На пути к великой победе. Советская дипломатия в 1941-1945 - Сиполс В.Я.

Автор: Сиполс В.Я.

Теги: история вторая мировая война

Год: 1985

Похожие

Встречными курсами: политика СССР и США на Балканах, Ближнем и Среднем Востоке в 1939–1947 гг

Западноберлинский транзит. Дипломатия "Холодной войны"

СССР и Япония на пути к войне. Дипломатическая история 1937-1945 гг

Гонка за врагом. Сталин, Трумен и капитуляция Японии

Текст

К 40-ЛЕТИЮ ПОБЕДЫ
СОВЕТСКОГО НАРОДА
В ВЕЛИКОМ

ОТЕЧЕСТВЕННОМ ВОИНЕ
1941—1945 гг,
«ДЛЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА ЭТА ВОЙНА
БЫЛА ОСВОБОДИТЕЛЬНОЙ, СПРАВЕДЛИВОЙ.
НАНЕСЯ СОКРУШИТЕЛЬНОЕ ПОРАЖЕНИЕ
ВРАГУ, СОВЕТСКИЙ НАРОД И ЕГО
ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ ПОД РУКОВОДСТВОМ
КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ отстояли
СВОБОДУ И НЕЗАВИСИМОСТЬ
СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РОДИНЫ,
ЗАЩИТИЛИ ДЕЛО ОКТЯБРЯ.

ОНИ ВНЕСЛИ РЕШАЮЩИЙ ВКЛАД В ПОБЕДУ
НАД ФАШИСТСКОЙ ГЕРМАНИЕЙ И ЕЕ
СОЮЗНИКАМИ, В ОСВОБОЖДЕНИЕ НАРОДОВ
ЕВРОПЫ ОТ ФАШИСТСКОГО РАБСТВА,
В СПАСЕНИЕ МИРОВОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ,
Ь ЧЕСТЬЮ ВЫПОЛНИЛИ СВОЙ
ПАТРИОТИЧЕСКИЙ И ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ
ДОЛГ. В ЭТОМ ИХ ВЕЛИЧАЙШАЯ ЗАСЛУГА
ПЕРЕД ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ».

Из постановления ЦК КПСС
«О 40-летии Победы советского народа
в Великой Отечественной войне
1941—1945 годов».
В.Я.СИПОЛС

На пути к великой
ПОБЕДЕ
Советская в

дипломатия
в 1941-1945 гг.

Москва

Издательство политической литературы
1985
63.3(2)722

С39

Сиполс В. Я.

С39 На пути к великой Победе: Советская диплома-
тия в 1941—1945 гг.— М.: Политиздат, 1985.—
495 с., ил.

В книге профессора В. Я. Сиполса раскрывается огромный
вклад советской дипломатии, руководимой Коммунистической
партией, в достижение Победы над фашистско-милитаристским
блоком. На богатом документальном материале показана роль
СССР в создании и укреплении антигитлеровской коалиции, со-
кращении сроков завершения войны, закреплении итогов
Победы, выработке основ справедливого послевоенного мирного
урегулирования.

Книга рассчитана на массового читателя.

0802010100—063

С 079(02)—85 220~85

63.3(2)722
9(С)27

Минуло 40 лет со времени Победы
советского народа в Великой Оте-
чественной войне 1941—1945 гг. Но
ее всемирно-историческое значе-
ние настолько громадно, что с го-
дами величие Победы не только
не меркнет, а предстает все более
ярко. Победа Советского Союза в
войне во многом определила раз-
витие мировых событий всего по-
слевоенного периода.

В постановлении ЦК КПСС
«О 40-летии Победы советского на-
рода в Великой Отечественной
войне 1941—1945 годов» конста-
тируется: «Нанеся сокрушитель-
ное поражение врагу, советский
народ и его Вооруженные Силы
под руководством Коммунистиче-
ской партии отстояли свободу и
независимость социалистической
Родины, защитили дело Октября.
Они внесли решающий вклад в по-
беду над фашистской Германией и
ее союзниками, в освобождение
народов Европы от фашистского
рабства, в спасение мировой циви-
лизации, с честью выполнили свой
патриотический и интернацио-
нальный долг. В этом их величай-
шая заслуга перед человечест-
вом»

С первого дня существования
Советского государства, с ленин-
ского Декрета о мире Коммунисти-
ческая партия и Советское прави-
тельетво считали и считают своей первостепенной зада-
чей обеспечение мира, благоприятных международных
условий для строительства социализма и коммунизма.
Социализм и мир неразделимы. Но недостаточно заяв-
лять о стремлении к сохранению мира. За него прихо-
дится бороться. В 30-е годы Советский Союз боролся
за предотвращение второй мировой войны. Когда она
все же разразилась, за восстановление мира приходи-
лось бороться уже с оружием в руках. Это была упор-
ная, тяжелая, кровопролитная борьба за Победу в
войне.

Настойчивую борьбу за мир Советский Союз продол-
жает и сегодня, когда наибольшей угрозой миру стал
безудержный рост агрессивности американского импе-
риализма. Соединенные Штаты Америки, добиваясь
военного превосходства над Советским Союзом, разра-
батывают всевозможные планы термоядерной войны,
ставя под смертельную угрозу все человечество. США
проводят политику диктата, шантажа, осуществляют
вооруженные интервенции в другие страны.

Как показал В. И. Ленин, виновник мировых войн —
империализм. Именно империализм породил как пер-
вую, так и вторую мировую войну. И та и другая на-
чалась как схватка между различными группировками
империалистических держав.

Но между первой и второй мировыми войнами была
и значительная разница. Вторая мировая война раз-
разилась в условиях, когда существовала Советская
страна. Наряду С острейшими межимпериалистически-
ми противоречиями теперь имелись еще более глубокие
противоречия, то есть противоречия между двумя систе-
мами — капиталистической и социалистической.

Это переплетение острейших противоречий в мире
характеризовало ту международную обстановку, в ко-
торой началась Великая Отечественная война советско-
го народа. Капиталистический мир еще с осени 1939 г«
был расколот на две находившиеся в смертельной во-
оруженной схватке группировки империалистических
держав. Блок фашистских агрессоров во главе с Гер-
манией, развязавший вторую мировую войну, совершил
в июне 1941 г. нападение и на Советский Союз. Участ-
ники этого блока, преследуя как захватнические, так и
классовые цели, стремились уничтожить страну социа-
лизма.

Другая группировка — Великобритания, США и их
союзники — оказалась заинтересована в сотрудничестве
с Советским Союзом, видя в этом единственную воз-
можность одержать верх над фашистским блоком. Это
имело для СССР огромное значение. Разумеется, готов-
ность таких империалистических держав, как Велико-
британия и США, к сотрудничеству с Советским Сою-
зом в тогдашних конкретных условиях вовсе не озна-
чала, что их правящие круги перестали испытывать по
отношению к СССР острейшую классовую ненависть
как к государству социалистическому. Поэтому для них
союз с СССР представлялся вынужденным. Тем не ме-
нее он был им в это время совершенно необходим.

Со своей стороны СССР делал все возможное для
сплочения, укрепления союза с Великобританией и
США, установления тесного военного и политического
сотрудничества с ними, чтобы приблизить день Победы.
Путь к великой Победе предстоял долгий, сложный и
трудный.

За последние годы опубликованы новые сборники
советских внешнеполитических документов. Это дает
возможность подробно раскрыть в данной книге дея-
тельность советской дипломатии в годы Великой Оте-
чественной войны, осветить последовательную борьбу
Коммунистической партии и Советского правительства
за создание и укрепление коалиции СССР, Великобри-
тании, США и других стран, воевавших против блока
фашистско-милитаристских агрессоров, стремление
Советского Союза к справедливому, демократическому
решению проблем послевоенного мирного 'Урегулирова-
ния. Вместе стем материалы этих сборников позволяют
показать те огромные трудности, которые Приходилось
преодолевать советской дипломатии в отношениях с Ве-
ликобританией и США, преследовавших в войне свои
империалистические цели.

; В. капиталистических странах изданы сотни книг по
международным Проблемам военных лет и продолжают
появляться все новые работы, в которых грубо фальси-
фицируется советская внешняя политика. Публикации
советских дипломатических документов помогают убеди-
тельно опровергнуть подобные фальсификации, восста-
новить историческую правду. Эти публикации, а также
критический анализ ставших доступными документов и
других материалов британского и американского прави-
тельств и деятелей обеих держав военных лет позволя-
ют раскрыть в книге также истинную суть политики
Великобритании, США и других капиталистических
стран в годы войны.
Глава

СОВЕТСКАЯ
ДИПЛОМАТИЯ
В НАЧАЛЕ
ВЕЛИКОЙ
ОТЕЧЕСТВЕННОЙ
ВОЙНЫ
На рассвете 22 июня 1941 г. фашистская Германия и
ее союзники (Италия, Финляндия, Румыния, Венгрия)
напали на Советский Союз,

СССР был поставлен перед испытанием, выдержать
которое ни одна другая страна не могла бы. Но совет-
ский народ под руководством Коммунистической пар-
тии героическим трудом за тот исторически кратчайший
срок, который отвела ему история с 1917 г., поднял эко-
номическую и оборонную мощь страны до такого уров-
ня, что Советское государство было в состоянии всту-
пить в единоборство с германо-фашистскими агрессо-
рами и их союзниками, одержать победу.

К лету 1941 г. во вторую мировую войну оказались
втянутыми уже многие страны, в том числе все великие
державы, за исключением Соединенных Штатов Аме-
рики.

Заранее развернув лихорадочную подготовку к вой-
не, германские агрессоры создали невиданную в исто-
рии военную машину, которая, как они считали, была
в состоянии сокрушить любого противника *. Для на-
падения на СССР вблизи его границ были сосредоточе-
ны 153 германские дивизии и 37 дивизий ее союзников
по агрессии (всего 190 дивизий) общей численностью
5,5 млн. человек. В распоряжении этих войск находи-
лось 47,2 тыс. орудий и минометов, около 4,3 тыс. тан-
ков и штурмовых орудий и около 5 тыс. боевых само-
летов 2.

Фашистские правители Германии стремились унич-
тожить первое в мире социалистическое государство,
ликвидировать советский общественно-политический
строй, захватить территорию нашей страны, лишить со-
ветский народ национальной самостоятельности, часть
населения CQCP истребить, а другую превратить в бес-
правных рабов немецкой «расы господ», завладеть
природными богатствами нашей страны. Это были цели
захватнические, реакционные.
В первой половине дня 22 июня состоялось заседа-
ние Политбюро ЦК партии. В связи с начавшейся вой-
ной был составлен и утвержден текст обращения к со-
вётскому народу. С этим обращением в 12 часов дня по
радио выступил заместитель Председателя Совета На-
родных Комиссаров и народный комиссар иностранных
дел СССР В. М. Молотов. Советский народ извещался
в нем о нападении со стороны Германии, а также о на-
лете самолетов и артиллерийском обстреле с румынской
и финляндской территории. В обращении подчеркива-
лось, что Красная Армия и весь советский народ под-
нимутся на Отечественную войну за нашу социалисти-
ческую Родину. Оно заканчивалось словами; «Наше
дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за
нами» 3.

Великая Отечественная война была борьбой за сво-
боду и независимость нашей Родины. Вместе с тем она
была войной революционной, войной в защиту нашего
социалистического строя, наших революционных завое-
ваний, а одновременно и составной частью мирового ре-
волюционного процесса.

29 июня 1941 г. ЦК ВКП(б) и СПК СССР издали
директиву, ставшую основным программным докумен-
том в условиях начавшейся войны. В директиве указы-
валось на необходимость сплотить весь народ вокруг
Коммунистической партии и Советского правительства
для самоотверженной поддержки Красной Армии, для
победы4. По решению Политбюро ЦК ВКП(б) 30 июня
был образован Государственный Комитет Обороны во
главе с И. В. Сталиным. В руках Государственного Ко-
митета Обороны сосредоточивалась в условиях войны
вся полнота власти в стране. Постановления его имели
силу законов военного времени.

Красная Армия представляла к июню 1941 г. мощ-
ную силу. В ней насчитывалось 5373 тыс. человек. На
вооружении армии состояло более 67 тыс. полевых ору-
дий и минометов, 1861 танк, более 2700 боевых само-’
летов новых типов. Кроме того, в войсках имелось много
бронетанковой и авиационной боевой техники уста-
ревших образцов. Была создана материально-техниче-
ская база, которая могла обеспечить массовое произ-
водство новой боевой техники и вооружения. В за-
падных пограничных районах СССР были размещены
170 дивизий и две бригады, в которых насчитыва-
лось 2680 тыс. человек, 37,5 тыс. орудий и мино-
метов, 1475 танков и 1540 боевых самолетов новых ти-
пов 5.

Однако противник имел в начале войны превосход-
ство в силах. На направлениях главных ударов враг
создал мощные ударные группировки, превосходившие
по силе противостоящие им советские войска. Поэтому
Красная Армия оказалась в начале войны в трудном
положении. В соответствии с планом «Барбаросса» гер-
манские войска развернули наступление в трех главных
направлениях — на Москву, Ленинград и Киев.

Постепенно все же становился очевидным тот прин-
ципиальный просчет, который допустили фашистские
правители Германии, принимая решение о войне про-
тив Советского Союза. Ослепленные антикоммунизмом,
они проявили полное непонимание сути и характера
строя, господствующего в Советском Союзе, величай-
ших возможностей социалистического государства. Они
недооценили мощь советской экономики, основанной на
социалистическом способе производства, силу социали-
стической идеологии, морально-политического единства
советского народа, нерушимой дружбы народов СССР,
могущество Советских Вооруженных Сил. Армиям гит-
леровской Германии и ее сообщников противостояла
материальная и моральная сила советского народа, еди-
ного и сплоченного, руководимого партией Ленина. Все
это с исторической неизбежностью предрешало дальней-
ший ход войны6,
Задачи
советской
внешней
политики

По мере развития военных действий постепенно ста-
новилось очевидным, что фашистским агрессорам, не-
смотря на достигнутые ими в начале войны успехи, не
удалось сломить волю советского народа, героической
Красной Армии к сопротивлению. Напротив, отпор со-
ветских войск врагу нарастал с каждым днем.

В условиях начавшейся войны иск-
лючительно важные задачи ложились
и на советскую внешнюю политику.
Основным содержанием дипломатит
ческой деятельности Советского госу-

дарства стало обеспечение благоприятных международ-
ных условий для успешного отпора фашистским агрес-
сорам, быстрейшего изгнания их с советской земли и
окончательного разгрома.

Главной конкретной задачей советской дипломатии
было объединение всех сил, противостоящих блрку фа-
шистских агрессоров: создание коалиции СССР, Велико-
британии, США и других стран, готовых к сотрудниче-
ству в войне. ”

3 июля в выступлении по радио И. В. Сталин зая-
вил: «В этой освободительной войне мы не будем оди-
нокими. В этой великой войне мы будем иметь верных
союзников в лице народов Европы и Америки... Наша
война за свободу нашего отечества сольется с борьбой
народов Европы и Америки за их независимость...» 7

Прежде всего советская дипломатия должна была
позаботиться о том, чтобы установить союзные отноше-
ния со странами, уже воевавшими с Германией и Ита-
лией. В первую очередь речь шла о сотрудничестве в
войне с Англией. Значение этого сотрудничества было в
то время прежде всего политическим, так как военные
действия между Великобританией и Германией велись
в основном только на море и в воздухе. Непосредствен-
ного сухопутного фронта между ними не существовало.
СССР был заинтересован в заключении с Англией проч-
ного союза в войне, в активизации ею боевых действий
против Германии, особенно в открытии в Западной Ев-
ропе второго фронта.

Хотя США пока не участвовали в войне, американ-
ское правительство неоднократно заявляло, что оно за-
интересовано в поражении нацистской Германии и в
победе Великобритании. Между США и Англией уста-
новилось тесное сотрудничество. Нарастающим потоком
в Великобританию шли американские военные материа-
лы. Советский Союз также стремился к установлению с
США возможно тесного сотрудничества.

Советское правительство исходило из того, что общая
заинтересованность СССР, Великобритании и США в
разгроме блока агрессоров создавала объективную осно-
ву для их сотрудничества. В случае объединения сил
трех держав их перспективы в войне значительно бы
улучшились, их тесное эффективное сотрудничество
приблизило бы окончание войны.

Процесс складывания антигитлеровской коалиции
не был простым и единовременным актом. Общие поли-
тические цели Советского Союза в войне принципиально
отличались от целей, которые преследовали Велико-
британия и США. СССР как государство социалистиче-
ское имел в войне освободительные, справедливые,
прогрессивные цели. Великобритания и Соединенные
Штаты как державы империалистические, естественно,
преследовали и в войне свои империалистические цели.
Они хотели не только пресечь агрессию, но и ослабить•
своих империалистических конкурентов — Германию,
Японию и Италию, установить в послевоенном мире
господствующее положение США и Великобритании.
Британские и американские реакционные правящие
круги рассчитывали на серьезное ослабление в войне
и Советского Союза. В борьбе за создание коалиции
советской дипломатии приходилось преодолевать упор-
ное сопротивление весьма влиятельных кругов в за-
падных странах, которые не желали сотрудничества
с СССР.

Исключительно важным для Советского Союза был
вопрос о позиции Японии. В условиях войны с фашист-
ской Германией и ее европейскими союзниками напа-
дение одновременно и со стороны милитаристской Япо-
нии еще больше осложнило бы и так крайне тяжелое
положение Советского Союза. В этих условиях перед
советской дипломатией стояла задача сделать макси-
мум возможного для предотвращения нападения со
стороны Японии. Задача эта была исключительно слож-
ной, так как в правящих кругах Японии большим влия-
нием пользовались сторонники войны с СССР.

Немалая опасность существовала и у южных границ
Советской страны. Нацистской Германии удалось уста-
новить к лету 1941 г. тесные контакты с правящими
кругами Турции, Ирана и Афганистана. Приходилось
считаться с тем, что эти страны, особенно Турция, так-
же могли оказаться союзниками фашистской Германии
в войне против СССР. Советская дипломатия была при-
звана предотвратить такое развитие событий. Более
того, постараться привлечь эти страны к сотрудничеству
с СССР, Великобританией и другими государствами, ко-
торые вели борьбу против блока фашистских агрес-
соров.

Советский народ был заинтересован также в боевом
содружестве с народами оккупированных фашистскими
агрессорами стран. Излагая позицию Коммунистической
партии и Советского правительства, И. В. Сталин зая-
вил в речи по радио 3 июля, что целью СССР в Отечест-
венной войне является «не только ликвидация опасно-
сти, нависшей над нашей страной, но и помощь всем
народам Европы, стонущим под игом германского фа-
шизма» 8.
..................—‘—s Правящие круги Великобритании,
Л03’14’1,?.США и других западных стран счи-

Вс» л икооритан ии y °

и США тали, что нападение фашистской 1 ер-

в отношении мании на СССР отвечало их интере-
СССР сам. Но расстановка сил в мире ока-

залась не той, о которой мечтали до войны британские
и французские мюнхенцы. Они стремились спрово-
цировать войну между Германией и Советским Сою-
зом в условиях, когда они сами могли бы остаться в
стороне, в положении «третьего радующегося». Но эти
их авантюристические планы провалились. Франция
потерпела военное поражение, национальную ката-
строфу, Пока Германия не напала на СССР, в Лон-
доне опасались, что в недалеком будущем вся мощь
германской военной машины может быть брошена про-
тив как самой Англии, так и ее колониальной империи.
А соотношение сил было далеко не в пользу Британской
империи. К тому же Англия осталась фактически без
союзников, в то время как против ее колониальных вла-
дений наряду с силами Германии могли обрушиться
силы также других участников блока фашистских
агрессоров — Италии и Японии. Таким образом, если бы
не нападение Германии на СССР, то Британская импе-
рия оказалась бы в предельно опасном положении.

Но и после нападения Германии на СССР особого
успокоения в Лондоне не наступило, так как там рас-
считывали лишь на временную передышку. Британский
посол в СССР Ст. Криппс, только что возвратившийся
из Лондона, где он ознакомился со взглядами Черчил-
ля и других британских политических деятелей, гово-
рил 27 июня в беседе с американским послом в Москве:
«Было бы ужасно, если бы русские капитулировали.
В таком случае в сентябре была бы предпринята попыт-
ка вторжения в Британию» 9.

В Лондоне рассматривали даже вопрос о том, не
придется ли британскому правительству перебраться в
Канаду. Но в Великобритании тем не менее сразу же
почувствовали облегчение. Непосредственная опасность
вторжения немецких войск перестала существовать.
В Лондоне был вывешен огромный флаг: «Спокойные
ночи! Спасибо за них России!» Настоятель Кентербе-
рийского собора X. Джонсон заявил, что, «защищая Мо-
скву, Россия защищает Лондон».

В правящих кругах Великобритании фактически все
придерживались единого мнения, что для разгрома
СССР германскому рейху потребуется времени, во вся-
ком случае, не больше, чем для разгрома Франции. Но
Лондон был объективно заинтересован в том, чтобы
агония Советского Союза по возможности затянулась,
а германские войска были отвлечены от Британской им-
перии как можно дольше и понесли серьезные потери.
Получив возможность уделять меньше внимания защи-
те самой Великобритании, английское правительство во
главе с У. Черчиллем намечало в своих военно-страте-
гических планах сделать теперь упор на обеспечение
британских имперских интересов.

Политика Великобритании по отношению к СССР,
разумеется, также была составной частью ее империа-
листической политики. Классовая вражда реакционных
британских правящих кругов к Советскому Союзу как
государству социалистическому продолжала существо-
вать. Но межимпериалистические противоречия достиг-
ли такой остроты, что на карту было поставлено само
существование Британской империи, и «британский
лев» решил попытаться ухватиться на время хотя бы
за советскую, как считали в Лондоне, «соломинку».

Еще с начала 1941 г. Черчилль Стал получать по
различным каналам сведения о подготовке Германии к
нападению на СССР и с нетерпением ожидал этого
дня. Более того, не просто ожидал, а старался при-
близить этот день. В то же время, несмотря на лю-
тую классовую ненависть к Советскому государству,
Черчилль в Середине июня пришел к окончательному
заключению, что в случае нападения Германии на СССР
он выступит за сотрудничество с ним10. 15 июня бри-
танский премьер "информировал об этом президента
США Ф. Рузвельта й пойучил заверения, что он под-
держит заявление Черчилля, приветствующее Россию
как союзника п.

Узнав 22 июня о вторжении германских войск на
территорию СССР, Черчилль вечером того же дня вы-
ступил по радио с речью, посвященной этому событию.
«За ’ последние двадцать пять лет,— сказал он,— не
было более последовательного противника коммунизма,
чем я. Я не возьму обратно ни одного слова, которое я
сказал о нем». Таким образом, он прежде всего под-
черкнул, что его классовое отношение как представите-
ля британского империализма к Советскому государст-
ву отнюдь не изменилось. Но далее Черчилль заявил,
что любое государство, которое борется против Герма-
нии, получит английскую помощь. Отсюда следует, ска-
зал он, что британское правительство окажет Совет-
скому Союзу «экономическую и техническую помощь,
которая в наших возможностях и которая может быть
ему полезна». Черчилль отметил, что нападение Герма-
нии на СССР укрепит решимость и возможности Вели-
кобритании. После уничтожения русской державы Гит-
лер намерен бросить свои главные силы против Ан-
глии, вторгнуться на Британские острова. Он надеется,
что сможет снова уничтожить своих врагов поодиночке.
«Поэтому опасность, угрожающая России,—это опас--
ность, грозящая нам и Соединенным Штатам... Усвоим
же уроки, уже преподанные нам столь горьким опытом.
Удвоим свои усилия и будем бороться сообща» 12.

Для СССР это было, бесспорно, важное заявление,
так как оно означало, что Великобритания не собира-
лась идти на сепаратный мир и сделку с Германией, от-
носительно чего уже некоторое время зондировали поч-
вугерманские эмиссары (заместитель главаря герман-
ских фашистов Р. Гесс и др.), а намерена сотрудничать
с Советским Союзом в борьбе против общего смертель-
ного врага. Однако высказывания Черчилля относи-
тельно характера этого сотрудничества были крайне
сдержанными. Британский премьер ставил вопрос не
о политическом и военном союзе в войне, не об уста-
новлении тесного военного сотрудничества с целью
скорейшего разгрома фашистских агрессоров, но лишь
о готовности поставлять Советскому Союзу какое-то ко-
личество военных и других материалов, необходимых
ему в войне.

Ознакомившись с заявлением У. Черчилля, еще в
тот же день, 22 июня, нарком иностранных дел СССР
отправил послу в Лондоне И. М. Майскому телеграмму,
в которой излагал принципиальную позицию Советско-
го правительства относительно помощи СССР и Англии
друг другу: «Понятно, что Советское правительство не
захочет принять помощь Англии без компенсации, и
оно в свою очередь готово будет оказать помощь Ан-
глии» 13.

Нельзя не отметить, что среди британских консерва-
торов было немало людей, классовая ненависть которых
к Советскому Союзу предопределяла их политику даже
в условиях, когда судьба Англии зависела от способно-
сти СССР противостоять агрессорам. Но в создавшейся
крайне опасной для Англии обстановке верх взял курс,
за который выступали У. Черчилль, А. Иден, газетный
«король» У. Бивербрук и ряд других британских деяте-
лей. Так, Бивербрук считал, что союз с Советской Рос-
сией — спасение для Великобритании 14.

Поскольку США в то время еще не находились в со-
стоянии войны и угрожавшая им опасность не была
столь острой, разногласия по вопросу об отношении к
СССР среди кругов, определявших политику американ-
ского империализма, оказались более существенными.
Характерен меморандум государственного департамен-
та США от 21 июня, в котором изложен сложившийся к
этому времени курс политики Соединенных Штатов по
отношению к СССР в случае нападения на него Гер-
мании:

«Мы не должны делать предложений Советскому
Союзу или давать советы, если Советский Союз не об-
ратится к нам...

Если Советское правительство прямо обратится к
нам с просьбой о помощи, нам следует, насколько это
будет возможно, без ущерба для нашей помощи Вели-
кобритании и жертвам агрессии и не нанося серьезного
урона нашим усилиям по обеспечению нашей готов-
ности, ослабить ограничения на экспорт в Советский
Союз, даже разрешив ему получать такие военные по-
ставки, в которых он может испытывать острую необ-
ходимость и которыми мы можем себе позволить поде-
литься...

Мы не должны принимать обязательств относитель-
но нашей возможной политики в будущем в отношении
Советского Союза или России. В особенности мы не
должны принимать на себя обязательств, которые мог-
ли бы создать впечатление, что мы действовали бы не
в духе доброй воли, если бы позже мы отказались при-
знать Советское правительство в изгнании или переста-
ли признавать советского посла в Вашингтоне в каче-
стве дипломатического представителя России в том слу-
чае, если Советский Союз был бы побежден и Советско-
му правительству пришлось бы покинуть страну» 15.

Таким образом, госдепартамент США считал воз-
можным в какой-то степени, хотя и весьма ограничен-
ной, поддержать СССР, ибо его борьба ослабляла бы
наиболее опасного потенциального военного противни-
ка Соединенных Штатов. Но весь документ был проник-
нут духом ненависти к Советскому государству. Госде-
партамент, подавляющее большинство сотрудников ко-
торого придерживались крайне реакционных, антисовет-
ских взглядов, уже пел ему отходную.

Американский историк X. Де Сантис, подробно изу-
чивший архивы госдепартамента, констатирует, что
большинство его чиновников ввиду «классовых пред-
убеждений» были настроены по отношению к СССР
крайне враждебно. Они были готовы «терпеть фашист-
ские правительства Италии и Германии». Но «револю-
ционная советская идеология» рассматривалась ими как
отрицание всего, что для них свято16.

Что же касается президента США Ф. Рузвельта, то
он, стараясь где и как только возможно поддерживать
Англию «на плаву», был готов солидаризироваться с
мнением Черчилля, что для нее имело бы важное зна-
чение продление агонии СССР, оттяжка его похорон.
Поэтому он решил поддержать позицию Черчилля в
отношении Советского Союза.

Вечером 22 июня советский посол в США
К. А. Уманский телеграфировал в Москву о позиции
Рузвельта: «Перспектива победы немцев для него не-
приемлема, ибо угрожает Англии и в конечном счете
планам США, перспектива же нашей «слишком» сокру-
шительной победы и влияние на всю Европу его пуга-
ет с классовых позиций. Весь Рузвельт и его политика
состоят сейчас из зигзагов между этими противоречия-
ми. А запасы классовой ненависти к нам в США очень
велики» 17.

23 июня заместитель государственного секретаря
США С. Уэллес сделал заявление о позиции американ-
ского правительства. Нападение Германии на СССР ха-
рактеризовалось в нем как новое доказательство ее
стремления к мировому господству. По мнению прави-
тельства Соединенных Штатов, говорилось в заявле-
нии, «любое сопротивление гитлеризму, любое сплоче-
ние сил, выступающих против гитлеризма, из какого бы
источника эти силы ни исходили, ускорит неизбежное
падение нынешних германских лидеров и тем самым
будет способствовать нашей собственной обороне и бе-
зопасности. Гитлеровские армии являются сегодня
главной опасностью для американского континента».
Одновременно правительство США, так же как и Чер-
чилль, сочло необходимым проявить в этом заявлении
свое отрицательное отношение к коммунизму, «комму-
нистической диктатуре» 18. На следующий день Ф. Руз-
вельт, делая шаг вперед, заявил о готовности США со-
трудничать с СССР 19.

Аналогичные взгляды получили отражение и в аме-
риканской печати. 26 июня «Нью-Йорк тайме» писала:
«Не должно быть сомнений относительно того, что бы-
страя и полная победа Гитлера в России была бы вели-
чайшей катастрофой для Англии и Америки. Она дала
бы ему возможность противостоять британской блокаде,
обеспечить на годы нефть и продовольствие, создать в
России вассальный режим, завладеть Индией и нефте-
носными районами Ближнего Востока, заключить союз
с Японией для захвата Китая и создания угрозы Сое-
диненным Штатам со стороны обоих океанов».

Военный министр США Г. Стимсон также писал,
что нападение Германии на СССР, облегчающее поло-
жение Соединенных Штатов, это «дар неба»20. Он счи-
тал необходимым использовать полученную передышку
для расширения помощи Британии и осуществления
американской программы перевооружения.

Приведенные заявления правительств Великобрита-
нии и США означали, что они были заинтересованы в
определенном сотрудничестве с СССР, поскольку все
три державы оказались перед лицом общего опасного
врага — фашистской Германии. Но в то же время они
недвусмысленно свидетельствовали о том, что правящие
круги этих держав считали необходимым даже в этих
заявлениях очередной раз напомнить о своей классовой
ненависти к коммунизму, подчеркнуть, что речь идет
о сотрудничестве необычном, вынужденном, И действи-
тельно, положение не имело аналогов в истории: импе-
риалистические державы — Великобритания и США
шли на сотрудничество с Советским Союзом, государст-
вом социалистическим, чтобы таким путем укрепить
свои позиции в противоборстве с другой империалисти-
ческой группировкой. Разумеется, они понимали, что
тем самым облегчают положение столь ненавистного им
Советского государства. Но у них не было другой воз-
можности.

Немало американских и британских деятелей в сво-
их высказываниях не скрывало надежд на то, что в вой-
не между Германией и СССР будут обескровлены обе
стороны, в результате чего США и Британская импе-
рия получат возможность сохранить и даже упрочить
свои мировые позиции. Широко известно заявление
американского сенатора Г. Трумэна (будущего прези-
дента): «Если мы увидим, что выигрывает Германия,
то нам следует помогать России, а если выигрывать бу-
дет Россия, то нам следует помогать Германии, и, та-
ким образом, пусть они убивают как можно больше,
хотя я не хочу победы Гитлера ни при каких обстоя-
тельствах»21. Член палаты представителей США
Р. Вудрафф заявил 24 июня, что, чем больше ущерба
нацисты и русские нанесут друг другу, тем лучше22.
Подобные взгляды имели в США широкое распростра-
нение 23. Некоторые британские политики также выра-
жали мнение, что лучшим исходом было бы взаимное
истощение Германии и СССР, в результате чего Вели-
кобритания могла бы занять господствующее положе-
ние в Европе24.

Бывший американский посол в СССР Дж. Дэвис
констатировал в те дни, что в США имеются даже зна-
чительные группы людей, «ненавидящих Советы до та-
кой степени, что они желают победы Гитлера над Рос-
сией» 25.
В таком же антисоветском духе публиковали статьи
американские и английские реакционные газеты. В них
по-прежнему появлялись враждебные, клеветнические
в отношении СССР материалы.

Классовая ненависть к Советскому Союзу сказалась
и на тех прогнозах, которые делались в Лондоне и Ва-
шингтоне об исходе войны между Германией и СССР
В заключениях британского Объединенного разведыва-
тельного комитета, представленных правительству 9 и
14 июня, предсказывалось, что для захвата Украины и
Москвы Германии потребуется от трех до шести не-
дель, после чего наступит полный крах Советского
Союза26. Начальник имперского генерального штаба
Дж. Дилл полагал, что с русскими будет покончено
в течение шести-семи недель27. Он высказывал мнение,
что немцы пройдут через СССР, «как горячий нож че-
рез масло» 28.

Характерно также заявление британского посла в
Москве Ст. Криппса, сделанное им на заседании бри-
танского военного кабинета: «Россия не устоит перед
Германией дольше трех или четырех недель. К концу
этого периода враг может оказаться в Ленинграде, Мо-
скве и Киеве». Единственное, на что надеялся
Криппс,— это отход какой-то части русских войск в Си-
бирь, где они «имели бы неплохие шансы удержать-
ся» 29.

Лидеры лейбористской партии лорд-хранитель печа-
ти К. Эттли и министр труда Э. Бевин, как и другие-
члены правительства, разделяли пессимистические
взгляды Ст. Криппса. Они, как и консерваторы, зани-
мали по отношению к СССР далеко не благожелатель-
ную позицию30.

Такие же предсказания делались и в США. Аме-,
риканские военные органы полагали,, что гитлеровцам?
понадобится для разгрома СССР минимальный срою
23 июня военный министр США Г, Стимсон рекомендо^ 24

24
вал Ф. Рузвельту исходить из предположения, что нем-
цы будут основательно заняты войной против Совет-
ского Союза «минимум один и максимум три месяца».
Таких же взглядов придерживался морской министр
Ф. Нокс, считавший, что Германии потребуется для
разгрома России от шести недель до двух месяцев31.

В этом плане показательно и сообщение американ-
ского посла в Москве Л. Штейнгардта о его беседе с
Ст. Криппсом:

Криппс. Я не исключаю возможность, что Москва
падет в пределах 60 дней.

Штейнгардт. Я считаю, что это может произойти го-
раздо раньше.

Криппс. Необходимо подготовиться к эвакуации из
Москвы32.

Американский историк У. Макнейлл констатировал,
что «американцы почти единодушно ожидали быстрой
победы Германии» и говетско-германская война «при-
ветствовалась главным образом как отвлечение герман-
ских сил от Британских островов» 33.

В официальном Вашингтоне иного мнения придер-
живался чуть ли не один Дж. Дэвис, уверенный в обо-
роноспособности СССР и необходимости для США со-
трудничать с ним. Он писал 7 июля: 1. У США нет
иной альтернативы, помимо установления такого со-
трудничества. 2. Советский Союз и его армия, несмотря
на неудачи первых дней войны, располагают всеми
возможностями преодолеть вызванные вероломным на-
падением трудности и нанести военное поражение вер-
махту 34.

Заявления Уэллеса и Рузвельта не давали действи-
тельно четкого представления о позиции правитель-
ства США в связи с нападением Германии на СССР.
Поэтому 26 июня советскому послу в Вашингтоне
К. А. Уманскому было дано указание посетить Ф. Руз-
вельта, государственного секретаря К. Хэлла или
С. У эллеса и «запросить, каково отношение американ-
ского правительства к этой войне и к СССР»35.

В тот же день советский посол посетил исполняю-
щего обязанности государственного секретаря С. Уэл-
леса и задал ему вопрос об официальной позиции аме-
риканского правительства в связи с германским напа-
дением на СССР, а также о его позиции по вопросу о
будущем советско-американских отношений. Уэллес за-
явил, что «американское правительство считает СССР
жертвой неспровоцированной, ничем не оправданной
агрессии». Отпор советского народа агрессии «соответ-
ствует историческим интересам Соединенных Штатов
Америки». Поэтому правительство США заверяет, что
оно «готово оказать этой борьбе всю посильную под-
держку в пределах, определяемых производственными
возможностями США и его наиболее неотложными нуж-
дами» 36.

Решительно выступали за сацре тесное сотрудниче-
ство с Советским Союзом в борьбе против фашистских
агрессоров британские и американские трудящиеся.
Они исходили из того, что сотрудничество с СССР в
войне против фашистских агрессоров будет соответст-
вовать их национальным интересам. Курс трудящихся
двух стран на сотрудничество с Советским Союзом был
также проявлением пролетарского интернационализма.
В отличие от правящих кругов своих стран они выража-
ли уверенность, что Советский Союз не будет разбит, а
остановит шествие фашистских агрессоров к мировому
господству.

В капиталистических странах выработка внешнепо-
литического курса является исключительной прерога-
тивой правящих кругов, но в тот момент правитель-
ства Англии и США не могли не учитывать в какой-то
степени и позицию народных масс.

Таким образом, поскольку фашистские агрессоры
ставили своей целью установление мирового господст-
Советско-
английское
соглашение
(12 июля
1941 г.)

ва, Великобритания и США были заинтересованы в со-
трудничестве с Советским Союзом. Классовые сообра-
жения в их политике по отношению к СССР отошли в
то время как бы на второй план. Но они продолжали
существовать и по-прежнему постоянно сказывались на
позиции обеих держав.

Советский Союз придавал важней-
шее значение сплочению сил всех
стран, противостоявших германской
агрессии. Разумеется, Коммунисти-
ческая партия и Советское прави-
тельство ни на минуту не забывали,

что Великобритания и США — это державы империа-
листические, что их правящие круги с первого дня су-
ществования Советского социалистического государства
относились к нему с крайней враждебностью, вына-
шивали планы его уничтожения. Не надеясь на какие-
либо симпатии с их стороны, в Советском Союзе учиты-
вали заинтересованность Англии и США в данных кон-
кретных условиях в сотрудничестве с СССР, в сов-
местном отпоре угрожавшему их мировым позициям
германскому империализму. Советский Союз также был
готов к сотрудничеству с Великобританией и США.
В. И. Ленин писал, что Советской власти не следует
отказываться «от военных соглашений с одной из им-
периалистских коалиций против другой» в таких слу-
чаях, когда это могло бы укрепить положение Совет-
ской страны37. И Советское правительство развернуло
энергичную деятельность в целях установления в вой-
не всестороннего взаимовыгодного сотрудничества с
Великобританией и США, чтобы скорее остановить на-
тиск агрессоров, нанести им поражение.

Развитие отношений между тремя державами во
многом зависело от событий на советско-германском
фронте. После нападения Германии на СССР он стал
основным фронтом второй мировой войны. Боевые дей-
ствия, происходившие в некоторых других районах
мира, имели по сравнению с ним даже не второстепен-
ный, а третьестепенный характер. Развитие событий на
советско-германском фронте сказывалось на всей вто-
рой мировой войне.

Поскольку США пока не были втянуты в войну,
перед Советским Союзом в то время стоял прежде все-
го вопрос об объединении усилий в войне с Велико-
британией. Во время встречи с А. Иденом 26 июня
И. М. Майский подчеркнул важность создания боль-
шей степени взаимопонимания между СССР и Англией
в условиях, когда обе страны сражались против общего
врага38.

Советская инициатива не была поддержана британ-
ским правительством. В тот же день британский ми-
нистр иностранных дел телеграфировал посольству в
Москве: «Я думаю, что мы должны действовать макси-
мально осмотрительно... В Великобритании глубоко
укрепилась неприязнь к коммунизму. Не может быть
ничего более неприятного, чем распространение за гра-
ницей впечатления, что в стремлении к улучшению анг-
ло-русского взаимопонимания правительство его вели-
чества. склонно популяризировать коммунистические
убеждения, к которым оно в действительности относит-
ся резко враждебно» 39.

Британская империалистическая реакция, считая
себя вынужденной согласиться на сотрудничество с
СССР, проявляла заинтересованность в том, чтобы это
сотрудничество приносило пользу прежде всего Велико-
британии, а не Советскому Союзу. Она не желала та-
кого исхода событий, когда в случае разгрома фашист-
ского рейха среди победителей наряду с Британской
империей мог бы оказаться в качестве мощной, влия-
тельной силы и Советский Союз. Поэтому британское
правительство стремилось уклониться от каких-либо
обязательств перед СССР. Оно хотело иметь свободу
рук для того, чтобы, как только у Англии отпадет край-
няя необходимость в сотрудничестве с Советским Сою-
зом, она могла порвать с ним и, более того, снова стать
на путь борьбы против СССР.

Но положение Великобритании было настолько ос-
лаблено и опасно, что она не могла диктовать Совет-
скому Союзу свои условия сотрудничества. В Лондоне
волей-неволей оказались вынуждены учитывать и по-
зицию Советского правительства.

27 июня Молотов сообщил Криппсу, что при обсуж-
дении Советским правительством отношений с Велико-
британией возник вопрос, «каковы будут масштабы и
размеры помощи, которую могут оказать страны друг
другу». Поскольку британский посол уклонился от от-
вета, нарком прямо поставил вопрос, «в каких мас-
штабах обе страны будут оказывать друг другу по-
мощь: будет ли эта помощь малой, средней или боль-
шой». В соответствии с позицией британского прави-
тельства Криппс в конце концов заявил, что «военное
сотрудничество... должно свестись к обмену военным
опытом и военной информацией». Говорил он также о
возможности поставок в СССР некоторого количества
каучука и олова. Что касается промышленной продук-
ции (то есть военной техники), то Криппс сказал, что
«промышленность Англии работает на свою оборону».
Таким образом, британское правительство сводило всю
помощь Англии и СССР друг другу всего лишь к обме-
ну информацией, то есть к разговорам.

Нарком поставил также вопрос о том, что «необхо-
димо обусловить взаимную помощь каким-то соглаше-
нием на определенной политической базе, на которой
было бы возможно осуществить военное и политическое
сближение между обеими странами». Однако британ-
ский посол заявил, что для политического соглашения
«время еще не созрело» 40. -
В телеграмме в Лондон Криппс обобщал свои вы-
сказывания в этой беседе по вопросу О политическом
соглашении следующим образом: «Мы не предполагаем
заключать на данном этапе какого-либо политического
соглашения. Мы полагаем, что политической основой
является совместная война против Гитлера, но если
это — реальная основа для военного и экономического
сотрудничества, то она недостаточна для политическо-
го соглашения. Наши новые отношения существуют
только с прошлого воскресенья, и лучше подождать,
пока мы не привыкнем доверять друг другу в течение
какого-то периода военного и экономического сотрудни-
чества, прежде чем попытаться придать нашим полити-
ческим отношениям форму письменного соглашения.
Я полагаю, что это последует когда-то в будущем, напри-
мер, на мирной конференции, если мы окажемся по-
бедителями». Криппс рекомендовал своему правитель-
ству «оставаться в этом вопросе абсолютно твердым» 41.

Такие высказывания английского посла, отражав-
шие позицию официального Лондона, свидетельствова-
ли о том, что британские правящие круги были далеки
от мысли о действительно тесном сотрудничестве в
войне с первым в мире социалистическим государст-
вом.

8 июля И. В. Сталин в беседе с Ст. Криппсом сно-
ва вернулся к советскому предложению о заключении
соглашения. Он отметил, что «у Советского правитель-
ства создалось плохое впечатление в связи с непонят-
ной позицией, занятой английским правительством. Со-'
ветскому правительству кажется, что Великобритания
не хочет связывать себя с Советским Союзом каким-ли-
бо соглашением». Криппс признал, что пока англичане
действительно не хотят заключать соглашения. В Анг-
лии и США, сказал он, существуют группировки, ко-
торые надо убедить в необходимости сотрудничества
между СССР и Англией.
Глава Советского правительства сообщил, что ой
имеет в виду соглашение из двух пунктов:

«1. Англия и СССР обязываются оказывать друг
другу вооруженную помощь в войне с Германией.

2. Обе стороны обязываются не заключать сепарат-
ного мира».

Сталин подчеркнул, что длительное сотрудничество
будет возможно только тогда, если обе стороны «бу-
дут связаны пактом о взаимопомощи». До сих пор он
«не видит какого-либо сотрудничества между обеими
странами. Пока это только разговоры о сотрудниче-
стве» 42.

Повторное предложение СССР, исходившее на этот
раз от главы Советского правительства, возымело свое
действие. В телеграмме в Лондон об этой беседе Криппс
рекомендовал принять советское предложение. Он ука-
зал и причину изменения его взглядов, раскрывая тем
самым, что именно беспокоило англичан больше всего,
ибо могло бы поставить их перед катастрофой. Криппс
отмечал, что англо-советское соглашение «связало бы
русских обязательством продолжать свое сопротивле-
ние» 43.

Аналогичным образом оценивал ситуацию и Чер-
чилль: «Если бы русские могли удержать фронт и про-
должать военные действия, во всяком случае до наступ-
ления зимы, то это принесло бы нам неоценимую поль-
зу. Преждевременное подписание Россией мира было бы
ужасным разочарованием» 44.

На заседании британского военного кабинета 9 июля
все были единого мнения, что необходимо принять со-
ветское предложение. Дискуссия развернулась лишь по
вопросу о том, какую форму должен иметь этот двусто-
ронний документ: будет ли это обмен нотами, деклара-
ция, соглашение или официальный договор о взаимной
помощи? Сочли, что обмена нотами недостаточно, а за-
ключепиедоговора — слишком много. В конце концов
было решено предложить опубликовать совместную де-
кларацию, а для большей «убедительности» передать
соответствующее предложение главе Советского прави-
тельства в форме послания Черчилля45.

10 июля У. Черчилль сообщил И. В. Сталину о при-
нятии в принципе советского предложения, но при этом
свел дело лишь к опубликованию декларации двух пра-
вительств46. Криппс передал главе Советского прави-
тельства проект такой декларации. Сталин сразу же
предложил ряд поправок, с тем чтобы документ имел
форму не декларации, а соглашения47. Английское пра-
вительство в конце концов сочло необходимым согла-
ситься.

В результате 12 июля в Москве было подписано Со-
глашение о совместных действиях Союза ССР и Вели-
кобритании в войне против Германии. Соглашение гла-
сило:

«1. Оба правительства взаимно обязуются оказывать
друг другу помощь и поддержку всякого рода в настоя-
щей войне против гитлеровской Германии.

2. Они далее обязуются, что в продолжение этой
войны они не будут ни вести переговоров, ни заключать
перемирия или мирного договора, кроме как с обоюдно-
го согласия».

Соглашение вступало в силу с момента подписа-
ния 48.

Британское правительство придавало соглашению
все же ограниченное значение. Особенно показательна
шифртелеграмма, посланная Форин оффисом в день его
подписания британским дипломатическим представите-
лям в Испании, Португалии, Швеции и Швейцарии:
«В декларации содержится не больше чем констатация
существующего военного сотрудничества против общего
врага и наша решимость продолжать войну до конца.
Она не означает изменения нашего отношения, как
-разъяснено и речи премьер-министра по радио, к ком-
мунистической системе»49.

Хотя это соглашение действительно носило довольно
общий характер и не содержало ни согласованной по-
зиции обеих сторон по связанным с войной основным по-
литическим вопросам, ни конкретных Обязательств обе-
их сторон о совместных действиях в войне, оно все же
имело большое принципиальное значение. Соглашение
закладывало фундамент союзнических отношений меж-
ду СССР и Англией, стало одним из краеугольных кам-
ней союза государств, воевавших против фашистского
блока. •1

В то же время эти первые контакты между двумя
правительствами свидетельствовали о том, что правя-
щие круги Англии, в том числе и Черчилль, нё стреми-
лись к установлению с СССР действительно всесторон-
него политического, военного и экономического сотруд-
ничества в совместной войне против фашистских аг-
рессоров. Вносить сколько-нибудь серьезный вклад в
разгром Германии британское правительство пока не
собиралось, перекладывая всю тяжесть борьбы с ней на
Советский Союз.

Само оно считало необходимым заняться прежде все-
го проблемами защиты Британской империи, ее разбро-
санных по всему миру колониальных владений, миро-
вых позиций британского империализма. Об этом на-
глядно свидетельствовали директивы, направленные
14 июля британским военным руководством главе анг-
лийской военной миссии в СССР генералу Ф. Макфар-
лану. Касаясь сообщения последнего, что, по мнению
русских, Великобритания не делает в войне всего, что
в ее силах, в этих директивах указывалось, что русские
«должны спасаться сами». Никаких серьезных военных
акций, которые облегчили бы положение Советского
Союза, Англия, мол, не в состоянии предпринять. Ее
стратегия заключается в том, чтобы добиваться ослаб-

В. Я. Сиполс

33
ления Германии воздушными, морскими и экономиче-
скими средствами. Главное же в этой стратегии своди?-
лось к тому, что Англия будет стремиться к сохранению
своих позиций на Ближнем, Среднем и Дальнем Во-
стоке 50.

Великобритания располагала к этому времени до-
вольно крупными вооруженными силами, в том числе и
сухопутными. Но они были размещены в основном в
стратегических центрах Британской империи во всем
мире, и сосредоточивать их для эффективного сотрудни-
чества с Советским Союзом в целях скорейшего раз-
грома гитлеровской Германии британское правитель-
ство не собиралось.

Вместе с тем Черчилль признавал, что русский
фронт «стал решающим» и, пока германские войска
заняты на этом фронте, «вторжение в Англию невоз-
можно» 51.

Советский Союз, ведя войну с гитле-
гИГопк°нса°еКВУ ровской Германией, на военную ма-

шину которой работала промышлен-
ность почти всей капиталистической Европы, естествен-
но, был заинтересован в том, чтобы добавить к тем
военным материалам, которые производила его собствен-
ная промышленность, кое-что также из той военной тех-
ники, которая производилась в других странах, проти-
востоящих блоку фашистских агрессоров. Объективно
такие возможности имелись. Промышленность США пе-
рестраивалась на военные нужды. Вместе с тем амери-
канское правительство проявляло заинтересованность в
ослаблении своих потенциальных противников, воюя
пока чужими руками. Для того чтобы другие страны
могли нанести блоку агрессоров больше ущерба, пра-
вительство США было готово предоставить им некото-
рое количество военных материалов. Часть правящих
кругов США (Ф. Рузвельт, Г. Гопкинс и др.) отчетливо
понимала, что наибольший урон в тогдашних условиях
мог нанести Германии именно Советский Союз. Поэто-
му американское правительство склонялось к мнению о
желательности определенного сотрудничества с СССР,
в том числе, возможно, поставок ему со временем не-
которых военных материалов.

Однако, как уже говорилось, немалым влиянием сре-
ди правящих кругов США пользовались лица, продол-
жавшие по классовым соображениям выступать про-
тив какого-либо сотрудничества с СССР, тем более про-
тив поставок ему военной техники. Кроме того, в Ва-
шингтоне господствовало мнение о бессмысленности
поставок Советскому Союзу, так как, мол, он за счи-
танные недели потерпит крах, в связи с чем эти воен-
ные материалы попадут в руки гитлеровцев.

В таких условиях те меры, которые сочло возмож-
ным принять правительство США и о которых Уэллес
сообщил Уманскому 26 июня, носили на первых порах
только формально-юридический характер.

Примерно таким же образом обстояло дело и с со-
ветско-английским материально-техническим сотрудни-
чеством.

27 июня в Москву прибыли английские военная
и экономическая миссии. Генеральный штаб Красной
Армии передал главе британской военной миссии ге-
нералу Ф. Макфарлану заявку на поставку истребите-
лей, бомбардировщиков, зенитных орудий и некоторых
других военных материалов52. Но 3 июля начальники
штабов трех видов вооруженных сил Великобритании
послали Макфарлану телеграмму: «Мы не можем
поставить запрошенные современные истребители и
бомбардировщики, так как предпринимаемые интен-
сивные операции поглощают всю нашу продукцию...
Мы не можем поставить легкие зенитные орудия»53.
Таким образом, поставлять нужные СССР военные ма-
териалы в Лондоне не намеревались.
.8 июля 1941 г,, в Лондон прилетела советская воен*
на» миссия во главе с заместителем начальника Гене-
рального штаба Красной Армии генералом Ф. И. Голи-
ковым. На следующий день он был принят А. Иденом^
От имени .правительства СССР Голиков заявил о твер-
дой решимости советского народа вести войну до побе-
ды над врагом54. Глава советской военной миссии пе-
редал британским военным органам списки заказов на
военные материалы, но договориться о сколько-нибудь
крупных поставках он не смог.

Примерно такое , же положение с закупками Совет-
ским Союзом военных материалов складывалось и в
США. 29 июня нарком иностранных дел СССР имел
беседу с американским послом в Москве Л. Штейигард-
том, во время которой встал, в частности, вопрос об аме-
риканских поставках. Посол спросил, читал ли нарком
упомянутое выше заявление Рузвельта. Молотов отве-
тил, что это заявление не очень ясно и, согласно ему,
США могут поставлять Советскому Союзу лишь ботин-
ки и носки. Учитывая заявление Уэллеса, СССР теперь
ставит вопрос о поставках оборудования и вооруже-
ния5^

30 июня Уманский передал Уэллесу заявку на не-
обходимые СССР поставки — самолеты, зенитные ору-
дия,, а также оборудование для авиационных и других
военных заводов56.

10 июля К. А. Уманский был принят Ф. Рузвельтом.
Касаясь положения на советско-германском фронте,
президент отметил, что немцы, безусловно, не ожидали
такого сопротивления, их «расписание» опрокинуто.
Красная Армия борется с исключительным мужеством,
отвагой и умением. В ходе беседы советский посол под-*
черкнул, что для ускорения победы над Германией и
сокращения лишений и жертв «нужно крепкое, еогла*
сованное сотрудничество между всеми антигитлеров-
скими силами». Рузвельт обещалчто ответ относитель^
но поставок вооружения будет дан не позже чем через
два дня6?. ..... 11 ‘

13 июля состоялась беседа К. А. Уманского с Г. Гоп-
кинсом. Сообщая о ней в Москву, посол отмечал, что
Гопкинс— «наиболее близкий лично к Рузвельту по-
литический деятель США, являющийся главным упол-
номоченным Рузвельта по вопросам снабжения Англии,
Китая... а теперь и нас». Однако конкретного ответа
на советскую заявку он не дал 58.

По поручению Рузвельта с советским послом начал
переговоры также министр торговли США Дж. Джонс.
Он выразил согласие американского правительства пре-
доставить Советскому Союзу займы Для кредитования
поставок. Вместе с тем он поднял вопрос об ответных
поставках из СССР марганца, хромовой руды и других
стратегических товаров 59. Советское правительство сра-
зу же сообщило послу, что оно согласно на заключение
соглашения о поставках в США марганца, хромовой
руды, льна и других товаров, которые СССР обычно
экспортирует60.

25 июля в США прибыла советская военная миссия
во главе с Ф. И. Голиковым. Вместе с К. А. Уманским
он посетил многих крупных американских деятелей,
заверяя их в том, что СССР в состоянии продолжать
сражаться, и настаивая на выполнении обещаний аме-
риканского правительства о поставках Советскому
Союзу. Вскоре же они убедились, что многие амери-
канские деятели продолжали саботировать поставки
Советскому Союзу, в том числе и военный министр
Г. Стимсон. После беседы с ним 29 июля К. А. Уман-
ский телеграфировал в Москву: «...Надо прямо сказать,
что встреча выявила то враждебное отношение к нам
военного министра и его аппарата, которое мы чувст-
вуем буквально с первого дня войны»61.

Усилия советских представителей никаких резуль-
татов пока не давали. Рузвельт констатировал на засе-
Дании американского правительства, что с начала вои-
ны в России прошло почти шесть недель, а «мы прак-
тически ничего не сделали для поставки каких-либо ма-
териалов, о которых они просили. Откровенно говоря,
русские чувствуют, что в Соединенных Штатах их водят
за нос»62.

Однако прошли все провозглашенные Гитлером сро-
ки победы в «блицкриге» против Советского Союза.
СССР на деле показал, что в состоянии дать отпор аг-
рессорам и не собирается капитулировать. 28 июля
британский Объединенный разведывательный комитет
впервые в своем очередном заключении сделал вывод,
что в ближайшем будущем полного краха СССР не бу-
дет63. Комитет основывался, в частности, на данных,
полученных им в результате перехвата и расшифровки
передававшихся по радио телеграмм германских воен-
ных органов при помощи быстродействующей электро-
механической вычислительной машины «Энигма». Они
свидетельствовали о серьезных трудностях, с которыми
встретились германские войска в результате упорного
сопротивления Красной Армии 64.

С этого времени правительства Англии и США на-
чали более серьезно рассматривать вопрос о поставках
Советскому Союзу.

Существенную роль в решении этого вопроса сыграл
визит в СССР в конце июля 1941 г. Г. Гопкинса. Он
прибыл незадолго до этого в Лондон, чтобы обсудить
с Черчиллем планы дальнейшего сотрудничества в
борьбе против Германии. Они пришли к выводу, что
судьба Англии и всей войны зависит прежде всего от
того, «как скоро потерпят крах русские»65. В таких
условиях Гопкинс решил, что прежде всего необходи-
мо выяснить этот вопрос. Рузвельт поддержал его ини-
циативу о полете в Москву и направил Гопкинсу пос-
лание, которое он от имени президента США должен
был передать Сталину.
"В связи с поездкой Г. Гопкинса в Москву
К. А. Уманский и Ф. И. Голиков телеграфировали
И. В. Сталину, что считают необходимым подытожить
те трудности, которые обнаружились в переговорах с
американцами. «Вопросы решаются невероятно медлен-
но,— писали они,— без учета темпов и размаха вой-
ны... Поныне, ровно через месяц после вручения нашей
вооруженческой заявки, мы не имеем ответа на нее...»
В телеграмме отмечалось, что каждый практический во-
прос решается «с невыносимыми проволочками», при
сопротивлении военного министерства и госдепартамен-
та. «Обещание Гопкинса о том, что возглавляемый им
лично аппарат генерала Бэрнса будет решать вопросы
сам, минуя обычные инстанции, не выполнено» 66.

Прибыв в Москву, Гопкинс информировал амери-
канского посла Л. Штейнгардта, что «главная цель его
приезда — определить, действительно ли положение
столь катастрофично, как его рисуют в военном мини-
стерстве и в особенности как явствует из телеграмм
военного атташе майора Айвена Итона»67.

30 июля состоялась первая беседа Сталина с Гоп-
кинсом, который отметил, что приехал как личный
представитель Рузвельта, но в США занимается вопро-
сами поставок по ленд-лизу. Гопкинс сообщил, что
президент просил его передать, что он восхищен борь-
бой Советского Союза и успехами его армии. Рузвельт
уверен в победе Советского Союза и готов оказать ему
всяческую помощь. Президент считает Гитлера врагом
всего мира.

Сталин выразил согласие с этой оценкой Гитлера.
Он подчеркнул, что, по мнению Советского правитель-
ства, «группировка Гитлера, как антисоциальный эле-
мент, должна быть уничтожена». «...Как бы ни были
отличны один от другого режимы соседних госу-
дарств,— сказал глава Советского правительства,— эти
государства все же должны жить одно возле другого и
сотрудничать в хозяйственной и других областях. Для
того чтобы при разности режимов можно было осуще-
ствить сотрудничество между соседними странами, не-
обходим минимум морали, необходимо соблюдать свя-
тость подписанных между государствами договоров, ре-
гулирующих их отношения, на чем основаны их со-
трудничество и их сосуществование. Без этих условий
сосуществование государств немыслимо. Характерной
же чертой Гитлера является отсутствие этого миниму-
ма морали...»68

На следующий день глава Советского правительства
подробно информировал *Гопкинса о положении на
фронте, сообщил о количестве дивизий, которыми рас-
полагает СССР, о количестве и качестве имеющихся и
строящихся ежемесячно танков и самолетов. Он отме-
тил, что для поставок лучше всего использовать Архан-
гельск, который при помощи ледоколов можно держать
открытым всю зиму. Путь через Владивосток опасен,
так как в любой момент может быть отрезан Японией.
Пропускная способность железнодорожной линии и
грунтовых дорог в, Иране недостаточна.

Повторив свое заявление о готовности США и Анг-
лии отправлять в СССР военные материалы, Гопкинс,
однако, заметил, что эти материалы «надо еще изго-
товить», причем даже имеющееся в наличии снаря-
жение, по всей вероятности, не поступит на советский
фронт в оставшееся до наступления плохой погоды
время. Гопкинс подчеркнул, что между тремя прави-
тельствами должно сначала состояться совещание, на
котором исчерпывающим образом будут совместно
изучены относительные стратегические интересы каж-
дого фронта, а также интересы каждой из трех стран.
По совещание не может состояться до того, пока не бу-
дет известен исход сражений на советско-германском
фронте. «На этом и основывалось мое предложение о
том,— писал Гопкинс после беседы,— чтобы совещание
состоялось возможно позже. Тогда мы знали бы, буйет
ли существовать какой-нибудь фройт, а также где при-
близительно будет проходить линия фронта в предстоя-
щие зимние месяцы».

Гопкинс предлагал созвать конференцию в первой
половине октября.

Сталин ответил, что он будет приветствовать созыв
в Москве этого совещания, и выразил глубокую уверен-
ность в том, что германское наступление удастся оста-
новить. «Он считает,— сообщал Гопкинс Рузвельту,—
что Германия недооценила силу русской армии и те-
перь не имеет на всем фронте достаточно войск, чтобы
вести успешную наступательную войну и одновременно
охранять растянувшиеся коммуникации... Он считает,
что немцам самим придется перейти к обороне... Он по-
лагает, что моральное состояние его собственных войск
исключительно высоко...» 69

Все увиденное Гопкинсом в Советском Союзе, а так-
же его беседы со Сталиным и другими советскими го-
сударственными деятелями произвели на него огромное
впечатление. Он сообщал в Вашингтон: «Я очень уве-
рен в отношении этого фронта... Моральное состояние
населения исключительно высокое. Здесь существует
безусловная решимость победить» 70.

После этой беседы нарком иностранных дел телегра-
фировал Уманскому, что Сталин предложил Гопкинсу,
чтобы инициатива американского правительства в лице
Джонса о предоставлении Советскому Союзу кредита
или займа была зафиксирована в виде официального
соглашения между СССР и США и чтобы такое согла-
шение было подписано возможно скоро. Гопкинс под-
держал это предложение. «Наша установка состоит в
том,— телеграфировал нарком,— чтобы добиться под-
писания такого соглашения о кредите или займе, так
как после такого соглашения всем стало бы ясно, что
единый фронт СССР, США и Англии стал реальным
фактом. Приложите усилия, чтобы добиться такого со-
глашения» 71.

Однако правительство США не согласилось подпи-
сать такое соглашение.

К этому времени Рузвельт и некоторые другие
американские деятели уже начинали делать более оп-
тимистические оценки в отношении того, как долго
сможет продержаться Советский Союз. Они не исклю-
чали того, что СССР не будет разгромлен до 1 октяб-
ря, после чего, по их мнению, обстановка на фронте
стабилизируется до весны следующего года. Но они все
же не были и уверены в том, что СССР выстоит. По-
этому американцы и англичане предлагали провести
совещание о поставках только после окончания летне-
осенней кампании.

Таким образом, хотя в Лондоне и Вашингтоне были
заинтересованы в том, чтобы СССР продолжал сражать-
ся, так как он воевал также и за интересы Великобри-
тании и США, сами эти державы фактически никакой
поддержки Советскому Союзу не оказывали, ограничи-
ваясь лишь словесными обещаниями.

Присоединение
СССР

к Атлантической
хартии

С 9 по 12 августа в бухте Арджен-
тин (остров Ньюфаундленд) состоя-
лась встреча Черчилля и Рузвельта.
Они намеревались согласовать на
ней свои планы с учетом коренных

изменений в расстановке сил в мире, в частности в свя-
зи с нападением Германии на Советский Союз.

По окончании встречи 14 августа была опубликова-
на декларация, получившая название Атлантической
хартии. Президент США и премьер-министр Велико-
британии заявляли в ней, что их страны не стремятся
к территориальным или другим приобретениям; уважа-
ют право всех народов избирать форму правления, при
которой они хотят жить; стремятся к восстановлению
суверенных прав и самоуправления тех’народов, кото-
рые были лишены этого насильственным путем; при-
знают право всех стран иметь на равных основаниях
доступ к торговле и к мировым сырьевым источникам;
поощряют экономическое сотрудничество между всеми
странами; выражают надежду на установление после
войны такого мира, который даст возможность всем
странам жить в безопасности; считают необходимым от-
каз от применения силы и избавление народов от бре-
мени вооружения 72.

Таким образом, эта хартия состояла из ряда обще-
демократических принципов. Рузвельт и Черчилль при-
давали ей прежде всего пропагандистское значение. Ра-
зумеется, она не раскрывала истинных целей американ-
ского и британского правительств в войне, носивших
империалистический характер. Напротив, она была
призвана замаскировать их.

Касаясь подобных заявлений деятелей США, Анг-
лии и других империалистических держав, В. И. Ленин
говорил, что «все эти речи о свободе, независимости и
демократии — одно лицемерие» 73.

В ходе англо-американской встречи обсуждались и
действительные, то есть империалистические, цели Ве-
ликобритании и США в войне. При этом выявились и
определенные различия в позициях Великобритании и
Соединенных Штатов Америки. Так, в Вашингтоне, в
отличие от Лондона, не считали возможным удовлет-
вориться «миром, заключенным в результате перегово-
ров», как и «миром без победы, вытекающим из исто-
щения воюющих сторон»74. Американское правитель-
ство хотело продиктовать побежденным империалисти-
ческим конкурентам максимально жесткие условия.
В результате встречи англичане пришли к выводу, что
США будут стремиться играть главную роль при реше-
нии вопросов послевоенного мирного урегулирования.
Британское правительство понимало, что «Великобри-
тания будет не в состоянии отклонить такую претен-
зию^ '

, Правда, Рузвельт был все же готов в какой-то сте-
пени допустить Великобританию к участию в управле-
нии послевоенным миром, но только ее одну. Излагая
свою позицию, он говорил, что в первое послевоенное
время в. мире должны распоряжаться созданные США
и Великобританией «полицейские силы». Только впо-
следствии может быть создана международная органи-
зация с участием других государств76. Недооценивая
способность СССР к отпору фашистским агрессорам, в
США не относили его и К числу стран, которые будут
принимать участие в решении послевоенных проблем.

24 августа нарком иностранных дел телеграфировал
советскому послу в Лондоне: «Что касается декларации
Черчилля — Рузвельта, то мы не можем просто при-
соединиться к ней хотя бы потому, что она подготав-
ливалась и опубликована без всякой предварительной
информации и без учета мнения СССР, несущего теперь
всю тяжесть войны с гитлеризмом... Наши товарищи
страшно раздражены тем, что СССР хотят превратить в
бесплатное приложение других держав». В то же время
в телеграмме сообщалось, что пет возражений против
принципов декларации, хотя было бы лучше, если бы
декларация содержала более решительные требования
против гитлеровской Германий77.

Через два, дня Майский информировал Идена, что
Советское правительство не возражает против принци-
пов декларации. Но методы ее подготовки и опублико-
вания создали впечатление, «будто бы Англия и США
воображают себя всемогущим господом богом, который
призван судить весь остальной грешный мир, <в том чис-
ле ц мою страну. На такой базе союз нельзя будет
укрепить» 78.

