему ты пришел сюда пешком? — Ты меня разочаровываешь, Пат... Кэлики, прочитав статью в газете, наверняка отдал слуге приказ не открывать мне дверь... А вот и бензоколонка, остановись. На скамейке у заправочной станции дремал некто в сером. — Вон твоя ищейка,— показал я Пату.— Разбуди его. Пат вышел из машины и потряс его за плечо. Сыщик от¬ крыл глаза и глупо посмотрел на него, чему-то улыбаясь. — Вас накололи, старина,— Пат показал на меня паль¬ цем.— Вам следует подработать технику преследования. — Он меня наколол!— воскликнул филер.— Но... 16
— Ваша пушка, приятель, придает вам сзади весьма забав¬ ный вид,— ухмыльнулся я.— Ее лучше носить ближе к голове. Я уселся в машину и собрался отъезжать. — Ты продолжаешь соло, Майк?— поинтересовался Пат. — Более, чем когда-либо. — Ладно. Тогда следуй за мной в город. Я покажу тебе кое- что интересное. Пат поехал впереди, мой преследователь за ним, а я следом. Кажется, Пат намеревался играть в открытую. Он явно ис¬ пользовал меня, как ловушку, но мне было все равно. Однако, держал он меня очень плотно, и наши шансы были не равны. Интересно, о моей безопасности он заботился или, наоборот, о безопасности подозреваемых? Пока мне это было неясно. В конце концов, наплевать! Информация, появившаяся в газетах, еще не произвела нужного эффекта. Она дойдет до убийцы не сразу. Он знал, во всяком случае, что ему нужно опасаться фараонов, поскольку жертва была из полиции и ничто так не стимулирует полицей¬ ских, как смерть их товарища. Но убийце следовало опасаться и меня, и хотя я еще не попал в его черный список, скоро на¬ ступит и моя очередь. Сейчас у меня ничего не было против Джорджа Кэлики и Хилла Кингса. Ничего... Ни одного факта... Оба они имели воз¬ можность убить Джека, а Джордж Кэлики был совсем не то, чем он старался казаться. Он всю жизнь путался в каких-то темных делишках... Что же касается Хилла Кингса, я не мог сообра¬ зить, какую роль он играет, но надеялся рано или поздно это понять. Пат ехал по городу, не пользуясь сиреной, и мы в конце концов остановились возле его конторы, как я и думал. Устро¬ ившись по обе стороны его стола, мы выпили по рюмке бренди, и Пат кинул передо мной досье, на котором было написано: МИРНА ДЭВЛИН В досье было все, что имелось и у меня, и еще кое-какие све¬ дения, которые у меня отсутствовали. — Зачем это, Пат? Если ты считаешь, что между Мирной и убийством есть какая-то связь, то должен сказать, что ты на ложном пути. — Возможно, и так, Майк. В тот момент, когда Джек по¬ мешал ей прыгнуть с моста, он действовал так же, как дейст¬ вовал бы в любом подобном случае. Он отправил ее в специальную клинику, и влюбился он в нее совсем не сразу. Он сначала узнал ее с плохой стороны, а уже потом познако¬ мился поближе. И если при этом он полюбил ее, значит, его 17
любовь выдержала все испытания. — Пат, я тебя не совсем понимаю. Я хорошо знал Мирну. Не хуже, чем Джек. И если ты считаешь ее кандидатом номер один на электрический стул, тебе придется иметь дело со мной. — Не волнуйся, Майк, я еще не закончил. Когда она вы¬ здоровела, то взяла с Джека обещание, что он никогда не дол¬ жен касаться вопроса о наркотиках. — Я знаю. Он обещал ей это в моем присутствии. — И он сдержал слово. Но дело уже было передано служ¬ бе, занимающейся наркотиками. Мирна, находясь в начале лече¬ ния в бессознательном состоянии, бредила, и стенографистка записывала все, чтобы служба по борьбе с наркотиками обнару¬ жила организацию, действующую в городе. К сожалению, во вре¬ мя операции по уничтожению этой банды человек, который мог многое сообщить, пустил себе пулю в лоб, и на этом дело заглохло. — Я не знал этого, Пат. — Знаю, ты был в армии. Потребовался еще примерно год, чтобы ликвидировать эту организацию. У нее были отделения во многих штатах. Мирну не трогали. К наркотикам се при¬ учила женщина, с которой она вместе снимала квартиру. Эта женщина получала снадобье от одного типа, работавшего бук¬ мекером. У него был ангел-хранитель, один политикан, он сей¬ час в Эссинге на Гудзоне. Что касается главаря организации, то его никто не знал и никогда не видел. Вся передача наркотиков осуществлялась по почте, в мелких бандеролях. Затем следовала оплата наличными, тоже на абонентские ящики. Он собирался продолжать, но я прервал его. — Все наоборот, Пат,— запротестовал я.— Обычно клиен¬ ты платят вперед и никогда не уверены в получении товара. Пат закурил и кивнул. — В большинстве случаев так и бывает,— подтвердил он.— Но именно такой метод распространения наркотиков, о котором я говорю, делает расследование чрезвычайно трудным. Даже в этот самый момент во многих почтовых ящиках лежат маленькие бандероли с наркотиками, посланные как образцы, и мы имеем дело не с любителями. Бандероли приходят довольно регулярно, и наверняка у них мощный источник. Нам никак не удается на¬ пасть на него, так как ни на одной из бандеролей нет почтового штемпеля. — Ну, это элементарно, если есть кому. Бросить маленький пакетик в почтовый ящик может кто угодно, проходя мимо. — У нас пока нет никакой возможности обнаружить пре¬ ступников или их посылки. — Я понимаю, Пат, но поскольку эта организация практи¬ 18
чески ликвидирована, то какая связь между твоей занима¬ тельной историей и убийством Джека? Пат внимательно посмотрел на меня. По его лицу было видно, что он упорно над чем-то размышляет. — Свое слово по отношению к Мирне Джек сдержал, но он был полицейским до мозга костей. Он ненавидел подонков, которые набивают свою мошну, калеча жизнь таким, как Мирна. — Ну и что?— буркнул я. — Что? Мирна могла, сама не заметив, натолкнуть его на какую-нибудь мысль, о чем он нам не рассказывал. А кто-то мог испугаться и решиться на убийство Джека. Я зевнул. Мне нс хотелось разочаровывать Пата, но я счи¬ тал, что он заблуждается. — У Джека, конечно, кое-что было,— заметил я.— Что-то такое, о чем он знал давно и значение чего до него дошло совсем недавно. Потому-то мы ничего и не знали. По-видимому, для убийцы это было очень важно, но из квартиры ничего не взя¬ то, так ведь? И квартира не обыскана. — Да,— согласился Пат.— Значит, просто информация. Но, думаю, вполне возможно, что информация шла от Мирны. Я поднялся, надел шляпу и направился к двери. — Ну, пока, дружище. Я буду держать тебя в курсе лишь с часовой задержкой. Сделав прощальный жест, я вытащил сигарету. На первом этаже я миновал холл, где две дюжины детективов в штатском курили вонючие сигары, а возле выхода какой-то тип затаился справа от входной двери. Не дойдя до него, я понял, что он ме¬ ня еще не заметил, и спрятался слева. Наконец, сыщик вышел из-за двери и удивленно оглянулся. Я фамильярно стукнул его сзади по плечу. — Огонька нет?— спросил я, показывая на сигарету. Он дал мне прикурить. — Чем играть в полицейских и воров, может поедешь вместе со мной?— предложил я. — Ладно,— пробурчал незадачливый филер. Он сел радом со мной. Я попытался завязать разговор, но фи¬ лер молчал. Я повернул на Бродвей, потом направо в малень¬ кую улочку и остановился перед огромным отелем. Мы вошли через стеклянную вращающуюся дверь. Я сделал полный оборот и оказался на улице. Филер остался внутри. Я быстро наклонился и блокировал турникет резиновой проклад¬ кой, захваченной из машины. Филер застучал кулаком по стеклу и начал ругаться. Если он не хотел меня упустить, а я ду¬ 19
маю, что не хотел, он должен был обежать весь отель и выйти через служебный выход. Портье чему-то улыбался за своей конторкой. Этот прием я частенько использовал в подобных целях, и все было отрабо¬ тано до автоматизма. Спокойно сев в машину, я отъехал от отеля. 4 Прихожая — ультрамодерн, с креслами, хрупкими на вид, но прочными и удобными. Желтовато-оливковые стены, ткань на мебели выдержана в мягких пастельных тонах. Солнечный свет сюда не проникал. Ноги по самые щиколотки утопали в густом ковре, заглушающем шум шагов. Из соседней комнаты доносилась убаюкивающая музыка Вивальди. Я наверняка бы заснул, если бы не явилась секретарша, чтобы извлечь меня из кресла. Она угадала, что я не клиент. С давно не бритой физионо¬ мией и в мятом костюме я, вероятно, внушал ей опасения. — Мисс Мэннинг примет вас,— она попыталась улыб¬ нуться мне.— Входите, пожалуйста. Секретарша слегка подчеркнула «пожалуйста» и в тот мо¬ мент, когда я проходил рядом с ней, чуть отодвинулась. — Не бойтесь меня, милашка,— усмехнулся я.— Я не ку¬ саюсь. Это всего лишь маскировка. Я толкнул дверь и вошел твердым шагом. Фотография не давала полного представления о ней. Она была изумительна, и не хватало слов для ее описания. Она си¬ дела за письменным столом, положив руки на подлокотники кресла. Это была картина, которую могли бы написать все вели¬ кие мастера живописи, собравшись вместе и вложив в нее все свое мастерство и талант. Ее волосы были почти белые и локонами падали на плечи. Они были такие мягкие и блестящие, что возникало искушение зарыться в них лицом. Брови, естественно, более темные, чем волосы, вырисовывались на чистом лбу четкими дугами. Под ни¬ ми темнели карие глаза, обрамленные длинными ресницами. Широкая, черная туника с рукавами не могла скрыть ее воин¬ ственной груди. Ну, а что касается всего остального, то я мог только дать волю воображению, так как письменный стол на¬ половину скрывал ее от меня. Я подозреваю, что мое лицо изменило выражение и, впол¬ не возможно, она могла бы подать на меня в суд, если бы умела 20
читать мысли. — Добрый день, мистер Хаммер. Присаживайтесь, пожа¬ луйста... Голос ее напоминал журчание расплавленного металла. Мне хотелось бы слышать его при других обстоятельствах, но я понял, почему Шарлотта Мэннинг добилась успеха в своем деле. В присутствии такой женщины любой все расскажет. Я сел поближе к ней, и она повернулась в мою сторону. Ее глаза выдержали мой взгляд с такой твердостью, какую я ни¬ когда еще не встречал у женщин. — Полагаю, что вы пришли с официальным визитом? — Не совсем так. Я частный детектив. — О! Но в ее голосе совсем не чувствовалось любопытства, сме¬ шанного с неприязнью, как у большинства моих собеседников, когде они узнавали о моей профессии. — Вы по поводу смерти мистела Уильямса? — Да, это был мой лучший друг. И я провожу частное рас¬ следование параллельно с полицией. С секунду она смотрела на меня, и глаза ее заблестели. — Ах, да! Я читала ваше заявление в газетах и даже пы¬ талась анализировать ваши рассуждения. Меня всегда интере¬ совали подобные случаи. — И какой же вы сделали вывод? Ее ответ удивил меня. — Боюсь, что понимаю вас,— призналась она,— хотя убеждена, что мои бывшие учителя единодушно осудили бы меня, если бы я публично заявила что-нибудь подобное... Я понял, что она хотела сказать. Разве известные психиат¬ ры не заявляют, что если кто-то совершил убийство, то он явился жертвой минутного безумия, независимо от мотива преступлен ия? — Чем я могу вам помочь?— спросила Шарлотта. — Ответьте мне на несколько вопросов. В котором часу вы приехали вчера вечером к Джеку Уильямсу? — Около одиннадцати. Я немного задержалась дома. — А когда вы уехали? — Около часу. Мы уехали все вместе. — И что вы делали потом? — Я заехала в «Чикен-бар» вместе с Эстер и Мэри Билеми. Мы уехали оттуда перед закрытием, примерно без четверти два. Я высадила их у отеля и возвратилась домой в четверть третьего. Я запомнила это потому, что заводила будильник перед сном. 21
— Кто-нибудь видел, как вы возвращались домой? — Да, мистер прокурор,— восхитительно рассмеялась она.— Моя служанка. Она пришла помочь мне разобрать постель, как обычно. У нее легкий сон, и она проснулась, когда дверь откры¬ лась и зазвонил звонок. Я не мог удержаться от улыбки. — У вас уже побывал Пат Чемберс?— поинтересовался я. — Утром, сегодня утром,— она вновь рассмеялась. От ее смеха во мне все задрожало. Шарлотта была необы¬ чайно сексуальна. — Он пришел, он увидел, он заключил,— продолжала она.— А сейчас он, наверное, занимается проверкой моего рассказа. — Он говорил что-нибудь обо мне? — Нет. Он выглядит человеком, который знает свое дело, и мне он показался симпатичным. — Когда вы познакомились с Джеком Уильямсом? — Мне кажется, что я имею право не говорить вам об этом. Я кивнул. — Если вы консультировали его насчет Мирны, то можете ничего не скрывать от меня. Я в курсе... Мои слова, казалось, удивили ее. Я знал, что Джек очень деликатно относился к прошлому Мирны и обычно ничего ни¬ кому не рассказывал. — Ладно,— согласилась она, наконец.— Он действитель¬ но консультировался у меня по поводу Мирны. Я полагаю, вы понимаете, что такое для наркомана полностью лишиться наркотиков. Напряжение почти невыносимое. Пациента кор¬ чит, ломает, его нервная система, обычно возбужденная нар¬ котиками, немыслимо страдает и с этим почти ничего нельзя поделать. Случается, что пациент во время такого приступа кончает жизнь самоубийством... Если же пациент все же при¬ нимает решение и соглашается начать лечение, его закрывают в специальный бокс. На первой стадии лечения он умоляет са¬ нитаров дать ему наркотик, затем страдания возрастают до та¬ кой степени, что пациент совершенно теряет рассудок. Но, в конце концов, он выходит оттуда полностью излеченным или вскоре погибает...— Она сделала паузу.— Мирна вышла совер¬ шенно здоровой. Но она получила ужасный нервный шок, и поэтому Джек Уильямс обратился ко мне. Я занималась ею не¬ которое время после излечения. Но с тех пор как она вышла из клиники, я никогда не навещала их по причинам профессио¬ нального характера. Я думаю, что у меня все... — Есть другие проблемы, которые я желал бы обсудить с 22
вами, но сначала я хочу проконтролировать кое-какие мелочи. — Такие, как время...— продолжила она.— Вам следует поторопиться, пока моя служанка не пошла за покупками.— Она улыбалась. Еще одна такая обольстительная улыбка, и она познако¬ мится с моим уже сутки не бритым подбородком. Я пытался сохранить на лице невозмутимое выражение, но это было намного сильнее меня. Я не мог сдержаться и отпу¬ стил ей улыбку из своего джентльменского набора. — Есть еще кое-что,— сказал я.— В моем деле никому нельзя доверять. С самого начала встречи я все ждал, когда же она встанет. Она подчинилась моему желанию и поднялась. Если бы ее ту¬ ника оказалась ниже колен, я, кажется, бросился бы на пол, чтобы полюбоваться ее ногами. — Мне кажется,— неожиданно сказала она,— что мужская дружба крепче женской. — Особенно по отношению к человеку, который не колеб¬ лясь пожертвовал рукой, чтобы спасти жизнь другу. На ее лице выразилось удивление. — Так это были вы? Джек часто упоминал вас, но никогда не называл имени. Сам он никогда не говорил, как потерял ру¬ ку, но Мирна рассказала мне о том, как это случилось. — Джек был очень скромным парнем, но я не только поэ¬ тому так хочу найти его убийцу. Джек был моим другом еще до войны. — Я уверена, что вы найдете убийцу,— проникновенно сказала она.— И я от всей души желаю вам успеха. — Спасибо. Мгновение мы молча смотрели друг на друга. Затем я под¬ нялся и взял свою старую шляпу. — Сейчас мне пора идти,— с сожалением пробурчал я,— но я еще навещу вас. Она проводила меня до двери. — До скорого, не так ли?— проговорила она тоном, кото¬ рый показался мне не вполне естественным и уверенным. Я спускался по лестнице, раздумывая, не ошибся ли я в значении блеска в ее глазах, на мгновение промелькнувшего в тот момент, когда мы прощались. — Мистер Хаммер?— спросила очень черная негритянка. — Да, а откуда вы это знаете? — Мистер полицейский ожидает вас в соседней комнате. Входите, пожалуйста. Пат действительно ожидал меня, сидя в кресле у окна. 23
— Привет, Майк,— сказал он. Я положил шляпу на стол и устроился рядом с ним. — Ну что?— осведомился я. — Все в порядке. Соседи видели, как она возвращалась домой, а негритянка подтвердила это. Должен признаться, что я сразу же ощутил огромное облег¬ чение. — Я знал,— продолжал Пат,— что рано или поздно ты поя¬ вишься здесь, и поджидал, чтобы попросить об одной вещи. Не надо злить моих ребят. — Злить? У тебя же есть отличные специалисты. Отправь этих на конюшню, а мне пришли специалиста. — Это для твоего же блага, Майк. — Я сам способен о себе позаботиться, и ты это прекрасно знаешь, Пат. Он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Комната бы¬ ла не такая большая, как кабинет Шарлотты Мэннинг, но об¬ ставлена со вкусом. На стенах висело несколько картин, а полки были заставлены книгами. Книги были не только по психологии. На противоположной стороне я заметил двери в кухню и в ван¬ ную комнату. Прямо передо мной стоял мягкий низкий диван, вид которого внушал мне весьма определенные мысли. Но мне еще многое надо было сделать, и поэтому я обратился к Пату со словами: — Не спи, капитан. Ты получаешь деньги от налогопла¬ тельщиков. — Я и не собирался,— запротестовал он.— Я просто пре¬ доставил тебе возможность насладиться атмосферой. Если ты готов, то пошли. Услышав, что мы направляемся к двери, перед нами пред¬ стала служанка Кетти. Она открыла дверь и послышался зво¬ нок, о котором упоминала Шарлотта Мэннинг. — Он работает так же, когда нажимают и на кнопку?— спросил я. — Да, мистер. И когда дверь открывается — тоже. — А зачем? — Когда меня нет дома, мисс Шарлотте приходится самой идти к двери. А когда она бывает занята в темной комнате и дверь открывается, она знает, что кто-то вошел. Мы с Патом переглянулись. — Какая еще темная комната?— поинтересовался я. Кетти буквально подпрыгнула. — Да, конечно, та, где она делает фотографии. Мы с Патом почувствовали себя идиотами. Значит, она за¬ 24
нимается фотографированием? Прекрасный повод для разговора при следующей встрече. 5 Мы сидели с Патом за кружкой пива в маленьком баре. Он поинтересовался, не нашел ли я чего-нибудь новенького. Я от¬ ветил отрицательно. — А что насчет мотива?— спросил я. — У меня еще не было времени этим заняться. — А у тебя есть хоть какой-нибудь завалящий след? — Нет. По данным экспертов, выстрел произведен из со¬ вершенно нового револьвера. Мы провели расследование, но пуля была выпущена не из проданных недавно кольтов этого калибра. — Оружие могло быть продано несколько лет назад, а вос¬ пользовались им лишь сейчас. — Этим мы тоже займемся, но пока пусто. Ни у кого из по¬ дозреваемых нет револьвера... По крайней мере, официально. — Достать оружие в конце концов нетрудно. А глуши¬ тель? Убийца явно не новичок. Глушитель, разрывная пуля... — Здесь нет ничего сложного. Глушитель мог быть пред¬ назначен для карабина. Его можно приспособить и на револь¬ вер сорок пятого калибра. Мы молча выпили еще по глотку. — Тьфу!— продолжал дальше Пат.— Чуть не забыл ска¬ зать тебе, что Джордж Кэлики и Хилл Кингс сегодня утром сменили квартиру. — Почему? — Прошлой ночью кто-то стрелял в Кэлики через окно. Пу¬ ля оцарапала ему голову. Мы сравнили ее с той, которой убит Джек. Выпущены из одного и того же револьвера. Я чуть не поперхнулся. — И ты это чуть не забыл?— пробормотал я. — Да... еще одно... — Что еще? — Он убежден, что это ты в него стрелял. Я стукнул кружкой о стол с такой силой, что Пат подскочил. — Подонок!— прорычал я.— На этот раз я ему... — Спокойно, Майк... Возьми себя в руки. Ты же знаешь, что мы обязаны проверить и тебя. Ты уже устранил нескольких нежелательных граждан, и у нас имеется немало образцов твоих пуль. Мы сравнили их с той, что была выпущена в Кэли¬ ки, но они не похожи. К тому же нам известно, где ты был про¬ 25
шлой ночью. — У тебя забавная манера рассказывать, Пат, но хватит шуток. Где же они сейчас живут? — Да тут, на уголке,— ухмыльнулся он.— В том же доме, где живут и близняшки Билеми, но на втором этаже. — Ты был там? — Да, у близнецов, но я видел и тех. Мне нужно было убе¬ дить Кэлики не подавать на тебя жалобу за избиение. Это мне удалось без особого труда. Он много слышал о твоих методах. Мы расстались с Патом у выхода из бара, и я направился в указанный дом. Если тебя обвиняют в убийстве, необходимо докопаться до самой сути. А я люблю это. Пат поверил мне только потому, что убийца промахнулся. Кэлики, видимо, отдал приказ портье не впускать меня в дом. Я проник в холл, как обычный жилец, и поднялся на вто¬ рой этаж лифтом. Лифтеру на первый взгляд было лет тринад¬ цать, но, присмотревшись, я дал ему уже лет тридцать. Он был тощ, и у него было насмешливое лицо. В кабине мы находились вдвоем. Когда лифт остановился, я сунул ему под нос банкно¬ ту в пять долларов. — Кэлики, Джордж Кэлики. Живет здесь недавно. Скажи номер квартиры и деньги твои. Он оглядел меня с ног до головы. — Вы, должно быть, Хаммер,— решил он.— Кэлики дал мне в два раза больше, чтобы я вам ничего не говорил. Я вытащил револьвер из кобуры и дунул в дуло. Глаза лиф¬ тера расширились. — Да, я тот самый тип, которого зовут Хаммер,— признал¬ ся я.— Если ты не сообщишь мне номер его квартиры, то деся¬ ти долларов не хватит на оплату услуг дантиста. Я лениво приподнял револьвер. — Двести шестой!— молниеносно выпалил он. Я свернул банкноту и засунул ее лифтеру в открытый рот. — Помни обо мне,— добавил я.— И если ты не будешь молчать, я вскрою тебя, как устрицу. — Да, мистер,— почти простонал он от страха. Затем он быстро вошел в кабину и закрыл за собой дверь. Послышался щелчок, и лифт быстро направился вниз. Мне тоже пора было приниматься за дело. Я отправился на поиски двести шестой квартиры, нашел ее и постучал в дверь. Ответа не последовало. Я приник ухом к двери, но ничего не услышал. Чтобы убедиться в отсутствии жильцов, я засунул листок бумаги под дверь и спустился эта¬ жом ниже. Потом снял туфли и на цыпочках вновь поднялся 26
вверх. Листок лежал на том же месте. Я вытащил из кармана связку отмычек и принялся священодействовать. С третьей попытки дверь мягко отворилась и я вошел, прикрыв за собой дверь. Квартира, вероятно, сдавалась уже меблированной. Никаких следов пребывания новых жильцов не было, за ис¬ ключением фотографии Кэлики на камине в гостиной. Я вошел в спальню. Там стояли два комода и одна кровать. Действительно, они спали вместе, а ведь я это говорил, чтобы разозлить Кэли¬ ки. Под кроватью я обнаружил чемодан и исследовал его со¬ держимое. Кроме белья и полдюжины рубашек, там лежал кольт сорок пятого калибра и две пачки патронов. Это оружие обычно предназначается для профессионалов, и если в течение двух дней все время на него наталкиваешься, это что-нибудь да значит! Что за времена настали, господи! Я заглянул в ствол, но он был чист, как постель девствен¬ ницы. В последнее время оружием явно не пользовались. В ящиках обоих комодов тоже ничего не было . Я обнару¬ жил только альбом, принадлежавший Кингсу. Там были снимки, доказывающие его занятия всеми университетскими видами спорта и кое-чем еще. Это были моментальные снимки разных лет и в огромном количестве. Некоторые из женщин были ничего себе, но это на вкус тех, кто любит высоких и то¬ щих. Что касается меня, то мне никогда не нравились женщи¬ ны, похожие на мальчишек. На нескольких фотографиях были изображены Хилл Кингс и Кэлики вдвоем. Хилл и Джордж на рыбной ловле, в кемпинге с палаткой, перед витриной магазина. Вдруг я замер, как пес, сделавший стойку. На одном из фо¬ то Хилл ни единой черточкой не напоминал студента, а скорее походил на важного бизнесмена. Но не это привлекло мое вни¬ мание. В витрине за ним можно было различить фанерный лист, куда наклеиваются вырезки из последних новостей. На одной фотографии можно было увидеть гибель «Морокастла»... Но он сгорел в море восемь лет назад, а Хилл Кингс выглядел на этом снимке старше, чем сейчас. Мне не хватило времени подумать над этим, так как по¬ слышался шум поднимающегося лифта. Я подошел к двери и открыл ее в тот момент, когда Джордж Кэлики приготовился воспользоваться своим личным ключом. — Входите, Джордж,— любезно пригласил я его. Он был скорее удивлен, чем напуган. Действительно ли он считал, что именно я стрелял в него накануне? Хилл Кингс за 27
сутки не изменился. Он было приготовился к бегству, но к Джорджу уже вернулось хладнокровие. — Незаконное вторжение,— заявил он после некоторого колебания.— На сей раз... — Заткнитесь и входите... Слишком много лишних слов... Если бы вы больше сидели дома, вашим гостям нс пришлось бы ожидать вас здесь. Друг за другом они прошли в спальню. Кэлики быстро вы¬ скочил оттуда, красный от бешенства. Но я не дал ему време¬ ни обвинить меня еще в одном преступлении. — Зачем эта артиллерия?— коротко поинтересовался я. — Для таких, как вы,— прошипел он.— Для тех, кто пы¬ тается убить меня через окно. У меня есть на него разрешение. — Я ничего не имею против. Но я посоветовал бы вам об¬ ращаться с этой штукой поосторожней. — Не волнуйтесь, я вас предупрежу накануне. А теперь я хотел бы знать, что вы здесь делаете? — А я хотел бы услышать от вас, как в вас стреляли и про¬ махнулись. Вы обвинили меня в попытке убийства, и мне это совсем не нравится. Прежде чем ответить, Джордж закурил сигарету. — Я вижу, у вас есть связи с полицией. Спросите у них сами. — Мне больше нравится добывать сведения из первоисточ¬ ника,— перебил я.— И если вы не дурак, то не будете терять зря время. Пуля, которая убила Джека Уильямса, и та, которая в вас не попала, были выпущены из одного и того же револьвера. Мне нужен убийца, и вы это знаете. Кроме того, если в вас не попали в первый раз, то во второй непременно попадут. Вы са¬ ми должны отлично понимать, где ваши интересы. Джордж вытащил изо рта сигарету. Его лицо скукожилось от страха, и глазки забегали. Он пытался это скрыть, но безус¬ пешно. От нервного тика у него дергались уголки рта. — Не думаю, что смогу вам чем-то помочь... Я сидел воз¬ ле окна. Пуля пробила стекло и вонзилась в спинку стула. Я бро¬ сился на пол и пополз к стене. — Зачем? — Зачем?! Чтобы спасти свою шкуру. Зачем мне нужно бы¬ ло сидеть под прицелом у убийцы? Я старался не замечать его враждебного тона и вида. — Вы бывали в разных переделках, Джордж, почему же все-таки в вас могли стрелять? Он нервно вытер пот со лба. — Откуда я знаю! Если занимаешься бизнесом, всегда найдутся недоброжелатели. 28
— Отлично сказано, Джордж! Но этот же человек убил и Джека Уильямса. Как вы попали в один список? Теперь он затрясся так, что не смог этого скрыть. — Не знаю... я действительно ничего не знаю,— промычал он.— Я все время об этом думаю и не могу прийти ни к какому выводу. Поэтому-то я и переехал. Там меня мог накрыть кто угодно, а тут, по крайней мере, я не один. Я наклонился вперед. — Пошевелите-ка мозгами как следует... Какая связь между Джеком и вами? Что может быть у вас общего? Если вы сможете ответить на эти вопросы, мы найдем преступника. Может быть, мне треснуть вас головой об стену, чтобы вы лучше соображали? Джордж заходил по комнате. Сейчас он не казался молодым. То обстоятельство, что он попал в список убийцы, подейство¬ вало на него так, что он словно обезумел. — Я не знаю,— простонал он,— и не понимаю. Я знал Джека Уильямса совсем мало. Хилл знает его лучше, чем я. Меня самого представила ему мисс Мэннинг. Если бы я что- нибудь знал, то все рассказал бы. Неужели вы считаете, что я жажду быть убитым? Эти слова напомнили мне еще об одном аспекте дела, который я до сих пор игнорировал. Хилл сидел, согнувшись в кресле рядом с камином. Просто сидел и нервно курил. Для спортсмена это было нарушением самых элементарных правил поведения. Я думал о фотографии восьмилетней давности, на которой этот парнишка выглядел уже мужчиной. Может быть, этот снимок был сделан перед витриной магазина, не работавшего уже много лет? — Ну, ладно,— проронил я.— Хилл, расскажите теперь вы, что знаете и чего не знаете. Он отвернулся, и я вдруг обнаружил, что у него безупреч¬ ный профиль греческого божества. — Мне нечего добавить,— заявил он. — Как вы познакомились с мисс Мэннинг? Где вы ее встре¬ тили? — А-а-а... в колледже, на конференции по практической психологии. В конце встречи она пригласила нескольких сту¬ дентов посетить ее клинику в Нью-Йорке. В их числе оказался и я. С того времени она заинтересовалась мной и помогала мне в учебе... Пока я заметил только одну причину, по которой Шарлот¬ та Мэннинг могла им заинтересоваться, и чуть не задохнулся от ярости. Но разве не правдоподобно, что она могла им заин¬ 29
тересоваться в профессиональном плане? В конце концов, та¬ кая шикарная женщина, как Шарлотта Мэннинг, могла выби¬ рать понравившихся ей мужчин. — А давно ли вы познакомились с Джеком Уильямсом? И при каких обстоятельствах? — Чуть позже. Нас познакомила мисс Мэннинг, и мы вме¬ сте ужинали, там же была и Мирна. Потом как-то я оказался за¬ мешанным в заварушке после футбольного матча. Вы понимаете, тут уже все режимы летят к черту, и мы все пере¬ били в кафе. Джек Уильямс знал владельца, и тот не подал на нас жалобу, удовлетворившись возмещением убытков. Еще мы встречались, когда я изучал психологические аспекты маниа¬ кального стремления к самоубийству. Шарлотта ввела меня в некоторые дома, куда я не смог бы проникнуть сам. Довольно скоро мы стали хорошими друзьями... Рассказ Хилла Кингса не содержал ничего интересного. Джек, как и я, не принадлежал к болтунам. Наша дружба с ним окрепла в повседневных делах. В армии мы не говорили о чем- либо постороннем. Разумеется, он упоминал имена своих мно¬ гочисленных приятелей, и я хорошо знал Мирну. По делам мне приходилось встречаться и с Калики. А что касается близняшек Билеми, то на их фотографии я часто натыкался в газетах, но са¬ мих видел лишь раз. Да, здесь мне сейчас явно нечего было делать. Я надел шляпу и вышел. Ни тот, ни другой не подумали попрощаться со мной, и я вы¬ разил свое неудовольствие тем, что изо всех сил хлопнул дверью. Спускаясь по лестнице, я размышлял, где же мог достать Джордж Кэлики свой револьвер. По словам Пата, ни у одного из подозреваемых не было ог¬ нестрельного оружия, но у Джорджа я собственными глазами видел кольт сорок пятого калибра. К тому же есть разрешение... По крайней мере, он так утверждает. Если в ближайшее время обнаружат еще труп с пулей сорок пятого калибра в кишках, я хоть буду знать, откуда начинать поиски. Сестры Билеми жили на пятом этаже, и их квартира была расположена точно так же, как и квартира Кэлики. Я позвонил, и дверь приоткрылась. Я услышал звяканье цепочки и заметил в полутьме женское лицо. — Что вам нужно?— спросила женщина. — Мисс Билеми? Она кивнула. — Я — Майк Хаммер, частный детектив. Мне необходимо поговорить с вами по поводу убийства Джека Уильямса. Не 30
могли бы вы... — Да, конечно. Она прикрыла дверь и сняла цепочку. Через пять секунд я оказался перед лицом великолепной женской особи атлетиче¬ ского сложения: бронзовая от загара кожа, мускулистые, как у статуи, руки и плечи... Как и в случае с Шарлоттой Мэннинг, ее фотография не отражала внешних достоинств. Почему же эти девушки до сих пор не вышли замуж? Я знал немало типов, которые взяли бы их в жены только благодаря их физическим данным. — Вы войдете? — Да, спасибо. Я прошел за ней в квартиру. Она во многом напоминала квартиру Кэлики. Но вместо крепкого запаха сигар здесь царил аромат духов. В глубине гостиной по обе стороны столика рас¬ полагались два низких диванчика. Я уселся на диван справа, она — слева. — Что же вы хотите знать?— поинтересовалась она. — Прежде всего, с какой из мисс Билеми я имею сейчас де¬ ло? Я не хотел бы путать вас. — А! Я — Мэри. Эстер пошла по магазинам, а это значит, она вернется не раньше вечера. — Я думаю, вы можете мне кое-что сообщить. Пат Чем¬ берс у вас уже был? — Да. И предупредил, что вы тоже придете. — Отлично! Вы ведь были знакомы с Джеком Уильямсом еще до войны, так ведь? — Да, действительно, еще до войны. — Во время вечеринки вы не заметили чего-нибудь любо¬ пытного? — Да нет, ничего особенного... Немного выпили, потанце¬ вали и прочее. Джек чувствовал себя вполне нормально. Я виде¬ ла, как он несколько раз разговаривал с Мирной. Потом он уединился в кухне минут на пятнадцать с Хиллом Кингсом. Они вышли оттуда, покатываясь со смеху, как будто рассказывали друг другу неприличные анекдоты. — И никаких особых разговоров? — Боже мой, ну, конечно же нет! Мирна и Шарлотта пы¬ тались было поговорить наедине, но мужчины их быстро разъе¬ динили. Наверное, они хотели обсудить предстоящее замужество Мирны. — А что потом? — Потом мы поехали домой. Мы с сестрой, как всегда, за¬ были ключи и вынуждены были разбудить портье, чтобы он от¬ 31
крыл дверь. Мы сразу же и легли. Об убийстве мы узнали толь¬ ко после телефонного звонка одного репортера, который по¬ звонил, надеясь раздобыть дополнительные сведения. Мы ожидали визита полиции, но капитан пришел лишь сегодня.— Она смолкла и прислушалась.— Простите меня, я не закрыла в ванной воду,— и она исчезла в ванной. Может быть, я стал глухим? Я еще раз прислушался, но не услышал звуков льющейся воды. Я провел какое-то время, пе¬ релистывая журналы. В одном были только моды, а во втором я наткнулся на грустную историю о бедной девушке, которую соблазнил в машине и покинул частный детектив. Она пыталась броситься под поезд в метро, но один благородный молодой че¬ ловек успел схватить ее и, в конце концов, сделал респектабель¬ ной женщиной. Они как раз собирались пожениться, когда Мэри Билеми вернулась в комнату. — Простите, что пришлось вас оставить, но вода так быстро остывает. — Ничего. Большинство женщин проводят там целые дни. — Но не я,— рассмеялась она. — Я хочу услышать продолжение. Мэри закинула ногу на ногу и наклонилась за сигаретой, демонстрируя великолепный бюст, но я отвернулся. У меня не было времени на плотские утехи. Мне еще нужно было чуть позднее навестить Шарлотту Мэннинг, и я не мог зря тратить свои силы. — Сигарету1.— предложила она. — Спасибо. Мэри откинулась на спинку дивана и выпустила дым в по¬ толок. — Что же вам еще рассказать? Я могу говорить и от имени своей сестры, потому что мы вернулись вместе. Вы можете проверить мои слова, как это уже сделал мистер Чемберс, до¬ просив ее лично. — Это не обязательно, не имеет значения. Важно другое. Не заметили ли вы чего-нибудь особенного за последние дни в отношениях Джека с другими? Не видели ли чего-нибудь, что вас, например, неожиданно удивило? — Боюсь, что здесь я не смогу вам помочь. Я не обращаю внимания на то, что происходит вокруг меня, и не умею под¬ слушивать под дверьми. Мы с сестрой живем изолированно, у нас даже мало друзей в городе. Она повернулась лицом ко мне. Халат ее широко распахнул¬ ся, как бы приглашая в объятия, но она не спешила запахнуть его, позволив моим жадным глазам пройтись по ее груди. Жи- 32
вот у Мэри был плоский и мускулистый. Я облизнул пересохшие губы и невнятно пробормотал: — Сколько времени вы проводите в городе? — Столько, сколько нужно, чтобы Эстер сделала покупки. Единственная ее радость в жизни — носить красивые платья, даже если ее никто в них не видит. — А ваша? — Моя радость — сама жизнь... Недели за две до этого я не понял бы ее. Но теперь все было ясно и понятно. Ничто для нее не имело значения: ни время, ни^люди. В любых обстоятельствах она следовала лишь своим желаниям, поэтому и пыталась соблазнить бедного частного детектива. — Скажите,— промычал я,— как вас можно отличить от вашей сестрички? — У одной из нас родимое пятно на правом бедре. — У кого же? — А почему бы вам самому не проверить? Девушка явно искала приключений под одеялом. — В следующий раз,— пообещал я, не кривя душой.— Сегодня мне нужно работать. — Не будьте идиотом,— медленно процедила она, со¬ блазнительно облизывая губы. Ее глаза притягивали, как магнит,— фиолетовые, блестя¬ щие глаза, так много обещавшие. Рот был красный, влажный и зовущий. Халат ее соскользнул с плеч, но она даже не пыта¬ лась его надеть. Розовый шелк и ее загорелая кожа красиво контрасти ровал и. Где она загорает? Ее тело было сплошь загорелым, никаких белых полосок от купальника. Мэри опустила ногу и потянулась, как довольная кошка. Солнце играло на мышцах ее обнаженных ног. Я же был всего только мужчина... жалкий мужчина... Я склонился над ней и крепко поцеловал ее. Ее руки обвились вокруг моей шеи. Тело девушки задрожало от нескрываемой страсти. Кончик ее язы¬ ка искал мой. Я положил руку ей на живот и, ощутив содрогание ее тела, внезапно понял, почему она не вышла замуж. Ее никогда не сможет удовлетворить только один мужчина. Я сорвал халат и осмотрел каждый дюйм ее обнаженного тела, затем поднялся с дивана и надел шляпу. — Выходит, родимое пятно у вашей сестры,— констати¬ ровал я.— Пока, малютка... Я ожидал ругательств в мой адрес, но услышал только 33 2-884
смех. Хотел бы я видеть Пата при подобных обстоятельствах. Смог бы он устоять? Сомневаюсь... И я неожиданно подумал, а не специально ли он подставил Мэри у меня на дороге, предупредив о визите и описав мои мужские достоинства? Чтобы придержать меня немного, пока сам будет продолжать расследование? Да-а... Если он будет так забавляться, то я знаю одну малышку на Третьей авеню, которая обожает полицейских и их игрушки... 6 Велда была еще в конторе. Заметив свет, я задержался в холле перед зеркалом и тщательно вытер рот. Что касается ворот¬ ничка, то пришлось удовлетвориться тем, что я натянул пид¬ жак поплотнее. Никогда не мог понять, почему губная помада так плохо держится на женщинах и так крепко прилипает к мужчинам. В следующий раз, когда пойду к Мэри Билеми, возьму с собой салфетки. Небрежно насвистывая, я вошел. Велда бросила на меня взгляд, и губы ее плотно сжались. — У вас за ухом что-то осталось,— заметила она. Когда она в таком настроении, лучше ей не противоречить. И я молча прошел в кабинет. Она приготовила мне свежую рубашку и галстук. У Велды есть свои хорошие черты. Я всегда держал в кабинете кое-ка¬ кую одежду и, как правило, она угадывала, что именно мне надо. Я склонился над умывальником, намылил лицо и руки и пере¬ одел рубашку. Никогда еще мне не удавалось сделать прилич¬ ный узел-на галстуке. Обычно Велда мне помогала, но, услышав стук входной двери, я понял, что некоторое время на нее не приходится рассчитывать. Переодевшись, я направился в бар и попросил официанта приносить виски каждые четверть часа. Я был старым клиен¬ том, и мой заказ его не удивил. Затем я вытащил из кармана ли¬ сток и дописал несколько слов возле фамилии Билеми. Собственно, эти заметки в основном носили психологический характер. Но в каждом деле об убийстве следует изучать подо¬ зреваемых со всех точек зрения. Пока еще я ничего важного не сделал. Я еще раз просмот¬ рел список непосредственно подозреваемых, но ни к чему пут¬ ному не пришел. Что касается полиции, то она тоже не бездействовала. В ее распоряжении были любые средства, по¬ зволяющие добраться до виновного раньше меня. Но Пат все еще не обогнал меня в расследовании... Я готов был держать пари, 34
что его результаты не лучше. Сейчас мы оба ищем мотивы преступления, и эти мотивы, безусловно, есть. — Это убийство — не случайность,— пробормотал я. Что же касается фактора времени, то Хилл Кингс и Джордж Кэлики имели вполне достаточно времени, чтобы со¬ вершить убийство, так же, впрочем, как и Мирна, и Шарлотта Мэннинг, хотя мне явно не хотелось подозревать девушек. Оста¬ вались сестры Билеми. Но то, что они забыли ключи и будили портье, определенно подтверждало время их возвращения. Ес¬ ли же все это заранее задуманный расчет, то я сниму перед ни¬ ми шляпу. Бесполезно допрашивать одну из них про другую. Между ними всегда теснейшая связь, и они не остановятся да¬ же перед лжесвидетельством. — Мэри...— пробормотал я вслух. Мэри Билеми, уж не нимфоманка ли она? Обе сестры, по словам прессы, своим поведением не выделялись. И то, чем они занимались наедине с мужчинами, это их личное дело... Я на¬ меревался обязательно встретиться с Эстер Билеми и взгля¬ нуть на ее родимое пятно. Затем я стал размышлять о попытке убийства Джорджа Кэлики. Мне совсем не нравилась эта исто¬ рия, и я решил поработать в этом направлении. Я попросил счет, и официант нахмурился, так как прошло лишь три чет¬ верти часа. Усевшись в машину, я направился в один кабак. Его владе¬ лец нажил состояние во времена сухого закона. Место было довольно противное, но управляющий был мне знаком. Четы¬ ре года назад он помог мне выкрутиться из одного неприятного дела, и я отблагодарил его, отвадив от него гангстера, которо¬ му тот отказывался платить. Мое имя хорошо знали в кварта¬ ле, и после этого уже никто больше не беспокоил Сэма. Толстяк Сэм сердечно приветствовал меня, взмахнув поло¬ тенцем. Я пожал ему руку и заказал стаканчик. Мои соседи за стойкой, желтый крепыш и высокий черный негр, враждебно глазели на меня, пока Сэм не воскликнул: — Как поживаете, мистер Хаммер? Рад вас видеть. Дав¬ ненько к нам не заглядывали. Услышав мое имя, они оба сдвинули свои стаканы к краю стойки. Сэм понял, что я пришел к нему не для выпивки. Он направился к другому краю стойки, и я перешел к нему. — Чем могу быть полезен, мистер Хаммер? — У вас еще до сих пор делают ставки, Сэм? Толстяк быстро осмотрелся по сторонам. — Конечно, мистер Хаммер. Как и везде. А в чем дело? — Всем этим заправляет Джордж Кэлики? 35 2*
Сэм судорожно облизал толстые губы. Он явно нервничал, потому что не хотел отказывать мне в информации, но опасал¬ ся сказать больше, чем нужно. — Это связано с убийством, Сэм,— настаивал я.— И луч¬ ше ответить мне, чем полицейским. Он нахмурился, на его лбу появились морщины. — Ладно, мистер Хаммер. Кэлики все еще заправляет этим, но он уже давно здесь не показывается. Есть посредник... — Боб Хупер все еще работает на него? Он здесь? — Да, но он больше не работает на Джорджа. В последнее время он нашел лучшее занятие и занялся пчеловодством. — Пчеловодством!— изумился я. Боб Хупер явно был не совсем полноценный парень, являя собой характерный пример того, что может сделать с человеком жизнь. Его ум и тело были, как у двенадцатилстнего ребенка. Го¬ лодая в детстве, он не вырос, и сейчас это была костлявая па¬ родия на мужчину. Но он был удивительный человек! Вы могли делать с ним что угодно и все равно оставались для него другом. Все люди были ему друзьями, а вместе с ними и птицы, животные, насекомые. Я видел, как он плакал над развороченным муравей¬ ником. И вот сейчас он взялся за пчеловодство! — Где он, Сэм? Как обычно, в заднем зале? — Да, и читает там книгу о водоплавающих птицах и о пчелах. Я выпил стаканчик, надеясь, что тот, кто пил из него рань¬ ше, не оставил на нем следов гнусных болезней. Потом я во¬ шел в зал позади стойки. Желтый крепыш и высокий негр проводили меня подозрительным взглядом. Боб сидел в уголке. Неподалеку от единственного окна возле стены стояли игральные автоматы. Решетка на окне практически не пропускала света, и комната освещалась лишь парой засиженных мухами лампочек. Под столом валялась куча мусора, едва сдерживаемая кус¬ ками старой фанеры. К стене кнопками прикреплено несколь¬ ко порнографических фотографий, на которых из-за толстого слоя пыли трудно было что-либо разобрать. Дверь, ведущая в бар, была единственной. Я хотел закрыть ее на задвижку, но таковой не оказалось, и я удовлетворился тем, что плотно при¬ крыл ее. Увлеченный чтением, Боб Хупер не заметил меня. Его гу¬ бы беззвучно шевелились, когда он читал текст под иллюстра¬ циями. Некоторое время я читал через его плечо, а потом хлопнул Боба по спине. 36
— Выходит, не замечаешь больше старых друзей! Он вскочил со стула, узнал меня и радостно улыбнулся. — Майк Хаммер!— воскликнул он.— Вот не ожидал тебя увидеть! Он протянул свою детскую ручонку, и я пожал ее. — Что ты тут делаешь, Майк? Пришел проведать нас? Погоди, я найду, куда тебе присесть. Ему ужасно хотелось угодить мне. Он нашел маленький бочонок, воспоминание о светлых днях сухого закона. — Ты кажется занялся пчелами, Боб? — Да, я изучаю пчеловодство по этой книге. Удивительно, что пчелы меня узнают, Майк. Когда я подношу руку к летку, они садятся на нее, но не кусают. Я тебе покажу. — Это интересно, но стоять возле пчел мне что-то не хо¬ чется. Вероятно, это дорогое занятие, пчеловодство? — Да... Я сделал улей из ящика для яиц и покрасил его. Пчелкам понравился такой дом, и они не улетают из него, как у других. Я поставил этот улей на крышу, и хозяйка позволи¬ ла мне держать их. Она не лютует, но иногда нервничает. Хо¬ зяйка не любит пчел, но я дал ей немного меда, и она успокоилась. Я доволен своими пчелками... Боб буквально кипел энтузиазмом. Этим он отличался от многих других, тех, кто имел гораздо меньше причин жало¬ ваться на жизнь. У него не было домашнего очага, семьи, но хозяйка разрешила ему держать пчел, и он был счастлив. Боб Хупер был забавным малым. Обычно молчаливый, он часами мог говорить о том, что его волновало. — Мне сказали, что ты нашел новую работу, Боб. — Да, Майк, хорошую работу. Они называют меня шефом комиссионеров. — Трудная работа?— поинтересовался я. — Да, довольно трудная. Я делаю покупки, разношу паке¬ ты, подметаю. Иногда мне разрешают пользоваться велосипе¬ дом. Это хорошее развлечение, и у меня много знакомств. — Платят хорошо? — Неплохо. Четверть или даже полдоллара за каждую ус¬ лугу. Меня уже знают богачи на Парк-авеню. На прошлой не¬ деле я, например, заработал пятнадцать долларов. Пятнадцать долларов! Для него это значительная сумма, так как живет он чрезвычайно скромно, и теперь, конечно, очень доволен своей судьбой... И я тоже. — Хорошо, Боб, а как же ты нашел такую отличную работу? — Ты помнишь старого Хэмпи? Я кивнул. Это был горбун лет пятидесяти, который чистил 37
ботинки на Парк-авеню. Много раз он добывал для меня цен¬ ные сведения и за несколько долларов был способен на что угодно. — Старый Хэмпи заболел туберкулезом,— продолжал Боб,— и ему пришлось уехать в горы. А я занял его место. Ве¬ роятно, я работаю не так хорошо, как он, но люди доверяют мне делать покупки, сдавать посылки и так далее. Правда, се¬ годня я не пошел, потому что у меня назначена встреча с одним типом, продающим пчеломатку. На улей нужна только одна матка, и он просит пять долларов. Тебе не кажется, что это доро¬ говато, Майк? — Не думаю, Боб. Я бы, конечно, не отличил матку от трутня, но матки, без¬ условно, стоили дороже во всех отношениях. — А что сказал Джордж Кэлики, когда ты перестал на не¬ го работать? Боб не замкнулся, как я ожидал. — Он вел себя прекрасно. Дал мне десять долларов и ска¬ зал, что я смогу вернуться на свое место, как только захочу. Это меня не удивило. Боб Хупер был честен и, кроме того, система делать ставки через посредников помогала организа¬ торам стать практически неуловимыми и приносила немалые доходы. — Джордж действительно хорошо поступил,— согласил¬ ся я,— но если работать на себя, можно заработать больше. — Да, Майк. Когда-нибудь я по-настоящему займусь раз¬ ведением пчел. На этом можно много заработать... Возможно, в дальнейшем я стану великим пчеловодом. Последние слова он произнес с улыбкой, но его улыбка тут же исчезла и на физиономии выразилось удивление. Его глаза смотрели поверх моего плеча по направлению к двери. Мне можно было не огладываться, чтобы понять, что мы в комнате неодни. Перед моим горлом появился нож. Видимо, он был недавно наточен, так как на лезвии еще сохранились следы от точиль¬ ного камня. То, как лежала рука на рукоятке, указывало на про¬ фессионала. Глаза Боба застыли в ужасе. Он открыл рот, чтобы закричать, но не издал ни звука. По его лицу потек пот. Свободной рукой нападающий ощупывал мой пиджак в по¬ исках оружия. Я уперся ногами в пол и внезапно откинулся назад, ударив в грудь стоящего позади человека. Мы перевернулись. Я отбросил ногами стол, захватил руку с ножом и потянул ее изо всех сил. Желтый крепыш свалился на меня. Я вовремя заметил рядом с 38
собой подкованные ботинки и быстро перекатился по полу. Второй тип, высокий негр, не сумел попасть мне в голову, но промахнулся он всего на несколько дюймов. Я отпустил ногу крепыша и схватил негра за ногу. Не¬ сколько секунд я бился за свою жизнь под двумя вонючками. Вновь появился нож. Я захватил руку ключом, рванул и... по¬ слышался хруст костей. Крепыш завопил от дикой боли и вы¬ пустил нож. Я успел вскочить, чтобы встретить негра, двигающегося на меня с набыченной головой. Пришлось врезать ему по челюсти моим коронным ударом. Пока он падал, мне еще удалось попасть ему ботинком по голове. Он отлетел к стене и медленно сполз замертво на пол. Из рта у него торчали выло¬ манные зубы и сочилась кровь. Желтый крепыш пытался было подняться. Я помог ему, взяв за шиворот и поставив на ноги, и с огромным наслаждением вре¬ зал ему ребром ладони по носу. Кость приятно хрустнула, брызнула кровь. Он жалобно застонал и упал. На этот раз я позволил ему упасть. Чтобы потом не возни¬ кало проблем, я обыскал их. Несколько фотографий, одиннад¬ цать долларов и квитанция на заключенное пари. Негр попытался уползти, когда я к нему приблизился, но удачный удар ногой в пах привел его в состояние покоя и блаженства. Заниматься деторождением он уже не сможет... В его карма¬ нах я обнаружил лезвие бритвы и маленький карандаш. Боб очнулся от оцепенения, и на его лице появилась до¬ вольная улыбка. — О, Майк! Ну и забавный же ты тип! Как я хотел бы стать таким же! Я сунул ему пять долларов в карман рубашки и произнес: — Купи себе самца для матки. Скоро я тебя навещу. Ухватив своих противников за шиворот, я выволок их из помещения. Толстый Сэм уставился на меня. Он, казалось, как и все посетители, чего-то ждал. — В чем дело, Сэм? Почему ты позволил этим двум обезь¬ янам войти туда? Он от души улыбнулся. — У нас тут давно не было никаких развлечений, мистер Хаммер.— Он повернулся к клиентам и заявил:— Гоните деньги! Я бросил подонков посреди бара. Посетители расплачива¬ лись с Сэмом. В другой раз они не станут ставить против меня. Как раз в тот момент, когда я собрался попрощаться с Сэмом, появился Боб. Размахивая, как знаменем, банкнотой в пять дол¬ ларов, он воскликнул: — Майк! Зачем это мне? Матке не нужен самец! 39
— Всем маткам нужен самец, Боб,— бросил я через пле¬ чо.— Спроси у Сэма, он тебе все объяснит. Боб повернулся к Сэму, а я вышел из бара. Парень навер¬ няка долго еще будет мучиться, пытаясь добраться до истины. Возвращение домой заняло довольно много внемени. Дви¬ жение было весьма интенсивным, и только к шести часам я до¬ брался до дома. Моя чистая рубашка была заляпана кровью тех ублюдков. Галстук, который я завязал с таким трудом, был безвозвратно утерян. Карман пиджака был разорван по шву до самого низа. Я пожалел, что не искалечил как следует проклятую желтую образину. Он должен знать, сколько стоит новый костюм сейчас, после войны. Я принял горячий душ, потом ледяной, побрился, вычистил зубы и переоделся. Конечно, не совсем вежливо идти к даме с револьвером под мышкой, но без своего «сорок пятого» я чувствую себя словно голый. Я проверил его, смазал и сунул в кобуру. Мой портной кроил мне пиджаки таким образом, чтобы кобура не была за¬ метна. Я посмотрел на себя в зеркало, но без Велды я не мог решить, годится мой костюм для светского визита или скорее подходит для клоуна в цирке. Жалко, что я оказался не доста¬ точно стойким с Мэри Билеми. Велда была мне очень дорога, и я не хотел терять ее. Я знал, что теперь неделю или чуть боль¬ ше она будет гордо игнорировать меня. Но почему, черт побери, она так строга? В радиатор машины нужно было долить воды, и я направился в гараж. Автомеханик Генри был мой старый приятель. Ему нрави¬ лась моя машина. В свое время он укрепил ее шасси и устано¬ вил мощный мотор. Снаружи ее можно было принять за груду металлолома, но она была очень послушной, мощной и я мог уехать по любой дороге, обгоняя любые скоростные машины. В своем роде это был настоящий шедевр. Через некоторое время я остановился перед домом Шарлот¬ ты Мэннинг. Я не забыл ее прощального взгляда при первом по¬ сещении, и надеялся, что она дома и не занята. Тему для разговора найти легко. Поскольку она была психиатром, то дол¬ жна быть более наблюдательной, чем остальные гости Джека. Для ее профессии, как и для моей, важна была даже мельчай¬ шая деталь. Я нажал на кнопку звонка и вскоре вошел в дом. Черная служанка ожидала меня на пороге, но на этот раз на ней были шляпка и пальто. Увидев меня, она крикнула: 40
— Вот он, мисс Шарлотта! — Спасибо,— послышался волнующий голос женщи¬ ны,— можете идти в кино. Кивком головы я попрощался с Кетти и сел на диванчик. — Здравствуйте,— прожурчал голос Шарлотты. Я вскочил и сердечно пожал протянутую мне руку. — Добрый день, мисс Мэннинг. Вы действительно меня ждали? — Вы думаете, я так болтаю? Я была абсолютно уверена, что вы придете и приготовилась к этому. Вам нравится мое платье? Она повернулась на цыпочках и взлянула на меня через плечо. Известный психиатр исчез. Передо мной стояла молодая и красивая женщина. Платье из голубого шелка облегало ее, как перчатка. Длинные волнистые волосы спускались на пле¬ чи. Она проделала по комнате несколько шагов, подражая ма¬ некенщицам. Шарлотта была даже стройнее, чем мне показалось в пер¬ вый раз. У нее была тонкая талия и широкие плечи. Велико¬ лепные груди, как два живых существа, не поддерживались ничем. Нейлоновые чулки плотно облегали мускулистые но¬ ги, а высокие каблуки делали ее такой же высокой, как и я. — Ну, как, нравится?— поинтересовалась она. — Очень, и вы это отлично понимаете... И вообще вы мне кое-что напоминаете. — Что? — Орудие пытки. — Ой, что вы! Не может быть! — Совершенно точно, именно так. Предположите, что чело¬ век довольно долго не имел дело с женщиной. И вот вы прохажи¬ ваетесь перед ним так, как сейчас передо мной, и это превращается для него в настоящую пытку. Шарлотта засмеялась приятным гортанным смехом, отки¬ нув голову назад. Мне пришлось изо всех сил сдерживаться, чтобы не бросить¬ ся к ней и не сжать в объятиях. Она взяла меня под руку и повела на кухню. На столе, на¬ крытом на двоих, была жареная курица и сковорода с жаре¬ ным картофелем. — Сейчас мы поужинаем. Я послушно сел. Либо она выяснила у Мирны мои вкусы, либо она ясновидящая. Жареная курица и картофель — мои любимые блюда. 41
— Шарлотта,— пробормотал я, усаживаясь за стол,— да¬ же если бы я по каким-то причинам боялся быть отравленным, я бы все равно это съел. Она повязала на себя маленький фартук с красивой цвет¬ ной вышивкой. — У вас есть основания для беспокойства,— заявила она. — Слушая вас, можно ничего не бояться,— ответил я с набитым ртом. — У меня сотни клиентов,— сообщила она, усевшись за стол.— Забавная вещь, но почти все — мужчины. Но до чего жалкие — ни одной выдающейся личности! И когда с такими общаешься каждый день, то и у друзей и знакомых невольно ищешь следы дегенерации и иногда находишь. А если встреча¬ ешь настоящего мужчину, вздыхаешь полной грудью. — Благодарю,— кивнул я. — Мне не надо было долго наблюдать за вами, чтобы по¬ ставить диагноз. Как только вы появились у меня в кабинете, я сразу же признала в вас настойчивого ловеласа и настоящего мужчину, умеющего жить и пользоваться жизнью. Никаких комплексов! — Но у меня есть одна навязчивая идея,— перебил я. — И какая же? — Мне нужен убийца,— сказал я, вытирая губы.— Я обязан его уничтожить. Секунду она смотрела на меня, потом кивнула головой и пленительно улыбнулась. — Неплохая навязчивая идея! А теперь ешьте... Вероятно, была приготовлена не одна курица, так как ско¬ ро в моей тарелке образовалась груда костей. Шарлотта тоже не страдала отсутствием аппетита, но я оставил ее далеко по¬ зади. После десерта и второй чашки кофе я откинулся на спин¬ ку стула, чувствуя себя, как объевшийся боров. — Ваша кухарка бесподобна!— заметил я. — Кухарка? Боже мой!— засмеялась она.— Все это я са¬ ма приготовила. — Если однажды вы решитесь выйти замуж, то легко най¬ дете самого лучшего мужчину. — Да, я иногда угощаю мужчин. Я приглашаю их к себе, угощаю и еще до окончания обеда получаю предложение руки и сердца. — Но не на этот раз,— гордо и с достоинством ответил я.— С таким я и сам неоднократно встречался. — Лучше меня никто не готовит. Мы расхохотались. И я предложил ей помочь убрать посуду* 42
Она протянула мне фартук, который я аккуратно повесил на спинку стула. Если бы Пат или кто-то другой внезапно воз¬ ник здесь, а я запутался бы в завязках, то до конца жизни не смог бы оправиться от шока. Вымыв посуду, мы вернулись в гостиную. Шарлотта устроилась в кресле, а я присел на диван. — Давайте, дорогой мистер Хаммер,— улыбнулась она,— расскажите мне о цели вашего визита. Есть еще вопросы? — Да,— признался я,— но пусть вас это не беспокоит. Мой визит, действительно, преследует двойную цель. Во-пер¬ вых, более близко познакомиться и, надо признаться, я не предполагал, что меня ожидают, а во-вторых, узнать, не смо¬ жете ли вы помочь мне в качестве психиатра и осветить неко¬ торые подробности интересующего меня дела. — Может быть, и смогу, если вы уточните, чего именно хотите от меня. Я люблю ясность. — Меня интересуют кое-какие детали... Вполне логично предположить, что Джека прикончил один из его гостей. Поч¬ ти так же логично предположить, что убил его кто-то посто¬ ронний. Я занимаюсь этим делом, но почти ничего не обнаружил, никаких мотивов преступления. Я не спрашиваю вас ни о каких основных фактах и так далее, а лишь хочу вы¬ слушать ваше профессиональное мнение. Кто, на ваш взгляд, может оказаться виновным в большей степени, чем другие? Шарлотта затянулась сигаретой, затем загасила ее в пе¬ пельнице. По напряженному выражению ее лица я понял, что она усиленно раздумывает. Прошла по меньшей мере минута, прежде чем она приступила к ответу. — Вашу просьбу не так легко выполнить. Чтобы осудить человека, нужно двенадцать присяжных, судью и уйму време¬ ни... Как только я вас встретила, Майк, я не смогла удержать¬ ся от изучения вашего своеобразного характера. Я хотела узнать, что вы собой представляете, и это оказалось нетрудно. Ваше имя часто мелькает в газетах. Статьи, посвященные вам, почти все не благожелательны...— она на миг замолчала, и продолжала:— Но я нашла людей, которые вас знают и лю¬ бят, и такие люди есть во всех слоях общества. Я с ними со¬ гласна... Но я опасаюсь, что, сказав вам то, что думаю, приговорю виновного к смерти. Я оговорилась — невиновного. Вы импульсивны, Майк, и мне не хотелось бы этого делать. Я могу рассказать вам только то, что видела сама. Это мелочи, но, возможно, вы сможете их правильно интерпретировать. Видите ли, Майк, я имею дело с конфликтами внутри самой личности, интимными драмами, с внутренней борьбой, но не могу судить об отношениях между двумя или несколькими личностями. Я толь¬ 43
ко отмечаю факты и регистрирую их. Если один человек нена¬ видит другого, я могу определить мотивы ненависти, помочь их ясно осознать, но не могу обнаружить ненависть, толкающую к убийству. И только узнав про убийство, могу добавить, что ожи¬ дала этого. Но найти убийцу — это сверх моих возможностей. Я очень внимательно слушал ее и ясно понимал, что она хотела сказать. — Тогда расскажите мне, что вы заметили. — Боюсь, что мало. Последнюю неделю Джек был чрезвы¬ чайно нервным. Я даже сказала ему об этом, но он рассмеялся, от¬ ветив, что пытается приспособиться к гражданской жизни. Такой ответ показался мне нормальным. Человек без руки действитель¬ но испытывает дополнительные трудности. В тот день, когда была вечеринка, его нервное напряжение, как мне казалось, усилилось. И что интересно: нервничать стала и Мирна. Оба они старались скрыть это, но безуспешно... Короткий приступ гнева из-за разби¬ той рюмки, конвульсивное напряжение от неожиданного шума... Что касается Калики, то он приехал в дурном настроении. Не¬ сколько раз прерывал Хилла Кингса и очень вежливо, пытаясь скрыть раздражение, разговаривал с Мэри Билеми. — Когда? — Во время танцев. Я не слышала, что она ему сказала, но услышала его ответ. Что-то в таком духе: «Со мной это не прой¬ дет, милочка, ищите себе другого!». После танца он проводил ее в угол и оставил там. Я засмеялся. Шарлотта вопросительно взглянула на меня. — Мэри Билеми, несомненно, сделала Джорджу предло¬ жение,— усмехнулся я.— Он уже немолод, отсюда и его него¬ дование. Она настоящая нимфоманка. — Откуда вы это знаете?— ее теплый голос похолодел на несколько градусов. — То, что вы думаете, чепуха. Она просто пыталась зама¬ нить меня в постель, но ей это не удалось. — Сразу же? — Нет, не сразу же, а позднее. Мне нравится завоевы¬ вать, а не получать готовое на тарелочке. — Я подозревала, что Мэри может быть такой, но серьез¬ но об этом не задумывалась. Мы всего лишь случайные знако¬ мые. Когда мы уже собрались уходить, Джек остановил меня возле двери и попросил навестить его на неделе. Тут меня по¬ звали и я присоединилась к остальным... И больше никогда его не видела. Я пытался собрать воедино новые сведения, но мне это не удавалось. Значит, Джек и Мирна нервничали в тот вечер? 44
Может, по одной и той же причине? А может, и нет... Джордж Кэлики был в дурном настроении... — Ну, что же вы надумали?— полюбопытствовала Шар¬ лотта. — Да, ничего пока. Она встала с кресла и села рядом со мной на диван. Потом ее рука нашла мою и наши глаза встретились. — Пообещайте мне кое-что, Майк. Я не прошу вас дер¬ жаться в стороне и оставить разбор дела на полицию, но обе¬ щайте, что вы будете осторожны. Мне вдруг показалось, что я знаю ее с детства. Ее рука слегка дрожала в моей. Мое сердце бешено заколотилось, а ведь я видел ее всего второй раз. — Буду осторожен,— пообещал я.— Почему вас это бес¬ покоит? — Вот почему...— прошептала она. Она наклонилась ко мне и впилась в мои губы. Я обнял ее и крепко прижал к себе. Она не шевельнулась. Когда я, нако¬ нец, отпустил ее, глаза ее сверкали. В моей груди бушевал проснувшийся вулкан. Она посмотрела на следы моих пальцев у себя на руках и улыбнулась. — Вы любите так же сильно, как и ненавидите?— понизив голос спросила она. На этот раз я был осторожен. Я обнял ее, чтобы она ощути¬ ла огонь, пожирающий меня. Этот поцелуй был еще более страстным и долгим. Затем я стал целовать ее глаза, шею, ру¬ ки. Это было еще прекраснее, чем я мог себе предположить в самых пылких фантазиях. Потом я повернул ее лицом к свету. Она потерлась щекой о мою, удерживая мои руки на своих ве¬ ликолепных бедрах. — Сейчас я ухожу,— прошептал я.— Если я останусь, то не смогу отсюда уйти. В следующий раз я задержусь подальше. Шарлотта подняла голову и поцеловала меня в нос. — Понимаю, но когда ты захочешь меня, приезжай и бери! Я поцеловал ее снова, но на этот раз бережно, чтобы не пе¬ ревозбудиться. Она протянула мне шляпу и поправила волосы. — До свидания, Майк. — До встречи, Шарлотта. Я провел замечательный вечер с роскошной женщиной. С трудом спустившись по лестнице, я усилием воли вспомнил, где припарковал машину. Я не мог думать ни о чем, кроме ее бес¬ подобного тела. Мысли мои путались... Вернувшись домой, я улегся спать совершенно изможденный. Может, не стоило так насиловать себя на этот раз? 45
7 Я проснулся раньше обычного, вымылся под душем, побрился, позавтракал и приготовил кофе. В тот момент, когда я прикан¬ чивал третью чашку, ко мне пришли из химчистки и принесли мой костюм. Работа была выполнена отлично. Костюм был выглажен, вычищен и зашит. Я медленно оделся и позвонил в контору. — Агентство Хаммер. Здравствуйте! — Привет, Велда, это Майк. — О-о-о... — Не сердитесь, милая!— взмолился я.— Эта помада по¬ пала мне на воротник в ходе моей работы. — Как это можно работать таким образом, когда у вас нож перед горлом? Но вам это, кажется, не мешает,— послы¬ шался ее спокойный голос.— Чем могу быть полезна, мистер Хаммер? — Звонил кто-нибудь? — Нет. — Приходил? — Нет. — Ничего не приносили? — Нет. — Ничего не обещали? — Нет. — Ничего не сообщали? — Нет. — Хотите выйти за меня замуж? — Нет! — Тогда до свидания, Велда. — Выйти замуж? Алло, Майк, минуточку, Майк! Майк, алло? Довольный собой, я мягко положил трубку. В сле¬ дующий раз она хорошенько подумает, прежде чем на все отвечать «нет». Но во второй раз предложения не последует, так как она уже не допустит подобной ошиб¬ ки. Это может оказаться концом моей холостяцкой жизни, хотя, впрочем, Велда была единственной жен¬ щиной, о женитьбе на которой я думал, не испытывая страха. Квартира Джека была опечатана, и я не хотел ввязываться в неприятности с окружным прокурором. Я поискал было дру¬ гую возможность проникнуть в дом и уже собирался уйти не¬ солоно хлебавши, как вдруг вспомнил о существовании 46
маленького дворика, соединяющего два дома, расположенные рядом. Я вошел в дом, примыкающий к дому Джека и, найдя нужную дверь, постучал. Мне открыл мужчина средних лет. Я сунул ему под нос зна¬ чок и рявкнул: «Полиция!» Он посторонился, не попросив дополнительных объяснений. В гостиной он повернулся ко мне. Это был типичный благонаме¬ ренный гражданин, из тех, кто страшно боится полиции. — Я изучаю возможности проникновения в квартиру ми¬ стера Джека Уильямса, которого позавчера убили... Одно из окон вашей квартиры выходит на окно ванной комнаты мисте¬ ра Уильямса, так ведь? — Да, но никто не мог пройти через нашу квартиру неза¬ меченным. — Дело не в этом, уважаемый мистер,— объяснил я.— Кто-то мог спуститься с крыши по пожарной лестнице. Я хочу посмотреть, можно ли открыть окно снаружи. Я не хотел бы изображать из себя Тарзана. — Понятно,— облегченно вздохнул человек,— Сюда... Из дверей спальни появилась женская голова и спросила: — Что случилось, Джек? — Полиция,— с важностью ответил мужчина.— Им нужна моя помощь. Он проводил меня прямо в ванную комнату и отпер окно. Эти добропорядочные люди явно остерегались посторонних взглядов и поэтому никогда не пользовались этим окном. Когда я его открыл, посыпалась целая куча мусора. Окно квартиры Джека Уильямса находилось как раз напро¬ тив. Дворик оказался шириной не больше метра. Я влез на подоконник, а хозяин заботливо придерживал меня за пояс. Я выпрямился и упал вперед. Мужчина вскрикнул, и этот крик привлек его жену. Но я, опершись руками о противоположную стену, легко открыл окно в квартире Джека и пролез туда. Все было на месте. Служба дактилоскопии повсюду оста¬ вила следы порошка. Положение тела Джека было очерчено на полу мелом. Его искусственная рука лежала на прежнем месте. Револьвер исчез, но в кобуре я нашел записку: Майк, не беспокойся насчет револьвера, я забрал его.— Пат. — Молодец, Пат...— пробормотал я. Он был уверен, что я найду способ проникнуть в квартиру, не нарушая пломб. Я положил записку обратно, черкнув на ней: Благодарю, приятель. Волноваться не буду.— Майк. 47
Было ясно, что полиция очень тщательно обыскала квар¬ тиру, и мне потребовалось все мое знание ее обстановки, что¬ бы заметить некоторые необычные мелкие штрихи. Я начал с гостиной, проверил стулья, подушки на диване, стыки ковра. В динамик не заглядывали, о чем свидетельство¬ вал толстый слой пыли. В книгах не было никаких бумаг, хотя кое-что из них могло сейчас находиться у Пата. Ничего не бы¬ ло и в ванной комнате. Я обыскал спальню, поднимал матра¬ цы, проверяя все швы. Джек получал газету и всегда оставлял ее на ночном столике. Вероятно, и ее прихватила полиция. Я осмотрел шторы, но опять безрезультатно. Но если Джек был связан с чем-то серьезным, то обязательно должны существо¬ вать какие-то документы: записная книжка или... Нашла ли полиция маленький блокнот Джека? Я открыл ящик комода, перевернул белье, рубашки, носки... Ничего! Ког¬ да я открывал нижний ящик с бельем, один из галстуков про¬ скользнул вниз, и мне пришлось полностью вытащить ящик, чтобы достать его. На дне комода я обнаружил упавший галстук и, кроме того, маленький блокнотик Джека. Я сунул его в карман и привел все в порядок. Было почти десять часов, и я не хотел рисковать. Сюда мог явиться кто- нибудь из сыщиков Пата, вызванный соседом из-за моего дол¬ гого отсутствия. Но тот терпеливо ожидал меня за окном ванной комнаты. Я проделал тот же путь в обратном направ¬ лении, внимательно осмотрев стены. — Нашли что-нибудь?— поинтересовался он. — Пока ничего. Но я проверил и остальные окна: все заперто. Еще раз осмотрев с притворным интересом стены, я сокру¬ шенно добавил: — Напрасная работа. Я лучше спущусь по вашей лестни¬ це, чем снова кувыркаться. Ладно? — Конечно, проходите. Он проводил меня до двери и напыщенно заявил: — Всегда к вашим услугам, мистер. Мы с женой всегда ра¬ ды помочь полиции. Я направился в свою контору и, только войдя туда, вытащил блокнотик из кармана. Велда на миг перестала барабанить на машинке и окликнула меня: — Майк! Я повернулся, хотя и знал, что она мне скажет. — Что, мое сокровище? — Не играйте с огнем. — Но я не играл, дорогая. Если бы вы сказали «да», мы бы 48
сразу поженились. Идитс-ка сюда. Она медленно приблизилась ко мне. Задрав ноги на свой ста¬ рый письменный стол, я стал листать блокнот. — Что это?— заинтересовалась она. Я объяснил ей и открыл блокнот на первой странице. Там был список имен, но они были зачеркнуты. Затем сле¬ довало несколько страниц с датами и ссылками на старые дела, с вопросами и возможными ответами. Все эти страницы также бы¬ ли перечеркнуты. В середине блокнотика оказались и не зачерк¬ нутые странички. Там было написано: Разрабатываемые дела Вероятно, эти дела были закончены уже после ухода Дже¬ ка в армию. Ничего интересного там я не нашел. Дальше находился рецепт приготовления говядины с пост¬ скриптумом: «класть побольше соли». На двух страницах бы¬ ли цифры и с подбитым итогом. Его затраты на одежду. Потом краткая запись: Элен Уикере. Семья до сих пор в Покипси Джек был оттуда родом и жил там до поступления в колледж. Элен Уикере была, очевидно, его землячкой, которую он по¬ встречал через несколько лет. На последующих страницах были инструкции относитель¬ но полицейской работы в страховой компании. Затем второй раз появилось упоминание об Элен Уикере: Увидеть Э. У. Позвонить домой Страница была датирована за пятнадцать дней до гибели Джека. Еще через пять страниц было написано: Р. X. Уикере, Хампер. Пок. 221. Звонить после шести. И ниже: Э. У. под именем Мэри Райт. Адрес неизв. Посмотреть. Я попытался уловить связь между этими записями. Вероят¬ но, Джек встретил одну из своих землячек, от которой узнал, что ее семья по-прежнему живет в Покипси. Он попытался позвонить по телефону и оказалось, что с ними можно было связаться че¬ рез некоего Хампера, а того надо искать почти вечером, после шести. Кроме того, он выяснил, что Элен Уикере живет под чужим именем, и адрес неизвестен. Я продолжал размышлять. Э. У.— позвонить семье. Организовать рейд 29 в 39604. Сегодня было как раз двадцать девятое. На последней странице была короткая запись: Спросить Ш. М., что она может сделать. Ш. М.— Шарлотта Мэннинг. Это подтверждало слова Шар¬ 49
лотты. Джек действительно хотел повидаться с ней на этой не¬ деле. Я снял трубку и попросил номер 221 в Покипси. Раздался щелчок, и ленивый мужской голос ответил: — Хэлло? — Мистер Уикере? — Нет, это Хампер. Мистер Уикере еще не пришел. Ему что-нибудь передать? — Нет. Я просто хотел знать, есть у него дочь или нет? — Лучше не спрашивать об этом у мистера Уикерса,— прервал меня мужчина.— А кто говорит? — Майк Хаммер, частный детектив. Я расследую совме¬ стно с полицией одно убийство и вполне вероятно, что дочь мистера Уикерса как-то связана с этим делом. Не могли бы вы мне что-нибудь сообщить? Мгновение Хампер колебался и затем согласился. — Мистер Уикере не видел свою дочь с того самого време¬ ни, как она поступила в колледж. Она уехала с одним молодым человеком. Мистер Уикере — человек очень строгих правил, и с тех пор дочь перестала существовать для него. Я поблагодарил его, повесил трубку и повернулся к Велде. Она, нахмурившись, рассматривала цифры, записанные Дже¬ ком в блокноте — 39604. — Майк,— очень настойчиво сказала она. — Что? — Вы знаете, что это такое? Я посмотрел на цифры. Вначале я подумал, что это номер досье, но в то же время эти цифры мне определенно что-то на¬ поминали. — Кажется, я их уже где-то видел,— признался я.— Это номер... — Это лишь часть номера,— перебила меня Велда и каран¬ дашом написала: -ХХ-39604. — Господи, это же номер телефона! — Совершенно верно, мой мыслитель. Замените оба «X» на буквы и получите как раз то, что вам нужно. Я вскочил со стула и кинулся к картотеке. Я знал, что уже видел этот номер. Он был на оборотной стороне карточки одного парня, кото¬ рому я как-то раз дал ногой под зад. За два дня до этого он пы¬ тался предложить мне кое-что. Я вернулся вместе с досье, где были собраны все документы. С триумфом я вытащил из паке¬ та карточку. — Вот!— воскликнул я. 50
УЧИТЕСЬ ТАНЦЕВАТЬ! 20 прекрасных девушек с удовольствием научат вас этому! Здесь и был номер телефона, записанный Джеком: ЛО- 39604. ЛО — сокращенно от Лойлен. Велда взяла у меня из рук карточку и прочитала. — Что это, Майк? — Номер телефона. Если я не ошибаюсь, там находится эта Уикере. Я протянул руку к телефону, но Велда помешала мне сделать это. — Не ходите туда! — Почему? — Майк!— воскликнула она возмущенно. — Бога ради, Велда, разве я похож на придурка? Посмот¬ рев познавательные фильмы, где показывают, что случается с хорошими мальчиками, которые связываются с плохими де¬ вочками, я боюсь поцеловать в щечку даже собственную ба¬ бушку. — Ну, ладно, делайте, что хотите. Но не шутите, Майк Хаммер, или вам придется подыскивать другого секретаря! Я рассмеялся, взъерошил ей волосы и набрал номер. — Хэлло! Я ясно увидел за этим «хэлло» блондинку лет пятидесяти, сильно декольтированную и с сигаретой в зубах. — Хэлло,— буркнул я.— Есть кто-нибудь свободный се¬ годня на ночь? — Кто говорит? — Пат Стерлинг. Один человек дал мне ваш телефон. — Ладно! Приходите часам к десяти и вы попадете к нача¬ лу. Вы останетесь на ночь? — Возможно... Рассчитывайте на меня, во всяком случае, на ночь. Расплачусь, когда приду. Я взглянул на Велду, но ей это не казалось забавным., — До вечера. Принесите деньги. У нас три длинных звон¬ ка и один короткий. — Ясно,— и я повесил трубку. Глаза Велды наполнились слезами, и она безуспешно пы¬ талась их сдержать. Я обнял ее и крепко прижал к себе. — Дорогая, нельзя принимать это так близко к сердцу. Если бы я воспринимал все так, как вы, я никогда бы ничего не добился. — Вам не следует ходит туда,— с трудом выдавила она из себя. 51
— Об этом не может быть и речи, милая... Я еще не на¬ столько развалина, чтобы посещать такие места. Я знаю нема¬ ло шикарных женщин, которые могут скрасить мне ночь, если я их об этом попрошу. Она сильно толкнула меня в грудь двумя руками. — И кому вы это говорите!— завопила она.— Я бы не до¬ верила вам палец своей лучшей подруги... О, прошу проще¬ ния, Майк. Говорю невесть что. В конце концов, я всего лишь ваш секретарь. — Секретарь?— возмутился я, ухватив ее за нос.— Я не знаю, что бы я делал без вас. Я бы просто погиб! А теперь вни¬ мательно выслушайте приказ грозного шефа, и только попро¬ буйте не подчиниться. Либо здесь, либо у себя дома, но вы обязаны находиться рядом с телефоном. Можете таскать его за собой в любое место: в ванную комнату, в уборную — в об¬ щем, куда угодно, но только чтобы он был все время рядом с вами. Не исключено, что вы мне понадобитесь. Она усмехнулась. — Хорошо, Майк, я буду у телефона. Велда принялась наводить порядок у меня на столе, а я ти¬ хонько выскользнул из кабинета... 8 Я позвонил Пату. Он сразу же полюбопытствовал, как у меня идут дела, но я не намеревался рассказывать ему об Элен Уикере, не повидав ее. Выбрав из справочника несколько но¬ меров и присовокупив к ним номер дома свиданий, я попросил его дать мне адреса. Получив их и поблагодарив Пата, я пове¬ сил трубку и сравнил их. Все совпадало со справочником. По¬ хоже, что Пат играл честно, но если он сунет нос по этим адресам, ему потребуется масса времени, прежде чем он дей¬ ствительно доберется куда нужно. На этот раз я припарковал машину на некотором расстоя¬ нии от дома. Дом свиданий оказался трехэтажным зданием из красного кирпича, рядом с ним находилось еще два здания, на вид та¬ ких же унылых и мрачных. Некоторое время я наблюдал за домом, но не увидел никого, кто входил бы или выходил отту¬ да. Лишь в одном доме на третьем этаже горел свет. За закры¬ тыми окнами не заметно было никакого движения. Видимо, я приехал немного рано. Дом находился не в фешенебельном квар¬ тале, однако, как мне показалось, место было выбрано удачно. 52
Я выбросил сигарету, пересек дорогу и позвонил: три длинных и один короткий. Раздалось звяканье, но женщина, открывшая дверь, нс была ни блондинкой, ни в декольтиро¬ ванном платье. Ее волосы были стянуты на затылке, лицо сильно накрашено, черное платье доверху застегнуто. Она бы¬ ла лет пятидесяти и походила на почтенную мать семейства. — Пит Стерлинг,— сообщил я. — Входите, пожалуйста. Она закрыла за мной дверь, и мы вошли в гостиную. Кон¬ траст был удивительным. Несмотря на мрачный фасад, эта ком¬ ната выглядела весьма жизнера достно: современная комфор¬ табельная мебель, стены обиты бархатом, красивый камин, сверкающий паркет. Я понял, почему свет не проникал на улицу. Все окна были тщательно закрыты плотными шторами. — Позвольте взять вашу шляпу. Я протянул ей шляпу. Откуда-то из глубины дома доноси¬ лись звуки музыки. Через несколько секунд женщина верну¬ лась и жестом пригласила меня сесть напротив нее. — У вас очень мило,— заметил я. — Никто еще не жаловался,— подтвердила она.— По те¬ лефону вы сказали, что встретили одного из наших агентов в городе. Кого именно? — Маленький недоносок с крысиной мордочкой. Он плохо продавал свой товар, и я дал ему под небо. Женщина улыбнулась. — Да, припоминаю, мистер Хаммер. Нам пришлось дать ему два дня отпуска. Если она ждала, что я подпрыгну, то попала пальцем в небо. — Как вы меня узнали?— спокойно осведомился я. — Не будьте таким скромным, — запротестовала она.— Вас слишком часто дают в газетах, чтобы вы могли сохранить инког¬ нито. А теперь скажите, пожалуйста, что вас сюда привело? — Угадайте. Она вновь улыбнулась. — В конце концов, почему бы и нет. Ну хорошо, мистер... Стерлинг. Полагаю, вы хотели бы подняться наверх. — Да. А что там есть? — Увидите сами. Отличный выбор, но сперва двадцать пять долларов, если не возражаете. Я не возражал и отдал ей деньги. Она проводила меня до лестницы и нажала кнопку. Наверху, над нашими головами, открылась дверь, и лестница сразу же осветилась. На самом верху я увидел девушку в прозрачном платье. — Поднимайтесь сюда!— позвала девушка. 53
В три прыжка я очутился рядом. Она было некрасива, но весьма умело накрашена. Фигурка, правда, была ничего. Я по¬ шел за ней, и она ввела меня в зал, почти такой же, как внизу, но значительно более оживленный. Мадам не соврала относи¬ тельно выбора. Девушек было много. Они курили, читали, ле¬ жали, сидели. Тут были девушки на любой вкус: брюнетки, блондинки, шатенки и парочка рыжих, все довольно молодые и почти обнаженные. Такая картина обычно заставляет сердце мужчины биться сильнее, но я ощутил лишь легкое отвращение. Я помнил о Велде, о Джеке. И я пришел отыскать Элен Уикере, которую никогда раньше не видел... Как ее найти? Элен Уикере или Мэри Райт... Вряд ли она работает здесь под своим именем. Никто не обращал на меня внимания. Брюнетка, ко¬ торая привела меня сюда, вопросительно смотрела на меня. Вероятно, я должен был на ком-то остановиться. Наконец, она спросила меня: — Хотите чего-нибудь особенного? С душком? — Мэри Райт,— пробурчал я. — Она у себя. Сейчас я найду ее. Она исчезла и через некоторое время вернулась, сказав: — Вон туда, последняя дверь направо. Я кивнул и оказался в длинном коридоре. На всех дверях имелась только ручка, но замочная скважина отсутствовала. По¬ следняя дверь на правой стороне не отличалась от остальных. Я постучал и женский голос ответил: — Входите. Я вошел. Мэри Райт сидела перед зеркалом и расчесывала волосы. На ней были только бюстгальтер и трусики. На ногах мягкие туфельки. Она наблюдала в зеркало, как я вхожу. Когда-то она была хорошенькой, но эти времена прошли. На ее лице отпечатались не столько следы возраста, сколько следы прожитого. Ей могло быть лет тридцать, но выглядела она намного старше. Уголок рта слегка подрагивал. У нее было тело хорошо упитанной кобылицы, но на вид холодное, как улитка. Ее профессия читалась в глазах, как в открытой кни¬ ге. Она относилась к тому типу девушек, которых можно было избить до смерти, не услышав ни звука. Как и остальные, она была подкрашена относительно скромно. Вероятно, этот дом посещала избранная клиентура. Мэри была среднего роста, с карими глазами и хорошо сложена. Груди небольшие, но уп¬ ругие, и довольно хорошая линия бедер. — Здравствуйте. Голос тоже звучал приятно. — Вы рано пришли,— добавила она.— Или надоело торчать 54
в баре? Я быстро проверил комнату, осмотрев снизу стол и стены. В этом доме могли быть микрофоны, а я не желал угодить в ло¬ вушку. Я встал на колени и бросил взгляд под кровать: ника¬ ких проводов не видно. — Если вы ищете микрофоны,— насмешливо сказала она,— то у нас их нет и стены абсолютно непроницаемы. — Вы не угадали. Просто я обожаю заниматься любовью под кроватью. Она поднялась и повернулась ко мне. — Вначале стаканчик? — Нет. — Значит потом? — Тем более нет. — Почему? — Потому что я пришел не для того, чтобы прыгать в по¬ стели. — Так чего же вы тогда пришли-то? Чтобы потолковать о погоде или о добрых старых временах? А может на своего лю¬ бовника пожаловаться?. — Вы угадали, Элен. Я ждал, что она вот-вот хлопнется в обморок, так как она смертельно побледнела. Затем глаза ее сощурились и она стис¬ нула зубы. — Что это значит? Кто вы такой? — Меня зовут Майк Хаммер, девочка. Я — частный де¬ тектив. Мое имя ей было известно. Она напряглась, и в ее глазах появился страх. Она пробормотала: — Фараон... Если вас послал мой отец... — Я не знаком с вашим отцом,— прервал ее я,— и меня никто не посылал. Несколько дней назад был убит один мой друг, его звали Джек Уильямс. Она чуть не вскрикнула и прикрыла ладонью рот. Потом села на краю кровати. — Я этого не знала,— прошептала она. — Вы не читаете газет? Она покачала головой. — В бумагах Джека Уильямса я обнаружил ваше имя. Вы ведь видели его за несколько дней до смерти? — Да. Вы пришли меня арестовать? — Нет, я никого не собираюсь арестовывать. Я хочу при¬ кончить кое-кого, прикончить за Джека. Тут она зарыдала. Она пыталась сдержать слезы, но они 55
текли так быстро, что она не успевала их вытирать. Я ничего не понимал. Я считал, что она прошла огонь и воду. Она явно ненавиде¬ ла своего отца. Но почему она так разволновалась, узнав о смерти Джека? — Я так старалась скрыть правду от Джека... Но он, в конце концов, узнал все, все... Он даже нашел мне работу... Она зарылась лицом в подушку и разрыдалась так, что ее голые плечи сотрясались в конвульсиях. Я сел рядом с ней и усадил ее. — Нечего реветь,— проворчал я.— Возьмите себя в руки и слушайте. Джек хотел сегодня организовать облаву в этом за¬ ведении, но его послание не дошло до полиции. Что назначено на сегодня? Она перестала плакать, нахмурилась и сказала: — Я не знаю и не понимаю, почему Джек хотел обыскать этот дом. Таких заведений в городе дюжины, и их... — Может быть, этот дом чем-то отличается от других? Подумайте как следует. Кого вы ожидаете сегодня вечером? — Обычный вечер... Много клиентов, но ничего и никого особенного. В основном провинциалы. Юнцы, которые могут тратить деньги, садисты обоих полов, клерки, экономящие каждый цент, чтобы насладиться любовью в нашем обществе и чтобы потом хвастать этим всю оставшуюся жизнь. В общем, ничего интересного. Я попытался копнуть глубже: — Как это с вами случилось, Мэри? — К черту! Это долгая история, и у меня нет ни малейше¬ го желания вам ее рассказывать. — Послушайте, Мэри, я вмешиваюсь в ваши дела не ради удовольствия и не для того, чтобы причинить вам неприятно¬ сти. Вам может быть известен, хотя и сами этого не понимае¬ те, какой-нибудь важный факт, и что бы это ни было, я убежден, что этот факт напрямую связан с гибелью Джека. Я мог бы изуродовать вас и вырвать из вас вашу историю, но я не собираюсь этого делать... Если вы уважали Джека, то докажи¬ те это. — Да, конечно. Если вы думаете, что это может послу¬ жить Джеку, я сделаю это ради него. Он единственный насто¬ ящий человек, которого я встретила в своей жизни. Он много раз протягивал мне руку помощи, но я оказалась недостойной его. Обычно я реву, когда рассказываю эту историю, но с тех пор прошло уже достаточно много времени, чтобы она могла еще ме¬ ня волновать. 56
Я закурил и предложил ей сигарету. Мы молча курили не¬ которое время. Я облокотился о спинку кровати и ожидал про¬ должения. — Началось это еще в колледже. Однажды я встретила человека по имени Джон Хэмсун. Это был молодой, высокий и красивый парень. Мы должны были пожениться. Как-то вече¬ ром я провожала его после футбольного матча, и вы понимае¬ те, что потом случилось... Через три месяца мне пришлось прекратить учебу. Джон тогда еще не хотел жениться и повез меня к знакомому доктору. После операции я стала очень нер¬ вной, и это росло день ото дня. Какое-то время мы жили вме¬ сте, а потом мои родители откуда-то узнали правду. Как это случилось, я не знаю. Она на время замолкла, задумалась, а затем продолжала: — Я получила письмо от отца, в котором он отрекался от меня. И как раз в тот же вечер Джон не вернулся домой. Я дол¬ го ждала его, потом позвонила в колледж, но он исчез. Подхо¬ дил срок очередного взноса за квартиру, и я не знала, что делать... А дальше пошла неприятная часть этой истории: я начала прини¬ мать клиентов. Это стало моим единственным средством существо¬ вания. Так продолжалось несколько недель, потом хозяйка пронюхала об этом и вышвырнула меня на улицу. Я и опомниться не успела, как очутилась в машине, которая привезла меня в меблированные комнаты. Тот отель был совсем не такой, как здесь — грязный и полуразрушенный. Хозяйка, старая ведьма, бросала в нас чем ни попадя. Она заявила мне, что знает обо мне все, и если я нс буду слушаться, она выдаст меня полиции... Это меня очень напугало... Однажды ночью, болтая со своей соседкой по комнате, я рассказала ей свою историю. Это была опытная девчонка, которая знала, как действовать в разных ситуациях. Она расхохоталась и призналась, что сама точно так же попалась в силки этой мегеры. Но что самое главное, когда я описала ей Джона, моя соседка его узнала. Именно он и довел ее до такого состояния. Мы уже вдвоем пытались разыскать его, но безуспеш¬ но... С тех пор я стала частью огромной организации. Нас по¬ сылали черт знает куда и черт знает к кому. А здесь я нахожусь довольно давно, вот и все, что могу сказать... Это было действительно все. Старая, как мир, история. Мне было жаль ее. — А когда вы учились в колледже? — Лет двенадцать назад. — Тогда у меня все. Спасибо. В данный момент я не видел, что можно извлечь из этой истории. Я протянул ей свою визитку и пять долларов. 57
— Вы сможете найти меня по этому телефону, если узнаете что-нибудь новенькое. До свидания. Я должен обдумать все. Она удивленно уставилась на меня. — Вы хотите сказать, что уходите?.. Вам больше ничего от меня нс нужно? Зря, в постели я бесподобна! — Нет, благодарю, и старайтесь держать себя в руках. Не отчаивайтесь. — Хорошо. Я не стал выходить через парадный ход, а спустился в холл по винтовой металлической лесенке, которая была скрыта тя¬ желой драпировкой. Женщина в черном платье отложила книгу и удивленно спросила: — Разве вы уже уходите? Я рассчитывала, что вы прове¬ дете у нас ночь. Я надел шляпу и пробормотал: — Я и собирался, но оказалось, я не так молод, как думал. Она даже не проводила меня. Вероятно, она недолюблива¬ ла импотентов. Я сел в машину и подъехал ближе к этому дому. Если у Джека была причина делать облаву именно сегодня и об этом ничего не написано в блокноте, то следовало посмотреть, кто явится сюда в ближайшее время. Я поудобнее устроился на си¬ дении и принялся терпеливо ждать. Чего — я не знал, так как не видел никакой связи между смертью Джека, его приятеля¬ ми, блокнотом, домом терпимости и Элен Уикере. Я пока ни¬ чего не мог понять, но чувствовал, что за всем этим скрывалось нечто важное. Таких мерзавцев, которые так вот поступают с девушками, надо просто уничтожать. Покажите-ка мне его и я лично устрою ему уютную могилку, предварительно заставив как следует по¬ мучиться. Между прочим, соседка Элен попалась в его силки точно таким же образом, с помощью того же Джона Хэмсуна... Лично я никогда о нем не слышал, но это было лет двенадцать назад... А в каком же возрасте поступают в колледж? Лет с во¬ семнадцати... Она узнала его лишь на втором курсе. Выходит, ей было девятнадцать... А на вид ей по меньшей мере сорок... Доброе отцовское слово в соответствующий момент — и ниче¬ го дурного с ней бы не случилось... Но как могли узнать в Покипси, что произошло в коллед¬ же? Да, такие новости обычно распространяются с удивитель¬ ной быстротой. Могла написать какая-нибудь подружка или новая любовница Джона Хэмсуна... У него, вероятно, их были дюжины... 58
У Элен, наверное, водятся деньжата, даже если она рабо¬ тает за десять или пятнадцать процентов. Этот бордель навер¬ няка был частью большой организации. Я так задумался, что чуть не прозевал первое подъехавшее такси. Дверца машины открылась и на тротуаре появился юнец, которого я мгновенно узнал. Если мне не изменяет память, это был отпрыск одного из бруклинских боссов. Его сразу же впустили, из чего я за¬ ключил, что он тут не первый раз. Через пять минут из второго такси вылезла странная парочка. Он — очень маленький, ху¬ дощавый, в широком пальто из верблюжьей шерсти, а она на¬ поминала женщину только тем, что была в чулках и юбке. Долговязая, костлявая, мужеподобная... Миленькая парочка! Примерно с час я наблюдал, как в дом напротив меня вхо¬ дит самая разношерстная публика: и мужчины, и женщины, принадлежащие к разным слоям общества. Если бы у меня был фотоаппарат, я мог бы составить состояние. Элен, навер¬ ное, не читала газет и поэтому могла их не знать, но я опознал четырех известных политических деятелей, с полдюжины из¬ вестных персон из разных штатов, чьи фотографии появля¬ лись в газетах. Все входили, но никто не выходил. Это означало, что представление только начинается. Потом минут двадцать никаких машин больше не появля¬ лось. Если Джек и намеревался кого-либо прихватить этой ночью, то это наверняка был кто-то из наших общих знако¬ мых. Я не понимал, в чем же тут дело, и решил, что потом раз¬ берусь, но вдруг до меня дошло. Я рванул с места и подъехал к дому Джека. На этот раз я вошел через дверь, сорвав пломбы. Замок я открыл отмычкой. К счастью, телефон не отключили. — Алло, это полиция? Капитана Чемберса, пожалуйста. — Чемберс слушает,— раздался голос Пата. — Хэлло, Пат, это Майк. Я в квартире у Джека. Возьми с собой двух человек и приезжай, да побыстрее. Если ты взял какие-нибудь книги у Джека, привези их с собой. И еще: дай команду, чтобы подготовили побольше людей для облавы. — Что случилось, Майк?— заволновался Пат. Его обыч¬ ная выдержка отказала ему.— Ты что-нибудь нашел? — Кажется, да, но пошевеливайся или будет поздно! Я повесил трубку, лишив его возможности еще задавать глупые вопросы. Потом я включил в гостиной настольную лампу и открыл книжный шкаф. Я быстро нашел то, что ис¬ кал: три переплетенные тома оказались сборниками универ¬ ситетских изданий. Устроившись на стуле, я начал их листать, ища фотографию Джона Хэмсуна. 59
Это было всего лишь предположение. Джек встретил Элен через много лет. Будучи полицейским, он знал ее историю и желал ей только хорошего, зная, чем она занимается. Ему было известно, что с ней когда-то случилось, и он знал этого человека. На каждом из томов была печать букиниста с Таймс- сквер. Страницы были белые, еще не пожелтели. Вероятно, эти книги были куплены совсем недавно. Предположим, что Джеку удалось обнаружить Джона Хэмсуна и он его расколол. У Хэмсуна наверняка есть семья, и обнародование его подви¬ гов могло скомпрометировать эту мразь. К приезду Пата я так и не обнаружил никакой фотографии Джона Хэмсуна. Пат притащил три аналогичных тома. — Вот они,— Пат бросил тома на диван.— А теперь расска¬ зывай! Я как можно короче изложил ему ситуацию. Он слушал меня внимательно, иногда просил кое-что повторить. — Значит, ты думаешь, что Элен Уикере является ключом к разгадке убийства? — Я не утверждаю этого наверняка, но все возможно. Возьми одну из этих книг и ищи Хэмсуна. Высокий, красивый парень, но учти, что все женщины видят своих возлюбленных высокими и красивыми. Кстати, почему ты взял эти книги? — Они лежали на столе. Джек, как видно, листал их как раз перед гибелью. Это показалось мне странным, потому-то я и забрал их и сравнил имена, которые там упоминались, с кар¬ тотекой. — Ну и что? — Обнаружил два случая многоженства, а один тип пове¬ шен за убийство. Так себе, ничего интересного. Мы сели и перелистали эти книги от корки до корки, потом обменялись и повторили операцию, но нигде о Джоне Хэмсуне не упоминалось. — Все равно, что искать иголку в стогу сена, Майк,— за¬ метил Пат.— Ты уверен, что Джек купил эти книги, чтобы най¬ ти этого типа? — Да, уверен. А зачем же еще? Эти издания двенадцати¬ летней давности. Даты, как видишь, совпадают... И вот еще,— я вытащил кое-что из кармана и протянул ему,— посмотри, но не ставь мне в упрек сокрытие этого от полиции. — Я приехал сюда на следующий день после твоего «визита». Ты обнаружил блокнот под нижним ящиком комода, так ведь? — Да, а ты откуда знаешь? — В доме мы обыскали все, и вдруг я вспомнил, что мы не 60
осмотрели дно комода. Я приехал и нашел твою записку. Он посмотрел блокнот и положил его в карман. Я ухмыльнулся: мне он больше не был нужен. — Я полагаю, что ты прав, Майк. Что будем делать дальше? — Поедем к букинисту, Пат. Джек мог смотреть и в дру¬ гих книгах. Мне следовало бы спросить у Элен точное назва¬ ние колледжа, а я слишком поздно это сообразил. Пат нашел в справочнике номер телефона букиниста. Ма¬ газин уже закрывался, но Пат попросил букиниста дождаться нас. Мы покинули квартиру Джека, перед дверью которой Пат оставил одного из своих ребят. Я нс стал брать свою машину и подсел к Пату. До книжно¬ го магазина мы доехали в рекордное время. Дверь нам открыл маленький хилый субъект. Пат показал ему значок и сразу же приступил к делу. — Один из ваших клиентов купил недавно несколько ста¬ рых сброшюрованных сборников университетских изданий. Вы записываете, какие книги проданы? — И да, и нет. Мы регистрируем цены, но не пишем на¬ звания книг. У нас только случайные издания, как вы сами сможете убедиться. — Неважно,— пробурчал Пат. — Возможно, я смогу вам помочь,— после некоторых ко¬ лебаний предложил рахитик. Он провел нас в подсобное помещение, поставил стремян¬ ку и указал на верхние полки. — Этот товар практически не продается,— пожаловался он.— У нас их дюжины две. Недавно, правда, штук десять продано. — Десять?— пробормотал я. У нас с Патом было только шесть. Куда же делись остальные? — Послушайте,— поинтересовался я,— вы не можете вспомнить откуда были эти издания? — Нет, этого я не знаю. Они стояли здесь много лет. Я был занят и просто показал покупателю, где он сам мог их взять. Я ухватил стремянку и попросил хозяина: — Давайте-ка все оставшиеся. Не будем же мы торчать тут всю ночь. Он послушно протянул мне несколько книг, а остальные посыпались на пол. Пат помог мне перетащить их к столику. Букинист почти сразу же оказался возле нас. — А теперь — счета!— приказал я.— Кто-то ведь запи¬ сывал эти книги, когда их покупали. Я хочу взглянуть. — Но это было так давно. 61
— Делайте» что вам говорят, и не заставляйте меня дейст¬ вовать другими методами. Он быстро исчез. — Спокойнее, Майк,— напомнил мне Пат,— не надо так обращаться с налогоплательщиками. — Я тоже налогоплательщик, но у нас нет времени. Хозяин лавки быстро вернулся, держа в руках пыльные гроссбухи. — Они должны быть записаны здесь,— сообщил он.— Вы хотите найти их немедленно? Он надеялся, что мы заберем эти книги с собой, так как ес¬ ли бы мы принялись искать то, что нам нужно, на месте, для это¬ го потребовалась бы целая ночь. Пат это понял, поэтому снял трубку и попросил на помощь своих людей. Через десять минут мы устроились в разных кон¬ цах магазина с гроссбухами на коленях. Почерк у букиниста был отвратительный. Эксперт-графолог ничего не понял бы в его записях. Через полчаса я покончил с одним томом и принялся за другой. Едва я долистал его до середины, как один из поли¬ цейских позвал Пата. — Не это ли вы ищете, капитан?— спросил он. — Пойди, Майк, посмотри,— предложил мне Пат. — Да, это то, что надо,— ответил я. Это было действительно то самое. Это был список книг, проданных судебным исполнителем, ликвидирующим наслед¬ ство некоего Рональда Мэрфи. Мы сравнили этот список с кни¬ гами, которые приобрел Джек, и я понял, что вышел на след четырех недостающих томов. Один из них был сборником уни¬ верситета Мидуэст, другие были изданы на Востоке. Остава¬ лось только найти эти проклятые книги. — Где же мы их найдем?— опечалился я, обращаясь к Пату. — Я знаю где. — Где?— с надеждой спросил я. — В Национальной библиотеке. — Среди ночи? — Профессия полицейского иногда имеет преимущест¬ ва,— ухмыльнулся он. Пат снова взял телефонную трубку и сделал несколько звонков. Когда он закончил свои переговоры, то обратился к бу¬ кинисту и показал на груду книг, которую мы свалили на стол. — Помочь вам привести все это в порядок? Тот покачал головой. — Нет. Завтра мы все сами уберем. Рад был оказаться по¬ лезным. Всегда можете рассчитывать на меня. 62
Город просто кишел гражданами, уважающими закон! На¬ ступит день, когда последний преступник сам постучит в две¬ ри полицейского участка. У входа в библиотеку нас встретили трое, и мы вошли. Один из ночных сторожей закрыл за нами дверь. Изнутри по¬ мещение производило еще более гнетущее впечатление, чем морг. Свет от засиженных мухами ламп не достигал потолка. Наши шаги гулко раздавались в коридоре. Движущиеся тени оживляли статуи. Если у вас слабые нервы, никогда не прогу¬ ливайтесь ночью в Национальной библиотеке Нью-Йорка. Пат уже сообщил, что мы ищем. Старый джентльмен по¬ слал своих помощников к полкам и через несколько минут они вернулись с добычей, неся четыре нужных тома. Мы устрои¬ лись за маленьким столиком, и каждый взял по две книги. Служащие библиотеки смотрели из-за наших спин. Упорно и методично мы просматривали желтые страницы. Я уже соби¬ рался перевернуть страницу, посвященную университетскому спорту, как вдруг замер, открыв рот. Я нашел фото Джона Хэмсуна и, воззрившись на него, не мог произнести ни слова. Теперь для меня кое-что начало проясняться. В этот момент Пат тронул меня рукой и показал на фото¬ графии в своем томе. До него тоже начало кое-что доходить. Мы взяли другие тома и без труда нашли остальные фотографии. — Пошли,— буркнул я. Пат несколько задержался позади, остановившись на мину¬ ту в большом зале, чтобы срочно вызвать полицейских. Затем мы покинули библиотеку, уселись в машину и с включенной си¬ реной понеслись по ночному городу. Автобус с полицейскими был уже на месте, а через секун¬ ду появился второй. Люди Пата блокировали улицу с двух сто¬ рон. На этот раз не было условного сигнала. Единственный звонок прозвучал как сирена, и дверь открыли. Кто-то вскрик¬ нул. Во всем доме поднялся адский шум, но полицейские быст¬ ро всех успокоили. Я провел Пата по лестнице в коридор с многочисленными дверями. Последняя дверь была приоткры¬ та, и нам в нос ударил запах пороха. Элен Уикере лежала на кровати совершенно обнаженная. Она была мертва. Пуля вошла в область сердца, и нам незачем было проводить медицинскую экспертизу. Пуля оказалась со¬ рок пятого калибра. Там же мы обнаружили и Джона Хэмсуна. Окровавленный, он лежал у изголовья кровати. Пуля прошила ему голову и воткнулась в стену, разбрызгав мозги и кровь. Да, на Джона 63
Хэмсуна стоило поглядеть! Мы его знали под именем Кингса... 9 Мы старались ни к чему не притрагиваться, а Пат поставил своего человека у двери в комнату. Все выходы из дома были блокированы и полицейские стеной окружили толпу людей. Я быстро побежал к черному ходу. Выстрелы были произ¬ ведены не более чем за две минуты перед нашим приходом, и если убийцы не было в толпе, то он, наверняка, не вышел за пределы полицейского кордона. Задняя дверь выходила во дворик, окруженный со всех сторон побеленным известкой забором высотой в два с полови¬ ной метра. Было ясно, что через него никто не перелезал. В этом я был уверен, так как во дворике трава нигде не была примята. В тот же дворик выходила дверь из подвала, но замок на ней был не тронут. Дверь в соседнее здание также была за¬ перта на замок. Убийца наверняка не мог уйти этим путем. Я бегом возвратился, пересек холл и очутился в большом зале для танцев. Полицейские усадили всех посетителей на стулья, поставленные в несколько рядов, а артисты сгруппи¬ ровались на сцене. — Черный ход?— спросил Пат. — Он не мог уйти через него. — Выходит, он еще здесь. Дом окружен, и никто не мог уйти. — Что же, поглядим на этих,— предложил я. Мы прошлись вдоль рядов, рассматривая физиономии, пы¬ тавшиеся отвернуться. Чтобы сохранить в неприкосновенно¬ сти домашний очаг, многим из них придется завтра выдумывать необыкновенные истории, и они хотели укрыться от наших взглядов. Осмотрев всех, мы все-таки не нашли Джорджа Кэлики. Либо он скрылся, либо вообще не приходил. Детективы тщательно осмотрели комнату Элен. Когда они закончили работу и сделали необходимые снимки, я накло¬ нился над телом Кингса и подвел карандашом некоторые чер¬ точки его лица. — Прекрасная работа,— пробурчал я. Пат с интересом смотрел через мое плечо. — Хилл — никакой не студент,— сказал я, и в моем голо¬ се кипела ярость. — Я знаю, кто это,— сказал Пат,— но не понимаю в чем 64
тут дело. — Я понял, что он не студент, когда увидел его на фотогра¬ фии вместе с Джорджем Кэлики на фоне горевшего «Морока- стла»... Но, к сожалению, я не стал раздумывать над этим. Эта сволочь была поставщиком. Онс Джорджем работал на банду, занимающуюся организованной проституцией. Они поставля¬ ли в заведения молодых и красивых женщин. Пат внимательно посмотрел на физиономию Кингса и по¬ казал следы от шрамов, прикрытые волосами. — Хилл из того рода людей, которые вечно выглядят мо¬ лодо,— продолжал я.— И время от времени он делал пласти¬ ческие операции. Вспомни фотографии, которые мы обнаружили в университетских книгах. Именно в университе¬ тах он находил девушек. Бедные родители посылали их учить¬ ся, а он соблазнял их, компрометировал — и исчезал. Он устраивал так, чтобы они оказывались в очень трудном поло¬ жении. Бог знает, сколько девушек стали его жертвами. Де¬ ржу пари, что в каждом колледже больше одного семестра он не проводил. — Хитро придумано,— признался Пат. — Слишком... Я думал, что Хилл прикончил Джека, но теперь я знаю, что это был не он. Джек обнаружил в нем двой¬ ника, и Кингс знал это. Несомненно, он видел у него старые университетские сборники. Джек хотел сделать облаву имен¬ но сегодня, чтобы схватить Хилла на месте преступления. Ес¬ ли бы я все это понял раньше, Элен бы не погибла. Пат перочинным ножичком выковыривал пулю из стены. Пуля, который была убита Элен, валялась тут же, и ее подо¬ брал детектив. Внимательно исследовав пулю, Пат заявил: — Обе сорок пятого калибра, Майк. — Убийца хотел быть уверенным,— констатировал я с холодным бешенством.— Он же, очевидно, убил и Джека. Не¬ зачем сравнивать эти пули, Пат. Они наверняка выпущены из одного и того же оружия. Сволочь! Вот кого я уничтожу с на¬ слаждением, Пат. — Не следует шуметь,— осторожно заметил Пат. Я скривился в бессилии. Полицейские в это время уже вы¬ носили трупы. Мы спустились вниз, где полицейские записывали имена и адреса присутствующих. Девушек уже отправили в полицей¬ ском автобусе. — Никто не сбежал,— сказал Пату один из фараонов. — Отлично,— проворчал Пат.— Обыщите дворик и со¬ 65 3-884
седние дома. Внимательно проверьте каждого и останавливай¬ те любого, кто покажется вам подозрительным. Когда я гово¬ рю любого, я имею в виду именно то, что я сказал. Ясно? — Да, капитан. Полицейский козырнул и ушел. Пат повернулся ко мне и тихо спросил: — Ты узнаешь хозяйку? — Да, а почему ты это спрашиваешь? — У меня в кабинете есть фотографии тех, кто подозрева¬ ется во владении домами терпимости. Я хотел бы их тебе пока¬ зать. Эту хозяйку, как говорят девушки, звали миссис Джу. Никто из гостей ее не знал. В большинстве случаев дверь от¬ крывала одна из девушек. Мисс Джу этим нс занималась. И она не появлялась, если нс раздавался условный сигнал. — А Кэлики,— вспомнил я,— его тоже надо найти. — Именно сейчас,— улыбнулся Пат,— этим занимаются больше тысячи людей. Ты не мог бы сделать это побыстрее? Я не ответил. Прежде чем самому бросаться на поиски Джорджа Кэли¬ ки, мне нужно было еще многое сделать. Возможно, он и вино¬ вен, но одного его мне было недостаточно. Мне нужны были все: поставщики, содержатели и так далее. Их арест утолил бы мой аппетит, а убийцу Джека я оставлял на десерт. Хотел бы я понять, как Джек раскрыл Кингса. Пока я этого не знал. У Джека были связи и, может быть, он уже встречал где-то Хил¬ ла. Может быть, он знал, чем занимается Кэлики, и подозре¬ вал его и в других грязных делах? Может быть, история с Элен поставила точку? Хилл разворачивал свою деятельность довольно долго, и не мог не оставить следов. Джек знал, где искать Джона Хэм- суна, и нашел его, как и мы нашли его в старых университет¬ ских ежегодниках. Хилл убил Джека, а кто-то другой мог воспользоваться его револьвером. Это оружие опасно не толь¬ ко для жертвы, но и для убийцы. Это не такая безобидная иг¬ рушка, как велосипед. Но Хилл не убивал Джека. Он, вероятно, увидел книги и рассказал об этом кому-то другому. И Джека пристрелил тот, другой. Или это простое совпадение, или Джек был убит по другим причинам. Убийца унес четыре книги, чтобы запутать следствие и не оказаться обнаруженным случайно по связям Хилла. Что же лучше сейчас предпринять? Наступало время, когда бездействовать уже нельзя. Я все еще на нулевой точке, и нельзя больше топтаться на исходных позициях, ожидая, когда новое преступление даст какой-нибудь толчок для даль¬ 66
нейшего расследования. Надо идти вперед. Некоторые детали уже начали проясняться. Их, конечно, немного, но вполне до¬ статочно, чтобы за всем этим хламом обнаружить единствен¬ ный и главный мотив. Я еще не во всем разобрался, но, в конце концов, я пойму главное. В настоящее время нужно было оп¬ ределить мотив убийства. Я сказал Пату, что пойду спать, и он выдал мне пропуск для выхода через полицейский кордон. До дома Джека я доехал на такси, ведь свою машину я оста¬ вил там. Минут через двадцать я уже курил у себя в постели, размышляя о последних событиях. Ни к чему не придя, я зага¬ сил сигарету и заснул. Мой первый визит следующим утром был намечен к Джор¬ джу Кэлики, но, как я и ожидал, Пат меня уже опередил. Я спросил у стоящего на страже филера, нет ли записки для ме¬ ня, и он протянул мне запечатанный конверт. Майк, здесь ничего нет, Кэлики сбежал, не взяв даже че¬ модана!— Пат. Я порвал записку и бросил клочки в мусорную корзину. День обещал быть солнечным и теплым. На тротуаре гудели ребятиш¬ ки, во что-то играя. Я остановился у телефонной кабины и позво¬ нил в контору Шарлотты Мэннинг. Ее еще не было, но секретарша ответила, что я смогу найти ее в Центральном парке на пересечении Пятой авеню и Шестьдесят восьмой улицы. Я поехал туда и был вынужден сделать большой крюк, чтобы добраться до Пятой авеню. Припарковав машину на Шестьдесят седьмой улице, я направился дальше пешком. Шарлотты в указанном месте не оказалось. Я перемахнул через ограду и по газону вышел на аллею. Тысячи людей про¬ гуливались по парку в разных направлениях. Няни медленно катили коляски по аллеям. Я покупал пакетик жареного ара¬ хиса, когда заметил Шарлотту. Перед ней тоже была коляска. Она энергично махнула мне рукой. Я бросился к ней почти бе¬ гом, помахав в ответ. — Здравствуйте, Шарлотта. На ней был серый, отлично сшитый костюм. Ее золотистые волосы струились по плечам. — Здравствуйте, Майк, я ждала вас. Она протянула мне руку. Я радостно взял ее под руку и встал рядом с ней за коляской. — Мы, наверное, похожи на молодоженов!— воскликну¬ ла она. — Не совсем,— уточнил я, указав на коляску. Шарлотта покраснела и прижалась ко мне. 67 3*
— Почему вы сегодня не работаете?— спросил я. — В такой день, как сегодня! Первая встреча у меня толь¬ ко в два часа, а одна подруга попросила меня побыть с ее ре¬ бенком, пока она сделает кое-какие покупки. — Вы любите детей? — Я их обожаю! У меня их будет по меньшей мере с пол¬ дюжины. Я присвистнул и осторожно запротестовал: — Ну, я зарабатываю не настолько много, чтобы прокор¬ мить такую ораву. — Ну и что? Я зарабатываю достаточно. Кстати, это сле¬ дует воспринимать как предложение, мистер Хаммер? — Почти...— благоразумно отступил я.— До сих пор мне удавалось избежать этой ловушки, но всякий раз, когда я вас вижу, мне кажется, что можно изменить своим принципам. Разговор становился опасным, и я быстро вернулся к делу, которое весьма занимало нас обоих. — Вы читали сегодняшние газеты, Шарлотта? — Нет, а в чем дело? — Хилл Кингс убит. Она удивленно повернулась ко мне, ее лоб наморщился и она испуганно прошептала: — Не может быть. Я достал газету и показал ей заголовок. Она быстро прочла заметку. — О, Майк, какой кошмар! Что же случилось? — Присядем на минутку,— предложил я, указывая на пустую скамейку. Шарлотта взглянула на часики и покачала головой. — Нет, не могу, я встречаюсь с Бетти через несколько минут. Проводите меня до выхода. Я отдам ребенка, а после этого вы смо¬ жете проводить меня до конторы и по дороге все расскажете. Я не стал возражать такой прекрасной даме. Шарлотта внимательно слушала меня. Очевидно, она пыталась проник¬ нуть в психологические аспекты происходившего. Но вскоре я вынужден был прервать свой рассказ, так как появилась Бет¬ ти. Мы познакомились, поболтали несколько минут и попро¬ щались с молодой мамашей. Мы направились обратно вдоль каменной стены, отделяю¬ щей парк от улицы. Но не прошли мы и тридцати футов, как не¬ ожиданно появилась машина. Времени на раздумья не оставалось, так как за приспущенным ветровым стеклом я заме¬ тил дуло револьвера. Я бросился на землю, подмяв под себя Шарлотту. 68
Пуля ударилась о стену над нашими головами. Второй раз Джордж Кэлики выстрелить не успел, и автомобиль скрылся на Пятой авеню. Покушение было задумано хитро и умело. Мы шли тут одни, и ни одной машины поблизости. Я помог Шарлотте под¬ няться и отряхнул с нее пыль, ощущая под рукой ее великолепное тело. Лицо ее побледнело, но голос совсем не дрожал. Мимо нас прошла какая-то парочка, не обратив на нас никакого внимания. Вероятно, они решили, что мы просто упали. Подняв пулю у сте¬ ны, я обнаружил, что она от кольта сорок пятого калибра. Шарлотта некоторое время молчала, потом сказала: — Вы, Майк, попали на что-то горячее. Кто-то хочет из¬ бавиться от вас. — Знаю,— усмехнулся я,— и знаю кто. Это наш друг Джордж Кэлики... Похоже, он дошел до предела, раз уж пыта¬ ется прикончить меня днем на улице. — Не надо смеяться, Майк, это вовсе не смешно. Я взял ее за талию и почувствовал, что ее слегка бьет дрожь. — Простите, дорогая, но меня пытаются убить не в пер¬ вый раз. Главное, что он мог случайно попасть в вас. Позволь¬ те, я провожу вас домой, так как вы сильно испачкались. Дважды по дороге домой Шарлотта открывала было рот, словно хотела что-то сказать, но оба раза его закрывала. В конце концов, я полюбопытствовал: — В чем дело, Шарлотта? Она нахмурилась. — Кэлики пытался пристрелить вас, потому что вы пообе¬ щали уничтожить убийцу Джека? — Возможно... — Кто-нибудь знает об этом деле больше вас? Немного поразмыслив, я ответил: — Не думаю. Полиция знает то же, что и я, но к тому же у меня есть личные причины ненавидеть убийцу, и я предпри¬ нимаю более энергичные действия. Было почти десять часов, когда мы подошли к дому Шар¬ лотты. Мы поднялись по лестнице и она нажала кнопку. — Черт возьми, промолвила она, я забыла, что Кетти се¬ годня нет. Она порылась в сумочке, нашла ключ и открыла дверь. Сразу же раздался звонок. — Приготовьте нам по стаканчику, пока я приму душ и переоденусь. — Ладно,— буркнул я, помогая ей вытащить бутылки,— но я хотел бы еще воспользоваться вашим телефоном. 69
— Зачем спрашивать, Майк, будьте как дома. Она вышла, а я набрал номер Пата и немного подождал, пока его разыщут. — Пат? — Да, Майк. — Кэлики в городе. — С чего ты взял? — Он только что пытался убить меня. Пат внимательно выслушал мой рассказ и поинтересовался: — Ты заметил, какая машина? — Конечно... Это был темно-синий «кадиллак» с кучей хромированных штуковин. Он направился к центру города. — Хорошо, Майк, я передам это своим. Пуля у тебя? — А ты сомневаешься? Опять сорок пятый калибр, но пу¬ ля обычная, а не разрывная. Будешь у себя после полудня? — Если не случится ничего непредвиденного, то буду на ме¬ сте. Да, Майк, мы проверили пули, которыми были убиты Уикере и Кингс. Они выпущены из того же револьвера, значит, и убийца тот же. — Черт побери!— выругался я. Я повесил трубку и вытащил пулю из кармана. Из того же самого револьвера? Я вспомнил о револьвере, который видел у Джорджа. Сейчас я жалел, что доверился своим глазам, а не отдал его на экспертизу. Положив пулю в карман, я пригото¬ вил два коктейля и позвал Шарлотту. Она крикнула, чтобы я принес ей коктейль. Может быть, мне следовало немного подождать или постучать, но я не сде¬ лал ни того, ни другого, и увидел, что она стоит совершенно обнаженная на коврике возле кровати. Тут кровь во мне закипела. Стаканы в руках задрожали. Шарлотта была еще красивее, чем я мог себе представить. Она испуганно схватила платье и прикрылась им, но я уже по¬ крылся краской с головы до ног. Она тоже выглядела не лучше. — О, Майк...— прошептала она. Я не мог отвернуться и смотрел на нее, пока она одевалась, а потом протянул ей коктейль. Мы залпом проглотили свои коктейли, но это не помогло по¬ гасить пожар, пылавший во мне. Мне страстно хотелось прижать ее к себе и расцеловать, хотя бы для начала. Поставив пустые стаканы на ночной столик, мы повернулись друг к другу. Мы сто¬ яли слишком близко, и поэтому случилось то, что случилось... Шарлотта бросилась в мои объятия и прижалась лицом к моей шее. Я взял ее голову и стал целовать глаза, лоб, подбо¬ 70
родок. Губы ее приоткрылись, и я буквально впился в них. Я чувствовал, что делаю ей больно, но она и не пыталась освобо¬ диться. Она отвечала на мои поцелуи, прижимаясь ко мне все крепче и крепче. Еще никогда в жизни я не желал женщину так сильно, как в этот момент. — Я хочу тебя,— чуть слышно произнесла она. — Нет,— прошептал я. — Да, Майк... Возьми меня! — Нет. — Но почему, Майк, почему? — Только не сейчас. Наш час еще наступит, но только не сейчас. Это было бы слишком прекрасно! Я поднял ее и вынес из спальни. Если бы мы оставались там дольше, я не выдержал бы этой сладостной пытки. Я еще раз по¬ целовал ее у дверей ванной комнаты и взъерошил ей волосы. — А теперь под душ, дорогая. Тебе тоже надо чуть охла¬ диться. Она улыбнулась мне затуманенными глазами, вошла в ванную и прикрыла за собой дверь. Услышав шум воды, я позвонил секретарше Шарлотты. — Вас беспокоит Майк Хаммер. Я жду звонка от одного человека и попросил его позвонить к вам. Скажите ему, где я нахожусь. — Уже сделано,— чему-то обрадовалась она.— Этот че¬ ловек уже звонил, и я сказала ему, что вы будете в парке. Вы разминулись? Я чуть не выругался в трубку, но самым спокойным обра¬ зом сказал: — О, нет. Он наверняка должен еще подъехать. — Всего хорошего,— попрощалась секретарша. Молодец, старина Джордж. Видимо, он следил за мной, потерял из виду и решил, что я пойду к Шарлотте... Неплохо... Я приготовил еще по коктейлю и уселся на диван. Итак, выходит, что Джордж следил за мной, но я его не заметил. А как это он мог догадаться, что я направлюсь к Шарлотте? Не¬ ужели это было написано на моей физиономии похотливого самца? Любовь может сыграть с вами разные штучки. На этот раз она чуть не сыграла со мной плохую. Если бы не моя мол¬ ниеносная реакция, Кэлики подстрелил бы меня как зайца! Фараонов поблизости тоже не было. Он предусмотрительный парень, который наверняка подготовил возможность безопасно¬ го отступления в случае неудачи. Ну что ж, мистером Кэлики придется заняться лично. 71
Шарлотта приняла душ в рекордный срок. Я больше не го¬ ворил о случившемся, но оба мы думали о том, что едва не про¬ изошло, и прекрасно понимали, что каждый из нас думает о том же. Она соблазнительно улыбнулась мне, взяла бокал и присела рядом. — Как ты догадалась, что я сегодня приду? — Я ждала тебя со времени нашей последней встречи. Разве я ошиблась? — Но почему ты меня ждала? — Ты мне сказал, что не любишь легких побед, но со мной это совсем иначе. Просто мы не можем терять зря времени. Она прислонилась к моему плечу, и я рассказал ей о разго¬ воре с ее секретаршей. — Ты не сдержал обещания, Майк, и не пытаешься быть осторожным. Что касается Кэлики, то это ловкий и опасный противник, Майк. Будь осторожен, умоляю тебя! Если с тобой что-нибудь случится, я... — Ты? — Майк, неужели ты не понимаешь, что я влюбилась в тебя? Я погладил ее грудь и прошептал: — Понимаю, глупышка. Это видно по твоей мордашке точно так же, как и по моей физиономии. — Да, это заметно. Мы рассмеялись, и я ощутил себя школьником. — А теперь поговорим серьезно, прежде чем я поеду к се¬ бе в контору. — Твой визит все-таки имеет какую-то цель, да? — Угадала!— воскликнул я. Шарлотта покровительственно похлопала меня по плечу. — Сколько раз тебе напоминать, что я психиатр и привыкла изучать людей? Особенно,— с кокетством закончила она,— ес¬ ли есть особые причины интересоваться этими людьми! — Важными людьми!— пошутил я.— Все верно... Я при¬ шел к тебе выяснить, что ты можешь сказать о Хилле Кингсе. Мой вопрос вернул ее на грешную землю. — Я ожидала этого вопроса, услышав твой рассказ о собы¬ тиях последней ночи. Хилл изучал медицину, а ты утвержда¬ ешь, что под этим прикрытием он поставлял женщин в дом терпимости. Несколько необычный метод, правда? — Не совсем. Чтобы довести бедных девушек до крайно¬ сти, необходимо оторвать их от дома, а затем постепенно тол¬ кать по наклонной плоскости, как бы намыливая ее. Потом их загоняют в угол и угрожают сообщить полиции об их подполь¬ ном промысле. Что же им остается делать? Обратно их потом 72
никто не принимает... Остается единственная возможность, единственный путь. В этих домах они, по крайней мере, сыты, зарабатывают какие-то деньги и не ночуют на улице. Перешаг¬ нув однажды за эту грань, назад вернуться невозможно. Такая си¬ стема требует времени, но результаты говорят сами за себя. Благодаря этой системе Хиллу удавалось поставлять в дома де¬ вушек, избегая серьезного риска. — Понимаю,— прошептала Шарлотта.— Я познакомилась с ним на студенческой конференции по психиатрии в одном из колледжей и отобрала его вместе с другими студентами, пре¬ доставив им возможность изучить на практике мои методы ле¬ чения. Хилл оказался способным учеником. Я приписывала его успехи врожденным талантам, но если учесть, что один курс он проходил много раз, то тут и дурак может чему-то научиться. — Понятно... Как он жил? — Жил он в доме, расположенном неподалеку от моей кон¬ торы — то есть когда находился в городе. В колледже он жил в общежитии. Каждый уикенд он приезжал ко мне в клинику и останавливался обычно у Кэлики. Он был настолько поглощен учебой, что никогда не говорил ни о чем другом. Я знаю, что однажды его чуть не арестовали, но именно Джордж помог ему избавиться от неприятностей. — Он мне сам об этом рассказывал,— подтвердил я.— А как насчет личной жизни? Он никогда не пытался ухаживать за тобой? — Нет. Он не такой дурак. Неужели ты думаешь, что он хотел соблазнить меня в интересах своей организации? — Нет. Ты слишком умна, чтобы попасть в его сети. Я ду¬ маю, ты понимаешь, почему он подолгу торчал в городе. Воз¬ можно, он действительно интересовался психиатрией, хотя бы теми аспектами, которые помогали ему в его преступной дея¬ тельности. — Это он убил Джека? Я не ожидал от Шарлотты такого вопроса. — Я думал об этом. Вероятно, Джек понял, кто такой Хилл на самом деле. Джек не работал в полиции и не мог аре¬ стовать его, но у него была возможность держать Кингса в рам¬ ках, пока он собирал неопровержимые доказательства. Убил ли Кингс Джека? Я отдал бы обе ноги и руку, чтобы знать правду. Что угодно, лишь бы у меня осталась одна рука, которая могла бы пристрелить подонка! — А что произошло между Хиллом и Элен Уикере? — Хилл наверняка явился к ней, чтобы убить ее, а убийца Джека прикончил их обоих, обрезая нити следствия. Но, в та¬ 73
ком случае, как Джек мог знать, что Хилл придет се убивать? Я ничего не понимаю, Шарлотта... Может быть, он знал, что Хилл собирается туда, но по другому поводу. Может, и так... А может, он знал, что тот человек тоже там будет, но тот еще не был убийцей. Здесь что-то не так... Наверное, я все запутал. Ско¬ рее всего со временем число подозреваемых уменьшится. Трое мертвы, четвертый засветился, а убийца спокойно затаился где- то в уголке и посмеивается над нашими бесплодными усилия¬ ми... Ничего, смеется тот, кто смеется последним!— на секунду я замолчал, но потом продолжил:— На розыски убийцы броше¬ на вся полиция города. Пат Чемберс стремится добраться до него прежде меня, но я этого не допущу. Наша встреча произойдет при закрытых дверях: я, убийца и пуля! Обычная пуля, не разрывная, но я вгоню ее в подходящее местечко, в живот, и результат будет не хуже, чем от разрывной. Шарлотта внимательно слушала меня. Вероятно, она изу¬ чала и анализировала меня с профессиональной точки зрения. Я смутился и тряхнул ее за плечи. — Почему ты так смотришь на меня, дорогая? Я не псих, и ты это отлично знаешь. — Я думаю не об этом, Майк. Ты всегда был так жесток, или это последствия войны? — Я всегда был таким, насколько помню. Я ненавижу сволочей, которые убивают ради удовольствия. Война только научила меня кое-чему, чего я раньше не знал. Я взглянул на часы. Было уже поздно. — У тебя, кажется, встреча в два часа? Пора идти, дорогая. — Ты меня проводишь? — Разумеется... Можешь переодеться. Мы ехали очень медленно, чтобы оставаться вместе как мож¬ но дольше. Мы совсем не говорили ни о делах, ни о наших лю¬ бовных перспективах. Когда мы почти доехали, Шарлотта неожиданно спросила: — Когда мы увидимся, Майк? — Скоро,— пообещал я.— Если позвонит Джордж Кэли- ки, попроси свою секретаршу ответить, что я нахожусь на уг¬ лу улицы как раз напротив твоей конторы. Пусть он только попытается напасть на меня, вот тут-то я его и прикончу, раз¬ мазав мозги по стенам, а кишки по тротуару! Твоя секретарша узнает его по голосу, даже если он представится под другим именем. — Ладно, Майк. А если позвонит Чемберс? — Расскажи ему о покушении, но не сообщай о телефон¬ ном звонке. 74
Она прижалась ко мне на прощание, поцеловала и вышла из машины. Я смотрел ей вслед. Какая женщина! Бесподобна с ног до головы! И все это принадлежало мне! Мне захотелось кри¬ чать и петь от радости в предвкушении обладания этим телом. Сзади кто-то недовольно загудел, и я поспешил отъехать. Чуть дальше меня остановил красный свет. В тот же миг я ус¬ лышал свое имя и обернулся. Сбоку мелькнул темный силуэт, пробирающийся между остановившимися машинами. Я открыл дверь, и рядом со мной устроился Боб Хупер. — Хэлло, Боб!— приветствовал я его.— Что ты здесь де¬ лаешь? — Работаю, Майк. Это же мой район. Он весь кипел от восторга. Слова лились из него рекой. — Куда ты едешь?— спросил он. — В город. Могу подвезти. Тебе куда? Он задумчиво почесал лоб. — Мне-то нужно в другую сторону.— заявил он после раздумья.— Необходимо передать письмо на Кэнэл-стрит. — Ладно, Боб, я подвезу тебя. Наконец, загорелся красный свет, преграждая путь друго¬ му потоку, а мне улыбался зеленый. Я свернул на Бродвей и по¬ ехал налево. По дороге Боб махал рукой молодым девушкам. Я давно знал, что он обожает прогулки в машине. — Ты не слышал каких-нибудь разговоров о Кэлики? — Нет. Наверное, что-нибудь случилось, так как он рас¬ стался с несколькими своими ребятами. Я видел их сегодня. — А у Сэма что нового? — Ничего. — Как поживают твои пчелки? — О, замечательно! Теперь у меня есть матка. Кстати, ты был не прав, Майк. Матке не нужен самец. — Как же тогда появляются маленькие пчелки?— спро¬ сил я, взглянув на него. Он озадаченно нахмурился. — Мне кажется, они несут яйца,— проговорил он после продолжительного раздумья. Я высадил его рядом с Кэнэл-стрит. Он вежливо попро¬ щался со мной и скрылся за поворотом. — Да, хороший парень этот Боб... До того безобидный и услужливый...— бормотал я вслух, разговаривая сам с собой.
10 Пат ждал меня в тире. Меня проводил туда полицейский в форме. Я подошел к нему в тот момент, когда он изучал ре¬ зультаты последней серии выстрелов. — Что-нибудь не так?— спросил я. — Мне кажется, револьвер не пристрелян,— проворчал он. Он снова выстрелил по движущемуся силуэту и попал между сердцем и плечом. — Чего же тебе еще надо, Пат? — Такое попадание — совсем не предел точности для че¬ ловека,— объяснил он. Пат редко бывал доволен. Он протянул мне свое оружие, а я рассмеялся. — На, попробуй,— предложил он. — Из этой кастрюли? Я вытащил свой «сорок пятый» и спустил предохранитель. Появилась мишень. Я выстрелил трижды подряд. Пат посмот¬ рел на мишень: все три пули угодили в голову силуэта. — Недурно,— заметил Пат. Мы спрятали оружие и направились к лифту. — Пуля с тобой?— поинтересовался Пат.— Давай-ка сравним ее с другими. — Давай. В лифте он внимательно осмотрел пулю, но пуля, попав¬ шая в стенку, повреждается больше, чем пуля, извлеченная из тела человека. И одинаковые ли они, на глазок судить нельзя. В лаборатории баллистических исследований Пат вставил пулю в специальную кассету и включил свет. Я погасил общий свет, и на экране появилось изображение двух пуль. Пат пово¬ рачивал изображение во всех плоскостях, пытаясь найти схо¬ жие детали, но никаких совпадений не было. В конце концов, он бросил это занятие и зажег свет. — Ничего не поделаешь, Майк, это пули из разного ору¬ жия. Если Кэлики, совершив убийство, не заменил револьвер, путая следы. — Возможно, но маловероятно. Редко кто, совершив убийство, меняет оружие. Пат согласился и нажал на кнопку. Он передал пулю одно¬ му из своих детективов, приказав сфотографировать ее и поме¬ стить снимок в картотеку. Затем мы уселись в уголке, и я подробно рассказал ему о покушении, едва не стоившем мне жизни, а также высказал свое мнение по поводу убийства Кинг¬ са. Пат никак не стал комментировать мой рассказ. Он принад¬ 76
лежал к тому типу неразговорчивых сыщиков, которые внача¬ ле просто регистрируют факты, а затем картина должна посте¬ пенно вызреть у них в голове. Я всегда удивлялся, встречая подобных людей в полиции. В их распоряжении было прекрас¬ ное оборудование, контакты во всех областях и, несмотря на ругань, которую мечут в их адрес газеты, они умеют прекрас¬ но всем этим пользоваться. Как и везде, в полиции есть паршивые овцы. Но есть и та¬ кие люди, как Пат, которых невозможно подкупить. 'Может быть, я тоже стал бы одним из них, если бы не обязательное для полицейских правило следовать определенным инструкциям. Едва я закончил свой рассказ, как Пат потянулся и сказал: — К сожалению, мне нечего добавить, Майк. Я со своей стороны хотел бы помочь тебе, потому что ты прекрасно пора¬ ботал и предоставил в мое распоряжение множество фактов. А теперь изложи свою версию. Кто, на твой взгляд, убийца? — Если бы я знал это, у тебя на руках повисло бы еще од¬ но убийство в порядке самозащиты,— ухмыльнулся я.— Я на¬ чинаю думать, не следует ли нам поискать где-то вне круга наших первоначально подозреваемых, которые и так оказа¬ лись на добром пути к истреблению,— но не считая, конечно, Кэлики, хотя бы из-за его внимания по отношению ко мне. Может, это он? У него ведь были причины для этого. А может, это сделал кто-то другой из их же организации? Джек запро¬ сто мог это обнаружить, за что и поплатился. А если за убийст¬ вом Хилла Кингса скрывается месть женщины, которая оказалась более проницательной, чем другие, вовремя поняв его намерения? Это могла быть также месть отца, брата или возлюб¬ ленного. Хилл сломал столько девичьих судеб, что страшно по¬ думать, и он наверняка совершил не одну ошибку. — Я тоже подумывал об этом, Майк. А теперь,— он под¬ нялся,— пошли со мной, я покажу тебе одну твою старую приятельницу. — Мою старую приятельницу? Заинтригованный, я попытался расспрашивать, но Пат не отвечал и был нем, как рыба. Мне пришлось умолкнуть. Мы вошли в маленькую комнату, где два детектива допрашивали женщину, но не получали ответов. Она сидела спиной ко мне, и я узнал ее лишь когда по¬ дошел спереди. Ничего себе, приятельница... Я мысленно послал Пата ко всем чертям. Это оказалась хозяйка дома терпимости, сумев¬ шая ускользнуть сквозь пальцы в предыдущую ночь. — Где вы ее нашли?— спросил я. 77
— Она шла по улице около четырех утра и полицейский задержал ее, поскольку у нее не оказалось документов. Я снова повернулся к женщине. Она явно устала от дли¬ тельного допроса, но тем не менее сидела, вызывающе скре¬ стив руки на груди, хотя по нервному дрожанию пальцев было видно, что она близка к истерике. — Вы помните меня?— буркнул я. Она повернулась в мою сторону и проговорила: — Да, я вас знаю. — Как вы выбрались из дома во время облавы? — Отстаньте! Пат взял стул и уселся напротив женщины: — Если вы отказываетесь отвечать,— спокойно произнес я,— то мы обвиним вас в убийстве и вам потребуется хороший адвокат. Ее руки опустились, и она облизала пересохшие губы. На этот раз удар достиг цели. Она ощутила страх за свою вонючую шкуру, но потом страх исчез и она расхохоталась. — С этим вы тоже можете оставить меня в покое! Никого я не убивала. — Может, и так,— вмешался Пат, но убийца улизнул из дома тем же путем, что и вы. И мы можем предположить, что вы помогли ему смыться, а соучастие в убийстве также подле¬ жит наказанию. — Идиоты!— заорала она. Ее достоинство и респектабельность сразу же испарились. На бледном лице проявились глубокие поры. Она нервно сглотнула. — Я одна была!— снова завопила она. — Вранье,— бросил я. Она вздрогнула и пробурчала: — Я говорю вам, что была одна, и вы меня не собьете. Я бы¬ ла у двери, когда явилась полиция. Поняв, зачем она прибыла, я скрылась через потайной ход. — Где он?— поинтересовался я. — Под лестницей. Кнопка приводит в действие потайную дверь в деревянной перегородке. Я стал припоминать детали зала ожидания. — Если вы бежали к лестнице, убийца в это время как раз мог спускаться. Кто это? — Никого я не видела. Говорю вам, что никого не видела! Почему вы не оставите меня в покое? Она спрятала лицо в ладонях и смолкла. — Уведите ее!— приказал Пат. Повернувшись ко мне, он 78
спросил:— Что ты об этом думаешь? — Похоже на правду. Увидев нас, она улизнула. Но убий¬ це повезло. Мы аэшли минуты через две после выстрелов. Стены комнат звуконепроницаемы, и выстрелов никто не слышал. Убийца намеревался скрыться в толпе и удрать сразу после окончания представления, когда у дверей никого не бу¬ дет. Спускаясь со второго этажа, он услышал нас и заметил, как хозяйка манипулирует с потайной дверью. И он последовал за ней. А мы сразу же поднялись наверх, пока остальные занима¬ лись клиентами,и убийца ушел, прежде чем дом успели бло¬ кировать. Мы слишком спешили, и у нас не было времени заранее поставить кордоны. Мою версию мы проверили на месте. Хозяйка не соврала. В сердцевине одного цветка в деревянном резном орнаменте мы обнаружили кнопку. Она приводила в действие двигатель, ко¬ торый через систему передач открывал дверцу. Все было сделано довольно грубо и, по-видимому, сооружено уже тогда, когда этот дом превратили в бордель. Потайной ход футов десять шел прямо, а затем поворачивал направо и утыкался в закрытую, полностью сливающуюся со стеной дверь в подвал соседнего дома. Очевидно, жильцы этого дома не знали о существовании этой двери. Из подвала можно было выйти во двор, а затем на улицу. На все это требовалось не более минуты. Мы тщательно осмотрели каждый дюйм потайно¬ го хода. В спешке убийца мог оставить какие-нибудь следы, но нам ничего не удалось найти. Разочарованные, мы вернулись в дом. — Ну что ж, мне кажется, рассчитали мы правильно.— Пат закурил и продолжил:— Но это никуда нас не привело. — Ты нашел что-нибудь насчет прошлого Хилла Кингса? Задав этот вопрос, я заметил, как в глазах Пата мелькнул насмешливый огонек. — Уже сейчас мы знаем, по сведениям из двадцати семи колледжей, что Кингс никогда не проводил больше одного се¬ местра в одном заведении, кроме последнего. Чаще всего он ограничивался одним месяцем. Как только он покидал кол¬ ледж, одна или несколько девушек, в зависимости от длитель¬ ности его пребывания, тоже исчезали. Несколько человек целый день сидят на телефоне и еще не закончили работу. Я мысленно проклял Хилла Кингса и снова спросил: — Что находилось у него в карманах в момент смерти? — Ничего особенного: пятьдесят долларов в мелких купю¬ рах, водительские права и автомобильный сертификат. Еще не¬ сколько фото — и все из последнего учебного заведения. — Он был слишком предусмотрителен, чтобы разгули¬ 79
вать с уликами, Пат. — А как это ты не заметил его, когда наблюдал за домом? Подумав, я ответил: — Если он входил в дом, когда я уже был там, то наверня¬ ка явился не один. Может быть, он переоделся, но я в этом со¬ мневаюсь. Ага... понятно,— я прищелкнул пальцами,— теперь все ясно... Они приехали в шесть или семь часов и были прикрыты несколькими другими машинами, которые подъехали сразу же за ними. Все очень спешили войти, опасаясь, что их за¬ метят, и он вполне мог не попасть в поле моего зрения. — Выходит, он был один?— настаивал Пат. — Не знаю, но вряд ли он приехал вместе со своим убийцей. Наступил вечер, и мы решили отложить наш разговор на завтра. Я простился с Патом и вернулся домой, чтобы приве¬ сти себя в порядок. Это дело начинало уже действовать мне на нервы. Я заказал себе ужин из ресторана и съел его, обильно сма¬ чивая пивком. Кое-что высветлялось, но еще многое требова¬ ло прояснения. Например, родимое пятно на бедре одной из сестричек Билеми. Было почти девять часов, когда я набрал номер телефона се¬ стер Билеми. Мне сразу же ответил ласковый женский голос. — Мисс Билеми? — Да-а. — Вас беспокоит Майк Хаммер. — О,— она поколебалась с секунду и добавила:— Чем могу быть полезна? — А кто у телефона — Мэри или Эстер? — Эстер. — Можно к вам приехать? Я хотел бы задать вам пару вопросов. — А почему бы не сделать это по телефону? — Все не так просто. Так могу я все-таки приехать? — Ладно, я буду ждать вас. Я поблагодарил ее, спустился вниз и сел в машину. Эстер оказалась абсолютной копией своей сестры. Если между ними и существовали какие-то различия, то я не смог их обнаружить. Может быть, разница была только в характере? Мэри — нимфоманка, посмотрим же, какова Эстер. Она приветствовала меня тепло и в то же время сдержан¬ но. Ее простое вечернее платье подчеркивало прекрасные и со¬ блазнительные формы. Как и Мэри, это была женщина спортивного сложения. Но прическа была совсем иная: волосы подобраны вверх, 80
как это сейчас модно, и стянуты на макушке. Такая прическа мне совсем не нравилась. Мне казалось, что женщины с подтя¬ нутыми вверх волосами все время ищут, где у них совок и вед¬ ро, и готовы тут же взяться за уборку. Но во всем остальном Эстер заставляла забыть о ее безвкусной прическе. Я присел на тот же самый диванчик, где сидел, беседуя с ее сестрой. Эстер налила виски с содовой и пошла за льдом. Затем она присела на соседний и с иронией спросила: — Ну, чего же вы ждете от меня, мистер Хаммер? — Называйте меня Майк,— очень вежливо попросил я.— Я не привык к формальностям. — Хорошо, Майк. Я начал задавать вопросы. — Насколько близко вы знали Джека Уильямса? — Очень поверхностно. Приятельские отношения, воз¬ никшие в результате частых встреч, но ничего интимного. — А Джордж Кэлики? Вы его хорошо знаете? — Немного, но мне он не нравится. — Ваша сестра относится к нему так же? Он ухаживал за вами? — Шутите! В тот вечер он был в скверном настроении и с трудом сохранял вежливость. Не думаю, что он джентльмен. В нем есть что-то отталкивающее. — Ничего удивительного. Это был гангстер, да и теперь занимается самыми грязными нелегальными делами. Эстер положила ногу на ногу как раз в тот момент, когда я понял, что расспрашивать ее больше не о чем. Когда женщи¬ ны, наконец, будут прикрывать свои ноги, чтобы не отвлекать от работы? Эстер заметила, как мой взгляд прошелся по ее но¬ гам и двинулся дальше, и тщетно пыталась натянуть юбку на колени. — Продолжайте,— кивнула она. — Простите за нескромность, но на какие средства вы жи¬ вете? Я уже знал ответ, но мне просто не о чем было спросить ее. Глаза Эстер неприязненно блеснули. — У нас достаточно ценных бумаг, которые достались нам в наследство от отца. Он был крупным владельцем текстильных предприятий. В чем, собственно, дело? Вы ищете богатую невесту? — Нет, иначе бы вы чаще видели меня. Я полагаю, что у вас имеется и недвижимость? — Триста акров земли, десять акров леса, дом, где двад¬ цать три комнаты и бассейн, несколько теннисных кортов, полдюжины поклонников, всегда готовых подтвердить, какая 81
я хорошая. — Ничего себе скромная резиденция!— изумленно при¬ свистнул я. Эстер рассмеялась. От откровенного и здорового смеха ее плечи и грудь зако¬ лыхались, и, казалось, что торчащие вперед груди вот-вот прорвутся сквозь тонкую ткань. Они были крепкие, упругие и живые, как и она сама. — Вы не хотели бы посетить меня там, Майк? — С удовольствием,— сразу согласился я, не подумав.— А когда? — В ближайшую субботу. Мы устраиваем ночной теннис¬ ный матч при свете прожекторов. Там будет и Мирна Дэвлин. Бедненькая, ее так потрясла гибель Джека! — Кто еще из знакомых там будет? — Шарлотта Мэннинг. Вы встречались с ней? - Да. Она поняла, что значит мой тон, и угрожающе подняла указательный палец. — Выбросьте это из головы, Майк! Я попытался улыбнуться. — А как же мне развлекаться в этой пустыне из двадцати трех комнат, если я выброшу это из головы? Улыбка исчезла с ее лица. — А как вы думаете, почему я пригласила вас? Я поставил бокал на стол, поднялся и сел рядом с ней. — Не знаю, а почему? Она обвила мою шею. — Угадайте,— промолвила она хриплым от возбуждения голосом. Губы наши соединились, и я навалился на нее, прижимаясь всем телом. Она терлась лицом о мои щеки, и я чувствовал на своей шее ее горячее прерывистое дыхание. Когда мои руки касались ее груди или живота, она всякий раз вздрагивала. Ей удалось освободить одну руку, и я услышал, как расстегива¬ ются кнопки на ее платье. Приникнув губами к ее обнаженной груди, я ощутил, как подрагивание превратилось в конвульсивные колебания. Она укусила меня за губу и дернулась. Я еще крепче обнял ее, и она застонала от боли и экстаза. Я нащупал выключатель, и комната погрузилась в темноту. Во всем мире ничего больше не существо¬ вало — только она и я. Мы оба молчали, и о чем нам было сейчас разговаривать? Сейчас говорили наши тела. Лишь шорох поду¬ шек, да царапание ногтей о жесткую ткань дивана, звяканье 82
пряжки, стук туфель, упавших на пол, шелест снимаемых трусиков. А потом только учащенное, прерывистое дыхание, пере¬ межаемое ее страстными стонами и всхлипами, и — тишина. Через некоторое время я зажег свет и осмотрел ее с ног до головы. — Лгунья!— довольно ухмыльнулся я.— Никакого роди¬ мого пятна! Ты — Мэри! Она удовлетворенно усмехнулась и взлохматила мне волосы. — Я знала, что тебя это заинтригует и ты захочешь убе¬ диться в этом и взглянуть на него поближе,— объяснила она. — Тебе нужно задать хорошую трепку,— я шлепнул ее ладонью по ослепительной ляжке. — Еще чего! Я поднялся с дивана и приготовил два коктейля, пока Мэ¬ ри медленно одевалась. Наверное, она надеялась на повторе¬ ние. Ничего не дождавшись, она одним махом проглотила коктейль. Я взял шляпу и приготовился уходить. — Приглашение на субботу остается в силе?— осведо¬ мился я. — Еще бы!— предвкушающе ответила она.— И прошу не опаздывать! Вернувшись домой, я почувствовал, что мы приближаемся к цели. Устроившись в кресле, я принялся размышлять. Итак, уже произошло три убийства, но на этом не закончится. Убий¬ ства еще будут! Я перебрал в голове все факты, которые уже были в нашем распоряжении. Почему убит Джек? Что у него было ценного или опасного для преступника? Зачем он собирался идти в дом терпимости? Чтобы в чем-то убедиться или кого-то предупре¬ дить? Если я знаю убийцу, то как ему удалось войти в дом не¬ замеченным? Слишком много вопросов еще не имеет ответа. Где же истина? А Джордж Кэлики? Почему он бежал? Почему он пытался пристрелить меня? Потому что я принял его за убийцу? Возможно, вполне возможно... Но он ли убийца? Все присутствовавшие на вечеринке имели возможность прикончить Джека. А мотивы? У кого из них могут быть мотивы? Мирна? Не¬ возможно — по чисто сентиментальным причинам. Шарлотта? Тоже нет причин. Кроме того, ее профессия несовместима с пре¬ ступлением... Она врач-психиатр и познакомилась с Джеком лишь из-за болезни Мирны. Никаких мотивов... Близнецы? Од¬ на нимфоманка, а другую я еще не знаю. Куча денег и ника¬ ких проблем. Какое место им здесь принадлежит? Какую роль 83
играли они в этом деле? Может быть, мотивы есть у Эстер? На¬ до заняться ею. К тому же поискать на теле родимое пятно... А если Джек оттолкнул от себя Мэри, и отказался удовлетворить ее? Оскорбленная страсть нимфоманки может ко многому при¬ вести. Но причем тогда эти четыре книги? Я закурил и на минуту попытался отвлечься от размышлений. А что дальше? Хилл Кингс? Его только что убили. Элен Уикере? Она тоже мертва, и ее уже поздно обвинять. А если убийц было двое? Хилл мог убить Джека и Элен, а его в свою очередь пристрелили из собственного пистолета? Любопытная гипотеза, но в комнате никаких следов борьбы... И почему Элен была голая? Готовилась к своей обычной ра¬ боте? Почему, почему, почему? Где же тайник, в котором спря¬ таны все секреты? Его нет ни в квартире Кэлики, ни в квартире Джека. Может быть, убийцу следует искать за пределами круга подозреваемых? Ну и лабиринт!.. Я прикончил банку пива и швырнул ее на пол. В голове гу¬ дело. Еще несколько минут и я потеряю способность думать. Если бы я больше знал о делах Кэлики!..Есть ли какая-ни¬ будь связь между его преступными аферами и всем осталь¬ ным? Нужно разыскать его... Эх, если бы Хилл был жив! Тут я вскочил и ударил себя кулаком по колену. Черт возьми! Как это я не подумал об этом раньше? Хилл ведь ни¬ когда не действовал в Нью-Йорке. Если где-то и сохранились какие-нибудь следы его деяний, то они могут быть только в колледже, и в этих бумагах может таиться разгадка всей исто¬ рии. Я быстро оделся, схватил пальто, засунул в карман запас¬ ные патроны и, позвонив в гараж, попросил пригнать машину к моему дому. Было уже за полночь и механик, ждавший меня на троту¬ аре, буквально засыпал стоя. Я отблагодарил его хорошими чае¬ выми, сел в машину и быстро отъехал. Движение на улицах значительно уменьшилось, и я быстро гнал машину в северном направлении. Пат Чемберс дал мне адрес последнего колледжа, где учился Хилл Кингс. Днем я добирался бы до него целых три часа, но сейчас надеялся доехать намного быстрее. Дважды за мной устремлялись полицейские на мотоциклах, но благодаря мощному двигателю моего старого автомобиля я без труда оставлял их далеко позади. Я, правда, опасался, что они бло¬ кируют мне дорогу, но ничего подобного не случилось, и я продолжал свой путь. Следуя указателю, я вынужден был свернуть на боковую дорогу, и ехать чуть медленнее. Потом я очутился на хорошей 84
бетонке и уже до самой цели гнал на предельной скорости. Городок Пакдейл имел в длину не более пяти миль. Выве¬ ска при въезде сообщала, что там тридцать тысяч жителей, и что это окружной центр. Найти колледж оказалось нетрудно. Он был расположен на холме в миле к северу от города. Несколь¬ ко окон были освещены. Вероятно, окна коридоров. Я остано¬ вился перед двухэтажным особняком, на котором обнаружил табличку: МИСТЕР РАССЕЛ ХАЛБОР,ДЕКАН В доме было абсолютно темно, но меня это не остановило. Я нажал кнопку звонка и не прекращал трезвонить, пока не зажегся свет. В дверях показался возмущенный мужчина, оде¬ тый в серый халат поверх ночной пижамы. Ничего более смешного я никогда не видел. Не ожидая, когда меня пригла¬ сят войти, я отодвинул его в сторону и чуть не столкнулся с высоким мужчиной в светлой пижаме. — В чем дело, мистер? Кто вы такой? Я показал ему значок и добавил: — Хаммер, детектив из Нью-Йорка. — Это не ваша территория,— произнес декан.— Что вам нужно? — Осмотреть помещение, где жил студент по имени Хилл Кингс. — Этим делом уже занимается местная полиция, и я пола¬ гаю, что только она имеет на это право. Поэтому... Я не стал вступать с ним в дискуссию. — Послушайте,— пробурчал я, упершись указательным пальцем ему в живот,— убийца на свободе и возможно, что он находится в комнате Хилла... Если он пока никого больше не убил, то может сделать это в любой момент. И это наверняка случится, если вы не окажете мне помощи и не скажете, где находится его комната,— добавил я, положив ему руку на плечо.— Прошу помочь мне, не то я поработаю над вашей фи¬ зиономией так, что родная мать отречется от вас. Рассел Хал бор отступил назад и оперся о стену. Он поблед¬ нел и, казалось, сейчас упадет в обморок. — Я... я... я не знаю,— испуганно прошептал он.— Комната Кингса номер сто семь на первом этаже в левом крыле, в самом углу. Но местная полиция опечатала ее, и я не имею права... — К черту полицию! Гасите свет и не шевелитесь. Кстати, не вздумайте звонить по телефону, пожалеете. — Но что скажут студенты?! — Я сам займусь ими,— ответил я, закрывая за собой дверь. Ориентируясь по фасаду колледжа, я направился к левому 85
крылу. Шум моих шагов заглушала трава. Я быстро добрался до угла здания, молясь про себя, чтобы интуиция на этот раз не обманула меня и чтобы не оказалось слишком поздно. Я прижался к стене и толкнул нужное окно: оно было закры¬ то. Я прижался носом к стеклу, но абсолютно ничего не было видно и слышно. Подцепив пальцем фрамугу, я повернул ее, подтянулся и, перевернувшись через подоконник, рухнул вниз головой на пол комнаты. Это падение спасло мне жизнь. Из противоположного угла раздалось два выстрела. Пули вонзились в подоконник прямо над моей головой. Звук выстрелов оглушил меня. Моя рука ав¬ томатически выхватила револьвер. Послышались еще три вы¬ стрела, и я сразу же выстрелил в ответ. А потом еще раз и еще... Что-то ударило меня в бок. Следующая пуля вонзилась в пол и вслед за этим стрелявший упал. На этот раз я не хотел риско¬ вать и предпринял все меры предосторожности. Добравшись до неподвижного тела, я нашел револьвер и ногой откинул его в сторону, после чего нашел выключатель и зажег свет. Все три мои пули угодили ему в грудь, и он был мертв. Это был Джордж Кэлики! Но он успел сделать то, ради чего явился сюда. В комнате стоял запах горелой бумаги. В углу, в стальном сейфе дымилась кучка пепла. 11 Кто-то застучал кулаками в дверь. В коридоре послышался гул возбужденных голосов. — Заткнитесь и не стойте у двери!— прокричал я. — Кто там? Отвечайте! — Дядя Чарли. Идите к декану и пришлите его сюда, но прежде пусть он позвонит в полицию. — Следите за окном!— завопил чей-то голос.— Пломбы в двери не тронуты. Вероятно, он забрался через окно. Люк, бе¬ ри карабин и сразу же стреляй. Вот психи! Если владелец карабина потеряет выдержку, он прикончит меня через окно, прежде чем я успею что-ни¬ будь ему объяснить. Не могу же я стрелять в студента! Я подошел к окну и высунулся наружу. Четверо ребят лет шестнадцати-восемнадцати уже успели обежать здание. Уви¬ дев меня, они замерли. Я подал знак приблизиться парнишке с карабином. — Иди сюда, эй ты!— закричал я. 86
Парень подошел, держа перед собой оружие. Я показал ему значок. Он был чуть жив от страха. — Видишь этот значок?— спросил я.— Я детектив из Нью-Йорка. А сейчас оставьте меня в покое. Если вы действи¬ тельно хотите что-нибудь сделать, то следите, чтобы никто не покинул колледж. Ясно? Парень облегченно кивнул. Он был рад убраться, не теряя достоинства. Через пару минут прибежал запыхавшийся декан. — Что случилось?— простонал он. — Я только что убил человека,— сообщил я.— Позвони¬ те в полицию и уведите ребят. Он ушел, и я снова остался один. Необходимо было кое-что сделать, прежде чем заявятся полицейские. Я осмотрел револьвер Кэлики. Это был тот самый кольт, ко¬ торый я видел в чемодане у него в комнате. Затем я исследовал пепел в сейфе, и обнаружил там полусгоревшую обложку блок¬ нота, которая рассыпалась в пыль, едва я прикоснулся к ней. Я отдал бы миллион долларов, чтобы знать, что было в этой записной книжке, но Кэлики позаботился о том, чтобы ничего не осталось. Осмотрев в комнате все вокруг, я нашел несколько по¬ луобгоревших листочков, где можно было еще различить какие- то цифры. Как же он сумел пробраться сюда незамеченным и к тому же все сжечь? Ведь огонь должен быть ясно виден снаружи. Обернувшись, я заметил, что коврик у кровати тлеет. К нему прилипла половинка странички из блокнота. Из этого листка можно было понять, что материалы, компрометирующие Джорджа Кэлики находятся в одном из сейфов Нью-Йоркско¬ го банка. Значит, он все-таки был убийцей. Я все время был уверен в его виновности, и теперь эта бумажка дает мне доказа¬ тельства и оправдает мой акт законной защиты. Я положил листочек в конверт, который постоянно держу при себе для подобных случаев, надписал адрес и наклеил марку. Затем я открыл дверь и, опрокинув с полдюжины студентов, отыскал почтовый ящик и бросил туда конверт. После этого я вернулся в комнату Кингса и стал терпеливо ждать прибытия полиции. Наконец-то все начало проясняться. До сих пор я считал, что Джордж Кэлики — крупная фигура, но он оказался лишь одним из многих подручных. Шефом, наверное, являлся Хилл Кингс, который занимался и другими делами, кроме поставки девушек в дома терпимости. Он выбирал подходящих людей с темным прошлым, которых мог заставить работать на себя, со¬ брав компрометирующие их материалы. Он предъявлял им эти 87
документы и фотографии и вовлекал в свои грязные аферы. Если бы я мог спасти содержимое этого сейфа, мы могли бы ликвидировать крупное гнездо рэкета. Я прибыл сюда слишком поздно — хотя и достаточно рано, чтобы не уйти совершенно раз¬ очарованным. А не окажутся ли копии в нью-йоркском сейфе? Со¬ мнительно... Хилл, по-видимому, прятал свои материалы во многих сейфах. И когда ему нужно было освободиться от кого- нибудь в своей банде, достаточно было анонимно позвонить в полицию, чтобы те открыли нужный сейф. Неплохо придумано! Я был доволен тем, что прикончил Кэлики, но не сомневал¬ ся, что основная моя цель еще не достигнута. Некий «икс», о ко¬ тором пока никто не знает, кроме трупов,— вот моя главная цель. Наконец, прибыла местная полиция. Шеф, толстый муж¬ чина с цветущей физиономией, ворвался в комнату с револь¬ вером в руках и сразу же объявил меня арестованным. Через пару минут он отстал от меня, так как я предъявил ему лицен¬ зию частного детектива и разрешение на ношение оружия. Потом я позвонил Пату и передал трубку шефу. Фараоны в маленьких городках не питают уважения к сво¬ им вышестоящим коллегам из больших городов. Но Пат при¬ грозил ему позвонить губернатору, если тот не будет сотрудничать со мной, и толстяк угомонился. Я рассказал ему вполне достаточно, чтобы он мог составить рапорт, а сам на¬ правился в Нью-Йорк, на этот раз уже с умеренной скоростью. В кабинет Пата я вошел, когда уже светало. Мне жутко хо¬ телось спать, но Пат слишком долго ждал меня, и я все ему рас¬ сказал. Он послал туда несколько человек, чтобы сделать необходимые фотографии и проверить пепел в сейфе. Мне не хо¬ телось ехать домой, и я позвонил Шарлотте. Она уже встала и собиралась уходить. — Ты не можешь меня подождать?— спросил я. — Конечно, Майк, но поторопись. Мне страшно хочется знать, что случилось. — Буду через четверть часа. Движение оказалось настолько интенсивным, что я добрался до дома Шарлотты только через двадцать девять минут. Шарлотта ждала меня в гостиной. Кетти занималась хозяй¬ ством. Шарлотта взяла у меня пальто и проводила к дивану, куда я упал с облегчением. Склонившись ко мне, она ласково поце¬ ловала меня, но сил у меня осталось лишь на то, чтобы только ответить на поцелуй. Я рассказал ей о своих приключениях, и она выслушала меня, не прерывая. 88
— Я могу тебе чем-нибудь помочь?— просила она. — Да. Скажи, что представляют собой нимфоманки. — Ты все-таки ходил к ней?!— возмутилась Шарлотта. — Деловой визит, моя милая. — Ладно,— улыбнулась она.— Надеюсь, тебе можно ве¬ рить. Ну, а насчет твоего вопроса, то нимфомания может быть врожденной или же развиться в подростковом возрасте. В пер¬ вом случае это связано с гипофизом, во втором — их развитие складывается так, что когда они становятся взрослыми, то ос¬ вобождаются таким образом от своих неудовлетворенных в юности влечений. — Не врожденная нимфомания может привести к привычке преступать закон? — Ты хочешь сказать, не толкает ли страсть их на убий¬ ство? Не думаю... У них есть другие средства удовлетворять свои необузданные желания. — Например?— поинтересовался я, игнорируя намек. — Ну, если нимфоманка пылает страстью к некоему че¬ ловеку, а тот ее отталкивает, то, вместо того чтобы убить его, она просто находит себе другого! Это гораздо проще, эффектив¬ нее и быстрее! Если задето ее самолюбие, то она вылечивает себя, одерживая другие победы. Ты меня понимаешь? Я все прекрасно понимал. — Обе Билеми нимфоманки? Шарлотта рассмеялась и ответила: — Нет, Мэри неисправима и не предпринимает никаких усилий, чтобы бороться с этим. Она живет на полную катуш¬ ку, и Эстер часто приходится помогать сестре выпутываться из последствий любовных авантюр. Сама Эстер избегает любов¬ ных приключений. Она почти так же красива, как и сестра, но не обладает талантами пожирательницы мужчин. Если она однажды влюбится, то будет вести себя совершенно естествен¬ ным образом. — Мне надо с ней познакомиться. Ты собираешься съез¬ дить к ним на этой неделе? — Да, меня пригласили. Я приеду поздно, но матч не про¬ пущу. Мне нужно будет сразу же вернуться обратно. А ты то¬ же приглашен? — Я должен отвезти Мирну, если она не передумает. — Прекрасно...— проронила Шарлотта. Больше я ничего не слышал, провалившись в глубочайший сон. Проснулся я около четырех часов пополудни. Кетти услы¬ шала, что я проснулся, и принесла мне поднос, на котором бы¬ ли яичница с беконом и дымящийся кофе. 89
— Вот, ваш завтрак, мистер Хаммер,— произнесла она.— Мисс Шарлотта приказала мне заботиться о вас до ее возвращения. Она подарила мне ослепительную улыбку и удалилась. Я с аппетитом поел и выпил три чашки кофе. Потом я по¬ звонил Мирне. Она сказала, что будет ждать меня в субботу утром. Я повесил трубку и поискал на полках что-нибудь почи¬ тать. Полистав огромный том под названием «Лечение гипно¬ зом психических заболеваний», я довольно быстро бросил его, так как почти ничего не понял. Методика лечения, как я ду¬ мал, заключалась в том, что пациенту под гипнозом внушали какой-то образ поведения, которому он и следовал потом уже автоматически, не отдавая себе в этом отчета. Я представил себе, как загипнотизировал молодую девушку и внушил ей... К черту... такие мысли перевозбуждают. К тому же, я еще не настолько стар, чтобы прибегать к подобным гнусным методам. Другую книгу я выбрал по картинкам. Она называлась «Психология замужества». Это был шедевр и написан просто, как букварь. Я проглотил ее от корки до корки. Шарлотта застукала меня за ее чтением. — Мистер сыщик повышает свой уровень?— хмыкнула она.— Пока не поздно... Она поцеловала меня и приготовила виски с содовой. Я вы¬ пил и попросил Кетти принести мне пальто и шляпу. Шарлотта казалась разочарованной. — Уже, Майк? Я думала, что ты со мной поужинаешь.. — Не сегодня, дорогая. Мне нужно привести себя в порядок. Я показал ей дырку в костюме, которую проделал Кэлики. Она побледнела, поняв, какой опасности я подвергался. — Ты... ты ранен, Майк? — Нет, легкая царапина. В это время зазвонил телефон и она подняла трубку. Я слышал, как она раздраженно говорила: — Вы уверены? Хорошо, я займусь этим. Когда она повесила трубку, я поинтересовался, в чем дело. — Клиент... Лечение на него хорошо подействовало, но затем неожиданно последовало ухудшение. Я выписала ему успокоительное, а завтра утром навещу. — Ну, мне пора. — Хорошо, милый,— промолвила она, обнимая меня и прижимаясь каждой частичкой тела.— Возвращайся поскорее, Майк. — Как только смогу, дорогая. 90
Я вышел из дома и направился в парикмахерскую. К сча¬ стью, там было пусто. Сняв пиджак, я устроился в кресле. Ма¬ стер искоса взглянул на мой револьвер и накрыл меня широкой простыней. — Под ежик,— попросил я. — Он сейчас не в моде,— сказал парикмахер и защелкал ножницами. Через четверть часа я сел в машину и направился в сторону Бродвея. Услышав вой полицейской сирены, я вильнул в сторону. Я узнал Пата только тогда, когда он обогнал меня. Пат же был слишком сосредоточен на дороге. Сзади послышался вой еще од¬ ной сирены. Та самая интуиция, которая привела меня к Джорджу Кэ- лики, заставила меня последовать за полицейскими машинами. Повернув налево, я успел заметить, как машина Пата с белой крышей замедлила ход и свернула на перпендикулярную улицу. Я показал значок и лицензию полисмену и стал протиски¬ ваться сквозь толпу туда, куда все смотрели. Проследив на¬ правление их взглядов, я увидел темный силуэт, лежащий на тротуаре. Пат знаком подозвал меня. Я перевернул труп и невольно присвистнул. Боб Хупер никогда больше не будет заниматься пчеловодством. — Ты его знаешь?— просил Пат. — Да, это Боб Хупер. Хороший и совершенно безобидный парень. Он долго работал на Кэлики. — Его прикончили из «сорок пятого». — Что?! — Еще одно... Шагай за мной. Мы вошли в аптеку, возле которой лежал Боб. Хозяин сто¬ ял перед детективами, возглавляемыми инспектором Дейли из отдела по борьбе с наркотиками. Он глубоко ненавидел ме¬ ня с тех пор, как я под самым его носом распутал одно важное дело. — Что вы тут делаете?— строго спросил он. — Тоже, что и вы. — Вам лучше уйти. Тут нет места для частных детективов. — Минутку, инспектор. Когда Пат говорил таким тоном, его обычно выслушивали. Инспектор относился к Пату с почтением. Он пробился из самых низов, тогда как Пат достиг своего положения, сдав университетские экзамены. Их методы расследования были по сути своей различны, но инспектор был достаточно сообрази¬ телен, чтобы уважать Пата и прислушиваться к нему. 91
— Майк сделал в этом деле больше, чем кто-либо дру¬ гой,— продолжал Пат.— Если бы не он, мы бы до сих пор оставались на исходных позициях. И мне хотелось бы, чтобы он мог присутствовать при этом расследовании. — Ну, ладно,— проворчал Дейли,— пусть остается. Но не пытайтесь утащить вещественные доказательства,— зая¬ вил он, поворачиваясь в мою сторону. Последний раз я имел в кармане эти доказательства, при¬ кончив одного торговца наркотиками, и инспектор не мог это¬ го забыть. — Расскажите еще раз,— приказал инспектор аптека¬ рю,— и ничего не упускайте. Аптекарь изворачивался, как уж на сковородке. Пат пока¬ зался ему симпатичнее остальных, поэтому он начал расска¬ зывать эту грустную историю именно ему. — Я ничего такого не сделал,— простонал он.— Я подме¬ тал под прилавком, когда вошел этот тип и попросил заменить ему упаковку, то есть маленькую коробочку. Он сказал мне, что он разносчик и может потерять место, если я не помогу ему. По его словам, он уронил свою коробочку и кто-то наступил на нее... Я взял коробочку, попробовал порошок на язык и сделал кое-ка¬ кие анализы. Хотя у меня и было мало времени я не мог оши¬ биться. Несомненно, это был героин. Я позвонил в полицию, как порядочный гражданин, и меня попросили задержать его здесь. Но я не знал как это сделать: а вдруг это гангстер, вдруг он выта¬ щит пистолет из кармана? А у меня семья, мистер...— Он замолк, потом продолжил:— Я тянул время, но он сказал мне, что спе¬ шит и сунул руку в карман! Может, там был пистолет! Я напол¬ нил коробочку борной кислотой, он дал мне доллар и ушел. Я вышел из-за прилавка, чтобы посмотреть, куда он направится, но тут он упал неподалеку с пулей в спине. Я снова позвонил в полицию, и вот вы приехали. — Вы не заметили кого-нибудь подозрительного поблизо¬ сти?— спросил Пат. — Никого. В это время на улице никого не было. — А выстрел вы слышали? — Нет. Я только видел, как потекла кровь, и кинулся зво¬ нить. Пат задумчиво потер подбородок. — А машины вы не видели? Аптекарь подумал, открыл было рот, но вновь задумался и наконец сказал: — Да... Когда вы спросили, я вспомнил, что за несколько секунд до убийства я видел какой-то автомобиль. Он ехал очень 92
медленно, но когда я вышел, он уже исчез. Один из людей инспектора стенографировал этот рассказ. Мы с Патом осмотрели тело несчастного. Судя по положе¬ нию и характеру раны, убийца выстрелил и поехал по направ¬ лению к Лесингтон-авеню. Коробочка с борной кислотой пропиталась кровью и лежа¬ ла рядом с Бобом. В его карманах мы обнаружили восемь дол¬ ларов, абонентскую карточку в библиотеку и учебник по пчеловодству. — Опять глушитель,— вздохнул Пат.— Держу пари, что револьвер тот же самый. — Не буду спорить,— согласился я. — Что думаешь, Майк? — Пока ничего не понимаю. Если бы Джордж Кэлики был еще жив, то это преступление можно было бы приписать ему. — За проституцией следуют наркотики. — Боб говорил мне, что он уже не работает на Кэлики, и я поверил ему, считая его слишком простодушным, чтобы лгать. Но похоже, я ошибся. Он соврал. Мы еще раз осмотрели труп и отошли. — Пат!— воскликнул я, вспомнив кое-что. — Что? — Ты помнишь день, когда кто-то пытался убить Джорд¬ жа Кэлики дома? Пуля была выпущена из пистолета убийцы. Почему? Нам важно узнать, почему тот, кого мы ищем, пытался пристрелить Кэлики? — Конечно, Майк, но те, кто мог бы нам что-либо расска¬ зать, уже мертвы. — Нет, Пат, убийца жив... У тебя сейчас есть какое-нибудь срочное дело? — Ничего такого, чего нельзя было бы отложить. Инспек¬ тор сам займется Бобом. А в чем дело? Я взял его под руку и увлек к своей машине. Пока мы еха¬ ли ко мне домой, почтальон уже пришел. В ящике лежало письмо, которое я послал сам себе из колледжа в Пакдейле. Разорвав конверт, я рассказал Пату историю листочка. Пат великолепно знал методы действия провинциальных полицейских и полностью одобрил мои действия. Он позвонил куда надо и, когда мы прибыли в банк, управляющий банком уже получил официальный приказ допустить нас к содержи¬ мому сейфа. Доказательств там оказалось достаточно, чтобы повесить Кэлики дюжину раз. Я был доволен, что сумел-таки всадить в него три пули. Этот тип был мне отвратителен. 93
Пат быстро перелистал документы и, положив их в боль¬ шой конверт, оставил расписку управляющему. — Что ты будешь с ними делать?— поинтересовался я, когда мы вышли из банка. — Внимательно изучу. Может быть, обнаружу в них цен¬ ные сведения. А ты? — Поеду домой. Можешь предложить мне что-нибудь другое? Пат расхохотался. — Майк, я вижу, ты действуешь честно, и поэтому хочу тебе кое-что сообщить. Он вытащил из кармана записную книжку и открыл ее на нужной странице. — Вот тут несколько имен. Знаешь ли ты кого-нибудь? Он начал зачитывать: Генри Стребоу, Герман Силби Тельма Дюваль, Вирджиния Хаймс Конрад Стивенс. Он посмотрел на меня,ожидая, что я отвечу. — Нет, ни одного знакомого. — Все они сейчас находятся на лечении. Они пропитаны наркотиками до самых пяток,— сообщил Пат. — Ну и ну,— промычал я.— Откуда эти сведения? — Из отдела по борьбе с наркотиками. — Но почему об этом ничего не было в газетах? А... по¬ нял... Источник снабжения не обнаружен? Откуда же они бра¬ ли наркотики? — Именно это инспектор Дейли и хотел бы знать. Но ни¬ кто из них не сознается даже под угрозой тюрьмы. К сожале¬ нию, у большинства из них есть связи в высоких кругах, поэтому мы не можем заставить их расколоться. Но мы знаем, что наркотики им разносил маленький простодушный челове¬ чек, который и не подозревал о том, что в этих пакетиках. — Боб!!!— воскликнул я. — Так точно... Они могли бы еще расколоться, но сейчас, узнав о его гибели, безнадежно заткнутся. — Черт подери,— недовольно пробурчал я,— и мы не мо¬ жем заставить их говорить, пока они лечатся. Между всеми этими убийствами имеется связь, Пат. На первый взгляд, они не связаны, но посмотри, как все складывается: Боб, Кэлики... Кэлики и Хилл Кингс... Хилл и Элен... Элен и Джек... Либо мы напали на организацию, действующую в самых разных на¬ правлениях, либо перед нами логическая цепь событий... Джек до чего-то докопался и убийца сразу его устранил. Но 94
убийца обнаружил что-то еще, и это заставило его прибегнуть к новым убийствам. — Но нас это ни на шаг не продвигает,— возразил Пат. — Ты не прав, Пат. Я начинаю кое-что видеть яснее. Ни¬ чего определенного, но конец ниточки есть. — Ну и что ты видишь? — Я не хотел бы пока об этом говорить, Пат. Ведь я могу и ошибаться. К тому же, я еще не представляю, кто именно убийца... — Опять играешь, Майк? — Ну что ты! Мы вышли из последнего виража, но путь еще скользкий и грязный и надо добраться до твердой почвы, прежде чем подгонять наших лошадок. Но ты меня не опередишь, Пат, это точно. — Держу пари, что опережу. — Принимаю... На выпивку. — Согласен. Мы расстались. Пат сел в такси, а я вернулся домой. Снимая брюки, я обнаружил, что потерял бумажник. В нем было двести долларов, и я не мог позволить себе отнестись к этому с улыбкой. Я вновь напялил брюки и спустился к маши¬ не. Но бумажника не оказалось и там. Может быть, у парик¬ махера? Но я платил ему мелочью из армейского кармашка. Черт возьми! Пришлось поехать к Шарлотте. Дверь в холл была откры¬ та, и я вошел. Дома ли она? Подойдя к квартире, я позвонил, но никто не ответил, что меня несколько удивило. Я слышал, как в квартире пост Кетти. Я постучал в дверь посильнее. На¬ конец, Кетти открыла дверь. — В чем дело?— спросил я.— Ваш звонок не работает? — Работает, мистер Хаммер. Входите, входите... Навстречу мне выбежала Шарлотта в перчатках и в запят¬ нанном халате. — Милый,— обворожительно улыбнулась она,— как хо¬ рошо, что ты так быстро вернулся. Я обнял ее и она подставила мне губы. Кетти, казалось, не собиралась уходить. — Отвернитесь, бесстыдница,— попросил ее я. Она послушалась, и я смачно расцеловал ее хозяйку. Шар¬ лотта вздохнула и положила голову мне на грудь. — На этот раз ты останешься? — Нет. — Ну, почему? — Я приехал за своим бумажником. 95
Я обнаружил его на диване под подушкой. Вероятно, он вы¬ валился, когда я спал. — Я думала, ты обвинишь меня в краже денег,— пошути¬ ла Шарлотта, надувшись, как маленькая девочка. — Дурочка,— я нежно поцеловал ее в ухо.— Что за стран¬ ный наряд? — Я проявляю фотографии. Хочешь взглянуть? Она провела меня в темную комнату, погасила свет и за¬ жгла красную лампу. Через некоторое время она протянула мне еще влажный отпечаток, на котором был изображен чело¬ век, сидящий на стуле. Руки этого человека были связаны, а лицо сведено гримасой. Шарлотта зажгла свет и посмотрела на снимок. — Кто это?— спросил я. — Один больной. Хилл Кингс привел его для лечения в мою клинику. — А чем он болен? У него испуганный вид. — Да нет. Просто он в состоянии гипноза. Гипноз необхо¬ дим, чтобы внушить пациенту состояние раскованности. Этот человек был неисправимым клептоманом. Изучая его бо¬ лезнь, я обнаружила, что в детстве он был лишен всего, и вы¬ нужден был воровать. Я нашла ему работу, объяснила причины его болезни. Когда он понял, что страдает клептома¬ нией, он сумел побороть себя, и сейчас совершенно здоров. Я положил снимок в сушильный шкаф и осмотрелся. Эта комната, вероятно, дорого обходится. Мне следует подумать об увеличении своих доходов. Шарлотта, видимо прочитав мои мысли, сказала: — Когда мы поженимся, я буду сдавать в студию проявлять свои пленки. — Нет,— запротестовал я, как-нибудь выкрутимся. На этот раз она сама обняла меня. Я поцеловал ее так, что у меня самого занемели губы. Держась за руки, мы подошли к входной двери. — Чем займемся сегодня вечером, Майк? Куда пойдем? — Не знаю. Может, в кино? — А почему бы и нет? Я открыл дверь и показал на звонок. — Он что, не работает? — А!— воскликнула Шарлотта.— Просто Кетти очень шу¬ мела пылесосом, вот мы и не услышали. Я вновь прильнул к ее губам, и мне не очень-то хотелось уходить. — Приеду к восьми, дорогая. 96
Шарлотта смотрела на меня, пока я спускался, потом посла¬ ла воздушный поцелуй и исчезла за дверью. 12 Моего портного едва не хватил удар, когда он увидел, что сделала пуля Джорджа Кэлики с моим пиджаком. Он явно опасался потерять одного из своих лучших клиентов и, посо¬ ветовав быть осторожнее, заявил, что все сделает к будущей неделе. Я забрал другой костюм, который портной чинил после то¬ го, как один из гангстеров пытался зарезать меня, и возвратился домой. Когда я вошел в квартиру, телефон трезвонил как сума¬ сшедший. Я бросил костюм на стул и взял трубку: это был Пат. — Я хотел кое-что сообщить тебе о пуле, которой убит Боб. — А что такое? — Тот же самый револьвер, как мы и подозревали. — Это точно, Пат? — Да. Я проверял еще раз револьвер Кэлики. Из него стре¬ ляли только в тебя, Майк, в Пакдейле. Этот кольт был продан на юге, сменил множество владельцев и, в конце концов, попал к одному ростовщику на Третьей улице, который, в свою очередь, продал его некоему Джону Мастерсу. Я поблагодарил Пата и повесил трубку. Какого черта Джордж Кэлики использовал чужое имя? Может быть, он бо¬ ялся, что ему повесят на шею преступление, которое он совер¬ шил раньше? Этого мы уже наверняка никогда не узнаем, если Пату не удастся расшифровать документы, находящиеся в сейфе Хилла Кингса. Да и зачем это нужно? Судить Кэлики слишком поздно. Бог ему судья! Я поужинал, принял душ и оделся. Вновь зазвонил телефон. На этот раз меня жаждала слышать Мирна. Она попросила меня заехать за ней завтра утром. Я согласился, и мы попрощались. Я рад был оказать ей хоть какую-то услугу. Может быть, это хоть немного ее взбодрит. Я боялся, что она попытается изба¬ виться от потрясения, прибегнув к кокаину. Рано или поздно она встретит хорошего парня, который заставит ее забыть о Джеке и сделает ее счастливой. Когда я примчался к Шарлотте, она расхаживала по ком¬ нате. Увидев меня, она замерла и топнула ногой, как будто я за¬ ставил ждать себя несколько часов. — Майк, с негодованием сказала она,— ты опоздал на пять минут! 97 4-884
— Не сердись, дорогая, очень интенсивное движение. — Не сваливай на движение. Уж не пытался ли ты еще раз разобраться в нимфомании? — Собирайся, иначе мы не попадем в кино. — А куда мы пойдем? — Мне хочется посмотреть кровавый детектив, если ты не возражаешь. Может быть, я чему-нибудь научусь. — Отлично! Мы зашли в небольшой кинотеатр, перед которым не было очереди, и стали смотреть невероятно запутанный детектив. По¬ сле кино мы забрели в бар пропустить по стаканчику. Я зака¬ зал пиво, Шарлотта — тоже. — Можешь заказывать даже коньяк,— заявил я, припод¬ нимая брови.— Деньги у меня есть. — Мне нравится пиво, Майк,— рассмеялась она.— Зачем же мне заказывать что-то другое? — Ты полна противоречий. Сноб, а пьешь пиво. Да, ты обойдешься мне не так дорого, как я думал. — А если мы начнем нищенствовать, я могу работать. — Ни одна из моих женщин не работает,— гордо прогово¬ рил я.— Что же касается законной жены, то я хочу постоянно видеть ее дома. — Но ты ни разу не делал мне предложения, и откуда ты знаешь, хочу я выйти за тебя или нет? — Хорошо,— я взял ее руку и поднес к губам. Выйдешь за меня замуж? Она засмеялась, но в ее глазах появились слезы и она утк¬ нулась лицом в мою шею. — Да, Майк, да! Я так тебя люблю! — Я тоже люблю тебя, дорогая, а сейчас допивай, завтра нам ехать в гости. — Поцелуй меня. Два типа насмешливо уставились на нас, но мне было пле- вать на все. Я страстно прижался к ее губам. — Когда ты подаришь мне кольцо?— поинтересовалась она. — Скоро... На следующей неделе у меня несколько важ- встреч, а после них мы сходим к судье. Не возражаешь? — Нет, Майк, я так счастлива. Мы допили пиво и собрались уходить. Когда мы проходили ^имо тех двух типов, они снова громко хрюкнули. Я отпустил Шарлотты, взял их за головы и ударил друг о друга. Ухо- я заметил в зеркале их глаза, которые стали похожи на еКлянные шарики. Бармен, наблюдавший за этой сценой, в изумлении открыл 98
рот. Я кивнул ему на прощание, и присоединился к Шарлотте. Типы медленно свалились на пол, словно пустые мешки. — Майк,— прошептала Шарлотта, цепляясь за мою руку. — Что, Шарлотта?— улыбнулся я. Кетги уже спала. Мы на цыпочках вошли в прихожую, и Шар¬ лотта придержала рукой звонок. Сняв пальто, она спросила: — Еще по стаканчику? — Нет. — А чего ты хочешь? — Тебя! Она бросилась в мои объятия. Я прижал ее изо всех сил и ощутил ее вздрагивающие от страсти груди. — Скажи Майк, что любишь меня. Она впилась в мои губы, но я мягко отстранил ее и шепнул: — Достаточно, дорогая,— взмолился я,— еще один такой поцелуй — и ты потеряешь невинность до свадьбы. Она улыбнулась и прижалась ко мне еще плотнее. Я отсту¬ пил к двери. — Не уходи, Майк. Давай сходим к судье завтра. Я уже не могу терпеть. Я улыбнулся. Шарлотта была восхитительна. Когда я выходил, она вновь придержала звонок. Слегка поце¬ ловав ее на прощание, я выскользнул за дверь. Эту ночь я спал плохо. Что будет с Велдой, когда она узнает о моем решении? Я дрожал при мысли о необходимости признаться в этом. Будильник зазвонил в шесть часов. Я поднялся и потянулся. В окно светило утреннее солнце. В перспективе ожидался отлич¬ ный денек. На ночном столике стояла бутылка пива. Я сделал гло¬ ток и почувствовал облегчение. Приняв душ, я надел пижаму и отправился в кухню поискать чего-нибудь съестного. Удалось най¬ ти головку лука и немного картошки. Почистив ее, я бросил на сковородку масло и поставил все жариться. Потом сварил кофе. Картошка немного подгорела, но было вполне съедобна. Кофе же был великолепен. Когда я позвонил, Мирна уже встала. Она обещала быть готовой к восьми часам, и просила меня не опаздывать. Затем я позвонил Шарлотте. — Привет, лентяйка! — У тебя тоже не очень-то бодрый голос. Вообще-то я ни¬ как не могла заснуть, милый. Вчера ты оставил меня в таком возбужденном состоянии, что я не могла заснуть до трех утра. Это сообщение наполнило меня радостью. 99 4*
— Понимаю,— довольно ухмыльнулся я.— Когда ты приедешь к Билеми? — Как только освобожусь. Думаю, к началу матча. — А кто будет играть? — Не знаю. Пара каких-то непризнанных чемпионов, от¬ крытых Эстер и Мэри. — Чемпионов по сексу? Ладно, буду с нетерпением ждать тебя. — Хорошо, дорогой. Велды в конторе не оказалось. Я набрал ее домашний номер. — Привет, Велда, это Майк. — Что это вы так рано вскочили? — У меня важное свидание. — Деловое? — В некотором роде да. Я не могу на него опаздывать. Ес¬ ли позвонит Пат, скажи ему, что он сможет найти меня в доме Билеми. Он знает, где это. Велда ответила не сразу. Я знал, что она старается раску¬ сить мои намерения. — Ладно,— промолвила она, наконец.— Будьте осто¬ рожны. Что мне делать в ваше отсутствие? — Отдыхайте. — Кстати, сколько дней вас не будет на этот раз? — Вероятно, до понедельника. — Все ясно, Майк. До свидания. Я повесил трубку, так и не осмелившись сообщить ей о Шарлотте. Заплачет ли она при этой новости? Черт возьми! Это и есть жизнь! Если бы не Шарлотта, я бы наверняка же¬ нился на Велде. Она удивительная девушка, но Шарлотта су¬ мела опередить ее. Что за жизнь! Когда я приехал к Мирне, она была уже готова. Я положил ее чемодан в машину и помог сесть. У нее был неважный вид: синяки под глазами, лицо мятое, но одета она была отлично. Я не хотел говорить о Джеке. Она, по-видимому, уже про¬ читала в газетах о смерти Кэлики. Солнце уже ярко светило, а дорога была почти пуста. Мы ехали со скоростью восемьдесят миль. На тротуарах играли дети под присмотром нянь. Как только мы проехали район коттеджей, я украдкой взглянул на Мирну. Она беззвучно плакала. Похоже, что быс¬ тро забыть о Джеке ей не удастся, как я и предполагал. Я завел разговор о теннисном матче, о сестрах Билеми и она, кажется, сумела взять себя в руки. Вскоре мы домчались до дома Биле- 100
ми. Мы думали, что приедем очень рано, но возле дома уже припарковалось с дюжину машин. Навстречу нам бросилась одна из сестер. Какая из них — я не знал, пока она не обратилась ко мне с приветствием. — Привет, Майк. — Привет, Мэри. На ней были шорты и бюстгальтер. Два кусочка ткани на¬ столько плотно облегали ее тело, что фактически ничего не скрывали. Я не мог оторвать глаз от ее ног. Ведя меня к дому, она старалась прижаться ко мне. Я взял чемодан в другую ру¬ ку, как бы создавая барьер между нами. Она захохотала. Горничная занялась Мирной, а Мэри проводила меня в мою спальню. — Вам принести спортивный костюм? — Да. Но соревнования в том виде спорта, где я могу иметь успех, проводятся в постели или в баре. — Это потом, хотя можно и сейчас, не откладывая. Я готова. — Чуть позже, дорогая,— пообещал я. — У нас есть площадка за домом для гольфа, и требуются партнеры. — Ради бога, разве я похож на игрока? Она окинула меня взглядом с ног до головы. — Конечно!— заявила она. — На какого? — Постельного,— бросила она и ее глаза говорили, что она не шутит. Мы вернулись к моей машине, чтобы взять вещи. Затем она снова проводила меня в комнату. Это была огромная и комфортабельная спальня с гигантской кроватью, рассчитан¬ ной по крайней мере человек на семь. Она едва сумела дождаться, пока я закрою дверь, и мгно¬ венно очутилась у меня на руках, подставив пылающие стра¬ стью губы. Разве я имел право разочаровывать хозяйку? Я поцеловал ее и произнес: — А сейчас уходите, я должен переодеться. — Зачем?— обиделась Мэри. — Послушайте,— ответил я без особого убеждения:— я ни¬ когда не раздеваюсь при женщинах. — С каких это пор? Можете сделать для меня исключение. — В прошлый раз было темно. К тому же сейчас слишком рано заниматься любовью. Мэри пустила в ход одну из своих завлекательных улыбок. Ее глаза умоляли меня раздеть ее и изнасиловать. — Этим можно заниматься в любое время, не будьте наив¬ 101
ным, Майк,— буркнула она и вышла из комнаты. Вопли, донесшиеся снаружи, заставили меня подойти к окну. На лужайке дрались двое юнцов. Их товарищи стояли вок¬ руг и подбадривали криками. Что за типы? Они катались в пы¬ ли, поднимались, наносили друг другу удары куда попало. Я улыбнулся. Вероятно, дерутся из-за какой-нибудь полуразде¬ той курочки. Я налил под краном кувшин воды и плеснул им на головы. Ссора сразу же прекратилась. Юнцы завопили и кинулись в разные стороны. Внизу у лестницы меня уже поджидала Мэри. Я переодел¬ ся в рубашку и легкие брюки. К нам подошла Мирна, похлопы¬ вая ракеткой по ноге. Я с удовлетворением отметил, что Мэри была разочарована моей холодностью. Все вместе мы направи¬ лись к корту. Мэри взяла меня под руку. Неожиданно я заме¬ тил, что навстречу мне идет еще одна Мэри. Я с трудом сдержал восклицание. Эстер была точной копией сестры, но казалась более холод¬ ной, хотя, глядя на нее, мне тоже захотелось ее раздеть. Она представила меня группе мужчин и женщин, имена которых я сразу же забыл. Мэри потянула меня к корту. Я никогда не был силен в тен¬ нисе и вскоре растерял все мячи. Мы бросились искать их, а когда нашли, то побросали наземь ракетки. Усевшись передо мной на скамье, Мэри вытянула загорелые соблазнительные ноги. — Зачем мы теряем здесь драгоценное время, Майк? Мы могли бы его прекрасно провести у вас в спальне. — Вы ускоряете события, Мэри. Почему бы вам не взять пример с сестры? — А кто вам сказал, что я не беру пример?— усмехнулась она. — Что вы хотите этим сказать? — Ничего, но Эстер уже давно не девственница. — Откуда вы это знаете? Мэри рассмеялась и обняла колени руками. — У меня есть список ее любовников!— объявила она. — Ваш, вероятно, намного длиннее,— польстил я ей. — Вы правы,— не стала возражать Мэри. Я взял ее за руку. — Хорошо бы поглядеть на вас обеих со мной в постели. — В чем же дело?— мгновенно оживилась Мэри.— Сейчас я сбегаю за Эстер. Представляю, как будет чудесно! — Покажите-ка мне лучше бар,— охладил я ее пыл. Мы вошли туда через стеклянную дверь. На стенах были 102
кубки, медали и другие спортивные трофеи, завоеванные сес¬ трами в различных соревнованиях. Похоже, что они не теряли времени зря и отличались не только в постели. Мэри поняла, что от меня сейчас толку не будет, и остави¬ ла в баре. Как только я приканчивал очередную порцию, бар¬ мен наливал мне новую. Мирна выпила стаканчик и ушла. В бар ввалились не¬ сколько мужчин, но тоже не задержались. Появился один из юнцов, которых я облил водой, и попытался было выяснить от¬ ношения, но я взял его за шиворот и выставил за дверь. Я заскучал. Мне хотелось, чтобы поскорее появилась Шарлотта. С ней, по крайней мере, нескучно. Я даже немного пожалел, что не поддался домогательствам Мэри. Она, конеч¬ но, уступает Шарлотте и, кроме любви, ее ничто не интересу¬ ет. Шарлотта выглядит не хуже, но вдобавок умнее, деликатней и имеет кучу других достоинств. Я вышел из бара и направился к себе в комнату. Там я сно¬ ва надел костюм, пристроил револьвер и лег отдохнуть на по¬ стель. По-видимому, я слишком много выпил, потому что мгновенно заснул. Проснувшись, я увидел над собой самое вос¬ хитительное в мире лицо. Заметив, что я проснулся, Шарлотта перестала меня расталкивать. Она поцеловала меня и растрепа¬ ла волосы. — Ну и забавная манера встречать!— восхитилась она.— Я думала, что ты ждешь меня на дороге с букетом полевых цветов. — Здравствуй, дорогая,— пробормотал я несколько сму¬ щенно. Потянувшись, я спросил:— Который час? Она взглянула на часы и сообщила: — Половина восьмого. — Господи, выходит, я проспал почти полдня! — А сейчас одевайся и спускайся вниз. Я хочу повидать Мирну. Я поднялся, сунул голову под кран и попытался разгладить складки на пиджаке. Посчитав, что все в порядке, я отправил¬ ся вниз. Мэри вновь поджидала меня там возле лестницы. — Сегодня вечером вы будете сидеть рядом со мной,— за¬ явила она сходу. За столом начали собираться гости. Я легко нашел свое ме¬ сто, где было написано мое имя. Шарлотта, к моей радости, сидела напротив. Обед прошел бы очень приятно, если бы Мэри оставила в покое мои ноги. Мирна сидела рядом с Шарлоттой. Они совер¬ шенно ничего не замечали вокруг, занятые разговором между 103
собой. По привычке я оглядел лица присутствующих. Один из гостей показался мне чем-то знакомым. Невысокий худой мужчина с суровым лицом болтал с соседкой по столу. Я не мог слышать, о чем он говорил, но он тоже, кажется, узнал меня, так как несколько раз украдкой взглянул в мою сторону. В ка¬ кой-то момент я увидел его профиль и, наконец, узнал. Это был один из тех субъектов, которых я видел входящими в заве¬ дение миссис Джу. Я коснулся плеча Мэри и спросил: — Что это за тип справа от вас перед толстяком? — Это Хармон Уайлдер, наш поверенный. Занимается нашими делами. А почему вы спрашиваете? — Из любопытства. Я, кажется, узнал его. — Ничего удивительного. Когда-то он был одним из луч¬ ших адвокатов по уголовным делам. Но он бросил это занятие и посвятил себя более спокойной работе. — А-а-а... Шарлотта только что нащупала под столом мою ногу и по¬ стукивала по ней. Скоро у меня появятся синяки от дамского внимания. Мэри попыталась вовлечь меня в разговор, но Шар¬ лотта невежливо прервала ее. Мэри, кажется, что-то заподозри¬ ла и кокетливо прошепелявила мне на ухо: — Сегодня ночью я наконец-то буду фашей на фею жизнь. Я ткнул ее локтем в бок, и она вскрикнула. После обеда мы направились к корту. Я пробрался к Шар¬ лотте и сел рядом с ней и Мирной. Все время прибывали новые автомобили. Вероятно, это были соседи, приглашенные на матч. Прожекторы ярко освещали центральный корт, вокруг ко¬ торого были расставлены скамьи. Народу собралось довольно много. Мы явились слишком поздно, и нам пришлось устраи¬ ваться на траве неподалеку от площадки. Толпа за нами ста¬ новилась все плотнее. Арбитр объявил имена игроков, и игра началась. Я никогда не видел настоящего тенниса, поэтому развлекался, глядя, как крутят головой зрители, и почти не следил за игрой. Но эти ребя¬ та знали свое дело. Каждый их удачный удар публика встреча¬ ла воплями и аплодисментами. Мирна, выглядевшая несколько уставшей, извинилась пе¬ ред нами и сказала, что пойдет принять таблетку аспирина. Едва она отошла, как на ее место плюхнулась Мэри и приня¬ лась за старое. Я ожидал резкой реакции Шарлотты, но та лишь улыбалась. 104
Мэри хлопнула Шарлотту по плечу. — Можно забрать его на минуточку? Я хочу его кое-кому представить. — Сделай одолжение. Шарлотта скорчила обиженную гримаску, но она была уверена во мне. Да, Шарлотте ничего было бояться, я принад¬ лежал ей... Сейчас мне дико хотелось придушить Мэри прямо здесь, на травке. Мы пробрались через толпу гостей. Мэри взя¬ ла меня под руку и повела к лесу. — Кому это вы хотите меня представить? — Вы все такой же наивный,— констатировала она.— Просто я захотела немного побыть с вами наедине. — Послушайте, Мэри, сейчас обстоятельства несколько изменились. Мы с Шарлоттой собираемся пожениться, и будет весьма нечестно по отношению к вам... и... — Но я же не прошу вас жениться на мне!— возмутилась она.— Женитьба может все испортить. Ну что было делать с такой упрямицей? — Послушайте,— повторил я,— вы совершенно прелест¬ ны и даже нравитесь мне, но вы отравляете мне существование. Она отпустила мою руку, но мы были уже в лесу. Темнота сгустилась, так как луна исчезла за облаками. Я продолжал говорить, пытаясь убедить ее никогда больше не преследовать меня, но даже не видел ее лица. Я слышал только, как она ды¬ шит и мурлычет под нос мотив модной песенки. Я уже исчер¬ пал весь запас своих аргументов, когда она, наконец, сказала: — А если я пообещаю вам быть разумной, вы поцелуете меня в последний раз? — Конечно,— с облегчением вздохнул я,— но в послед¬ ний раз. Я протянул обе руки, обнял ее, но меня ждал удар. Эта чертовка успела в темноте раздеться и теперь изо всех сил прижалась ко мне — мягкая, горячая и совершенно обнажен¬ ная. Ее поцелуй мог расплавить и металл. Я не мог оттолкнуть ее, не имел на это ни сил, ни желания. Она, как лиана обвилась вокруг и вжалась в меня... Матч уже закончился, когда мы вернулись. Перед этим я тщательно вытер губы и привел в порядок костюм. Заметив свою сестру, Мэри тут же испарилась. Я протиснулся через толпу и нашел Шарлотту там же, где и оставил. Рядом с ней расположился высокий молодой блондин, и они невозмутимо вкушали мороженое. Увидев эту картину, я покраснел. Не мог же я ревновать ее 105
после того, что только что произошло под кустами с Мэри. Я ок¬ ликнул Шарлотту. Она извинилась перед молодым человеком и подошла ко мне. — Где ты был?— поинтересовалась она. — Я бился,— уверенно солгал я,— бился за свою честь. — И тебе удалось одержать победу — или мне лучше не спрашивать? — Полный триумф,— заявил я как можно более убедитель¬ но, хотя меня мучила совесть.— Но на это потребовалось неко¬ торое время. А ты все это время ждала меня здесь? — Да. Как верная и добродетельная супруга, которая ох¬ раняет домашний очаг, пока ее муж разгуливает с распутными нимфоманками. В тот момент, когда объявили об окончании матча, со сто¬ роны дома раздался вопль. Я выпустил руку Шарлотты и побе¬ жал на крик. На пороге стоял бледный негр-бармен. Он был бледен так, как только может быть бледен негр. Дрожащей ру¬ кой он показывал на лестницу. Я взлетел на второй этаж и ворвался в комнату с приотк¬ рытой дверью. На полу в обмороке лежала горничная, а рядом с ней — Мирна с простреленной грудью. Я попытался прощу¬ пать ее пульс. Она была уже мертва! Внизу послышался шум толпы. Я крикнул бармену, чтобы он закрыл дверь, снял трубку и позвонил сторожу у ворот, что¬ бы тот никого не выпускал. Потом я нашел трех мужчин в комбинезонах, которых принял за садовников или прислугу, что и оказалось на самом деле. Один был садовник, а другие — его помошники. — В этом доме есть оружие? — Да, мистер. Шесть карабинов и охотничье ружье в биб¬ лиотеке,— сообщил один. — Заберите их скорее!— приказал я.— Совершено убий¬ ство, и убийца прячется где-то рядом. Обыщите всех вокруг и стреляйте в каждого, кто попытается скрыться. Ясно? Садовник хотел было возразить, но я сунул ему под нос свой значок, они сразу же ушли и быстро вернулись с оружием, а затем направились к выходу и рассыпались по парку. Я вышел из дома и поднял руку перед толпой, призывая всех к тишине. Я объяснил им, что случилось, и по толпе про¬ катился гул. Несколько женщин зарыдали. Я вновь жестом призвал всех к молчанию и сказал: — Пусть никто не пытается уйти. За парком следят воо¬ руженные люди, которым отдан приказ стрелять в любого, кто попытается скрыться. Пусть каждый из вас найдет человека, с 106
которым находился рядом во время матча. Я полагаю, нет не¬ обходимости напоминать всем, насколько опасно лжесвиде¬ тельство. Оставайтесь все здесь и сохраняйте спокойствие. Ко мне подошла Шарлотта, очень бледная, и тихо спросила: — Кто это? — Мирна... Она уже больше не будет страдать по Джеку, она мертва. А убийца прячется где-то здесь, у нас под самым носом. — Я могу тебе чем-нибудь помочь, Майк? — Поищи сестер Билсми и приведи сюда. Как только она ушла, я позвал бармена, которого все еще трясло. — Кто сюда входил? — Я никого не видел, мистер. Я только видел, как по лест¬ нице поднимается девушка, но она больше не выходила, мистер. — Ты все время стоял здесь? — Да, мистер. Я стоял здесь, ожидая гостей, которые мо¬ гут захотеть выпить, и я вошел вместе с гостями, когда они по¬ дошли. Но я никого не видел, кроме этой девушки, а ее убили. — Хватит повторяться!— разозлился я.— Значит, ты ни¬ кого не видел и ни на секунду не покидал свой пост? — Да, мистер, но... может быть, на секунду... — То есть? Негр, казалось, перепугался. Он явно боялся, как бы это не обернулось против него. — Ну, говори же! — Я отходил на минутку выпить пива, мистер. Не говори¬ те об этом мисс Билеми. — Черт бы тебя побрал!— выругался я.— Этой минутки было достаточно, чтобы убийца смог незамеченным проникнуть в дом. Сколько времени ты отсутствовал? Подожди... Сходи за пивом и возвращайся. Негр исчез в баре и сразу же вышел с бутылкой пива. На все это ему потребовалось двадцать секунд. — В тот раз ты ходил так же быстро? Вспомника-ка. Ты выпил пиво тут или в баре? — Здесь, мистер,— он показал пальцем на пустую бутылку. Я приказал ему оставаться на месте, а сам быстро обежал вокруг дома. Дом состоял из двух смежных строений. То, где было со¬ вершено убийство, было построено совсем недавно. Войти туда можно было только через стеклянную дверь бара, черный ход и через дверь, соединяющую оба здания. Окна были закрыты снаружи, дверь черного хода — тоже. Двойная дверь, соединяю¬ 107
щая оба здания, была заперта на ключ. Я тщетно искал еще какой-нибудь выход. Его не было. Возможно, убийца еще находился в доме. Когда я вернулся в дом, горничная уже пришла в себя. Я посадил ее на верхнюю ступеньку лестницы. Появилась Шарлотта с сестрами Биле- ми. Горничная была еще не в состоянии давать показания. Я попросил Шарлотту позвонить Пату Чемберсу и пере¬ дать ему, чтобы он приехал. Пусть он сам предупредит мест¬ ную полицию. Мэри и Эстер усадили горничную в кресло на втором этаже. Я прошел в комнату, где произошло убийство, и прикрыл за собой дверь. Об отпечатках пальцев нечего было и думать, так как убийца никогда их не оставлял. Мирна была одета в голубое пальто, слегка утепленное, хотя ночь была совсем не холодной. Она лежала лицом на ковре и не шевелилась. Я внимательно осмотрел рану. Опять «сорок пятый». Встав на колени, чтобы отыскать пулю, я заметил бе¬ лый порошок, рассыпанный неровно. Похоже, кто-то пытался его собрать. Я собрал несколько щепоток и ссыпал в конверт. Потом вновь ощупал тело. Оно еще не остыло, но при такой температуре труп охлаждается медленно. Руки у нее были так стиснуты, что я с трудом разжал их. Под ногтями оказалось только несколько ворсинок от ее пальто. Ужасная смерть, но, к счастью, мгновенная. Пулю я обнаружил среди складок пальто. Точно! Опять этот «сорок пятый»! Но ее-то почему пристрелили? Она же не имеет к делу никакого отношения. Тут-то в чем дело? Какая причина на этот раз? Сколько людей уже убито! Убийство Джека я понимаю, но Мирна?! А Боб Хупер? Да, он разносил наркотики, но он ведь не знал об этом. Зато, как только он уз¬ нал о наркотиках, его сразу же прикончили. Я вышел из комнаты и осторожно прикрыл за собой дверь. Я относился к Мирне почти так же, как и к Джеку, любил ее как младшую сестричку. И вот она мертва! Когда же, нако¬ нец, прекратится это массовое убийство?! В холле Эстер Билеми пыталась привести горничную в нор¬ мальное состояние. Мэри налила виски в стакан, руки ее дрожа¬ ли. Она было потрясена даже больше, чем сестра. Вернулась Шарлотта и принесла компресс из льда, который положила горничной на лоб. Она может говорить?— обратился я к Шарлотте. — Да, но не стоит ее утомлять. Я присел на корточки рядом с горничной и слегка похлопал по ее руке. 108
— Как вы себя чувствуете? В ответ она чуть кивнула. — Я хочу задать вам несколько вопросов, а потом вы сможе¬ те где-нибудь прилечь и успокоиться. Вы видели, как кто-нибудь входил или выходил? — Нет. Я убирала комнаты в доме. — Вы слышали выстрел? Она отрицательно качнула головой. — А ты?— повернулся я к бармену. — Нет, мистер. — Гм-м,— промычал я. Значит, опять глушитель. Надо срочно найти его. Такой ре¬ вольвер нелегко спрятать, особенно с глушителем. — А зачем вы сюда поднялись?— опять обратился я к гор¬ ничной. — Чтобы привести в порядок одежду в гардеробной. Гости побросали все как попало... И тут... я наткнулась на это... Она закрыла лицо руками и разрыдалась. — Вы трогали что-нибудь? — Нет, я сразу же потеряла сознание. — Уведи ее, Шарлотта, и дай снотворное. Шарлотта и Эстер отвели горничную в соседнюю комнату. Мэри залпом проглотила виски и сразу же налила себе новую порцию, которую тут же выпила. Ей тоже следовало прилечь. Я отвел бармена в сторону и приказал: — Сейчас я поднимусь наверх, а ты никого не впускай и ни¬ кого не выпускай. Ясно? Ему не нужно было повторять дважды. Он что-то пробур¬ чал, бросился к входной двери и запер ее на ключ. Вероятно, убийца находится еще в доме. Он мог пройти только через главный вход или через окна второго этажа. Сей¬ час все выходы были перекрыты. Бармен отсутствовал только несколько секунд, и этого оказалось достаточно, чтобы убить, но мало, чтобы выскользнуть из дома. Бармен сказал правду, я был уверен в этом. К тому же убийца не рискнул бы на подкуп или на угрозы. Ему было про¬ ще просто пристрелить бармена. С револьвером в руке я осмотрел все комнаты на втором этаже, постоянно остерегаясь нападения. Все окна были за¬ крыты изнутри. Последним я осмотрел окно в той комнате, где было совершено преступление, и оно легко открылось Убийца наверняка сбежал через него. А может, это просто совпадение? Если бы он спрыгнул, то далеко бы не ушел, так как окно на¬ ходилось на порядочной высоте, а внизу была бетонированная 109
площадка. Узкий карниз на высоте нескольких футов шел под окнами, огибая все здание, но там не было пыли, а следова¬ тельно, и отпечатков. Закрыв окно, я вышел в коридор. И там через одно из окон я вдруг заметил пожарную лестницу. Все оказалось очень да¬ же просто. Убийца выстрелил и спустился по лестнице в парк. Для спортсмена это пара пустяков! Голова у меня раскалывалась. Спустившись вниз, я сумел отбить очередной натиск со стороны Мэри и усадить ее в крес¬ ло. Она почти все уже вылакала, и виски оставалось лишь на донышке. Через несколько минут прибыл Пат со своими де¬ тективами в сопровождении нескольких представителей мест¬ ной полиции. Я никогда не мог понять, как это Пату удавалось нарушать обычные правила за пределами своих территориальных гра¬ ниц. И на этот раз нам никто не мешал, пока я подробно рас¬ сказывал ему о том, что произошло. Коронер констатировал смерть, которая, по его мнению, произошла два часа назад. — При такой температуре воздуха невозможно опреде¬ лить точнее,— добавил он.— Я попытаюсь сделать это при вскрытии. Все было верно. Мирна была убита как раз в то время, ког¬ да я развлекался с Мэри в лесу. — Никто не ускользнул?— спросил Пат. — Эстер даст вам список приглашенных, и мы все прове¬ рим. Но не думаю. Я поставил людей вдоль стен и у ворот. — Отлично! Тогда начнем. Все гости были собраны в большой комнате. Эстер переда¬ ла нам список, и Пат начал перекличку. Когда называлась фа¬ милия, каждый приглашенный обязан был пересесть в угол. Люди Пата наблюдали, чтобы никто не откликнулся раньше времени. Уже было названо человек пятьдесят, когда Пат про¬ изнес: — Хармон Уайлдер! После паузы, он выкликнул снова, но безрезультатно. Мой приятель-законник исчез. Пат подал знак детективу, и охота за человеком началась. Проверив еще несколько человек, Пат выкрикнул: — Чарльз Шерман! И опять никто не откликнулся. Я не знал, кто это, и спросил у Эстер. — Это помощник мистера Уайлдера,— сообщила она.— Он был во время матча. Я его видела. ПО
Выходит, и он улепетнул вместе со своим шефом. Пат записал это имя, и оно было передано всем полицейским города. Когда Пат покончил со списком, человек двадцать еще сто¬ яли. Это были явные прихлебатели, которые таскаются на все при¬ емы, где много приглашенных и можно затеряться в толпе. Здесь таких было по меньшей мере около двадцати. Пат разделил всех приглашенных на группы для допроса. Мне достались слуги, Шарлотта, близнецы Билеми и все неиз¬ вестные. Себе Пат оставил гостей. Как только мы уточнили свои списки, Пат откашлялся и обратился к присутствующим: — Все, кто здесь находится, подозреваются в убийстве. Все без исключения, пока мы не найдем виновного. Всех вас вызовут и допросят порознь. Мы должны убедиться в вашем алиби, то есть знать, с кем вы были и где находились,— он по¬ смотрел на часы.— Да, где вы находились два часа пятьдесят минут назад. Если вы попытаетесь исказить истину, то будете уличены и отданы под суд за ложные показания. Вот и все. Я забрал своих будущих жертв и увел их в другую комна¬ ту. Допрос я начал со слуг. Все они имели алиби, и я быстро от¬ пустил их. Десять приглашенных также назвали имена людей, с которыми находились в момент преступления. Мэри была со мной — это я знал точно. Эстер сидела рядом с арбит¬ ром матча, и все подтвердили ее слова. Я отпустил сестер, а Шарлотту оставил напоследок, чтобы остаться с ней наедине. — Ну а ты, крошка,— проронил я,— где ты была? — Ты наглец!— возмутилась она.— Я была там, где ты меня оставил. — Ну, не сердись, малышка,— я поцеловал ее, а она про¬ должала: — Да, чуть не забыла. Часть времени в твое отсутствие я ела мороженое с одним симпатичным парнем по имени Хилд. Затем я переглядывалась с другим парнем. Как его зовут, я не знаю, но в списках приглашенных его не оказалось. Он сред¬ него роста и носит бородку клинышком. Я еще раз повторил про себя: «бородка клинышком, имя неизвестно». Мы вместе вернулись в большой зал, где Пат собирал ка¬ кие-то бумаги. Когда все было закончено, мы просмотрели их. С бумагами вечно происходит путаница, и здесь тоже были перепутаны фамилии, но мы быстро во всем разобрались. Мы даже обнаружили, что и Хармон Уайлдер, и Чарльз Шерман тоже имели прекрасное алиби... Мы чуть не задохнулись с Патом от бешенства. Наконец, Пат взял себя в руки и приказал взять адреса у всех приглашен¬ 111
ных и отпустить их, порекомендовав нс покидать свои дома. Да, мы попали в тупик. Почти все автомобили тронулись с места одновременно. Гости разъезжались. Я помог Шарлотте накинуть пальто и вместе с ней отпра¬ вился попрощаться с сестрами Билеми. Мэри до сих пор нахо¬ дилась в неважном состоянии, поэтому Эстер вышла проводить гостей одна. Я поцеловал ей руку и пообещал вскоре наве¬ стить. Шарлотта приехала сюда поездом, поэтому я повел ее к своей машине. Мы медленно двинулись по направлению к го¬ роду. Во мне с каждой секундой нарастало бешенство. Это просто замкнутый круг! Абсолютно замкнутый круг! Он начинался с Джека и заканчивался Мирной, и нет никаких видимых причин, никакой версии, которая могла бы объяснить убийство девушки. Я услышал всхлипывания Шарлотты и взглянул на нес. Она горько плакала. Я прижал ее к себе и ласково похлопал по пле¬ чу. Для нее это преступление было кошмаром. А для меня смерть — старая знакомая. Может быть, что-нибудь расскажут Уайл¬ дер и Шерман, когда их разыщут полицейские? Если у людей совесть чиста, они не скрываются так, не сказав никому ни слова... Может быть, это — те самые незнакомцы, о существо¬ вании которых я подозревал. Возможно, но маловероятно... Я был уверен, что фараоны их обязательно разыщут. Они умеют работать, а охота за человеком — это их любимое заня¬ тие. Вперед, ребята, не упустите убийцу! Если они будут защи¬ щаться, стреляйте им в живот, чтобы помучились! Я не жалел, что не смогу принять участие в этой охоте. Мне не нужны пустые слова, мне нужна голая справедли¬ вость! Когда мы подъехали к дому Шарлотты, на моих часах бы¬ ла половина первого. Я открыл дверцу, и она вышла. — Ты не поднимешься на минутку? — Не сегодня, дорогая,— улыбнулся я.— Мне надо побыть дома, я собираюсь как следует пораскинуть мозгами. — Понимаю... Поцелуй меня, милый. Она подставила мне свои соблазнительные губы, и я поце¬ ловал ее, не испытывая угрызений совести. Она была для меня самая желанная, но я хотел обладать и другими женщинами, ведь в каждой из них есть изюминка. При этом любил я только ее, и мне очень хотелось жениться на ней. — Завтра увидимся? — Не думаю. — Умоляю тебя, Майк, заскочи хоть на минутку, иначе мы не увидимся до среды. ¡12
— Ав понедельник? — В понедельник я обедаю с Эстер и Мэри. Они приедут в город. Эстер потрясена больше, чем это кажется. Мэри быстро придет в себя, а Эстер действительно ошеломлена, но вела она себя превосходно. — Я тоже так думаю. Если я не увижу тебя завтра, я по¬ звоню в понедельник, и мы встретимся в среду. Может, тогда и займемся кольцами. Мы еще раз страстно расцеловались, и я проводил ее жад¬ ным взглядом. Мне нужно было подумать, подумать долго и упорно, не от¬ влекаясь ни на что. Слишком уж много трупов оказалось в этом деле! И я боялся, что это еще не конец. В нос прямо шибало мартвечиной... Мне необходимо, наконец, понять все — сейчас или никогда. Оставив машину в гараже, я вернулся к себе и лег... 13 В воскресенье была отвратная погода. Я проснулся от звонка будильника и стука дождя в оконное стекло. Я ударил кулаком по будильнику, проклиная скверную привычку заводить его даже тогда, когда в этом нет необходимости. Не побрившись и не приняв душа, я приготовил завтрак и поел, правда, без аппетита. Относя тарелки к раковине, я про¬ шел мимо зеркала, и там отразилась серая небритая физионо¬ мия с лихорадочным выражением глаз, украшенная взлохмаченными волосами. К счастью, холодильник был забит пивом и кроме начатой пачки сигарет у меня оказалась еще нетронутая. Я резко от¬ крыл дверь, и на пол упали иллюстрированные утренние газе¬ ты. Я тщательно отделил иллюстрации от страниц с информацией, бросил их в корзину и принялся за чтение. За¬ тем я взял радиоприемник и порыскал по эфиру, но ничего ин¬ тересного не нашел. Усевшись в кресло, я сжал голову руками и пытался сосре¬ доточиться. Все тот же вопрос, все та же проблема... Я чувст¬ вовал себя опустошенным и загнанным в угол. И все-таки в этом хаосе что-то замаячило. Что-то вот-вот должно было проясниться. Какая-то мелкая деталь, которая даст ключ, но я никак не мог ее уловить. Нет, интуиция тут была ни при чем... Это был какой-то факт. Маленький, конкретный, неопровержи¬ мый фактик... Но какой? Казалось, я уже осязаю его, и все-та¬ 113
ки он ускользал. Я выпил пива... Нет, вес нс то, нс то — ответ ускользал. По¬ чему так плохо устроены наши мозги? Слишком они сложны, и в куче наших знаний теряются нужные детали. Почему? То¬ же гнусное слово: «почему». Везде «почему»! Главное — отве¬ тить на этот вопрос. Я знал, что смогу в конце концов на него ответить, но когда? В данный момент ничего не получалось. Нуж¬ но понять! Почему, почему, почему? Я потерял ощущение времени. Я пил, ел, думал, и вот насту¬ пил вечер. Включив свет, я выпил пятнадцатую бутылку пива. Время шло, а я все еще продолжал мучиться. Факт, какая-то де¬ таль... Какая же деталь? Какая? Вдруг я обнаружил, что холо¬ дильник пуст. В полном изнеможении я рухнул на кровать. Ничего! Ничего... Этой ночью мне снилось, что убийца злорадно хохочет на¬ до мной. Я не мог уловить его лица, но слышал его смех. Мирна, Джек, Боб и какие-то другие люди, нс знакомые мне, висели на цепях. Я напрасно старался разбить стекло, которое отделяло меня от них. В обеих руках у меня были револьверы, убийца же был безоружен, и все-таки я, проклиная себя, не мог преодолеть эту преграду, а убийца все хохотал и хохотал... Проснулся я с горьким привкусом во рту. Я почистил зубы, но неприятное ощущение осталось. Выглянув в окно, я уви¬ дел, что понедельник ничем не лучше воскресенья. Дождь не прекращался. Мне надоело мое заточение, поэтому я оделся, побрился, надел плащ и направился в ресторан позавтракать. Оттуда я вышел около часа и зашел в бар, где начал глотать стакан за стаканом, не ощущая вкуса виски. Когда я вдруг взгля¬ нул на стенные часы, было уже около шести. Я полез в карман в поисках сигарет и вдруг наткнулся на конверт. — О, господи!— пробормотал я. Два дня я мучился и не вспомнил о самом главном. Я спро¬ сил у бармена адрес ближайшей аптеки и направился туда. Там я попросил аптекаря определить, что это за порошок, и тот с неудовольствием согласился, так как приближалось время за¬ крытия. Он направился в лабораторию и через некоторое вре¬ мя возвратился. В этот момент я, стоя перед зеркалом, безуспешно пытался завязать узел галстука. Подозрительно взглянув на меня, аптекарь протянул мне конверт. Там было написано лишь одно слово: ГЕРОИН Я повернулся к зеркалу, и тут кровь застыла в моих жилах. Зеркало... Это слово — и зеркало. 114
Я заплатил аптекарю и поспешно выбежал из аптеки. Я не мог ни с кем разговаривать. Радость бурлила во мне. Если б мож¬ но было, я вопил бы, как дикий зверь. Но, разумеется, нельзя те¬ рять времени на подобные пустяки. Надо быстрее с этим покончить. Я был счастлив. И знал почему. Но действительно ли я был счастлив? Это было не совсем так. Я не имел права быть счастливым. Я опередил Пата, но он еще не знал в чем дело. А я знал это. Правда, пока я не знал име¬ ни убийцы, и все равно был счастлив. Я быстро вернулся в бар... Отбросив сигарету, я вошел в холл, двери которого были не заперты. Я не хотел пользоваться лифтом. Времени было до¬ статочно. Поднявшись по лестнице, я думал, каким будет этот последний этап. Дверь была закрыта на ключ, но я это предвидел. К замку подошла, как всегда бывало, последняя отмычка. Внутри царила особая тишина, характерная для пустых квартир, и я решил не зажигать света. Расположение мебели я знал достаточно хоро¬ шо, чтобы нс перевернуть чего-нибудь. Я уютно устроился в кресле. Листья какого-то растения, сто¬ ящего на столе, коснулись моей щеки. Я отодвинул горшок и раз¬ легся в кресле, предварительно вытащив из кобуры револьвер. Я был готов и ждал убийцу. Да, Джек, это конец. Скоро ты будешь отомщен. Я долго пытался понять, но наконец понял все и знал, кто убийца. Да, дело было крепко запутано, и все было тщательней¬ шим образом продумано. Но эта маленькая ошибка... Все они, в конце концов, совершают ошибки, и на этом всег¬ да попадаются. Они скрупулезно составляют планы, тогда как мы, фараоны и частные детективы, работаем над этими дела¬ ми вслепую, но вместе. Разумеется, мы многого не понимали и искали решения логическим путем. Но решила не логика, ре¬ шил случай... Ты помнишь, Джек, что я тебе обещал? Я при¬ кончу твоего убийцу, влепив пулю ему в живот. Он умрет, Джек, но не очень быстро. Он немного помучается в агонии. Как бы то ни было, все будет так, как я тебе обещал. Никакого электрического стула или веревки, никакой газовой камеры, только пуля в живот и из дырки в животе убийцы будет мед¬ ленно вытекать кровь вместе с жизнью. Крови будет не много, и я буду смотреть на его агонию и буду счастлив от мысли, что сумел сдержать свое обещание. Убийца должен умереть только так — выстрел из «сорок пятого» без глушителя... 115
Через десять минут убийца будет стоять передо мной. Когда он обнаружит меня здесь, то возможно, попытается опередить меня и убить. Не знаю, что меня ожидает, но в моей руке ре¬ вольвер и, прежде чем им воспользоваться, я заставлю убийцу страдать и от унижения. Я заставлю его рассказать, как все про¬ изошло, чтобы узнать, не ошибаюсь ли я. Может быть, дать ему шанс? Я слишком ненавижу его, а стреляю я без предупрежде¬ ния и очень метко. Все кончено, Джек, я жду его. Я жду... Наконец, открылась дверь и зажегся свет. Я так глубоко си¬ дел в кресле, что Шарлотта сперва не заметила меня. Она сняла пальто и только тогда увидела мои ноги. Несмотря на грим, лицо ее сильно побледнело. Да, Джек, Шарлотта... Несравненная Шарлотта! Велико¬ лепная Шарлотта. Шарлотта, которая так обожает собак и ка¬ тает по парку чужих детей. Шарлотта, чье бесподобное тело и кожа — божественны. Шарлотта... Шарлотта — вот кто убийца! Она улыбнулась мне. Заметить, что улыбка эта вынужден¬ ная, было трудно, но я это знал. Шарлотта поняла, почему я пришел сюда. Револьвер был направлен прямо ей в живот. Она все еще улыбалась. Казалось, она счастлива видеть меня. — Майк, дорогой! Как я рада тебя видеть! Ты не позвонил мне, как договорились, и я начала беспокоиться. Как ты сюда вошел? А, понятно... Кетти всегда оставляет дверь открытой. Се¬ годня она выходная, и нам никто не помешает насладиться любовью. И, пожалуйста, Майк, убери этот ужасный револь¬ вер... Я боюсь... — Мне все ясно!— перебил я ее. Она замерла, нахмурилась и вопросительно уставилась на меня. Если бы я не был уверен, что знаю, наконец, всю прав¬ ду, я ни за что бы не поверил, что она играет комедию. Боже, какая в ней пропадает актриса! Ее игра безупречна. Она сама расписывает и играет все роли. Все сама... Все в ней безукориз¬ ненно: жест, пауза, интонация. Каждая деталь — настоящий ше¬ девр. Я почувствовал, что в моем мозгу зашевелились сомнения. — Не старайся, Шарлотта, я все знаю. Ее глаза расширились. Я усмехнулся про себя. Она, навер¬ ное, обмерла от ужаса. Ведь она помнит о моей клятве. Никто не смог бы ее забыть, так как отлично знают, что у меня репу¬ тация человека, который выполняет свои обещания. Я поклялся всадить пулю в живот убийцы, а убийцей ока¬ залась именно она... Шарлотта взяла сигарету и все еще твердой рукой прику¬ рила. Я понял, что она увидела какой-то выход, но не хотел пре¬ 116
дупреждать ее, что все это бесполезно, так как она стоит перед дулом моего «сорок пятого». — Майк... — Нет! Слушай меня, Шарлотта. Теперь-то, я наконец, все понял. Я боялся поверить этому, но сегодня я счастлив. Счастлив, как никогда в жизни. Последнее убийство открыло мне глаза. Все убийства были совершенно разные, они были тщательно проду¬ маны, и я даже предполагал, что передо мной маньяк-убийца или кто-то вне круга подозреваемых. Тебе повезло. Происшедшие со¬ бытия никак не хотели связываться воедино. Все было так запута¬ но, и тем не менее причина у всех преступлений — одна... Джек был сыщиком. У каждого сыщика всегда найдется по крайней мере один враг. Особенно, если враг этот чувствует у себя на за¬ тылке дыхание полицейского. Но Джек не знал, что он прижал тебя к стенке, вплоть до того самого дня, когда ты пришла к не¬ му, так ведь? Я почти жалел о жестокости своего монолога. Шарлотта смот¬ рела на меня, не шевелясь. Слезы текли по ее щекам. Она выгля¬ дела такой беззащитной и страдающей. Она словно хотела меня остановить и доказать, что я не прав. Глаза ее просили и умоля¬ ли, но я безжалостно продолжал: — Начала ты одна. Все это — прямое следствие твоей про¬ фессии и необузданного темперамента. Ты вполне достаточно зарабатывала, но тебе было мало. Тебе нужны были деньги, мно¬ го денег. Не для того, чтобы глупо их тратить, а просто чтобы иметь их. Ты могла ежедневно изучать пороки и слабости лю¬ дей, и одновременно ты боялась. Ты совершенно потеряла со¬ циальный инстинкт женщины, зависящей от мужчины. Ты быстро нашла средство увеличить свои доходы. Средство безотказное, но самое грязное и самое отвратительное... Печаль в ее глазах исчезла и сменилась более сильным чув¬ ством. Что-то явно готовилось... Я не знал что, но ощущал это всеми фибрами души. Она стояла передо мной, высокая, краси¬ вая, полная доверия и надежды. В горле у нее, казалось, засты¬ ло рыдание. Ее живот под платьем был так соблазнителен... Она опустила руки. Что-то готовилось, но я не собирался просто молчать. Я не давал ей времени заговорить, даже если бы у нее хватило на это сил. — Твоя клиентура богата и высокомерна. С твоей красотой и способностями, с твоей высокой квалификацией ты достигла многого. Ты лечила их, лечила от разных болезней. Ты лечила их наркотическими препаратами на основе героина, и они при¬ нимали эти препараты. Они становились им необходимы, и поскольку ты была для них единственным источником снабже¬ 117
ния, то за эти лекарства они платили очень дорого. Очень доро¬ го... Как врач, ты легко могла получать все лекарства. Я не знаю, как ты их распространяла, но об этом мы потолкуем позднее. Потом ты встретила Хилла Кингса. Разумеется, случайно, но не с него ли все началось? Именно тогда и начались твои труд¬ ности. Все произошло так просто и естественно. Ты ведь не знала об истинном характере его деятельности, правда? Од¬ нажды он согласился подвергнуться гипнозу. Он поступил, как дурак, но что ему оставалось делать, если он хотел разыгрывать из себя студента, увлеченного психиатрией? В состоянии шпно- за ты выпытала у него кое-какие сведения о его настоящем лице, и решила держать его в руках. Ты сказала ему, что все знаешь и предложила работать на себя. Но тут ты просчиталась, так как Хилл был совсем не младенец. Он сразу понял, чем ты занима¬ ешься, и в этом отношении вы оказались на равных. Помнишь твою книгу «Лечение гипнозом психических заболеваний»? Она вся испещрена пометками. Он тщательно изучил ее, от корки до корки. Я знал, что ты сильна в этой области, но понял это как следует только сегодня вечером. Она все еще стояла передо мной. Кровь застучала у меня в висках, когда я увидел, что она собралась сделать. Она мед¬ ленно подняла руки, и ее пальцы побежали вдоль тела, рассте¬ гивая пуговицы одну за другой. — Вы с Хиллом подстерегали друг друга, ожидая, кто пер¬ вым совершит ошибку. Вы не осмеливались приступать к откры¬ той борьбе. И тут-то возник Джек. Это был честный парень с проницательным и живым умом. Что-то в поведении Хилла вызвало у него подозрения и, помогая ему выкручиваться из мелких неприятностей, помогая ему в студенческих делах, он одновременно начал расследование. Джеку удалось узнать прав¬ ду, но только частично. Потом он встретился с Элен, и ее рас¬ сказ дал ему дополнительно то, что еще недавно было для него тайной. Затем он узнал дату представления в доме терпимо¬ сти, и узнал, что Хилл тоже там будет, так как был главным организатором подобных зрелищ... Но вернемся немного на¬ зад. Джек хотел повидать тебя на следующей неделе. Тебя он не подозревал, совсем нет, но ты часто общалась с Хиллом, и он хотел попросить у тебя помощи! Затем на вечеринке ты увидела университетские сборники и поняла, что Джек рас¬ крыл истинное лицо Хилла Кингса. Если Джек арестует Хил¬ ла, подумала ты, тот обязательно расколется. Когда Кетти заснула, ты отключила звонок на двери и быстро вернулась к Джеку. Ты наверняка прихватила его ключи, уходя с вече¬ ринки, так ведь? Джека ты застала в спальне и там, Шарлот¬ 118
та, ты первый раз в жизни убила человека. Ты всадила ему пу¬ лю в живот и стояла перед ним, наблюдая, как он пытается до¬ браться до револьвера на стуле, который ты отодвигала все дальше... Именно так все и произошло, правда? Можешь не отвечать, других объяснений нет. Медленно, очень медленно она вытащила блузку из юбки. В комнате отчетливо слышалось шуршание шелка. Расстегнув рукава, она сбросила блузку на пол. Она не носила бюстгаль¬ тера, потому что не нуждалась в этом. У нее были замечатель¬ ные плечи, и необыкновенной красоты руки. Она была такая молодая, красивая и желанная! Я вспомнил тот вечер, когда обнимал ее на постели у нее в спальне, вечер, когда она умоляла взять ее. Шарлотта тряхнула головой, и ее светлые волосы рассыпа¬ лись по плечам, как расплавленное золото. — В книгах, которые ты обнаружила у Джека, оказались случайные заметки насчет Элен, так ведь? И ее фотография в компании Хилла Кингса! Ты сообщила Хиллу о находке, а он рассказал тебе, кто такая Элен. Тогда ты заставила его пойти к Элен и, пригрозить ей, потребовав молчания. Ты проследила за ним и прикончила обоих, предполагая, что банда, занимаю¬ щаяся проститутками, не захочет, чтобы полиция совала нос в ее дела. Тут ты была права. Кто-нибудь занялся бы трупами, и они наверняка исчезли бы бесследно на дне реки, если бы мы не появились так быстро. Когда ты услышала нас, то какое-то мгновение была в панике, но удача снова оказалась на твоей сто¬ роне. Ты заметила, как хозяйка убегает через потайной ход, и рва¬ нула за ней... Ни я, ни Пат ни за что не догадались бы спросить у тебя отвоем алиби на эту ночь, но держу пари, что оно у тебя было! Вспомним теперь Джорджа Кэлики. Видимо, Хилл все ему как-то выболтал, когда выпил больше обычного. Именно поэто¬ му Джордж и был в таком скверном настроении на вечеринке. Хилл рассказал тебе о своем разговоре с Кэлики. Ты пыталась пристрелить Джоржа, но промахнулась. Кэлики сменил квар¬ тиру, но побоялся сообщить полиции об истинных причинах по¬ кушения. Поэтому он обвинил меня в попытке убить его — чтобы заставить меня разыскать убийцу, прежде чем тот добе¬ рется до него самого. После смерти Кингса, когда мы шли с то¬ бой, попрощавшись с Бетти, Джордж Кэлики хотел убить не меня, а тебя. Он знал, что он первый в твоем списке и что ты обязательно до него доберешься, если он не успеет тебя опере¬ дить. Он хотел улизнуть, но не мог этого сделать, пока не унич¬ тожит компрометирующие его материалы, собранные Кингсом, которых было бы вполне достаточно, чтобы усадить его на элек¬ 119
трический стул. Тебе еще раз повезло. Если бы он не пытался прикончить меня, я заставил бы его заговорить, и не стал бы убивать его. Это точно. Но мертвого говорить не заставишь! Шарлотта расстегнула молнию на юбке и скинула ее на пол. Таким же образом она сняла и комбинацию и отбросила ногой всю кучу одежды. Боже ты мой, какие у нее ноги! Загорелые, безукоризненных линий ноги, начинающиеся от втянутого, пре¬ красной формы живота. Необычайно тонкая талия, изуми¬ тельные бедра, великолепные лодыжки, и прелестный пупок. Правда, ноги у нее были чуть более мускулисты, чем бывают у кинозвезд, но и это красило ее. Сейчас на ней оставались толь¬ ко прозрачные нейлоновые трусики. Она была натуральной блондинкой, абсолютной блондинкой с ног до головы! — А, потом — Боб Хупер... Его смерть не была запланирова¬ на. Несчастный случай, который с ним произошел, навлек на не¬ го гибель. Правда, он работал на Кэлики, но это просто совпадение. Он многих обслуживал: носил письма, пакеты — в общем, делал все, о чем попросят. Работал он и на тебя. Иде¬ альная комбинация, поскольку твои пакеты он разносил среди многих других. Боб был простодушен и не обидел бы даже му¬ хи. Однажды он уронил коробочку, которую ты приказала ему срочно доставить. Ты сказала ему, что это лекарство. Он боял¬ ся потерять выгодного клиента и попытался как-то исправить дело, обратившись в аптеку. В этот момент твой клиент, кото¬ рому ты сообщила, что уже выслала героин, позвонил и ска¬ зал, что пока ничего не принесли. В тот вечер я как раз был у тебя, помнишь? Пока я находился в парикмахерской, ты села в машину и поехала той дорогой, где должен был идти Боб. Ты увидела, как он выходит из аптеки, держа в руках новую цвет¬ ную коробочку, и пристрелила его. Нет, нет, твое алиби не стоит ни цента. Кетти находилась дома и не видела, как ты уходила и вернулась. Ты утверждала, что была в это время в темной комнате и никто тебя не беспокоил. Ты отключила звонок во второй раз, когда уехала искать Боба. А когда воз¬ вратилась, то забыла включить его снова. Помнишь? Это сде¬ лал я, когда вернулся за бумажником. Убийство Мирны тоже оказалось результатом случайности. Когда я покинул тебя на теннисном корте, я тем самым предоставил тебе возможность убить ее. В тот момент ты поняла возможные для тебя послед¬ ствия отсутствия Мирны. Наверное, сразу же, как и в случае с Бобом. Голова у тебя работает блестяще. Ты всегда знала, как поступать в случае неприятностей, и отлично знала женщин и их психологию. Ты была превосходным психиатром. Я спал, ког¬ да ты приехала к сестрам Билеми. Твое пальто оказалось точно 120
такого же цвета, как и у Мирны, только с меховым воротни¬ ком. И ты знала привычку женщин примерять чужую одеж¬ ду... Ты не могла позволить себе рисковать, так как в кармане твоего пальто был героин. Может быть, всего один пакетик. Ты привезла его Шерману, именно поэтому они и скрылись. Они не захотели выбрасывать порошок и оказаться задержан¬ ными. Если бы Мирна не поддалась этой женской привычке, то ничего бы не случилось... Ну, увы! Было слишком поздно. Мирна примерила твое пальто и обнаружила в кармане порошок. А она-то отлично знала, что это такое! Именно наркотики тол¬ кнули ее в свое время к попытке самоубийства! Ты увидела, что она рассматривает героин, и убила ее. Потом ты сняла с нее пальто и бросила его среди всех остальных. Затем надела на Мирну ее собственное пальто, предварительно спрятав в складках пулю, которой она была убита. Свое пальто ты уже сожгла? Наверняка! Там ведь были следы порошка... У Мирны под ногтями осталось несколько ворсинок, и я догадался бы обо всем этом раньше, если бы ее пальто не оказалось такого же цвета. Но кроме того мне помогло еще зеркало и несколько щепоток героина, которые ты не смогла собрать. Обычно жен¬ щина становится в комнате перед зеркалом, чтобы посмот¬ реть, как она выглядит в той одежде, которую не носит, поскольку это не ее одежда. Я не понимаю, почему тебе так везло, Шарлотта. Ты вошла туда во время секундного отсутст¬ вия бармена, но совершив убийство, ты не могла выйти тем же путем. Я оказался слишком велик, чтобы пройти по узкому карнизу к пожарной лестнице, но ведь ты такая тоненькая! Ты сняла туфли, чтобы не оставлять следов, да? И никто не заме¬ тил ни твоего ухода, ни твоего возвращения. Интересный пси¬ хологический эксперимент, правда? Нет, Шарлотта, я хорошо знаю, что никакой суд не осудит тебя на основании таких до¬ казательств. Нет ни одного неоспоримого доказательства, тог¬ да как твое алиби выглядит совершенно неопровержимым! Но я не признаю его, Шарлотта. Моя правда не нуждается в судах и процессах! Я обойдусь без них! Я и без того слишком много времени потерял. Нельзя лишать алиби таких безобидных лю¬ дей, как Кетти. Но я все равно тебя приговариваю, Шарлотта! Впоследствии мы ликвидируем все, что останется от твоего пре¬ ступного предприятия, а сейчас я не могу ждать, когда ловкий адвокат развеет в пыль мои аргументы и выставит меня клоу¬ ном перед Большим жюри. Нет, Шарлотта, сейчас и суд, и присяжные — это я. Я дал клятву и сдержу ее, как бы ты ни была хороша собой и как бы я тебя ни хотел! Объявляю тебя виновной и приговариваю к смерти. Я сам буду и твоим пала- 121
чом! Ее пальцы скользнули под резинку трусиков, и она медленно стянула их, обнажив свои обворожительные прелести. Протя¬ нув руки, она направилась ко мне. Облизав языком губы, она заставила их сладострастно блестеть. От ее кожи исходил опь¬ яняющий запах. Как мне хотелось положить голову на се вы¬ зывающие груди, зарыться в них лицом и заснуть у нее на груди! Я чувствовал себя усталым и опустошенным. Шарлотта склонилась ко мне с полуоткрытым ртом и чуть высунутым кон¬ чиком языка. Ее груди вибрировали в такт дыханию, а руки уже готовы были обвить меня, как лианы... В любовном порыве она наклонилась еще ниже, но тут ком¬ нату нарушил громкий звук выстрела. Пошатнувшись, Шарлот¬ та отступила... и медленно опустила голову, чтобы увидеть ужасную рану, из которой текла струйка крови. В се глазах поя¬ вилось детское выражение недоверчивости. Я засунул револьвер в кобуру, повернулся и взглянул на цве¬ ток, стоявший на столе. Там, рядом с горшком, я заметил револь¬ вер, снабженный глушителем и со спущенным предохраните¬ лем. Она могла легко до него дотянуться, пока я плавал бы в океане страсти. И ее красивое лицо, подставленное для поце¬ луя, было бы обрызгано моей кровью,— когда разрывная пуля прошила бы мою голову. Я услышал шум падающего тела и повернулся к Шарлот¬ те. В ее глазах было только жуткое страдание. — Как... как ты мог?— прошептала она в агонии. Ей оставалось жить несколько страшных минут, которые покажутся ей вечностью, но я знал, что она поймет мой ответ. — Это было совсем не трудно...— улыбаясь, проронил я.