< s В сентябре в Лондоне была созвана международная
конференция для согласования Атлантической хартии
с союзниками Англии в войне. В конфёренцййНйрШйма-
ли участие представители СССР, ^Великобритании,
Бельгии, Чехословакии, Греции, Польши, Нидерландов,
Норвегии, Югославии, Люксембурга й движения «Сво-
бодная Франция».

Советский представитель на конференции
И. М. Майский огласил на ней декларацию Советского
правительства, в которой было выражено согласие с ос-
новными положениями хартии, а также изложена его
принципиальная позиция по важнейшим актуальным
вопросам. В деклараций прежде всего выделялось са-
мое главное: «Задача всех народов й всех государств,
вынужденных вести навязанную им войну против гит-
леровской Германии и ее союзнйков, состоит в том, что-
бы добиться скорейшего и решительного разгрома аг-
рессоров, мобилизовать и отдать для наиболее полного
решения этой задачи все свои силы, все свои средства,
определить наиболее эффективные способы и методы
осуществления этой цели. Эта задача объединяет в
данный момент наши страны...»

В декларации говорилось о Стремлении Советского
Союза к установлению в послевоенном мире отношений
сотрудничества и дружбы между государствами. Осо-
бенно подчёркивалась важность соблюдения принципа
самоопределения наций. Исходя из этого принципа,
указывалось в декларации, Советский Союз отстаивает
право каждого народа на государственную независи-
мость и территориальную неприкосновенность своей
страны, право устанавливать такой общественный
строй и избирать такую форму правления, Какие он счи-
тает целесообразными и необходимыми 7Э.

Одобрили'Атлантическую хартию, хотя и с некото-
рыми оговорками, представители также и других пере-
численных стран.

Именно присоединение СССР к хартии придало ей
принципиальное политическое значение. Объяснялось
Московская
конференция
о военных
поставках

это тем, Это в отличие от США и Великобритании Со-
ветский Союз был действительно преисполнен стремле-
ния претворить в жизнь содержащиеся в ней общеде-
мократические положения.

Атлантическая хартия стала первым документом, в
котором СССР, США и Великобритания совместно пуб-
лично провозгласили цели борьбы против фашистских
агрессоров. Это было важным шагом вперед в их спло-
чении в общей борьбе.

Присоединение СССР к Атлантической хартии со-
действовало созданию более благоприятной обстановки
и для рассмотрения некоторых конкретных вопросов
отношений Советского Союза с Великобританией и
США, в том числе вопроса о взаимных поставках воен-
ных и других материалов.

’ Отпор Красной Армии наступлению
германских войск постоянно нарас-
тал. Германская военная машина то
и дело начинала буксовать.

Особое значение враг придавал не-
центральном участке фронта — на Мо-

скву. Но в результате развернувшегося в июле — сен-
тябре 1941 г. Смоленского сражения по немецким пла-
нам «блицкрига» был нанесен серьезный удар. На-
ступление германских войск на Москву застопорилось.
Не имели успеха также германские планы захвата Ле-
нинграда. Город был окружещ но не сдавался, продол-
жая героическое сопротивление. Агрессоры сосредото-
чили крупные силы для захвата Украины с ее богатыми
природными ресурсами. Советские войска оказывали
героическое сопротивление, но сил и средств у них не
хватало. 19 сентября они оставили Киев. Но упорные
бои на Украине продолжались.

Советский народ давал агрессорам такой отпор, что
те круги в Великобритании и США, которые ранее пред-

на
рекали гибель Советской страны в кратчайшие сроки,
рассматривали происходящее как русское «чудо»80.

В Лондоне и Вашингтоне были заинтересованы в
том, чтобы СССР и дальше продолжал оказывать со-
противление гитлеровской Германии. В британской
официальной истории второй мировой войны указыва-
ется, что положение России было настолько отчаянным;'
а значение для Великобритании ее сопротивления
«столь велико, что стало необходимым как-то обод-
рить ее»81.

Британское и американское правительства дали
согласие на поездку в Москву в конце сентября 1941 г.
их представителей для обсуждения вопроса о поставках
военных материалов. Английским представителем был
назначен лорд Бивербрук.

При обсуждении директив Бивербруку Черчилль и
британские военные круги выступали против поставок
Советскому Союзу. Бивербрук был за поставки, считая,
что продолжение советскими войсками сопротивления
может оказаться для Великобритании единственным
спасением. В конце концов Черчилль пошел на некото-
рые уступки, но при условии, что поставки Советскому
Союзу будут производиться «почти исключительно за
счет американских ресурсов». При этом он подчерки-
вал, что будет по этим вопросам «совершенно непрек-
лонным» 82. В директивах, которые 21 сентября Чер-
чилль дал Бивербруку, прежде всего указывалось, что
он должен «всячески поддерживать решимость Рос-
сии продолжать сопротивление» 83. Хотя признавалось,
что возможные поставки весьма ограниченны, в Лондо-
не считали полезным «не скупиться на обещания» 84,
особенно на более отдаленное будущее.

Американское правительство, готовясь к конферен-
ции, исходило из того, что война между Соединенными
Штатами и Германией неизбежна. Оно считало, что
для США гораздо выгоднее поставлять СССР военные
материалы, с тем чтобы советские войска подрывали си-
лу Германии; чем оказаться перед опасностью того, что
в случае разгрома Советского Союза Англия и СШ А дол-
жны будут вести войну с фашистским блоком факти-
чески без надежд на окончательную победу. В США
сторонники осуществления поставок Советскому Сою-
зу доказывали, что он «воюет вместо нас и за нас». Гоп-
кинс считал поставки «выгодной инвестицией» 85. Руз-
вельт исходил из того, что поставки Советскому Союзу
были бы «в корыстных интересах самих американцев».
Он руководствовался тем, что США заинтересованы
«удержать русских в войне» 86.

Вместе с тем в США и Англии по-прежнему было
немало деятелей, резко выступавших против сотрудни-
чества с СССР, поставок ему каких-либо военных мате-
риалов.

Для обсуждения вопроса о взаимных поставках в
Москве с 29 сентября по 1 октября 1941 г. состоялась
конференция представителей трех держав. Для уча-
стия в ней прибыли министр снабжения британского
правительства лорд Бивербрук и американский пред-
ставитель А. Гарриман, занимавшийся американскими
поставками по ленд-лизу Великобритании. С советской
стороны в переговорах приняли участие И. В. Сталин и
В. М. Молотов.

Во время переговоров Сталин снова, как и в беседе
с Гопкинсом, сделал обстоятельный обзор положения
на советско-германском фронте. Это опровергает, в ча-
стности, широко распространенное в работах англо-
американских историков утверждение, будто правитель-
ства Англии и США получали об этом недостаточно
информации. Сталин отметил, что положение Красной
Армии осложняется тем, что германские войска имеют
превосходство в количестве самолетов и особенно тан-
ков, без которых немецкая пехота по сравнению с рус-
ской слаба. Переходя к вон росу*’о поставках, глава Со-
ветского правительства сообщил, что больше всего
СССР нуждается в танках, но ему нужны также проти-
вотанковые орудия, средние бомбардировщики, истре-
бители и разведывательные самолеты, зенитные орудия,
броня, колючая проволока и некоторые другие материа-
лы 87. Гарриман признал затребованное Советским Сою-
зом количество поставок «умеренным»88.

Советские представители предложили подписать в
результате конференции официальный протокол о по-
ставках. Однако оказалось, что Гарриман и Бивербрук
были уполномочены только на ведение переговоров, ио
не имели прав брать какие-либо официальные обяза-
тельства и подписывать от имени американского и бри-
танского правительств какие-либо соглашения о постав-
ках. В конце концов они согласились подписать «про-
токол конференции», в котором были бы изложены ито-
ги переговоров. Они дали согласие записать, что США
и Англия разрешат Советскому Союзу закупать указан-
ные в протоколе материалы, но твердых обязательств
об осуществлении поставок не брали.

В протоколе конференции представителей трех дер-
жав, подписанном 1 октября 1941 г., говорилось, что
она «пришла к единодушному решению о снабжении
Советского Союза Великобританией и Соединенными
Штатами Америки, каковое снабжение будет разреше-
но к поставке в производственных центрах Великобрита-
нии и США, начиная с октября 1941 года до конца июня
1942 года». Указывалось также, что Великобритания
и США окажут помощь в транспортировке и доставке
этих материалов в СССР. В протоколе содержался
список основных поставок: ежемесячно 100 бомбарди-
ровщиков и 300 истребителей, 500 танков (не более
половины из них —легкие), зенитные орудия, противо-
танковые орудия, автомашины, полевые телефонные
аппараты, алюминий, олово, свинец и некоторые дру-
гие виды вооружения и материалов. По ряду советских
заявок на поставки представители США и Англии еде?
лали оговорки, что вопрос будет дополнительно изучен
в Вашингтоне и Лондоне. Кроме того, в конце прото-
кола содержалась оговорка © том, что «в случае из-
менений в военном положении и перенесения тяжести
обороны на другие театры военных действий заинтере-
сованные три государства посовещаются между собой
и решат относительно внесения необходимых поправок
в настоящее соглашение». Советское правительство со
своей стороны заявило о готовности осуществлять от-
ветные поставки различных товаров89.

Это было первое соглашение трех держав о реаль-
ном сотрудничестве. Но формулировки протокола были
весьма расплывчатыми. Впоследствии Гарриман писал:
«Я разъяснил Сталину, что поставка материалов, пере-
численных в протоколе, не была твердым обязательст-
вом, но что мы приложим все усилия, чтобы поста-
вить их» 90.

Выступая на заключительном заседании конферен-
ции, В. М. Молотов заявил, что «происходящее на на-
ших глазах объединение усилий таких великих держав,
как Соединенные Штаты Америки, Великобритания и
Советский Союз, во многом предрешает конечный ус-
пех нашей борьбы с гитлеровцами...» 91.

От имени британской и американской делегаций вы-
ступил А. Гарриман. Он отметил, что США и Англия
дали согласие на поставки Советскому Союзу, сражаю-
щемуся с державами оси. В то же время он конста-
тировал, что Советское правительство со своей стороны
осуществляет крупные поставки сырьевых материалов,
в которых США и Англия испытывают неотложную
нужду и которые значительно помогут производству в
шах вооружения 92.

На Московской конференции были приняты важные
решения о сотрудничестве трех держав в борьбе против
общего врага. Правда, активные действия против гер-
манских войск вел только Советский Союз. В таких ус-
ловиях США И Англия изъявили готовность внести не-
который вклад в снабжение советских войск танками,
самолетами и другими материалами. Однако эти по-
ставки могли иметь практическое значение лишь сле-
дующей весной. Кроме того, намеченные поставки со-
ставляли лишь очень небольшой процент той военной
техники, которой снабжала фронт советская промыш-
ленность. Самым трудным временем для Советского
Союза были лето и осень 1941 г., но почти никаких
поставок из США и Англии он в то время еще не по-
лучал. Советские войска похоронили планы немецко-
фашистского «блицкрига» против СССР исключительно
советским оружием.

Закупка Советским Союзом военных материалов в
США осложнялась, в частности, и тем, что не была
урегулирована ее финансовая сторона. Сначала СССР
осуществлял свои закупки за счет вкладов, которые он
имел в американских банках. Затем Советское прави-
тельство начало отправку в США для оплаты поставок
золота93. Таким образом, все закупки СССР в первое
время осуществлялись за наличный расчет.

Между тем другим странам, которые вели воору-
женную борьбу против фашистских агрессоров, США
поставляли военные материалы в кредит на основе за-
кона от 11 марта 1941 г. о ленд-лизе, то есть закона о
передаче взаймы или в аренду военных и других мате-
риалов любой стране, если ее «оборона против агрессии
жизненно важна для обороны Соединенных Штатов» 94.

10 октября палата представителей американского
конгресса 328 голосами против 67 одобрила новый за-
конопроект об ассигнованиях на поставки другим стра-
нам, согласно которому ленд-лиз мог быть распростра-
нен на СССР 95.

США предоставили Советскому Союзу беспроцент-
ный заем в 1 млрд, долларов для финансирования
поставок. Выражая в послании президенту США благо-
дарность за предоставление этого займа, Сталин одно-
временно писал, что Советское правительство готово
сделать все необходимое, чтобы поставлять США те то-
вары и сырье, которые имеются в его распоряжении и
в которых могут нуждаться Соединенные Штаты96.
Рузвельт издал распоряжение о том, что условия про-
токола Московской конференции о взаимных поставках
начнут осуществляться с 1 января 1942 г. Дало согла-
сие осуществлять поставки Советскому Союзу на основе
ленд-лиза и британское правительство.

Поставки военной техники и других необходимых
для ведения войны материалов становились Основной
формой конкретного сотрудничества США и Велико-
британии с Советским Союзом в войне.

Вопрос
об открытии
второго фронта

Еще первая^ мировая война наглядно
показала, что Германия, несмотря на
ее огромный военно-экономический
потенциал, не в состоянии выиграть

войну на два фронта. Готовясь к новой мировой войне,
гитлеровцы, учитывая горький опыт поражения в
1918 г., исходили из того, что они должны избежать но-
вой войны на два фронта, ибо иначе Германия может
потерпеть еще одну национальную катастрофу.

Это означало, что лучшим путем скорейшего разгро-
ма Германии было создание против нее двух мощных
фронтов — на Востоке и на Западе. После нападения
фашистской Германии на Советский Союз она оказалась
в состоянии войны и на Востоке, и на Западе. Фактиче-
ски же война шла только на одном фронте — советско-
германском. СССР вел героическую войну против гитле-
ровской Германии и ее союзников, по существу* в оди-
ночку.

* Поскольку в Лондоне преобладало Мнение, что Со-
ветский Союз может не выдержать натиска агрессоров,
в связи с чем была бы предрешена и судьба Велико-
британии., перед английскими государственными деяте-
лями, естественно, вставал вопрос о том, не следует ли
активизировать действия на Западе для отвлечения ча-
сти германских войск с восточного фронта.

Такой позиции придерживался, например, левый
лейборист Э. Беван. Выступая 24 июня в палате об-
щин, он поставил вопрос о необходимости открыть в
ближайшем же будущем второй фронт в Европе97.
Считал необходимым открыть второй фронт и член во-
енного кабинета, министр снабжения лорд Бивербрук.
В беседе с советским послом в Лондоне И. М. Май-
ским 27 июня он перечислил ряд военных мер, которые
англичане, по его мнению, могли бы принять для ослаб-
ления нажима гитлеровской Германии на восточном
фронте: Англия могла бы усилить бомбардировки За-
падной Германии и Северной Франции; она могла бы
направить часть своего флота в район Мурманска и
Петсамо для морских операций против немцев; имеется
также возможность «крупных рейдов на северный
французский берег, то есть временного захвата таких
пунктов, как Шербур, Гавр и тому подобное» 9А Во
время этой встречи впервые в беседах советских и анг-
лийских представителей была выдвинута идея высадт
ки британских войск во Франции.

Советское правительство, естественно, проявило
большой интерес к упомянутым Бивербруком мерам,
так как их осуществление могло хоть в какой-то сте-t
пени облегчить положение на советско-германском
фронте. Оно начало, активно добиваться более эффек-
тивного участия Англии в войне против общего врага —
фашистской Германии.

29 июня В. М. Молотов заявил Ст. Криппсу, что
«все предложения Бивербрука Советское правительст-
во считает правильными и актуальными». Кроме дру-
гих мер желательны десанты ла побережье Франции99.
30 июня И. М. Майский поднял этот вопрос в беседе
с А. Иденом, который пообещал в тот же день по-
ставить его на заседании правительства 10°. Как сви-
детельствует протокол заседания военного кабинета
Англии, состоявшегося в этот день, Иден действитель-
но кратко информировал его о беседах с советским
послом, но поставленный им главный вопрос обо-
шел молчанием10*. По-видимому, Черчилль, заняв по
этому вопросу отрицательную позицию, решил утаивать
советское обращение от других членов военного каби-
нета.

На следующий же день английское правительство
телеграфировало Криппсу, что Англия не в состоянии
оказать СССР какую-либо военную помощь102. Во время
очередной встречи с Молотовым 2 июля Криппс скрыл
этот отрицательный ответ. Он снова заверял наркома в
общих словах, как это раньше публично сделал Чер-
чилль, что Англия готова-де оказать СССР возможную
поддержку103. Британская дипломатия считала такие
жесты «моральной поддержкой» Советского Союза в
войне.

18 июля, то есть после подписания советско-англий-
ского соглашения о совместных действиях в войне про-
тив Германии, Сталин поставил вопрос о втором фрон-
те в послании Черчиллю. Он констатировал, что Со-
ветский Союз и Англия «стали боевыми союзниками в
борьбе с гитлеровской Германией». Военное положение
СССР, равно как и Англии, констатировал глава Совет-
ского правительства, «было бы значительно улучшено,
если бы был создан фронт против Гитлера на Западе
(Северная Франция) и на Севере (Арктика).

Фронт на севере Франции не только мог бы оття-
нуть силы Гитлера с Востока, но и сделал бы невозмож-
ным вторжение Гитлера в Англию... Легче всего соз-
дать такой фронт именно теперь, когда силы Гитлера
отвлечены на. Восток...» 104,
Однако британское правительство не Собиралось от-
крывать второй фронт на западе Европы. Лондон пла-
нировал продолжать в ближайшие годы «пассивную»
войну, войну на истощение, войну без участия круп-
ных сухопутных сил. Большую часть британских войск
предполагалось перебросить в британские колониаль-
ные владения. Перед ними ставилась задача не только
борьбы против германских, итальянских и японских им-
периалистов, но и подавления национально-освободи-
тельных движений, сохранения и упрочения Британ-
ской империи. Правящие круги Великобритании среди
своих задач ставили на первое место не разгром Гер-
мании, а именно сохранение целостности империи.

Это видно из документа «Генеральная стратегия»,
подписанного начальниками штабов Великобритании
31 июля 1941 г. «Сила и продолжительность сопротив-
ления России по-прежнему остается сомнительной»,—
говорилось в документе. «Если русские будут продол.-
жать сопротивляться вплоть до осени», то уменьшится
опасность вторжения в Англию в этом году. Поэтому
можно будет перебросить больше войск для выполнения
других задач. Предусматривалось уделять внимание
прежде всего Ближнему и Среднему Востоку, так как
утрата позиций Великобритании в этом районе «имела
бы катастрофические результаты». Британские началь-
ники штабов решили, что Великобритания будет про-
должать войну прежними средствами и методами: бло-
када, бомбардировки, подрывная деятельность и пропа-
ганда. В документе выражалась надежда, что в резуль-
тате таких действий Германия окажется вынуждена
прекратить военные действия, а роль британской армии
на континенте будет ограничиваться оккупационными
функциями. Подготовка к высадке войск на континенте
предусматривалась лишь для того, чтобы «уничтожить
элементы германских войск, которые еще будут ока-
зывать сопротивление». Предполагалось не создавать
многочисленных сухопутных войск, как в 4Ш4—
1918 гг., а сформировать «бронетанковые дивизии с
самой современной техникой». В целом в документе
речь шла не о военном разгроме Германии, но лишь о
том, чтобы «поставить ее на колени». Большие надеж-
ды возлагались на вклад, который могли бы внести,
вступив в войну, Соединенные Штаты Америки 105.

Хотя СССР стал союзником Великобритании в вой-
не, правительство Черчилля не проявляло стремления
к координации военных действий, к эффективному
сотрудничеству с ним в борьбе против общего врага.
Сколько-нибудь существенных изменений в намечен-
ную ранее «большую стратегию» Англии в войне после
22 июня 1941 г. внесено не было.

В августе 1941 г. во время встречи с Рузвельтом в
бухте Арджентия Черчилль решил согласовать с ним
свою стратегию ведения войны. Изложенные выше бри-
танские военно-стратегические планы англичане пере-
дали американцам. Однако Рузвельт уклонился от при-
нятия на этой встрече каких-либо решений по военным
вопросам.

Американские военные органы сформулировали
свои стратегические планы 11 сентября 1941 г. в подго-
товленном ими документе «Программа победы» 106. По-
тенциальными военными противниками США счита-
лись Германия, Япония, Италия и их союзники. К чис-
лу дружественных стран были отнесены члены Британ-
ского содружества наций, Китай, Россия, а также госу-
дарства Западного полушария. Предполагалось, что
Германия, если ей удастся покорить всю Европу, по-
пытается завоевать также Южную Америку и «одер-
жать военную победу над Соединенными Штатами».
Поэтому американские военные крути считали необхо-
димым «полный военный разгром Германии». Но они,
по существу, не представляли, как добиться этого, так
как понимали, что «только сухопутные армии могут
окончательно выиграть войну». Американские военные
круги считали необходимым использование части во-
оруженных сил США для участия в наступательных
операциях в Европе вместе с другими противниками
Германии, но не в ближайший период. В первое время
после вступления США в войну они намеревались дей-
ствовать, по существу, такими же малоэффективными
средствами и методами, как и англичане.

В отношении СССР предполагалось придерживаться
следующего курса: «Поддержание действующего фрон-
та в России до сих пор дает наиболее верную возмож-
ность добиться успеха наступления против Германии
на суше, поскольку лишь одна Россия обладает соот-
ветствующими людскими резервами, находящимися до-
статочно близко от центра германской военной мощи.
Для России наибольшее значение имеют сухопутные и
авиационные силы. Сейчас еще преждевременно делать
предсказания в отношении исхода нынешней борьбы
в России. Однако, если советские войска будут отбро-
шены даже за Уральские горы и если они будут про-
должать там организованное сопротивление, всегда бу-
дет существовать надежда на окончательное и полное
поражение Германии при помощи операций на суше».

Таким образом, военные круги США фактически ис-
ходили из того, что полный разгром Германии невозмо-
жен без участия СССР. Только советские войска рас-
сматривались как та сила, которая, возможно, будет в
состоянии взять на себя главную роль в разгроме сухо-
путных сил Германии. Все это в существенной степени
предопределяло отношение военных кругов Соединен-
ных Штатов к Советскому Союзу в связи с их планами
ведения войны против Германии. Но они все еще сом-
невались, устоит ли вообще Советский Союз перед на-
ступлением германских войск.

Американские военные органы предполагали, что
после поражения Германии Япония, вероятно, вынуж-
дена будет отказаться от многих территориальных при-
обретений. В то же время не исключалось, что Япония
в такой степени укрепит свои позиции, что США и их
союзники «не смогут найти достаточные силы для про-
должения войны против нее». Таким образом, в США
фактически не представляли, как им одержать победу в
войне и над Японией.

Две недели спустя, после дальнейшей доработки, во-
енные органы США представили Рузвельту свои сооб-
ражения о стратегических планах ведения войны. США
намеревались создать армию численностью более 8 млн.
человек. Из них 5 млн. человек предполагалось пере-
бросить за океаны. Датой готовности американских
войск к решительным действиям было установлено
1 июля 1943 г.107

Американские планы исходили из того, что США
примут активное участие в военных действиях тогда,
когда другие участники войны уже в значительной сте-
пени истощат свои силы, в связи с чем американские
войска сыграют решающую роль в разгроме блока
агрессоров. Хотя в этих планах признавалось огромное
значение той борьбы, которую вели против Германии
советские войска, согласование военных усилий США
и СССР не предусматривалось. Упорное сопротивление
Красной Армии рассматривалось в Вашингтоне, по су-
ществу, лишь как один из благоприятных объективных
факторов. Правящие круги США планировали исполь-
зовать свои огромные сухопутные, военно-воздушные и
военно-морские силы в ходе войны во многих районах
мира, рассматривая это как важнейшее средство для
установления американского мирового господства.

Впрочем, это были в основном планы на тот период,
когда США будут принимать участие в войне. Для
Советского Союза непосредственной конкретной зада-
чей летом и осенью 1941 г. оставалось установление бо-
лее тесного сотрудничества в войне с Великобританией.
Если США были информированы об английских во-
енно-стратегических планах в войне, то Советский Со-
юз — нет, хотя он уже был и формально, и фактически
союзником Великобритании в войне. Более того, прави-
тельство Черчилля строжайшим образом скрывало от
СССР свои планы, нередко пытаясь вводить Советское
правительство даже в заблуждение. Главное же заклю-
чалось в том, что если Красная Армия вела упорные,
кровопролитные бои, сражаясь с основными силами
Германии, то английские войска по-прежнему уклоня-
лись от серьёзных действий против Германии.

Касаясь создавшегося положения, советский посол
в Лондоне констатировал 26 августа в беседе с Иденом,
что в СССР все больше возрастает чувство разочаро-
вания в связи с позицией Англии. «Англия в настоящий
момент является не столько нашим союзником, товари-
щем по оружию в смертельной борьбе против гитлеров-
ской Германии, сколько сочувствующим нам зрителем».
Майский отметил, что бомбежки англичанами Герма-
нии несомненно полезны, но этого недостаточно. «Мало
щипать бешеного зверя за хвост, надо бить его дуби-
ной по голове» 108.

Принципиальную характеристику позиции англий-
ского правительства дал Сталин 30 августа в телеграм-
ме советскому послу в Лондоне. «Гитлеровцы хотят
бить своих противников поодиночке — сегодня русских,
завтра англичан. То обстоятельство, что Англия нам ап-
лодирует, а немцев ругает последними словами, ни-
сколько не меняет дела. Понимают ли это англичане?
Я думаю, что понимают. Чего же хотят они? Они хо-
тят, кажется, нашего ослабления. Если это предполо-
жение правильно, нам надо быть осторожными в отно-
шении англичан» 109.

В послании Черчиллю от 3 сентября Сталин инфор-
мировал его, что гитлеровцы перебросили на восточ-
ный фронт 30—34 свежих пехотных дивизии, а также
громадное количество танков и самолетов; кроме того,
значительно активизировали свои действия 20 финских
и 26 румынских, дивизий. В результате этого Советский
Союз потерял больше половины Украины, и враг ока-
зался у ворот Ленинграда. Глава Советского прави-
тельства снова поставил вопрос об открытии второго
фронта, который мог бы оттянуть с восточного фронта
30—40 немецких дивизий 11°.

Криппс отмечал в телеграмме в Форин оффис, что
послание Сталина вызвано бездействием Англии. Он
констатировал, что англичане рассматривают «русскую
войну» не как свою, а как чужую войну, в которой они
хотят оказать помощь лишь так, чтобы себя особенно не
обременять111. Отвечая Криппсу, Черчилль утверждал^
однако, что Англия, мол, не в состоянии предпринять
какие-либо акции, «которые могли бы повлиять на сра-
жения на восточном фронте», на «агонию России» 112.

В беседе с советским послом в Англии, вручавшим
ему послание Сталина, Черчилль признал, что совет-
ский народ в течение одиннадцати недель один ведет
борьбу против Германии лишь при незначительной под-
держке со стороны английской авиации и что весь рас-
чет Гитлера построен на ликвидации его врагов пооди-
ночке. Но Черчилль снова утверждал, что вторжение
во Францию якобы невозможно. «...До зимы,— сказал
он,— мы не сможем оказать вам никакой серьезной по-
мощи — ни путем второго фронта, ни путем обеспече-
ния широкого снабжения нужными вам видами ору-
жия. Все, что мы можем сейчас дать,—это лишь кап-
ля, в море» нз.

В британском военном кабинете за безотлагательное
вторжение на континент по-прежнему решительно вы-
сказывался только лорд Бивербрук. 19 октября (вскоре
после возвращения из Москвы) он представил военному
кабинету меморандум по этому вопросу, в котором упре-
кал британских военных руководителей за нежелание
предпринимать какие бы то ни было наступательные
действия. «Сопротивление русских дает нам новые воз-
можности,— доказывал Бивербрук.— Оно, вероятно, от-
тянуло из Западной Европы германские войска и вос-
препятствовало наступательным действиям держав оси
на других театрах возможных операций. Оно создало
почти революционную ситуацию во всех оккупирован-
ных странах и открыло 2000 миль побережья для десан-
та британских войск... Начальники штабов хотели бы,
чтобы мы ждали, пока на последнюю гетру не будет
пришита последняя пуговица, прежде чем мы пред-
приняли бы наступление» 114.

Когда на следующий день этот меморандум рассмат-
ривался на заседании комитета обороны, оказалось, что
призывы Бивербрука были гласом вопиющего в пусты-
не. Показателен протокол этого заседания:

«Он хотел использовать растущие в стране настрое-
ния, чтобы помочь России. Другие — нет.

Он хотел приложить максимальные усилия с целью
роста производства, чтобы помочь России. Другие — нет.

Он хотел выполнить по всем пунктам подписанный
в Москве протокол. Другие — нет.

Он хотел, чтобы армия действовала в поддержку
России. Начальники штабов — нет.

Расхождение во взглядах между ним и его колле-
гами, а также начальниками штабов было полным».

Черчилль выразил недовольство, отметив, что упре-
ки Бивербрука, естественно, направлены и против не-
го115.

Англия продолжала придерживаться прежней пас-
сивной позиции. В очередном послании британскому
премьеру глава Советского правительства констатиро-
вал, что отсутствие второго фронта «льет воду на мель-
ницу наших общих врагов» 116.

Учитывая такую позицию Англии, Советское прави-
тельство перестало поднимать вопрос о втором фронте
в Европе. СССР продолжал фактически в одиночку вес-
ти титаническую борьбу против гитлеровской Германии
и ее союзников по агрессии.

Недовольство
Советского
правительства
позицией Англии

Между тем положение на советско-
германском фронте резко обостри-
лось. 30 сентября 1941 г. германские
войска снова перешли в решительное
наступление с целью захвата Москвы

(операция «Тайфун»). Имея крупный перевес в силах,

они прорвали фронт и по нескольким направлениям ста-
ли продвигаться вперед. Создалась крайне тяжелая об-

становка, чреватая опасностью прорыва войск против-
ника к Москве.

Положение было настолько опасным, что в середине
октября из Москвы в срочном порядке эвакуировалась
часть государственных учреждений. 16 октября поки-
нули Москву и переехали в Куйбышев английское, аме-

риканское и другие посольства, но советские руководи-
тели остались в Москве, принимая все возможные меры

для защиты столицы.

В связи с крайне тяжелой обстановкой на фронте с
особой остротой для Советского Союза стоял вопрос о
продолжающемся бездействии британского союзника.
Прошло уже более трех месяцев со времени нападе-
ния Германии на СССР, а Великобритания оставалась
союзником, по существу, только на бумаге. Более
того, она оказалась таким союзником, который вну-
шал больше подозрений, чем доверия. В реакционной
британской печати то и дело продолжали появляться
высказывания, сводившиеся к тому, что Британская
империя оказалась в состоянии «неправильной вой-
ны», так как в войне между Германией (государством
капиталистическим) и Советским Союзом (государст-
вом социалистическим) она была на стороне послед-

него.
Поскольку не оставалось сомнений в том, что Анг-
лия не намерена открывать в ближайшее время второй
фронт на Западе, Сталин еще 13 сентября поднял в по-
слании Черчиллю вопрос об отправке 25—30 дивизий
британских войск на советско-германский фронт117. Ме-
сяц спустя Советское правительство напомнило Крип-
псу, что пока не получено ответа на это предложение.
Касаясь этого вопроса, Криппс телеграфировал в Лон-
дон, что русские удручены заявлениями гитлеровской
пропаганды, что Великобритания готова «воевать до по-
следней капли русской крови» 118.

8 ноября И. В. Сталин направил У. Черчиллю посла-
ние, в котором со всей откровенностью поставил вопрос
о необходимости внести принципиальные изменения в
советско-английские отношения. Глава Советского пра-
вительства писал: «...Нужно внести ясность, которой
сейчас не существует во взаимоотношениях между
СССР и Великобританией. Эта неясность есть следствие
двух обстоятельств: первое — не существует определен-
ной договоренности между нашими странами о целях
войны и о планах организации дела мира после войны;
и второе — не существует договора между СССР и Ве-
ликобританией о военной взаимопомощи в Европе про-
тив Гитлера. Пока не будет договоренности по этим
двум главным вопросам, не только не будет ясности в
англо-советских взаимоотношениях, но, если говорить
совершенно откровенно, не обеспечено взаимное дове-
рие».

Сталин выразил недовольство отклонением британ-
ским правительством советского предложения об объяв-
лении Англией войны Финляндии, Венгрии и Румынии
и развернутой по этому вопросу полемикой в британ-
ской печати.

Наконец, в послании говорилось о первых поставках
из Англии военных материалов: «...Танки, артиллерия
и авиация приходят в плохой упаковке, отдельные
части артиллерии приходят в разных кораблях, а само-
леты настолько плохо упакованы, что мы получаем их
в разбитом виде» П9.

11 ноября это послание было обсуждено на заседа-
нии британского военного кабинета. Оно было сочтено
резким. Черчилль играл роль обиженного и не отвечал
на послание две недели. Но оно все же возымело дей-
ствие., .

Начальник Северного департамента Форин оффиса
X. Уорнер подготовил в связи с посланием главы Совет-
ского правительства специальную записку, в которой
подчеркивал: «Мы нуждаемся в том, чтобы русские со-
трудничали с нами в различных областях, например в
Персии и Афганистане, а тем более в случае войны с
Ядонией или. в случае если немцы стабилизируют фронт
в России и повернутся против нас. Поэтому представля-
ется, что мы должны сделать все, что можем, чтобы
устранить их подозрения, даже если мы не можем удов-
летворить их желания». Вместе с тем Уорнер считал
необходимым откладывать переговоры с Советским пра-
вительством о целях войны 12°.

Был обеспокоен и Криппс. Он внес предложение,
чтобы Иден и начальники штабов британских воору-
женных сил прибыли в Москву для переговоров с совет-
скими представителями. Отвечая 17 ноября Криппсу,
Иден писал, что в случае улучшения обстановки в анг-
ло-советских отношениях он готов через несколько не-
дель отправиться в Москву 121. Вопрос о поездке в Мо-
скву британских начальников штабов был обойден мол-
чанием.

Между тем положение на фронте под Москвой ста-
новилось все более критическим. В середине ноября
германские войска начали новое наступление. Красная
Армия продолжала оказывать упорное сопротивление.

В таких условиях Черчилль наконец 22 ноября от-
правил Сталину послание, составленное в примиритель-
ном тоне. В нем говорилось: «Наше намерение состоит
в том, чтобы вести войну в союзе и в постоянной кон-
сультации с Вами при максимальном напряжении на-
ших сил и сколько бы она ни продлилась. Когда война
будет выиграна, в чем я уверен, мы ожидаем, что Со-
ветская Россия, Великобритания и США встретятся за
столом конференции победы как три главных участника
и как те, чьими действиями будет уничтожен нацизм.
Естественно, первая задача будет состоять в том, чтобы
помешать Германии и в особенности Пруссии напасть
на нас в третий раз. Тот факт, что Россия является ком-
мунистическим государством и что Британия и США не
являются такими государствами и не намерены ими
быть, не является каким-либо препятствием для состав-
ления нами хорошего плана обеспечения нашей взаим-
ной безопасности и наших законных интересов». Чер-
чилль сообщал, что готов направить в ближайшем буду-
щем в Москву министра иностранных дел Идена для
Обсуждения этих вопросов 122.

На следующий же день Сталин сообщил о своем со-
гласии с этими соображениями и желательности прибы-
тия в Москву Идена. «Я согласен с Вами также в том,—
писал он,— что различие в характере государственного
строя СССР, с одной стороны, и Великобритании и
США, с другой стороны, не должно и не может поме-
шать нам в благоприятном решении коренных вопросов
об обеспечении нашей взаимной безопасности и закон-
ных интересов» 123.

В ходе переписки по этим вопросам был урегулиро-
ван, кроме того, один немаловажный политический воп-
рос. Несмотря на неоднократные Требования советской
стороны, британское правительство под разными пред-
логами уклонялось от объявления состояния войны с
Финляндией, Румынией и Венгрией, напавшими на
СССР вместе с Германией. Наконец 5 декабря Велико-
британия объявила им войну.

В. Я. Сиполс

65
СССР
и эмигрантские
правительства
оккупированных
стран

Нарбды оккупированных гитлеровца-
ми стран Европы смотрели на Со-
ветский Союз как на единственную
надежду в освобождении от ига фа-
шистских оккупантов. Со своей сто-

роны коммунисты и все прогрессивные силы этих
стран были преисполнены решимости внести свой вклад
в разгром агрессоров, изгнание оккупантов. В порабо-
щенных гитлеровцами странах заметно активизирова-
лась борьба за национальное освобождение.

Особого размаха достигла освободительная борьба
народов Югославии. 4 июля 1941 г. Политбюро ЦК Ком-
мунистической партии Югославии приняло решение о
всеобщем вооруженном восстании. Вскоре восстание
охватило значительные районы страны и приняло ха-
рактер открытой партизанской войны. Нарастало нацио-
нально-освободительное движение в Польше, Чехосло-
вакии и других странах.

Советское правительство проявляло заинтересован-
ность в налаживании связей с эмигрантскими прави-
тельствами оккупированных гитлеровской Германией
стран. Оно рассматривало это как одно из средств спло-
чения сил всех стран и народов, боровшихся против фа-
шистских агрессоров. Принципиальная позиция Совет-
ского правительства по вопросу о судьбе ряда оккупи-
рованных Германией государств была изложена еще
3 июля 1941 г. в телеграмме Народного комиссариата
иностранных дел советскому послу в Лондоне, в кото-
рой говорилось:

«а) мы стоим за создание независимого Польского
государства в границах национальной Польши... причем
вопрос о характере государственного режима Польши
Советское правительство считает внутренним делом са-
мих поляков;

б) мы стоим также за восстановление Чехословац-
кого и Югославского государств с тем, что и в этих го-
сударствах вопрос о характере государственного режима
является их внутренним делом» 124.

Эмигрантские правительства соответствующих госу-
дарств в Лондоне были информированы о позиции Со-
ветского Союза.

Быстрее всего были установлены официальные отно-
шения с эмигрантским правительством Чехословакии.
Советское правительство информировало его, что оно
выступает за самостоятельность Чехословакии; если че-
хословацкое правительство желает направить в Москву
своего посланника, Советское правительство с радостью
его примет; Советское правительство готово оказать по-
мощь в организации чехословацкой воинской части в
СССР125.

18 июля 1941 г. в Лондоне было подписано согла-
шение между правительствами СССР и Чехословакии,
предусматривавшее восстановление дипломатических
отношений и взаимную помощь в войне против Герма-
нии. Советское правительство выразило согласие на
формирование национальных чехословацких воинских
частей на территории СССР. 27 сентября в Москве было
заключено соглашение о формирований этих частей126.
Советское правительство выделило необходимые для
этого средства. Чехи и словаки получили возможность
принять участие в боях на советско-германском фрон-
те, а тем самым и в освобождений своей страны.

Вслед за Советским Союзом признала чехословацкое
эмигрантское правительство также Великобритания.
В Лондоне опасались, писал английский историк
В. Ротуэлл, что иначе «прорусские симпатии превзой-
дут в Чехословакии все границы» 127.

Начались переговоры также между представителями
СССР и польского эмигрантского правительства в Лон-
доне во главе с генералом В. Сикорским. Они натолкну-
лись, однако, на серьезные трудности, так как предста-
вители этого правительства настаивали на том, чтобы
Советский Союз передал Польше после окончания вой-
ны западные районы Украины и Белоруссии, которые
были захвачены Польшей в результате вооруженной
интервенции в 1920 г., но воссоединились в 1939 г. с
СССР. В связи с этими империалистическими поползно-
вениями польской реакции переговоры затянулись. Со-
ветский посол в Лондоне И. М. Майский писал в своих
воспоминаниях: «Хотя Сикорский, казалось, представ-
лял собой несколько иную разновидность польской во-
енщины, чем пресловутые «полковники», которые дове-
ли предвоенную Польшу до гибели, в нем и его окру-
жении все-таки был достаточно силен агрессивно-импе-
риалистический дух» 128.

Переговоры завершились лишь 30 июля 1941 г. под-
писанием в Лондоне соглашения между Советским пра-
вительством и польским эмигрантским правительством,
в соответствии с которым между ними восстанавлива-
лись дипломатические отношения. «Оба правительст-
ва,— говорилось в соглашении,— взаимно обязуются
оказывать друг другу всякого рода помощь и поддерж-
ку в настоящей войне против гитлеровской Германии».
СССР выражал согласие на создание на его территории
польской армии, которая должна была действовать в
оперативном отношении под руководством Верховного
Командования СССР. 14 августа 1941 г. в Москве было
подписано советско-польское военное соглашение, по
которому были согласованы условия и порядок создания
польской армии129. Предусматривалось, что по мере го-
товности той или иной дивизии она немедленно будет
направляться на советско-германский фронт.

3—4 декабря 1941 г. в Москве состоялись перегово-
ры между И. В. Сталиным и главой польского эмигрант-
ского правительства генералом В. Сикорским. В резуль-
тате этих переговоров была подписана советско-поль-
ская декларация о дружбе и взаимной помощи. Во вре-
мя переговоров советские представители высказались за
создание после войны сильной, независимой, дружест-
венной Польши, которая была бы прочным звеном в си-
стеме стран, решивших закрыть путь германскому им-
периализму для агрессии против СССР и других госу-
дарств Восточной Европы. В частности, И. В. Сталин
заявил, что «польские западные границы должны опи-
раться на реку Одер» ’30.

Советское правительство согласилось удовлетворить
просьбу польского правительства об увеличении форми-
руемой на территории СССР польской армии до 96 тыс.
человек. Оно предоставило польскому правительству на
содержание армии заем в 65 млн. рублей, который впо-
следствии был увеличен до 300 млн. рублей131. СССР
снабжал польскую армию вооружением и снаряжением.
Сикорский отмечал 17 декабря в письме Черчиллю
(после возвращения из Москвы), что Сталин и совет-
ские люди проявили «искреннее желание к установле-
нию польско-советского сотрудничества» 132.

Руководствуясь принципом пролетарского интерна-
ционализма, Советский Союз всемерно поддерживал
возглавлявшуюся коммунистами освободительную борь-
бу народов порабощенных стран. С первых дней воору-
женного восстания народов Югославии советские орга-
ны печати, радио, Совинформбюро, ТДСС подробно осве-
щали освободительную борьбу югославских патриотов
против оккупантов, давали ей высокую оценку. Они от-
мечали широкий размах партизанского движения в
Югославии, подчеркивая, что оно вносит важный вклад
в дело антигитлеровской коалиции. Достижения юго-
славского народно-освободительного движения пропа-
гандировались на пресс-конференциях, проводимых
НКИД для иностранных журналистов, популяризова-
лись международными демократическими организация-
ми, действовавшими на территории СССР, радиостан-
цией «Свободная Югославия», передачи которой гото-
вились в Москве югославскими коммунистами ца основе
материалов, получаемых из Югославии. Солидарность
советского народа с освободительной войной народов
Югославии вселяла в них новые силы и веру в победу.
Она имела также большое значение в связи со слож-
ным внутриполитическим положением в Югославии и
враждебным отношением к югославским партизанам,
возглавлявшимся коммунистами, со стороны эмигрант-
ского королевского правительства и западных союз-
ников.

Советское правительство проявляло заинтересован-
ность в установлении сотрудничества также с движе-
нием «Свободная Франция», возглавлявшимся генера-
лом Ш. де Голлем. 26 сентября 1941 г. состоялся обмен
письмами между советским послом в Лондоне и де Гол-
лем. Советское правительство признало де Голля «как
руководителя всех свободных французов, где бы они ни
находились», которые сплотились вокруг него. Оно вы-
разило готовность «оказать свободным французам все-
стороннюю помощь и содействие в общей борьбе с гит-
леровской Германией и ее союзниками». Де Голль со
своей стороны обязался «бороться на стороне СССР и
его союзников до достижения окончательной победы
над общим врагом...» 133.

Отношения
с южными
соседями

К июню 1941 г. серьезное положение
сложилось на границах СССР с его
южными соседями — Турцией, Ира-
ном и Афганистаном.

Когда в середине 30-х годов Германия развернула
подготовку к войне, она начала укреплять свои позиции
в Турции, Иране и Афганистане. Гитлеровские эмиссары
под видом предоставления технической помощи, раз-
вития торговли, оказания помощи в освоении постав-
лявшихся Германией военных материалов и т. д. ста-
ли усиленно проникать во все сферы жизни этих госу-
дарств. С ними тесно сотрудничали японские эмиссары,
проводившие в этих странах аналогичную работу. Осо-
бенно активизировалась деятельность держав-агрессо-
ров в Турции, Иране, а также Афганистане после нача-
ла второй мировой войны. Разгром Германией Польши
и Франции, установление ею господства чуть ли не над
всей капиталистической Европой, казавшееся безвыход-
ным положение Великобритании и, наконец, общее мне-
ние в капиталистическом мире, что вскоре фашистский
рейх нанесет поражение также Советскому Союзу, все
больше сказывались и на политике этих трех стран. Они
торопились стать на сторону победителя, то есть Герма-
нии. В Берлине, однако, не собирались довольствовать-
ся этим, а планировали захват Турции, Ирана и Афга-
нистана.

К лету 1941 г. гитлеровцам удалось установить тес-
ные связи с правящими кругами Турции, в том числе и
с военной верхушкой страны. Сказывались контакты,
существовавшие между генеральными штабами двух
стран в первой мировой войне, когда они были союзни-
ками в войне против Англии, России и союзных с ними
стран, а также многолетнее участие германских инс-
трукторов в обучении турецкой армии, увеличившиеся
поставки из Германии военных материалов. В мае 1941 г.
министр иностранных дел Турции Ш. Сараджоглу
заявил германскому послу Ф. фон Папену, что в слу-
чае германо-русского конфликта Турция всем сердцем
будет на стороне Германии134. 18 июня, за несколько
дней до нападения Германии на СССР, между ней
и Турцией был заключен договор о дружбе и ненапа-
дении.

Нападение Германии на СССР правящие круги Тур-
ции встретили с одобрением. Они начали рассматривать
планы захвата советских земель. Как сообщал в Бер*
лин 5 августа 1941 г. фон Папен, турецкие правительст-
венные круги, как и в 1918 г., хотели захватить Азербай-
джан, особенно ценнейшие бакинские месторождения
нефти. «Что касается восточных тюркских народов
помимо Азербайджана, т. е. поволжских тюрков, татар,
туркменов и т. д., то теперешние планы турецких пра-
вительственных кругов сводятся к объединению этих
тюрков в собственное, внешне независимое восточно-
тюркское государство, в котором западные тюрки будут,
однако, играть решающую политическую и культурную
роль «советников» ,35.

С июля 1941 г. Турция начала пропускать через про-
ливы в Черное море, вопреки условиям конвенции о
Черноморских проливах, подписанной в 1936 г. в Монт-
рё, германские и итальянские военные корабли (в том
числе подводные лодки), которые использовались про-
тив советского Черноморского флота,36.

В иностранной печати стали появляться сообщения
о том, что, как только германские войска окажутся в
Москве, Турция присоединится к Германии в войне про-
тив СССР. Началась усиленная концентрация турецких
войск вблизи советской границы.

Одна из немаловажных задач советской дипломатии
заключалась в том, чтобы предотвратить нападение
Турции на СССР. Поскольку Великобритания также
стремилась не допустить вступления Турции в войну
на стороне Германии и Италии, что сразу же резко по-
дорвало бы позиции Британской империи на Ближнем
и Среднем Востоке, правительства СССР и Англии до-
говорились предпринять 10 августа согласованные дип-
ломатические шаги. В этот день советский посол в Тур-
ции С. А. Виноградов сделал турецкому правительству
следующее заявление:

«Советское правительство подтверждает свою вер-
ность конвенции в Монтрё и заверяет турецкое прави-
тельство, что оно не имеет никаких агрессивных наме-
рений и притязаний в отношении проливов. Советское
правительство, так же как и британское правительство,
готово скрупулезно уважать территориальную неприкос-
новенность Турецкой Республики. Вполне понимая же-
лание турецкого правительства не быть вовлеченным в
войну, Советское правительство, как и британское пра-
вительство, тем не менее были бы готовы оказать Тур-
ции всякую помощь и содействие в случае, если бы она
подверглась нападению со стороны какой-либо европей-
ской державы» 137.

Аналогичное заявление в тот же день сделал турец-
кому правительству и английский посол.

Однако Турция продолжала ориентироваться на Гер-
манию. Связи между ними, в том числе и по военной
линии, продолжали укрепляться и развиваться. 9 ок-
тября было подписано германо-турецкое экономическое
соглашение, по которому Турция обязалась поставлять
фашистскому рейху имевшее большое значение для не-
го стратегическое сырье (хром и медь).

Таким образом, опасность Советскому Союзу со сто-
роны Турции продолжала расти.

Сложным было положение и на границе СССР, с
Ираном. Для фашистского рейха Иран также представ-
лял как стратегический, так и экономический интерес.
Накануне войны Германии удалось добиться первого
места во внешней торговле Ирана. Учитывая, что Гер-
мания не имела достаточных источников нефти для
снабжения своей военной машины, нетрудно предста-
вить, какое значение она придавала получению нефте-
продуктов из Ирана. В стратегическом плане Иран имел
для фашистских агрессоров, по существу, такое же зна-
чение, как и Турция. К моменту нападения на СССР
гитлеровцам удалось внедрить в государственный аппа-
рат, экономику Ирана тысячи своих советников, инст-
рукторов и других агентов, направить в страну раз-
ведчиков, диверсантов для использования их в борьбе
против СССР и Британской империи. Для нужд этих
диверсантов в Тегеране и других местах были созданы
склады оружия и боеприпасов. Главная цель гитлеров-
цев заключалась в том, чтобы втянуть Иран в войну на
своей стороне.

Реза-шах Пехлеви, ориентировавшийся на победу в
войне фашистских агрессоров, все более открыто стано-
вился на их сторону. Приходилось серьезно опасаться,
что он мог в ближайшее же время вступить в войну,
превратив Иран в сателлита, а иранский народ в рабов
гитлеровцев.

Поскольку проникновение фашистской Германии в
Иран представляло исключительную опасность и для
Советского Союза, и для Великобритании138, сразу же
после нападения германских агрессоров на СССР пра-
вительства двух держав начали рассматривать вопрос об
их сотрудничестве в деле предотвращения использова-
ния Германией Ирана против них. Советский Союз опи-
рался в этом, в частности, на советско-иранский договор
1921 г. Заключая этот договор, Советское государство от-
казалось от огромных материальных и политических
прав и привилегий, которые ранее имела в Иране (Пер-
сии) царская Россия. В ответ на это Иран согласился
на включение в договор следующего положения (ста-
тья VI):

«Обе Высокие Договаривающиеся Стороны согласны
в том, что в случае, если со стороны третьих стран бу-
дут иметь место попытки путем вооруженного вмеша-
тельства осуществлять на территории Персии захват-
ную политику или превращать территорию Персии в
базу для военных выступлений против России, если при
этом будет угрожать опасность границам Российской
Социалистической Федеративной Советской Республи-
ки или союзных с ней держав и если персидское пра-
вительство после предупреждения со стороны россий-
ского Советского правительства само не окажется в силе
отвратить эту опасность, российское Советское прави-
тельство будет иметь право ввести свои войска на тер-
риторию Персии, чтобы, в интересах самообороны, при-
нять необходимые военные меры. По устранении дан-
ной опасности Советское правительство обязуется не-
медленно вывести свои войска из пределов Персии» 139.

Летом 1941 г. создались именно такие условия, о ко-
торых шла речь в данной статье.

Уже 27 июня Ст. Криппс поставил перед В. М. Мо-
лотовым вопрос о сотрудничестве Англии и СССР на
Ближнем Востоке 14°. 8 июля Сталин в беседе с Крип-
псом продолжил обсуждение этого вопроса. Отметив
присутствие в Иране около шести-семи тысяч немцев,
он высказал опасения, что немцы и итальянцы могут
попытаться осуществить из Ирана диверсию против ба-
кинских нефтеразработок, а также принять другие ак-
ции против СССР и Англии. Поэтому необходимо сроч-
но предпринять совместные контрмеры1*41. 19 июля со-
ветский посол А. А. Смирнов и британский посланник
Буллэрд сделали демарш иранскому правительству, на-
стаивая на выдворении из Ирана немцев, занимающих-
ся деятельностью, враждебной интересам СССР, Вели-
кобритании, а также самого Ирана142. Однако Реза-шах
Пехлеви, подстрекаемый Германией, не принял мер для
прекращения деятельности немецких агентов в Иране,
угрожавшей СССР и Великобритании. Поэтому 16 авгу-
ста СССР и Англия обратились к иранскому правитель-
ству с новыми нотами по этому вопросу, но позиция Ре-
за-шах а оставалась прежней.

Учитывая то принципиальное значение для исхода
войны, которое этот вопрос имел в условиях, когда гит-
леровские войска рвались на восток, ставя одной из сво-
их целей захват Баку и нефтеносных районов Ближнего
и Среднего Востока, по предложению английского пра-
вительства СССР и Великобритания решили совместно
принять более энергичные меры. 21 августа британский
военный кабинет принял решение о «военной акции»,
если СССР заявит о своей готовности принять в ней
участие 143.
25 августа правительству Ирана были вручены новые
советская и английская ноты. В ноте правительства
СССР констатировалось, что иранское правительство
«отказалось, к сожалению, принять меры, которые поло-
жили бы конец затеваемым германскими агентами на
территории Ирана смуте и беспорядкам, тем самым по-
ощряя этих агентов Германии в их преступной рабо-
те». В таких условиях Советское правительство оказа-
лось вынужденным «принять необходимые меры и не-
медленно же осуществить принадлежащее Советскому
Союзу, в силу статьи 6 договора 1921 г., право — ввести
временно в целях самообороны на территорию Ирана
свои войска». Одновременно в ноте указывалось, что эти
меры не направлены против иранского народа, терри-
ториальной целостности и государственной независимо-
сти Ирана, а «исключительно только против опасности,
созданной враждебной деятельностью немцев в Иране.
Как только эта опасность, угрожающая интересам Ира-
на и СССР, будет устранена, Советское правительство...
немедленно выведет советские войска из пределов Ира-
на» 144. В тот же день несколько дивизий британских и
советских войск вступили в некоторые районы Ирана.

В результате начавшихся переговоров 8 сентября
1941 г. в Тегеране было подписано трехстороннее со-
ветско-англо-иранское соглашение. В нем были согласо-
ваны зоны расположения на территории Ирана совет-
ских и британских войск. Иранское правительство обя-
залось выслать из пределов Ирана германскую, италь-
янскую, румынскую и венгерскую миссии, передать в
распоряжение английского и Советского правительств
для интернирования членов немецкой колонии. Вместе
с тем иранское правительство изъявило согласие не пре-
пятствовать СССР и Великобритании в провозе товаров
и военного снаряжения через территорию Ирана и ока-
зывать им содействие в доставке этих товаров по шос-
сейным, железнодорожным и воздушным путям. В свою
очередь Советское и британское правительства взяли на
себя обязательство помогать Ирану в удовлетворении
его экономических нужд145.

Таким образом, в результате совместных акций
СССР и Великобритания предотвратили превращение
Ирана в плацдарм гитлеровской Германии. Были лик-
видированы диверсионные гнезда, созданные гитлеров-
цами на территории Ирана. Нацистская Германия ли-
шилась надежд на использование в войне иранской неф-
ти. Дипломатическое сотрудничество советского и бри-
танского правительств по вопросу об Иране было одним
из первых проявлений полезности и эффективности сов-
местных акций двух держав в общей борьбе против фа-
шистско-милитаристского блока. 30 января 1942 г. в Те-
геране был подписан договор о союзе между СССР, Ве-
ликобританией и Ираном146.

Германия, Италия и Япония проводили все более ак-
тивную работу и в Афганистане, причем с немалым
успехом (деятельность там японских агентов была на-
правлена как против интересов СССР и Британской им-
перии, так и Китая). Этот вопрос также стал предме-
том переговоров между Советским и английским Пра-
вительствами. И. В. Сталин поднял его еще 8 июля
1941 г. в упомянутой беседе со Ст. Криппсом147. 18 сен-
тября британский военный кабинет принял решение о
мерах с целью удаления из Афганистана германских
агентов148. Советско-английские переговоры по этому
вопросу завершились договоренностью о том, что совет-
ский и британский дипломатические представители в
Афганистане сделают 11 октября заявление по этому
вопросу афганскому правительству.

В заявлении советского посла К. А. Михайлова пре-
мьер-министру Афганистана говорилось, что Советское
правительство, руководствуясь чувством дружбы к аф-
ганскому народу и уважения независимости Афгани-
стана, выражает свою готовность оказать всемерное
Таким образом, в результате сотрудничества совет-
ской и английской дипломатии позиции фашистской
Германии в Иране и Афганистане оказались подорван-
ными.

Советский Союз
<и милитаристская
Япония

В условиях войны с Германией для
Советского Союза исключительное
значение имел вопрос о том, какую
позицию займет фашистско-милита-

ристская Япония. Предельная враждебность правящих
кругов Японии к Советскому государству ни для кого
не являлась секретом. Советскому правительству было
известно о принятом японским правительством летом
1939 г. решении: в случае если Германия начнет войну
против СССР, то Япония автоматически примет в ней
участие 151. &

5 июля 1941 г. военный министр Японии X. Тодзио
утвердил план войны против СССР. Замысел японского
командования состоял в том, чтобы внезапным налетом
военно-воздушных сил уничтожить советские авиаци-
онные базы на Дальнем Востоке и, завоевав таким об-
разом господство в воздухе, нанести главный удар в
районе Приморья, выйти в тыл Владивостоку и во взаи-
модействии с флотом захватить город. В последующем
предусматривалось овладеть Хабаровском, Благовещен-
ском и другими районами Дальнего Востока. Специаль-
ные группировки армии и флота в это время должны
были захватить Северный Сахалин и Камчатку. К осе-
ни 1941 г. численность японских войск в Маньчжурии
(Квантунской армии) составляла 700 тыс. человек152.

В Японии усиленно готовились к нападению на Со-
ветский Союз, хотя между двумя странами был заклю-
чен договор о нейтралитете. Но в японских правящих
кРУгах возникли разногласия по вопросу, когда именно
лучше всего осуществить это нападение. Министр ино-
странных дел Японии И. Мацуока, председатель тайного
Таким образом, в результате сотрудничества совет-
ской и английской дипломатии позиции фашистской
Германии в Иране и Афганистане оказались подорван-
ными.

Советский Союз
милитаристская

Япония

5 июля 1941 г. военный министр'Японии X. Тодзио
утвердил план войны против СССР. Замысел японского
командования состоял в том, чтобы внезапным налетом
военно-воздушных сил уничтожить советские авиаци-
онные базы на Дальнем Востоке и, завоевав таким об-
разом господство в воздухе, нанести главный удар в
районе Приморья, выйти в тыл Владивостоку и во взаи-
модействии с флотом захватить город. В последующем
предусматривалось овладеть Хабаровском, Благовещен-
ском и другими районами Дальнего Востока. Специаль-
ные группировки армии и флота в это время должны
были захватить Северный Сахалин и Камчатку. К осе-
ни 1941 г. численность японских войск в Маньчжурии
(Квантунской армии) составляла 700 тыс. человек152.

В Японии усиленно готовились к нападению на Со-
ветский Союз, хотя между двумя странами был заклю-
чен договор о нейтралитете. Но в японских правящих
кругах возникли разногласия по вопросу, когда именно
лучше всего осуществить это нападение. Министр ино-
странных дел Японии И. Мацуока, председатель тайного
совета И. Хара и часть военных выступали за немед-
ленное нападение. Мацуока еще 22 июня представил
императору меморандум, в котором писал: «Япония дол-
жна объединить свои усилия с Германией и напасть на
Советский Союз»153. Хара заявил на императорской
конференции 2 июля: «Я прошу правительство и вер-
ховное командование атаковать СССР как можно ско-
рее. Советский Союз должен быть уничтожен»154.

Однако другая часть правящих кругов Японии счи-
тала, что японцы с гораздо меньшими усилиями до-
бьются значительно больших успехов, если они будут
продолжать агрессию в Китае и в южном направлении.
2 июля императорская конференция приняла решение
о политике Японии в изменившейся обстановке. Было
решено «прилагать усилия к разрешению конфликта в
Китае» и «продолжать продвижение на юг». О поли-
тике Японии по отношению к СССР было решено: «Хо-
тя наше отношение к германо-советской войне основы-
вается на духе «оси» трех держав, мы в настоящее
время не будем вмешиваться в нее и сохраним незави-
симую позицию, секретно завершая в то же время во-
енную подготовку против Советского Союза... Если гер-
мано-советская война будет развиваться в направлении,
благоприятном для империи, она, прибегнув к воору-
женной силе, разрешит северную проблему»155. Это
означало, что в случае успехов фашистской Германии
на восточном фронте японские империалисты намере-
вались, совершив нападение на СССР, захватить совет-
ский Дальний Восток и Сибирь.

Советская дипломатия приняла меры к тому, чтобы
выяснить позицию Японии. 12 июля советский посол в
Японии К. А. Сметанин обратился за разъяснениями к
И. Мацуока. Японский министр передал ему памятную
записку, в которой говорилось, что советско-японский
договор о нейтралитете «остается в силе, хотя и не при-
меним к германо-советской войне...». Пакт сохраняет
свою силу постольку, поскольку он не будет противоре-
чить тройственному пакту между Японией, Германией
и Италией. «Япония будет занимать такую позицию,—
указывалось в записке,— при которой она свободно...
сможет определить свою собственную политику» 156.

Общий смысл японской памятной записки сводился
к тому, что Япония не считала себя связанной обяза-
тельствами договора о нейтралитете с СССР и Намерева-
лась действовать так, как сочтет нужным. Это означа-
ло, что Коммунистической партии и Советскому прави-
тельству необходимо считаться с опасностью нападения
со стороны Японии. Они не только не могли перебрасы-
вать части Красной Армии с Дальнего Востока на со-
ветско-германский фронт, ПО должны были принимать
меры к их дальнейшему укреплению.

; Большой интерес к состоянию отношений между
СССР и Японией проявляли в Вашингтоне. Морской
министр США Ф. Нокс отмечал в беседе с советским
послом К. А. Уманским 15 июля, что морской разведкой
получено много информации о враждебных планах Япо-
нии против СССР, в частности о ее намерении порвать
пакт о нейтралитете и блокировать Владивосток закры-
тием японских проливов. В то же время он отметил, что
нет уверенности в том, не будут Ли японцы некоторое
время выжидать дальнейшего развития положения на
советско-германском фронте, предприняв тем временем
экспансию в Индокитай и Таиланд, чтобы затем исполь-
зовать эти территории для удара по Сингапуру и Индо-
незии. Нокс высказал мнение, что «мир вступил в по-
лосу длительной, многолетней войны, участие в которой
и Японии, и США предрешено. Это будет война двух
коалиций: Германии, Италии, Японии против СССР,
Великобритании, США»'157.

Соединенные Штаты Америки к этому времени еще
недостаточно подготовились к схватке с Японией за гос-
подство в бассейне Тихого океана, тем более что речь
шла о войне в районах, отделенных от США огромны-
ми океанскими просторами. Поэтому в Вашингтоне
были заинтересованы в том, чтобы японская агрессия
обращалась в сторону СССР, а не на юг, где она непо-
средственно задевала бы интересы США. Когда же раз-
разится схватка между Японией и США, американское
правительство хотело иметь СССР своим союзником.
В частности, американские военные круги хотели соз-
дать на территории Советского Союза свои военно-воз-
душные базы для бомбардировок Японии.

Ведя ожесточенные сражения со вторгшимися на со-
ветскую территорию германскими войсками, СССР стре-
мился избежать одновременной войны также с дальне-
восточным агрессором. Если бы такая война все же раз-
разилась, то Советский Союз, естественно, также был
заинтересован в сотрудничестве в ней с США, равно
как и с Великобританией.

* * *

Подходил к концу первый, самый трудный и опас-
ный для Советского Союза период Великой Отечествен-
ной войны. К, началу декабря 1941 г. фашистская Гер-
мания оказалась не в состоянии продолжать наступа-
тельные действия. В упорных оборонительных боях
Красная Армия нанесла рвавшейся вперед германской
военной машине такой урон, уничтожила, вывела из
строя такое количество военной техники и живой силы
врага, что эта машина забуксовала. Гитлеровские пла-
ны «блицкрига» против СССР провалились.

Задачи советской внешней политики заключались в
том, чтобы создать максимально благоприятные внеш-
ние условия для той самоотверженной борьбы, которую
вела Красная Армия. При тогдашнем положении, когда
Страна Советов со всех сторон находилась в капитали-
стическом окружении (исключение составляла только
МНР), сделать это было нелегко. Но расчеты гитлеров-
цев на изоляцию Советского Союза провалились. Наи-
большая опасность нависла бы над СССР в том слу-
чае, если бы он оказался в состоянии войны со всем
враждебным ему лагерем империализма. Однако Совет-
скому Союзу удалось избежать такой опасности, в чем
немалую роль сыграла советская дипломатия.

В связи с тем, что Советский Союз был вовлечен в
войну только после того, как уже разразилась война
между двумя империалистическими группировками, он
оказался по одну сторону фронта с Великобританией
и поддерживавшими ее Соединенными Штатами Аме-
рики.

Советское правительство со своей стороны делало
все возможное для углубления и укрепления сотрудни-
чества трех держав. Британское и американское пра-
вительства также оказались глубоко заинтересованны-
ми в сотрудничестве с СССР в войне против гитлеров-
ской Германии, так как не видели других возможностей
одержать победу.

Однако в политике и позиции трех держав были су-
щественные различия. Действительно эффективно сра-
жались против германских войск только Вооруженные
Силы Советского Союза. Обстановка теперь такова, кон-
статировал И. В. Сталин в докладе 6 ноября 1941 г.,
что наша страна ведет освободительную войну одна, без
чьей-либо военной помощи, против соединенных сил
немцев, финнов, румын, итальянцев и венгров, причем
на гитлеровскую военную машину работает промыш-
ленность Франции, Чехословакии, Бельгии, Голландии.
В докладе выражалась надежда на открытие второго
фронта, что существенно облегчило бы положение со-
ветских войск.

Излагая задачи, стоящие перед СССР, глава Совет-
ского правительства констатировал, что главная из них
состоит в том, чтобы освободить захваченные агрессо-
ром советские земли. Но в то же время СССР ведет
войну и за освобождение других порабощенных наро-
дов 158.

Для осуществления этих задач Советское правитель-
ство считало необходимым дальнейшее укрепление со-
трудничества СССР, Великобритании и других госу-
дарств, боровшихся против блока фашистских агрессо-
ров. Но эта задача была весьма сложной и трудной, так
как Советский Союз воевал в союзе с одной империали-
стической группировкой против другой, вставшей на
путь агрессии.

Советское правительство не жалело сил и энергии,
проявляло выдержку и гибкость, чтобы преодолеть все
эти трудности и добиться образования мощной и широ-
кой коалиции, которая могла бы нанести поражение фа-
шистско-милитаристскому блоку, поставившему своей
целью завоевание мирового господства.
Глава

ЗАВЕРШЕНИЕ
ОБРАЗОВАНИЯ
КОАЛИЦИИ

СССР

ВЕЛИКОБРИТАНИИ

И США
Внешне*
политическое
значение
разгрома
немецко*
фашистских
войск
под Москвой

5—6 декабря 1941 г. Красная Армия
перешла под Москвой в контрна-
ступление. Темпы продвижения по-
стоянно нарастали, и к началу янва-
ря 1942 г. советские войска, разгро-
мив ударные соединения находив-
шейся на московском направлении
крупнейшей немецко-фашистской во-

енной группировки, отбросили противника от Москвы
на 100—250 км.