ТВАРЬ ЧАСТЫ 1 Лицо коротышки представляло собой кровавое месиво. Из-под иссиня-черных, вздувшихся, как грибы-дождевики, век на Дилвика смотрели тусклые, безжизненные глаза. Губы рас¬ пухли и полопались, струйки крови извилистыми дорожками медленно ползли из углов рта по щетинистому подбородку, капая на темную от пота рубашку. Яркая лампа не освещала Дилвика, который стоял в тени, нависая над головой парня, словно дамоклов меч. Дилвик то¬ же вспотел. Рубашка прилипла к его широченной мясистой спине, воротничок размок и смялся. Он потуже натянул кожа¬ ную перчатку на мускулистую руку. Раздался тошнотворный звук удара, стул опрокинулся, и голова коротышки хрустнула о цементный пол, словно спелый арбуз. Дилвик подбоченился и злобно уставился на нечто, еще недавно бывшее человеком. — Уберите его и приведите в порядок. Потом тащите об¬ ратно. Из темноты появились два копа и подняли стул. Один из них рывком поставил парня на ноги и поволок к двери. Господи, как я их ненавидел. И это называется — взрос¬ лые мужчины. Вчетвером они по очереди выколачивали при¬ знание из парня, которому нечего было сказать. И мне приходилось на это смотреть. Меня хотели запугать. «Берегись», — словно говорили мне. — «Если ты попробуешь утаить информацию от Дилви¬ ка, то рискуешь оказаться с проломленным черепом. Вот тебе пример, погляди на него, а потом выкладывай все, что знаешь, да оставайся под рукой, чтобы я, Великий Дилвик, мог занять¬ ся тобой, когда ты мне понадобишься». Я набрал полный рот слюны и смачно плюнул ему под но¬ ги. Жирный коп резко повернулся на каблуках и оскалился в 123
издевательской ухмылке. — Наглеть начал, Хаммер? Я даже не шелохнулся и продолжал сидеть, развалившись на стуле: — А хоть бы и так? Вот сижу себе и думаю. Верзила скорчил мерзкую гримасу. — Думаешь? Ты? — Угу. Думаю, как бы ты выглядел завтра, если бы по¬ пробовал этот номер со мной. Два копа, тащившие коротышку к двери, застыли на мес¬ те. Третий, смывавший пятна крови со стула, перестал тереть щеткой плетеное сидение и затаил дыхание. Никто и никогда не говорил так с Дилвиком. Никто — от самого важного поли¬ тикана в штате до самого прожженного уголовника. Никто не осмеливался на это, потому что Дилвику ничего не стоило ра¬ зорвать такого человека в клочья голыми руками. Он был Дилвик — самый подлый, самый жестокий коп из всех, когда- либо обходивших свои участки или колотивших дубинкой по головам. Грубый, крутой, бесчестный, он не считался ни с кем и никого не боялся. Разбить человеку в кровь лицо ему было приятней, чем поесть, и все это знали. Вот почему никто не го¬ ворил с ним так. То есть никто, кроме меня. Потому что я и сам такой. Дилвик шумно выдохнул и протянул волосатые лапы, но я не позволил копу ухватить меня за рубашку. Я встал и на¬ смешливо ухмыльнулся ему в лицо. Дилвик, при его росте, не привык встречать прямой взгляд. Он любил смотреть на людей сверху вниз. Но сейчас не вышло. — И что же ты, интересно, сделаешь?— прорычал он. — Попробуй — узнаешь,— сказал я. Я увидел, как он отводит плечо, готовясь к удару, и не стал ждать. Мое колено стремительно взлетело и с мерзким хру¬ стом врезалось ему в пах. Когда он сложился пополам, я дви¬ нул его кулаком в зубы и почувствовал, как они крошатся. С посиневшим лицом он грохнулся на пол. Один из копов отпу¬ стил коротышку и потянулся за револьвером. — Замри, балда,— сказал я,— пока я не разнес твою ду¬ рацкую башку. Пушка пока еще при мне. Он моментально опустил руку. Я повернулся и вышел из комнаты. Никто не пытался меня задержать. Наверху я миновал стол дежурного сержанта, сидевшего, как и раньше, склонившись над газетой. Он поднял голову, увидел меня и украдкой сунул руку под стол. Сам я в этот мо¬ мент держал руку под мышкой в каких-нибудь шести дюймах 124
от пистолета, практически предлагая ему помериться — кто кого. Может, дома его ждала семья. Он положил руку на стол, на виду. Такие глаза, как у него, мне уже доводилось видеть раньше. Так смотрит крыса из своей норы, когда в комнате кошка. Но в нем еще крепко сидело сознание того, что он — закон, и он не утерпел. — Дилвик тебя отпустил?— требовательно спросил он. Я выдернул газету у него из-под рук и швырнул ее на пол, с трудом сдерживая бешенство. — Дилвик меня не отпустил. Он валяется внизу и выпле¬ вывает свои потроха, и то же будет с тобой, если ты еще раз выкинешь такой номер. Я вовсе не нужен Дилвику. Ему про¬ сто хотелось подержать меня в подвале на сеансе узаконенной пытки, чтобы я увидел, какой он твердокаменный. Это на ме¬ ня не действует. Имей в виду, я приехал в Сайд он представ¬ лять на законном основании клиента, который при аресте воспользовался своим правом на телефонный звонок и вызвал меня, а не затем, чтобы меня запугивала эта жирная вошь. Из нью-йоркской полиции.его вышибли, так он купил себе теплое местечно в вашей дыре только для того, чтобы и дальше драть взятки. Сержант нервно облизнул непослушные губы, собираясь заговорить, но я оборвал его. — Так вот, даю вам ровно час, чтобы освободить Вилли Паркса и отвезти его домой. Иначе...— с расстановкой произ¬ нес я,— придется позвонить прокурору штата — пусть он этим займется. Потом я вернусь сюда и сделаю кашу из твоей проклятой рожи. Теперь ясно? Никаких порук, вообще ниче¬ го. Вы просто отпускаете его и точка. Для копа он был жидковат. Его нижняя губа дрожала от страха. Я сдвинул шляпу на затылок и, громко стуча каблука¬ ми, вышел из здания полиции. Моя машина стояла напротив, через улицу. Я сел за руль и развернул машину. Черт, до чего же меня разозлили. Вилли Паркс, миляга-парень, безобидный, бывший мел¬ кий жулик, решивший сойти с воровской дорожки. Как, по-ва- шему, поддержит его закон? Черта с два! Чуть что не так, Вилли хватают и принимаются вышибать мозги, и все из-за его прошлого. Факт, он провел три семестра в колледже на Гудзоне и не больно-то рвался бы на дело, после которого при¬ дется продолжать обучение до конца своих дней. Я не слышал о нем с тех пор, как он выпросил у Рудольфа Йорка место шо¬ фера... Он дал знать о себе только теперь, после того, как у Йорка похитили сыночка-гения. 125
Когда я свернул с шоссе, по ветровому стеклу застучали дождевые капли. Фары выхватили из мрака мощеную дорогу, приведшую к дому. Все окна светились, словно обитатели боя¬ лись каких-то незримых чудовищ, таящихся в темных углах. Это был большой дом, итог соединения богатства хозяина с мастерством архитектора. Но, несмотря на его величествен¬ ный вид и ворота из кованого железа, кто-то сумел пробраться внутрь, заграбастать парнишку и смыться. Черт подери, маль¬ чишка был идеальной приманкой для похитителей. Отец ви¬ дел в нем не только сына: в течение четырнадцати лет он проводил своеобразный эксперимент, стремясь воспитать из мальчугана гения. Бьюсь об заклад, он отвалил бы немало миллионов, чтобы увидеть его живым и здоровым. Парадную дверь отворил расфуфыренный лакей, из тех, кто обязательно сперва сосчитает до пятидесяти, и только по¬ сле этого откроет. Впрочем, он покорно наклонил голову и по¬ зволил мне войти. — Майкл Хаммер,— сказал я, вручая ему визитную кар¬ точку.— Мне бы повидать вашего босса. И притом немедленно. Лакей едва взглянул на квадратик картона: — Весьма сожалею, сэр, но мистер Йорк нездоров. Сунув в рот сигарету, я сказал: — Передайте, что это насчет его дельца. Он моментально выздоровеет. Полагаю, с таким же успехом я мог бы, не сходя с места, потребовать выкуп — так он на меня взглянул. Всякое случа¬ ется в жизни, не раз меня принимали за кого-нибудь другого, но похитителем детей сочли впервые. Он поперхнулся, судо¬ рожно глотнул, потом повел рукой куда-то в направлении гос¬ тиной. Я пошел за ним. Случалось вам когда-нибудь вспугнуть стаю уличных ко¬ шек, изготовившихся к полуночной драке? Увидеть, как они разом повернулись, вздыбив шерсть, и уставились щелками враждебных глаз, словно готовы растерзать того, кто помешал их потасовке? В напряженных, настороженных взглядах све¬ тятся ненависть и страх. Так встретили и меня, только не кошки, а люди. Одни си¬ дели, другие прохаживались по комнате и теперь останови¬ лись, застыв, словно перед прыжком. Немая сцена ненависти. Я задержал взгляд на этой компании лишь на миг, достаточ¬ ный для того, чтобы сосчитать всех — ровно дюжина — и оп¬ ределить их как сборище упырей, чьи души давно разъела сухая гниль. Рудольф Йорк безвольно размяк в кресле, безо всякого вы¬ 126
ражения глядя в пустой камин. На газетных фото он всегда выглядел крупным мужчиной, а в этот вечер казался малень¬ ким и усталым. Он что-то бормотал про себя, но я не мог разо¬ брать слов. Лакей подал визитную карточку. Йорк взял ее, не потрудившись даже взглянуть на меня. — Мистер Хаммер, сэр.— Никакого ответа.— Это... это по поводу мистера Растона, сэр. Рудольф Йорк ожил. Резко повернув голову, он бросил на меня взгляд, в котором сверкнул огонь. Затем очень медленно встал. Руки его дрожали: — Он у вас? С дивана одновременно вскочили два парня, которых мож¬ но было бы назвать красивыми, если бы не бледность и вялая кожа, свойственные завсегдатаям ночных клубов. Один сжал кулаки, другой с громким стуком поставил стакан с виски на кофейный столик. Они вместе двинулись ко мне. Хмыри. Я только глянул на них через плечо, чтобы они увидели выраже¬ ние моего лица, и этого оказалось достаточно — оба притор¬ мозили. Я снова повернулся в Рудольфу Йорку: — Нет. — Тогда что вам угодно? — Посмотрите на мою карточку. Он очень медленно прочел вслух: «Майкл Хаммер, част¬ ный детектив», потом смял карточку в кулаке. Его лицо иска¬ зила страшная судорога. Сквозь сжатые зубы он выдохнул еле слышные, невыразительные слова, боясь произнести их вслух. Один взгляд на дворецкого, после которого тот испарился,— и Йорк вновь повернулся ко мне. — Откуда вы узнали?— агрессивно спросил он. Этот тип мне определенно не нравился. Каким бы там бле¬ стящим ученым, богачом и важной персоной он ни был, все равно, он мне не нравился. Я выдохнул в его сторону облако дыма. — Без труда,— ответил я,— безо всякого труда. Мне по¬ звонили. Он несколько раз ударил кулаком по раскрытой ладони. — Я не хочу, чтобы вмешивалась полиция, слышите! Это мое личное дело. — Легче, док. Я не полиция. Хотя, если вы попробуете дать мне от ворот поворот, я звякну в какую-нибудь газету и тогда уж у вас действительно не останется ни черта личного. — Кого вы представляете?— спросил он холодно. — Вашего шофера, Вилли Паркса. 127
— И что же? — А то, что я хотел бы знать, почему вы указали на него, когда узнали, что ваш мальчик пропал. Я хотел бы знать, по¬ чему вы позволили замордовать Вилли даже без предъявления официального обвинения и почему вы устроили изо всего это¬ го такой секрет. И лучше вы мне ответьте, да погромче, черт вас дери! — Прошу вас, мистер Хаммер! Чья-то рука развернула меня, с силой толкнув сзади в пле¬ чо, другая взлетела сбоку и огрела по лицу. Щенок выкрикнул: — Как вы смеете так говорить с дядей! Едва он замолчал, я наотмашь, изо всех сил дал ему по зу¬ бам. Тут в пиджак мне вцепился второй. Он получил короткий тычок в ребра, сложивший его пополам, потом я выпрямил его оплеухой, оттолкнул и сгреб за галстук. Дыша прямо в лицо, я накручивал галстук на руку до тех пор, пока у парня не нача¬ ла синеть шея, и тогда принялся хлестать по его пропитанной виски физиономии. Бил, пока не заболела рука. Когда отпустил, он повалился на пол, плача и пытаясь прикрыть лицо руками. Я заговорил, обращаясь не столько к нему, сколько ко все¬ му сборищу: — Если у кого-нибудь есть подобные идеи, пусть лучше запасется чем-нибудь посерьезней стакана с виски. Для Йорка урок не пропал зря. Он снова выглядел стари¬ ком. Огонь в его глазах потух, он вцепился руками в подлокот¬ ники кресла. Ему приходилось не сладко, но я помнил о Вилли и теперь не испытывал жалости. Бросив окурок в камин, я уселся в кресло напротив. Йорка не пришлось тянуть за язык: — Растона не оказалось утром в постели,— начал он.— Мы обыскали дом и сад, но не нашли никаких следов. Должно быть, я поддался возбуждению. Мне прежде всего пришло в го¬ лову, что ведь у меня работает бывший уголовник. Я позвонил в местную полицию и заявил о случившемся. Они увезли Пар¬ кса. Я уже сожалею об этом. — Представляю себе,— сухо заметил я.— Сколько вы за¬ платили за молчание? Он дернулся. — Нисколько. Правда, я пообещал им вознаграждение, если они сумеют найти Растона. — Да, блестяще, здорово. Только этого им и надо. Госпо¬ ди, да у вас мозги мушиные!— От такого комплимента у него широко раскрылись глаза.— Эти ваши местные прощелыги — никакие не копы. Конечно, они будут держать язык за зубами, 128
как и всякий на их месте. Думаете, им охота делиться с кем- нибудь вашими деньгами?— Мне хотелось дать ему по зу¬ бам.— Глупо было натравливать их на Вилли. Пусть он сидел. С тремя судимостями он не стал бы рисковать головой на та¬ ком деле. Его первого заподозрили бы, как оно и вышло. Черт, да я скорее пригляделся бы к Дилвику, чем к Вилли. Он боль¬ ше подходит для этого.— Йорк обливался потом. Он обхватил голову руками и с тихим стоном раскачивался из стороны в сторону. Наконец остановился и поднял на меня глаза. — Что мне теперь делать, мистер Хаммер? Что можно сделать? Я покачал головой. — Но ведь нужно что-то делать? Я потерял Растона. По¬ сле стольких лет... Я не могу обратиться в полицию. Он такой впечатлительный мальчик... Мне страшно... — Я здесь всего лишь представляю Вилли Паркса, мистер Йорк. Он позвонил мне, потому что попал в беду, а я его друг. От вас я хочу, чтобы вы приняли его на прежнее место, иначе мне придется сообщить в газету. — Хорошо. Это, право, не имеет значения.— Он снова уронил голову. Я надел шляпу и встал, и тут он сказал:— А вы, мистер Хаммер, как сами сказали, не полицейский. Быть может, вы смогли бы мне помочь? Я бросил ему соломинку: — Может быть. Он уцепился за нее: — Вы согласны? Мне нужен человек, который... сохранит все в тайне. — Придется поиздержаться. — Прекрасно. Сколько? — Сколько вы предложили Дилвику? — Десять тысяч долларов. Я присвистнул: — Ладно, десять кусков плюс расходы. Выражение облегчения разлилось по его лицу, как солнеч¬ ный свет. Цена была высока, но старик и глазом не моргнул. Он был рад переложить тяжесть на меня. Однако Йорк еще не все сказал. — С вами трудно торговаться, мистер Хаммер, и в моем положении я вынужден согласиться. Однако ради собственно¬ го спокойствия я хотел бы выяснить один вопрос: насколько вы умелый детектив? Он произнес это резким, сухим тоном, и я ответил тем же. 5-884 129
Ответ заставил его попятиться от меня, как от заразного боль¬ ного. Я сказал: — Йорк, я убил немало людей. Из двоих я вышиб потроха прямо на улице. Однажды я показал шести сотням посетите¬ лей в ночном клубе, что слопал на обед один подонок, который хотел подстрелить меня. Выпотрошил его ножом для жаркого. Я помню, потому что мне не хочется это помнить. Слишком поганые это воспоминания. Ненавижу ублюдков, которые превращают общество в посмешище и жиреют на нем. Я так их ненавижу, что могу убивать без малейших угрызений сове¬ сти. Газеты меня ругают, а крысы, о которых я мараюсь, боят¬ ся до смерти, но мне наплевать. Когда я убиваю, то убиваю по закону. Судьи твердят, что я слишком тороплюсь спускать ку¬ рок, но не могут отнять у меня лицензию, потому что я дейст¬ вую правильно. Я быстро соображаю, быстро стреляю, да и в меня частенько стреляют. А я все живой. Вот такой я детектив. Целых десять секунд он стоял в оцепенении, воззрившись на меня с нескрываемым ужасом. Никто в комнате не проро¬ нил ни звука. Я не часто призношу такие речи, но когда гово¬ рю, должно быть, выходит убедительно. Если бы мысли можно было слышать, вокруг сейчас стоял бы испуганный галдеж. Двое хмырей, получивших взбучку, выглядели так, словно их едва не укусила змея. Йорк опомнился первым. — Полагаю, вы захотите посмотреть комнату мальчика? — Нет. — Почему? Я думал... — Парнишка пропал, этого факта достаточно. Бесполез¬ но осматривать комнату. У меня нет снаряжения для возни с вещественными доказательствами, Йорк. Отпечатки пальцев и прочее — дело техников. Я имею дело с мотивами и людьми. — Но мотив... Я пожал плечами. — Деньги, скорее всего. Обычно суть именно в них. Да¬ вайте начнем сначала.— Я указал на кресло, и Йорк сел.— Когда вы заметили исчезновение? — Вчера утром. В восемь часов, как всегда, мисс Мэлком, гувернантка, вошла к нему в комнату. В постели его не оказа¬ лось. Она искала его по всему дому, затем сказала мне, что не может найти мальчика. С помощью садовника и Паркса мы обыскали всю усадьбу. Растона нигде не было. — Ясно! А привратник? — Генри ничего не видел и не слышал. — И тогда вы, вероятно, позвонили в полицию?— Он кивнул.— Почему вы решили, что его похитили? 130
Йорк невольно вздрогнул. — Но... Чем же еще можно объяснить это исчезновение? Я подался вперед, сидя в кресле. — Если верить всему, что я читал о вашем сыне, мистер Йорк, он — самое необыкновенное создание по эту сторону рая. Разве не естественно ожидать от юного гения неуравнове¬ шенности? Он стиснул подлокотники кресла так сильно, что на руках вздулись вены. — Если вы имеете в виду его душевное состояние, то оши¬ баетесь. Растон чувствовал себя превосходно, как и всегда. Я не только отец и ученый, но еще и врач. Было ясно, что он не желает допускать никаких сомнений в отношении рассудка своего сына. — Ладно, тогда опишите его мне как можно полнее. Надо же с чего-то начать. — Ему четырнадцать лет. На вид он такой же, как и все мальчишки. Рост — пять футов один дюйм, светло-каштано¬ вые волосы, румяный. Весит сто двенадцать фунтов без одеж¬ ды. Карие глаза; высоко на лбу, слева,— малозаметный шрам. Он упал, когда был маленьким. — Есть фотография? Рудольф Йорк кивнул и достал снимок из кармана пиджа¬ ка. Я взглянул. Мальчик стоял во дворе дома, заложив руки за спину, в типичной позе незрелого юнца. Кроме всего прочего, паренек был еще и красив. На губах играла легкая улыбка, он казался довольно застенчивым. Мальчик был одет в шорты и темный свитер. На заднем плане развевался пятнистый непо¬ нятный флаг, около которого резвился спаниель. — Оставлю себе, не возражаете?— спросил я. Йорк махнул рукой: — Нисколько. Есть и другие, если вам нужно. Спрятав снимок в карман, я закурил новую сигарету. — Кто еще есть в доме? Перечислите всех слуг, кто где спит, всех, кто был здесь в последнее время. Друзья, враги, люди, которые у вас работают. — Разумеется.— Откашлявшись, он начал перечислять домочадцев.— Кроме меня, здесь живут Паркс и Генри, два повара, две горничных и Харви. Мисс Грейндж работает асси¬ стенткой в лаборатории, но живет в городе. Что касается дру¬ зей, то их осталось немного — из тех, кто навещает дом после того, как я оставил преподавание в университете. Не припо¬ минаю никаких врагов... По-моему, за последние несколько недель не приходил никто, кроме поставщиков из города. Ко¬ 131
нечно, не считая их,— он указал на собравшихся в комнате,— моих ближайших родственников. Они постоянно приезжают и уезжают. — Вы ведь довольно богаты?— Излишний вопрос, но я за¬ дал его не без значения. Йорк бросил быстрый взгляд вокруг и на его лице промель¬ кнула гримаса отвращения. — Да, но я пока еще в добром здравии. — Очень неудачно для них.— Пусть упыри слушают. — Вся прислуга спит в северном крыле. У мисс Мэлком комната, смежная с комнатой Растона. Я занимаю спальню- кабинет в передней части дома. Ни с какими лицами и органи¬ зациями я не сотрудничаю. Вам должна быть знакома сущность моей работы. Она состоит в том, чтобы дать моему сыну интеллект и мыслительные способности, намного пре¬ восходящие обычные. Вам и другим людям он может казаться гением, но для меня он просто человек, полностью использую¬ щий свой умственный потенциал. Естественно, мои методы представляют строго охраняемый секрет. Мисс Грейндж разде¬ ляет его со мной, но я полностью ей доверяю. Она так же предана Растону, как и я. С тех пор, как моя жена умерла во время родов, мисс Грейндж всячески помогает мне. Как будто все? — Да, пожалуй, этого хватит. — Можно спросить, как вы намерены действовать? — Конечно. Я не двинусь с места, пока не объявятся похи¬ тители вашего сына. Те, кто украл парнишку, наверняка счи¬ тают, что дело им по плечу, иначе выбрали бы кого-нибудь другого, а не вашего мальчика, который всегда на виду. Если бы вы захотели, все до единого копа в штате сейчас искали бы его. Как я понял, никакого письма не присылали... — Никакого. — ...Так что они выжидают, хотят посмотреть, как вы се¬ бя поведете. Позовете копов — можете вспугнуть похитите¬ лей. Погодите немного, и они свяжутся с вами. Тогда и начнется моя работа... То есть, если его в самом деле украли. Йорк закусил губу и бросил на меня очередной свирепый взгляд: — Вы говорите так, будто не верите в это. — Я говорю так, потому что не знаю, как было дело. Мог¬ ло случиться что угодно. Определенней скажу, когда увижу письмо с требованием выкупа. Йорк не успел ответить, так как в этот момент вновь поя¬ вился дворецкий, а с ним — аппетитная рыжеволосая красот¬ ка. Они поддерживали с обеих сторон окровавленного Вилли. 132
— Это Паркс, сэр. Мы с мисс Мэлком нашли его за дверью! Йорк ахнул, увидев лицо Паркса, и сразу послал дворец¬ кого за горячей водой и бинтами. Кровь почти всю вытерли, но лицо оставалось распухшим. Дежурный сержант сделал все именно так, как я велел, еще даже час не истек, но все равно они мне заплатят. Я осторожно посадил Вилли в кресло. Когда вернулся дворецкий с аптечкой, я отошел, предоста¬ вив действовать Йорку. У меня впервые появилась возможность как следует рас¬ смотреть мисс Мэлком всю целиком — начиная с красивых но¬ жек, заканчивая хорошеньким личиком и встретив уйму прелестных выпуклостей на этом пути. Мисс Мэлком, так они ее называли. Я звал ее Рокси Каутлер. Раньше она занималась стрипти¬ зом и работала на организацию торговцев телом в Нью-Йорке и Майами... 2 Но Рокси ошиблась в выборе профессии. Ей следовало бы иг¬ рать в Голливуде. Хотя, может, она и забыла об Атлантик-Си¬ ти и о той новогодней вечеринке на квартире Чарли Доу. А если не забыла, значит, здорово умела прикидываться. В ответ на мой взгляд она лишь зазывно стрельнула глазами, сохра¬ нив, впрочем, неприступное выражение лица. Тем все и кончилось, потому что в этот момент Вилли со стоном очнулся и попытался встать. Йорк положил руку ему на плечо и заставил опуститься обратно в кресло. — Вам придется вести себя спокойно,— предостерег он профессиональным тоном. — Мое лицо,— глаза у Вилли закатились.— Господи, что у меня с лицом? Я опустился на колени рядом с ним и перевернул холод¬ ный компресс на лбу. Глаза Паркса блеснули, когда он узнал меня. — Привет, Майк. Что случилось? — Привет, Вилли. Тебя здорово отделали. Каюты себя чувствуешь? — Паршиво. Ох, этот ублюдок. Если бы я только был по¬ выше, Майк... Черт, ну почему я не такой же верзила, как ты? Этот подлый... Забудь о нем, малыш.— Я потрепал его по плечу.— Я угостил его тем же. 133
— Ухты, вот здорово! То-то мне там показалось, что вок¬ руг творится что-то странное. Спасибо, Майк, огромное спасибо. — Да ладно тебе. Вдруг его лицо застыло в испуганной гримасе. — А если... если они опять придут? Майк, я... мне такого не вынести. Я заговорю, скажу все, что угодно. Не выдержу, Майк! — Не волнуйся, я никуда не денусь, я буду поблизости. Вилли попытался улыбнуться и сжал мою руку. — Правда? — Угу. Я теперь работаю на твоего босса. — Мистер Хаммер,— Йорк подал мне знак подойти по¬ ближе.— Вилли не следует чрезмерно возбуждаться. Я дал ему успокоительное и он должен поспать. Сможете вы отнести парня в его комнату? Мисс Мэлком покажет дорогу. — Конечно,— кивнул я.— И, если вы не против, я хотел бы потом немного побродить здесь, может быть, расспросить слуг. — Разумеется. Дом в вашем распоряжении. Когда я взял Вилли на руки, он закрыл глаза и уронил го¬ лову на грудь. Да, ему пришлось туго. Мисс Мэлком молча да¬ ла мне знак следовать за ней и провела через арку в конце комнаты. Пройдя библиотеку, студию и зал трофеев, похожий на музей, мы оказались на кухне. Дверь из ниши позади бу¬ фетной вела в комнату Вилли. Со всей осторожностью, на ка¬ кую только был способен, я уложил его и накрыл одеялом. Он крепко уснул. — Порядок, Рокси, теперь можно и поздороваться. — Привет, Майк. — С чего это ты сменила вывеску? Прячешься? — Ничего подобного. Вывеска, как ты ее назвал,— мое настоящее имя. Рокси я придумала специально для эстрады. — Серьезно? Только не говори мне, что ты бросила эстра¬ ду ради того, чтобы менять пеленки. Чем ты здесь занимаешься? — Мне не нравится твой тон, Майк, смени его или уби¬ райся к чертям. Это было что-то новое. У Рокси, которую я знал, не хвати¬ ло бы смелости тыкать мне в лицо своей гордостью. Впрочем, почему бы не подыграть ей. — Ладно, детка, не заводись. У меня есть право проявить чуточку любопытства, согласна? Не так уж часто встретишь человека, столь круто сменившего призвание. Старик знает о прошлом? — Не валяй дурака. Он вышвырнул бы меня, если бы узнал. — Мне тоже так кажется. Как сюда тебя занесло? — Очень просто. Когда мне в конце концов стало ясно, 134
что в большом городе я скоро свихнусь, я пошла в агентство и зарегистрировалась как профессиональная нянька. Я ведь ею и была, пока меня не уговорили трясти боками за две сотни долларов в неделю. Через три дня мистер Йорк нанял меня для ухода за своим ребенком. Это было два года назад. Тебя еще что-нибудь интересует? Я улыбнулся: — Просто очень уж чудная встреча, только и всего. — Тогда я могу идти? Я отключил ухмылку и легонько подтолкнул ее к двери. — Послушай, Рокси, где бы нам поговорить? — Я больше не играю в эти игры, Майк. — Слушай, уймись, ладно. Только поговорить. Она подняла брови и секунду пристально смотрела на ме¬ ня, потом, видя, что я говорю серьезно, отозвалась: — У меня в комнате. Там никто не помешает. Но мы бу¬ дем только говорить, не забывай. — Вас понял. Пошли, детка. На этот раз мы вышли в фойе и поднялись по лестнице, словно вырезанной из цельного куска красного дерева. На площадке мы повернули налево. — Сюда,— сказала Рокси и открыла передо мной дверь. Пока я выбирал кресло поудобнее, она включила настоль¬ ную лампу и предложила сигареты в золотом портсигаре. Я за¬ курил. — Неплохое тут у тебя местечко. — Спасибо. Здесь довольно уютно. Мистер Йорк старает¬ ся обеспечить меня всеми удобствами. Так о чем будем говорить? Ей хотелось еще раз напомнить про наш уговор. — О мальчике. Какой он? Рокси слегка улыбнулась, и жесткое выражение оконча¬ тельно сошло с ее лица. Оно стало материнским. — Это чудесный, очаровательный мальчик. — Похоже, он тебе нравится. — Да. Тебе он тоже понравился бы.— Она помедлила.— Майк... ты правда думаешь, что его похитили? — Не знаю, потому что ничего не знаю, именно поэтому и хочу поговорить о нем. Внизу я намекнул, что он мог тронуть¬ ся умом, но старик чуть не отгрыз мне голову. Какого черта, это вовсе не глупая идея. Раз он гений, значит, стоит особня¬ ком по отношению к нормальным людям. Как ты считаешь? Она откинула волосы и провела рукой по лбу. — Не могу понять. Наши комнаты рядом, а я ничего не слы¬ шала, хотя обычно легко просыпаюсь. До сих пор Растон вел себя 135
совершенно нормально. Он не стал бы убегать ни с того, ни с сего. — Нет? А почему? — Потому, что он разумный мальчик. Он всех любит, всем вокруг доволен и был всегда веселым. — Да... Ну, а как насчет его воспитания? Как он стал гением? — Об этом тебе придется спросить у мистера Йорка. Этим он сам занимается вместе с мисс Грейндж. Я раздавил окурок в пепельнице. — Чушь, разве можно создать гения? Им нужно родиться. Ты проводишь с ним все время, вот и скажи — он и на самом деле такое уж чудо? Я знаю только то, что писали в газетах. — Тогда ты знаешь не меньше моего. Его гениальность не в том, что он много знает, а в способности обучаться. Он овла¬ дел скрипкой за одну неделю, а потом пришла очередь рояля. О, я понимаю, такое кажется невероятным, но это чистая правда. Даже музыкальные критики признали его мастером игры на нескольких инструментах. И это еще не все. Однажды он заинтересовался астрономией. За несколько дней перечи¬ тал все книги по этому предмету. Вместе с отцом мы отвезли его в обсерваторию, где он опять-таки поразил специалистов своими сверхъестественными познаниями. Помимо этого, он настоящий кудесник по части математики. Меньше чем за се¬ кунду он извлекает кубический корень из шестизначного чис¬ ла до третьего знака. Что я могу еще сказать? Нет такой области, в которой бы он не выделялся. Моментально схватывает осно¬ вы и в пять минут может научиться тому, на что нам с тобой понадобились бы годы. Вот тебе наш гений в двух словах, Майк. Но остается в стороне его самое важное свойство: во всех отношениях он точно такой же, как и другие мальчики. — Старик говорил... — Растон любит игрушки и книги. У него есть лошади, ве¬ лосипед, коньки, санки. Мы часто гуляем по усадьбе и без кон¬ ца разговариваем. При желании он мог бы распространяться о ядерной физике десятисложными словами, но он не такой. Скорее заговорит о футболе. Я взял еще одну сигарету из портсигара и чиркнул спич¬ кой о ноготь. — С этим как будто все ясно. Может быть, он и вправду не чокнутый. Давай-ка глянем на его жилище. Рокси кивнула и встала. Пройдя в конец комнаты, она от¬ ворила дверь. — Здесь. Когда она зажгла свет, я вошел. Я ожидал увидеть все, что угодно, но не это. На стенах висели вымпелы, за рамой зерка¬ 136
ла на комоде торчали фотографии. Одежда была разбросана по спинкам стульев — типично мальчишеский беспорядок. В углу стояла кровать. Одеяло сбилось к ногам, а подушка сохранила отпечаток головы лежавшего. Если мальчика дей¬ ствительно уволокли силой, я ему сочувствовал. Ночь совсем не подходила для прогулки в пижаме, тем более, что ее верх¬ няя половина осталась висеть на спинке кровати. Я попробовал окно. Оно подалось довольно легко, хотя, су¬ дя по пыли на наружном карнизе, в последнее время его не от¬ крывали. — Ты запираешь комнату Растона на ночь?— спросил я у Рокси. Она покачала головой. — Нет, с какой стати. — Замечала тут какие-нибудь следы за дверью или под окном? — Если следы и были,— сказала она,— их затоптали в суматохе. Я медленно затянулся сигаретой, запоминая детали. С ви¬ ду все довольно просто, а вот как на самом деле? — Детка, а что это за выползни там, внизу? — Главным образом, родня. — Знаешь их? Рокси кивнула. — Из близких родственников у мистера Йорка только се¬ стра с мужем, их сын и дочь, еще кузен. Остальные — родня его жены. Сколько помню, они всегда здесь ошивались, так и ждут, когда с ним что-нибудь случится. — Он это понимает? — Видимо, так, но ему, похоже, все равно. Они напере¬ гонки стараются войти в милость к старикану. Полагаю, дело тут в завещании, как обычно. — Да, но им придется долго ждать. Йорк сказал мне, что у него прекрасное здоровье. Рокси странно посмотрела на меня и опустила глаза. Она вдруг заинтересовалась своими ногтями. Я дал ей попотеть не¬ много и только потом бросил: — Выкладывай, детка. — Что выкладывать? — То, что подумала и чуть не сказала. Она закусила губу, поколебавшись: — Только между нами, Майк. Если мистер Йорк узнает, что я об этом заикнулась, я потеряю место. Ты ведь не пробол¬ таешься? 137
— Обещаю. — Я прожила здесь примерно две недели, когда случайно подслушала разговор мистера Йорка с врачом после осмотра. Видимо, мистер Йорк понимал, что произошло, но все же хо¬ тел удостовериться и позвал другого доктора. Некоторое вре¬ мя он работал у себя в лаборатории с одним аппаратом и каким-то образом получил слишком большую дозу радиации. Достаточную, чтобы вызвать внутренние осложнения и сокра¬ тить жизнь. Конечно, близкая смерть ему нс грозит, но никог¬ да ни в чем нельзя быть уверенным. Он не получил серьезных ожогов, однако болезнь грызла его два года и, учитывая воз¬ раст, можно ожидать, что любое физическое или душевное на¬ пряжение будет для него смертельным. — Вот здорово,— сказал я.— Соображаешь, чем тут пах¬ нет, Рокси?— Она кивнула головой.— Это может означать, что кто-то еще обо всем пронюхал и попытался взвинтить старика, похитив его сокровище. Надеялся, что тот откинет копыта от та¬ кой шутки. Лихо... Вот где ловкое, хитро задуманное убийство. — Да, ведь тогда получается, что виноват наследник. — Разве? Бьюсь об заклад, даже второстепенным наслед¬ никам отломится столько зелененьких, что убийство будет иметь смысл. У Йорка на всех хватит. — Есть и другие возможности, Майк. — Успела обо всем поразмыслить, а?— Я улыбнулся ей.— К примеру, кто-то из родственников может найти пар¬ нишку и стать любимчиком старика. Или так: парнишка — главный наследник, и один из них решил устранить его, чтобы самому продвинуться по списку. Да, детка, вариантов тут уйма, и ни один мне не нравится. — Может быть, это все-таки обычное похищение. — Верно. Очень даже может быть. Только так интерес¬ ней. Скоро будем знать.— Я открыл дверь и на пороге, помед¬ лив, оглянулся через плечо.— Спокойной ночи, Рокси. — Спокойной ночи. Йорк опять сидел у камина, глубоко погрузившись в раз¬ мышления. Мне было бы легче на душе, если бы он метался по комнате. Я подошел и шлепнулся в глубокое кресло. — Где моя спальня?— спросил я. Он медленно повернул голову. — В комнате для гостей. Я вызову Харви. — Не надо, я сам его найду, когда понадобится. Несколько минут мы сидели молча, потом Йорк стал нерв¬ но барабанить пальцами и наконец спросил: — Как вы думаете, когда они дадут знать о себе? 138
— Трудно сказать. Дня через два-три. — Но один день уже прошел. — Ну, значит, завтра. Нс знаю. — Может быть, мне следует опять позвонить в полицию? — Валяйте, только, если они отыщут мальчика, вам при¬ дется его похоронить. Эти типы — не копы, места свои они получили по блату от политиканов. Вы должны бы знать, как делаются дела в таких городишках. Да им свою собственную задницу не отыскать! Впервые Йорк проявил отцовское беспокойство. Его кулак с силой опустился на подлокотник кресла. — Проклятие, не могу же я просто сидеть здесь! А вы по¬ нимаете, каково мне? Ждать, ждать. Ведь его уже, может быть, нет в живых. — Может быть, но я так не считаю. Одно дело — похище¬ ние, совсем другое — убийство. Вы не представите меня этой публике? — Хорошо.— Он кивнул. Я не рассчитывал, что после недавней наглядной демонст¬ рации силы здесь найдется хоть один желающий познакомить¬ ся со мной. Первыми были два гладиатора, которые теперь сидели на диванчике, стараясь не подавать виду, что у них дрожат под¬ жилки. У обоих все еще виднелись красные пятна на щеках. Знакомство состоялось без особых церемоний. Йорк попросту указал на них с явным пренебрежением: — Мои племянники, Артур и Уильям Грэм.— Мы двину¬ лись дальше.— Моя племянница Элис Николс.— Пара глубо¬ ких карих глаз обласкала меня столь крепко, что я едва не потерял равновесие. Элис так окинула меня взглядом с ног до головы, будто мазнула малярной кистью. Она была высокого роста и уже ус¬ пела встретить свой тридцатый день рождения, но проводила его с лицом, свежим, как первая маргаритка. Платье не скрывало, а обнажало ее тело. У одних кожа — просто кожа, у некоторых она — приглашение отведать. Одна улыбка сказала мне то, что большинство девушек со времен Евы пытаются выразить слова¬ ми, не желая вместе с тем показаться слишком доступными, и я ответил тем же. Я умею немного играть в эту игру. Следующими были сестра Йорка и ее муж. Женщина сред¬ них лет выглядела настоящей матроной, из тех, что любят принимать у себя важных персон и свысока разглядывают публику в лорнет. Ее муж принадлежал к разновидности муж¬ чин, обычно попадающих в мужья к подобным особам. Он был 139
невысок и пузат. Пиджак однобортного серого костюма не со¬ всем сходился у него на экваторе. Может, когда-то он обладал шевелюрой, но теперь об этом можно было только догадывать¬ ся. Один из уголков его воротничка вылез и торчал, как обви¬ няющий перст. — Моя сестра Марта Гент, ее муж Ричард,— представил Йорк. Ричард протянул было руку, но старая доска одернула его и, сердито нахмурясь, попыталась заморозить меня взглядом. Не добившись успеха, она повернулась к брату: — Право, Рудольф, я думаю, нас едва ли следует знако¬ мить с этим... с этой личностью. Йорк повернул голову, взывая ко мне взглядом. — Извини, Марта, но мистер Хаммер считает это необхо¬ димым. — Я все же не понимаю, почему ты не предоставишь дело полиции. Я адресовал ей отборнейшую из своих ухмылок. — А я не понимаю, почему вы не заткнетесь, миссис Гент. Я думал, ее муж надорвет пузо, таких трудов ему стоило не расхохотаться. Марта запнулась, посинела и величаво уда¬ лилась. Йорк посмотрел на меня критически, хотя и с одобре¬ нием. Подошел парень лет двадцати, который ступал по ковру, словно он был усыпан яичной скорлупой. Сын унаследовал фамильные черты Гентов, но исключительно со стороны мате¬ ри. Из кармана у него торчала трубка, на носу были очки с толстыми стеклами. Девушка, стоявшая рядом, никого не на¬ поминала, но, видя, как она обняла одной рукой Ричарда, я решил, что это его дочь. Так и вышло. Ее звали Рода. Она была настроена друже¬ любно и улыбалась. Парень оказался Ричардом-младшим. Он вскинул брови, неодобрительно уставился на меня поверх оч¬ ков и презрительно хмыкнул. Такого один удар отбросит на милю, отделяющую мужчину от голубого. Когда мне представили всех, я отвел Йорка в угол, где нас не могли слышать остальные. — При нынешних обстоятельствах вам лучше держать эту компанию здесь, пока все немного не уляжется. Вы сможе¬ те их пристроить? — Очевидно, да. Последние десять лет я только этим и за¬ нимаюсь. Предупрежу Харви, пусть приготовит комнаты. — Когда он разместит их, пришлите ко мне Харви с пла¬ ном, показывающим, где чья комната. И скажите ему, чтобы 140
держал язык за зубами. Я хочу знать, где найти каждого из них в любую минуту. Так, а теперь скажите, вы не забыли о ком-нибудь, имеющем связь с вашим домом? Он на секунду задумался. — Ох, мисс Грейндж. После обеда она уехала домой. — Где она была во время похищения? — Ну-у... дома, полагаю. Она вечером уезжает между пятью и шестью. Это очень замкнутая женщина. По-видимо¬ му, ведет уединенный образ жизни. Она вообще предпочитает никуда не ходить и занимается в библиотеке. — Ладно, до нее еще дойдем. Как насчет остальных? Есть у них алиби? — Алиби? — На всякий случай, Йорк. Вы знаете, где они были про¬ шлым вечером? — Как вам сказать... За всех поручиться не могу, но Ар¬ тур и Уильям были здесь. Элис Николс появилась часов в де¬ вять и уехала примерно через час. Я сделал запись в блокноте. — Почему вы собрали у себя семейство? Или их просто ветром занесло? — Нет. Я их вызвал. Они помогали мне в поисках, хотя никакой пользы это не дало. Мистер Хаммер, что делать? Про¬ шу вас... Йорк потихоньку начинал раскачиваться. Он слишком долго сохранял хладнокровие. Теперь его лицо побледнело и осунулось, став похожим на трагическую маску. — Во-первых, идите спать. Вам нет никакого смысла из¬ матывать себя. Теперь это мое дело.— Протянув руку через его плечо, я дернул за бархатный шнур. Моментально появил¬ ся лакей и поспешил к нам.— Отведите хозяина наверх. Йорк дал дворецкому инструкции насчет размещения гос¬ тей. Харви казался удивленным и вместе с тем довольным, что его допустили к участию в заговоре. Я вышел на середину комнаты и подождал, пока утихнет гул разговоров. Миндальничать с ними я не стал. — Вы все останетесь здесь на ночь. Если это нарушает ва¬ ши планы, очень жаль. Всякий, кто попробует улизнуть, будет иметь дело со мной. Харви разведет вас по комнатам, и чтобы в них вы и оставались! Все. Когда я умолк, леди «секс» незаметно приблизилась и улыбнулась мне: — Постарайтесь получить крайнюю спальню в северном крыле,— сказала она,— я займу смежную. 141
— Элис,— отозвался я с притворным удивлением,— вы можете обжечься, если будете делать такие вещи. Она рассмеялась. — Ничего, на мне все чертовски быстро заживает. Та еще девочка. Давненько меня не совращали. Сквозь перекрестный огонь злых взглядов я выбрался в холл, по пути подмигнув Ричарду Генту. Он подмигнул в от¬ вет. Его жена смотрела в другую сторону. Я надел пальто и шляпу и вышел к машине... Выкатив за ворота, я повернул к городу и увеличил ско¬ рость. Выжал семьдесят и уже не сбавлял до самого шоссе. У городской черты притормозил перед заправочной станцией и вырулил к бензоколонке. Служитель, парень лет двадцати с небольшим, вышел из помещения станции, изображавшей в миниатюре швейцарский альпийский домик, и машинально стал отвинчивать крышку бензобака. — Заправь пять,— сказал я ему. Он вставил наконечник в бак, следя за стрелкой. — Открыто всю ночь?— поинтересовался я. — Угу. — Сам работаешь? — Угу. Кроме воскресенья. — По ночам тут, наверное, не слишком много работы? — Не слишком. Этот малый был не разговорчивей бревна. — Скажи-ка, сильное тут было движение прошлой ночью? Он отключил насос, навинтил крышку и холодно посмот¬ рел на меня: — Мистер, я ничего не знаю. Я быстро сообразил, в чем дело, протянул десятку и после¬ довал за ним, когда он пошел разменять деньги. Оказавшись в помещении станции, я запустил пробный шар: — Значит, копы намекнули, что кое-кто сунется сюда с расспросами, а? Никакого ответа. Он со звоном крутанул ручку кассы и на¬ чал отсчитывать сдачу. — Э... э... Ты случайно не обратил внимания на сопатку Дилвика? Или приезжал кто-нибудь другой? Он быстро, с острым любопытством взглянул на меня. — Это был Дилвик. Я видел его лицо. Не говоря ни слова, я вытянул правую руку. Он присмот¬ релся, увидел ободранные костяшки пальцев и одарил меня 142
широкой ухмылкой. — Помнишь, кто тут ездил прошлой ночью? — Помню, а : ак же. С девяти до восхода проехало с дю¬ жину машин. Я почти все знаю. Пара иногородних. Кроме двух, все были фермерские — возят молоко на сепаратор в другой конец города. — А остальные две? — Во-первых, «кэдли». Я видел ее в здешних местах не¬ сколько раз. Запомнил потому, что у нее один бок помят. Дру¬ гая — двухдверный «седан» этой девицы Грейндж. Небось, ездила мужиков искать.— Он рассмеялся своей шутке. — Грейндж? — Ага. Старая карга, что работает у Йорка. Чаевых от нее не жди. — Спасибо за сведения, парень.— Я сунул ему доллар и он заулыбался.— Между прочим, с копами ты тоже поделился? — Только не я. Им я не сказал бы. — Почему? — Вшивая банда сволочей. Он выразил самую суть в нескольких словах, без лишних подробностей. Я сел за руль и запустил мотор, но прежде чем отъехать, высунул голову в окошко. — Где живет малютка Грейндж? — В Гленвуд Апартментс. Найдешь сразу. Другого много¬ квартирного дома в этом городишке нет. Ладно, так или иначе, не повредит заглянуть к ней и по¬ толковать. Я резко взял с места и вернулся на шоссе, перехо¬ дившее в главную улицу, а там сбросил скорость и медленно покатил мимо темных витрин магазинов. Немного не доехав до делового центра, увидел широкий зеленый навес над вхо¬ дом в современный трехэтажный дом. Сбоку надпись малень¬ кими буквами гласила: «Гленвуд Апартментс». Я вполз на стоянку позади черного «форда» и выскочил из машины. «Грейндж, Майра» — это имя стояло на табличке со спи¬ ском жильцов вторым сверху. Я нажал на кнопку звонка и стал ожидать, когда откроется электрический замок. Не до¬ ждавшись, позвонил снова. На этот раз послышалась серия щелчков, и я распахнул дверь. К квартире Грейндж вел всего один лестничный марш. Не успел я позвонить, как металличе¬ ская заслонка дверного глазка отодвинулась, и на меня непри¬ ветливо уставились сердитые темные глаза. — Мисс Грейндж? 143
- Да. — Я хотел бы поговорить с вами, если у вас есть свободное время. — Прекрасно. Говорите. Ее голос звучал так, словно исходил из дупла. Это была уже третья личность в Сайдоне, которую я сразу невзлюбил. — Я работаю для Йорка,— объяснил я терпеливо.— Хо¬ телось бы поговорить с вами насчет мальчика. — Мне не о чем с вами беседовать. Понятия не имею, почему некоторым дамочкам удается взбесить меня так быстро и такой малостью, но она этого доби¬ лась! Я вытащил свой «сорок пятый» и дал ей им полюбоваться: — Или вы откроете дверь, или я стреляю в замок. Она открыла. Злость в ее глазах сменилась ужасом, кото¬ рый исчез только когда я убрал пушку. Потом я посмотрел на нее. Если она была старой каргой, тогда я — Королевой мая. Почти с меня ростом, с красивыми каштановыми волосами, остриженными коротко, почти по-мужски, и с фигуркой, ко¬ торая казалась хорошо сформированной, хотя судить об этом определенно мешали брюки и домашняя куртка. Ей могло быть и тридцать, и сорок лет. Ее лицо с отсутствующим выра¬ жением напоминало лицо со старинной картины. Она не кра¬ силась, что прибавляло чертам выразительности, но не портило их. Я кинул шляпу на столик и вошел без приглашения. Май¬ ра Грейндж следовала за мной по пятам, шаркая по ковру сан¬ далиями на деревянной платформе. Норка была симпатичная, но маленькая. Что-то здесь было не так, словно обстановка и хозяйка не подходили друг другу. Какого черта, может, она просто сняла квартиру у выехав¬ шего жильца. Гостиная была ультрасовременной. Кофейный столик рис¬ кованно балансировал на маленьких пирамидках, служивших ему ножками. Две лесные нимфы в рамках, казалось, мерзли в своей наготе на фоне леденящих голубых стен. Ни за что не стал бы жить в такой комнате. Майра встала посреди гостиной, расставила ноги и засуну¬ ла руки в карманы. Я присмотрел себе кожаную оттоманку и уселся. Она следила глазами за каждым моим движением с едва скрываемым бешенством. — Раз уж вы вломились сюда,— сказала она, цедя слова сквозь сжатые губы,— то, может, объясните причину, или мне 144
позвать полицию? — Не думаю, чтобы у меня были хлопоты с полицией, ла¬ почка.— Я вытащил из кармана свой значок и показал ей.— Я сам пшик, правда, частный. — Дальше. Хладнокровная штучка. — Меня зовут Хаммер, Майк Хаммер. Йорк хочет, чтобы я отыскал парнишку. Как по-вашему, что случилось? — Я думаю, его похитили, мистер Хаммер. Уж это-то оче¬ видно. — Ничего не очевидно. Вас видели на шоссе поздно вече¬ ром, в день пропажи мальчика. Почему? Вместо ответа она сказала: — Я не знала, что время его исчезновения установлено. — Для меня оно установлено. Это случилось в тот самый вечер. Куда вы ездили? Она начала раскачиваться на носках. — Я была здесь. Если кто-нибудь говорит, что видел меня в тот вечер, он ошибается. — Вряд ли,— я пристально следил за ней.— У него зор¬ кие глаза. — Он ошибается,— повторила она. — Ладно, замнем для ясности. В котором часу вы уехали от Йорка? — В шесть, как обычно. Я поехала прямо домой.— Она несколько раз нетерпеливо ткнула ковер носком сандалии, по¬ том достала из кармана сигарету. Черт возьми, каждое ее движение напоминало мне что-то знакомое, хотя и не удавалось вспомнить, что именно. Заку¬ рив, села на диван и опять уставилась на меня. — Давайте перестанем играть в кошки-мышки, мисс Грейндж. Йорк сказал, что вы были как мать для парнишки, и, надо полагать, вам хочется увидеть его живым и невредимым. — Тогда не относите меня к категории подозреваемых, мистер Хаммер. — Это сугубо временная мера. Вас подозревают, пока вы не предоставите удовлетворительное алиби, тогда не придется ходить вокруг да около, зря отнимать время и у себя, и у вас. — Мое алиби принято? — Конечно,— соврал я.— Теперь вы можете спокойно ответить на несколько вопросов? — Спрашивайте. — Вопрос первый. Подозрительные личности, бродившие вокруг дома накануне исчезновения. 145
Она на минуту задумалась, сведя брови и наморщив лоб. — Ничего такого не припоминаю. Хотя ведь я весь день не выхожу, работаю в лаборатории. Я никого не смогла бы увидеть. — Враги Йорка. Знаете таких? — У Рудольфа... У мистера Йорка нет врагов, насколько мне известно. Некоторые лица, работающие в той же области, выражали, скажем так, профессиональную зависть, но нс бо¬ лее того. — В чем она проявлялась? — О, обычное злословие в клубах, насмешки над его ме¬ тодами работы. Сами знаете. Ничего такого я не знал, но все же кивнул. — Что-нибудь серьезное? — Ничего, что могло бы толкнуть на похищение ребенка. Да, были жаркие споры, но не часто. Мистер Йорк терпеть не мог обсуждать свою работу. Кроме того, ученый не станет при¬ бегать к насилию. — Это все о чужих. А теперь давайте немного о родствен¬ никах. Вы давно связаны с Йорком, что-нибудь да приметили за ними. — Я предпочла бы не обсуждать их, мистер Хаммер. Их дела меня не касаются. — Не ломайтесь. Речь идет о похищении. — Я все-таки не понимаю, какое они имеют отношение к этому... — Черт подери,— взорвался я,— вам и незачем пони¬ мать. Мне нужна информация, а я слышу от вас одни остроум¬ ные реплики. Еще немного, и я начну хватать таких, как вы, за глотку и выдавливать из них ответы. — Право же, мистер Хаммер, в этом нет никакой необхо¬ димости. — Уже слышал. Тогда выкладывайте. — Членов семьи я вижу очень часто. Я ничего о них не знаю, хотя все они настойчиво выспрашивают меня о деталях нашей работы. Никаких сведений я им не давала. Незачем и говорить, что все они мне несимпатичны. Быть может, мое мнение предвзято, но другого у меня нет. — И они платят вам той же монетой? — Думаю, они отнеслись бы очень ревниво ко всякому, кто связан с мистером Йорком так близко, как я,— ответила она с язвительной гримасой.— Этого следует ожидать от лю¬ бого родственника богатого человека. Между прочим, хотя они этого и не знают, я располагаю собственными средствами помимо жалованья, которое получаю у мистера Йорка, и мне 146
совершенно безразлично, как будет распределено наследство. Из всего его достояния меня интересует только мальчик. Всю свою жизнь он провел со мной и, как вы сами сказали, стал мне сыном. Вас интересует что-нибудь еще? — В чем состоит работа Йорка... и ваша? — Если он не сказал вам сам, я не имею права. Вы, естест¬ венно, понимаете, что в центре ее — ребенок. — Естественно.— Я встал и взглянул на часы. Было де¬ вять пятнадцать.— Пожалуй, у меня все, мисс Грейндж. Из¬ вините, что ворвался и взбудоражил вас, но, может, мне еще удастся как-нибудь это загладить. Чем вы тут занимаетесь по вечерам? Ее брови поползли вверх, она впервые улыбнулась. Это больше походило на сдерживаемый смех, чем на улыбку, и у меня появилось глупое ощущение, что смеются надо мной. — Ничем таким, в чем вам хотелось бы участвовать,— ответила она. Меня снова неизвестно почему взяла злость. Стараясь не подавать виду, я нахлобучил шляпу и встал. За спиной раз¬ дался приглушенный смешок... Первым делом я быстро смотался на бензозаправочную станцию. Подождав, пока отъедет машина, я подкатил к две¬ ри. Парень узнал меня и помахал рукой. — Удачно?— ухмыльнулся он. — Да, повидал ее. По-твоему, она старуха? — Ну, она надутая такая. Слова не скажет. — Слушай,— сказал я,— ты уверен, что видел ее про¬ шлой ночью? — Само собой, а чего? — Она говорит — нет. Теперь вспомни хорошенько. Ты видел ее или машину? — Ну, машина была ее. Я знаю. Она всегда в ней сидит, больше никто. — Откуда ты знаешь? — По антенне. Она погнута, так что сложить ее можно только до половины. Такой она и была с тех пор, как Грейндж купила машину. — Выходит, ты не можешь быть уверен, что она сидела в автомобиле. Ты ведь не присягнул бы? — Ну... нет. Пожалуй, нет... если так повернуть. Но ма¬ шина была ее,— настойчиво повторил он. — Большое спасибо.— Я сунул ему еще доллар.— За¬ будь, что я здесь появлялся. Идет? 147
— В жизни тебя не видел,— улыбнулся он. Дальше я ехал без определенной цели. Я и из дома-то уб¬ рался только для того, чтобы успокоить Йорка. Дождь пере¬ стал, я выключил дворники и взял курс на север, к поместью. Если похитители действовали по обычному методу, следо¬ вало вскоре ждать звонка или письма. Я мог только посовето¬ вать Йорку обеспечить возвращение мальчугана, а уж после пуститься по следу похитителей. Если бы не дурацкая страсть Йорка к секретности, я мог бы звякнуть в управление полиции штата и добиться объявления тревоги в семи ближайших штатах, но это означало бы, что дом будет кишеть копами. Стоит наводчику сообразить, что к чему, парнишку бросят где-нибудь, и он будет лежать, пока на его останки не набредут случайные туристы. До тех пор пока перед местной полицией маячит крупное вознаграждение, его не захотят упускать, тем более, что Йорк велел держать язык за зубами. Я не преуменьшал способностей Дилвика и поставил бы последний доллар, что он уже подсоединился к телефонной линии Йорка, готовый сорваться с цепи, как только раздастся подозрительный звонок. Если я не узнаю об этом звонке одно¬ временно с ним, меня могут оттеснить. Ну, нет, братец, толь¬ ко не меня. Десять кусков — уйма деньжищ на любом языке. Когда я проносился мимо, во всех окнах по-прежнему горел свет. Возвращаться было еще рано, и я решил немного поры¬ скать вокруг. Если старикан чувствует себя спокойней, зная, что я тружусь, то, по крайней мере, отработаю его деньги. Миль через десять дальше по шоссе раскинулся вдоль бе¬ рега городок Уэйвью, притихший в ожидании летнего сезона. Машина похитителей могла уйти в любом направлении, хотя этот путь казался самым неподходящим. За городком шоссе пере¬ ходило в гудронную дорогу, которая совершенно исчезла под зимними песчаными наносами. Впрочем, попытаться стоило. Я увернулся от старого драндулета, стоявшего посреди проезжей части, и свернул на усыпанную гравием площадку перед захудалой пивнушкой. Заведение было сильно запуще¬ но и отчаянно нуждалось в свежей покраске. Хороший дезодо¬ ратор тоже не помешал бы. Не успел я поставить ногу на перекладину стойки, как ко мне бочком подобралась нечеса¬ ная блондинка и окинула меня быстрым взглядом. — Вы новенький здесь, верно? — Просто проезжал мимо. — Мимо, а дальше? Эта дорога ныряет в лужу. — Может быть, мне туда и надо. 148
— Брось, парень, так не годится. У всех нас есть свои не¬ приятности, но это не дело — унывать. Дай-ка я угощу тебя стаканчиком, сразу веселее станет. Она свистнула сквозь зубы и, не дождавшись ответа, при¬ ложила руки ко рту рупором и крикнула бармену, который бросал кости на столе: — Эй, Энди, пошевели задом и обслужи своих клиентов. Тот не сразу отозвался: — Что подать, приятель? — Пиво. — Мне тоже. — Никаких «мне тоже». Выметайся, Джейни, ты уже и так перебрала. — Эй, слушай-ка, ты, ведь я плачу за себя. — Не в моем баре. Я улыбнулся обоим и включился в разговор. — Дай ей пиво, чего там. — Слушай, приятель, ты ее не знаешь. Она уже залила полбака. Еще один стакан, и начнет изображать красотку из «Копакабаны». Не то, чтоб мне не нравилась «Копа», но та¬ мошние дамочки одно, а она — совсем другое, вроде как день и ночь. Вместо того, чтобы глазеть, все мои клиенты плюются и топают к Чарли, на пристань. — Нет, это мне нравится!— Джейни приняла оскорблен¬ ную позу и замахала пальцем перед носом у бармена.— Сию минуту подавай мое пиво, не то я устрою почище, чем в «Ко¬ па», устрою, как... как... — Ладно, ладно, Джейни, еще порцию, и больше ни капли. Бармен нацедил два пива, взял деньги у меня, а не у нее, и кинул их в кассу. Я управился одним глотком. Джейни так и не удалось как следует ухватиться за стакан. Пока Энди наби¬ рал сдачу, она уже разлила пиво по всей стойке. Энди сказал что-то вполголоса, забрал стакан и, нашарив под стойкой тряпку, стал вытирать лужу. Я смотрел. В голове у меня зазвенело, сначала медленно, как бой колоколов в холодную ночь. Они звонили все громче и громче, превращаясь в дикую беззвучную симфонию. На шее задергался мускул. Я уже почти чувствовал, как десять кусков оттягивают карман. Очень медленно я потянулся через стойку и сгреб Энди за грязный фартук. Другой рукой я выдернул свой «сорок пятый» и поднес к самым глазам бармена. В лицо ему смотрела смерть, и он знал это. — Где ты взял эту тряпку, Энди?— Я с трудом сдерживал 149
голос. Он перевел взгляд на тряпку, которую держал в руке. Те¬ перь она пропиталась пивом, но в ней все равно можно было распознать пижамные штаны в голубую полоску. Другая по¬ ловина этой пижамы висела на спинке кровати в спальне Рас¬ тона Йорка. Джейн разинула рот, готовясь заорать. Я наставил на нее револьвер и сказал: — Заткнись! Крик умер, не успев родиться. Дрожа, как лист, она вце¬ пилась обеими руками в край стойки. Мы играли без улыбки, никто нас не видел, никто нами не интересовался. — Где, Энди? — Не знаю, мистер. Честно! Я взвел курок большим пальцем. Он видел это. — Еще один шанс, Энди. Подумай хорошенько. Его дыхание вырывалось короткими спазмами, язык за¬ плетался от страха. — Один... малый... принес сюда. Спрашивал... не мои ли... вроде... вроде как шутка... Честно, я только вытираю ими стойку, и все. — Когда? — Да днем... — Кто? — Билл, Билл Кадди. Он собирает ракушки. Живет в хи¬ баре на берегу. Я поставил револьвер на предохранитель, но фартук не от¬ пустил. — Энди,— проговорил я,— если ты выложил все начи¬ стоту, тогда порядок, но если нет, я отстрелю тебе башку. Ты ведь это знаешь, верно? Его глаза забегали по сторонам, потом снова встретились с моими. — Ага, мистер, знаю. Я не вру, честно. У меня двое детей... — И еще — Джейни. Пожалуй, попридержи-ка ее пока здесь. Мне не хочется, чтобы об этом кто-нибудь услышал, по¬ нимаешь? Энди все отлично понял, до последнего словечка. Я отпу¬ стил парня, и ему пришлось ухватиться за стойку, чтобы не упасть. Я спрятал пушку и сложил пижаму. Поправив шляпу и галстук, спросил: — Где живет Кадди? Голос Энди был так слаб, что я еле расслышал ответ. — Прямо по дороге... до самого берега. Потом налево. Это 150
старая корабельная рубка. Когда я уходил, они сидели рядышком, напуганные до смерти. Бедняга Энди. Он был ни при чем, но в этой игре луч¬ ше не рисковать. Как и сказала Джейни, дорога вела прямиком в лужу. Я поставил машину у заколоченного дома и побрел по мокрому песку. В трех шагах от воды свернул налево и увидел перед со¬ бой ряд развалившихся лачуг, кое-как сколоченных из всякой дряни, выброшенной приливом. У некоторых на жестяных крышах все еще проглядывали рекламы прохладительных на¬ питков и сосисок. Время от времени в разрывах туч показывалась луна, и при ее свете я мог лучше разглядеть самодельный поселок. Найти лачугу Кадди оказалось легче, чем я ожидал. Среди всех хибарок она одна была когда-то покрашена, а на южной стене висела доска с названием корабля «Карайк», написан¬ ным большими заглавными буквами. Должно быть, эту палуб¬ ную надстройку выбросило штормом. Я подобрался к окошку и заглянул внутрь. Мне удалось разглядеть лишь кое-какие смутные очертания. Я потянул дверь. Она бесшумно распах¬ нулась. Из угла доносился душераздирающий храп человека, спящего пьяным сном. Спичка осветила комнату. Кадди ни разу не пошевельнул¬ ся, даже когда я поднес спичку к фонарю, висевшему в центре потолка. В единственной комнате стояло несколько стульев, стол и двухъярусная кровать у стенки. Он поставил себе керо¬ синовую плиту, проведя трубу сквозь дыру в крыше, и приспо¬ собил два деревянных ящика под кухонный шкаф. Возле печки стояла бочка с ракушками. Уйма всякого барахла, но никаких следов парнишки. Разбудить Билла Кадди оказалось нелегко. Он подерги¬ вался, цеплялся за одеяло и вскрикивал. Я встряхнул Билла, у него дрогнули веки и открылись глаза. Без зрачков. Они поя¬ вились из-подо лба секундой позже. Два мутных, налитых кровью глаза двигались отдельно друг от друга, пока случайно не сфокусировались на мне. Билл сел. — Ты кто? Я дал ему несколько секунд, чтобы рассмотреть меня, по¬ том сунул под нос значок на ладони: — Коп. Вставай. Живо поставив ноги на пол, он схватил меня за руку. — Ав чем дело, мистер? Я не браконьерствую. У меня здесь только ракушки. Вон, гляньте.— Он показал на бочку.— Видите? 151
— Я не рыбинспектор,— сказал я. — Тогда чего вам от меня надо? — Мне нужен ты. Ты обвиняешься в похищении ребенка, а может, и в убийстве. — Ой... Нет!— Его голос звучал как хриплое карканье.— Но ведь я... никого не убивал. Да разве я могу! Ему незачем было это говорить. Он явно не принадлежал к типу убийц. Но я не стал его успокаивать. — Сегодня днем ты принес в бар Энди эту пижаму. Где ты ее взял? Он сморщил нос, пытаясь понять, о чем я говорю. — Пижаму? — Ты меня слышал. Тут он вспомнил. Его лицо расплылось в улыбке. — А-а, это. Точно, я нашел ее на Моур-роуд. Подшучу- ка, думаю, над Энди. — Ты чуть не угробил его своей шуткой. Надевай штаны, покажешь мне место. Он сунул ноги в штаны, натянул на костлявые плечи под¬ тяжки, выволок из-под кровати сапоги. Выцветшая джинсовая рубашка, потрепанная шляпа — и он был готов. Билл все вре¬ мя исподтишка косился на меня, тщетно пытаясь сообразить, что происходит. — Вы ведь не посадите меня в каталажку, а? — Нет, если ты говоришь правду. — Так я не вру. — Увидим. Пошевеливайся. Я пропустил его вперед. Дорогу занесло песком слишком глубоко для машины, поэтому мы побрели пешком, оставляя в стороне скопище хибар. От Моур-роуд осталось только назва¬ ние — просто полоска сырой Сахары, отделявшая вереницу деревьев от воды. Через сотню ярдов лачуги стали попадаться реже. Кадди указал вперед: — Вон там бухточка, где я оставляю лодку. Я шел туда, а возле старой цистерны вижу, валяются штанишки прямо по¬ среди дороги. Я кивнул. Через несколько минут мы добрались до цистер¬ ны — огромной штуковины в форме бочки, лежавшей на боку. В ней поместился бы гараж на две машины. Видимо, ее, как и все остальное здесь, выбросило штормом на берег. Билл ука¬ зал шершавым пальцем на землю: — Вот на этом самом месте, мистер. Тут они и валялись. — Хорошо. Видел кого-нибудь? — Нет. Кто сюда пойдет? Их волной выбросило, так я 152
смекаю. Я посмотрел на него, потом на воду. Хотя прилив стоял вы¬ соко, вода не доходила до места на добрых сорок ярдов. Он по¬ шей мой взгляд и тревожно заерзал. — Может, ветром... — Билл? — А? — Ты видел кого-нибудь? — Нет. — А ты видел когда-нибудь, чтобы мокрую одежду носило ветром? Сухую — ладно, но мокрую? — Нет. Он помолчал. — Значит, их принесло не волной и не ветром. Кто-то их бросил здесь. Тут он забеспокоился, на лице появилась тревога. — Но я ничего не сделал. Серьезно. Нашел их, и все. С ви¬ ду они были новые, вот я и отнес Энди. Вы ведь меня не поса¬ дите? Я... — Спасибо, Билл, я тебе верю. Если не хочешь попасть в историю, поворачивайся и топай домой. Только помни — язык за зубами. Слышишь? — Ага, понял. Спасибо... Спасибо, мистер. Я никому ни единого словечка. Билл торопливо зашаркал прочь и пропал в темноте. Когда вот так остаешься один, то замечаешь: то, что каза¬ лось тебе тишиной, на самом деле — джунгли тихих звуков, приглушенных, непонятных, но различимых. Звуки деревьев, для описания которых не подберешь слов, шорох коры, тру¬ щейся о кору, шелест тварей, живущих в листве. Я всматривался в ночь, размышляя, как попала сюда пи¬ жама. Дорога, упирающаяся в бухту и никуда не ведущая. Де¬ ревья и залив. Пара лачуг и цистерна. Ее открытый конец смотрел в обратную от меня сторону, пришлось лезть через за¬ росли осоки, чтобы добраться до него. С мерзким писком выбе¬ жали две крысы. Засветив спичку, я увидел, что оказался в коридоре из зеленой слизи. Капли воды стекали по сводчатым стенкам цистерны и собирались посередине в вонючую гни¬ лую лужу. Кроме нескольких газет, занесенных ветром, здесь ничего не было. Единственные твари, оставившие следы в гря¬ зи, имели хвосты. Когда я больше не мог сдерживать дыхание, то попятился наружу и по проложенной мною тропинке вер¬ нулся на дорогу. Туда, откуда начал поиск. Шагах в тридцати виднелись 153
останки хибары. Крыша провалилась, стены вспучились нару¬ жу, словно сверху на нее надавила гигантская рука. Дальше стояла еще одна руина. Я направился к первой. Чем ближе я к ней подходил, тем хуже она выглядела. Дыры в стенах сходи¬ ли за окна, распахнутая дверь повисла на одной петле и так застряла, приваленная грудой песка, нанесенного из-за угла. Никаких следов, ничего. Как и цистерна, она была пуста. Или так мне казалось. В тот же миг внутри кто-то невнятно застонал. Револьвер прыгнул мне в руку. Я достал несколько спичек и зажег все сразу, бросил в хибару и метнулся вслед. Револьвер не понадобился. Растон Йорк был один. Он ле¬ жал в углу, спутанный веревкой, голый, с телом, покрытым синяками. Через секунду я уже был рядом и, стоя на коленях, распутывал узлы. За липкую ленту, которой ему заклеили рот, я взялся осторожно, опасаясь содрать кожу. Он всхлипы¬ вал, дрожа всем телом. Слезы страха и облегчения наполнили большие, выразительные глаза. Когда его руки освободились, он обхватил меня за шею. — Ничего, малыш, поплачь,— сказал я. И он заплакал. Тяжелые, судорожные рыдания сотрясали его тело, причиняя, должно быть, боль. Я стянул с себя пид¬ жак и накинул на него, говоря быстро и тихо, чтобы успоко¬ ить. Бедный мальчуган совсем расклеился. Он пришел с внезапностью удара, этот звук. Я опрокинул мальчишку на спину и стремительно обернулся. С полоборота я начал стрелять. Кто-то издал короткий вопль. Тяжелое тело с разгону ударило меня в грудь, швырнув спиной о стену. Я пнул его обеими ногами, и мы повалились на пол. Прежде, чем я успел вскинуть револьвер, чей-то ботинок вышиб его у меня из рук. Они навалились со всех сторон. Я пустил в ход ноги, зубы, ногти, но в хибаре не было места, чтобы как следует раз¬ махнуться. Мне подвернулась чья-то физиономия,— я ухит¬ рился засунуть два пальца в рот и рванул, почувствовав, как щека разодралась до самого уха. На этом все кончилось. Что-то обрушилось на мой череп, и я затих. Это было покойное чувство, я словно всплыл, отделя¬ ясь от тела. Меня пинали, но боли не было, лишь смутные от¬ голоски ощущений. Потом и они стали гаснуть...
3 Я приходил в себя по частям. Так собирается вместе и пере¬ страивается эскадрилья бомбардировщиков, потрепанная зе¬ нитным огнем. Я слышал гул их моторов, оглушительный пульсирующий рев, который становился все громче. Клочья обшивки, осколки брони сыпались на землю и вонзались в тело, пока мне не стало казаться, что я охвачен огнем. Бомбы рвались, гигантские вспышки полыхали в лицо, швыряли мое тело взад и вперед, взад и вперед. Я с усилием открыл глаза. Это парнишка тряс меня. — Мистер, вы можете встать? Они все побежали меня ис¬ кать. Если вы не подниметесь, они вернутся и найдут нас. Ско¬ рее, пожалуйста, скорее. Я попробовал встать, но не слишком удачно. Растон обхва¬ тил меня и приподнял. С его помощью подтянул под себя ноги, оттолкнулся и встал. На нем все еще был мой пиджак. Я по¬ хлопал мальчугана по плечу: — Спасибо, парень, большое спасибо. Разговаривать было некогда. Он вывел меня наружу, в росшие под деревьями кусты, где нас скрыла тьма. Песок хоро¬ шо глушил шаги. Вот когда я порадовался непрерывной капе¬ ли с деревьев: шум покрывал звуки наших шагов. — Я нашел ваш револьвер. Вот он. Он протянул мне «сорок пятый», робко держа за рукоятку. Я взял оружие дрогнувшей рукой и сунул в кобуру. — Мне кажется, вы кого-то подстрелили. Там очень мно¬ го крови на полу, возле двери. — Может, это моя,— буркнул я. — Нет, не думаю. Она и на стене тоже, и в стене большая дыра — похоже, от пули. Я молился, чтобы он оказался прав. Сейчас я был, пожа¬ луй, не прочь увидеть их снова и, воспользовавшись случаем, всадить несколько горячих туда, где будет больнее всего. Не знаю, сколько времени мы добирались до машины. Но казалось, будто не один час. Мне то и дело мерещилось, что я различаю крики и слова предостережения. К тому времени, когда Растон помог мне сесть за руль, я чувствовал себя так, словно преодолел дорогу смерти. Несколько секунд мы сидели молча,пока я нашаривал си¬ гарету. Первая затяжка стоила миллиона долларов. — Там, сзади, есть халат,— сказал я парнишке. Он встал коленями на сидение, достал халат и набросил на ноги. 155
— Что там произошло?— спросил я. — Господи, мистер, я и сам толком не знаю. Когда вы ме¬ ня оттолкнули, я выбежал за дверь. Человек, которого вы, по- моему, подстрелили, чуть не схватил меня, но не успел. Сначала я прятался за дверью. Они, наверное, думали,что я убежал, потому что, когда они выскочили вслед за мной, один велел остальным рассыпаться и обыскать пляж, потом он тоже ушел. Вот тогда-то я и вернулся за вами. Я потянулся к стартеру. Движение отозвалось болью во всем теле. — А до этого? Что случилось раньше? — То есть прошлой ночью? — Угу. — Ну, я проснулся, когда открылась дверь. Я думал, что это мисс Мэлком. Она всегда заглядывает ко мне перед тем, как лечь спать, но это была не она. Это был мужчина. Я хотел его спросить, кто он такой, и тут он меня ударил. Вот сюда.— Растон потер темя и дернулся. — В какую дверь он вошел? — Кажется, в ту, что ведет в коридор. Я был здорово сонный. Неплохо. Кто-то пробирается мимо охранника у ворот, че¬ рез дом, полный людей, оглушает мальчика и преспокойно уходит с ним. — Дальше. Пока он говорил, я включил сцепление, развернулся и по¬ вел машину по направлению к усадьбе. — Очнулся я в катере. Меня оставили в маленькой каюте и заперли люк. Я слышал, как они разговаривали на палубе, и кто-то назвал по имени человека, который был за рулем. Мэл¬ лори. За все время я только одно имя и слышал. Имя не вызвало никакого отклика в моей памяти, поэтому я позволил ему продолжать. — Потом я открыл замок и... — Погоди минутку, сынок.— Я в упор посмотрел на не¬ го.— Повтори-ка. — Открыл замок, а что? — Вот так просто взял и открыл замок? Безо всякого труда? — Нет...— он застенчиво, по-мальчишески улыбнулся. Я изучил все о замках еще когда был маленьким. Тот замок был совсем простой... Выходит, он и вправду гений. Мне нужен целый час и хо¬ рошие инструменты, чтобы открыть дверь шкафа. — Я, как только проснулся, открыл маленький люк и вы¬ полз на палубу. Увидел огни на берегу и прыгнул за борт. Ох и 156
холодная была вода! Они даже не услышали. Когда я спрыг¬ нул, катер продолжал идти прямо и скрылся, но они, навер¬ ное, нашли открытый люк. Надо было закрыть его опять, но я испугался и забыл. Как раз, когда выходил на берег, подбежал какой-то человек, и меня снова схватили. Он сказал, что дога¬ дался, что я поплыву на свет, потом ударил меня. Он ждал подхода остальных и загнал меня в дом. Похоже, они прича¬ лили в бухте и не могли сразу забрать меня на катер. Он до¬ стал бутылку, начал пить из горлышка и скоро стал засыпать. Я дождался, пока он задремлет, и тогда выбросил в окно свои пижамные брюки, завернув в них камень — надеялся, что кто-нибудь найдет. Он даже не заметил ничего. Но он пони¬ мал, что пьянеет, ведь в бутылке ничего не осталось. Он не¬ сколько раз ударил меня, я попытался бежать. Тогда он всыпал мне по-настоящему. Когда устал, взял веревку и свя¬ зал меня, а сам ушел за остальными. Тут вы и появились. — Тут мне и досталось,— добавили. — Ох, мистер, надеюсь, они вас не очень. Его лицо выражало тревогу, искреннюю тревогу. Давно уже никто не тревожился из-за моих синяков. —- Ничего, парень, не волнуйся!.. Растон улыбнулся, плотнее закутался в халат и придви¬ нулся ко мне. Каждые несколько секунд он бросал на меня ис¬ пытующий взгляд, любопытный и серьезный. — Как вас зовут? — Майк Хаммер. — Почему вы носите оружие? — Я детектив, Растон. Частный детектив. У него вырвался вздох облегчения. Наверное, до сих пор он принимал меня за члена банды, не поладившего с остальными. — Как получилось, что вы нашли меня? — Я тебя искал. — Я... я рад, что это были вы, мистер Хаммер, а не кто- нибудь другой. По-моему, больше ни у кого не хватило бы смелости на то, что вы сделали. Я рассмеялся в ответ. Хороший парнишка. Если кто и про¬ явил смелость, так это он. Не всякий решился бы вернуться за мной. Я так ему и сказал, а он неловко улыбнулся и покрас¬ нел. Несмотря на покрытое синяками лицо и весь пережитый ад, он мог еще улыбаться. Черт, его было невозможно не по¬ любить. Он сидел рядом, держался совершенно непринужден¬ но, следя за мной краем глаза, словно я был кумир какой-то. В доме кое-где горели огни. Генри, привратник, осветил машину фонариком и разинул рот. 157
— И... мистер Растон! — Да, он самый. Открывай ворота. Он потянул рукоятку сбоку, и ажурные решетчатые воро¬ та откатились. Несмотря на скорость, с которой я гнал машину от ворот к дому, все семейство, предупрежденное звонком Генри, уже высыпало на крыльцо — встречать. Йорк даже не подождал, когда машина остановится. Он рывком распахнул дверцу и протянул руки к сыну. Растон об¬ нял его за шею, повторяя: «Папа, папа». Я выкатился из автомобиля и, прихрамывая, обошел его. Семейство обстреливало парня вопросами и полностью игно¬ рировало меня. Черт с ними. Я отодвинул их и тронул Йорка за руку: — Отведите парнишку в дом, подальше от этой компании. Хватит с него переживаний. Ему надо отдохнуть. Тот кивнул. Растон подал голос: — Я могу идти, папа? Он запахнулся в халат, и мы вошли вместе. Прежде, чем остальные успели двинуться вслед, Йорк обернулся. — Если не возражаете, я попрошу вас разойтись по своим комнатам. Утром вы обо всем узнаете. Было ясно, кто в доме хозяин... Они посмотрели друг на друга и недовольно разбрелись. Мне перепало немало злых взглядов. Я захлопнул дверь за этой стаей и направился в гостиную, но Харви перехватил меня на полпути. Один раз событиям удалось вывести его из равновесия, но дважды такого случить¬ ся не могло. Снова превратившись в идеального лакея, он по¬ дал мне поднос с аккуратно вычерченным планом размещения комнат. — План размещения гостей, сэр,— сказал он.— Наде¬ юсь, он вас удовлетворит? Я взял план, поблагодарил и, взглянув на него, сунул в карман. Йорк с сыном был в приемной. Парнишка лежал на столе, а его отец тщательно осматривал синяки и ссадины. Найдя ра¬ ну, он промазывал ее обеззараживающим раствором и заклеи¬ вал марлей. Затем приступил к дотошному медосмотру в самой профессиональной манере. Когда он закончил, я спросил: — Как дела? — В порядке, по-видимому,— ответил Йорк,— но трудно сказать определенно, пока не пройдет несколько дней. Сейчас 158
я намерен уложить его в постель. Слава богу, физическое со¬ стояние малыша всегда было отличным. Он завернул сына в халат и звонком вызвал Харви, кото¬ рый взял на руки Растона, и они вышли из комнаты. По дороге Растон на прощание улыбнулся мне. Через пять минут Йорк вернулся. Не говоря ни слова, он указал на стол, и я улегся. Когда он кончил со мной, я почув¬ ствовал себя так, будто снова побывал в драке. Порезы на лице и спине щипало от йода, а несколько слоев шестидюймового пластыря вокруг тела едва позволяли дышать. Голосом, не¬ твердым от сдерживаемых чувств, он велел мне встать и про¬ глотить таблетку. Сам Йорк тоже принял лекарство и сел, весь покрытый хо¬ лодным потом. Одевшись, я спросил: — Не пора ли и вам на боковую? Скоро утро. Он покачал головой. — Нет. Я хочу сначала обо всем услышать. Пойдемте в го¬ стиную, если не возражаете. Когда я закончил рассказ, он налил мне порядочную пор¬ цию бренди, и я выпил, не разбавляя. — Не понимаю, мистер Хаммер.. Это выше моего понимания. — Знаю. Не очень-то культурно выглядит, да? — Вы правы.— Он встал, подошел к секретеру и достал чековую книжку. Быстро что-то написал и вернулся, помахи¬ вая у меня перед глазами десятью тысячами долларов. — Ваш гонорар, мистер Хаммер. Вряд ли нужно говорить, как я вам благодарен. Я старался не показать чрезмерной радости, принимая этот чек, но десять кусков есть десять кусков. С самым равнодуш¬ ным видом, на какой был способен, я убрал чек в бумажник. — Нужно будет поставить в известность полицию шта¬ та,— заметил я.— Они, наверное, сумеют быстро наколоть эту шайку — тем более, с катером. Такую штуку не очень-то легко спрятать. — Да, да, их необходимо задержать. Не могу себе пред¬ ставить, зачем им вздумалось похищать моего Растона! Это невероятно. — Вы богаты, мистер Йорк. Вот вам и главная причина. — Да, действительно, богатство иногда приносит неудоб¬ ства, хоть я и старался оградить себя от них. Я встал. — Так позвоню им. У меня есть одна зацепка, которая мо¬ жет иметь какое-то значение. Одного из похитителей звали Мэллори. Ваш мальчик упоминал об этом. 159
— Как вы сказали? Я повторил. Его голос был еле слышен: — Мэллори... Нет. Словно в трансе, он поспешил к камину. Нажал на какой- то скрытый механизм в боковой стене, и часть ее отодвинулась в сторону. Затем сунул руку в образовавшееся отверстие. Да¬ же на расстоянии я видел, как он побледнел. Видимо, тайник был пуст. Тело Йорка свела мгновенная судорога. Он прижал руки к груди и стал падать вперед. Я подбежал и осторожно опустил его в кресло. — В жилетном кармане... Я быстро достал из его пиджака маленький пакет с капсу¬ лами. Йорк вынул одну дрожащими пальцами и положил под язык. Он уставился в стену невидящим взглядом. На лице вздулись желваки, зубы обнажились в зверином оскале. — Ах ты, грязная сука!.. Подлая мужененавистница!.. Предала меня! — Кто, мистер Йорк? О ком вы? До него вдруг дошло, что я стою рядом. На лице появилось затравленное выражение: — Я ничего не говорил, вы поняли? Ничего. Я убрал руку с его плеча. Во рту появился неприятный привкус. — Ну вас к черту. Сообщу обо всем в полицию. — Вы не посмеете! — Неужели? Йорк, дружище, ваш сын вытащил меня из скверной ситуации. Он мне нравится. Слышите? Нравится больше, чем многие другие. Если вы хотите подвергнуть его новой опасности, дело ваше, но я этого не допущу. — Нет... дело совсем в другом. Это нельзя предавать огласке. — Слушайте,Йорк, почему вы не переставая талдычите об огласке и не подумаете для разнообразия о своем мальчуга¬ не? С вашими секретами вы дождетесь нового похищения, не обязательно с таким же удачным исходом. Тем более,— доба¬ вил я,— что кто-то из домашних вас предал. Йорк задрожал. — Кто это сделал, Йорк? У кого вы на крючке? — Мне... нечего сказать. — Нечего? Кому еще известно о ваших радиоактивных ожогах? Что будет с парнем, если вы откинете копыта? Это подействовало. Он позеленел. — Как вы узнали? — Неважно. Если знаю я, наверняка знают и другие. Вы 160
так и не сказали, кто на вас жмет. — Сядьте, мистер Хаммер. Пожалуйста. Я пододвинул кресло и уселся. — Не могу ли я,— начал он,— пригласить вас в качестве своего рода опекуна, вместо того, чтобы сообщать о происшед¬ шем полиции? Для меня так будет гораздо проще. Видите ли, существуют некоторые научные аспекты воспитания моего сына. Вам как неспециалисту не понять. Если полицейское следствие и безжалостное любопытство прессы приведут к их раскрытию, придется отказаться от всякой надежды на успеш¬ ный результат. Я не прошу вас понять, я прошу лишь вашего содействия. Будьте уверены, вам хорошо заплатят. Я сознаю, что мой сын в опасности, но будет лучше, если мы просто огра¬ дим его от всяких посягательств, вместо того чтобы искать их источник. Вы сделаете это для меня? Я медленно откинулся на спинку кресла, обдумывая услы¬ шанное. Что-то здесь попахивало подозрительным. И запах этот, похоже, исходил от Рудольфа Йорка. Однако я был в долгу у мальчугана. — Согласен, Йорк, но если надо ждать неприятностей, то хорошо бы знать, с какой стороны. Кто эта ненавидящая муж¬ чин штучка, которая защемила вам хвост? Он сжал губы. — Боюсь, что не могу открыть этого. Вам нет нужды зани¬ маться расследованием. Защитите мои интересы и интересы моего сына, вот и все. — Ладно,— сказал я, поднимаясь.— Будь по-вашему. Придется играть втемную. Но сейчас я иду спать. Да и вам не мешало бы. День был нелегкий. — Я позову Харви. — Не надо, сам найду. Я вышел. В коридоре достал план и сверился с ним. Указа¬ ния были достаточно ясными. Поднялся наверх, на площадке повернул налево и прошел на другую сторону. Моя комната была предпоследней. На двери висела белая картонка в мед¬ ной рамочке с моей фамилией. Я повернул ручку, нашарил выключатель и зажег свет. — Долго же вы сюда добирались. Я ухмыльнулся. Интересно, чем Элис подкупила Харви, чтобы нас поместили рядом. — Привет, котенок. Элис улыбнулась мне сквозь облако дыма. —- В последний раз вы выглядели лучше. — Да? Мне нужно побриться? 161 6-884
— Не мешало бы лицо подновить. Но я возьму вас и такого. Элис так повела плечами, что прозрачное одеяние упало до пояса. То, что оказалось под ним, не поддается описанию: оно казалось сотканным из лунных лучей и было редким, как сетка курятника. — Пойдем в постель. — Выметайся, котенок. Валяй к себе в улей. — Не остроумно, Майк. Нечего разыгрывать неприступ¬ ность. Я начал раздеваться. — Мне не до остроумия, котенок, я совсем выдохся. — Не до такой же степени. Я повесил рубашку и брюки на спинку кресла и плюхнулся в постель. Элис медленно встала. Нет, это нс то слово. Движе¬ ние скорее походило на медленный разворот пружины. Ес те¬ ло было симфонией первобытной красоты. — Не прошла усталость? — Погаси свет, когда будешь уходить, лапочка. Поворачиваясь на другой бок, я успел заметить ее ехид¬ ную усмешку. Усмешка говорила, что эта ночь не последняя. Свет погас. Перед тем, как заснуть, я подумал, что, назвав ка¬ кую-то бабенку грязной сукой, Йорк никак не мог иметь в ви¬ ду Элис Николс. Чудно получается: когда засыпаешь с какой-то мыслью, она не оставляет тебя. Вновь и вновь я видел, как Элис встает с кресла и идет через комнату, только на этот раз ее не при¬ крывали даже лунные лучи. Тело было гибким, соблазнитель¬ ным. Она даже слегка пританцовывала. Потом появился еще кто-то,— другая девочка. Я знал ее, однако не мог вспомнить. Она тоже пританцовывала, но несколько иначе. Ее движени¬ ям не доставало плавности и грациозности. Она раздевалась и двигалась скованно и неловко. Совершенно обнаженные, они начали танцевать друг с другом, и вела в этом танце вторая. Вот сошлись ближе, дымка, скрывавшая их лица, на один миг стала прозрачной, и я узнал ту, которую не мог вспомнить до сих пор. Я вскинулся в постели, как подброшенный. Не удивитель¬ но, что повадки мисс Грейндж смутно тревожили меня. Не са¬ ма женщина, а ее движения были знакомы. Вплоть до манеры чиркать спичкой к себе, как делают мужчины. Конечно, такая будет ненавидеть мужчин, как же иначе? Ведь она лесбиянка. Черт побери! Я вскочил с кровати и натянул брюки. Найдя в плане ком¬ нату Йорка, на цыпочках прошел в другой конец дома. Ти¬ 162
хонько постучал в приоткрытую дверь. Никакого ответа. Я вошел и нашарил выключатель. Свет залил комнату. Йорк даже не ложился. Один из ящиков стола был наполовину выдвинут. Я увидел масляное пятно на дне — след от наспех распечатанной коробки патронов тридцать второго калибра. Время, не хватало времени... Одеваться пришлось на ходу. Мне было наплевать, если даже кто-нибудь слышал, как хлоп¬ нула дверь и взревел мотор. Сбросил скорость, подъезжая к воротам, но они были открыты настежь. Из дома слышался ровный храп. Отличный привратник этот Генри. Я не знал, намного ли опередил меня Йорк. Незаведенные часы давно остановились. Ночь уходила. Впрочем, я вряд ли поспал хотя бы час. В этой гонке по дороге к городу не попалось ни одной ма¬ шины. На миг показались и унеслись назад огни бензоколон¬ ки. Погасшие глаза запаркованных машин вспыхивали отраженным светом и вновь засыпали. Я затормозил перед рядом машин у Гленвуд Апартментс, выключил двигатель и вышел. Нигде ни малейших признаков жизни. Когда этот городок засыпает, то спит крепко. Это был именно тот случай, когда нельзя звонить, чтобы попасть в дом. Будь со мной Растон, не пришлось бы терять столько времени. Я перепробовал две дюжины отмычек, преж¬ де чем нашлась подходящая. Взбегая по лестнице, снял револьвер с предохранителя. Дверь мисс Грейндж была закрыта, но не заперта,— я распах¬ нул ее пинком ноги и встретил лишь темноту. Ни единый звук не нарушал могильную тишину прихожей. Медленно нагнувшись, расшнуровал туфли и поставил их у стены,— незачем оповещать о своем приближении. Шаря рукой вдоль стены, дошел до конца коридора. Выключатель находился справа. Я протянул руку за угол, включил свет, готовый ко всему, и понял, что зря подкрады¬ вался. Никто меня не окликнул. Да, я нашел Йорка. Он сидел и улыбался мне, как последний идиот, а из его макушки тор¬ чал топорик для рубки мяса... 4 Сначала похищение, теперь убийство — одно преступление рождало другое. Я смотрел на красную кровь, которая стекала по лицу, сочилась из-под сгустков и капала с затылка на пол. Опоздал, наверное, минут на десять. 6* 163
В комнате царил хаос, всюду валялась перевернутая ме¬ бель со вспоротой обшивкой и опустошенные ящики. Ковер был усыпан всяким мусором и набивкой из подушек. Йорк си¬ дел на полу и невидяще смотрел в стену, сжимая в руке какие- то бумаги. Если он и нашел то, что искал, убийца унес эту находку. Бумаги оказались всего лишь старыми погашенными счетами за электричество, выписанными на имя Майры Грейндж. Сначала я вернулся в коридор и нашел свои туфли, потом снял телефонную трубку. — Соедините с полицией штата,— сказал телефонистке. У аппарата оказался сержант Прайс. Я был краток. — Говорит Майк Хаммер. Здесь, в Гленвуд Апартментс, совершено убийство,— всего несколько минут назад, насколь¬ ко я могу судить. Вам не мешало бы оповестить патрульных на шоссе. Ищите двухдверный «седан» с погнутой антенной. Принадлежит женщине по имени Майра Грейндж. Убитый — Рудольф Йорк. Грейндж работала у него. Ей лет около тридца¬ ти, рост — пять футов, шесть-семь дюймов. Короткие волосы, хорошо сложена, красива. Нет, не знаю, как она одета. Да... да, остаюсь здесь. Хотите, чтобы я оповестил городских копов? Сержант отпустил пару ядовитых замечаний насчет город¬ ских копов и велел звонить. Что я и сделал. Похоже, новость здорово встряхнула де¬ журного, который сразу проснулся и начал орать во всю глот¬ ку. Когда он принялся задавать свои дурацкие вопросы, я посоветовал ему приехать и посмотреть самому, ухмыльнулся в трубку и дал отбой. Надо было решать. Вообще-то, я мог бросить это дело,— ведь клиент мой умер. Но он с лихвой переплатил мне, так по¬ чему же не сослужить ему службу? Я заглянул в остальные помещения — там тоже все было перевернуто вверх дном. В спальне пришлось переступить че¬ рез груду одежды, которую тщательно, хотя и торопливо, вы¬ вернули наизнанку. Уцелела от разгрома только кухня. Легко догадаться, по¬ чему. Кто-нибудь наверняка прибежал бы на грохот бьющих¬ ся тарелок и сброшенных на пол кастрюль. Здесь Йорк шарил с оглядкой, отодвигал посуду, а не сбрасывал на пол. В стене виднелась закрытая дверца подъемника. Я не стал ее трогать. Убийца не moi выбраться этим путем и запереть дверцу за со¬ бой. Отворив очередной ящик, я обнаружил вещь, которую не ожидал здесь найти. Топорик для мяса... Не слишком ли много для маленькой квартиры — два оди¬ 164
наковых довольно устаревших предмета домашнего обихода? Интересно, кого застал Йорк? Вернее, кто застал его? Потому что, если бы Йорк вломился сюда в присутствии Грейндж, произошла бы сцена, но тогда и Майра была бы здесь. Трудно представить, что она выскочила на минутку, предоставив ему свою квартиру. Придя сюда, Йорк никого не нашел. Он явился убивать, но, не застав жертву, забыл о первоначальном намерении и начал искать. Убивать. Убивать... Вот оно. Я снова оглядел труп. Того, что я искал, при нем не оказалось. Кто-то забрал у мертвеца пистолет. Зачем? Черт побери этих убийц, для чего они все так запутывают? Йорк сидел там, где его свалил удар, и вызываю¬ ще скалился, предлагая мне найти ответ. — Кончай, приятель, я на твоей стороне. Два топорика и осклабивший зубы мертвец. Два топорика: один на кухне, другой у него в голове. Не всякий убийца воспользуется таким орудием. Широкий и ко¬ роткий, в карман не спрячешь и не размахнешься как следует. Тут нужна сила,— не похоже на женщину, к тому же есть опасность забрызгаться кровью. Но Майра Грейндж... Полуженщина, скорей уж, почти мужчина. Она, пожалуй, лишенная женской чувствительно¬ сти, могла бы раскроить череп, не боясь испачкаться в крови. Откуда же, черт побери, взялся топорик? Йорк ухмылялся. Я ухмыльнулся в ответ. Дело проясня¬ лось. Пока не сам мотив, а только механизм преступления... Убийца знал, что Йорк едет сюда и что Грейндж нет дома. Ему мог просто подвернуться под руку топорик — оружие, которое невозможно связать с какой-то определенной личностью. Прежде всего, убийство не было случайным. Я ненавижу преступления, совершенные с умыслом. Ненавижу тихие мыслишки, которые подспудно таятся в сознании, непрерывно наслаиваясь одна на другую, пока им не станет тесно и они не полезут через край, сталкивая человека в самую пропасть. Это убийство обдумано заранее. Вероятно, убийца хотел создать впечатление, что топорик взят на кухне, но никто не мог пройти на кухню незамеченным мимо Йорка, у которого был пистолет. Убийца выбрал оружие, проследил за Йорком и застукал его во время разгрома квартиры. Ему даже не при¬ шлось особенно таиться: Йорк поднял такой тарарам, круша все вокруг, что до самого последнего момента не расслышал бы негромких шагов... А потом было уже поздно. Старик, склонившийся над столом,— занесенный топор 165
— один удар — и кончено. При той потенциальной энергии, которая заключена в трехфунтовом куске стали, для нанесе¬ ния смертельного удара не нужно большой силы. Мгновенная смерть. Падая, мертвец поворачивается лицом к двери и улы¬ бается своему убийце. Здесь мои размышления прервали. В коридоре послышал¬ ся топот, дверь распахнулась и, как буря, ворвался Дилвик. Он не терял времени. Подступил ко мне вплотную и остано¬ вился, тяжело дыша. Зрелище было не из приятных. — Тебя стоило бы пристрелить, Хаммер,— прохрипел он. Секунду мы, не двигаясь, стояли друг против друга. — За чем же дело стало? — Еще не поздно. Дай только предлог, любой предлог, хоть самый завалящий. Такое никому не сойдет с рук. Ни те¬ бе, ни другим. Я издевательски ухмыльнулся ему в лицо. — Сколько угодно, Дилвик. Хоть здесь, хоть в кабинете мэра, мне все равно. Дилвик хотел ответить, но тут появился молодой гигант в серой, с коричневой портупеей, униформе полиции штата. Он подошел ко мне широким шагом и протянул руку. — Вы — Майк Хаммер? Я кивнул. — Сержант Прайс,— улыбнулся он.— Я один из ваших поклонников. Одно время мне пришлось работать в Нью-Йор¬ ке с капитаном Чемберсом, и он без конца вас расхваливал. Мне понравилось его крепкое рукопожатие. Я указал на труп: — Вот ваш клиент, сержант. Дилвику не понравилось, что его игнорируют: — С каких пор полиция штата имеет над нами власть? — С тех самых,— вежливо отозвался Прайс,— когда вы¬ яснилось, что вы плохо обеспечены средствами... и людьми. Дилвик побагровел от ярости. Прайс продолжал, обращаясь ко мне: — Почти год назад жители Сайдона подали нам петицию, прося содействия во всех делах полиции, поскольку город, как и весь штат, стал местом встреч и развлечений множества шу¬ леров и жулья. Он стянул кожаные перчатки и достал блокнот. Занеся время прибытия и краткое описание места преступления, взял у меня показания. Дилвик злобно пялился, впитывая каждое слово. — После возвращения сына мистер Йорк был, похоже, 166
взволнован до крайности. Он... — Минутку, мистер Хаммер. Где был его сын? — Его похитили. — Вот как?— В голосе Прайса звучало раздражение.— Нам об этом никто не сообщал. — Сообщили городской полиции.— Я ткнул пальцем з Дилвика.— Спросите его. Прайс не сомневался в моих словах, он просто хотел по¬ смотреть, как отреагирует Дилвик. — Это правда? - Да. — Почему мы ничего не знали? Дилвик вышел из себя: — Потому, что у нас не было охоты вам говорить, вот по¬ чему!— Сжав кулаки, он шагнул к Прайсу, но тот не тронулся с места.— Йорк хотел обойтись без шума, и мы повели дело именно так — что из этого? Прайс опять повернулся ко мне. — Кто нашел мальчика? — Я. Дилвик никогда не был так близок к апоплексическому удару. Наверное, ему так же сильно хотелось заполучить эти десять кусков, как и мне. — Сегодня утром я нашел мальчика в заброшенной лачу¬ ге на берегу и привез его домой. Мистер Йорк решил держать меня при себе на случай новой попытки похищения. Тут встрял Дилвик: — Откуда ты знал, что Йорк будет здесь? — Я не знал.— Противно было отвечать ему, но он как- никак представлял полицию.— Просто подумал, что, может, найду его здесь — мальчонка здорово натерпелся, и ему могла понадобиться мисс Грейндж. Жирный коп издевательски ухмыльнулся: — Йорк что, маленький — без провожатых его из дома отпустить нельзя? — В таком состоянии — нельзя. Вечером у него был ка¬ кой-то приступ. —- Как вы узнали, что Йорка нет дома, мистер Хаммер?— спросил Прайс. — Перед тем, как лечь спать, я решил посмотреть, как он себя чувствует. Оказалось, Йорк даже не ложился. Я вспом¬ нил, что он упоминал о мисс Грейндж, и подумал, что старик мог поехать к ней. Прайс кивнул. 167
— Дверь?.. — Была не заперта. Вошел и увидел... вот это.— Я обвел ком¬ нату рукой.— Позвонил вам, потом в городскую полицию. Все. Дилвик скорчил гримасу и оскалил то, что осталось от пе¬ редних зубов: — Эта история воняет. И вправду, попахивало, только никто, кроме меня, нс знал этого наверняка. — А не могло быть так, мистер Хаммер,— Дилвик сарка¬ стически подчеркнул «мистер»,— вы нашли мальчонку, Йор¬ ку не хотелось выплачивать десять кусков,— работы-то на грош,— вы пригрозили, он удрал, но вы настигли его и испол¬ нили угрозу. — Конечно, могло быть и так, если бы нс было иначе.— Я воткнул в рот сигарету и поднес к ней спичку.— Когда я уби¬ ваю кого-нибудь, то обхожусь без топорика для мяса. Если у человека револьвер, я тоже пользуюсь револьвером. Если нет — действую руками.— Я перевел взгляд на труп.— Его мож¬ но убить одним пальцем. Мужчину покрупнее... пришлось бы обеими руками. Но не топором. — Как Йорк попал сюда, мистер Хаммер? — Скорее всего на автомобиле. Вы пошлите пару ребят заняться его машиной. Синий «седан» шестьдесят четвертого года. Прайс поманил человека в штатском и дал инструкцию. Тот кивнул и вышел. Пожаловал коронер с фотографами и носилками. Минут десять они крутились по квартире, опыляя все порошком для снятия отпечатков и фотографируя труп со всех сторон. Я по¬ казал Прайсу, где трогал стену и выключатель, чтобы после не было путаницы. Порядка ради он попросил меня дать отпечат¬ ки пальцев. Я не возражал. Он достал картонку, намазанную парафином, я положил на нее обе руки и прижал. Прайс над¬ писал на обороте мою фамилию, номер лицензии и положил картонку в карман. Тем временем Дилвик просматривал разбросанные бума¬ ги, но, не найдя ничего интересного, вернулся к трупу. Коро¬ нер разложил содержимое карманов Йорка на боковом столике у дивана, и Прайс принялся перебирать вещи. Я смот¬ рел через его плечо. Обычное барахло: мелочь, бумажник с двумя двадцатками и четырьмя пятерками, членские билеты нескольких организаций. Под бумажником лежал пакетик с таблетками. — Пропало что-нибудь?— спросил Прайс. 168
Я покачал головой. — Как будто нет, но я ведь не шарил у него по карманам. Тело уложили на носилки, топорик завернули, и коронер со своими ребятами ушел. Появилось еще несколько полицей¬ ских штата, за которыми тащились трое городских копов. Мне пришлось повторить все с самого начала. Поодаль от толпы стоял один репортер, яростно строчивший в блокноте. Будь мы в Нью-Йорке, пришлось бы закрывать дверь, чтобы удержать журналистов. Ничего, подождите, скоро новость полетит по проводам. Прайс подозвал меня: — Где вас найти, чтобы связаться? — В усадьбе Йорка. — Хорошо. Утром заеду к вам. — Я буду с ним,— вмешался Дилвик.— И ни во что не со¬ ваться, понятно? — Катись ты,— ответил я.— Я свои права знаю. Затем надел шляпу, раздавил окурок в пепельнице. Боль¬ ше здесь нечего делать. Подошел к двери, но на пороге меня догнал Прайс: — Мистер Хаммер! — Да, сержант? — Можно рассчитывать на ваше содействие? Я расплылся в улыбке. — То есть, поделюсь ли я с вами, если что-нибудь разню¬ хаю, так? — В общем, да. Он был совершенно серьезен. — Ладно,— согласился я,— но с одним условием. — А именно? — Если наткнусь на горячий след — буду действовать сам. При первой же возможности извещу и вас, но не стану упускать свой шанс ради того, чтобы передать дело в ваши ру¬ ки. Он раздумывал не более секунды: — Идет. Но это, конечно, не значит, что вы можете по¬ ступать как заблагорассудится. Я охотно приму помощь от че¬ ловека с вашей репутацией. Вы уже давно занимаетесь подобными делами, и у вас богатый опыт. Кроме того, вы зна¬ комы с методами работы нью-йоркской полиции. Я наслышан о ваших успехах, иначе вас и близко не подпустили бы к этому делу. У нас не хватает людей, и я лично буду рад, если вы нас выручите. — Спасибо, сержант. Если сумею, то помогу. Только по¬ 169
старайтесь, чтобы Дилвик ни о чем не пронюхал. Если узнает, он на все пойдет, лишь бы подставить вам ножку. — Вот уж кто свинья,— буркнул Прайс.— Скажите, что вы собираетесь делать? — То же, что и вы. Искать Грейндж. Похоже, она сей¬ час — ключевая фигура. Вы оповестили патрульных? — Перекрыли все дороги. Сейчас по телетайпу объявляют розыск в семи соседних штатах. Далеко не уйдет. Вы лично что-нибудь о ней знаете? — Очень мало. Считайте, что у нее спокойный характер. Йорк говорил, она часто ходит в библиотеку, но вряд ли вы ее там найдете. Посмотрим, что удастся узнать в усадьбе. Если появятся новости — позвоню. Пока... Я спустился по лестнице. Сейчас самым важным делом бы¬ ло поспать. Мне казалось, что я несколько месяцев не прика¬ сался к подушке. Двое молодых патрульных стояли, прислонясь к синему «седану». Они сверяли записи и перего¬ варивались. Надо будет напомнить Вилли заехать за маши¬ ной. Когда я добрался до усадьбы, солнце уже стояло высоко. Утренние грузовики, о которых говорил парень с бензоколон¬ ки, катили в город, проносясь мимо на приличной скорости. Я сигналил у ворот, пока не вышел Генри, дожевывая за¬ втрак. Он помахал мне: — Значит, это вы. А я все думал, кто открыл ворота. По¬ чему меня не разбудили? Я притормозил рядом с Генри и ждал, когда он все проглотит. — Генри, вы слышали, как я проезжал сегодня ночью? — Я? Нет, я спал, как колода. С тех пор, как мальчик про¬ пал, я извелся, все думал, что это из-за меня, из-за того, что я сплю слишком крепко. — Оно и видно. Выезжали две машины. В первой был ваш хозяин. — Йорк? Куда он поехал? — В город. Генри тревожно переступил с ноги на ногу: — Думаете, он... он будет ругаться, что я не слышал? Я покачал головой. — Вряд ли. Собственно, я думаю, он и не хотел, чтобы его слышали. — Когда он вернется? — Он больше не вернется. Он умер. Я отъехал, оставив Генри стоять с разинутым ртом. В ДРУ' 170
гой раз будет лучше приглядывать за своими воротами. Я газанул перед домом и выключил взревевший мотор.. Тех, кто не проснулся после этого, я наверняка разбудил, грохнув дверцей. Наверху зашумели возмущенные голоса. Я взбежал по ле¬ стнице и на площадке наткнулся на Рокси в стеганом халате, который она придерживала на груди. Рокси замахала на меня руками: — Тише, пожалуйста, мальчик спит. Да, ему предстояло невеселое пробуждение. — Только что встала? — Минуту назад, когда ты наделал такого шуму под окна¬ ми. Почему ты не спишь? — Неважно. Все на месте? — Откуда мне знать? А в чем дело? — Йорка убили. Ее рука взлетела ко рту. На долю секунды у Рокси пере¬ хватило дыхание. — И... кто?— с запинкой произнесла она. — Вот это я и хотел бы знать. Рокси закусила губу. — Вышло так... так, как мы и говорили, да? — Похоже на то. Ищут Майру Грейндж. Все произошло у нее в квартире, а она скрылась. — Ну, и как нам теперь быть? — Подними всю компанию. Ничего не говори, скажи только, что я их жду внизу в гостиной. Иди. Рокси была рада делу. Она побежала в дальний конец ко¬ ридора. Я подошел к двери Растона и попробовал ручку. За¬ перто. Комната Рокси была открыта, я потихоньку пересек ее и вошел в смежную — спальню Растона. Мальчик крепко спал, легкая улыбка играла на лице, словно ему снилось что-то приятное. Укрытый до подбородка одеялом, он выглядел меньше своих четырнадцати. Я сдул легкую прядь волос, упавшую ему на лоб, и слегка встряхнул паренька: — Растон! Не дождавшись ответа, снова потряс за плечо: — Растон! Его глаза медленно открылись. Увидев меня, он улыбнулся. — Привет, мистер Хаммер. — Зови меня Майк, парень. Мы ведь друзья, верно? — Еще бы... Майк.— Он вытащил одну руку из-под одея¬ ла.— Пора вставать? 171
— Нет, Растон, еще нет. Мне нужно тебе кое-что сказать. Я ломал голову, как бы преподнести ему новость. Нелегко сказать мальчугану, что его любимого отца только что зару¬ бил кровожадный убийца. — У тебя озабоченный вид, Майк. Случилось что-нибудь плохое? — Очень плохое, малыш. Ты ведь у нас стойкий? Снова застенчивая улыбка. — Так уж и стойкий... вовсе нет! Хотел бы я быть похо¬ жим на героев книг. Я решил выложить все, не смягчая, и разом кончить с этим делом. — Твой папа умер, сынок. До него не сразу дошло значение моих слов. Он смотрел озадаченно, будто не был уверен, что правильно истолковал их смысл. — Умер? Я кивнул. Внезапно он осознал смысл происшедшего. На глазах выступили слезы, одна скатилась по щеке. — Нет... не может быть. Он не мог умереть! Я обнял его. Он прижался, всхлипывая: — Ох... папа. Что с ним случилось, Майк? Что случилось? Я тихо гладил мальчика по голове, стараясь вспомнить, как поступал мой отец, когда мне было плохо. Не было сил со¬ общать ему подробности. — Он... просто умер, Растон. — Что-то произошло, я знаю.— Он не мог сдержать слезы и, отстранившись от меня, вытирал глаза — Что случилось, Майк? Скажи, прошу тебя. Я дал Растону свой платок. Он все равно узнает, так пусть уж лучше узнает от меня, чем от одного из этих упырей. — Его кто-то убил. На, высморкайся. Он вытирал нос, ни на миг не сводя с меня глаз. Такой взгляд бывает у щенка, который получает пинок и не понима¬ ет, за что. — Убили? Нет... Никто не стал бы убивать папу... Моего папу. Я молчал, дав ему время освоиться с мыслью, причиняв¬ шей боль. Глядя на искаженное лицо, почувствовал, что у са¬ мого заныло в груди. Так мы сидели, не произнося ни слова, минут десять. На¬ конец парнишка вытер глаза. Теперь он казался старше. Рас¬ тон прикоснулся к моей руке. Я потрепал его по плечу. — Майк? 172
- Да? — Ты сумеешь найти того, кто это сделал? — Постараюсь, малыш. Его губы яростно сжались. — Найди обязательно! Если бы я был взрослым, я застре¬ лил бы его, вот!— Он опять разразился слезами.— Ох... Майк. — Полежи-ка здесь, малыш. Отдохни немного, а после, когда почувствуешь себя лучше, одевайся и спускайся вниз. Потолкуем. Думай о чем-нибудь, только не надо... о том. С по¬ добными вещами трудно свыкаться, но ты сумеешь. Сейчас те¬ бе так скверно, что хуже некуда, однако время все сгладит. Ты стойкий парень, Растон. После вчерашней ночи я считаю, что второго такого не найдешь. Поэтому крепись и больше не плачь, идет? — Постараюсь, Майк, честное слово, постараюсь. Он перекатился в постели и зарылся в подушку лицом. Я открыл дверь в коридор и вышел. Теперь придется оставаться, хочешь не хочешь. Однажды я уже давал слово и сдержал его. Это убило во мне душу, но я выполнил обещанное. Вспоминая о крови, пролитой на войне, обо всей крови, ко¬ торую я видел и которой был обрызган, я понимал, что не было крови краснее и страшнее той, которая пролилась, когда я вы¬ полнил свое обещание... 5 Такие лица смотрят на вас с музейных полотен: холодные, враждебные, выжидающие. Обитатели дома стояли в разных позах и ждали, как я буду оправдываться за то, что вытащил их из постели в такую рань. Артур Грэм неловко отхлебывал распухшими губами апельсиновый сок. Его брат нервно попыхивал сигаретой. Ген¬ ты всей семьей сидели в дальнем углу. Марта старалась выгля¬ деть так же отчужденно, как Гент-младший. Рода и ее отец, второпях одевшиеся кое-как, теперь чувствовали себя нелов¬ ко и ерзали на стульях. Элис Николс оставалась верна себе. Когда я вошел в гости¬ ную, она метнула на меня страстный взгляд и вполголоса бро¬ сила: — Привет, любовь моя. Для этих штучек час был слишком ранний. Мешки у меня под глазами ясно говорили об этом. Рокси, озабоченно хму¬ 173
рясь, остановила меня и сказала, что кофе будет готов через несколько минут. Вот и хорошо — придется всем кстати. Я заговорил первый: — Рудольф Йорк умер. Кто-то сделал ему пробор топори¬ ком для мяса в квартире мисс Грейндж. Я умолк. Марта ахнула. У ее мужа глаза чуть не выскочили из ор¬ бит. Гент-младший и Рода посмотрели друг на друга. Артур поперхнулся соком, а Уильям уронил сигарету. Элис зацокала языком у меня за спиной. В тишине это прозвучало оглушительно. Не успело заме¬ реть эхо, как Марта Гент, быстро оправившись, спросила: — А где была сама мисс Грейндж? Я пожал плечами: — Мне известно не больше вашего.— Затем без обиняков выложил главное:— Вполне вероятно, что она ни при чем. Убить Йорка мог кто-то другой. Скоро сюда наведается пол¬ иция. Устраивать алиби поздновато, но если у кого-либо его нет, пусть поскорее придумает. Пока они переговаривались, я повернулся и вышел на кух¬ ню. Рокси уже поставила кофе на поднос, я взял чашку и отнес в комнату Вилли, который проснулся, едва я повернул ручку. — Привет, Майк.— Он взглянул на часы.— Ты чего не спишь? — Я еще и не ложился. Йорк умер. — Что?! — Ночью. Его рубанули топором. — Ну и ночка! Что же теперь будет? — Да, наверное, то, что обычно бывает. Слушай, ты все время лежал? — Черт возьми, конечно. Погоди, Майк, ты... — Доказать можешь?.. Видел тебя здесь кто-нибудь? — Нет, я был один. Ты ведь не думаешь... — Брось волноваться, Вилли. Делом займется Дилвик, а он не прочь устроить пакость. Эта вонючка захочет отыграть¬ ся на тебе, раз я ему не по зубам. Сейчас на его стороне закон, та малость, что еще осталась от закона в этом городе. Нужно найти какой-то способ доказать, что ты отсюда не выходил. Ты что-нибудь помнишь? Он поднес палец ко рту: — Да вроде бы. За ночь мне два раза послышалось, будто отъезжает машина. — Это был Йорк, а потом я. — Тут же, после первого раза, кто-то спустился по лест¬ 174
нице. Я услышал шаги, потом странный звук, вроде бы ти¬ хонько так закашляли, потом все стихло. Не возьму в толк, что это было. — Пожалуй, годится, только надо узнать, кого там носи¬ ло. Да, учти, пока тебя не спросят — ни слова. Понял? — Конечно, Майк. Господи, и откуда такая напасть? Те¬ перь меня вышвырнут.— Он уронил голову на руки.— Что я буду делать? — Что-нибудь придумаем. Если ты чувствуешь себя нор¬ мально, лучше оденься. Машина Йорка все еще в городе и, когда копы с ней закончат, тебе придется пригнать ее домой. Вилли благодарно выпил кофе. Я забрал чашку, пошел на кухню и застал там Харви, вытиравшего платком глаза. Он увидел меня и шмыгнул носом: — Какой ужас, сэр. Мисс Мэлком только что мне сказала. Кто мог сделать такое? — Не знаю, Харви. Кто бы ни сделал, он за это заплатит. Слушайте, я хочу лечь. Когда приедет полиция, разбудите ме¬ ня, ладно? — Конечно, сэр. Хотите поесть? — Нет, спасибо. Попозже. Я стороной обошел гостиную и поднялся по лестнице, чуть не падая с ног. Скомканное одеяло лежало там же, куда я его отбросил,— в ногах кровати. Я даже не потрудился снять бо¬ тинки. Опустил голову на подушку, и сразу все отдалилось, стало безразличным — пускай дом хоть сгорит, лишь бы не будили... Приезжала и уезжала полиция. Голоса доносились до меня сквозь пелену сна, как невнятное бормотание. Голоса настаи¬ вали, протестовали, возмущались. Сердитый повышенный женский голос и более сдержанный мужской... Похоже, никого не интересовало — здесь я или нет, и я не противился, когда пелена обернула меня серым саваном, за¬ глушившим все звуки и мысли. Меня разбудила музыка. Буря музыки, которая сотрясала дом, как ураган. Я слушал в изумленнии. Секунду-другую гремела ярость, потом она сникла, и зазвучала траурная мело¬ дия смерти. Ни один такт, ни одна тема не повторились. Я выскользнул из постели и открыл дверь, приняв на себя всю мощь звуков. Казалось непостижимым, что рояль спосо¬ бен извергать такую лавину. Растон сидел за инструментом — маленькая, вызываю¬ щая жалость фигурка в голубом купальном халате. Голова от¬ 175
кинута назад, глаза крепко закрыты, словно отболи, а пальцы исторгали из клавишей звуки страдания и боли. Он терзал себя. Я присел рядом: — Растон, не надо. Мальчик резко оборвал игру и уронил голову на грудь. Критики, объявившие его гением, были правы. Если бы они слышали его на этот раз! — Успокойся, малыш. Вспомни, что я тебе говорил. — Знаю, Майк, постараюсь... Просто я все время думаю о папе. — Он много для тебя значил, правда? — Больше всего на свете. Он меня научил всему — музы¬ ке, искусству... вещам, на которые у людей уходит целая жизнь. Такого чудесного папы ни у кого еще не было. Я молча подвел его к большому креслу у камина, усадил и присел на подлокотник. — Растон,— начал я,— твоего отца больше нет, но он на¬ верняка не хотел бы, чтобы ты горевал. Я думаю, отец предпо¬ чел бы, чтобы ты продолжал заниматься всем, чему он тебя учил, и стал таким, каким ему хотелось. — Я буду таким, Майк,— сказал он. Его голос звучал бес¬ цветно, но в нем чувствовалась убежденность.— Папа хотел, чтобы я во всем превзошел других. Он часто говорил, что ни одному человеку не хватит жизни для достижения всего, на что он способен — слишком долго надо овладевать основами. Поэтому-то и хотел научить меня всему с самого детства. Со временем, став врачом или ученым, я как бы обгоню себя. Разговаривая, он оживился. «Пусть выговорится,— поду¬ мал я,— это единственный способ сбросить с себя тяжесть.» — Ты молодчина, парень. Держу пари, он тобой гордился. — О, да. Если бы он только успел прочитать свой доклад. — Где? — На симпозиуме ученых. Они встречаются каждые пять лет и читают доклады, потом выбирают лучший и назначают победителя президентом на один срок. Ему очень этого хоте¬ лось. Он готовил доклад обо мне. — Понятно,— сказал я.— Может быть, мисс Грейндж прочтет доклад вместо него. Этого* не следовало говорить. Он поднял на меня несчаст¬ ный взгляд: — Вряд ли, ведь ее ищет полиция. Я опешил: — Кто тебе наболтал об этом, малыш? — Утром сюда приезжала полиция. Тот, здоровенный, за¬ 176
ставил нас всех рассказать, где мы были ночью и вообще. По¬ том он сказал нам о мисс Грейндж. — А что с ней? — Ее машину нашли в реке. Они думают, что она утонула. Будь у меня под рукой кирпич, я бы запустил им в окно. — Харви!— заорал я.— Эй, Харви! Тот примчался бегом. — Кажется, я просил разбудить меня, когда приедет пол¬ иция. Так какого черта вы этого не сделали? — Да, сэр. Я хотел, но мистер Дилвик посоветовал дать вам выспаться. Прошу прощения, сэр, это был скорее приказ, чем пожелание. Вот, значит, как. Ну и поквитаюсь я с этой жирной мордой! — Где все? — После того, как полиция сняла показания, было прика¬ зано разъехаться по домам. Мисс Мэлком и Паркс отправи¬ лись за машиной мистера Йорка. Сержант Прайс просил передать вам, что сегодня вечером он будет в управлении и хо¬ тел бы повидать вас. — Хорошо, хоть кому-то я понадобился,— пробормотал я и повернулся к Растону:— Мне нужно ехать, сынок. Может, ты побудешь у себя в комнате до приезда Рокси... то есть мисс Мэлком? Идет? — Хорошо, Майк. Почему ты назвал ее Рокси? — Я всем придумываю прозвища. — Для меня ты тоже придумал?— спросил он, а в глазах его заплясали искорки. — А как же. — Какое? — Сэр Ланселот. Он был храбрейшим из храбрых. Выходя, я услышал, как он тихо повторяет: — Сэр Ланселот, храбрейший из храбрых... В начале девятого я добрался до низкого каменного зда¬ ния, стоявшего неподалеку от шоссе. Небо опять хмурилось, в воздухе чувствовалась сырость. С запотевшего ветрового стек¬ ла скатывались мелкие капельки. Я поставил машину возле управления полиции штата. Сержант Прайс ждал меня. Когда я вошел, он кивнул и от¬ ложил бумаги. Я бросил шляпу на пустой стул и придвинул к себе кресло: — Харви передал ваше приглашение. Какие новости? Он откинулся на спинку вращающегося кресла и постучал карандашом о стол: 177
— Мы нашли машину Грейндж. — Слышал. А ее саму? — Нет. Дверца была открыта и тело могло унести течени¬ ем. Думаю, обнаружить Грейндж будет не так-то легко,— ведь река впадает в залив. — Майры могло и не быть в машине. Он прикусил карандаш. — Судя по всему, она находилась внутри. Видны четкие следы покрышек там, где водитель свернул с дороги, не доез¬ жая до ограждения моста. Кроме того, машина шла с большой скоростью и упала в тридцати футах от берега. — Вы ведь не из-за этого меня вызывали?— перебил я его. ■— Быстро соображаете, мистер Хаммер. — Майк. Терпеть не могу официальности. — Ладно, Майк. История с похищением — вот что меня интересует. — Считаете, есть связь? — Связь может быть, если окажется, что Грейндж убита. Я улыбнулся: — Вы и сами быстро соображаете. Еще раз я повторил всю историю, начиная со звонка Вил¬ ли. Прайс слушал внимательно и не произнес ни слова, пока я говорил. — А что вы об этом думаете?— спросил он. — Кто-то неплохо потрудился. — Вы подозреваете, что оба дела как-то связаны между собой? Я взглянул на него, прищурясь: — Не знаю... пока. Для похищения неудачно выбрано время. Похититель рассчитывал на деньги, а ему даже не уда¬ лось как следует скрыться со своей жертвой. Вообще говоря, сомнительно, чтобы одного и того же человека пытались похи¬ тить дважды, но ведь Йорк хотел замять дело, не желая огла¬ ски. Этим он снова ставил мальчишку под удар. Вероятно, похититель, взбешенный провалом своей затеи, ошивался по¬ близости, ожидая случая сквитаться с Йорком, и увидел свой шанс, когда тот отправился к Грейндж. Прайс предложил мне сигарету. — В таком случае деньги были не главным мотивом. По¬ хититель, у которого сорвалось дело, обычно старается побы¬ стрее и подальше смыться. Я закурил и выпустил в потолок облако дыма. — Вообще, мутное дело, верно? Он согласился. 178
— Вы знаете,— продолжал я,— что Йорку и так недолго оставалось жить? — Нет. А что?— Его, похоже, удивила неожиданная пе¬ ремена темы. — Представьте себе такую картину,— сказал я.— Йорк знал, что он не жилец на этом свете. В лучшем случае, он про¬ тянул бы еще пару лет. За каждым преступлением скрыт мо¬ тив, как бы глубоко он ни был запрятан, и в девяти случаях из десяти мотив самый простой — деньги. У Йорка целая куча родственников, которые только и ждали, когда он откинет ко¬ пыта. Один из них мог узнать, что любое потрясение способно угробить Йорка. Он сговорился с кем-то устроить похищение, а когда оно кончилось ничем, решил действовать напрямик. Он убил, сделав так, что подозрение пало на Грейндж, потом уничтожил ее и для большего правдоподобия инсценировал самоубийство в приступе раскаяния. Прайс спокойно улыбнулся. — Вы проверяете меня на сообразительность? Я мог бы понаделать дырок в этой истории, стреляя из пугача. Брать для такого дела подручных — значит напрашиваться на шан¬ таж и потерять все. Йорк сам как-то причастен ко всему это¬ му, поскольку он что-то искал в квартире Грейндж. Попробуйте еще раз. Я рассмеялся: — Нет смысла. У вас на все готов ответ. Сержант пододвинул ко мне бумаги: — Здесь показания всех, кто был в доме. Расхождений как будто нет. Но, по их словам, никто не выходил из дому, значит, ни у кого не было возможности пристукнуть Йорка. Это опять указывает на постороннего. Я просмотрел протоколы показаний. Маловато. Показа¬ ния каждого умещались на одном листке и занимали едва чет¬ верть страницы. Помимо кратких сообщений о себе, все отделались утверждением, что улеглись спать и не вставали до того момента, когда я созвал их утром в гостиную. Я вернул бумаги Прайсу. — Кто-то врет. Больше ничего? — Мы не стали выжимать из них информацию, хотя Дил- вику и хотелось. Кто соврал? — Вилли Паркс сказал мне, что ночью слышал, как кто- то спускался по лестнице. — А может, он слышал вас? — Нет, это было раньше. — Мне он ничего не говорил. 179
— Вероятно, боялся, что кто-нибудь опровергнет его по¬ казания, просто ради того, чтобы очернить и заставить мол¬ чать. Вообще-то я почти обещал ему, что сначала разберусь с этим сам. — Ясно. Йорк хоть раз говорил с вами доверительно? • — Нет. Я не так давно его знаю. После похищения он на¬ нял меня охранять сына до тех пор, пока не убедится, что опасность миновала. Прайс бросил карандаш на стол. — Мы тычемся вслепую,— сказал он отрывисто.— Убий¬ ство Йорка совершено не беспричинно. По той же причине убили и Майру Грейндж. Пожалуй, нам сейчас следует сосре¬ доточиться на поисках ее трупа. Когда мы убедимся в ее смер¬ ти, у нас, по крайней мере, будет с чего начать. А пока я считаю доказанным, что ее нет в живых. Я встал, собираясь уходить: — Ничего не считаю доказанным, сержант. Если она уби¬ та, ее можно сбросить со счетов. Если нет — она остается под подозрением. Покручусь тут, посмотрю, что получится. Чем занят Дилвик? — Не стоит недооценивать эту чуму, он опытен и хитер. Даже слишком хитер, потому-то его и вышибли из нью-йорк¬ ской полиции. Когда надо, он умеет о себе позаботиться. Если будут новости, я вам позвоню. — Обязательно. До скорого. — Между прочим, Дилвик тоже не желает верить в смерть Грейндж, пока не увидит труп. На том мы и расстались. Я вышел на улицу и некоторое время сидел за рулем, раздумывая. Похищение, убийство, ис¬ чезновение. Дом, полный выродков. Славный мальчишка, бывшая исполнительница стриптиза в роли няньки и шофер из бывших уголовников. Дворецкий... Может, это дело его рук? Почему бы ему хоть раз не оказаться виновным, хотя бы для разнообразия? Взбешенный отец, который сует руку в тайник за камином и ничего там не находит. Отправляется убивать, а убивают его самого. Та, которую он хотел убить, исчезла, и, может быть, ее тоже нет в живых. Мэллори. Это имя дало первый толчок к убийству. Но Мэллори фигурирует и в похищении. Ладно, давай по порядку. Вначале было похищение, им я и займусь в первую очередь. В этой неразберихе сам черт ногу сломает. Запутать ситуацию еще больше могло бы разве толь¬ ко внезапное появление Грейндж с непробиваемым алиби. Не¬ ловко было скрывать от Прайса насчет некоего Мэллори, но 180
если узнает он, узнает и Дилвик, а тогда меня пустят побоку. Нет уж, черта с два. Не они давали слово мальчугану. Я включил сцепление и вырулил на шоссе. Ключом к раз¬ гадке послужит предмет, который искал Йорк в квартире Грейндж. Надо найти — и у меня будет ответ. Ладно, поищем. На этот раз я поставил машину на поперечной улице, за целый квартал от дома. Снова заморосил дождь,— мелкая во¬ дяная пыль, которую вдыхаешь в легкие и от которой сыреют спички в кармане. Я достал дождевик и натянул его, подняв воротник. Пеш¬ ком вернулся на главную улицу, перешел на противополож¬ ную сторону и пристроился к нескольким прохожим, задержавшимся на работе и теперь спешившим домой. Я сразу увидел тех, кого искал. В черном «седане» сидели двое джентльменов, куривших сигареты и изо всех сил старав¬ шихся остаться незамеченными. Это плохо им удавалось. Я обошел квартал кругом и оказался позади многоквартирного здания. Впереди тянулся ряд скромных маленьких домиков, окна которых светились весело и уютно. К каждому домику была проложена короткая дорожка для машин. Не мешкая, я повернул на посыпанную шлаком дорогу, держась в тени, поближе к изгороди, где трава частично заглу¬ шала шаги. Мне удалось без особого шума пробраться между гаражом и живой изгородью к забору, ограждавшему дом сзади. Когда я подобрался к дому, мне стал виден темный силуэт на фоне освещенных окон другого здания. Дилвик позаботил¬ ся о том, чтобы лишить Майру Грейндж возможности незамет¬ но пробраться к себе в квартиру. Да и любого другого тоже. Я минут десять стоял неподвижно. К этому мне не привы¬ кать. Я вспомнил другие темные ночи, когда маленькие ко¬ ричневые человечки, надеясь выманить нас, выкрикивали из мрака злобные насмешки. Вот где терпение подвергалось на¬ стоящему испытанию. С этим типом было легче. Когда про¬ шло еще десять минут, спичка на миг осветила его лицо, потом погасла, и лишь тлеющий кончик неумело спрятанной в ладо¬ ни сигареты тускло светился в темноте. Я засек охранника и отвел взгляд немного в сторону, что¬ бы не выпускать из поля зрения (если в темноте смотреть на какой-нибудь предмет прямо, он пропадает). Потом довольно легко перелез через забор и обошел часового, держась в тени. Смотритель очень кстати выставил у входа в подвал шеренгу баков с золой. Я подкрался совсем близко. В двух шагах по ту сторону зияющей впадины подвального входа топтался другой представитель закона, тяжело дыша и вполголоса проклиная 181
дождь. Я запустил руку под крышку бака, взял горсть золы и рез¬ ко бросил ее в темноту. Страж что-то услышал и повернул го¬ лову. Только и всего. Я повторил попытку — результат прежний. В третий раз я взял горсть чуть побольше. Лучшим оказался и результат. Коп бросил окурок, растер его каблуком и отошел. Едва он тронулся с места, я рывком обогнул баки и юркнул вниз по лестнице, а там замер и прижался к стене, вы¬ жидая. Ничего не обнаружив, коп вернулся на свой пост. Я на цыпочках двинулся по коридору, вытянув перед со¬ бой руки, словно лунатик. Прежде чем сделать следующий шаг, следовало хорошо пораскинуть мозгами. Раз они держат под присмотром оба входа, можно поспорить, что дверь в квартиру тоже кто-ни¬ будь сторожит. Поворот коридора вывел меня в котельную. Свет тусклой лампочки под потолком с трудом пробивался сквозь пыль и паутину. Металлическая лестница в другом конце помещения вела наверх. Это было соблазнительно, но опасно. Можно пробраться на крышу, а потом спуститься по пожарной лестнице, однако при этом наверняка поднимешь шум или попадешься на глаза жильцам. В этот момент я заметил шахту кухонного подъемника и благословил его изобретателя. Пустой ящик разинул пасть в сонном зевке, словно приглашая войти. От него разило, но ра¬ ди дела стоило потерпеть. Я забрался внутрь и на пробу потянул за веревку, прове¬ ряя, не скрипят ли блоки. Они были хорошо смазаны. Сердеч¬ ное спасибо, смотритель. Ставлю вам пять за прилежание. Поднявшись до уровня первого этажа, я начал сомневать¬ ся, хватит ли у меня сил. Скрючившись в ящике, я не мог как следует налечь на веревку. Приходилось работать одними ки¬ стями рук. Я выбрал слабину, накинул петлю на задвижку дверцы и минуту отдыхал, потом снова взялся за веревку. Где- то надо мной переговаривались два голоса. Один заорал: — Поставь его в подъемник. Я затаил дыхание. Вот накроют меня здесь — влипну тог¬ да. Дилвик будет до смерти рад пришить мне попытку взлома и обработать с помощью своих ребят. Прошла секунда, еще одна, потом другой голос ответил: — Позже, лапочка, оно еще наполовину пустое. Спасибо, друг. Напомни при случае отплатить тебе за ус¬ лугу. Я снова ухватился за веревку и поднатужился. До дверцы, ведущей в квартиру Майры, я добрался уже на пределе сил. К 182
счастью, кто-то из копов забыл запереть дверцу, после того, как заглянул в шахту, хотя это и не имело особого значения. Мне было наплевать, есть кто-нибудь в квартире или нет. Я отодвинул хлипкую дверцу и вывалился на пол. Мне везло. В доме было тихо, как в могиле. Если когда-нибудь увижу в ки¬ но, как герой проделывает подобный трюк и выходит свеже¬ нький, словно маргаритка,— забросаю экран камнями. Я лежал на полу, пока не отдышался. Стекло моего фонарика, заклеенное липкой лентой, про¬ пускало лишь тоненький лучик света. Я немного пошарил на кухне, осваиваясь с обстановкой. Насколько можно было ви¬ деть, здесь никто не наводил порядок со времени убийства. Я прошел в гостиную, стараясь ни на что не наступить. Квартира была даже в большем беспорядке, чем раньше. Пол¬ иция докончила то, что начал Йорк, до отказа выдвинув ящи¬ ки, сорвав картины со стен и ковер с пола. Но они ничего не нашли. Иначе мне не пришлось бы вле¬ зать через подъемник. Дилвик оказался хитрее, чем я ожидал. Он рассчитывал, что Грейндж вернется и сама укажет свой тайник. Значит, он был уверен, что Майра жива. Дилвик знал что- то такое, чего не знали мы с Прайсом. За полчаса я просмотрел все барахло, вываленное на пол, но не нашел ничего интересного. Пнул эту груду ногой и вновь принялся просматривать ящики стола. Мое везение кончи¬ лось. Грейндж не признавала ни потайных ящиков, ни двой¬ ных стенок. Я перебрал в уме все места, где женщины любят устраивать тайники, но копы о них тоже подумали, во всех уголках уже пошарили, все шкафы опустошили. Дамочкам приходят в голову всякие остроумные идеи насчет пустотелых ножек кровати или корпуса лампы, но здесь ножки кровати оказались сплошными, а лампы модерными, из прозрачного стекла. Черт, да ведь должна она где-то хранить важные докумен¬ ты. Диплом, страховые полисы и тому подобное. Наконец я со¬ образил, в чем ошибка. Виновата была моя психология. Или ее. Майра Грейндж только казалась женщиной, женскими бы¬ ли ее внешность, одежда, тело, но не психология. Думала она по-мужски. Вот из чего надо было исходить. Будучи отчасти женщиной, она любит припрятывать вещи, мужская сторона характера должна заставить ее выбрать для тайника трудно¬ доступное место, до которого нужно добираться с помощью си-, лы, а не умозаключений. Улыбаясь, я принялся за дело: отдвигал шкафы от стен и 183
пробовал поднять дверные пороги. Найдя углубление за ради¬ атором, я повеселел. Пыль в тайнике говорила о том, что им дав¬ но не пользовались, главным образом потому, что можно было обжечься о радиатор, но я понял, что иду по верному пути. В конце концов, я нашел настоящий тайник, когда опу¬ стился на четвереньки и посветил фонариком вдоль плинтусов под кроватью. Замаскирован не очень-то хорошо. Плинтус не вполне закрывал выбоину в штукатурке, сделанную острым концом молотка. Там хранилась схваченная широкой резин¬ кой пачка конвертов не меньше четырех дюймов толщиной. Из середины выглядывали акции. Славная такая, аккурат¬ ненькая пачечка. Я не стал тратить время на их разборку, а просто сунул всю связку под пиджак и застегнул дождевик. Уже пристроив на место один конец плинтуса, я подумал, какую отличную штуку можно сыграть с толстым обормотом, оставив визитную карточку. Я вывернул плинтус совсем и, положив на самом видном месте, вышел в кухню. Пускай мой жирный приятель поломает голову. И задаст же он взбучку своим болванам, ко¬ торых поставил у дверей. Спуск оказался намного легче. Нужно было только крепко держаться за веревку и притормаживать. Между первым эта¬ жом и подвалом я натянул веревку потуже, замедляя движе¬ ние. Приземлился удачно, лишь встряхнуло слегка. Выбраться было проще, чем войти. Я высунул голову в глухое подвальное окошко с той стороны, где дорожка огибала дом, коротко свистнул и позвал: «Эй, Мак!» Этого было достаточно. Он примчался из-за угла, тяжело топоча ногами, а я рванул по коридору, выскочил в дверь и нырнул в кусты. Озадаченный коп вернулся на свой пост, в изумлении почесывая голову. Забор, дорожка, еще миг^- и я несся по улице к машине позади какого-то автофургона. Сверток жег мне карман. Я свернул в боковую улицу, на свет неоновой рекламы кафе, вошел внутрь и занял угловой бокс. Когда тощий официант в слишком большом для него фартуке принял заказ, я извлек пачку бумаг из кармана. Пе¬ релистал ее, игнорируя акции и полисы, и нашел то, за чем охотился. Это было завещание Йорка, составленное два года назад, по которому все его денежки до последнего цента отходили к Грейндж. Если она была еще жива, это припечатывало ее на¬ верняка. Я имел в руках мотив, наичистейший мотив. Эти не¬ сколько миллионов долларов выдавали ее с головой, и надо быть очень уж везучей, чтобы иметь возможность ими вос¬ 184
пользоваться теперь. Неряха-официант вернулся со шницелем и кофе. Я отло¬ жил бумаги и занялся невкусной едой, с трудом проталкивая ее в горло и пользуясь кофе в качестве смазки. Уже заканчи¬ вая поздний ужин, я обратил внимание на свои руки. Они бы¬ ли все в пыли. Я заметил и кое-что еще. Резинка, державшая пачку, лежала рядом с кофейной чашкой жесткая и пересох¬ шая, распавшись на две части. Значит, я все-таки нашел не то, что искал Йорк. Этот сверток не трогали черт знает с каких пор, а ведь спрятанная в тайнике за камином вещь определенно оставалась там до вче¬ рашнего вечера. Завещание же пролежало среди прочих бумаг не один год. Черт побери. Да, Майк, на этот раз ты сам себя перехит¬ рил. Проклятие... 6 Я поставил свои часы по часам на перекрестке, пока ждал перед светофором. Четверть десятого, а дела шли далеко не блестяще. Черт возьми, из-за чего же Йорк так взбесился? Теперь мне стало ясно, что пропавшую вещь, чем бы она ни была, Грейндж либо забрала с собой, либо вообще никогда не держала в руках. Я вернулся к исходной точке. Оставалось только два пути: найти Мэллори или узнать, кто спускался по лестнице в ночь убийства и почему умолчал об этом в своих показаниях. Лад¬ но, начнем с Мэллори. Может быть, Рокси сумеет ответить на кое-какие вопросы. Я вытащил завещание из пачки бумаг и спрятал во внутренний карман, а остальные бросил в ящик для перчаток. Генри отворил ворота, как только я свернул с дороги. Я по¬ дозвал его: — Кто-нибудь появлялся, пока меня не было? — Да, сэр. Приезжал гробовщик, а больше никто. Я поблагодарил его и поехал к дому. Харви открыл дверь и торжественно кивнул, приняв у меня шляпу. — Есть какие-нибудь новости, сэр? — Никаких. Где мисс Мэлком? — Полагаю, наверху. Она недавно отвела мистера Расто¬ на в его комнату. Позвать ее? — Не надо, сам поднимусь. Я легонько постучал и сразу вошел. Рокси охнула и, схва¬ 185
тив с постели халатик, прикрылась. Лишь секунду я созерцал ее классическую наготу, но кровь так гулко застучала в вис¬ ках, что я зажмурился. — Спасибо, Рокси. Я совсем ослеп, так что не кричи и ни¬ чем не бросайся. Извини, я не нарочно. Она беспечно рассмеялась: — Ох, да открой ты, ради бога, глаза. Ты уже видел меня такой. Я открыл глаза — она завязывала пояс халата. Ошалеть было можно. — Не искушай меня. Я думал, ты перековалась! — Майк... Не надо таким тоном. Если я и стала скромни¬ цей, то лишь потому, что мне так больше нравится. По-свое¬ му, грубо, ты тоже с этим считался, и не могу же я швырять в тебя чем попало из-за того, что ты опять увидел то, что много раз видел раньше. — Парень спит? — По-моему, да. За приоткрытой дверью в другую комнату было темно. Я тихо закрыл ее, потом вернулся и сел на край постели. Рокси отодвинула кресло от туалетного столика и поставила передо мной. — А меня будут сначала приводить к присяге?— спросила она, притворно надувшись. — Дело нешуточное. — Валяй. — Я назову одно имя. Не отвечай сразу. Дай ему впитать¬ ся поглубже, подумай, вспомни, не могла ли слышать его хоть раз с тех пор, как ты здесь. Покатай его на языке, пусть оно станет привычным, а потом, если оно тебе знакомо, скажи мне, где, когда и от кого ты его слышала... Если сможешь. — Понимаю. Что за имя? Я протянул ей сигареты и взял себе одну. — Мэллори,— сказал я, поднося огонь. Обхватив руками колени, я ждал. Рокси выпускала дым в потолок. Пару раз она взглянула на меня с отсутствующим вы¬ ражением в глазах, беззвучно повторяя про себя это имя. Я смотрел, как она, покусывая губу, глубоко затягивается сига¬ ретой. Наконец потерла лоб и сделала гримасу: — Не припоминаю, чтобы когда-нибудь слышала. Это очень важно? — Может статься. Не знаю. — Извини, Майкл. 186
Она наклонилась вперед и потрепала меня по колену. — Черт, не принимай близко к сердцу. Для меня это лишь имя. Как ты думаешь, может, кто-нибудь из родственников знает? — Не могу сказать. Йорк ведь был неразговорчив. — Я не знал. Тебе не казалось, что он отличает кого-ни¬ будь из них особенно? Она встала и потянулась на носках. Ее тело играло под прозрачной тканью. — По-моему, он явно недолюбливал их всех. Когда я по¬ ступила сюда, ему как будто нравилась племянница Рода. Он делал ей подарки по малейшим поводам. Притом, дорогие. Знаю — сама их покупала. Я погасил окурок. — Хм... Но потом переключился на кого-то другого? — Ну, да.— Она посмотрела на меня с некоторым удивле¬ нием.— На другую племянницу. Элис Николс. — А я с нее и начал бы. — Да, уж ты-то наверняка,— усмехнулась она.— Про¬ должать? — Давай. — Увлечение мистера Йорка продолжалось несколько ме¬ сяцев, потом пошло на убыль. Он уже не обращал на Элис осо¬ бенного внимания, но никогда не забывал о ней: по праздникам и в день ее рождения подарки оставались такими же великолепными. И это,— заключила она,— единственная необычная ситуация, когда-либо здесь возникавшая. — Элис и Йорк, а? И как далеко у них зашло? — Не так далеко, как ты вообразил. Мне кажется, он от¬ носился к ней по-отцовски. — Ты уверена? — Вполне. Мистер Йорк давным-давно прожил свои луч¬ шие годы. Если секс для него и значил что-нибудь, то не боль¬ ше, чем биологическое различие между полами. — Для Элис секс мог значить больше. — Не сомневаюсь. Она любит мускулистых мужчин, но мистер Йорк устраивал ее и без этого. Я заметила, что она и на тебя закидывала удочку. — Она посадила на крючок не ту наживку,— коротко со¬ общил я.— Заявилась ко мне в комнату в чем мать родила, и прямиком к делу. Я люблю, когда меня сначала подразнят. Кроме того, я с ног валился. Йорк знал, что она так себя ведет? Рокси включила маленький приемник и стала крутить ручку настройки. — Если и знал, то не придавал этому значения. 187
— Слушай, котенок, Йорк когда-нибудь упоминал о заве¬ щании? Зазвучала старая мелодия Бенни Гудмена. Рокси отрегу¬ лировала звук и повернулась, пританцовывая. — Да, он составил завещание. При слове «завещание» вся семейка доходила до нервного расстройства, но Йорк ни разу не сказал прямо, кому пойдут деньги. Рокси закружилась под музыку. — Да постой ты минутку спокойно. Неужели даже наме¬ ков никаких не делал? Подол ее халатика, взлетевший выше, чем положено, слегка задел меня по лицу. — Никаких, помимо того, что деньги получит самый до¬ стойный. Ее ноги так и мелькали. У меня учащенно забилось сердце. Это были чудесные, длинные, крепкие ноги. — Грейндж знала об этом? Она остановилась в выразительной позе и бросила мне свой пояс. — Да,— Рокси вновь стала танцевать. Теперь звучала румба, тело раскачивалось и ритмично двигалось в такт музы¬ ке.— Однажды они сильно поспорили, и мистер Йорк при всех объявил, что мисс Грейндж — единственная, кому он может до¬ верять, и что именно она будет распоряжаться его состоянием. Вот и разберись. Как, черт возьми, она может быть одно¬ временно и наследницей и душеприказчицей? Но поразмыс¬ лить над этим мне не удалось спокойно. Сбросив халатик, Рокси воспользовалась им, как веером, открывая почти все и в то же время не показывая ничего. Ее тело было грациозно, светлая кожа цветом напоминала сливки. Она кружила пере¬ до мной, распустив волосы по плечам. В самом разгаре этого неистового танца я встал. Рокси бросилась мне на грудь: — Поцелуй... Ты, тварь. Я не заставил себя упрашивать. Ее губы слились с моими, тая, как масло. Она впилась мне в руки ногтями. Грубым тол¬ чком я отстранил ее от себя, держа за плечи. — Это еще зачем? Она ответила озорной и восхитительно испорченной ус¬ мешкой: — Затем, что я могла бы полюбить тебя, если бы захотела. И знаешь, когда-то любила. — Знаю. Почему же перестала? — Ты — Бродвей, Майк. Ты — яркие огни и большие деньги... Иногда. И пули в тот момент, когда ждешь поцелуев. 188
Вот потому и перестала. Захотелось человека с нормальными шансами на долгую жизнь. — Тогда к чему все это? — Мне недоставало тебя. Как ни смешно, где-то внутри у меня есть местечко, которое всегда сохраняется за тобой. Я не хотела говорить тебе об этом, но так уж получилось. Я вновь поцеловал ее, крепче и настойчивей, чем раньше. Ее тело говорило со мной, кричало, взывало. Но в этот момент Растон позвал Рокси из соседней комнаты. Она проворно надела халатик, издающий холодный синте¬ тический треск. — Пусти меня к нему,— сказал я. Она кивнула. Я открыл дверь и щелкнул выключателем: — Привет, сэр Ланселот. Он плакал во сне, но, увидев меня, улыбнулся. — Привет, Майк. Когда ты приехал? — Недавно. Хочешь чего-нибудь? — Можно воды? Горло страшно пересохло. На столе стоял кувшин, до половины наполненный льдом. Я налил воды в стакан, он выпил залпом. — Хватит? Растон вернул стакан. — Да, спасибо. Я легонько тронул его за подбородок: — Тогда ложись-ка и выспись хорошенько. Он поерзал, устраиваясь под одеялом: — Постараюсь. Спокойной ночи, Майк. — И тебе того же, приятель. Я закрыл за собой дверь. Рокси переоделась в коричневый стеганый домашний халат и теперь сидела в кресле, куря сига¬ рету. Момент был упущен. Я видел, что и она об этом жалеет. Протянула забытую мной пачку. Я сунул сигареты в карман и махнул рукой на прощание. Никому из нас не хотелось говорить. Харви, очевидно, пошел спать. Лестницу освещали только оставленные на ночь маленькие лампочки в виде свечек, а холл внизу тонул в непроглядном мраке. Пробираясь почти на ощупь, я нашел комнату Вилли, ничего не опрокинув по доро¬ ге. Он лежал в постели, но не спал. — Вилли, это я, Майк. Он включил ночник возле кровати. — Заходи. Я закрыл дверь и сел в кресло. — Опять я к тебе с вопросами. Поздно, знаю, но надеюсь, 189
что ты не против. — Конечно, нет, Майк. Какие новости? — А, ничего особенного. Мисс Грейндж до сих пор не на¬ шли и все валят на нее. Дилвик понаставил своих людей вок¬ руг ее квартиры. — Да ну? Зачем? Ведь она, вроде, утонула? — Я думаю, кому-то хочется, чтобы мы так считали. Слу¬ шай, Вилли, ты говорил, будто слышал какие-то звуки на лес¬ тнице сразу после отъезда Йорка. Раньше речь шла только о том, чтобы на всякий случай установить твое алиби, но теперь это может повлиять на все дело. Припомни еще раз, ладно? Как можно подробней. — Так, сейчас посмотрим... Вообще-то я не слышал, как Йорк уходил, помню только хруст гравия под колесами его ма¬ шины. От этого я и проснулся. У меня болела голова и во рту был противный вкус от лекарства, которое он мне дал накану¬ не,— какие-то таблетки. — Непонятно, почему ты проснулся. Ведь он дал тебе снотворное. — Не знаю, только меня вывернуло прямо в постели, поэ¬ тому и не было от них никакого проку. Так вот, лежу я и вдруг слышу: кто-то сходит по лестнице. Нижние две ступеньки здо¬ рово скрипят. Комната, понимаешь, как-то чудно расположе¬ на. Всякий звук снаружи прямиком проникает сюда. Есть какое-то слово... — Акустика. — Ага, оно самое. Поэтому никто, кроме меня, и не спит никогда в этой комнате. Не выдерживает постоянного шума. Громкий ли, тихий ли звук — здесь все слышно. Похоже, тот человек старался не шуметь, да что толку, я все равно услы¬ шал. Думал — кто-нибудь из домашних, не хочет будить дру¬ гих, поэтому крадется, и не обратил никакого внимания. Минуты через две или три слышу какой-то звук, будто кто-то прикрыл рот и кашляет, все тише, тише а потом совсем замол¬ чал. Я как раз засыпал, когда вторая машина газанула — твоя, наверное. — Все? — Все, Майк. Потом я опять заснул. Туз лежал передо мной. Лежал мастью вниз, так что я не мог сказать, красный он или черный, но это был туз. В голове у меня опять раззвонились маленькие колокольчики, которые скоро загудят оглушительными колоколами. Телега стояла впереди лошади, но если я пойму, какой ремешок нужно рас¬ стегнуть, то смогу поставить их, как полагается. 190
— Вилли, об этом никому ни слова, понял? Если местные копы будут тебя допрашивать, ничего им не говори. А понадо¬ бится что-нибудь сержанту Прайсу — посылай ко мне. Если тебе дорога жизнь, держи язык за зубами, а дверь на замке. Он вытаращил глаза: — Черт, Майк, неужели это так важно? Я кивнул. — Сдается мне, Вилли, ты слышал убийцу. — Господи!— У него перехватило дыхание.— Ты... Ты думаешь, убийца...— Он сглотнул.— Может, он и меня по¬ пробует кокнуть? — Нет, Вилл и, не так уж ты для него опасен. Но остерегать¬ ся нужно не только его. Мы имеем дело не с обычным убийством. Взять хотя бы похищение. Оно как-то связано со всем осталь¬ ным. В общем, сиди здесь, пока я не дам о себе знать. На пороге, уже взявшись за дверную ручку, я обернулся и вновь взглянул в его испуганные глаза: — Вилли, кто такой Мэллори? — Какой Мэллори? — Просто Мэллори. — Правда, не знаю. — Ладно, малыш, спасибо... Мэллори. С таким же успехом он мог бы зваться Смитом или Джонсоном. Слово, и ничего больше. Пробираясь в темно¬ те обратно, я подумал о нем. Мэллори, фигурирующий в похи¬ щении. Мэллори, одно имя которого заставило Йорка побледнеть и добавить новое звено в цепи преступлений. Мэл¬ лори сидит себе где-то и радуется тому, какую поганую кашу заварил. Йорк знал, кто он, но Йорка нет в живых. Не здесь ли кроется причина убийства? Вполне вероятно. Странные дейст¬ вия Йорка косвенно указывали на то, что Майре Грейндж то¬ же известен Мэллори. Но она пропала. А если это дело рук самого Мэллори? Вполне вероятно. Черт возьми, у меня не бы¬ ло ничего определенного, все держалось на одних допущени¬ ях. Что-то должно произойти, кто-нибудь захочет половить рыбку в мутной воде и сделает первый ход. Я собрал вместе все факты, но не мог найти в них смысла. Имя, произнесенное неизвестно кем, человек — тоже неизве¬ стный,— спускавшийся ночью по лестнице и отрицающий это, поиски какой-то вещи, по-видимому, украденной пропав¬ шей женщиной. Бормоча под нос ругательства, я пнул ногой воображаемо¬ го противника. С чего начать? Дилвик, а также Прайс раз¬ 191
ыскивают Грейндж. Располагая такой уймой людей, они могут работать гораздо быстрее меня. Кроме того, какое-то чувство подсказывало мне, что с нею связана лишь часть происшедше¬ го. Она не ключевая фигура, которая поможет объяснить за¬ гадку, а скорее свидетель, чьи показания сохранили бы массу времени и труда. Мне все-таки не верилось, что она раскроила Йорку голову, а потом покончила с собой. Если Йорк сделал ее своей сотрудницей, значит, она умница, а умные люди либо не идут на убийство, либо действуют по хорошо обдуманному плану. Убийство Йорка было внезапным и грубым. Такие со¬ вершаются в трущобах ради нескольких жалких долларов. Или в номере отеля, когда муж застает жену с любовником. Таковы убийства из ревности, мести, дурацкие убийства из-за ерунды, но подходит ли сюда хоть один из этих мотивов? Кого и к кому ревновал Йорк? Рокси верно сказала, он был слиш¬ ком стар. Деньги? По всей видимости, из его бумажника ниче¬ го не пропало. Да и вообще, преступления этого рода происходят на улице, в безлюдном переулке, на пустом шоссе. Месть... Месть. Грейндж сказала, что у него нет врагов. Это теперь, а в прошлом? Если основываться на опыте, такой ва¬ риант тоже можно исключить почти наверняка. Убийства из мести обычно следуют вскоре после событий, вызвавших же¬ лание отомстить. Когда у человека есть- время подумать, мысль о наказании останавливает его. Если, конечно, сознаю¬ щая опасность жертва не пустится в бега. Тогда значение про¬ исшедшего возрастает в сознании убийцы и подстегивает его. Тоже отпадает. Йорк долгие годы был у всех на виду. Он почти двадцать лет прожил в своем доме. Лучший мотив — большие деньги. Не в них ли дело? И при чем тут Грейндж? Как завещание ока¬ залось у нее? Такие вещи держат в банке или у адвоката. Ре¬ дко случается наследнику видеть завещание своими глазами, не говоря уже о том, чтобы столько времени прятать его среди личных вещей. Черт возьми, а Грейндж еще хвастала своими крупными доходами помимо тех денег, которые платил Йорк. Ей, мол, безразлично, как он распорядится наследством. Очень благородно, особенно когда знаешь, кому оно достанет¬ ся. Она могла себе позволить разговаривать со мной свысока. Я вспомнил, с каким лицом Грейндж говорила, как равнодуш¬ но, небрежно. Зачем прикидываться, если не ради чего-то важного? Чего же она добилась? Майра Грейндж. Помимо моей воли каждый раз все замы¬ калось на ней. Отсутствовала в ночь похищения. Ее видели на шоссе, но она отрицает. Почему? 192
Я усмехнулся. По какой причине незамужняя женщина поедет куда-то среди ночи? Дело ясное — свидание. Она езди¬ ла на свидание, а таких, как у нее, партнеров надо прятать от посторонних глаз. Вот почему ее редко видели на людях. Йорк тоже не хотел огласки, опасаясь критики, отсюда его деликат¬ ность. У Грейндж было множество причин все отрицать. Это повредило бы ей в профессиональном отношении, хуже то¬ го — она могла потерять хорошую подружку. Я готов был де¬ ржать пари, что мои предположения близки к истине. Ночной воздух дохнул в лицо холодом. Я не сознавал, что стою за порогом, пока зыбкий туман не обволок меня, подняв¬ шись по ступенькам. Я сунул руки в карманы и зашагал по аллее. Дом смотрел в спину пристальными глазами окон. Если бы он умел говорить. Посыпанная гравием дорожка охватывала мрачное старое здание своими серыми руками, и я шел, стара¬ ясь привести в порядок мысли. Дойдя до развилки, постоял се¬ кунду, а затем, следуя поворотам дорожки, двинулся направо. Шагов через пятьдесят из темноты выросла смутная гро¬ мада лаборатории, похожая на склеп. Это было здание из тус¬ кло-серых шлакоблоков, единственная постройка в имении, выпадавшая из общего стиля. Ни окна, ни щелочки, сквозь ко¬ торые любопытные глаза могли бы наблюдать за происходящим внутри. В дальнем конце тощим пальцем торчала четырехдюй¬ мовая труба, вытягиваясь над деревьями. При ближайшем рас¬ смотрении под самым карнизом крыши обнаружилась вентиляционная система с зарешеченными отверстиями. Я обошел здание кругом. Постройка насчитывала сто фу¬ тов в длину и пятьдесят в ширину, но единственным входом в нее служила стальная дверь, способная выдержать ураган или осаду. Однако она оказалась бессильной против любопытства. Первая же отмычка повернулась в замке. Плевое дело, даже смешно. Двойные ригели, толщиной с большой палец, а меха¬ низм проще, чем стакан молока. Выключатели светились в темноте зеленоватым фосфори¬ ческим светом. Я дернул за шнурок, и вверху вспыхнула лам¬ почка, осветившая все, как днем. Осмотрев дверь и захлопнув ее, я тщательно огляделся. В смысле архитектуры здание было образцом простоты. Во всю его длину тянулся длинный кори¬ дор. По обе стороны располагались комнаты, всего около деся¬ ти. Ни пылинки на сверкающем мраморном полу, ни единого пятнышка на стенах, покрытых белой эмалевой краской. Все двери были закрыты, медные ручки блестели, деревянные де¬ тали улыбались в лакированном экстазе. При всей неказисто¬ сти снаружи, внутри лаборатория была безупречна. 7-884 193
В первой комнате, оказавшейся кабинетом, стояли стол, большое кресло, несколько картотечных шкафов и охладитель для воды. Комната напротив ничем не отличалась от первой. Подставка для трубок показала, которая из них принадлежала Йорку. Пока ничего примечательного. Дальше было что-то вроде кладовой. На стеллажах вдоль стен стояли сотни бутылочек с наклейками, содержащие неиз¬ вестные мне химикалии. Я открыл нижнее отделение. Элект¬ рические провода, трубочки, непонятные медные змеевики, аккуратно размещенные на полках рядом с необычного вида предметами. На сей раз противоположная комната была со¬ всем не такой. В одном углу припал к полу генератор, при¬ ткнувшись к трансформатору. В дверь вползали кабели толщиной с запястье, проходили через оба агрегата и исчезали в стене. Похожие штуковины я видел в некоторых захолуст¬ ных штатах, где до сих пор в ходу передвижной электрический стул. Их назначение поставило меня в тупик. Если Йорк зани¬ мался только воспитанием Растона, к чему вся эта механика? Или это только ширма, скрывающая нечто более важное? Следующее помещение запутало все окончательно. Здесь царила роскошь. Мягкие кресла, семифутовый диван, еще од¬ но кресло необычно извилистой формы, которое повторяло из¬ гибы тела и заканчивалось мягкой подставкой для ног. Повсюду удобно расположились пуфики, лежали популярные и менее известные журналы. Книги на иностранных языках покоились на полках с дорогими нефритовыми подпорками. В углу стояла радиола, по обе стороны от нее — шкафчики с пластинками. Напротив, в другом конце комнаты, располо¬ жился рояль с оперной партитурой на пюпитре. Остроумно сконструированная мебель могла превращать¬ ся в мольберты и столики для чтения. В миниатюрном холо¬ дильнике помещалась бутылка ледяной воды и несколько запотевших стаканов. На лабораторном столе у стены стояло несколько чашек, подернутых желтыми пятнами. Рядом мик¬ роскоп известнейшей фирмы с двумя объективами. Ничего себе комнатка для развлечений. Здесь всякий мог бы с комфортом отдохнуть, предавшись излюбленному хобби. Не здесь ли Растон проводил свои свободные часы? Неподходя¬ щее место для обычного парнишки, но для него — в самый раз. Время уходило. Я закрыл дверь и двинулся дальше, быстро заглядывая в комнаты. Полностью оборудованная лаборато¬ рия: пробирки, реторты, комната, наполненная только книга¬ ми, и снова электроаппаратура. Я пересек коридор, просунул голову в дверь и не сразу поверил своим глазам. Посреди ком¬ 194
наты стоял если не сам «горячий стул», то хорошая копия. Мне нс удалось рассмотреть его как следует. Я услышал слабый звук металла, скребущего по металлу, закрыл дверь и побежал по коридору, на ходу дергая шнуры выключателей. Не одного меня в эту ночь разбирало любопытство. Едва я прикрыл за собой дверь кабинета Грейндж, как на¬ ружная дверь распахнулась. Кто-то стоял там, в темноте, вы¬ жидая. Я слышал его учащенное дыхание. Дверь закрылась и на пол легла полоска света, осветив через щель мои ботинки. Вошедший нс зажиграл свет, он пользовался фонариком. Дверная ручка шевельнулась. Я выхватил револьвер и за¬ нес над головой, готовый ударить пришельца, но дверь не от¬ крылась. Вместо этого неизвестный перешел на другую сторону и вошел в кабинет Йорка. Я медленно, осторожно повернул ручку и потянул на себя. Щель постепенно расширялась, и наконец я смог протиснуть¬ ся в нее. Невидимый в темноте на фоне темной панели, я сто¬ ял, стараясь дышать бесшумно, и наблюдал, как Гент-младший потрошит кабинет Йорка. Он пристроил фонарь на столе и работал в его луче: не спе¬ ша выдвигал один за другим ящики картотеки, высыпая содер¬ жимое на пол отдельными кучками. Покончив с одним рядом, он переходил к следующему, пока опустевший шкаф не стал напоминать разинутый рот беззубого старика. На секунду мне показалось, что он собирается уходить, и я отступил, но он всего лишь повернул фонарь, направляя его в другую сторону; Процедура повторилась снова. Я продолжал наблюдать. По прошествии двадцати минут ему начало изменять тер¬ пение. Он злобно сдвигал вещи с мест и пнул кресло ногой, по¬ том, взяв себя в руки, постарался действовать не горячась. Еще через пятнадцать минут он вернулся к месту, с которого начал, а комната выглядела так,.словно в ней взорвалась бом¬ ба. Он не нашел того, что искал. Помогла случайность. Гент-младший толкнул вновь под¬ вернувшееся кресло с такой силой, что оно заскользило по мраморному полу, наткнулось на пустую картотеку и опроки¬ нулось. Я заметил это даже раньше, чем он. В кресле было фальшивое дно. Хитро. Можно часами обыскивать комнату, двигать ме¬ бель, но кому придет в голову перевернуть кресло? Гент-млад¬ ший глухо ахнул от неожиданности и опустился на колени, водя пальцами по обшивке. Он обследовал тщательно, но , ни¬ чего не найдя, вынул из шкафа отвертку и всадил ее в щель. 195
Раздался резкий щелчок, дно отскочило. В проволочном зажиме был укреплен толстый конверт. Гент причмокнул, рывком освободил его и вытащил изнутри пачку бумаг. Быстро просмотрев их, он саркастически фырк¬ нул и бросил находку на пол. Снова полез в конверт, достал еще что-то и стал пристально изучать, почесывая живот. Дважды он поправлял очки и подносил бумаги ближе к свету. Я видел, как он покраснел. Словно чувствуя, что за ним сле¬ дят, он метнул на дверь вороватый взгляд, потом запихал все обратно в конверт и положил в карман. Я отступил в глубину коридора, а когда закрылась наруж¬ ная дверь, включил свет и вошел, перступая через мусор. Бы¬ стрый взгляд на брошенные им бумаги сказал мне, что они собой представляют. Это завещание было составлено всего не¬ сколько месяцев назад, и по нему три четверти состояния от¬ ходило к Растону, а одна четверть — к Элис. Всем остальным Йорк завещал по одному единственному доллару. Однако Гент-младший уволок что-то поинтереснее. Я по¬ бежал к двери, на ходу засовывая в карман сложенное завеща¬ ние. Мой дружок мог улизнуть. Он ушел не далеко. Шагах в пятидесяти от дороги его били смертным боем. Слышались приглушенные крики Гента и чьи-то голоса. Я выхватил револьвер, снял предохранитель и бросился к ним. Наверное, нужно было бежать по траве, но я спешил. Две фигуры отделились от третьей, лежавшей на тра¬ ве, и припустились к деревьям. Я выстрелил поверх голов бе¬ жавших, звук выстрела раскатом разнесся по усадьбе, но ни один не остановился. Они выбежали на прогалину и я подна¬ жал, стремясь выбраться на ровное место, где кусты не меша¬ ют целиться. Но в этот момент споткнулся о тело Гента и с размаху ударился сопаткой в землю. Двое вскарабкались на стену прежде, чем я успел подняться. Лежа на земле, я выпа¬ лил наудачу и промазал. За стеной взревел мотор внезапно ожившей машины. Острый женский крик распорол воздух, как нож, и я за¬ стыл на месте. Все случилось так быстро. Колючие ветки хле¬ стали по лицу и рвали одежду, когда я бежал через кустарник. В доме зажглись огни и голос Харви звал на помощь. Вилли в пижаме уже ждал меня в дверях. — Наверх, Майкл! Это мисс Мэлк ом. В нее кто-то стрелял! Харви неистово махал рукой, показывая на ее комнату. Я ворвался туда. Рокси лежала на полу, а по рукаву ночной ру¬ башки расплывалось ярко-алое пятно. Харви встал надо мной, дрожа от страха. Разорвав материю, я облегченно вздохнул. 196
Пуля прошла сквозь мякоть. Я отнес Рокси на кровать, бросив через плечо дворецкому: — Принесите горячую воду и бинты. Позовите врача. — Да, сэр,— сказал Харви и умчался. Вошел Вилли. — Может, мне что-нибудь сделать? Я... Я не хочу оста¬ ваться один. — Ладно, побудь с ней. Нужно взглянуть на парнишку. Я открыл дверь в комнату Растона и повернул выключа¬ тель. Мальчик сидел прямо, упираясь в кровать руками, глаза его были устремлены в одну точку на стене, рот полуоткрыт. Он даже не увидел меня. Я встряхнул Растона, который точно окостенел, каждый мускул был напряжен, как сталь. Раз или два он конвульсивно дернулся, не сводя взгляда со стены. Сто¬ ило немалых усилий оторвать его руки от кровати и уложить. — Харви, вы вызвали врача? — Он как раз звонит, Майк,— крикнул Вилли из другой комнаты. — Черт побери, скажи ему, пусть поторапливается. У мальчика какой-то припадок. Паркс свесился через перила и громко окликнул Харви. Я слышал, как тот, запинаясь, говорит по телефону. Впрочем, так или иначе, врач не скоро сюда доберется. Растона начала трясти дрожь, глаза закатились. Наклонившись, я хлестнул его по щеке: — Растон, прекрати!— И дал еще одну пощечину.— Растон! Веки мальчика дрогнули, он со всхлипом пришел в себя. Губы его свела судорога, и он закрыл лицо руками. Внезапно сел в постели и выкрикнул: — Майк! — Я здесь, малыш, спокойно. Он подшит голову и потянулся к моей руке. Дрожа всем те¬ лом, он в то же время обливался потом. — Мисс Мэлком?.. — В полном порядке,— ответил я.— Она просто сильно напугалась, только и всего.— Я не хотел еще больше трево¬ жить его.— Сюда кто-нибудь входил? Он стиснул мою руку. — Нет... Был какой-то шум, и мисс Мэлком вскрикнула. Майк, я вовсе не смельчак. Мне страшно. Еще бы ему не бояться. — Пустяки. Укройся и лежи тихо. Я буду в соседней ком¬ нате. Хочешь, оставлю дверь открытой? — Да, Майк, пожалуйста. 197
Я не стал гасить свет, а дверь оставил приоткрытой. Вилли стоял у кровати, прижимая к плечу Рокси платок. Я убрал платок и наклонился. Ранка небольшая, пуля была малого ка¬ либра и прошла навылет. Вилли ткнул меня в бок и показал на окно. По стеклу разбегались тысячи трещин, паутинкой окру¬ жавших аккуратную дырочку внизу, над самым подоконни¬ ком. На полу блестели крошечные осколки стекла. Стреляли снизу. Позади меня, в стене, виднелось отверстие от пули. Ма¬ ленькая дырочка на уровне головы. Я выковырял пулю из штукатурки и покатал на ладони. Аккуратный кусочек свин¬ ца, почти не деформировавшийся при ударе о стену, тридцать второй калибр. Пистолет Йорка нашел дорогу домой. Я засу¬ нул пулю в карманчик для часов. — Оставайся здесь, Вилли, я сейчас вернусь. — Куда ты идешь? Ему не хотелось меня отпускать. — Вниз, повидать дружка... Когда я нашел его, Гент-младший копошился на земле, пытаясь подняться на ноги. Я сгреб его за шиворот и помог встать. Стервецу предстояло дать множество объяснений. Вид у него был неважный. Куски гравия впились ему в лицо, а во¬ лосы слиплись от крови. Одно стекло очков было разбито. Я смотрел, как он отлепляет нижнюю губу от зубов, бессвязно ругаясь. Полученная взбучка ошеломила Гента и он не упи¬ рался, когда я повел его к дому. Посаженный в кресло, он встряхнул головой и стал ощу¬ пывать рассеченный висок. Словно заведенный, повторял од¬ но и то же похабное слово, пока не осознал вдруг все, что с ним случилось. Тут он вскинул голову, и я подумал, что сейчас он в меня плюнет. — Вы его взяли!— сказал он обвиняюще, готовый вот-вот заплакать. — Что взял? Я подался вперед, не желая упустить ни слова. Его глаза сузились. — Значит, твоя находка понадобилась кому-то еще, пра¬ вильно?— Он не ответил.— Ну, так она им и досталась. — Я ничего не брал,— нагло врал он. — Тогда почему они подстерегли тебя и чуть не вышибли мозги? Отвечай! Он не отозвался. Я достал завещание и помахал у него пе¬ ред носом. — Бумажки лежали вместе, но те были поважнее. А что 198
для тебя важнее завещания? Если бы у тебя хватило сообрази¬ тельности сжечь его, ты мог бы огрести немалый кусок наслед¬ ства, тем более, что мальчишка несовершеннолетний. Ты дурак, Гент-младший. Не за свое дело взялся, согласен? Так ведь нет, тебя завещание не волнует, потому что то, другое, важнее. Там пахнет деньгами покрупнее. На что ты рассчиты¬ вал, Гент-младший, а? В ответ на мою маленькую речь он только усмехнулся. — Ладно,— сказал я,— слушай, что я сейчас сделаю. Ви¬ дик у тебя аховый, но ты просто красавец по сравнению с тем, как будешь выглядеть через десять минут. Буду лупить, пока из тебя дерьмо не полезет, уж тогда развяжется язык. Ори сколько угодно, все равно тебе никто не поможет. Я замахнулся. Он не стал ждать. Из него так и посыпалось: — Не надо, там не было ничего особенного. Однажды я... я украл у дяди деньги. Он поймал меня и заставил подписать признание. Я не хотел, чтобы его нашли, а то мне не досталось бы ни цента. Вот я его и взял. — Да? Зачем же оно так понадобилось другим? — Не знаю. В него было вложено еще что-то, я не посмот¬ рел. Может быть, они за этим и охотились. Я не мог сказать с уверенностью, врет он или нет. Звучало вполне правдоподобно. — Ты стрелял в мисс Мэлком? — Глупости. Я туже затянул его галстук. — Пожалуйста, не надо, вы меня задушите. Я ни в кого не стрелял. Я ее даже не видел. Ведь можно проверить, у полиции есть такой тест, правда? — Да, парафиновый тест. Ты согласен его пройти? Он кивнул с облегчением. Я отпустил Гента. Если бы он действительно стрелял, то не совался бы со своей идеей отно¬ сительно теста. А перчаток он не надевал, это я точно знаю. Перед домом затормозила машина, из которой вышел не¬ высокий, плотный человек с черным саквояжем, выдававшим его профессию. Харви проводил его наверх. Я повернулся к Г енту-младшему. — Проваливай, да смотри, не исчезай совсем. Попробуешь дать тягу — сверну твою тощую шею. И запомни: если мисс Мэлком умрет — тебе крышка, так что лучше молись богу. Он вскочил с кресла и почти бегом кинулся к двери. С улицы донесся удаляющийся топот ног. Я направился к лест¬ нице... 199
— Как она? Врач закрепил повязку пластырем и обернулся: — Ничего серьезного. Обморок после шока. Он убрал инструменты в саквояж и достал записную книжку. Рокси пошевельнулась и открыла глаза. — Вы, конечно, понимаете, что мне придется сообщить об этом. Полагается извещать полицию обо всех случаях огне¬ стрельных ранений. Попрошу имя. Рокси смотрела на меня с кровати. Я знаком переадресо¬ вал вопрос ей. Она пробормотала: — ЭленМэлком. — Адрес? — Я живу здесь. Она сообщила адрес, свой возраст, врач записал ее приме¬ ты, потом спросил, нашел ли я пулю. — Да, она застряла в стене. Тридцать второго калибра, кончик свинцовый. Я передам ее полиции. Он захлопнул записную книжку. — Я хотел бы, доктор, чтобы вы взглянули и на мальчика. Ему было очень плохо. В двух словах я описал события последних дней. Доктор взял саквояж и последовал за мной. — Я знаю мальчика,— сказал он.— Чрезмерное возбуж¬ дение вредно для любого подростка, особенно при таком на¬ пряженном режиме. — Вы и раньше к нему ходили? Я думал, его лечил отец. — Самого мальчика я не видел, однако мне несколько раз случалось разговаривать в городе с его отцом, и тот отзывался о сыне с большой гордостью. — Еще бы!.. Вот и он. Доктор начал считать пульс, а я подмигнул Растону через плечо. Он улыбнулся в ответ. Пока врач осматривал, я присел к столу и стал листать папку с большими, девять на двенад¬ цать, фотографиями киноковбоев. Растон был гением, но мальчишеское в нем то и дело прорывалось наружу. На ниж¬ них полках среди прочих книг нашлось несколько свежих вес¬ тернов и кое-какие книжки по географии Америки прошлого века. Над столом висело лассо и старая «десятигаллонная» шляпа с автографом известнейшего ковбоя из Голливуда. Не знаю, почему Йорк не оставил своего сынишку в покое и не дал ему просто радоваться жизни, как положено ребятам. Го¬ тов спорить, Растон охотнее стал бы ковбоем, чем чудо-ребен- ком. Он увидел, как я разглядываю его вещички, и улыбнулся. — Ты когда-нибудь бывал на Западе, Майк?— спросил он. 200
— Оттрубил пару месяцев в пустыне, когда меня призвали. — А видел ты там хоть раз настоящего ковбоя? — Нет, но мы с полгода были соседями по койке с одним из них. Он ходил в сапогах на высоком каблуке, пока сержант его не обломал. Тот еще чудак. Не хотел снимать шляпу в ду¬ шевой. Утром, как встанет, первым делом напяливает шляпу. Никак не мог привыкнуть к узким полям и все норовил при¬ коснуться к шляпе, встречая лейтенанта, вместо того, чтобы отдать честь. Растон хихикнул. — А он носил шестизарядный револьвер? — Нет, но он ни разу не промахнулся. Мог с тридцати яр¬ дов попасть в глаз жуку. Врач прервал нашу болтовню, дав Растону какие-то таб¬ летки. Ими же он наполнил коробочку, сбоку написал нечет¬ кими буквами, когда принимать, быстро нацарапал рецепт и протянул его мне. — Отдайте в аптеку. По одной чайной ложке каждые два часа в течение суток. С ним ничего серьезного, просто легкое нервное расстройство. Я еще заеду завтра взглянуть на мисс Мэлком. Если рана начнет кровоточить, сразу звоните мне. Я дал им обоим снотворного, так что они должны хорошо спать до утра. — Хорошо, доктор, спасибо. Харви проводил его к выходу. Рокси выдавила улыбку: — Ты поймал их, Майкл? — Забудь об этом.— сказал я.— Как тебя угораздило? — Услышала выстрел и зажгла свет. Наверное, не надо было этого делать. Подбежала к окну, но из-за света ничего не могла разглядеть. И вдруг что-то ударило меня в плечо. Я не поняла, что это пуля, пока не увидела дырку в стекле. Тогда и закричала,— добавила она виновато. — Чего там, я сам закричал бы. Ты видела вспышку? Ее голова качнулась на подушке: — Кажется, слышала выстрел, но прозвучал он как будто издалека. Я и вообразить не могла... — Рана не опасная, это самое главное. — А Растон как? — В порядке. Ты до смерти его напугала, когда завопила. Он и так был дерганый, а это его совсем доконало. Когда я во¬ шел, он весь одеревенел. Снотворное начало действовать. Глаза Рокси сонно закры¬ лись. Я шепнул Вилли: 201
— Принеси палку от щетки или что-нибудь прямое и длинное, ладно? Он вышел в коридор. Ожидая, я смотрел на пулевое отвер¬ стие и мысленно прикидывал, где стояла Рокси, когда ее под¬ стрелили. Вилли вернулся с длинной медной трубой. — Не мог найти щетку, но, может быть, подойдет прут от шторы? — Отлично,— вполголоса сказал я.— Стань вон там, у окна. — Что ты хочешь делать? — Прикинуть, откуда стреляли. Я сунул под мышку Вилли прут и велел держать, нацели¬ вая один конец на дырку в стене, а другой — на пробоину в стекле. Сделав это, я велел Вилли не шевелиться и поднял ок¬ но. На пол посыпались кусочки стекла. Я зашел ему за спину и посмотрел вдоль прута вниз. Я видел основание стены, примерно в том месте, где через нее перелезали двое нападавших. Расстояние в сотню футов исключало Гента-младшего. Картина снова менялась, теря¬ лось равновесие. Проклятие. Ни один из двоих не стрелял в меня, и все же именно оттуда прилетела пуля. Может быть, глушитель? Выстрел, сделанный наугад... Или наоборот, с точным прицелом. Нужно быть отличным стрелком, чтобы с такого расстояния попасть из пистолета тридцать второго ка¬ либра в окно, и уж тем более — в стоявшую за окном Рокси. Но предназначалась ли пуля именно ей? — Спасибо, Вилли, все. Он опустил прут, и я закрыл окно. Потом отозвал в сторо¬ ну, подальше от кровати. — Ты чего, Майк? — Слушай, мне надо подумать. Может, останется на ночь с пацаном? Мы положим на полу какие-нибудь подушки от кресла. — Ладно, раз надо. — Думаю, так будет лучше всего. Кому-то нужно при¬ сматривать за ними, на случай, если они проснутся, а Растону нужно принимать лекарства,— я взглянул на коробку,— каждые три часа. Рецепт я отдал Харви, пусть съездит. Ты не против? — Нет. Мне тут, пожалуй, нравится больше, чем в ниж¬ ней комнате. — Дверь держи на замке. — А то нет. Еще и креслом подопру. Я рассмеялся: — Вряд ли тут так скоро стрясется что-нибудь еще. 202
Его лицо посерьезнело: — Хорошо тебе смеяться, у тебя шпалер под мышкой. — Оставлю его тебе, если хочешь. — Нет уж, Майк. Я теперь меченый. Если меня увидят даже поблизости от пушки — в два счета посадят в тюрьму. Он принялся стаскивать с кресла подушки, а я вышел. По¬ зади щелкнул зат.юк; было слышно, как к двери подтащили крес¬ ло. Вилли не шутил. Сегодня ночью сюда никому не войти... 7 Спустившись вниз, я набрал номер коммутатора и попросил соединить меня с управлением полиции штата. Меня соедини¬ ли, и через секунду в трубке вместе с потрескиванием послы¬ шался резкий голос. — Пожалуйста, сержанта Прайса. — Его сейчас нет. Хотите ему что-нибудь передать? — Да, говорит Майк Хаммер. Скажите ему, что мисс Мэлком, няню, ранили в плечо пулей тридцать второго калиб¬ ра. Опасности нет, утром она сможет отвечать на вопросы. Стреляли откуда-то из сада, но стрелявший скрылся. — Записал. Что-нибудь еще? — Да, но я скажу ему об этом лично. Нашли какой-ни¬ будь след Грейндж? — На берегу залива подобрали ее шляпу. Сержант Прайс велел сказать вам, если вы позвоните. — Спасибо. Ее ищут до сих пор? — Прочесывают ковшами устье канала. — Ладно, я позвоню попозже, если будет время. Коп поблагодарил и повесил трубку. Харви дожидался не¬ подалеку, желая знать, ухожу я или нет, и, видя, что я напра¬ вился к двери, принес мою шляпу. — Вы вернетесь сегодня, сэр? — Не знаю. Так или иначе, запритесь. — Да, сэр. Я поехал по аллее и остановился перед закрытыми ворота¬ ми. Посигналил, вызывая Генри, но он не появлялся, хотя в будке горел свет. Пришлось выйти из из машины. Оказалось, что он крепко спал в кресле, со сложенной газетой на коленях. Ругаясь, я принялся трясти Генри и скоро его маленькие глазки открылись, но не так, как у человека, полностью оч¬ нувшегося от сна. Взгляд был тупым и осовелым, а голова опу¬ скалась на грудь. Внезапно увидев меня, он был до того 203
огорошен, что моментально пришел в себя, заморгал и провел рукой по лбу. — И-извините, сэр. Никак не пойму, что со мной творит¬ ся. Страшно болит голова и засыпаю то и дело, вот как сейчас. — Что же с вами такое, Генри? — Н-ничего, сэр. Может, это из-за аспирина. Он показал на обычный пузырек, стоявший на столе. Я по¬ смотрел на этикетку. Марка известная. Пригляделся повни¬ мательнее, потом вытряхнул несколько штук на ладонь. На таблетках не было инициалов изготовителя. А должны быть, я-то знал, сам их немало извел. — Где вы их взяли, Генри? — Мистер Йорк дал на прошлой неделе. У меня несколько раз зверски болела голова. От аспирина становилось лучше. — Вы и в ночь похищения принимали? Его глаза встретились с моими и остановились: — Да, вроде да. Принимал. — Лучше бросьте эти таблетки. Они вам только вредят. Слышали что-нибудь сегодня ночью? — Нет, как будто, нет. А что? — А, ничего, ерунда. Я возьму парочку, не возражаете? Он потряс головой, и я засунул в карман несколько таблеток. — Оставайтесь здесь, ворота отопру сам. Генри кивнул и, не успел я выйти, снова уснул. Вот поче¬ му похититель так легко пробрался в дом. Вот почему Йорк, а вслед за ним убийца и я проехали через ворота незамеченными. Я готов был побиться об заклад, что аспирин подменили снотворным. Ох, до чего же он шустрый, этот убийца. Но части головоломки одна за другой складывались в одно целое. Их края пока не совпадали. И все же они были налицо, готовые сложиться в картинку, как только кто-нибудь произ¬ несет неосторожное слово или сделает неверный ход. Кто хо¬ тел, чтобы Генри спал во время похищения Растона? Кто хотел этого до такой степени, что изучил его привычки и поло¬ жил таблетки снотворного в пузырек с аспирином? Если этот тип такой предусмотрительный, он мог еще раньше подсунуть ему что-нибудь, вызывающее головную боль. Неверный ход или неосторожное слово... Он обязательно на чем-то поскользнется. Может, нужно только чуть-чуть подтолкнуть. Теперь Гент-младший у меня в кулаке, а с ним и его мамаша. Займемся другими. Элис. Она только поцокала языком, услышав о смерти Йорка. Милое создание. Пришлось еще раз звонить в управление полиции штата и 204
просить список адресов свидетелей. Прайс до сих пор нс воз¬ вращался, но он, видимо, распорядился оказывать мне по¬ мощь во всем, что понадобится, потому что я без проволочек получил нужные сведения. Элис жила в Бустере, в загородном поселке к западу от го¬ рода. К нему вела незаметная дорога, отходившая от магист¬ рального шоссе, но, судя по размерам особняков, окруженных обширными участками, здесь селились богачи. Сам городок мог похвастать целым кварталом магазинов, витрины кото¬ рых выставляли напоказ только самое лучшее. Над каждым магазином помещались квартиры. Дома сверкали белым кир¬ пичом и блестели металлом. Их окружала атмосфера достоин¬ ства и элегантности. Элис жила над меховым магазином, в третьем доме от конца. Я поставил машину между новеньким «фордом» и «кадил¬ лаком» с откидным верхом. В окнах Элис не было света, но я не сомневался, что она мне обрадуется. Я вошел в маленький холл. На звонке стояла ее фамилия. Я не снимал палец с кнопки добрых пять секунд, потом открыл дверь и стал подниматься по лестнице. Не успел я дойти до верхней площадки, как дверь кварти¬ ры отворилась и в ней показалась Элис, запахивая на ходу ха¬ латик. Свет упал на мое лицо. — Надо же!— воскликнула она.— Хорошенькое время ты выбираешь для визита! — Разве ты не рада меня видеть?— Я широко улыбнулся. — Дурачок, заходи живей. Конечно, я тебе рада. — Мне неловко вот так вытаскивать тебя из постели. — Я не спала, просто читала.— Сразу же за дверью она при¬ остановилась.— Это ведь не профессиональный визит ко мне? — Где там. В конце концов, мне осточертело это сволоч¬ ное дело, устал и решил развлечься. Она захлопнула дверь. — Поцелуй меня. Я ткнулся губами ей в нос. — Шляпу-то хоть можно снять? — О-о-о,— выдохнула она,— как ты это сказал! Я кинул плащ и шляпу на вешалку возле двери и прошел в гостиную. — Выпьешь?— спросила Элис. Я показал три пальца: — Вот столько... Когда она ушла за льдом, я окинул комнату взглядом. 205
Классно, просто классно. Шикарней самой шикарной кварти¬ ры на Парк-авеню, в которой мне доводилось бывать. Мебель стоила немалых денег, а картины маслом — и того больше. Уйма книг, сплошь редкие и дорогие издания. Йорк не скупил¬ ся на племянницу. Элис вернулась с двумя стаканами. — Бери любой,— предложила она. Я выбрал тот, который был полнее. Мы обменялись молча¬ ливыми тостами — в глазах у нее плясали чертики,— и выпили. — Нравится? Я энергично кивнул. — Выдержка — больше двадцати лет. Дядя Руди подарил. Она поставила свой стакан и погасила верхний свет, вклю¬ чив торшер под абажуром. Выбрала несколько пластинок и вложила их в проигрыватель. — Атмосфера,— озорно пояснила она. Я не видел в этом никакой необходимости. Когда свет ока¬ зался за спиной Элис, ее халатик стал настолько прозрачным, что сам по себе создал соответствующую атмосферу. Она была женщиной с головы до ног, и крупнее, чем я думал. Ее манера держаться была соблазнительной, и она это знала. Игла опу¬ стилась на пластинку, вкрадчивая восточная музыка напол¬ нила комнату. Я закрыл глаза и вообразил женщин в алых шароварах, танцующих перед султаном. Султаном был я. Элис произнесла что-то, чего я не разобрал, и вышла. Когда она вернулась, ее обволакивало лишь нечто тонкое, как паутинка. — Ты и сегодня такой же усталый? — Сегодня нет. Она села рядом. — По-моему, в прошлый раз ты притворялся, а я-то ста¬ ралась. Ее кожа была нежной и бархатистой, на шее ровно пульси¬ ровала жилка. Мой взгляд скользнул по плечам, опустился ниже. Задорные груди смеялись над моими былыми колебани¬ ями, упругий живот ожидал прикосновения, бедра не призна¬ вали попыток закрыть их. Я с трудом выговорил: — Должно быть, я тогда и вправду очень устал. Она закинула ногу на ногу: — Или дурь нашла. Я торопливо допил виски и протянул стакан за добавкой. Мне требовалось что-нибудь, укрепляющее нервы. Звякнул лед, стекло зазвенело о стекло. Она отмерила и 206
налила виски. На этот раз подвинула столик, чтобы больше не вставать. Сменилась пластинка и зазвучали нежные голоса скрипок, исполнявших Венгерскую рапсодию. Элис села бли¬ же. Я чувствовал сквозь одежду тепло ее тела. Стаканы опу¬ стели. Когда пластинка сменилась еще раз, голова Элис лежала на моем плече. — Как поработал, Майк? Трудный был день? — Нет, просто мотался взад-вперед. Ее волосы прикоснулись к моему лицу, мягкие, милые во¬ лосы, пахнущие жасмином. — Как ты думаешь, ее найдут? Я погладил шею Элис, слегка впиваясь в тело кончиками пальцев. — Наверное. Сайдон — маленький городок, здесь не спрячешься. Ты хорошо ее знала? — М-м-м. Что? Ох, нет. Она держалась очень холодно со всеми. Снова запах жасмина. Элис уткнулась лицом мне в плечо. Я ухмыльнулся. — Ты тоже хороша. Разве тебе не полагается носить траур? — Нет. Он мне не идет. Я подул ей в ухо. — Никакого уважения к мертвым. — И потом, дядя всегда не любил эту похоронную показуху. — Ну, ты все же была его любимой племянницей, это как-то обязывает. Ведь он оставил тебе неплохие денежки.— Она запустила пальцы мне в волосы, притягивая голову к себе. — В самом деле? Ее язык легко пробежал по моим губам,— розовое, про¬ ворное жало искушения. — Угу.— Мы сдвигались все теснее.— Я видел завеща¬ ние. Должно быть, ты ему нравилась. — Лишь бы я нравилась тебе, Майк, остальное неважно. Ее рот чуть приоткрылся. Я больше не владел собой. Я схватил ее и раздавил ее губы своими. Она была, как одно жи¬ вое сердцебиение, как жаркое и неистощимое пламя, идущее из глубины. В какой-то момент, крепко сжимая меня в объяти¬ ях, она укусила меня в порыве неудержимой страсти. Она прервала поцелуй и прильнула губами к моей шее, по¬ том потерлась плечами о мою грудь. Я ощупывал ее тело, мял до синяков, пока она не застонала в мучительном экстазе. Ее пальцы возились с пуговицами моего пиджака. Я кое-как стя¬ нул его и бросил на кресло, а она принялась за галстук. — Сколько одежды, Майк, сколько на тебе всякой одеж¬ 207
ды!— Она вновь поцеловала меня.— Отнеси меня в спаль¬ ню!.. Я подхватил ее на руки. Невесомая ткань потянулась за Элис. Полуприкрыв глаза, она показала пальцем. — Туда. Темнота, прохлада пушистого покрывала. Она велела мне оставаться на месте и поцелуями закрыла глаза. Я слышал, как она поднялась с кровати и вышла в гостиную. Сменилась пластинка и новая, более громкая мелодия устремилась в ком¬ нату каскадом торжествующих звуков. Тянулись томитель¬ ные минуты ожидания. Наконец Элис вернулась с подносом, на котором стояли два налитых до краев стакана, похожая на обнаженную восхитительную рабыню. — За нас и за эту ночь, Майк. Мы выпили. Она устремилась ко мне с протянутыми рука¬ ми. Музыка приходила и уходила, одна мелодия сменяла дру¬ гую, но мы ничего не слышали. Потом смолкли все звуки, кроме дыхания...