Поражение вермахта под Москвой, переход Крас-
ной Армии в стратегическое контрнаступление означа-
ли окончательный крах германских планов разгрома
СССР в результате очередного «блицкрига». Советские
войска отбросили гитлеровских захватчиков также юго-
восточнее Ленинграда и на южном крыле советско-гер-
манского фронта, в том числе у Ростова-на-Дону, пре-
градив им путь на Кавказ.

Разгром немецко-фашистских войск под Москвой
явился началом коренного поворота в войне. Он имел
огромное внешнеполитическое значение. Вермахту бы-
ло нанесено первое крупное поражение с начала вто-
рой мировой войны, продолжавшейся уже более двух
лет. Было на деле доказано, что военная машина Гер-
мании отнюдь не является «непобедимой», как об этом
трубила на весь мир гитлеровская пропаганда. Крас-
ная Армия показала, что немецко-фашистские войска
можно не только остановить, но и разгромить, обратить
в бегство.

Если ранее на Западе умаляли достижения Совет-
ского Союза в социалистическом строительстве, если о
нем писали как о «колоссе на глиняных ногах», а пос-
ле нападения гитлеровской Германии дальнейшее су-
ществование его исчисляли неделями, то победой под
Москвой СССР наглядно продемонстрировал народам и
правительствам всего мира, что именно он оказался в
состоянии остановить зарвавшихся германских агрес-
соров.

Серьезно вырос международный авторитет СССР.
Народы оккупированных фашистскими захватчиками
стран, народы воевавших против агрессора государств,
народы, которые с ужасом ожидали нападения на них
в недалеком будущем,— все они увидели просвет в
свинцовых тучах войны, надежду на спасение. В Лон-
доне и Вашингтоне, хотя и по-прежнему в немалой
степени недооценивали возможности Советского Сою-
за, стали смотреть на него уже совсем иными глазами.
Великобритания и США теперь рассматривали СССР
как мощную силу и важнейшего союзника в войне.
Битва под Москвой тем самым содействовала укреп-
лению союза СССР, Англии и США, объединению их
усилий в борьбе против блока фашистских агрессо-
ров 1.

В середине декабря 1941 г. Черчилль телеграфиро-
вал Сталину: «Невозможно описать то чувство облег-
чения, с которым я каждый день узнаю о Ваших заме-
чательных победах на русском фронте. Я никогда еще
не чувствовал себя столь уверенным в исходе войны» 2.

Союз с СССР приобрел в это время совершенно
иное значение и для США, так как в результате на-
падения со стороны Японии они оказались 7 декабря
1941 г. втянуты в мировую войну. Через несколько
дней Соединенным Штатам объявили войну также
Германия, Италия, Венгрия и Румыния ♦.

Специфической особенностью положения на Даль-
нем Востоке было то, что если США и Великобритания
воевали с Японией, то Советский Союз оставался вне
войны с ней.

* Уже несколько лет в результате японской агрессии меж-
ду Японией и Китаем велась «необъявленная война». 9 декабря
1941 г. Китай официально объявил состояние войны с Японией.
Вступление США в войну на стороне Советского
Союза, Англии и их союзников существенно меняло
соотношение и расстановку сил в мировой войне. СССР
получил нового союзника в лице самой могуществен-
ной капиталистической державы мира. Правда, в на-
чале войны США терпели на Тихом океане поражения.
В результате внезапного нападения японцев на амери-
канскую военно-морскую базу Пёрл-Харбор была
уничтожена значительная часть американского Тихо-
океанского флота, но США еще только начинали нара-
щивать свою военную мощь. В дальнейшем их вклад
в войну против общего врага мог серьезно возрасти.

~----------— Принципиально важная задача со-

Визит в Москву ветской дипломатии заключалась в
А. ИДбНд у

том, чтобы формировавшемуся сою-
зу между СССР, Великобританией и США придать
договорное оформление. Это укрепило бы уверенность
в том, что Англия и Соединенные Штаты Америки бу-
дут сражаться вместе с СССР до конца войньц не пой-
дут на сепаратный мир с агрессорами. Поскольку в
правящих кругах этих держав были широко распрост-
ранены крайне враждебные Советскому Союзу наст-
роения, возможность такого развития событий нельзя
было не учитывать; Заключение, союза должно было,
по мнению Советского правительства, создать также
оптимальные возможности для действительно эффек-
тивного сотрудничества трех держав в войне, коорди-
нации и согласования их действий для скорейшего
разгрома общих врагов. Необходимо было по возмож-
ности согласовать цели трех держав в войне, урегули-
ровать ряд нерешенных в отношениях между ними
внешнеполитических вопросов. Учитывая горький опыт
взаимоотношений между тремя, странами в прежние
годы, Советское правительство проявляло огромную
заинтересованность также в том, чтобы сотрудничест-
во, установившееся между ними в годы войны, про-
должалось и после ее окончания.

Еще во время Московской конференции с участием
Бивербрука и Гарримана Сталин предложил превра-
тить советско-английское соглашение от 12 июля в
«союзный договор, который охватывал бы не только
военный, но и послевоенный период» 3.

Для того чтобы сгладить остроту разногласий, воз-
никших между Великобританией и СССР, британское
правительство приняло решение о поездке в Москву
министра иностранных дел А. Идена. 27 ноября на
заседании военного кабинета обсуждались директивы,
которыми он должен был руководствоваться в пере-
говорах с Советским правительством. Излагая Задачи
своей миссии, как он их понимал, Иден сказал, что не-
обходимо устранить подозрения Советского правйтель-
ства в том, что Великобритания «была бы готова за-
ключить мир с Германией, которая контролировалась
бы армией, если бы она свергла партию» 4...

Однако Черчилль не хотел давать по этому вопросу
каких-либо обещаний. В своем выступлении британ-
ский премьер не скрывал, что на какомтто этапе, он
действительно будет готов вступить в переговоры с
представителями Германии, если Гитлер и другие ли-
деры нацистской партии будут отстранены от власти.
«Премьер-министр сказал,гласит протокол этого за-
седания,—что мы сделали публичное заявление о том,
что мы не будем вести переговоров с Гитлером или с
нацистским режимом, но он считает, что мы пошли бы
слишком далеко, если бы заявили, что не будем вести
переговоров с Германией, контролируемой армией. Не-
возможно предсказать, какое по форме правительство
может оказаться в Германии тогда, если ее сопротивле-
ние будет ослаблено и она захочет вести переговоры» 5.

Тут предельно точно обрисованы сокровенные пла-
ны Черчилля: если Гитлер будет свергнут, то. британ-
ский премьер будет готов заключить с Германией мир,
пойти на сделку с ней. А эта сделка в конечном счете
могла бы оказаться направленной против Советского
Союза.

В связи с предстоящей поездкой Идена в Москву
1 декабря его посетил советский посол в Лондоне Май-
ский. Он сообщил, что, по мнению Советского прави-
тельства, во время визита было бы целесообразно за-
ключить два договора. В первом договоре содержались
бы условия о взаимной помощи в войне. Второй отно-
сился бы к послевоенному периоду. В нем речь шла бы
о послевоенном мирном урегулировании и политике
двух держав по отношению к Германии. Советское пра-
вительство считало необходимым принять меры, кото-
рые предотвратили бы развязывание Германией еще
одной воины 6.

4 декабря на заседании британского военного каби-
нета рассматривался подготовленный Форин оффисом
проект инструкции Идену. В нем говорилось о жела-
тельности ограничиться опубликованием англо-совет-
ской декларации (аналогичной Атлантической хартии),
в которой содержались бы лишь «определенные руко-
водящие принципы». Этим была бы «продемонстриро-
вана» решимость совместно бороться против агрессии 7.
Если Советское правительство считало необходимым
заключение по всем правилам оформленного союзного
договора, то в Лондоне по-прежнему предпочитали
ограничиваться самой общей декларацией. Военный ка-
бинет утвердил инструкцию.

Британский военный кабинет рассмотрел также
вопрос о позиции, которую должен занять Иден, если
советские представители поднимут вопросы послевоен-
ного мирного урегулирования. Было решено, что Иден
«будет избегать вовлечения в конкретные дискуссии»
по этим вопросам8. Британское правительство намере-
валось сначала согласовать свою позицию по вопросам
мирного урегулирования с США, а затем «известить»
о принятых решениях Советское правительство9.

Во время беседы с Майским, состоявшейся на сле-
дующий день, Черчилль изложил свои взгляды в от-
ношении Германии. Посол сообщал в Москву, что бри-
танский премьер считает необходимым после войны
«полное разоружение Германии по крайней мере на
целое поколение, раздробление Германии на части,
прежде всего отделение Пруссии от остальных частей
Германии». Однако Черчилль считает нецелесообраз-
ным открыто заявлять сейчас о расчленении Германии,
ибо это могло бы побудить немцев оказывать союзни-
кам более упорное сопротивление 10.

Получив информацию о содержании директив Иде-
ну, государственный секретарь США К. Хэлл дал аме-
риканскому послу в Лондоне Дж. Вайнанту указания
заявить британскому министру иностранных дел о не-
желательности принятия им в Москве каких-либо обя-
зательств относительно послевоенного урегулирования.
Иден обещал учесть мнение американского правитель-
ства 11.

Ни британское, ни американское правительства не
намеревались согласовывать с СССР вопросы после-
военного мирного урегулирования. Они исходили из
того, что в результате войны Советский Союз будет
настолько ослаблен, что они смогут решать большин-
ство мировых проблем по собственному усмотрению и
навязывать Советскому Союзу угодные им условия.

Таким образом, Иден отправлялся в Москву с дву-
личной миссией. Перед ним стояла задача, используя
«дымовую завесу» разговоров о союзе, уклониться от
установления с Советским Союзом действительно тес-
ного сотрудничества, от каких-либо конкретных союз-
нических обязательств перед ним. Воюя за свои соб-
ственные интересы, Советский Союз в то же время
воевал и за интересы Великобритании, буквально
спасая ее от гибели. Черчилля это вполне устраивало,
и договариваться о чем-либо с СССР он считал из-
лишним.

16 декабря Иден прибыл в Москву, ив тот же день
начались его переговоры со Сталиным и Молотовым.
Председатель Совета Народных Комиссаров СССР пе-
редал министру иностранных дел Англии проекты
упомянутых двух договоров. Иден представил на рас-
смотрение проект совместной декларации. Сталин вы-
сказался за то, чтобы подписывать не декларацию, а до-
говоры.

Глава Советского правительства подчеркнул необ-
ходимость согласовать военные цели СССР и Англии,
что сделает союз двух стран более прочным. Если наши
цели будут различными, сказал он, То не будет и дей-
ствительного союза. Из конкретных проблем Советское
правительство выдвинуло на первый план такой прин-
ципиально .важный для СССР вопрос, как признание
британским правительством советских западных гра-
ниц, существовавших 22 июня 1941 г., в частности
вхождения Латвии, Литвы и Эстонии в состав СССР.
Однако Иден занял уклончивую позицию, заявляя, что
не уполномочен брать подобных обязательств.

И. В. Сталин высказался также за необходимость
восстановления независимости Чехословакии (в до-
мюнхенских границах), Югославии, Албании, Греции
и Австрии. Он согласился с мнением Идена, что Гер-
мания должна будет уплатить репарации, но уточнил:
не деньгами, а товарами. Министр иностранных дел
Англии отметил необходимость установления над Гер-
манией военного контроля, а также, возможно, ее рас-
членения. Касаясь последнего вопроса, Сталин выска-
зался за передачу Польше Восточной Пруссии и уста-
новление польской западной границы по Одеру12.

В связи с высказыванием главы Советского прави-
тельства о Чехословакии следует отметить, что ни бри-
танское, ни даже чехословацкое эмигрантское прави-
тельства в то время не ставили вопроса о полной отмене
решений мюнхенского соглашения 1938 г. и восстанов-
лении границ Чехословакии в их прежнем виде 13. Пер-
вым этот вопрос поднял Советский Союз.

Встал также вопрос о Турции. Учитывая широко
распространенные на Западе клеветнические домыслы
о позиции СССР пр отношению к Турции, полезно при-
вести соответствующий абзац из доклада Идена воен-
ному кабинету Англии: «Позиция Сталина в отноше-
нии Турции была самой резонной. Он согласен, что мы
должны относиться к Турции хорошо и предложить ей
поощрения, чтобы она осталась нейтральной... Он не
выражал никаких вожделений в отношении проливов».
Для обеспечения нейтралитета Турции Сталин пред-
лагал даже возвратить ей Додеканезские острова, ко-
торые после первой мировой войны были отобраны у
нее державами Антанты и переданы Италии ,4.

17 декабря в результате переговоров были в основ-
ном согласованы тексты обоих договоров, хотя некото-
рые вопросы остались нерешенными. Первый из до-
говоров в основном совпадал с советско-английским
соглашением от 12 июля; но были внесены некоторые
уточнения. Во втором договоре предусматривалось со-
трудничество в урегулировании послевоенных вопро-
сов, связанных с обеспечением мира и безопасности в
Европе, а также принятие мер, чтобы сделать невоз-
можной новую агрессию со стороны Германии 15.

Состоялось еще несколько бесед советских руково-
дителей с Иденом, во время которых они стремились
согласовать вопрос о признании Англией советских за-
падных границ 1941 г. Поскольку урегулировать его
не удалось, Советское правительство предложило отло-
жить подписание договоров.

Не соглашаясь на включение в договор положения
о восстановлении советских довоенных границ, Иден,
однако, заявил, что британское правительство считает-
ся с суверенитетом Советского Союза в Прибалтике.
Иден заверял, что после возвращения в Лондон смо-
жет урегулировать там этот вопрос 16.

Что касается вопроса о советско-польской границе,
то Сталин отметил, что он не настаивает на его немед-
ленном решении. Он выразил надежду, что позднее
удастся достигнуть по нему соглашения. Советское
правительство готово положить в основу советско-поль-
ской границы «линию Керзона» 17.

Состояние московских переговоров было рассмот-
рено 19 декабря на заседании британского военного
кабинета (ввиду отсутствия в Лондоне Черчилля пред-
седательствовал лидер лейбористов К. Эттли). В ре-
зультате заседания Идену была послана телеграмма,
что военный кабинет придерживается принципа о не-
возможности заключения до окончания войны каких-
либо соглашений о границах. Поэтому в настоящее
время невозможно подписать договоры, предложенные
советской стороной. Однако такая позиция, занимае-
мая правительством в данный момент, не означает,
что оно вообще против советских предложений 18.

Черчилль находился в это время на пути в США.
Получив информацию о московских переговорах, он
телеграфировал, что идти на уступки не следует. Рус-
ские и так вынуждены воевать, чтобы защитить свои
жизни и, кроме того, они, мол, «зависят» от Англии в
связи с поставками 19.

Главная же причина такой позиции Черчилля за-
ключалась в другом. Он писал из Вашингтона: «Никто
не может предвидеть, каким будет баланс сил и где
окажутся армии-победительницы в конце войны. Од-
нако представляется вероятным, что Соединенные
Штаты и Британская империя далеко не будут исто-
щены и будут представлять собой самый мощный во-
енный и экономический блок, какой когда-либо видел
94
мир, и что Советский Союз будет нуждаться в нашей
помощи для восстановления страны в гораздо большей
степени, чем мы тогда будем нуждаться в его помо-
щи» 20. Американский историк У. Макнейлл отмечает,
что, по мнению Черчилля, Советский Союз в таких
условиях не был бы в состоянии отстоять свои довоен-
ные границы, признания которых требовал Сталин21.

Из таких же соображений исходило и правительст-
во США. Оно полагало, что Сталин ставил эти вопросы
потому, что не надеялся, что Россия будет в конце вой-
ны достаточно сильной, чтобы восстановить свои гра-
ницы 1941 г.22

В результате позиции, занятой британским прави-
тельством, подписание согласованных текстов двух
договоров между СССР и Англией оказалось во время
пребывания Идена в Москве невозможным. Было ре-
шено, что переговоры о договорах будут продолжены
через обычные дипломатические каналы.

В ходе переговоров обсуждались также военные
вопросы. Сталин отметил, что худший период в произ-
водстве в СССР военных материалов теперь позади.
Весной приходится ожидать новое германское наступ-
ление, но если бы был открыт второй фронт, то война
могла бы кончиться еще в 1942 г.23 Однако британ-
ские представители ответили, что вторжение на конти-
нент в ближайшем будущем невозможно24. Иден ска-
зал, что Англия не располагает достаточными силами
для посылки войск на советский южный фронт25.

Сталин во время беседы 18 декабря констатировал,
что ранее СССР ставил вопрос о втором фронте, но
британское правительство отклонило это. Затем Совет-
ский Союз выдвинул другое предложение — о посылке
британских войск на советский фронт. Если британ-
ское правительство считает в настоящий момент дан-
ное предложение неосуществимым, то СССР готов не
настаивать на нем и выдвигает теперь новое, третье
предложение: совместная англо-советская операция на
севере, в районе Петсамо, и в Северной Норвегии. СССР
смог бы дать для этой операции сухопутные силы, от
Англии потребовалась бы помощь флотом и авиацией.
В результате было бы оккупировано Петсамо, и в Се-
верной Норвегии был бы создан очаг сопротивления
германской агрессии. В дальнейшем туда можно было
бы направить и норвежских добровольцев. Иден выра-
зил согласие обсудить этот вопрос26.

Во время визита Идену, сопровождавшему его за-
местителю начальника имперского генерального шта-
ба генералу А. Нею и другим британским военным
была предоставлена возможность посетить Клин, толь-
ко что освобожденный от германских войск. Они во-
очию убедились в ожесточенности происходивших боев,
в великолепных успехах советских войск, их силе
и мощи.

В ходе переговоров Иден поставил вопрос о помо-
щи со стороны СССР, чтобы ослабить давление на Бри-
танскую империю и США на Дальнем Востоке. Таким
образом, британское правительство заявляло о его за-
интересованности во вступлении Советского Союза в
войну против японских агрессоров.

Позиция Коммунистической партии и Советского
правительства по вопросу о дальнейших отношениях
с Японией в связи с ее нападением на США и тем са-
мым открытым вступлением во вторую мировую войну
была к этому времени уже четко определена. Еще
И декабря В. М. Молотов телеграфировал новому со-
ветскому послу в США М. М. Литвинову:

«По вопросу о нашей установке в связи с японо-
американской войной Вам сообщается, что мы не счи-
таем возможным объявить в данный момент состояние
войны с Японией и вынуждены держаться нейтрали-
тета, поскольку Япония будет соблюдать советско-
японский пакт о нейтралитете. Мотивы:
Первое. Советско-японский пакт обязывает нас к
нейтралитету, й мы не имеем пока основания не вы-
полнять свое обязательство по этому пакту...

Второе. В настоящий момент, когда мы ведем тя-
желую войну с Германией и почти все- наши силы со-
средоточены против Германии, включая сюда половину
войск с Дальнего Востока, мы считали бы неразумным
и опасным для СССР объявить теперь состояние войны
с Японией и вести войну на два фронта... Объявление
состояния войны с Японией со стороны СССР ослаби-
ло бы силу сопротивления СССР гитлеровским войскам
и пошло бы на пользу гитлеровской Германии. Мы ду-
маем, что главным нашим общим врагом является все
же гитлеровская Германия, ввиду чего ослабление со-
противления СССР германской агрессии привело бы к
усилению держав оси в ущерб СССР и всем нашим
союзникам»27.

В соответствии с такой позицией Советского прави-
тельства Сталин заявил Идену, что в случае если бы
Советский Союз объявил войну японским агрессорам,
то он должен был бы сражаться с ними и на земле, и
на море, и в воздухе. Для этого нужно подготовиться.
Пока СССР не готов, так как перебросил значительное
количество войск с Дальнего Востока на советско-гер-
манский фронт28. Британское правительство признало
советскую позицию по этому вопросу разумной. Таким
же образом освещают ее и британские историки29.

Иден покинул Москву 22 декабря. В опубликован-
ном в результате визита коммюнике говорилось: «Бе-
седы, происходившие в дружественной атмосфере, кон-
статировали единство взглядов обеих сторон на воп-
росы, касающиеся ведения войны, в особенности на
необходимость полного разгрома гитлеровской Герма-
нии и принятия после того мер, которые сделали бы
повторение Германией агрессии в будущем совершен-
но невозможным» 30.

в. Я. Сиполс
Таким образом, никаких проблем советско-англий-
ских отношений в результате визита Идена в Москву
решено не было. Но этот визит свидетельствовал о том,
что британское правительство, как и Советское, при-
давало немаловажное значение союзу СССР и Велико-
британии в войне. Беседы в Москве проходили в
дружественной обстановке. В результате визита уста-
новились непосредственные контакты между прави-
тельствами двух стран, были обсуждены многие инте-
ресовавшие обе страны вопросы, а также в основном
согласованы тексты договоров о взаимной помощи и
сотрудничестве СССР и Великобритании в войне и при
послевоенном мирном урегулировании. Таким образом,
визит Идена внес определенный вклад в укрепление
советско-английского сотрудничества в войне.

Декларация
Объединенных
наций
(1 января
1942 г.)
вительство со

= В связи со вступлением США во вто-
рую мировую войну встал вопрос об
укреплении сотрудничества СССР,
Великобритании и США в борьбе
против общего врага. Советское пра-
своей стороны считало необходимым сде-

лать для этого все возможное.

В результате перехода Красной Армии под Моск-
вой в успешное контрнаступление в Лондоне и Ва-
шингтоне стали гораздо выше оценивать роль СССР в
войне против блока агрессоров. Тем более что США и
Великобритания терпели на Дальнем Востоке одно <
крупное поражение за другим. Но действительно прин-
ципиальных изменений в их позиции по отношению к
СССР все же не произошло. Решать мировые пробле-
мы они по-прежнему намеревались только сами, без
участия Советского Союза. А. Идену, отбывшему в Мо-
скву как раз в день нападения Японии на США, ни*
каких новых, дополнительных указаний дано не было;

Совсем по-другому относились в Лондоне к сотруД"
ничеству с США. Черчилль решил самолично отпра-
виться в Вашингтон, где с 22 декабря 1941 г. по 14 ян-
варя 1942 г. вел переговоры с политическими и воен-
ными деятелями США. О серьезности намерений Чер-
чилля свидетельствовал также тот факт, что вместе с
ним в Вашингтон прибыли английские начальники
штабов. Хотя даже из документов, подготовленных в
связи с поездкой, видно, какое значение в Лондоне
придавали роли Советского Союза в достижении побе-
ды, он намеревался согласовывать свои военно-страте-
гические планы лишь с США.

В документе о будущей англо-американской стра-
тегии, подготовленном 16 декабря британскими воен-
ными органами, отмечалось значительное изменение
положения в мире за последнее время, а именно:

«а) Провал германской военной кампании против
России. Сохранение русского фронта является одно-
временно огромнейшим вкладом в процесс ослабления
боеспособности войск противника и подрыва его мо-
рали. Открываются новые возможности. Если русские
армии будут в состоянии продолжать сражаться, то
союзники впервые будут иметь на континенте фронт,
с которого можно совершить прямое вторжение на тер-
риторию Германии при первых признаках деморали-
зации врага. По этим соображениям мы рассматриваем
продолжение сопротивления со стороны России как
имеющее первостепенное значение для объединивших-
ся держав в их стратегии разгрома Германии.

б) Вступление в войну Японии и недавняя потеря
объединившимися державами ряда линейных кораблей
уже заставила нас перейти к обороне на Дальнем Во-
стоке, во всяком случае временно...»

Таким образом, британские военные органы призна-
вали, что пока единственным обнадеживающим мо-
ментом были победы героической Красной Армии.
В документе признавалось и то значение, которое
СССР впоследствии мог сыграть в разгроме японских
агрессоров: «Вступление России, располагающей бом-
бардировщиками, которые со своих баз могут покры-
вать расстояние до Токио, и значительным подводным
флотом во Владивостоке, в войну против Японии име-
ло бы громадное значение».

Британские военные руководители считали необхо-
димым сначала одержать победу над Германией, а лишь
затем над Японией.

Принципиально менять свои средства и методы ве-
дения войны с Германией военные круги Англии не
собирались. По-прежнему это были блокада, бомбар-
дировки и подрывные действия, но добавлялся еще
один пункт — «поддержка России». Под этим пунктом
имелись в виду поставки Советскому Союзу военных
материалов, а по существу — старый британский прин-
цип ведения войны чужими руками.

Сама Великобритания и далее собиралась занимать-
ся прежде, всего сохранением своих имперских позиций
на Ближнем и Среднем Востоке. При этом отмечалось
«по крайней мере временное облегчение положения»
в данном районе в результате отпора германским
войскам на всем русском фронте, «особенно успеха
русских у Ростова». В Лондоне начали разрабаты-
ваться планы высадки англо-американских войск во
Французской Северной Африке31.

Ни на 1942 г., ни даже на 1943 г. наступательных
действий английских и американских войск непосред-
ственно против Германии не предусматривалось. В Лон-
доне исходили из того, что в течение предстоящих двух
лет Советский Союз по-прежнему должен будет вое-
вать с Германией в одиночку.

США лишь недавно оказались в состоянии войны,
и их военные органы были подготовлены к англо-аме-*
риканской встрече менее обстоятельно, чем британ-
ские. Но по ряду вопросов у них уже сложилось опре-
100
деленное мнение. В Вашингтоне разделяли взгляды
британского правительства, что, несмотря на опасную
обстановку на Тихом океане, основой стратегии должен
быть разгром в первую очередь Германии. С этой
целью американские военные органы считали необхо-
димым осуществить решительное большое наступление
«с сосредоточением главных сил в Западной Европе».
Это наступление должно было проводиться «во взаи-
модействии с возможно более сильным русским наступ-
лением на Восточном фронте» 32.

Возможная высадка войск западных союзников во
Французской Северной Африке, где никаких немецких
войск не было, рассматривалась американскими воен-
ными органами не только как второстепенное меро-
приятие, но и как нежелательное отклонение от основ-
ной цели33.

Однако Рузвельт придавал большое значение вы-
садке в Северной Африке. В результате визита Чер-
чилля в Вашингтон было согласовано, что для высадки
будут подготовлены экспедиционные войска в составе
примерно 90 тыс. американских и 90 тыс. британских
солдат. Предполагалось, что подготовка потребует око-
ло шести месяцев 34.

В Вашингтоне был составлен документ, содержа-
вший согласованные англо-американские планы воен-
ной стратегии. За основу были приняты британские
предложения.

Учитывая опыт первой мировой войны, государст-
венный секретарь США К. Хэлл подготовил предло-
жение о создании Верховного военного совета в соста-
ве глав правительств или представителей правительств
США, Великобритании, Китая и СССР. Задача его за-
ключалась в общем руководстве войной. Это предло-
жение было рассмотрено Рузвельтом и Черчиллем, но
не встретило их поддержки35. Поскольку онй не соби-
рались согласовывать свои стратегические планы и
действия ни с Советским Союзом, ни с Китаем, то соз-,
дание такого органа не соответствовало их намерени-
ям. Они решили учредить двусторонний англо-амери-
канский Объединенный комитет начальников штабов,
ставший руководящим органом империалистического
блока США и Англии в войне.

Таким образом, после вступления США в войну
началось согласование британских и американских
стратегических планов. У Великобритании, США и
СССР были общие враги — Германия и ее союзники,
но в результате позиции Лондона и Вашингтона полу-
чалось, что англо-американский блок воевал как бы
сам по себе, а Советский Союз сам по себе. Американ-
ский историк официального направления У. Макнейлл
констатировал, что во время вашингтонских перегово-
ров был определен характер военных отношений США
и Великобритании с Россией, заключавшийся в том,
что таких отношений не было. «В результате этого,—
писал он,— велись две отдельные друг от друга вой-
ны» 36. Г. Колко констатирует, что против агрессивно-
го блока воевали как бы две коалиции: во-первых*
«действительная коалиция» между Великобританией
и США, которые были связаны общими коренными ин-
тересами, хотя между ними иногда и возникали серьез-,
ные конфликты; во-вторых, коалиция англо-американ-
ского блока с СССР37.

Что касается принятого во время встречи в Вашинг-
тоне решения о необходимости разгромить в первую
очередь Германию, то это соответствовало также и ин-
тересам Советского Союза. Но откладывание Велико-
британией и США начала активных действий на евро-
пейском континенте на неопределенный срок резко
снижало фактическое значение этого решения.

Англо-американские планы, сводившиеся к тому»
чтобы затянуть на несколько лет начало военных дей-
ствий непосредственно против Германии и заняться
пока захватом французских и итальянских колониаль-
ных владений в Северной Африке, то есть воевать не
на европейском, а на африканском континенте, резко
осложняли положение СССР. Эти планы означали, что
вся тяжесть вооруженной борьбы с Германией и впредь
будет падать почти исключительно на Советский Союз,
а США и Англия будут отсиживаться за морями и
океанами. Британская и американская дипломатия с
готовностью оказывала Советскому Союзу «моральную
поддержку», скрывая от него эти свои сугубо империа-
листические планы.

Рузвельт и Черчилль считали необходимым юриди-
ческое оформление военно-политического союза всех
государств, находившихся в состоянии войны с Гер-
манией, Италией, Японией и их сателлитами. Сразу же
после нападения со стороны Японии правительство
США начало разрабатывать проект совместной декла-
рации всех этих государств. При этом в Вашингтоне
исходили из того, что первую скрипку в этом союзе
должны будут играть именно Соединенные Штаты.
В отличие от первой мировой войны, когда США при-
надлежали не к основным «союзным» государствам, то
есть державам Антанты, а только к «присоединившим-
ся» к ним странам, правительство Соединенных Шта-
тов на этот раз, как пишет в своих мемуарах К. Хэлл,
«хотело объединиться в полный союз с другими госу-
дарствами, воевавшими со странами оси». «Деклара-
ция, которую мы теперь подготовили,— писал он,—
имела характер союза. Она содержала два главных по-
ложения, обычно имеющихся в военном союзе, а имен-
но обязательство о полной поддержке и сотрудничестве
в ведении войны против общего врага и обязательство
не прекращать военных действий против общего врага
иначе как с общего согласия» 38.

По прибытии Черчилля в Вашингтон Рузвельт согла-
совал с ним проект этой декларации. Затем, 27 декабря,
они информировали об этом проекте М. М. Литви-
нова, подчеркнув важность декларации «в качестве
демонстрации солидарности и решимости воевать до
победы» 39. Советскому послу был передан проект дек-
ларации в целях согласования его с Советским прави-
тельством. Через два дня он сообщил о согласии пра-
вительства СССР подписать декларацию. Правда, по-
скольку Советский Союз не находился в состоянии
войны с Японией, встал вопрос о том, опубликует ли
СССР самостоятельную декларацию или же в текст
общей декларации будут внесены соответствующие
уточнения. Было решено, что предпочтительнее уча-
стие СССР в общей декларации. В связи с этим в текст
внесли некоторые поправки, предложенные Советским
правительством40.

По инициативе Рузвельта первоначальное название
документа — «Декларация объединившихся держав»
было изменено на «Декларация Объединенных наций».
Английское слово «nation» имеет два значения: «госу-
дарство» и «народ». Речь шла о декларации государств,
а не народов, но Рузвельт всегда придавал немалое
значение пропагандистской стороне вопросов. Видимо,
поэтому он и предложил слово «нации».

1 января 1942 г. в Вашингтоне эту декларацию пер-
выми подписали Рузвельт, Черчилль, Литвинов и пред-
ставитель Китая Сун Цзывень. Затем на ней поставили
свои подписи представители еще 22 государств. Во
вступительной части декларации указывалось, что для
защиты жизни, свободы, независимости и для сохране-
ния человеческих прав и справедливости необходима
«полная победа» над врагом. Подчеркивалась также
связь этой декларации с Атлантической хартией. В дек-
ларации содержались следующие важнейшие обяза-
тельства:

«1) Каждое правительство обязуется употребить
все его ресурсы, военные и экономические, против тех
104
членов тройственного пакта и присоединившихся к
нему, с которыми это правительство находится в войне.

2) Каждое правительство обязуется сотрудничать с
правительствами, подписавшими настоящую деклара-
цию, и не заключать сепаратного перемирия или мира
с врагами».

Декларация была открыта для присоединения дру-
гих государств 41.

26 государств, подписавших Декларацию Объеди-
ненных наций, официально стали союзниками в войне.
Была создана мощная коалиция государств, воевавших
против блока фашистских агрессоров, которая получи-
ла название «Объединенные нации». Во всех подпи-
савших ее странах декларации придавалось огромное
значение. Общая оценка в большинстве из них своди-
лась к тому, что силы коалиции настолько мощнее сил
блока агрессоров, что можно твердо рассчитывать на
ее победу в войне.

Декларация Объединенных наций имела принципи-
альное значение и для Советского Союза. Если в 1941 г.
СССР заключил соглашения о союзе и сотрудничестве
в войне только с Великобританией, Польшей и Чехо-
словакией, то теперь его союзниками стали 25 капита-
листических государств. Особенно следует отметить
тот факт, что в результате подписания этой деклара-
ции США стали союзниками СССР и Великобритании.

Однако судьбы войны решались все же не путем
подписания деклараций, а на полях сражений. Участ-
ники декларации обязались употребить в войне все
свои военные и экономические ресурсы. Советский
Союз действовал именно так. Но о других государст-
вах, подписавших декларацию, как показали дальней-
шие события, этого нельзя было сказать. Они участво-
вали в войне далеко не всеми своими силами. Пере-
говоры между Рузвельтом и Черчиллем в Вашингтоне
свидетельствовали о том, что на ближайшее время они
никаких крупномасштабных действий даже не наме-
чали.

Уместно отметить также неоднородность состава
коалиции. Это были государства двух противополож-
ных общественных систем — социалистической и ка-
питалистической. Вхождение их в единую коалицию
отнюдь не означало исчезновения между ними клас-
совых различий и противоречий. Эти противоречия то
и дело давали о себе знать. Реакционные круги капи-
талистических государств продолжали вести клеветни-
ческую пропаганду против своего союзника — СССР.

Не отличался однородностью и состав входивших в
союз капиталистических государств. Это были, во-пер-
вых, США и Великобритания, являвшиеся двумя круп-
нейшими в мире империалистическими державами и
выступавшие в войне как англо-американский блок.
Входили в состав коалиции и другие буржуазно-демо-
кратические государства — Канада, Австралия и т. д.
Но участвовали в ней и государства с крайне реакцион-
ными режимами, например расистский Южно-Афри-
канский Союз. Реакционные режимы были и в неко-
торых странах Латинской Америки, поставивших свои
подписи под декларацией. Многие страны, хотя и под-
писали декларацию, не принимали непосредственного
участия в военных действиях. Но уже один тот факт,
что все эти государства были на стороне антигитлеров-
ской коалиции, а не агрессоров, имел немаловажное
значение.

Советско-
английский
союзный договор
(26 мая 1942 г.)

Контрнаступление, начатое под Мо-
сквой, переросло в общее стратеги-
ческое наступление Красной Армии.
Всего с июня 1941 г. до конца апре-
ля 1942 г. на советско-германском

фронте сухопутные войска Германии потеряли убиты-
ми, ранеными и пропавшими без вести более 1,5 млн.
человек. Было уничтожено около 4 тыс. танков и штур-
мовых орудий противника42.

Успешные наступательные операции советских
войск зимой 1941/42 г. имели огромное значение не
только в Великой Отечественной войне Советского
Союза, но и во всей второй мировой войне. Все свобо-
долюбивые народы понимали, что их судьба решалась
именно на советско-германском фронте. Английский,
американский и другие народы горячо выражали свои
симпатии советскому народу в его героической борьбе
против германских агрессоров. Постоянный замести-
тель министра иностранных дел Англии А. Кадоган
констатировал, что в стране очень сильны прорусские
настроения 43. Рузвельт писал главе Советского прави-
тельства 12 апреля: «Американский народ в восторге
от замечательной борьбы Ваших вооруженных сил» 44.

Восхищение героической борьбой советского наро-
да против общего исключительно опасного врага пере-
растало в требование народных масс Великобритании
и США о более активном участии вооруженных сил
этих стран в войне против Германии, об укреплении
сотрудничества между Великобританией, США и СССР.

Одним из вопросов, нуждавшимся в решении, было
предложение Советского правительства Идену во вре-
мя его пребывания в Москве о заключении советско-
английских договоров о союзе и послевоенном сотруд-
ничестве. Рассмотрение этого вопроса британским пра-
вительством серьезно затянулось.

Только 28 января Иден представил правительству
меморандум по этому вопросу, высказываясь за под-
писание договоров. Но учитывая позицию США, писал
он, следует еще раз обратиться к Рузвельту. Если он
не согласится с предложениями России, то следует
искать компромиссное решение, а окончательное уре-
гулирование вопроса отложить до мирной конферен-
ции. Россия будет иметь возможность вносить на ней
свои предложения, «мы будем свободны принимать
или отклонять их» 45.

Для того чтобы были понятны неоднократно вно-
сившиеся и в дальнейшем британским правительством
предложения отложить решение ряда вопросов до мир-
ной конференции, следует уточнить общий смысл та-
ких предложений. Он сводился к тому, что Англия уже
не будет нуждаться в СССР для разгрома Германии и
поэтому сможет отклонять советские предложения.
В Лондоне не сомневались, что подавляющее большин-
ство стран — участниц конференции поддержит при ре-
шении этих вопросов Англию и США.

Когда 6 февраля этот меморандум Идена рассмат-
ривался на заседании британского военного кабинета,
развернулась весьма показательная дискуссия. Бивер-
брук констатировал, что Сталин требует всего лишь
признания советских границ в том виде, в каком они
существовали в июне 1941 г., когда Германия напала
на СССР. Он выступал за принятие предложений Со-
ветского правительства. «Министр сказал,— говорится
далее в протоколе заседания,— что наши отношения с
Россией ухудшаются, мы не можем позволить себе
ожидать, а должны протянуть руку дружбы и подпи-
сать договор с ней возможно скорее. Стоит напомнить,
что до сих пор Россия внесла в ведение войны гораздо
больший вклад, чем Соединенные Штаты...» 46

После него слово взял А. Иден. «Создание хорошей
основы этих отношений имеет исключительное значе-
ние. М-р Сталин желает заключить с нами договор не
только о союзе в войне, но также о послевоенном со-
трудничестве. Если мы не сможем заключить с ним
договоры, то мы не будем иметь действительного со-
трудничества. Иден выражает уверенность, что договор
может быть заключен не иначе как на основе границ
России июня 1941 г. Он высказывается за то, чтобы
заявить правительству Соединенных Штатов, что с
точки зрения более широкого подхода к войне и англо-
русского сотрудничества мы хотели бы принять тре-
бования м-ра Сталина о границах России 1941 г.»

Однако лорд-хранитель печати лидер лейборист-
ской , партии К. Эттли и некоторые другие министры
высказались против принятия советских предложений.
Черчилль завершил дискуссию заявлением о необхо-
димости согласования вопросов с США47.

Между тем еще 4 февраля 1942 г. государственный
департамент передал Рузвельту меморандум цр этому
вопросу. Этот документ наглядно свидетельствует о
том, что, хотя СССР и США были союзниками в войне,
в госдепартаменте по-прежнему относились к Совет-
скому Союзу с предельной враждебностью. Авторы
меморандума даже в условиях, когда германские вой-
ска находились не так далеко от Москвы, клеветниче-
ски заявляли, что Сталин стремится к заключению с
Великобританией договоров, «которые превратили бы
Советский Союз в доминирующую силу в Восточной
Европе, если не на всем континенте». Такие заявления
ничем не отличались от «большой лжи» гитлеровского
министра пропаганды Геббельса. Посвятив значитель-
ную часть документа изложению подобных резко ан-
тисоветских домыслов, в том числе об опасности «рас-
пространения большевизма», госдепартамент США
высказался за то, чтобы «занимать твердую пози-
цию» 48, то есть отказываться признавать советские
западные границы по состоянию на 22 июня 1941 г.

Если в Лондоне сочли необходимым учитывать за-
конные интересы СССР в отношении восстановления
его довоенных границ, то в госдепартаменте США при-
держивались иного мнения. Вашингтон вполне устраи-
вало, что Советский Союз, воюя против общих врагов,
отстаивал одновременно и интересы США, но считать-
ся с законными интересами СССР американские пра-
вящие круги не хотели.
17—18 февраля британский посол в США лорд Га-
лифакс передал американцам тексты полученных им
из Лондона телеграмм, в которых была изложена по-
зиция британского правительства. В них подчеркива-
лось, что отклонение советских предложений «может
оказаться концом перспектив на плодотворное сотруд-
ничество с Советским правительством в наших общих
интересах». Впоследствии это может отразиться так-
же на решении СССР, вступать в войну с Японией или
нет. «Вряд ли можно сомневаться в том, что Совет-
ское правительство испытывает подозрение, как бы
наша политика сотрудничества с правительством Соеди-
ненных Штатов не осуществлялась за счет интересов
России и как бы мы не захотели установить после
войны англо-американский мир» 49. Рузвельт дал Уэл-
лесу указания сообщить Галифаксу, что он не считает
возможным принять советские предложения. Этот
вопрос, сказал он, должен решаться после окончания
войны. Президент Соединенных Штатов Америки от-
метил, что сам обратится по этому вопросу к Совет-
скому правительству50.

10 марта Галифакс получил из Лондона новые ука-
зания для бесед с Рузвельтом, в которых еще более
настойчиво доказывалась необходимость дать Совет-
скому правительству положительный ответ. В теле-
грамме Галифаксу сообщалось: «Сталин желает, в чем
мы убеждены, быть уверенным в том, что мы поддер-
живаем его в достижении им в войне его минимальных
целей... Сталин наверняка будет рассматривать такую
позицию как нежелание сотрудничать, что будет под-
тверждать его подозрения, что он не может надеяться
на то, что мы и Соединенные Штаты действительно
будем учитывать интересы России, что мы желаем,
чтобы Россия продолжала вести войну за британские
и американские цели, наконец, что мы охотно наблю-
дали бы за тем, как Россия и Германия взаимно исто-
щают друг друга. Это... сделает невозможным плодо-
творное сотрудничество с Россией в этой критической
обстановке. Мы не можем игнорировать тот факт, что
наши нынешние отношения с Россией совершенно не-
удовлетворительны и это ослабляет и ставит под угрозу
ход войны в целом» 51. Британский посол передал текст
этой телеграммы Уэллесу.

12 марта Рузвельт пригласил советского посла Лит-
винова и информировал его о своей позиции. Он ска-
зал, что «по существу у него нет никаких расхожде-
ний» с Советским правительством по вопросу о совет-
ских западных границах и что он всегда считал ошиб-
кой отделение прибалтийских провинций от России
после первой мировой войны. Рузвельт заявил, что «он
заверит Сталина частным образом, что он с ним абсо-
лютно согласен». Президент сказал, что он «не пред-
видит никаких затруднений с желательными Совет-
скому Союзу границами после войны, однако сейчас
считает постановку этого вопроса преждевременной» 52.
Но советский посол поставил вопрос: что будет, если
ко времени окончания войны президентом США ока-
жется не Рузвельт? 53

По указанию из Москвы Литвинов информировал
госдепартамент, что Советское правительство • приняло
информацию Рузвельта к сведению54. Со своей сторо-
ны оно вопроса о западных границах СССР перед пра-
вительством США не поднимало.

25 марта на заседании британского военного каби-
нета было решено продолжать переговоры с Советским
правительством «на основе его требований относи-
тельно границ». «Тот факт,— говорится в протоколе
заседания,— что мы можем сделать относительно мало
путем военной помощи России, делает заключение до-
говора тем более необходимым» 55. Два дня спустя Иден
сообщил советскому послу о готовности британского
правительства продолжить переговоры и заключить с
СССР договоры на тех основах, которые уже обсуж-
дались 56.

Вскоре в Лондоне стало известно, что Рузвельт на-
меревается пригласить Молотова в Вашингтон для
переговоров о втором фронте. 8 апреля оно приняло
решение пригласить наркома иностранных дел СССР
посетить также Лондон и подписать указанные догово-
ры57. Об этом сразу же был информирован советский
посол в Лондоне58. Советское и английское правитель-
ства передали друг другу подготовленные ими проекты
договоров 59.

В. М. Молотов прилетел в Англию 20 мая. На сле-
дующий день во время встречи с Черчиллем и Иденом
нарком заявил, что он уполномочен вести переговоры
о заключении советско-английских договоров, а также
об . открытии второго фронта в Европе. Он подчеркнул,
что большее значение имеет второй вопрос, который
он намерен обсудить также с Рузвельтом.

Британский премьер предложил рассмотреть сна-
чала проекты договоров. Он начал с изложения имею-
щихся трудностей, ссылаясь при этом на отрицатель-
ную позицию Рузвельта. Тем не менее, сказал он, для
того чтобы показать, что дружба Великобритании с
Россией будет продолжаться и после войны, британ-
ское правительство готово подписать договоры. Они
будут обеспечивать главные интересы Великобритании.

Черчилль все же снова начал выдвигать старые
оговорки, осложняя ход переговоров. Излагая позицию
Советского правительства, нарком иностранных дел
СССР заявил, что оно считает необходимым воссоеди-
нить территории, захваченные гитлеровцами, и ни на
какие уступки в этом вопросе пойти не может. «Если
британское правительство считает,— сказал он,— что
соглашение на данной базе сейчас невозможно, то луч-
ше отложить вопрос о договорах до более благоприят-
ного будущего» 60
Ссылаясь на договорные обязательства Англии пе-
ред Польшей, Черчилль не хотел давать официального
согласия на установление советско-польской границы
по «линий Керзона», то есть на воссоединение с СССР
западных районов Украины и Белоруссии. Чтобы вы-
вести переговоры из тупика, Форин оффис подготовил
новый проект договора* в котором обходился молча-
нием вопрос о западных границах СССР, но содержался
новый существенный пункт — о союзе на 20 лет. 23 мая
наркому был передан этот новый проект61.

Англичане ознакомили с новым проектом также
посла США в Лондоне Дж. Вайнанта, и он во время
беседы с советским наркомом заявил о поддержке Руз-
вельтом этого проекта 62.

Поскольку стало очевидным, что на основе старых
проектов договориться невозможно, 25 мая Молотов,
согласно полученным из Москвы указаниям, заявил о
готовности подписать договор на основе нового проекта.

Британское правительство официально известило
наркома иностранных дел о том, что оно признает
Латвию, Литву и Эстонию составной частью СССР. Их
бывшие представители были исключены Форин оффи-
сом из официального списка членов дипломатического
корпуса в Великобритании63.

26 мая 1942 г. Молотов и Иден подписали советско-
английский договор о союзе в войне против гитлеров-
ской Германий и ее сообщников в Европе и о сотруд-
ничестве и взаимной помощи после войны.

Договор состоял из двух частей. В первой части со-
держалось обязательство сторон оказывать друг другу
в силу союза, установленного между СССР и Велико-
британией, «военную и другую помощь и поддержку
всякого рода в войне против Германии и всех тех госу-
дарств, которые связаны с ней в актах агрессии в Ев-
ропе». Стороны обязались без взаимного согласия не
вступать ни в какие переговоры с гитлеровским или
любым другим правительством в Германии, которое^,
ясно не откажется от всех агрессивных намерений, а
также не вести переговоров и не заключать перемирия
или мирного договора с Германией или любым другим
государством, связанным с ней в актах агрессии в Ев-
ропе, иначе как по взаимному согласию.

Первая часть договора должна была оставаться в
силе «до восстановления мира».

Таким образом, краткое советско-английское согла-
шение от 12 июля 1941 г. заменялось оформленным по
всем правилам союзным договором. В статье 1 договора
речь шла о войне «против Германии», а не только «про-
тив гитлеровской Германии», как говорилось в этом
соглашении, что, имело, учитывая изложенные выше
коварные планы британской реакции о сделке с Герма-
нией в случае отстранения от власти Гитлера, немало-
важное значение. Кроме того, договор был направлен
также и против европейских союзников Германии по
агрессии, то есть Италии, Финляндии, Румынии и Венг-
рии. Это представляло собой существенное дополнение,
предотвращавшее в будущем немало недоразумений в
отношениях между двумя странами.

Вторая часть договора содержала обязательства
СССР и Великобритании принять после окончания во-
енных действий меры, находящиеся в их власти, чтобы
«сделать невозможным повторение агрессии и наруше-
ние мира Германией». В случае же новой агрессии с ее
стороны СССР и Великобритания обязывались оказать
друг другу «всякую военную и другую помощь и содей-
ствие». Вместе с тем правительства обеих стран заяв-
ляли о своем намерении сотрудничать в послевоенный
период с другими государствами «в целях сохранения
мира и сопротивления агрессии». СССР и Великобри-
тания обязались не заключать союзов и не принимать
участие в коалициях, направленных против другой до-
говаривающейся стороны. Вторая часть договора за4
ключалась на 20-летний срок с автоматическим продле-
нием, если ни одна из сторон не заявит о своем желании
отказаться от договора64.

Советское правительство придавало договору суще-
ственное значение в деле укрепления отношений между
СССР и Великобританией и упрочения их сотрудниче-
ства в войне. Подписание его означало одновременно и
дальнейшее сплочение всей коалиции Объединенных
наций.

Для ратификации советско-английского договора в
срочном порядке была созвана сессия Верховного Со-
вета СССР. В своем докладе на сессии 18 июня В. М. Мо-
лотов дал договору высокую оценку. Верховный Совет
СССР ратифицировал договор и одобрил внешнюю по-
литику Советского правительства в целом.

24 июня договор был ратифицирован также англий-
ским королем.

Дело теперь заключалось в том, как будет выпол-
няться советско-английский договор, Его добросовест-
ное претворение в жизнь могло приблизить конец вой-
ны. Советский Союз со своей стороны твердо выполнял
все свои союзнические обязательства, вносил макси-
мально возможный, главный вклад в дело разгрома об-
щего врага. Но об английском правительстве этого ска-
зать нельзя было.

Это видно особенно наглядно из позиции Велико-
британии по вопросу об открытии второго фронта в Ев-
ропе, то есть о действительно активном участии ее в
военных действиях против Германии. „

Переговоры
о втором фронте

Весной 1942 г. германское командо-
вание начало сосредоточивать на со-
ветско-германском фронте огромное

количество вооруженных сил и военной техники, с тем
чтобы возобновить наступательные действия и нанести
Советскому Союзу, как надеялись в Берлине, решаю-
щий, смертельный удар. Поэтому Советское правитель-
ство проявляло глубокую заинтересованность в откры-
тии Англией и СЩА второго фронта в Западной Ев-
ропе. Стоял вопрос о том, должен , ли будет Советский
Союз снова, как и в 1941 г., один принять на себя удар
фактически всей военной мдшины Германии, или же
Англия и США, открыв второй фронт в Европе, так-
же внесут свой вклад в борьбу против общего врага.
В таком случае Германия вынуждена была бы держать
часть боеспособных войск в Западной Европе, воевать
на два фронта, а это существенным образом изменило
бы соотношение сил на советско-германском фронте.

Советское правительство исходило из того, что Анг-
лия, находившаяся в состоянии войны с Германией еще
с сентября 1939 г., но не участвовавшая в крупных во-
енных операциях, а также США с их мощной экономи-
ческой базой вполне были в состоянии принять в 1942 г.
эффективное участие в совместной борьбе против гер-
манских агрессоров.

Однако Советское правительство решило само боль-
ше не поднимать этого вопроса. Это видно, например, из
переписки В. М. Молотова с послом в США М. М. Лит-
виновым. Так, ссылаясь в телеграмме от 20 января
1942 г. на невыполнение американцами обещаний о по-
ставках военных материалов, посол запрашивал указа-
ний, «не следует ли нам поставить прямо вопрос об
оказании прямой военной помощи созданием второго
фронта на европейском континенте». Он отмечал, что
у англичан бездействует армия в 2 млн. человек, у аме-
риканцев—в 1,5 млн. человек. «Почему бы им не вы-
садить хоть полмиллиона в Голландии, Бельгии, Фран-
ции или хотя бы в Норвегии?» 4 февраля нарком от-
ветил советскому послу в США: «Мы приветствовали
бы создание второго фронта в Европе нашими союзни-
ками. Но Вы знаете, что мы уже трижды получили от-
каз на наше предложение б создании второго фронта,
и мы не хотим нарываться на четвертый отказ. По-
этому Вы не должны ставить вопросы о втором фронте
перед Рузвельтом. Подождем момента, когда, может
быть, сами союзники поставят этот вопрос перед
нами» 65.

Правящие круги Англии и США, бесспорно, пред-
ставляли себе всю серьезность угрозы, нависшей над
Советским Союзом. Они понимали также, что в случае
поражения СССР возможность достижения ими победы
в войне стала бы весьма проблематичной. Тем не менее
они не торопились с открытием второго фронта в Евро-
пе, чтобы внести свой вклад в разгром'общего врага.

Такая позиция британского и американского Прави-
тельств подвергалась постоянной критике со стороны
самых широких слоев населения обеих стран, высту-
павших за скорейшее открытие второго фронта в Европе
и более эффективное участие Англии и США в войне
против Германии66. Черчилль и Рузвельт не скупились
иа публичные заявления о своем стремлении внести
максимальный вклад в разгром гитлеровской Гер-
мании. Эти заявления были предназначены, однако,
прежде всего для того, чтобы ввести в заблуждение и
как-то успокоить общественное мнение своих стран.
По-настоящему прислушиваться к нему они не Соби-
рались.

Правда,, между британскими и американскими стра-
тегическими планами были различия. Британские пла-
ны, с которыми в январе 1942 г. согласились и аме-
риканцы, предусматривали, как выше указывалось,
высадку англо-американских войск во Французской Се-
верной Африке. Но в марте 1942 г. начальник штаба
армии США генерал Дж. Маршалл подготовил свой
план ведения войны, в котором в основу военной стра-
тегии США и Англии была положена высадка англо-
американских войск в Западной Европе. Хотя Рузвельт
был горячим сторонником высадки в Северной Африке,
Маршаллу удалось убедить его, что для скорейшего
разгрома Германии правилен именно такой путь.

Подготовленный Маршаллом стратегический план
предусматривал вторжение англо-американских войск
во Францию весной 1943 г. силами 33 пехотных и 14
бронетанковых и моторизованных дивизий, а также дру-
гих соединений. Вместе с тем в этом плане предусматри-
валась возможность проведения ограниченной операции
по вторжению во Францию в сентябре — октябре 1942 г.
в двух случаях:

«а) если на русском фронте сложится крайне не-
благоприятная обстановка, то есть если успех немец-
ких войск будет настолько велик, что создастся угроза
поражения России...

б) если положение Германии в Западной Европе
резко ухудшится»67.

Черчилль в принципе выразил согласие с этим пла-
ном 68, имея в виду прежде всего его основное содержа-
ние, то есть высадку в Северной Франции в 1943 г. Что
касается возможной ограниченной операции на 1942 г.,
то британские начальники штабов решительно высту-
пали против него69.

11 апреля Рузвельт в послании Сталину предложил
направить в самое ближайшее время в Вашингтон Мо-
лотова для обмена мнениями. «Я имею в виду,— писал
президент США,— весьма важное военное предложение,
связанное с использованием наших вооруженных сил
таким образом, чтобы облегчить критическое положение
на Вашем западном фронте. Этой цели я придаю огром-
ное значение... Мы хотим Вам оказывать помощь в уни-
чтожении гитлеровских армий и материальных сил луч-
ше, чем мы это делали до сих пор» 70.

Послание звучало многообещающе. Но в нем обе-
щалось гораздо больше, чем США и Великобритания
действительно намеревались делать.
! Три дня спустя в ответ на вопрос советского посла4
Рузвельт заявил, что цель приглашения — «создание
второго фронта». Он со своими советниками пришел к
выводу о необходимости высадки во Франции, но надо
«подтолкнуть» англичан. «Рузвельт хотел бы,— писал
Литвинов наркому,— чтобы мы ему помогли... Ваша
поездка и конференция с Рузвельтом должны произ-
вести должное впечатление на англичан» 71.

Прибыв сначала в Лондон, Молотов сразу же, 21 мая
1942 г., подчеркнул в беседе с Черчиллем «особую важ-
ность и срочность вопроса о втором фронте». Вместе с
тем он сообщил, что инициатива исходит от американ-
ского правительства, пригласившего его прибыть в
США для обсуждения этого вопроса72.

22 мая на совещании с участием Черчилля, Эттли,
Идена и английских военных деятелей нарком заявил,
что приходится ожидать нового мощного удара герман-
ских войск на советско-германском фронте. Поэтому
ближайшие недели и месяцы «будут особенно напря-
женными и чреватыми опасностями для СССР, а зна-
чит, и для наших союзников». Он признал значение по-
ставок вооружения, получаемого из Англии и США, но
подчеркнул, что в создавшихся условиях этого недо-
статочно и чрезвычайно важно открытие второго фрон-
та. Отметив, что немцы, видимо, имеют преимущество
в вооруженных силах, он поставил вопрос: «Могут ли
союзники Советского Союза, и в первую очередь Вели-
кобритания, оттянуть с нашего фронта летом и осенью
1942 года хотя бы 40 германских дивизий и связать их
боями в Западной Европе. Если это будет сделано, тогда
вопрос разгрома Гитлера был бы решен в 1942 году, и,
во всяком случае, этот разгром был бы тогда предрешен
уже в текущем году. Могут ли это сделать союзники?»

Отвечая наркому, Черчилль ограничился, однако,
заверениями в том, что вопрос о высадке во Франции
изучается английским правительством и ведется подго-
товка. В то же время он стал доказывать, что США не
будут-де располагать необходимыми вооруженными си-
лами раньше конца 1942 г., у Англии и США не будет
в этом году также достаточного количества десантных
средств. Он сказал, что операции, которые они могли
бы предпринять в 1942 г., не в состоянии оттянуть с
восточного фронта значительное количество наземных
вооруженных сил противника. В 1943 г. Англия и США
будут располагать значительно большим числом судов
и могли бы «высадиться на побережье противника в
пяти или шести пунктах в любом месте от Нордкапа до
Байонны» 73. Переговоры в Лондоне свидетельствовали
о том, что британское правительство открывать второй
фронт в Европе в 1942 г. не собирается.

29 мая 1942 г. В. М. Молотов по приглашению прези-
дента США Ф. Рузвельта прибыл в Вашингтон. В тот
же день между ними начались переговоры.

Американский президент прежде всего обстоятельно
изложил свои планы послевоенной организации мира.
Он говорил, что США, Англия, Россия, а также, воз-
можно, Китай должны стать «мировыми полицейски-
ми». Все остальные страны должны быть разоружены.
Указанные четыре державы должны иметь достаточно
вооруженных сил, чтобы обеспечить сохранение мира.
Рузвельт высказался против создания международной
организации с участием сотни различных государств.
Она напоминала бы Лигу наций и подобно ей была бы
обречена на провал74.

Поскольку в Вашингтоне рассчитывали, что из ука-
занных четырех держав трое выйдут из войны ослаб-
ленными, в то время как США будут в зените своей
силы, то общий смысл предложения Рузвельта сводил-
ся к тому, что вершить делами в мире будут Соединен-
ные Штаты. Разумеется, американское правительство
не имело в виду и создание в послевоенном мире такого
положения, когда СССР был бы в действительно рав-
пом положении с США. Но зачем Рузвельт вообще гово-
рил все это? По-видимому, он решил оказать СССР еще
одну «моральную поддержку», которая в отсутствие
второго фронта все же стимулировала бы усилия Совет-
ского Союза в войне.

Касаясь военной стратегии, Рузвельт сказал, что не-
обходимо в первую очередь покончить с Гитлером, а за-
тем с Японией. Он сообщил, что к концу 1942 г. США
будут иметь армию в 4 млн. человек и флот с числен-
ным составом в 600 тыс. человек. Но США и Англия
не располагают-де необходимым количеством судов для
переброски американских войск в Англию и высадки их
в Европе. Все приготовления могут быть закончены в
1943 г., и «операция вторжения’в Европу с гарантией
успеха могла бы быть осуществлена в 1943 г.». Однако,
сказал президент, он убеждает американских военных
«пойти на риск и произвести высадку 6—10 дивизий во
Франции» в 1942 г.

Излагая позицию Советского правительства по во-
просу о втором фронте, нарком повторил то, что он
уже говорил в Лондоне: если бы союзные державы—
Соединенные Штаты и Великобритания — смогли оття-
нуть с советско-германского фронта 40 немецких диви-
зий, большинство которых уже не являются полноцен-
ными, то разгром Германии был бы предрешен. Что
касается высказывания Рузвельта о возможной высадке
в Европе в 1942 г. 6—10 дивизий, то нарком признал
это недостаточным75. ;

30 мая состоялось заседание с участием американ-
ских военных деятелей. Но решение вопроса об откры-
тии второго фронта и на этом заседании не сдвинулось
с мертвой точки. Более того-,- стало совершенно очевид-
ным, что ни Англия, ни США открывать в 1942 г. эф-
фективный второй фронт не намерены. Рассматривался
вопрос — и то не очень серьезно — лишь о возможной
высадке во Франции 6—10 дивизий.
Сообщая в Москву после этого заседания о ходе пё-'
регОворов с американскими деятелями, нарком писал:
«Рузвельт и Маршалл заявили, что они всячески хотят
создать второй фронт, но пока дело упирается в недо-
статок судов для переброски войск во Францию. Ничего
конкретного они мне не заявили» 76.

Рузвельт предпринял к тому же один весьма небла-
говидный ход. Если Советская заявка на поставка для
СССР в период с июля 1942 г. по июнь 1943 г. состав-
ляла 8 млн. т, то Рузвельт поставил вопрос о сокраще-
нии их до 2 млн. т, что высвободило бы, дескать, боль-
шое количество судов, которые были бы использованы
для переброски американских войск, танков и самоле-
тов в Англию для вторжения77. Но он и при этом обхо-
дил молчанием вопрос о том, действительно ли в таком
случае состоится вторжение англо-американских войск
на континент в 1942 г. Поэтому советские представители
поставили вопрос о том, «не получится ли так, что снаб-
жение будет сокращено ради второго фронта, а второго
фронта нё окажется?». Ответ Рузвельта фактически
свидетельствовал о том, что именно так и было бы78.

Одновременно Рузвельт усиленно начал кивать на
Великобританию, пытаясь снять вину за задержку с
открытием второго фронта с США и свалить ее цели-
ком на британское правительство. Он, мол, за второй
фронт, но не может решить вопроса без участия и со-
гласия англичан.

Когда переговоры подходили к концу, нарком на-
помнил, что Советское правительство направило его в
США для переговоров по главному вопросу, то есть по
вопросу о втором фронте. Он спросил Рузвельта, что он
может сообщить в Москву по этому вопросу. Президент,
резюмируя свою позицию, ответил, что «в Москве он
заявил бы, что американское правительство стремится
и надеется на создание второго фронта в 1942 году».
Но правительство США одно не может решить этого
вопроса. Надо получить согласие англичан, которые в
случае открытия второго фронта должны будут понести
наибольшие жертвы79.

Фактически дело свелось к тому, что в Вашингтоне
шли по вопросу об открытии второго фронта не пере-
говоры, а только разговоры. Поскольку США затяги-
вали переброску своих войск в Англию для участия в
открытии второго фронта, главную роль во вторжении
в Северную Францию должны были играть английские
войска. Рузвельт выступал за то, чтобы второй фронт
был открыт, но... в основном силами английских войск.
Вопрос же о том, сколько американских войск будет
отправлено в Англию для участия во вторжении, он
обходил молчанием. Никаких обязательств о высадке на
европейский континент в 1942 г. Рузвельт не брал, ни-
каких обещаний не давал, ссылаясь на невозможность
решения этого вопроса без участия англичан. Поскольку
британское правительство открывать второго фронта
пока не собиралось, разговоры Молотова с Рузвельтом
на эту тему были, по существу, беспредметными.

И. В. Сталин в телеграмме наркому иностранных
дел от 4 июня все же настаивал, чтобы как в советско-
американском, так и в советско-английском коммюнике
о переговорах «было упомянуто о втором фронте и о
поставках вооружения для СССР в той или иной фор-
ме. Это нужно, так как внесет неуверенность в ряды
гитлеровцев и нейтральных стран во всей Европе»80.

Между советскими и американскими представите-
лями был согласован текст коммюнике, которое подле-
жало опубликованию после возвращения советского нар-
кома в Москву. В коммюнике говорилось, что пребыва-
ние В. М. Молотова в Вашингтоне дало возможность
дружественного обмена мнениями между ним и Ф. Руз-
вельтом. «При переговорах была достигнута полная
договоренность в отношении неотложных задач созда-
ния второго фронта в Европе в 1942 году. Кроме того,
были подвергнуты обсуждению мероприятия по увели--
чёнию и ускорению поставок Советскому Союзу само-
летов, танков и других видов вооружения из США».
В заключение в коммюнике говорилось, что президент:
США просил наркома иностранных дел СССР передать
Советскому правительству его мнение, что состоявшиеся
беседы «принесли большую пользу в смысле установ-
ления базы для более близких и плодотворных отноше-;
ний между правительствами для достижения общих це-
лей Объединенных наций» 8l.

Такое коммюнике, подчеркивающее единство СССР
и США в войне против общего врага, безусловно, в то
время имело определенное значение в деле сплочения
всех Объединенных наций. Фактически же такого един-
ства взглядов, о котором говорилось в коммюнике, как
видно из хода переговоров, все же не было. Так, в ком-
мюнике говорилось не об обязательстве США открыть
второй фронт в Европе в 1942 г., а лишь о «неотложных
задачах» открытия такого фронта. Эта задача продол-
жала оставаться «неотложной» еще долго. Рузвельт в
кругу своих приближенных даже не скрывал, что его
заверения относительно второго фронта «имели целью
лишь обнадежить Советское правительство»82.

Это признание раскрывает действительную позицию
Рузвельта в ходе переговоров с наркомом иностранных
дел СССР. Оно показывает те неблаговидные методы и
средства, к которым нередко прибегал Рузвельт. Хо-
рошо знавший его американский генерал Д. Макартур
говорил, что Рузвельт — это человек, «никогда не гово-
ривший правды, если ложь могла служить его целям»83.
Эту свойственную для американского президента черту
отмечали и другие близко сотрудничавшие с ним люди.

Но какие именно цели преследовал Рузвельт, когда
занимался всей этой игрой? Цели эти были сугубо им-
периалистические. Американский президент предпочи-
тал открыто о них не говорить. Но вот как он незадолго
до этого наставлял своего сына Эллиота: «Ты представь
себе, что это футбольный матч... А мы, скажем, резерв-
ные игроки, сидящие на скамье. В данный момент
основные игроки — это русские... Нам предназначена
роль... игроков, которые вступят в игру в решающий
момент... Мы придем со свежими силами... Я думаю,
что момент будет выбран правильно... чтобы довести
дело до конца» 84.

Рузвельт считал, что пока американцы могут про-
должать загорать на скамье запасных, ибо русские еще
окончательно не выдохлись. А своего они не упустят.

Имеется немало свидетельств, что Рузвельт и воен-
ные круги США не исключали возможности того, что в
летней кампании 1942 г. Германии удастся нанести по-
ражение Советскому Союзу85. Они понимали, что в та-
ком случае становится, по существу, невозможной и
победа США в войне. Преобладающим все же было мне-
ние, что, хотя немецкие войска добьются новых успехов
и снова продвинутся вперед, окончательно разгромить
Советский Союз им в 1942 г. не удастся. В таких усло-
виях президент и военные круги США были за откры-
тие второго фронта только на словах.

Хотя СССР и США уже в течение полугода явля-
лись союзниками в войне, в США весьма влиятельные
реакционные силы по-прежнему относились к Совет-
скому Союзу с глубокой враждебностью.