ЧАСТЬ II 1 Мы проснулись поздно. Элис не хотела меня отпускать, но пора было идти. Несмотря на уговоры, я не уступал: ее вид теперь не производил на меня прежнего впечатления. Я оты¬ скал ботинки, обулся, подошел к Элис и подогнул простыню у нее под подбородком. — Поцелуй,— она приподняла голову, подставляя губы. — Нет. — Один разочек! — Ладно, один разочек... Да, уход от нее был непростым делом. Я легонько толкнул Элис обратно на подушки и пожелал спокойной ночи. — Ты такое страшилшце, Майк, ты до того безобразен, что кажешься почти красивым! — Спасибо, ты тоже. Я помахал ей рукой и вышел. В гостиной поднял с пола пиджак, стряхнул пыль. Теряю бдительность. Мне казалось, что я бросил его на кресло. Выходя, опустил предохранитель замка и тихо закрыл дверь. Элис, милая, милая Элис. У нее несравненное тело. Я сбежал по лестнице, на ходу надевая плащ. За стеклянной дверью улица блестела от дождя. Я поправил шляпу и шагнул за порог. Не было ни вспышки света, ни последних мгновений со¬ знания. Просто мерзкий, глухой звук удара по затылку. Тро¬ туар вздыбился и ударил меня в лицо... Рубашка была мокрой от внезапного приступа рвоты, за¬ пах которой выворачивал меня наизнанку. Голова казалась огромным воздушным шаром, который все увеличивался и увеличивался, пока не раздулся до предела, готовый лопнуть и разлететься на тысячу кусков. Мне было тесно, ужасно тес¬ 209
но. Попробовал двинуться, но ощущение тесноты не уменьши¬ лось. Веревки врезались в запястья, колючие пеньковые зано¬ зы казались раскаленными остриями стрел. При каждом толчке машины я ударялся носом о лежащий на полу домкрат — он один составлял мне компанию. Пустая наплечная кобура давила в левый бок. «Прекрасно,— подумал я.— Ты напоролся на это, рази¬ нув рот и закрыв глаза». Я попытался заглянуть через спинку сиденья, но не смог приподняться достаточно высоко. Мы свернули с главного бе¬ тонированного шоссе, и дорога стала неровной, под колесами захлюпала грязь. Домкрат так и запрыгал. Сперва я попробо¬ вал придерживать его лбом, но это не помогло, и тогда я отки¬ нул голову назад. Стало еще хуже. Шея заныла от боли, словно меня растянули на дыбе. Я выходил из себя. Фраер, форменный фраер. Обошлись, как с паршивым новичком. Огрели дубинкой, потом швырнули в машину. Меня везли «прокатиться», совсем как во времена су¬ хого закона. Черт возьми, неужто я выгляжу таким дураком? Мне и раньше случалось быть связанным, и валяться на полу машины тоже случалось, но после первого же раза я хорошо усвоил этот урок. Кажется, одному сукину сыну предстоит убедиться в этом на собственной шкуре. Машина резко затормозила. Водитель вышел и открыл дверцу. Подхватив под мышки, он выволок меня и швырнул в грязь. Я видел над собой его ноги, выше — темное пальто и ли¬ цо, замаскированное платком. И руку с моим собственным ре¬ вольвером, направленным прямо мне в лицо. — Где они?— спросил незнакомец. Было заметно, что он старается изменить голос. — О чем речь? — Куда ты их девал, черт тебя подери! Не тяни время, где они? Ты их где-то спрятал, сволочь, в карманах у тебя ничего нет. Говори, или я прострелю твою башку! Этот тип бесновался, распаляя себя для убийства. — Откуда мне знать, где они, если ты не говоришь, что те¬ бе надо,— огрызнулся я. — Ладно, ублюдок, можешь хорохориться. Ты сам напро¬ сился, но это уже в последний раз. Я тебе покажу! Он сунул револьвер в карман и, нагнувшись, одной рукой ухватил меня за шиворот, а другую просунул под мышку. Я повис на нем, как колода. Ему пришлось тащить к деревьям почти двести фунтов «мертвого» веса. Дважды он чуть не упал, налетев на корягу, но отыгрался 210
на мне, дав затрещину и злобный пинок под ребра. Ругаясь и бормоча под нос угрозы, он покрепче ухватил меня за плащ. Когда мы углубились в лес шагов на пятьдесят, он, видимо, ре¬ шив, что этого достаточно, бросил меня на землю и снова вы¬ тащил револьвер, стараясь в то же время отдышаться. Ублюдок, разбирается в оружии. Предохранитель был снят, револьвер готов к выстрелу. — Говори! Говори сейчас же, не то будет поздно. Что ты с ними сделал? Или тебя сначала надо обработать? — Пошел к чертям, свинья!.. Он замахнулся, метя мне стволом в челюсть. Этого я и ждал. Я поймал револьвер обеими руками и рванул на себя, одновременно выкручивая бандиту руки. Он вскрикнул, когда его плечевой сустав выскочил, и вскрикнул снова, когда я ру¬ банул негодяя по шее ребром ладони. Брыкнув обеими ногами, он угодил мне в бок и попытался встать. В потасовке я выронил оружие. Вцепившись в незна¬ комца одной рукой, я двинул его кулаком, однако неловкое положение ослабило силу удара. Но и этого оказалось доста¬ точно. Он вырвался, опять вскочил на ноги и опрометью бро¬ сился наутек. Его и след простыл, пока я искал револьвер. Будь у меня хоть минутой больше, я успел бы освободить от веревок ноги и броситься в погоню. Да, мне случалось уже ва¬ ляться на полу машины со связанными руками... С тех пор я всегда ношу за подкладкой пояса лезвие безопасной бритвы. Очень удобно. Но если когда-нибудь мне свяжут руки спереди — тогда крутись, как хочешь... Узлы были затянуты не туго. Несколько минут возни — и я уже стоял на ногах. Попробовал было пойти по следам не¬ знакомца, но через несколько шагов махнул рукой на эту без¬ надежную затею. Раза два я упал в грязь, кое-где оставил на ветках клочки одежды. Мой противник мчался, не разбирая до¬ роги, наугад. Одно он знал совершенно точно: если остановится и попадет мне в руки, то сдохнет в этом болоте. Право, хоть смейся. Я побрел обратно через подлесок, увертываясь от зме¬ истых, низко свисавших веток, норовивших выколоть глаза. Автомобиль, во всяком случае, остался у меня. Моему при¬ ятелю предстояло топать обратно на своих двоих. Я обошел вок¬ руг машины, оказавшейся «седаном» недавней модели. Ящик для перчаток был пуст, внутри не мешало бы почистить. К руле¬ вой колонке была прикреплена регистрационная карточка с данными владельца: мисс Маргарет Мэрфи, возраст пятьдесят два года, проживает в Бустере, род занятий — кухарка. Хо¬ рош, нечего сказать. Угнал машину у какой-то несчастной 211
прислуги. Я запустил мотор. Пропажа будет в городе, прежде чем ее хватятся. Развернувшись, минут пять я ехал по плохой дороге, пока не выбрался на шоссе. На перекрестке дорожный знак указы¬ вал направление на Бустер. Должно быть, я немалое время был без сознания, если меня успели отвезти за пятнадцать миль. Оказавшись на бетонке, поехал быстрее. К головоломке доба¬ вились новые фрагменты. Я пошарил в кармане. Завещание бы¬ ло на месте. Тогда какого же черта было нужно этому идиоту? Вообще-то я не глуп, скорее, наоборот: умею находить ни¬ точки и связывать их в целое, но сейчас я чувствовал себя так, что в пору было надеть дурацкий колпак и стать в угол. Дудки! Без двадцати девять я увидел первые дома Бустера. Свер¬ нув в переулок, остановился и вышел из машины, предвари¬ тельно вытерев места, где мог оставить отпечатки пальцев. Я не знал методов работы местной полиции, но у меня не было настроения давать объяснения. Вернувшись на дорогу, не спе¬ ша зашагал в гору, к дому Элис. Если она и была у себя, ничто на это не указывало. Подобрал в холле свою шляпу, бросил взгляд на окна второго этажа, закрытые ставнями. Потом сел в свою машину. События следовали одно за другим, а мне не удавалось уловить их смысл. Это было все равно, что сдавать экзамен, имея отличные шпаргалки, и срезаться из-за того, что ты забыл очки и ничего не можешь прочесть. На обратном пути в Сайдон у меня было время поразмы¬ слить без помех. Ни одной машины на пустынном шоссе, толь¬ ко ровный гул мотора и скрип покрышек. Тот тип считал, видимо, что я завладел какой-то вещью, однако он ошибся: у ме¬ ня не оказалось того, что он искал. Какого черта он не сказал прямо, о чем идет речь? У меня имелись два завещания и кое- какие соображения. Завещания ему были не нужны, а о сооб¬ ражениях он не знал. Нет, тут другое. Что-то, мимо чего я прошел, не заметив, вопреки уверенности этого приятеля в обратном. Ну, конечно! Какой же я дурак! Гент-младший стянул не только свое признание — просто оно одно и осталось при нем, после того, как те двое с ним расправились. Они забрали что- то, о чем Гент-младший смолчал, не желая, чтобы я вмеши¬ вался в его планы. Взять-то они взяли, но, вероятно, где-то потеряли эту важную для них бумагу, и, считая меня сообра¬ зительнее, чем на самом деле, решили, что предмет их по¬ исков у меня. Я улыбнулся своему отражению в зеркале. Иногда я туго¬ 212
вато соображаю, но если раз-другой огреть меня по голове, все становится на свои места. Можно даже нс опасаться, что Гент- младший меня опередит. Он же знает, что те двое унесли его добычу... С какой стати ему рассчитывать, что они ее оброни¬ ли? Мне осточертела неопределенность. Я сильно надеялся, что моя новая догадка оправдается, иначе хоть на стену лезь от злости. Милое, простенькое дельце. Два враждебных лагеря. Бо¬ рются друг с другом, борются со мной. Добавьте сюда стрельбу по людям и похищение Растона. События не имели логиче¬ ской отправной точки. Они начинались неизвестно где, и их путаная линия делала немыслимые загзаги. Я газанул, вдавив педаль почти в пол... С подъездной дороги, было видно, что Харви уже ждет ме¬ ня в открытых воротах. Я махнул рукой, давая знак идти в дом и, доехал по усыпанной гравием аллее, до того места, где не¬ давно били Гента-младшего. После нескольких неудачных по¬ пыток я отыскал след и пошел по нему. На мягком дерне виднелись отпечатки ног, сломанная веточка, погнутые стеб¬ ли цветов, отброшенный камешек. Я обшарил взглядом каж¬ дый дюйм тропы и газона по обеим ее сторонам. Было бы легче, если бы я знал, что ищу. А так мне понадобилось двад¬ цать минут, чтобы дойти до стены. Там-то он и лежал. Лежал на виду у любого, кто посмот¬ рит в эту сторону. Сверкающий белым пятном на темном фо¬ не, слегка помятый заклеенный конверт. То самое. На ощупь в нем было нечто, напоминающее пачку откры¬ ток или фотографий. Пожав плечами, я сунул его в карман, не распечатывая. Находка номер один. Принялся шарить в траве и раздвигать ногами кусты. Ничего. Присел и оглянулся, наде¬ ясь увидеть в траве отблески солнца на металле. Примерный расчет траектории, сделанный мною из комнаты Рокси, ука¬ зывал на это место как на точку, из которой произвели вы¬ стрел, но я нигде не видел пустой гильзы. Черт, но стрелять ведь могли и из револьвера, тогда гильзы не должно быть. А может, стреляли вообще не из пистолета Йорка, а из какого- нибудь другого. Хотя нет, оружием тридцать второго калибра пользуются для самозащиты. Тот, кто хочет убить, выбирает тридцать восьмой или более крупный калибр, особенно на та¬ ком расстоянии. Я опять прикинул дистанцию до окна Рокси. Отсюда даже в дом попасть — и то нужно целиться с углом превышения в тридцать градусов. Тип, ухитрившийся попасть 213
в окно, должен быть нс просто хорошим, но прямо-таки небы¬ валым стрелком. Только ему пришлось бы стрелять из ямы в земле. Больше здесь негде было спрятаться. Все это, конечно, можно предположить в том случае, если тут сработал кто-то третий, а не один из тех двоих. Махнув рукой, я вернулся к машине и, обогнув дом, под¬ катил к подъезду. Послушный долгу, Харви уставился на мою грязную одежду. — Вы попали в аварию, сэр? — Вроде того,— весело согласился я.— Как мисс Мэлком? — Прекрасно, сэр. Утром был доктор и сказал, что ника¬ кой опасности нет. — А мальчик? — Все еще возбужден после всего перенесенного. Доктор опять дал ему успокоительное. Паркс постоянно с ним. После вашего ухода он и шагу не сделал из комнаты. — Хорошо. Кто-нибудь заходил? — Нет, сэр. Несколько раз звонил сержант Прайс и про¬ сил вас связаться с ним. — Ладно, Харви, спасибо. Как вы думаете, найдется здесь что-нибудь съестное? Я смертельно хочу есть. — Разумеется, сэр. Я взбежал по лестнице и постучал. Вилли осторожно осве¬ домился, кто там, и, когда я ответил, он отодвинул кресло от двери и повернул ключ. — Здорово, Вилли. — Привет, Майк... Черт, что случилось? — Меня возили прокатиться. — Господи, и ты так спокойно об этом говоришь? — Почему бы и нет? Ему-то пришлось возвращаться пешком. — Кому? — Пока не знаю. Рокси улыбнулась мне с кровати: — Иди сюда и поцелуй меня, Майк. Я осторожно ткнул ее в подбородок: — На тебе быстро все заживет. — Заживет еще быстрее, если поцелуешь. Я повиновался. Ее рот был полон горящих маков. — Хочу еще. — Когда тебе станет лучше. Я сжал ее руку. Прежде чем войти в комнату Растона, я отряхнулся перед зеркалом. Он слышал, как я входил, и сей¬ час сиял улыбкой. — Привет, Майк. Ты сможешь теперь остаться здесь по¬ 214
дольше? — О, может быть. Ты хорошо себя чувствуешь? — Отлично, только я слишком долго лежал в постели. У меня устала спина. — Думаю, сегодня тебе можно будет встать. Я скажу Вил¬ ли, чтобы погулял с тобой вокруг дома. Я бы и сам это сделал, да надо закончить одну работенку. — Майк... Как там? Я имею в виду... — Нс думай об этом, Растон. — Мне только это и идет в голову, когда я лежу без сна. Все думаю о той ночи, об отце и мисс Грсйндж. Если бы я толь¬ ко мог сделать что-нибудь полезное, мне стало бы легче. — Самос лучшее, что ты можешь сделать — это оставать¬ ся здесь, пока все не выяснится. — Я читал в книгах... Вообще-то ничего особенного тут нет... Но иногда полиция пользуется жертвой как приманкой. То есть ее подставляют преступнику, чтобы вызвать его на но¬ вое преступление. Ты не думаешь... — Я думаю, что тебе не занимать отваги, если ты предла¬ гаешь такую штуку, но не соглашусь на это. Есть сколько угодно других способов. А теперь, давай-ка, одевайся и ступай проветриться. Я откинул одеяло и помог ему слезть с постели. Он нс со¬ всем твердо держался на ногах, но через несколько минут ос¬ воился, улыбнулся и пошел к шкафу. Я позвал Вилли и сказал ему, что нужно делать. Вилли не пришел в восторг от моей за¬ теи, но время было дневное, я пообещал держаться поблизости от дома, и он согласился. Я оставил их вдвоем, подмигнул Рокси и спустился вниз. Подхватив с подноса Харви пару сэндвичей и чашку кофе и поблагодарив с набитым ртом, я прошел в гостиную и устроил¬ ся в глубоком кресле. Впервые со времени моего приезда в ка¬ мине пылал огонь. Старый, добрый Харви. Я умял первый сэдвич и запил кофе. Лишь после этого достал из кармана кон¬ верт. Он был криво заклеен — должно быть, клапан прилип, отсырев от утренней росы. Мне вспомнилось выражение лица Гента-младшего, когда он увидел содержимое конверта. Инте¬ ресно, станет ли и мое лицо таким же. Я открыл конверт и достал фотографии. Теперь стало по¬ нятно, почему Гент-младший был так возбужден. Единствен¬ ной одеждой двух женщин были туфли. А на Майре Грейндж вообще только одна туфля. Грейндж улыбалась. Улыбалась ши¬ роко и похотливо. Лицо Элис Николс выражало предвкушение наслаждения. Снимки представляли собой порнографию худше¬ 215
го пошиба. Я насчитал их шесть, обе дамы узнавались с перво¬ го взгляда, но снимки явно были сделаны без их ведома, они не позировали сознательно. Нет, не совсем так... Впрочем, Май¬ ра Грейндж действительно не позировала. Я рассматривал фотографии добрых десять минут, прежде чем до меня дошло. То, что я принимал за кайму на отпечат¬ ках, в действителности было частью самих снимков. Их сдела¬ ли скрытой камерой, установленной за полкой, а рамкой оказались края каких-то книг, которыми замаскировали ап¬ парат. Скрытая камера и часовой механизм, срабатывающий через определенные промежутки времени. Нет, Майра Грейндж не позировала, а вот Элис Николс — да. Она специально так маневрировала, чтобы Грейндж все время находилась в фокусе. Как мило, Элис. Как ловко вы с Йорком подстроили запад¬ ню для Грейндж. Западню, с помощью которой обезвредили другую западню. Я закурил и спрятал карточки в карман. Кусочки мозаики ложились на места, образовывая внешние края картинки-загад¬ ки. Грейндж держала у себя старое завещание. Почему? Добро¬ вольно ли Йорк отписал ей все свое состояние? Или же его заставили? Если она держала козырь против своего босса — что- нибудь крупное, обязательно крупное,— то она могла прижать его, имея все шансы на успех. Но через какое-то время Йорк проведал о ее повадках и увидел выход. Черт возьми, теперь все приобретало смысл. Он подлизывался и к Роде Гент, ума¬ сливал ее подарками, потом попросил об услуге — предло¬ жить себя Грейндж. Она отказалась, и он бросил Роду, после чего принялся обрабатывать Элис. Ему следовало с нее начи¬ нать. Элис и без того лишена предрассудков, а доля в завеща¬ нии Йорка означала для нее возможность жить как следует много лет. Она строила глазки Грейндж, та строила глазки Элис — и представление разворачивается при ярком освеще¬ нии и перед наведенной камерой. Элис передает негативы Йорку, тот раскрывает карты перед Грейндж, грозя опублико¬ вать снимки, и Грейндж выходит из игры, но старое завещание придерживает, надеясь на какой-нибудь новый поворот собы¬ тий, который заставит Йорка передумать. Например, на что- то вроде топорика для мяса? Это вязалось с тем, что рассказала мне Рокси, и даже объясняло большую игру из-за снимков. Гент-младший как-то узнал о них, возможно, от сес¬ тры. Если бы ему удалось предъявить их в суде, он смог бы по¬ казать, как Элис зарабатывала свою долю, и отогнать ее от пирога. Тогда, по крайней мере, у семейки появлялись шансы 216
поделить между собой четверть наследства. С одним из враж¬ дующих лагерей разобрались. Вторым должна быть Элис. Ей нужно завладеть снимками, пока до них не добрался Гент-младший или кто-нибудь дру¬ гой. Самос лучшее средство — пообещать помощникам разде¬ лить с ними свою четверть, если они согласятся добыть для нее снимки. Здесь тоже все сходится. Только они явились с опоз¬ данием, увидели Гента-младшего, поняли, что он их обска¬ кал, налетели на него и скрылись с конвертом. Но тут принесло некстати меня, и впопыхах они конверт потеряли. Сильно затягиваясь сигаретой, я вновь мысленно выверил детали, нс упуская ничего. Вывод оставался прежним. Это мне понравилось. Вилли и Растон окликнули меня, выходя, но я только по¬ махал им. Я пытался сообразить, чем Грейндж припугнула Йорка в самом начале, что могло заставить покатиться под го¬ ру такой здоровенный снежный ком. Языки пламени лизали закопченный свод каменной пеще¬ ры. Если бы только знать, что именно прятал Йорк в стене ка¬ мина... Два тайника: здесь и в сидении кресла. Почему два? Может быть, он не хотел класть яйца в одну корзину. Или же просто спрятал что-то за камин несколько лет назад и не по¬ трудился переложить в другое место. Я с раздражением швырнул окурок в пламя и вытянул но¬ ги к огню. Секреты, секреты, сплошные секреты, черт их побе¬ ри. Я наклонил голову, разглядывая кирпичные выступы по краям почерневшего от дыма устья. Хорошее место для тайни¬ ка. Любопытно. Я встал, чтобы лучше присмотреться. Ника¬ ких неровностей в кирпичной кладке, никаких видимых стыков. Я исследовал каждый дюйм поверхности, простукивая кирпичи костяшками пальцев, но нигде не отзывалось пусто¬ той. Где-то здесь должна быть защелка. Я вновь осмотрел ли¬ нию соединения облицовки со стеной. В одном месте, на высоте плеча, виднелась затертость. Я нажал. Со щелчком распахнулась маленькая дверца. Хитро. Она скрывалась за цельным кирпичом, который точно входил в углубление. Чтобы просунуть внутрь руку, мне пришлось придержать дверцу, преодолевая сопротивле¬ ние пружины. Я пошарил в глубине, но не нашел ничего, кро¬ ме холодной кладки. Когда я вытаскивал руку, пальцы коснулись маленького клочка бумаги, застрявшего в шарнире механизма. Я высвободил его очень осторожно, потому что при первом прикосновении часть бумажки превратилась в 217
пыль. Когда я отпустил дверцу, она захлопнулась, а в руке у меня остался обрывок старой газеты. Он потемнел от времени и был готов рассыпаться. Буквы поблекли, но оставались раз¬ борчивыми. Можно было прочесть название одного нью-йорк¬ ского издания, поступившего, судя по дате, в продажу девятого октября четырнадцать лет назад. Что произошло че¬ тырнадцать лет назад? Саму газетную вырезку украли, этот кусок оторвался, когда ее доставали из тайника. Дата, всего лишь дата четырнадцатилетней давности. «Старею,— подумал я.— Такие вещи нужно схватывать на лету. Четырнадцать лет назад родился Растон». 2 Библиотека почему-то производила впечатление заброшенно¬ сти. Вдоль прохода прошаркала неопределенного возраста уборщица с щеткой и совком, высматривая, что бы тут подме¬ сти. Библиотекарша, с внешностью далеко не типичной для ее профессии, красила губы в сверхъестественный красный цвет и так увлеклась этим занятием, что не подняла глаз, пока я не постучал по столу. Ответом была торопливая улыбка, быст¬ рый оценивающий взгляд и еще одна улыбка, шире прежней. — Доброе утро. Чем могу быть полезной? — Может быть, вы сохраняете старые выпуски нью-йорк¬ ских газет? Она встала и расправила платье на бедрах, там где это вов¬ се не требовалось. — Сюда, пожалуйста... Я последовал за ней на некотором расстоянии, рассматри¬ вая ее ножки, которые прямо-таки сами напрашивались на это. Хороши были ножки. Я не мог ставить ей в упрек желание похвастать ими. Мы обогнули высокие книжные шкафы и вы¬ шли на лестницу. Девушка с красивыми ножками щелкнула выключателем и повела меня вниз. На нижней ступеньке в нос ударил затхлый запах старой кожи и бумаги. Сырость со¬ чилась по стенам, оставляя темные пятна на бетоне и собира¬ ясь капельками на металлических ящиках. — Вот,— она показала на стеллажи с пачками газет, пе¬ реложенных слоями картона. Мы отыскали старые издания «Глоба» и принялись поднимать слой за слоем. Через десять минут мы оба выглядели, как трубочисты. Девушка состроила недовольную гримасу: — Уж не знаю, что вы ищете, но я надеюсь, что оно стоит всей этой мороки. 218
— Стоит, девочка,— сказал я,— стоит. Ищите за девятое октября. Прошло еще пять минут. — Это? Я поцеловал бы сс, будь у нее почище лицо. — Оно самое. Спасибо. Она протянула газету. Я взглянул на строчку с датой и на¬ званием, потом на обрывок, который держал в руке. Одинако¬ вые. Положил газету на стол, дернул шнурок висячей лампы и стал перелистывать полосы, быстро просматривая колонки. Девушка не выдержала. — Извините... А что вы ищете? Я произнес нехорошее слово и ткнул пальцем в нижний угол страницы: — Вот здесь. — Но тут не хватает листа. Его кто-то вырвал. — Вижу. Она повторила то же самое слово, потом спросила: — Что там было? — Понятия нс имею, лапочка. Есть тут дубликаты? — Нет, мы держим только по одному экземпляру. Их ред¬ ко кто спрашивает, разве только какому-нибудь старшеклас¬ снику понадобится для сочинения. — Угу. Вырванный лист ничего нс решал. Есть же и другие библи¬ отеки. Кто-то старается выиграть время. Ладно, ладно, време¬ ни у меня сколько угодно. Больше, чем у тебя, братец. Прежде чем подняться наверх, я помог ей уложить газеты обратно на стеллажи. Мы разошлись по умывальникам, чтобы смыть пыль. Потом я закинул удочку: — Скажитс-ка, вы знаете Майру Грейндж? Да? У нее перехватило дыхание. — Я... Нет. То есть, разве это не она, я имею в виду, с ми¬ стером Йорком? Я кивнул. Девушка старалась ничем не выдать себя, но я видел, как она отчаянно покраснела при упоминании имени Грейндж. Так вот почему исчезнувшая леди проводила столь¬ ко времени в библиотеке. — Она самая,— подтвердил я.— Спускалась она когда- нибудь сюда? — Нет.— Пауза.— Нет, не думаю. Ах, да. Однажды она привела сюда мальчика... Сына мистера Йорка, но это было давно. Я ходила с ними. Они смотрели кое-какие старые руко¬ 219
писи, больше ничего. — Когда она была здесь в последний раз? — Кто вы?— ее лицо выражало испуг. В моей руке появился значок. Она задрожала, даже нс рас¬ смотрев его толком. — Грейндж приходила... примерно неделю назад. Я пристально посмотрел на нес. Не то. Чересчур давно. Спрошу иначе. — Когда вы встречались с ней в последний раз? Вопрос попал в цель. Она поняла, что о Майре Грейндж я знаю, а о ней самой догадываюсь. Лицо снова вспыхнуло ру¬ мянцем, но теперь он быстро поблек, а в глазах мелькнул страх. — Не-неделю назад, я же сказала. Я поблагодарил се и вышел. Мисс «красивые ножки» на¬ хально врала, хотя невозможно было осуждать ее за это. На воде начали появляться пузырьки, еще немного — и она закипит от дождя. Нужно закончить два дела перед отъез¬ дом в Нью-Йорк, одно из них — просто ради собственного удовольствия. Первую остановку я сделал в аптеке. Из-за стеклянной перегородки вышел толстый приземистый человек и пробормотал приветствие. Я бросил перед собой на прилавок таблетки, которые взял у Генри. — Их принимали вместо аспирина. Вы можете сказать, что это такое? Он взглянул на меня и пожал плечами, беря одну из табле¬ ток. Осторожно прикоснулся языком к белой поверхности, понюхал. — Точно не аспирин,— сказал он.— У вас есть какие-ни¬ будь догадки на этот счет? — Я бы сказал, снотворное. Один из барбитуратов. Аптекарь кивнул, ушел к себе за перегородку и вернулся минут через пять. — Вы правы,— сказал он. Я бросил на прилавок две пятидолларовые бумажки и за¬ брал оставшиеся таблетки. Лихо сработано, убийца, хитрости тебе не занимать. Будет весело, когда этот предусмотритель¬ ный тип окажется на мушке. Интересно, хватит ли у него со¬ образительности, чтобы сделать попытку убрать меня. Взад-вперед, взад-вперед, как качели. От похищения к убийству, от убийства к мелким пакостям, и снова назад, к по¬ хищению. Слишком много деталей. Они служили убийце по¬ кровом. А первоначальный мотив здесь есть, просто затерялся в путанице событий. Он мог быть случайным, этот взрыв бес¬ 220
смысленных с виду преступлений, а если причины и были, убийца мог угадать их и использовать в своих интересах. Нет, таких умников не бывает. Преступление чем-то напоминает заразу — распространяется не хуже гриппа. Все началось за¬ долго до похищения Растона. Сейчас казалось, будто прошли месяцы... А на самом деле — лишь пара коротких дней. По дороге в Бустер я так и эдак перебирал в уме каждую мелочь, но итог был один: либо я дурак, либо убийца чертов¬ ски хитер. Надо найти Мэллори, надо найти Грсйндж, надо найти убийцу, если его нет среди этих двоих. Потом я перестал ломать голову и сосредоточился на доро¬ ге. С каждой милей меня все сильнее разбирала злость, я бес¬ прерывно курил, пока не стал дышать дымом, как заводская труба... Бустер ожил. По улицам шла шумная, веселая толпа, ли¬ музины возмущенно ревели на машины поскромнее, требуя уступить дорогу, и непрерывный людской поток устремлялся в двери магазинов. Перед домом Элис было достаточно места, чтобы поста¬ вить машину. Я вошел в холл, живо вспомнив удар по голове. Коротко позвонив, проворно поднялся по лестнице, но Элис оказалась еще быстрее. Она уже стояла в дверях и улы¬ балась в ожидании поцелуя. Я не поцеловал се, бросив только: — Привет, Элис. Она занервничала, улыбка угасла: — Что случилось, Майк? — Ничего, детка, ровным счетом ничего. А в чем дело? — Ты как будто недоволен. Я вошел, не снимая шляпы. Элис потянулась к графину, но я остановил ее, швырнув на стол конверт: — Ты, кажется, это искала? — Я? Она вытащила из конверта один снимок, побледнела и сра¬ зу вложила его обратно. Я ухмыльнулся и съязвил: — В награду за прошлую ночь. — Теперь можешь уходить. — Не-ет, не сразу. Она проследила за моим взглядом. В пепельнице лежало четыре окурка, два в помаде, а остальные не моей марки. Элис хотела предостерегающе крикнуть, но не успела. Я ударил ее по губам тыльной стороной ладони, она упала на ди¬ ван, задохнувшись от внезапной боли. Я резко повернулся, подошел к двери в спальню и распахнул ее пинком ноги. На краю постели сидел с сигаретой в зубах Уильям Грэм собст¬ 221
венной персоной. Лицо его было расцарапано колючками лес¬ ного шиповника. Краска мгновенно сбежала с его физиономии. Я с размаху врезал ему в нос. Кровь так и хлестнула мне на пиджак. Он взмахнул руками, пытаясь оттолкнуть меня, но я снова дви¬ нул ему в нос, и еще раз, и еще раз, пока эта часть лица нс пре¬ вратилась в мокрую бесформенную массу, хлюпавшую под ударами. Потом принялся обрабатывать то, что еще уцелело от его физиономии: награждал затрещинами, дубасил кула¬ ком, а напоследок нанес жесткий удар ребром ладони. Уильям обмяк и повис на моей руке с запрокинутой головой и широко открытыми глазами. Я отпустил его, и Грэм осел на пол бес¬ форменной грудой. Понадобится заплатить тысчонку долла¬ ров хирургу, чтобы сделать это лицо прежним. Элис все слышала. Когда я вошел в гостиную, она прята¬ лась за креслом, в ужасе припав к полу. Это не остановило ме¬ ня. Я выдернул ее одним рывком, платье лопнуло снизу доверху. — Только попробуй соврать мне, Элис,— предупредил я,— и будешь выглядеть так же, а то и хуже. Ты подговорила его пристукнуть меня, да? Она беззвучно кивнула. — Ты сказала ему, что его имени нет в завещании, но ес¬ ли они с братом найдут снимки и отдадут тебе, ты поделишься с ними своей долей? Она опять кивнула. Я оттолкнул ее: — Йорк сам составил завещание. Это его деньги, и мне пле¬ вать, как он ими распорядился. Забирай свою долю и катись с ней ко всем чертям. Да тебе и так прямая дорога туда. Скажи Арту¬ ру, что я ищу его. Если найду, сделаю похожим на брата. Когда я уходил, она выглядела старухой. Закрывая дверь, я слышал, как Уильям стонет, булькая кровью. Удачная встреча. Я был доволен. Больше нс будет никаких вражеских набегов из этого лагеря. Краснокожие разбежались, испари¬ лись, сгинули. В истории с братьями Грэм оставалось неясным только од¬ но: кто из них стрелял в Рокси и почему? Будь я проклят, если слышал выстрел. Они так спешили унести ноги, что им было не до стрельбы. И вообще, они стреляли бы в меня, а не в окно. Я ни в чем не был уверен, но, если бы мне предложили побить¬ ся об заклад, я сказал бы, что в ту ночь ни один из них не де¬ ржал в руках пистолета. Как раз вот такие мелочи больше всего сбивали меня с тол¬ ку. Нужно было сделать какой-то выбор и держаться версии до 222
конца. -Пядно, решено. Грэмы отпадают. Стрелял кто-то другой... После красивых сельских пейзажей Нью-Йорк выглядел уныло. Я не думал, что трава и деревья неприятного желчно¬ зеленого цвета способны произвести такое впечатление. За¬ полненные людьми улицы и нескончаемый гомон голосов почему-то вызывали гнетущее чувство. Я вкатил на стоянку, потом зашел в большую аптеку на Центральной улице и позвонил в Сайдон. К телефону под¬ ошел Харви, которому я поручил присмотреть, чтобы мальчу¬ ган оставался в комнате вместе с Рокси и Вилли, и записывать, кто мне будет звонить. Вторая монета, брошенная в щель, сое¬ динила меня с капитаном Патом Чемберсом из отдела по рас¬ следованию убийств. — Привет, дружок,— сказал я,— это дядя Майк. — Наконец-то соизволил брякнуть. Я уже начал думать, что ты ухлопал очередного гражданина и теперь в бегах. Ты где? — Рядом с Таймс-сквер. — Зайдешь? — Нет, Пат. Мне тут нужно кое-чем заняться. Слушай, как насчет того, чтобы встретиться у библиотеки? Возле входа с Западной тридцать третьей. Важное дело. — Ладно. Только так, через полчаса. — Хорошо. Я повесил трубку. Пат для меня — первый человек. Коп, каких мало, дошлый и упорный. С виду он больше похож на светского джентльмена, но на этом сходство кончается. Сооб¬ ражает не хуже вычислительной машины, имеет прирожден¬ ные способности к полицейской работе плюс возможности лучшего в мире департамента полиции. Обычно городские ко¬ пы не якшаются с частными ищейками, но мы с Патом дружи¬ ли давно, с одним только перерывом. Полагаю, тут дело во взаимном уважении. В стоячей забегаловке я перехватил пару бутербродов с со¬ сисками и лимонад, а оттуда подался в библиотеку. Пат как раз вылезал из патрульной машины. Мы пожали друг другу руки и с минуту поговорили о том о сем, потом Пат спросил: — Так что у тебя? — Давай зайдем внутрь, там будет удобнее. Через тамбур мы вошли в читальный зал. Понизив голос, я спросил: — Пат, ты слышал когда-нибудь о Рудольфе Йорке? — Ну? — Значит, слышал.— Я вкратце рассказал ему всю исто¬ 223
рию и добавил:— Теперь хочу посмотреть, что было на вы¬ рванной странице. Газета должна храниться здесь. Возможно, всплывет что-нибудь такое, в чем ты сумеешь мне помочь. — Например? — Пока не знаю, но ведь полицейские архивы заведены не вчера, правда? Скорее всего, эта каша заварилась четыр¬ надцать лет назад. У меня не такая длинная память. — Ладно, давай посмотрим, что нам удастся раскопать. Пат показал свой значок, и в обход заведенным порядкам нам тут же дали сопровождающего, с которым мы прошли в хранилище. Пожилой дядя в линялом синем халате направился к шка¬ фу, выдвинул ящик и с первой попытки выудил нужный вы¬ пуск. Он указал на стол и пододвинул стулья. Когда я открывал газету, руки дрожали от возбуждения. Есть! Две колонки сбоку полосы. Две колонки текста дюй¬ мов в шесть высотой и фото Йорка, сделанное, когда он был намного моложе. На четырнадцать лет моложе. Крупный за¬ головок ошеломил меня, как удар: ОТЕЦ ОБВИНЯЕТ УЧЕНОГО В ПОДМЕНЕ РЕБЕНКА Херрон Мэллори, чья жена родила семифунтового маль¬ чика, умершего двумя неделями позже, обвинил Рудольфа Йорка, известного ученого, в подмене младенца. Мэллори за¬ явил, что умер сын Йорка, а не его. Это утверждение он ос¬ новал на том факте, что видел своего ребенка сразу же после родов и позднее узнал его в том малыше, которого показыва¬ ли Йорку. (Ранее Мэллори было сказано, что его ребенок умер.) Администрация отрицает возможность такой ошиб¬ ки. Старшая медсестра Рита Кэмбелл поддержала опровер¬ жение, заверив как Йорка, так и Мэллори, что она заведовала отделением в течение двух дней и видела обоих новорожденных, а также их опознавательные браслеты. Миссис Йорк умерла при родах. Я тихо, протяжно свистнул. Мяч перешел на середину по¬ ля. Пат предложил поискать продолжение и мы взяли следую¬ щий номер. На четвертой странице была напечатана маленькая, в одну колонку, заметочка, в которой просто сооб¬ щалось, что Херрона Мэллори, мелкого воришку и бывшего бутлегера убедили взять обратно обвинение против Рудольфа Йорка. По-видимому, решили, что с таким прошлым ему не под силу тягаться со столь солидным гражданином, как Йорк. На том все и кончилось, по крайней мере, тогда. У Йорка имелась чертовски веская причина позеленеть 224
при упоминании имени Мэллори. Пат постучал пальцем по заметке: — Что ты об этом думаешь? — Может, в точку... А может, и случайность. Не пред¬ ставляю, для чего было Йорку выкидывать такой фортель. — Причину можно найти. Йорк был уже немолод, когда родился ребенок. Может, ему до смерти хотелось иметь на¬ следника. — Я думал об этом, Пат, но здесь не сходится одно. Если бы он затеял подмену, то, при его познаниях в генетике, на¬ верняка подыскал бы ребенка с более благоприятной наследст¬ венностью, тебе не кажется? — Да, если подмену совершил он сам. Но если он поло¬ жился на кого-то другого — медсестру, например,— над вы¬ бором могли особенно не затрудняться. — Но сестра утверждала... — Йорк был очень богат, Майк. — Ясно. Надо учесть и другое. Мэллори — жулик. Когда умер его ребенок, он мог смекнуть, какие возможности ему светят, если поднять шум и вцепиться в Йорка. Мэллори рас¬ считывал, что тот крупно раскошелится, лишь бы погасить не¬ выгодную рекламу. Как тебе этот вариант? — Неплохо, Майк, очень неплохо. А сам-то ты в какую версию веришь? Я вспомнил лицо Йорка в тот момент, когда он услышал имя Мэллори. Страх, абсолютный страх и ненависть. Твердо¬ каменный Йорк. Он не уступил бы ни дюйма, если бы Мэлло¬ ри пустил в ход какой-нибудь заурядный шантаж. Как раз он-то и обратился бы в полицию. — Ребенка подменили, Пат. — Это приводит нас к Мэллори. Я кивнул. — Должно быть, он долго ждал подходящего момента. Дождался, пока парнишка стал для Йорка и публики дороже золота, и тогда сцапал его. Только он недооценил мальчугана и провалил дело. Когда Йорк бросился к Грейндж, Мэллори поехал за ним вслед и раскроил череп, опасаясь, что тот дога¬ дается, кто приложил руку к похищению. — Ты пробовал выяснить происхождение топорика? — Нет, такой можно купить в любой посудной лавке, к тому же он далеко не новый. Отыскать его след почти невоз¬ можно, нет смысла возиться. Прайс займется, но я, откровен¬ но говоря, считаю это пустым делом. Зачем вырвали газетную страницу в сайдонской библиотеке — вот чего никак не могу 225 8-884
взять в толк. Ведь на этом даже времени много не выиграешь. — Это должно иметь какое-то значение. — Ничего, докопаемся. Не посмотришь ли для меня све¬ дения о Мэллори по картотеке? Как ты считаешь, есть у нас что-нибудь? — Должно быть, Майк. Поехали в управление. Если его хоть раз задерживали, он у нас зарегистрирован. — Порядок. Мы удачно поймали такси, стоявшее перед светофором на углу Пятой и Сорок второй. Пат дал водителю адрес и отки¬ нулся на спинку сиденья. Через пятнадцать минут мы вышли перед старомодным зданием из красного кирпича и поднялись на лифте на третий этаж. Я ждал в кабинете, пока Пат не вер¬ нулся с папкой под мышкой. Он расчистил стол взмахом руки и вытряхнул содержимое на стол. Пачку бумаг скреплял металлический зажим. Досье было не толстым. На первой странице под отпечатанным на машин¬ ке именем Херрона Мэллори сообщались данные о нем и его первом аресте. Родился в 1907 году в Нью-Йорк-Сити от рус¬ ско-ирландских родителей. В возрасте двадцати лет обвинен в вождении машины без водительских прав. Это было только начало. Он поднялся до торговли спиртным, воровал по мело¬ чам, подозревался в участии в налете на склад конкурентов, сопровождавшемся убийством, и в вооруженном грабеже. Уйма обвинений и красивый перечень приостановленных дел, а внизу страницы лаконичное «осужден не был». У него имел¬ ся либо хороший адвокат, либо влиятельные друзья. На следу¬ ющей странице красовались фото, в фас и профиль, темноволосого худощавого типа, с глазами и ртом, с которых с самого рождения поселилась наглая улыбка. Я поднес снимки к свету, желая получше рассмотреть, од¬ нако, как я их ни вертел, лицо мне ни о чем не говорило. Пат спросил: — Ну? — Пустой номер. Или я никогда его нс видел, или он здо¬ рово изменился с возрастом. Я этого типа не знаю. Он протянул машинописный рапорт. Рапорт, который не пошел дальше полицейской канцелярии. Я прочел. Это было изложение жалобы Мэллори, который обвинял Йорка в похи¬ щении ребенка. Кем бы ни был Мэллори, в его заявлении слы¬ шалась нотка искренности. В деле имелась также написанная от руки, на бланке больницы, объяснительная записка стар¬ шей медсестры Риты Кэмбелл, коротко отвергавшей обвине¬ ние как абсолютно ложное. Заявление Риты Кэмбелл звучало 226
достаточно агрессивно и уверенно, чтобы убедить любого: Мэллори порет чушь. Красиво, нечего сказать. Я никогда не участвовал в таких делах, но абсолютно уверен, что для работников больницы ро¬ дители — попросту никто. Новорожденного они видят минуты две, притом через стеклянное окошечко в двери и не больше одного раза. Конечно, за это время можно запомнить своего ребенка, но все младенцы выглядят, в общем, одинаково. Од¬ нако для медсестры, которая фактически распоряжается жиз¬ нью детей, каждый имеет свое лицо. Вряд ли она ошибется... Разве что ей заплатят за ошибку. Черт побери, это можно до¬ пустить, если не знать медсестер. Они ведь подчиняются тому же жесткому профессиональному кодексу, что и врачи. Жен¬ щина, посвятившая свою жизнь этому делу, вряд ли относится к тем, кого легко соблазнить долларом. Черт, я совсем запутался. Сначала был уверен, что про¬ изошла подмена, теперь уверенности поубавилось. Пат заме¬ тил мои колебания. Он и сам думал о том же. — Ну вот, Майк, больше я ничего не сумею сделать, пото¬ му что это вне моей компетенции, но если я могу хоть как-то тебе помочь,— скажи. — Спасибо, малыш. В общем-то, не имеет большого зна¬ чения, была подмена или нет. В этой истории фигурирует Мэллори. Чтобы подвинуться хоть на шаг, мне придется найти или Мэллори, или Грейндж, но не спрашивай, как. Если она попадется Прайсу, у меня будет шанс поговорить с ней, но ес¬ ли Дилвик его обскачет, я получу от ворот поворот. У Пата был кислый вид. — Дилвику место в тюрьме. — Дилвику место в могиле. Он сволочь. — И все же он представляет закон, а тебе известно, что это значит. — Угу. Пат начал собирать бумаги в папку, но я остановил его: — Дай-ка, еще раз погляжу, ладно? — Пожалуйста. Я быстро пролистал, потом покачал головой. — Нашел что-нибудь знакомое? — Нет... Как будто, нет. Вертится одна мыслишка, да ни¬ как не ухвачу. А, черт с ней. Забирай. Мы вместе спустились вниз и в дверях пожали друг другу руки. Пат взял такси, я взял следующее и доехал до угла Пятьдесят четвертой и Восьмой, а оттуда пешком дошел до стоянки. День прошел не впустую. Я все ближе подбирался к 227
сути дела. Ко всему прочему добавилась еще и вероятность подмены новорожденных. Теперь дело пойдет веселей, ведь обнаружился лежащий в основе всего скрытый мотив, глубо¬ кий и бесконечный, как океан. До сих пор я шарил вслепую, ловя кончики нитей, которые никуда не вели. С этим поконче¬ но. Вот он, кусок мяса, который можно съесть. Но сперва его надо разжевать и разжевать хорошенько, а то не проглотишь. В голове до одури стучал один и тот же вопрос: досье. Что было в досье? Чем-то оно меня заинтересовало, но чем? Я про¬ смотрел бумаги достаточно внимательно, все сопоставил, но о чем забыл? Ну его к черту. Повернул ключ зажигания и нажал на стартер... 3 Возвращаясь в Сайдон, я не превышал скорости в пятьдесят миль и только один раз остановился наскоро перекусить и заправиться. Когда-нибудь выберу денек и пообедаю по-на¬ стоящему. Когда-нибудь. За три мили до города я свернул на развилку, потом вырулил на магистраль. Доехав до полицей¬ ского управления штата, перемахнул через бетонку и остано¬ вился на посыпанной гравием площадке. По крайней мере на этот раз я застал Прайса на месте. С ним был Дилвик. Я поздоровался с Прайсом и едва кивнул Дилвику. — Паршивая сволочь!— тихо пробормотал он. — Заткнись, свинья. — Пожалуй, вам обоим лучше заткнуться,— спокойно вмешался Прайс. Я кинул шляпу на стол и взял сигарету. Подождав, пока я раскурю ее, Прайс ткнул пальцем в жирного копа. — Майк, он хочет поговорить с тобой. — Послушаем,— согласился я. — Не здесь, умник. Я думаю, от тебя быстрее добьешься толку в участке. Я не хочу, чтобы мне мешали. Это был намек в адрес Прайса, и сержант моментально среагировал. — Отпадает!— пролаял он.— Пока я здесь, Хаммер — под моей юрисдикцией. Не забывайте об этом. Казалось, Дилвик бросится сейчас в драку, и я сильно на это надеялся. Мне нс терпелось дать ему взбучку. Но шансы были слишком неравные. Он испепелил Прайса убийственным 228
взглядом. — Я ничего не забуду,— прошипел коп. Прайс сразу взял быка за рога: — Дилвик говорит, будто вы влезли в квартиру Грейндж и унесли что-то важное. Что вы на это скажете, Майк? Я криво усмехнулся Дилвику: — Правда? — Правда, и ты сам это отлично знаешь! Ты лучше... — С чего ты взял, будто это было что-то важное? — Иначе оно не пропало бы, вот с чего. — Черт возьми! — Цогодите, Майк,— вмешался Прайс.— Что вы там прихватили? Я видел его старание сохранить невозмутимое выражение лица. Ему нравилось, как я дразню Дилвика. — Я мог бы помалкивать, дружище, и он ни черта не до¬ казал бы. Держу пари, вы не нашли ни одного моего отпечат¬ ка, верно, Дилвик?— Лицо копа все больше багровело.— И вы так обложили дом, что туда никто не сумел бы пробраться, ты ведь так считал, а?— Еще немного, и Дилвик лопнул бы по швам.— Конечно, я там был, ну и что? Я нашел то, что вы проглядели вдесятером. Я полез в карман и вытащил оба завещания. Дилвик про¬ тянул дрожащую руку, но я передал их Прайсу. — Вон то, старое, лежало в квартире Грейндж. Оно ниче¬ го не стоит, потому что другое написано позже. Пожалуй, его надо где-то зарегистрировать. Дилвик не сводил с меня цепкого взгляда. — Откуда взялось второе? — Так я тебе и сказал. Я зазевался. Дилвик чуть не свернул мне голову оплеухой. Я ударился боком о подлокотник кресла и не успел выпря¬ миться, как Дилвик сгреб меня за рубашку. Прайс перехватил его руку, занесенную для нового удара. Я отшвырнул кресло ногой и вырвался, но в тот же миг Прайс встал между нами. — Пустите, Прайс!— заорал я. — Черт возьми, я же сказал, прекратить! Дилвик неохотно отступил. — Я тебе это припомню, Дилвик,— сказал я.— Такая вы¬ ходка не пройдет тебе даром. Удивительно, как у него хватило духу полезть на меня по¬ сле той трепки, которую я задал ему в прошлый раз. Может, он надеялся, что я потянусь за пушкой... Вот было бы здорово! 229
Он мог прихлопнуть меня как миленького и объяснить это де¬ лом, касающимся только полиции. — Может, в следующий раз ты будешь отвечать, когда те¬ бя спрашивают, Хаммер? Ты тут провернул немало темных делишек, и мне от тебя тошно. А вы, Прайс, так с ним церемо¬ нитесь, будто он носит значок. Вы связали мне руки, но нена¬ долго, стоит мне только захотеть... — В один прекрасный день вы зайдете слишком далеко.— Сержант говорил почти шепотом.— Думаю, вам понятно, о чем я говорю. Судя по всему, Дилвик понял. Его губы сжались в тонкую линию, а глаза полыхали, но он придержал язык. — А теперь, если вам нужно что-то сказать, скажите, как положено. С заметным усилием, сдерживая бешенство, Дилвик кив¬ нул. Он снова повернулся ко мне. — Где ты взял второе завещание? — Так я тебе на это и ответил,— повторил я. — И вы спустите это ему с рук, Прайс? — Скажите ему, Майк. — Я скажу вам, Прайс. Он может послушать. Я нашел его в личных вещах Рудольфа Йорка. Минут на десять они занялись содержанием завещаний, а я отошел в сторону. Прайс лишь бегло просмотрел бумаги, но Дилвик вел себя иначе. Он внимательно прочел их, потом пе¬ речитал еще раз. Видно было, как подергивались мускулы вокруг его рта, пока он соображал про себя. Нет, я ни на волос не сомневался в Дилвике, не считал его глупее, чем он есть. Дважды взгляд Дилвика отрывался от бумаг. Сейчас он кое-что преподнесет. И он преподнес: — Здесь можно вычитать убийство,— процедил коп. Прайс резко обернулся. - Да? — Хаммер, сдается мне, ты влип. — Здорово. Вот радость-то для тебя. Валяй, послушаем. — Раскройте уши, Прайс, и слушайте хорошенько. Из этого типа да бабенки Николс вышла бы неплохая команда. Чертовски неплохая. Ты думал, что я не узнаю про снимки, верно, Хаммер? А я вот узнал. И знаешь, на что это, по-моему, похоже? Похо¬ же, Николс шантажом заставила Грейндж уговорить Йорка изменить завещание. Стоило Йорку увидеть снимки, и репу¬ тация Грейндж полетела бы ко всем чертям, она потеряла бы место и свою долю наследства вдобавок. Ну, а поладив с ма¬ лышкой Николс, она лишилась бы одного наследства. 230
я кивнул: — Кругло выходит, только я-то тут с какого боку? — В самой середине, а не с боку. Грейндж как-то заполу¬ чила карточки. Только Николс обошла ее и сказала Йорку, будто Грейндж ее шантажирует. Йорк взбесился и накинулся на Грейндж потому, что уже положил глаз на свою хорошень¬ кую маленькую племянницу, однако Грейндж его кокнула. Тогда Николс снюхалась с тобой, ты кокнул Грейндж и забрал у нее снимки и завещание. Теперь ты его показываешь, Ни¬ колс огребет кучу денег и поделится с тобой. Вышло не так плохо, как я ожидал. Дилвик выжал из кого- то уйму верных фактов, да вот соединил их не так. Да, шуст¬ рый, слов нет. Много народу обегал, пока все раскопал, и теперь надеется, что мне не вывернуться. Прайс подал голос: — Что скажешь, Майк? Я ухмыльнулся. — Аккуратное дельце он состряпал.— Я взглянул на ко¬ па.— Как будешь доказывать? — Не твоя забота,— огрызнулся он.— Докажу, не бойся. Пожалуй, заберу-ка я тебя прямо сейчас с тем, что есть. Хва¬ тит и этого, вот и Прайс спорить не станет. — Угу. Хватит... минут на пять. Ты уже нашел Грейндж? Он не ответил. — Точка,— рассмеялся я,— нет трупа, нет и Майка Хам¬ мера. — Ошибаешься, Хаммер. При истечении определенного срока и при наличии достаточных указании на факт смерти можно обойтись без трупа. — Он прав, Майк. — Тогда ему придется порушить мое алиби, Прайс. Оно у меня очень даже крепкое. — Где ты был вчера, когда ушел из квартиры Элис? Братцы, как же я не догадался. Дилвик прицепил стервеца Грэма, и ублюдок наплел всякой всячины. Десять к одному, он сказал Дилвику, будто нс видел меня. Вот что получается, когда наживаешь себе врагов. Если Грэм думал, что может ме¬ ня утопить, он не упустил бы случая. И Элис тоже, если на то пошло. Но к стенке меня еще не приперли. — Ладно, Дилвик, повозись с моим алиби. Оно тебе изве¬ стно. Но я готов спорить, что сумею прочистить мозги твоим свидетелям. — Ничего ты не сможешь сделать, сидя в камере. — Сперва посади меня туда. Вряд ли получится. В любом 231
случае хороший адвокат вдребезги разнес бы твоих трепачей на суде, и ты это понимаешь. Ты просто тянешь время, Дил- вик. Кого испугался? Боишься, что я испорчу твою игру? — Ты у меня добьешься своего, бандит. Прайс снова вмешался в перепалку: — Хватит, Дилвик, если у вас есть против него улики, представьте их через официальные каналы, только не ошиби¬ тесь. Вы и ваша банда чересчур зарвались, добром это не кон¬ чится. Я не вижу причин ограничивать свободу действий мистера Хаммера, потому что знаю его... и вас тоже. — Спасибо, дружище. Дилвик зло нахлобучил шляпу и с громким топотом вы¬ шел из комнаты. Теперь следовало быстрее поворачиваться, иначе я не успею. Мой жирный приятель будет действовать весьма энергично, надеясь засадить меня в каталажку. Когда дверь с грохотом захлопнулась, я улыбнулся сержанту. Он от¬ ветил такой же улыбкой. — Где вы были? — В Нью-Йорке. Пробовал созвониться с вами перед отъездом, но не застал. — Я знаю. Мы получили с дюжину сообщений от людей, якобы видевших Грейндж, и я ездил проверять. — Ну и как? — Пустой номер. Несколько человек обознались, а паре придурков хотелось погонять полицию. Что вы узнали? — Много чего. Пришлось снова вернуться к похищению. С него заварилась вся каша, здесь и надо искать концы. Растон вовсе не сын Йорка. Настоящий сын умер во время родов и его подменили другим. Отец новорожденного был мелким уголов¬ ником. Вначале он подал жалобу, но по ходу дела его отгово¬ рили. Все очень чисто сработано, однако мне кажется, убийство назревало все эти четырнадцать лет. В следующие полчаса я рассказал ему то, что знал сам, на¬ чиная с посещения местной библиотеки. Прайс во многом по¬ ходил на Пата. Он сидел молча, внимательно слушал и усваивал. Время от времени кивал, но ни разу не прервал, по¬ ка я не закончил. Тогда он заметил: — Выходит, нужно заняться этим Мэллори. — Точно, но о нем ничего не известно. В последний раз его видели спустя несколько дней после подмены ребенка. — Человек может сильно измениться за четырнадцать лет. — Вот и я так думаю,— согласился я.— Первым долгом надо сосредоточиться на розыске Грейндж. Живая или мерт¬ вая, она поможет нам сдвинуть расследование с места. Ведь не 232
зря она пропала. — Хорошо, Майк, я сделаю все, что от меня требуется. Мои люди до сих пор шарят в канале и прочесывают округу. Чем займетесь вы? — Хорошо бы повидаться кое с кем из верного клана Йор¬ ков. Как по-вашему, сумеете вы на это время оградить меня от Дилвика? — Постараюсь, хотя многого не обещаю. К сожалению, за¬ коны составлены из слов, которые толкуются, так сказать, ско¬ рее по букве, чем по духу. Я перехвачу Дилвика, если удастся, но вы все же по возможности не упускайте его из виду. Мне не¬ зачем объяснять, что у него на уме. Настоящая мразь. — Редкостная. Ладно, я буду держать с вами связь. Спасибо за поддержку. При нынешней раскладке зевать мне не прихо¬ дится, не то Дилвик пристроит меня на казенную квартиру... Когда я вышел из управления, сумерки опустились на зем¬ лю, как серое одеяло. Я сел в машину и выехал на шоссе. Там повернул в сторону зарева, обозначавшего огни Сайдона, и скоро въезжал в город. Я отправился бы прямиком в усадьбу, если бы не проезжал мимо библиотеки, где все еще светились огни. Я действовал просто по наитию, но так бывало и раньше, и всегда с неплохим результатом. Тормознул, дал задний ход и припарковался перед зданием. Войдя, увидел за столом де¬ вушку, но не ту, с которой говорил в прошлый раз. У этой ноги походили на фонарные столбы... Надеясь найти «ножки» в од¬ ном из читальных залов, я обошел все помещение, но кроме пожилого солидного джентльмена, двух учительниц, судя по их виду, да каких-то ребятишек, там никого не было. Для очистки совести я заглянул в подвал, но свет там не горел,— а я не думал, что она захочет сидеть в темноте, пусть даже с Грейндж. Слишком уж могильный дух стоял в подвале. Девушка, сидевшая за столом, спросила: — Вы что-нибудь ищете, сэр? Может, я могу помочь? — Может быть. Я постарался изобразить растерянность. — Как раз это я и забыл. Девушка, которая была здесь ут¬ ром, все мне подобрала, а теперь я никак ее не найду. — О, вы имеете в виду мисс Кук? — Да, да,— подхватил я,— именно ее. Она сейчас здесь? Теперь уже библиотекарша выглядела растерянной: — Нет, ее нет. Днем она ушла домой на ленч и больше не возвращалась. Я заступила на работу пораньше, чтобы заме¬ нить ее. Мы искали мисс Кук по всему городу, но никто ее не 233
видел. Так странно. Горячо, совсем горячо. В моей голове зазвучали маленькие колокольчики. Колокольчики, которые позванивали, звони¬ ли, гудели, разбиваясь на мелкие кусочки. Варево станови¬ лось все горячее, и я держал в руках мешалку. — А где она живет? — Да за два квартала отсюда, на Спайдер-авеню. Позво¬ нить ей? Может быть, она уже дома. Я в это не верил, но спорить не стал. — Да, пожалуйста. Она сняла трубку и набрала номер. Послышался гудок, по¬ том женский голос на другом конце провода: «Нет, мисс Кук еще не приходила. Да, я попрошу ее позвонить, как только она появится. Да, да, всего хорошего». — Ее там нет. — Я так и понял. А, ладно, наверное, она встретила кого- нибудь из своих приятелей. Я загляну завтра. — Хорошо. Сожалею, что не смогла вам помочь. Сожалеет. Все сожалеют. Очень скоро кое-кто будет так сожалеть, что сдохнет от этого. Спайдер-авеню находилась в ти¬ хом жилом районе и представляла собою ряд особняков из бурого песчаника, которые не раз подвергались косметической обра¬ ботке, но остались такими же, как и прежде. В конце улицы ютилась маленькая бакалейная лавка, зажатая между двумя зданиями. Коренастый человек в грязном белом фартуке вно¬ сил в помещение ящики с овощами, готовясь закрывать лавку. Я поровнялся с ним и свистнул. Когда он оглянулся, я спросил: — Знаете такую мисс Кук? Она библиотекарь. Я забыл, в котором доме она живет. — Как же, знаю,— он указал вдоль улицы:— Видите вон ту машину под фонарем? Вот, а наискосок от нее, через улицу он и есть, дом-то. Хозяйка там — старая миссис Бакстер, она не любит шума, так что вы лучше не сигнальте. Я поблагодарил его и, проехав дальше, остановился позади указанной машины. За исключением окон с улицы на первом этаже, весь дом был погружен в темноту. Я взбежал по сту¬ пенькам и посмотрел на дверной звонок. На табличке фами¬ лия миссис Бакстер значилась вместе с четырьмя другими, но звонок был только один. Я нажал на кнопку. Должно быть, хозяйка дожидалась за дверью, потому что сразу открыла. — В чем дело? — Миссис Бакстер? 234
- Да. — Я ищу мисс Кук. Мне сказали... — И кто ее только не искал. Весь день телефон сводит ме¬ ня с ума. Сперва один тип, потом второй. Когда она вернется, я с ней серьезно поговорю. — Можно войти, миссис Бакстер? — Зачем? Ее нет дома. Если бы она не оставила здесь все свои вещи, я сказала бы, что она улизнула! Одному богу изве¬ стно, почему. Я не мог торчать на пороге и спорить с ней. В мою руку скользнул бумажник, который я приоткрыл, дав ей увидеть блеск металла. Значок — чудодейственная штука, даже когда он ровно ничего не значит. Ее взгляд метнулся с моей руки на лицо, потом она нервно облизнула губы и отступила в сторону. — С ней... с ней что-нибудь случилось? — Мы не знаем.— Я захлопнул дверь и проследовал в го¬ стиную.— В котором часу она отсюда вышла? — Сразу после ленча. Примерно без четверти час. — Она всегда ест дома? — Только ленч. Приносит всякие продукты и... ну, вы знаете. По вечерам она ходит обедать со своими приятелями. — Вы видели, как она входила? — Да. Хотя нет. Видеть не видела, но слышала, как она ходила наверху и спускалась по лестнице. Она всегда так то¬ пает на своих высоких каблуках через две ступеньки сразу, как же мне не слышать. — Ясно. Не возражаете, если я взгляну на ее комнату? Похоже, она замешана в одном деле, которым мы занимаемся, и нам бы не хотелось, чтобы с ней что-нибудь случилось. — Выдумаете... — Я знаю не больше вашего, миссис Бакстер. Где ее комната? — На втором этаже, сзади. Она никогда не запирает дверь, так что вы можете войти. Я кивнул и стал подниматься по лестнице, а глаза старуш¬ ки буравили мою спину. Она оказалась права. Когда я повер¬ нул ручку, дверь отворилась. Я закрыл ее, включил свет и с минуту стоял посреди комнаты, осматриваясь. Комната как комната, маленькое опрятное девичье жилье. Все на своих ме¬ стах, никакого беспорядка. Платяной шкаф плотно увешан одеждой, включая вполне приличную норковую шубу в пласт¬ массовом мешке. В ящиках комода все было так же аккуратно уложено. Ничего не взято. Черт возьми, ее тоже похитили! Я с такой силой задвинул ящик комода, что опрокинул стоящие рядом флакончики. По¬ 235
чему я не зашел к ней раньше? Вот кто мог бы подтвердить алиби Майры Грейндж. Ну конечно же! И кто-то изо всех сил старался не дать Майре обелить себя. Девушка и не думала сбегать, иначе не оставила бы здесь всю одежду. Она вышла из дому, собираясь вернуться на работу, и где-то на пути в библи¬ отеку ее перехватили. Отлично, просто здорово. Я свалял большого дурака, выпустив события из-под контроля. Кроме меня, еще кто-то знал, что они с Грейндж были не просто хо¬ рошими знакомыми. Этот кто-то либо следил за мной, либо сам нашел сюда дорогу. Письменный столик с креслом занимали угол комнаты ря¬ дом с кроватью. Я открыл крышку маленького бюро и быстро просмотрел бумаги, аккуратно разложенные по отделениям. Оплаченные счета, листок с заметками, какие-то письма. Первые три письма прислал из рейса некий моряк. Очень де¬ ловитые, совсем не похожие на письма моряка. Видимо, родст¬ венник или просто олух. Следующее письмо ошарашило меня. Я пробежал его глазами и почувствовал, как на лице выступил пот. Абзац за абзацем шли жаркие, страстные признания в любви... нежные имена... и снова любовь, экзотическая, при¬ чудливая. Грейндж подписалась внизу одними инициалами. Пряча письмо обратно, я присвистнул сквозь зубы. Грейндж определенно втрескалась в свою маленькую подруж¬ ку до упора. Переворошив все остальное, я уже хотел закрыть бюро, но меня остановило какое-то странное ощущение. Оно не было новым. То же самое я испытал в кабинете Пата. Я должен был что-то запомнить, что-то заметить. Про¬ клятье. Вновь перебрал содержимое бюро, но здесь не было ничего такого, что я мог видеть раньше. Или все же было? Есть... Вот оно! У меня в руке. Я смотрел на четкую под¬ пись Грейндж. Почерк, вот что было знакомым. Впервые я ви¬ дел его на документах, которые нашел в тайнике у нее дома. А во второй раз — на заявлении, удостоверявшем, что Растон является сыном Йорка, а не Мэллори, только имя там стояло другое — Рита Кэмбелл. Меня словно молотком огрели. Все это время я не замечал того, что болталось под самым носом. Но я не один теперь знал об этом, кому-то еще все стало известно раньше меня, потому- то пропали и Грейндж, и Кук. Мотив*, наконец-то мотив. Жгучий, сильный мотив, кото¬ рый привел к похищению и стал причинойубийства. Доказа¬ тельства налицо. Подмена и ее результат. Йорк взял Грейндж под свое крылышко, чтобы воспрепятствовать огласке. Пре¬ 236
отупление вызвало преступление, которое потянуло за собой новое преступление — как цепочка хлопушек. А когда в игре появились большие деньги, все еще больше разрослось и запу¬ талось. Я добрался до сердцевины, до ядра. Растон и Грейндж на¬ ходились в самом центре мишени. Кто-то метил в обоих. Заце¬ пил парнишку и точно попал в Грейндж. Мэллори — кто же он такой, черт подери? Пока он оставался лишь смутным си¬ луэтом человека, который существовал и, без всякого сомне¬ ния, существует до сих пор. Необходима наживка, чтобы поймать рыбу, но парнишку использовать нельзя, он и так уже натерпелся. Если, конечно, не вызовется сам. Я чувствовал себя последним подлецом из-за того, что заранее соглашаюсь на этот риск. Но иначе оставалось только одно: попытаться найти Грейндж. Нет смысла? Как знать. Пусть дюжина копов обшарила реку ковшами, пусть по всему штату объявлен розыск — что, если они взялись за дело не так, как надо? Да, может быть, лучший выход — поискать Грейндж. Уж она-то знает все, да и мне не пришлось бы риско¬ вать головой мальчишки. Миссис Бакстер, похожая на встревоженную курицу, жда¬ ла меня внизу у лестницы, нервно ломая руки. — Нашли что-нибудь?— спросила она. Я кивнул. — Судя по всему, она намеревалась вернуться сюда. Это не просто бегство. — Господи! — Если ей будут звонить, постарайтесь узнать их имена и все записывайте. Проверкой займется сержант Прайс из пол¬ иции штата или я сам. Ни под каким видом не давайте инфор¬ мацию никому другому, понятно? Она пробормотала что-то и утвердительно кивнула. Я не хотел, чтобы Дилвик еще раз обскакал меня. Как только я вышел, в нижнем этаже зажглись все огни. Похоже, миссис Бакстер была пуглива... Я развернул машину и, выехав на главную улицу, остано¬ вился перед аптекой. Позвонил в управление, а оттуда через дежурного связался с Паисом по радио. Переговорив с ним, я предложил встретиться у почты через пятнадцать минут. Прайс прибыл на место за полминуты до меня и подошел спросить, в чем дело. — У вас есть снимки машины Грейндж после аварии? — Есть, хотите посмотреть? - Да. 237
По дороге я рассказал ему новости. В управлении первым делом он пошел объявить по радио о розыске библиотекарши. Я постарался описать ее наилучшим образом, но все описание сосредоточилось, в основном, на ее ножках. Они прежде всего бросались в глаза. Прайс на несколько минут исчез в соседней комнате и я слышал, как он шурует в картотеке. Он вышел с дюжиной хороших снимков разбитого «седана». — Если не секрет, что вы собираетесь с ними делать? — Понятия не имею,— признался я.— Просто надо же с чего-то начать. Пока она считается пропавшей, остается на¬ дежда ее найти. В этом месте ее след обрывается. — Там ее искало уже много народу. Я улыбнулся. — А теперь поищет еще один. Каждый снимок я рассмотрел подробно, стараясь определить место, где машина упала в воду, и прикидывая, как она должна была перевернуться в воздухе, чтобы упасть именно так. Прайс наблюдал за мной, пытаясь понять, чего я добиваюсь. — Прайс... - Да? — Когда вы вытащили машину, правая дверца была от¬ крыта? — Открыта, но сидение оторвалось и застряло в проеме. Через него она бы не скоро выбралась. — Другая дверца тоже была открыта? Он кивнул головой. — Щеколда левого замка лопнула, когда выворотило дверцу, вероятно, от удара о воду. Правда, это могло случить¬ ся, когда машину сшибли с дороги. — Как вы думаете, она могла вылезти с этой стороны? — Вылезти... или всплыть? — Все равно. — Скорее уж с другой стороны. — Сильно поцарапана машина? Лицо сержанта стало задумчивым. — Не так сильно, как можно было ожидать. Борт вдавило внутрь от удара о воду, и переднее крыло частично смялось в том месте, где врезалось в дно, но свежие отметины видны только в нижней части дверцы и по самому краю крыла. Да и то нет уверенности, что эти царапины не от камней. — Ясно,— сказал я.— Вы считаете, что ее заставили свернуть с дороги? Готов поверить, я ведь насмотрелся на жен¬ щин за рулем, пусть даже она лишь наполовину женщина. Встречная машина жмет на полной скорости — тут всякий 238
махнет через обочину. Я, во всяком случае, свернул бы. Будь она мертвой, прятать труп не имело бы смысла, а если он не спрятан, то на него уже наткнулись бы. Отсюда я делаю вывод, что она до сих пор жива, а раз так — ее можно найти.— Я ки¬ нул снимки Прайсу.— Спасибо, дружище. Не в обиду вам бу¬ дет сказано, вы, по-моему, взялись за поиски Грейндж не с того конца. Вы искали труп. Он чуть улыбнулся, и мы пожали друг другу руки, поже¬ лав спокойной ночи... Я погнал машину обратно в город и оттуда позвонил в усадьбу. Харви выразил радость по поводу моего звонка и со¬ общил, что все в порядке. Вилли провел весь день во дворе с Растоном, а мисс Мэлком оставалась у себя в комнате. Снова приезжал врач и не нашел ничего тревожного. Растон спраши¬ вал обо мне. Я велел Харви передать мальчугану, что забегу при первой возможности и пусть он не тревожится. Мои по¬ следние инструкции остаются в силе. Накрепко запереть весь дом и чтобы Вилли не отходил от Растона и Рокси. Потом я по¬ ручил Харви рассказать привратнику, что находилось в пу¬ зырьке вместо аспирина. Положив трубку, я заскочил в магазин, купил пачку сига¬ рет и комплект белья, потом рубашку и носки. Бросил все это на заднее сиденье и, покружив по городу, выехал к заливу. При свете месяца темная вода маслянисто мерцала, похожая на огромный дрожащий язык, который лизал кромку берега, издавая испуганные жалобные звуки. Тени были черными, как смола, на шоссе ни души. На три четверти мили дальше по шоссе одинокое окно подмигивало желтым недобрым глазом. Я воспользовался дырой, которую машина Грейндж прорва¬ ла в проволочной изгороди, и затормозил на краю обрыва, потом передумал, сдал назад и развернулся — так просто, на случай, если придется спешно сниматься с места. Довольный тем, как ус¬ троился, я открыл новую пачку сигарет, в полной тишине выку¬ рил одну за другой четыре штуки, потом поднял стекла почти до самого верха, надвинул шляпу на глаза и заснул. Солнце теснило тьму, когда я проснулся. Стекла запотели, от воды медленно плыл серый туман, сворачивая и разворачи¬ вая щупальца, пока они не слились в низко стелющуюся мгли¬ стую пелену, повисшую в четырех футах над землей. Воздух казался холодным. Холодным он и был. Я подумал, что долго буду недоволен собой, если из моей затеи ничего не выйдет. Начал раздеваться, кидая одежду в машину, пока не остался в одном белье. Ладно, вот мне и утренняя ванна, хотя 239
и нс из самых приятных. Я быстро нырнул, чтобы не передумать. Место, куда упала машина Грейндж, было крепко зафиксировано в моей памяти. Подплыв к нему, я перестал работать руками. Расслабился, как только мог, едва перебирая в воде ногами, чтобы голова держалась над поверхностью. Теперь я походил на мертвого или полумертвого, или на человека, оглушенного падением. Уровень прилива был таким же, как тогда. Я проверил. Будь это какая-нибудь обычная речка, прилив можно было не брать в расчет, но здесь она больше походила на продолговатую бух¬ ту. Река мелела и наполнялась, повинуясь отливу и приливу, имела свои извивы и завихрения. Вода образовывала водовороты и заносила песком погру¬ зившиеся на дно предметы. Я чувствовал, как она тянет меня за ноги, стараясь утащить вниз маленькими обезьяньими лап¬ ками, осторожными, настойчивыми лапками, которые не пере¬ силят пловца, но незаметно утащат полубессознательное тело. Течение уносило меня. Прошло лишь несколько минут, а машина уже скрылась за излучиной. Здесь берега расступа¬ лись, и русло реки становилось шире, пока не слилось с устьем бухты, переходившим в залив. Я подумал, что меня так и будет относить все дальше, и уже решил было послать к черту свою затею, когда почувство¬ вал первые признаки водоворота. Он тянул меня к северному берегу. По телу пробежала легкая дрожь возбуждения и, хотя я закоченел, меня теперь охватил нервный жар, проникший до самых костей. Берег близился. Меня развернуло и начало медленно кружить. В следующий момент я увидел маленький выступ береговой линии, который вызывал завихрение в ос¬ новном потоке, способное притянуть к берегу все, что проплы¬ вало не слишком далеко. Ближе... Ближе... Я протянул руку, ухватился за камышо¬ вые стебли толщиной с палец, потом притормозил другой ру¬ кой об илистый берег и выкарабкался на сушу. Здесь не было никаких следов, кроме моих, да и быть не могло. Позади жид¬ кая грязь уже затягивала углубления от ступней. Я раздвинул камыши, осторожно выбирая дорогу среди остатков крабьих панцирей и колючей травы. То были крепкие камыши. Когда я отпустил их, они тотчас же распрямились с упругостью хлы¬ ста. Если кто-нибудь и вышел из реки, то не иначе, как здесь. Только здесь! Камыши сменились кустарником и зарослями шиповника, который впивался в кожу, царапал острыми колючками. Я по¬ добрал палку и принялся крушить их, едва сдерживая злость. 240
Но они все равно вгрызались в тело, и я крыл их вдоль и попе¬ рек. Секундой позже я взял свои слова назад. Это были славные колючки. Самые расчудесные колючки, какие я видел, потому что на одной из них красовался обрывок женского платья. Я готов был расцеловать этот лоскут. Испачканный, он все же выглядел совсем свежим. И кто же полез бы через все эти камыши и колючки, кроме милашечки, за которой я охотил¬ ся? Теперь я был добрее к шиповнику и, продвигаясь совсем медленно, ухитрился пробраться сквозь него, не оставив на колючках клочьев мяса. Кустарник кончился, дальше нача¬ лась трава. Моим ободранным ногам эта мягкая зелень пока¬ залась приятней персидского ковра. Я присел на краю у лужайки и начал вытаскивать занозы. Впереди виднелась хи¬ бара. Более подходящего укрытия нельзя было представить, и, если я собирался нанести визит его обитателям, следовало по возможности привести себя в приличный вид. Что я и сделал, натянув потуже плавки. Я постучал и сразу же распахнул дверь пинком ноги. Вдоль стены юркнула крыса и метнулась на свет у меня под ногами. Пусто, как в могиле. Но здесь кто-то побывал. В одной из комнат все было перевернуто вверх дном, на полу валялись свежие обломки деревянной скамьи, расколотой на мелкие щепки, а самодельная печка лежала на боку посреди комнаты. В дальнем углу осколки разбитой бутылки бросали на стены яркие, неровные отблески. Она приходила сюда. Никакого со¬ мнения. Еще два клочка той же материи зацепились за щерба¬ тый край стола. Сразу видно, она дралась как черт. Внезапно чей-то голос окликнул: «Эй, вы!»,— я резко обернулся, рука взлетела по привычке к пистолету, которого не было на месте. Щуплый старикан в мешковатых штанах щурился сквозь единственное стекло очков, одновременно вы¬ тирая нос клочком грязной тряпки. — Так можно и здоровье потерять, папаша. — Вы из энтих будете, из студентов, а?— спросил он. Я незаметно вытеснил его за дверь и стал рядом: — Нет, а что? — Да ведь вы, ребята из колледжа, всегда бегаете в тру¬ сах. Раз видел одного в городе.— Он поднял очки на лоб и вгляделся хорошенько.— Слышишь-ка... да вы совсем ника¬ кой и не студент. — Я этого и не говорил. — Ну, так чего вы тут делаете... Я видел, как вы плыли по речке, совсем как тот, другой. На спор, что ли? 241
Я накинулся на слова «тот, другой»: — Какой другой? Руки у меня так и тряслись. Я еле сдерживался, чтобы нс ухватить его за рубашку и не вытрясти ответ. — Тот, что вылез на берег давеча, может, и раньше. Я их путаю, дни-то. Что у вас за игра такая? — Э-э-э... Мы вступаем в один клуб. Нужно проплыть по реке и добраться до домика так, чтобы тебя никто нс заметил. Меня, наверное, теперь не примут. А того вы тоже видели? — А как же. Видать видал, а вот помалкиваю. Я много че¬ го вижу, да ни о чем не спрашиваю. Просто мне это показалось вроде чудным, только и всего. — Как он выглядел? — Ну, я не больно-то хорошо его разглядел. Здоровенный такой, толстый. Я слыхал, как он сопел да отпыхивался, выле¬ зая из камышей. Поди знай, кто такой. Я и вернулся лесом к своей лодке. — Вы только того парня и видели? — Угу. — Больше никого? — Не-е. — Живет здесь кто-нибудь? — Сейчас — нет. В этом месяце заявится коротышка. Он бродяга. Живет свинья свиньей, ничего нс делает, знай рыбу удит. Он уже три лета здесь прожил. — Какой он из себя, тот, которого вы видели? Насуплен¬ ный, со злым лицом? — Х-м-м. Вот вы сказали, и ведь верно. С виду он — вро¬ де бешеного. Я, должно, поэтому и ушел. Дилвик. Это был Дилвик. Жирная мразь опять меня об¬ скакала. Я знал, что он хитер... Иначе, при его повадках, он не долго бы удержался на своем месте, но я не думал, что он хи¬ тер до такой степени. Дилвик сложил из кусков головоломку и вырвался на первое место. Он нашел Грсйндж в лачуге и увел с собой. Тогда за каким чертом он ее прячет? Пусть это дело воняло с самого начала, но теперь смрад поднялся до небес. Всем и каждому хотелось сыграть свою роль, вот Дилвик и вы¬ лез вперед. Преступление громоздилось на преступлении. Когда же будет конец? Ладно, толстяк, попробуй переиграть меня. Думаешь, ты такой шустрый, да? Думаешь, никто ниче¬ го нс видит. До поры до времени, детка, теперь об этом знаю я, и дело начинает проясняться. — Как мне вернуться к мосту, папаша? Он указал корявым пальцем в сторону деревьев: 242
— Там есть тропинка вдоль самого берега, держитесь ее и выйдете незамеченным. Надеюсь, вам разрешат вступить в этот клуб. — Думаю, это можно устроить. Я отмахнулся от мошкары, роившейся вокруг, и двинулся в указанном направлении. Будь он проклят, этот Дилвик... 4 На обратном пути мне пришлось несладко. Через сотню шагов стали кровоточить ноги, а синие мухи превратили мою спину в барельеф из красных шишек. Дорожный мешок, воняющий рыбой и облепленный поблескивающей сухой чешуей, был оставлен каким-то добрым самаритянином на тропинке, и я, разорвав его пополам, обмотал ступни и щиколотки. Идти ста¬ ло легче. Когда я добрался до моста, солнце висело высоко в небе, по дороге сновали машины конторских служащих, направляв¬ шихся в город. Дождавшись, когда шоссе опустело, я сделал рывок через мост к своей машине и натянул сухую одежду. Ноги так болели, что страшно было надевать башмаки. При¬ шлось оставить их расшнурованными. Я кинул мокрое белье на заднее сиденье и потянулся за сигаретами. Бывают момен¬ ты, когда сигарета кажется нужней всего на свете, и сейчас был как раз такой случай. Я выкурил две, запустил мотор и выехал на бетонку. На¬ чиналось самое интересное. Мы с Дилвиком будем неразлуч¬ ны, как две половинки ракушки. Грейндж — ключ, которым можно открыть загадку. Только Дилвик знает, где Грейндж. Все же на всякий случай я подрулил к закусочной и пошел по¬ звонить. Сержант Прайс снова был у себя. Это входило у него в привычку. Я поздоровался и спросил: — Есть новости начет Грейндж? Он ответил отрицательно. — А у городских копов? — Тоже ничего. Я думал, вы сами ее ищете. — Угу... ищу. Слушайте, сделайте одолжение. Звякните городским копам и спросите, не раскопали ли они чего за по¬ следнюю пару часов. — Но они позвонили бы мне... — Ладно, ладно... Все же попробуйте. 243
Прайс снял трубку с другого телефона и набрал номер. Я слышал, как он задавал вопрос дежурному копу, потом швыр¬ нул трубку. — У них ничего, Майк. — Порядок, я только это и хотел узнать. Я ухмыльнулся про себя. Полицейские города и штата, нс только, враждовали, они вечно норовили сделать друг другу пакость. Но меня это вполне устраивало. Нс терпелось пинком загнать зубы Дилвика в его жирную глотку. Прежде всего нужно позавтракать. Я расправился с зака¬ зом, взял добавку, потом пошел за новой порцией. Тут уж бу¬ фетчик начал поглядывать на мою отросшую щетину, беспокоясь, не нарвался ли на голодного бродягу, который набьет брюхо, а после предложит отработать за еду. Когда я кинул десятку, у него забегали глазки. Если он не проверил серийный номер купюры, чтобы узнать, нс краденая ли она, значит, я не знаю людей. Я взял сдачу и взглянул на часы. Четверть одиннадцатого. Дилвик уже должен быть у се¬ бя. Отлично. На этот раз я высмотрел себе местечко на углу и пристро¬ ился позади грузовика-пикапа. Выключил мотор и спрятался за журналом, одним глазом поглядывая на здание полицей¬ ского участка через улицу. Пятью минутами позже появился Дилвик. Он вперевалку протопал в здание и не появлялся би¬ тых два часа. Когда же, наконец, вышел, с ним был один из ти¬ пов, которые в прошлый раз обрабатывали Вилли. Парочка уселась в полицейскую машину и, проехав по улице, свернула на главную. Я держался на две машины поза¬ ди. Через полмили они остановились, вылезли и вошли в са¬ лун. Я занял позицию, с которой мог наблюдать за дверью. Так проходил день: от одного заведения к другому. К пяти часам, когда мне до смерти хотелось перехватить сэндвич и кружку пива, они решили закруглиться. Дилвик высадил сво¬ его напарника перед современным двухэтажным кирпичным до¬ мом, а потом махнул через весь город, не обращая внимания на красный свет. Когда я нагнал его, коп запирал машину пе¬ ред аккуратным двухэтажным домиком. Он так и нс заметил ме¬ ня, и не потому, что я сполз с сиденья, проносясь мимо, а потому, что в этот момент махал блондинке, появившейся в окне. Я только мельком увидел ее округлые плечи и пышную грудь, но выражение лица сказало мне, что я могу отправлять¬ ся домой: дело затянется на всю ночь. Рисковать не имело смысла. Я купил бутербродов и банку кофе в кулинарной лавке, после чего объехал квартал кругом 244
и пристроился у тротуара, метрах в пятидесяти от полицей¬ ской машины. Я выложил на приборную доску сигареты и спички, подвинул сиденье, устраиваясь поудобнее. В десять часов в доме погас свет. Двадцать сигарет спустя окна все еще оставались темными. Я свернулся на сиденьи и уснул. Я начинал ненавидеть утренние пробуждения. Спина бо¬ лела после вчерашнего заплыва. Я открыл дверцу и выпрямил ноги, на миг увидев себя в зеркальце заднего обзора. Выглядел я так себе. Машина Дилвика по-прежнему стояла перед домом. — Загулял? Я взглянул на молочника, подняв брови. Он ухмыльнулся, как дурак. — Много вас таких нынче утром. Хочешь бутылку молока? Свежее, холодное. — Черт, еще как! Дай-ка одну. Я вынул из кармана полдоллара и кинул ему. — Когда-нибудь я стану торговать сэндвичами на этом маршруте,— сказал он.— Наживу миллион. Посвистывая, он отошел, а я выдернул пробку и поднес бу¬ тылку к губам. В жизни не пил ничего вкуснее. Как раз когда показалось дно бутылки, дверь дома отворилась. Сначала вы¬ сунулась голова Дилвика, огляделась по сторонам, потом тороп¬ ливо вышел се обладатель. Я бросил пустую бутылку в траву у тротуара и, подождав, когда черный «седан» завернет за угол, тронул с места. Когда я достиг перекрестка, Дилвик был уже в двух кварталах впереди. Следовать за ним даже слишком про¬ сто. В такую рань между нами не было ни одной машины, ко¬ торая загородила бы меня. Когда он затормозил перед закусочной, я проехал мимо и не останавливался до самого полицейского участка, где занял старое место, надеясь, что не ошибся в расчете, и Дилвик, позавтракав, вернется в свой замок. Мне везло. Он подкатил через полчаса. Принуждать себя к терпеливому ожиданию было мучи¬ тельно. Битых четыре часа Дилвик кружил по салунам в оди¬ ночку, затем подобрал вчерашнего компаньона. В два пополудни он посадил к себе еще одного пьянчугу, и цирк про¬ должался. Все время я не отставал, держался сзади. Дважды выскакивал и шел за ними пешком, потом, когда они выходи¬ ли из очередной пивнушки, кидался в машину. В шесть часов компания завернула в китайский ресторан поужинать, и я воспользовался случаем, чтобы побриться, одновременно сле¬ дя из окна парикмахерской. Если так пойдет дальше, я начну кусаться. И на кой черт сдалась ему Грейндж? Что это за го¬ род, где единственное занятие копов — объезжать бары и про¬ 245
водить ночи с блондинками? Если из-за Грейндж поднялась такая возня, почему Дилвик словно забыл о ней? Или он де¬ ржит ее в каком-нибудь надежном месте?.. Или, что хуже, я с самого начала попал впросак, вообразив, что она оказалась в лапах Дил вика? Я выпил кофе и курил уже вторую сигарету, когда троица вышла из ресторана, только на этот раз они распрощались пе¬ ред дверью, долго тряся друг другу руки. Дилвик сел было в машину, передумал и пошел в винный магазин. Когда он вы¬ шел с завернутой бутылкой под мышкой, остальные уже убра¬ лись. Порядок, так-то лучше. Он сел за руль и тронулся. Я пропустил вперед машину с откидным верхом и двинулся сле¬ дом. На сегодня блондинка получила отставку. Дилвик нето¬ ропливо катил через город, пока не остановился у выезда на шоссе, где зашел выпить пива в одно из тех местечек, которые предлагают «последний шанс» проезжающим. С дороги я на¬ блюдал, как он развернул бутылку и приложился к ней, преж¬ де чем тронуться в путь. К тому времени, когда он выехал на шоссе, уже начало смеркаться. Ну и денек. В пяти милях за Сайдоном он вклю¬ чил фары и свернул направо, на дорогу из щебенки, которая вилась, огибая границы чьих-то земельных участков. Я не за¬ жигал огней. Он нс спешил. Казалось, дорога никуда не ведет, она кружилась вокруг холмов и пересекала другие дороги, окаймленные дубами. Усадьбы попадались все реже, еще не¬ много, и они кончились, а окрестности, насколько я мог их разглядеть, приобрели довольно дикий вид. Впереди, как красный глаз, светился задний фонарь, дви¬ гаясь с неизменной скоростью тридцать пять миль в час. По обе стороны поднимались стены мрака, и я с величайшим трудом удерживал машину на дороге. Приходилось вести, следя одним глазом за красным огоньком впереди, а другим за дорогой, но Дилвик упростил мне задачу тем, что ехал так медленно. Чересчур упростил. Дорога требовала такого внимания, что я слишком поздно заметил, подкравшуюся сзади вторую машину, которая тоже ехала с погашенными фарами. Они вырвались наперерез, загородили дорогу, и я нажал на тормоза, нашаривая револьвер. Не успел остановиться, как один из них уже выскочил из машины и потянулся через окно к моему горлу. Я отбил его руку в сторону, и тут же меня огре¬ ли по глазам стволом револьвера. Дверца распахнулась. Я брыкнул обеими ногами, кто-то хрюкнул. Мне удалось выхва¬ тить оружие, но в этот момент меня ударили стволом в запя¬ стье. 246
Проклятье, какого дурака свалял! Влез в западню! Оттол¬ кнувшись ногами, я вывалился из машины и размахнулся. Бесформенная тень передо мной охнула и выругалась. В глаза ударил свет фонаря. Я дал по нему ногой, но свет сделал свое дело. Я ничего нс видел. Меня двинули кулаком по голове, па¬ ра рук обхватила за пояс и швырнула на крыло машины. Я изо всех сил откинулся назад и ударил головой кому-то в нос. Хру¬ стнула кость, горячая кровь хлынула мне за шиворот. В такой драке пинают ногами, стараются выдавить глаза или впиться в противника зубами. Слышались лишь удары, шарканье ног и тяжелое дыхание. Я отскочил, увернулся от удара и кинулся в атаку, молотя кулаками. Один сложился по¬ полам, когда мой кулак по самое запястье ушел в его пузо. Ду¬ бинка с шорохом рассекла воздух, промазала и снова свистнула, опускаясь. Мне показалось, что плечо перебили. Осатанев, я двинул кого-то в голень, чуть не сломав кость, и он завопил от боли. Дубинка вновь угодила в больное плечо, я полетел на землю, споткнувшись о парня, который держался за мою ногу. Он отпустил ее и попытался схватить меня за глотку, но я резко вскинул колено и ударил его в пах. Сцепившись, мы втроем катались по земле. Я ощутил под рукой холод стали, пальцы сомкнулись на рукоятке револьве¬ ра. В тот же миг чей-то ботинок чуть не разорвал меня пополам. Тип с дубинкой, хватив по ребрам, на миг лишил меня сознания. Я перекатился, следующий удар пришелся по касательной. Коп надавил мне на живот обоими коленями. Я видел его очертания на фоне неба. Оседлав меня, он занес дубинку, го¬ товясь раскроить череп. В моем мозгу лопались огненные пу¬ зыри, а дыхание все еще было связано тугим узлом где-то в животе, когда эта утяжеленная дробью дубинка начала опу¬ скаться. Я вскинул ревльвер, выстрелил ему прямо в лицо,— и его мозги разлетелись. Но дубинка набрала разгон. Даже отклонившись, она все же наполовину оглушила меня,— я услышал топот ног и звук запу¬ щенного мотора. Уцелевший не хотел рисковать. Он сматывался. Я пролежал под мертвецом минут сорок, пока не собрался с силами настолько, что смог отползти. Дотащился на четве¬ реньках до машины и, придерживаясь за нее, встал. Дыхание вырывалось горячими судорожными всхлипами, да и дышать я мог, только согнувшись вдвое. По лицу словно проехал грузо¬ вик, я был весь липкий от крови и блевотины, непонятно, своей или чужой. Достал из приборного ящика фонарик и ос¬ 247
ветил труп на дороге. Его невозможно было опознать — разве что по каким-нибудь приметам на теле. Шагах в пяти валялся оторванный затылок, похожий на пепельницу, вымазанную липкой пакостью. В карманах у него было больше сотни наличными, бумаж¬ ник с приколотым значком сайдонской полиции и колода заса¬ ленных карт. Он все еще сжимал в руке дубинку. Я отыскал свой револьвер, обтер тот, из которого стрелял, и забросил его в кусты. Найдут или нет, не имело значения. Я и так буду кли¬ ентом номер один в деле об убийстве. Паршиво? Хуже некуда. Меня хотели прихлопнуть. Все по закону, само собой. Я вызвал подозрение, преследуя копа по темной дороге с выключенными фарами, и, когда мне прика¬ зали остановиться, сопротивлялся и был убит в стычке. Толь¬ ко на деле вышло иначе. Одного уложил я, второй улизнул и сможет об этом рассказать. Может, такой оборот даже больше устроит Дил вика. Выходит, меня подловили. Они знали, что я водил их весь день, и старательно обдумали ловушку. Нужно было уматы¬ вать, пока второй не вернулся с подкреплением. Я оставил мертвеца на дороге, с трудом сел за руль и съе¬ хал на траву, объезжая труп, развернулся и покатил в сторону шоссе. Теперь я включил фары и гнал со всей скоростью, ка¬ кую позволяли развороты. На каждом перекрестке сворачи¬ вал, надеясь, что не заеду в тупик. Понадобилось добрых два часа, чтобы объехать город кружными дорогами и оказаться приблизительно по соседству с домом Йорка. Машина стала обузой: ее слишком легко засечь. Если меня увидят, то постараются пристрелить на месте, а я нс распола¬ гал подходящей артиллерией для войны с копами. Дилвик поднимет все городскую полицию и сообщит Прайсу об инци¬ денте не раньше, чем загонит меня в угол и продырявит, как решето, или когда о смерти копа напечатают газеты. Причина была одна: Грейндж продолжала оставаться клю¬ чевой фигурой, и Дилвик это понимал так же хорошо, как и то, что мне известно, в чьих она руках. Решив, что дом уже недалеко и положась на удачу, я съе¬ хал с дороги в лес и загнал машину в самую гущу кустарника. Наломав веток, замаскировал капот и кабину и, убедившись, что машина укрыта от случайного взгляда с дороги, зашагал в северном направлении. В конце концов я наткнулся на поперечную дорогу, парал¬ лельно которой тянулись телефонные провода. Немного даль¬ ше от столба шло ответвление. Когда я поравнялся с ним, то 248
увидел маленький темный домик. Если его обитатели не про¬ снулись от звука моих шагов по мощеной дорожке, то резкий стук в дверь наверняка их разбудил. — Джордж... Дверь. Заскрипели пружины матраца, мужчина что-то пробормо¬ тал и зашлепал к двери. Загорелась лампочка, и человек в длинном купальном халате чуть не поперхнулся, увидев меня. — Я попал в аварию. У вас есть телефон? — Да... да, войдите. Он сглотнул и, нервно посматривая на меня, позвал: — Мэри, тут человек, он попал в аварию. Могу чем-ни¬ будь помочь, мистер? Пострадал кто-нибудь еще? Тому, кто остался на дороге, помощь уже не понадобится. — Нет, больше никто не пострадал. — Вот телефон. Его жена вышла, когда я набирал номер Прайса. Она засу¬ етилась, хотела обтереть мне лицо мокрой салфеткой, но я от¬ махнулся. Прайса не оказалось на месте, и мне дали домашний теле¬ фон. Там его тоже не было, он выехал в управление. Женщина была чересчур возбуждена. Я настойчиво повто¬ рял, что мне не нужен врач, однако позволил ей пройтись сал¬ феткой по лицу, потом опять набрал номер управления. Прайс уже приехал. Он едва не взорвался, услышав мой голос. — Что случилось, черт подери? Где вы? — За городом. Почему вы на ногах в такой час? — Вы смеетесь? Полицейский репортер известил меня, что к югу от города убили копа. Остальное я узнал от Дилвика. Теперь вы влипли. — Вы не сказали мне ничего нового,— отозвался я.— Он разослал своих людей прочесывать город? — Поднята вся полиция. Мне самому пришлось объявить о вас по телетайпу. Все дороги блокированы, а вокруг дома Йорка поставлен кордон. Вы решили сдаться? — Не валяйте дурака. Самому совать голову в петлю? Дилвик заинтересован в одном: чтобы меня укокошили. Вы¬ шла скверная история, дружище, я увяз по уши, но вы не верь¬ те всему, что услышите. — Вы ведь его убили, так ведь? — Да, черт возьми! Иначе сам сейчас валялся бы там с расколотой головой. Меня приперли к стенке. Я следил за Дилвиком, но они меня засекли и сами сели на хвост. Я, как распоследний дурак, позволил Дилвику выманить меня за го¬ род, и там они на меня накинулись. Что же мне было делать — 249
лежать и не барахтаться? Им не задержать меня велели, а уко¬ кошить. — Где вы? Я за вами приеду. — Не пойдет, приятель. У меня свои планы. — Лучше сдавайтесь, Майк. Под стражей вам будет без¬ опасней. — Черта с два. Дилвик добьется, чтобы меня передали под его юрисдикцию. Тогда он сможет докончить дело. — И все же, Майк... — Слушайте, вы на чьей стороне? Он молчал примерно с минуту. — Я полицейский, Майк. Я обязан арестовать вас. С ним было трудно договориться. — Послушайте, Прайс, не будьте дураком. Я нащупал од¬ ну ниточку и хочу за нее потянуть. — Какую? Я взглянул на лица стоявшей рядом пары, ловившей каж¬ дое мое слово. — Сейчас не могу говорить. — С этим может управиться полиция. — Как бы не так. Вот что. Если хотите, чтобы это дело бы¬ ло раскрыто, вам придется, по возможности, не наседать мне на пятки. Мне известно то, чего не знает никто, кроме убий¬ цы, и этим надо пользоваться, пока нс поздно. Если вы меня задержите, мы оба упустим время. Вы знаете, что представля¬ ет собой Дилвик и его банда. Ну, подстрелил я одного из них. Это едва ли можно считать убийством копа, согласны? А раз так, нечего психовать из-за того, что я ухлопал дешевого типа. Хотите вы покончить с этим делом или нет? — Конечно. — Тогда придержите своих ребят. Остальные меня не волнуют. Он помолчал, раздумывая, потом заговорил: — Майк, я не должен этого делать, это против правил и уставов. Но я знаком с положением вещей и хочу оставаться хорошим копом. Иногда ради этого приходится уступать. Я буду держаться в стороне. Не знаю, скоро ли они начнут на¬ жимать, но до той поры можете рассчитывать на меня. — Спасибо, дружище. Я вас не подведу. — Знаю. — Ждите от меня сообщений время от времени. Только держите их в секрете. Если понадобитесь, позову на помощь. — Буду ждать, Майк. Вам лучше держаться подальше от усадьбы Йорка. Она кишит городскими копами. 250
— Вас понял, еще раз спасибо... Положив телефонную трубку, я увидел, что меня сейчас засыплют тысячей вопросов. Хозяева нс упустили ни слова из нашего разговора, но ничего не уразумели. Требовалось сочи¬ нить убедительную ложь. Я сунул им свой значок: — При вас велся официальный телефонный разговор,— сказал я отрывисто.— Ни в коем случае не разглашайте его даже частично. В окрестностях орудует под видом полицей¬ ских банда преступников, и мы почти настигли их. К сожале¬ нию, один скрылся. У нас затруднения с местной полицией, и мы действуем негласно. В случае, если они здесь появятся, вы ничего не видели и не слышали. Понятно? Они дружно закивали, широко раскрыв глаза, и я вышел. Если поверили в такую историю, значит, полоумные. Оказавшись в тени деревьев, я сразу свернул на дорогу, ве¬ дущую к усадьбе Йорка. Копы копами, но как-то пробраться туда нужно. С вершины холма оглядел окрестности. Вдали светилось небо над Сайдоном, а ближе — огни в окнах разбро¬ санных там и сям домов,— они мигали, когда ночной ветерок раскачивал невидимые деревья. Но меня интересовал дом в одной миле отсюда, во всех окнах которого сиял свет. Усадьбу окружало кольцо двойных лучей от фар автомобилей, патру¬ лирующих территорию. Время от времени кто-нибудь направ¬ лял на кусты прожектор — яркий палец света, старавшийся проткнуть крадущуюся фигуру. Черт с ними. Сейчас был как раз такой случай, когда нель¬ зя нарываться на копов. Я шагал через поле, пока впереди не появился темный силуэт коровника. Позади стоял стог сена. Выбор был невелик. Я выбрал стог и залез в него. Пока-то до¬ берутся коровы, а вот фермер запросто может наткнуться на меня, если я заночую с коровами. Закопавшись в стог фута на три, я заткнул охапкой сена проделанную дыру, повозился, пока не образовалась порядочная пещера, и заснул. Солнце поднялось, достигло верхушки стога и стало опу¬ скаться, прежде чем я вылез из укрытия. В брюхе урчало от го¬ лода, язык пересох от сенной пыли. Если бы под рубашку забрался миллион муравьев, зудело бы не так сильно. Стара¬ ясь, чтобы стог заслонял меня от дома, я прополз по траве до поильного корыта и смахнул грязный налет с поверхности во¬ ды. Я ошибся, считая вчера бутылку молока лучшим в мире напитком. Напившись до отказа, я, улыбаясь от удовольствия, ополоснул лицо и шею, давая воде впитаться в рубашку. 251
Хлопнула дверь дома, и я ласточкой нырнул за корыто. Шаги приближались, тяжелые шаги обутых в сапоги ног. Уже изготовясь к прыжку, я понял, что шаги удаляются. Сразу ста¬ ло легче дышать. Высунув голову из-за корыта, увидел широ¬ кую спину хозяина, исчезавшую в коровнике. В каждой руке он нес по ведру. Это могло означать, что он еще подойдет к ко¬ рыту. Не долго думая, я пригнулся и, стараясь не шуметь, мет¬ нулся в тень деревьев. Там разделся догола и обтер пыль рубашкой. Совсем дру¬ гое дело. Принять бы ванну да перекусить чего-нибудь, и я бы почувствовал себя почти человеком. Ночью мои часы остано¬ вились, и о времени я мог только гадать. Я завел их, поставив произвольно на девять тридцать. Все равно еще рано. У меня оставалась единственная сигарета, мятая и измочаленная. Прикрыв огонь, я закурил и затянулся. Часа два сидел на пне, глядя на летящие по небу облака, то и дело гасившие звезды, и чувствуя, как по моей штанине карабкаются маленькие твари. Этого еще не хватало. Уж лучше рискнуть встречей с голово¬ резами Дилвика. Когда часы показали одиннадцать десять, я обогнул ферму и выбрался обратно на дорогу, откуда встреч¬ ный был бы виден за милю. Я снова отыскал свой холм. В доме по-прежнему горели огни, но не в таком множестве, как рань¬ ше. Лишь одна пара фар недобро шарила вокруг. Часом позже я стоял, пригнувшись, в пятифутовой дре¬ нажной канаве у восточной стены и поглядывал на циферблат. С правильными шестиминутными интервалами мимо проплы¬ вал силуэт человека в плаще и шляпе с широкими опущенны¬ ми полями. Дойдя до конца стены, он поворачивал и шел назад. С этой стороны их было двое. Каждый раз, встречаясь у сере¬ дины стены, они обменивались какой-нибудь шуточкой, кото¬ рую я не мог разобрать. Шаги были размеренными. Должно быть, Дилвику не довелось послужить в армии. Мимо дозор¬ ных, которые совершают такой вот регулярный обход, ничего не стоит прошмыгнуть. Один раз проехала машина, проверяя часовых. Луч прожектора запрыгал по кустам, но саму канаву полностью скрывала высокая трава, росшая вдоль края. Надо было действовать быстро и бесшумно. Дозорный доходил до края стены за три минуты, еще через три минуты он возвращался ко мне. Если побежать, то, пожа¬ луй, можно успеть за сорок пять секунд. Когда он проходил в следующий раз, я сверился с часами, следя за большой стрел¬ кой. Одна, две, две с половиной... Я ухватился за край канавы. Припал к земле.... Пора! 252