По горячим следам этих событий советник совет-
ского посольства в США А. А. Громыко сообщал в Мо-
скву, что среди военных кругов США, как и раньше,
сильны антисоветские настроения, что отражается и на
их позиции по вопросу о втором фронте. «Подавляющее
большинство из генералитета армии США,— констати-
ровал он,— питали надежду и сейчас ее еще не оста-
вили на истощение и гитлеровской Германии, и Совет-
ского Союза. Эти надежды совпадают с надеждами ру-
ководящих промышленных кругов, высказывавшихся
об этом в начале войны открыто. Они не хотят победы
Гитлера. Но еще больше они не хотят победы Совет-
ского Союза». Рузвельт же «не проявляет решительно-
сти, если исходить из того, что его заявления о том, что
он стоит за открытие второго фронта в 1942 г., явля-
ются искренними»86.

И эти сомнения относительно того, можно ли верить
заверениям президента США, были вполне обоснован-^
ными.

Американский историк X. Де Сантис, изучив архи-
вы ответственных сотрудников госдепартамента Ч. Бо-
лена, Дж. Кеннана и Л. Гендерсона, которые занима-
лись отношениями с СССР, констатирует, что они в
1942 г. по-прежнему считали, что «действительным вра-
гом была Россия» 87.

Возвратившись из Вашингтона в Лондон, Молотов
9 июня снова имел встречу с Черчиллем. Нарком сооб-
щил ему о своих переговорах с Рузвельтом. Он вновь
подчеркнул «особую важность создания второго фронта
именно в 1942 году»88.

Между тем 1 июня британский Объединенный раз-
ведывательный комитет на основе анализа всей имев-
шейся у него информации подготовил прогноз разви-
тия событий на советско-германском фронте в 1942 г.
Как указано в официальной истории деятельности бри-
танской разведки в годы второй мировой войны, коми-
тет пришел к выводу, что положение СССР весьма опас-
ное. Располагая удобными исходными позициями и
«превосходящей военной машиной», считал он, Германия
добьется немалых успехов. «Но представляется, что рус-
ские будут в состоянии остановить наступление», прав-
да, лишившись немало территории. Даже потеря Ле-
нинграда и Московского промышленного района, пола-
гал комитет, не повлияет на возможность СССР в
течение значительного времени сохранить свои сухопут-
ные и военно-воздушные силы, утрата кавказской
нефти не лишит его возможности продолжать войну еще
около года89.

В таких условиях британское правительство считало
открытие второго фронта преждевременным. Оно реши-
ло взваливать на СССР всю тяжесть войны с Германией
еще по крайней мере на целый год, а может быть и
дольше. Но Черчилль скрывал это решение от своих со-
ветских союзников. Разумеется, с «благородной» це-
лью — «не подрывать морального духа» советских лю-
дей разочарованием в позиции западных союзников. Он
не хотел также осложнять отношений между двумя
странами. К тому же предание гласности сведений о
нежелании Черчилля открывать второй фронт могло вы-
звать резкое недовольство британского общественного
мнения. Поэтому британский премьер пытался пред-
ставить дело таким образом, что между Великобрита-
нией и СССР осуществляется самое тесное сотрудниче-
ство.

Вопреки действительным намерениям британского
правительства Черчилль заявил Молотову, что ведутся-
де приготовления для того, чтобы высадить на конти-
нент в ближайшие месяцы десант в количестве 6 диви-
зий. Однако он «заранее не может сказать, состоится
ли данная операция и когда именно. Это будет зависеть
от обстоятельств, которые сложатся к моменту такой
операции». В 1943 г. английское и американское пра-
вительства, заверял он, собираются «бросить на конти-
нент Европы 40—50 дивизий».

Свою телеграмму о беседах с Черчиллем 9 июня Мо-
лотов закончил следующим заключением: «Итог, сле-
довательно, такой, что английское правительство обяза-
тельства по созданию второго фронта в этом году на
себя не берет, а заявляет, и то с оговорками, что оно
готовит как бы опытную десантную операцию» 90.

На следующий день был согласован текст советско-
английского коммюнике. Пункт о втором фронте был
дан в нем в такой Же редакции, как и в советско-амери-
канском коммюнике. Но Черчилль оговорил, что эта
формулировка не означает, что английское правитель-
ство «связывает себя определенным обязательством в
отношении даты второго фронта» 91.

10 июня британский премьер вручил наркому мемо-
рандум, в котором излагалась позиция английского пра-
вительства. «Мы готовимся,—указывалось в ней,— к
десанту на континенте в августе или сентябре 1942 го-
да... Заранее невозможно сказать, будет ли положение
таким, что станет возможно осуществить эту операцию,
когда наступит указанный срок. Мы поэтому не можем
дать никакого обещания в этом вопросе». Что же ка-
сается следующего года, то Черчилль заверял: «Мы кон-
центрируем наши максимальные усилия на организа-
ции и подготовке вторжения на континент Европы анг-
лийских и американских войск в большом масштабе в
1943 году. Мы не устанавливаем никаких пределов для
размеров и целей этой кампании, которая вначале будет
выполнена английскими и американскими войсками в
количестве свыше 1 миллиона человек при соответст-
вующей авиационной поддержке» 92.

На следующий день британское правительство, рас-
смотрев вопрос о втором фронте, приняло окончательное
решение в 1942 г. высадку во Франции не осуществ-
лять 93.

Советско-английское, как и советско-американское,
коммюнике было опубликовано 12 июня 1942 г.

Хотя в них и не содержалось прямых обязательств
Великобритании и США об открытии второго фронта в
1942 г., по в коммюнике речь шла о «неотложных за-
дачах» создания такого фронта. Советские люди, читая
это коммюнике, естественно, исходили из того, что
США и Великобритания — две крупнейшие мировые
державы — в состоянии осуществить свои неотложные
задачи. Новый американский посол в СССР У. Стэндли
телеграфировал в Вашингтон, что если второй фронт не
будет открыт быстро и в широком масштабе, то совет-
ские люди «будут настолько обмануты в своей вере в
искренность наших намерений... что делу Объединен-
ных наций будет нанесен ущерб, не поддающийся оцен-
ке» 94.

Но это относилось к будущему. Пока же итоги со-
ветско-английских и советско-американских перегово-
ров были в целом восприняты народами трех держав
как укрепление сотрудничества СССР, Великобритании
и США в борьбе против общего врага.

14 июня 1942 г. на зданиях всех государственных
и общественных учреждений СССР были вывешены
флаги. Народы Советского Союза, Соединенных Штатов
Америки, Великобритании и союзных с ними государств
в целях проявления солидарности в совместной борьбе
против агрессии торжественно отмечали День Объеди-
ненных наций.

Всем этим фактам все же нельзя дать однознач-
ной оценки. Демонстрация единства трех держав в
тогдашних условиях, безусловно, имела существенное
значение. Несравненно большее значение имело бы их
действительное эффективное сотрудничество в войне
против общего врага. Но если Советский Союз воевал
через силу, то США и Англия даже не вполсилы.

Что касается вопроса об открытии США и Велико-
британией второго фронта в Европе, то Советское пра-
вительство вынуждено было исходить из того, что в те-
чение еще по крайней мере целого года Советский Со-
юз по-прежнему вынужден будет, по существу, в
одиночку нести все бремя войны с фашистской Герма-
нией. Разрабатывать планы действий советских войск
на 1942 г. из расчета на то, что США и Великобритания
выполнят свой союзнический долг и внесут серьезный
вклад в общее дело борьбы против агрессора, было не-
возможно.

В. Я. Сиполс

129
Это подтверждает, например, беседа И. В. Сталина
с американским послом У. Стэндли 2 июля 1942 г. На
замечание посла, что он надеется на скорое открытие
второго фронта, глава Советского правительства отве-
тил, что он «не разделяет этих надежд» 95.

Советско-
американское
соглашение
(11 июня
1942 г.]

11 июня 1942

В годы войны США заключили с
Англией (23 февраля 1942 г.) и не-
которыми другими странами согла-
шения о взаимных поставках в арен-
ду или взаймы, вошедшие в историю
как соглашения о ленд-лизе.

г. в Вашингтоне было заключено та-

кое же соглашение между СССР и США. Его подписали
М. М. Литвинов и К. Хэлл. В преамбуле соглашения
содержались ссылки на Декларацию Объединенных
наций от 1 января 1942 г. Это, по существу, означало,
что соглашение между СССР и США заключается как
между двумя союзными государствами, хотя прямо об
этом в нем и не говорилось. США обязались продолжать
снабжать СССР «оборонными материалами, оборонным
обслуживанием и оборонной информацией», а Совет-
ский Союз «продолжать содействовать обороне Соеди-
ненных Штатов Америки и ее укреплению и предо-
ставлять материалы, обслуживание, льготы и информа-
цию». Далее излагались некоторые конкретные условия
осуществления взаимных поставок.

В опубликованном одновременно с соглашением
коммюнике говорилось, что состоялось подписание со-
глашения между правительствами СССР и США «о
принципах, применимых к оказанию взаимной помощи
в ведении войны против агрессии», в основу которого
положен «принцип взаимной выгодности помощи», ока-
зываемой друг другу обеими странами. Правительства
СССР и США, указывалось далее в коммюнике, сочтя
целесообразным отложить окончательное урегулирова-
ние вопросов, вытекающих из оказываемой взаимной
помощи, заключили данное «предварительное соглаше-
ние о предоставлении оборонной помощи» и зафиксиро-
вали в нем некоторые соображения, которые будут при-
няты во внимание при заключении будущего оконча-
тельного соглашения 96.

Подписание советско-английского договора о союзе
и советско-американского соглашения о взаимных по-
ставках было событием большой исторической важно-
сти. Эти договорные акты завершили создание коали-
ции трех держав в войне.

Договорно-правовая сторона сотрудничества СССР,
США и Англии в войне была урегулирована. На деле
же положение обстояло значительно хуже. США и Анг-
лия по-прежнему прятались за чужой спиной.

Бывший американский посол в Москве Дж. Дэвис,
характеризуя положение год спустя после нападения
Германии на Советский Союз, отмечал, что в условиях,
когда вся сила германских войск была сконцентриро-
вана на германо-русском фронте, успехи Красной Ар-
мии «выглядят для внешнего мира как военное чудо».
Он констатировал, что Советский Союз теперь является
союзником США. Сопротивление русских «стало делом
жизни или смерти для всех нас». Но Германия сосредо-
точила в России такую мощную механизированную ар-
мию, какую мир еще не видел. Если германское наступ-
ление окажется в 1942 г. успешным, то страны оси уста-
новят свое господство над Европой, Азией и Африкой.
США тогда будут вынуждены воевать в одиночку про-
тив агрессоров, пользующихся ресурсами трех конти-
нентов. Америку может спасти от такой судьбы только
Советский Союз. «Правда, русские воюют и за свою сво-
боду,— писал Дэвис,— но нельзя отрицать, что они
воюют и за очаги и свободу всех свободолюбивых людей
мира — не в последнюю очередь и наши. Мы находимся
в неизмеримом долгу перед Красной Армией, которая
стоит на защите цивилизации, перед Советским прави-
тельством и советским народом. Минимум, что можете
сделать гордое и уважающее себя население Америки,—
это расплатиться за этот долг» 97.

Еще более остро чувствовали значение героического
сопротивления советского народа для их собственной
судьбы англичане. В официальной истории второй ми-
ровой войны, изданной в Великобритании, констати-
руется, что с военной точки зрения для Запада было
«крайне важно» сохранить советский фронт. Он сковы-
вал основные силы противника, которые иначе «могли
быть использованы для захвата наших позиций на Сред-
нем Востоке, для вторжения в Марокко через Испанию
и для вторжения на Британские острова» 98.

Между тем Соединенные Штаты Америки и Велико-
британия не только не открывали второго фронта в Ев-
ропе, но и выполняли лишь частично взятые ими на
себя обязательства о поставках Советскому Союзу во-
енных материалов.

Предпринимавшиеся Советским правительством уси-
лия по ускорению поставок особых результатов не да-
вали. 12 января 1942 г. М. М. Литвинов обратил внима-
ние Ф. Рузвельта на «весьма неудовлетворительное»
положение с поставками. Выделяется недостаточно су-
дов для их перевозки. «Крайне ограниченное количе-
ство боеприпасов для самолетов,— отметил он,— делает
последние почти бесполезными»99. Через неделю посол *
телеграфировал в Москву, что «обещания Рузвельта от-
носительно снабжения нас к апрелю военными мате-
риалами делаются все более и более иллюзорными» 10°.

За зиму и весну США и Англия поставили опреде-
ленное количество военной техники и других материа-
лов. Но это была лишь часть того, что было предусмо-
трено соглашениями. Так, США обязались поставить
СССР с 1 октября 1941 г. по 30 июня 1942 г. 900 бом-
бардировщиков, 900 истребителей^ 1125 средних и
столько же легких танков, 85 тыс. грузовых машин
и т. д. Фактически же Советский Союз получил от США
за это время только 267 бомбардировщиков (29,7%),
278 истребителей (30,9%), 363 средних танка (32,3%),
420 легких танков (37,3%), 16 502 грузовика (19,4%)
и т. д. 101

Впервые посетив 23 апреля главу Советского прави-
тельства, новый американский посол адмирал У. Стэн-
дли передал, что Рузвельт выражает сожаление в свя-
зи с задержкой отправки поставок. В своих воспоми-
наниях он признает, что поставки были «разочаровы-
вающе малы» 102.

Но летом 1942 г. положение с поставками еще боль-
ше ухудшилось, так как Англия и США прекратили от-
правку конвоев северным путем (в Архангельск) более
чем на два месяца, опасаясь нападения на них герман-
ских военных кораблей и самолетов. Если учесть, что
правительства Англии и США в то же время отказа-
лись от открытия второго фронта в Европе, то все это
серьезно осложняло положение СССР в условиях нового
решительного наступления германских войск.

СССР
и Сражающаяся
Франция

Советское правительство расширяло
и укрепляло связи с находившимся в

Лондоне Национальным комитетом
йвободной Франции во главе с гене-

ралом Ш. де Голлем. Оно было готово оказывать сво-
бодным французам всестороннюю помощь и содейст-

вие в восстановлении независимости Франции. 24 мая
1942 г., во время пребывания В. М. МолОтова в Лон-
доне, он имел беседу с Ш. де Голлем. Нарком выразил
чувства симпатии движению Свободная Франция. Он
заявил о готовности Советского правительства поддер-
жать это движение и о его желании видеть Францию
«возрожденной во всем ее прежнем величии и блеске».
Де Голль со своей стороны признал, что военная мощь
и военные усилия СССР произвели громадное впечат-
ление на французский народ и явились для него стиму-
лом к повышению его собственной активности в борь-
бе с врагом103. По предложению де Голля было согла-
совано и опубликовано коммюнике об этой беседе104,
что укрепляло авторитет Национального комитета в
условиях, когда английское и американское правитель-
ства пытались принизить его роль, превратить его в их
послушную марионетку.

Советское правительство поддержало де Голля так-
же при определении статуса движения Свободная Фран-
ция. В середине июня 1942 г. де Голль передал прави-
тельствам трех держав проекты документов о статусе
Сражающейся Франции и Французского национального
комитета. Только Советское правительство полностью
приняло французские предложения.

29 сентября было опубликовано совместное коммю-
нике о том, что Советское правительство согласилось
с Французским национальным комитетом о следующих
определениях:

«1. «Франс Комбатант» (Сражающаяся Франция)
является совокупностью французских граждан и терри-
торий, которые не признают капитуляции и которые
всеми имеющимися в их распоряжении средствами спо-
собствуют, где бы они ни находились, освобождению
Франции через совместную победу союзников над гит-
леровской Германией и над всеми ее сообщниками в
Европе.

2. Французский национальный комитет является ру-
ководящим органом Сражающейся Франции и единст-
венным органом, обладающим правом организовывать
участие в войне французских граждан и французских
территорий и представлять их интересы при правитель-
стве Союза Советских Социалистических Республик,
особенно в той мере, в которой эти интересы затраги-
ваются ведением войны» 105.
Английское правительство предложило существен-
ные поправки к выдвинутым де Голлем проектам, а аме-
риканское правительство — вообще новый вариант оп-
ределения. Смысл этих изменений сводился к тому, что
принижалась роль возглавляемого де Голлем комитета,
а Англия и США сохраняли за собой полную свободу
отказаться в будущем от сотрудничества с ним и уста-
новить контакты с любым другим французским органом
власти.

Поддержка Советским правительством Французского
национального комитета имела большое значение в деле
упрочения его положения.

Укрепление связей между Советским правительст-
вом и Французским национальным комитетом также
содействовало сплочению сил антигитлеровской коали-
ции.

------------------- К лету 1942 г. положение на фронте
Черчилль-------снова стало крайне опасным. 28 июня

в Москве: „

в г войска противника перешли в гене-

второго фронта ральное наступление. Кроме немец-
не будет них войск еще с весны на фронте

было 14 финских, 13 румынских, 6 венгерских,
3 итальянские, 2 словацкие и 1 испанская дивизии.
По требованию гитлеровцев на фронт прибывали но-
вые части союзников Германии, в том числе 8-я италь-
янская армия106. В Берлине считали, что силы Со-
ветского Союза уже значительно подорваны и вермахт
будет в состоянии нанести ему сокрушительное пора-
жение.

За год, истекший с начала войны, Коммунистиче-
ская партия, советский народ проделали в труднейших
условиях титаническую работу по укреплению военной
мощи страны. Было осуществлено перебазирование мил-
лионов людей, огромного числа предприятий в глубо-
кий тыл. Производство военных материалов значитель-
но увеличилось. Тем не менее самолётов, танков, ору-
дий, боеприпасов не хватало. ;

Сосредоточив 90 дивизий на южном крыле фронта
и создав там перевес, противник развил наступление в
направлении Сталинграда. Фашистским войскам уда-
лось выйти к Волге. С 13 сентября ожесточенные оборо-
нительные бои велись уже в самом Сталинграде.

25 июля войска противника начали наступление так-
же С целью захвата Кавказа, в том числе его нефтяных
богатств.

В этих беспредельно трудных для СССР условиях
принципиально важное значение имел вопрос об откры-
тии Великобританией и США второго фронта в Запад-
ной Европе.

24 июля, в разгар германского наступления, Объеди-
ненный комитет начальников штабов США и Велико-
британии утвердил документ о военных операциях
англо-американских войск в 1942—1943 гг. Однако он
начинался с констатации, что высадка во Франции огра-
ниченными силами в 1942 г. не состоится. Было решено ?
немедленно разработать план начала операции в Севе-
ро-Западной Африке. Подразумевается, говорилось в j
документе, что проведение операции в Африке прак-
тически исключает возможность успешной высадки
во Франции и в 1943 г.107 Решения комитета были
утверждены английским и американским правитель-
ствами.

Таким образом, правительства США и Великобрита-
нии в одностороннем порядке, не проконсультировав-
шись с Советским правительством, отказались от про-
возглашенной за месяц до этого в советско-американ-
ском и советско-английском коммюнике задачи откры-
тия второго фронта в Европе в 1942 г. Более того, было
предрешено, что открытие второго фронта не состоится
даже в 1943 г., то есть переносится на 1944 г. Вопрос об
открытии второго фронта был надолго закрыт.
, В те дни И. М. Майский телеграфировал..из Лондо-
на, что «необходимо констатировать, что в самый крити-
ческий для нас момент мы оказались, по существу, бро-
шенными на произвол судьбы нашими союзниками. Это
очень неприятная правда, но нет никакого смысла пы-
таться смягчить ее. Ее необходимо также запомнить на
будущее» 108.

В послании главе Советского правительства от 31
июля Черчилль выразил готовность прибыть в СССР109.
Этим визитом он хотел в какой-то степени смягчить
тот удар, который наносили Великобритания и США
Советскому Союзу своим отказом открыть второй фронт
в Европе в 1942 г. Черчилль хотел также выяснить, сма-
жет ли Красная Армия устоять перед ожесточенной
попыткой германских войск прорваться через Кавказ.
Ведь если бы эта попытка немцев увенчалась успехом,
то ему пришлось бы думать не о высадке в Северо-За-
падной Африке, а о крайне трудных и опасных оборо-
нительных боях на Ближнем и Среднем Востоке. По
указанию президента США вместе с британским премь-
ером в Москву отправился также А. Гарриман.

Черчилль впоследствии писал, что он летел в Мо-
скву с противоречивыми чувствами. «Я размышлял о
моей миссии в это угрюмое большевистское государст-
во, которое я когда-то так настойчиво пытался заду-
шить при его рождении» 110.

У. Черчилль и А. Гарриман прибыли в Москву 12
августа 1942 г. В тот же день вечером И. В. Сталин ин-
формировал их об очень сложном положении на фрон-
те. Противник стремится, сказал он, прорваться к Баку
и захватить Сталинград. Остановить немецкое наступ-
ление не удалось.

Излагая свою позицию по вопросу о втором фронте,
Черчилль утверждал, что американцы и англичане, мол,
не в состоянии предпринять вторжение в Северную
Францию в сентябре 1942 г. Затем он заявил, что «Анг-
лия и США готовятся к большим операциям в 1943 го-
ду». Для этой цели на Британские острова должен при-
быть 1 млн. американских солдат, то есть 27 дивизий.
Англичане планируют прибавить 21 собственную диви-
зию ш.

Как видно из приведенных выше материалов, это
заявление Черчилля было заведомой ложью, ибо от-
крытие второго фронта уже было перенесено британ-
ским и американским правительствами на 1944 г.

Выслушав Черчилля, Сталин переспросил, правиль-
но ли он понял, что второго фронта в 1942 г. не будет и
что английское правительство отказывается также от
проведения операции по высадке на французском по-
бережье в 1942 г. 6—8 дивизий. Британский премьер
подтвердил, что это так112.

Характеризуя эту часть беседы, Гарриман телегра-
фировал Рузвельту: «По каждому пункту Сталин всту-
пал в спор с резкостью, почти граничившей с оскорбле-
нием. Он делал замечания вроде того, что тот, кто не
хочет рисковать, никогда не выиграет войны и что не
надо бояться немцев. Эту часть беседы он закончил,
резко заявив, что он не может принудить нас действо-
вать, но он не может согласиться с высказанными ар-
гументами» пз.

Затем Черчилль изложил англо-американский план
высадки 7 американских и 5 британских дивизий во
Французской Северной Африке (операция «Факел»),;
указав дату — 30 октября 1942 г. После захвата ее, ска-
зал он, мы могли бы «угрожать подбрюшью гитлеров-
ской Европы». Черчилль нарисовал крокодила и пока-
зал, как англичане и американцы собираются «атако-
вать мягкое подбрюшье этого крокодила». «Мы могли
бы,— снова лицемерно сказал он,— осуществить смер-
тельное нападение на Гитлера в следующем году» .

На второй день переговоров, 13 августа, Сталин вру-
чил Черчиллю и Гарриману меморандум, в котором кон-
агитировалось, что в 1942 г. существуют наиболее благо-
приятные условия для создания второго фронта в Евро-
пе, так как почти все силы немецких войск, причем луч-
шие силы, отвлечены на советско-германский фронт.
«Именно в 1942 г.,—говорилось в меморандуме,—воз-
можно и следует создать второй фронт в Европе» 115.

Черчилль обещал дать на этот меморандум письмен-
ный ответ, но заявил об окончательности решений об
отсрочке открытия второго фронта, принятых британ-
ским и американским правительствами. Гарриман при-
соединился к высказываниям английского премьер-ми-
нистра.

Черчилль проявил особую заинтересованность поло-
жением на Северном Кавказе, где в то время также шло
наступление германских войск. Глава Советского прави-
тельства изложил планы обороны Кавказа и выразил
уверенность, что советские войска удержат его.

В ходе этой беседы Сталин поднял также вопрос о
поставках. Он выразил благодарность за полученные
военные материалы, но отметил, что планы поставок
выполняются не полностью, так что в результате Совет-
ский Союз мало что получает от США и Англии. Сталин
сказал, что не жалуется, но «если даны обещания, они
должны быть выполнены».

Глава Советского правительства подчеркнул, что
СССР ежедневно теряет на фронте 10 тыс. человек. Учи-
тывая это, требуется больше жертв также от других со-
юзников. Сталин высказал мнение, что англичане и аме-
риканцы в состоянии осуществить высадку во Франции.
Им не следует так бояться немцев, переоценивать их
силу116.

Было решено опубликовать совместное коммюнике о
визите Черчилля в Москву. Британский премьер заме-
тил, что надо использовать поездку «с максимальным
эффектом, чтобы вызвать величайшее раздражение у
противника».
В связи с этим Сталин коснулся коммюнике от 12 ию-
ня о втором фронте. «Мы думали, — сказал он,— причи-
нить раздражение немцам англо-советским коммюнике.
Обещали то, чего не будет. Он хотел бы сказать в ком-
мюнике то, что можно исполнить, не давать невыпол-
нимых обещаний и не повторять прежней ошибки» 117.

Сообщая в Лондон об этой беседе, британский премь-
ер писал, что состоялась «самая неприятная дискуссия».
Так, Сталин сказал «много обидных вещей, особенно о
том, что мы слишком боимся сражаться с немцами», что
мы нарушили наше обещание о высадке во Франции, что
мы нарушили обещания относительно поставок и посы-
лали только «остатки», не нужные нам самим. По-види-
мому, эти упреки были адресованы в одинаковой степе-
ни нам и американцам. Я резко возражал, писал он, про-
тив всех его утверждений. Черчилль высказывал мне-
ние, что его визит кончился полным провалом 118.

В переговорах наступил перерыв. Британский премь-
ер колебался, продолжать переговоры или нет. Он вос-
кликнул: «Неужели Сталин не понимает, с кем он гово-
рит? С представителем самой могущественной империи,
которую когда-либо видел мир!» 119

Разумеется, Черчилль переоценивал тут свои досто-
инства и могущество Британской империи. Ведь ему
пришлось отправиться в Москву потому, что империя,
которую он представлял, оказалась недостаточно могу-
щественной, а именно от могущества СССР, его способ-
ности дать отпор агрессии зависела судьба и Британской
империи. Британский посол в Москве А. Кларк Керр
(он сменил на этом посту Ст. Криппса в марте 1942 г.)
все же уговорил Черчилля согласиться на новую встре-
чу с главой Советского правительства.

14 августа Черчилль и Гарриман передали советской
стороне памятные записки, в которых доказывали, что
никаких обещаний об открытии второго фронта в 1942 г.
британское и американское правительства не давали.
Черчилль ссылался при этом на меморандум от 10 ию-
ня 1942 г.120

Беседа Сталина с Черчиллем 15 августа проходила
в более спокойном тоне. Британский премьер отметил,
что его информация по вопросу о втором фронте, естест-
венно, должна была явиться «ударом и разочарование^
для русских. Поэтому он и прилетел в Москву сам, счй-
тая это своим долгом.

Сталин признавал значение встречи. Он отметил, что
между ними имеются разногласия, но установленные
персональные контакты означают, что создана основа
для будущих соглашений. Глава Советского правитель-
ства сказал, что склонен смотреть на положение опти-
мистически. Было признано желательным организовать
встречу глав правительств СССР, Великобритании и
США12i.

Вечером Сталин пригласил Черчилля на ужин. Бе-
седа между ними продолжалась до трех часов утра. Гла-
ва Советского правительства информировал, что СССР
теперь в состоянии производить достаточное количество
танков и больше не нуждается в поставках их. Но не
хватает грузовиков. Поэтому вместо танков в будущем
желательно получать грузовики. В ходе беседы состо-
ялся обмен мнениями и по многим другим вопросам,
в том числе не имевшим непосредственного отношения к
ведению войны. Никаких спорных вопросов на ней уже
не поднималось.

Черчилль телеграфировал в Лондон, что последняя
беседа дала хорошее представление о положении в Рос-
сии, которое выглядит «весьма обнадеживающе». Ста-
лин выражает глубокую уверенность в том, что СССР в
состоянии выдержать до зимы. Во время беседы господ-
ствовала добрая воля. «Мне кажется, что я установил
личные контакты, которые будут полезными». Давая об-
щую оценку результатам поездки, британский премьер
писал: «В целом я определенно воодушевлен своим
визитом в Москву. Я убежден в том, что разочаровыва-
ющие сведения, которые я привез с собой, мог передать
только я лично, не вызвав действительно серьезного рас-
хождения. Я был обязан поехать. Теперь им известно
самое худшее, и, выразив свой протест, они теперь наст-
роены совершенно дружелюбно, и это несмотря на то, что
сейчас они переживают самое тревожное и тяжелое вре-
мя» 122.

Таким образом, учитывая отказ Великобритании и
США открыть второй фронт в 1942 г., а также прекра-
щение отправки ими конвоев, переговоры в Москве но-
сили весьма острый характер. Но сам факт приезда в
Москву впервые в истории британского премьера, к то-
му же именно У. Черчилля, свидетельствовал о том, что
Британская империя была жизненно заинтересована в
сотрудничестве с СССР в войне123. Советский Союз со
своей стороны проявлял действительно серьезную заин-
тересованность в укреплении взаимодействия с Англи-
ей и США. Гарриман писал после окончания визита, что
Сталин продемонстрировал «стремление к продолжению
сотрудничества, причем не только в войне, но также и
после нее» 124.

Докладывая по возвращении в Лондон на заседании
военного кабинета об итогах визита, Черчилль говорил:
«Нет ни малейших сомнений в решимости русских про-
должать сражаться. Хотя они оказывали сильное давле-
ние, добиваясь открытия второго фронта в Европе в
этом году, они не кричат о своих трудностях» 125. Чер-
чилль отмечал, что Сталин раскрыл перед ним веские
основания своей уверенности, в том числе и план «ши-
рокомасштабного контрнаступления», но он просил дер-
жать это в особом секрете126.

Гарриман, возвратившись в Вашингтон, информиро-
вал Рузвельта: «Нет сомнений, что русский фронт бу-
дет существовать. Вопрос только в том, насколько он бу-
дет эффективным, а от этого зависит весь ход войны» 127.
Позиция Советского правительства по вопросу о вто-
ром фронте была публично изложена 3 октября 1942 г.
в ответах И. В. Сталина на вопросы корреспондента
американского агентства Ассошиэйтед Пресс Г. Кэс-
сиди:

«1. Какое место в советской оценке текущего поло-
жения занимает возможность второго фронта?

Ответ: Очень важное, можно сказать, первостепен-
ное место.

2. Насколько эффективна помощь союзников Совет-
скому Союзу и что можно было бы сделать, чтобы рас-
ширить и улучшить эту помощь?

Ответ: В сравнении с той помощью, которую ока-
зывает союзникам Советский Союз, оттягивая на себя
главные силы немецко-фашистских войск, помощь союз-
ников Советскому Союзу пока еще мало эффективна.
Для расширения и улучшения этой помощи требуется
лишь одно: полное и своевременное выполнение союзни-
ками их обязательств» 128.

Выступая 6 ноября 1942 г. с докладом по случаю
25-й годовщины Октябрьской революции, И. В. Сталин
подчеркнул, что отсутствие второго фронта дало нем-
цам возможность собрать все свои резервы, бросить их
на восточный фронт и создать большой перевес сил на
юго-западном направлении. Если бы существовал вто-
рой фронт, отметил он, то уже летом этого года немец-
ко-фашистская армия стояла бы перед катастрофой129.

Недостойная
игра Черчилля
и Рузвельта
вокруг поставок

Положение усугублялось еще и тем,
что США и Англия не выполняли сво-
их обязательств по поставкам Совет-
скому Союзу военных материалов.
Американский посол в СССР У. Стэн-

дли информировал Рузвельта, что «русские ужасно

расстроены по поводу сокращения поставок ленд-лизов-
ских материалов» 130.
Еще в конце июня 1942 г. истек срок первого прото-
кола о поставках, а в США явно затягивали подписание
нового протокола.

В условиях, когда шли ожесточенные бои под Ста-
линградом, неблаговидная позиция правительства США
по вопросу о подписании второго протокола о поставках
Советскому Союзу, естественно, вызывала в Москве
резкое недовольство.

Об этом свидетельствовала совместная телеграмма
наркома иностранных дел В. М. Молотова и наркома
внешней торговли А. И. Микояна послу СССР в США
М. М. Литвинову от 22 сентября: «Советский Союз,
конечно, заинтересован в скорейшем подписании вто-
рого протокола. Между тем американцы проделывают
в этом вопросе весьма подозрительные манипуляции,
под всякими предлогами оттягивая подписание протоко-
ла. Вам известна также их недавняя возмутительная по-
пытка сократить советские поставки в четыре раза про-
тив предоставленного ими же проекта протокола. Не-
трудно понять, что именно теперь, когда всем видна на-
пряженность боев на нашем фронте и пока правящим
кругам Америки приходится изворачиваться под нажи-
мом общественных требований второго фронта, амери-
канцам труднее отступить в вопросе о втором протоколе
от их же собственных обещаний. Затяжки с оформлени-
ем протокола о советских поставках из США и Англии
выгодны тем из правящих кругов США, кто хочет
сорвать или, по крайней мере, сильно урезать эти по-
ставки» 131.

Во второй половине сентября в СССР прибыл в ка-
честве специального представителя Рузвельта его сопер-
ник на последних президентских выборах лидер респуб-
ликанской партии У. Уилки. Он говорил американским
журналистам в Москве, что цель его визита заключает-
ся в том, чтобы выяснить, следует ли продолжать постав-
ки России по ленд-лизу. «Не считаете ли Вы,—-спра-
шивал он,—что уже слишком поздно? Не попадут ли
они в руки немцев?» 132

Это не мешало У. Уилки 23 сентября в беседе с
И. В. Сталиным говорить совсем другое и заверять его в
доброй воле США. Отвечая на вопрос Уилки, достаточ-
ны ли поставки США Советскому Союзу, глава Совет-
ского правительства подчеркнул, что программа «обяза-
тельств по поставке предметов вооружения, которую
приняла на себя Америка, не выполняется. По югу че-
рез Персидский залив эта программа выполняется за
последние два месяца на 40 — 50%, по северу — на
15 — 20%». Он отметил, что трудности советских войск
на юге объясняются недостатком у СССР истребитель-
ной авиации. Вторая причина — недостаток грузовиков,
так как все заводы, которые производили раньше грузо-
вики, перешли на производство танков. Советский Союз
заинтересован в получении из США истребителей, гру-
зовых автомашин, алюминия и взрывчатых веществ.

Что касается качества поставляемой Соединенными
Штатами военной техники, то Сталин отметил хорошее
качество американских истребителей «Аэрокобра» и
бомбардировщиков Б-24 и Б-25. Но другие самолеты
хуже, не хватает также запасных частей. Американ-
ские танки невысокого качества. При пробивании даже
противотанковым ружьем они загораются, ибо в них
применяется слишком легко воспламеняющееся горю-
чее. Кроме того, моторы американских танков обладают
недостаточной мощностью, в результате чего они недо-
статочно маневренны. Это касается и последнего англий-
ского танка «Черчилль». Уилки обещал известить обо
всем этом Рузвельта,33.

Совершенно неудовлетворительно обстояло дело с по-
ставками по северному морскому маршруту. Правда
(после продолжительного перерыва летом 1942 г.) в
сентябре в Архангельск снова прибыл конвой о воен-
ными материалами. Но в связи с подготовкой США и
Великобританией высадки во Французской Северной
Африке они снова собирались прекратить отправку кон-
воев 134.

Когда рассматривался вопрос о том, что именно и как
долго скрывать от Советского правительства, как прик-
рыть очередной нелояльный поступок по отношению к
СССР демагогическими широковещательными заявле-
ниями о доброй воле, Рузвельт занимал не менее не-
приглядную позицию, чем Черчилль. В частности, они
договорились скрывать от Советского правительства, что
в результате высадки англо-американских войск во
Французской Северной Африке открытие второго фрон-
та не состоится даже и в 1943 г. Это был заранее запла-
нированный вопиющий обман Черчиллем и Рузвельтом
Советского правительства.

Что же касается извещения Советского Союза о но-
вой отмене отправки конвоев, то в телеграммах британ-
скому премьеру от 27 сентября, а затем снова 5 октября
президент США настаивал на том, что предупреждать
заранее СССР не следует135. Таким образом, он хотел по-
ставить Советское правительство перед совершившимся
фактом. И это в условиях, когда, разрабатывая в крайне
тяжелых условиях осени 1942 г. свои планы ведения
войны, советские военные органы безусловно учитывали
также и поставки, обещанные правительствами США и
Великобритании. Ведь именно в эти дни, 6 октября, на-
конец был подписан второй протокол о поставках. Не
могли же в Москве исходить из того, что Рузвельт, пре-
зидент союзной страны, одновременно с подписанием
протокола о поставках отдает распоряжение не отправ-
лять конвои с поставками, да еще пытается скрыть это
от Советского правительства!

Дело с поставками обстояло не совсем благополучно
и в другом плане. В начале октября в послании Рузвель-
ту Сталин отмечал, что американские самолеты «Кити-
гаук» не выдерживают борьбы с немецкими истребителя-
ми и поэтому желательно увеличение поставок истреби-
телей современного типа, например «Аэрокобр» 136. Од-
нако от Рузвельта поступил ответ, что пока нет воз-
можности увеличить поставки «Аэрокобр» 137.

Более того, 150 «Аэрокобр», полученных Советским
Союзом в США, были по прибытии пароходов с ними в
сентябре в Англию перехвачены англичанами и исполь-
зованы для своих нужд. Разумеется, Советское прави-
тельство не могло не выразить недовольства такими не-
допустимыми действиями. 20 сентября Сталин телегра-
фировал послу в Лондоне: «Поведение англичан в воп-
росе об «Аэрокобрах» я считаю верхом наглости... Пусть
англичане не думают, что мы будем терпеть обиды, на-
носимые нам не первый раз английскими правителя-
ми». Их действия характеризовались в телеграмме как
«пиратство» 138.

В своих воспоминаниях американский посол в СССР
У. Стэндли констатировал, что в связи с сокращением
поставок по ленд-лизу «до тонкой струйки» русские,
вполне естественно, были недовольны и утрачивали до-
верие к США139. В официальной английской исто-
рии второй мировой войны также признается, что по
сравнению с огромными масштабами военных операций
в России британские поставки были «сущими пустя-
ками» 14°.

Между тем Черчилль и Рузвельт начали согласовы-
вать очередной грубый обман, чтобы попытаться как-то
смягчить реакцию на свой новый отказ от отправки кон-
воев северным морским маршрутом, причем в условиях,
когда наступила полярная ночь, то есть опасность напа-
дения на них немцев существенно ослабла. Британский
премьер, излагая свой план, писал Рузвельту 22 сентяб-
ря, что он хочет в виде дымовой завесы предложить на-
чать англо-советские штабные переговоры о совместной
высадке в Северной Норвегии, но «со всеми необходи-
мыми оговорками» 141„
Кстати, если в годы войны Черчилль и Рузвельт пы-
тались вводить в заблуждение Советское правительство!
то американские издатели их секретной переписки воен-,
ных лет идут по их стопам, стремясь скрыть этот обман.
В цитируемой телеграмме Черчилля Рузвельту от 22 сен-
тября при ее опубликовании сделана купюра. Если
сличить опубликованный текст с копией телеграм-
мы, хранящейся в архиве британского премьера, то ока-
зывается, что из телеграммы исключено то место, где из-
лагается суть упомянутой оговорки, а точнее, уловки,
которая заключалась в том, что она оставляла британ-
скому правительству «свободу в отношении принятия
решения, когда будет завершено совместное изучение
вопроса штабами». Черчилль высказывал пожелание,
чтобы американцы также приняли участие в этой по-
пытке очередного обмана Советского правительства.
Поскольку через несколько дней будет необходимо раз-
грузить в Великобритании подготовленный к отправке
очередной конвой, писал он, «я считаю этот проект не-
обходимым для ослабления удара». Что же касается
возможности действительной высадки в Норвегии, то
Черчилль указывал, что более чем сомнительно, чтобы
в связи с высадкой во Французской Северной Африке
оставалось достаточно средств для высадки также и в
Норвегии.

Подводя итоги сказанному, Черчилль отмечал свою
озабоченность по поводу того, как добиться примирения
СССР с тем, что до 1943 г. не будет новых конвоев, не
будет предложений о разработке совместных планов вы-
садки в Норвегии и «не будет никаких признаков втор-
жения в Европу ни весной, ни летом, ни даже
осенью» 142.

Таким образом, британский премьер собирался вести
штабные переговоры о высадке в Северной Норвегии
только для отвода глаз. Черчилль констатировал в теле-
грамме Рузвельту, что, «хотя русские очень злы на нас
обоих, они ни в коем случае не находятся в отчая-
нии» 143 Так что они выдержат очередной удар.

Рузвельт в своих посланиях Черчиллю признавал,
что отказ от отправки конвоев действительно является
для русских «тяжелым ударом»144. Он отмечал, что
«русский фронт сегодня является нашей величайшей
надеждой» и поэтому в связи с сокращением поста-
вок что-то предпринять необходимо. Президент США
предлагал пообещать Советскому правительству отпра-
вить на Кавказ англо-американские военно-воздушные
силы!45.

9 октября Черчилль отправил Сталину согласован-
ное с Рузвельтом послание, в основе которого лежали
их коварные планы. Послание было необычно много-
словным. В нем затрагивались восемь вопросов, и оно
состояло из восьми пунктов.

В пункте 3 послания говорилось: «Президент и я
желаем, чтобы на Ваш южный фланг были отправлены
англо-американские силы... Эти силы будут иметь сле-
дующий состав: британские — 9 истребительных эскад-
рилий, 5 бомбардировочных эскадрилий; Соединенных
Штатов— одна группа тяжелых бомбардировщиков и
одна транспортная группа... Большая часть этих сил
прибудет из Египта, как только она будет высвобождена
там из боев, которые, как мы полагаем, будут для нас
успешными» 146.

Разумеется, Советское правительство не могло не об-
ратить внимания на то, что отправка английских и аме-
риканских самолетов была связана с успешным оконча-
нием военных действий в Египте и прилегающем районе,
а конца им пока не было видно.

В пункте 5 выражалось большое удовлетворение в
связи с прибытием в Архангельск сентябрьского конвоя.
Далее в нем говорилось: «Военно-морская защита будет
невозможной до завершения наших предстоящих опера-
ций. Когда эскортные суда, необходимые для «Факела»,
будут высвобождены, то они снова смогут быть предок
тавлены для северных вод» 147. В этих двух зловещих
фразах даже не было слова «конвой», тем более в них не
говорилось, что до завершения высадки в Северо-Запад-
ной Африке отправка конвоев отменяется. Но смысл
этих фраз именно в том, что конвоев в 1942 г. больше не
будет. Это и было главным содержанием послания, ради
чего оно отправлялось. Все остальное в нем — красивые
слова для смягчения наносимого удара.

В следующем пункте сообщалось, что тем време-
нем по северному пути будут посылаться отдельные
суда148.

То, на что буржуазные дипломаты хотят обратить
главное внимание, они нередко излагают в самом конце.
Вроде как бы скромно, но чтобы не затерялось и не стер-
лось среди других вопросов, а запомнилось лучше всего..
Так поступил тут и британский премьер.

Восьмой, то есть последний, пункт послания гласил:
«Конечно, нам и Вам значительно помогло бы, если бы
немцев можно было лишить возможности использовать
аэродромы в Северной Норвегии. Если бы Ваши штабы
смогли составить хороший план, то президент и я немед-
ленно рассмотрели бы возможность участия в его осуще-
ствлении до предела наших возможностей» 149.

Таким образом, этот пункт был ослаблен даже по
сравнению с тем, что Черчилль ранее предлагал Рузвель-
ту. Он теперь состоял фактически из одних оговорок и
уловок. Если раньше Черчилль имел в виду разработку
плана высадки в Северной Норвегии в результате пере-
говоров представителей штабов Англии и СССР, то те-
перь эта задача возлагалась исключительно на совет-
скую сторону. По-видимому, Черчилль решил, что ему
будет менее неудобно отказываться от плана, разрабо-
танного с участием британских штабов. План же, разра-
ботанный советским генштабом также и для действий
англичан, нетрудно было бы отклонить по чисто военно-
техническим соображениям как недостаточно учитываю-
щий специфические потребности и возможности британ-
ской стороны. Кроме того, раньше Черчилль имел в виду
совместную англо-советскую операцию. Теперь же она
предлагалась уже прежде всего как советская, а Велико-
британия и США рассмотрели бы вопрос о возможном
участии в ней. Само это участие даже прямо и не было
обещано.

А какая уловка скрывалась в том, что Черчилль уже
не писал о «высадке» в Северной Норвегии, а только о
лишении немцев возможности «использовать аэродро-
мы» в Северной Норвегии? Не имел ли Черчилль в виду
заменить высадку бомбардировкой аэродромов?

Как тут не вспомнить слова В. И. Ленина, что бри-
танские империалисты «побили рекорд... по утонченнос-
ти своего отвратительного лицемерия» 150.

Для того чтобы продемонстрировать единство мнений
и согласованность действий США и Великобритании,
Рузвельт также сразу же направил по этому вопросу
послание Советскому правительству. Он писал, что по-
лучил копию изложенного выше послания Черчилля,
давая понять, что согласен с ним. Рузвельт начал свое
послание с вопроса о посылке на Кавказ английских и
американских военно-воздушных сил, но, как и Чер-
чилль, прямых обязательств не брал. «Мы собираемся
действовать так скоро, как это возможно...»,— писал
президент. О согласии США участвовать в операции в
Северной Норвегии в послании не упоминалось. Но
Рузвельт, как всегда, был готов оказать «моральную
поддержку». Его послание заканчивалось словами: «До-
блестная оборона Сталинграда глубоко взволновала в
Америке всех, и мы уверены в ее успехе» 151.

Как отнеслось к этим посланиям Советское прави-
тельство? Так, как они того заслуживали.

Краткость ответа Сталина на полученное им про-
странное послание британского премьера говорила са-
ма за себя: «Ваше послание от 9 октября получил. Бла^
годарю» 152. На телеграмму Рузвельта вообще не было
послано ответа. Указанные оговорки заранее делали
переписку по поднятым Черчиллем вопросам беспред-
метной.

Американский историк Р. Паркинсон отмечает, что
в результате позиции британского правительства состоя-
ние англо-советских отношений в то время упало до са-
мого низкого уровня153. '

Британский премьер чувствовал себя не очень при-
ятно. Видимо, он предпочитал бы получить пусть даже
самый резкий, но все же ответ по существу. Тут же с
ним—самим Черчиллем —не захотели даже разгова-
ривать. 24 октября он пишет Рузвельту, не скрывая сво-
его действительного отношения к Советской стране:
«Интересно бы узнать, что произошло в организме со-
ветского животного, помешавшее Сталину дать настоя-
щий ответ» 154.

Учитывая озабоченность Черчилля относительно ре-
акции Советского правительства на их вероломство, Руз-
вельт успокаивал его: «Я не особенно встревожен отве-
тами, получаемыми из Москвы, или отсутствием их.
Я пришел к заключению, что русские не используют
речь для тех же целей, что и мы. Я вполне уверен, что
русские намерены держаться всю зиму» 155.

Советский народ действительно собирался держать-
ся, причем не только всю зиму, и речь советские люди
использовали не для обмана своих союзников. Что же
касается того, как характеризовала эта телеграмма само-
го президента США, то чести она ему не делает. Это тот
же цинизм, та же бесцеремонность буржуазного полити-
ка, которые проявлял Черчилль.

Стали известны и другие документы о действитель-
ной позиции Черчилля в отношении Советского Союза в
те крайне тяжелые для него дни осени 1942 г. Получив
от Форин оффиса предложение о роли четырех дер-
жав — Великобритании, США, СССР и Китая — в миро-
вых делах в послевоенный период, Черчилль писал
21 октября: «На первый взгляд очень легко выбирать
эти четыре великие державы. Однако мы не в состоянии
сказать, с какой Россией и с какими русскими требова-
ниями нам предстоит иметь дело... Мои мысли сосредо-
точены в первую очередь на Европе — на возрождении
величия Европы, колыбели современных наций и циви-
лизаций. Было бы неизмеримой катастрофой, если бы
русское варварство подавило культуру и независимость
древних государств Европы» 156.

Эти строки показывают, с какой глубочайшей
классовой ненавистью Черчилль и правящий класс Ве-
ликобритании в целом относились к советскому союз-
нику.

Хотя Советскому правительству не могло быть изве-
стно все, что думал и писал Черчилль, оно отчетливо
представляло себе его реакционные, империалистиче-
ские, классово враждебные по отношению к СССР
планы.

19 октября Сталин телеграфировал послу в Лондо-
не: «У нас у всех в Москве создается впечатление, что
Черчилль держит курс на поражение СССР, чтобы по-
том сговориться с Германией... за счет нашей страны.
Без такого предположения трудно объяснить поведение
Черчилля по вопросу о втором фронте в Европе, по воп-
росу о поставках вооружения для СССР, которые про-
грессивно сокращаются, несмотря на рост производства
в Англии, по вопросу о Гессе, которого Черчилль, по-ви-
димому, держит про запас, наконец, по вопросу о систе-
матической бомбежке англичанами Берлина в течение
сентября, которую провозгласил Черчилль в Москве и
которую он не выполнил ни на йоту, несмотря на то, что
оп безусловно мог это выполнить» 157.

Отвечая на эту телеграмму, 22 октября Майский
писал, что английская военная концепция заключается
в том, что «разбить Германию на суше в основном дол-
жен СССР, Англия же будет оказывать ему в этой борь-
бе лишь содействие». К финишу СССР должен прийти
истощенным и ослабленным, а сохранившая силу Ве-
ликобритания будет играть решающую роль на мирной
конференции. Советский посол теперь уже выражал со-
мнения в том, что «подлинно эффективный второй фронт
будет создан даже весной 1943 года» 158.

Таким образом, Англия и США выполняли те обяза-
тельства, которые они дали Советскому Союзу далеко не
полностью.

Хотя 6 октября 1942 г. наконец состоялось подпи-
сание второго протокола об англо-американских постав-
ках Советскому Союзу по ленд-лизу, фактическое по-
ложение с поставками от этого не улучшилось.

В связи с наступлением полярной ночи снова созда-
лись благоприятные условия для отправки морских кон-
воев с поставками в северные порты СССР. Однако не
только не отправлялись конвои, но продолжалось такое
положение, что часть пароходов с военной техникой,
приобретенной в США советской закупочной комиссией
по ленд-лизу, по прибытии в Великобританию разгру-
жалась, а эта военная техника использовалась британ-
ским правительством для собственных нужд. 21 октября
В. М. Молотов и А. И. Микоян констатировали в те-
леграмме послу в Лондоне, что теперь, когда насту-
пило благоприятное время для отправки конвоев, анг-
личане не только не хотят выполнять своих обещаний
об отправке ранее разгруженных грузов, а вновь хотят
разгружать прибывшие из США суда и «получить себе
товары, предназначенные для советского фронта». «Та-
ким образом,— говорилось в телеграмме,— Англия са-
ма не выполняет своих обязательств по поставке СССР
обещанных грузов и еще под предлогом невозможности
конвоя присваивает грузы, отправленные из Америки
для СССР» ,59.
Когда осенью 1942 г. в американском конгрессе рас-
сматривался вопрос о поставках Советскому Союзу по
ленд-лизу, немало реакционно настроенных конгрессме-
нов даже открыто выступало против них. Тем более
представители антисоветски настроенных кругов США
развернули критику по этому вопросу после войны.
В связи с этим Э. Стеттиниус, бывший в рассматривае-
мый период администратором ленд-лиза, отмечал в сво-
их воспоминаниях, что человеку свойственно слишком
быстро забывать обстоятельства прошлых событий.
«Американский народ должен помнить,—писал он,—
что в 1942 г. он находился на краю пропасти. Если бы
Советский Союз не удержал свой фронт, немцы были бы
в состоянии разгромить Великобританию. Они могли бы
установить господство над Африкой и создать в таком
случае плацдарм в Латинской Америке. Президент Руз-
вельт всегда помнил об этой опасности» 160.

Сотрудничество с США и Великобританией имело
принципиально важное значение и для Советского Сою-
за. Коммунистическая партия и Советское правитель-
ство последовательно исходили из этого в своей деятель-
ности. И это вполне понятно. В Советском Союзе пре-
красно помнили, что еще совсем недавно приходилось
опасаться войны со всем лагерем империализма. Совет-
ские люди представляли и последствия, которые имел бы
развал союза трех держав. Об этом постоянно напомина-
ли к тому же усилия фашистской Германии по его рас-
колу. Поэтому Советский Союз делал все возможное не
только для сохранения, но и укрепления коалиции
СССР, США и Великобритании в войне против общих
врагов.

* * *

Позиция Коммунистической партии и Советского
правительства была изложена в докладе И. В. Сталина
»> ноября 1942 г. в связи с 25-й годовщиной Великой
Октябрьской социалистической революции. Специаль-
ный раздел посвящался в нем боевому союзу СССР, Анг-
лии и США. Теперь уже можно считать неоспоримым,
говорилось в докладе, что в ходе войны произошло ко-
ренное размежевание сил, сложился итало-германский
лагерь и образовалась англо-советско-американская коа-
лиция. Морально-политические резервы этой коалиции в
Европе — и не только в Европе — растут изо дня в день.
Если рассмотреть вопрос о соотношении сил двух коа-
лиций с точки зрения человеческих и материальных ре-
сурсов, то нельзя не прийти к выводу, что бесспорное
преимущество на стороне англо-советско-американской
коалиции.

Говорят, что англо-советско-американская коалиция
наверняка победила бы, продолжал Сталин, если бы не
было у нее одного органического недостатка, способного
ослабить и разложить ее. Недостаток этот выражается,
мол, в том, что эта коалиция состоит из разнородных
элементов, имеющих неодинаковую идеологию, и что это
обстоятельство не даст им возможности организовать
совместные действия против общего врага. «Я думаю,
что это утверждение неправильно.

Было бы смешно отрицать разницу в идеологии и в
общественном строе государств, входящих в состав анг-
ло-советско-американской коалиции. Но исключает ли
это обстоятельство возможность и целесообразность сов-
местных действий членов этой коалиции против общего
врага, несущего им угрозу порабощения? Безусловно, не
исключает. Более того, создавшаяся угроза повелитель-
но диктует членам коалиции необходимость совместных
действий...»

Сталин привел факты о заключении между тремя
державами соглашений о союзе и сотрудничестве в вой-
не. Эти факты, сказал он, говорят о сближении СССР,
Великобритании и США и об их объединении в боевой
союз. «Вывод один: англо-советско-американская коали-
ция имеет все шансы, чтобы победить... и она, без сом-
нения, победит» 161.

Американское посольство в СССР оценило эту речь
как «еще один шаг вперед в направлении более тесного
сотрудничества СССР с западными союзниками» 162.

Советский Союз вносил максимальный вклад в дело
победы над германскими претендентами на мировое гос-
подство. Однако Великобритания и США продолжали
уклоняться от активного участия в военных действиях
против Германии. Имея достаточно сил и средств, они
решили второй фронт в Европе в 1942—1943 гг. не от-
крывать. В самый трудный для Советского Союза пери-
од, в разгар наступательных операций гитлеровских
войск на советско-германском фронте летом и осенью
1942 г., американское и британское правительства пре-
кратили поставки Советскому Союзу военных материа-
лов северным морским маршрутом.

Перекладывая основные тяготы войны против Гер-
мании на Советский Союз, Великобритания и США сами
осуществляли свои империалистические планы в раз-
личных районах мира. В Лондоне заботились прежде
всего о спасении Британской империи. Вашингтон стре-
мился использовать ослабление в войне других госу-
дарств для укрепления мировых позиций американского
империализма.

Некоторые американские историки отмечают, что Ве-
ликобритания и США пошли на союз с СЙСР не по доб-
рой воле, а потому, что их заставил решиться на такой
шаг Гитлер. Г. Колко, принадлежащий к либерально-
критическому направлению, пишет, что «жгучая враж-
дебность западных держав к большевизму», возникшая
еще в 1917 г., не исчезла, в годы войны у власти в них
находились в значительной степени те же деятели, ко-
торые определяли их политику и до войны. Поэтому соз-
дание Великобританией и США коалиции с Советским
Союзом «было исключением из основной тенденции
развития международных отношений», и она имела вре-'
менный характер 163. i |

Однако коалиция все же была создана. Огромную?
роль в этом сыграла советская дипломатия. Но коалит
ция была бы просто немыслима, если бы не тот герои*
ческий отпор, который давала Красная Армия герман-
ским войскам. Если бы в Лондоне и Вашингтоне пола-
гали, что дни Советского Союза сочтены, ни на какие
соглашения с СССР они не пошли бы. Но поскольку Со-
ветский Союз оказывал упорное сопротивление общему
врагу, в кровопролитных боях изматывал силу герман-1
ских агрессоров, он был для них союзником если не же-*
ланным, то во всяком случае совершенно необходимым.'

Таким образом, создание коалиции СССР, Беликов
ритании и США было обусловлено их общей заинтере-
сованностью в разгроме германских агрессоров.

Пока из трех держав активные боевые действия с не*
мецко-фашистскими войсками вел все же только Совет*
ский Союз. Самоотверженная борьба Советского Союза
фактически в одиночку с гитлеровской Германией снис-
кала ему всеобщее признание. Она порождала горячие
симпатии к СССР у народов всех стран, принимавших
участие в борьбе против агрессоров.
СОВЕТСКАЯ

ДИПЛОМАТИЯ

В УСЛОВИЯХ

КОРЕННОГО

ПЕРЕЛОМА

В ВОЙНЕ
Решающая фаза
коренного
перелома
в войне

В результате героических усилив
Красной Армии, всего советского на-
рода в конце 1942 г. в ходе Великой
Отечественной войны произошли
принципиальные изменения.

В упорных оборонительных боях под Сталинградом
и на других участках фронта летом и осенью 1942 г.
советские войска измотали, обескровили силы врага,
подорвали его наступательные возможности.

В то же время продолжалось наращивание военной
мощи СССР. Советская экономика успешно выдержала
единоборство с военным производством Германии, на ко-
торую работала промышленность также многих других
стран Европы *. К середине 1942 г. полностью заверши-
лась военная перестройка народного хозяйства страны.
В 1942 г. СССР произвел 21,7 тыс. боевых самолетов,
24,4 тыс. танков и самоходно-артиллерийских установок,
127,1 тыс. орудий всех видов, 230 тыс. минометов. Про-
изводство боевых самолетов в Германии за год состави-
ло 11,6 тыс., танков и штурмовых орудий —6,2 тыс.,
орудий — 40,5 тыс., минометов — 9,8 тыс. В ноябре
1942 г. соотношение сил сторон на советско-германском
фронте было уже в пользу СССР

Советско-германский фронт по-прежнему являлся
главным фронтом второй мировой войны. Именно на нем
решался ее исход. Из всех потерь, понесенных воору-
женными силами Германии за вторую половину 1942 г.,
96% составляли потери в войне с СССР.

Таким образом, Коммунистическая партия, совет-
ский народ создали объективные предпосылки для того,
чтобы внести в ход войны коренной перелом. Но положе-
ние Советского Союза оставалось исключительно тяже-
лым. Враг находился в 150—200 км от Москвы, блоки-

* Только во Франции немецкие военные заказы выполняли
14 тыс. предприятий.
ровал Ленинград. Немецко-фашистские войска прорва-
лись к Волге и предгорьям Главного Кавказского хреб-
та. Никогда еще на советско-германском фронте не
находилось столько вражеских войск, как к ноябрю
1942 г.,— всего 266 дивизий (из них 193,5 дивизии — не-
мецкие, 18 — финские, 26 — румынские, 11,5 — итальян-
ские, 14 — венгерские, 2 — словацкие и 1 —- испан-
ская) 2.

19 ноября 1942 г. началось историческое контрна-
ступление Красной Армии под Сталинградом. Через че-
тыре дня советские войска завершили окружение круп-
ной группировки войск противника, насчитывавшей
более 300 тыс. человек. 31 января — 2 февраля 1943 г.
остатки этой группировки во главе с генерал-фельдмар-
шалом Паулюсом капитулировали.

В конце ноября 1942 г. советские войска начали
контрнаступление также на Северном Кавказе. Несмот-
ря на все усилия немецко-фашистских агрессоров, их
планы захвата Кавказа и прорыва на Ближний и Сред-
ний Восток окончательно провалились. Советские вой-
ска достигли крупных успехов и на других участках
фронта.

В ходе боев на советско-германском фронте с ноября
1942 г. по конец марта 1943 г. Красная Армия разгро-
мила более 100 дивизий противника, то есть около 40%
всех сил, действовавших против СССР. Вражеские вой-
ска потеряли более 3500 танков, 24 тыс. орудий и
4300 самолетов3. Был внесен решающий вклад в созда-
ние коренного перелома в войне.

Значение событий, которые происходили на совет-
ско-германском фронте, становится особенно очевидным,
если сравнить их с теми действиями, которые вели про-
тив немецких и итальянских войск Великобритания
и США, хотя в конце 1942 г. они тоже начали не-
сколько активизироваться. 23 октября 1942 г. войска
Британской империи перешли в наступление в Египте.

161

В. Я, Сиполс
Им противостояли, однако, только 8 итальянских и
4 немецкие дивизии, причем слабо укомплектованные
(всего около 80 тыс. солдат и офицеров). 8 ноября
американские и британские войска начали высадку
во Французской Северной Африке. Но ни немецких,
ни итальянских войск там не было. Французские вой-
ска, подчинявшиеся правительству Виши, сотрудничав-
шему с гитлеровцами, почти никакого сопротивления
не оказали.

Буржуазная историография приложила много уси-
лий, чтобы принизить значение Сталинградской бит-
вы 4. Но подобные попытки обречены на провал. Ее раз-
мах, ожесточенность боев, военные и политические пос-
ледствия настолько велики, что она непоколебимо вошла
в историю как решающая фаза коренного перелома в
войне.

Победа Красной Армии под Сталин-
градом существенным образом изме-
нила обстановку в мире. Хотя и пред-
стояли еще грандиозные сражения,
поражение фашистской Германии и ее
союзников в войне было предрешено,
уровня достиг международный автори-
Союза. Во всем величии предстала та

роль, которую играла Страна Советов в разгроме фаши-
стских агрессоров. Коренным образом улучшилось меж-
дународное положение СССР.

Правительства, государственные и общественные
деятели посылали в Москву поздравительные теле-
граммы. Президент США Ф. Рузвельт писал, что бле-
стящая победа советских войск у Сталинграда будет
одной из самых прекрасных глав в истории войны
против нацизма. Впоследствии он послал городу Ста-
линграду специальную грамоту, в которой отмечал,
что победа советских войск под Сталинградом «стала

Международное
положение СССР
после
Сталинградской
битвы

Небывалого
тет Советского
поворотным пунктом воины союзных нации против сил
агрессии» 5.

В связи с 25-й годовщиной Красной Армии по реше-
нию британского правительства6 А. Иден выступил
21 февраля 1943 г. на митинге, состоявшемся в Альберт-
холле — самом крупном концертном зале Лондона. Он
подчеркнул, что никогда за всю долгую историю герман-
ская армия не терпела такого сокрушительного пораже-
ния, какое нанесла ей Красная Армия в битве за Ста-
линград. Она показала, что немецкие войска могут быть
разбиты7.

В США, Великобритании и других странах, входив-
ших в число Объединенных наций, все больше деяте-
лей стало придерживаться мнения, что отныне следует
считаться с Советским Союзом как с одной из самых мо-
гущественных и влиятельных стран мира.

Во многих государствах усилилось стремление к ук-
реплению отношений с СССР, ибо становилось очевид-
ным, что решение всех главных международных проб-
лем, в том числе и послевоенных, без участия Советско-
го Союза будет невозможно.

Победа Красной Армии в Сталинградской битве воо-
душевила народы всех оккупированных фашистскими
агрессорами стран Европы на дальнейшее расширение,
активизацию национально-освободительной борьбы8.
Укрепились надежды порабощенных народов на осво-
бождение, а это умножило их силы, придало им уверен-
ность в том, что приносимые ими жертвы не напрасны,
а приближают час Победы. Тот факт, что только страна
социализма смогла остановить агрессоров, что именно
она вносила решающий вклад в их разгром, способство-
вал укреплению позиций коммунистов в борьбе против
оккупантов. Начавшись как борьба за национальное ос-
вобождение, она под руководством коммунистов все
чаще становилась и борьбой за освобождение социаль-
ное.
Коммунистическая партия и Советское правительст-
во проявляли глубокую заинтересованность в том, что-
бы не только военными, но и дипломатическими средст-
вами приблизить конец войны, день Победы. Проблемы
внешней политики, как и другие наиболее важные проб-
лемы войны, находились в центре внимания Политбюро
ЦК ВКП(б). В Политбюро обсуждались и решались все
принципиально важные вопросы советской внешней по-
литики, утверждались проекты основных внешнеполи-
тических документов, определялась линия советских
представителей на переговорах с другими странами. По-
литбюро ставило перед внешнеполитическими органами
конкретные задачи, указывало пути их решения9.

Советское правительство добивалось дальнейшего уп-
рочения коалиции СССР, Англии и США, укрепления
сотрудничества всех Объединенных наций, наращива-
ния их ударов по общим врагам. Наибольшее значение
оно придавало открытию Англией и США второго фрон-
та в Европе, что могло значительно приблизить разгром
Германии и ее союзников по агрессии. Задержка же с
открытием второго фронта не могла не означать затяж-
ку окончания войны, умножение приносимых ею жертв
и страданий.

Вместе с тем Советское правительство стремилось к
укреплению взаимопонимания и сотрудничества между
СССР, США и Великобританией, между их народами
также и по многим другим вопросам. Оно исходило из
того, что сотрудничество, установившееся между тремя
державами в связи с войной против общего врага, мо-
жет и должно быть сохранено и при решении вопросов
послевоенного мирного урегулирования, что оно может
и должно продолжаться и в послевоенный период.

Немало политических деятелей союзных стран при-
ходило к выводу, что из факта быстрого роста междуна-
родного влияния СССР в результате его побед над глав-
ным агрессором, то есть нацистской Германией, необхо-
димо сделать единственно правильный вывод — искать и
раходить пути к взаимопониманию с Советским Союзом.
К их числу относился, например, ближайший помощник
американского президента Г. Гопкинс. Соответствующие
взгляды получили отражение в записке, подготовленной
по его поручению генералом Дж. Бэрнсом. Он сформу-
лировал их кратко следующим образом: «Россия нужна
нам не только как могущественный военный союзник
для разгрома Германии; в конечном счете она понадо-
бится нам в аналогичной роли и для разгрома Японии».
Он отметил, что без СССР Соединенные Штаты Амери-
ки могли бы оказаться не в состоянии одержать победу
в войне. Что же касается послевоенного периода, то в
записке констатировалось: «Если союзники победят,
Россия будет одной из трех самых могущественных
стран мира». Учитывая все это, говорилось в записке,
сдедует стремиться к сотрудничеству с ней как в войне,
так и после ее окончания10.

Содержание этой записки отражало и взгляды Руз-
вельта. Но необходимо существенное уточнение. В Ва-
шингтоне исходили из того, что в этой «большой трой-
ке» — США, СССР, Великобритания — первую скрипку
будут играть Соединенные Штаты.

Рузвельт всегда последовательно руководствовался
империалистическими интересами США. Но он не был
догматиком. Если в данный момент эти интересы требо-
вали сотрудничества с СССР, он был готов и на это, не-
смотря даже на недовольство крайне правых кругов
США. Общая установка Рузвельта на сотрудничество с
СССР как в войне, так и в послевоенный период способ-
ствовала упрочению антигитлеровской коалиции. ,Но его
политика была отнюдь не бескорыстной. Американский
посол в СССР У. Стэндли констатировал, что политика
Рузвельта заключалась в том, чтобы «не вызывать враж-
дебности у русских», так как «они сражаются вместо
пас и за нас» п. Когда дело доходило до решения тех
или иных конкретных проблем, позиция США отнюдь не"
всегда способствовала советско-американскому сотруд-
ничеству. Наиболее наглядно это было видно на приме-
ре отношения американского правительства к вопросу
об открытии второго фронта в Европе. Рузвельт стре-
мился воевать чужими руками. «Поскольку я прекрасно
знал президента Рузвельта,— писал Стэндли о его пози-
ции,— я подозревал определенное двуличие» 12.