Вымахнув из канавы, пригнулся и побежал к стене. Дере¬ во, которое я высмотрел заранее, подзывало меня взмахами своих покрытых листьями рук. Я прыгнул, уцепился за ниж¬ нюю ветку и закинул на нее ноги, после чего вскарабкался вровень с краем стены. Одежда зацепилась за острый сучок, сорвалась, снова зацепилась. По траве зашуршали шаги копа. Наступил второй, еще бо¬ лее напряженный этап. Если он посмотрит вверх и увидит ме¬ ня на фоне неба, я сгорел. Нащупав свой «сорок пятый», я снял предохранитель. Шаги приближались. Слышно, как он напе¬ вает какую-то мелодию и ругает колючки, впивающиеся в щиколотки. Коп был уже в тени под деревом. Песня оборвалась. Я крепче стиснул рукоять кольта, нацеленного туда, где должна быть его голова. Остановился — значит, заметил. Я уже хотел пустить пулю, но вовремя увидел вспышку спички. Закурив, он глубоко затянулся и зашагал дальше. Я сунул револьвер об¬ ратно и вновь принялся отсчитывать по часам время, пока не прошли еще три минуты. Застегни пиджак... проверь карманы, чтобы ничего не за¬ бренчало... не выставляй циферблат часов... упрись крепче... приготовься... прыгай! Короткий миг полета, потом я ощутил под пальцами хо¬ лодный камень стены. Ударился грудью о край и едва не сорвал¬ ся. С трудом забросил ноги наверх и почувствовал, как под каблуками крошатся осколки стекла, вмазанные в ребро стены. Нужно прыгать вниз, даже если подо мной кто-нибудь стоит. Здесь, на стене, я представляю слишком хорошую мишень. Я почти бесшумно приземлился на мягкий дерн, поджал колени и перекатился под колючие кусты роз. Отсюда дом был виден, как на ладони. Я различал окно Рокси. В нем так и не за¬ менили разбитое пулей стекло. Окно Растона тоже светилось, но штора была опущена. За домом остановилась полицейская ма¬ шина, донеслись громкие голоса, потом она двинулась дальше. Тут уж не удастся засечь время. Оставалось надеяться, что меня нс заметили. Как только машина проехала, я побежал к стене здания, прячась за кустами и низкими бордюрами. Это было плохое укрытие, но я добрался до дома, не привлекая внима¬ ния. Стебель плюща толщиной в руку, поднимавшийся по сте¬ не, хоть и не столь удобный путь, как лестница, все же годился. Я обезьяной вскарабкался по нему под самое окно Рокси. Потянулся к подоконнику, уцепился, но проклятый кир¬ пич вывалился, пролетел мимо меня, шумно приземлился в 253
кустах внизу, отскочил и со звуком, который громом отозвал¬ ся в моих ушах, стукнулся о стену. Я замер, услышав чей-то окрик, потом увидел яркий луч фонаря, вспыхнувший внизу, который принялся обшаривать то место, где упал кирпич. Взглянуть наверх коп нс сообразил. Немного ободренный его глупостью, я решил, что теперь все в порядке. Но рано успоко¬ ился. Не выдержав тяжести, лоза начала поддаваться где-то над головой. Я плюнул на осторожность. Внизу ходили и переклика¬ лись несколько человек, их голоса перекрывали производи¬ мый мною шум. Я полез выше, вытянул руку и ухватился за крюк, вделанный в бетон наружной рамы окна. Держась одной рукой, я поскорее оперся коленом на карниз, пока и крюк нс вылез из стены. Внизу все успокоилось, фонари погасли. В темноте вновь послышались шаги дозорных. Я выждал целую минуту, по¬ пробовал окно, понял, что оно заперто, и постучал по стеклу. Потом еще раз. Это был нс беспорядочный стук, а тихий, от¬ четливый сигнал, и на него ответили. Я надеялся, что Рокси не закричит, а сначала выглянет. Так оно и вышло. Отсвет ночника упал на мое лицо и я расслышал через стек¬ ло, как она ахнула. Отскочила задвижка, окно поднялось. Я пе¬ ревалился через подоконник и спрыгнул на пол. Она закрыла окно и опустила штору. Только после этого включила свет. — Майк! — Тише, детка, там внизу их целая орава. — Да я знаю. Ее глаза вдруг наполнились слезами, она почти бегом бро¬ силась ко мне, обхватила и прижалась. Позади раздалось тихое, испуганное восклицание. Я резко обернулся, оттолкнув Рокси, но тут же улыбнулся. На пороге стоял смертельно бледный Растон в пижаме. — Майк!— начал он, потом качнулся и привалился к косяку. Я шагнул, подхватил мальчика и гладил его по голове, по¬ ка он не стал улыбаться. — Легче, дружок... Ты и так натерпелся. Давай-ка уж, я буду здесь единственным пострадавшим, договорились? Кста¬ ти, где Вилли? — Дилвик увел его вниз и велел оставаться там,— отве¬ тила Рокси. — Он снова взял его в работу? — Нет... Вилли сказал Дилвику, чтобы отвязался, не то 254
он возьмет адвокатгц который сумеет унять жирного громилу, и Дилвик его нс тронул. Хоть раз Вилли постоял за себя. Растон дрожал. Его взгляд метался от двери к окну, он чут¬ ко прислушивался к тяжелым шагам человека, бродившего по комнатам первого этажа. — Майк, зачем ты пришел? Тебя могут увидеть. Неваж¬ но, что ты сделал, я не хочу, чтобы тебя поймали. — Я пришел из-за тебя, малыш. — Из-за меня? — Угу. — Почему? — У меня к тебе очень большая просьба. Они уставились на меня, недоумевая, какая причина мог¬ ла быть настолько важной, чтобы погнать человека через це¬ лую армию копов. Рокси смотрела вопросительно. Растон — глазами, полными восторга. — Какая просьба, Майк? — Ты ведь толковый парень, постарайся понять. Дело приняло новый оборот, совсем неожиданный. Ты нс согласил¬ ся бы вывести меня на убийцу? Стать мишенью? Выманить убийцу на себя, чтобы я мог с ним разделаться. — Майк, так нельзя! Я посмотрел на Рокси. — Почему? — Это непорядочно. Как ты можешь просить его об этом? Я тяжело опустился в кресло и почесал голову. — Может, ты и права. Дело нешуточное. Растон тянул меня за рукав. — Я согласен, Майк, я не боюсь. Я не знал, как быть. Если я оплошаю, то никогда не прощу этого себе, но мальчуган вызвался с охотой и верил, что ошиб¬ ки не произойдет. Рокси опустилась на край кровати, ожидая моего ответа. Я не мог позволить убийце разгуливать на свободе. — Ладно, Ланселот, по рукам. Рокси смотрела на меня с ненавистью. — Надо хорошенько все обсудить,— продолжал я, не об¬ ращая на нес внимания. А пока — не принесешь ли ты мне чего-нибудь поесть? — Конечно, Майк. Сейчас принесу. Полицейские меня не трогают. Растон улыбнулся и вышел. Я слышал, как он спускался по лестнице и говорил копу, что они с мисс Мэлком проголода¬ лись. Коп проворчал что-то и пропустил его. Тогда заговорила Рокси. 255
— Ты неправ, Майк, хотя иначе, наверное, поступить нельзя. Один раз мы уже чуть нс потеряли Растона, и это ско¬ рее всего случится опять, если кто-нибудь не спасет его. Я только надеюсь, что твоя идея себя оправдает. — Спасибо, детка. Растон бегом поднялся по лестнице и шмыгнул в комнату, неся пару огромных сэндвичей. Я почти вырвал еду у него из рук и вгрызся, как волк. Один раз коп поднялся наверх, про¬ шел мимо двери, и я чуть не подавился. Когда шаги удали¬ лись, Рокси и Растон беззвучно рассмеялись, видя, как я стою с пушкой в руке и остатком сэндвича, торчащим изо рта. Рокси подошла к двери и прижалась к ней ухом, потом медленно повернула в замке ключ. — Ты, наверное, выйдешь тем же путем, каким вошел, так что у тебя будет запас времени. — Майк... Я надеюсь, с тобой ничего нс случится. За себя я не боюсь, просто мне страшно, когда подумаю, что могут сде¬ лать с тобой эти полицейские. Они говорят, что ты застрелил копа и теперь должен умереть. — Ланселот, ты зря беспокоишься. — Но ведь даже если ты узнаешь, кто во всем виноват, полиция все равно не оставит тебя в покое, правда? — Не обязательно,— рассмеялся я.— Они смотреть на меня не захотят, когда я расколю это дело. Парнишка вздрогнул и на секунду крепко зажмурил глаза. — Я все вспоминаю ту ночь на берегу, когда ты подстре¬ лил одного из напавших на меня. Страшная была драка. Мне показалось, будто меня лягнул мул. — Что ты сказал? — Ну... Помнишь, ночью... Ты тогда выстрелил в него и... Я оборвал его: — Тебе не придется подставлять себя, Растон,— сказал я негромко.— Приманка не понадобится. Рокси быстро повернулась, следя за выражением моих глаз: — Почему, Майк? — Я сейчас только вспомнил, что подстрелил там одного. Напрочь вылетело из головы.— Я нахлобучил шляпу и под¬ хватил с туалетного столика Рокси пачку сигарет.— Вы оста¬ вайтесь здесь и держите дверь на замке. Черт возьми, теперь я доберусь до убийцы, его даже выманивать не придется. Рокси, гаси свет. Зажжешь не раньше, чем через пять минут после моего ухода. Забудь, что видела меня здесь, не то Дилвик сде¬ рет с тебя скальп... Не говоря ни слова, она протянула руку и щелкнула вы- 256
ключателем. У Растона вырвалось тихое восклицание, от неожиданно¬ сти он шагнул к двери. Его дыхание стало неровным. На се¬ кунду я увидел силуэт и прямо перед ним — торшер. Прежде, чем я успел предостеречь Растона, он наткнулся лицом на аба¬ жур, вскинул руку, задел его, и торшер грохнулся на пол с шу¬ мом поваленного дерева — так мне, по крайней мере, показалось. Оглушительно лопнула лампочка. Хриплый голос что-то пролаял внизу. Не дожидаясь второ¬ го оклика, я рывком поднял раму и вылез на подоконник, на¬ шаривая лозу. Где-то в доме пронзительно заверещали свистки, в дверь сердито стучали кулаками. То скользя, то цепляясь, я стал спускаться вниз. Опять свисток. У кого-то сдали нервы, и среди всеобщего смятения грохнул выстрел. Кри¬ ки и свистки доносились со всех сторон. Как раз, когда я коснулся земли, подлетела машина, из нее выскочили двое. Но мне везло. Весь шум и гам шел из дома, и полицейские были уверены, что там меня накрыли. Я пустился бегом со всех ног, пересек лужай¬ ку и вбежал под деревья. Место было знакомое. Одно дерево об¬ разовывало отличную лестницу через стену. Я приготовил револьвер на случай встречи с патрульным. Не будет никакой пощады, только град пуль, пока один из нас не упадет. Позади разлетелось окно. Закричала Рокси. Потом разда¬ лось громкое: «Вот он!» — и два револьвера выплеснули огонь. Я не боялся, что в меня попадут — расстояние между нами быстро увеличивалось, а деревья мешали целиться. Это дерево пришлось очень кстати. Я взлетел по его наклонному стволу, оседлал стену и спрыгнул на траву. Дозорных не оказалось на прежнем месте. Наверное, побежали к дому. За стеной взвыла сирена и погоня началась. Это будет беспощадная травля. Оказавшись среди деревьев, по другую сторону дороги, я сба¬ вил скорость. Они станут искать машину и поиски развернут¬ ся вдоль шоссе. Пока, раззявы!.. 5 Всю ночь я проспал в машине. Только выждав до полудня, я решил, что пора двигаться. Теперь мой автомобиль затеряется в оживленном уличном потоке. Сотни похожих катились по шоссе. С виду это была хорошо послужившая машина пяти¬ летней давности, но под ее капотом скрывался сверхсильный двигатель, снятый с мощного скоростного лимузина. На шоссе я без труда обгоню городских копов. 257 9-884
Молодчина Растон. Если бы память у меня работала как следует, я не забыл бы о голубчике, которого пробуравил в ту ночь. Раненому нужен врач, ближайший врач, а в Сайдонс на¬ верняка не такая уйма медиков, чтобы я нс мог обойти их всех. Нужно искать врача-жулика. В полицию не поступало сооб¬ щений о пациенте с огнестрельным ранением, иначе Прайс сказал бы мне. Врача либо купили, либо припугнули. Разо¬ браться — дело Прайса. Я сбросил с машины ветки и расчистил путь к дороге, а по¬ том осторожно выехал. На первом же перекрестке свернул к шоссе, следуя дорожному указателю. Через две мили влился в поток и пристроился за каким-то парнем, ехавшим со средней скоростью. Мы въехали в город друг за другом, только я остановился в переулке и зашел в кондитерскую, где имелся телефон. Про¬ листав телефонный справочник, вырвал лист и сделал вид, что звоню. На меня никто не обращал внимания. Вернувшись в машину, наметил маршрут и заехал к пер¬ вому в списке. Список был не особенно внушительным. Семь фамилий. Доктор Гриффик выходил из машины, когда я при¬ тормозил рядом. — Доктор... — Да?— Он окинул взглядом мой грязный, помятый ко¬ стюм. — Не обращайте внимания,— сказал я.— Всю ночь на ногах, гонялся за типом, который подстрелил копа из местной полиции. Я репортер. — О да, слышал. Чем могу быть полезен? — Полицейский выпустил в него несколько пуль. К вам никто не обращался с огнестрельным ранением? Он негодующе и горделиво выпрямился. — Разумеется, нет! Я сразу сообщил бы. — Спасибо, доктор. Следующего не оказалось дома, зато я поговорил с эконом¬ кой. Да, она в курсе всех дел доктора. Нет, с огнестрельной ра¬ ной никто не приходил с тех пор, как мистер Диллон, словно последний дурак, пальнул себе в ногу, заряжая дробовик. Рада была помочь. Доктор Пирс лично проводил меня в ультрасовременный кабинет. Я и ему представился репортером. — Огнестрельная рана, говорите? — Да. Вряд ли он мог обойтись без помощи. Пирс сложил руки на животе и откинулся в кресле: — Был один случай позавчера, но я о нем сообщил. Вы, 258
конечно, слышали. Пуля двадцать второго калибра. Человек ехал по загородной дороге, когда его ранили. Сказал, что не знает, откуда стреляли. Я быстро нашелся. — А, это... Маловат калибр. У копов двадцать второй ка¬ либр как-то не в ходу. — Да, действительно,— рассмеялся он. — Что ж, спасибо вам, доктор. — Не за что. Осталось четыре фамилии. Шел четвертый час. Следу¬ ющих двоих не оказалось дома, но жена одного заверила меня, что ее муж не мог лечить никаких раненых, поскольку всю не¬ делю дежурил в больнице. Другой уехал отдыхать во Флориду. Кабинет доктора Кларка находился всего в одном квартале от полицейского управления — весьма нездоровое место в на¬ стоящий момент. То и дело подъезжали и отъезжали автомо¬ били, но приходилось идти на риск. Я поставил машину — развернул ее по ходу движения, убедившись, что свободного места хватит, если понадобится быстро отъехать. Из кабинета вышла женщина с грудным ребенком на руках, потом мужчи¬ на с палкой. Я не хотел лезть в приемную, полную народа. Во¬ шел плачущий мальчишка, поддерживая руку. Черт подери, зря теряю время! Я протянул руку к ключу зажигания, и тут вышел какой- то тип с марлевой наклейкой от угла рта до уха. Снова коло¬ кольчики — они разом зазвенели в голове, я едва не вскрикнул. К черту подстреленного, он наверняка сдох. Мои пальцы, засу¬ нутые в чей-то рот, раздирающие щеку... Ведь тому типу тоже нужен врач! Таких совпадений не бывает. Он был одет в щегольской серый костюм, с виду походил на крысу, а глаза так и шарили по сторонам. Легко сбежал по сту¬ пенькам и подошел к машине, стоящей через две-три впереди моей. От страшного возбуждения у меня гулко колотилось сердце, кровь неслась по жилам, как река, готовая выйти из берегов. Он вырулил со стоянки, а я — впритык, почти касаясь за¬ днего бампера. Я повис у него на хвосте безо всяких церемо¬ ний и может быть поэтому так долго оставался незамеченным. Он не обращал на меня внимания, пока мы не оказались на безлюдной дороге в шести милях от города. Только мы двое. Оживленное шоссе осталось далеко позади. Я заметил, как он взглянул в зеркало, и сразу же его машина рванулась вперед. С нехорошей улыбкой я сильнее нажал на педаль и скоро опять сел ему на пятки. 259 9-
Его глаза почти не отрывались от зеркальца. Теперь в них появился страх. Он высунул в окно руку, давая мне знак идти на обгон, но я игнорировал эту любезность. Мы ехали со ско¬ ростью восемьдесят пять миль. Мимо пролетел какой-то горо¬ док — словно ветром пронесло. Я едва расслышал свисток копа. Восемьдесят семь. Переднюю машину стало заносить на поворотах. Она кренилась, визжа покрышками, когда води¬ тель поворачивал руль. Я снова усмехнулся. Моя машина бы¬ ла приспособлена как раз для таких случаев. Девяносто. Деревья мелькали, словно штакетник гигант¬ ской изгороди. Еще один городок. Стремительный парад оди¬ наковых рекламных щитов, приглашающих посетить казино в Брокстоне. Девяносто пять. Мы вырвались на прямой участок дороги с такими же рекламными щитами по бокам. Впереди был отличный ровный путь, тут бы ему и газануть вовсю, но он уже выжал из мотора последнее. Впереди возникли очертания города. Приехали, дружок. Я сильно нажал на педаль газа, маши¬ на прыгнула вперед. Наши борта заскрежетали друг о друга. На долю секунды я встретился с ним глазами и вспомнил ту ночь, а в следующий миг двинулся наперерез. Он вильнул к обочине, отчаянно борясь с рулем, но не сумел справиться. За¬ дние колеса занесло, и машина, повалившись на бок, заверте¬ лась волчком. Я нажал на тормоза. Когда остановился, его машина все еще крутилась. Я подал назад и вылез, не глуша мотор. Типу повезло, чер¬ товски повезло. Машина опрокинулась, но ни разу не перевер¬ нулась, и стальная кабина выдержала. Я бросился на него в тот момент, когда он выползал, нашаривая под пиджаком пушку. От удара по заклееной щеке он взвыл и выронил револьвер. Я оседлал его и, подобрав тупорылый «тридцать восьмой», сунул за пояс. — Привет, приятель,— сказал я. В уголках его рта выступили пузырьки розовой пены. — Нет... Не трогай меня... — Заткнись. — Пожалуйста... — Заткнись.— Я посмотрел на него в упор, хорошо по¬ смотрел.— Помнишь ночь в хибарке? Помнишь мальчишку? Он вдруг узнал меня и затрясся всем телом от нестерпимо¬ го страха. — Что ты хочешь сделать? Что было силы, с размаху я ударил его по лицу. Он взвизг¬ нул и захныкал: 260
— Не надо... Через бинт начала сочиться кровь — уже не розовая, а яр¬ ко-алая. — Где тип, которого я подстрелил? С полным ртом крови он выдохнул: — Умер... Кровь текла изо рта и капала с подбородка. — Кто такой Мэллори? Он закрыл глаза и помотал головой. Ладно, не говори. Это для меня будет большое удовольст¬ вие. Я подцепил ногтями пластырь, державший наклейку, и отодрал одним рывком. Спекшиеся кровяные сгустки потяну¬ ли за собой кожу, и тип опять закричал. От угла рта вдоль че¬ люсти шел огромный полураскрытый разрыв, придававший его лицу выражение постоянно улыбающегося клоуна. — Открой глаза. Он через силу поднял веки. Его грудь ходила ходуном, су¬ дорожно втягивая воздух, лицо дергалось от боли. — Теперь слушай, приятель. Я спросил тебя, кто такой Мэллори. Сейчас я засуну пальцы тебе в рот и буду вырывать вот эти швы, один за другим, пока ты не скажешь. Потом рас¬ порю тебе другую сторону. Если хочешь быть похожим на ра¬ кушку, можешь молчать дальше. — Нет!.. Нет! Я... Я не знаю никакого Мэллори! Я влепил ему пощечину и сделал, как обещал. Из раны сильно хлынула кровь. У него опять вырвался крик, короткий крик нестерпимой муки. — Кто такой Мэллори? — Честно... не знаю. Еще один шов долой. Он потерял сознание. Я мог подождать. Он пришел в себя, бессмысленно мыча. Я тряс его голову, пока он не открыл глаза. — На кого ты работаешь, приятель? Губы зашевелились, но беззвучно. Я опять встряхнул его. — На босса... Нельсона... в казино. Нельсон. Впервые слышу. — Кто такой Мэллори? — Хватит, не надо. Я не знаю... Голос ослабел и умолк, глаза закрылись. Если бы не кровь, безостановочно струившаяся по подбородку, его можно было принять за мертвеца. Начало темнеть. Я не замечал приближавшихся машин, пока фары одной их них не осветили меня. Люди уже бежали через поле, перекрикиваясь и указывая на перевернутую ма¬ 261
шину. Прибежавший первым совсем запыхался: — Что случилось? Он мертв? Господи, посмотрите на его лицо! — Ничего страшного,— ответил я.— Просто потерял со¬ знание. Вокруг уже столпились остальные. Один протолкался впе¬ ред и распахнул пиджак, показывая значок. — Его лучше отвезти в больницу. В здешних местах нет ни одной. Самая ближняя — в Сайдоне.— Он выдернул из кармана блокнот и смочил языком кончик карандаша.— Как вас зовут, мистер? Я чуть было не выпалил свое имя. Если бы он его услышал, то мигом бы взял меня на мушку, а посреди этой толпы я ниче¬ го не смог бы сделать. Я выпрямился и знаком отозвал его в сторону. Обойдя перевернутую машину, посмотрел ему прямо в глаза: — Это не авария. Я сшиб его с дороги. — Что-что? — Не шумите и слушайте. Этот тип — похититель ребен¬ ка, а может, и убийца. Я хочу, чтобы вы позвонили по бли¬ жайшему телефону в полицейское управление штата сержанту Прайсу, понятно? Это на шоссе за Сайдоном. Если не застанете его сразу, продолжайте звонить, пока не свяже¬ тесь с ним. Он ухватил меня за лацканы пиджака. — Слушайте, вы, это что за номер? И вообще, кто вы та¬ кой, черт возьми? — Меня зовут Майк Хаммер... За мной охотятся все про¬ дажные копы в этой части штата и, если вы не уберете лапы, я сломаю вам руку! У него отвалилась челюсть, но пиджак он отпустил, потом наморщил брови: — Будь я проклят,— сказал он.— Мне всегда хотелось встретиться с вами. Знаете, я читаю все нью-йоркские газеты. Черт, надо же. Слушайте, вы и в самом деле убили сайдонско- го копа,а? - Да. — Здорово, черт возьми! Он всадил пулю в одного из на¬ ших ребят, когда тот ехал вечером из казино. Сам был пьян в стельку и подстрелил парня только потому, что лицо ему не понравилось. И это сошло ему с рук, ей богу. Что вы хотите пе¬ редать полиции? Мне стало легче дышать. Никогда не рассчитывал найти друга в такой глуши. 262
— Позвоните Прайсу и скажите, чтобы мчался в казино. И пусть захватит своих ребят. — Будет заварушка? — Скорее всего. — Может, надо бы и мне поехать.— Он задумчиво потро¬ гал подбородок.— Не знаю... Казино — все, что у нас тут есть. Проку от него никакого, но малый, который им владеет, за¬ правляет и городом тоже. — Держитесь в стороне, если есть такая возможность. Вы¬ зовите, если хотите, «скорую» для этого типа, только никаких больниц. Спрячьте его в холодную. Потом звоните Прайсу. — Ладно, Майк. Сделаю это для вас. Я не верю, что вы хладнокровно застрелили того копа, как говорилось в опове¬ щении. Ведь это было не так, правда? — Он сидел на мне верхом и собирался вышибить из меня мозги дубинкой, когда я разнес ему череп. — И правильно сделали, черт подери... Я не стал задерживаться. Двадцать пар глаз провожали меня до машины, но я полагал, что в случае надобности коп сумеет придумать какое-нибудь объяснение. Я не успел сесть за руль, как он уже созвал помощников и ставил машину на колеса, а другие шестеро понесли «рваную морду» к шоссе. Нельсон, босс. Новый персонаж. Какое отношение он име¬ ет к этой истории? Видимо, темная личность, иначе не держал бы в помощниках типа с крысиной физиономией. Нельсон, но никаких следов Мэллори. Я нажал на стартер и включил сцеп¬ ление. Нельсон — и никакого Мэллори. Холодная капля кати¬ лась по виску, я смахнул ее рукой. Проклятье. Мысль, вдруг пришедшая мне в голову, была дикой, но с нею все приобрета¬ ло смысл! О, черт, ведь это же невозможно, таких людей про¬ сто не бывает! Кусочки головоломки больше не нужно было подбирать друг к другу... Они сами, словно притянутые спря¬ танным под доской магнитом, сложились в картину убийства, в узор, сложный, как на персидском ковре, достаточно урод¬ ливом, чтобы висеть в гостиной самого Гитлера. Нельсон — и никакого Мэллори. Все остальное — случай¬ ность, обусловленная случайность. Я так сильно вспотел, что рубашка прилипла к телу. Боль¬ ше не нужно искать убийцу. Теперь я знал, кто он... Хотя час был еще ранний, в казино уже съезжались гости. Дюжины машин с номерными знаками трех штатов выстрои¬ лись ровными рядами, следуя указаниям распорядителя, а их пассажиры, в вечерних туалетах и деловых костюмах, направ¬ 263
лялись через лужайку к входу во внушительное здание, по¬ строенное на манер колониальной усадьбы, окруженной ря¬ дом двадцатифутовых колонн. Изнутри доносились звуки довольно приличного оркестра и громкие голоса из бара, рас¬ положенного в западном крыле. Вокруг плясали лучи прожек¬ торов, выхватывали из темноты деревья позади дома и отражались в воде залива искрящимися огоньками. Среди де¬ ревьев темным пятном выделялся лодочный сарай, а дальше огни стоящих на якоре яхт танцевали на волнах. Я минут пять просидел в машине с окурком в зубах, вы¬ сматривая, что и где. Когда в голове сложилось четкое пред¬ ставление о казино, вылез и бросил распорядителю доллар. Его слезящиеся глаза пробежали по моей одежде, недоумевая, какого черта мне здесь нужно. — Где я могу найти Нельсона, приятель? Ему не понравился мой тон, но в спор из-за этого он нс полез. — Зачем он вам нужен? — Мы ждем грузовик с товаром, и я хочу спросить, куда разгружать. — Спиртное? — Угу. — Черт, да разве ему не из Кармэна возят? — Наш товар особый, но на улице я об этом говорить не собираюсь. Где он? — Если не в зале, значит, наверху, в своем бюро. Я кивнул и пошел к двери. По обе стороны стояли двое парней в мятых смокингах, приветствуя входящих. Мне при¬ ветствия не досталось. Я видел, как они обменялись взгляда¬ ми, заметив очертания пушки у меня под пиджаком. Один было сунулся, но я пробормотал вполголоса: — У меня грузовик с товаром для босса. Когда подъедет, пускай отгонят за дом. Мы ехали с полицейским эскортом от самого Джерси. Еле оторвались. Оба уставились на меня озадаченно, будто понятия не имели, о чем я толкую, но, когда я протиснулся между ними, кивнули — порядок, мол,— решив, что я свой. Слева доносился гомон бара, шум, который не спутаешь ни с каким другим. Он всюду одинаков, будь то самая дрянная забегаловка в Бронксе или шикарный клуб в центре. Я вошел и, захватив местечко в конце стойки, заказал пи¬ во. Сукин сын, налил мне стаканчик в пять унций и содрал шестьдесят центов. Получая сдачу, я спросил про босса. — Поднялся наверх несколько минут назад. Одним залпом я осушил стакан и, проталкиваясь сквозь 264
публику, выбрался из бара. Там, где когда-то была парадная гостиная, прыгали головы танцующих под звуки оркестра, расположенного на возвышении в конце зала. Дюжины офи¬ циантов в белых куртках сновали во всех направлениях, как муравьи, готовящиеся к зиме, таская подносы, нагруженные до краев стаканами всех мыслимых размеров. Подсобный бар занимал весь конец коридора, напитки выдавали три бармена. Короче, настоящая золотая жила. В общем потоке я поднялся по лестнице, покрытой роскош¬ ным ковром. Тут были большей частью мужчины. Здоровенные мужики, жующие сигареты по три доллара за штуку и имеющие с собой тысячу долларов в карманах. Изредка попадались да¬ мочки, обвешанные драгоценностями, стоившими целое со¬ стояние. С верхней площадки отчетливо доносилось жужжание рулеток и стук игральных костей,— звуки эти пробивались сквозь гул возбужденных голосов игроков, сидевших за стола¬ ми. Здорово устроились, жалко портить. Вот что, значит, имел в виду Прайс. Азартные игры под крылышком властей. Даже делясь с сотней покровителей, босс гребет миллионы. Толпа разошлась по игорным залам, а я, миновав комнаты для отдыха, продолжал идти по тускло освещенному коридору, пока не вышел к другой лестнице. Она была поуже, не так яр¬ ко освещена, но с таким же роскошным ковром. Наверху кто- то закашлял, плеснула вода в охладителе. Ра пластавшись по стене, я огляделся, потом юркнул за угол и поставил ногу на первую ступеньку. Револьвер лежал в руке, удобно и привычно устроившись. Ступенька за ступенькой — я бесшумно поднимался по лестнице. Наверху свет из двери ло¬ жился желтым прямоугольником на панельную обшивку про¬ тивоположной стены. За три ступеньки от площадки я почувствовал, как доска немного подалась под ногой. Я ждал этого. Ударом плеча распахнул дверь и ткнул пушкой в лицо обезьяны в смокинге. Он как раз собирался задвинуть засов. — Поздно спохватился,— бросил я ему с насмешливой ухмылкой. Он попытался взять меня на испуг: — Какого черта тебе здесь надо? — Заткнись и ляг на пол. Вон там, подальше от двери. Полагаю, он знал, что с ним будет, если ослушается. Его лицо побелело, став одного цвета с воротничком, он упал на колени, потом растянулся, как велено, на полу. Перед тем, как зарыться сопаткой в ворс ковра, он бросил мне взгляд, го¬ воривший: «Ты еще пожалеешь». Черта с два я пожалею, не вчера родился. Я повернул ре¬ 265
вольвер в руке и встал за дверью. Долго ждать не пришлось. Ручка повернулась, в комнату просунулся револьвер, а за ним — молодчик, высматривающий мишень с плотоядной ух¬ мылкой садиста. Когда я огрел его рукояткой по голове, выражение физио¬ номии сразу стало изумленным, он рухнул на пол, как мешок мокрого цемента. Кожа на лысом черепе была рассечена. Удар надолго отправил молодчика в сонное царство. — Ты привел бы в порядок свою сигнализацию под сту¬ пенькой,— сказал я лежавшему на полу красавцу,— а то про¬ валивается, как западня. Он поднял на меня глаза, которые прыгали с каждым уда¬ ром сердца. Его руки лежали на полу ладонями вниз, тело приподнималось и опадало в такт затрудненному дыханию. Подбородок под аккуратными усиками слегка отвалился и мелко дрожал. Волосы, когда-то спадавшие на лоб, теперь от¬ ступили к затылку, словно вода в отлив, и начали седеть, хотя и не очень заметно. На губе виднелся шрам, а нос ему не осо¬ беннодавно свернули набок, но, вглядевшись хорошенько, все же можно было различить прежние очертания. Он оказался именно таким, как я ожидал. — Привет, Мэллори.— сказал я.— Или тебя нужно назы¬ вать Нельсоном? Его голос звучал едва слышно. — К-ктоты? — Не прикидывайся, приятель. Меня зовут Майк Хам¬ мер. Ты должен меня знать. Совсем недавно я ухлопал одного из твоих ребят и изуродовал другого. Видел бы ты его сейчас. Он снова мне попался... Встань. — Что... ты собираешься... делать? Я опустил глаза на револьвер. Предохранитель был снят и пушка выглядела весьма зловеще. Я прицелился в живот: — Может, я просто всажу в тебя пулю, вот сюда. Я указал стволом на его пупок. — Если тебе нужны деньги, Хаммер, я могу дать. Пожа¬ луйста, убери пушку. Кремень-парень — этот Мэллори. Он отодвигался от ме¬ ня, выставив перед собой руки в напрасной надежде остано¬ вить пулю. Наткнувшись на стол, перестал ползти. — Мне не нужны твои деньги, Мэллори,— сказал я.— Мне нужен ты. Я вновь дал ему заглянуть в дуло. Мне нужно кое-что от тебя услышать. — Я... — Где мисс Грейндж?.. Или, лучше сказать, Рита Кэм- 266
бслл? Он втянул в себя воздух. Нс успел я пошевельнуться, как он обернулся, схватил со стола чернильный прибор и запустил тяжелую подставку мне в лицо. Его пальцы впились мне в гор¬ ло, мы кувырком покатились по по полу. Я пнул коленом, про¬ мазал и взмахнул револьвером, ударив его по шее. Это дало мне возможность немного отдышаться. Развернувшись всем телом, я что было сил врезал ему по зубам. Костяшки пальцев вонзились ему в рот и зубы сломались от удара с таким хру¬ стом, словно были пустые внутри. Ублюдок выплюнул мне их прямо в лицо. Он попытался выцарапать мне глаза. Я отбросил револьвер в сторону и гром¬ ко расхохотался. Лишь на один этот миг у него хватило поро¬ ху, на один миг неистовое бешенство придало ему сил. Я поймал его руки и прижал к бокам, потом швырнул Мэллори об пол. Он забрыкал ногами и отбивался до тех пор, пока я не оказался сверху. Я оседлал его, уселся на живот и припечатал к полу спиной. Прижав его руки коленями, я лишил его способности двигать¬ ся. Он не мог закричать, не захлебнувшись собственной кровью, и понимал это, но, тем не менее, все пытался плюнуть в меня... Я принялся бить его по лицу обеими руками. Справа, сле¬ ва, справа, слева. Оплеухи бросали его голову в разные сторо¬ ны. Я избивал его до тех пор, пока не заболели ладони. Мое кольцо рассекло ему щеку в дюжине мест. Сперва он бился по¬ до мной и мычанием просил пощады, потом стал отчаянно ме¬ таться, стараясь увернуться от ударов, которые разбивали лицо в клочья. Когда он почти потерял сознание, я остановился. — Где Грейндж, Мэллори? — В сарае... Он взмолился, боль новых ударов, но я все равно врезал ему еще разок. — Где Кук, девчонка из библиотеки? Никакого ответа. Я дотянулся до револьвера и зажал его в кулаке. — Посмотри на меня, Мэллори. Его глаза приоткрылись. — У меня болит рука. Отвечай, не то обработаю тебя вот этим. Вряд ли ты выживешь после такого. Где Кук? — Больше никого. Грейндж... только она... одна. — Врешь, Мэллори. — Нет... только Грейндж. Оставалось поверить, что он говорит правду. После такой 267
взбучки не было смысла врать. Но это нс разъясняло вопроса о Кук. — Ладно, тогда у кого она? Кровь из разбитых десен запузырилась у него на губах. — Я ее не знаю. — Она была алиби Грейндж на ту ночь, когда зарубили Йорка. Они провели эту ночь вместе. Она могла выручить Грейндж своими показаниями! Его глаза раскрылись совсем. — Сука она,— с трудом выговорил он.— Она не заслужи¬ вает никакого алиби. Она украла моего мальчонку, вот что она сделала! — А ты украл его у них... спустя четырнадцать лет. — Он мой, разве нет? Йорк не имел на него никаких прав. — Ведь на самом деле он был тебе совсем не нужен, пра¬ вильно? На мальчишку тебе наплевать. Ты только хотел скви¬ таться с Йорком. Верно говорю? Мэллори отвернулся. — Отвечай! - Да. — Кто убил Йорка? Я ждал ответа. Мне нужна была полная уверенность. Я ни¬ как не мог позволить себе допустить ошибку. — Не я... это не я. Я поднял револьвер и прицелился ему в лоб. Мэллори гля¬ дел в самое жерло ада. — Мэллори,— сказал я,— если ты соврешь, я всажу пулю тебе в живот, а потом вторую, немного повыше. Ты сдохнешь не скоро и пожалеешь об этом. Скажи, что это сделал ты, и я пристрелю тебя сразу, хотя ты и нс заслужил легкой смерти. Только не ври мне, потому что я знаю, кто убил его. Глаза, полные боли и ужаса, вновь встретились с моими: — Это... не я. Нет, не я. Ты должен мне поверить. Мой револьвер все так же смотрел ему в лоб. — Я даже не знал, что его убили,— продолжал он.— Мне нужна была только Грейндж.— Даже разбитый рот не мешал ему говорить быстро.— Я получил в письме без подписи газет¬ ную вырезку. Там говорилось о заварушке в больнице. Мне писали, что Рита Кэмбелл теперь важная птица и зовется Грейндж и что, если я заберу мальчишку, то вместо выкупа смогу потребовать от Йорка подтверждение, что Растон — мой сын. Я бы не стал связываться, да уж больно легко все вы¬ ходило. В письме сообщалось, что в условленную ночь при¬ вратника усыпят, а дверь в дом оставят открытой. Всего-то и 268
дела оставалось, это прийти и забрать мальчишку. Я и так все¬ го этого нс забыл, а письмо меня совсем распалило. Но еще больше мне хотелось отплатить Грейндж, вот почему я взялся за нее, когда эти типы упустили парня. Я проследил, к кому она ездит, дождался, пока она оттуда выйдет, и скрутил ее. Во время убийств:) Йорка я ждал ее на улице. Честно, я его не убивал. Она не знала, кто я такой, пока я не сказал. С тех пор, как Йорк украл моего сына, я жил под именем Нельсона. В ма¬ шине она начала отбиваться, ударила меня туфлей по голове. Пока я очнулся, она выскочила, залезла в свою машину и дала деру. Я догнал се у реки, сбросил машину с дороги и она упала под воду. Я думал, ей крышка... На лестнице послышались шаги, Мэллори умолк. Я круто повернулся и пальнул через дверь. Кто-то выругался и стал звать на помощь. Я подтолкнул Мэллори револьвером: — В окно, да поживей. Его нс пришлось подгонять. Приставленная к спине пушка действовала лучше всяких слов. Будь она проклята, эта сигна¬ лизация. Либо она сработала где-то в другом месте, либо пар¬ ни у дверей что-то заподозрили. Лысый застонал на полу. — Подними окно. Мэллори повернул шпингалет и толкнул раму вверх. За ок¬ ном темнели стальные перила пожарной лестницы. Я мысленно поблагодарил мудрых строителей. Мы вылезли и стали спускать¬ ся по железным ступенькам. Даже с колокольчиком на шее я нс смог бы поднять большего шума. Мэллори то и дело сплевывал кровь, стараясь одновременно глядеть и на меня, и себе под ноги. Тяжелые тела таранили дверь наверху. Замок отскочил и кто-то грохнулся на пол, споткнувшись о тело лысого. Прежде, чем они подбежали к окну, мы уже стояли на земле. — Лодочный сарай. Шевелись, Мэллори, им плевать, в кого они попадут. Мэллори тяжело дышал, ловя воздух ртом, но он момен¬ тально понял мудрость моих слов. Треснул выстрел, заглу¬ шенный внезапным грохотом оркестра, и почти у самых моих ног брызнул гравий. Мы побежали вдоль стоянки, потом свер¬ нули и, лавируя между машинами, выбрались к лодочному са¬ раю. На его дверях висел замок. — Открывай. — Я... у меня нет ключа. — Так и пулю недолго схлопотать,— напомнил я ему. Он пошарил в кармане, достал ключ и вставил в замок. У него так сильно дрожали руки, что он не мог вынуть замок из петель. Я оттолкнул его и сорвал замок. Дверь откатилась. 269
Ткнув пальцем внутрь,— входи, мол,— я закрыл ее за Мэлло¬ ри. Уперев револьвер ему в спину, чиркнул спичкой о ноготь. Грейндж и Кук лежали рядышком на груде земли в даль¬ нем конце сарая. Обе были обмотаны веревками, у обеих изо рта торчали кляпы. Они были без сознания. Мэллори разинул рот и указал дрожащим пальцем на Кук. — Она тут! — А какого черта ты ожидал? Его лицо стало багровым, кровь вновь полилась изо рта. Может, Мэллори что и сказал бы сгоряча, если бы спичка не обожгла мне пальцы. Я уронил ее и выругался. В тот же миг он увернулся от револьвера и кинулся наутек. Я сделал четыре шага к двери с протянутыми руками, чтобы схватить его, но встретил одну пустоту. В другом конце сарая одна из женщин застонала. Повернулась ручка, и я на мгновение увидел звез¬ дное небо в дверном проеме. Первая же пуля задела ему голо¬ ву, и он с воплем повалился на пол. В слабом свете спички я не заметил эту дверь в боковой стене. Я подбежал к Мэллори и рванул его обратно за ногу, в остервенении готовый всадить ему пулю в пузо. Мне не дали. Грянул выстрел, револьвер выпал из моей ру¬ ки. В глаза ударил луч фонаря, и голос Дилвика прорычал: — Замри, Хаммер, одно движение — и я тебя продырявлю. Фонарик передвинулся в сторону, ни на миг нс отрывая от меня своего луча. Дилвик щелкнул выключателем: под кры¬ шей зажглась тусклая лампочка, едва освещавшая стены. Он стоял у выключателя с таким гнусным выражением, которое я не думал когда-либо увидеть на человеческом лице. Он при¬ шел убить меня. Все могло тут же и кончиться, если бы Мэллори не подал голос: — Ты, поганая крыса, вонючая, поганая крыса. Это ты тянул из меня деньги, сукин сын. Дилвик ухмыльнулся мне, скаля зубы: — Погляди на этого умника, Хаммер. Ишь, разоряется. Я не отозвался. Дилвик подошел и поднял с пола мой револьвер, прихва¬ тив рукоять платком и не выпуская из виду нас обоих. Он по¬ смотрел на меня, потом- на Мэллори и, не успели мы шевельнуться, выпалил в грудь Мэллори из моего «сорок пя¬ того». Бедняга сложился пополам, перевалился на бок и затих. Дилвик отбросил еще дымящийся револьвер в угол сарая. — Побаловались и хватит,— сказал он.— Было хорошо, а будет еще лучше. Я ждал. 270
— Босс наладил здесь хороший рэкет. Первокласный рэ¬ кет. Он платил нам хорошие отступные, но теперь я решил сам стать здесь хозяином. На черта мне полицейская служба. Кра¬ сивая будет картинка, как по-твоему? Я вошел, увидел, как ты его убил, а потом пристрелил тебя. Да. Даже очень красиво получается. И никто не догадается. Чего проще — повесить на тебя оба эти убийства. — Верно,— сказал я,— но как же с Грейндж и ее подружкой? Дилвик опять осклабился. — Ее считают убийцей Йорка, так? Разве не чудесно бу¬ дет, если их найдут мертвыми на месте любовного свидания? Газетам это придется по вкусу. Да, это будет хороший матери¬ альчик для первых полос, если только ты их не вытеснишь от¬ туда! Грейндж топится со своей милашкой, чтобы не быть поджаренной за убийство Йорка. Это будет пристойный конец всей истории. Я и так уже сыт по горло, осточертело покры¬ вать босса, да и ты мне порядком досадил, Хаммер. — В самом деле? — Не хорохорься. Будь у меня голова на плечах, разде¬ лался бы с тобой сам, когда ты тащился за мной, а не доверил бы дело тем типам. — У тебя самого вышло бы не лучше,— выпалил я. — Да? А сейчас вот выйдет. Он поднял револьвер и не спеша прицелился мне в голову. Он зря потратил лишнюю секунду, взводя курок: я выдернул из-за пояса тупорылый «тридцать восьмой», который отобрал у «рваной морды», и вогнал пулю копу в живот. На миг его лицо застыло, револьвер качнулся вниз, потом сила ненависти толкнула его вперед, он снова поднял пушку... Вновь прогремел «тридцать восьмой». На переносице Дил- вика появилось пятнышко, коп рухнул ничком. Голос моего револьвера был не одинок. Снаружи поднялась частая стрель¬ ба, со стороны дома неслись крики, кто-то выкрикивал коман¬ ды в темноту. Машина, видимо, пытавшаяся отъехать, врезалась в другую. Снова выстрелы и звон разбитого стекла. Мужской голос закричал от дикой боли. Короткими очередями затарахтел автомат. За дверью, которой тело Мэллори мешало закрыться, ослепительно белый свет прожектора превратил ночь в день. Послышались шаги нескольких человек, обходив¬ ших сарай.Я заорал: — Прайс, это я, Майк! Я здесь! Несколько рук открыли ворота и в сарай хлынул свет. Полицейский быстро шагнул внутрь, целясь в меня, я бро¬ сил револьвер. Появился Прайс. 271
— Черт возьми, ты все еще жив? — А что? Разве не похоже?— Смеясь, я хлопнул его по плечу.— И рад вас видеть. Долго же вы добирались! Прайс вытянул ногу и ткнул сапогом в лежащее на полу тело. — Да ведь это... — Дилвик,— закончил я,— а вон тот, другой,— Мэллори. — Вы, кажется, собирались держать меня в курсе событий. — Все произошло очень быстро. И потом, я не появлялся там, где меня могли узнать. — Что ж, Майк, надеюсь, вы сумеете дать убедительные доказательства. Иначе дело плохо. Здесь немало людей, име¬ ющих достаточно влияния, чтобы вертеть судебными властя¬ ми штата, и если для этого окажется серьезная причина, нам обоим придется отвечать. Вам — за убийство. — Ерунда. Из-за чего вся стрельба? — Я получил ваше не очень-то вразумительное сообще¬ ние и поехал сюда с тремя машинами ребят. Когда мы подъез¬ жали, из-за дома выехала целая орава с оружием. Они стали стрелять в нас, не успев вылезти из машины, и мы дали им жа¬ ру. Ребята ждали драки и дождались. — Эти типы, дружище, гнались за мной. Они, наверное, решили, что я попробую смыться, и побежали вокруг дома. Один Дилвик знал, где нас найти. Черт, еще бы ему не знать. Я искал Грейндж и девицу по имени Кук, а он держал их здесь. — Вот это интересно. Давайте дальше. Я наскоро посвятил его в последние события. — Дилвик покрывал Мэллори. Когда вы найдете счетные книги этого заведения, то обнаружите там уйму всяких хит¬ рых цифр. Но у него, голубчика, завелась одна мыслишка. Ему захотелось захватить всю эту лавочку. Он застрелил Мэллори.из моего револьвера и собирался застрелить меня, но я уложил его из пушки, которую отнял у парня, пойманного мною на шоссе. Да, у Дил вика голова работала. Когда Грейндж не могли нигде найти, он сделал то же, что и я: сам влез в реку и так узнал, в каком месте водоворот отклоняет те¬ чение к берегу. В то время они с Мэллори думали получить се¬ бе по хорошему куску от наследства Йорка. Только Грейндж знала о существовании доказательств того, что Растон вовсе не сын Йорку, и они собирались либо выжать их из нее, либо выдать по/тиции за убийство Йорка. Прайс снова взглянул на труп и выпустил дым через ноздри. — Значит, Грейндж действительно ухлопала своего шефа? Я медленно закурил сигарету. — Грейндж никого не убивала. 272
Лицо сержанта сморщилось. Он посмотрел на меня с со¬ мнением. — Это последствия, Прайс,— сказал я задумчиво.— То, что получается, когда подожжешь фитиль. — О чем вы говорите, черт подери? Я не слышал его. Я думал о похищении, об ученом с топо¬ ром в голове и о погоне за его ассистенткой. Я думал о Генте- младшем, который обыскал кабинет Йорка, нашел грязные снимки, а потом был избит. Я думал о пуле, попавшей в Рокси, о ночи с Элис, которая могла бы быть приятной, если бы не оказалась подстроенной лишь ради того, чтобы обыскать мою одежду и после огреть меня по черепу. Я думал о тайнике в ка¬ мине, о газетной вырезке, о копе, пытавшемся меня убить, и о кое-каких словах, сказанных Мэллори. Я думал об убийце, который мог предвидеть все это, планируя первое убийство. Думал о лице убийцы. Запутанное дело. Я повторял это в сотый раз, но ради чего затеяна эта замечательная, мерзкая путаница? Нет, скучать не пришлось ни минуты. Каждая мелочь, казалось, сцепилась с другой, перекрывала ее и вела к чему-то более значительно¬ му, так что опускались руки, и первоначальное убийство теря¬ лось в неразберихе самых диких, невообразимых частностей. Появляется полиция и осыпает все вокруг пулями... Был ли такой конец запланирован? Я знал одно. Где-то по ходу де¬ ла мне полагалось умереть. Сейчас убийца, должно быть, ки¬ пел от злости, потому что я остался живым. Почему люди воображают, что убийство сойдет им с рук? Некоторые приду¬ мывают простые планы, другие — сложные до крайности, но этот убийца путал события, пускал их на самотек, и результат оказывался лучше, чем можно было предположить. — Не будьте так скрытны, Майк. Кто это сделал? Я бросил окурок на пол и растер ногой: — Скажу завтра, Прайс. — Вы скажете сейчас, Майк. — Не надо заводиться, малыш. Я ценю все, что вы сдела¬ ли для меня, но никого не брошу на растерзание, пока не будет полной уверенности. — Вы убили достаточно людей, чтобы иметь такую уве¬ ренность. — Ответ прежний. Мне нужно выяснить одну маленькую подробность. — Какую? — Что может звучать похожим на кашель. Прайс решил, что я спятил: 273
— Говорите сейчас же, или я буду держать вас до тех пор, пока не скажете. С меня тоже спросят, и крепко спросят, если я не сумею... Я чувствовал усталость. Мне хотелось свернуться калачи¬ ком рядом с Дилвиком и уснуть. — Не давите на меня, Прайс. Скажу завтра. Когда вы притащите этот подарочек,— я обвел взглядом помещение,— вам объявят благодарность. В углу полицейский снимал с девушек веревки. — Запишите показания, этого вашему начальству пока хватит, а там и я с вами свяжусь. Сержант долго молчал, потом пожал плечами: — Ваша взяла. Ждал же я до сих пор, так почему не подо¬ ждать до завтра. Идем отсюда. Вдвоем мы вынесли Грейндж. Еще один полицейский тащил мисс Кук. Зрачки Майры Грейндж, расширенные до предела, по¬ ходили на два больших черных кружка. Ее по уши накачали нар¬ котиками. Мы понесли Грейндж в одну из полицейских машин и некоторое время смотрели, как бандитов из казино приковывают наручниками друг к другу, отсортировывая гостей. Я усмехнул¬ ся, заметив полдюжины сайдонских копов. Они давно утихоми¬ рились и, судя по беспокойным взглядам, им предстояло состязание на звание самого голосистого и говорливого. Через неделю в Сайдоне будет новый состав полиции. Пусть публика простовата, легко попадает под власть нахра¬ пистых проходимцев и безропотно смотрит, как вокруг рас¬ пространяется гниль, но все до поры до времени. Возмущенная толпа похожа на бешеного волка. Она не успокоится, пока все эти проходимцы нс окажутся за решеткой... Может быть, мне даже дадут медаль. Да, может быть... Осточертело на них смотреть. Я подозвал Прайса и сказал, что уезжаю. Лицо Прайса изменилось, однако он промол¬ чал,— видел, что со мной творится,— и кивнул. Я развернулся перед домом. Завтра будет беспокойный день. Придется подготовить объяснение насчет всего этого де¬ ла для суда присяжных, да потом еще попотеть, доказывая свою правоту. Нельзя просто убить человека и уйти, посви¬ стывая. Нет, черт возьми. Оправдано убийство или нет, все должно быть по закону. Да, завтрашний день будет беспокойным. А нынешняя ночь — и того больше. Мне нужно потолковать с убийцей об убийстве... 274
6 Было четверть двенадцатого, когда я подъехал к усадьбе. Ген¬ ри вышел из привратницкой, увидел меня и разинул рот, слов¬ но столкнулся с привидением. — Боже милосердный, мистер Хаммер. Полиция всюду вас ищет! Вы... вы убили человека. — Ну, убил,— отозвался я саркастически.— Откройте ворота. — Нет... Я не могу вас впустить, будут неприятности. — Обязательно будут, если не откроете. Его лицо и фигура выражали беспомощность. В складке у рта читалось отвращение, отвращение при виде человека, ко¬ торый застрелил своего ближнего. Я проехал в ворота и оста¬ новился. — Генри, подите сюда. Тот неохотно подошел, шаркая ногами. — Да, сэр. — Меня больше не разыскивают. С полицией все улажено. — Значит, вы не... — Нет, я застрелил его, но это было оправданно. Меня ни в чем не обвиняют, понятно? Я спокойно смотрел на него. Он слабо, неуверенно улыбнулся, не вполне меня пони¬ мая, но вздохнул с облегчением. По крайней мере, теперь он знал, что не укрывает беглого преступника в моем лице. Я по¬ катил по аллее, плавно беря повороты, пока фары не осветили дом. Через окно виден был Харви, идущий к двери. Вместо то¬ го, чтобы поставить машину перед домом, я свернул в сторону и въехал в открытые ворота гаража. Он был рассчитан на шесть машин, но сейчас здесь стояло только две, включая мою. Давным-давно кто-то начал пользоваться помещением как кладовой, и теперь один конец занимало всякое барахло, накопившееся за многие годы. На спецальных креплениях под потолком висели два детских велосипеда, ниже — модель по¬ новее, с маленьким цилиндрическим мотором, встроенным в корпус. С крюка, ввинченного в вертикальную балку, свисали роликовые коньки, но, судя по виду, пользовались ими мало. Неплохое детство обеспечили Растону. Я закрыл ворота гаража и поднял голову. Начался дождь. Слезы радости или печали. Быть может, я все-таки остался в дураках? Харви, как всегда безукоризненный и невозмутимый, взял у меня шляпу и проводил в гостиную. Он ни словом не упомя¬ 275
нул о происшедшем, ни малейшего любопытства не отрази¬ лось на его лице. Он еще не успел объявить о моем приезде, а Рокси уже спускалась по лестнице, поддерживаемая Расто¬ ном. Из холла, широко улыбаясь и протягивая руку, вышел Вилли Паркс. — Майк, ну, ты даешь! Ей богу, ведь тебя считают врагом общества номер один! •— Майк!.. •— Привет, Ланселот. Привет, Рокси. Дай-ка, я тебе помогу. — Ох, я ведь не калека,— рассмеялась она.— Немного трудно идти по лестнице, но на ногах вполне держусь. — Что случилось, Майк?— Растон улыбнулся.— Вечером сюда позвонили, и все полицейские уехали. С тех пор мы не видели ни одного. Я так боялся, что тебя убили или поймали. — Да, это почти случилось, малыш, но меня даже нс по¬ царапали. Все кончено. Ко мне нет никаких претензий, скоро можно ехать домой. Вилли Паркс, куривший сигарету, застыл. Его руки нача¬ ли едва заметно дрожать и ему стоило труда держать сигарету. Растон спросил: — Значит, полиции ты больше не нужен, Майк? Я покачал головой. С коротким радостным восклицанием он подбежал ко мне и крепко обнял. — Вот здорово, Майк, я так рад. Я потрепал его по руке и криво улыбнулся: — Н-да, я снова почти что честный человек. — Майк... Голос Рокси прозвучал как скрип рашпиля по дереву. Од¬ ной рукой она сжимала халат на груди, другой старалась уб¬ рать прядь волос, лезшую в глаза. — Кто... кто это сделал, Майк? Вилли ждал. Рокси ждала. Я слышал, как Харви задер¬ жался за дверью. Растон озадаченно переводил взгляд с них на меня. Воздух в комнате был наэлектризован. — Завтра узнаешь,— сказал я. Вилли Паркс уронил сигарету. — Почему не сейчас?— выдохнула Рокси. Я достал из кармана сигарету. Вилли нашарил свою на по¬ лу и дал мне прикурить от нее. Я глубоко затянулся. Рокси, бледная, закусила губу. — Иди-ка ты лучше к себе в комнату, дорогая. Ты не осо¬ бенно хорошо выглядишь. — Да... да. Я лучше пойду. Извини. Я и правда неважно себя чувствую. Лестница... 276
Она не договорила. Пока Растон помогал ей подняться, я молча стоял рядом с Вилли. Через минуту мальчуган вернулся. — Как ты думаешь, Майк, с ней будет все в порядке? — Думаю, да. Вилли погасил окурок в пепельнице: — Пойду спать, Майк. День был нелегкий. Я кивнул. — Ты тоже ложишься, Растон? — Что это на всех нашло, Майк? — Нервничают, должно быть. — Да, наверное.— Его лицо прояснилось.— Давай я для них сыграю. Я не играл с тех пор... с той ночи. Но мне хочется сыграть, Майк. Как ты думаешь? — Конечно, валяй. Он улыбнулся и выбежал из гостиной. Я слышал, как он двигает табурет и поднимает крышку рояля, а в следующий момент мелодия классическом духе наполнила дом. Я сел и стал слушать. Она была то веселой, то серьезной. Пальцы бе¬ гали по клавишам, повинуясь прихотливой фантазии. Под та¬ кую музыку хорошо думается. Я прикурил новую сигарету от первой, спрашивая себя, как действует музыка на убийцу. Да¬ ет она ему ощущение ужаса? Или каждая нота — часть его траурной темы? Кончилась третья сигарет а а я все т^аал^ за¬ думавшись. Музыка изменилась, теперь в ней звучала живая, вольная мелодия. Я погасил окурок и встал. Пора повидать убийцу. Я взялся за ручку, повернул ее, вошел в салон и запер за собой дверь. Убийца улыбался мне улыбкой, значение которой я был не в силах постичь. Она выражала не отчаяние, не пора¬ жение, а скорее торжество. Убийца не смеет так улыбаться. Звон колокольчиков у меня в голове нарастал вместе с музы¬ кой бравурного марша. Я сказал убийце: — Хватит играть, Растон. Музыка не прервалась. Наоборот, в ней нарастали сила и воодушевление, в то время как Растон Йорк извлекал из рояля симфонию, создавая увертюру к смерти. В ней слышался ритм моих шагов, когда я шел к креслу и садился. Лишь после того, как я вытащил из кобуры револьвер, музыка стала стихать. Я не отрывал глаз от его лица. Музыка захлебнулась в грохочу¬ щем хаосе минорных аккордов. — Значит, вы разгадали меня, мистер Хаммер? - Да. — Пожалуй, в последнее время я ожидал именно этого. 277
Он совершенно непринужденно закинул ногу на ногу, едва взглянув на револьвер в моей руке. Сжав губы, я чувстовал, как во мне нарастает гнев, толкая к той грани, за которой пе¬ рестаешь владеть собой. — Ты — убийца, дружок,— сказал я.— Ты — кровожад¬ ный, полоумный, маленький мерзавец. Это до того невообра¬ зимо, что я сам едва могу поверить. Ты все хорошо запланировал, приятель. Ну, еще бы, ведь ты — гений. Я за¬ был. И все об этом забыли. Тебе только четырнадцать, но ты утрешь нос любому ученому или президенту. — Благодарю вас. — У тебя отточенный ум. Твоя способность планировать, сопоставлять и предвидеть превосходит всякое воображение. Я вывихнул себе мозги, стараясь отыскать убийцу, а ты в это время, должно быть, за бока держался от смеха. Ты отлично знал, что откроется после смерти Йорка: серия преступлений и мелких личных счетов... Собери их вместе — получается та¬ кое поганое месиво, какого еще никогда не стряпали. Но тебе не пришлось бы за это поджариваться. О, нет... только не тебе. Самос худшее, что могло тебя ждать в случае разоблачения — это суд по делам несовершеннолетних. Ты так и думал, верно? Черта с два. Да, ты еще ребенок, но ум у тебя мужской. Поэто¬ му я и говорю с тобой как с мужчиной. Потому и убить тебя могу, как мужчину. Он сидел неподвижно. Если он боялся, это проявлялось только в биении голубой жилки на лбу. На губах по-прежнему играла улыбка. — Будучи гением, ты, наверное, считал меня дураком,— продолжал я. С каждым словом мое сердце наполнялось нена¬ вистью, оно билось все быстрее и быстрее.— Дошло до того, что я и сам стал считать себя идиотом. Как же иначе? Стоило мне отвернуться — случалось что-нибудь до того нелепое, что невозможно было хоть как-то увязать с остальным, и все же, в известном смысле, такая связь существовала. Гснт-младший и Элис. Братья Грэм. Каждый старался откромсать кусок пиро¬ га. Каждый был занят своей маленькой личной проблемой и не имел понятия об остальном. Отличная для тебя ситуация. Но, пожалуйста, не думай, что я вел себя нелепо, Растон. Единст¬ венная глупость, которую я допустил — это когда назвал тебя Ланселотом. Если мне доведется где-нибудь встретить доброго рыцаря, я попрошу у него прощения. Но в остальном я дейст¬ вовал не так уж глупо: узнал, что Грейндж была чем-то опасна Йорку... Власть ей дало то обстоятельство, что она единствен¬ ная знала о подмене. Йорк, стареющий ученый, хотел иметь 278
наследника, которому мог бы передать свои знания... Но его сын умер. И что же он сделал? Он взял мальчишку, рожденно¬ го от отца-преступника, которому расти бы у сточной канавы, и сделал из него гения. Но прошло время, гений стал задумы¬ ваться и ненавидеть. Почему? Только тебе это известно. Ты узнал об обстоятельствах своего рождения. Ты знал, что Йорку остались считанные го¬ ды и что Грсйндж грозилась все разгласить, если он не оставит ей свои деньги. Твой отец — или как его еще назвать — тоже умел соображать. Он предложил Элис вступить в связь с его помощницей-лесбиянкой, а потом использовал это против нее. Он добился своего, да только вот Гент-младший узнал от своей сестры, что Йорк обращался к ней с тем же предложени¬ ем, и ему захотелось держать в страхе и Грейндж, и Элис, что¬ бы его допустили к дележу. Ну и заваруха же началась после этого? Все считали, что доказательства у меня, а конверт-то лежал все время у той вон стены. Да, у стены. Помнишь, как ты стрелял в Рокси? Ты был у себя в комнате. Ты накинул лассо, которое висит у твоей кровати, на крюк за ее окном, оттолкнулся и, повиснув на ве¬ ревке, выстрелил через стекло. У нес горел свет, она ничего не видела за окном, но мишень представляла отличную. Ты про¬ махнулся на таком расстоянии только потому, что веревка раскачивалась. Это совсем сбило меня с толку. Неплохое пред¬ ставление ты устроил, когда я вызвал врача. Ты и его одура¬ чил. До меня только недавно дошло. А теперь я все понял. Ты влюбился, как умный, темпера¬ ментный мужчина. Потеха! Влюбился в свою няньку. Его лицо потемнело, вена запульсировала сильнее, а руки сжались в кулаки. — Ты стрелял в нее потому, что увидел нас вместе и при¬ ревновал. Братец, как же ты, наверное, радовался, когда за мной охотились копы, имея приказ пристрелить на месте. Я думал, ты просто удивился, когда я влез в окно. Ты побледнел, помнишь? На секунду тебе показалось, что я вернулся рассчи¬ таться с тобой. Ведь так? Он слабо кивнул, но по-прежнему не сказал ни слова. — Потом ты увидел шанс всполошить копов, повалив тор¬ шер. Опять сработал твой блестящий ум. Ты знал, что они сбе¬ гутся на шум, напоминающий выстрел. Жаль, что мне удалось смыться, верно? Не будь я и сам чем-то вроде ученого, мне ни¬ почем бы не догадаться. Дай-ка я тебе расскажу, до чего же я башковитый. Все равно твое время недорого стоит. Я поймал одного из твоих партнеров по играм, которые тебя похитили. Я 279
измордовал его до полусмерти и сделал бы кое-что похуже, не развяжись у него язык, и он это понял. В таких делах я насто¬ ящий ученый. Он готов был говорить без конца, только ска¬ зать ему было нечего. Знаешь, о чем я его спросил? Я спросил его, кто такой Мэллори, и он не знал никакого Мэллори. По самой уважительной причине: с тех пор, как тебя у него отня¬ ли, твой отец жил под фамилией Нельсона. Нет, он не знал никакого Мэллори, и всс-таки, когда ты вернулся домой после похищения, то сказал, что слышал имя Мэллори. Когда до меня, наконец, дошло, я понял, кто убий¬ ца. Тогда я начал прикидывать, как ты это сделал. Где-то в до¬ ме— я потом найду — ты прячешь взятую у Грейндж информацию и доказательства того, что ты сын Мэллори. Мо¬ жет, это чек, который Йорк дал Майре Грейндж? Ты каким-то образом разыскал Мэллори и послал ему заметку, вырезан¬ ную из газеты, плюс советы, как тебя похитить. Вот почему в той газете в библиотеке не хватает листов. Ты сам устроил свое похищение, надеясь, что это убьет Йорка. Почти так и вышло. Ты обо всем подумал, даже подменил Генри аспирин снотворным. Ты не побоялся это сделать, зная, что сумеешь перехитрить простых смертных, сбежать с катера. Твоя затея чуть не сорвалась, и жаль, что не сорвалась. Но, не добившись своего таким путем, ты решился на убийство... И на какое!.. Никто бы не сработал лучше. Ты знал, что стоит Йорку услышать имя Мэллори, старик решит, будто Грейндж его выдала, и бросится на расправу. Ты рассчи¬ тал правильно. Йорк захватил с собой пистолет, но вряд ли со¬ бирался пустить его в ход. Он взял пистолет только для острастки. Вилли слышал, как отъезжал Йорк, и мою машину слышал тоже. Но как добрался до города ты? Сейчас скажу. В гараже стоит мопед. Звук, похожий на кашель, который услы¬ шал Вилли, был звуком мотора. Я заметил, что он с глушите¬ лем. Да, у Йорка был пистолет, и тебе тоже пришлось прихватить оружие — мясной топорик. Когда я все это сооб¬ разил, то задумался, почему тебя никто не заметил. Но не так уж трудно выбрать глухие дороги. Растон, ты родился под злой, удачливой звездой. После то¬ го, как ты застал Йорка врасплох и раскроил ему череп, любой поворот событий оборачивался в твою пользу. Все будто взбе¬ сились, стараясь оторвать кусок от денег Йорка. Даже Дилвик. Продажный коп, работавший на Мэллори. Твой настоящий отец нуждался в протекции, и Дилвик пришелся в самый раз. Дилвик, должно быть, кое о чем догадывался, хотя всего не знал, и повел игру так, чтобы оградить Мэллори, а самому 280
получить возможность тянуть из него деньги. Но он переста¬ рался. Дилвик убит, а вся его продажная шайка попала туда, где ей и место, и сейчас прохлаждается в тюрьме. Но вот где ты? Ты, убийца. Сидишь здесь, слушаешь рас¬ сказ о том, что сам прекрасно знаешь, и ничуть не беспоко¬ ишься. Чего ради? Три или четыре года в тюремной психушке... Потом докажешь, что ты нормальный, и снова свобода — иди и убивай. У вас с Грейндж одинаковая мораль. Она, вероятно, любила свою профессию. До того любила, что не упустила шанс сделать карьеру, помогла Йорку, а потом заставила его добиться для нес научного признания. А ты... Ты рассчитывал выйти сухим из воды или, в худ¬ шем случае, предстать перед судом. Может, тебе даже вынес¬ ли бы условный приговор. Конечно, почему нет? Случай ясен любому психиатру. Твой рассудок не выдержал напряженной учебы. Ну, ты и голова! Какой там стул, это не для тебя. Мо¬ жет, пара годков выпадет из жизни, но что за беда? Ты и так обогнал свой возраст лет на двадцать. Так ты рассуждал, да? Ха! Нет, приятель, игра пойдет иначе. Извини, но если закон тебе на руку, нужен другой. Я прямо сейчас придумал новый. Знаешь, какой? Он продолжал улыбаться все с тем же выражением, как будто наблюдал за ходом эксперимента в кроличьей клетке. — Ладно, я тебе скажу. Всякий маленький гений, кото¬ рый совершает убийство и рассчитывает остаться безнаказан¬ ным, все-таки получит свое. Нарочито неторопливо я снял предохранитель. Глаза Растона походили на два маленьких темных, глубоких озерца, два омута. Я не знал, понравится ли мне эта работа. Мне еще не дово¬ дилось убивать маленьких гениев. Растон впервые заговорил: — Примерно час назад мне стало это понятно. Я невольно напрягся. Не знаю как, но я почти догадался заранее, что он скажет. — Когда я обнимал вас, изображая радость по случаю ва¬ шего чудесного возвращения, я вытащил из револьвера мага¬ зин. Удивительно, как вы не заметили разницу в весе. Вам когда-нибудь хотелось завыть? Моя рука тряслась от злости. Я нащупал пустую впадину вместо магазина и выру¬ гался. Я до того опасался случайного выстрела, что даже не за¬ гнал патрон в ствол. А Растон сунул руку за нотную подставку рояля и извлек пистолет тридцать второго калибра. Он вновь улыбнулся. Он чертовски хорошо понимал мои мысли. Я мог запросто стать 281
очередным покойником. Он любовно провел рукой по ору¬ жию, взводя курок: — Нс делайте резких движений, Майк. Нет, я не намерен в вас стрелять, во всяком случае, пока. Как видите, мои скром¬ ные способности фокусника пришлись очень кстати — так же как умение открывать замки. Я изучал не одни классические нау¬ ки. Свободное время посвящал всему, что казалось мне занима¬ тельным. Подвиньте кресло немного вон туда, так мне будет удобнее наблюдать за вами. Да, вот так. Полагаю, вы заслужили комплимент. Ваши умозаключения совершенно правильны. От¬ кровенно говоря, я не ожидал, что кто-нибудь сможет разо¬ браться в такой путанице. Мне казалось, я действовал успешно, но теперь вижу, что в какой-то степени потерпел не¬ удачу. Впрочем, не делайте поспешных выводов. Если вы пе¬ редадите меня полиции и представите убедительные доказательства, меня, как вы сами сказали, будет судить суд по делам несовершеннолетних. Я никогда не признаюсь, что я по сути — взрослый, и получу небольшой срок, а быть может, и вовсе никакого. Или же, Майк,— а это довольно существенное «или» — я могу убить вас и заявить, что оборонялся. Вы вошли и в состо¬ янии крайнего нервного возбуждения ударили меня. Я подхва¬ тил револьвер, выпавший из вашего кармана...— он приподнял пистолет,— ...и выстрелил в вас. Просто? Кто станет сомневать¬ ся, особенно учитывая ваш темперамент... и мой возраст. Поэ¬ тому сидите спокойно, и я не застрелю вас, по крайней мере, некоторое время. Прежде всего, я хочу исправить неверное пред¬ ставление, создавшееся у вас. Я обогнал свой возраст не на не¬ сколько лет... Разница скорее составляет лет тридцать, даже больше. Вы в состоянии представить, что это означает? Я — че¬ тырнадцатилетний, и я же прожил около пятидесяти лет! Боже, что за жалкое существование! Вы видели мою маленькую школу, и к каким выводам пришли? Глупец, вы ничего не поняли. Вы не заметили электрических и механических приспособлений, изобретенных одним из крупнейших умов века. Нет, вы видели какие-то предметы, не отдавая себе отчета в их назначении. Он помолчал, с ненавистью улыбаясь. — Вы когда-нибудь видели уток, которых кормят насиль¬ но, чтобы печенка увеличивалась, а мясо было вкуснее? Вооб¬ разите подобный эксперимент с мозгом. Представьте себе процесс обучения, ускоренный болью. Пытка способна заста¬ вить сознание сделать все, когда ее применяют умело. О, ко¬ нечно, считалось, что я ничего этого не ощущаю. Все должно было происходить, пока я был без сознания. Только подсозна- 282
нис реагировало на невероятное давление, которому оно под¬ вергалось,— так его заставляли запомнить фантастическую массу данных, льющихся подобно пище, которую загоняют через воронку в зоб и желудок утки, хочет она того, или нет. Но кто способен сказать, что происходит с разумом, претерпе¬ вающим такое развитие? Что может случиться со сломанным механизмом рассудка человека при такой стимуляции? Какие новые реакции разовьются?.. Какие новые отдушины станет он искать, чтобы изгнать вторгающихся в него чудовищ? Вот так я стал тем, что я есть... Сколько я узнал! Я продви¬ нулся даже дальше, чем от меня ожидали... Гораздо дальше естественных наук и математики, которыми он хотел меня на¬ пичкать. Я углубился даже в криминологию, мистер Хаммер, изучил тысячи преступлений, совершенных в прошлом, и ког¬ да этот маленький секрет стал мне известен, я знал, что де¬ лать. Потом придумал, как это можно осуществить. Я собрал сведения и наметил план. Мы с вами двигались почти парал¬ лельными курсами. Ваш ум, тонко настроенный на изучение, анализ и реконструкцию действий преступника, ваша тесная связь с полицией и опыт позволили вам следовать рядом со мной и прийти к цели одновременно. Он криво усмехнулся. — Или, не лучше ли сказать, немного позади меня?— Кивком головы он указал на оружие.— Поскольку в настоя¬ щий момент я занимаю более выгодную позицию. Я начал подниматься, но он вскинул свой пистолет. — Пожалуйста, оставайтесь на месте. Я же говорил, что нс выстрелю в вас. Выслушайте меня. Я снова сел. — Да, мистер Хаммер, если бы я обдумывал это дело еще несколько дней, ваши труды не увенчались бы ни малейшим успехом. При всех моих предосторожностях вы меня разобла¬ чили, но у меня еще остается превосходный шанс сохранить жизнь и свободу. Вам не кажется? Я кивнул. Он был прав. — Но какой в этом толк? Вы можете ответить? Какой в этом прок? Станет ли моя девушка, которую я люблю... При¬ мет ли она меня? Ее стошнит при одной мысли обо мне — ре¬ бенке с умом взрослого и с детским телом. Какая женщина захочет меня? С годами мое тело разовьется, а умственные способности удесятерятся. А общество? Вы знаете, что сделает общество? Оно будет смотреть на меня, как на урода. Вероят¬ но, я смог бы демонстрировать молниеносный счет в цирке. Вот что сделал со мной этот человек! Вот что сделали со мной 283
его машины и блестящие идеи. Он скомкал мою жизнь и швырнул ее в пасть науки. Как я его ненавидел! Как мне хоте¬ лось заставить его страдать так, как страдал я! Вы чувствовали когда-нибудь, что ваш мозг горит? Зонди¬ ровали вам череп электрическими разрядами, привязав к креслу? Конечно, нет! Вы можете оставаться самодовольным и заурядным, гоняться за преступниками и убийцами. Вы боитесь только смерти. А я боюсь того, что умру не скоро! Вы не пред¬ ставляете, до чего выносливо человеческое тело. Оно — как мощная машина, которая сама себя питает и залечивает раны, но разум еще сильнее. Этот простой комок серого вещества под хрупким черепом, который выглядит так мирно, лежа в банке с формальдегидом,— колосс непостижимой силы. Он изобре¬ тает боль! Вообразите... Он изобретает боль, и тело вопит от муки, однако в этом процессе нет ничего физиологического. Если его заставить, он может порождать мысли, выходящие за рамки нормального воображения. Так было и со мной. Мозг насиловали. Обучение — так он называл это, но с тем же ус¬ пехом знания могли нагнетать в мой мозг компрессором — ощущение было похожим. Я познал боль, незнакомую муче¬ нику... Боль, которой, вероятно, никто больше не испытает. Ваше лицо меняется, мистер Хаммер. Я вижу, вы мне ве¬ рите. Как же иначе... Это правда. Пусть вы верите, но понять не сумеете никогда. Я замечаю, что в эту минуту вы меняете свое решение. Вы оправдываете мои поступки, я тоже их оправды¬ ваю. Но присяжные, если бы они знали? Судьи... или публика? Нет, они не способны представить, через что я прошел. Что-то с ним происходило по мере того, как он говорил. Детское выражение лица исчезло, теперь он напоминал одно¬ го из виденных мною диктаторов во время неистового словоиз¬ вержения. Все мускулы напряглись, вены и сухожилия дрожали под нежной кожей, а глаза сверкали той внутренней яростью, которая грызла его сердце. На миг он умолк, глядя на меня в упор, но я чувствовал, что он не видит меня. — Вы были правы, мистер Хаммер,— сказал Растон с но¬ вой, сдержанной ноткой в голосе,— я любил., вернее, я люблю мисс Мэлком. Люблю с того самого момента, когда она появи¬ лась здесь. Жесткое, непроницаемое выражение его лица, казалось, испарилось при этой мысли, слабая улыбка тронула губы. — Да, мистер Хаммер, любовь. Не любовь ребенка, но любовь мужчины. Такая любовь, которую можете дать жен¬ щине вы... или любой нормальный человек. 284
Внезапно полуулыбка исчезла, сменившись прежним пус¬ тым выражением. — Вот что сделал со мной этот человек. Он допустил ошибку в расчетах, а может быть, и не ожидал такого результата опытов, но он развил не только мой мозг, не только увеличил мой умст¬ венный потенциал до уровня гения... В процессе этого экспери¬ мента развились и мои эмоции, я перестал быть мальчиком. Я мужчина, мистер Хаммер. Во всех отношениях, кроме внешней оболочки и хронологического возраста, я мужчина. Влюбленный мужчина в коконе детского тела. Вы можете это представить? Мыслимо ли для меня предложить свою любовь такой женщине, как мисс Мэлком? О, она, может быть, даже поймет, но никогда не ответит любовью. Я получу одну жалость. Подумайте — жа¬ лость!.. Вот что сделал со мной этот ублюдок! Он выплевывал слова, и лицо его было искажено ненавистью и отчаянием, глаза смотрели сквозь меня. Вот так, наверное, ду¬ мал я, бывало каждый раз, когда он оказывался на краю пропа¬ сти. Мне представлялся единственный шанс. Я медленно подобрал под себя ноги, стараясь не привлечь внимания Растона. Вероятно, я нарвусь на пулю, но мне не впервой. Если не сделаю ошибки, то, может, успею схватить пистолет. Единственный шанс. Мои пальцы сжали подлокотники, мышцы плеч напряг¬ лись для броска вперед... И все это время у меня скручивало в ко¬ мок кишки, потому что я знал, что может произойти за секунду... Секунду, означавшую бросок через всю комнату. — Я вынужден жить в собственном мире, мистер Хаммер,— никакой другой меня не примет. Такому замечательному созда¬ нию... такой твари, как я, нет места в мире.— Его глаза вдруг приняли осмысленное выражение. Теперь он видел меня, видел, что я делаю. Он отвел большим пальцем курок пистолета. Ка¬ кая-то безумная мысль въедалась в его мозг — об этом можно было судить по зрачкам, ставшим почти бесцветными. Растон Йорк неожиданно посмотрел на меня. Он даже улыбнулся слабой, усталой улыбкой, и пистолет шевельнулся в руке. — Да,— повторил он,— при всех своих качествах я не нужен... Он впервые увидел бесполезность того, что называлось Растоном Йорком. Он улыбнулся вновь, по-прежнему не сво¬ дя с меня пистолета. Времени не оставалось совсем. Действуй сейчас, сейчас!.. На это у тебя только секунда! Он смотрел на меня и улыбался, зная, что я готов ко всему. — Сэр Ланселот,— сказал он тоскливо. И прежде чем я смог вскочить с кресла, Растон Йорк повернул пистолет, сунул ствол в рот и нажал курок... 285
ЗМЕЯ 1 Я шел по ночной улице. Дождь лил как из ведра. Кругом стояла тишина, слышался только звук моих шагов. Кроме них, можно было уловить шумы засыпавшего города, но я их не замечал. Я был поглощен одним: как произойдет наша встре¬ ча? На этой улице жила женщина, которую я не видел уже несколько лет, и каждый шаг приближал меня к ней. Стучало как часы, сердце, словно отсчитывая секунды, дни, месяцы напрасного ожидания. Время, казалось, пошло вспять. Неожиданно я очутился у цели. Я стоял перед темным, по¬ строенным бог весть когда домом из песчаника — нерешительно смотрел на него и чувствовал себя совершенно выбитым из колеи. «Как все произойдет?— думал я.— По-прежнему ли она красива? Может быть, она так же изменилась после всех пере¬ делок, как и я? И что, в конце концов, после долгой разлуки можно сказать женщине, которую любишь, которая работала вместе с тобой и которую могли убить из-за одного твоего не¬ верного шага? Будут ли наши отношения прежними?» Спустя несколько минут еще трое прошли по улице в по¬ исках того же дома, не подозревая о том, что идут навстречу ско¬ рой смерти,— следовательно, их можно было бы и не упоминать... Главным теперь для меня была женщина в доме. Может быть, самым главным на свете. Я сжал руки в кулаки, чтобы унять дрожь, и секунду прислушивался к пульсирующей боли в свежем шраме на лице. Поднявшись по ступенькам к двери, на которой висела таб¬ личка с фамилией Кейз, я вызвонил азбукой Морзе букву«В». Послышалось щелканье замков, и я оказался в тускло освещен¬ ном вестибюле. На другом конце его находилась дверь в ком¬ нату, за которой было прошлое. 286
Я постучался. Раздалось лязганье задвижки, ручка поверну¬ лась, дверь открылась — и там, на пороге, стояла она... с писто¬ летом в руке на всякий случай. Даже в полутьме комнаты я увидел, что она по-прежнему хороша. Черные волосы обрамляли ее лицо — лицо, которое так часто приходило ко мне в бессонные ночи. Она жадно разгля¬ дывала меня, темно-карие глаза и влажный чувственный рот притягивали мой взгляд. Я сказал спокойно — так, как будто не было этих беско¬ нечных месяцев: — Хелло, Велда. Секунду она стояла неподвижно, потом ответила низким му¬ зыкальным голосом: — Майк... Она бросилась мне на шею, уткнулась лицом мне в грудь, снова и снова шепча мое имя, а я крепко сжал ее в объятиях. Я знал, что делаю ей больно, но был не в силах отпустить ее, да она и не просила об этом. Наконец мы чуть-чуть отстранились друг от друга и наши рты встретились в жарком поцелуе. Я ощу¬ щал красоту и огонь ее губ, а мои руки в это время ласкали ее плечи, спину, шею... Я взял у Велды из руки пистолет и положил его на стул. За¬ хлопнув ногой дверь, я нащупал рукой выключатель и повернул его. Свет загорелся медленно и неохотно, как в кино, позволив увидеть , а не только угадать изящную фигуру и классическую красоту лица. Она была настороже, как всегда бывает с людьми, находя¬ щимися в постоянной опасности. Каждое движение было точ¬ но рассчитано, каждое слово чутко ловилось. Она еще не свыклась с мыслью, что все трудности позади и что она теперь свободна. — Хелло, крошка,— сказал я и увидел ее ответную улыб¬ ку. Все же мы не так уж много могли еще сказать друг другу... Пальцы Велды ласкали мое лицо. Она вопросительно взгляну¬ ла на меня. — Майк, ты ранен? Я покачал головой. — Нет... не очень серьезно. — Ты выглядишь каким-то другим. Не могу понять, в чем тут дело... — Время, Велда,— сказал я.— Все эти месяцы без тебя я очень тревожился, пока не узнал, что ты жива. След был едва уловим, и все же мне удалось тебя найти ... Глаза Велды заволокло слезами, она с трудом сдерживалась: 287
— Майк, дорогой... Я не могла с тобой связаться, не могла сообщить о себе. Это было очень опасно. — Понимаю, детка. Она помотала головой, и ее волосы рассыпались по плечам. — Но я хочу тебе объяснить... — Потом... — Нет, теперь.— Она зажала мне рот рукой.— Мне при¬ шлось очень долго хранить тайну одного человека, а потом ле¬ теть в Европу за информацией. Это была очень важная информация. Я знаю, что могла вернуться раньше... Но я по¬ следовала голосу своей совести, Майк. — Ты правильно поступила. — У меня не было возможности послать тебе письмо. — Знаю. — Правда... — Я все понимаю, детка. Она не слушала меня. Ее голос звучал мягко, почти умоля¬ юще, но и настойчиво. — Возможно, это и не совсем верно, Майк. Возможно, я и могла найти какой-нибудь способ связаться с тобой, но мне не хотелось рисковать.— Немного помолчав, она шепнула мне на ухо.— Я знаю, что ты должен был чувствовать при мысли, что послал меня на смерть. Я так часто думала об этом, что чуть не сошла с ума. Но я не могла ничего изменить. — Успокойся,— сказал я.— Все в порядке. — А что было с тобой, Майк? Она отступила на шаг и испытующе взглянула на меня. — Я чуть не спился,— ответил я. — Что? - Да. Она смотрела на меня с недоверием. — Но я просила разыскать тебя, потому что только ты мог... — Когда прозвучало твое имя, весь хмель соскочил с меня. Ведь если ты жива, то что же остается мне... — О, Майк... Я поднял ее на руки, еще раз поцеловал и отнес на большую кушетку, стоящую в оконной нише. Когда она прижалась ко мне,дрожь пробежала по ее телу. Она притянула меня к себе и поцеловала. В этом поцелуе было все — одиночество и сомне¬ ния прошедших дней, ее желания и тревоги. — Я всегда ждала тебя, Майк. Я рассмеялся. — А я был так глуп, что перестал ждать тебя. — А теперь? 288
— Можешь ты набраться терпения и подождать еще немного? — Майк? В ее взгляде снова мелькнула боль, потом вопрос. — Давай оформим все по закону, детка. Я столько раз в жизни поступал неправильно. Пусть хоть это будет сделано, как полагается.— Прежде чем она успела ответить, я добавил:— Не будем спорить, дорогая. Пройдем через всю эту волокиту с бу¬ магами, оглашением, венчанием и тогда уж будем счастливы. Велда радостно и лукаво улыбнулась. Я поцеловал ее и по¬ гладил по плечу. В этот момент чей-то голос у двери сказал: — Приятная сценка... Ей-богу, приятная. Мой«сорок пятый» торчал у меня за поясом, но я не мог вы¬ тащить его: объятия Велды мешали мне быстро повернуться. Че¬ ловек у двери держал нас под прицелом пистолета со взведенным курком. У него было лицо убийцы, и я понимал, что в случае опасности он не задумываясь пустит свое оружие в ход. — Продолжайте,— сказал он.— Я с удовольствием полю¬ буюсь еще. Я улыбнулся как можно простодушней и, медленно повер¬ нувшись, опустился на край кушетки. В душе у меня кипела ярость, но я не показывал ее, пока не придумаю выхода из это¬ го положения. — Я знал, что в этом доме живут только двое, но мне следо¬ вало бы предвидеть, что такая роскошная женщина не может долго оставаться без мужчины.— Он указал дулом пистолета на меня.— Но почему тебе пришло в голову связаться с таким иди¬ отом, детка? Велда резко сказала: — Вы намекаете на то, что я связалась с ним, когда могла бы выбрать вас? — Точно, детка. Я четыре дня наблюдал за тобой через окно и вот, наконец, я здесь. Ну, так что? Я собирался в этот момент вскочить и выбить пистолет у него из руки, но прикосновение Велды удержало меня. — Ну, так что?— повторила она. Усмехнувшись, мужчина посмотрел на меня полузакры¬ тыми глазами. — Что ж, сейчас мы позабавимся с тобой, детка. Но сна¬ чала я разделаюсь с этим кретином... — Ну, это будет не так-то просто сделать,— возмутился я. Дуло пистолета опустилось ниже, так, что оказалось на¬ правленным мне прямо в лоб. — Молись, кретин. 289
Его рука твердо сжимала пистолет, и выражение лица бы¬ ло решительным. Велда сказала: — Если этот пистолет заговорит, то лучше и не думайте обо мне. Но угроза не подействовала. Мужчина с усмешкой кивнул. — Согласен, детка. Ведь, собственно говоря, я пришел за другим. — За чем же?— спросила Велда. — Надеетесь обкрутить меня вокруг пальца, детка? Спрятав ярость за гримасой страха, я придвинул руку на несколько сантиметров ближе к своему револьверу. — Мне нужна та девушка, детка. Понятно?— сказал он.— Отдай ее, и ты останешься в живых. — Возможно, останешься,— вставил я. — Да, возможно,— сказал он, усмехнувшись:— Знаешь, по-моему, ты не такой уж кретин, каким прикидываешься. И ты что-то задумал! — Почему бы и нет? — Вот именно, почему бы и нет? Но предупреждаю, что те¬ бе ничего не удастся. Сегодня для тебя просто неудачный день... В моем распоряжении оставалось несколько секунд. По гла¬ зам незнакомца было ясно, что он решил покончить со мной. Он начал сгибать палец на курке, когда мы с Велдой одновремен¬ но вскочили... Нам ничего не удалось бы сделать. Ничего, если бы в тот момент не распахнулась дверь и не ударила его по локтю. Про¬ гремел выстрел, но пуля попала в стену. Он с яростным криком повернулся. В дверях стояли два парня, и он выстрелил в них, упав на пол. Тот, что был поменьше, прострелил ему грудь двумя быст¬ рыми выстрелами, и он замер, дернувшись. Плащ мешал мне вытащить револьвер. Высокий парень за¬ метил это и выстрелил в меня, но пуля пролетела мимо. Вглядев¬ шись, я узнал лицо одного известного гангстера. Это был его последний выстрел. Пуля из моего револьвера попала ему в лоб и отбросила к двери. Его спутник пытался застрелить меня, но я упал на пол и потянул за собой Велду. Тут в игру снова вступил смертельно раненый первый бандит. Из последних сил он поднял свой револьвер и выстрелил низкорослому в живот. Тот отпря¬ нул с приглушенным криком к двери, отступил, пошатываясь, и скрылся в темноте. Я услышал, как он крикнул кому-то, что его ранили. Я подбежал к выходу, но было поздно, машина уже отошла 290
от дома. Когда я вернулся в комнату, тот, первый, уже умирал. Мне о многом хотелось расспросить его, но у меня не было та¬ кой возможности. Он пробормотал: — Тебе тоже досталось, кретин... Мне не хотелось оставлять его перед смертью в таком за¬ блуждении. — Нет,— сказал я.— Сегодня для меня все-таки день удачи. Его лицо исказила гримаса ярости, и это было последнее, на что он оказался способен. Я спрашивал себя: «Что все это означает? За кем здесь идет охота?» Присмотревшись к лицу мертвеца, я узнал его. — Ты знаешь его?— спросила Велда. — Да. Его зовут Бэзил Леви. Одно время он был частным детективом, но как-то взялся за шантаж и потерял лицензию. Потом он сидел за убийство, а позже занялся профессиональ¬ ным бандитизмом. — А другие? — Высокого зовут Кид Хэнд. Он гангстер. Тоже сидел в тюрь¬ ме. Одно время работал на пару мелких букмекеров — угрожал тем, кто не хотел платить. На лице у Велды промелькнуло выражение, напоминающее загнанного зверя. — Это гангстеры, Велда,— сказал я,— а нс наши посто¬ янные противники. Им нужны были не политические тайны, а что-то другое. Кто та девушка, о которой говорил Леви? — Майк... Я указал на мертвеца на полу. — Он пришел за девушкой. Он пришел сюда и готов был тебя убить. Итак, кто эта девушка? Велда с отчаянием смотрела на меня. — Это... это просто очень молоденькая девушка. Я нетерпеливо щелкнул пальцами. — Ну же, рассказывай. Ты понимаешь, что это серьезное дело, раз из-за него погибло столько людей. Неужели после всего, что ты пережила за последний год, ты позволишь за¬ стрелить себя неизвестно из-за чего? — Ладно, Майк.— Отчаяние на се лице сменилось выра¬ жением глубокой заботы и тревоги.— Эта девушка сейчас на¬ ходится в комнате на втором этаже.— Она посмотрела вверх.— Прямо над нами. — Ладно. Кто же она такая? — Я... я сама не знаю, Майк. Она пришла к этому дому, 291
когда я здесь пряталась. Я услышала, как она плакала на ули¬ це и привела ее к себе. — Не слишком умный поступок. — Майк, бывали моменты, когда мне хотелось, чтобы кто- нибудь сделал то же самое для меня. — Прости. — Она очень молода и находится в очень трудном поло¬ жении. Я успокаиваю ее, когда она бывает похожа на испуган¬ ного зайчонка. Мне хотелось просто дать ей время прийти в себя. Потом я, может быть, сумела бы ей помочь. — И как обстоят дела? — Она запугана. Она страшно боится чего-то. Ее нервы на¬ пряжены, ия — единственный человек, которому она хоть как- то доверяет. — Ну хорошо. Все это нужно обдумать. А теперь проведи меня к ней, пока в этот дом не набились полицейские. В нашем распоряжении всего пять минут — какой-нибудь нервный обы¬ ватель наверняка уже поднял тревогу... В коридоре второго этажа до меня донеслось ритмичное посту¬ кивание каблуков. Казалось, та девушка репетирует какой-то танцевальный номер, бывший в моде еще в то время, когда Эла- нер Шадалл считалась «королевой чечетки». Я не слышал музы¬ ки, только перестук ее каблуков. Очевидно, музыка звучала в ее воображении. Велда постучала в дверь, но ответа не последовало. Тогда Велда повернула ручку и открыла дверь. Девушка посреди комнаты обернулась с испуганным криком, и ее взгляд заме¬ тался между мной и Велдой, а потом от нас к окну и обратно, но тут Велда сказала: — Не бойся. Это наш друг. У нас не было времени на долгие уговоры, поэтому я сказал: — Меня зовут Майк Хаммер. Я хочу помочь вам. Вы мне верите? Эти слова, как обычно, подействовали. Испуганное выраже¬ ние исчезло с лица девушки. Она слабо улыбнулась и кивнула. — Вы правда хотите... — Правда.— Я повернулся в Велде.— Нельзя ли ее уве¬ сти отсюда куда-нибудь? — Можно. — Куда? — Помнишь ресторан Конни Люкс на углу Сорок первой улицы и Девятой авеню? — Да. 292
— Мы поселимся там. Конни сдает верхние этажи под квартиры. — Так было раньше. Думаю, и теперь по-прежнему. — Ладно,— сказал я.— Отправляйся с девушкой туда, а я объяснюсь с полицией по поводу перестрелки. Мне придется, ве¬ роятно, около часа провести в бюро Пата. Страшно глупо с моей стороны бросать тебя одну среди улицы, но что же делать? Велда пожала мне руку и улыбнулась. — Все будет в порядке, Майк. Девушка подошла ко мне ближе, и я увидел очарователь¬ ное полудетское личико. Она была хрупкая, белокурая, с больши¬ ми карими глазами и дерзким ртом. Ее шелковистые волосы были распущены по плечам. Только ее походка говорила о том, что она уже перешла возрастной барьер, отделяющий девочку от жен¬ щины, так что мужчине нужно было следить за собой, чтобы простое восхищение ее красотой не переросло в нечто более серьезное. Я был стреляным воробьем, немало повидавшим на своем веку, поэтому я спросил: — Сколько вам лет? Улыбнувшись, она ответила: — Двадцать один год. Я посмотрел на Велду. Она кивнула. — Она не лжет. Однако, ты наверняка не поверил ей, ког¬ да она назвала свой возраст, правда? — Ладно, об этом мы поговорим позже. А сейчас бери ее и исчезай.— Я посмотрел на девушку и погладил ее по голове.— Не знаю, что за неприятности у тебя, малышка. Со временем мы займемся ими! Пока же должен сказать тебе вот что... - Да? — Внизу лежат двое убитых. Они погибли из-за тебя. И что произошло, то произошло, но скажу тебе одно: если ты рассчи¬ тываешь самостоятельно выбраться из этой истории, то число покойников может увеличиться. С меня их, впрочем, уже до¬ статочно. Я помогу тебе, если ты будешь слушаться нас. Одна¬ ко, если ты решишь действовать самостоятельно, то мы умываем руки. Понятно?Очень может быть, что ты немало болванов по¬ водишь за нос, но я к их числу не отношусь. Поэтому между нами все должно быть ясно, как стеклышко. Согласна? — Согласна, мистер Хаммер,— не задумываясь, ответила она. — Называй меня Майком. — Хорошо, Майк. — Уходите, Велда... 293
С улицы донесся вой сирены. К дому одновременно подъеха¬ ли две машины, свет красных прожекторов упал на крыльцо и через секунду в комнату нижнего этажа ворвались полицейские, держа наготове свои револьверы тридцать восьмого калибра. Я встретил их, открыв дверь и врубив полный свет. Когда полицейские вошли в комнату, я вытянул руки перед собой, что¬ бы показать, что у меня ничего нет, а потом, не дожидаясь приглашения, встал к стене и позволил себя обыскать. Я ука¬ зал на свой револьвер, лежавший на столе рядом с другим ору¬ жием, и стал наблюдать, как они исследуют мой бумажник, в котором лежало удостоверение агента ФБР. Полицейские от¬ реагировали не сразу. С двумя трупами на полу им не хотелось рисковать, но и сделать они ничего не могли. В конце концов они вернули мне бумажник. — Я давно знаю вас, Майк,— сказал один из полицейских. — С тех пор я не изменился. — Вы правы.— Он указал на трупы.— Насколько я пони¬ маю, вы не собираетесь рассказывать нам о том, что произошло? — Совершенно верно. — У вас здесь довольно солидные документы. С каких это пор? — Позвоните капитану Чемберсу. Это в его компетенции. — Вполне возможно. Однако, в нашем отделе новый инс¬ пектор, и ему это не очень понравится. — Меня это не волнует. — Меня тоже. Я только вспомнил, что вы и капитан Чем¬ берс были друзьями. — Мы больше не друзья. — Это я тоже слышал... Насколько я понимаю, это труд¬ ное дело? — Да. Можно мне позвонить? — Позвольте сделать это за вас. — Хорошо. Я дал номер телефона и назвал знакомую ему фамилию. Он вышел из дома и вызвал номер по полицейской рации. Ког¬ да он вернулся, на его лице было написано почтение и со мной стали обращаться, словно я обладал дипломатической непри¬ косновенностью. Спустя пять минут приехал Пат. Дождавшись, пока сдела¬ ют снимки и заберут трупы, он сделал знак всем уйти. Это не касалось только маленького человека в сером, действиями ко¬ торого он не мог распоряжаться. Тщательно осмотрев мой ре¬ вольвер, он сказал: 294
— Все тот же, не правда ли? — Я пользуюсь только им. И, как видишь, еще жив. — Иногда я спрашиваю себя, хорошо ли это? Я рассмеялся. — Ты терпеть меня нс можешь, дружище, но все-таки ты рад, правда? — Тому, что ты еще жив? — Ага. Он медленно повернулся и его взгляд, казалось, искал от¬ вета на этот вопрос. — Не знаю,— наконец сказал он.— Не могу сказать, ко¬ му из нас было труднее рвать старую дружбу. Иногда мне ка¬ жется, что я прав, но при мысли о стоящей между нами женщине, ятеряюуверенность. Ты чертова ищейка. Я вижу, чтотыделаешь, и вижу, как тебе достается, и задаю себе вопрос, почему это про¬ исходит? И я боюсь ответить на этот вопрос. Я знаю ответ, но просто нс решаюсь его высказать. — Скажи сейчас. — Когда-нибудь потом. — Ладно. — Итак, что же здесь произошло? Он посмотрел на Арта Рикерби, сидевшего в кресле. Я ответил ему: — Здесь была Велда. Я разыскал ее. Вдруг ворвались эти два парня. Сначала первый — вот этот, а потом второй, кото¬ рый стукнул его дверью по локтю как раз в тот момент, когда он собирался выстрелить в меня. — Хороший рассказ. — Но именно так и было. — Для пьяницы неплохо придумано. Пат опять взглянул на Рикерби. — У некоторых людей бывает шестое чувство,— пояснил я. — Может быть, мне уйти?— спросил Пат.— Раз этим де¬ лом занялось ФБР, я здесь больше не нужен. Впервые с момента своего пребывания в этой комнате Ри¬ керби открыл рот. Он говорил, как всегда, спокойно, и я знал, что могу на него положиться. — Бывают случаи, капитан,— сказал он,— когда сложно объяснить все до конца. Мистер Хаммер попал в трудное поло¬ жение. Мы поручили ему задание, мы вызвали к жизни этого демона из прошлого. Мы вернули в настоящее человека, кото¬ рому следовало давно быть мертвым. В настоящем просто нет места для таких людей. Сегодня торжествуют компромиссы, не¬ решительность, страх... и мы решили вооружить общество против 295
них. Мы вернули этого человека из прошлого, а теперь мы долж¬ ны постараться — вы, я и общество — поладить с ним. — Благодарю вас, очень любезно с вашей стороны,— ска¬ зал я. — Хаммер всегда позволял себе слишком много свободы,— сказал Пат,— или вы давали ему ее. А теперь, благодаря своему удостоверению, он фактически на голову выше меня. У вас есть связи, Рикерби, в вашем распоряжении в конце концов ФБР. Я еще не раскусил это дело, но понимаю, что в нем все не так просто. Вам следовало бы прокомментировать для меня неко¬ торые факты. — Пат...— вмешался я. — Нет, нет, Майк. Он должен мне кое-что рассказать.— Пат вымученно улыбнулся и продолжал.— Я прошу вас расска¬ зать поподробней. Перед нами лежат два трупа, и я не намерен закрывать на это глаза. Больше не намерен... Арт кивнул и взглянул на часы. — Это дело было связано с Велдой,— сказал он.— Ей уда¬ лось получить очень важную для нашей страны информацию. Наемные убийцы, называвшие себя «Драконами», были посланы, чтобы устранить Велду. Никто не мог бы справиться с этими людьми. Никто, кроме него.— Кивком он указал на меня.— Ну, и как видите, он выполнил задание. К вашему сведению, правительство было готово заплатить за это любую цену. Часть этой цены заключается в том, что Хаммер восстановлен в своих правах, ему возвращены удостоверение детектива и его револьвер. С бандой «Драконов» теперь покончено. Велда в безопасности. Цена еще не уплачена полностью, и Хаммер может ставить нам свои условия. Нам не остается ничего дру¬ гого, как покрыть его. Ясно? — Нет, но картина постепенно начинает вырисовывать¬ ся,— сказал Пат.— Я слышал кое-что об этой истории, но не мог в нее поверить. — Пат...— сказал я. — Что? — Давай забудем нашу вражду. Мы оба по-своему были правы, но Велда решила за нас. Можешь попробовать отнять ее у меня, но у тебя нет ни одного шанса на успех. — Да, пока ты жив...— сказал он. - Да. — А твой жизненный запас не так уж велик. — Возможно. Я не думал, что он пойдет на это, но он протянул мне руку, и я пожал се. 296
— Ладно, старина. Начнем все сызнова. Ты расскажешь мне свою историю или сначала послушает он? — Сначала он,— сказал я, кивком указывая на Арта.— Потом ты, Велда. Ведь здесь не одна жесткая уголовщина, и, кроме того, я теперь не мелкий частный детектив... — Да, я уже слышал о твоем новом удостоверении. Это ты ловко состряпал. — Ты же меня знаешь. Я с пустяками не вожусь. — Ты прав. Всегда находятся люди, которые вылезают в герои. — Ерунда! Если уж я связался с таким крупным делом, то должен был начать с наилучшими исходными данными. — И они помогли? — Еще как! Стоило мне взяться за это дело, как оно было кончено. Всем захотелось похоронить меня, но в конце концов все получилось наоборот. И теперь я могу идти к кассе за рас¬ четом: удостоверение агента ФБР, возвращение пистолета и чтобы никто не имел права сказать мне ни единого слова, если я только не совершу какую-нибудь колоссальную глупость, а этого, мой друг, я никогда не сделаю. — Надеюсь. — Можешь не спускать с меня глаз. — С удовольствием, дружище.— Он рассмеялся.— Ты не возражаешь, если я теперь исчезну и оставлю тебя наедине с мистером ФБР? — Нисколько. Но все-таки жди нас в своем бюро. — Как скоро? — Через час. — Буду ждать, герой... На следующий день Велда встретилась с Артом Рикерби и его людьми и отчиталась перед ними. Секретная организация была провалена, несколько агентов погибло в Европе и Южной Америке. Избавившись от информации, она могла вздохнуть сво¬ бодней. Она больше не хранила никаких тайн и, следователь¬ но, никому не была опасна. Однако после того, как исчезла угроза из той области по¬ стоянной подспудной вражды, которая называется междуна¬ родной политикой, кое-что еще оставалось: трупы двух убитых гангстеров напоминали об этом. И где-то в большом городе находился третий, раненный в живот, его шофер и са¬ мое главное — тот, кто их послал. Официальная версия была следующая: оба убитых были 297
членами организации «Драконы». Однако Рикерби и я знали, что это не так. 2 Выйдя из здания полицейского управления, я заметил за со¬ бой «хвост». Значит, полицию не удовлетворило заступниче¬ ство Рикерби и ФБР и они решили немного пошпионить за мной. Я помотал шпика по городу, а потом вошел в ресторан «Голубая лента» через одну дверь и, пока он искал меня за столиками, вышел через другую. Прежде чем он успел заме¬ тить мое исчезновение, я опять оказался на Седьмой авеню, остановил такси и поехал на Сорок шестую улицу, где нахо¬ дился ресторан Конни Люкс. Его фирменными блюдами были бифштексы и шницели. Казалось, он выстроен вокруг огромной жаровни: там стояла медная ванна, в которой что-то аппетитно булькало и шипело. Конни была толстуха с добродушными морщинами у глаз, образовавшимися от постоянной улыбки. Мы давно не виделись, но она совсем не изменилась. Сначала она меня не узнала, но потом вспомнила, и заулыбалась еще пуще. Ей во что бы то ни стало хотелось напоить и накормить меня, однако я отказался, и она проводила меня до двери наверх. Я поднялся на второй этаж и постучал условным стуком. Велда открыла. На этот раз она была без оружия, но я знал, что оно лежит наготове где-нибудь поблизости. Впустив меня, она заперла дверь. Я улыбнулся, обнял ее за плечи и быстро поцеловал. — Привет, Велда,— сказал я.— Где девушка? Из спальни послышался голос: — Я здесь, Майк. Она вышла из спальни, заложив руки за спину. На ее лице больше не было испуганного выражения, но страх, от которого трудно избавиться сразу, прятался в глубине карих глаз. — Ну, расскажи мне, в чем дело,— сказал я. — Майку можешь все рассказать,— вставила Велда. — Я... я не уверена. Я вынул бумажник и показал ей свое синее с золотом удо¬ стоверение агента ФБР. Тщательно изучив его, она приподня¬ ла брови и задумалась. — Ладно,— наконец сказала она.— Меня зовут Сью Девон. В ее тоне был вызов, как будто ее имя что-то значило для меня. 298