Среди правящих кругов США многие считали со-,
трудничество с СССР в войне «странным союзом». Аме-
риканский военный историк М. Мэтлофф пишет, что во-
енный союз США, Великобритании и СССР напоминал
«брак по расчету» 13.

В Великобритании также были деятели, которые ис-
ходили из того, что она глубоко заинтересована в самом
тесном сотрудничестве с Советским Союзом. Но боль-
шинство британских политиков придерживалось иных
взглядов. Характерна в этом отношении запись, еде-*'
ланная в своем дневнике советским послом в Англии
И. М. Майским 5 февраля 1943 г.:

«Какова реакция Англии на наши победы? Ответить
на этот вопрос одним словом невозможно. Ибо реакция
Англии на успехи Красной Армии сложна и противоре-
чива.

Первое, что бросается в глаза, когда задаешься по-
ставленным вопросом, это всеобщее удивление силой
СССР и мощью Красной Армии. Никто не ожидал, что
после тяжелых испытаний прошлого лета мы сумеем
сохранить столько боеспособности...

Второе чувство, порождаемое событиями в СССР, это
огромное восхищение советским народом, Красной Ар-
мией... Однако данное чувство носит уже менее всеоб-
щий характер, чем изумление. Чувство восхищения бес-
предельно и безоговорочно в массах. Здесь престиж
СССР за минувшие три месяца невероятно поднялся...
Чем выше по этажам общественной пирамиды, тем боль-
ше чувство восхищения оказывается смешанным с раз-
личными другими чувствами, большей частью разъеда-
ющего характера...

Еще более сложна реакция британских господствую-
щих классов на наши военные успехи. С одной стороны,
они довольны: очень хорошо, что русские так крепко
бьют немцев. Нам легче будет. Сэкономим потери и раз-
рушения. Еще раз реализуем нашу извечную линию —
воевать чужими руками. Но, с другой стороны, господ-
ствующие классы... обеспокоены: а не очень ли усилят-
ся в результате большевики?.. И чем больше становятся
успехи советского оружия, тем глубже беспокойство
проникает в сердца правящей верхушки» 14.

У. Черчилль, понимавший, что в разгроме гитле-
ровской Германии (а тем самым фактически и в спасе-
нии Англии) решающую роль играл Советский Союз,
тем не менее продолжал оставаться величайшим нена-
вистником страны социализма. Когда в конце 1942 г.
становилось очевидным, что Германии не удастся раз-
громить Советский Союз и что поэтому Англии уже не
будет угрожать опасность, лидер британских консерва-
торов начинает задумываться над тем, чтобы правильно
определить момент, когда он перестанет считать своим
«врагом № 1» Германию и снова станет на путь борьбы
против Советского Союза. Черчилль отражал тут общую
позицию всего британского империализма.

Аналогичных взглядов придерживались и реакцион-
ные круги США. Корреспондент английской газеты
«Дейли мейл» сообщал по этому поводу из Вашингтона:
«В то время как широкие массы здесь выражают свое
огромное восхищение Красной Армией, люди, стоящие у
власти и бизнеса... проявляют подозрительность и даже
враждебность по отношению к Советам» 15. Вице-прези-
дент США Г. Уоллес характеризовал в своем дневнике
в декабре 1942 г. госдепартамент как «бастион закоре-
нелого консерватизма и антисоветских настроений» ,6.
Американский историк М. Столер, подробно изучавший
этот вопрос, отмечает, что у многих представителей ру-
ководящих кругов США, как и Англии, появился «страх
перед русскими успехами», страх усиления влияния
СССР в Восточной Европе в результате ее победы над
Германией17.

Возможные классовые последствия беспокоили и
американского посла в СССР Стэндли. «Советский Со-
юз,— писал он весной 1943 г.,— пользуется сейчас не-
бывалой популярностью в Британии и США, а, несом-
ненно, также в странах оккупированной Европы. Восхи-
щение вызвано героическим сопротивлением советского
народа и Красной Армии, и в умах многих людей это бу-
дет ассоциироваться с советской системой» 18.

Представители британской и американской реакции
вынашивали, в частности, планы заключения с Герма-
нией сепаратного мира на антисоветской основе. Они
были заинтересованы в скорейшем устранении Гитлера,
надеясь, что у власти в Германии могут оказаться кру-
ги, с которыми можно будет пойти на империалистиче-
скую сделку.

После поражения под Сталинградом кое-кто из фа-
шистской верхушки также начал проявлять стремление
к установлению неофициальных тайных контактов с
представителями Англии и США. Они надеялись вбить
клин между участниками антигитлеровской коалиции и
таким образом предотвратить свой крах. Одновременно
они зондировали условия, на которых между Германией,
с одной стороны, и Англией и CIIIA, с другой, можно
было бы заключить сепаратный мир.

Об этом свидетельствуют контакты, установленные в
Швейцарии между главным представителем американ-
ских спецслужб в Европе А. Даллесом, имевшим «пря-
мые задания и полномочия от Белого дома», и гитлеров-
ским агентом князем М. Гогенлоэ. Во время их беседы
в середине февраля 1943 г. Даллес заявил, что он «бо-
лее или менее согласен с государственной и промыш-
ленной организацией Европы на основе больших прост-
ранств, полагая, что федеративная Великая Германия
(подобная Соединенным Штатам) с примыкающей к ней
Дунайской конфедерацией будет лучшей гарантией по-
рядка и восстановления Центральной и Восточной Евро-
пы», Он сказал, что «не отклоняет национал-социализм
в его основных идеях и действиях» в такой мере, как
прусский милитаризм. О Советском Союзе Даллес^ го-
ворил «без особой симпатии», подчеркнув, что «следует
поддержать создание санитарного кордона против боль-
шевизма» в составе Польши, расширенной к востоку (то
есть за счет советских земель), Румынии и Венгрии19.

Даллес изложил тут программу заключения сепарат-
ного мира на Западе, после чего Германия вместе с
Польшей и Дунайской федерацией стала бы антисовет-
ским форпостом лагеря империализма.

Между британскими правящими кругами и гитлеров-
цами контакты по вопросу о сепаратном мире были уста-
новлены, в частности, через главаря испанских фаши-
стов Франко. Он говорил в январе 1943 г. в беседе с
английским послом в Испании мюнхенцем С. Хором!
«Я считаю роковой ошибкой Англии то, что она продол-
жает поддерживать Советскую Россию... Было бы един-
ственно правильным, если бы Англия своевременно
вступила на путь к компромиссному миру с Германией».
Хор ответил, что его высказывания являются «в высшей
степени интересными», и выразил желание, «чтобы раз-
говоры в этом смысле были продолжены» 20. Министер-
ство иностранных дел Испании располагало сведениями
о том, что «в Англии имеются ответственные лица и
даже один член кабинета, защищающие идею мирного
посредничества и всеобщего европейского фронта про-
тив большевизма»21.

Тайные переговоры английских и американских
представителей с гитлеровцами по вопросу о заключе-
нии сепаратного мира были грубым нарушением ими
союзнических обязательств перед СССР, союзнического
долга.

Не могло не вызвать подозрений Советского прави-
тельства и то обстоятельство, что в конце 1942 г. США
фактически предприняли попытку спровоцировать вой-
ну между СССР и Японией. В конце декабря 1942 г. Руз-
вельт писал в послании Сталину, что не исключена воз-
можность нападения Японии на СССР. В таком случае
правительство США было бы готово направить на Совет-
ский Дальний Восток 100 американских бомбардиров-
щиков. Рузвельт предлагал послать в СССР генерала
Ф. Брэдли с группой в 20 человек для осмотра совет-
ских аэродромов на Дальнем Востоке. Советское пра-
вительство отклонило это предложение. Оно проявляло
всю необходимую осмотрительность, чтобы не дать
японским империалистам предлога для нападения на
СССР22.

Что касается вопроса о положении на советских
дальневосточных границах, то после Сталинграда оно,
бесспорно, улучшилось. Японские агрессоры так и не
дождались разгрома их европейскими партнерами по
блоку советских войск, что создало бы Японии благопри-
ятную возможность для нападения на СССР и захвата
его земель на Дальнем Востоке. В начале 1943 г. фаши-
стский рейх усилил попытки побудить Японию все же
напасть на СССР. Излагая позицию своего правительст-
ва, японский посол в Германии X. Осима заявил Риб-
бентропу, что «уже 20 лет все планы генерального шта-
ба разрабатывались для наступления на Россию». Если
можно будет предвидеть успех, то японцы, «несомненно,
начнут наступление». Но пока Япония считала нападе-
ние на СССР невозможным 23.

Японские планы нападения на СССР вынуждали Со-
ветский Союз и впредь держать на своих дальневосточ-
ных рубежах мощную группировку войск.
Общее развитие отношений СССР с Англией и США
определялось в то время все же не упомянутыми ковар-
ными планами и замыслами реакционных кругов этих
двух держав.

Советский Союз, Великобритания и Соединенные
Штаты Америки находились в состоянии войны с общи-
ми еще очень сильными и опасными врагами. Они были
глубоко заинтересованы в сотрудничестве в целях дости-
жения победы в войне. Эта общая задача преобладала
над всем остальным. Рост симпатий народных масс
США и Англии к советскому народу, восхищение его ти-
танической борьбой против немецко-фашистских войск
также не могли не оказывать влияния на официальную
политику наших англо-американских союзников.

Катастрофическое поражение в Сталинградской бит-
ве потрясло до основания весь блок фашистских агрес-
соров в Европе. В Германии был объявлен трехдневный
траур. 1 февраля 1943 г. главарь немецких фашистов
признал, что «возможности окончания войны на Восто-
ке путем наступления более не существует» 24.

В связи с разгромом Красной Армией наряду с не-
мецкими также и крупных сил итальянских, румынских
и венгерских войск оказалось подорвано внутреннее по-
ложение в Италии, Румынии и Венгрии. В фашистском
блоке стал намечаться кризис. Кое-кто среди правящих
кругов союзников Германии начинал понимать, что их
страны вместе с ней могут оказаться в конце войны в
лагере побежденных, что будет иметь для них самые тя-
желые последствия на многие годы.

Но фашистские правители стран, вместе с Герма-
нией напавших на СССР и воевавших против него, свя-
зали с ней свою судьбу настолько тесно, что они не ви-
дели для себя иного выхода и по-прежнему бросали все
людские и материальные силы своих стран в горнило
войны, надеясь в конце концов все же одержать победу.
Они неоднократно заверяли Гитлера в своей преданно-
Английские планы
антисоветского
сговора
с Турцией

сти и продолжали верно служить ему. Как и гитлеров-
цы, надеялись они и на возможный раскол коалиции
СССР, США и Великобритании.

Еще в августе 1942 г. турецкие дея-
тели заявляли гитлеровцам, что Тур-
ция «в высшей степени заинтересова-
на в уничтожении русского колосса»,
«в возможно более полном пораже-

нии большевистской России»25. Турецкие правящие
круги ожидали краха Советского Союза, чтобы пожи-
виться за счет его земель. На советско-турецкой грани-
це было сосредоточено 26 турецких дивизий26. Несмот-
ря на поражение немецко-фашистских войск под Ста-
линградом и на Кавказе, общая позиция турецких по-
литических и военных деятелей серьезно не изменилась.
Они по-прежнему лелеяли надежду на то, что СССР все
же не выстоит. Так, в середине марта 1943 г. помощник
начальника турецкого генштаба заявил в беседе с бол-
гарским посланником в Турции С. Кировым, что «Анка-
ра искренне желает победы Германии на Востоке и
Турция не сделает ничего такого, что ослабило бы уси-
лия немцев по разгрому большевизма» 27.

Но если в то время, когда вермахт продолжал насту-
пать, были серьезные основания опасаться, что Турция
(как и в первой мировой войне) может оказаться пря-
мым союзником германского империализма в агрессии
против СССР, то к концу 1942 г. эта опасность ослабла.

Антисоветские настроения правящих кругов Турции
планировал использовать теперь Черчилль. В случае
дальнейшего отступления немецких войск он хотел по-
будить Турцию вторгнуться своими войсками в Болга-
рию и Румынию, в частности для того, чтобы прегра-
дить туда путь советским войскам.

В конце января 1943 г. Черчилль предпринял поезд-
ку в Турцию. 30—31 января в г. Адане (близ турецко-
сирийской границы) состоялась встреча Черчилля с
президентом Турции И. Инёню, премьер-министром
Ш. Сараджоглу и министром иностранных дел Н. Мене-
менджиоглу. Сразу же по ее окончании британский
премьер в послании главе Советского правительства
писал, что в ходе переговоров с турками он выражал на-
дежду, что они со временем путем «широкого толкова-
ния нейтралитета» разрешат воспользоваться их аэрод-
ромами для заправки британских и американских само-
летов, с тем чтобы они могли осуществлять налеты на
румынские нефтепромыслы в Плоешти28.

Это послание было, однако, очередным обманом Чер-
чиллем Советского правительства. Протокол встречи в
Адане свидетельствует о том, что там речь шла совсем
о другом. Черчилль заявил, что Германия может потер-
петь поражение или в ней могут произойти перемены.
В таком случае «на Балканах может возникнуть анар-
хия», то есть произойти революция. Турция должна
быть сильной и готовой к тому, чтобы «вмешаться свои-
ми силами, когда наступит этот момент».

Далее Черчилль говорил, что Россия «будет в конце
концов очень сильной» и она может иметь, мол, даже
империалистические цели. В связи с этим провокацион-
ным антисоветским заявлением Менеменджиоглу отме-
тил, что «вся Европа полна славян и коммунистов. Все
побежденные страны окажутся большевистскими...». Он
задал вопрос, какую позицию займет британское прави-
тельство, в случае если взаимодействие Турции с Вели-
кобританией «было бы затронуто какой-либо акцией Со-
ветов?». Черчилль ответил, что в случае конфликта с
Россией «мы создадим максимально возможную комби-
нацию против нее».

Излагая позицию Турции, Инёню заявил, что она
пока останется нейтральной, но «всегда возможна ту-
рецкая интервенция, например в случае анархии на
Балканах»29.
Именно это было главным вопросом, обсуждавшимся
па конференции. Суть его заключалась, таким образом,
в стремлении Черчилля побудить Турцию в случае от-
ступления германских войск с Балкан ввести в Балкан-
ские страны турецкие войска с целью подавления рево-
люции и предотвращения вступления туда советских
войск. Турецкие правящие круги выразили принципи-
альное согласие. При этом участники переговоров не
исключали возможности того, что между советскими
войсками, громившими врага, и турецкими частями,
осуществляющими интервенцию в Балканские страны,
мог возникнуть конфликт. Черчилль заверил, что в та-
ком случае Турции будет оказана помощь против СССР.

Черчилль обещал увеличить поставки Турции воен-
ных материалов. Из сказанного вытекает, что они были
предназначены, однако, не для скорейшего разгрома
Германии, а для других целей, в том числе для исполь-
зования их против СССР.

Правда, британский премьер сделал во время встречи
в Адане и несколько объективных заявлений о СССР.
Так, он сказал, что «очень благодарен» России за то,
что она сделала в ходе войны. Он подчеркнул доброже-
лательное отношение России к Турции, а также ее
стремление к сотрудничеству с Англией и США. Бри-
танский премьер упомянул об англо-советском договоре,
заключенном на 20-летний срок, и выразил уверенность,
что русские будут соблюдать свои обязательства. «До
сих пор,— сказал он,— они ни разу не нарушили ни од-
ного соглашения».

Инёню высказал просьбу, чтобы состоявшаяся дис-
куссия о России «сохранялась в тайне и никогда не упо-
миналась вне пределов помещения этой конферен-
ции» 30.

Участникам встречи, действительно, было что скры-
вать. Если раньше правящие круги Турции сотруднича-
ли против СССР с Германией, то теперь их укрепляв-
шееся сотрудничество с Англией и США снова оказа-
лось направленным против Советского Союза.

В аданских переговорах Черчилль грубо нарушил
свои союзнические обязательства по отношению к
СССР. В отличие от Советского Союза, который строго
выполнял заключенные им соглашения, он уже начал
сколачивать союз против него.

Что же касается сохранения в тайне содержания
аданских переговоров, то этого их участникам обеспе-
чить не удалось. Как видно из германских и болгарских
архивов, правительства этих стран были обстоятельно
информированы об их содержании.

Так, болгарский посланник в Анкаре С. Киров сооб-
щал своему правительству, что, согласно сведениям, по-
лученным им из турецких источников, целью приезда
Черчилля «было заручиться сотрудничеством Турции на
период, который наступит в конце войны и после нее,
чтобы предохранить Балканы от анархии», «большеви-
стской заразы». В переговорах шла речь о формирова-
нии Турцией при помощи Англии и США 50 дивизий, из
которых 30 были предназначены для борьбы против
большевиков на Балканах31.

Аналогичные сведения о встрече в Адане получило и
германское правительство. Кроме того, как Оно узнало,
было решено, что, когда Турция вступит в войну, она
«разрешит английскому флоту проход через проливы,
чтобы дать ему возможность войти в Черное море. Анг-
лийские войска высадятся тогда на черноморском побе-
режье Румынии и Болгарии, чтобы опередить Сове-
ты...» 32.

Разумеется, все это вряд ли было известно Совет-
скому правительству, когда 6 февраля Сталин отвечал
Черчиллю на его сообщение о переговорах в Адане. Он
писал, что международное положение Турции остается
«довольно щекотливым», так как она связана с Герма-
нией договором о дружбе, заключенным за три дня до
нападения Германии на СССР. Но если турки хотят
улучшить отношения с СССР, то «пусть заявят об этом.
Советский Союз в этом случае готов пойти навстречу
туркам». Что касается информации об аданской встрече,
полученной от Черчилля, то Сталин отмечал, что ее
нельзя называть полной33.

Состоявшиеся в Адане переговоры отнюдь не озна-
чали, что Турция отказалась от сотрудничества с Гер-
манией. Германский генеральный консул в Стамбуле
сообщал в Берлин, что в интересы Турции «ни в коем
случае не входит разгром Германии» советско-англо-
американской коалицией34. Инёню даже спросил Чер-
чилля, не желает ли он обсудить с германским послом
в Турции фон Папеном возможность заключения мира
между Великобританией и Германией35.

Таким образом, турецкие правящие круги даже
после Сталинградской битвы продолжали питать сим-
патии к фашистской * Германии и придерживаться
враждебной Советскому Союзу позиции. Они вынуж-
дены были отказаться от планов захвата советских
земель, но вместе с англичанами начали готовиться
к вторжению на Балканы.

Отказ
Англии и США
открыть
второй фронт
в 1943 г.

К концу 1942 г. прошло уже более
трех лет со времени вступления во
вторую мировую войну Великобрита-
нии и год со времени участия в войне
США. Одно это означает, что они без-

условно достаточно подготовились к тому, чтобы быть
в состоянии принимать эффективное участие в войне.
Тем не менее в Лондоне и Вашингтоне продолжали
уклоняться от активных военных действий против Гер-

мании.

В своих воспоминаниях Черчилль доказывает, что
Великобритания и США не располагали силами, чтобы
открыть второй фронт. Так в течение многих лет писа-
ли также английский и американские буржуазные исто-
рики. Но за последние годы на Западе вышло немало
книг, авторы которых уже не считали нужным скры-
вать истину, то есть тот факт, что Черчилль и Рузвельт
продолжали затягивать открытие второго фронта вовсе
не из-за того, что Англия и США были не в состоянии
сделать это, а исключительно потому, что открытие вто-
рого фронта в 1943 г., как они считали, не соответство-
вало интересам — разумеется, империалистическим —
этих держав.

Черчилль, конечно, понимал, какую реакцию в Мо-
скве вызовет нарушение Великобританией и США обя-
зательства открыть второй фронт в Европе в 1943 г.
В записке начальникам штабов он отмечал, что вряд
ли можно «предполагать, что русские примирятся с тем,
что мы будем бездействовать, как обычно, в течение все-
го 1943 г,, в то время как Гитлер нанесет им третий
удар» 36. Но Черчилль цинично шел на то, чтобы поста-
вить Советский Союз перед фактом срыва открытия вто-
рого фронта и в 1943 г.

Для согласования планов ведения войны англо-аме-
риканским блоком 14—23 января 1943 г. в Касабланке
состоялась очередная встреча Рузвельта и Черчилля.
В заключение ее они утвердили доклад, подготовленный
Объединенным: комитетом начальников штабов. Глав-
ной запланированной операцией был захват в июле Си-
цилии 37.

Рузвельт, как и Черчилль, был сторонником того,
чтобы в 1943 г. действия англо-американских войск осу-
ществлялись в бассейне Средиземного моря38. 18 янва-
ря 1943 г. Черчилль телеграфировал в Лондон: «Я рад,
что президент решительно выступает за то, чтобы на
первое место были поставлены действия в Средиземно-
морье» 39.

Принципиальные решения по вопросу о втором
фронте в Европе были изложены в документе, одобрен-
ном Объединенным комитетом начальников штабов
22 января 1943 г. В первом пункте этого документа го-
ворилось, что США и Англия не в состоянии осущест-
вить крупномасштабную высадку на континент в тече-
ние 1943 г. Высадка предусматривалась только на
1944 г.40

В ходе дискуссий неоднократно затрагивался вопрос
о поставках Советскому Союзу. При этом констатирова-
лось, что в связи с операцией по высадке в Сицилии сно-
ва придется прекратить отправку конвоев северным
морским маршрутом. В то же время поставки военных
материалов Советскому Союзу считались все же жела-
тельными. Так, Черчилль отмечал, что «никакие инве-
стиции не могли бы дать лучших военных дивидендов».
Рузвельт был такого же мнения: «Снабжение России —
это стоящая инвестиция» 41. Начальник имперского ге-
нерального штаба А. Брук заявил, что поставки необхо-
димы для того, «чтобы выжать из России максимальную
пользу»42.

Эти высказывания показательны, в частности, в том
плане, что на Западе немало написано о чуть ли не фи-
лантропической «помощи» США и Англии Советскому
Союзу. На самом же деле американское и британское
правительства, как уже говорилось, преследовали по-
ставками свои корыстные цели.

На встрече признавалась та роль, которую играли в
войне против Германии советские войска. Участники
конференции исходили из того, что следует возлагать
на них основное бремя войны и в будущем. Первым под-
робно изложил такие взгляды Дж. Маршалл. Главноко-
мандующий американскими военно-морскими силами
Э. Кинг констатировал, что дело сводится к тому, что-
бы «максимально» воспользоваться людскими ресурса-
ми России, причем «для главных действий» против Гер-
мании. Американские представители ограничивали роль
США поставками Советскому Союзу военных материа-
лов 43. Кинг говорил, что речь идет о том, чтобы «исполь-
зовать русских в наших собственных интересах»44.

На пресс-конференции после встречи Рузвельт зая-
вил, что он считает необходимым добиваться «безогово-
рочной капитуляции» Германии, Италии и Японии45.

Участники встречи понимали, что необходимо ин-
формировать о принятых решениях Советское прави-
тельство. Совместное послание Рузвельта и Черчилля
главе Советского правительства об итогах встречи нача-
лось с лицемерного заявления, что намеченные ими
операции вместе с мощным наступлением советских
войск «могут, наверное, заставить Германию встать на
колени в 1943 году. Нужно приложить все усилия, что-
бы достигнуть этой цели». Что касается конкретных
планов США и Англии, то сообщалось, что они намере-
ны «очистить Северную Африку от сил держав оси» и
«предпринять широкие комбинированные операции су-
хопутных и военно-морских сил в Средиземном море».
По вопросу об открытии второго фронта в послании го-
ворилось, что западные союзники намерены сконцентри-
ровать в Соединенном Королевстве значительные аме-
риканские сухопутные и военно-воздушные силы, кото-
рые совместно с британскими вооруженными силами
«подготовятся к тому, чтобы снова вступить на конти-
нент Европы, как только это будет осуществимо»46.

Посланное Рузвельтом и Черчиллем Советскому пра-
вительству сообщение об их встрече было, однако, не
информацией, а преднамеренной дезинформацией. На
самом деле на конференции и речи не было о том, чтобы
разгромить Германию в 1943 г. Авторы послания скры-
вали, что решено второго фронта в 1943 г. не открывать,
а действовать исключительно в бассейне Средиземного
моря, да к тому же осуществить всего-навсего высадку
в Сицилии.

Разумеется, авторы этого послания понимали, что
оно не удовлетворит Советское правительство. Тем
не менее они заранее решили, что англо-американский
блок должен поступать исключительно в соответствии
со своими империалистическими интересами, не счита-
ясь с союзническими обязательствами перед СССР и его
неизбежными протестами. 26 января Черчилль телеграф
фировал по этому поводу военному кабинету: «Ничто на
свете Сталин не одобрит как альтернативу высадке нами
весной этого года 50 или 60 дивизий во Франции. Я ду-
маю, что он будет разочарован и взбешен нашим совме-
стным посланием... Но в конце концов мы можем с этим
не считаться»47.

Отвечая на приведенное послание Черчилля и Руз-
вельта, глава Советского правительства просил сооб-
щить о конкретно намеченных операциях и намечаемых
сроках их осуществления48.

9 февраля Черчилль направил Сталину новое посла-
ние, указав, что оно согласовано с Рузвельтом. Он со-
общал, что американские и британские войска намере-
ны в течение апреля, если не раньше, изгнать немцев
и итальянцев из Восточного Туниса. В июле или
раньше США и Англия намерены захватить Сицилию.
Далее в послании говорилось: «Мы также энергично
ведем приготовления, до пределов наших ресурсов, к
операции форсирования Канала (Ла-Манша.— В. С.)
в августе, в которой будут участвовать британские ча-
сти и части Соединенных Штатов... Если операция
будет отложена вследствие погоды или по другим при-
чинам, то она будет подготовлена с участием более-
крупных сил на сентябрь»Ч

Это послание было обещанием правительств Велико-
британии и США, их обязательством осуществить вы-
садку в Северной Франции, то есть открыть второй
фронт, в крайнем случае в сентябре 1943 г. На самом
же деле, как свидетельствуют решения встречи в Каса-
бланке, англо-американский блок намеревался откры-
вать второй фронт только в 1944 г. Так что Черчилль
и Рузвельт в этом послании главе Советского прави-
тельства давали обещания, которые заведомо не соби-
рались выполнять. Этот циничный, преднамеренный об-
ман стал одной из самых одиозных страниц в политике
британского и американского империализма в годы
второй мировой войны.

16 февраля глава Советского правительства в посла-
ниях Черчиллю и Рузвельту настаивал на том, чтобы
второй фронт был открыт весной или в начале лета
1943 г. Он отмечал, что с конца декабря немцы пере-
бросили из Франции, Бельгии, Голландии и самой Гер-
мании на советско-германский фронт 27 дивизий, в том
числе 5 танковых50.

В новом послании (11 марта) Черчилль пытался вы-
крутиться из созданного им самим для себя щекотливого
положения. Он уже не писал, что Англия и США от-
кроют второй фронт в августе или сентябре 1943 г.
Правда, он и не признавал, что они не откроют его, а
отделывался общими фразами. Главный смысл его пос-
лания заключался в следующем: «Подавляющая часть
британской армии находится в Северной Африке, на
Среднем Востоке и в Индии, и нет никакой физической
возможности перебросить ее морем назад на Британские
острова». Там находятся 38 дивизий, а на Британских
островах всего 19. Американских войск в Англии, писал
Черчилль, всего одна дивизия, и в течение двух месяцев
других войск не ожидается. Вместе с тем принципиаль-
ное значение имело и то, что было сказано в самом
конце послания британского премьера. «Когда я за-
являю,—писал он,—для Вашего личного сведения о
наших намерениях... меня не следует понимать так,
что я ограничиваю нашу свободу в принятии реше-
ний» 51.

Таким образом, суть нового послания Черчилля за-
ключалась в том, что открытие второго фронта в 1943 г.
невозможно, так как для этого нет-де необходимых сил.
А то, что он писал ранее, было, мол, не обязательством^
не обещанием открыть второй фронт в августе — сен-
тябре 1943 г., а лишь информацией о «намерениях», ко-
торые он и Рузвельт, правительства Англии и США,
вольны менять когда и сколько угодно. Предельный
цинизм!

Германия по-прежнему располагала мощными сила-
ми. Предстояли еще долгие, ожесточенные бои. Поэтому
вопрос о том, придется ли Советскому Союзу и впредь
воевать против основных сил Германии в одиночку или
же в военных действиях примут участие также Англия
и США, имел для Советского Союза принципиальное
значение.

Британское и американское правительства понима-
ли, что продолжавшееся бездействие Англии и США,
тогда как Советский Союз вел ожесточенные бои с
главными силами Германии, ставило их как союзников
СССР в крайне неудобное положение. Так, Черчилль
констатировал в телеграмме Гопкинсу, что в апреле,
мае и июне «даже ни единый американский и британ-
ский солдат не будет убивать ни одного немецкого или
итальянского солдата, в то время как русские пресле-
дуют около 185 дивизий»52. Но активизировать свое
участие в военных действиях англо-американский блок
считал преждевременным.

Таким образом, хотя у СССР, США и Англии была
важнейшая общая цель — одержать победу над врагом,
в то же время между ними были существенные расхож-
дения по ряду важных вопросов, прежде всего об от-
крытии второго фронта. В вопросе об организации вто-
рого фронта в Европе наглядно проявилась «империа-
листическая сущность политики правящих кругов США
и Англии»53.

Наряду с нежеланием Англии и США открывать
второй фронт в Западной Европе на отношениях СССР
с ними отрицательно сказывалась в это время и их по-
зиция по вопросу о поставках Советскому Союзу север-
ным морским маршрутом. За зиму 1942/43 года этим
путем в СССР прибыло несколько конвоев, доставивших
военные и другие материалы на основе второго прото-
кола о взаимных поставках54.

По согласованию между английским и американским
правительствами намеченный на март 1943 г. конвой
снова был отменен. В Вашингтоне и Лондоне понимали,
что в условиях срыва открытия второго фронта отказ
отправлять в СССР еще и конвои с поставками не мог
не вызвать в Москве естественного недовольства. Но
Черчилль заранее был готов к этому. «В конце концов,
семь бед — один ответ» 55,— писал он.

30 марта Черчилль сообщил в Москву об отмене мар-
товского конвоя, равно как и о том, что следующий кон-
вой предполагается направить только в сентябре56. На
самом же деле в поставках северным путем наступил
9-месячный перерыв. Сталин отправил британскому
премьеру краткий ответ, в котором говорилось: «Я по-
нимаю этот неожиданный акт как катастрофическое со-
кращение поставок сырья и вооружения...»57

Таким образом, западные союзники СССР снова про-
демонстрировали свое отношение к выполнению взятых
на себя обязательств. В официальной истории британ-
ской внешней политики в годы второй мировой войны
признается, что в 1942—1943 гг. северным маршрутом
было отправлено только 10% поставок, которые наме-
чалось послать этим путем, а в целом программу поста-
вок выполнили только на 66% 58.

Проведя тотальную мобилизацию своих людских и
материальных ресурсов, Германия развернула активную
подготовку к новому крупному наступлению на совет-
ско-германском фронте. Предстояли ожесточенные бои.
Поэтому Советский Союз по-прежнему был заинтересо-
ван в скорейшем открытии Англией и США второго
фронта в Европе.
К середине мая англо-американские войска наконец
закончили свои действия в Северной Африке, заняв
весь Тунис. Для сравнения масштабов сражений в
СССР и в Северной Африке можно отметить, что англо-
американские союзники потеряли за всю кампанию уби-
тыми всего 10 290 человек59.

Для обсуждения дальнейших планов действий англо-
американского блока Черчилль снова направился в Ва-
шингтон, где с 12 по 25 мая 1943 г. вел переговоры с
Рузвельтом. Переговоры закончились утверждением ре-
шения о военных операциях американских и английских
войск на 1943—1944 гг. Для разгрома стран оси в Ев-
ропе предусматривалось, во-первых, «авиационное на-
ступление» с территории Великобритании. Во-вторых,
намечалась «операция по форсированию Ла-Манша», но
не в 1943 г. Предварительный срок ее был установлен
1 мая 1944 г. Высадку планировалось осуществить си-
лами 9 дивизий, после чего на захваченный плацдарм
намечалось перебросить еще 20 дивизий. В-третьих, пос-
ле захвата Сицилии считалось необходимым осущест-
вить новую операцию, которая способствовала бы вы-
ходу Италии из войны 60.

Из Вашингтона Черчилль отправился в Северную
Африку, где продолжал обсуждение военно-стратегиче-
ских вопросов с А. Бруком, Дж. Маршаллом, Д. Эйзен-
хауэром и другими английскими и американскими воен-
ными деятелями. Речь шла, в частности, о роли совет-
ских и англо-американских войск в разгроме Германии.
Англичане исходили в этих переговорах из того, что
«русская армия была единственной сухопутной силой,
которая может достигнуть решающих результатов. Лю-
бые англо-американские войска, которые могут быть по-
сланы на континент,— это лишь небольшое подспорье».
Черчилль отмечал, что русские удерживают на своем
фронте 218 немецких дивизий, а даже к 1 мая 1944 г.
в Великобритании будут для высадки всего 29 дивизийб1.
Как свидетельствует этот документ, в Великобрита-
нии и США понимали, что решающую роль в разгроме
Германии Играл и будет играть Советский Союз. Вме-
сте с тем из него видно стремление и впредь перекла-
дывать на СССР главную тяжесть этой борьбы, так как
при желании Великобритания и США могли внести в
разгром германских войск гораздо больший вклад.

4 июня Рузвельт информировал Советское прави-
тельство о принятых решениях (текст его послания был
согласован с Черчиллем). О втором фронте президент
США писал: «Согласно теперешним планам на Бри-
танских островах весной 1944 года должно быть скон-
центрировано достаточно большое количество людей и
материалов, для того чтобы позволить предпринять все-
объемлющее вторжение на континент в это время»62.
Но Рузвельт скрыл намеченную дату начала опера-
ции — 1 мая 1944 г.

Глава Советского правительства в ответном посла-
нии президенту США подчеркивал, что принятые в Ва-
шингтоне решения находятся в противоречии с полу-
ченными им ранее сообщениями, что второй фронт бу-
дет открыт в 1943 г. «Это Ваше решение,—писал
Сталин,—создает исключительные трудности для Со-
ветского Союза, уже два года ведущего войну с глав-
ными силами Германии и ее сателлитов с крайним
напряжением всех своих сил, и предоставляет советскую
армию, сражающуюся не только за свою страну, но
и за своих союзников, своим собственным силам, почти
в единоборстве с еще очень сильным и опасным вра-
гом.

Нужно ли говорить о том, какое тяжелое и отрица-
тельное впечатление в Советском Союзе — в народе и в
армии — произведет это новое откладывание второго
фронта...»63’

Это послание отражало — разумеется, лишь частич-
но — резкое и вполне обоснованное недовольство, кото-
рое вызвал в Москве отказ правительств США и Вели-
кобритании открыть второй фронт в Европе в 1943 г.
Отношения между тремя союзными державами пережи-
вали серьезный кризис.

Р. Шервуд отмечает, что содержание этого послания
Сталина нельзя было понять иначе, как «обвинение в
преднамеренном вероломстве» со стороны западных
союзников64.

В послании Черчиллю от 24 июня Сталин напомнил
о всех полученных от английского правительства заве-
рениях, что высадка будет произведена в 1943 г., при-
чем крупными силами. Послание было выдержано в
еще более сильных обличительных тонах, чем прежние.
«Нечего и говорить,— писал Сталин,— что Советское
правительство не может мириться с подобным игнори-
рованием коренных интересов Советского Союза в войне
против общего врага.

Вы пишете мне, что Вы полностью понимаете мое
разочарование. Должен Вам заявить, что дело идет
здесь не просто о разочаровании Советского правитель-
ства, а о сохранении его доверия к союзникам, подвер-
гаемого тяжелым испытаниям»65.

Копия этого послания была направлена Рузвельту.

Этот эпизод с исключительной наглядностью харак-
теризует действительное отношение Великобритании и
США, то есть империалистического англо-американско-
го блока, к Советскому Союзу.

В создавшихся условиях Советское правительство
сочло дальнейшую переписку по вопросу об открытии
второго фронта беспредметной. Не принося какой-либо
пользы, она могла бы лишь привести к дальнейшему
ухудшению и так серьезно осложнившихся отношений
СССР с его западными союзниками. Советское прави-
тельство оставило последнее послание британского
премьера без ответа. Впрочем, это тоже было своего
рода ответом.
Наиболее последовательным противником открытия
второго фронта в Северной Франций был именно Чер-
чилль. Даже А. Гарриман, находившийся в те дни в
Лондоне, писал, характеризуя его позицию: «В конце
концов премьер-министр был последовательным импе-
риалистом, который уже отличился как враг большевист-
ского режима, открыто выступив в 1918 г. за союзную
интервенцию с целью удушения революции» 66..

Американский историк Г. Колко констатирует, что
вопрос о втором фронте стал в то время главным испы-
танием для коалиции трех держав. Отказ Великобрита-
нии и США открыть второй фронт, «безусловно, должен
был вызвать в, Кремле серьезные вопросы об истинном
значении и надежности коалиции» 67.

Свидетельством серьезного ухудшения отношений
между СССР, Великобританией и США было отозвание
в конце июня 1943 г. советских послов в Лондоне» и
Вашингтоне (И. М. Майского и М. М. Литвинова).

Советское правительство сочло необходимым публич-
но изложить свою позицию по вопросу о втором фрон-
те. В опубликованном 22 июня 1943 г. сообщении Сов-
информбюро «Два года Отечественной войны Совет-
ского Союза» говорилось по этому вопросу: «Отсутствие
второго фронта в Европе спасло гитлеровскую Герма-
нию от поражения в 1942 году. Как известно, эту пере-
дышку гитлеровцы использовали для нового, широкого
наступления против Советского Союза летом и осенью
прошлого года. Упустить создавшиеся благоприятные
условия для открытия второго фронта в Европе в
1943 году, опоздать в этом деле — значит нанести серь-
езный ущерб нашему общему делу. Откладывание вто-
рого фронта в Европе против фашистской Германии
привело бы к затягиванию войны, а значит, к колоссаль-
ному увеличению жертв. И наоборот, организация вто-
рого фронта в Европе в текущем году привела бы к
скорому окончанию войны...»68 В советской периодиче-
ской печати начали появляться статьи, в которых да-
вался анализ политики Великобритании и США по воп-
росу об открытии второго фронта в Европе69.

После
Курской
битвы

Главные события второй мировой
войны в 1943 г. снова развернулись
на советско-германском фронте. Ком-

мунистическая партия, весь совет-
ский народ приложили максимум усилий, чтобы наи-
лучшим образом подготовиться к предстоявшим летом
1943 г. новым ожесточенным боям. Поскольку в конце
1942 — начале 1943 г. враг был изгнан из ряда важных
в экономическом и стратегическом отношении районов,
материально-техническая база народного хозяйства
страны расширилась и упрочилась. За 1943 г. в СССР
было произведено 130,3 тыс. орудий, 24,1 тыс. танков и
самоходно-артиллерийских установок, 29,9 тыс. боевых
самолетов. Значительно увеличился выпуск боеприпа-
сов. Красная Армия располагала уже в достаточном
количестве артиллерией, танками, самолетами.

Имея большой производственный потенциал, Герма-
ния также значительно увеличила в 1943 г. производств
во военной техники по сравнению с 1942 г. Она произ-;,
вела 73,7 тыс. орудий, 10,7 тыс. танков и штурмовых
орудий, 19,3 тыс. боевых самолетов70.

Приведенные данные показывают, что Красная Ар-
мия тем не менее имела теперь значительное превосход-
ство в количестве боевой техники. По многим тактико-
техническим показателям новейшие ее образцы превос-
ходили боевую технику противника. Мощь Красной
Армии возросла. Однако военная машина Германии и
ее союзников по агрессии оставалась огромной силой.
Предстояло дальнейшее нарастание масштабов и напря-
женности вооруженной борьбы.

5 июля 1943 г. немецко-фашистские воцска начали
наступление в районе Курской дуги. Но они сразу же
натолкнулись на мощную заранее подготовленную обо-
рону советских войск. Уже через неделю войска про-
тивника оказались настолько измотаны и обескровлены,
что их наступательные возможности иссякли.

12 июля севернее Курска Красная Армия перешла
в наступление. В этот же день на южном фасе Курского
выступа, в районе Прохоровки, развернулось самое боль-
шое встречное танковое сражение второй мировой вой-
ны • (в нем с обеих сторон одновременно участвовало
1200 танков и самоходных орудий). Советские танковые
соединения одержали в этом сражении крупную и важ-
ную победу. Гитлеровцы потеряли в нем до 400 танков.
3 августа Красная Армия перешла в наступление также
южнее Курска, на белгородско-харьковском направле-
нии. Через два дня был освобожден Белгород, 23 ав-
густа — Харьков.

Курская битва по размаху, напряженности и резуль-
татам стоит в ряду крупнейших сражений второй ми-
ровой войны. В результате сокрушительного разгрома
немецко-фашистских войск в Курской битве соотноше-
ние сил и средств на советско-германском фронте реши-
тельно изменилось в пользу Красной Армии. Советские
войска окончательно овладели стратегической инициа-
тивой.

Как и Сталинградская, Курская битва имела огром-
ное международное значение. Еще выше стал между-
народный авторитет Советского Союза. Было очевидно,
что СССР и в одиночку в состоянии одержать верх над
фашистской Германией.

Курская битва положила начало общему стратегиче-
скому наступлению Красной Армии на западном и юго--
западном направлениях на фронте до двух тысяч кило-
метров от Великих Лук до Азовского моря. К концу
года были освобождены вся Левобережная Украина,
столица Украинской ССР — Киев, немецкие войска
были отброшены далеко от Москвы и Центрального
промышленного района. Началось изгнание войск про*
тивника из Белоруссии. J

Завершился коренной перелом в войне.

Это отразилось, в частности, на иностранном дипло-
матическом корпусе в СССР. Он возвратился из Куйбы-
шева в Москву.

2 августа 1943 г. комитет начальников штабов США
составил документ о роли СССР в войне, в котором
многие прежние оценки были подвергнуты серьезному
пересмотру.

«Россия занимает во второй мировой войне:,— гово-
рилось в документе,—доминирующее положение и яв-
ляется решающим фактором в предстоящем поражении
стран оси в Европе. В то время как в Сицилии войскам
Великобритании и Соединенных Штатов противостоят
две немецкие дивизии, русский фронт приковывает при-
мерно 200 немецких дивизий. Когда союзники откроют
второй фронт на континенте, то он безусловно будет
второстепенным по сравнению с русским фронтом, рус-
ский по-прежнему будет играть решающую роль. Без
участия России в войне в Европе разгромить страны
оси невозможно, и положение Объединенных нация
окажется опасным». Равным образом, говорилось в до-
кументе, после войны Россия будет самым сильным го-
сударством в Европе.

Другой исключительно важный момент, который
Соединенные Штаты должны иметь в виду в отношени-
ях с Россией,— это война на Тихом океане. «С Россией
как с союзником в войне против Японии война могла бы
быть завершена скорее и с меньшими жертвами и за-
тратами, чем без нее. Если бы пришлось вести войну
на Тихом океане при недружественном или негативном
отношении со стороны России, то трудности неимоверно
возросли бы и военные действия могли бы оказаться
бесплодными».

В документе был сделан вывод, что СССР настолько
необходим США для достижения победы, что следует
поддерживать с ним дружественные отношения71.

Этот документ имеет особое значение в связи с тем,
что содержащиеся в нем взгляды разделялись Рузвель-
том. Гопкинс также отмечал исключительную важность
сделанных в нем выводов 72.

Таким образом, в США в тот момент более правиль-
но стали оценивать возможности Советского Союза, его
роль как в войне, так и в послевоенном мире. Из этого
делались реалистические выводы о том, какой позиции
следовало бы придерживаться в будущем по отношению
к СССР.

В то же время в этом документе отмечалось, что не-
мало американских представителей, работающих с рус-
скими, не придерживается линии на укрепление отно-
шейий с СССР. Так, в нем предлагалось отозвать амери-
канского посла в Москве У. Стэндли73, выступавшего
за «жесткий курс» по отношению к СССР 7К

Вскоре У. Стэндли отозвали из Москвы. Вместо него
американским послом в СССР был назначен А. Гарри-
ман. В своих воспоминаниях Гарриман отмечает, что
это время было «низшей точкой» в истории советско-
американского союза в войне. Он cnHTaflj Фго отношения
с СССР можно и нужно было улучшить. 5 июля 1943 г.
Гарриман писал Рузвельту: «Что касается наших от-
ношений с Россией, то, как Вам известно, я являюсь
твердым оптимистом, ибо уверен, что больше всего Ста-
лин желает после разгрома Гитлера... установления пол-
ного взаимопонимания с Вами и Америкой. Он считает,
кто именно это будет лучшей основой для восстановле-
ния России и ее безопасности». Гарриман отмечал, что
он разделял концепцию Рузвельта о желательности под-
держивать с СССР «союзные отношения» 75.

Но американские правящие круги, в том числе Руз-
вельт, Гопкинс, Гарриман и другие, ни на минуту не
забывали при решении любых вопросов об империали-
стических интересах США. Поэтому коренной перелом
в войне, которого добилась Красная Армия, перспектива
дальнейшего роста международного авторитета и влия-
ния страны социализма вызывали у них. и иные мысли.
В США придавали первостепенное значение тому, что-
бы к концу войны возможно больше территорий в Ев-
ропе занимали американские войска. Это одна из при-
чин, почему в США считали необходимым быть готовы-
ми к тому, чтобы открыть второй фронт в Европе весной
1944 г. Более того, разрабатывались планы экстренной
высадки в Германии и занятия ее важнейших районов,
в случае если бы она потерпела крах до этого. Рузвельт
проявлял исключительную заинтересованность в том,
чтобы англо-американские войска оказались в Берлине
раньше советских или хотя бы одновременно с ними.
Он неоднократно заявлял об этом американским на-
чальникам штабов76.

Дж. Маршалл выражал надежду, что в случае по-
давляющего преобладания русских войск немцы сами,
возможно, захотят «способствовать нашему вступлению
в Германию, чтобы остановить русских»11.

Тогдашние планы Черчилля были изложены 19 июля
1943 г. в записке начальникам штабов. Он высказывал
сомнения в возможности и целесообразности осущест-
вления вторжения в Северную Францию даже весной
1944 г. Его взгляды по-прежнему заключались в том,
что для интересов британского империализма полезнее
всего продолжение английскими и американскими вой-
сками своих действий в бассейне Средиземного моря. Он
вынашивал планы вторжения на Балканы, чтобы, с од-
ной стороны, укрепить там британские позиции и, с
другой, предотвратить вступление туда советских
войск78.

Даже американские военные круги признавали, что
расширение операций на Средиземноморском театре во-
енных действий — это стратегический курс, при котором
«СССР и Германия должны будут и дальше уничтожать
Друг друга на фронте», в то время как США и Англия
будут ограничиваться лишь мелкими операциями, «бу-
лавочными уколами на периферии»79. Г. Гопкинс кон-
-ста.тировал, что Черчилль затяжкой открытия второго
фронта «удлинил сроки войны», а то был бы уже виден
ее конец80.

В условиях развертывавшегося мощного наступле-
ния Красной Армии и завершения англо-американскими
войсками операции по захвату Сицилии с 14 по 24 ав-
густа 1943 г. в Квебеке состоялась новая встреча Руз-
вельта с Черчиллем. Решения ее в основном подтвер-
ждали прежние планы англо-американского блока, но
вносились некоторые дополнения и уточнения. Было
решено, что главной операцией английских и американ-
ских войск против стран оси в Европе будет «Оверлорд»,
то есть высадка в Северной Франции (если русские не
одержат «самостоятельно полную победу раньше»).
Подтверждалась предварительная дата начала опера-
ции — 1 мая 1944 г. Предусматривались также опера-
ции в Италии с целью вывода ее из войны81. Был де-
тально разработан и утвержден план экстренной вы-
садки англо-американских войск в Германии в случае
ее неожиданной капитуляции, чтобы занять Берлин
и другие важнейшие центры страны раньше советских
войск82.

Таким образом, принятые решения означали, что в
течение второй половины 1943 г., а также первых четы-
рех месяцев 1944 г. британские и американские войска
по-прежнему принимать серьезного участия в военных
действиях против Германии не будут.

По завершении встречи в Квебеке Рузвельт и Чер-
чилль отправили Сталину совместное послание с крат-
кой (и неточной) информацией о принятых решениях.
Советское правительство оставило это послание без от-
вета. Информация о том, что открытие второго фронта

В. Я. Сиполс

193
состоится в 1944 г. (если снова не будет отложено) бла-
годарности не заслуживала.

В конце августа 1943 г. на несколько дней в Лондон
вернулся И. М. Майский. Рассказывая А. Идену о впе-
чатлениях от поездки в СССР, он отметил, что ему осо-
бенно бросились в глаза два момента: всеобщая уверен-
ность в полной победе над врагом и всеобщее недоволь-
ство западными союзниками из-за отсутствия второго
фронта 83.

После того как разразилась Курская битва, для уча-
стия в которой Германия бросила максимум имевшихся
у нее сил, англо-американские войска осуществили
10 июля высадку в Сицилии. К середине августа они за-
няли весь остров.

В Италии назревал внутриполитический кризис.
В стране усиливались антифашистские и антивоенные
выступления рабочего класса. Правящие круги ради
сохранения в стране существующих порядков были за-
интересованы в том, чтобы избавиться от Муссолини.
24 июля Большой фашистский совет принял резолюцию
недоверия Муссолини. На следующий день итальян-
ский король приказал арестовать Муссолини и поручил
маршалу П. Бадольо формирование нового правитель-
ства. Оно начало зондировать у англичан и американ-
цев возможность выхода из войны.

Правительства Англии и США заранее разработали
«краткие» и «исчерпывающие» условия капитуляции
Италии. В изменившейся в результате Курской битвы
международной обстановке в Лондоне и Вашингтоне
сочли, что полное игнорирование в этом деле Советско-
го Союза может обернуться ущербом для интересов са-
мих Англии и США. Американский посол в Лондоне
Дж. Вайнант писал в Вашингтон, что тогда, когда рус-
ские армии начнут освобождать другие страны, англи-
чане и американцы захотят «повлиять на выдвигаемые
ими условия капитуляции» этих стран. Поэтому жела-
тельно проконсультироваться с Советским правитель-
ством об условиях капитуляции Италии 84.

19 августа Черчилль и Рузвельт отправили Сталину
телеграмму об условиях капитуляции Италии, которые
они намеревались передать представителю итальянского
правительства85. Не возражая в своем ответном посла-
нии от 22 августа против этих условий, Сталин пред-
ложил создать военно-политическую комиссию из пред-
ставителей трех держав — США, Великобритании и
СССР — для рассмотрения вопросов о переговорах с пра-
вительствами стран, отпадающих от Германии. «До сих
пор дело обстояло так,— писал он,— что США и Англия
сговариваются, а СССР получал информацию о резуль-
татах сговора двух держав в качестве третьего пассив-
ного наблюдающего. Должен Вам сказать, что терпеть
дальше такое положение невозможно» 86.

Ненормальность такого положения отмечает, в част-
ности, Г. Колко. В случае несогласия Советского прави-
тельства с позицией Великобритании или США ему
приходилось, констатирует он, идти на «конфронтацию
одновременно с обоими своими союзниками» 87. Разуме-
ется, такая политика предварительного сговора англо-
американского блока по важнейшим вопросам, в реше-
нии которых СССР был глубоко заинтересован, не могла
не вызывать самого серьезного недовольства Советского
правительства.

3 сентября 1943 г. состоялось подписание «кратких
условий» капитуляции Италии, а 29 сентября — так
называемых исчерпывающих условий. Один из главных
фашистских агрессоров капитулировал. Но это было
пока только началом конца возглавлявшегося Германи-
ей агрессивного блока.

В день подписания кратких условий капитуляции
Италии англо-американские войска высадились на юге
Апеннинского полуострова. 13 октября правительство
Бадольо объявило войну Германии.
СССР
и вопросы
послевоенного
мирного
урегулирования

• Что касается вопроса о создании военно-^политичё^
ской комиссии трех держав, то британский военный ка-1
бинёт счел необходимым согласиться с советским пред-
ложением. Он исходил из того, что если Англия откло-
нит его, то Советское правительство будет иметь преце-
дент, чтобы «действовать самостоятельно в отношений
Германии и Восточной Европы»88. Комиссия была соз-
дана, но США и Англия постарались свести ее компе-
тенцию к минимуму.

Общий принципиальный курс совет-
ской внешней политики был провоз-
глашен еще в начале войны. Разуме-
ется, по мере развития событий в
него вносились определенные уточ-
нения. Реальные возможности со-

ветской дипломатии, роль и место СССР в международ-
ных. отношениях, в решении мировых проблем находи-
лись в непосредственной зависимости от развития
событий на советско-германском фронте.

После победы Красной Армии в Курской битве ста-
ло очевидным, что Советский Союз выйдет из войны как
одна из наиболее могущественных в мире держав. В свя-
зи с этим западные союзники сочли необходимым в ка*
кой-то степени пересмотреть свое отношение к СССР.
Вместе с коренным переломом на советско-германском
фронте, а тем самым и во всей мировой войне наступал
своего рода перелом и в отношениях между тремя дер-
жавами.

По мере того как перед СССР, США и Великобрита-
нией вырисовывалась победа над блоком фашистских
агрессоров, в отношениях между ними более конкретно
начали рассматриваться также и проблемы послевоен-
ного мирного урегулирования.

В связи с ожесточенными боями на советско-герман-
ском фронте Советское правительство было занято преж-
де всего проблемами ведения войны. Будущее мира ре-
шалось Советским Союзом пока именно на поле боя.
Правительства же Англии и США, не торопясь вносить
особый вклад в достижение победы, уже занимались
вопросом о том, как бы собрать побольше плодов этой
победы. Британское правительство хотело, в частности,
заранее связать Советское правительство решениями по
ряду важнейших вопросов.

Правительство Соединенных Штатов Америки в пер-
вые годы войны придерживалось мнения, что решение
всех наиболее существенных проблем послевоенного
мирного урегулирования следует отложить на период
после окончания войны. США пока не принимали ак-
тивного участия в военных действиях на европейском
континенте, и поэтому они не могли надеяться на то, что
им удастся навязать другим странам выгодные амери-
канскому империализму решения. Другое дело — после
войны. В Вашингтоне рассчитывали, что тогда они бу-
дут в состоянии продиктовать ослабевшим в войне евро-
пейским странам, в том числе и союзникам США, свою
волю. Однако уже после Сталинграда в Соединенных
Штатах начинали задумываться над тем, что в резуль-
тате войны международные позиции СССР могут укре-
питься. Как и в Лондоне, в Вашингтоне стали проявлять
заинтересованность в урегулировании некоторых вопро-
сов еще до окончания войны.

Позиция Советского правительства по проблемам
послевоенного мирного урегулирования излагалась пока
в довольно общих чертах. Важнейшая задача при ре-
шении вопросов послевоенного устройства в Европе за-
ключалась для Советского правительства в том, что-
бы предотвратить развязывание империалистической
Германией еще одной (третьей) мировой войны, новое
нападение ее на СССР. Касаясь в своем докладе, посвя-
щенном 25-й годовщине Великой Октябрьской социали-
стической революции, основных политических задач в
войне, И. В. Сталин изложил позицию Советского пра-
вительства по отношению к Германии. Он подчеркну®,
что СССР ведет великую освободительную войну, кото-
рая закончится победой над немецко-фашистскими им-
периалистами. Сталин привел слова Гитлера, сказанные
им в беседе с турецким генералом Эркилетом: «Мы
уничтожим Россию, чтобы она больше никогда не смог-
ла подняться». У нас нет такой задачи, сказал глава
Советского правительства, как уничтожение Германии.
Но уничтожить гитлеровское государство — можно и
должно. Наша первая задача в том именно и состоит,
чтобы «уничтожить гитлеровское государство и его
вдохновителей». Наша вторая задача — это уничтожить
гитлеровскую армию. Наша третья задача — ликви-
дировать «новый порядок в Европе», созданный гит-
леровцами, превратившими континент в тюрьму наро-
дов 89.

Выступая за полный разгром гитлеровской Герма-
нии, Советское правительство положительно оценило
сделанное Рузвельтом в январе 1943 г. заявление, что
США считают необходимой безоговорочную капитуля-
цию Германии. Такое заявление в какой-то степени ос-
лабляло, в частности, опасность сделки британского и
американского империализма с Германией за спиной у
СССР.

Одной из наиболее сложных проблем послевоенного
мирного урегулирования был вопрос о Польше. Серьез-
но осложняло этот вопрос реакционное польское эмиг-
рантское правительство.

В соответствии с советско-польскими соглашениями
1941 г. на территории СССР начала формироваться поль-
ская армия (в составе 6 дивизий). При этом срок го-
товности ее был определен 1 октября 1941 г. Но летом
1942 г. сформированные дивизии, находившиеся под
командованием генерала Андерса, вместо участия в вой-
не на советско-германском фронте, в том числе в осво-
бождении Польши, по инициативе польского эмигрант-
ского правительства были эвакуированы на Ближний
Восток.

Это правительство использовало любой повод для
того, чтобы заявлять свой претензии на западные райо-
ны Украины и Белоруссии. В сообщении ТАСС от
2 марта 1943 г. подчеркивалось, что такие заявления
свидетельствуют о наличии у польского эмигрантского
правительства в Лондоне «империалистических тенден-
ций» 90.

Во время встречи с А. Иденом 21 января 1943 г.
глава этого правительства генерал В. Сикорский выдви-
нул идею создания в Восточной Европе суперфедерацйи
от Балтийского до Эгейского моря под руководством
Польши. Польская эмигрантская верхушка в Лондоне
планировала снова захватить западные районы Украи-
ны, а также присоединить Литву и, возможно, Латвию
и Эстонию91.

А. Иден рассказывал американцам в марте 1943 г.,
что польское эмигрантское правительство «лелеет боль-
шие честолюбивые мечты на послевоенное будущее...
Поляки говорят, что Россия будет после войны настоль-
ко слаба, а Германия сокрушена, что Польша станет
самым могущественным государством в этой части
света» 92.

В последующем позиция реакционного польского
эмигрантского правительства в отношении СССР стала
еще более враждебной. Его антисоветские заявления
вскоре приобрели такой характер, что Советское прави-
тельство сочло необходимым разорвать с ним диплома-
тические отношения (25 апреля 1943 г.).

Но это не означало изменения отношения Советского
Союза к Польше как государству, к польскому народу.
Об этом наглядно свидетельствуют ответы И. В. Стали-
на 4 мая 1943 г. московскому корреспонденту газет
«Нью-Йорк тайме» и «Таймс» Р. Паркеру:
- «1. Вопрос: Желает ли правительство СССР видеть
сильную и независимую Польшу после поражения гит-
леровской Германии?

Ответ: Безусловно, желает.

2. Вопрос: На каких, с Вашей точки зрения, основах
должны базироваться отношения между Польшей и
СССР после войны?

Ответ: На основе прочных добрососедских отноше-
ний и взаимного уважения или, если этого пожелает
польский народ, на основе союза по взаимной помощи
против немцев как главных врагов Советского Союза и
Польши» 93.

Еще в конце 1942 г. в связи с активизацией военных
действий в бассейне Средиземного моря, а также раз-
громом итальянских войск, участвовавших вместе с нем-
цами в боях под Сталинградом, встал вопрос о дальней-
шей судьбе Албании, оккупированной фашистской Ита-
лией. Народный комиссариат иностранных дел СССР
опубликовал 18 декабря заявление «О независимости
Албании». В нем указывалось, что Советский Союз от-
носится с полным сочувствием к мужественной освобо-
дительной борьбе албанских патриотов против италь-
янских оккупантов, не признает никаких притязаний
итальянского империализма на албанскую территорию
и желает видеть Албанию освобожденной от ига фа-
шистских захватчиков и независимость ее — восста-
новленной. Советское правительство выражало уве-
ренность, что борьба албанского народа за свою неза-
висимость сольется с освободительной борьбой других
угнетаемых итало-германскими оккупантами балкан-
ских народов, которые в союзе со всеми свободолю-
бивыми странами изгонят захватчиков со своей земли.
Вопрос о будущем государственном строе Албании,
подчеркивалось в заявлении, является ее внутренним
делом и должен- быть решен самим албанским наро-
дом 94.
Большой резонанс в отношениях СССР с другими
Объединенными нациями получил роспуск 15 мая
1943 г. Коммунистического Интернационала. Эта мера
была связана с необходимостью организационной пере-
стройки всего международного коммунистического дви-
жения в условиях войны. Коммунистические партии
действовали в самых различных условиях, они должны
были больше, чем когда-либо, учитывать положение
своих стран, особенности их внутренней и внешней по-
литики 95.

Но в тогдашних конкретных условиях роспуск Ко-
минтерна имел существенное значение также в межго-
сударственном плане. Отвечая 28 мая на вопрос мос-
ковского корреспондента агентства Рейтер Кинга о вли-
янии роспуска Коминтерна на будущее международных
отношений, Председатель СНК СССР И. В. Сталин пи-
сал, что роспуск Коминтерна облегчает сплочение
стран, воюющих против фашистской Германии. Роспуск
Коминтерна разоблачает ложь гитлеровцев о том, что
Москва якобы намерена вмешиваться в жизнь других
государств и болЬшевизировать их, он разоблачает кле-
вету, что коммунистические партии различных стран
действуют якобы не в интересах своего народа, а по
приказу извне,- он облегчает работу патриотов свободо-
любивых стран по объединению прогрессивных сил
своей страны в единый национально-освободительный
лагерь для развертывания борьбы против фашизма, он
расчищает путь «для организации в будущем содруже-
ства народов» 96.

Летом 1943 г. встал вопрос об отношении СССР,
США и Англии к образованному в это время Француз-
скому комитету национального освобождения (ФКНО).
Британское посольство в Москве сразу же известило
Народный комиссариат иностранных дел, что в Лондо-
не считают преждевременным дать какой-либо ответ на
обращение ФКНО о признании 97.
Советское правительство заняло иную позицию. Оно
сообщило британскому послу А. Кларку Керру, что «не
находит целесообразным откладывать признание Ко-
митета, так как такое откладывание отнюдь не мо-
жет служить облегчению дела сплочения антигитлеров-
ских французских сил... и считает необходимым при-
знание Комитета»98. Учитывая отрицательную пози-
цию США и Англии, Советское правительство, не меняя
своего решения, согласилось временно отсрочить при-
знание.

Последовательная позиция СССР в этом вопросе при-
вела к тому, что вскоре же, 26 августа, ФКНО был при-
знан тремя державами. Но в их позиции сохранились
существенные различия. Советское правительство приз-
нало ФКНО «как представителя государственных инте-
ресов Французской республики и руководителя всех
французских патриотов, борющихся против гитлеров-
ской тирании». ФКНО выразил Советскому правитель-
ству благодарность за этот дружественный шаг". Что
же касается США и Великобритании, то они признали
комитет с большими оговорками. Полномочным пред-
ставителем Советского правительства при ФКНО 5 ок-
тября 1943 г. был назначен А. Е. Богомолов.

Особую активность в вопросах мирного урегулирова-
ния проявляла Великобритания. Внося в победу над
общим врагом гораздо меньший вклад, чем СССР, бри-
танское правительство намеревалось компенсировать
это при подведении итогов войны усилиями своей мно-
гоопытной дипломатии.

Еще 5 октября 1942 г. Иден передал Черчиллю ме-
морандум, содержавший предложения о политике бри-
танского правительства. Прежде всего в нем излагались
основные задачи Великобритании. Л. Вудворд суммиро-
вал их в своем труде следующим образом: «1) расшире-
ние или восстановление нашего экспорта, заграничных
инвестиций и другого «невидимого экспорта» с целью
обеспечения импорта, без чего мы не могли бы поддер-
живать наш жизненный уровень, 2) создание междуна-
родной системы, призванной ограничивать мощь Герма-
нии и Японии, 3) сохранение вооруженных сил, доста-
точно мощных для того, чтобы обеспечивать доверие
наших союзников и уважение наших врагов и чтобы мы
могли вносить необходимый вклад в международную
систему коллективной безопасности, 4) постоянное обес-
печение нашей силы и влияния — политической и эко-
номической — в тех частях мира, где мы до сих пор
осуществляли такое влияние...» 100

Как видно из этого документа, предназначенного
не для пропаганды, а определения действительных це-
лей Великобритании в войне, суть политики Лондона
существенно отличалась от того, что британские поли-
тики говорили открыто и что провозглашалось ими, в
частности, в Атлантической хартии. Тут прямо записа-
но, что война ведется британским империализмом в це-
лях сохранения его огромного политического влияния
во многих частях мира, эксплуатации народов британ-
ских заморских владений, экономической экспансии.
Это были цели сугубо империалистические.

В этом меморандуме далее констатировалось, что
главной целью Советского Союза в войне является пре-
дотвращение новой агрессии против него. «Сталин, не-
видимому, думает о сотрудничестве с нами и Соединен-
ными Штатами как лучшем средстве» для достижения
этой цели101.

16 января 1943 г. Иден представил военному каби-
нету еще один меморандум — «План Объединенных на-
ций». В нем предусматривалось, что цель внешней
политики Великобритании — сохранение ее позиций
«мировой державы». Но это возможно только путем
сотрудничества с другими великими державами — США
и СССР, и три державы должны играть среди Объеди-
ненных наций руководящую роль102.
В Лондоне разрабатывались также планы образова-
ния различных федераций стран Восточной Европы.
Формально они создавались бы против опасности новой
агрессии со стороны Германии, но на самом деле, как
признается даже в официальных британских историче-
ских трудах,— в качестве противовеса Советскому Со-
юзу 103.

Министерство иностранных дел Англии подготовило
8 марта 1943 г. также меморандум «Будущее Герма^-
нии». В нем анализировались различные меры, которые
могли бы быть применены к Германии в целях ослабле-
ния ее мощи. Наиболее радикальной мерой считалось
ее расчленение, то есть образование ряда независимых
германских государств. В документе излагалась возмож-
ность создания трех самостоятельных государств — Се-
верной Германии, Западной Германии и Южной Герма-
нии. Был разработан и другой вариант — «усечение».
Он заключался в отделении от Германии значительных
пограничных районов, с тем чтобы оставшийся «обру-
бок» как государство уже не представлял опасность для
мира в Европе. Согласно этому варианту предусматри-
валась передача Франции территории Германии до Рей-
на, а также главных промышленных районов на правом
берегу Рейна, включая Рур. Польше можно было бы от-
дать Восточную Пруссию, а Дании — Шлезвиг и Голь-
штинию, включая Кильский канал. В документе излага-
лись и другие возможные решения. Большое значение
придавалось предотвращению прихода к власти в Рейн-
ской области, а тем более во всей Германии, коммуни-
стов 104.

12—30 марта 1943 г. Иден находился в Вашингтоне
специально для обсуждения проблем послевоенного
мирного урегулирования. Он сказал, что «взгляды его
правительства, особенно его самого, склоняются в сто-
рону расчленения» Германии 105. В результате перегово-
ров Иден констатировал, что заместитель государствен-
ногб секретаря С. Уэллес был «ревностным апологетом
расчленения и президент тоже проявил себя сторонни-
ком такого мнения». Уэллес говорил, что Германию
можно было бы разделить на ряд самостоятельных госу-
дарств — Баварию, небольшую Пруссию, Саксонию и
Северо-Западную Германию. Рур в течение нескольких
лет должен находиться под международным контролем.
«В целях военной оккупации Германии,— сказал Уэл-
лес,— немедленно после войны нам следует осуществить
ее военный раздел (с отдельными командованиями и
т. д.) , в целом соответствующий территориям самостоя-
тельных государств, на которые, как мы надеемся,
будет, по-видимому, разделена вся Германия». Иден
ответил, что это является «новым и ценным предло-
жением» 106. Таким образом, американское правитель-
ство предложило начать расчленение Германии с раз-
дела' ее на оккупационные зоны. В целом Рузвельт и
Иден были единого мнения, что «при любых обстоя-
тельствах Германию следует разделить на несколько
государств» 107.

Рузвельт высказался против того, чтобы после раз-
грома Германии согласиться на «перемирие путем пере-
говоров». Он считал необходимым добиваться ее «пол-
ной капитуляции» 108. При этом в США понимали, что
это становится возможным только в результате действий
советских войск. Так, Хэлл отмечает в своих мемуарах,
что героическая борьба русских избавила союзников от
необходимости достижения мира с Германией путем
переговоров, который был бы унизительным для них и
не устранял бы опасности новой войны 109. Гопкинс осо-
бенно подчеркивал необходимость предотвращения та-
кого развития событий, что Германия может стать ком-
мунистической п0.

Во время визита Идена в Вашингтон была обсужде-
на также позиция Англии и США по некоторым вопро-
сам, непосредственно затрагивавшим интересы СССР.
Ру&велы высказал мнение, что восточная граница Поль-
ши должна быть установлена по «линии Керзона», по-
скольку восточнее ее живут в основном украинцы111.

Рузвельт сказал также, что придется согласиться с
воссоединением Балтийских государств с Россией, но это
согласие следует использовать как объект торговли, что-
бы добиться от России уступок по другим вопросам.
Президент США и министр иностранных дел Англии
считали, что Бессарабия должна оставаться в составе
СССР, «так как она была русской территорией на про-
тяжении большей части своей истории» 112. Иден приз-
нал «вполне резонной» позицию СССР о необходи-
мости восстановления советско-финляндской границы
1940 г.113

Когда несколько позже вопрос о советских западных
границах рассматривался на заседании британского пра-
вительства, было признано, что необходимо считаться с
границами Советского Союза на 22 июня 1941 г., а так-
же «историческими границами России до двух агрессив-
ных войн, развязанных Германией в 1914 и 1939 го-
дах» 114.

При обсуждении вопроса о будущем Югославии Руз-
вельт заявил о необходимости ее расчленения. Он ска-
зал, что «хорваты и сербы не имеют ничего общего» и
что нелепо пытаться принудить их жить вместе под
властью одного правительства. «...Сербия должна быть
самостоятельным государством, а хорватов следует пе-
редать под опеку» 115.

Из своих переговоров в Вашингтоне Иден сделал
вывод, что американцы будут добиваться установления
в результате войны господствующего положения США
в мире. По словам Идена, Рузвельт считал, что он может
«распоряжаться судьбой многих стран, как вражеских,
так не в меньшей степени и союзных» 116. Л. Вудворд
констатировал, что, по планам американской админист-
рации, новая международная организация должна была
основываться прежде всего на огромной мощи США и
созданных ими повсюду военных базах. В результате
фактически устанавливалось бы господство США на
всех континентах 117.

Вашингтонские переговоры снова показали, что Ве-
ликобритания и США намеревались согласовать вопро-
сы послевоенного мирного урегулирования прежде всего
между собой. Но они свидетельствовали также о том,
что в Лондоне и Вашингтоне начинали считаться с не-
обходимостью решать многие европейские и мировые
проблемы вместе с СССР.

* * *

Коммунистическая партия и Советское правительство
продолжали делать дипломатическими средствами мак-
симум возможного, чтобы приблизить конец второй ми-
ровой войны. Они добивались укрепления и расширения
военного и политического сотрудничества с США, Ве-
ликобританией и другими Объединенными нациями.
В центре их внимания продолжала оставаться проблема
открытия второго фронта в Европе, то есть более ак-
тивного участия западных союзников в войне против об-
щего врага.

Однако империалистические правящие круги Вели-
кобритании и США, стремясь к ослаблению в войне не
только Германии, но и Советского Союза, по-прежнему
откладывали открытие второго фронта, взваливали всю
тяжесть войны против фашистского рейха на СССР.
Сами они занимались прежде всего укреплением своих
империалистических позиций в бассейне Средиземного
моря и в других районах мира.

По мере того как становилось очевидным, что Со-
ветский Союз не только не потерпит в войне поражения,
но в результате ее международный авторитет и влия-
ние СССР возрастут, Черчилль и другие представи-
тели реакционных сил Великобритании и США начали
разрабатывать планы борьбы против пего. Особенно
! наглядно об этом свидетельствовали вынашивавшиеся
, Черчиллем планы вторжения англо-американских войск
на Балканы^ чтобы опередить там Красную Армию.

В результате такой позиции англо-американского
блока Советскому Союзу пришлось встретить в одиночку
и третье летнее наступление еще больше увеличившей
свою мощь военной машины фашистской Германии и ее
союзников. Советский Союз не только отразил и этот
новый неистовый натиск нацистского рейха, но нанес
ему в результате Курской битвы и последующих опера-
ций лета и осени 1943 г. такие поражения, от которых
он уже не мог оправиться. Стратегическая инициатива
окончательно перешла к Красной Армии. Тем самым в
результате этих битв был завершен! коренной перелом
в Великой Отечественной войне Советского Союза, а
также во всей второй мировой войне.

f Решающий вклад, который вносил Советский Союз
в разгром блока фашистских агрессоров, привел к серь-
езному укреплению его международных позиций. Не-
смотря на классовую ненависть к СССР, правящие
круги Великобритании и США понимали, что они и
дальше нуждались в Советском Союзе как союзнике в
войне для разгрома Германии, а затем и Японии. Поэто-
му, они считали необходимым не только продолжать со-
трудничество с СССР, но и начинать согласовывать с
ним проблемы послевоенного мирного урегулирования.
Тем самым начинался качественно новый этап в отно-
шениях между СССР и его западными союзниками.
Глава^Я

ТЕГЕРАНСКАЯ

КОНФЕРЕНЦИЯ
В связи с необходимостью обсуждения ряда актуаль-
ных международных проблем президент США Ф. Руз-
вельт стал проявлять заинтересованность во встрече с
И. В. Сталиным. Высоко оценивая свои личные дипло-
матические способности и уповая на силу Соединенных
Штатов Америки, он был уверен, что в результате
такой встречи ему удастся урегулировать эти проблемы
в соответствии с интересами США.

Еще в мае 1943 г. Рузвельт направил в Москву
Дж. Дэвиса, бывшего американским послом в СССР во
второй половине 30-х годов и являвшегося сторонни-
ком советско-американского сотрудничества. Он имел
задание президента договориться о его встрече с главой
Советского правительства 1.

Хотя до этого состоялась двусторонняя встреча Чер-
чилля со Сталиным, а также несколько встреч Черчил-
ля с Рузвельтом, британский премьер оказался крайне
недоволен намечавшейся встречей Рузвельта и Ста-
лина без его участия. Он решительно настаивал в
переписке с президентом США на участии в этой
встрече, то есть выступал за организацию конференции
руководителей трех союзных держав.

В условиях начавшихся в июле новых ожесточен-
ных боев на советско-германском фронте Сталин счел
невозможным отправиться в далекое путешествие для
участия в такой конференции. Поэтому он внес 8 авгу-
ста предложение организовать совещание ответствен-
ных представителей трех держав2. Была достигнута до-
говоренность о том, что в октябре 1943 г. в Москве со-
стоится конференция министров иностранных дел
СССР, Великобритании и США, после чего будет прове-
дена конференция глав правительств.

В связи с предстоящим обсуждением вопросов пос-
левоенного мирного урегулирования ЦК ВКП(б) стал
уделять им самое серьезное внимание. В начале сентяб-
ря 1943 г. решением Политбюро ЦК партии при Народ-
ном комиссариате иностранных дел была образована
Комиссия по вопросам мирных договоров и послевоен-
ного устройства (председатель — заместитель наркома
иностранных дел СССР М. М. Литвинов). Были созда-
ны также комиссии по перемирию с Германией и по
перемирию с Финляндией, Венгрией и Румынией (пред-
седатель обеих комиссий — член Государственного Ко-
митета Обороны К. Е. Ворошилов) 3.

Московская
конференция
министров

В конференции министров иностран-
ных дел трех держав, которая прохо-
дила в Москве с 19 по 30 октября

иностранных дел 1943 г., приняли участие замести-

трех держав

тель Председателя Совета Народных

Комиссаров и народный комиссар иностранных дел
СССР В. М. Молотов, министр иностранных дел
Англии А. Иден и государственный секретарь США
К. Хэлл.

Советское правительство продолжало на конферен-
ции борьбу за скорейшее окончание войны. Деятель-
ность советской делегации была проникнута заботой о
том, чтобы приблизить час полного разгрома немецко-
фашистских агрессоров.

Конференция трех министров иностранных дел на-
чалась по предложению Советского правительства с
рассмотрения вопроса о мероприятиях по сокращению
сроков войны против Германии и ее союзников в Евро-
пе. Советская делегация добивалась на конференций
установления в этих целях даты открытия АнгЛ|Йи и
Соединенными Штатами Америки второго фронта в Ев-
ропе в 1944 г.

Однако У. Черчилль телеграфировал А. Идену, что
он не должен брать на конференции твердых обяза-
тельств по этому вопросу. Ему предписывалось поста-
вить Советское правительство в известность о том, что
развитие военных действий в Италии может отразиться
на дате открытия второго фронта4. Выслушав заявление
А. Идена об этом, И. В. Сталин во время беседы с ним
кенстатировал! «...Премьер-министр хочет, чтобы ему
доставались более легкие дела, а нам, русским,— более
трудные» 5.

Придерживаясь указаний Черчилля, английская де-
легация упорно уклонялась на конференции от приня-
тия каких-либо обязательств об открытии второго фрон-
та, ограничиваясь информацией о намеченных прави-
тельствами Англии и США планах. К тому же при этом
оговаривалось, что в эти планы могут быть внесены но-
вые изменения. Английский генерал X. Исмей, высту-
пая от имени Англии и США, связывал высадку англо-
американских войск в Северной Франции с наличием
к моменту высадки ряда условий. Он заявил, что, со-
гласно принятым правительствами Англии и США ре-
шениям, вторжение в Северную Францию должно состо-
яться в 1944 г. Однако он сделал оговорку, что вторже-
ние будет возможно только в том случае, если к этому
моменту произойдет значительное сокращение герман-
ской истребительной авиации в Северо-Западной Евро-
пе, если германские резервы во Франции, Бельгии и
Голландии во время вторжения не будут превышать
12 полностью укомплектованных моторизованных ди-
визий, если немецкое военное руководство будет лише-
но возможности перебросить с других фронтов более
чем 15 первоклассных дивизий в течение первых двух
месяцев операции6. Суть этих оговорок сводилась к то-
му, чтобы Великобритания и США могли в будущем
снова заявить о «невозможности» открытия второго
фронта.

В конце, концов в особо секретный протокол конфе-
ренции было записано, что остается в силе заявление,
сделанное Черчиллем и Рузвельтом в послании Стали-
ну в начале июня 1943 г. о том, что англо-американские
войска осуществят вторжение в Северную Францию
весной 1944 г., но при наличии условий, изложенных
генералом Исмеем7. В опубликованном официальном
коммюнике об итогах конференции заявлялось, что пра-
вительства трех держав признали «первейшей целью
ускорение конца войны» 8.

Таким образом, обязательство США и Великобри-
тании открыть второй фронт весной 1944 г. обставля-
лось различными оговорками. Учитывая опыт прошло-
го, Советское правительство не могло считать вопрос
окончательно решенным.

На Московской конференции рассматривался также
широкий круг вопросов, связанных с послевоенным
мирным урегулированием. Рост авторитета и влияния
СССР на международной арене создал условия, сделав-
шие возможным достижение с США и Великобритани-
ей по этим вопросам таких решений, которые отвечали
справедливым демократическим принципам.

Было решено учредить Европейскую консультатив-
ную комиссию (в Лондоне), состоявшую из представи-
телей СССР, США и Великобритании. Первоочередная
задача комиссии заключалась в выработке условий ка-
питуляции вражеских государств 9.

При обсуждении проблем послевоенного мирного
устройства в центре внимания находился вопрос о бу-
дущем Германии. В документе «Основные принципы
капитуляции Германии», представленном государствен-
ным секретарем США, предусматривалась безоговороч-
ная капитуляция Германии, оккупация ее Объединен-
ными нациями, демобилизация германских вооружен-
ных сил, роспуск национал-социалистской партии, де-
мократизация страны, уплата Германией репараций.
В этом предложении был поставлен также вопрос о со-
здании на территории Германии нескольких государств,
то есть о расчленении Германии 10.

Перед отъездом в Москву государственный секре-
тарь США Хэлл подробно обсудил германский вопрос
с президентом. Рузвельт решительно заявил, что он «з$
расчленение Германии на три или большее количеств^
государств» 11. Следуя этому указанию, Хэлл заявил на
конференции, что в высших сферах США «склонны ид-
ти на расчленение Германии» 12.

Министр иностранных дел Англии также выступал
за необходимость «разделения Германии на отдельные
государства» 13. Это соответствовало позиции, вырабо-
танной на заседании британского правительства 5 октяб-
ря при обсуждении директив Идену, Но на этом заседа-
нии высказывалось и мнение о том, что «ввиду расту-
щей мощи России может оказаться нецелесообразным
идти слишком далеко в осуществлении политики раско-
ла Германии» и. Таким образом, на заседании британ-
ского правительства был поставлен вопрос о сохранении
Германии достаточно сильной для того, чтобы впослед-
ствии использовать ее против СССР. Черчилль начал
поднимать этот вопрос, как выше указывалось, еще в
конце 1942 г., и постепенно он все больше приковывая
его внимание.

Советское правительство выразило на конференции
согласие с основными предложениями США по герман-
скому вопросу. Относительно расчленения Германии
В. М. Молотов сказал, что Советское правительство по-
ка не пришло к какому-либо мнению по Этому вопросу
и он находится в процессе изучения15.

Было принято решение передать вопрос о будущем
Германии для дальнейшего рассмотрения в Европей-
скую консультативную комиссию 16.

Подробно рассматривался также вопрос об Италии,
южную часть которой к этому времени заняли англо-
американские войска. Политика США и Великобрита-
нии в Южной Италии, имевшая антидемократический
характер, наносила ущерб интересам антифашистской
коалиции. Поэтому советская делегация выступила про-
тив сепаратных действий американских и британских
властей, за осуществление демократической политики
в отношении Италии.

Советскому правительству удалось добиться прекра-
щения деятельности в Южной Италии англо-американ-
ской Союзной военной администрации. Был создан Кон-
сультативный совет по вопросам Италии, в состав кото-
рого входили также представители СССР. В результате
конференции была опубликована Декларация об Ита-
лии, предусматривавшая искоренение в стране фашиз-
ма и предоставление итальянскому народу полной воз-
можности создания правительственных и других уч-
реждений, основанных на принципах демократии17.
Опубликование этой декларации являлось существен-
ным достижением Советского правительства в решении
проблем послевоенного мирного урегулирования на де-
мократических принципах.

На конференции обсуждался вопрос о будущем Ав-
стрии. Советская делегация подчеркивала, что австрий-
ский народ имеет право на независимое национальное
существование и на решение вопроса о будущности
страны по своему усмотрению. В принятой на конферен-
ции Декларации об Австрии говорилось о желании трех
правительств «видеть восстановленной свободную и не-
зависимую Австрию». Три державы заявили, что они
считают насильственное присоединение Австрии к Гер-
мании недействительным18.

Конференция рассмотрела согласованней между ан-
глийским и американским правительствами документ
«Основная схема управления освобожденной Франци-
ей», согласно которому американские и английские вой-
ска, вступив на французскую территорию, получали
верховную власть, означавшую, по сути дела, установле-
ние оккупационного режима. Советское правительство
не согласилось с этими планами, ибо они явно про-
тиворечили освободительным целям СССР в войне,. Пр
предложению советской делегации англо-американский
проект передали на рассмотрение Европейской консулы*
тативной комиссии19. » »э

На конференции был выработан текст Декларации
об ответственности гитлеровцев за совершаемые звер-
ства. Она предусматривала наказание главных военных
преступников совместным решением правительств со-
юзников, а также отправку других виновников зверств
для суда над ними в те страны, где они совершили зло-
деяния. Эта декларация была опубликована за подписи*
ми Сталина, Рузвельта и Черчилля20. * i

При обсуждении вопроса о будущем небольших
стран Центральной и Восточной Европы английская
делегация усиленно добивалась принятия решения о
создании конфедерации этих государств. Советское пра#
вительство не считало возможным согласиться с подоб>
ными предложениями, так как они не отвечали интере-
сам соответствующих государств. Вместе с тем в совет-*
ской печати отмечалось, что эти планы имели своей
целью воскресить предвоенную враждебную Советски
му Союзу политику «санитарного кордона»21.

В Декларации по вопросу о всеобщей безопасности*
опубликованной по окончании конференции от имени
СССР, США, Великобритании и Китая, заявлялось, что
они преисполнены решимости «продолжать военные
действия против тех держав оси, с которыми они соот?
ветственно находятся в состоянии войны, пока эти дер-
жавы не сложат своего оружия на основе безоговороч-
ной капитуляции». Предусматривалось, что сотрудни-
чество четырех держав должно продолжаться и после
окончания войны. Было признано необходимым созда-
ние всеобщей международной организации для поддер-
жания мира и безопасности22.

Участники конференции, как указано в ее итоговом
протоколе, договорились немедленно информировать
друг друга о возможных зондажах враждебных стран
о выходе из войны, проводить в случае таких зондажей
взаимные консультации для согласования своих дей-
ствий 23.

В связи' с Московской конференцией встал вопрос
о возможности участия СССР в разгроме японских аг-1
рессоров. США, не надеясь собственными силами в ко-
роткие сроки победоносно закончить войну против Япо-
нии, стремились добиться вступления в нее Советского
Союза. Глава американской военной миссии Дж. Дин,
прибывший в Москву осенью 1943 г., писал, что его
главная цель — «обеспечить советское участие в войне
против Японии» 24. В инструкций, данной Дину англо-
американским Объединенным комитетом начальников
штабов накануне Московской конференции, подчеркива-
лось «большое значение» полного участия России в вой-
не против Японии после поражения Германии, так как
тогда можно будет осуществить быстрый и сокруши-
тельный разгром Японии с меньшими потерями для Со-
единенных Штатов и Англии 25.

Во время беседы с Хэллом 30 октября после завер-
шения конференции Сталин заявил ему о готовности
СССР принять участие в войне против Японии и помочь
нанести поражение дальневосточному врагу после раз-
грома Германии26. Как писал Хэлл в своих мемуарах,
Сталин сделал это заявление «уверенно, совершенно
бескорыстно, не требуя ничего взамен». Хэлл считал, что
это было «заявлением исключительной важности»27.
Он также сообщал в Вашингтон, что глава Советского
правительства проявил глубокое стремление к сотруд-
ничеству с США и Англией 28.

Иден направил Черчиллю из Москвы телеграмму,
в которой констатировал: русские искренне стремятся
к установлению дружественных отношений с Англией
и США, и по ряду вопросов они сделали все возможное,
чтобы пойти навстречу взглядам английского и амери-
канского правительств29. Выступая после конференции
в палате общин, британский министр иностранных дел
отметил, что результаты конференции превзошли его
ожидания30. Хэлл возвратился в Вашингтон с уверен-
ностью, что США и СССР могут и им следует находить
общий язык по важнейшим мировым проблемам, и это
будет иметь первостепенное значение и в послевоенный
период31. Черчилль в своих воспоминаниях писал о
Московской конференции: «В ходе конференции было
много свидетельств того, что Советское правительство
искренне желало установления постоянной дружбы с
Британией и Соединенными Штатами. Они пошли нам
навстречу по многим вопросам, крупным и мелким, по
которым мы опасались осложнений... Все более углуб-
лявшийся тупик, в котором оказались наши отношения
с Советским Союзом, был устранен». Создались условия
для встречи глав правительств трех главных союзных
держав32.

Эти высказывания представителей западных держав
являются признанием того факта, что успеху Москов-
ской конференции во многом способствовала конструк-
тивная позиция Советского правительства.

Московская конференция была первой трехсторон-
ней встречей министров иностранных дел СССР, Вели-
кобритании и США в годы второй мировой войны, так
что уже один факт ее созыва означал шаг вперед в деле
сотрудничества трех держав. Конференция приняла
ряд существенных решений как по проблемам, связан-
ным с сокращением сроков войны, так и по вопросам
мирного урегулирования и обеспечения мира и между-
народной безопасности в послевоенный период. Но на
конференции проявились и принципиальные различия
в позиции СССР и его союзников, в результате чего не-
которые обсуждавшиеся на ней вопросы остались неу-
регулированными. В целом на конференции все же бы-
ла проделана большая работа, подготовившая встречу
глав правительств трех держав.
Накануне
конференции
в Тегеране

Доклад И. В. Сталина 6 ноября
1943 г. о 26-й годовщине Великой Ок-
тябрьской социалистической револю-
ции свидетельствовал о большом вни-
мании, которое Коммунистическая партия и Советское
правительство уделяли вставшим в связи с войной по-
литическим проблемам. В нем были изложены внешне-
политические задачи Советского Союза в войне, а затем
и при послевоенном мирном урегулировании. В докладе
говорилось, что СССР вместе со своими союзниками дол-
жен будет:

освободить народы Европы от фашистских захват-
чиков и оказать им содействие в восстановлении своих
национальных государств,

предоставить освобожденным народам Европы пол-
ное право и свободу самим решать вопрос об их госу-
дарственном устройстве,

установить такой порядок в Европе, который бы
полностью исключал возможность новой агрессии со
стороны Германии,

создать длительное экономическое, политическое и
культурное сотрудничество народов Европы, основан-
ное на взаимном доверии и взаимной помощи33.

Эти цели отражали справедливый, антифашистский,
освободительный характер войны, которую вел Советс-
кий Союз.

Договоренность руководителей трех держав —
СССР, США и Англии — о встрече в Тегеране предоп-
ределялась прежде всего стоявшей перед ними общей
задачей — разгромить Германию, Японию и их союз-
ников по агрессии. Вместе с тем они считали необходи-
мым обсудить и наиболее важные вопросы послевоенно-
го мирного урегулирования.

Главная задача советской делегации на Тегеран-
ской конференции заключалась в том, чтобы добиться
принятия твердого и окончательного решения об откры-
тии второго фронта в Европе весной 1944 г. Решение
этого вопроса оказалось нелегким, так как британские^
правящие круги по-прежнему стремились оттянуть сро-
ки высадки через Ла-Манш в Северную Францию и вы-
нашивали планы вторжения на Балканы.

Накануне Тегеранской конференции состоялась
встреча Рузвельта, Черчилля и Чан Кайши (в Каире).
Одновременно там заседал Объединенный комитет на-
чальников штабов США и Великобритании. 25 ноября
на заседании комитета была внесена на рассмотрение
записка британских начальников штабов «Оверлорд» и
Средиземное море». Ссылаясь на непредвиденные успе-
хи советских войск и выход из войны Италии, британ-
ские начальники штабов доказывали, что изменившееся
положение требует нового пересмотра англо-американ-
ских стратегических планов. Их вывод сводился к тому,
что не следует руководствоваться твердо установленной
датой операции «Оверлорд». Более того, они утвержда-
ли, что осуществление высадки в Северной Франции мо-
жет оказаться «совершенно невозможной»34.

В другом документе, представленном англичанами
в тот же день, доказывалось, что нет серьезного разли-
чия в погодных условиях в Ла-Манше с мая по сентябрь.
В связи с этим вторжение может быть отложено вплоть
до сентября, но с точки зрения погоды лучший срок вы-
садки — до середины июля35. Наконец, в записке «Всту-
пление Турции в войну» говорилось, что объявление
Турцией войны Германии привело бы к началу военных
действий на Балканах, а это «повлекло бы за собой от-
срочку «Оверлорда»... до 15 июля» 36.

Эти документы свидетельствовали, что британское
правительство усиленно добивалось во время англо-аме-
риканских переговоров в Каире отсрочки вторжения че-
рез Ла-Манш с 1 мая, как было решено раньше, до сере-
дины июля 1944 г. Но это вовсе не означало, что оно
действительно намеревалось осуществить операцию
«Овёрлорд» даже в это время. Касаясь планов англи-
чан, Дж. Маршалл заявил на заседании американского
комитета начальников штабов, что они, по-видимому,
хотят «выкинуть за борт» операцию «Оверлорд», чтобы
начать военные действия на Балканах.37.

Таким образом, Черчилль продолжал отстаивать
свою средиземноморскую, балканскую стратегию. По
его расчетам, активные действия англо-американских
войск в этом районе могли бы обеспечить вступление в
войну Турции и капитуляцию Болгарии, Румынии и
Венгрии перед Великобританией и США, что воспрепя-
тствовало бы продвижению советских войск на Бал-
каны.

Черчилль хотел договориться по всем этим вопросам
сначала с американцами, чтобы затем совместно отста-
ивать общую позицию англо-американского блока в пе-
реговорах с советскими представителями38.

Для президента США Ф. Рузвельта наряду с разгро-
мом Германии огромное значение имело и согласование
действий трех держав в борьбе с дальневосточным аг-
рессором — Японией. Силы Соединенных Штатов на Ти-
хоокеанском театре военных действий уже значительно
увеличились, и они постепенно начинали захватывать
острова, оккупированные до этого японцами. Но амери-
канские войска все же находились пока за тысячи ки-
лометров от Японии, и было очевидно, что до победы
над ней предстоит еще очень долгий путь, сопряжен-
ный с огромными жертвами и трудностями. В США от-
четливо представляли, насколько сложной и долговре-
менной задачей может оказаться для них ликвидация
мощных японских сухопутных войск, в том числе нахо-
дившихся в Китае, Маньчжоу-Го и Корее.

Во время англо-американских переговоров в Каире
предусматривалась высадка их войск в Японии только
во второй половине 1946 г. или в начале 1947 г.39 При
этом имелось в виду, что после высадки предстояли еще
самые ожесточенные бои. Совершенно иначе складывав
лось бы положение, если бы в разгроме японских агрес-
соров участвовал и Советский Союз. Рузвельт прояв-
лял исключительную заинтересованность в том, чтобы
договориться об этом в Тегеране с советской делега-
цией. .•/'Ж

На встречу Рузвельта и Черчилля в Каире 22 ноября
был приглашен также глава китайского правительства
Чан Кайши. Поскольку США пока не считали возмож-
ным исходить при планировании своих действий на
Дальнем Востоке из того, что СССР будет принимать
участие в войне против Японии, в Вашингтоне придавали
большое значение удержанию в войне с ней Китая, то
есть предотвращению его капитуляции. Активных дей-
ствий против японцев войска Чан Кайши не вели, но они
все же сковывали немалые силы Японии. Поэтому Руз-
вельт дал в Каире Чан Кайши обещание осуществить в
1944 г. операцию по захвату Андаманских островов, рас-
положенных недалеко от берегов Бирмы. Они могли бы
стать затем базой для активизации действий американ-
ских вооруженных сил в этом районе, открытия через
Бирму пути в Китай. ?

В связи с этой новой операцией американские па-
чальники штабов в соответствии с указаниями Рузвель-
та проявляли готовность принять изложенные британ-
ские предложения и согласиться с отсрочкой «Овер-
лорда». Основываясь на воспоминаниях У. Черчилля,
У. Леги, Р. Шервуда и Дж. Дина, американский историк
У. Макнейлл констатирует, что накануне Тегеранской
конференции Рузвельт был не так уверен, как ранее, что
лучший из всех возможных планов — операция «Овер-
лорд», и серьезно задумывался над идеей, на которой так
настаивал Черчилль, о расширении кампании в бассей-
не Средиземного моря40.

Начальник штаба при британском министре обо^
роны генерал X. Исмей констатировал 26 ноября в за-
писке Черчиллю, что начальники штабов Соединенных
Штатов «спокойно соглашаются с отсрочкой опера-
ции «Оверлорд», но имеют директиву президента ни
в коем случае не переносить захват Андаманских ост-
ровов41.

26 ноября Объединенный комитет начальников шта-
бов США и Великобритании постановил (с согласия Руз-
вельта) , что английские предложения о действиях в бас-
сейне Средиземного моря принимаются «как основа для
переговоров с русскими». При этом имелось в виду, что
эти действия «вызывают необходимость отсрочки даты
начала «Оверлорда»42.

С таким багажом американская и британская делега-
ции затем прибыли в Тегеран.

Вместе с тем Рузвельт и Черчилль начинали прояв-
лять озабоченность, как бы им не опоздать со вторже-
нием в Северную Францию, в связи с чем могли бы ока-
заться ослабленными их позиции при решении вопро-
сов послевоенного урегулирования в Европе. «...Если
дела в России пойдут и дальше так, как сейчас,— сказал
американский президент,— то, возможно, что будущей
весной второй фронт и не понадобится!»43. Рузвельт го-
ворил начальникам штабов по пути в Каир, что англо-
американские войска должны занять Францию, Бельгию,
Люксембург, а также значительную часть Германии.
«Мы должны дойти до Берлина,— подчеркивал он.—
Тогда пусть Советы занимают территорию к востоку
от него. Но Берлин должны взять Соединенные Шта-
ты» 44.

Американские военные органы планировали такое
усиление военной мощи США в ходе войны и обеспече-
ние Соединенным Штатам к концу войны таких позиций
в мире, чтобы они могли говорить при мирном урегули-
ровании басом45.

Поэтому военные органы Великобритании и США
усилили подготовку планов экстренной высадки в Гер-
мании на случай ее неожиданного краха или капитулщу
ции. Этот план получил название «Рэнкин». Вариант «С»*
плана предусматривал захват в кратчайшие сроки важ-
нейших районов Германии. Согласно этому плану, аме-
риканским войскам предстояло оккупировать террито-
рию Германии от швейцарской границы до Дюссельдор-
фа, а английским войскам — территорию Германии от
Рура до Любека. Американцы намеревались взять под
свой контроль также территорию Франции и Бельгии, а
англичане — территорию Голландии, Дании и Норвегии,
Для осуществления операции «Рэнкин» должны были
использоваться войска, предназначенные для операции
«Оверлорд»46. Г. Гопкинс говорил, что американцы
должны быть готовы высадить в Берлине парашют-
ную дивизию через два часа после капитуляции Гер-
мании 47.

Встреча глав правительств трех держав собиралась в
условиях, когда Красная Армия нанесла основным силам
вермахта такие поражения, добилась таких успехов, что;
исход второй мировой войны был предрешен. Между тем
англо-американские войска в Италии, располагая зна-
чительным превосходством в силах, фактически топта-
лись на месте. В беседе с новым американским послом в
СССР А. Гарриманом (6 ноября 1943 г.) В. М. Моло-
тов отметил, что в Советском Союзе «недовольны тем,
что в Италии вообще приостановились операции», в свя-
зи с чем немцы перебрасывают свои войска из Италии и
с Балкан на советско-германский фронт. «Правда,—
сказал он,— наши войска все же добиваются успехов, но
это достигается ценой больших потерь» 48.

Американский историк А. Улам отмечает, что встре-
ча глав правительств трех держав состоялась в условиях
«определенного чувства виновности и неполноценности»
США и Англии по отношению к их советскому союзнику
и одновременно «крупнейшего психологического преи-
мущества» СССР над его союзниками 49е
Открытие
Тегеранской
конференции. .
Вопрос
о втором
фронте

Тегеранская конференция руководи?
телей трех союзных держав — СССР,
США и Великобритании — началась
28 ноября 1943 г. В ней принимали
участие И. В. Сталин, Ф. Рузвельт и
У. Черчилль. В состав советской деле-

гации входили также В. М- Молотов, К. Ё. Ворошилов и
другие дипломатические и военные деятели. На конфе-
ренцию прибыли также А. Иден, Г. Гопкинс и другие
английские и американские деятели.

Заранее окончательно согласованной повестки дня
конференции не было. Главы правительств в ходе пере-
говоров поднимали и обсуждали все вопросы, которые
они считали наиболее важными,

В центре внимания на конференции стоял вопрос об
открытии Великобританией и США второго фронта в
Северной Франции. Советская делегация в Тегеране по-
следовательно и настойчиво добивалась установления
твердого срока высадки англо-американских войск через
Ла-Манш.

Первым выступил на конференции Рузвельт. Снача-
ла он коснулся войны на Тихом океане, продемонстриро-
вав тем самым то значение, которое США придавали,
этому театру военных действий.

Затем Рузвельт кратко изложил позицию США и Ве-
ликобритании по вопросу о военных действиях в Европе,
согласованную в Каире. Он отметил, что на его встрече
с британским премьером в Квебеке было решено, что эк-:
спедицид через Ла-Манш будет осуществдена около
1 мая 1944 г. Но имеется много других мест, продолжал
Рузвельт, где могли бы быть использованы англо-амери-
канские войска, а именно: «в Италии, в районе Адриати-
ческого моря, в районе Эгейского моря, наконец, для по-
мощи Турции, если она вступит в войну». Если США и
Англия будут проводить крупные десантные опера-
ции в Средиземном море, то высадку через Ла-Манш,

В. Я. Сиполс

225
«возможно, придется отложить на 2 или 3 месяца»^.
Таким образом Рузвельт внес согласованное американ-
ским и британским правительствами предложение о но-
вой отсрочке открытия второго фронта.

Учитывая проявленную Рузвельтом озабоченность в
отношении перспектив войны в бассейне Тихого океана,
Сталин в своем выступлении сразу же сделал заявление,
которое имело важнейшее значение не только для исхо-
да Тегеранской конференции, но и для всей дальнейшей
стратегии США и Великобритании в войне. Отметив,
что советские войска пока целиком заняты военными
действиями против Германии, он далее сказал: «Наши
силы на Дальнем Востоке более или менее достаточны
лишь для того, чтобы вести оборону, но для наступатель-
ных операций надо эти силы увеличить, по крайней ме-
ре, в три раза. Это может иметь место, когда мы заста-
вим Германию капитулировать. Тогда — общим фронтом
против Японии» 61.

Переходя затем к действиям Англии и США в Евро-
пе, глава Советского правительства сказал, что итальян-
ский театр важен для обеспечения свободного плавания
по Средиземному морю, но он не представляет какого-
либо значения в смысле дальнейших операций против
Германии, так как Альпы закрывают путь и мешают
продвижению в сторону Германии. «Мы, русские, счита-
ем, что наилучший результат дал бы удар по врагу в Се-
верной или Северо-Западной Франции». Сталин выска-
зался за то, чтобы главной операцией англо-американ-
ских войск в 1944 г. был «Оверлорд», то есть вторжение
из Англии через Ла-Манш в Северную Францию, а для
поддержки ее была осуществлена высадка в Южной
Франции52.

Черчилль стал ссылаться на то обстоятельство, что
до начала операции «Оверлорд» остается еще шесть ме-
сяцев. Он доказывал, что нежелательно, чтобы англо-
американские армии в течение этого времени оставались
в бездействии. Британский премьер изложил возможные
варианты действий в восточной части Средиземного мо-
ря и на Балканах 53. Тут Рузвельт добавил: «Имеется
еще одна возможность. Может быть, было бы целесооб-
разно произвести десант в районе северной части Адриа-
тического моря...» 54 В связи с этим заявлением прези-
дента США в официальной американской истории вто-
рой мировой войны отмечается, что Рузвельт, таким
образом, поддержал Черчилля55.

Сначала Черчилль лишь мимоходом заметил, что про-
должение операции в районе Средиземного моря, может
быть, вызвало бы «некоторое опоздание» в осуществле-
нии операции «Оверлорд» 56. Фактически же он пытался
свести дело к тому, чтобы не был установлен твердый
срок начала этой операции. Это дало бы ему возможность
затянуть открытие второго фронта на несколько месяцев,
а затем под тем или другим предлогом заявить, что втор-
жение через Ла-Манш в 1944 г. уже невозможно.

Тогдашний советник американского посольства в
Москве Ч. Болен, являвшийся переводчиком Ф. Рузвель-
та на конференции, констатирует в своих воспоминани-
ях, что в ее работе наступил кризис. Встал вопрос о воз-
можности провала конференции 57.

На втором заседании конференции (29 ноября) меж-
ду Сталиным и Черчиллем возникла острая дискуссия;

«Сталин. Если возможно, то хорошо было бы осу-
ществить операцию «Оверлорд» в пределах мая, скажем
10—15—20 мая.

Черчилль. Я не могу дать такого обязательства.

Сталин. Если осуществить «Оверлорд» в августе,
как об этом говорил Черчилль вчера, то из-за неблаго-
приятной погоды в этот период ничего из этой операции
не выйдет. Апрель и май являются наиболее подходя-
щими месяцами для «Оверлорда».

Черчилль. ...Я не думаю, что те многие возможно-
сти, которые имеются в Средиземном море, должны быть
немилосердно отвергнуты, как не имеющие значения,
из-за того, что использование их задержит осуществле-
ние операции «Оверлорд» на 2—3 месяца.

Сталин. Операции в районе Средиземного моря,
о которых говорит Черчилль, это только диверсии» 58.

Все усилия и дипломатические уловки главы британ-
ского правительства были тщетными. Советская делега-
ция убедительно раскрыла несостоятельность аргументов
британского премьера.

Когда в ходе переговоров выяснилось, что английские
и американские руководители пока не договорились
о том, кто будет главнокомандующим операцией «Овер-
лорд», Сталин заметил, что если этот вопрос не решен, то
«Оверлорд» является лишь беспредметным разговором.
Оц энергично выступил за скорейшее назначение коман-
дующего операцией59.

Дискуссия велась в основном между Сталиным и Чер-
чиллем. HOj как отмечается в официальной американ-
ской истории второй мировой войны, Рузвельт «склонял-
ся к тому, чтобы рискнуть на действия на Средиземном
море и, в частности, в Адриатике» 60.

К концу заседания дискуссия приобрела крайне нап-
ряженный характер. Черчилль внес предложение о том,
что англичане вместе с американцами разработают свои
предложения о директивах военной комиссии61.

,* Военная комиссия в составе К. Е. Ворошило-
ва (СССР), У, Леги и Дж. Маршалла (США), А. Брука
и Ч. Портала (Великобритания) уже заседала утром
этого дня, но решения вопроса об открытии второго фрон-
та в Западной Европе эта первая в годы войны встреча
высших военных руководителей трех союзных держав
не приблизила.

Согласно предложениям британского премьера, ди-
рективы военной комиссии должны были разрабатывать-
ся не втроем — Рузвельтом, Черчиллем и Сталиным,
а без участия советских представителей. Черчилль на-
228
деялся, что, как и во время переговоров в Каире, прези-
дент США в принципе поддержит его стратегические
планы, после чего они сообщат советским представи-
телям согласованное мнение. Таким образом, хотя кон-
ференция носила трехсторонний характер, решение по
главному вопросу было бы принято только англичанами
и американцами. Сталину фактически предлагалось по-
сидеть в стороне и подождать, пока Черчилль и Руз-
вельт — по существу, за его спиной — будут согласовы-
вать позицию англо-американского блока.

Сталин проявлял до этого на конференции предель-
ную сдержанность. Даже в самые острые моменты он
был спокоен и корректен. И это выгодно отличало его
от Черчилля, который то и дело оказывался не в состоя-
нии держать себя в руках.

Но теперь Сталин решительно заявил: «Не нужно
никакой военной комиссии. Мы можем решить все воп-
росы здесь, на совещании». К тому же он добавил: «Мы,
русские, ограничены сроком пребывания в Тегеране. Мы
могли бы пробыть здесь в течение 1 декабря, но 2-го мы
должны уехать. Президент помнит о том, что мы с ним
условились о 3—4 днях».

В таких условиях Рузвельт не считал уже больше
возможным отмалчиваться. Он занял как бы компромис-
сную позицию, но на самом деле все же, по существу,
продолжал поддерживать Черчилля. Так, он согласился,
что основу действий англо-американских войск должна
составлять операция «Оверлорд». Но он снова сделал
оговорку, что вспомогательные операции в районе Сре-
диземного моря «могут задержать осуществление «Овер-
лорда».

Тогда Сталин сделал еще одно важнейшее заявление.
Русские хотят знать дату начала операции «Оверлорд»,
сказал он, чтобы одновременно с ней «подготовить свой
удар по немцам». Этим был бы гарантирован полный
успех «Оверлорда».
Однако дело по-прежнему не двигалось с места. Пе-
реговоры явно зашли в тупик. ;

Спасая положение, Рузвельт заявил, что все уже
очень голодны. Он предложил прервать заседание, чтобы
присутствовать на обеде, которым в тот день угощая
маршал Сталин. Рузвельт добавил, что на следующий
день к завтраку, который намечался на 13 час. 30 мин.,
будут подготовлены англо-американские предложения
по рассматривавшемуся вопросу 62.

Это был критический день конференции. Атмосфера
стала предельно накаленной. Черчилль со всей настойчи-
востью продолжал добиваться одобрения конференцией
его средиземноморской стратегии, что могло привести не
только к серьезной затяжке, но вообще к срыву откры-
тия второго фронта в Европе и в 1944 г. Глава Советско-
го правительства не менее твердо настаивал на принятии
окончательного решения о высадке англо-американских
войск через Ла-Манш весной 1944 г.

Во время обеда Сталин то и дело в своих высказыва-
ниях намекал на нежелание Черчилля серьезно воевать
против Германии. Вместо того, отмечает Белен, чтобы
искренне опровергнуть это или свести все к шутке, Чер-
чилль стал оправдываться, тем самым, по сути, выдавая
свою виновность63. Если пока и не формально, то мо-
рально спор по главному вопросу конференции Черчилль
проиграл.

В создавшихся условиях положительную роль сыгра-
ли Дж. Маршалл и другие начальники штабов США.
Для них главной задачей было обеспечение военного
разгрома Германии, и они оказали определенное влияние
на позицию Рузвельта. Американский историк М. Мэт-
лофф отмечает, что президента «вовремя сдержали воен-
ные советники и в конце концов он решил придержи-
ваться их рекомендаций» ®4. Начальники штабов США
прекрасно сознавали принципиальное значение для аме-
риканцев заявления главы Советского правительства да
первом же заседании конференции, что после капитуля-
ции Германии СССР примет участие в разгроме япон-
ских агрессоров. Они отчетливо представляли и то, какое
значение для успеха операции «Оверлорд» имело заявле-
ние главы Советского правительства об одновременном
ударе по немецким войскам и на советско-германском
фронте.

Посетив вечером Черчилля, Гопкинс — разумеется,
по договоренности с Рузвельтом — констатировал, что
премьер «ведет бой, выиграть который невозможно». Он
посоветовал ему «уступить красиво» 65.

Утром 30 ноября состоялось заседание англо-амери-
канского Объединенного комитета начальников штабов.
Участники его вынуждены были признать, что добиться
согласия Советского правительства с решениями об от-
срочке «Оверлорда», принятыми ими в Каире (накануне
Тегеранской конференции), не удалось. По-видимому,
получив наконец согласие Рузвельта, американские на-
чальники штабов начали занимать в переговорах с анг-
личанами более настойчивую позицию. В конце концов
на заседании решили, что начало операции «Оверлорд»
намечается на 1 июня 1944 г., но советским представи-
телям договорились сообщить, что она начнется в мае 66.
Таким образом, британские и американские империали-
сты снова решили пойти на обман своего советского со-
юзника. Как видно из высказываний в ходе этого засе-
дания, участники его хотели, чтобы первыми начали
наступление весной 1944 г. не англо-американские, а
советские войска, то есть чтобы свои резервы гитлеров-
цы бросили именно на советский фронт.

Пока заседали военные, Черчилль посетил Сталина.
Пытаясь как-то оправдаться, он усиленно доказывал,
что планы новой отсрочки вторжения через Ла-Манш
связаны отнюдь не с операциями в Средиземном море, а
с намеченной Рузвельтом операцией по захвату Анда-
манских островов. На самом же деле крайне отрицатель-
но на осуществление операции «Оверлорд» сказывались
обе эти операции.

Согласно записи этой беседы глав двух правительств,
Черчилль сказал далее: «Когда маршал Сталин сделал
свое историческое заявление о том, что после того, как
Германия будет разбита, Россия присоединится к борьбе
против Японии, он, Черчилль, сразу же предположил,
что американцы найдут возможность достать десантные
средства либо в районе Средиземного моря, либо в райо-
не Тихого океана, для того чтобы обеспечить операцию
«Оверлорд». Дело в том, что американцы очень чувстви-
тельны к положению на Тихом океане, ио теперь в отно-
шении борьбы с Японией имеются большие перспективы
после разгрома Германии...» 67 Таким образом, Черчилль
отметил ту роль, которую сыграло приведенное заявле-
ние Сталина в изменении позиции Рузвельта на конфе-
ренции.

Во время завтрака Рузвельт сообщил главе Советско-
го правительства, что англичанами и американцами one- '
рация «Оверлорд» намечается на май 1944 г. «...Насколь-!
ко сейчас можно судить,— продолжал президент,—
наиболее подходящим временем будет период с 15 по
20 мая» 68. Как видно из приведенных выше материалов
заседания Объединенного комитета начальников штабов,
слова американского президента были смесью информа-
ции с дезинформацией. Говорить «правду и только прав-
ду» было Рузвельту не свойственно.

Поскольку наконец время осуществления операции
«Оверлорд» было установлено, обстановка на конферен-
ции коренным образом изменилась в лучшую сторону.
Началось действительно конструктивное обсуждение как
военных, так и некоторых политических вопросов.

В важнейшем итоговом документе конференции, то
есть «Военных решениях Тегеранской конференции» (не
подлежавших опубликованию), руководители трех дер-
жав зафиксировали, что «операция «Оверлорд» будет
предпринята в течение мая 1944 г., вместе с операцией
против Южной Франции». В этом документе содержа-
лось также заявление Сталина, что «советские войска
предпримут наступление примерно в это же время с
целью предотвратить переброску германских сил с во-
сточного на западный фронт» 69.

В Декларации трех держав, опубликованной в
результате конференции, провозглашалось: «...мы согла-
совали наши планы уничтожения германских вооружен-
ных сил. Мы пришли к полному соглашению относитель-
но масштаба и сроков операций, которые будут предпри-
няты с востока, запада и юга.

Взаимопонимание, достигнутое нами здесь, гаранти-
рует нам победу» 70.

Принятое на конференции в Тегеране твердое реше-
ние об открытии второго фронта в Европе весной 1944 г.
имело огромное значение. Оно содействовало приближе-
нию победы над фашистской Германией. Наконец, был
окончательно урегулирован вопрос, серьезно осложняв-
ший отношения СССР с Англией и США в течение двух
лет. Союз между ними наполнился новым содержани-
ем — согласованием планов их военных операций.

Таким образом, главный вопрос, обсуждавшийся на
конференции, был 30 ноября успешно урегулирован. Ус-
пешно для СССР и исхода войны, но не для британского
премьера. Но Черчиллю в тот день исполнилось 69 лет,
и он дал обед, играя роль всем довольного хозяина.

Послевоенное
устройство
Германии

гулирования.
правительство

= Наряду с проблемами военного сот-
рудничества СССР, США и Англии
на конференции рассматривались и
вопросы послевоенного мирного уре-
Коммунистическая партия и Советское
проявляли глубокую заинтересованность

В установлении после войны прочного, длительного мира,
обеспечении надежной безопасности страны социализма.
Прежде всего для этого необходимо было сделать невоз-
можным развязывание империалистической Германией
новой мировой войны. Дважды на протяжении четверти
века она предпринимала попытки вооруженным путем
установить свое господство над Европой, да и над всем
миром. Советский Союз считал необходимым принять
самые эффективные меры, чтобы лишить Германию воз-
можности снова встать на путь войны, совершить еще
одно преступное нападение на СССР и другие страны,
поставить под угрозу существование других государств,
миллионов и миллионов людей.

Разумеется, в тогдашних условиях, когда империа-
листическая, милитаристская, фашистская Германия
продолжала свои чудовищные злодеяния, каких не видел
мир за всю свою вековую историю, никакие средства не
могли казаться слишком решительными. Насколько не-
обходимыми были такие меры, мы отчетливо видим и се-
годня, когда в той части Германии, где сохранился, а за-
тем возродился германский империализм, накоплены
такие арсеналы самого чудовищного оружия, какие гит-
леровцам даже не снились.

Большое внимание было уделено на конференции
вопросу о послевоенном устройстве Германии. Сталин
напомнил, что после окончания первой мировой войны
Германии понадобился всего 21 год, чтобы начать новую
войну. Запрета производить в Германии военную техни-
ку недостаточно, так как она сможет обойти его, восста-
новить свои силы и снова начать агрессивные действия.
Необходимы более эффективные меры 71.

На вопрос Сталина, какие предложения имеются по
этой проблеме, Рузвельт сразу же заявил: «Расчленение
Германии». «Чтобы стимулировать нашу дискуссию по
этому вопросу,— заметил он,— я хотел бы изложить со-
ставленный мною лично два месяца тому назад план рас-
членения Германии на пять государств». Вот этот план,
как он был изложен на конференции Рузвельтом:
«По моему мнению, Пруссия должна быть возможно
ослаблена и уменьшена в своих размерах. Пруссия долж-
на составлять первую самостоятельную часть* Германии.
Во вторую часть Германии должны быть включены Ган-
новер и северо-западные районы Германии. Третья
часть — Саксония и район Лейпцига. Четвертая часть —
Гессенская провинция, Дармштадт, Кассель и районы,
расположенные к югу от Рейна, а также старые города
Вестфалии. Пятая часть — Бавария, Баден, Вюртем-
берг. Каждая из этих пяти частей будет представлять
собою независимое государство. Кроме того, из состава
Германии должны быть выделены районы Кильского
канала и Гамбурга. Этими районами должны будут
управлять Объединенные нации или четыре державы.
Рурская и Саарская области должны быть поставлены
под контроль либо Объединенных наций, либо попечи-
телей всей Европы. Вот мое предложение» 72.

Черчилль выдвинул свой собственный план расчлене-
ния Германии. Он говорил: «У меня две мысли: пер-
вая _ это изоляция Пруссии от остальной Германии;
вторая — это отделение южных провинций Германии —
Баварии, Бадена, Вюртемберга, Палатината от Саара до
Саксонии включительно». Он предлагал создать Дунай-
скую конфедерацию, в состав которой должны были бы
войти все эти южные провинции Германии73.

По предложению главы Советского правительства
вопрос о Германии решили передать для дальнейшего
изучения в начавшую действовать в Лондоне Европей-
скую консультативную комиссию74.

Вместе с тем Сталин выступил против планов созда-
ния в Европе новых государственных объединений, ко-
торые явно мыслились Черчиллем для того, чтобы обес-
печить сохранение во включаемых в них государствах
реакционных порядков, а также чтобы использовать их
в своих антисоветских целях. Он отметил, что не следует
создавать нежизнеспособное объединение дунайских
стран. Венгрия и Австрия должны существовать как
самостоятельные государства75. Никакого решения по
этому вопросу принято не было.

--------------------- Конференция обсудила также ноль-
в,ОпвосИЙ-----ский ВОПРОС- Коммунистическая пар-

тия и Советское правительство после-
довательно придерживались курса на восстановление
после окончания войны сильной, независимой Польши.
В то же время Советский Союз проявлял глубокую за-
интересованность в том, чтобы новое, восстановленное
польское государство не было похоже на ту реакцион-
ную, агрессивную, империалистическую Польшу, кото-
рая существовала между двумя мировыми войнами.

Конкретно польский вопрос стоял на конференции в
двух аспектах. Во-первых, британская и американская
делегации поднимали вопрос о восстановлении диплома-
тических отношений между СССР и польским эмигрант-,
ским правительством. Во-вторых, предстояло решить
вопрос о границах Польши.

Красная Армия, изгоняя немецко-фашистские войска
с территории СССР, приближалась к польским грани-
цам. Было недалеко то время, когда она, громя и преслей
дуя врага, вступит на территорию Польши. Польской
эмигрантское правительство хотело сразу же прибыть
на освобожденную территорию, чтобы установить над
страной свою власть. Иден считал, что в Тегеране необ-
ходимо добиваться для него права возвратиться в Поль-
шу. Но правительства Великобритании и США понима-
ли, что в условиях разрыва дипломатических отношений
между Советским правительством и польским эмигрант-
ским правительством это невозможно. Поэтому Черчилль
и Рузвельт подняли на конференции вопрос о восстанов-
лении дипломатических отношений между Советским
правительством и польским эмигрантским правительст-
вом.
В связи с этим советские представители указали на
конференции, что польское эмигрантское правительство
придерживается по отношению к СССР кр.аццел^дждеб-
ной позиции, его агенты в Польше не только не ведут
борьбу с немецкими оккупантами, но даже сотрудни-
чают с ними в истреблении польских партизан. Более
того, это правительство выдвигает против Советского
Союза территориальные претензии, продолжая прово-
дившийся довоенной империалистической Польшей
курс на захват советских земель. Разумеется, в таких
условиях о восстановлении дипломатических отноше-
ний не могло быть и речи.

Черчилль и Рузвельт были вынуждены признать обо-
спованность этих соображений. Они попытались даже
несколько урезонить польское Эмигрантское правитель-
ство. Черчилль указывал его членам, что ведь без СССР
освобождение Польши невозможно. Однако позиция
польского реакционного эмигрантского правительства
оставалась без изменений.

Значительное место в дискуссиях занял вопрос о по-
слевоенных границах Польши. Еще в первый день кон-
ференции глава советской делегации в неофициальной
беседе с главами делегаций США и Англии высказал
мысль о том, что территория Польши на западе должна
простираться до реки Одер. Советский Союз заявлял о
готовности помочь Польше добиться такой границы76.

Что касается восточных рубежей Польши, то совет-
ские представители заявили, что украинские земли
должны входить в состав Украины, а белорусские — в
состав Белоруссии77. Главы правительств Великобрита-
нии и США, как и ранее, были согласны по этому вопро-
су с позицией СССР. Черчилль признал, что осуществле-
ние этих предложений необходимо, в частности, для
обеспечения безопасности западных границ Советского
Союза. Он представил на рассмотрение предложение,
в котором предусматривалось, что «очаг польского
государства и народа должен быть расположен между
так называемой линией Керзона и линией реки
Одер..,» 78 Этот вопрос был в принципе согласован.

В связи с обсуждавшимся на конференции вопросом
об отделении от Германии Восточной Пруссии, неодно-
кратно являвшейся плацдармом для нападения Герма-
нии на страны Восточной Европы, Сталин поставил воп-
рос о передаче Советскому Союзу Кенигсберга и соответ-
ствующей части территории Восточной Пруссии. Он ска-
зал, что СССР нуждается в незамерзающих портах на
Балтийском море. А исторически данная территория —
исконно славянские земли79.

Черчилль отмечает в своих мемуарах, что он всегда
считал «неправильным положение», когда такой «могу-
щественный массив суши», как СССР, не имеет в зимние
месяцы свободного доступа к океанским просторам80.
Он заявил об этом и на конференции81. По мнению бри-
танского правительства, говорилось в послании Черчилля
Сталину вскоре после конференции, передача Советско-
му Союзу Кенигсберга является «справедливой»82.

Международная
организация
безопасности.
Колониальный
вопрос

Президент США изложил на конфе-
ренции свои соображения по вопросу
о создании международной организа-
ции безопасности. В его прежние
предложения, приведенные выше,

были внесены некоторые изменения. Теперь Рузвельт
предлагал, чтобы организация состояла из трех орга-
нов: ассамблеи, включавшей всех членов организации,

но с правом выносить только рекомендации; испол-
нительного комитета, который помимо Соединенных
Штатов Америки, Советского Союза, Великобритании
и Китая включал бы две европейские страны, одну
южноамериканскую, одну страну Среднего Востока, одну
азиатскую и один из британских доминионов и заниг
мался бы всеми экономическими и другими невоенными
проблемами; комитета четырех союзных великих дер-
жав (СССР, GUI А, Великобритания; Китай), который
следил бы за сохранением мира, с тем чтобы не допу-
стить новой агрессии со стороны Германии и Японии 83.

Что касается Китая, ориентировавшегося на США,
то Рузвельт имел в виду, что в результате включения
его в указанные комитеты он укрепит в новой между-
народной организации позиции Соединенных Штатов.
Рассматривая постановку Рузвельтом этого вопроса во
время Тегеранской конференции, американский исто-
рик Р. Даллек отмечает, что он не руководствовался
в отношении Китая какими-либо «сентиментальными
соображениями». «Его главная цель заключалась в
том,—писал он,—чтобы обеспечить военные и после-
военные интересы США в бассейне Тихого океана и
во всем мире... В более далекой перспективе он прояв-
лял заинтересованность в обеспечении политической
поддержки со стороны Китая против других тихооке-
анских держав, а именно Британии, России и, наконец,
возродившейся Японии» 84.

Советская делегация в принципе выражала согласие
с необходимостью создания организации международной
безопасности. Однако подробно этот вопрос на конферен-
ции не рассматривался, и никаких решений по нему при-
нято не было.

Рузвельт затронул во время первой же беседы со Ста-
линым и колониальный вопрос. Он имел в виду устано-
вить систему международной опеки над колониями дру-
гих стран, надеясь таким образом получить к ним сво-
бодный доступ и, учитывая военную и экономическую
мощь США, установить над большинством этих колоний
американское господство. Кроме того, как признает
Р. Даллек, Рузвельт надеялся, что система опеки над
ними предоставит Соединенным Штатам возможность
«создать на многие годы в стратегических точках Тихого
океана и в других местах морские и воздушные базы...
Декларация
трех держав
об Иране

Система коллективного управления в интересах разве-
вающихся народов послужит эффективной маскировкой
американского Поенного контроля» 85.

На конференции была принята Дек-
ларация трех держав об Иране. В ней
отмечалось значение помощи со сто-
роны Ирана в войне против общего

врага. Главы трех держав выразили свое намерение пре-
доставить Ирану серьезную экономическую помощь.
Констатировалось, что правительства трех держав же*
лают «сохранить полную независимость, суверенитет и
территориальную неприкосновенность Ирана»86.

29 ноября в торжественной обстановке У. Черчилль
передал И. В. Сталину почетный меч, подаренный коро-
лем Великобрйтании Георгом VI «гражданам Сталин-
града — людям со стальными сердцами»87.

1 декабря работа конференции закончилась.

Советская делегация сделала на конференции все
возможное Для ее успешного завершения. Докладывая
после возвращения в Лондон об итогах конференции на
заседании британского военного кабинета, Иден приз-
навал, что в течение всех дискуссий Сталин проявлял
«самое большое стремление к сотрудничеству» 88.

Тегеранская встреча была выдающимся историче-
ским событием. Она имела большое значение для хода
и исхода второй мировой войны. Впервые СССР, Англия
и США согласовали свои планы ведения войны против
общего врага, то есть планы коалиционной §ойны. Это
создавало более благоприятные условия для нанесения
решающего удара по блоку фашистских агрессоров. Ус-
тановление твердого срока открытия второго фронта в
Европе явилось существенным достижением советской
дипломатии. Принятое решение означало, что в ведении
Великобританией и США войны против .гитлеровской н
Германии с весны 1944 г, должны произойти принципи-
альные изменения, что они должны будут перейти к ак-
тивным действиям, чтобы внести более весомпйй” вклад
в разгром сил главного общего врага. Решающую роль
в разгроме фашистского рейха, однако, ив будущем
предстояло играть Советскому Союзу, его вооруженным
силам.

Правда, Черчилль и тут еще не отказался от своего
балканского варианта. Он решил отправиться в Италию
в штаб командующего 15-й армейской группы генерала
Александера, чтобы выяснить возможности вторжения
его войск на Балканы. Кроме того, Черчилль предпри-
нял еще одну усиленную попытку толкнуть Турцию к
вступлению в войну, то есть к вводу ее войск в Балкан-
ские страны. Он рассчитывал этими акциями инспири-
ровать на Балканах такие события, что они «могл j бы
оттянуть открытие второго фронта во Франции»89.

Но по возвращении из. Тегерана в Каир Черчилль
заболел и не смог предпринять поездку в штаб Алексан-
дера. Он вызвал его в • Каир, но Александер заявил, что
осуществить вторжение на Балканы его войска не в сос-
тоянии. К тому же Турция по-прежнему уклонялась от
вступления в войну против фашистской Германии. Но-
вая попытка Черчилля сорвать открытие второго фрон-
та в Европе оказалась несостоятельной.

Выраженное Советским правительством на Тегеран-
ской конференции согласие принять участие в разгроме
японских агрессоров не оставляло сомнения, что вско-
ре же после окончания войны в Европе будет восста-
новлен мир и на Дальнем Востоке.

Существенное значение имел и обмен мнениями на
конференции между главами правительств трех держав
по наиболее важным вопросам послевоенного мирного
Урегулирования. Им удалось согласовать свою позицию
по некоторым весьма существенным вопросам. В опуб-
ликованной Декларации трех держав провозглашалось,
что они «будут работать совместно как во время войны,
так и в последующее мирное время» 90.

Несмотря на то что коалиция СССР, США и Вели-
кобритании состояла из держав различных социальных
систем, успешное завершение Тегеранской конференции
означало, что центростремительные силы преобладали
в ней над центробежными, ее участников объединяла и
сплачивала принципиально важная общая цель.

Тегеранская конференция своими военными и поли-
тическими решениями ускорила победу Объединенных
наций в войне.
ГОД 1944-й.

ОСВОБОДИТЕЛЬ-

НАЯ МИССИЯ
К началу 1944 г. от немецко-фашистских захватчик
ков была освобождена почти половина оккупированной
ими территории Советского Союза, но советским вой-
скам предстояли еще исключительно важные задачи —.
изгнать врага со всей советской земли, освободить
или принять участие в освобождении других оккупи-
рованных войсками фашистской Германии стран, за-
вершить разгром агрессоров, довести войну до полной
победы.

Советский Союз по-прежнему в одиночку нес глав-
ное бремя войны против Германии и ее европейских
союзников — Финляндии, Румынии и Венгрии. Совет-
ские Вооруженные Силы представляли могучую силу.
В действующей армии вместе с резервом находилось
6842 тыс. человек. На советско-германском фронте в
распоряжении Красной Армии имелось более 95 тыс.
орудий и минометов, более 5 тыс. танков и штурмовых
орудий и более 10 тыс. боевых самолетов. Широким по-
током советские войска снабжались всеми основными
видами боевой техники. За 1944 г. советская промыш-
ленность произвела более 122,4 тыс. орудий, 29 тыс.
танков и самоходных артиллерийских установок, более
33^2 тыс. боевых самолетов 1.

Но враг также располагал огромными силами. В кон-
це 1943 г. в германской действующей армии насчиты-
валось 6682 тыс. человек. Две трети ее сил было сосре-
доточено на советско-германском фронте. На их воору-
жении находилось более 54 тыс. орудий и минометов,
более 5 тыс. танков и штурмовых орудий и более 3 тыс.
боевых самолетов. Несмотря на англо-америкапские
бомбардировки, в 1944 г. в Германии произошел даль-
нейший значительный рост производства военной тех-
ники. По сравнению с 1943 г. производство орудий вы-
росло в 1944 г. с 73,7 тыс. до 148,2 тыс., танков и штур-
мовых орудий с 10,7 тыс. до 18,3 тыс., боевых самоле-
тов с 19,3 тыс. до 34,1 тыс.2
Советское правительство выражало глубокую уве-
ренность в том, что фашистская Германия и ее союзни-
ки будут разбиты. Но оно исходило из того, что пред-
стоят еще исключительно тяжелые, кровопролитные
бои. В приказе Верховного Главнокомандующего Со-
ветскими Вооруженными Силами И. В. Сталина 23 фев-
раля 1944 г. говорилось: «...Германия воюет основными
силами на одном фронте — против СССР. Тем не менее
она не только не смогла одержать победу, но мощными
ударами Вооруженных Сил Советского Союза оказалась
поставленной на край катастрофы... Тем более будет
безнадежным положение гитлеровской Германии, когда
вступят в действие главные силы наших союзников и
против гитлеровской Германии развернется мощное и
нарастающее наступление армий всех союзных госу-
дарств» 3.

В связи с этим интересно привести беседу о втором
фронте, которая состоялась в Форин оффисе 13 января
1944 г. с участием А. Идена, советского посла Ф.Т. Гу-
сева, британского премьера периода первой мировой
войны Д. Ллойд Джорджа и других британских деяте-
лей. Когда Иден заговорил о сотрудничестве между Ве-
ликобританией и СССР, Ллойд Джордж заявил, что он
«не видит этого сотрудничества». Иден пытался возра-
зить, замечая, что две страны борются против общего
врага. «Русские, а немы,— парировал Ллойд Джордж,—
борются против врага. Русские одни боролись против
немцев в 1942 г., они продолжали бороться в 1943 г. и
сейчас бьют немцев без нашей помощи... Мы не вос-
пользовались благоприятной обстановкой для осущест-
вления высадки войск на континенте». Я не понимаю,
говорил Ллойд Джордж, для чего изготовляется огром-
ное количество вооружения, если оно не применяется
против врага. Не думаем ли мы, сказал он, что «доста-
точно подписать Атлантическую хартию и размахивать
ею против немцев» ?
Поддерживая Идена, министр труда Э. Бевин стал
доказывать, что английская армия без участия амери-
канцев не может высадиться, закрепиться и успешно
вести борьбу на континенте. В 1943 г. он подготовил,
мол, большое количество помещений для расквартиро-
вывания американской армии, «но ее не оказалось
здесь, и об этом надо спрашивать не английское прави-
тельство, а президента Рузвельта» 4.

Тем временем советские войска, начавшие в конце
декабря 1943 г. очередное широкомасштабное наступле-
ние, стремительно продвигались вперед. В результате
зимне-весеннего наступления они освободили Правобе-
режную Украину и Крым. г

Серьезно ухудшилось стратегическое положение Гер-
мании, когда войска США и Великобритании наконец
6 июня 1944 г. форсировали Ла-Манш и высадились в
Северной Франции. Фашистскому рейху приходилось
воевать теперь на два фронта.

Главным фронтом второй мировой войны все же й
впредь оставался советско-германский. В июне нача-
лась грандиозная по своим масштабам Белорусская опе-
рация, в ходе которой Красная Армия продвинулась на
запад до 550—600 км. Советские войска освободили всю
Белоруссию, а также восточную часть Польши до Вис-
лы. Последовал ряд новых крупных операций на других
участках фронта. В результате их к концу года на всем
протяжении была восстановлена советская западная
граница. Широких масштабов достигла освободительная
миссия Красной Армии за пределами рубежей СССР.

Величественные победы советских войск над вой-
сками фашистских агрессоров имели естественным
результатом дальнейший громадный рост международ-
ного авторитета Советского Союза. Огромное значе-
ние получила позиция СССР при решении междуна-
родных проблем. Не считаться с нею стало просто не-
возможно.
В результате открытия второго фронта был наконец
снят с повестки дня этот крайне болезненный вопрос,
который в течение долгих трех лет самым серьезным
образом осложнял отношения между СССР, Англией и
США. В таких условиях летом 1944 г. наблюдалось за-
метное улучшение общего состояния отношений между
тремя державами, что получало наглядное отражение и
в их прессе.