— Ну и что? Она удивленно переводила взгляд с меня на Велду и обратно. — У меня есть еще одна фамилия. — Какая? — Торренс... Это фамилия моего отчима. Он удочерил ме¬ ня, но я не хочу носить его фамилию. Я ненавижу его. Я покачал головой. — Очень жаль, детка, но я совершенно ничего не понимаю. Велда сжала мою руку. — Сим Торренс, бывший окружной прокурор. В настоя¬ щее время выставил свою кандидатуру в губернаторы штата Нью-Йорк. — «Победим с Симом»? — Верно. — Теперь припоминаю. Я видел плакаты, но не знал, что он раньше был прокурором. Ну, рассказывай дальше. Сью кивнула и так стиснула руки, что суставы побелели. — Я сбежала от него. — Почему? В ее взгляде опять появился страх. — Я... он убил мою мать. А теперь хочет убить и меня. Переглянувшись с Велдой, я сказал: — Люди, баллотирующиеся в губернаторы, как правило, не занимаются убийствами. — Но он убил мою мать!..— повторила девушка с вызовом. — Когда это произошло? — Давно. Восемнадцать лет назад. Когда я была еще ма¬ ленькая. — Откуда ты знаешь, что он сделал это? Она не смотрела на меня. — Знаю и все. — Послушай,— сказал я,— нельзя просто так, без серь¬ езных оснований, обвинять человека в убийстве. Она пожала плечами, ее руки дрожали. — У тебя есть какие-то основания так думать?— спросил я.— Какие? Велда обняла ее и прижала к себе. Сью благодарно посмот¬ рела на нее, потом повернулась ко мне. — Я помню, что мать говорила об этом перед смертью. Только я не помню точно ее слов. Я тоже страшно боялась. У нее вырвалось рыдание. Когда она немного успокоилась, я спросил: — Как ты догадалась, что отчим собирается убить тебя? — Я просто чувствую это... то, как он смотрит на меня, 299
как дотрагивается. — Ну, это не аргумент. — Ладно. А как-то на меня чуть не наехала машина. — Ты ее узнала? — Нет. Однажды меня еще преследовал мужчина от теат¬ ра до дома. — Ты рассказала кому-нибудь об этом? — Нет,— тихо ответила она. — Хорошо, Сью, теперь послушай меня внимательно. Тебе самой известно, как ты красива. Пора тебе привыкнуть к пресле¬ дованиям мужчин. Что же касается случая с машиной, то поч¬ ти на каждого человека когда-нибудь наехали или чуть не наехали, так что не придавай этому особого значения. Что же ка¬ сается твоего отчима, то он смотрит на тебя, как каждый отец на дочь. Ничего конкретного ты мне пока не сообщила. — А как же тот человек, которого вы застрелили? И двое других? Она была права... Собрать информацию о Симе Торренсе не составляло боль¬ шого труда. Последние тридцать лет он всегда находился в гу¬ ще событий, и его имя постоянно появлялось на первых страницах газет. Даже органы оппозиции уделяли ему немало места. На просмотр всего материала о Торренсе мне понадоби¬ лось два часа, и в результате я пришел к выводу, что, вероят¬ нее всего, он будет избран губернатором. Некоторые его сторонники заглядывали еще дальше: им уже мерещился Белый дом в Вашингтоне. Однако мне хотелось познакомиться не только со славосло¬ виями в его адрес. Если в словах девушки была хоть крупица правды, значит, о нем должно быть известно и кое-что другое. Я позвонил Хью Гарднеру и договорился о встрече с ним в ресторане «Голубая лента». Я просил его поделиться со мной всем, что он знает о Симе Торренсе. Он только спросил: «Что это значит?» Но по его тону я по¬ нял, что он придет. Он появился на встрече не один, а в сопровождении Пита Дауэра, человека, поставлявшего информацию известным поли¬ тическим обозревателям. За ленчем Пит поделился со мной всем, что он знал о Торренсе. В основном это было то же самое, что я уже знал из газет. Сим Торренс окончил с отличием юридическую школу в Нью-Йорке и сразу же поступил на государственную службу. Он не обладал выдающимися способностями, но благодаря на¬ 300
стойчивости и честолюбию постепенно продвигался вперед по служебной лестнице. Из палаты представителей он перешел в сенат и теперь был самым вероятным кандидатом на пост гу¬ бернатора штата. Я спросил: — Есть ли какие-нибудь просчеты или минусы у этого че¬ ловека? — Ничего,— ответил Пит.— Если тебе удастся раздобыть на него компромат, то, думаю, оппозиция отвалит за него кругленькую сумму. — Может, тогда стоит попробовать? — Остряк! Пит сдвинул очки на лоб. — В чем дело, Майк? Почему тебя заинтересовал Торренс? — Просто из любопытства. Его имя недавно всплыло в од¬ ном деле. — Можно написать об этом? — Нет. Но мы можем поговорить об этом. — Может быть, ты скажешь, наконец, что произошло? — Только спокойно,— сказал я.— Что известно о его браке? Пит и Хью переглянулись, пожав плечами, потом Пит сказал: — Его жена давно умерла, больше он женат не был. — Кто она была? Пит думал несколько секунд. — Ее звали Девон, Салли Девон. Если память мне не из¬ меняет, она была танцовщицей, довольно красивой. Помнишь, одно время модно было жениться на танцовщицах? Но, Майк, она умерла еще до войны, и во время их брака не было никакого намека на скандал. — А дочь?—спросил я. Пит покачал головой. — Ничего компрометирующего. Я время от времени встре¬ чаю ее. После смерти жены Торренс удочерил ее. Она училась в хороших школах, а теперь живет с ним. — Она сбежала от него. — Ей двадцать один год, значит, это не бегство,— попра¬ вил меня Пит.— Вероятно, Торренс положил деньги на ее имя, так что в материальном отношении она независима.— Он поду¬ мал немного.— Я не вижу здесь ничего необычного. — Я тоже,— сказал я.— Просто по роду моей профессии мне приходится заниматься многими людьми, и никогда не мешает осведомиться, что из себя представляет тот или иной человек. Кивнув, Пит допил кофе и ушел. Хью спросил меня: 301
— Доволен? — Не совсем. Я еще не кончил дело. — Можешь хотя бы намекнуть? — Конечно. Убитые гангстеры... в ту ночь, когда я нашел Велду. Он нахмурился и стал жевать сигару. — Они выследили тебя и попытались в последнюю мину¬ ту убить Велду. — Это версия для газет. Он выжидающе смотрел на меня. Я сказал: — Они оба не имели никакого отношения к шпионажу. Им нужно было совсем другое. — Черт возьми, Майк!— Хью сунул тлеющую сигару в пе¬ пельницу и вытащил из кармана блокнот и карандаш. — Не для публикации, дружище. Тебе придется подождать. Но когда время придет, я расскажу тебе первому... Он нерешительно спрятал карандаш. — Ладно, я подожду. — Велда приютила дочь Торренса. Чистейшая случайность, но так уж произошло. И девушка сказала, что она прячется от отчима. Не знаю, лжет она или нет, но достоверно известно только одно: мы имеем два трупа и человека, скрывшегося с пулей в животе. — Как ты можешь держать в тайне такое! — Необходимость, дружище. — Похоже, нам предстоит увидеть новый поединок Святого Георгия со змеем. Надеюсь, у тебя крепкие доспехи. — Можешь обо мне не беспокоиться. — Я и не беспокоюсь... Я завез Хью в редакцию «Трибюн» и отправился к Пату. Полицейский у входа сообщил мне, что у Пата новый кабинет, и объяснил, как туда пройти. Пат сидел за письменным столом и ел. Как всегда, он был так занят, что не имел возможности выкроить себе среди дня час на ленч. Однако меня он принял. В конце концов, я тоже был частью его работы. Улыбнувшись, он спросил: — Ну, как Велда? — Благодарю, хорошо. Взявшись за кофейник, он спросил: — Что тебе нужно? — Тебе удалось узнать что-нибудь о Леви и других парнях? 302
— О Леви ничего нового. Последнее время у него было до¬ вольно много денег. Причем неизвестного происхождения. Возможно, опять шантажировал кого-нибудь. — А остальные? — Кид Хэнд? Но ты ведь его знал, не так ли? — Не очень. Драчун и мелкий гангстер, кажется. — Ну значит, ты давно не имел с ним дела. Он сделал не¬ плохую карьеру в подпольном мире. Мне шепнули, что он контролировал нелегальные букмекерские конторы на запад¬ ном берегу Манхэттена. — Прежние владения Толсона? — Да, но уже год, как он убит. — На кого же Хэнд работал теперь? — Хотелось бы это знать. Существует некий таинственный босс по имени Дикерсон, но его никто нс знает. — Кто-нибудь ведь должен унаследовать пост Хэнда? Мо¬ жет быть, тогда удастся понять, откуда ветер дует. — Майк... ты явно не в курсе, как теперь работают ганг¬ стеры. Теперь все построено на современный лад, так сказать, на электронной основе, и прежде всего, без шума. Сегодня это крупные бизнесмены, они только подсчитывают денежки. И организация так хорошо продумана, что они, без сомнения, нашли преемника Хэнду таким образом, что это не просочится наружу. Все будет улажено тихо и по-семейному. Кому-то бу¬ дет приказано занять место Хэнда и все. — Но ты ведь заметил, что в этом деле не все концы сходятся? Пат кивнул: — Конечно. Почему это вдруг такая важная шишка, как Хэнд, среди ночи с пистолетом в руке врывается в чужой дом? Гангстеры его ранга обычно не занимаются черной работой — на это у них есть свои пешки. Итак, что все это значит? — По-моему, он хотел кому-то оказать услугу. Кому-то еще позначительней его самого. — Пожалуй,— задумчиво сказал Пат.— Последний воп¬ рос: кто вчера стрелял в него? У меня не сходится дело с пуля¬ ми. У тебя занята рука. Леви застрелен двумя выстрелами, и одну пулю мы нашли в стене. — А другая сидит в животе приятеля Хэнда. Можешь по¬ искать его по больницам. — А раньше ты не мог об этом сказать? — Послушай, Пат, а сам ты не мог догадаться?.. Сим Торренс жил в Вест-Честере, его большой величест¬ венный особняк, обнесенный оградой, имел вид богатый и бла¬ 303
гополучный. Чугунные ворота были широко распахнуты, и я подъехал на своем потрепанном «форде» к подъезду. Я ожидал увидеть благообразного дворецкого или швейца¬ ра, но, к моему удивлению, на мой звонок дверь открыла де¬ вушка, да еще красавица. У нее были блестящие голубые глаза, каштановые волосы и смуглая кожа, подчеркивающая не только цвет глаз, но и яркость и свежесть губ. Она спросила с улыбкой: — Что вам угодно? Улыбнувшись в ответ, я сказал: — Моя фамилия Хаммер. Мне хотелось поговорить с мисте¬ ром Торренсом. — Вы заранее договорились о встрече? — Нет, но я думаю, что он меня примет. Дело касается его дочери. В ее глазах неожиданно мелькнул страх. — С ней... все в порядке? - Да. Облегченно вздохнув, она протянула мне руки. — Прошу вас, входите, мистер Хаммер. Я Джеральдина Кинг, секретарь мистера Торренса. Он будет, конечно, очень рад, что вы привезли сведения о Сью. С тех пор, как она опять сбежа¬ ла, он себе буквально места не находит и не может работать. — Вы сказали «опять»? Она посмотрела на меня и кивнула. — Она уже не первый раз сбегает. Если бы она только знала, какое горе причиняют отцу ее капризы, она, может быть, в следующий раз была бы не так жестока. Прошу вас, проходи¬ те, мистер Хаммер.— Она провела меня в большой кабинет, где стоял запах дорогих сигар и старой кожи.— Присядьте на минуту. Она ушла и через несколько секунд в кабинете появился Сим Торренс. В этот момент в нем, по-видимому, не осталось ничего от удачливого политика; это был просто отец, обеспо¬ коенный исчезновением дочери. Он протянул мне руку и сказал: — Я очень благодарен вам за приход, мистер Хаммер.— Он указал мне на кресло, а потом сел сам.— Где Сью, мистер Хаммер? И как она? — С ней все в порядке. В данный момент она находится вместе с одной моей знакомой. — Где, мистер Хаммер? — В этом городе. Он передвинулся на краешек кресла и нахмурился. 304
— Она... вернется домой? — Возможно. Торренс строго взглянул на меня. — Как получилось, что вы занялись этим, мистер Хаммер? — Совершенно случайно. Моя секретарша приютила у се¬ бя вашу дочь, и я обещал Сью свою помощь. — Вот как?— Он посмотрел на свои руки.— А вы доста¬ точно квалифицированны для такого рода расследования? Удостоверение, вынутое из моего бумажника, кажется, ус¬ покоило его и недружелюбное выражение исчезло с его лица. — Тогда объясните мне, пожалуйста, мистер Хаммер, в чем дело? Я так беспокоюсь о Сью. — Дело обстоит довольно просто: девушка панически вас боится. В его глазах застыла боль. Он поднял руку, как бы желая прервать меня, потом кивнул и перевел взгляд на окно. — Знаю... знаю. Она говорит, что я убил ее мать. Я не ожидал, что он так быстро заговорит о главном. Когда он снова повернулся и посмотрел на меня, я сказал: — Да, она в этом уверена. — Могу я вам все объяснить? — Прошу вас. Торренс откинулся на спинку кресла и провел рукой по лицу. Его голос зазвучал монотонно, как будто ему уже не один раз приходилось рассказывать эту историю. — Я женился на Салли Девон спустя полгода после смер¬ ти ее первого мужа. Сью тогда едва исполнился год. Я уже дав¬ но был знаком с Салли и мы были... добрыми друзьями. Но мне было неизвестно, что за это время она успела стать алкоголич¬ кой. После нашей свадьбы дело пошло еще хуже, несмотря на все виды лечения, которые мы испробовали. Салли жила в мо¬ ем поместье в Хетокилле под присмотром одной пожилой жен¬ щины, считавшейся у нас экономкой. Салли отказывалась переехать в город и отвергала любую помощь. Она постоянно напивалась до потери сознания. Сью она держала при себе, хо¬ тя в действительности о девочке заботилась старая миссис Ли. Как-то ночью Салли напилась до того, что вышла из дома, по¬ теряла сознание и, пролежав на сырой земле некоторое время, простудилась. Миссис Ли нашла ее во дворе, принеслав дом и она умерла прежде, чем успели приехать врач или я. Неизве¬ стно по какой причине, но Сью считает, что я был виновником смерти матери. — Она говорила мне, что мать сказала ей это перед смертью. — Знаю. Она не помнит, что именно, но постоянно броса¬ 305
ет мне упреки в смерти матери.— Он помолчал и потер вис¬ ки.— Сью всегда была трудным ребенком. Она переходила из одной школы в другую, я старался развивать ее способности, но все напрасно. Она хочет быть танцовщицей, как се мать.— Он медленно перевел взгляд на меня.— Мне хотелось бы знать, что с ней происходит. На этот раз я ответил прямо: — Не знаю. Подумайте сами. Она говорит, что вы хотите ее убить. Он вскочил ошеломленный. — Что?! Что она говорит? — Что какая-то машина пыталась ее переехать, что кто-то преследовал ее и, наконец, ее хотели застрелить. — Вы уверены в этом? — Последнее я видел собственными глазами. Я был при этом.— Мне не хотелось рассказывать ему подробности. — Но... но я впервые слышу об этом. — В последней истории замешано еще кое-что другое, по¬ этому это пока тайна. Позже вы узнаете об этом. Пока же вы можете быть уверены, что это имело место. Казалось, впервые Торренса покинула его профессиональ¬ ная выдержка. Он махнул рукой, как совершенно отчаявший¬ ся человек, и покачал безнадежно головой. — У вас есть враги, мистер Торренс? — Враги? — Да, враги. — Вряд ли...— Он подумал немного.— Возможно, полити¬ ческие противники. В другой партии... — Они способны на убийство?— перебил я его. — Ну, конечно, нет! У нас разные взгляды — вот и все. — Однако вы были окружным прокурором в свое время. — Да, лет двадцать тому назад. — А что вы об этом думаете? Он нетерпеливо пожал плечами. — Ну, я получал угрозы, некоторые прямо в зале суда от преступников. Двое даже пытались осуществить эти угрозы на деле, но им это не удалось. — Как же это случилось? — Им не удалось добраться до меня. Они еще находились под наблюдением полиции. Они были захвачены с поличным и отправлены в тюрьму за нарушение режима условного осво¬ бождения. Они оба умерли — один от туберкулеза, другой — от язвы желудка. — Вы следили за ними? 306
— Нет, это дело полиции. Они и информировали меня. Я никогда так о себе не беспокоился. — Вот как? — Да. Прежде всего я думал о Сью и других близких мне людях. Но, к счастью, у нас есть полиция, мистер Хаммер. Она не забывает, что прокурор часто становится мишенью для ненависти. Вы ведь помните, как было с Дьюи: банды гангсте¬ ров мечтали его убить, но понимали, что это опасно, потому что повлечет за собой ответные полицейские репрессии. Что же получилось, когда Датч Шульц решил убить Дьюи? Ганг¬ стеры застрелили своего же дружка Шульца, только чтобы не произошло убийство Дьюи!.. Я знаю, что у меня опасная про¬ фессия. Но она не изменила моей жизненной философии, про¬ сто я причисляю себя к разряду трусов. — Вам часто приходится испытывать страх? — Часто. А вам? — Часто, дружище. Очень часто. Я с улыбкой посмотрел на Торренса, и он улыбнулся в от¬ вет. По его взгляду я угадал, что он понял меня. — Так вернемся опять к Сью! — Я поговорю с ней. — Вы уговорите ее вернуться домой? — Это пусть она решает сама. Я сначала выслушаю, что она скажет. А что, если она не захочет вернуться? Торренс немного подумал. — Это ее дело. Она ребенок... и в то же время уже не ребе¬ нок. Вы понимаете что я имею в виду. — Угу. Он кивнул. — В финансовом отношении она хорошо обеспечена и, от¬ кровенно говоря, я не знаю, что я еще могу для нее сделать. Подумав еще, он кивнул, встал и подошел к письменному столу. Открыв чековую книжку, он выписал чек и отдал его мне — зеленый кусочек бумаги, теперь с его подписью стоив¬ ший пять тысяч долларов. Он испытующе смотрел на меня, пока я складывал чек. — Это довольно большая сумма,— сказал я. — Мне хочется, чтобы Сью была в безопасности и чтобы у нее все было хорошо. Кроме того, мне хотелось бы, чтобы она вернулась домой. Все это я предоставляю сделать вам, мистер Хаммер. С чего вы начнете? — А вы между тем вспомните имена тех, кто вам угрожал и собирался отомстить. — Я не думаю, что это имеет какое-то значение. 307
— Прошу вас, доверьте это решать мне. Возвратившееся прошлое часто грозит нам многими бедами. И несет с собой много грязи. Если вы не предоставляете мне свободы дейст¬ вий, то мне лучше вернуть вам чек. Тогда, по крайней мере, я смогу делать то, что мне заблагорассудится. — Это дело имеет для вас какое-то особое значение, не правда ли, мистер Хаммер? Вы занялись им не просто от нече¬ го делать или ради заработка? Можете мне ничего не говорить, но я знаю, что здесь замешано что-то еще. Мы посмотрели друг на друга. Очень недолго, потому что мы оба были людьми одного склада и знали, что между нами не может быть особых тайн. — Вы видите меня насквозь, Торренс. — Да, Майк. Вы тоже, по-моему, всех видите насквозь. Усмехнувшись, я сунул чек в карман. — Вы не совсем правы... 3 Неподалеку от Бродвея, на Сорок девятой улице, находится старый отель, зажатый между двумя бетонными коробками. Нижний этаж этого отеля занимает маленький бар с забавным названием, который посещают еще более забавные люди. Я увидел там много новых лиц, но были и старые знакомые. Я сразу заприметиДгДжерси Тоби, который при виде меня чуть не захлебнулся пивом. Подойдя к стойке, я заказал виски и стал ждать. Бармен и бровью не повел. Он приготовил мне напиток, взял доллар и сказал: «Привет, Майк» таким тоном, как будто мы виделись последний раз только вчера. — Привет, Чарли,— ответил я. Он отошел к другому концу стойки и стал смешивать кок¬ тейли для двух подозрительных типов. Джерси Тоби закружился по бару. Казалось, я притягивал его к себе магнитом. Купив у автомата сигареты, он уселся на табурет рядом со мной. После небольшого молчания он сказал: — Послушай, Майк... — Подожди дрожать, приятель. — Ты пришел сюда из-за меня или... просто так? — Просто так. — Черт возьми, Майк! Ведь мы давно знакомы. Неужели ты думаешь, что я не знаю, что произошло? 308
— А что произошло? — Что?— закричал он.— А Леви и Кид Хэнд! Неужели ты думаешь, что в этом городе можно по-прежнему палить на¬ право и налево? Нет, времена изменились. Ты долгое время был вне игры и лучше бы так и оставался. И прежде чем я скроюсь, выслушай еще одну вещь. Не думай, что тебе удастся загнать меня в угол. Я не выдам тебе никого! Ни одного чело¬ века! Оставь меня в покое! Я теперь деловой человек и никому не становлюсь поперек дороги. Я никого не трогаю и меня ни¬ кто не трогает. И так будет впредь. — Чудесно. — И такие мягкие приемчики со мной тоже не пройдут. — Чем же теперь ты занимаешься, Тоби? — Я сутенер. — Так низко ты еще не опускался. — Да? Что ж, может быть, но теперь у меня хватает денег и есть две девушки, с которыми можно поразвлечься. И я ни¬ кого не трогаю — не то что другие мошенники. И у меня еще остается пара сотен, чтобы подмазать кого нужно. Понятно? — Я не собираюсь отбивать у тебя хлеб. — Надеюсь. Он сидел и смотрел в свой стакан, довольный, что, наконец, высказал мне то, что накопилось у него в душе. Но тут я взял его руку и положил себе на бедро — туда, где прощупывался револьвер, и спросил его: — Припоминаешь? Он вздрогнул и отнял руку. — Да, ты умеешь пользоваться им,— сказал он.— Но этим ты меня не возьмешь. Стоит тебе вынуть пушку, и тебя аре¬ стуют, а я буду по-прежнему жить да радоваться. Тогда мне пришлось использовать последний аргумент. Я вынул бумажник, открыл его и положил так, чтобы было вид¬ но синее удостоверение. Тоби долго смотрел на него, потом широко открыл свои глаза и схватился за свой стакан. — Туз, Тоби, козырной туз,— сказал я.— Теперь пойдем к тебе или ко мне? — Я.. У меня наверху комната. — Какой номер? — Триста тринадцать. — Ладно. Увидимся через десять минут. Ты иди первым... Комната Тоби выходила во двор. У нее был обычный без¬ ликий вид номера в отеле и пахло в ней прокисшим пивом, за¬ ношенным бельем и затхлым воздухом. Тоби открыл пиво, но 309
я отказался. Пожав плечами, он уселся и спросил: — Итак, Майк, что тебя интересует? — КидХэнд. — Он мертв. — Мне это известно. Я сам застрелил его... — Майк, ты действительно ненормальный,— сказал Тоби, осторожно отставляя пиво. — Это все, что ты можешь сказать? — Нет, но ты действительно ненормальный. Наверно, у те¬ бя есть жажда смерти, как мне уже не раз приходилось слышать. — Тоби... — Правда, Майк. Такие новости расходятся довольно бы¬ стро. Ты и раньше был тронутый, но сейчас ты совсем рехнул¬ ся. Всем известно, что Хэнда убил ты. Мне опасно находиться даже в одной компании с тобой. — У тебя просто нет другого выбора, Тоби. Итак, выкла¬ дывай! — Ты чокнутый! Что я могу знать о Киде Хэнде? Мы за¬ нимались совсем разным бизнесом. Я всего лишь мелкий суте¬ нер. А он знаешь кто? Он большая шишка. Он правая рука мистера Дикерсона. — Кто такой этот Дикерсон? — Дружище, кто может знать, кто такой мистер Дикерсон? Он новый босс. Он появился совсем недавно, и все остальные гангстеры встали перед ним навытяжку. Черт возьми, белыпе я ничего не могу тебе сообщить. — Политикой он занимается? — Нет, никогда! У него и без того есть все, что ему нужно. Ты знаешь, что происходит в этом городе, друг? Сюда со всех сторон съезжаются гангстеры. Причем все — большие шишки и готовятся к чему-то. Я прямо вижу, как этот поток течет ми¬ мо меня, но я не ловлю в нем рыбу. Весь год бандиты сидели тихо — и вдруг опять разошлись. Появился большой началь¬ ник, и все гангстеры как осатанели. Больше я ничего не могу сказать. — А кто будет преемником Кида Хэнда? — Понятия не имею. Может быть, Дэл Пеннер. Довольно крепкий орешек. Сидел десять лет, потом в Чикаго участвовал в бизнесе с игральными автоматами. Он уже наступал Киду на пятки. — Тогда, может быть, Кид замахнулся на чью-то власть? Или хотел оказать кому-то услугу — как мне сказали сегодня? — Возможно. — Но это стоило Киду жизни. 310
— Он же не знал, что напорется на тебя! Я долго смотрел на Тоби, потом лицо его застыло и он от¬ вел взгляд. Сделав большой глоток пива, он посмотрел на ме¬ ня, потом сказал: — Я слышал, что он хотел кому-то оказать личную услу¬ гу. Твое присутствие там оказалось полной неожиданностью. Ты не представляешь себе, какой неожиданностью ты являешься для всех. Не для меня, а для других... Вот и все, что я знаю. И больше не хочу ничего знать. Я просто хочу зарабатывать деньги на своей спокойной профессии — и оставь меня в покое. — Почему? — Потому, что ты теперь жжешься, хак раскаленное же¬ лезо. Это знают все. И все ждут, что произойдет. — К этому я привык. — На этот раз дело обстоит серьезней.— Он долго смот¬ рел в стакан с пивом и наконец решился.— Ты слышал что- нибудь о Марке Канна? — Нет. — Он приехал из Сент-Луиса. Убийца. Лет примерно двадцати восьми. Первое убийство он совершил еще подрост¬ ком. Потом некоторое время крутился в Канзас-сити, затем переехал на Западное побережье, после чего опять вернулся в Сент-Луис. Известно, что он был наемным убийцей, убрал Анджело и Винса Наго и был замешан в дело Карлийли. Он та¬ кой же бешеный, как и ты. Ну и что же? — Ты сейчас представляешь собой мишень. Канна шляет¬ ся по городу с куском свинца в животе, и всем известно, где он его заработал. Моли бога, чтобы он умер. А если этого не про¬ изойдет, то умрешь ты. Я встал и взял шляпу. — Последнее время мне везет,— сказал я. — Тогда надейся, что везение тебя не покинет... Я поехал к Конни, зашел за Велдой и позвонил Рикерби. Он обещал прислать агента наблюдать за этой квартирой. Сью спала. Мы с Велдой сели в машину и отправились в сторону Западного шоссе. — Куда мы едем?— спросила Велда. — В один ресторанчик — новое место сбора гангстеров. — Откуда ты это узнал? — От Пата. — Кого я должна там найти? — Человека по имени Дэл Пеннер. Если его там нет, то 311
попробуй узнать, где его можно разыскать. Вероятно, он зай¬ мет место Кида Хэнда. Главное, что тебе нужно узнать: кто та¬ кой мистер Дикерсон? Велда вопросительно посмотрела на меня, и я рассказал ей в общих чертах о деле. Потом она спросила: — А что ты собираешься делать? — Постараюсь разузнать что-нибудь о Бэзиле Леви. У Пата не так уж много сведений о нем. Полиция попытается выяс¬ нить что-нибудь еще, но у Леви ведь не было конторы, и он не вел записей. Все, что ему было нужно, он держал в голове, но с уверенностью можно сказать, что он работал на кого-то. Его навели на след квартиры, где ты приютила Сью, и он четыре дня наблюдал за ней. Не знаю, что это даст, но это единствен¬ ное, что нам известно. — А Сью? — Вряд ли она нам что-нибудь расскажет. — Ты веришь, что отец пытался ее убить? — Нет. — Почему нет? — Потому что это довольно нелогично. Она невротичка, и пока ее предположения не доказаны, я не собираюсь ей верить. — Двое убитых — это реальность, а не фантазия. Тут за¬ мешано многое, крошка. Предоставь это мне, хорошо? Я высадил Велду у ресторана, она улыбнулась мне на про¬ щание и ушла. Под платьем у нее был спрятан плоский брау¬ нинг — на всякий случай... Обыскать квартиру Леви было просто, но мне это ничего не дало. Обычная комната, вот и все. Хозяйка сказала, что он снимал ее полгода, всегда вовремя вносил плату, не причинял никаких неприятностей, и больше она на эту тему говорить не собиралась. Соседи вообще ничего не знали о Леви и не хотели знать. Хозяин бара на углу никогда не видел его у себя. Однако в комнате Леви я заметил пепельницу, полную окурков, а в корзине для мусора лежали две пустые сигаретные пачки. Че¬ ловек, который так много курил, должен был где-то покупать сигареты. Выяснилось, что Леви покупал сигареты и газеты в лавоч¬ ке на ближайшем углу. Пожилая лавочница легко вспомнила Бэзила и готова была поговорить о нем. — Да, я его знала,— сказала она.— Я всегда спрашивала себя, когда же, наконец, полиция займется им. Не то чтобы я хотела ему зла, просто меня интересовало, сколько времени им понадобится, чтобы добраться до него. Вы знаете, чем он 312
занимался? — Пока нет. — Чего же вы хотите от меня? — Поговорить немного, мэм. — Ну, так задавайте вопросы. — А, может быть, вы сами все расскажете?— Я широко улыбнулся ей.— Или прикажете применить к вам третью сте¬ пень допроса? Старуха подмигнула. — Ну, это вы бросьте. Кто в наше время бьет старых женщин? — Я... Я бью бабушек, дедушек и всех, кого понадобится. — Да, вид у вас... Ну, спрашивайте. — Итак... друзья у него были? Она покачала головой. — Нет. Но он очень много разговаривал по телефону. В кабине некоторым бывает жарко, так он никогда не закрывал дверь. Она кивнула в сторону телефонной кабины, стоящей в уг¬ лу лавки. — И вы прислушивались? — Конечно. А почему бы и нет? — И что? Она открыла бутылку кока-колы и улыбнулась. — К сожалению, он никогда не звонил женщинам. Все де¬ ла, да деньги — и, кажется, он постоянно кипел от злости. — Дальше. — Всегда речь шла о больших деньгах. Последний раз он говорил о пяти тысячах. Может быть, он держал пари, мистер. — Да, он держал пари на свою голову и проиграл его... Она пожала плечами. — В последний раз он разговаривал по телефону в пол¬ нейшей ярости. Долго спорил с кем-то и требовал больше денег. — Имена какие-нибудь назывались? — Нет. И он никогда не звонил тому человеку домой. Я ждал, и старуха хитро улыбнулась. — Он звонил всегда в одно и то же время и говорил так громко, как будто в том месте, где находился его собеседник, было очень шумно и ему нужно было перекричать этот шум. Тут не захочешь, но услышишь. — Вам бы, мамаша, быть сыщиком. — Я же не вчера родилась, кое-что соображаю. Вас еще что-нибудь интересует, мистер? — Все. — Как-то раз он зашел сюда с пакетом. Пакет был доволь¬ 313
но тяжелый и завернут в коричневую бумагу. Это было ружье, только разобранное. Что вы на это скажете? — Как вы догадались? — Это было легко. Я обратила внимание на металличе¬ ский стук, с которым он положил этот пакет. Кроме того, я уз¬ нала запах ружейной смазки. Мой старик был помешан на оружии, собирал его. Так что у меня весь дом провонял этой дрянью. Теперь я понял, чем мне нужно было заняться после смер¬ ти Бэзила Леви. Я поблагодарил хозяйку и повернулся к выхо¬ ду. Она окликнула меня: — Эй, вы... - Да? — Скажите, вы действительно стали бы бить старую жен¬ щину? Я усмехнулся. — Только если бы она этого заслуживала,— сказал я и вышел... Я стоял в комнате, где пряталась Велда, и смотрел на ули¬ цу через окно. Потребовалось совсем немного времени, чтобы отыскать окна напротив, из которых просматривалась комна¬ та. Десять долларов в руку толстому старику-хозяину, и он впустил меня в комнату, где до меня побывал Бэзил Леви. На штативе у окна была закреплена спортивная винтовка с одним патроном в стволе. Оптический прицел был наведен точно на окно, перед которым я стоял всего несколько минут назад. Рядом с винтовкой лежали две пустые пачки сигарет. В жестянке из-под томатного сока лежали окурки и обгорелые спички. Остатки доброй дюжины сэндвичей были разбросаны на столе и по полу. Бэзил провел в этой комнате четыре дня. Велду он мог бы застрелить в любой момент. Он видел ее, это он сам сказал. Однако он не стрелял, а выжидал чего-то. Причина этого ожидания была ясна. Ему нужна была не Велда, а Сью. Кто-то заплатил ему за то, чтобы он пристрелил ее, и он ждал, когда она появится в комнате. Но этого не про¬ изошло, потому что Велда спрятала ее на верхнем этаже. Ког¬ да же я появился в доме, то ему пришлось вмешаться. Он не знал, зачем я пришел, но он не мог рисковать. Возможно, он решил, что я охочусь за той же девушкой, но с другой целью: увести ее и спасти. Итак, все дело крутилось вокруг маленькой Сью... 314
4 Я уже давно не виделся с Джо Адамсом и его женой Сикди. Джо был президентом общества актеров. В то же время он ухитрялся блистать в ночных клубах, выступал в мюзиклах на Бродвее, а его гастроли сделали его всемирно известным конферансье и комиком. Я попросил секретаршу не докладывать обо мне и вошел к ним в кабинет. Супруги Адамс работали над новой телевизи¬ онной программой. Джо сидел на краю стола и пытался убе¬ дить жену принять его остроту. За время нашей разлуки он почти не изменился. И Сикди тоже. На ней было платье ее прежней излюбленной расцветки — пурпурное с темно-синим. — Привет, дружище!— сказал я Джо. Он посмотрел через плечо, улыбнулся и соскочил с пись¬ менного стола. Протянув руки, он пошел мне навстречу. — Майк. Наконец-то я тебя вижу! Где тебя носило все это время? — В призрачном мире... Сикди одарила меня сияющей улыбкой. — Я говорила Джо, что ты снова появишься. Мы читали в газетах сообщения о смерти и, увидев имена двух гангстеров, поняли, что ты опять начал действовать. Ты оставляешь за со¬ бой довольно широкий след, Майк. — Я занимаюсь одним делом. — Это мне уже сказал Хью. Почему ты тогда не пришел к нам за помощью? — Вот я и пришел, друзья. Джо, казалось, был озадачен. Потом он сказал: — Слушай, хоть мы и не вытрезвитель, но... — Мне нужна помощь иного рода. — Какого же? — Помнишь, Джо, ты просил меня привлечь тебя к уча¬ стию в каком-нибудь деле? Его глаза заблестели, но тут вмешалась Сикди: — Послушай, Майк, оставь моего старика в покое. Он при¬ надлежит мне, и я хочу, чтобы и впредь так оставалось. Он всего лишь комик, и шоу с пистолетными выстрелами не для него. — Успокойся, Сикди, Майк только... — Я хочу попросить вас о небольшой услуге. На лице Джо отразилось разочарование. Я присел на край стола и попытался привести в порядок свои мысли. — Лет двадцать назад была такая танцовщица Салли Де¬ 315
вон. Это вам ничего не говорит? Джо подумал и покачал головой. — А должно говорить? — Не знаю. Звездой она никогда не была. — Майк...— Сикди встала и подошла к Джо.— Это не та Девон, что вышла замуж за Сима Торренса? Я кивнул. — Откуда тебе это известно?— спросил Джо у жены. — Случайно. — Что ты еще знаешь о ней? — Ничего. Недавно я разговаривала с одним другом Джо о политике, и он упомянул ее имя. Раньше он работал с ней. — Значит, ты занимаешься еще и политикой,— провор¬ чал Джо.— И с кем именно ты о ней разговаривала? — С Бертом Рисом. Может быть, ты, Джо, поговоришь с ним о Салли Девон и узнаешь еще что-нибудь. Или тебе, воз¬ можно, известен человек, знающий о ней больше? — Хорошо. Но если дело касается политики, то, может быть, Сикди... — Нет, дело не имеет ничего общего с политикой. Меня интересует только ее карьера танцовщицы. Она выступала на эстраде лет двадцать-тридцать назад. Может быть, ее помнит кто-нибудь в «Варьете» или какая-нибудь из шоу-герлс. Сал¬ ли Девон вышла замуж за Сима Торренса, когда он был еще довольно незначительной фигурой. Возможно, сочетание этих двух имен освежит чью-то память. Сделаете? — Конечно, Майк, конечно. Актеры всегда поддержива¬ ют контакт друг с другом и не забывают никого. Я разузнаю. — Сколько времени это займет? — Завтра утром я буду все знать. Как с тобой связаться? — Позвони в мое бюро. Я опять занялся старым делом. Кроме того, меня всегда можно найти в «Голубой ленте». Джо подмигнул мне с таинственным видом. Некоторым людям доставляет удовольствие разыгрывать из себя полицей¬ ских или гангстеров. Я пожал Джо руку, кивнул Сикди и ушел, предоставив им полную возможность оттачивать репли¬ ки и остроты для будущей передачи... У входа в дом агент Рикерби оглядел меня с головы до ног. Я поднялся наверх. Уже с лестницы я услышал голос Сью, но он доносился не из ее комнаты, а с верхнего этажа. Я поднялся выше и остановился, сжимая в руке револьвер и спрашивая се¬ бя, что это значит. Сью пела, как птичка, запертая в неволе. В ее голосе были 316
отчаяние, ненависть, страх — но ни следа надежды. Я подошел к двери пустой комнаты. Голос девушки звучал с той гулкостью, какая бывает в пустом помещении. Она сто¬ яла в углу комнаты, опершись руками о стенку, и напевала странную печальную мелодию. Золотой отсвет падал от сви¬ савшей с потолка лампочки на ее шелковистые волосы. — Сью,— сказал я, и она повернулась, продолжая петь. Ей понадобилось, по крайней мере, полминуты, чтобы понять, что я здесь.— Что ты здесь делаешь? — Здесь пусто,— сказала она, как будто это что-то объя¬ сняло. — Что ты хочешь этим сказать? Она спрятала руки за спину. — Мебель иногда похожа на людей, а мне хочется быть одной... — Почему, Сью? — Люди могут обидеть. — Разве тебя кто-нибудь обидел? — Вы сами знаете. — Я знаю, что пока тебе никто не причинил вреда. — Пока. Но они убили мою мать. — А вот это еще неизвестно. — Нет, мне известно. Мою мать убила змея. — Кто? — Змея. — Твоя мать умерла естественной смертью. Она... она бы¬ ла больна. Сью нетерпеливо покачала головой. — Я все вспомнила. Она боялась змей. Так она мне сказа¬ ла. Она сказала, что ее убила змея. — Ты тогда была слишком мала, чтобы это запомнить. — Нет. Я протянул ей руку, и она взяла ее. — Пойдем вниз, я хочу с тобой поговорить. — Хорошо... А можно мне подниматься сюда, когда я захочу? — Конечно. Но не выходи из дома. Она посмотрела на меня своими огромными карими глаза¬ ми, и в них опять появился страх. — Вы узнали, что кто-то охотится за мной, правда? — Да. Но я еще не знаю почему. Мне хотелось бы, чтобы ты приняла мой совет. — Да, Майк... Мы вернулись в комнату, и я подождал, пока девушка выпьет кофе. Потом я сказал: 317
— Сью... Она посмотрела на меня и в моем взгляде прочла, что я со¬ бираюсь ей сказать. — Как ты смотришь на то, чтобы вернуться домой? — Я не поеду,— сказала она. — Ты ведь хочешь знать, что в действительности про¬ изошло с твоей матерью. Она кивнула. — Ты поможешь в этом, если будешь делать то, что я скажу. — Каким образом я могу помочь? — За тобой кто-то охотится. Живя в надежном месте, ты развяжешь мне руки, и я смогу спокойно заняться твоим делом. Она грустно улыбнулась и посмотрела на свои руки. — Отчим хочет моей смерти. — Ладно, допустим так, хотя я с тобой и не согласен. Но в таком случае он не сможет ничего сделать, пока ты живешь в его доме. Там за ним наблюдает слишком много народу. — И вы тоже будете наблюдать, Майк? Я рассмеялся. — Конечно. Я глаз с тебя не спущу. — Только не обманывайте меня, Майк. — Хорошо. Теперь слушай меня, Сью. Твой отчим дал мне пять тысяч долларов, чтобы я занялся твоим делом. Поэ¬ тому и речи не может быть о том, что он замешан в этом деле и просто пытается навести меня на ложный след: по-моему, он знает, с кем имеет дело. Я не новичок, я уничтожил столько гангстеров, что меня так просто не проведешь. — Вы действительно в этом убеждены, Майк? — Детка, пока все не кончено и не подведена черта под делом, я ни в чем не убежден. Но судя по теперешнему поло¬ жению вещей, со стороны отчима тебе опасность не грозит. Итак, ты вернешься домой? — Если вы хотите. — Хочу. — Вы будете меня навещать? — Конечно. Но что может быть общего у такого парня, как я, с такой девушкой, как ты? Она улыбнулась. — По-моему, очень многое... Сима Торренса не было дома, но Джеральдина Кинг сразу же выслала машину за Сью. Я дождался ее отъезда и затем от¬ правился в свое бюро. Лифт поднял меня на восьмой этаж. Я вышел из кабины и чуть не налетел на человека, стоявшего 318
спиной ко мне, привалившись к стене. Если бы мне в голову не пришла мысль, что поза его необычна и что это, возможно, по¬ тому, что он себя плохо чувствует — то через секунду я был бы уже мертв. В сотую долю секунды я увидел его лицо, искаженное болью и ненавистью. Я бросился на пол возле стены и потя¬ нулся за своим револьвером, но мой противник успел дважды выстрелить, и обе пули ударились в пол рядом с моей головой. Наконец я вытащил револьвер, но было уже поздно. Он вскочил в лифт и закрыл дверь. Лифт был довольно быстрым, а лестница находилась в противоположном конце коридора. Я встал, отряхнул пыль с костюма и посмотрел на человека, вы¬ сунувшего голову из соседнего бюро. — В чем дело?— спросил он. — Понятия не имею. Похоже, в лифте что-то грохнуло. — В этом лифте всегда что-то не в порядке,— проворчал он и скрылся за дверью. Обе пули отскочили от пола и застряли в стене. Они сильно сплющились, но все-таки по ним можно было опознать ору¬ жие. Я выковырнул их из штукатурки, сунул в карман и во¬ шел в мое бюро. Я позвонил Пату и рассказал о том, что произошло. Он суховато рассмеялся. — Тебе по-прежнему везет, Майк. Как долго это будет продолжаться? — Кто знает... — Ты узнал его? — Это тот парень, которого ранил Бэзил Леви. Кажется, его зовут Марк Канна. — Майк... — Мне известна его биография. У вас есть что-нибудь против него? — Мы разыскиваем его уже в течение месяца. Ты уверен, что это был он? — Вполне. — Кажется, он довольно зол на тебя. — Пат, у него пуля в животе. Он терпит невыносимую боль, и если он вообще еще жив, то только потому, что хочет меня убить. Если мы его поймаем, тогда нам, возможно, уда¬ стся узнать, что скрывается за этим делом. Если он понимает, что умрет, тогда он сделает все, чтобы в ближайшее время по¬ кончить со мной. Но ведь ты понимаешь, что, раненый, он не может так просто разгуливать по городу. — Но именно этим он и занимается. — Он не может постоянно следить за мной, я слишком мно¬ 319
го передвигаюсь. — Значит, он будет тебя где-то поджидать, Майк. — Когда... и где? — Ты не понимаешь важной вещи. Если ему известно, что скрывается за этим делом, тогда он сообразит, что рано или поз¬ дно ты появишься в определенном месте. Ему нужно будет толь¬ ко там тебя дождаться. — Ав этот промежуток времени? — Об этом уж я позабочусь. Если он оставит за собой след, то мы найдем его. Существует не так уж много мест, где он мо¬ жет спрятаться. — Ладно. — И еще... — Да, Пат? — Не трогай его, если найдешь, понял? У меня уже и без того довольно неприятностей. Новый окружной прокурор пы¬ тается тебя прижать. — Это ему удастся? — Возможно. — Ну что ж, тогда передай ему, что я работаю вместе с ва¬ ми. Кстати... если ты покопаешься в комнате, находящейся напротив окон Велды, то найдешь там винтовку с оптическим прицелом, принадлежащую Бэзилу Леви. Возможно, тебе удастся установить, где он ее приобрел. — И ты говоришь мне об этом только теперь,— спокойно сказал он. — Я сам ее только что нашел. — Что все это значит? Я не стал рассказывать ему о своих предположениях. — Не знаю. Подумай сам. — Ладно. А теперь пришли мне пули побыстрее. — Я пришлю их с посыльным. Я позвонил в агентство Форед. От них пришел посыльный, забрал конверт, в который я положил два кусочка свинца, и ушел. Я растянулся на кушетке... Возможно, я проспал часа три. Это был глубокий сон без сновидений, и когда зазвонил телефон, я услышал, наверное, только четвертый или пятый звонок. Я сказал «Алло» и услы¬ шал в трубке голос Велды: — Майк... — Да, детка. В чем дело? — Можем мы встретиться, чтобы немного поболтать? Я сжал трубку. «Поболтать» — это было наше кодовое слово. 320
Оно означало — «опасность, будь настороже». Я понизил голос на случай, если нас кто-нибудь подслу¬ шивает, и небрежно сказал: — Конечно, крошка. Где ты будешь? — В небольшом ресторанчике на Восьмой авеню, непода¬ леку от Мэдисон-сквер. Бар Лью Грина. — Знаю. Сейчас приеду. — Только, Майк... приезжай один. По дороге к лифту я зашел в бюро Ната Драткина и угово¬ рил его дать мне напрокат свой револьвер тридцать второго ка¬ либра, который я сунул сзади за пояс брюк. Теперь в моем распоряжении было два револьвера. Затем я взял такси и пое¬ хал к бару. Воздух был насыщен влагой, и на мокрых тротуа¬ рах отражался свет фонарей. Был один из тех вечеров, которые не сулят ничего хорошего. В баре сидело несколько пьяных, вопил телевизор. Узкий коридор вел в заднюю комнату, погруженную в полутьму. Проходя мимо, я услышал тонкий глос: — Тихо, мистер. У стены стоял человек, держа руку в кармане пиджака. Мне не стоило большого труда справиться с ним — безразлич¬ но, вооружен он был или нет — но я повиновался ему. Он про¬ вел меня через бар в другой коридор, где ждал еще один, нагло усмехнувшийся при виде меня. — Он всегда носит с собой большую пушку. Ты уже обы¬ скал его? — Обыщи сам,— сказал худой. Второй знал, где надо искать. Он вытащил мой «сорок пя¬ тый» из кобуры и сказал: — Красивая штучка... Усмехнувшись еще раз, он сунул револьвер в карман и указал на дверь. — Пошли. У входа нас ждет машина. Вот видите, как вы¬ соко мы вас ценим... Они привезли меня в Лонг-Айленд-сити. Дом находился в районе, где все здания предназначались на слом, чтобы расчи¬ стить место для фабрики. Машина остановилась перед забро¬ шенным магазином, и когда старший из двух гангстеров кивнул, я вылез из машины и последовал за ним к проходу между зда¬ ниями. Тощий шел за нами в некотором отдалении. Трое сидели за столом, в кресле поодаль — Велда. Комна¬ та была освещена ярким резким светом переносной лампы. Этот свет четко обрисовывал контуры людей и придавал их лицам необычное выражение. 321
Я посмотрел на Велду. — Тебе не причинили боли, дорогая? Она покачала головой, но рот ее был крепко сжат. Здоровенный парень сказал: — Значит, вы и есть Майк Хаммер? Я свирепо ответил: — А вы — Дэл Пеннер. Его лицо стало жестким. — Вы его обыскали? Оба парня у двери кивнули, и один вытащил из кармана мой револьвер. Дэл сказал: — Вы рассчитывали слишком быстро справиться с нами, Хаммер. Но мы не дураки... — Откуда же я знал? — При вашей профессии всегда приходится быть готовым к неожиданностям. — Учту. Так в чем дело, Пеннер? — Вы послали эту девушку разведать обо мне. Зачем? — Потому что кое-кто наступил мне на ногу. Парень по имени Кид Хэнд. Насколько я слышал, вы должны унаследо¬ вать его место. А я не люблю, когда меня трогают. Ясно? — С вами может произойти еще нечто худшее, чем просто нападение, Хаммер. Но мы слышали, что вы теперь большая шишка, так что если вас убрать, то поднимется слишком мно¬ го шума. Не то, чтобы мы его боялись, но просто кому охота вешать себе на шею следствие. Однако вам придется кое-что выложить нам. Ну, начинайте. — Ясно. Вы теперь будете на верхушке. Пеннер подчеркнуто незаинтересованно пожал плечами. — Кто-то всегда бывает наверху. Дальше. — Кто такой Дикерсон? Они все молча переглянулись, потом Дэл Пеннер решил мне ответить. Подумав немного, он сказал: — Раз вам известно имя, остальное мы вам можем сказать. Никому неизвестно, кто такой Дикерсон. — Кому-то все-таки известно. — Возможно. Но не мне и не вам. Что еще? — Значит, вы действуете на собственный страх и риск? — Не беспокойтесь за меня. Когда девушка появилась в баре и стала расспрашивать обо мне, я просто заинтересовал¬ ся, почему она это делает. Я спросил ее и она мне ответила, что это поручение ей дали вы. Теперь послушайте меня, Хаммер. Мне известны обстоятельства, при которых были убиты Кид 322
Хэнд и Леви и ранен в живот Марк Канна. Пока что я не пол¬ учал относительно вас никаких распоряжений, но, как я уже сказал, если за мной начинают шпионить, то меня интересует, почему это происходит. — Допустим, Пеннер. Я такой же обидчивый, как и вы. Пусть каждый, кто захочет обменяться со мной выстрелами, учтет это. А похоже, у вас есть такое намерение, и я не единст¬ венный, кто так думает. Только запомните, что в этом городе не так-то просто совершить убийство и потом скрыться безна¬ казанным. Раз уж вы унаследовали пост Кида Хэнда, вы обя¬ заны знать это. Пеннер принужденно улыбнулся. — Это я уже понял, Хаммер. Но я как раз и пытаюсь вос¬ препятствовать крупной пальбе. — Значит, приглашение сюда я должен расценивать как предупреждение? — Что-то в этом роде. — Или, может быть, вы хотите оказать кому-то услугу. — То есть? — Ну, точно также, как Кид Хэнд, желая оказать кому-то личную услугу, спустился со своего высокого пьедестала и ре¬ шил снова побаловаться с револьвером. Атмосфера накалялась. Однако Дэл Пеннер смотрел на меня так, будто до него не дошли мои слова. — Итак, это предупреждение, Хаммер. И оставьте меня в покое... Я думаю, что вы стоите не более тысячи долларов. Две ваши смерти обойдутся мне в полторы тысячи. Я заплачу их — и больше мне никто не будет мешать на дороге. Понятно? Опершись о стол, я придвинулся прямо к его лицу и спросил: — А сколько стоите вы, Дэл? Он не моргая смотрел на меня. Я сказал: — Пошли, Велда. Джентльмены доставят нас домой... В машине мы сели впереди, рядом со старшим гангстером, а тощий тип уселся сзади. Всю дорогу до Манхэттена он поиг¬ рывал моим револьвером. Затормозив у моего бюро, старший сказал: — Выметайтесь! — А мой револьвер? — Он слишком хорош для такого слабака, как ты,— ска¬ зал он.— Я оставлю его себе на память. Я молниеносно выхватил из-за пояса револьвер тридцать второго калибра и приставил к его шее, а Велда повернулась и направила браунинг на тощего типа. От неожиданности тот 323 н*
поперхнулся, потом отдал мой револьвер, облизав пересохшие губы и попытался что-то выдавить из себя. Старший гангстер сказал: — Послушай, приятель... — Я никому ничего не спускаю, парень. Передай это своим. Он закатил глаза. По-видимому, он меня понял. Мы вы¬ шли из машины, и она с грохотом укатила. Я посмотрел на Велду и улыбнулся: — Как ты догадалась, что я собираюсь сделать? — В последнее время мне слишком часто приходится чи¬ тать чужие мысли. Я поняла, что произойдет. — Не знаю, что мне сделать: поцеловать тебя или отшле¬ пать? Она лукаво улыбнулась. — Не знаю, осмелишься ли ты... — Ты только не провоцируй меня. — Почему бы и нет? Иначе, мне кажется, я от тебя ничего не добьюсь... Мы отправились поужинать в ресторан Тедди, находя¬ щийся в деловой части города. За одним из столиков сидели супруги Адамс и Хью Гарднер. Они пригласили нас к себе. Заказав нам бифштекс, Хью осведомился: — Вы пришли поужинать или что-то разузнать? — И за тем и за другим. — Джо неплохо поохотился для тебя. Он обратился ко мне, а я еще кое к кому, и постепенно картина жизни интере¬ сующей тебя особы начала проясняться. Когда ты разрешишь опубликовать эту историю? — Когда срок подойдет. — Ну, ладно. Итак, что же произошло с этой Салли Девон? — Рассказывай, Джо,— сказал я. Он с трудом дождался возможности высыпать на нас толь¬ ко что полученный ворох новостей. — Ну, Майк, и задал же ты мне задачку! Здесь уже почти никто не помнит эту женщину. Все старые истории давно по¬ забыты. И ты знаешь, кто откопал информацию для тебя? — Конечно, Сикди! — Как ты догадался? — А кто же еще? — Итак, слушай. Нам удалось найти несколько танцов¬ щиц, работавших вместе с Салли, и мы нажали на этих старых дам. Оказывается, Салли была в шоу-бизнесе, но недолго, а кроме того, это был просто фасад для других ее дел. Бывшим 324
подругам не хотелось выдавать Салли, идти против старой дружбы... но кое-что мы смогли узнать. Салли Девон была ни¬ чем иным, как шикарной шлюхой. Одно время она водилась с разными денежными тузами, а когда ее время прошло, она связалась с парой крупных гангстеров. Велда озадаченно посмотрела на меня. — Но если она встречалась с гангстерами, то как же ей по¬ том удалось подцепить Сима Торренса, который производил впечатление совершенно порядочного человека? Здесь что-то не вяжется. — Ах, это...— сказал Хью.— Он помогал ей еще в быт¬ ность свою окружным прокурором. Знаешь, как это бывает: она все еще была красавица и при этом неглупа. Итак, они стали друзьями, а позже он женился на ней. Я могу назвать вам кучу политиков, женатых на бывших танцовщицах. Это случается чаще, чем ты думаешь. Он положил вилку на тарелку и отпил из стакана. — Так в чем суть дела, которым ты занимаешься?— спро¬ сил он.— Шантаж? — Не знаю,— ответил я. — Что же ты тогда знаешь? Подумав, я спросил: — Торренс сейчас довольно влиятельная личность, не правда ли? — Настолько влиятельная, насколько возможно быть, не будучи губернатором. — Ясно. Он сказал мне, что в различное время ему угро¬ жали парни, которых он упрятал за решетку. — Такова судьба прокурора. — Но другие не попадают в такую грязь. — Ну, и дальше? — Хью, мне нужно проглядеть отчеты о всех больших процессах Торренса и о людях, которые ему угрожали. Навер¬ няка у тебя в архиве есть все это. Пожав плечами, он рассмеялся. — Насколько я понимаю, все это нужно тебе сегодня же. — Почему бы нет? — Итак, отложим ужин и поедем ко мне в контору. Вста¬ вайте... Досье, заведенное Хью на Сима Торренса, было довольно об¬ ширным и состояло из множества газетных вырезок. Мы разде¬ лили их между собой и уселись читать за письменный стол. Вскоре все вырезки были разобраны. Джо нашел четыре угрозы в 325
адрес Сима Торренса. Сикди — шесть. Мы с Вслдой — три. И Хью — еще одну. Он засунул вырезки в копировальный ап¬ парат, дал мне копии, а сами вырезки опять разложил по местам. — Можно нам теперь разойтись по домам?— спросил он. Джо был еще не прочь продолжить, но Сикди слегка толк¬ нула его под ребро. — Ну что ж, по домам, так по домам,— сказал я. Внизу все распрощались, и мы с Велдой пошли вместе. В одном отеле на Сороковой улице я снял два номера — для себя и для Велды. Поцеловав ее на прощание, я отправился в номер. Приняв душ, я уселся на кровати и стал просматривать ко¬ пии газетных вырезок. Одну за другой я сбрасывал их на пол, пока у меня не осталось четыре. Все остальные люди, когда-то угрожавшие Симу Торенсу, были или мертвы, или сидели в тюрьме. На свободе оставалось четверо: трое из них были осво¬ бождены условно и находились под наблюдением полиции, и один полностью отсидел тридцать лет, хотя был осужден по¬ жизненно. (Человека, осужденного пожизненно, могут выпу¬ стить через тридцать лет при условии хорошего поведения.) Ему было сорок два года, когда он вошел в камеру, и семь¬ десят два, когда он вышел из нее. Его звали Сонни Мотли, и на снимке он был изображен в своей небольшой обувной мастер¬ ской на Амстердам-авеню. Я отложил вырезку и просмотрел остальные. У Шермана Баффа было две судимости. Сим Торренс имел полное право упрятать его за решетку. Бафф при всех угрожал в зале отомстить всем присяжным и судье, а в особенности Симу Торренсу. Затем был еще Арнольд Гудвин, сексуальный маньяк. Он считал Торренса ответственным за тяжелый приговор. Адреса Гудвина не было, но раз он освобожден условно, его будет не¬ трудно найти через полицию. Николас Бекхауз, бандит с целым рядом приводов, оказал сопротивление при аресте и заколол полицейского. Адреса то¬ же не было, но его также можно было узнать в полиции. Я сложил три вырезки и сунул их в карман брюк, потом лег на кровать и уснул... 5 На следующее утро я вручил Велде вырезки и объяснил, что нужно сделать. Позавтракав, я отправился к Пату в бюро, чтобы узнать о преступниках, освобожденных досрочно. Бафф 326
и Бекхауз регулярно сообщали о себе полиции, и он рассказал мне об их поведении. Шерман Бафф женился, жил в Бруклине и имел мастер¬ скую электроприборов, где выполнял заказы больших фирм. Его дом находился в хорошем районе, у него был значитель¬ ный доход, любимая жена — и, судя по всему, он не имел ни малейшего намерения возвращаться к прошлому. Наблюдав¬ ший за ним полицейский офицер сообщил, что Бафф опять стал полезным членом общества. Николас Бекхауз тоже регулярно отмечался в полиции, но его приводил брат, зубной врач, заботившийся о нем. В драке во время тюремного заключения Бекхаузу повредили позво¬ ночник, так что его частично парализовало. Мозг его тоже по¬ страдал — у него было сознание десятилетнего ребенка. Наблюдавший за Арнольдом Гудвином полицейский офи¬ цер отвечал мне особенно неохотно. С Гудвином всегда были трудности, и уже три месяца, как он не отмечался. Офицер по¬ просил меня, в случае, если будет найден след Гудвина, уведо¬ мить его. Он опасался, что Гудвин, прежде чем его найдут, успеет убить еще кого-нибудь. Кажется, Арнольд Гудвин был тем человеком, которого мы разыскивали. Велда спросила меня: — А ты не хочешь посетить четвертого? — Сонни Мотли? — Это займет всего пару минут. — Он живет на Шестидесятой улице. Почему ты счита¬ ешь это нужным? Она задумчиво сказала: — Когда-то это было очень громкое дело — «Убийца за три миллиона долларов...» — Но он получил срок не за убийство. У него было три су¬ димости, и поэтому, когда его схватили во время грабежа, то его автоматически ждало пожизненное заключение. — За это время можно накопить много злости. — Конечно. Но в семьдесят лет не очень-то хочется бегать в поисках наемных убийц и припоминать старые грехи — да¬ же после тридцатилетней отсидки. Будь же благоразумной. — Ладно. Но ведь это не займет много времени. — Сдаюсь. От продавца газет мы узнали, что мастерская Сонни Мот¬ ли всегда открывается в семь часов утра. Сонни — усталый, сутулый старик — сидел у окна и чи¬ 327
нил каблук у дамской туфли. Он был похож на небритого и плешивого деда Мороза. Велда и я уселись на деревянные стулья, и он отложил мо¬ лоток и подошел к нам, чтобы почистить нам туфли. Мастер¬ ская была старая, и вдоль одной стены тянулись полки с обувью. Когда он кончил, я дал ему доллар и спросил: — Давно уже здесь работаете? Он опустил деньги в кассу и усмехнулся, когда я отказался от сдачи. — Полтора года.— Он сдвинул очки на нос и испытующе поглядел не меня.— Репортер? — Нет. — Ну, тогда вы похожи на полицейского, но полицию я уже давно не интересую. Значит, вы частный сыщик, верно? Я не ответил ему, и он, тихонько хихикнув, сказал: — У меня большой опыт общения с сыщиками, молодой чело¬ век. Поэтому не наводите тень на плетень. Так что вас интересует? — Эта мастерская принадлежит вам? — Конечно. В течении тридцати лет в заключении я от¬ кладывал по паре центов в день от того, что платило государ¬ ство, а кроме того, делал бумажники и пояса и продавал их, и на эти деньги купил мастерскую, она стоила недорого, а са¬ пожное дело — это единственное, чему я учился... Правда, вам это совсем неинтересно. Засмеявшись, я кивнул. — Ладно, Сонни. Мы пришли расспросить о делах давно минувших дней: вы угрожали убить Сима Торренса? — Ну да. Об этом меня часто спрашивают. Большей час¬ тью репортеры.— Он подвинул свой табурет и усмехнулся.— Я тогда здорово разозлился.— Он рассмеялся и сдвинул очки на лоб.— Правда, если бы его сейчас убили, я не стал бы про¬ ливать слез, но знаете, мистер... — Хаммер. Майк Хаммер. — Да, мистер Хаммер... ну, так вот, я вдоволь насиделся за решеткой, и с меня этого хватит. Не то, чтобы моя жизнь те¬ перь особенно отличалась от тюремной: та же работа и по¬ стольку же. Но я теперь на свободе. Понимаете? — Конечно. — Ну и есть кое-что еще. Я теперь стар. Мой образ мыс¬ лей изменился.— Он посмотрел на Велду.— То же произошло и в отношении к женщинам. Когда-то я мог с ума сойти при мысли, что не смогу получить понравившуюся мне женщину. О, в то время и Торренса я мог убить. Но, как я уже сказал, огонь постепенно угасает и становишься равнодушным. Точно 328
так же я думаю сейчас и о Торренсе. Он мне безразличен. Я почти не вспоминаю о нем — разве только репортер или кто- то вроде вас начнет расспросы — и тогда эта история кажется мне забавной. Глупо, не правда ли? — Нет, не глупо, Сонни. Он захихикал и закашлял, потом посмотрел на меня. — Так же глупо, как мое имя Сонни. Да, приятель, когда- то я имел успех у женщин. У меня был такой чертовски юный вид, что каждой хотелось согреть меня материнской лаской. Тут я и снимал сливки.— На секунду в его глазах появилось печальное выражение, но потом он опять пустился в воспоми¬ нания.— Сонни... Да, было время. Но теперь огонь погас... — Ну...— я взял Велду под руку, и он увидел, что мы со¬ бираемся уходить. Он поспешно сказал, как человек, страшащийся одиноче¬ ства и не желающий потерять слушателей: — Если хотите, я покажу вам газетный отчет о моем про¬ цессе. Кто-то сохранил его для меня. Подождите минуту.— Он быстро встал и засеменил в заднюю комнату, дверь кото¬ рой была прикрыта занавеской. Послышался стук ящиков, и скоро старик вернулся со ста¬ рыми газетными листками. Во всех заголовках мелькало имя Сонни Мотли. «Как показали свидетели на процессе, в 1932 году какой- то неизвестный сообщил полиции, что банда Сонни Мотли, вто¬ рым вожаком которой был Блэки Конли, готовится совершить нападение на транспорт с деньгами. Этот неизвестный сообщил полиции такие подробности, которыми мог располагать только человек, готовившийся принять участие в нападении, и эта информация, казалось, совершенно лишала ограбление шан¬ сов на успех. Но к несчастью, пока молодой окружной проку¬ рор по имени Сим Торренс разобрался в деле и послал спецгруппу полицейских, ограбление уже произошло. Три мил¬ лиона долларов наличными были похищены из грузовика с деньгами и перенесены в наемную машину. Или Блэки Конли хотел обмануть своих сообщников, или просто растерялся, когда полиция постилась на месте преступления, но так или иначе, когда завязалась перестрелка, он вскочил в машину и умчался прочь. При этом он выстрелил несколько раз из окна машины. Один из выстрелов ранил Сонни Мотли, и ранение помешало ему бежать. В припадке ярости в зале суда Сонни крикнул, что он тоже стрелял в мерзавца, одурачившего его, и, что если он и не убил его, то в один прекрасный день все равно найдет его и убьет и Сима Торренса тоже. Машину так никогда и не на¬ 329
шли, а Блэки Конли и деньги исчезли бесследно...» Сонни терпеливо ждал, пока мы прочтем все и вернем ему газеты. Потом он сказал: — Нам удалось бы ограбление, если бы не этот мерзавец Блэки. — Вы все еще сожалеете о провале? — Нет. — Как вы думаете, что же тогда произошло? — Я много думал над этим, мистер Хаммер и пришел вот к какому выводу. В самом деле явно что-то не сошлось. Кто-то хотел подставить ножку мне, а подставил себе. И я думаю, что Блэки с машиной лежит где-то на дне реки... — Деньги так никогда и не появились? — Да, они пропали вместе с Блэки. Они не достались ни¬ кому. Надеюсь только, что я действительно попал в этого мер¬ завца. — В вас еще сохранилось порядочно злобы, Сонни. — Да нет. Мне просто жаль тех тридцати лет, которые пришлось отсидеть из-за него. Этот Торренс припаял мне по¬ жизненное из-за предварительных арестов. Это был громкий процесс, и он сделал Торренсу имя.— Сонни надел очки, с от¬ вращением еще раз посмотрел на газеты, потом скомкал их и бросил в мусорную корзину.— Дерьмо... Какой смысл переже¬ вывать это дерьмо. Казалось, он еще больше постарел и ссутулился. — Простите, что мы разбередили старые раны, Сонни,— сазал я. — Ничего, мистер Хаммер. Заглядывайте, если вам нуж¬ но будет навести блеск на ботинках... На улице Велда сказала: — Трогательный старик, не правда ли? — Они все такие. Мы попытались взять такси, но это удалось не сразу: прежде нам пришлось пройти два квартала. Когда мы наконец сели в такси и стали отъезжать от тротуара, в нас чуть не вре¬ зался голубой грузовик. Наш шофер привык к таким вещам и глазом не моргнул. Велда вышла у бюро. Ей предстояло еще расспросить Пата о Бэзиле Леви и Киде Хэнде и, кроме того, попытаться восста¬ новить наши старые связи. Если в городе появилось новое ли¬ цо, значит, как сказал Джерси Тоби, для этого были свои основания. Были основания для смерти двух людей и для попыт¬ ки убить меня. И были причины планировать убийство Сью Де¬ вон, а значит, где-то был человек, которому были известны эти 330
причины. Я дал шоферу адрес Сима Торренса в Вест-Честере, а сам откинулся на спинку сидения, чтобы еще раз все обдумать. Сна¬ чала движение было не особенно оживленным, но когда мы до¬ брались до северной части Манхэттена, оно стало гуще. Такси остановилось перед светофором. Вдруг я услышал чей- то крик, повернул голову и увидел капот голубого грузовика, ко¬ торый врезался нам в бок. Я успел распластаться на сиденье, и тут же такси содрогнулось от мощного толчка. В сторону полете¬ ли куски металла и осколки стекла. Мгновение машина балан¬ сировала на двух колесах, потом завалилась набок. Наступила мертвая тишина первых секунд после катастрофы. Шофер тихо застонал, запахло бензином. Но кто-то уже открывал переднюю дверцу, и в машину протянулись руки, чтобы вытащить шофера. Я помог людям и сам выбрался через дверцу наружу. Я постоял в окружении зевак, отряхивая кос¬ тюм. Человек двадцать окружили шофера, который, казалось, не пострадал, но был в шоке. Грузовик стоял поперек улицы и упирался в такси так, что было ясно, что водитель либо сделал это нарочно, либо был сильно пьян. Однако в кабине грузовика водителя уже не было. Кто-то сказал, что видел, как он выпрыгнул из машины и побежал к метро. Свидетелю показалось, что он был ранен. Во всяком случае, он держался за живот и спотыкался на ходу. Потом я оглядел машину. Этот голубой грузовик в точности походил на тот, который чуть не врезался в нас, когда мы с Велдой са¬ дились в такси. Я ушел с места происшествия, никем не остановленный. Я записал номер такси и решил заняться этим делом позже, те¬ перь же у меня не было времени, чтобы участвовать в длитель¬ ной процедуре расследования катастрофы. На ближайшем углу я подозвал другое такси и дал шоферу тот же адрес. Возле дома Торренса я попросил шофера подождать и позвонил в дверь. Вторая встреча с Джеральдиной Кинг была такой же при¬ ятной, как и первая. Расцветка ее пуловера очень гармониро¬ вала с голубизной ее глаз и тициановским тоном волос. Она была одета совсем не как секретарша и держалась свободно и непринужденно. Заметив мое восхищение, она сказала: — Я всегда считала, что женщины должны быть приятны для глаз, как картины. — Жаль, что у меня не хватит денег приобрести такую картину. — Они не всегда стоят денег. Некоторые можно взять бес¬ 331
платно. — Благодарю,— проворчал я, но потом улыбнулся ей.— Однако, чтобы вас заполучить, требуется быть политической фигурой. — Это не помешает,— сказала она, распахнув дверь.— Проходите, мистер Торренс находится в своем кабинете. Когда я вошел в комнату, Сим отложил какие-то бумаги в сторону, встал и пожал мне руку. — Рад видеть вас, Майк. Что я могу для вас сделать? — У вас потрясающая секретарша,— заметил я. — Что?— Он нахмурился и несколько секунд спустя ска¬ зал.— Ах. вот оно что... да, конечно. — Я встретился с парой людей, когда-то грозивших вас убить, мистер Торренс. - Да? — Вы сказали, что знаете, по крайней мере, десяток та¬ ких парней. Арнольд Гудвин был среди них? — Сексуальный маньяк? — Да, помимо всего прочего. — Да, он тоже грозился. Но он был так молод, что я не придавал его угрозам никакого значения. Почему вы спросили об этом? — Потому что он условно освободился, но уже два месяца не является отмечаться в полицию. — Он был психически слегка ненормален. Вы имеете в виду... Я пожал плечами. — Эти типы способны не все, лишь бы отомстить объекту своей ненависти. Мне о Гудвине пока еще ничего неизвестно, но я им займусь. — По-моему, лучше сообщить в полицию. — Туда уже сообщено, и надзирающий за ним полицей¬ ский уже отметил его. Трудность только в одном: до того, как его схватят, он может наворотить кучу неприятностей. Он мо¬ жет застрелить вас и Сью. Я советую вам обзавестись воору¬ женным сторожем. — Мистер Хаммер... мы живем в год выборов. Если эта ис¬ тория разнесется повсюду, вы понимаете, что это для меня оз¬ начает? — Придется вам выбрать из двух зол наименьшее. — Что ж, возможно, будет разумно иметь кого-то в доме. Думаю, Джеральдина сможет это устроить. — Значит, мне этим не заниматься? — Нет, благодарю вас, мы сами сделаем. 332
— Отлично. Кстати, я встречался с Сонни Мотли. — Сонни Мотли?— Он снял очки.— Но ведь он получил пожизненное. — Пожизненное кончается после тридцати лет хорошего поведения. Он опять на свободе. Вы его еще помните? — Конечно! Именно этот процесс принес мне извест¬ ность. Вы не думаете, надеюсь... — Это старик, всецело занятый своей мастерской. Нет, не думаю, чтобы с этой стороны вам что-нибудь грозило. Трид¬ цать лет за решеткой сделали свое дело. К тому же, ему сейчас за семьдесят. Он достаточно надышался тюремного воздуха. Но сам процесс был очень интересный. Когда-нибудь Блэки Конли выплывет с этими деньгами? — Майк, мы тогда сделали все от нас зависящее, предус¬ мотрели все возможности. Обшарили все уголки, уведомили государственные власти и иностранную полицию, но ни Кон¬ ли, ни деньги так никогда и не появлялись. — Как вы думаете, что произошло?— спросил я. Торренс устало потер глаза. — Он мог удрать из Штатов, купить себе новый паспорт и вести себя настолько осторожно, чтобы не привлечь ничьего внимания. Деньги он мог тратить понемногу. Так обычно по¬ ступают в подобных случаях. Ограбление было хорошо подго¬ товлено. Конли или заранее планировал удрать с деньгами, или просто скрылся, когда началась стрельба,— мы так и не узнали этого, но так или иначе, он исчез. — А машина? — Он мог сбросить ее в реку. — Сонни, кажется, считает, что его перехватил кто-то другой. Торренс покачал головой и задумался. — Сомнительно. Ведь номера банкнот зарегистрированы. Нет, по-моему, Конли удрал. Теперь он, возможно, уже мертв. Если мне не изменяет память, он был на восемь лет старше Сонни. Значит, теперь ему должно быть около восьми¬ десяти.— Он пристально посмотрел на меня.— Странно, что вы вспомнили об этой истории. - — Меня интересует прошлое. По-моему, оттуда пришло что-то опасное и подозрительное. Он кивнул. — Возможно, вы правы. Скажите, могу я вам чем-нибудь помочь? — Можете. Еще и еще раз вспоминайте прошлое. Старай¬ тесь припомнить все мелочи — какими бы незначительными 333
они вам не показались. И подумайте также о том, кто мог вас настолько ненавидеть, чтобы убить Сью или вас. — Я подумаю, мистер Хаммер. — Есть еще кое-что. — Да? .— Ваша умершая жена. Насколько хорошо вы ее знали? Что вам было известно о ней? Торренс отвел взгляд. Некоторое время он смотрел на ру¬ ки, потом опять взглянул не меня. — Насколько я понимаю, вы навели о ней справки? - Да. — Ну, что же вам сказать... Когда я женился на Салли, мне было известно ее прошлое. В порядке объяснения я могу вам только сказать, что я любил ее. Если бы я хотел придумать причину для оправдания, то напомнил бы пословицу: о вкусах не спорят. Когда мы познакомились, она была в трудном поло¬ жении. Мимолетное деловое знакомство перешло в дружбу, а дружба переросла в любовь. Однако, к несчастью, она стала ал¬ коголичкой и потом умерла. Почему вы спрашиваете меня об этом? — Я думаю о возможности шантажа. — Вряд ли. Все это было известно, но меня никто никогда не шантажировал. — Может быть, просто не пытались. — Что вы хотите этим сказать? — Не знаю,— ответил я.— Это возможность иметь пару интересных аспектов дела. Мы не должны забывать о ней.— Я встал и взял шляпу.— Ладно, пока это все. Если мне что-то понадобится, то я уведомлю вас. — Всегда к вашим услугам. Джеральдина Кинг сидела в маленьком кабинете на пер¬ вом этаже. За пишущей машинкой и в очках она выглядела идеальной секретаршей. Когда я вошел в комнату, она быстро натянула на колени слишком высоко поднятую юбку. Я улыбнулся. — Черт возьми! Сняв очки, она положила их на стол. — Это отвлекает, не правда ли? — Скажите мне одно: как может Торренс вообще рабо¬ тать, когда вы находитесь поблизости от него? Хихикнув, Джеральдина пожала плечами. — Очень спокойно. Я для него не больше, чем машина, присланная партией ему в помощь. Я могу танцевать по дому раздевшись, и он этого не заметит. 334
— Хотите пари? — Нет, правда. Мистер Торренс занят только своей рабо¬ той. Политика — это вся его жизнь, больше для него ничего не существует. Он уже так давно находится на общественной службе, что ни о чем другом и не думает. Так что, если он обе¬ дает с женщиной или появляется с ней в обществе, то только из политических соображений. — Все это ради голосов избирательниц? — Да. Женщины проголосуют за вдовца, верного семей¬ ным воспоминаниям, и отклонят закоренелого холостяка. — Сим сообщил мне,что вы прошли с ним через несколь¬ ко избирательных кампаний? Это правда? - Да. — Он сталкивался когда-нибудь с трудностями? — Какого рода? — Когда выкапывали что-нибудь из его прошлого, чтобы запугать его. Какая-нибудь попытка шантажа или угроза убийства? Он сказал, что не знает ни о чем подобном, но такие вещи часто остаются внутри партии и не доходят до кандидата. Откинувшись на спинку стула, Джеральдина задумалась, потом покачала головой. — Думаю, я бы об этом знала. Партия хорошо организо¬ вана, и хорошо понимает, какое значение могут иметь подоб¬ ные вещи в предвыборной борьбе. Тогда мне тоже сообщили бы. Но пока я не вижу, чтобы карьеру мистера Торренса под¬ вергали хотя бы малейшему влиянию. Он чист, абсолютно чист. Поэтому мы так и взволновались, когда сбежала Сью. Один этот случай может отрицательно повлиять на выборы. Человеку, который не может навести порядок в собственной семье, вряд ли доверят управление городом. — Вам известно, что Торренс теперь находится в доволь¬ но щекотливом положении? — Да, могу себе это представить.— Она встала и подошла ко мне.— Вы думаете, что Сью опять взялась за прежнее? Эта дикая история о том, что мистер Торренс убил ее мать? — Кажется, она крепко вбила в голову себе эту мысль. — Сью по натуре фантазерка. Иногда мечты могут при¬ нимать вполне реальный характер. Кажется, у нее было не очень счастливое детство. Вряд ли ей известно, кто ее настоя¬ щий отец. Если она публично бросит в лицо мистеру Торренсу свои упреки, то это может ему очень повредить. — Я попробую поговорить с ней. Где она? — В задней части парка есть садовый павильон, где она занимается упражнениями. Там она обычно и живет. 335
— Постараюсь помочь вам. Улыбнувшись, Джеральдина обвила руками мою шею, встала на цыпочки и прильнула губами к моему рту. Поцелуй был нежным и томительным, словно она пробовала сливу, пе¬ ред тем, как решиться купить всю корзину. Потом она медленно отстранилась и сказала: — Спасибо. — Это я должен благодарить,— с улыбкой возразил я. — Думаю, что я скорее возненавидела бы вас, чем полюбила. — Что же хуже? — Сами выбирайте. — При случае обязательно, детка... Сначала мне показалось, что Сью нет дома, но потом я услышал скрип дверцы шкафа и постучал. Она открыла дверь. Ее улыбка была похожа на солнечный луч, пробивающийся сквозь тучи. Она пожала мне руку. — Добрый день, Майк. Рада, что вы пришли. А где Велда? — Она занята. Можно войти? Она пропустила меня в комнату. Садовый павильон был явно выстроен по ее вкусу. Одна стена была сплошь зеркальной. Возле нее находился станок для балетных упражнений. На одной полке стоял проигрыва¬ тель и лежала куча пластинок, другая была завалена балетны¬ ми туфлями. На штативе был укреплен микрофон с усилителем. В углу стоял небольшой рояль, на крышке которого ле-жали но¬ ты с любимыми шлягерами. По всей комнате были разбросаны плюшевые игрушки. В оставшейся части комнаты стояли ку¬ шетка, туалетный столик и шкаф. На небольшом письменном столе лежала груда старых альбомов и картонных папок. Ког¬ да я постучал, она как раз занималась ими. — Что ты делаешь, Сью? — Разбираю вещи моей матери. — Она уже давно умерла. Пойми это, наконец. — Я знаю. Хотите посмотреть, какой она была? — Охотно. У нее была пара вырезок из старых афиш. Кроме того, на сте¬ нах висело несколько снимков, сделанных в ночных клубах. На нах была изображена женщина с красивым, но пустоватым лицом. Не знаю, случайно это получилось или нет, но на снимках она вы¬ глядела типичной красоткой — этакой блондинкой без мозгов. На трех фотографиях она была снята вместе с несколькими людьми, и каждый раз рядом с одним и тем же мужчиной. Это был тще¬ 336
душный темноволосый человек с колючими, глубоко посажен¬ ными глазами. Он был похож на фанатичного священника, соби¬ рающего для ближайшей проповеди материал о грехах прихожан. — Она была красива,— сказал я. — Она была прекрасна,— поправила меня Сью.— Я все еще помню ее лицо. — Но эти снимки были сделаны до твоего рождения,— за¬ метил я. — Знаю. Но я помню ее. Еще я помню, как она разговари¬ вала со мной. И помню, что она говорила о Торренсе. Она замотала головой так, что волосы разлетелись. — Я все помню. Она ненавидела его. — Сью... но ведь они были женаты. — Это все равно. Я строго посмотрел на нее. — Сью, сколько раз я должен повторять тебе одно и то же. Она пожала плечами и закусила губы. — Твоя мать была алкоголичкой. Сим пытался отучить ее от спиртного, но ему это не удалось. Мать могла возненавидеть его за эти попытки. Выброси из головы мысль о том, что он убил ее. — Она сказала мне, что ее убила змея. — Алкоголикам часто видятся мыши, змея, слоны и про¬ чие подобные вещи. Не смей вбивать себе в голову эту идею! — Она еще сказала мне, что я должна найти какое-то письмо. Я его непременно найду. — Тогда тебе было всего два года. Как ты могла запомнить такие вещи. — Однако я помню. — Ладно, ищи это письмо. Но пока ты его не нашла, дай мне одно обещание. — Какое? — Не доставляй Торренсу дополнительных трудностей. Я сам занимаюсь этим делом, и не удирай из дому, не предупре¬ див меня. Обещаешь мне это? — Возможно,— сказала она, улыбнувшись. — Чего ты еще хочешь? — Поцелуйте меня! Я проворчал: — Только что я получил поцелуй от Джеральдины Кинг. — Негодяй! Но мне это безразлично.— Она обошла стол и стала передо мной, заложив руки за спину.— Я не возражаю против того, чтобы быть второй. Я поцеловал ее. 337
— Не так,— сказала она. — А как? Это опасная игра постепенно ускользала из-под моего кон¬ троля. Я умею вести себя с женщинами, но как быть, если на шее у тебя виснет девчонка. Она показала мне как. Это было похоже на внезапный взрыв — одновременно нежный и страстный, полный огня, о котором я и не подозревал. Поцелуй был недолгим, но он потревожил все мое существо, и я увидел, что Сью тоже задрожала. В потемнев¬ ших глазах появилось желание, щеки покрыл румянец. — Надеюсь, что второй вам понравился больше перво¬ го,— сказала она. — Само собой, девочка, но только больше никогда не де¬ лай так. — Яс трудом выдавил на лице усмешку и отстранил Сью от себя.— Ну, не вешай носа. — Хорошо, Майк... Я вышел из дома, сел в такси и дал шоферу адрес Пата... 6 Новый инспектор отдела по расследованию убийств перешел из другого ведомства. Это был человек с тяжелым характером, я был знаком с ним уже несколько лет. Его звали Спенсер Гребб, и он терпеть не мог частных детективов и полицейских репортеров. Он бросил на меня многозначительный взгляд. Наверняка в его записной книжке моя фамилия стояла на первом месте, да еще подчеркнутая красным карандашом. Окружным прокурором был Чарльз Форс. Его заботила только карьера. Он работал до изнеможения и почти не выхо¬ дил из зала суда. Он был хорошо знаком с тонкостями своей профессии. Сейчас эти люди сидели по обе стороны комнаты, друг против друга, а между ними находился Пат. Они оглядели ме¬ ня с благосклонностью озорников, оглядывающих дичь, кото¬ рую выпустили из клетки поразмяться, чтобы потом охота доставила им больше удовольствия. Обменявшись приветствиями с Патом, я спросил: — Ты проверил пули? — Обе они выпущены из одного револьвера — того же са¬ мого, из которого был убит Бэзил Леви. Ты упомянул о Марке Канна. Ты сможешь опознать человека, который тогда стрелял? — Если это Марк Канна, то да. 338
— Посмотри на этого парня. Пат перебросил мне через стол увеличенную фотографию. Посмотрев на нее, я положил ее на стол. — Это он. — Ты уверен? — Абсолютно. Он дважды пытался убить меня. Один раз в здании, где находится мое бюро, а второй раз сегодня с помощью грузовика. Он врезался в такси, в котором я сидел. Инспектор Гребб сказал: — Вам следовало бы тотчас уведомить нас о случившемся. — А я делаю это только теперь. В тот момент это было больше похоже на обычную аварию и, кроме того, меня ждали дела, поэтому я не мог остаться на месте преступления. Инспектор криво усмехнулся. — Вам известно, что мы можем наказать вас за это? Не правда ли, мистер Форс? Прокурор улыбнулся с выражением безразличия. Это была одна из тех улыбок, которыми он пользовался в зале суда. — Мне тоже пришло это в голову, инспектор. Я собрал весь свой запас наглости, отпущенный мне богом, присел на край стола и посмотрел на них обоих. — Давайте выясним наши отношения раз и навсегда, джентльмены. Я знаю, что вы охотно подставили бы мне нож¬ ку, но предупреждаю, что так просто я не дамся. В конце кон¬ цов, я теперь представляю влиятельное государственное учреждение. Если хотите выяснить величину этого влияния, можете попробовать задеть меня. Нравится вам это или нет, я теперь действую в официальном качестве, и это дает мне не¬ которые особые права. Я не вчера родился и советую быть по¬ осторожнее, друзья. Капитан Чемберс может подтвердить, что я работаю вместе с полицией. Следовательно, не надо насту¬ пать мне на ноги. Вы и не представляете, сколько неприятно¬ стей могу я причинить, если захочу...— Я посмотрел на Чарли Форса.— Особенно по части прессы. Он нахмурился. — Вы мне угрожаете, мистер Хаммер? Я кивнул и усмехнулся. — Вот именно. Это один из моих козырей. Плохая пресса отразится на вашей карьере. Так что советую не пробовать на мне ваши фокусы. Мое заявление им не понравилось, но им пришлось его проглотить. Их тоже можно было понять. Им было неприятно видеть, как бывший частный детектив работает на ФБР. Осо- 339
бснно с той репутацией, которая до сих пор у меня была. Форс встрепенулся и улыбнулся фальшивой улыбкой. — Мы получили указания работать в контакте с вами. «Спасибо, Рикерби»,— подумал я. — Мы сейчас занимаемся Бэзилом Леви,— сказал Пат. — Что вам удалось узнать? — Мы нашли его приятельницу, которая сообщила, что он получил какое-то задание, но какое именно, она не знает. Он сказал ей только, что за него хорошо заплатят и что позже он получит еще. Он уже строил грандиозные планы. Кроме то¬ го, есть еще пара людей, которым известно, что у него были деньги. Вот и все. — Как насчет винтовки? — Украдена примерно месяц назад в спортивном магази¬ не. Номер есть у нас в списке. Леви собирал винтовку в перчат¬ ках, но он допустил оплошность, вставляя магазин. Поэтому у нас есть хороший отпечаток его пальца. Форс вмешался. — Ну, нас теперь интересует, в кого он собирался стрелять? Я взглянул сначала на часы, потом на него. — Это вам, наверное, уже объяснил Арт Рикерби. Вы ведь знаете, что случилось с Велдой? — Конечно,— любезно согласился он.— Это мы знаем. Но я сейчас задаю себе вопрос, не кроется ли за этим что-то еще? — Ну что ж, продолжайте задавать себе этот вопрос. — Вы ведь тоже были там. — Я только вошел. Леви наблюдал за домом несколько дней. — Не вас ли он поджидал? Я решил оставить его в этом заблуждении. Пусть подумает сам, ни к чему ему все рассказывать. — Этого я еще не выяснил,— сказал я.— Как только уз¬ наю, тотчас сообщу вам. Гребб и Форс одновременно встали и направились к двери. Осмотр хищника окончился, они убедились, что я представляю собой достойную цель. Гребб холодно взглянул на меня и сказал: — Не забудьте о своем обещании. Когда они вышли, Пат укоризненно покачал головой. — Так ты не приобретешь друзей. — Кому нужны такие друзья? — В один прекрасный день могут понадобиться. — Значит, у меня есть еще время. Послушай, приятель, те¬ бе известно, что происходит в городе? Пат кивнул. — Дело в Дикерсоне? 340
— Мы еще не выяснили. — Разве возможно, чтобы появился большой босс, на ко¬ торого все работают, но никто не знает, кто он такой? — Это еще не самое худшее. Тебя интересует, какими све¬ дениями мы располагаем? — Конечно. — Со всех концов страны в Нью-Йорк стекаются гангсте¬ ры, но они пока ведут себя тише воды ниже травы, так что нам не за что их арестовать. — Сколько их? — Не так уж много — дюжина, наверное. Однако сразу за¬ метно, что в городе неладно. Что-то носится в воздухе. — Может быть, у них просто съезд? — Нет. Очевидно, запахло большими деньгами. Кто-то по¬ звал их в город и платит им. Тут же вертятся парни из ганг¬ стерского синдиката, тихие и дружелюбные, и тоже чего-то ждут. Все старые банды зашевелились. Появился некто, доста¬ точно могущественный, чтобы привести в действие все связи от Атлантического до Тихоокеанского побережья. Ожидаются крупные события. Хотелось бы мне знать, что кроется за всем этим.— Он нервно забарабанил пальцами по столу.— Что те¬ бе известно о деле, Майк? Я рассказал ему все с самого начала и без утайки — начи¬ ная с того, как я вошел в квартиру Велды и до моего тепереш¬ него посещения. Я почти видел, как работает его мозг, сортируя факты и раскладывая их по полочкам его сознания, откуда он в любой момент без затруднения сможет достать их, если того потребует дело. Наконец он сказал: — Здесь есть пара странных совпадений. — Даже больше. — Насколько я понимаю, тебе что-то нужно от меня. — Да. Освободи меня от убийцы. Он посмотрел на меня, прищурившись. — Мы делаем все, что можем. С пулей в животе он долго на ногах не продержится. — Пока он держится, и прекрасно.— Я встал и взял шля¬ пу.— Этот Арнольд Гудвин... — Я пошлю пару людей на его розыски. Это одно из совпа¬ дений, и оно мне не понравилось. Такие типы опасны, им ничего не стоит убить человека. Одобрит это Торренс или нет, но я поставлю охрану около его дома. Мы сделаем это тихо, так что он ничего не узнает. — Да, так будет лучше. Ну, пока. 341
— Кстати... Сюда звонил Джо Адамс. Он хотел с тобой по¬ говорить.— Пат улыбнулся.— Он рассказал мне забавную исто¬ рию. Когда-то ему присвоили звание почетного полицейского. Сегодня его задержали за превышение скорости, и тогда он предъявил свой значок. Полицейский отдал ему честь и отпу¬ стил. Так Джо убедился, какая полезная вещь этот значок. — Пат, это ведь старый анекдот! — Но все равно смешной... Я позвонил Джо из телефонной будки и договорился о встрече в «Голубой ленте». Время обеда уже прошло, ресторан пустовал, и в ожидании Джо я выпил кофе. Он пришел, заказал молоко с пирогом, и я спросил его: — Ну, где горит? — Я разыскал тебе приятельниц Салли Девон. Среди них была некая Полин Вольтер, и она рассказала, что неделю на¬ зад она случайно встретила Эннет Ли — ту горничную, кото¬ рая жила у Салли Девон и присутствовала при ее кончине. — Но ведь теперь она древняя старуха! — Да, древняя, но еще достаточно бодрая. Какое-то время она была костюмершей Салли, а позже чем-то вроде ее гор¬ ничной. Ну, как тебе это понравится? Тебе не кажется, что из меня получится хороший детектив? — Нет, если ты всюду будешь демонстрировать свой по¬ лицейский значок,— со смехом сказал я. — Эй, послушай... — Ладно, я пошутил. Теперь серьезно... Эта мисс Ли мо¬ жет знать что-либо интересное. Хорошо иметь влиятельных дру¬ зей, вроде тебя. Джо вытащил из кармана визитную карточку и написал на ней адрес. — Она живет в пансионе на другом конце города. Она вы¬ ходит очень редко, так что ты почти наверняка ее застанешь. Я сунул карточку в карман. — Что ты скажешь, если мы сразу отправимся туда? У те¬ бя есть время? — Конечно, старина... Эннет Ли жила в нижнем этаже дома из песчаника. Ее до¬ хода едва хватало, чтобы прокормить себя и кошку, а ее един¬ ственным развлечением были события, происходившие перед окнами. Это была хрупкая, высохшая старушка. Целый день она сидела у окна в качалке и раскачивалась взад и вперед. Люди часто недостаточно ценят стариков и их память. Ко¬ 342
нечно, их рассказы часто бывают бессвязными, они переска¬ кивают с одной темы на другую, но в самой этой бессвязности таятся драгоценные крупицы фактов — вдруг они могут вспомнить такое, что у всех уже давно выветрилось из памяти. Что касается Эннет Ли, то все, связанное с Салли Девон, она помнила довольно хорошо. Салли взяла ее к себе, когда та бы¬ ла больна и ей предстояла операция. Салли ухаживала за ней и оплачивала расходы на операцию, поэтому, когда ей, в свою очередь, понадобилась помощь, Эннет Ли охотно пошла к ней. Я стал расспрашивать ее о прошлом Салли, но она молча- . ла, подозрительно глядя на меня. У нее развязался язык толь¬ ко тогда, когда она поняла, что нам все известно. Оказывается, Салли недолго была танцовщицей. Она вскоре ушла с эстрады и стала принимать у себя мужчин. Однако и это длилось недолго, потому что она попала в беду. Эннет, конечно, знала Сима Торренса. Он ей никогда не нравился, но она должна признать, что он всегда хорошо обра¬ щался с Салли, заботился о ней, и если бы не увлечение Салли алкоголем, то их брак мог бы быть удачным. Она думает, что у Салли был комплекс вины по отношению к прошлому, и имен¬ но поэтому она начала пить. Эннет Ли вспомнила и тот вечер, когда Салли умерла: на улице, на морозе. Это было очень печально. Миссис Ли пыта¬ лась привести ее в чувство, но безрезультатно. Я спросил ее, не считает ли она, что Сим Торренс может иметь какое-то отно¬ шение к смерти Салли. Эннет Ли изумленно посмотрела на меня. — Как вам это пришло в голову? — Меня просто интересует ваше мнение. — Почему вы спрашиваете об этом? — Во всяком случае, Сью уверена в этом. — Дочка Салли? - Да. — Чепуха. Она в то время была слишком мала, чтобы по¬ мнить что-нибудь. — Возможно,— сказал я.— Но ее не переубедишь. Сначала она говорила, что Торренс виноват в смерти ее матери, потом утверждала, что это сделала змея. Лицо Эннет застыло, а взгляд стал ясным и живым. — Змея? Салли действительно говорила о змее всякий раз, когда бывала пьяна. Забавно, что вы вспомнили эту историю. Никогда не подумала бы, что маленький ребенок может за¬ помнить подобные вещи... Да, Салли действительно говорила о змее. Но ее убила не змея. Она умерла посреди двора, прямо 343
у меня на руках. Она замерзла, бедная девочка. Она была сильно пьяна и больна. Может быть, для нее это был лучший конец... Она откинулась на спинку качалки и закрыла глаза. Длин¬ ный разговор утомил ее. Я подмигнул Джо, и мы встали. — Благодарю вас,— сказал я.— Может быть, я зайду к вам как-нибудь еще. — Пожалуйста. Ритмическое покачивание качалки замедлилось, мы на¬ правились к выходу. Я уже открыл было дверь, но тут покачи¬ вание опять усилилось. Эннет Ли сказала: — Молодой человек... — Да, мэм? — Его так и не схватили? — Кого вы имеете в виду? — Того, кто удрал с деньгами. Очень большими деньгами. Дружка Салли... Я подозвал Джо и закрыл дверь. — С большими деньгами? — Да, с тремя миллионами долларов. Кажется, его звали Конли. Блэки Конли. Довольно опасный тип. Он был хуже всех. Его поймали? — Нет, так и не поймали. Глаза старухи были закрыты, и она качала головой. — Я так и думала. Он был ловкий малый. Я знала, куда он собирается поехать с этими деньгами. — Куда, миссис Ли?— осторожно спросил я. Она не ответила. Она заснула. — Черт возьми!— сказал я. Контуры картины начали постепенно вырисовываться... Забросив Джо домой, я отправился к себе. Там меня ждала Велда с известием, что Дэл Пеннер действительно теперь прочно занимает то место, которое освободилось со смертью Кида Хэнда. Я позвонил Пату, попросил его собрать для меня все сведе¬ ния, касающиеся Блэки Конли и отправил за этой информа¬ цией Велду. Когда она ушла, я уселся в кресло за письменный стол и повернулся так, чтобы видеть в окно бетонное ущелье, называемое Нью-Йорком. На улице медленно темнело, легкий туман навис над горо¬ дом. Еще час, и опять пойдет дождь. Световые рекламы мер¬ цали в воздухе, как отдаленные молнии, где-то выла полицейская сирена; потом ей стала подпевать вторая. 344
Сим Торренс предполагал, что Блэки Конли мог удрать. Лад¬ но, допустим, что так и произошло. Допустим, что он просидел все эти тридцать лет на мешках с тремя миллионами долларов. Он боялся их тронуть и не хотел разменивать тайно, потому что тогда он получил бы слишком мало. Он просто сидел и ждал. Ему пришлось ждать долго, чтобы убедиться, что поли¬ ция его больше не разыскивает. Но что в этом невероятного? Разве так уже не бывало раньше? Хэрмони Бразерс сорок один год сидел в обнимку с полумиллионом и только на смертном одре признался, где спрятаны деньги. Фрэнки Бойл шестнадцать лет скрывал в своем матрасе семьдесят тысяч долларов. Каждую ночь он засыпал на нем мертвым сном и не тронул ни одного цента. Он сошел с ума, когда в пансионе, где он жил, случился пожар, обративший в пепел все его неосуществленные желания. Итак, допустим, Блэки Конли удрал и просидел на своих миллионах тридцать лет. Под старость у него неожиданно раз¬ вился комплекс власти, и он снова решил вылезти на свет бо¬ жий. Несмотря на тридцать лет бездействия, он не потерял сноровки, он хорошо помнил, что и как. Блэки Конли — мистер Дикерсон! Что ж, вполне возможно. Вопрос: зачем ему понадобилось убивать Сью Девон? Ответ первый: если Блэки любил Салли, а она родила ре¬ бенка от другого мужчины, то он мог так возненавидеть этого ребенка, что захотел его смерти. Однако это соображение бы¬ ло не слишком удачным. Что-то уж много людей, которые пы¬ тались убить Сью. Сначала Бэзил Леви, а потом Кид Хэнд и Марк Канна. Однако на этот вопрос есть еще один ответ: за голову Сью, вероятно, была назначена награда, и если она велика, то каж¬ дый из убийц, очевидно, пытался получить ее для себя. Кид Хэнд мог нуждаться в деньгах, и в то же время хотел на кого- то произвести впечатление. Именно этим объяснялось то, что Леви так спешил за мной на квартиру Велды. Он решил, что я пришел за этими деньгами — за ценой крови. Блэки Конли — мистер Дикерсон и стервятники... Вернувшись от Пата, Велда положила передо мной пачку фотографий и документов, запечатлевших для потомков жизнь и подвиги Блэки Конли. Я уже видел недавно этого челове¬ ка — в комнате Сью. Блэки Конли был тот самый мужчина, который был изображен на снимках рядом с Салли Девон в ночном клубе. Список его арестов начинался где-то в далекой юности. Ес¬ 345
ли он теперь жив, то ему уже восемьдесят два года. Почтенный возраст. Но для таких людей возраст ничего не значит. Пат приложил еще записку, в которой советовал мне про¬ честь протокол судебного заседания, где в последний раз упо¬ миналось имя Конли. Проглядывая документы, я рассказал Велде о своем пред¬ положении. Кивнув, она сказала: — Это возможно, Майк. Кажется... в этом есть смысл. — Но не совсем? Она облизнула губы. — Да, у меня такое чувство. — Понимаю. Не хватает еще кое-каких звеньев. Тебе придется съездить к Эннет Ли: мне кажется, ты сумеешь боль¬ ше вытянуть из нее. Она может многое рассказать о Блэки Конли. — Хорошо, дорогой. — Только будь осторожна. Этот Канна все еще шныряет вок¬ руг. И Арнольд Гудвин тоже. Оба парня могут вмешаться в дело. — Пат обещал тебе позвонить, как только он что-нибудь узнает о них. — Хорошо. — Кроме того, он просил передать тебе, что Чарли Форс что-то затевает против тебя, а инспектор Гребб уже затеял за тобой слежку. — Я так и предполагал. К счастью, я знаю выход из этого здания, который ему неизвестен. Велда засмеялась, встала и взяла сумочку. — Я сняла для тебя квартиру. Она обставлена. Ключ лежит в ящике письменного стола. Кстати, в спальне есть большая двухспальная кровать... — Вежливые люди дожидаются приглашения. Велда посмотрела на меня исподлобья и улыбнулась. — В квартире есть еще кушетка, на случай, если ты захо¬ чешь разыгрывать из себя джентльмена... Обувная мастерская Сонни Мотли была уже час как закрыта, но мальчик-газетчик был еще на своем посту и сказал мне, что старик в это время всегда сидит за парой пива в ресторанчике на углу. Это был довольно обшарпанный бар, знававший, возмож¬ но, лучшие времена. Около стены стояло штук шесть столи¬ ков, в воздухе пахло пивом и жареными котлетами. У стойки болтали две пожилые женщины, перед телевизором торчала 346
пара юнцов, которые смотрели бокс, время от времени отпи¬ вая из своих кружек. Сонни Мотли сидел один за столиком и проглядывал бульварную газету. Возле него стояла кружка с пивом и лежала сдача с доллара. Я уселся напротив и сказал: — Добрый вечер, Сонни. Он поднял на меня глаза, свернул газету и улыбнулся без¬ зубой улыбкой. — Черт возьми, вот уж кого не ожидал. Хорошо, что вы пришли. Составите мне компанию. — Я пришел не только для того, чтобы составить вам ком¬ панию. — Понятно. Когда частный детектив встречается со ста¬ рым арестантом, вроде меня, то уж наверняка не затем, чтобы составить ему компанию. Но если я могу с кем-то поговорить, то это для меня компания. Иногда мне хочется даже опять оказаться в тюрьме, зайти к своему офицеру-наблюдателю и поболтать с ним. Кому еще нужен старик вроде меня? — Вы случайно не встречали людей из своей старой банды, Сонни? — Послушайте мистер... как вас там.— Он щелкнул пальцами.— Хаммер. Глисон, Кишпи, Уэллс, Гарри Лас, Гви¬ до Санчи — они все мертвы. Вик ян Панчо и Уилли Фикгеро си¬ дят. Я как-то написал Уилли в Атланту, но ответа не получил. Кто еще остается? — Блэки Конли. — Да, но он тоже мертв. — Сим Торренс думает, что ему удалось сбежать. — Чепуха! Я заказал бармену пиво и опять вернулся к Сонни. — Может быть, он действительно сумел удрать? — По-моему, это исключено. — Но если он теперь объявится с теми тремя миллионами, которые он тогда у вас похитил? Сонни громко расхохотался и стукнул кулаком по столу. — Это было бы остроумно. Что ему делать с этими деньга¬ ми? Его всегда интересовали только женщины, а теперь, в его возрасте... Нет, Хаммер.— Он откинулся на спинку стула, по¬ смеиваясь своим мыслям.— Но это возможно... — Ну и что тогда? — Правда, он стар, но он еще мог попробовать разыграть из себя большого босса, как в старые добрые времена. — Но кто сегодня будет с ним сотрудничать? — Три миллиона долларов могут многих убедить. А сам 347