Важнейшая задача советской дипломатии заключа-
лась в дальнейшем упрочении союза СССР, США и Ве-
ликобритании в войне. Считая невозможным одержать
победу над Германией и Японией без участия Совет-
ского Союза, американское и британское правительства
также проявляли заинтересованность в сохранении сою-
за трех держав.

В комплексе международных проблем, находивших-
ся в центре внимания дипломатии стран антигитлеров-
ской коалиции, происходили определенные изменения.
На первый план выдвинулась задача скорейшего выво-
да из войны стран ?— сателлитов фашистской Германии.

13 мая 1944 г. было опубликовано «Заявление пра-
вительств Советского Союза, Великобритании и Соеди-
ненных Штатов, обращенное к сателлитам гитлеровской
Германии — Венгрии, Румынии, Болгарии и Финлян-
дии». В нем указывалось, что «эти государства все еще
могут путем выхода из войны и прекращения своего
пагубного сотрудничества с Германией и путем сопро-
тивления нацистским силам всеми возможными средст-
вами сократить срок европейской борьбы, уменьшить
свои собственные жертвы... Чем дольше они будут про-
должать участвовать в войне в сотрудничестве с Гер-
манией, тем более гибельными будут для них последст-
вия... Эти государства должны поэтому решить сейчас,
намерены ли они упорствовать в их нынешней безна-
дежной и гибельной политике препятствования неиз-
бежной победе союзников, хотя для них еще есть время
внести вклад в эту победу» 5.
Подписание
перемирия
с Финляндией

ли ставку на

“ Одними из наиболее верных союзни-
ков германских агрессоров были фин-
ские правящие круги. Они с начала
войны открыто и решительно сдела-
победу Германии и надеялись, примкнув

к ней, поживиться за счет советских земель. Их рвение
было настолько велико, что ощц казалось, не замечали
поражений вермахта под Москвой, Сталинградом, в
Курской битве, а затем и начавшегося отступления не-
мецко-фашистских войск почти по всему советско-гер-
манскому фронту. Под Ленинградом все еще находи-
лись немецкие войска, и это поддерживало надежды
финской реакции, что все еще пе исключен благоприят-
ный для Финляндии исход войны. Существенным обра-
зом изменил положение только разгром советскими
войсками немецкой группы армий «Север» в январе —
феврале 1944 г. Становилось очевидным, что захватни-
ческие, антисоветские планы правящих кругов Финлян-
дии обречены на провал.

16 февраля представитель финляндского правитель-
ства Ю. К. Паасикиви в неофициальном порядке обра-
тился к советскому посланнику в Швеции А. М. Кол-
лонтай с целью выяснить условия, на которых Финлян-
дия могла бы выйти из войны6. Три дня спустя Коллой--
тай передала Паасикиви условия, на которых Советское
правительство соглашалось заключить с Финляндией
перемирие. Было заявлено, что если финляндское пра-
вительство принимает эти условия, то Советское прави-
тельство согласно на прибытие в Москву представите-
лей Финляндии для переговоров о заключении согла-
шения о перемирии 7.

После опубликования советских условий перемирия
английская газета «Таймс», посвятив этому вопросу пе-
редовую статью, особенно подчеркивала их «умерен-
ность». Вместе с тем она констатировала, что лидеры
Финляндии «все еще стремятся основывать политику
страны на ожидании военной победы Германии»8.
«Дейли геральд» считала советские предложения «не
только умеренными, но и великодушными»9. Паасики-
ви также считал их «неожиданно мягкими» 10.

Только 8 марта был получен ответ финляндского пра-
вительства, причем по существу отрицательный. Оно
сообщило, что затрудняется принять советские условия
перемирия без предварительной дискуссии11.

Правительство США поддержало советскую мирную
инициативу. 16 марта американцы передали финнам
заявление Рузвельта, в котором выражалась надежда,
что Финляндия воспользуется возможностью порвать
свой союз с Германией 12. Одновременно в неофициаль-
ном порядке финляндское правительство было извеще-
но о том, что в связи с ответом Финляндии на предло-
женные Советским Союзом условия перемирия США
рассматривают вопрос о разрыве с ней дипломатических
отношении

Искренне стремясь к скорейшему прекращению раз-
вязанной Финляндией войны, Советское правительство
сообщило, что оно не возражает против прибытия в Мо-
скву финляндских представителей для получения от
Советского правительства интерпретации советских ус-
ловий перемирия.

27 и 29 марта 1944 г. в Москве состоялись встречи
представителей двух сторон. Финляндским представи-
телям Ю. К. Паасикиви и К. Энкелю были переданы
следующие конкретизированные советские предложения
мира с Финляндией:

1. Разрыв отношений с Германией и интернирова-
ние немецких войск и кораблей в Финляндии либо раз-
рыв отношений с Германией и изгнание немецких войск
и кораблей из пределов Финляндии не позднее конца
апреля месяца...

2. Восстановление советско-финского договора 1940 г.

3. Немедленное возвращение советских и союзных
военнопленных и гражданских лиц, содержащихся в
концлагерях или используемых финнами на работах.

4. Демобилизация 50% финской армии.

5. Возмещение убытков, причиненных Финляндией
Советскому Союзу военными действиями и оккупацией
советской территории.

6. Возвращение Советскому Союзу Петсамо и Пет-
самовской области, добровольно уступленных Советским
Союзом Финляндии по мирным договорам 1920 и
1940 гг.14

Между СССР, США и Англией была достигнута до-
говоренность добиваться безоговорочной капитуляции
Германии, но советские предложения Финляндии ана-
логичного требования не содержали. Хотя Финляндия
напала вместе с Германией на Советский Союз, хотя
финские войска захватили значительные районы совет-
ской земли, совместно с германскими войсками окру-
жили, осуществляли блокаду и постоянный артиллерий-
ский обстрел Ленинграда, хотя все это стоило советско-
му народу огромных человеческих жертв и принесло
неисчислимые материальные убытки, Советское прави-
тельство в целях скорейшего прекращения войны с
Финляндией выдвинуло в высшей степени умеренные
условия перемирия. СССР не ставил также вопроса об
оккупации территории Финляндии советскими вой-
сками.

Английские и американские газеты снова отмечали,
что условия, предложенные финнам, более великодуш-
ны, чем они имели право ожидать, и дают им возмож-
ность выбраться из созданного ими самими «ужасного
положения» ,5.

Реакционные правящие круги Финляндии, тесней-
шим образом связавшие судьбу страны с гитлеровским
рейхом и не желавшие отказываться от вынашивавших-
ся ими в течение многих лет планов захвата советских
земель и создания «Великой Финляндии», все же
не захотели воспользоваться этой возможностью для
того, чтобы порвать с прежней агрессивной политикой.
Финляндское правительство 19 апреля отклонило со-
ветские условия перемирия как базу для переговоров и
прекратило переговоры о перемирии16.

Для закрепления германо-финского военного союза
в Хельсинки прибыл Риббентроп. По его требованию
26 июня 1944 г. президент Финляндии Рюти подписал
декларацию, в которой торжественно обещал не заклю-
чать мира без согласия Германии17.

Между тем еще 10 июня Красная Армия перешла на
советско-финляндском фронте в решительное наступле-
ние. Войска финских агрессоров были изгнаны с совет-
ской территории. В Финляндии разразился правитель-
ственный кризис. Был назначен новый президент и об-
разовано новое правительство. Окончательно потеряв
все надежды на благополучный исход войны, 25 авгу-
ста правительство Финляндии обратилось к Советскому
правительству с предложением о поездке в Москву фин-
ляндской правительственной делегации с целью заклю-
чения перемирия или мира 18. Это произошло в тот же
день, когда о готовности принять советские условия
перемирия заявила также Румыния.

14 сентября в Москве начались переговоры о пере-
мирии с Финляндией, в которых участвовали предста-
вители советского, британского и финляндского прави-
тельств. Они завершились через пять дней, 19 сентября,
подписанием соглашения о перемирии. По уполномочию
правительств СССР и Великобритании соглашение под-
писал А. А. Жданов. С финской стороны его подписали
К. Энкель и генералы Р. Вальден, Э. Хейнрихс, О. Эн-
кель.

В соглашении констатировалось, что военные дейст-
вия прекращены. Финляндское правительство обязалось
разоружить находившиеся в Финляндии германские
войска. Восстанавливалось действие советско-финлянд-
ского мирного договора от 12 марта 1940 г., но с неко-
торыми изменениями. Финляндия возвращала Совет-
скому Союзу область Петсамо (Печенга). Она обязалась
возместить Советскому Союзу убытки, причиненные
военными действиями и оккупацией советской тер-
ритории, в размере 300 млн. долларов с погашением
товарами в течение шести лет. В Финляндии распус-
кались все прогитлеровские (фашистского типа) поли-
тические, военные, военизированные, а также другие
организации, ведущие враждебную Объединенным
нациям, в частности Советскому Союзу, пропаганду.
Учреждалась Союзная контрольная комиссия для кон-
троля за выполнением условий перемирия19. Предсе-
дателем Союзной контрольной комиссии был назначен
А. А. Жданов.

Несмотря на огромные жертвы и ущерб, причинен-
ный Финляндией Советскому Союзу участием ее в вой-
не на стороне германских агрессоров, Советское прави-
тельство не руководствовалось при заключении переми-
рия чувством мести. Оно смотрело вперед, стремясь за-
ложить основу для развития нормальных отношений
между двумя странами в будущем.

^ывод Финляндии из войны дал советскому коман-
дованию возможность перебросить войска, сражавшиеся
ранее на советско-финляндском фронте, на другие
участки военных действий.

--------------- Развернув ранней весной 1944 г. мощ-
Разгром--------ное насТуПЛение На юге Украины, со-

фаижстской ветские войска вышли 26 марта к ре-

Румынии не Прут, то есть к государственной

границе с Румынией.

В связи с этим 2 апреля Советское правительство
опубликовало заявление, в котором констатировалось,
что положено начало восстановлению государственной
границы между СССР и Румынией, нарушенной в
1941 г., когда Румыния в союзе с Германией напала на
Советский Союз. В заявлении отмечалось, что части
Красной Армии, преследуя германские армии и союзные
с ними румынские войска, на нескольких участках всту-
пили на территорию Румынии, причем Красная Армия
будет преследовать врага «вплоть до его разгрома и ка-
питуляции». «Вместе с тем Советское правительство за-
являет, что оно не преследует цели приобретения какой-
либо части румынской территории или изменения су-
ществующего общественного строя Румынии...» 20

Приведенное заявление было призвано содействовать
выводу Румынии из войны политическими средствами.

Румыния находилась в состоянии войны как с СССР,
так и с Великобританией и США, но фактически воева-
ла только против Советского Союза. В Лондоне и Ва-
шингтоне не могли не считаться с этим. Британское
правительство в ноте правительству СССР от 16 января
1944. г. писало, что оно полностью признает, что, по-
скольку главный удар военных усилий Румынии на-
правлен против советских сил и так как последние бу-
дут, по-видимому, первыми союзными силами, которые
достигнут Румынии, «Советское правительство будет иг-
рать главную роль в определении того, какими должны
быть условия перемирия с румынами» 21.

12 апреля советский посланник в Египте Н. В. Но-
виков вручил прибывшему в Каир представителю ру-
мынских правящих кругов выработанные Советским
правительством и согласованные с правительствами Ве-
ликобритании и США условия перемирия с Румынией,
но правители Румынии отказались их принять. Прави-
тельство И. Антонеску продолжало оставаться верным
гитлеровцам.

20 августа началась Ясско-Кишиневская операция
советских войск. Им противостояло 47 дивизий враже-
ских войск, в том числе 22 — румынские дивизии (все-
го 900 тыс. человек, из них 335 тыс. румынских солдат
и офицеров). Уже 23 августа завершилось окружение
основных сил противника, а еще через несколько дне#
советские войска полностью ликвидировали окруженную
группировку. Почти все румынские дивизии, находив-
шиеся на фронте, были разгромлены или капитулиро-
вали. Советские войска стремительно продвигались в
глубь Румынии.

В результате разгрома Красной Армией германо-ру-
мынских войск в Ясско-Кишиневской операции монар-
хо-фашистский режим в Румынии лишился своей глав-
ной вооруженной опоры и оказался перед неизбежным
крахом. Еще недавно германский посланник в Румы-
нии М. фон Киллингер телеграфировал Риббентропу:
«В Румынии все спокойно. Король Михай — наилучший
гарант прочности союза Румынии с Германией» 22. Од-
нако теперь король решил, что единственная надежда
на сохранение им своего положения в стране — это не-
медленный выход Румынии из войны. Михай предпри-
нял попытку повторить «итальянский вариант», где ко-
роль в критический момент приказал арестовать Муссо-
лини, сохранив в результате этого свою власть и реак-
ционный режим в стране. Когда Антонеску 23 августа,
явившись к королю, отказался согласиться на прекра-
щение военных действий, он был арестован дворцовой
охраной23.

В то же время в Румынии началось возглавлявше-
еся коммунистами вооруженное восстание. Военно-фа-
шистская диктатура Антонеску была ликвидирована.

Михай объявил о создании нового правительства во
главе со своим адъютантом генералом К. Сэнэтеску,
прекращении военных действий против Объединенных
наций и принятии Румынией предъявленных ей усло-
вий перемирия. Это означало капитуляцию Румынии,
выход ее из войны на стороне германских агрессоров.

25 августа, сразу же после капитуляции Румынии,
СССР выступил с новым заявлением относительно Ру-
254
мынии. Советское правительство, говорилось в нем, счи-
тает необходимым восстановить совместно с румынами
независимость Румынии путем освобождения ее от не-
мецко-фашистского ига24.

В конце августа в столицу Румынии вступили совет-
ские войска и части 1-й румынской пехотной доброволь-
ческой дивизии имени Тудора Владимиреску, сформи-
рованной в СССР25.

В международно-правовом плане советские войска
находились в Румынии как в капитулировавшей враже-
ской стране. Советский Союз имел полное право потре-
бовать, чтобы румынские войска немедленно сложили
оружие. Румынские офицеры и солдаты моглц быть по-
ставлены в положение военнопленных. Но Советское
правительство решило предоставить Румынии возмож-
ность участием в военных действиях против Германии
хоть в какой-то степени искупить ту вину, которую она
несла за участие в нападении на СССР вместе с немец-
ко-фашистскими агрессорами, за те злодеяния, которые
румынские войска причинили своим участием в воен-
ных действиях против Советского Союза и в оккупации
и грабеже советской территории.

12 сентября в Москве состоялось подписание согла-
шения о перемирии с Румынией, по которому румын-
ское правительство признало факт поражения Румынии
в войне против СССР, США, Великобритании и других
Объединенных наций. От имени союзных держав со-
глашение подписал Маршал Советского Союза Р. Я. Ма-
линовский, с румынской стороны — Л. Патрашкану,
Б. Штирбей и др. Румыния обязалась принять участие
в войне против Германии и Венгрии. Она должна была
возместить (частично) убытки, причиненные Советско-
му Союзу военными действиями и оккупацией Румы-
нией советской территории, а также возвратить Союзу
ССР ценности и материалы, вывезенные с его террито-
рии во время войны (оборудование фабрик и заводов,
паровозы, железнодорожные вагоны, тракторы, автомат
шины, исторические памятники, музейные ценности и
всякое другое имущество). Подлежали немедленному
роспуску все прогитлеровские (фашистского типа) ор-
ганизации. Для контроля за исполнением условий пере-
мирия создавалась Союзная контрольная комиссия в
Румынии под общим руководством Советского главно-
командования 26.

Председателем Союзной контрольной комиссии в
Румынии был назначен Маршал Советского Союза
Р. Я. Малиновский.

Разгром и вывод из войны монархо-фашистской Ру-
мынии — одной из союзниц фашистской Германии в аг-
рессии против СССР — имели для Советского Союза су-
щественное военное и политическое значение. Совет-
ские войска получили стратегически выгодные позиции
для разгрома германских войск во всей Юго-Восточной
Европе. Близился полный крах блока фашистских аг-
рессоров в Европе.

В то же время были серьезно подорваны возмож-
ности англо-американского империалистического блока
осуществлять на Балканах свои враждебные Советско-
му Союзу планы.

Выход Румынии из войны на стороне Германии,
крах фашистского режима Антонеску, начавшаяся в
стране народно-демократическая революция стали ис-
торическим поворотным пунктом в жизни румынского
народа.

Освободительная миссия советских войск на терри-
тории Румынии продолжалась до 25 октября 1944 г.,
когда вся территория страны была освобождена от не-
мецко-фашистских войск. За время действий Красной
Армии на румынской территории погибло 69 тыс. со-
ветских солдат и офицеров 27t
Меры СССР
по выводу
из войны
Болгарии

Монархо-фашистские правители Бол-
гарии продолжали верно служить гит-
леровцам. Объявив в декабре 1941 г.
войну США й Англии, Болгария ока-
залась во второй мировой войне на

стороне агрессивного блока фашистских держав. Учи-
тывая дружественные чувства болгар к русскому наро-
ду, болгарское правительство не решилось на объявле-
ние войны СССР. Фактически же Болгария и прямо, и
косвенно помогала гитлеровской Германии в войне про-
тив Советского Союза.

Эта помощь усилилась весной 1944 г., после того как
германские войска вынуждены были отступить из Юж-
ной Украины. Нуждаясь в портах для базирования сво-
их кораблей и в аэродромах для своих самолетов, участ-
вовавших в военных действиях против СССР, гитлеров-
цы начали пользоваться наряду с румынскими также
болгарскими портами и аэродромами. Болгарское пра-
вительство предоставило гитлеровцам широкую возмож-
ность использования территории страны в целях войны
с Советским Союзом. Тем самым Болгария, по суще-
ству, начала вовлекаться в войну против СССР.

Советское правительство было заинтересовано в том,
чтобы предотвратить вовлечение Болгарии в войну про-
тив СССР. 17 апреля 1944 г. оно обратилось пр этому
вопросу с нотой к правительству Болгарии. Изложив
указанные факты, Советское правительство подчеркива-
ло: «Такое положение несовместимо с нормальными от-
ношениями между СССР и Болгарией и дальше терпи-
мо быть не может». Советский Сбюз настоятельно пред-
лагал болгарскому правительству немедленно положить
конец использованию Германией болгарской террито-
рии, в том числе болгарских портов, против СССР28.
Продолжая тем не менее придерживаться прежнего кур-
са, правящие круги Болгарии неотвратимо вели дело к
разрыву отношений с Советским Союзом.

10 В. я. Сиполс

257
Поскольку во время действий Красной Армии на
территории Румынии германские войска еще шире ста-
ли использовать территорию Болгарии, 30 августа Со-
ветское правительство предупредило правительство Бол-
гарии, что рассматривает это как «прямую помощь нем-
цам в войне против Советского Союза»29. Но болгарское
правительство не сделало необходимых выводов и из
этого заявления.

В таких условиях 5 сентября Советское правитель-
ство передало правительству Болгарии ноту, в которой
констатировалось, что более трех лет Болгария на деле
помогала Германии в войне против Советского Союза и
продолжает оказывать ей помощь. Советское прави-
тельство не может рассматривать эту политику Болга-
рии иначе, как ее фактическое участие в войне вместе
с Германией против Советского Союза. В силу этого Со-
ветское правительство «рвет всякие отношения с Болга-
рией и заявляет, что не только Болгария находится в
состоянии войны с СССР, поскольку на деле она и ра-
нее находилась в состоянии войны с СССР, но и Совет-
ский Союз отныне будет находиться в состоянии войны
с Болгарией»30.

Утром 8 сентября 1944 г. советские войска перешли
границу Болгарии. Командующий 3-м Украинским
фронтом Ф. И. Толбухин указывал в обращении к бол-
гарскому народу, что Красная Армия не имеет намере-
ния воевать с болгарским народом и его армией, так
как она считает болгарский народ братским народом.
«У Красной Армии одна задача — разбить немцев и ус-
корить срок наступления всеобщего мира»31. В другом
обращении командования Красной Армии к болгарско-
му народу подчеркивалось, что «Красная Армия всту-
пила в Болгарию как армия — освободительница от не-
мецкого ига»32.

Болгарский народ устроил советским войскам вос-
торженную встречу, отнесся к ним как к своим освобо-
дителям. Ни одна из сторон не сделала ни одного выст-
рела. Вскоре вся болгарская территория была очищена
от германских войск.

В два часа ночи на 9 сентября в Болгарии началось
всенародное восстание, возглавлявшееся Болгарской
рабочей партией. Монархо-фашистский режим был
свергнут. Образовалось правительство Отечественного
фронта во главе с К. Георгиевым. Новое болгарское пра-
вительство сразу же обратилось к СССР и союзным с
ним державай с просьбой о заключении перемирия. Оно
заявило, что будет воевать против Германии, и просило
командование советскими войсками оказать помощь в
отражении атак германских войск в западных районах
Болгарии. Советские войска откликнулись на эту прось-
бу, оказав помощь болгарскому народу.

26 октября в Москве начались переговоры о переми-
рии между представителями СССР, Великобритании и
США, с одной стороны, и представителями Болгарии —
с другой. На первом заседании глава болгарской деле-
гации заявил, что правительство Отечественного фронта
«сознает ошибку, совершенную бывшим режимом, кото-
рый от имени Болгарии вел антинародную полити-
ку и совершил крупное преступление». Но Болгария
«разорвала цепи этой зловещей и преступной фашист-
ской диктатуры и желает установить подлинно народ-
ное правление, каковым является правительство Отече-
ственного фронта». Не дожидаясь подписания переми-
рия, оно само начало осуществлять его условия, при-
влекая к ответственности бывших болгарских правите-
лей, изменив внутреннюю и внешнюю политику страны,
порвав с Германией и начав войну против нее33.

Представители Великобритании и США добивались
включения в соглашение о перемирии с Болгарией бо-
лее жестких требований, чем содержались в соглаше-
ниях о перемирии с Румынией и Финляндией, прежде
всего об оккупации территории Болгарии. Советское
Поражение
в войне
фашистской
Венгрии

правительство, защищая интересы новой, народно-демо-
кратической Болгарии, не согласилось с этим. Позиция
трех держав разошлась и по вопросу о том, кто от их
имени подпишет соглашение о перемирии. Представите-
ли западных союзников доказывали, что перемирие дол-
жен подписывать Верховный командующий союзными
войсками на Средиземноморском театре, военных дейст-
вий генерал Г. Вильсон. Они настаивали также на том,
что в Союзной контрольной комиссии в Болгарии пред-
ставители трех держав должны располагать одинако-
выми правами и обязанностями. Поскольку Болгария
была выведена из войны усилиями советских войск, Со-
ветское правительство считало такие предложения не-
обоснованными. Была достигнута договоренность о том,
что соглашение о перемирии с Болгарией подпишут
Маршал Советского Союза Ф. И. Толбухин и представи-
тель Г. Вильсона генерал-лейтенант Д. Гаммелль. Было
также решено^ что Союзная контрольная комиссия бу*
дет работать под председательством Союзного (Совет-
ского) Главнокомандования с участием представителей
Великобритании и США.

Подписание соглашения о перемирии с Болгарией
состоялось в Москве 28 октября 1944 г. По уполномо-
чию болгарского правительства соглашение подписали.
П. Стайнов, Д. Терпешев и др. Основные условия его
совпадали с условиями соглашения о перемирии с Ру-
мынией. Председателем Союзной контрольной комиссии
в Болгарии стал Ф. И. Толбухин.

Дольше всех европейских союзников
и сателлитов гитлеровской Германии
в единой военной колеснице с ней ос-
тавалась фашистская Венгрия. Раз-
гром венгерской армии на советско-

германском фронте в 1943 г. положил начало кризису
в правящих кругах Венгрии. Они начинали зондировать
возможность капитуляции перед США и Великобрита-
нией. Дожидаясь приближения англо-американских
войск к границам Венгрии, они в то же время (с благо-
словения Вашингтона и Лондона34) делали все возмож-
ное для задержки продвижения советских войск.

В связи с приближением в сентябре 1944 г. совет- *
ских войск к границам Венгрии и провалом всех по-
пыток как-то договориться с США и Великобританией
венгерские правители наконец решили направить сво-
их представителей для переговоров с СССР. Вскоре они
прибыли в Москву.

Однако 15—16 октября гитлеровцы свергли тогдаш-
нее венгерское правительство. Власть в стране перешла
в руки их открытого наймита Ф. Салаши. Венгрия вмес-
те с Германией продолжала войну. На ее территории
шли упорные кровопролитные бои.

Между тем 21 декабря в Дебрецене, на освобожден-
ной венгерской территории, открылось Временное на-
циональное собрание, что положило начало образованию
в Венгрии центральных органов рождавшегося народно-
демократического строя. Было создано коалиционное
временное правительство, в состав которого вошли три
коммуниста. 24 декабря оно обратилось к правительству
СССР с просьбой о заключении перемирия38. СССР ин-
формировал США и Великобританию о его положитель-
ном отношении к этой просьбе36. 28 декабря временное
правительство объявило войну Германии.

В Вашингтоне и Лондоне выразили согласие на за-
ключение перемирия с временным правительством Венг-
рии. Три державы передали ему условия перемирия.

20 января 1945 г. в Москве состоялось подписание
соглашения о перемирии с Венгрией. По своему содер-
жанию оно было близко к соглашению о перемирии
с Румынией. От имени СССР, США и Великобрита-
нии соглашение подписал Маршал Советского Союза
К. Е. Ворошилов. Он стал также председателем Союз-
Вопрос
об обращении
с Германией

пой контрольной комиссии в Венгрии. От венгерской
стороны под Л оглашением поставили свои подписи
Я. Дьендеши, . Вереш и др.

Бои на тер итории Венгрии продолжались еще в те-
чение нескольких месяцев и закончились в начале ап-
реля освобождением Красной Армией от немецких войск
всей территории, страны.

Правительства СССР, США и Вели-
кобритании продолжали обсуждение
германского вопроса. Рассмотрение
его происходило прежде всего в Ев-

ропейской консультативной комиссии (ЕКК), создан-
ной в Лондоне в соответствии с решениями Московской
конференции министров иностранных дел трех дер-
жав. Комиссия начала свою деятельность 14 января
1944 г. Она состояла из посла СССР в Великобритании
Ф. Т. Гусева, американского посла Дж. Вайнанта и
представителя британского министерства иностранных
дел У. Стрэнга.

На первом заседании ЕКК было решено прежде все-
го разработать условия капитуляции Германии. Свои
предложения по этому вопросу внесли все три члена
ЕКК. Предложения британского и американского пра-
вительств основывались на принципе безоговорочной
капитуляции Германии, но в них были серьезные про-
белы. Великобритания не считала необходимым объяв-
ление всего личного состава гитлеровских войск военно-
пленными. Британские предложения не предусматри-
вали полной ликвидации всех нацистских организаций^
а допускали возможность сохранения некоторых из них,
если эти организации «окажутся желательными» для.
выполнения экономических, а также «социальных функ-
ций» 37. Британские правящие круги рассчитывали ис-
пользовать эти фашистские организации для сохранения
в Германии реакционных порядков.
Советское правительство 15 февраля предложило ог-
раничиться в документе об условиях капитуляции Гер-
мании только военными требованиями ..й'й касаясь пока
политических и экономических вопр^ов. Советский
Союз считал необходимой полную капитуляцию воору-
женных сил Германии, в том числе соединений и ча-
стей СС, СА и гестапо. Советские предло жения предус-
матривали возможность предъявления ермании после
ее капитуляции дополнительных более подробно разра-
ботанных требований, в том числе политического и эко-
номического характера38.

Предложения, внесенные Советским Союзом, приня-
ли за основу дальнейшего обсуждения. 25 июля доку-
мент о безоговорочной капитуляции Германии был окон-
чательно согласован. В нем содержались пункты о пол-
ном поражении Германии, прекращении Германией
военных действий, разоружении германских войск, ус-
тановлении верховной власти союзников. Союзные пра-
вительства имели «полную свободу предъявления впо-
следствии таких дополнительных требований, которые
могут оказаться необходимыми»39.

Одновременно ЕКК начала рассматривать также
вопрос об оккупации Германии. Реакционные правя-
щие круги Англии считали, что целесообразно разде-
лить Германию на зоны оккупации, ибо они опасались,
что в случае совместной оккупации ее войсками трех
держав могут создаться благоприятные условия для
распространения на всей территории страны коммуни-
стических идей. Вместе с тем в Лондоне выражали опа-
сения, что задержка открытия второго фронта может
привести к оккупации советскими войсками большей
части Германии, и поэтому хотели иметь юридические
основания для того, чтобы потребовать после окончания
войны эвакуации их из некоторых занятых ими райо-
нов Германии. В таких условиях британское правитель-
ство стало торопиться с определением границ зон окку-
пации трех держав40.
Согласно британскому предложению, внесенному
15 января 1944 г., предусматривалось разделение Герма-
нии на три зоны оккупации. Восточная зона оккупации
предоставлялась СССР. Она охватывала 40% террито-
рии и 36% населения Германии. На этой территории
было расположено 33% промышленных предприятий
страны. Но значительную часть этой территории пред-
полагалось передать Польше. Даже сотрудник амери-
канской делегации в ЕКК Ф. Мозли впоследствии при-
знавал, что, учитывая вклад СССР в победу и принесен-
ные войной жертвы, «Советский Союз мог претендовать
на большую долю» 41. Но Советское правительство согла-
силось с британским предложением. Мозли оценивал это
как свидетельство умеренности требований СССР и его
стремления к согласию трех держав.

Серьезные разногласия возникли, однако, между
США и Великобританией, так как обе державы хотели
получить для оккупации северо-западную зону Герма-
нии, а не юго-западную, не имевшую выхода к морю.

12 сентября 1944 г. представители трех держав в
ЕКК подписали протокол о зонах оккупации Германии
и об управлении Большим Берлином. 14 ноября был
подписан еще один протокол, согласно которому Вели-
кобритания получила северо-западную зону, а США —
юго-западную зону оккупации.

В ЕКК рассматривался также вопрос о контрольном
механизме в Германии, то есть об управлении Германи-
ей после ее капитуляции. В основу принятых решений
лег советский проект от 25 августа42. Предусматрива-
лось создание Контрольного совета для обеспечения сог-
ласованности действий в зонах, выработки общих для
всей Германии решений по главным военным, полити-
ческим, экономическим и другим вопросам. Соответст-
вующее соглашение тоже было подписано 14 ноября.

Таким образом, Европейская консультативная ко-
миссия проделала определенную работу по согласова-
иию позиций трех держав в отношении Германии. До-
стижению положительных результатов в значительной
степени содействовало Советское правительство, прояв-
лявшее искреннее стремление к сотрудничеству с США
и Великобританией в этом вопросе.

В начале деятельности ЕКК (26 января) британский
представитель внес предложение о создании комитета по
расчленению Германии, а также представил проект по-
ложения о работе этого комитета. Но советский пред-
ставитель не поддержал этого предложения. По его
предложению обсуждение этого вопроса было отло-
жено 43.

Однако в Англии вопрос о расчленении Германии
продолжал разрабатываться самым серьезным образом.
31 августа комитет британского правительства по пере-
мириям и послевоенному урегулированию, возглавляв-
шийся заместителем премьера К. Эттли, принял реше-
ние, что «расчленение Германии желательно» 44.

Британские начальники штабов в своем докладе по
этому вопросу от 9 сентября 1944 г. также исходили из
того, что с точки зрения предотвращения новой агрес-
сии со стороны Германии желательно ее расчленение.
Вместе с тем они уделили особое внимание вопросу о
возможности использования Германии в будущем для
борьбы против СССР. Начальники штабов указывали,
что в случае конфликта с Советским Союзом Великобри-
тании желательно иметь «всю ту помощь, которую мы
можем получить из любого доступного нам источника,
включая Германию». Советский Союз не будет согла-
шаться на ремилитаризацию Германии. «Таким образом,
мы вряд ли сможем обеспечить помощь всей Герма-
нии против СССР. Поэтому нашим интересам в таком
случае лучше соответствовало бы одобрение расчлене-
ния, так как мы могли бы втянуть Северо-Западную
и, возможно, также Южную Германию в орбиту Запад-
ноевропейской группировки» 45.
Касаясь такого курса, даже один из руководящих ра-
ботников Форин оффиса, Г. Джебб, констатировал, что
политика «возрождения наших врагов, для того чтобы
разбить наших союзников» — это «мания самоубийст-
ва» 46.

В Форин оффисе понимали всю опасность такого по-
ворота во внешней политике Англии на 180°, то есть
по существу возвращения к обанкротившемуся довоен-
ному курсу на сотрудничество с Германией, направлен-
ное против СССР. В меморандуме от 20 сентября Форин
оффис занял довольно неопределенную позицию, отме-
тив, что надежды, которые возлагаются на расчленение,
могут оказаться иллюзорными.

При определении своего курса в Форин оффисе учи-
тывали и позицию СССР. В меморандуме снова конста-
тировалось, что советский представитель в ЕКК по-
прежнему отказывается обсуждать в ней вопрос о рас-
членении. Еще более показательным считался тот факт,
что в советских предложениях о контрольном механизме
в Германии в первый период оккупации предусматрива-
лось создание «центральных и местных органов, осно-
ванных на демократических принципах». Трудно пред-
ставить, говорилось далее в меморандуме, чтобы русские
собирались создавать в Германии центральные органы,
если бы они ставили своей целью уничтожение единства
Германии.

Одновременно британское дипломатическое ведомст-
во оказалось серьезно смущено тем, что в условиях про-
должавшейся войны Англии в союзе с СССР против
Германии в британских военных кругах стали широко
рассматриваться планы о том, чтобы в недалеком буду-
щем «поменять фронты». «Если мы начнем подготовку
наших планов послевоенного урегулирования,— говори-
лось в этом меморандуме Форин оффиса,— имея заднюю
мысль о том, что Германия может стать составной ча-
стью антисоветского блока, то мы быстро уничтожим
всякую надежду на сохранение англо-советского союза
и скоро окажемся в таком положении, что сами будем
выступать за ослабление мер по разоружению и других
мероприятий, которые мы считаем важными гарантия-
ми против германской агрессии в будущем».

Вместе с тем Форин оффис считал чрезвычайно опас-
ным тот факт, что этот доклад начальников штабов, рав-
но как и их доклад по вопросу о создании Западного бло-
ка, также направленного против СССР, получил широ-
кое распространение и их содержание могло стать изве-
стно русским47. В британском дипломатическом ведом-
стве выражали тревогу, что это могло бы иметь весьма
серьезные последствия.

4 октября в результате переговоров А. Идена с на-
чальниками штабов было принято решение, что «состав-
ление планов войны с Россией должно продолжаться»,
но об этом должен знать очень ограниченный круг лю-
дей 48.

Неделю спустя британские начальники штабов в оче-
редном подготовленном ими документе снова высказа-
лись за расчленение Германии49. Однако окончательное
решение по этому вопросу в то время британское прави-
тельство не приняло.

В Соединенных Штатах Америки особое внимание
германскому вопросу начали уделять после открытия
второго фронта в Европе. Многие американские воен-
ные и политические деятели полагали, что Германия,
как и в 1918 г., может капитулировать, когда линия
фронта приблизится к ее границам. Другие надея-
лись, что немцы могут прекратить сопротивление на
западе, продолжая сражаться на востоке против совет-
ских войск50.

Министр финансов США Г. Моргентау разработал
обстоятельный план обращения с Германией. Он преду-
сматривал ее расчленение, а также ликвидацию факти-
чески всей германской промышленности, с тем чтобы
превратить Германию в чисто аграрную страну51. Суть
плана сводилась к тому, чтобы ликвидировать герман-
скую промышленность как конкурента американских и
британских монополий. На второй Квебекской конфе-
ренции, состоявшейся в середине сентября 1944 г., Руз-
вельт и Черчилль утвердили и завизировали этот план Ч
Сведения о плане Моргентау попали в американскую
печать, в связи с чем реакционные круги США, симпа-
тизировавшие Германии, подвергли его яростным напад-
кам. Вскоре же американское правительство «забыло#
об этом плане. -й

Прибыв в октябре 1944 г. в Москву, У. Черчилль в
беседе с И. В. Сталиным предложил расчленить Герма-
нию на три государства: 1) Пруссию; 2) Австро-Бавар-
ское государство со столицей в Вене; 3) Вюртемберг и
Баден. Кроме того, он считал необходимым поставив
Рейнский индустриальный район под международный
контроль53. Д':

Продолжали рассматривать вопрос о расчленений
Германии и британские военные органы. В докладе от
5 декабря британские начальники штабов по-прежнему
настаивали на расчленении Германии. Они доказывали,
что в случае конфликта с СССР невозможно рассчиты-
вать на использование против него всей, то есть объедж
ненной, Германии, так как Советский Союз воспрепятст-
вует этому. Но в случае расчленения Германии ее за-
падные части были бы на стороне Англии, а они имеют
большое стратегическое значение 54.

Обсуждая с А. Иденом послевоенную политику Ве-
ликобритании в Европе, начальник имперского гене-
рального штаба фельдмаршал А. Брук доказывал, что
необходимо будет «поощрять Германию, постепенно вос-
становить ее и включить ее в западноевропейскую) феде-
рацию. К сожалению, это придется делать под маской
священного союза между Англией, Россией и Амерж
кой. Нелегкая политика...»55
Таким образом, в связи С приближением конца вой-
ны в Европе британские реакционные правящие круги
все больше рассматривали германский вопрос в свете
послевоенной политики Великобритании по отношение
к Советскому Союзу,

- । ' 1 -* в СВязи с приближением советских

Вопрос войск к польским границам, а тем са-

Польин!46** мым и Дня освобождения Польши от

германо-фашистских оккупантов сто-
ял вопрос о ее будущем. Если ранее наибольшие ослож-
нения в отношениях между тремя союзными великими
державами вызывал вопрос об открытии второго фрон-
та, то после урегулирования его самой острой проблемой
оказалась польская.

Позиция СССР по вопросу о Польше была изложена
в заявлении от 11 января 1944 г. Советский Союз^ ука-
зывалось в нем, стремится установить с Польшей дру-
жественные, добрососедские отношения и, если этого
пожелает польский народ, готов заключить с ней. до-
говор о взаимной помощи56.

Вопрос о будущем Польщщ в том числе об отноше-
ниях с ней, имел для СССР Огромное Вначещщ Совет-
ский Союз был заинтересован в том, чтобя. Польское
государство, восстановленное усилиями И жертвами со-
ветских войск, не оказалось похожим на довоенную
Польшу с ее антисоветской, агрессивной политикой^ а
жило в мире и дружбе с СССР.

Правительства Англии и США на словах соглаша-
лись, да и не могли не согласиться с этим, тем более что
они сами не собирались! принимать участие в освобож-
дении Польши. Втайне же правящие круги западных
держав вынашивали планы воссоздания Польши в ее
прежнем виде. Они хотели сохранить Польшу в качест-
ве форпоста лагеря империализма на западных рубежах
Советского Союза. Для достижения своих целей они
рассчитывали использовать польское эмигрантское пра-
вительство в Лондоне.

Это правительство планировало в тот момент, когда
советские войска будут приближаться к Варшаве, под-
нять там восстание при помощи подчинявшихся ему
подпольных сил на территории Польши (Армии Крайо-
вой) во главе с генералом Т. Бур-Коморовским и захва-
тить власть в стране. Польская реакция даже не хотела
освобождения Польши, если бы это было сделано совет-
скими войсками. Бур-Коморовский, излагая эти взгля-
ды, заявил, что нельзя считать Советский Союз военным
союзником; лучше, «если русские армии будут вдали от
нас». «Отсюда следует,-- продолжал он,— логичный вы-
вод, что мы не можем поднимать восстание против нем-
цев до тех пор, пока они сдерживают русский фронт, а
тем самым и русских вдали от нас. Кроме того, мы дол-
жны быть подготовлены к тому, чтобы оказать воору-
женное сопротивление русским войскам, вступающим на
территорию Польши» 57.

Эмигрантское правительство Польши ставило перед
Великобританией и США вопрос о том, чтобы они при-
няли хотя бы какое-то участие в освобождении Поль-
ши. Эти мечты были, однако, нереальными. Затяжка с
открытием второго фронта в Европе приводила к тому,
что об участии англо-американских войск в освобожде-
нии Польши не могло быть и речи.

Столь же иллюзорными были и вынашивавшиеся
польскими империалистами планы нового захвата за-
падных районов Украины и Белоруссии, а также столи-
цы Литовской ССР Вильнюса. Даже Черчилль не счи-
тал возможным поддержать эти амбиции так называе-
мых лондонских поляков. 20 января 1944 г. в перегово-
рах с польскими министрами британский премьер на-
стаивал на признании ими советско-польской границы
по «линии Керзона». Он подчеркнул при этом роль
СССР в деле восстановления сильной и независимой
Польши. Одновременно Черчилль обещал, что западная
граница Польши будет установлена по Одеру58. Убе-
дить членов польского эмигрантского правительства в
необходимости согласиться на «линию Керзона» он, од-
нако, не смог.

Создавшийся тупик был обсужден 25 января на за-
седании британского военного кабинета. Черчилль отме-
чал, что вопрос о Польше необходимо урегулировать как
можно скорее, так как по мере продвижения советских
войск позиции лондонских поляков будут подрываться.
«Нам не следует игнорировать того факта,— сказал
он,—что перспективы восстановления свободной Поль-
ши связаны только с жертвами и победами русских».
Если вопрос вовремя не будет решен, то в Польше в ре-
зультате голосования будет создано новое правительст-
во. Это будет означать крах польского правительства в
Лондоне59.

1 февраля в Москве было получено послание Чер-
чилля, в котором сообщалось о его переговорах с главой
польского эмигрантского правительства С. Миколайчи-
ком и излагалась позиция британского правительства.
В ответном послании (4 февраля) Сталин подчеркивал,
что в вопрос о советско-польской границе должна быть
внесена полная ясность. Польское правительство должно
официально заявить, что принимает «линию Керзона».
Одновременно в послании указывалось, что восстанов-
ление отношений с польским эмигрантским правитель-
ством в его нынешнем составе невозможно. «Исключе-
ние же из его состава профашистских империалистиче-
ских элементов,— писал Сталин,— и включение в него
людей демократического образа мысли, можно надеять-
ся, создало бы надлежащие условия для установления
хороших советско-польских отношений...» 60

На заседании 15 февраля польское эмигрантское пра-
вительство окончательно отклонило предложения о гра-
ницах Польши, переданные ему британским правитель-
ством.
В таких условиях Черчилль изменил свою позицию:
Он начал усиленно добиваться согласия Советского пра-
вительства отложить решение вопроса о советско-поль-
ской границе на послевоенное время, прибегая при этом
даже к грубому давлению на СССР. 6 марта этот новый
курс был утвержден на заседании британского прави-
тельства. Предусматривалось привлечь к участию в на-
жиме на СССР также и Соединенные Штаты61.

В соответствии с полученными указаниями 19 марта
британский посол в Москве Кларк Керр предпринял
попытку оказать давление во время беседы с Моло-
товым. Через день Черчилль отправил Сталину по-
слание по польскому вопросу, прибегая в нем даже
к угрозам62.

Советское правительство, естественно, дало отпор та-
ким попыткам. «Бросается в глаза, — писал Сталин Чер-
чиллю 23 марта,— что как Ваши послания, так и особен-
но заявление Керра пересыпаны угрозами по отноше-
нию к Советскому Союзу. Я бы хотел обратить Ваше
внимание на это обстоятельство, так как метод угроз не
только неправилен во взаимоотношениях союзников, но
и вреден, ибо он может привести к обратным результа-
там». В послании констатировалось, что британское пра-
вительство становится на путь нарушения достигнутого'
в Тегеране соглашения по вопросу о советско-польской
границе. В то же время глава Советского правительства
высказался за продолжение сотрудничества между
СССР и Англией в иных сферах63.

Ввиду антисоветской позиции польского эмигрант-
ского правительства, а также отхода Черчилля от согла-
сованной в Тегеране позиции переговоры по польскому
вопросу зашли в тупик.

Во второй половине июля 1944 г. советские войска
вместе с созданными на территории СССР польскими ча-
стями форсировали Западный Буг и вступили на терри-
торию Польши.
, Еще в ночь на 1 января 1944 г. и Варшаве (в под-
полье) Образовалась Крайова Рада Народова. Президен-
том ее ^ал Б. Берут. 21 июля было Провозглашено соз-
дание Польского комитета национального освобождения
(ПКНО) во главе с Э. Осубка-Моравским. На следую-
щий день ПКНО опубликовал Манифест к польскому
пародур в котором заявлялось, что Крайова Рада На-
родова является временным парламентом, а создан-
ный ею Польский комитет национального освобожде-
ния — законной временной исполнительной властью.
Советское правительство обменялось с ПКНО, находив-
шимся на освобожденной территории Польши (сначала
в Хелме, а затем в Люблине), официальными предста-
вителями.

26 июля Народный комиссариат иностранных дел
СССР опубликовал заявление, в котором указывалось,
что советские войска вступили в пределы Польши, пре-
исполненные решимостью «разгромить вражеские гер-
манские армии и помочь польскому народу в деле его
освобождения от ига немецких захватчиков и восстанов-
ления независимой, сильной и демократической Поль-
ши» 64 Одновременно в Москве состоялось подписание
Соглашения об отношениях между советским главноко-
мандующим и польской администрацией после вступле-
ния советских войск на территорию Польши; За исклю-
чением зоны непосредственных военных операций, руко-
водство всеми делами гражданского управления должно
было находиться, в соответствии с этим соглашением,
в компетенции Польского комитета национального осво-
бождения 65.

На следующий день между Советским правительст-
вом и ПКНО было подписано соглашение, по которому
в основу советско-польской границы была положена «ли-
ния Керзона» с некоторыми изменениями в пользу Поль-
ши. Предусматривалась также передача Польше южной
части Восточной Пруссии и Данцига с прилегающей
областью. Советское правительство обязалось при опре-
делении границы между Польшей и Германией поддер-
жать польское требование об установлении границы по
рекам Одеру и Нейсе с включением Штеттина в состав
Польши66.

В это время вопрос о Польше снова встал также в от-
ношениях между правительствами СССР и Англии. Ста-
лин информировал Черчилля о создании Польского ко-
митета национального освобождения. «Польский коми-
тет я не могу считать правительством Польши,— писал
он,— но возможно, что в дальнейшем он послужит яд-
ром для образования временного польского правитель-
ства из демократических сил» 67.

Британское правительство, серьезно встревоженное
развитием событий в Польше, решило принять срочные
меры. У. Черчилль буквально заставил главу польского
эмигрантского правительства С. Миколайчика отпра-
виться в Москву68. Миколайчик был лидером довольно
влиятельной в довоенной Польше крестьянской партии
и занимал по отношению к СССР более сдержанную по-
зицию, чем подавляющее большинство министров его ка-
бинета. Поэтому в Лондоне надеялись, что ему, возмож-
но, удастся прийти в Москве к какому-то компромиссу.
Теперь, в изменившихся условиях, Черчилль уже не счи-
тал возможным добиваться восстановления отношений
между правительством СССР и польским эмигрантским
правительством. Вопрос стоял уже в совершенно ином
плане. «Я считаю,—писал он Сталину,—что поляки,
которые настроены дружественно в отношении России,
должны объединиться с теми поляками, которые на-
строены дружественно в отношении Британии и Соеди-
ненных Штатов» 69.

С. Миколайчик, срочно прибывший 29 июля в Моск-
ву, был принят И. В. Сталиным. Затем он начал пере-
говоры с Б. Берутом, Э. Осубка-Моравским и другими
представителями Крайовой Рады Народовой и ПКНО.
В этих переговорах речь шла о создании нового польско-
го правительства. Сторонникам Миколайчика было пред-
ложено в нем четыре места из 18, в том числе ему са-
мому — пост премьер-министра» Однако он не дал согла-
сия70, сославшись на необходимость обсудить вопрос
с членами его правительства., Миколайчик отказывался
также дать согласие на установление советско-польской
границы по «линии Керзона».

Между тем 1 августа в Варшаве началось восстание,
организованное действовавшими в подполье реакцион-
ными силами по указанию польского эмигрантского
правительства в Лондоне. Силы восставших были неве-
лики и крайне плохо вооружены по сравнению с герман-
скими войсками. Восставшие имели лишь около 3,5 тыс.
единиц стрелкового оружия71. В таких условиях это вос-
стание представляло собой, по словам Сталина, «безрас-
судную ужасную авантюру» 12.

Поскольку наступавшие советские войска были уже
недалеко от Варшавы, польские реакционные силы на-
деялись, что они создадут в результате восстания расте-
рянность среди германских войск, установят контроль
над столицей Польши и провозгласят там власть эми-
грантского правительства. Отправляясь в Москву, Мико-
лайчик надеялся, что это восстание укрепит его позиции
на переговорах. Но надежды его не оправдались.

Вскоре же, оправившись от внезапного удара, гер-
манские войска стали сжимать кольцо вокруг восстав-
ших. Черчилль и Рузвельт начали обращаться к Стали-
ну с просьбами о помощи восставшим73. Отвечая на эти
обращения, глава Советского правительства писал:
«Рано или поздно, но правда о кучке преступников,
затеявших ради захвата власти варшавскую аван-
тюру, станет всем известна. Эти люди использовали
Доверчивость варшавян, бросив многих почти безо-
ружных людей под немецкие пушки, танки и авиа-
цию» 74.
Поскольку жители Варшавы, не зная о подлинных
целях организаторов восстания, приняли в нем актив-
ное участие, Советское правительство все же стремилось
оказать восстанию помощь. Это происходило в крайне
сложных условиях. В ходе летнего наступления совет-
ские войска прошли с упорными боями 600 км. Опи по-
несли значительные потери, нуждались в пополнении и
подтягивании тылов. Тем не менее советское командо-
вание приняло все возможные меры по организации на-
ступления на Варшаву. Однако подступы к ней с восто-
ка враг прикрыл сильным танковым заслоном, прорвать
который с ходу не удалось. Несмотря на . упорное со-
противление немецких войск, неоднократно переходив-
ших в контрнаступление, Красная Армия все же посте-
пенно пробивалась вперед. Насколько ожесточенными
были бои на этом центральном участке советско-гер-
манского фронта, свидетельствует тот факт, что только
за август и первую половину сентября 1944 г. войска
1-го Белорусского фронта и 1-го Украинского фронта
потеряли убитыми и ранеными 289 тыс. солдат и офи-
церов 75.

14 сентября советским и действовавшим вместе с
ними польским войскам удалось освободить от врага
правобережную часть Варшавы. В период с 16 по 20 сен-
тября на левый берег реки переправились шесть уси-
ленных польских батальонов, однако их было недоста-
точно. Понеся значительные потери, польские батальо-
ны 24 сентября оказались вынуждены возвратиться на
правый берег. Сил для форсирования Вислы в более ши-
роких масштабах у советских и воевавших вместе с ними
польских войск тогда не хватало76. Для подготовки та-
кой операции понадобилось еще около четырех месяцев.

Советские войска поддерживали восставших также
артиллерийским огнем. Кроме того, был произведен
4821 самолето-вылет, в том числе 2435 — на сбрасыва-
ние им грузов и 1361 на бомбардировку и штурмовку
войск противника в Варшаве по заявкам повстанцев.
Повстанцам было сброшено более 150 минометов, более
500 противотанковых ружей, автоматы, винтовки, пат-
роны, медикаменты, 130 т продовольствия, телефонные
аппараты, кабель и другое военное имущество11.

Гитлеровцам удалось подавить восстание. 2 октября
командующий польскими реакционными подпольными
силами Бур-Коморовский капитулировал. Гитлеровцы
почти полностью разрушили Варшаву. Погибло около
200 тыс. человек, большинство которых составляли жен-
щины, дети и старики. Таковы горькие итоги авантюры
польской реакции.

Для того чтобы оправдаться, она сразу же начала
распространять мифы о том, будто восставшие потерпе-
ли поражение по вине советских войск, которые, мол,
вовремя не пришли им на помощь. Но ведь, начиная
восстание, польская реакция и не хотела такой помощи.
Ее замысел заключался именно в том, чтобы освободить
Варшаву без помощи советских войск. Поэтому командо-
вание Красной Армии заранее не было поставлено в из-
вестность о подготовке и дате начала восстания.

Несостоятельность утверждений представителей
польской реакций, а также подхвативших эти мифы
буржуазных историков показывает и то, что даже на
заседании британского правительства 28 августа ука-
зывалось: «Все имеющиеся сведения показывают, что
русские делают все возможное, чтобы достигнуть Вар-
шавы»73. В официальной британской истории второй
мировой войны констатируется, что «Армия Крайова
хотела поставить русских перед совершившимся фак-
том». Такой, курс польского эмигрантского правитель-
ства и руководителей Армии Крайовой «является при-
чиной варшавской трагедии. Политические побуждения
привели к роковой военной ошибке» 79. Однако необхо-
димо уточнить, что саму цель, которую преследовали
организаторы восстания, в Лондоне считали правильной.
Признавалось лишь, что восстание было начато рань-
ше, чем следовало 80.

Польский комитет национального освобождения, на-
ходившийся в Люблине, тем временем проводил актив-
ную деятельность на освобожденной территории Поль-
ши. Развивался процесс становления новой, народно-де-
мократической Польши.

В таких условиях Черчилль «пригласил себя в Мо-
скву»81. Он решил попытаться все же как-то спасти в
Польше окончательно обанкротившийся капиталистиче-
ский режим, добиться сохранения ее в составе капита-
листической системы. Британский премьер явно торо-
пился. Впервые Черчилль поставил вопрос о поездке
27 сентября, а 9 октября уже прибыл в Москву. По его
инициативе в СССР снова приехал и Миколайчик. В Мо-
скву также пригласили Берута и Осубка-Моравского.

Глава Советского правительства в беседе с Миколай-
чиком (13 октября) сказал, что если он желает дости-
жения соглашения, то должен прежде всего дать согла-
сие на установление советско-польской границы по «ли-
нии Керзона». Невозможно также игнорировать сущест-
вование Польского комитета национального освобожде-
ния82. Черчилль поддержал советское предложение об
установлении советско-польской границы по «линии
Керзона», подчеркнув его справедливость. Он решитель-
но требовал от Миколайчика признать «линию Керзона»
и вступить в дружественные контакты с ПКНО83. Бри-
танский премьер заявил Миколайчику, имея в виду его
и членов его правительства: «Вы тупые люди, же лаю-
щие уничтожить Европу». Он сказал, что они проявля-
ют «преступное стремление подорвать... единство между
союзниками», «завоевать Россию»84.

В тот же день Сталин и Черчилль имели беседу с
представителями ПКНО, которые выразили согласие
договориться с Миколайчиком об образовании нового
польского правительства, предоставив ему пост премьер-
министра. Но они считали, что большинство мест в этом
правительстве должны иметь представители ПКНО85.

14 октября Черчилль разработал проект урегулиро-
вания вопроса о границах Польши и польском прави-
тельстве. Сталин в принципе согласился на решение
этих вопросов на основе предложений британского
премьера86. Готовность к компромиссу проявляли и
представители ПКИО. Но Миколайчик продолжал воз-
ражать против установления советско-польской границы
по «линии Керзона». Он заявил о необходимости снова
возвратиться в Лондон для консультации со своим пра-
вительством. Ввиду позиции Миколайчика состоявшиеся
в Москве переговоры никаких результатов не дали.

Подавляющее большинство членов польского эмиг-
рантского правительства в Лондоне решительно откло-
нили соглашение, наметившееся было во время перего-
воров в Москве. 24 ноября Миколайчик подал в отстав-
ку. В Лондоне образовалось новое польское эмигрантское
правительство во главе с Т. Арцишевским, целиком со-
стоявшее из крайне антисоветски настроенных предста-
вителей польской реакции.

31 декабря 1944 г. на сессии Крайовой Рады Паро-
левой Польский комитет национального освобождения
был преобразован во временное правительство. 5 января
1945 г. оно было признано Советским правительством.
Оба правительства обменялись послами.

Советско-
чехословацкие
отношения

В связи с приближением часа осво-
бождения Чехословакии весьма акту-
альным был также вопрос о совет-

ско-чехословацких отношениях, но
они развивались совершенно иначе. В марте 1943 г.
начались переговоры о заключении между СССР и Че-
хословакией договора о взаимной помощи. И Советское
правительство, и правительство Чехословакии придава-
ли ему большое значение.
Но Англия выступила против подписания договора.
В июне 1943 г. британское правительство воспрепятст-
вовало поездке в СССР президента Чехословакии Э. Бе-
неша, который намеревался во время визита подписать
этот договор 87. В Лондоне начали разрабатываться пла-
ны заключения многостороннего договора с участием
СССР, Польши, Чехословакии и Великобритании88. Бри-
танское правительство надеялось занять в этой системе
положение всесильного арбитра, а тем самым играть
главную роль в решении проблем Восточной Европы.
Советскому правительству все же удалось добиться сня-
тия Великобританией возражений против заключения
советско-чехословацкого договора.

Э. Бенеш наконец получил возможность прибыть в
СССР. 12 декабря 1943 г. в Москве состоялось подпи-
сание Договора о дружбе, взаимной помощи и послево-
енном сотрудничестве между СССР и Чехословакией.
Договаривающиеся стороны обязались оказывать друг
другу военную и иную помощь в войне против Герма-
нии. Предусматривалась взаимная помощь СССР и Че-
хословакии также в случае, если бы в послевоенный пе-
риод Германия снова возобновила агрессивные действия.
Правительства двух стран договорились о тесном сотруд-
ничестве в послевоенный период в целях обеспечения их
безопасности. Они обязались не заключать союзов и не
участвовать в коалициях, направленных против другой
договаривающейся стороны. Договор был заключен на
20-летний срок 89.

Советско-чехословацкий договор явился вкладом в
укрепление союза государств, воевавших против герман-
ских агрессоров. Он создавал прочную основу для разви-
тия и укрепления сотрудничества двух стран, их наро-
дов. Вместе с тем он был призван сыграть немаловаж-
ную роль в укреплении мира в Европе в послевоенный
период. Для СССР имело определенное значение, в ча-
стности, то обстоятельство, что договор сделал фактиче-
ски невозможным осуществление британских планов
создания конфедерации стран Центральной и Восточной
Европы, Призванной служить новым «санитарным кор-
доном» против СССР. Чехословацкое правительство рас-
сматривало этот договор как важнейшую гарантию вос-
становления после войны единого чехословацкого госу-
дарства, ликвидации созданной гитлеровцами марионе-
точной клерикально-фашистской Словакии, а также пос-
ледствий пресловутого мюнхенского соглашения 1938 г.

В связи с приближением советских войск к чехосло-
вацкой границе 8 мая 1944 г. было подписано Соглаше-
ние об отношениях между советским главнокомандую-
щим и чехословацкой администрацией после вступления
советских войск на территорию Чехословакии. В нем
предусматривалось, что как только какая-либо часть ос-
вобожденной территории Чехословакии перестанет яв-
ляться зоной непосредственных военных операций, че-
хословацкое правительство «полностью берет в свои
руки власть управления общественными делами» 90.

Соглашение основывалось на строгом соблюдении и
уважении Советским Союзом независимости и суверени-
тета Чехословакии. По инициативе советской стороны
его проект был составлен чехословацким правительст-
вом. Это соглашение стало новой важной вехой в деле
сотрудничества двух стран. «Соглашение от 8 мая явля-
ется ярким примером того,— заявил Генеральный секре-
тарь ЦК Коммунистической партии Чехословакии
К. Готвальд,— как Советский Союз понимает настоя-
щую дружбу и осуществляет действительно союзниче-
ские отношения... Ничто не может более блестяще
и наглядно показать действительно освободительную
миссию Красной Армии» 81.

Летом 1944 г. в результате успешных боевых дейст-
вий Красной Армии широкий размах приобрела парти-
занская война в Словакии под руководством коммуни-
стов, там сложилась революционная ситуация. В таких
условиях в Берлине решили оккупировать Словакию.
В связи со вступлением германских войск в Словакию
в ней развернулось общенациональное восстание. Оно
явилось началом национально-демократической револю-
ции в Чехословакии92.

Чехословацкое правительство, находившееся в Лон-
доне, обратилось к Советскому правительству с просьбой
о помощи восставшим.

Коммунистическая партия и Советское правительст-
во сразу же откликнулись на эту просьбу. Уже в ночь
на 5 сентября на аэродром, находившийся в руках вос-
ставших, прибыли первые советские самолеты с военны-
ми материалами. На помощь к восставшим было пере-
брошено также несколько сот опытных советских пар-
тизанских командиров.

8 сентября началась подготовленная в самом сроч-
ном порядке Карпатско-Дуклинская операция советских
войск. 20 сентября первые части советских войск вышли
на чехословацкую территорию. Вместе с ними сражался
1-й чехословацкий армейский корпус, которым командо-
вал генерал Л. Свобода. 6 октября воины корпуса, под-
держанного советскими частями, овладели Дуклинским
перевалом и вступили на родную землю. С тех пор этот
день стал в Чехословакии Днем ее народной армии.
К. Готвальд заявил, касаясь огромного политического
значения боев за перевал: «На Дукле родился лозунг,
прочно вошедший в чувства и сознание нашего народа:
«С Советским Союзом на вечные времена! С Советским
Союзом и никогда иначе!» 93

К концу октября советские войска завершили изгна-
ние врага из западных областей Украины, освободили
Закарпатскую Украину и часть Восточной Словакии.

Но к этому времени гитлеровцам, бросившим на по-
давление словацкого национального восстания преобла-
дающие силы, удалось занять центр восстания — Бан-
ска-Быстрицу. Повстанческие силы ушли в горы или на
оккупированную врагом территорию для продолжения
борьбы.

Помощь советского народа словацкому восстанию,
попытка Красной Армии прорваться через Восточные
Карпаты для соединения с восставшими еще больше
скрепили дружбу между народами двух стран.

СССР
и новая
Югославия

Существенные сдвиги происходили в
советско-югославских отношениях.

К концу 1943 г., в условиях завер-
шившегося коренного перелома во

второй мировой воине, происшедшего в результате успе-
хов советских войск, серьезно укрепились позиции воз-
главлявшейся коммунистами Народно-освободительной
армии Югославии (НОАЮ). Она насчитывала уже до
300 тыс. бойцов. Освобожденные территории охватыва-
ли примерно половину всей Югославии с населением
около 5 млн. человек94.

В освобожденных районах народные массы под ру-
ководством коммунистов брали власть в свои руки, соз-
давали новые органы власти — народно-освободитель-
ные комитеты. Борьба за освобождение страны от фаши-
стских оккупантов переплеталась с борьбой за социаль-
ное освобождение.

29 ноября 1943 г. состоялась вторая сессия Антифа-
шистского веча народного освобождения Югославии. Оно
провозгласило себя верховным законодательным и ис-
полнительным органом Югославии. Был образован На-
циональный комитет освобождения Югославии (НКОЮ)
во главе с И. Броз Тито, наделенный функциями вре-
менного правительства. Эти решения означали создание
в Югославии новых, народно-демократических общего-
сударственных органов власти.

Советский Союз полностью поддержал решения вто-
рой сессии АВНОЮ. 14 декабря было опубликовано за-
явление Информбюро Народного комиссариата иност-
ранных дел СССР «О событиях в Югославии», в котором
заявлялось, что они «рассматриваются правительством
СССР как положительные факты, способствующие даль-
нейшей успешной борьбе народов Югославии против
гитлеровской Германии» 95.

В СССР рассматривали НКОЮ как подлинное пра-
вительство Югославии.

СССР и новую Югославию объединяли интернацио-
нальная солидарность, единство в борьбе против фаши-
стской Германии. Отношения между ними цементирова-
лись связями между ВКП(б) и Коммунистической пар-
тией Югославии.

23 февраля 1944 г. в Югославию прибыла советская
военная миссия во главе с генерал-лейтенантом
Н. В. Корнеевым. 12 апреля в Москву прибыла военная
миссия Национального комитета освобождения Югосла-
вии. Через эти миссии между Советским правительст-
вом и НКОЮ поддерживались тесные взаимоотношения
по широкому кругу как военных, так и политических
вопросов.

Постоянно увеличивались размеры доставки военных
материалов из СССР для НОАЮ. Когда в мае 1944 г.
немцы высадили десант в районе Дрвара, пытаясь за-'
хватить или уничтожить находившиеся там руковод-
ство НКОЮ и Верховный штаб НОАЮ, югославские
руководители, в том числе И. Броз Тито, были вывезены
прибывшими туда советскими летчиками.

В сентябре 1944 г. советские войска подошли в Ру-
мынии и Болгарии к границам Югославии. В таких ус-
ловиях 21 сентября Тито прилетел в Москву, чтобы до-
говориться о взаимодействии советских и югославских
войск, а также по другим вопросам советско-югослав-
ского сотрудничества. Тито впоследствии говорил о сво-
ем визите: «Поскольку Красная Армия уже почти до-
стигла границ нашей страны, необходимо было догово-
риться о координации боевых действий, а кроме того, я
иопросил Советское правительство, чтобы войска Крас-
ной Армии перешли границу в Восточной Сербии и ока-
зали помощь нашим силам в освобождении Сербии и
Белграда» 96. Была достигнута договоренность о расши-
рении советской помощи в укреплении НОАЮ.

В конце сентября советские войска вступили на тер-
риторию Югославии. 20 октября во взаимодействии с
югославскими частями они освободили столицу Югосла-
вии Белград. В телеграмме И. В. Сталину И. Броз Тито
выразил благодарность за участие советских войск в ос-
вобождении Белграда. Совместно пролитой кровью, пи-
сал он, закреплено братство народов Югославии и Со-
ветского Союза97. В боях за освобождение Югославии
от немецко-фашистских оккупантов отдали жизнь 8 тыс.
советских воинов.

В Белград переехали органы государственной вла-
сти новой Югославии. Это еще больше укрепило их по-
зиции.

Британские правящие круги проявляли немалую
озабоченность развитием событий в Югославии, под-
рывом позиций югославского эмигрантского правитель-
ства и югославской реакции вообще, перспективой по-
явления на берегах Средиземного моря государства,
у власти в котором находились бы коммунисты. Но
в Лондоне понимали, что возможности оказания Ве-
ликобританией и США влияния на развитие событий
в Югославии уменьшаются и будут уменьшаться в бу-
дущем.

Черчилль старался делать все возможное, чтобы от-
стоять империалистические интересы Великобритании
в этом регионе. Поскольку нереально стало рассчиты-
вать на возвращение в Югославию короля и эмигрант-
ского правительства во главе с И. Шубашичем, он искал
возможности хотя бы частичного осуществления своих
планов. Еще в августе 1944 г. британский премьер
встретился в Неаполе с Тито. В октябре, во время
пребывания в Москве, он поднял вопрос о Югославии
и в переговорах с главой Советского правительства. Чер-
чилль выразил недовольство визитом Тито в Москву, о
чем он заранее не был информирован. Желая связать
СССР обязательством не ставить Великобританию перед
«свершившимися фактами» в вопросах развития совет-
ско-югославских отношений, британский премьер пред-
ложил проводить в отношении Югославии «совмест-
ную» политику, то есть не принимать односторонних,
не согласованных между Великобританией и Советским
Союзом мер. Не желая, чтобы такие меры принимал
СССР, он был готов дать обязательство, что не согласо-
ванные с Советским правительством меры в отношении
Югославии не будет принимать и британское правитель-
ство. Такое обязательство Великобритании имело для
Югославии существенное значение, тем более что в это
время в Лондоне и Вашингтоне обсуждались планы
вторжения на территорию Югославии англо-американ-
ских войск, в частности с целью прорыва через ее тер-
риторию в Австрию.