он может сидеть в укрытии. Совершенно необязательно всем знать, кто он такой. Сонни больше не смеялся. На его лице появилось выраже¬ ние задумчивости. Он сделал большой глоток из кружки. — Нет,— сказал он.— Блэки не вернется, Хаммер. Никогда. — Почему? Он улыбнулся мрачно и удовлетворительно. — Потому что я его ранил, мистер. Я всегда хорошо стре¬ лял. Вы знаете, что он ранил меня, и я не смог бежать. Но ког¬ да он садился в машину, у меня появился шанс отомстить ему. Он придвинулся к окну с револьвером, и тогда я выстрелил. Я уверен, что попал в него и серьезно ранил. Наверно, он заполз куда-то и умер. Или вместе с машиной свалился в реку. — Возможно. — А возможно, что я и не прав.— Он хихикнул и отпил пи¬ ва.— Я с удовольствием повидал бы старину Блэки. Интересно было бы выяснить, попал я в него тогда или нет. — Вы слышали когда-нибудь фамилию Дикерсон? — Нет, а должен? — Необязательно. — Кто он такой? — Я сам не знаю. — Но хотите знать? — Как вы догадались? — Я достаточно долго просидел в тюрьме, Хаммер, чтобы многое усвоить. Там я научился понимать даже невысказанные вопросы. Например, вы спросили у меня не все, что хотели. Правда? Я заказал два пива и сказал: — Ладно, старина, не буду тянуть. Вы помните Салли Де¬ вон? Сонни нахмурился и вытер ладонью рот. — Конечно. Она была моей подружкой. — Я думал, что она была подружкой Конли. — Этот негодяй увивался за всеми женщинами, которые попадались. — За вашей тоже? — Да. Пару раз я с ним крупно поговорил и один раз по¬ дрался. Но это ничего не дало. Он был старше всех нас и до¬ вольно хитрый. Салли хорошо к нему относилась. Если бы я ее не поколотил, она могла бы как-нибудь сбежать с ним... Он вдруг замолчал, и его взгляд стал холодным и твердым. — Может быть, вы думаете, что Блэки хотел устроить вме¬ сте с ней заговор и попытаться занять мое место во главе банды? 348
— Возможно. Холодное выражение покинуло его лицо, и передо мной снова сидел прежний усталый старик. Он захихикал и покачал головой, как бы забавляясь шуткой. — Черт возьми,— сказал он,— этот парень всегда был се¬ бе на уме. — Куда вы хотели скрыться с деньгами, Сонни, после по¬ хищения? — Разве вы не читали в газете? — Лучше расскажите мне сами. Старик качнул головой, как китайский болванчик. — У нас были наготове грузовик с подъемной платформой и легковая машина. Мы хотели закатить машину в грузовик и отъехать, а потом спустить ее и удрать. Но полицейским уда¬ лось захватить грузовик. Это все известно. Однако Блэки об¬ вел нас вокруг пальца и сбежал. — У вас было приготовлено укрытие? — Да, мы сняли загородный дом в Хэтсхилле. Полицей¬ ские долго дежурили там, поджидая Блэки. В доме все было наготове, но он не приехал. А ведь это могло стать преступле¬ нием века. — Может быть, так оно и есть,— заметил я. Сонни опустил руку, протянутую к кружке пива. — Что вы хотите этим сказать, молодой человек? — Может быть, Блэки разработал план не только для вас, но и для себя. Представьте себе, что он устроил еще одно убе¬ жище и скрылся там. Может быть, он просидел в нем все эти годы, а теперь решил, что настала пора выйти на белый свет. И вот он здесь с тремя миллионами долларов и создает организа¬ цию для последнего решающего удара. Сонни опять покачал головой и некоторое время сидел молча. — Нет, только не Блэки,— наконец сказал он.— Он не мог обходиться без женщин, а теперь он был бы слишком стар.— Че¬ рез несколько секунд он добавил.— По-моему, вы усложняете дело. Но если захотите еще раз поговорить со мной, то приходи¬ те. Вы первый человек, который за долгое время поболтал со мной. — Ладно,— сказал я. Я записал адрес своей новой квартиры на спичечном коробке. — Если понадобится, вы сможете разыскать меня здесь или в моем бюро. При этом вам может перепасть пара долларов... Я положил на столик доллар за пиво и ушел. Сонни остался сидеть, посмеиваясь своим мыслям. Я подумал, что охотно бы 349
присутствовал при встрече их с Блэки Конли — лицом к ли¬ цу... 7 Из телефонной будки я позвонил Хью и узнал у него номер телефона Пита Ладеро. Пит был дома, и я попросил его при¬ везти мне в бюро вырезки из газет о деле банды Сонни Мотли. Он начал ворчать, потому что смотрел по телевизору свою любимую программу, но спортивный интерес журналиста в конце концов пересилил: ему не хотелось упускать возмож¬ ную сенсацию. Я поел в ресторане-автомате на Шестой авеню. Выбрав лю¬ бимые блюда, я поставил их на поднос и спустился на нижний этаж, чтобы спокойно обдумать полученные факты. В этот ре¬ сторан я зашел не случайно. Я знал, что Джерси Тоби посто¬ янно завтракает здесь... Так оно было и на этот раз. Я дал ему спокойно поесть, потом взял чашку кофе и подсел к нему за столик. При виде меня его чуть не хватил удар. Он быстро ог¬ ляделся вокруг. — Черт возьми, оставь наконец меня в покое. Что тебе нужно? — Немного поболтать, Тоби, только и всего. — Оставь меня в покое, Майк. Я не хочу иметь с тобой ни¬ чего общего. Ты доставляешь мне одни неприятности. — Могу доставить еще больше, дружок. Он смотрел на меня некоторое время, потом сказал: — Так я и думал. Итак, в чем дело? — Опять Дикерсон, Тоби. — Я уже рассказал о нем все, что знал. — Да, но что ты скажешь по поводу денег? Если парни со всех концов страны стекаются в Нью-Йорк, значит, им кто-то платит. Кто же это так бросается деньгами? Тоби облизнул пересохшие губы и схватился за сигарету. — Майк... если я тебе это скажу, ты оставишь меня в покое? Я пожал плечами. — Обещай мне это, Майк. — Ладно. Но только если дело будет того стоить. — Ну ладно, слушай. Как-то раз одна из моих девушек — Марджи-рыжая — была с парнем. Его имя, Майк, я тебе не могу назвать. Этот парень приехал из Чикаго, где он работал на од¬ ного большого босса — стрелял, выполнял другие поручения. Так он сказал Марджи одну забавную вещь. Его босс одолжил 350
его кому-то. Представляешь? Это его-то босс, который в жиз¬ ни не оказывал никому ни одной услуги. У него можно только что-то купить или отнять силой. Значит, какой-то человек здесь, в Нью-Йорке, хорошо знает его босса, если он мог добиться тако¬ го одолжения. Не спрашивай меня, что именно он знает, мне это неизвестно! Но я ведь не вчера родился и кое-что соображаю. В городе кто-то сколачивает гангстерскую организацию. Для этого ему нужны люди, и он одалживает их у других, вероят¬ но, благодаря тому, что шантажирует боссов и держит их в руках. — И все эти парни приезжают от крупных боссов? — От крупнейших... — Спасибо. Ты мне очень помог. — Это меня ничуть не радует. У меня только одна надеж¬ да: что ты найдешь его раньше, чем он найдет меня и отомстит за предательство. — Не беспокойся,— сказал я и встал. Я вышел на улицу, в дождь, и размышлял всю дорогу до бю¬ ро. Если Джерси Тоби прав, то мистер Дикерсон действует ум¬ но, и если Дикерсон — Блэки Конли, тогда все прекрасно сходится. У Конли есть энергия и ум, необходимые для этого. Тридцать лет он сидел в укрытии и собирал информацию о крупных гангстерах, а теперь шантажирует их и одалживает мелких гангстеров для черной работы... Пит Ладеро появился в моем бюро через четверть часа по¬ сле моего приезда. Он положил на стол папку и открыл ее. — Можешь ты сказать мне, что тебя интересует? — Мне нужна информация о Блэки Конли. — Но ведь он давно умер. — Ты уверен в этом? — Ну...— он замолчал и вгляделся в мое лицо.— У тебя есть конкретные факты? — Ты помнишь процесс? — Смутно. — Если Конли жив, то в его распоряжении три миллиона долларов. Он достаточно стар и зол на весь свет, чтобы устроить еще раз заварушку. — О, Хаммер — ясновидец,— начал издеваться Ладе¬ ро.— Ты ищешь что-то определенное? — План похищения денег, составленный Конли. Возьми половину вырезок себе и посмотрим, что у нас получится. Мы уселись и стали разбирать вырезки. Но большая их часть была мне уже известна. Только в отчете о судебном про¬ цессе я нашел нечто любопытное. 351
Салли Девон выступила на процессе в качестве свидетель¬ ницы. Однако ее показания были очень короткими. Она зая¬ вила, что ничего не знала о готовящемся ограблении, и это подтвердили другие обвиняемые. Репортер привел в отчете за¬ ключительную фразу ее показаний, которая заинтересовала меня. Покидая свидетельское место, Салли заявила «Хотелось бы мне поймать ту змею, которая ответственна за это». Я задержал взгляд на этой фразе. Ведь Сью повторила не¬ сколько раз, что ее мать убила змея. Кажется, она действи¬ тельно что-то запомнила. Вероятно, в пьяном виде Салли проклинала того предателя, который донес о готовящемся ограб¬ лении в полицию и по чьей вине оно не удалось. Постепенно картина начала вырисовываться. Змеей был тот человек, который планировал ограбление. Тот, которого никто не видел и не знал. Тот, который с самого на¬ чала решил обмануть товарищей и похитить добытые деньги. Блэки Конли. Ловкая и хитрая бестия. Он был подчиненным Сонни, но с самого начала дело разрабатывалось по его плану. Потом он сбежал с деньгами. Он оказался более ловким, чем его считали друзья. Он выждал тридцать лет и теперь вернулся в гангстерский бизнес. Если все это сойдется! А это должно сойтись... Я долго смотрел на вырезку. Пит спросил: — Ты нашел что-нибудь? — Кажется, да. — Скажешь мне? — Почему бы и нет?— Я отложил вырезку и посмотрел на него.— Ты умеешь молчать? — Сначала расскажи. Выслушав меня, он присвистнул и сделал несколько запи¬ сей. Я предостерег его: — Пока подожди публиковать это. Иначе парень сбежит, получив предупреждение, и мы останемся с пустыми руками. Он отложил карандаш и улыбнулся. — Ладно, Майк. Потом он собрал вырезки и направился к двери. — Дай мне знать, если тебе что-то понадобится. Я подмигнул ему, потом снял трубку и позвонил Пату. В виде исключения он был дома и стал ворчать, потому что я его разбудил. — Какие новости, Пат?— спросил я. — У меня есть для тебя одна неожиданность. - Да? 352
— Хочешь вычеркнуть из своего списка Арнольда Гудви¬ на? Он мертв. — То есть? — Два месяца назад погиб в автомобильной катастрофе в Саратоге. Его труп пролежал все это время в морге, потому что никто не хотел его забрать. Рапорт пришел только сегодня вместе с отпечатками пальцев. — И это он? — Несомненно. Отпечатки очень отчетливы. Это он. — Что ж, это сокращает список. А что с Бэзилом Леви? — Нам пришлось раскапывать все его прошлое, а это не так-то легко. Девятнадцать арестов после того, как потерял лицензию частного детектива. Осужден только дважды. Ему везло. Во время одиннадцатого ареста обвинялся в нанесении телесных повреждений, его защитником был Сим Торренс, и ему удалось добиться оправдания. — Это совпадение мне не нравится, Пат. — Ах, не придавай этому значения. Сим в то время был ад¬ вокатом и у него были десятки таких случаев. Леви по второму разу никогда не брал себе того же адвоката. Кстати, наш тепе¬ решний прокурор Чарли Форс защищал его во время семнад¬ цатого ареста. То же самое обвинение, и его опять оправдали. — Забавно, что они оба знакомы. — Майк, если имеешь дело с судом и полицией, то поне¬ воле познакомишься и с преступниками. Торренс общается с ними так же, как ты и я. Но оставим это. Я послал двух аген¬ тов показать кое-где фотографии Леви и справиться о нем. Се¬ годня вечером мне звонил один человек, очевидно, видевший эту фотографию и спрашивал, почему мы интересуемся Леви. Он не назвался, и я не сказал ему ничего, только предложил ему прийти к нам, если он знает что-нибудь о Леви. Он сказал «О’кей» и повесил трубку. Единственное, что нам удалось ус¬ тановить — это то, что звонок произведен из той части Брук¬ лина, где находятся магазины, рестораны и бары. — Черт возьми, Пат. Леви бывал там. — И еще миллион других людей. Кстати, это был звонок из открытого телефона, без будки. Вероятно, телефон стоит в баре, потому что я слышал обычный шум и музыку. — Тогда подождем. Возможно, он позвонит. — В большинстве случае они звонят,— сказал Пат.— Есть у тебя новости? — Да, кое-что есть. Завтра утром я зайду к тебе и расска¬ жу. Спокойной ночи. Повесив трубку, я стиснул руками голову и, глядя на теле¬ 353
фон, попытался связать воедино все эти частности. Странно, ду¬ мал я, чертовски странно. Однако в каком-то смысле отдельные части этой головоломки подходили одна к другой все лучше... Пронзительно зазвонил телефон и прервал мои мысли. Я снял трубку и услышал взволнованный голос: — Майк, говорит Джеральдина Кинг. Вы не сможете к нам срочно приехать? — А что случилось, Джеральдина? Она была слишком взволнована, чтобы объяснять, и сказа¬ ла только: — Прошу вас, Майк, приезжайте сейчас же. Это очень важно. И она повесила трубку. Я оставил Велде записку, где указал, куда я поехал, и обе¬ щал потом отправиться к себе на квартиру. Полицейский, стоящий на посту у дома Торренса, внима¬ тельно изучил мое удостоверение, прежде чем пропустить ме¬ ня. Здесь уже были два репортера, которые разговаривали с агентами полиции и капитаном-пожарником, но, казалось, они мало что узнали от них. Джеральдина Кингс озабоченным лицом открыла мне дверь. — Что случилось?— спросил я. — Сгорел садовый домик Сью. — А она сама? — Она не пострадала. Лежит сейчас в постели. Входите. — Нет, я хочу сначала осмотреть домик. Она натянула пуловер, и мы прошли под дождем к тому мес¬ ту, где стоял садовый павильон. От него осталось немного — только фундамент. Пожарники и дождь уже затушили пламя, лишь в воздухе еще висел запах гари. Когда мы вернулись в дом, Джеральдина сказала после долгого молчания: — Сегодня утром Сью — не знаю причину этого — крик¬ нула мистеру Торренсу прямо в лицо, что он убил ее мать. Она заявила, что знает это от матери. Кроме того, она сказала, что мать написала об этом в письме, и когда-нибудь она его най¬ дет. Вам известно, что она собрала в садовом павильоне все ве¬ щи матери? — Да, я видел. — Мистер Торренс в разгаре важной предвыборной кам¬ пании. Он пришел в ярость и решил покончить с этим делом раз и навсегда. Он вышел в сад, зашел в павильон и стал рыть¬ ся в вещах. Он хотел убедиться, что там нет никаких писем. 354
Увидев его в павильоне, Сью, плача, прибежала туда и проси¬ ла его уйти. Нам так и не удалось успокоить ее. Она заперлась в павильоне и отказалась выйти. Нам ничего дурного не при¬ ходило в голову, потому что такие приступы у нее случались не в первый раз. Мы уже к ним привыкли. После обеда мисте¬ ру Торренсу позвонили и вызвали в комитет партии на сове¬ щание. Примерно часа два спустя, я выглянула из окна и увидела дым. Садовый павильон загорелся изнутри, и Сью еще была там. В доме на полную мощность играла радиола, и через окно я видела, как Сью танцует посреди комнаты с боль¬ шой плюшевой игрушкой в руках, принадлежавшей когда-то ее матери. Она не хотела выходить и не отвечала на мои призы¬ вы. Тогда я начала кричать. К счастью, мимо ограды случайно проходил полицейский... — Нет,— сказал я, покачал головой,— он оказался там не случайно. Он стоит там на посту. Но продолжайте. — Он прибежал и выломал дверь. Сью была уже без со¬ знания. Она лежала на полу, а пламя лизало стены. Мы вынес¬ ли ее и уложили в постель. Один из соседей увидел огонь и вызвал пожарную команду. Она приехала, но было уже позд¬ но. Пожарникам ничего не удалось сделать. Дома не очень-то жаль, но теперь мы никогда не узнаем, действительно ли мать Сью оставила ей письмо. — Где был Торренс в это время? — По пути в Олбани с несколькими членами его партии. Я позвоню ему сейчас и попрошу вернуться. — В этом нет необходимости. Где Сью? — Она заснула. Она совершенно обессилела. Знаете, ведь это она устроила пожар. — Нет, не знаю. — Зато я знаю. — Откуда? — Она сама мне сказала. И вам скажет то же самое, когда проснется. — Тогда разбудим ее... Сью спала, как маленький ребенок. Ее белокурые волосы разметались, одной рукой она обнимала большого плюшевого медвежонка с вылезшим мехом. Она прижималась к нему ще¬ кой и улыбалась во сне. Я тронул ее за руку: — Сью... Она проснулась не сразу. Мне пришлось дважды повторить ее имя, прежде чем она открыла глаза. — Привет, Майк,— сказала она. 355
— Сью, это ты подожгла павильон? — Да, я сожгла все старые бумаги матери. Мне не хоте¬ лось, чтобы он в них копался. — Что же тогда произошло? — Не знаю.— Она улыбнулась.— Все вдруг сразу вспых¬ нуло. Мне стало так весело. Я начала петь и танцевать, пока все горело. Больше я ничего не помню... Я присел к ней на кровать и взял ее за руку. Она была еще в шоке, и в этом состоянии, вероятно, могла сказать больше, чем в каком-либо другом. — Сью, помнишь, ты рассказывала мне, что твою мать убила змея? Она взглянула мне в глаза. — Да, помню. Она часто повторяла, что ее убьет змея. — Что это за змея? — Она сказала, что ее убьет змея,— повторила Сью.— Я помню...— Ее глаза расширились и я почувствовал, как ее пальцы напряглись.— Она сказала... Мне не следовало с ней больше говорить. Она была слиш¬ ком взвинчена. Я наклонился над ней и поцеловал ее. Страх исчез из ее глаз так же быстро, как и появился. Она опять улыбнулась. — Засни опять. До встречи завтра. — Не уходи, Майк. — Увидимся завтра. — Прошу тебя... Я подмигнул ей и встал. — Спи, крошка. Ради меня... Я оставил горящий ночник и приоткрыл дверь спальни, по¬ том спустился к Джеральдине. Усевшись на кушетку, я взял на¬ питок, приготовленный ею, и стал задумчиво отхлебывать... Я вызвал такси и дал шоферу адрес своей новой квартиры. Шел дождь, улицы были пустынны. Машина остановилась, я расплатился и вошел в дом. Вероятно, его недавно отремонти¬ ровали: в вестибюле пахло краской. Поднявшись на лифте на второй этаж, я нашел свою дверь и сунул ключ в замочную скважину. В гостиной слабо горела настольная лампа, еле слышно иг¬ рало радио. В дверной проем я увидел лежащую на кушетке Велду и тихо рассмеялся. По-видимому, она упрямо ждала ме¬ ня, но сон сморил ее, и она решила довольствоваться кушет¬ кой, предоставив мне кровать. На цыпочках я вошел в комнату. Мне не хотелось будить Велду. Однако проходя мимо 356
кушетки, я взглянул на нее и оцепенел: она не спала. Кто-то нанес ей тяжелый удар около виска, и кровь запеклась у нее на месте удара и в волосах. Я потряс ее за плечо и сказал: — Велда... Застонав, она медленно открыла глаза и попыталась заго¬ ворить, но язык ее не слушался. Однако я все понял по ее взгляду. Повернувшись, я увидел стоящего у стены Марка Канна. Одну руку он прижимал к животу, а в другой держал револьвер, нацелив его на меня. Наконец-то он до меня добрался... В его взгляде ясно читался приговор — его и мой. От его одежды пахло запекшейся кровью. Его лицо было искажено болью. Наверное, он был молод, но сейчас выглядел старым, как сама смерть. — Я жду вас, мистер...— сказал он. Я медленно, очень медленно выпрямился. Можно было по¬ пробовать вытащить револьвер, но против Канна у меня вряд ли был шанс. Хотя он и стоял на пороге смерти, револьвер он держал твердо. Он направил дуло мне в живот. — Я выстрелю тебе туда же, куда ранили меня, приятель, а это означает конец. Ты проживешь еще некоторое время и будешь так же мучиться от боли, как и я. Но если ты пошеве¬ лишься, я выстрелю тебе в лоб. Я подумал, не удастся ли мне быстро упасть на пол и избе¬ жать выстрела. Он прочел мои мысли и усмехнулся, несмотря на боль. Чтобы доказать мне, насколько уверенно он держит оружие, он подвигал большим пальцем, лежащим на курке. — А Велда? Что будет с ней? — Какая тебе разница? Ведь ты умрешь. — И все-таки? Его лицо исказилось от ненависти. — Ее я тоже застрелю, а потом уйду отсюда, чтобы спо¬ койно умереть. На свободе, под дождем, а не в душной комна¬ те. Мне всегда хотелось умереть в парке... Его лицо захлестнула волна боли, он полузакрыл глаза, но потом открыл их. Я стоял неподвижно и надеялся только на то, что Велда успеет убежать, если я закрою ее от выстрела своим телом. Канна прочел и эти мысли и рассмеялся. Смеясь все громче, он одновременно прицеливался. Этот смех и доконал его, оборвал последнюю нить жизни в нем. Он почувствовал, как жизнь утекает из его тела, и поблед¬ нел от страха и злобы, потому что понял, что опять остается в проигрыше. Он начал нажимать на курок, но револьвер выпал 357
из его ослабевшей руки, а сам Канна рухнул лицом на пол... Я поднял Велду и отнес ее в спальню. Там я смыл кровь с ее виска, потом расстегнул ей платье и накрыл одеялом, а сам бросился на постель рядом с ней. В соседней комнате лежал мертвец, но он мог подождать до утра... 8 Наутро, в девять часов, Пат был у меня. Вместе с ним приеха¬ ли инспектор Гребб и Чарли Форс. По выражению лица Пата я понял, что другого выбора у него не было, и кивнул ему, чтобы показать, что пошит это. Фотографы сделали все сним¬ ки, труп вынесли, и полицейский врач теперь занимался Вел- дой. Инспектор Гребб и Чарли Форс покрутились вокруг, но потом решили уйти. — Займитесь этим делом, капитан,— сказал Гребб Пату.— Я буду ждать вашего рапорта. — Постараюсь как можно скорее представить его, инспектор. Они удалились — два спокойных человека, с кучей подо¬ зрений в голове. Когда они ушли, я спросил Пата: — К чему весь этот цирк? — К тому, что городская полиция постепенно начинает нервничать. Она не знает, что за игра здесь ведется,и я тоже не знаю. Поэтому они суются в каждую щель, где что-то про¬ исходит. Не удивительно, что ты их особенно интересуешь. — Ноя рассказал тебе все, что знал. Пат кивнул. — Да. Но разве это что-нибудь дало? Расследование еще не закончилось, а кроме того, в него мешается еще твоя сума¬ сшедшая голова. Такое дело тебе всегда удается решить как-то по-своему. Я хотел возразить, но он предостерегающе поднял руку. — Конечно, я помню, что ты работаешь вместе с нами, но ты всегда следуешь своим мыслям и идешь своим собствен¬ ным, не шаблонным путем. Я всегда говорил, что тебе следо¬ вало бы остаться полицейским. — Я пытался. — Из тебя также получился бы незаурядный преступник. Иногда я задаю себе вопрос: что происходит у тебя в голове? Ты живешь в созданном тобой мире — не внутри его и не сна¬ ружи, а точно на границе с действительностью. — Это-то и хорошо. Пат смотрел на меня некоторе время, потом спросил: 358
— Как ему удалось тебя найти? — Это было нетрудно. Дважды ему это уже удалось. Мо¬ жет быть, он последовал за Велдой, когда она вышла из бюро... — Она тебя уже рассказала что-нибудь? — Нет. Но, может быть, она теперь поговорит с нами. Пошли. Врач сообщил нам, что у Велды небольшое сотрясение мозга, дал рецепт на лекарство и ушел. Велда попыталась улыбнуться нам, но ее лицо сморщилось отболи. — Ты сможешь говорить, девочка?— спросил я. - Да. — Как этот тип забрался сюда? Она покачала головой. — Не знаю. Я не заперла дверь, так как подумала, что ты скоро вернешься. Потом я пошла в ванную. Когда я вернулась в гостиную, он выскочил из спальни, навел на меня пистолет и приказал лечь на кушетку. Вероятно, он боялся, что я буду кричать, поэтому ударил меня по голове. Я один раз очнулась, и он опять ударил меня. Больше я ничего не помню... Я посмотрел на Пата. — Вероятно, это произошло так: Канна дожидался ее воз¬ ле бюро. Когда она вышла оттуда одна, он последовал за ней, предполагая, что она встретиться со мной. Велда облегчила ему задачу, оставив дверь открытой. — Мне очень жаль, Майк... — Не волнуйся, детка. Он больше не придет. — Майк? - Да? — Миссис Ли хотела с тобой еще раз поговорить. Пат насторожился и с улыбкой сказал: — Об этом ты мне не рассказывал. — Это одна старая дама. Когда-то она была костюмершей Салли Девон. Она присутствовала при ее кончине. Она с удо¬ вольствием болтает со всеми, кто приходит к ней в гости, но я надеюсь, что она сможет вспомнить что-нибудь важное. — Неужели надо копаться в прошлом тридцатилетней давности? — У трех миллионов тот же возраст... Рядом с кроватью была розетка для телефона. Я принес ап¬ парат, поставил его на ночной столик и включил в сеть. — Оставайся в постели,— сказал я Велде.— Я буду время от времени тебе звонить. Если тебе что-нибудь понадобится, вызови управляющего. Я отдам ему свой ключ, и он будет про¬ верять всех, кто придет. 359
— Майк, в этом нет необходимости. Я... Я заботливо прикрыл ее одеялом и вышел вместе с Патом. Минут двадцать спустя появились двое агентов из его отдела и получили задание найти следы Марка Канна. Обычно профес¬ сиональный убийца не оставляет следов, но у Канна уже была судимость, и он был хорошо известен. Возможно, в Нью-Йор¬ ке найдется человек, знавший о его задании. Я сказал Пату, что встречусь с ним после обеда, спустился с ним по лестнице и вручил управляющему ключ от квартиры и пять долларов. Пат отправился в свое бюро, а я сел в такси и по¬ ехал к Эннет Ли. Когда я вошел в комнату, старушка опять сидела в своей качалке; она приветствовала меня радостной улыбкой. — Хорошо, что вы снова пришли, молодой человек,— сказала она, протянув мне руку и предложив сесть. Я положил шляпу на стол и придвинул себе стул. — Вчера у меня была ваша секретарша. Мы с ней так ми¬ ло болтали. Знаете, у меня не так уж часто бывают гости. — Она сказала, чтобы я приехал к вам. — Да.— Эннет Ли кивнула и откинулась на спинку крес¬ ла, полузакрыв глаза.— Мы обсуждали с ней разные вещи... Мне теперь около девяноста лет. Думаю, что я прожила слишком много. — Жизнь никогда не бывает слишком долгой. — Возможно. Меня еще радуют многие вещи. Например, я люблю мечтать. А вы мечтаете, мистер... — Хаммер. — Да, Хаммер. Вы тоже мечтаете, мистер Хаммер? — Иногда. Но вы хотели со мной о чем-то поговорить, миссис Ли. — О, да.— Подумав секунду, она сказала.— Да, вот о чем. Мы с юной дамой вчера говорили о Салли и Сью. Да, об этом. Милая Салли, она была так красива. Жаль, что ее постигла такая смерть. — Миссис Ли... ту ночь, в которую она умерла, вы помни¬ те ее? — О да, конечно. Она на минуту остановила качалку, а потом снова стала равномерно раскачиваться. — Она была пьяна? — Бедняжка Салли всегда была пьяна. Она начинала с утра. Я ничего не могла с этим поделать и только старалась быть с ней и развлекать ее. Она по большей части молчала, а если говори¬ ла, то это был пьяный бред, который не всегда можно было ра¬ 360
зобрать. Вы понимаете, что я имею в виду? - Да. — А тут еще история со змеей, о которой вы упомянули. Она была что называется одержимая.'.. — Она боялась змей? Эннет Ли подняла голову и посмотрела мне прямо в глаза. — Нет, в том-то и странность. Она их не боялась. Она просто... ненавидела ее. — Речь шла об одной змее? — Простите, как? — Она говорила о змее в единственном числе или во мно¬ жественном — о змеях? Вы сейчас сказали «змея». Качалка резко остановилась. Эннет Ли изумленно посмот¬ рела на меня, прижав палец к губам. — Вы правы! Именно в единственном! Она говорила о змее. — Продолжайте. — Как странно, что я не понимала ее. Да, она говорила о змее. Она ненавидела змею, и потому уехала из города и жила в имении Торренса. Она не хотела возвращаться. — Эннет, кто был отец Сью? Женщина взглянула на меня, высоко подняв брови. — А это важно? — Возможно. — К сожалению, не могу вам этого сказать. — Почему? — Просто потому, что не знаю. Сью носит девичью фами¬ лию матери, она никогда не знала имени отца, потому что, ве¬ роятно, Салли сама толком не знала, кто отец. Знаете ли, Салли была довольно легкомысленной. Это очень жаль. Салли была очень красивой девочкой... — Мог это быть Блэки Конли? Эннет Ли захихикала. — Нет, только не Блэки. — Почему? — Потому что он был бесплоден. Думаю, что именно в этом заключалась основная причина неустойчивости его характера. При этом ему всегда хотелось слыть покорителем сердец. Он об¬ хаживал всех женщин. Дважды он был женат, но детей у него не было, а ему так хотелось иметь сына... Приятели часто под¬ шучивали над ним из-за этого. Он обычно приходил в ярость и как-то застрелил одного. Но вы упустили из виду главное. — Что? — Блэки тогда уже не было в живых. Он исчез задолго до рождения Сью. 361
— Сим Торренс может быть отцом Сью? — Сим Торренс? Нет. Сью родилась до того, как они по¬ женились. — Но он все же мог быть ее отцом. — Вы не понимаете, мистер... — Хаммер. — Да, Хаммер. Видите ли, как обстояло дело. Я была зна¬ кома с Салли давно и знала, что у нее было много мужчин. Но среди них не было Торренса... Потом, когда родилась Сью, Сал¬ ли совершенно изменилась. Ее не интересовали больше мужчи¬ ны, ей был нужен только ее ребенок. Собственно говоря, ее брак не был по сути браком. Я вам открою одну маленькую тайну. Салли знала Торренса уже долгое время, и она его так долго и умело обрабатывала, что он женился на ней. Ей хотелось, что¬ бы Сью выросла в хорошей семье. Дорогой, я помню все так, как будто это было вчера. Обычно Салли уходила вместе с Торрен¬ сом, но однажды она привела его в нашу квартиру и объявила, что они поженятся. — Как Торренс вел себя с ней? — Очень терпеливо. Он поселил Салли в имении и регу¬ лярно навещал, но очень уставал от нее. Кроме того, как боль¬ шинство мужчин, он был поглощен работой. Его настоящей женой была работа. — Миссис Ли... В прошлый раз вы говорили тоже о Блэки Конли. Вы помните? — Да, помню. — Вы тогда сказали, что были посвящены в планы ограб¬ ления, которое он организовал вместе с Сонни Мотли. — Да, мистер...— На этот раз она сама вспомнила мою фамилию и довольно улыбнулась.— Мистер Хаммер. Вы ведь знаете, что Сонни сам не планировал ограбление. Это была его банда, он руководил ею, но работали они на кого-то другого. — Да, это мне известно. — При этом Блэки получил задание найти место, где они могли бы укрыться после ограбления. Ему точно объяснили, куда следует пойти и что сделать. Я знаю это потому, что под¬ слушала его телефонный разговор.— Она рассмеялась.— Этот Блэки мне никогда не нравился. Он был в нашей кварти¬ ре в то время, когда позвонили. Кстати, банда Сонни все ог¬ рабления планировала на квартире Салли. Тогда она дружила с Сонни, но кое-что у нее было и с Блэки. — Г-м-м... — Собственно говоря, мне не полагалось знать об их де¬ лах. Я всегда находилась в других комнатах. Но я беспокои¬ 362
лась о Салли и часто подслушивала незаметно для них. — На процессе нс выплыла причастность Салли к ограб¬ лению,— заметил я. — Конечно, молодой человек. Мне не хотелось, чтобы она увязла в процессе по уши. И без того ее вызывали свидетель¬ ницей. — Да, но ее показания были короткими. Она заявила, что ни о чем не знает и не имеет никакого отношения к делу. Ее можно было считать невинной жертвой. Эннет Ли посмотрела на меня своими выцветшими глаза¬ ми и рассмеялась. — О нет, Салли не была невинной жертвой. Она была пол¬ ностью в курсе дела. Просто она очень хорошо сыграла свою роль на суде.— Наклонившись вперед, старуха прошептала.— Скажу вам больше: Салли была основным звеном в этом пла¬ не. Через нее он приводился в действие, все связи шли через нее. Дело началось так. Какой-то незнакомец установил через Салли связь с Сонни и предложил ему это ограбление. Нет, Салли со¬ всем не была невинной жертвой... Я не сказал Эннет Ли, как много для меня значила эта ин¬ формация. Меня все больше интересовала связь Салли с не¬ знакомцем. — Как проходил разговор Блэки с незнакомцем, который позвонил? Нить ее мыслей прервалась, и Она откинулась на спинку кресла. — Ну, я услышала мужской голос. Этот человек приказал Блэки связаться с торговцем недвижимостью и дал ему адрес. — И Блэки снял дом в Хэтсхилле? — Да. Он сразу же позвонил маклеру и договорился о встрече на следующий день.— Она широко открыла глаза.— Но вот что любопытно: сразу же после этого Блэки позвонил Хови Грину. — Кто это? ' — Это был бутлегер, который, кроме того, владел конто¬ рой по продаже недвижимостью. Он был чем-то обязан Блэки: кажется, тот убрал у него с пути какого-то человека. Блэки сказал Хови, что ему нужно укрытие вне города на некоторый срок, и тот обещал ему подыскать. — Где находилось это укрытие? — Вот этого я не знаю, молодой человек. Хови только ска¬ зал, что постарается сделать это для Блэки, вот и все. Думаю, что после этого Блэки пошел к нему и там все устроилось. Хо¬ ви Грин тоже мертв. Он умер вскоре. 363
— Перед ограблением? — Этого я точно не помню. Я взял шляпу и встал. — Вы очень помогли мне, Эннет. — Правда? Я кивнул. — А Сью? С ней ничего не случилось? — Нет. — Приведите ее как-нибудь ко мне. Я с удовольствием встречусь с ней. — Хорошо. — До свидания... В два часа я позвонил Пату и договорился с ним о встре¬ че — у него в бюро. Он был не в восторге от этого предложе¬ ния, потому что знал, что инспектор Гребб захочет присут¬ ствовать при нашей встрече, а ему хотелось поговорить со мной с глазу на глаз. Когда я пришел, Пат сидел один, копаясь в обычном своем бумажном море. Дождавшись, пока он кончит, я спросил его: — Кто из полицейских принимал участие в аресте банды Мотли? Жив хоть кто-нибудь из них? — Ты сегодня преподносишь нам одни сюрпризы. — Что ты имеешь в виду? — Инспектор Гребб был одним из этих полицейских. Он находился в полицейском управлении, когда пришел сигнал тревоги. — Черт возьми! — Почему? • — Ты думаешь, он помнит детали? — По-моему, он вообще ничего не забывает. •. • — Тогда сходим к нему. £<£7-. Ты Действительно этого хочешь?— недоверчиво спро- ^илШат/г — Это самое простое. И он будет меньше копаться в этом деле. Кивнув, Пат снял трубку и набрал номер. Поговорив, он положил ее и сказал: — Инспектор будет счастлив сам посетить нас... Вскоре Гребб пришел и на этот раз без Чарли Форса. — Кому я понадобился?— спросил он. Пат указал на меня. — Вот это неожиданность. Он пододвинул стул и сел. 364
— Пат сказал мне, что вы участвовали в деле Мотли трид¬ цать лет назад? — Это был мой второй день на службе в полиции, Хаммер. Так что вы теперь знаете, насколько я близок к пенсии. Хотите вернуть меня к счастливым прошлым временам? — В ваших теперешних не меньше счастья. — Не будем говорить об этом. Так что вас интересует в де¬ ле Мотли? — Как полиция узнала о нем? Гребб выудил из кармана сигару, откусил кончик и закурил. — Так же, как и большинство подобных дел: анонимный звонок. Кто-то позвонил в управление из города. — Звонок принял Торренс? — Нет, кто-то из служащих, и передал информацию Тор¬ ренсу, а тот начал действовать. — Где были вы во время операции? — Мы прятались около грузовика, в котором они хотели сбежать. Это был мой второй день на службе. Меня только что выпустили из школы, и я уже попал в серьезную переделку. Но именно тогда я решил остаться полицейским. — За сколько времени до ограбления вас предупредили? — Примерно за час, если не ошибаюсь. Этого было вполне достаточно. Мы справились бы и за пятнадцать минут. — И так никто и не узнал, кто вам звонил? — Нет. — Но вы и не искали? Гребб пожал плечами, потом сказал: — Советую вам запомнить: мы предпочитаем скорее иметь неизвестного, но живого осведомителя, чем покойника. Допу¬ стим, мы разыскали бы этого парня и поставили на свидетель¬ ское место, а через пару дней его труп был бы найден в канаве. Мы и не пытались искать этого человека. Кто бы он ни был, он сослужил свою службу. Ограбление было предотвращено, шайку мы схватили. — Оно не было предотвращено, инспектор. Он удивленно посмотрел на меня. — Деньги... Вы их так и не нашли. — Это и раньше случалось. Нельзя получить все. — И Блэки Конли исчез бесследно. Сигара дернулась у него во рту. —- Если он не умер... Он стряхнул пепел и сказал: — Ну что касается денег... — У меня такое предчувствие, что они скоро выплывут. 365
— Тогда нам хотелось бы ознакомиться с вашими пред¬ чувствиями. — Я знакомлю вас с фактами, а предчувствия оставляю при себе, пока они не подтвердились. — Тогда давайте факты. — Но у меня нет ничего нового, вам все известно. Только я вижу их в иной связи, чем вы, вот и все. Гребб опять сунул сигару в рот и встал со стула. Многозна¬ чительно посмотрев на Пата, он сказал: — Не заставляйте меня долго ждать, капитан... И вышел. — Почему ты его всегда злишь?— спросил Пат.— И что еще ты забрал в голову? — Я думаю, что Блэки Конли еще жив. — То есть? — Он был настоящим главарем банды. Он разрабатывал все планы. Перед ограблением он позвонил в полицию, потому что хотел выдать своих товарищей. Он разработал для банды один план бегства, а для себя — другой. Он вполне мог удрать на машине, прихватив с собой три миллиона... Я передал Пату содержание моего разговора с Эннет Ли. Он слушал меня, постукивая по столу и время от времени де¬ лал записи в блокноте. — Хорошо, мы выясним, что сохранилось от дел Хови Грина. Если он покупал или снимал что-то для Блэки, это дол¬ жно быть отражено в документах. — Неужели ты думаешь, что Блэки проводил эту сделку под своим настоящим именем? — Попробуем проверить. А пока посмотрим, что у нас есть на Грина. Пат позвонил в картотеку, и через двадцать минут полицсй- ский положил на стол папку с надписью: «Хови Грин, покой¬ ный». Пат раскрыл ее. Грин, известный как бутлегер, шесть арестов, две небольших судимости. Подозревался в том, что навел убийцу на след Френсиса Гормана, другого бутлегера, своего конкурента. Однако доказательств не было. Занимался разными делами, но все они, насколько известно, были неле¬ гальными, Считался богатым человеком благодаря своим до¬ ходам. Был застрелен перед своим домом из машины. Убийца так и не был найден. Произошло это за три дня до ограбления. — Это подозрительно, Пат. — Вижу. — Если Блэки действительно приобрел у Хови Грина уча¬ сток для убежища законным путем, с соблюдением всех фор¬ 366
мальностей, и подписался чужим именем, то ему достаточно было убить Хови Грина, и тогда никто не узнал бы, где он пря¬ чется. Пат закрыл папку и отложил ее в сторону. — Нужно будет проверить все сделки, которые осуществ¬ лял Грин в последнюю неделю перед смертью. — Это долго, а у нас мало времени. — Но у меня есть еще кое-что, чего нет у тебя.— Я понял, что он имеет в виду.— У меня есть люди. Они могут ускорить срок, нужный для поисков. Прежде чем я успел ответить, зазвонил телефон. Недолго поговорив, Пат положил трубку и задумчиво посмотрел на меня. — Это звонил мой агент, которому я поручил разыскать следы Леви в Бруклине. — Ну и что? — Он завтракал с одним моим знакомым, который работает там в полиции. Они получили сообщение об убийстве. Он по¬ шел вместе с другом и оказалось, что убит тот человек, кото¬ рому он показывал фотографию Бэзила Леви. — Возможно, это след. — Да. Поедешь со мной? — Почему бы и нет? Пат вызвал машину, и мы поехали в Бруклин. Нужный нам дом находился в торговом квартале. Это был ресторанчик, за¬ жатый между зеленной лавкой и посудным магазином. Возле ресторана стояла полицейская машина, и сержант наблюдал за входом. Рядом стояли два детектива и разговаривали. Пат узнал одного из них, подал ему руку и представил мне как лейтенанта Дио Кавелло. Мы вошли в ресторан. Бармен нервно повернулся на своем табурете и посмотрел на нас. Указав кивком на него, Кавелло сказал: — Он нашел убитого. — Когда? — Час назад. Полез в погреб за пивом и нашел там чело¬ века. Застрелен из оружия небольшого калибра. Примерно тридцать второй... — Время смерти установлено? — Доктор сказал: от двенадцати до пятнадцати часов. По¬ сле вскрытия будет известно более точно. — Кто он, собственно? — Владелец этого ресторана. — Вы его знали? — Не очень близко,— сказал Кавелло.— Он бывал пару раз в полицейском участке. Один раз за избиение жены, дру¬ 367
гой — за участие в азартных играх. Люди из соседних домов постоянно торчали здесь, потому что здесь дешевое виски. Иногда здесь случались потасовки, но ничего серьезного. Зна¬ ете, как бывает в этих местах. — Я послал сюда Нельсона и Кили,— сказал Пат.— Они должны были разузнать что-нибудь о Леви. Вы были в курсе дела? — Да. Нельсон проходил мимо участка и сказал нам об этом. Он видел труп. Это тот самый человек, которого он спрашивал о Леви. Я тоже немного поинтересовался, но здесь, кажется, никто не знал Леви. Пат продолжал расспрашивать Кавелло, а я прошел в дру¬ гой конец ресторана. Там находилась задняя комната, слу¬ жившая кладовой. Кроме того, в ней стоял холодильник. В комнате горел свет, и я спустился вниз — туда, где мелом бы¬ ло обозначено положение трупа. Меловая черта шла наполо¬ вину по полу, наполовину по стене — значит, человек был найден сидящим. Я поднялся наверх и присоединился к Пату и Кавелло, ко¬ торые были теперь в задней части зала для посетителей. Кавелло сказал: — Как вы слышали, убитый — его звали Томас Клейн — закрыл бар раньше, чем обычно. Он просто выгнал последних посетителей. Это было не в его правилах. Он всегда дожидался до конца, если из посетителя можно было выдоить хоть пару центов. А тут он вдруг разозлился, выставил клиентов и пога¬ сил свет. Больше нам ничего не известно. Мы разговаривали с несколькими посетителями, бывшими здесь. Они ушли в дру¬ гой бар, проторчали там некоторое время и отправились по до¬ мам. У всех есть алиби. Среди них нет ни одного уголовника, все порядочные люди. Насколько мы поняли, Клейн хотел встретиться здесь с кем-то с глазу на глаз.— Он провел нас к столику в углу и указал на пол, где было небольшое пятно.— Кровь. Той же группы, что и у Клейна. Здесь его застрелили, а потом убийца отволок его в погреб, где труп не сразу можно было бы отыскать, а сам исчез. Дверь закрывается на англий¬ ский замок. Сразу за углом находится оживленная магист¬ раль, и он мог взять такси, если у него не было машины. Мы опрашиваем также шоферов... Но я уже не слушал его. Я кое-что увидел в углу комнаты, постучал Пата по плечу и указал ему на это. — Помнишь анонимный звонок? - Да. На стене висел телефон-автомат, а рядом с ним стоял му¬ зыкальный ящик. Пат подошел и посмотрел названия пластинок; 368
Он спросил Кавелло: — Во многих барах у вас такой телефон? — Да. А что? — Пока не знаю. — Может быть, я помогу вам. Пат коротко рассказал ему о звонке, и Кавелло обещал уз¬ нать, был ли у Клейна в это время разговор по автомату. Но он не очень верил в удачу. Здешние жители не любили полицию. Вошел детектив и поздоровался с Патом. Пат представил ело, как Лью Нельсона, но он тоже не сказал нам ничего нового. Я спросил его: — Как реагировал Клейн, когда вы показали ему снимок Леви? — Он был поражен. Однако сказал, что не может сооб¬ щить ничего серьезного. Мне показалось, что он лжет. Правда, другие реагировали на фотографию примерно так же. Этот Ле¬ ви был типичным уголовником, и я предполагал, что никто не захочет связываться с этим делом. Клейн спросил меня, что произошло с Леви, и когда я сказал, что он убит, это, кажется, явилось для него большой неожиданностью. Не знаю, может быть, я ошибаюсь, но у меня создалось впечатление, что в го¬ лове у него закрутились какие-то шарики. Он долго изучал фо¬ тографию и в конце концов сказал мне, что не знает его. Может быть он решил предпринять что-то на свой страх и риск? Нам больше нечего было здесь делать. Пат опять послал Нельсона на поиски и дал ему указания. Он обменялся парой слов с Кавелло, а я вышел из ресторана. Я стоял на тротуаре рядом с полицейским, потом он отошел к машине, и я увидел предмет, который был закрыт прежде его спиной. В окне бара висел предвыборный плакат, на котором был изображен широко улыбающийся Торренс, а внизу стояла надпись: «Победим с Симом»... 9 Я позвонил из ближайшей аптеки в дом Торренса. Набрав номер, я подождал минуту, но трубку никто не брал. Я почув¬ ствовал, как страх закрадывается в сердце. Неужели поздно?! Наконец, сонный голос ответил: «Алло!» и я с облегчением вздохнул. — Джеральдина? — Да, Майк. — Скажите, Торренс уже вернулся домой? 369
Мой тон встревожил ее и заставил проснуться. — Нет, он приедет примерно через час. Утром он звонил из Олбани и предупредил меня. — Как Сью? — Хорошо. Она еще спит. Я дала ей успокоительное. — Прекрасно. Поднимите ее с постели, возьмите машину и срочно уезжайте. — Но, Майк... — Не волнуйтесь и делайте то, что я сказал. Я не могу вам всего объяснить по телефону, но вы в опасности. — Но куда нам ехать? Майк, я... Я дал ей свой адрес и сказал: — Поезжайте сейчас же и оставайтесь там. У управляю¬ щего есть ключ, и он откроет вам дверь. Но вы никого не впу¬ скайте. Никого, понятно? Я могу только сказать вам, что вы в опасности. Мы опять нашли убитого. Вы поняли? Теперь до нее дошла серьезность положения. Она сказала, что они сейчас же едут, и по ее тону я понял,что ей передалась моя тревога. Я нажал на рычаг автомата, бросил в щель еще одну моне¬ ту и набрал номер телефона своей квартиры. Велда сразу же сняла трубку. — Мы медленно движемся вперед, детка,— сказал я.— Как ты себя чувствуешь? — Неплохо. Я могу ходить. — Ну, отлично. Спустись вниз и скажи управляющему, что в мою квартиру приедут Джеральдина Кинг и Сью Девон. Кроме них пусть никого не пускает. Ключ оставь у него, а сама поезжай в бюро Сима Торренса и узнай, что он делал в течение вчерашнего дня. Мне нужен отчет о каждой минуте. Вчера ему звонили. Выясни, был ли этот звонок произведен из бюро. За¬ писывай все, даже если он на пять минут выходил в уборную. В первую очередь меня интересует,не отлучался ли он вечером из бюро. — Хорошо, Майк. Как я смогу связаться с тобой? — Позвони на квартиру. Как только я окончу дело, я пое¬ ду туда. И поторопись, бэби. — Понятно. Всегда как можно быстрее, хоп, хоп... Ты ме¬ ня любишь? — Подходящий момент для такого вопроса. — И все-таки? — Конечно, дурочка. Она рассмеялась своим низким воркующим смехом и пове¬ сила трубку... 370
Пат спросил меня: — Где ты пропадал? — Мы накололи убийцу, дружище. Он на секунду опешил. — Ты что-то обнаружил? — Да. Взгляни сюда. Я указал ему на плакат в окне с портретом Торренса. — Ну и что? — Сим добрался почти до вершины лестницы. Скоро он добьется того, к чему стремился всю жизнь. Теперь только один камень висит у него на шее — это Сью Девон. Она посто¬ янно угрожает разоблачить его прошлое, и ему приходится учитывать, что это ей может удаться. Много лет назад он за¬ щищал одного гангстера, и, когда ему понадобилось, обратил¬ ся к нему. Этим гангстером был Бэзил Леви. Торренс хотел убить Сью, но инстинкт подсказал ей его намерения. Она убе¬ жала из дома и встретила Велду. Она не подозревала, что было уже поздно. Леви преследовал ее по пятам, выследил и снял квартиру в доме напротив, где стал с винтовкой поджидать, когда Сью выйдет или покажется из окна. Дело осложнялось тем, что Велда тоже пряталась. Она восприняла рассказ де¬ вушки всерьез и прятала Сью до тех пор, пока ее собственное дело не уладилось. Тогда она захотела уехать из квартиры вме¬ сте со Сью. Пат, Леви приходил не за Велдой, а за Сью. Увидев меня, он решил что Торренсу надоела его медлительность и тот послал за девушкой кого-то другого, а Леви самому хотелось заработать эти деньги. Поэтому он так внезапно и ворвался в квартиру. Встреча Торренса с Леви, несомненно, состоялась в ресторанчике, потому что он забыл, что плакаты с его портре¬ тами развешаны по всему городу и думал, что его никто не уз¬ нает. Возможно, Клейн не отнесся серьезно к его появлению в ресторане. Вероятно что-то начало доходить только тогда, ког¬ да ему показали фотографию Леви. Постепенно он связал все факты воедино. Сначала он позвонил тебе, чтобы немного раз¬ узнать о деле, и когда ему не сказали ничего конкретного, у него зашевелились подозрения. Тогда он решил, что Торренс у него в руках. Он позвонил ему вчера и предложил встретиться. Сим, наверное, потерял голову от страха. Он придумал причи¬ ну для своего отъезда из дома и, возможно, совершил поездку в Олбани еще и в качестве алиби. Это мы выясним, когда по¬ звонит Велда. Потом он приехал сюда, поговорил с Клейном и убил его... — У тебя слишком богатое воображение, Майк. Но лучше всего нам сейчас поехать к Торренсу... 371
В час пик Нью-Йорк походит на настоящий сумасшедший дом. Из окна небоскреба автомобили выглядят как полчи¬ ща муравьев, но стоит оказаться среди них, и ты попада¬ ешь в настоящий ад, где воедино слились грохот, гудки автомобилей, звуки сирен и ругань. Надо всем висит на¬ зойливый запах выхлопных газов, несгоревшего бензина, и в тщетном стремлении выиграть время, машины часто продвигаются вперед по нескольку километров в час. В обычное время дорога из Бруклина до дома Сима Торренса заняла бы не больше часа, но в этот вечер мы задержались и подъехали к его дому только в восемь часов. В окнах го¬ рел свет, но было тихо. Мы подождали полицейского, об¬ ходившего участок. Пат показал ему удостоверение, но он уже узнал меня. — Все в порядке?— спросил Пат. — Да, сэр. Мисс Кинг и девушка недавно уехали, а Тор¬ ренс недавно приехал. Никаких особенных происшествий не было. У вас есть для меня какие-то указания? — Нет. Мы хотим побывать у мистера Торренса. — Хорошо, сэр. Он оставил дверь открытой. Мы оставили машину на улице и направились по траве к дому. Я держал в руке револьвер, и Пат тоже вытащил свой. «Кадиллак» Сима Торренса стоял перед домом, мотор его был еще теплый. Мы оба знали, что делать. Мы проверили окна и заднюю часть дома, потом опять вернулись к передней двери. Я позвонил, а Пат отошел в тень. Никто не вышел, и я позвонил еще раз. Третьей попытки я делать не стал, а просто нажал на дверь, и она открылась. Я вошел в вестибюль, Пат последовал за мной, держа в поле зрения углы. В доме царила неестест¬ венная тишина. Горел свет, но нигде не было видно ни души. Мы прошли нижний этаж и все осмотрели, но никого не встре¬ тили. Я указал на лестницу. Спальня Сима Торренса находи¬ лась как раз рядом с лестницей. Дверь была приоткрыта, и в комнате горел свет. Мы распахнули дверь. Карьера Сима Торренса окончилась.Он лежал на полу, ли¬ цом вниз, и в голове у него была дырка от пули. Мы обежали все комнаты в поисках убийцы, но безрезультатно. Тогда мы верну¬ лись к Симу. Пат осторожно прикрыл носовым платком трубку и сообщил в полицию об убийстве. Положив трубку, он сказал: — Мы в дурацком положении, Майк. — Почему? — Нужно было позвонить из Бруклина сюда и все передо¬ верить здешней полиции. 372
— Ну и что? Мы всегда можем сказать, что просто хотели нанести визит мистеру Торренсу. Я был здесь вчера сразу же после пожара и хотел сегодня еще раз убедиться, что все в по¬ рядке. Это очень просто. — А как насчет женщин? С ними нужно поговорить преж¬ де всего. — Конечно. В ожидании полиции мы осмотрели комнаты в поисках следов убийцы, но ничего не нашли, даже гильзы. Я обошел все комнаты, чтобы понять, каким образом убийца попал в дом. В конце концов я это обнаружил. Окно в спальне Сью бы¬ ло открыто. Вероятно, убийца перелез через ограду, когда по¬ близости не было полицейского, а потом взобрался на второй этаж по шпалерам. Постель Сью была смята, но не застелена. Наверное, Дже¬ ральдина стащила ее с постели. Плюшевый медвежонок еще лежал под одеялом и был похож на спящего человека. Я под¬ ошел поближе и заметил в одеяле дырочку. Откинув его, я увидел в теле медвежонка пулю. Сью опять пытались убить. Я уже хотел положить одеяло на место и позвать Пата, когда заметил кое-что любопытное. Медвежонок был старый, он принадлежал еще матери Сью. Часть швов давно распоро¬ лась и оттуда торчала грязная вата, но один шов казался све- жераспоротым. Вероятно, во время сна Сью надавила телом на игрушку, и шов разорвался. Я увидел торчащий из него белый уголок. Это было письмо. Я вытащил его, но не успел просмотреть. Завыла полицей¬ ская сирена, и в доме появились представители власти. Я сунул письмо в карман и позвал Пата. Он быстро разобрался в ситуации, но промолчал. Дело напоминало обычную кражу со взломом, однако в нем намечались такие сложности, о которых Пату не хотелось говорить, прежде чем мы все детально не обсудим. На улице уже дежурили репортеры. Дело обещало быть громким. Как-никак речь шла об убийстве кандидата на пост губернатора штата... Завтра утром об этом будут кричать заго¬ ловки всех газет, и происшествию в Бруклине они отведут от силы три строчки. Пат промолчал еще и потому, что убийство Торренса сле¬ довало сначала обсудить в вышестоящих кругах, и только по¬ том оно могло стать добычей газетчиков. Только через час нам удалось оставить дом и вернуться к машине. Приехали партийные тузы, их атаковали репортеры, но они не сказали ни слова. Они были достаточно влиятельны, 373
чтобы проникнуть в дом, однако там высший полицейский чин тотчас взял их в оборот и стал расспрашивать. Пат молчал почти всю дорогу, потом сказал: — Одна твоя теория лопнула. — Какая? — Ты утверждал, что Торренс собирался убить девушку. Как же он мог в таком случае отвести от себя подозрение? — Очень просто. Тебе известно, что ему часто угрожали? - Да. — Ну, так он мог сказать, что ему угрожал отомстить ка¬ кой-то неизвестный, он-то и застрелил девушку. — Но Сью жива. — Кто-то пытался сегодня ее убить. Держу пари, что пер¬ вый выстрел был сделан в ее постель. Потом убийца зажег свет и увидел, что попал в медвежонка. Тогда он дождался возвра¬ щения Сима и убил его. Все было подстроено так, как будто имела место попытка грабежа, и грабитель в испуге застрелил неожиданно появившегося хозяина дома. Если полиция пой¬ дет по этому пути, тогда убийце не грозит никакая опасность. Я посмотрел на Пата. — Тут есть еще кое-что. В ночь первой попытки убийства Сью было две группы: Леви и Кид Хэнд с Марком Канна. Они работали порознь, но обе охотились за Сью. — Ну, и чем это объясните? — По-моему, тремя миллионами долларов. — Чьими? — Блэки Конли. — Ты думаешь, деньги у него? — Хочешь пари? — На что? — Как-нибудь повеселимся вечером в городе: ты, Велда, я и какая-нибудь девушка. Мы найдем тебе даму. Проигравший оплачивает все расходы. Пат кивнул. — Согласен. Но можешь не подыскивать мне даму. Я сам себе ее нашел. — Из полиции? — В твоем обществе это не помешало бы... Пат довез меня до моего дома и я обещал позвонить ему и рассказать о том, что удалось узнать Велде. Он хотел доложить о деле Торренса начальству и получить указания. Я постучал в дверь, окликнул Джеральдину и попросил ее открыть мне. Велда еще не возвращалась. Сью лежала на ку¬ шетке в гостиной. Она была еще под действием успокоительного. 374
Я посадил Джеральдину рядом с ней и рассказал им, что про¬ изошло. Сначала Сью вообще никак не прореагировала, потом спросила: — Он действительно мертв? - Да. Она, казалось, повзрослела за последние несколько дней. Глядя в пол, она пожала плечами. — Мне очень жаль, Майк, но я не чувствую боли. Я ощу¬ щаю только свободу и облегчение. У Джеральдины был такой вид, будто она сейчас потеряет сознание. — О, нет, нет...— несколько раз повторила она. Потом она взяла себя в руки и спросила:— Как это произошло, Майк? — Мы этого не знаем. — Это ужасно. Избирательная кампания... — Дело обстоит гораздо хуже. Кандидата всегда можно заменить. Лучше всего, позвоните в свое бюро, как только ус¬ покоитесь. Там, конечно, большой переполох, и если вам уда¬ стся победить на выборах, это будет чудо. А времена чудес, можете мне поверить, давно прошли. Джеральдина хотела расспросить меня поподробней, но в этот момент зазвонил телефон. Это была Велда. — Майк, я только что услышала... Это правда? — Да. Его застрелили. Что тебе удалось узнать? — В указанное тобой время Торренса никто не видел. Это составляет примерно два часа. Каждый думает, что он был у ко¬ го-то другого, но можно предположить, что его вообще не было в бюро. — Ну, что ж, это меня и интересовало. Возвращайся. Мне не хотелось оставлять у себя Джеральдину и Сью, по¬ тому что у меня бывали посетители, и я был по горло занят. Я позвонил в отель, заказал две комнаты и вызвал такси. Жен¬ щинам не хотелось уезжать, но я объяснил им, что другого вы¬ бора нет. Они должны были совершенно исчезнуть из виду. Я предупредил Джеральдину, чтобы они ели у себя в комнате и никуда не выходили до тех пор, пока я не разрешу этого. Когда они ушли, я сел за письменный стол и вытащил из кар¬ мана письмо. Старая бумага хрустела, и от нее исходил еще лег¬ кий аромат духов. Письмо было сплошные каракули — как обычно пишут пьяные,— но буквы можно было разобрать. Дорогая Сыо! Я чувствую, что приближается день моей смерти и хочу предостеречь тебя против одного человека. Этот человек — 375
мой муж Сим Торренс, которого мы в разговорах часто на¬ зывали «змеей». Опасайся его, моя девочка, потому что он хочет нашей смерти и вполне может пойти на убийство. Я познакомилась с Симом, когда меня обвиняли в продаже наркотиков. Он помог мне избежать суда при условии, что я свяжу его с Сонни Мотли, которому он предложил план ог¬ рабления. Это ему было легко сделать, потому что, как ок¬ ружной прокурор, он знал все транспортные маршруты, связанные с деньгами. Сима деньги не интересовали. Он хо¬ тел выдать банду, чтобы людей Мотли схватили и чтобы потом, благодаря судебному процессу, он стал героем дня. Так и произошло. После этого мы продолжали встречаться, и когда у меня родилась ты, я решила выйти замуж за Сима, чтобы завоевать тебе прочное положение. Я никогда не лю¬ била Сима, и он ненавидел меня, как и всех людей, которые мешали его карьере. Я вышла за него замуж ради тебя, доро¬ гая. Это письмо я прячу туда, куда он не доберется, а ты когда нибудь найдешь его. Будь осторожна, моя радость. Торренс попытается убить тебя, если сможет. Опасайся несчастных случаев. Он постарается именно так обста¬ вить твое убийство... Твоя любящая мать. Торренс — «змея»! Человек, которого все боялись! Круп¬ ный политик, удачливый прокурор, наводчик, наниматель убийц и, в конце концов, сам убийца — и все это в одном ли¬ це. Подходящая кандидатура на пост губернатора! Избирате¬ ли так никогда и не узнают, какого счастья они лишились. «Змея». Подходящее прозвище для него. И я оказался прав в своих предположениях. Торренсу так и не удалось получить три миллиона, но они чертовски безразличны ему. Его интере¬ совала только его карьера, когда он обдумывал ограбление и затем обвинил банду Сонни Мотли в суде. Это был его первый шаг наверх по лестнице успеха, и он его тщательно обдумал. В каком-то смысле Сью почти вынудила его попытаться убить ее. Она так и не смогла расстаться с мыслью, которую вби¬ ла ей в голову ее мать. Наверное, Сью знала, кого подразуме¬ вала Салли под змеей. Очевидно, она часто называла его так. Не удивительно, что он почти не допрашивал ее на процессе. И не удивительно, что он почти обезумел от страха, узнав, что Сью ищет какое-то письмо своей матери. Не удивительно, что он стал обыскивать ее вещи. Этот поступок был продиктован чи¬ стейшей растерянностью. Он боялся, что рано или поздно эти факты выплывут на свет и это будет означать его политиче¬ скую смерть... и смерть вообще. 376
Я сложил письмо и спрятал его, но в это время раздался зво¬ нок в дверь. Пришла Велда. Пока она готовила кофе, я расска¬ зал ей обо всем, что произошло в этот день. Она дважды прочитала письмо и сразу уловила его значение и связь с про¬ исшедшим. — Пат знает о письме? — Нет, я сначала хотел позвонить Арту Рикерби, когда ты пришла... Прошло почти полчаса, пока я изложил все факты Рикер¬ би и обсудил с ним возможное развитие событий. В основном, его, конечно, заинтересовал политический аспект дела. — Как же мне теперь быть, Арт?— наконец спросил я.— Это еще не кончилось. — Это никогда не кончится, Майк. Если это кончится, то сразу начнется что-то другое. — В полиции теперь попытаются оказать на меня давле¬ ние. Мне не хотелось бы потерять мое удостоверение ФБР — это все, что у меня есть. Помолчав немного, он ответил: — Я хочу тебе вот что сказать, Майк. У каждого в работе свой почерк. Мы не можем работать по одному шаблону. Некото¬ рое время ты был вне игры, но теперь появился вновь и должен остаться. Учти одно: пока ты не проштрафился, никто не отбе¬ рет у тебя удостоверение. Делай то, что считаешь нужным, но всегда помни, что за тобой наблюдают со всех сторон, так что делай это правильно. — Прекрасно. Значит, теперь мне нужно остаться в живых... — Ну, если тебе действительно угрожает опасность, тогда я могу только повторить тебе твое собственное любимое выра¬ жение: «Кисмет*, дружище». Он положил трубку и я рассмеялся. Велда спросила: — Чему ты смеешься? — Сам не знаю,— ответил я.— Это будет довольно забавно. Гребб и Чарли Форс начнут теперь прыгать на меня, как тигры, и попытаются выключить меня из игры, но им это не удастся. Велда подошла и обнята меня. — Им это никогда не удастся. Ты сам тигр... Раздался звонок в дверь, и я услышал голос Пата. — Иду,— крикнул я. Но он не отнял пальца от кнопки звонка до тех пор, пока я, поцеловав Велду, не открыл дверь. * Судьба, доля (араб.).— Ред. 377
— Я говорил по телефону,— сказал я.— Входи. С ним было четыре детектива. Двоих я знал, двух других Пат представил мне. — Велда здесь? — Да, а что? — Она была сегодня в бюро партии и распрашивала о Тор¬ ренсе. Теперь они хотят объяснений. Чарли Форс вне себя от ярости. — Присядьте, и я вам все объясню. Велда присоединилась к нам, и мы все сели. Я рассказал Пату все, чтобы сэкономить время и не отвечать на его расспро¬ сы по поводу каждой частности. Я передал ему информацию Велды и сообщил имена людей, которых она расспрашивала, а в заключение передал утешительные слова Арта Рикерби. Спрятав записную книжку, Пат сказал: — Это первая причина, по которой я пришел. Но есть и вто¬ рая. Эти агенты занимались делом Хови Грина и им удалось кое- что раскопать. — Что именно? — Маклерская контора Грина после его смерти полно¬ стью перешла в руки его партнера человека по имени Квинси Малек. Примерно полтора года спустя он заболел ту¬ беркулезом и умер... От его племянника мы узнали, что к мо¬ менту смерти он почти разорился. Остатки его денег достались семье, а конторские документы были помещены куда-то на склад. В настоящее время десяток моих людей роется на раз¬ личных складах и пытается их найти. Племянник смутно при¬ поминает, что Малек просил их сохранить. Документы наверняка не занимают много места и за много лет хранения могли принести хозяевам склада не больше пары сотен долла¬ ров. Мы не знаем, что удастся найти. Мы проверяем все сделки по продаже участков, которые Хови Грин совершил перед смертью. Если ты прав, то мы должны что-то найти. — Сколько времени это займет, Пат? — У тебя есть лучший вариант? — Возможно, но мне нужно подумать. Я сообщу тебе, ес¬ ли мне придет в голову какая-нибудь стоящая мысль. У тебя сейчас достаточно сведений для работы. Позволь мне попробо¬ вать что-нибудь самому, а в случае неудачи я возьму ответст¬ венность на себя. — Майк, мне это не нравится. Ведь на свободе разгуливает убийца... — Тогда пусть я буду мишенью. 378
Он перевел взгляд на Велду, сидевшую рядом со мной. — Она будет в безопасности,— сказал я.— Я проделываю это уже не в первый раз. — Побереги ее,— тихо сказал Пат, и я понял по его голо¬ су, что он никогда не перестанет любить ее. — Сколько человек ты пустил на поиски книг? — Столько, сколько смог. — И если ты первым что-то найдешь?— допытывался я. Он улыбнулся. — Поскольку ты являешься сейчас наполовину полицей¬ ским, я могу рискнуть и дать тебе информацию. Только не за¬ бывай, что я жду такой же любезности и от тебя. — Отлично. Как мы будем держать связь? — Через мое бюро. Если нам удастся что-нибудь узнать, я оставлю тебе сообщение. Он встал, а я полез в карман, вынул письмо и передал ему. — Оно было зашито в медвежонке Сью. Оно касается Си¬ ма, но сейчас мне не хотелось бы передавать его Сью. Пат пробежал письмо, покачал головой и сунул его в карман. — Ты настоящий волшебник, Майк! Везет же тебе! Когда они ушли, я растянулся на кушетке и стал думать. Велда приготовила кофе и уселась рядом со мной. Уставив¬ шись в потолок, я пытался изо всей этой пестрой мозаики со¬ ставить картинку, имеющую смысл. Картинка выстроилась, не хватало только лица. Лица Блэки Конли. Но я знал, что скоро увижу его — такое у меня было предчувствие. — Майк... куда мы пойдем? — Ты соображаешь быстрей меня, детка. — Иногда я могу тоже отличиться. — Ты никуда не пойдешь. Я пойду один. — Возьми меня с собой, Майк. Она нежно погладила меня по подбородку. — Ладно. — Ты не хочешь сказать мне, что тебя беспокоит? — Одна мысль, детка. В картинке что-то не сходится. — Что именно? — Зачем Блэки Конли понадобилось убивать Сима? — Майк...— Она смотрела мимо меня и была погружена в свои мысли.— Может быть, Конли почуял, что пахнет пале¬ ным и решил перехитрить Торренса тогда, тридцать лет назад. Он мог придумать свой план бегства и удрать с деньгами. Не за¬ бывай, что Конли старше Сонни и намного хитрей. Возможно, он узнал, кто планирует ограбление, и решил ему отомстить. 379
— Возможно, ты права. — Первый удар он нанес по Сью,— продолжала она,— но он тоже был косвенно направлен в Сима, и в следующий раз он решил покончить с обоими. — Это еще не совсем ясно,— сказал я,— но ответ у меня постепенно складывается. Она ждала, и я добавил: — Трудно представить себе человека восьмидесяти лет, лезущего по стенке на второй этаж. Правда, он мог послать ка¬ кого-нибудь гангстера. — Не знаю, Майк. Вспомни Бернарда Мак-Фолдена. Он именно в таком возрасте совершил свой первый прыжок с па¬ рашютом в реку. — М-м... Что же, тогда возможно, что это сделал сам Блэки. — Значит, наша задача — найти Блэки Конли. — Верно. — Каким образом? — Нужно освежить память другого старика и тогда мы, возможно, получим ответ. — Сонни Мотли? - Да. — Сегодня же? — Сейчас же, детка... 10 Найти Сонни Мотли было нелегко. В баре не знали его домаш¬ него адреса. Надзиравший за ним полицейский тоже знал только адрес его мастерской, но не знал, где он живет. Я обо¬ шел несколько соседних газетных киосков, но мне там ничего не смогли сказать. Во время расспросов в последнем киоске один шофер услышал имя Сонни Мотли и спросил: — Вы имеете в виду старика? — Да, хозяина обувной мастерской. — Что вам нужно от него? — Ничего особенного. Нам нужны сведения об одном ли¬ це и, возможно, он сможет помочь нам. — Ну, эти старые арестанты ни с кем не разговаривают. Из них даже не выжмешь «Добрый день...» — Вы знаете, где он живет? — Да, я часто вожу его домой. Садитесь, я вас подвезу. Мы сели в такси. Шофер отвез нас в мрачный квартал, на¬ ходящийся сразу же за Гарлемом, и показал дом Сонни Мотли. 380
— Он живет на нижнем этаже. Сейчас, наверное, уже спит. — Я его разбужу. Я дал шоферу доллар за труды, вышел из машины и под¬ нялся по ступенькам из песчаника к окованной железом двери. Мне пришлось позвонить шесть раз, прежде чем в комнате за¬ жегся свет. — В чем дело? — послышался голос. — Сонни? — Кто вы такой? — Майк Хаммер. — О, черт... Он открыл дверь. На нем был домашний халат, лицо его было мрачно, как ночь. Однако при виде Велды он просиял. — Хэлло... Кто у меня в гостях? — Это Велда, мой секретарь. — Прошу вас, входите, не стойте на улице. Черт возьми, давно уже женщины не посещали мой дом. Он закрыл дверь и провел нас в комнату. — Прошу простить, у меня довольно просто и неубрано. Надеюсь, вас это не смущает. Я не ждал гостей. Хотите выпить? — Нет, благодарю. — Ну, а я выпью в честь такого дня. Меня редко посещают такие потрясающие женщины. — Мне кажется, что вы уже стары для таких восторгов, Сонни. — Телом, может быть, но душой молод. Присядьте, я пой¬ ду оденусь и через минуту выйду. Для сиденья нам на выбор предлагалось несколько ящи¬ ков: из-под яиц и из-под яблок. Софа в углу выглядела доволь¬ но шаткой, в кресле рядом с ней не было сиденья. Самыми удобными нам представлялись ручки кресла: Велда присела на одну, я — на другую. Казалось, нетрудно выбрать, где удобней жить — здесь, или в современной тюрьме. Но, как Сонни уже сказал, здесь он чувствовал себя немного свободнее. Через минуту он вернулся — в пиджаке, свисавшем с его костлявых плеч и с бутылкой дешевого виски в руках. — Виски не хотите? — Нет, благодарю. — Что ж, тогда не буду пачкать стакан,— сказал он, под¬ нес горлышко бутылки ко рту и сделал хороший глоток. Потом он уселся на кушетку.— У вас самые прелестные ножки в ми¬ ре, мисс,— заметил он восхищенно. Велда почувствовала себя неловко, но я ответил: 381
— Да, я сам всегда ей это говорю. — Тогда повторите еще раз. Женщины любят выслушивать подобные вещи... Но, собственно говоря, почему вы меня посе¬ тили? — У меня есть к вам еще пара вопросов, Сонни. Он сделал широкий жест. — Выкладывайте ваши вопросы. Если смогу — отвечу. — Я не могу отделаться от мысли, что ваш старший парт¬ нер еще жив. Его плечи задрожали от неслышного смеха. — Нет, мистер, выбросьте это из головы. Этот парень мертв. Не знаю, как и где он умер, но он мертв. — Давайте предположим, что он жив, и посмотрим, что у нас из этого получится. — Пожалуйста. — У меня есть для вас новости. — Например? — Сим Торренс умер. Его глаза расширились: — Это правда? — Правда. Он захихикал. — Наконец-то этот подонок попался. А скольких людей он отправил в тюрьму! Надеюсь, его смерть не была легкой? — Его застрелили. — Хорошо. Приведите мне человека, который это сделал, и я всегда буду бесплатно чинить ему обувь и чистить ее. — Вы же говорили, что Торренс вам безразличен. — Нет, я сказал, что у меня нет к нему ненависти, но я не сказал, что он мне безразличен. Я удовлетворен. Завтра утром я забуду о его существовании. А что еще за новость? — Сим Торренс был тем человеком, который в свое время организовал ваше ограбление. Сонни в этот момент поднимал ко рту бутылку, но, услы¬ шав мои слова, опустил ее. Он посмотрел на меня с недоверием. — Кто это сказал? — Завтра прочтете это в газетах. Он выпрямился, совершенно забыв о бутылке. — Вы хотите сказать, что... — Не только это. Он планировал одновременно сделать вас ответственным за все. После этого процесса его карьера двинулась вперед. — Это правда? — Каждое слово, Сонни. 382
— Чертов ублюдок! О, простите, мисс. — Теперь прошу вас подумать над следующим. Предпо¬ ложим, что Блэки Конли почувствовал, что пахнет паленым, разработал свой план исчезновения и сбежал с деньгами, а все остальные попали в руки Торренса. Казалось, Сонни чуть не задыхается. — Черт побери,— проворчал он, и в глазах его сверкнула тень прежнего огня.— Трюк с двойным дном! Что ответить на это? Конечно, мне теперь все понятно. Блэки разработал план бегства. Но для себя он придумал другой план и, бросив нас на произвол судьбы, исчез с деньгами.— Закинув голову назад, он громко рассмеялся.— Он был гораздо умнее, чем я думал... — Сонни,— продолжил я,— Блэки должен был снять дом, в котором вы собирались спрятаться после ограбления. Но, кажется, в то же время он купил еще один участок у Хови Грина, вероятно, на чужое имя. — Это похоже на подонка Хови Грина. Он готов был на все, лишь бы заработать доллар. Я рад, что Блэки пристрелил его. — А это сделал он? — Конечно! Незадолго до ограбления. Я был там и все видел. Я ошеломленно посмотрел на него. Поймав мой взгляд, он сказал: — Да, я знаю. Убийство не теряет силу за давностью лет в штате Нью-Йорк. Вы можете всегда привлечь меня к суду, как сообщника. Вы думаете, это для меня имеет значение? Огля¬ дитесь вокруг. Что я здесь имею? Ничего, абсолютно ничего, о чем можно пожалеть. Я уже отсидел пожизненное. Что может быть хуже? В лучшем случае я проживу еще десять лет, но что мне с ними делать? Жить в этой грязной дыре? Весь день заби¬ вать гвозди в чужие ботинки? Без близких, без друзей. В тюрьме и то лучше, чем здесь. Я махул рукой. — Меня не интересует история с Хови Грином. Я ищу Блэки Конли. — Каким образом вы надеетесь его найти? — Вы знали Грина? — Мы выросли на одной улице... — Ясно. У Грина были деловые бумаги, которые позже перешли к Квинси Малек у. — Я его тоже знал. — В них отмечались номера и границы участков. Если мы их найдем, то сможем проверить все следы и найдем участок, купленный Блэки. — Вы думаете, он еще там? 383
Куда же он мог деваться? — Но это совсем не в его стиле.— Сонни потер руки.— Хотя, возможно, я знаю Блэки хуже, чем я думал. И что еще? — Вы знали и Квинси Малека? - Да. — Где он мог оставить бумаги на хранение? — Откуда я знаю.— Он откинулся назад.— У него было много дел. — Конторские документы, Сонни. Полиция сейчас прове¬ ряет Малека; если вы что-нибудь вспомните, то это поможет нам выиграть время. — Но ведь это было тридцать лет назад. — О чем вы тогда думали в тюрьме? Эта история принад¬ лежит прошлому, а вам не о чем было больше думать, как о прошлом. — А женщины?— усмехнулся Сонни.— Я всегда думал только о женщинах. Во всяком случае, до шестидесяти лет. Не о тех женщинах, которых я знал, а о других, незнакомых, ко¬ торых, может быть, и на свете не было. А после шестидесяти я стал думать о прошлом. — Теперь вам есть о чем подумать. Сонни молча сидел некоторое время с кислым лицом. — Скажите мне, мистер, что мне это даст? Ничего. Это важно для вас, а для меня — нет. Это только вызовет у меня злобу. Сейчас у меня нет почти ничего, но нет также и злобы. Нет, я не могу вам помочь. Я испытал достаточно злобы, и с меня хватит. — Это вам не повредит, Сонни. — Вы думаете? Если мое имя появится в газетах, то про¬ щай покой. Думаете, мне удастся возобновить аренду мастер¬ ской? Уже достаточно плохо, что я арестант, и есть люди, которым это известно. Но если узнают все, то мне дадут пинка и выбросят из квартиры. Нет, мистер, не хочу. — Вы можете получить вознаграждение. — Все равно. Или я запью на эти деньги, или меня при¬ стукнут и отнимут их. Нет, не хочу, мистер Хаммер. Я слиш¬ ком стар, чтобы пускаться в подобные авантюры. Я был в затруднении. Сонни не хотел ничего говорить и был по-своему прав. Но я должен найти к нему подход. Я сказал: — Я могу сообщить полиции о вашем соучастии в убийст¬ ве Хови Грина и вас арестуют. Сонни проворчал: — Что за милый гость. Вы хотите взять меня за горло? 384
— Нет. Помогите мне, и я помогу вам. Он опять уставился на ноги Велды. Прошла минута, и он захихикал. — Черт возьми, а почему бы и нет? Думаю, что смогу по¬ мочь вам. Выполню, как это говорят, свой гражданский долг... — Квинси Малек, Сонни. Откинувшись назад, он закрыл глаза. — Итак, подумаем. Как поступил бы этот парень со свои¬ ми конторскими документами? Он никогда не предполагал, что так быстро сыграет в ящик. Он всегда все хранил при себе. Если он завещал все своей семье, то они постарались разы¬ скать эти книги. У Квинси было много недвижимости в городе: дома, квартиры и прочее. Он покупал их по дешевке, а потом выжидал повышения цен. У него было хорошее чутье. — Где он хранил конторские книги? — Думаю, что он отдал их на хранение. — Кому? — Наверно, такому человеку, которого мало кто знал. У него были две сестры, они жили в его доме. Две забавные жен¬ щины. Я как-то слышал, что он заключил с ними договор. Они имели право пользоваться домом, но он мог в любое время за¬ брать его обратно. Так что ему ничего не грозило. Итак, по- моему, стоит поискать книги у этих сестер. Дом был их единственным источником дохода, так что они наверняка его не продали и еще живут в нем. — Как их фамилия, Сонни? — Вот этого я не знаю, мистер. Но вы легко сможете уз¬ нать это, если немного покопаетесь. Я помню факты, а имен уже не помню. Это вам поможет? — Возможно, это след. — Может, мне придет в голову еще что-то. Позвонить вам? Я записал для него номера телефонов моего бюро и квар¬ тиры и положил карточку на стол. — Позвоните, и если никто не ответит, то позвоните по¬ позже и сообщите Велде или мне. — Ладно,— он сунул записку в карман брюк. Потом, ка¬ залось, его что-то осенило.— Эй, послушайте. Если найдете старого негодяя Блэки, сообщите мне об этом, ладно? Я с удо¬ вольствием пощупал бы эти деньги, только пощупал бы и больше ничего. Думаю, что я имею на это право — в конце концов это стоило мне тридцати лет... Пат тоже не спал всю ночь. Я позвонил ему в бюро и пере¬ дал рассказ Сонни. Он решил, что имеет смысл проверить эту 13-884 385
версию и направил двух агентов на поиски сестер. Больше ни¬ чего ему не удалось узнать, если не считать того, что они на¬ шли пару домов, ранее принадлежавших Малеку. Они обыскали их сверху донизу, но безуспешно. Эксперты раз¬ мышляли над местонахождением конторских книг, но тоже безрезультатно. Я спросил у Пата старый адрес Квинси, и он дал мне адрес бюро и квартиры. Оба эти дома он лично обыскал, но ничего не нашел. Положив трубку, я спросил у Велды, не хочет ли она есть. Рядом находился ресторан-автомат, и мы решили выпить ко¬ фе с бутербродами. За одним из столиков сидел Джерси Тоби. При виде меня он просто встал и испарился, оставив на столе почти нетрону¬ тую чашку кофе. Мы бросили монеты в автомат, взяли еду и сели за столик. На улице опять начал моросить дождь. Велда спросила: — О чем ты думаешь? Оставив чашку, я сказал: — У меня такое чувство, что здесь что-то не сходится. Ка¬ кая-то мелочь, но я не знаю, какая именно. — Ты скоро вспомнишь. — Но мне нужно сейчас. — Поможет тебе, если я поговорю с тобой об этом? — Нет. — Ты уже вплотную подошел к разгадке этого дела, не правда ли? — Нет, мы уже решили его. Практически, мы уже сидим на трех миллионах долларов. Правда, в дополнение к этому еще имеется убийца, который разгуливает на свободе и смеет¬ ся нам прямо в лицо. — А что, если этих денег нет? — Дорогая, такая сумма так просто не исчезает... Они где-то надежно спрятаны. — Почему бы тебе не позвонить еще раз Пату? Может быть, им удалось что-то найти. — Мне не хочется его подгонять. — Думаю, он не будет возражать. Мы встали и разыскали телефонную кабину. Было три ча¬ са ночи, но Пат все еще сидел в своем бюро. Полиции так и не удалось разыскать конторские книги Хови Грина, но у них бы¬ ло нечто другое. — Мы взяли одного из прежних гангстеров,— сказал 386
Пат.— Он прибыл из Детройта. Наш агент застукал его с нар¬ котиком и арестовал. Мы ждем, когда он расколется. Его боссы не хотят иметь ничего общего с контрабандой наркотиков. По¬ этому, если они узнают о том, что он принимает героин, это будет для него равносильно подписанию своего смертного при¬ говора. Теперь он выпрашивает защиты у полиции. — Что он рассказал? — Теперь мы знаем, почему эти гангстеры съехались в Нью-Йорк. Кто-то собрал информацию о крупных боссах, когда-либо провинившихся перед гангстерским синдикатом, и начал шантажировать их. Они были вынуждены одолжить этому человеку самых лучших своих людей, из которых он со¬ бирается создать новую банду. — Странно, что этому рядовому гангстеру все известно. — Ничего странного в этом нет. В этих кругахничто долго не остается тайной. Держу пари, что другие гангстеры, если мы их возьмем, расскажут то же самое. — Ты ведь говорил, что они не сделали ничего противоза¬ конного. — Ну, может быть, нам удастся их немного запачкать... в интересах правосудия, конечно. — Иногда это единственный путь. Но скажи, Пат, кто мог изобрести такой план шантажа? Наверняка это парень с голо¬ вой. Ему удалось разыскать людей, провинившихся перед син¬ дикатом, а потом шантажировать их. — Кто-то это сделал. — По-моему, самая подходящая кандидатура — Блэки Конли,— сказал я.— Он мог не пожалеть на это пары долла¬ ров из своих трех миллионов. И у него было время и хорошая голова на плечах, чтобы все обдумать. — Теперь мне тоже так кажется. — Как насчет жены Малека? — Подожди минуту.— Пат отложил трубку, справился у кого-то и опять взял трубку.— Я только что получил сообще¬ ние от одного полицейского на пенсии, с которым мы поддер¬ живаем контакт. Он припомнил, что в свое время Малек встречался с одной девушкой, но он не знает ее адреса. Вторая жена Малека как-то заявила в полицию, что эта девушка — проститутка. Но удалось выяснить, что это была просто месть ревнивой женщины. К сожалению, старик не помнит адреса. — Черт возьми! — Мы попробуем поискать. Куда ты направляешься? — Домой. Я устал. — Тогда до завтра,— сказал Пат. в* 387
Я повесил трубку и посмотрел на Велду. — Никто не может выяснить, где Малек проводил свобод¬ ное время,— сказал я. — Посмотри в телефонной книге,— сострила Велда. Подумав, я кивнул. — Возможно, ты права, детка. — Но я просто пошутила, Майк. Я покачал головой. — Пат только что сказал мне, что у него была вторая же¬ на. Значит, была и первая. Давай посмотрим. В телефонной книге было шестнадцать Малеков, и я при¬ готовил шестнадцать монет, чтобы их всех обзвонить. От три¬ надцати Малеков я получил самые разнообразные ответы — от приглашения поразвлечься до пожелания провалиться ко всем чертям, но все это были не те Малеки. Наконец, на четырнадца¬ тый раз мне ответил дрожащий женский голос. Да, ее зовут мис¬ сис Малек и она была замужем за Квинси Малеком. По ее мнению, это не слишком подходящее время для визита, но ес¬ ли дело обстоит именно так серьезно, как я говорю, то нам можно приехать. — Мы кое-чего добились, детка,— сказал я Велде. — Ты позвонишь Пату? — Нет, я хочу сначала сам все выяснить... Такси довезло нас до угла Восьмой авеню и Сорок девятой улицы. Велда нашла нужный номер дома, и мы вошли в подъезд. Миссис Малек жила на втором этаже. Дом был старый, на лестнице пахло жареной рыбой, но там, наконец, нас ждала развязка этой истории. Дверь нам открыла миссис Малек — накрашенная старуха, в старомодном пестром халате. Ее волосы были накручены на бигуди и покрыты косынкой. Я представился, она улыбнулась в ответ и пригласила на кухню, где стала заваривать чай. Нам с Велдой пить не хоте¬ лось, но отказываться было неудобно. Только приготовив и по¬ дав чай, миссис Малек спросила, что нам нужно. — Миссис Малек,— сказал я,— дело касается вашего мужа. — Он уже давно умер. — Знаю. Мы разыскиваем то, что он оставил после себя. — Но он мало, очень мало оставил. То, что он оставил, я давно потратила и живу теперь на свою ренту., — Мы разыскиваем деловые бумаги, которые могли остать¬ ся от него. — Вот так совпадение! 388;
— Что вы имеете в виду? — Значит, вы тоже интересуетесь ими? — А кто интересовался еще, миссис Малек? Она налила мне еще чашку чая и осторожно поставила чайник на стол. — Ах, не знаю. Мне позвонил несколько месяцев назад один человек. Он интересовался, не оставил ли мне Квинси на хранение какие-нибудь деловые бумаги. По-видимому, ему понадобились конторские книги, чтобы выяснить спорный вопрос в отношении какого-то участка. — Квинси оставил что-нибудь у вас, миссис Малек? — Да, конечно. Я была единственным человеком, которо¬ му он мог доверять. Однажды он пришел ко мне с большой папкой и я спрятала ее, как и обещала ему. — И когда вам позвонили?.. — Я сказала то же самое, что и вам. — Кто звонил? — Не знаю. Это был какой-то неопределенный голос — то ли мужской, то ли женский, и имени этот человек тоже не назвал. Он предложил мне сто долларов за разрешение по¬ смотреть книги, и еще сто, если они ему помогут. — И что же? Ее выцветшие голубые глаза испытующе посмотрели на меня. — Мистер Хаммер, я старая женщина, и я не богата. В мо¬ ем возрасте двести долларов — большие деньги. Поскольку эти бумаги без толку пролежали здесь все эти годы, я не виде¬ ла причин отказать этому человеку. Будто струйка холодной воды пробежала у меня по спине. Велда казалась спокойной, но ее пальцы, державшие чашку, побелели. — Кому вы их отдали, миссис Малек? — Мальчику-посыльному, а он передал мне конверт с сотней долларов. — Вы запомнили мальчика? — Ах, нет! Это был просто посыльный. Кажется, латино¬ американец. Он плохо говорил по-английски. — Черт возьми,— сказал я. — Выпьете еще чашку чая, мистер Хаммер? — Нет, благодарю. Третьей чашки я бы не выдержал. Взглянув на Велду, я пе¬ чально покачал головой: 1 — Бумаги, разумеется, он вернул,—- вдруг сказала миссис Малек. — Что?! • 389
— С приложением еще ста долларов. Их принес другой посыльный. — Послушайте, миссис Малек... если вы позволите мне просмотреть эти бумаги, и я найду то, что мне нужно, то вы получите пятьсот долларов наличными. Вас это устраивает? — Это было бы чудесно. Еще чаю? Я взял у нее из рук чашку чая, выпил, и все обошлось бла¬ гополучно. Но эта женщина заставила меня нервничать. Она спокойно дождалась, пока я выпью чай, потом встала, извини¬ лась и скрылась в своей комнате. Через несколько минут она вернулась и принесла большую, тщательно завязанную папку. — Вот они, мистер Хаммер. Велда и я осторожно открыли папку, положили ее на стол и увидели бесчисленное количество документов. Каждая бумага представляла собой купчую на участок с указанием цены, имени маклера и покупателя, а также адрес и данные участка. Я по¬ смотрел на даты. Это были следы нужного мне времени. — Это поможет вам, сэр? Я вынул бумажник и положил на стол пятьсот долларов, у меня осталось три. Женщина не дотронулась до денег. — Между прочим, одной бумаги здесь не хватает. Мне опять стало не по себе. Я посмотрел на деньги, а потом на миссис Малек. — Откуда вам это известно? — Они у меня пересчитаны. Раз уж Квинси доверил их мне, я хотела быть уверенной, что с ними ничего не случится. Дважды в год я их пересчитываю. Когда их мне вернули, я то¬ же их пересчитала и установила, что одного документа не хва¬ тает.— Она посмотрела на меня.— Я их пересчитала дважды... — Наверняка, это именно та бумага, которую мы ищем. — Тогда я, возможно, еще смогу помочь вам.— Она таин¬ ственно улыбнулась.— Несколько лет назад я серьезно забо¬ лела. Я долго лежала в кровати и от нечего делать решила составить точную опись бумаг Квинси. И я переписала все до¬ кументы.— Она вынула из кармана халата толстую записную книжку и положила на стол.— Посмотрите этот список вни¬ мательно, и тогда вы установите, какой из бумаг не хватает. Я взял записную книжку, положил ее в папку и опять за¬ вязал ее. Потом я надел шляпу и взял папку. — Я верну их вам, миссис Малек. Возможно, полиция за¬ держит их на пару дней, но потом я их верну. — Я уверена в этом. И благодарю вас. Я улыбнулся ей. — Знаете что? Я вас, пожалуй, поцелую. 390
— Ради бога. Она посмотрела на Велду. — Вы не против? — Нет,— сказала Велда и при этом покраснела, как девушка... Последние три доллара ушли у нас на такси и на котлеты. Приехав в бюро, мы вывалили содержимое папки на пол, раз¬ делили бумаги поровну, открыли записную книжку и стали сверять их по списку. На рассвете я позвонил Пату, но ничего не рассказал ему о нашей находке. Пока мне не удалось узнать ничего нового. За¬ тем мы опять принялись за бумаги. Эти поиски могли бы про¬ должаться весь день, но нам повезло. Около трех часов дня Велда нашла систему, с помощью которой дело пошло быст¬ рее, и мы отыскали недостающий документ. Это была купчая на имя некоего Карла Салливела, на уча¬ сток в округе Олстер штата Нью-Йорк, точно было обозначено местонахождение и границы участка. Внизу стояли, очевидно, списанные с оригинала, инициалы: Б. К.— Блэки Конли... 11 Мне пришлось одолжить у Джорджа из «Голубой ленты» пять¬ десят долларов на дорогу, и он дал их мне без звука. Я нанял машину и сел в нее вместе с Велдой. Мы поехали не по главному шоссе, а по дороге № 17 и заехали в Сентрал Велла, чтобы повидать одного знакомого маклера по продаже недвижимости. Меня интересовали имеющиеся у него сведе¬ ния об участке. После взаимных приветствий я перешел к делу и дал ему адрес участка. Он быстро нашел его на своей карте. Как-то странно посмотрев на меня, он спросил: — Это твой участок? — Нет, но он меня интересует. — Ну, если ты надеешься купить его, то напрасно. Эта местность представляет собой девственный лес. В этом районе ищут газовые месторождения и фирмы пытались разыскать владельца этого участка. Они хотели послать туда своих лю¬ дей, чтобы пробурить пару пробных скважин. Этого нельзя сделать без согласия владельца, а его так и не удалось найти. Налоги за участок уплачены вперед, так что власти это не ин¬ тересует, и теперь никто не может посягнуть на этот участок, пока не появится владелец. 391
— Плохо. На лице маклера вдруг появилось жадное выражение. — Майк, ты знаешь владельца? - Да. — Как ты думаешь, мы не сможем с ним сделать дело? — Сомневаюсь. Его лицо выразило разочарование по поводу денег, кото¬ рые ему не суждено заработать. — Но если он захочет продать свой участок, ты замол¬ вишь за меня словечко? — Хорошо. Казалось, это его удовлетворило. Мы расстались с ним и поехали дальше. Через час с лишним мы добрались до пере¬ крестка, который вел к участку. Еще полтора километра мы проехали по грунтовой дороге до ручья. Заросший след едва намечал продолжение дороги. Я проехал немного дальше и поставил машину за кустами, где она была скрыта от прохожих. Затем я вернулся к Велде, и мы стали пристально разглядывать дикий ландшафт, в кото¬ рый нам еще предстояло вторгнуться. Деревья были высокие и толстые — ели, дубы и клены. Между стволов росли кусты терновника, орешник, а за верши¬ нами виднелись далекие горы. Было уже поздно, и солнце зашло. — Это где-то здесь,— сказал я.— Не знаю, как Конли удалось здесь спрятаться. Дикие животные еще до нас проложили проход через кус¬ тарник. Он был таким узким, что иногда приходилось сгибать¬ ся вдвое, чтобы пробраться по нему. Местность слегка повышалась, образуя плато, потом опять понижалась. Мы уви¬ дели деревянную хижину и поспешили к ней. Однако она почти развалилась. В углу ее лежали два ящика: один с нетронутыми ржавыми консервными банками, другой с кухонной посудой, тщательно уложенной. На полу лежали остатки матраса, слу¬ жившие пристанищем для мышей. Что-то не сходилось в моей версии. Мы спустились по склону и дошли до небольшой поляны с мягкой травой. — Майк,— сказала Велда. Я остановился и обернулся к ней. — Я устала, Майк. Можем мы немного отдохнуть? — Конечно. Здесь самое подходящее место. Со вздохом облегчения она опустилась на траву, сбросила туфли, вытянулась и устремила усталый взгляд в небо. 392
Облака были красными от заката, и вечерние тени сполза¬ ли с гор. — Здесь чудесно, Майк. — Не то что в городе, правда? Она рассмеялась: — Конечно. Я уселся рядом с ней, снял пиджак и положил в сторону ре¬ вольвер. Велда притянула меня к себе и прижала губы к моим. Солнце опустилось ниже, и его лучи проходили сквозь стволы деревьев. Один луч упал на странно окрашенный пред¬ мет у подножия небольшого холма. Предмет, которому было не место здесь, среди дикой природы с ее естественными кра¬ сками. Я пристально вгляделся в этот предмет, пытаясь по¬ нять, что это такое. И я понял... По-видимому, мои руки напряглись, потому что Велда слегка вскрикнула от боли. — Оставайся здесь,— сказал я, и вскочил, направляясь туда. — Майк... Я не стал терять времени на ответ. Я бежал к подножию холма, продираясь через кустарник, и с каждым шагом окра¬ шенный предмет вырисовывался все отчетливее, и я понял, что не ошибся в своих предположениях. Это был автомобиль тридцатилетней давности. Его задок проржавел, но кузов был в полной исправности, если не счи¬ тать нескольких пятен ржавчины. Да, раньше машины делали на совесть. Она была новой, когда ее украли, и была так проч¬ но сделана, что продержалась тридцать лет. Машина преврати¬ лась в почти герметически закупоренный гроб из стали и стекла, в склеп на колесах. Потому что в ней был человек... Теперь он превратился в мумию. Он сидел в углу и все еще держал в руке револьвер, нажимая пальцем на курок. На пра¬ вой стороне его груди было небольшое темное пятно. У его ног лежали три мешка — в каждом по миллиону долларов. Наконец-то я нашел Блэки Конли! Подбежала Велда. Мягкая трава заглушала ее шаги, и я заметил ее, только когда она остановилась рядом со мной, оце¬ пенев от ужаса. Она закрыла рот рукой, чтобы не вскрикнуть. — Майк... что это?— прошептала она. — Человек, которого мы искали. Блэки Конли. Ему почти удалось заполучить деньги... У меня за спиной раздался голос: — Почти, мистер Хаммер. А мне это удалось совсем... Шагов этого человека я тоже не услышал. Он бесшумно 393
подкрался к нам и направил на нас пистолет. Я чувствовал се¬ бя полнейшим болваном. Мой револьвер оставался лежать на пиджаке, и теперь нас ожидала участь этой мумии. — Привет, Сонни,— сказал я. Это была змея... Настоящая змея с ядовитым жалом.Выра¬ жение усталости и безразличия исчезло с его лица, алчными глазами он смотрел на автомобиль. Казалось, в предвкушении удачи он помолодел на несколько десятков лет. Да, Сонни Мотли был стар, но он принадлежал к тем людям, которые вечно остаются молодыми. Он участвовал в азартной игре и вышел из нее победителем. — Вы мне здорово надоели, мистер Хаммер,— сказал он.— По-настоящему я испугался, когда вы напали на след Малека. Я собирался еще немного повременить и не наведы¬ вался сюда, но потом понял, что вы можете опередить меня. Он рассмеялся. С его точки зрения, все получилось очень забавно. Велда схватила меня за руку, и я понял, что она боится. Для ее нервов это было слишком. — Вы ловкая ищейка, Хаммер,— сказал он.— Если бы я имел дело с одной полицией, тогда я мог бы спать спокойно. Но мне пришлось еще отбиваться от вас.— Он рассмеялся.— О, эти наши разговоры. Спасибо, Хаммер, вы всегда держали ме¬ ня в курсе дела. Может быть, вам понравилось мое лицо... — Мне казалось, что у вас больше здравого смысла, Сонни. Он перестал смеяться. — Здравого смысла? А зачем он мне? Неужели вы думае¬ те, что годы, проведенные в тюрьме, прошли для меня даром? Вам следовало бы внимательно изучить мое дело, мистер. Я всегда был твердым орешком, но, если требовалось, мог разыг¬ рать и святую невинность. — Больше этого вам не удастся. — Держу пари, что удастся. За тридцать лет, проведен¬ ных в тюрьме, я все спланировал. Благодаря тюремным свя¬ зям мне удалось раздобыть информацию о крупных боссах гангстерских синдикатов, и теперь они все пляшут под мою дудку. Я создал банду, которая ждет только знака, чтобы при¬ няться за дело. Я еще возьму свое в оставшиеся годы. — Вы по-прежнему полны ненависти. Сонни Мотли медленно кивнул и удовлетворенно улыбнулся. — В этом вы чертовски правы. Я ненавидел этого сукино¬ го сына Торренса до глубины души и хотел нанести ему удар, убив его приемную дочь. Это была ошибка. Мне казалось, что он любит ее, а на деле вышло, что я оказал бы ему услугу, рас- 394
нравившись с ней. — Да, она мешала ему. — Я довольно скоро это понял. Пристрелив его в его соб¬ ственном доме, я пытался также найти и девушку, но она ис¬ чезла. Где она была? Я пожал плечами. — Впрочем, это не имеет значения. Я думал, что вы рас¬ кусите меня быстрее. — Марк Канна прятался у вас?— спросил я. — Да. Он был на пороге смерти, но хотел разделаться с ва¬ ми. Это поддерживало в нем жизнь. — Но это и убило его, Сонни. — Кроме меня, никто не заметит его отсутствия.— Он улыбнулся.— Забавно! Вы всегда считали, что за этим делом скрывается старина Блэки. Забавно! В тюрьме меня вдруг осе¬ нило, и я понял, как развивалось ограбление. В последнюю минуту до Блэки, очевидно, дошло, что что-то неладно, и он решил сбежать с деньгами. Тридцать лет я ждал этого дня. Те¬ перь я загребу три миллиона и заживу, как король... — Вы не получите их, Сонни. — Каким образом вы мне помешаете? Оружие у меня, а не у вас. Я прихлопну вас здесь, и ни одна живая душа не узнает об этом. Блэки нашел хорошее местечко. Вам придется умереть. — Очень жаль, но вы не получите этих денег, Сонни! Он покачал головой. — Они все еще лежат в машине. — Приглядитесь получше. Мы были здесь до вас. Я надеялся, что он займется дверцей машины, и мне уда¬ стся выбить у него из руки пистолет. — Э, нет, мистер Хаммер,— сказал он.— Вы меня не про¬ ведете. Деньги в машине, и старина Блэки все еще держит свой пистолет на взводе. Хотите бросить прощальный взгляд на три миллиона? Не сводя с нас дула пистолета, он протянул руку и попы¬ тался открыть дверцу машины. Она не поддалась. Он еще раз резко дернул ручку двери и она, заскрипев, приоткрылась. Толчок потряс машину, и человек, убитый им тридцать лет назад, стал рассыпаться прахом. Сонни стоял спиной к машине, не сводя с нас глаз, но он почувствовал, что в машине что-то происходит, и слегка по¬ вернул голову. Он успел увидеть, как мертвец рассыпается. В какой-то момент мертвый палец Блэки от сотрясения нажал курок револьвера. Этого ничтожного движения оказалось до¬ статочно для выстрела. Из дула вырвалось пламя. Пуля попа¬ 395
ла Сонни Мотли в грудь, отбросив его на метр, и он рухнул на землю замертво... Есть предел человеческим силам. Есть предел возможно¬ сти человека выносить напряжение и страх. Все кончилось, и я почувствовал себя так, будто ничего и не было. Я ощущал только огромное облегчение, что все позади. — Это конец, правда?— тихо спросила Велда. — Да,— ответил я. Я взял ее за руку, и мы стали взбираться вверх по склону холма...
СОДЕРЖАНИЕ СУД-ЭТО Я 5 ТВАРЬ часть I 123 часть II . 209 ЗМЕЯ . 286
Литсратурно-художсственное издание СПИЛЛЕЙН МИККИ СУД-ЭТО Я Книга первая Сдано в набор 08.01.91. Подписано к печати 28.05.91. Формат 84 X 10871,. Гарнитура Т. Таймс. Печать офсетная. Усл.леч. л. 21,0. Уч.-изд. л. 23,1. Тираж 5000 экз. Заказ № 884. Малое предприятие «Аверс» г. Калининград, Моск, обл., ул. 50 лет ВЛКСМ, д. 2. Отпечатано с диапозитивов на Можайском полиграфкомбинате Комитета Российской Федерации по печати. 143200. г. Можайск, ул. Мира, 93.