Итоги московских переговоров с Черчиллем были за-
фиксированы в англо-советском коммюнике, опублико-
ванном 21 октября. В нем говорилось, что правительства
СССР и Великобритании согласились проводить «сов-
местную политику в Югославии с целью концентрации
всей энергии против отступающих немцев...». Специаль-
но оговаривалось, что «право югославского народа само-
му решить вопрос о своем будущем государственном
устройстве после войны, конечно, признается неотъем-
лемым» 98. -г

1 ноября 1944 г. в Белграде Тито и Шубашич под-
писали соглашение об образовании единого югославско-
го правительства ".

Однако югославский король Петр II саботировал
осуществление этого соглашения. Претворение ;его в
жизнь затянулось.
' —............. 21 августа — 28 сентября 1944 г, в

Устава°ООН>СНОВ Думбартон-Оксе (на окраине Ва-
шингтона) состоялась конференция
представителей СССР, США и Великобританйи по воп-
росу об учреждении международной организации для
поддержания мира и безопасности.

Советскую делегацию на конференции возглавлял
посол СССР в Соединенных Штатах Америки А. А. Гро-
мыко, американскую — заместитель государственного
секретаря Э. Стеттиниус, британскую — постоянный за-
меститель министра иностранных дел А. Кадоган.

До начала переговоров три правительства обменя-
лись меморандумами о процедуре создания междуна-
родной организации, ее главных органах, целях деятель-

ности, уставе организации и по другим связанным с уч-
реждением организации вопросам. В основу обсуждения
было решено положить советский меморандум, передан-
ный правительствам США и Великобритании 12 авгу-
ста 10°.

Учитывая обмен мнениями, который состоялся еще
до конференции, без особых трудностей была достиг-
нута договоренность по большинству вопросов: о целях
международной организации безопасности, принципах
ее деятельности, главных органах и др. Но по некоторым
существенным вопросам возникли разногласия. Прежде
всего по вопросу о первоначальных членах организации
и о. порядке голосования в Совете Безопасности.

Советское правительство исходило из того, что пер-
воначальными членами (учредителями) организации
должны быть государства, подписавшие 1 января 1942 г.
Декларацию Объединенных наций или впоследствии
присоединившиеся к ней. Таким образом, имелись в
виду СССР, США, Великобритания и государства, участ-
вовавшие в союзе с ними в войне против блока фашист-
ских агрессоров. Однако американские представители
давали необоснованно широкую трактовку понятия
«присоединившиеся нации». Они относили к ним не
только те страны, которые объявили Германии войну,
но и те, которые порвали с ней дипломатические отно-
шения, хотя в войне и не участвовали. Такая позиция
США объяснялась тем, что они хотели сделать перво-
начальными членами организации большинство стран
Латинской Америки, рассчитывая, что эти страны будут
поддерживать в ней Соединенные Штаты.

Было очевидно, что Советский Союз окажется в соз-
даваемой международной организации в весьма слож-
ном положении, так как большинство членов ее будут
следовать за США и Англией. Учитывая это, А. А. Гро-
мыко предложил включить в число первоначальных
участников организации все союзные советские социали-
стические республики 101.

Еще 1 февраля 1944 г. Верховный Совет СССР внес
поправки в Конституцию СССР, согласно которым союз-
ные республики получили право вступать в непосредст-
венные отношения с иностранными государствами, за-
ключать с ними соглашения и обмениваться дипломати-
ческими и консульскими представителями 102, а значит,
участвовать и в международных организациях.

Правительства США и Великобритании не согласи-
лись с этим предложением. Рузвельт в послании Стали-
ну от 31 августа просил не поднимать этого вопроса до
учреждения международной организации, так как это
может сорвать все дело103. Отвечая президенту США,
глава Советского правительства писал: «Заявлению со-
ветской делегации по этому вопросу я придаю исклю-
чительно важное значение... Вам, конечно, известно,
что, например, Украина и Белоруссия, входящие в Со-
ветский Союз, по количеству населения и по их поли-
тическому значению превосходят некоторые государст-
ва, в отношении которых все мы согласны, что они дол-
жны быть отнесены к числу инициаторов создания меж-
дународной организации. Поэтому я надеюсь еще иметь
случай объяснить Вам политическую важность вопро-
са, поставленного советской делегацией в Думбартон-
Оксе» 104. В ходе переговоров на конференции этот воп-
рос больше не рассматривался. Но, как будет показано
дальше, он снова встал на Крымской конференции глав
правительств трех союзных держав. Вопрос о том,
какие именно страны будут первоначальными членами
создававшейся международной организации, в Думбар-
тон-Оксе так и не был урегулирован.

Особое внимание Советское правительство уделяло
вопросам, связанным с деятельностью Совета Безопас-
ности. Это видно из директив, утвержденных Политбюро
ЦК ВКП(б) 10 августа для советской делегации. В них
указывалось, что «наибольшее значение мы придаем
предложениям, касающимся компетенции руководящего
органа (Совета)». Совет должен играть, говорилось в
директивах, решающую роль в будущей международной
организации, нести главную ответственность за сохра-
нение мира, для чего следует наделить его необходи-
мыми правами и обязанностями. В директивах подчер-
кивалась необходимость того, чтобы по вопросам, отно-
сящимся к предупреждению или подавлению агрессии,
решения Совета принимались большинством голо-
сов, при условии согласия представителей всех госу-
дарств — постоянных членов Совета. «Этот принцип...—
говорилось в директивах,—является весьма важным, и
советский представитель обязан настаивать на его при-
нятии» 105.

Правительства США и Великобритании также про-
являли заинтересованность в том, чтобы по всем воп-
росам поддержания мира и безопасности решения при-
нимались только при единогласии постоянных членов
Совета. Но они настаивали во время конференции в
Думбартон-Оксе на одном исключении: в голосовании
в Совете не должна участвовать страна, непосредствен-
но затронутая спором 10<\

Н в. я. Сиполс 289
Советское правительство не считало возможным со-
гласиться с такой оговоркой. Принятие ее означало бы,
что в случае, если СССР окажется участником спора с
какой-либо страной, то он будет лишен возможности на-
дежно отстаивать в Совете Безопасности свои интере-
сы. Подавляющее большинство членов Совета Безопас-
ности, являясь государствами капиталистическими,
могли принять в таком споре решения, направленные
против интересов первого в мире социалистического го-
сударства. Создаваемая международная организация в
таком случае могла превратиться в антисоветский союз
всего лагеря капитализма. Империалистическую реак-
цию такое положение вполне устраивало. Но предста-
вители СССР в Думбартон-Оксе, естественно, заявили,
что Советское правительство «категорически против»
такого предложения 107.

Этот вопрос также в Думбартон-Оксе не был урегу-
лирован.

После окончания конференции ее участники опубли-
ковали «Предложения относительно создания всеобщей
международной организации безопасности» 108.

Итоги конференции в Думбартон-Оксе были положи-
тельно встречены в Советском Союзе. Выступая 6 нояб-
ря 1944 г. с докладом о 27-й годовщине Великой Ок-
тябрьской социалистической революции, И. В. Сталин
коснулся, в частности, того обстоятельства, что некото-
рые вопросы на конференции не были урегулированы.
«Разногласия,—сказал он,— конечно, есть... Они должны
иметь место среди представителей различных государств
и различных партий. Удивляться надо не тому, что су-
ществуют разногласия, а тому, что их так мало и что
они, как правило, разрешаются почти каждый раз в
духе единства и согласованности действий трех великих
держав... Характерным для этой конференции является
не то, что там вскрылись некоторые разногласия, а то,
что девять десятых вопросов безопасности были разре-
лицин» .

Договор о союзе
между СССР
и Францией
(10 декабря
1944 г.)

шены на этой конференции в духе полного единодушия.
Вот почему я думаю, что решения конференции в Дум-
бартон-Оксе следует рассматривать как один из ярких
показателей прочности фронта противогерманской коа-

В первой половине 1944 г. вся Фран-
ция по-прежнему была оккупирована
германскими войсками и управлялась
сотрудничавшим с гитлеровцами пра-
вительством в Виши во главе с

Ф. Петэном. Заводы Франции продолжали выпус-
кать в значительном количестве танки, орудия, само-
леты и другие военные материалы, которыми снабжа-
лись германские войска. Почти три четверти промыш-
ленной продукции Франции шло в фашистскую Гер-
манию.

В то же время во Франции нарастала борьба против
германских оккупантов и сотрудничавших с ними пре-
дателей французского народа. Наиболее активной силой
Сопротивления были коммунисты.

Находившийся в Алжире Французский комитет на-
ционального освобождения был преобразован 2 июня
во временное правительство Франции. Но ввиду пози-
ции США и Великобритании оно смогло переехать во
Францию только в конце августа 1944 г. после освобож-
дения Парижа восставшими французскими патриотами.
10 сентября во Франции сформировалось временное
правительство национального единства во главе с де
Голлем. Оно состояло из представителей ряда партий,
в нем участвовало и два коммуниста.

Новое французское правительство поставило перед
СССР, США и Англией вопрос о его признании. Амери-
канское правительство сначала выступало против при-
знания, но в конце концов оказалось вынуждено изме-
нить свою позицию по. 23 октября правительства СССР,
США и Великобритании одновременно признали вре-
менное правительство Франции.

В условиях, когда все более отчетливо стала выри-
совываться послевоенная расстановка сил в Европе, бри-
танское правительство начало проявлять заинтересован-
ность в восстановлении Франции как одной из великих
держав Европы. Американский историк Д. Клеменс
констатирует, что Черчилль и Иден рассматривали
ее как стража против Германии и «составную часть
антисоветского западноевропейского блока» ш.

Прибыв в конце октября в Париж, Черчилль предло-
жил де Голлю заключить англо-французский союз. При
этом британский премьер усиленно подчеркивал необ-
ходимость «равняться на США». Это не устраивало де
Голля. Он не хотел превращать Францию в младшего
партнера Великобритании, которая к тому же сама ока-
залась на положении младшего партнера США, а стре-
мился к самостоятельности Франции. Для упрочения ее
международных позиций де Голль начал рассматривать
вопрос об укреплении сотрудничества Франции с СССР.
Он отмечает в своих воспоминаниях, что французы не-
однократно выступали против франко-русской солидар-
ности и предавали ее, ио она тем не менее «соответ-
ствовала естественному порядку вещей» как в связи с
германской опасностью, так и в связи со стремлением
Англии и США к гегемонии. Де Голль считал, что за-
ключение договора с СССР дало бы Франции возмож-
ность немедленно начать участвовать в урегулировании
послевоенных проблем в Европе 112.

2 декабря 1944 г. генерал де Голль прибыл в Моск-
ву. В тот же день в беседе со Сталиным он заявил, что
Франция пережила немецкое вторжение в 1870—-
1871 гг., в 1914—1918 гг. ив 1940 г. «Французы зна-
ют,-— сказал де Голль,— что сделала для них Совет-
ская Россия, и знают, что именно Советская Россия
сыграла главную роль в их освобождении». Франция и
СССР, являясь соседями Германии, «находятся под ее
угрозой. Так было в прошлом, так будет и в буду-
щем... Что бы ни было сделано для того, чтобы осла-
бить Германию, этого будет недостаточно». Рейн дол-
жен быть, говорил глава французского временного пра-
вительства, окончательным барьером Франции против
Германии и германской угрозы. Оц считал необходи-
мым, чтобы Рейнская область была «отделена от Гер-
мании и присоединена к Франции». Далее де Голль
предложил заключить между Францией и СССР союз-
ный договор, положив в его основу текст советско-фран-
цузского договора 1935 г.113 Французские представите-
ли передали проект договора.

Учитывая принципиальную важность поднятых де
Голлем вопросов для советско-англо-американской коа-
лиции в целом, Сталин счел необходимым проконсульти-
роваться с Лондоном и Вашингтоном. Оба они высказа-
лись за то, чтобы вопрос о франко-германской границе
был решен после крушения Германии. Они не возра-
жали против заключения советско-французского союз-
ного договора. Вместе с тем Черчилль поставил вопрос
о том, что, «возможно, было бы лучше всего, если бы
мы заключили трехсторонний договор», то есть договор
о союзе между Великобританией, СССР и Францией ,14.

Советское правительство было согласно принять
французское предложение о заключении между СССР и
Францией союза, считая, что в нем заинтересованы обе
стороны1!5. Получив указанное предложение Черчилля,
оно проявило готовность заключить и трехсторонний
договор, 7 декабря В. М. Молотов информировал ми-
нистра иностранных дел Франции Ж. Видо, прибывше-
го в Москву вместе с де Голлем, о предложении Чер-
чилля. Он сказал, что Советское правительство считает
идею британского премьера «вполне приемлемой» и вы-
годной как для СССР, так и для Франции, так как трех-
сторонний пакт был бы «более солидным» МА ,
Однако де Голль решительно выступил против пред-
ложения Черчилля. Французы хотят, сказал он, чтобы
союзные обязательства вступали в действие своевремен-
но, немедленно, «а Англия —это такой союзник, с ко-
торым трудно иметь дело, который всегда и везде опаз-
дывает». Положение Франции, заявил он, «заставляет
французов желать прежде всего пакта о взаимопомощи
с Советским Союзом». После этого можно будет поду-
мать о пакте с Англией. К тому же де Голль отметил,
что Франции будет нелегко заключить договор с Англи-
ей. В связи с этим он несколько раз высказывал подо-
зрения по поводу политики британского правительства
в отношении Германии117.

Учитывая позицию де Голля, Советское правитель-
ство дало согласие на заключение двустороннего совет-
ско-французского договора. При обсуждении текста до-,
говора советские представители предложили включить в
него статью о неучастии .двух стран во враждебных друг
другу коалициях. Это предложение было принято118.,
10 декабря состоялось подписание договора о союзе
и взаимной помощи между СССР и Францией. В догово-
ре предусматривались продолжение двумя странами
войны до окончательной победы над Германией и вза-
имная помощь в этой войне (статья 1) . Обе стороны
обязывались не заключать с Германией без взаимного
согласия перемирия или мирного договора (статья 2).
Если бы одна из сторон вновь оказалась вовлеченной в
военные действия, то другая немедленно должна была
оказать ей помощь (статья 4). СССР и Франция обяза-
лись не заключать союза и не принимать участия в коа-
лициях, которые были бы направлены против другой
стороны (статья 5). Договор был заключен на 20-летний
срок с автоматическим продлением, если он не будет
денонсирован ни одной из сторон 119.

В ходе визита де Голля в Москву обсуждались и
некоторые другие вопросы. Де Голль и Бидо выразили
согласие с позицией Советского правительства, что вос-
точная граница Польши должна идти по «линии Керзо-
на», а западная — по Одеру и Нейсе 120. По инициативе
Советского правительства была достигнута договорен-
ность, что временное правительство Франции и Поль-
ский комитет национального освобождения обменяются
неофициальными представителями 121.

Что касается вопроса о франко-германской границе,
то рассмотрение его было отложено. Решать этот воп-
рос без участия представителей США и Англии было
невозможно.

Советское правительство придавало подписанию до-
говора с Францией и состоявшимся переговорам су-
щественное значение в развитии советско-французских
отношений, а также решении проблем мира и безопас-
ности в Европе в послевоенный период.

Для Франции договор имел и немало других аспек-
тов. Де Голль считал его важным шагом вперед в деле
восстановления международных позиций Франции как
великой державы, обеспечения возможностей проведе-
ния Францией независимой внешней политики 122. Воз-
вратившись в Париж, Видо выступил с речью, в которой
заявил: «Испытывая одну и ту же опасность — риас-
ность, которая называется Германией, милитаристской,
гитлеровской Германией, той Германией, которая по-
рождает у каждого поколения новую философию си-
лы,-— Франция и Советский Союз должны были обезо-
пасить себя и теперь действительно обезопасили себя от
этой общей опасности» 123.

Высоко оценил итоги визита в Москву и заключение
франко-советского союзного договора также де Голль.
Он заявил, что «русские усилия, нанеся непоправимый
ущерб немецкой военной машине, послужили основным
условием освобождения территории нашей метропо-
лии». Огромные усилия советских людей на полях сра-
жений и в тылу, неслыханные жертвы, которые они
понесли, сказал де Голль, «столь глубоко тронули наш
народ в его вчерашней подавленности и в сегодняшнем
энтузиазме, что они подняли на высшую ступень веко-
вое чувство симпатии, которое мы, французы, всегда пи-
тали по отношению к русскому народу» 124.

* ❖ ❖

1944 год внес в международное положение Совет-
ского Союза существенные изменения. Располагая зна-
чительным превосходством в количестве войск и военной
техники, Красная Армия неудержимо двигалась вперед
по всему советско-германскому фронту. На всем протя-
жении была восстановлена государственная граница
СССР. Преследуя врага, советские войска вступили на
территорию ряда других стран. Началась освободитель-
ная миссия Советского Союза в Европе.

В связи с высадкой Соединенными Штатами Амери-
ки и Великобританией войск в Западной Европе сотруд-
ничество трех держав в войне расширилось и упрочи-
лось. Если ранее оно было преимущественно политиче-
ским и экономическим, то теперь оно в гораздо большей
степени, чем раньше, стало и военным. Открытие вто-
рого фронта в Европе означало приближение победы
над фашистской Германией. Советская дипломатия по-
прежнему делала все возможное для упрочения сотруд-
ничества трех держав.

В то же время нельзя не отметить, что второй фронт
был открыт лишь после того, как Советский Союз в те-
чение трех лет фактически в одиночку вел ожесточен-
ные, кровопролитные бои с основными силами фашист-
ского вермахта, внес коренной перелом в войну и пред-
решил ее исход.

В отношениях между тремя державами все более су-
щественное место стали занимать проблемы послевоен-
ного мирного урегулирования. Коммунистическая пар-
тия и Советское правительство первостепенное значение
придавали принятию всех необходимых мер, с тем что-
бы предотвратить новую агрессию со сторойы Германии
в будущем. Три державы начали подготовку к созданию
международной организации, призванной обеспечить
мир и международную безопасность после окончания
войны.

Вместе с тем, по мере того как Германия переставала
представлять опасность для Великобритании и США, а
также становилось очевидным, что СССР выйдет из вой-
ны не ослабленным, как ранее считали в Лондоне и Ва-
шингтоне, а одной из наиболее могущественных в мире
держав, в политике британских и американских правя-
щих кругов усиливались антисоветские тенденции. Ру-
ководствуясь своими империалистическими устремле-
ниями, Великобритания и США пытались не допустить
подрыва капиталистических порядков, социальных сдви-
гов в вовлеченных в войну странах как Западной, так
и Восточной Европы.

Официальный американский военный историк
М. Мэтлофф отмечал, что война перешла в «военно-по-
литическую фазу» и что для Черчилля она «стала те-
перь борьбой за политическое влияние». Он хотел, что-
бы западные союзники «непременно дошли до Юго-Во-
сточной Европы и заполнили пустоту, оставшуюся пос-
ле выхода оттуда немецких войск, опередив советские
войска» 125. Необходимо, однако, уточнить, что это было
не только желанием Черчилля, но отражало общие во-
енно-стратегические замыслы британского» и американ-
ского империализма. Но осуществить их Лондону и Ва-
шингтону не удалось. Красная Армия наносила по вой-
скам фашистской Германии и ее союзников удары такой
мощи, продвигалась вперед с такой скоростью, что опро-
кинула все эти планы.

Советский Союз решил задачу вывода из войны
союзников фашистской Германии — Финляндии, Румы-
нии, Болгарии и Венгрии. Это означало полный крах
фашистского блока в Европе, изоляцию нацистской Гер-
мании.

Решая вопросы, связанные с выходом из войны быв-
ших союзйиков Германии, Советское правительство по-
следовательно проводило в жизнь демократические
принципы послевоенного мирного устройства. На пере-
говорах с западными союзниками об условиях переми-
рия с Румынией, Болгарией, Финляндией и Венгрией
СССР добился включения в соглашения о перемирии
статей, предусматривавших демократизацию политиче-
ской и общественной жизни этих стран.

В связи с освободительной миссией Советского Сою-
за ярко проявился последовательно интернационалист-
ский характер его политики в отношении народов стран
Центральной и Юго-Восточной Европы. Советское пра-
вительство считало необходимым предоставить народам,
освобождавшимся от гнета германских агрессоров, пол-
ную возможность решать свою дальнейшую судьбу по
собственному усмотрению. СССР поддерживал народы
стран, ставших на путь народно-демократических и со-
циалистических революций, не допустил вмешательству
в их дела британского и американского империализма,
предотвратил экспорт контрреволюции. Поскольку пр<Н
должалась война, общий враг еще не был разгромлен.
Советскому Союзу необходимо было осуществлять под-
держку прогрессивных, демократических сил в странах,
освобождавшихся от немецко-фашистского гнета, таким
образом, чтобы не подорвать сотрудничество трех союз-5
ных держав в деле разгрома Германии. Советская дип-
ломатия справлялась с этой сложной и деликатной за-
дачей.

Укрепились международные позиции Советского Со-
юза, исключительно высокого уровня достиг его авто-
ритет среди народов союзных государств, возросла роль
СССР в решении проблем послевоенного мирного урегу-
лирования.
Глава

КРЫМСКАЯ

КОНФЕРЕНЦИЯ

WlIM-

з..— .... ... — -« ,

Я —, шчр—
Обстановка
на фронтах
в начале
1945 г.

К началу 1945 г. фактически вся тер-
ритория Советского Союза была ос-
вобождена *; но война продолжалась.
Предстояло завершить разгром фа-
шистской Германии. Другого пути к

миру, кроме как через Берлин, не существовало. Крас-
ная Армия заканчивала подготовку новой крупнейшей
наступательной операции — Висло-Одерской, в резуль-
тате которой намечалось освободить всю Польшу и
вторгнуться в пределы Германии.

Американские и британские войска, высадившись в
июне 1944 г. в Северной Франции, к концу года про-
двинулись к западным границам Германии, но там вы-
нуждены были остановиться.

Германия оказалась в огненном кольце. Она потеря-
ла почти все территории, захваченные с начала войны.
В Берлине приходилось считаться с тем, что в ближай-
шее же время напнется вторжение на территорию Гер-
мании как с востока, так и с запада.

Положение Германии становилось безвыходным. Но
Гитлер и его приближенные все же упорно искали вы-
хода, чтобы избежать полного разгрома и безоговороч-
ной капитуляции. Наибольшие надежды они возлагали
на раскол антигитлеровской коалиции. Гитлеровцы де-
лали ставку на ту классовую ненависть к социализму,
которую испытывали реакционные круги всего лагеря
капитализма.

Для того чтобы побудить правящие круги Велико-
британии и США согласиться на сепаратный мир, гер-
манское командование решило предпринять контрна-
ступление в Арденнах. Гитлеровцы намеревались про-

* Единственным местом, где германские войска еще остава-
лись на территории СССР, была Северо-Западная Латвия. Там
в так называемом Курляндском котЛе в окружении находилось
около 33 немецких дивизий.
рваться к Антверпену, отрезав британские и американ-
ские войска, находившиеся в Бельгии и Голландии, от
их основных сил Начав 16 декабря 1944 г. наступле-
ние, германские войска прорвали фронт и продвинулись
на 90 км. Правительства Англии и США испытывали
глубокую тревогу за дальнейшее развитие событий.

В таких условиях 6 января 1945 г. У. Черчилль на-
правил И. В. Сталину послание, свидетельствовавшее о
серьезности его опасений. «На Западе идут очень тя-
желые бои,— писал он,—и в любое время от верховно-
го командования могут потребоваться большие реше-
ния. Вы сами знаете по Вашему собственному опыту,
насколько тревожным является положение, когда прихо-
дится защищать очень широкий фронт после временной
потери инициативы. Генералу Эйзенхауэру очень жела-
тельно и необходимо знать в общих чертах, что Вы
предполагаете делать, так как это, конечно, отразится
на всех его и наших важнейших решениях... Я буду
благодарен, если Вы сможете сообщить мне, можем ли
мы рассчитывать на крупное русское наступление на
фронте Вислы или где-нибудь в другом месте в течение
января... Я считаю дело срочным» 2.

Глава Советского правительства на следующий же
день телеграфировал Черчиллю: «Мы готовимся к на-
ступлению, но погода сейчас не благоприятствует на-
шему наступлению. Однако, учитывая положение на-
ших союзников на западном фронте, Ставка Верховного
Главнокомандования решила усиленным темпом закон-
чить подготовку и, не считаясь с погодой, открыть ши-
рокие наступательные действия против немцев по все-
му центральному фронту не позже второй половины ян-
варя. Можете не сомневаться, что мы сделаем все, что
только можно сделать для того, чтобы оказать содейст-
вие нашим славным союзным войскам». Это означало,
что англо-американские войска могли не опасаться
катастрофы на западном фронте. Черчилль ответил
Председателю СНК СССР: «Я весьма благодарен Вам
за Ваше волнующее послание»3.

Характеризуя тогдашнюю обстановку, американский
историк Д. Клеменс отмечает в своей книге «Ялта», что
положение СССР к этому времени не определялось
«простой суммой побед и жертв Красной Армии, чувст-
вом долга, которое Запад испытывал перед Россией за
ее жертвы, искусностью советской дипломатии в отно-
шениях с союзниками и стратегической дислокацией со-
ветских войск». К этому добавлялось то, что Запад про-
должал нуждаться в советской помощи против неожи-
данных стратегических маневров Германии. Ирония
судьбы заключалась в том, что если Советский Союз три
года ожидал открытия второго фронта, то теперь Анг-
лия и США добивались открытия своего рода «второго
фронта» Советским Союзом4.

К началу 1945 г. в результате усилий Коммунисти-
ческой партии и Советского правительства, всего совет-
ского народа мощь Красной Армии еще больше воз-
росла.

Германия также располагала еще значительными
силами. Иностранные войска вступили на территорию
Германии пока только в Восточной Пруссии. Но гер-
манским войскам приходилось воевать на двух фрон-
тах — восточном и западном, что ставило их в трудное
положение.

Хотя подавляющее большинство германских дивизий
находилось на восточном фронте, советские войска все
же имели значительное превосходство: в 1,8 раза —
в личном составе, в 1,9 — в орудиях и минометах,
в 1,5 — в танках и самоходно-артиллерийских (штур-
мовых) орудиях, в 3,6 раза — в боевых самолетах5. Это
давало Красной Армии возможность предпринимать ре-
шительные наступательные операции, чтобы завершить
разгром наиболее мощного агрессора — Германии, при-
нудить ее к безоговорочной капитуляции.
12 января 1945 г., ранее намечавшегося срока, совет-
ские войска с линии Вислы мощными силами перешли
в решительное наступление. Одновременно началось на-
ступление советских войск и на других участках совет-
ско-германского фронта. Преодолевая заранее подготов-
ленную, глубоко эшелонированную оборонительную ли-
нию врага, Красная Армия стремительно продвигалась
вперед.

Три дня спустя после начала наступления Красной
Армии Сталин телеграфировал Черчиллю и Рузвельту,
что, несмотря на неблагоприятную погоду, наступление
советских войск развивается по намеченному плану.
Немцы бешено сопротивляются, но вынуждены отсту-
пать 6. Немцам придется разбросать свои резервы, писал
глава Советского правительства, между двумя фронта-
ми, в результате чего они вынуждены будут отказаться
от наступления на западном фронте. «Я рад, что это об-
стоятельство облегчит положение союзных войск.., Что
касается советских войск, то можете не сомневаться,
что они, несмотря на имеющиеся трудности, сделают
все возможное для того, чтобы предпринятый ими удар
по немцам оказался максимально эффективным»^

17 января Черчилль писал в ответном послании гла-
ве Советского правительства: «От имени Правительства
Его Величества и от всей души я хочу выразить Вам
нашу благодарность и принести поздравления по слу-
чаю того гигантского наступления, которое Вы начали
на восточном фронте»8.

Наступление советских войск на центральном участ-
ке фронта завершилось в начале февраля, непосредст-
венно накануне Крымской конференции, Красная Ар-
мия добилась внушительных успехов. Была освобож-
дена почти вся Польша. Советские войска вступили на
территорию Германии. Они дошли до Одера и создали
плацдармы на его левом берегу. До Берлина остава-
лось всего 60 км \
Такова была та общая обстановка, в которой собра-
лась Крымская конференция.

Начало
конференции

Ф. Рузвельт еще летом 1944 г. начал
рассматривать вопрос о новой конфе-
ренции глав правительств трех глав-

ных союзных держав. Учитывая наступательные дейст-
вия советских войск, Г. Гопкинс считал, что нет надежд
уговорить И. В. Сталина принять участие в конферен-
ции за пределами СССР. Поэтому он предложил пре-
зиденту поехать в Крым. Рузвельт дал согласие, о чем
Гопкинс 13 октября 1944 г. сообщил советскому послу
в США А. А. Громыко 10. «Все близкие советники пре-
зидента,— писал впоследствии Гопкинс,— возражали
против его поездки в Россию. Большинство из них не
любили русских или не доверяли им; они никак не мог-
ли понять, почему президент Соединенных Штатов дол-
жен исколесить весь свет, чтобы встретиться со Стали-
ным. Но я считал этот довод неосновательным. Важно
было, чтобы конференция состоялась». Как отмечает
Гопкинс, Черчилль также был настолько заинтересо-
ван в созыве конференции, что «готов был, если нужно,
поехать даже в Москву» п.

Поскольку в ноябре в США предстояли очередные
президентские выборы, Рузвельт предложил провести
конференцию в начале 1945 г., после того как он, если
будет избран, вступит на пост президента на новый
срок.

Правительства США и Англии стремились к созыву
конференции, надеясь совместно навязать Советскому
правительству свою волю по вставшим в порядок дня
международным вопросам. Великобритания и США це-
лых три года «не мешали» Советскому Союзу сражать-
ся с германскими войсками фактически в одиночку. Но
теперь они проявляли озабоченность, как бы СССР не
нач:ал решать самостоятельно и некоторые вопросы по-
слевоенного мирного урегулирования в районах, осво-
божденных от германских агрессоров советскими вой-
сками.

Докладывая 19 января Рузвельту предложения гос-
департамента в связи с предстоявшей конференцией,
новый государственный секретарь США Э. Стеттиииус
напомнил b проводившейся в США работе по созданию
атомной бомбы. Он подчеркнул, что президент мог бы
иметь это в виду в своих дискуссиях со Сталиным12.
Через день военный министр Г. Стимсон докладывал
Рузвельту о ходе создания атомной бомбы13. Амери-
канские правящие круги считали, что они могут строить
свою политику по отношению к СССР из расчета на то,
что в результате создания атомной бомбы они займут в
мире господствующее положение.

Черчилль хотел до конференции в Крыму встре-
титься с Рузвельтом и договориться с ним, чтобы затем
предпринять совместную попытку навязать принятые
ими решения Советскому Союзу. Доказывая президенту
США необходимость такой предварительной встречи,
британский премьер намеренно сгущал краски. Конфе-
ренция в Ялте, писал он 8 января, «вполне может ока-
заться роковой, ибо она происходит в условиях, когда
великие союзники так разъединены», а в связи с гер-
манским наступлением в Арденнах окончание войны за-
тягивается 14. Черчилль предлагал, чтобы эта двусто-
ронняя встреча состоялась на Мальте по пути англичан
и американцев в Ялту. Он считал, что сначала могли бы
собраться там начальники штабов, а затем туда прибы-
ли бы и главы правительств двух держав. На следую-
щий день Черчилль телеграфировал, что он и Рузвельт
могли бы даже задержаться на Мальте на лишний день,
например под предлогом плохой погоды. Сталину «при-
шлось бы примириться с задержкой,— доказывал Чер-
чилль,— но он мог бы утешать себя мыслью, что он по-
будил нас приехать к нему» 15.
Несмотря на все эти усилия У. Черчилля, Ф. Руз-
вельт считал такую предварительную встречу неудоб-
ной, ибо Советское правительство рассматривало бы ее
как сговор США и Великобритании накануне встречи
трех. Тогда Черчилль предложил, чтобы для обсужде-
ния политических вопросов на Мальте заранее встре-
тились Иден и Стеттиниус16.

Сам не соглашаясь на официальную встречу с Чер-
чиллем до конференции, Рузвельт был готов на любые
другие формы предварительного согласования позиций
США и Великобритании.

21 января в Лондон прибыл Гопкинс. Он обсудил
с Черчиллем и Иденом основные проблемы, которые
предполагалось рассмотреть на предстоящей конфе-
ренции. 31 января — 1 февраля Стеттиниус совещался
на Мальте по этим вопросам с Черчиллем и Иденом.
Затем в предварительные англо-американские пере-
говоры включился и прибывший на Мальту 2 февраля
Рузвельт. В результате всех этих встреч представители
США и Великобритании согласовали позицию двух
держав по всем основным вопросам. Американский
официальный историк Дж. Снэлл отмечает, что до и
во время конференции предпринимались попытки убе-
дить русских, что им «не противостоит враждебный
англо-американский блок». Но даже он признает, что
факты свидетельствуют о другом: британские и амери-
канские дипломаты заранее согласовали свою позицию,
чтобы выступать на конференции с единой страте-
гией17.

Поскольку война продолжалась, США и Велико-
британия были заинтересованы в продолжении воен-
ного сотрудничества с Советским Союзом и в дальней-
шем. Германское наступление в Арденнах лишний
раз продемонстрировало им, что фашистский рейх об-
ладал еще огромной силой. В Лондоне и Вашингтоне
понимали, что без участия Советского Союза разгро-
мить Германию невозможно. «Что случилось бы,—
писал впоследствии У. Черчилль,— если бы мы поссо-
рились с Россией в то время, когда немцы все еще
имели на полях сражений двести — триста дивизий» 18.
Еще больше были заинтересованы в сотрудничестве
с Советским Союзом Соединенные Штаты Америки.
В одном из документов госдепартамента США, подго-
товленном к конференции, подчеркивалось: «Нам необ-
ходима,* помощь Советского Союза для разгрома Герма-
нии. Мы отчаянно нуждаемся в участии Советского
Союза в войне против Японии» 19.

Кроме вопросов военного сотрудничества предстоя-
ло обсудить и многие внешнеполитические проблемы:
обращение с Германией после ее разгрома, создание
международной организации по поддержанию мира и
безопасности, политику трех держав в отношении осво-
божденных стран Европы, будущее. Польши и др.

Вторая конференция глав правительств трех союз-
ных держав — СССР, США и Великобритании — со-
стоялась в Крыму 4—11 февраля 1945 г. Советский
Союз представлял на ней И. В. Сталин, Соединенные
Штаты Америки — Ф. Рузвельт, Великобританию —
У. Черчилль. Вместе с ними на конференцию прибыли
министры иностранных дел: В. М. Молотов, Э. Стет-
тиниус и А. Иден, а также другие деятели, как дип-
ломатические, так и военные. Американская и британ-
ская делегации были огромны по своему составу —
всего около 700 человек.

По предложению советской делегации было реше-
но назвать эту встречу Крымской конференцией (не-
редко ее называют также Ялтинской).

Заседания глав правительств проходили в зале Ли-
вадийского дворца (близ Ялты). Там же был разме-
щен президент США, чтобы ему не надо было совер-
шать нелегкие для него переезды на заседания и об-
ратно. Советская делегация разместилась в бывшем
Юсуповском дворце в Кореизе, Черчиллю был предо-
ставлен бывший Воронцовский дворец в Алупке.

4 февраля Сталин сначала нанес визит Черчиллю
в его резиденции в Воронцовском дворце, а затем Руз-
вельту в Ливадийском дворце. Потом состоялось от-
крытие конференции, то есть началось первое заседа-
ние глав правительств трех держав с участием неболь-
шого числа других членов делегаций.

Согласованной заранее повестки дня конференции
не «было. Делегации известили друг друга о том, какие
главные вопросы они хотели бы обсудить на конферен-
ции. Эти вопросы ставились на рассмотрение в основ-
ном в порядке степени их важности.

Самым главным для трех держав
был вопрос о скорейшем разгроме
агрессоров. Поэтому конференция
началась с обсуждения положения
на фронтах и координации действий

Вопрос
о скорейшем
разгром э
агрессоров

вооруженных сил союзников.

Слово было предоставлено заместителю начальника
Генерального штаба Красной Армии А. И. Антонову
для доклада о действиях Советских Вооруженных Сил.
Он сообщил, что наступление Советских войск предпо-
лагалось начать в конце января 1945 г. Однако ввиду
тревожного положения, создавшегося на западном
фронте в связи с наступлением немцев в Арденнах,
советские войска перешли в наступление 12 января.
К 1 февраля, то есть за 18 дней наступления, совет-
ские войска продвинулись до 500 км (25—30 км в сут-
ки), изолировали группировку противника в Восточной
Пруссии (до 27 дивизий), разгромили 45 немецких ди-
визий, причем противник потерял убитыми 300 тыС.
человек и пленными 100 тыС. человек. А. И. Антонов

выразил пожелание, чтобы британские и американские
войска ускорили переход в наступление на западном
фронте, подчеркнув, что обстановка этому благоприят-
ствует 20.

Начальник штаба армии США Дж. Маршалл ин-
формировал, что последствия немецкого наступления в
Арденнах ликвидированы. 8 февраля часть британских
и американских войск перейдет в наступление и дви-
нется за^ем на Берлин21.

На заседании отмечалась недостаточная согласован-
ность действий войск трех держав и были разработаны
меры с целью улучшения координации в будущем. Она
должна была осуществляться в Москве между Гене-
ральным штабом Красной Армии и главами американ-
ской и британской военных миссий в СССР. Встречи и
переговоры военных представителей трех держав про-
должались в течение всей конференции.

Первое заседание конференции, прошедшее в духе
общего стремления к укреплению сотрудничества в
деле военного разгрома Германии, положило хорошее
начало ее работе,

В официальном коммюнике об итогах конференции,
в разделе «Разгром Германии», заявлялось по этому
вопросу: f

«Мы рассмотрели и определили военные планы трех
союзных держав в целях окончательного разгрома об-
щего врага... Были полностью согласованы и детально
спланированы сроки, размеры и координация новых и
еще более мощных ударов, которые будут нанесены в
сердце Германии... Нацистская Германия обречена» 22.

На втором заседании конференции
(5 февраля) началось рассмотрение
политических проблем, вставших в

связи с приближением конца войны. Прежде всего бы-
ло решено обсудить германский вопрос, то есть вопрос
об обращении с Германией после ее поражения. В свя-
зи с приближением того часа, когда она вынуждена

Германский
вопрос
будет капитулировать, необходимо было без дальней-
шей оттяжки рассмотреть и решить многие принципи-
ально важные проблемы.

Советское правительство всегда исходило из того,
что необходимо согласовать политику трех союзных
держав по отношению к Германии и совместно принять
меры к тому, чтобы Германия больше никогда не угро-
жала миру в Европе. Но пока многие аспекты герман-
ского вопроса еще не были согласованы. Когда в ре-
зультате начавшегося в январе 1945 г. наступления
советские войска оказались уже вблизи Берлина, в
Лондоне и Вашингтоне стали задумываться над тем,
что может произойти, если Красная Армия окажется
в столице Германии, а между тремя главными союзни-
ками еще не будет окончательной договоренности об их
совместной политике в отношении Германии. Поэтому
правительства Великобритании и США также прояв-
ляли теперь заинтересованность в безотлагательном
согласовании позиции трех держав по германскому
вопросу23.

Значительная подготовительная работа была проде-
лана в Европейской консультативной комиссии (ЕКК)
в Лондоне. Как уже говорилось, еще в июле 1944 г.
ЕКК разработала документ о безоговорочной капиту-
ляции Германии. Были подготовлены также тексты
двух соглашений: 1) о зонах оккупации Германии и
об управлении Большим Берлином, 2) о контрольном
механизме для Германии. Эти документы с некоторыми
уточнениями и дополнениями были утверждены на
Крымской конференции.

Черчилль поддержал на конференции просьбу Фран-
ции о выделении ей зоны оккупации в Германии. «Анг-
лия хочет,— сказал он,— чтобы Франция была начеку
в отношении Германии. По мере роста своих сил Фран-
ция должна будет принимать на себя все большую часть
бремени по предотвращению нападения Германии».
В связи с этим Черчилль задал вопрос, как долго США
будут участвовать в оккупации Германии. Рузвельт
ответил, что он сомневается, чтобы США могли дер-
жать в Европе большую армию более чем в течение
двух лет после окончания войны 24. Британский премь-
ер использовал это в качестве дополнительного аргу-
мента в пользу привлечения Франции к участию в ок-
купации Германии.

В результате дискуссии было решено предоставить
Франции зону оккупации в Германии, выделив ее из
британской и американской зон. Представитель Фран-
ции должен был стать также членом Контрольного со-
вета по Германии25.

На Крымской конференции была рассмотрена так-
же проблема возможного расчленения Германии. На-
кануне конференции, 20 января, американский посол
в СССР А. Гарриман сообщил В. М. Молотову, что пре-
зидент США хотел бы обсудить на конференции этот
вопрос 26.

Иден в записке Черчиллю накануне конференции
также отмечал необходимость выработки на ней ука-
заний для Европейской консультативной комиссии о
политике трех держав по отношению к Германии, с тем
чтобы комиссия обратила особое внимание, в частно-
сти, на расчленение и децентрализацию Германии27.

Рузвельт выступил на конференции за то, чтобы в
принципе решить вопрос о расчленении Германии,
после чего можно будет договориться о деталях. Он
считал, что, предъявляя немцам условия безоговороч-
ной капитуляции, надо «заявить им, что Германия
будет расчленена». Президент подчеркнул, что он
«не видит иного выхода, кроме расчленения». «Может
быть,— сказал он,— эти зоны будут первым шагом к
расчленению Германии» 28.

Излагая свою позицию, Черчилль заявил, что в
принципе он «согласен с расчленением Германии».
Главная причина всех зол, говорил он,— это Пруссия.
«...Если Пруссия будет отделена от Германии, то ее
способность начать новую войну будет сильно ограни-
чена». Черчилль предлагал создание второго «большого
германского государства на юге, столица которого мог-
ла бы находиться в Вене». Британское правительство,
сказал он, готово «цринять принцип расчленения Гер-
мании и учредить комиссию для изучения процедуры
расчленения» 29.

Сталин в ходе обсуждения этого вопроса присоеди-
нился к мнению Рузвельта о том, чтобы решить его
на конференции в принципе. О реакции Сталина на
высказывания британского премьера в протоколе кон-
ференции говорится: «Он вполне понимает соображе-
ния Черчилля, что сейчас трудно составить план рас-
членения Германии. Это правильно. Он и не предла-
гает, что.бы сейчас был составлен конкретный план.
Однако вопрос должен быть решен в принципе и за-
фиксирован в условиях безоговорочной капитуляции» 30.
Никаких проектов советская делегация по этому воп-
росу ни ранее, ни в ходе конференции не выдвигала.

Для изучения после конференции процедуры рас-
членения Германии была создана комиссия в составе
А. Идена, посла США в Лондоне Дж. Вайнанта и пос-
ла СССР в Лондоне Ф. Т. Гусева31.

Советская делегация поставила на конференции
вопрос о том, как именно будет осуществлена Капиту-
ляция Германии, так как не исключалась возможность
того, что германские войска попытаются капитулиро-
вать не перед всеми тремя главными союзными держа-
вами, а только перед двумя — Великобританией и
США. Сталин поднял, в частности, вопрос, оставят ли
три союзные державы у власти Гитлера в случае, если
он безоговорочно капитулирует. Глава Советского пра-
вительства высказал мнение, что оставление у власти
его невозможно. Если все согласны, то при капитуля-
ции Германии об этом надо сказать. Возможно также,
что какая-нибудь группа в Германии заявит, продол-
жал Сталин, что она низложила правительство. Со-
гласны ли будут союзники, ставил он вопрос, иметь с
ней дело?

Черчилль выразил желание изложить возможный
ход событий. «Предположим,— сказал он,— что с пред-
ложением о капитуляции выступят Гитлер или Гим-
млер. Ясно, что союзники ответят им, что они не будут
вести с ними переговоры, как с военными преступни-
ками... Более вероятно, что Гитлер постарается скрыть-
ся или будет убит в результате переворота в Германии
и там будет создано другое правительство, которое
предложит капитуляцию. В таком случае мы немед-
ленно должны проконсультироваться друг с другом о
том, можем ли мы говорить с этими людьми в Герма-
нии. Если мы решим, что можем, то им нужно будет
предъявить условия капитуляции. Если же мы сочтем,
что эта группа людей недостойна того, чтобы с ней ве-
сти переговоры, то мы будем продолжать войну и ок-
купируем всю страну». «...Безоговорочная капитуля-
ция,— продолжал он,— исключает соглашение о пере-
мирии... Тот, кто подписывает условия безоговорочной
капитуляции, подчиняет себя воле победителей».

Выслушав эти разъяснения, Сталин подчеркнул
только одно: условия капитуляции должны быть под-
писаны 32. Дальнейшие события покажут, насколько
нужным был этот разговор.

По инициативе советской делегации на конферен-
ции был рассмотрен вопрос о репарациях с Германии.
Немецко-фашистские агрессоры произвели на терри-
тории СССР чудовищные по своим масштабам разру-
шения, не идущие ни в какое сравнение с тем, что в
истории человечества было совершено другими захват-
чиками. Советский Союз был заинтересован в том, что-
бы агрессоры возместили хотя бы часть причиненного
ими ущерба. Этот вопрос имел немалое значение и для
других стран, подвергшихся оккупации. Прибыв в
Крым, американские и британские представители бы-
ли поражены степенью разрушений, явившихся ре-
зультатом ожесточенных боевых действий, особенно в
Севастополе, а также злодеяний германских и румын-
ских фашистских оккупантов33.

Излагая позицию советской делегации по этому воп-
росу, заместитель наркома иностранных дел СССР
И. М. Майский подчеркнул, что предлагается взимать
репарации не деньгами, а натурой: во-первых, едино-
временным изъятием оборудования фабрик и заводов.
Судов, подвижного состава железных дорог и т. п., во-
вторых, товарными поставками в течение 10 лет. Об-
щую сумму репараций с Германии натурой всем стра
нам советская делегация предложила определить в
20 млрд, долларов34. Сумму репараций Союзу ССР
Майский предложил установить в 10 млрд, долларов,
отметив, что это составляет лишь «очень незначитель-
ную часть всей суммы прямых материальных потерь
Советского Союза» 35. СССР считал необходимым учи-
тывать и насущные нужды немецкого народа. Совет-
ские представители заявили на конференции, что при
выработке плана репараций с Германии имелось в виду
создать условия, при которых немецкий народ мог бы
существовать в послевоенные годы «на базе средне-
европейского уровня жизни» зб.

Раньше Черчилль неоднократно заявлял о согласии
с тем, чтобы СССР получил возмещение за ущерб, при-
чиненный ему германской агрессией. Однако теперь,
ссылаясь на плачевный опыт с получением с Германии
репараций после первой мировой войны, он упорно вы-
ступал против установления какой-либо определенной
суммы репараций. Советские представители снова под-
черкнули, что речь идет о репарациях не в деньгах,
как после первой мировой войны, когда у Германии не
было валюты, чтобы платить. Теперь же обсуждается
вопрос о репарациях только натурой.

Конференция подходила к концу, а этот вопрос
оставался неурегулированным. Когда он снова рассмат-
ривался 10 февраля, Сталин настойчиво добивался
принятия советских предложений. Дискутируя с Чер-
чиллем, oi^ поставил вопрос уже прямо: «Может быть,
конференция желает, чтобы русские совсем не полу-
чали репараций?»37

Характеризуя обстановку на этом заседании, Стет-
тиниус впоследствии писал: «Сталин говорил по воп-
росу о репарациях с Германии в большом возбуждении,
что было в резком контрасте с его обычной сдержан-
ностью. Он несколько раз вставал, становился позади
своего стула и говорил оттуда, жестами подчеркивая
главное. Ужасные разрушения, причиненные в России
немцами, по-видимому, его глубоко тронули. Хотя он
не ораторствовал и даже не повысил голоса, он гово-
рил с особой силой» 38.

Доказывая, что Германия в состоянии выплатить
указанную сумму репараций, советские представители
указали на то, что в предвоенные годы она в разных
формах затрачивала на вооружения до 6 млрд, долла-
ров в год. Даже британский премьер признал: «Да, это
очень важное соображение!»39 Американская делега-
ция выразила согласие принять названную советскими
представителями сумму репараций как основу для
дальнейших переговоров, но англичане не согласились
фиксировать сумму репараций.

В результате обсуждения этого вопроса было реше-
но, что «Германия обязана возместить в натуре ущерб,
причиненный ею в ходе войны союзным нациям». Уч-
реждалась межсоюзная комиссия по репарациям с
местопребыванием в Москве. В протоколе конференции
было зафиксировано, что советская и американская
Делегации согласились, что комиссия по репарациям
«примет в качестве базы для обсуждения предложение
Советского правительства о том, что общая сумма ре-
параций... должна составлять 20 миллиардов долларов
и что 50% этой суммы идет Советскому Союзу». Бри-
танская делегация считает, говорилось далее в прото-
коле, что до рассмотрения этого вопроса в комиссии
«не могут быть названы никакие цифры репараций» 40.

Позиция британского правительства по вопросу о
репарациях свидетельствовала о том, что оно хотело
увеличить сроки, которые понадобятся советскому на-
роду, чтобы залечить те тяжелые раны, которые были
нанесены ему нападением империалистической Гер-
мании.

’ Поскольку тут затронут вопрос о
послевоенном восстановлении народ-
ного хозяйства СССР, целесообразно
остановиться и на вопросе о креди-
тах Советскому Союзу для закупки
товаров. Накануне Московской конфе-

ренции министров иностранных дел трех держав (15 ок-
тября 1943 г.) председатель управления по делам
военного производства США Д. Нельсон в беседе с
И. В. Сталиным заявил, что после войны Соединенные
Штаты будут иметь значительные излишки товаров,
которые они будут готовы предоставить СССР41.
31 декабря в беседе с В. М. Молотовым А. Гарриман
сказал о готовности американских правительственных
органов предоставить кредит для закупок в США ма-
териалов, необходимых СССР для послевоенной ре-
конструкции42. В начале 1944 г. велись переговоры
о кредитах между народным комиссаром внешней тор-
говли СССР А. И. Микояном и американским послом
А. Гарриманом43. В своих телеграммах в Вашингтон
посол подчеркивал, что американская экономическая
помощь Советскому Союзу «является одним из наших

Вопрос
об американских
кредитах
Советскому
Союзу
американских
главных конкретных рычагов» для достижения полити-
ческих целей44. Следует дать русским понять, писал
он, что их отказ соглашаться с нашими взглядами бу-
дет оказывать влияние на нашу готовность сотруд-
ничать с ними, например, в оказании материальной
помощи в деле восстановления народного хозяйства45.

Тем временем вопросом о кредитах стали занимать-
ся американские деловые круги, Это объяснялось, в
частности, тем, что в 1944 г. в США началось сниже-
ние уровня промышленного производства. Разумеется,
американские бизнесмены помнили об остром экономи-
ческом кризисе, который разразился в капиталистиче-
ском мире сразу же после окончания первой мировой
войны. Поэтому они начали проявлять интерес к тому,
чтобы смягчить неизбежные новые послевоенные эко-
номические трудности в США путем значительного
расширения экспорта в Советский Союз. Лётом 1944 г.
СССР посетил председатель Американской торговой
палаты Э. Джонстон. Во время беседы со Сталиным
(26 июня) обсуждался среди других и вопрос о предо-
ставлении Союзу ССР кредитов для закупай после вой-
ны американских товаров46. Деловые круги Соединен-
ных Штатов понимали, что СССР сможет осуществлять
крупные закупки в США только в случае предостав-
ления кредита, то есть сами проявляли большую заин-
тересованность в кредитовании советских заказов.

Вместе с тем американские монополии планирова-
ли использовать предоставление кредитов Советскому
Союзу для того, чтобы попытаться поставить его в эко-
номическую зависимость от США. Американский исто-
рик Р. Леверинг констатирует, что имелось в виду пре-
вратить СССР в «экономический придаток Соединён-
ных Штатов», который поставлял бы сырье, а покупал
бы дорогие американские промышленные изделия47.

Как отмечает другой американский историк,
Дж. Херринг, в Вашингтоне рассчитывали, что Россия,
истощенная войной, будет зависеть в деле своего вос-
становления от американской помощи. «Поэтому Со-
единенные Штаты могли требовать за это существен-
ные политические и экономические уступки, которые
бы соответствовали интересам США и подчинили со-
ветскую политику их целям» 48. Но Херринг вынуж-
ден признать, что правительственные органы США
«переоценили» возможность использования вопроса
о кредитах для оказания давления на СССР, так как
Советское правительство считало возможным осуще-
ствить восстановление страны и собственными сред-
ствами49.

Правительство США вернулось к вопросу о креди-
тах в начале 1945 г., накануне Крымской конференции.
Оно снова имело в виду использовать разговоры о кре-
дите для того, чтобы добиться от СССР уступок по об-
суждавшимся политическим вопросам.

1 января 1945 г. в письме Ф. Рузвельту министр
финансов США Г. Моргентау отмечал, что предостав-
ление Советскому Союзу кредитов «имело бы опреде-
ленные долговременные выгоды для Соединенных Шта-
тов, как и для России». «Я уверен, что если бы мй
проявили теперь инициативу и предложили русский!
конкретный план помощи им на период восстановле-
ния, то это в значительной степени содействовало бы
устранению многих трудностей, с которыми мы встре-
чались в отношении их проблем и политики» 50.

Вскоре Моргентау представил Рузвельту меморан-
дум, в котором предлагал предоставить СССР кредиты
на 10 млрд, долларов для закупок американских това-
ров. Он считал возможным установить 35-летний срок
погашения кредитов при 2% годовых. В меморандуме
констатировалось, что Россия имеет достаточно ресур-
сХЙв для погашения кредитов. «Этот кредит России,—
писал Моргентау,— будет крупным шагом в осущест-
влении вашей программы обеспечения 60 млн. рабочих
мест в послевоенный период» 51. Однако госдепарта-
мент США выступил против передачи Советскому пра-
вительству предложения о кредитах уже в то время,
так как считал необходимым использовать в нужный
момент вопрос о кредитах как рычаг воздействия для
достижения американским правительством своих це-
лей «по многим другим политическим и экономическим
проблемам» 52. Рузвельт поддержал позицию госдепар-
тамента 53.

Разумеется, Советский Союз, народному хозяйству
которого в результате нападения Германии и ее союз-
ников был нанесен огромный ущерб, проявлял серьез-
ную заинтересованность в получении в США долго-
срочных кредитов, что дало бы возможность размещать
в США заказы, необходимые для восстановления эко-
номики страны. 3 января Молотов передал Гарриману
памятную записку, в которой сообщалось, что, учиты-
вая неоднократные заявления американских деятелей
о желательности получения крупных советских зака-
зов на послевоенный период, Советское правительство
считает возможным разместить в США заказы на осно-
ве долгосрочных кредитов на сумму 6 млрд, долларов.
Срок погашения кредитов предлагалось установить в
30 лет, годовые — 2,2554.

Сообщая в Вашингтон об этом предложении, Гар-
риман, будучи единого мнения с госдепартаментом,
усиленно доказывал, что вопрос о предоставлении кре-
дитов следует решать в тесной связи с общими проб-
лемами отношений между двумя странами и учетом
Советским Союзом позиции США по международным
вопросам55.

В документе госдепартамента США, подготовлен-
ном по этому вопросу для американской делегации на
Крымской конференции, снова подчеркивалось, что
вопрос о послевоенных кредитах «может служить по-
лезным инструментом» в отношениях США и СССР5&.
Таким образом, в Вашингтоне было решено исполь-
зовать вопрос о предоставлении Советскому Союзу кре-
дитов в целях оказания на него давления для дости-
жения американским империализмом его внешнеполи-
тических целей.

В ходе конференции этот вопрос был затронут, од-
нако, только во время завтрака трех министров иност-
ранных дел 5 февраля. Касаясь экономических проб-
лем Германии, Молотов заметил, что Советское прави-
тельство надеется на получение репараций с Германий
и долгосрочных американских кредитов. Стеттиниус
сообщил 6 готовности обсудить вопрос о кредитах57.
Больше этот вопрос в ходе конференции не поднимал-
ся. Но это вовсе не означало, что о нем не вспоминали
и при обсуждении других вопросов.

Создание
международной
организации
безопасности

На Крымской конференции подроб-
но обсуждался вопрос о создании
международной организации для
обеспечения мира и безопасности.
Американские правящие круги рас-

считывали играть в ней ведущую роль. Они полагали,
что это будет существенным шагом вперед в деле уста-
новления мирового господства США. Поэтому амери-
канская делегация придавала огромное значение реше-
нию на конференции всех вопросов, связанных с соз-
данием этой организации.

Советский Союз также считал необходимым созда-
ние международной организации, надеясь, что это мо-
жет послужить одним из средств предотвращения по-
вой мировой войны, упрочения мира, укрепления
сотрудничества между государствами58. Но, учитывая
опыт деятельности Лиги наций, Советское правитель-
ство было заинтересовано в том, чтобы новая всемир-
ная организация, подавляющее большинство членов
которой будут капиталистическими странами, не мог-
ла быть использована против законных прав и инте-
ресов СССР. Поэтому оно придавало принципиальное
значение вопросу о процедуре голосований в Совёте
Безопасности этой организации, который не удалось
урегулировать на конференции в Думбартон-Оксе. Со-
ветское правительство настаивало там, как указыва-
лось, на принципе единогласия постоянных членов
Совета при решении всех вопросов обеспечения мира и
безопасности.

Даже буржуазные авторы отмечают, что обсуждав-
шийся проект Устава ООН не мог считаться благо-
приятным для СССР. Согласно проекту, западные дер-
жавы имели бы господствующее положение на Гене-
ральной Ассамблее. Советский Союз был бы в изоляции
и в Совете Безопасности, где даже среди постоянных
членов Совета (СССР, США, Великобритания, Китай
и Франция) соотношение сил могло бы оказаться 1:4.
Без включения в Устав принципа единогласия великих
держав Советский Союз не мог бы отстоять в органи-
зации свои интересы59.

В послании Сталину от 5 декабря 1944 г. Рузвельт
внес новое предложение о порядке голосования в Со-
вете Безопасности. В нем предусматривалось, что для
принятия Советом Безопасности решений по всем воп-
росам, кроме процедурных, необходимо единогласие
всех постоянных членов Совета. Но сторона, участвую-
щая в споре, должна воздерживаться От голосования
При принятии решений о мирных средствах урегули-
рования этого спора 60.

Американское правительство выступило с этим же
предложением и на Крымской конференции. Но оно
Добавило к нему перечень вопросов, для принятия ре-
шения но которым требовалось единогласие постоян-
ных членов Совета Безопасности. Излагая эти предло-
жения, Стеттиниус заявил, что они находятся в пол-
ном соответствии «с особой ответственностью великих

12 В. я. Сиполс 321
держав за сохранение всеобщего мира». Он отметил,
что они требуют «безусловного единогласия постоянных
членов Совета по всем важнейшим решениям, относя-
щимся к сохранению мира, включая все экономические
и военные принудительные меры» 61.

Выступая по этому вопросу, Сталин подчеркнул, что
самое важное условие сохранения длительного мира —-
это единство трех держав. «Поэтому надо подумать о
том, как лучше обеспечить единый фронт между тремя
державами, к Которым следует прибавить Францию и
Китай... Надо выработать такой устав, который мак-
симально затруднял бы возникновение конфликтов
между ними. Это — главная задача» 62.

После обстоятельного изучения американских пред-
ложений советская делегация признала их приемлемы-
ми63. Тем самым вопрос о голосовании в Совете Безо-
пасности был урегулирован. Рузвельт заявил, что он
счастлив услышать о согласии Советского правитель-
ства с его предложениями. «Следовательно,— сказал
он,— достигнут больщой прогресс» 64.

Советская делегация, как и на конференции в Дум-
бартон-Оксе, поставила вопрос об участии в междуна-
родной организации советских республик. Но теперь,
учитывая позицию США и Великобритании, шла речь
только о трех или по крайней мере двух советских рес-
публиках — Украине и Белоруссии65.

Черчилль выступил в поддержку советского пред-
ложения. Он заявил, что выслушал его «с чувством
глубокой симпатии». Его сердце тронуто, сказал он, и
обращено к великой России, истекающей кровью, но
поражающей тирана. «Россия с ее 180-миллионным
населением,— сказал он,— пожалуй, имела бы основа-
ния косо смотреть на Британское содружество наций,
если бы она имела только один голос, хотя население
России намного превышает белое население Британ-
ской империи» 66.
Американская делегация, выражая принципиальное
согласие, предложила отложить окончательное реше-
ние этого вопроса до конференции по созданию между-
народной организации. США и Великобритания обя-
зались поддержать на ней допуск Украины и Белорус-
сии к первоначальному членству в этой организации67.

Правительство США принимало в то время энер-
гичные меры, чтобы побудить максимальное количе-
ство стран Латинской Америки срочно объявить войну
Германии, что дало бы им право стать членами созда-
ваемой международной организации. Имея огромное
влияние в этих странах, американское правительство
рассчитывало обеспечить себе в новой организации
поддержку со стороны большинства ее членов, а тем
самым и доминирующее положение.

На конференции встал вопрос об опеке над колони-
альными владениями. Черчилль тут буквально «взор-
вался». Он самым решительным образом заявил, что
возражает против обсуждения этого вопроса. Велико-
британия воюет, подчеркнул он, «за сохранение в це-
лостности Британского содружества наций и Британ-
ской империи» 68.

Иден в своих мемуарах своеобразно пытается «смяг-
чить» впечатление от этого проявления воинствующего
британского империализма. Он отмечает, что Рузвельт
в этом отношении был отнюдь не лучше Черчилля.
Американский президент, пишет Иден, «надеялся, что
бывшие колониальные территории, освободившись от
своих господ, окажутся в политической и экономиче-
ской зависимости от Соединенных Штатов» 69. У. Леги,
излагая в своих воспоминаниях ход обсуждения этого
вопроса, также отмечает, что «одной из любимых идей
Рузвельта, которые он много раз обсуждал с ним, было
создание серии стратегических баз во всем мире»70.
Рузвельт имел в виду прежде всего принадлежавшие
Японии тихоокеанские острова, и не только. Накануне
Крымской конференции он сказал Стеттиниусу, что
США «в высшей степени заинтересованы овладеть ба-
зой в Африке», например Дакаром, Гамбией или Канар-
скими островами, чтобы создать там военно-воздушную
базу71. Президент США полагал, что формально коло-
ниальные владения, принадлежавшие вражеским стра-
нам, могли бы находиться под опекой создаваемой меж-
дународной организаций безопасности, а фактически,
господствуя в этой организации, распоряжались бы в
них Соединенные Штаты, создав там, в частности, аме-
риканские базы. Биограф Рузвельта Р. Даллек не скры-
вает, что отношение американского президента к воп-
росу об опеке является одним из наглядных примеров
того, как он «использовал идеалистическую идею для
маскировки политики применения силы», «обеспечения
стратегических баз» 72.

В коммюнике о Крымской конференции провозгла-
шалось, что главы правительств трех держав решили
в ближайшее время учредить совместно со своими со-
юзниками всеобщую международную организацию для
поддержания мира и безопасности. Конференцию Объ-
единенных Наций с целью создания всемирной органи-
зации было решено созвать 25 апреля в Сан-Франциско.
На нее решили пригласить страны, которые находились
в состоянии войны с общим врагом на 8 февраля или
которые объявили бы войну ему впоследствии, но не
позднее 1 марта 1945 г.73

Черчилль поднял на Крымской конференции воп-
рос о желательности проводить в будущем регулярные
встречи министров иностранных дел трех держав. Учи-
тывая, что за годы войны крупные международные
конференции проводились и в США, и в СССР, но ни
разу такой чести не была удостоена Великобритания,
он предложил, чтобы первая встреча трех министров
иностранных дел состоялась в Лондоне. Предложение
и приглашение Черчилля были приняты74.
рассмотрение конференции
Декларации об освобождён-

Американская делегация представи-

Декларация ла на

об освобожденной

Европе проект _

ной Европе. Этот документ состоял
из общедемократических положений. Но его появление
было результатом тревожных раздумий правящих кру-
гов США и Великобритании над тем, как бы предот-
вратить в Европе в конце второй мировой войны рево-
люционные потрясения, аналогичные тем, которые
имели место в конце первой мировой войны.

В Вашингтоне и Лондоне серьезно опасались, что
подобно тому, как в 1917 г. революция победила в Рос-
сии, она может восторжествовать теперь и в ряде дру-
гих стран. Учитывался и опыт удушения в то время
революций в некоторых странах Европы вооруженной
рукой. Британские и американские империалисты были
преисполнены решимости прибегать к таким же сред-
ствам и теперь. Наглядный пример тому — британская
вооруженная интервенция в Греции в 1944 г. Намеча-
лось использовать опыт деятельности Американской
администрации помощи (АРА), которая немало сде-
лала после первой мировой войны для стабилизации
капиталистических порядков в Европе экономическими
средствами. Разумеется, в США помнили установку
тогдашнего президента США В. Вильсона, писавшего
в январе 1919 г., что большевизм «не может быть оста-
новлен силой, но он может быть остановлен продоволь-
ствием» 75.

Но по сравнению с теми годами положение в Евро-
пе коренным образом изменилось. Тогда США, Вели-
кобритания, Франция, Италия и их союзники осуще-
ствляли вооруженную интервенцию против молодого
Советского государства, сообща душили революции в
Венгрии и других странах. Теперь же США и Велико-
британия — союзники СССР в войне — вынуждены
были согласовывать с Советским Союзом свои действия.
К тому же они не могли не учитывать новое общее
соотношение сил в Европе между капиталистическими
государствами и СССР.

В специальном документе, подготовленном в гос-
департаменте США по этому вопросу, констатирова-
лось, что в результате войны произошли коренные из-
менения в соотношении военной мощи европейских
государств. «Необходимо отметить такое исключитель-
ное обстоятельство,— говорилось в нем,— как проявив-
шийся за последнее время феноменальный рост военной
и экономической мощи России, находившейся ранее в
скрытом состоянии, этот рост, по всей вероятности,
©кажется эпохальным по своему влиянию на будущие
международные военно-политические отношения и вско-
ре достигнет максимальных размеров, соответствующих
ресурсам России».

В то же время отмечалось, что относительная воен-
ная и экономическая мощь Великобритании ослабла.
В госдепартаменте считали, что если бы США и Вели-
кобритания вместе вступили в войну против СССР, то
они «не могли бы при существующих условиях нане-
сти ему поражение». «Иными словами, мы оказались
бы втянуты в войну, в которой не могли бы одержать
победы» 76.

Что же касается политических взглядов населения
европейских стран, то госдепартамент признавал, что
«настроение народов Европы ориентировано влево, рез-
ко в пользу далеко идущих экономических и социаль-
ных реформ» 11.

Правящие круги США считали необходимым оста-
новить этот сдвиг влево, чтобы он не привел к револю-
ционным изменениям во втянутых в войну капитали-
стических странах Европы, добиться укрепления в них
позиций реакционных сил.

Американский буржуазный историк либерально-
критического направления Г. Колко констатирует, что
в Лондоне и Вашингтоне были озабочены резким уси-
лением левых тенденций в европейских странах. Быст-
ро росло влияние коммунистов. Стоял вопрос о созда-
нии единого фронта коммунистических и другие левых
партий. Поскольку коммунисты активно участвовали в
движении Сопротивления, они были вооружены. По-
этому американское и английское правительства опа-
сались «политического поражения после их военной
победы». Колко подчеркивает, что причины роста ле-
вых сил — не какие-то действия СССР, а внутренние
события в каждой отдельной стране, последствия окку-
пации. Но в Лондоне и Вашингтоне опасались возмож-
ности сотрудничества СССР с левыми силами в этих
странах78. 3 февраля 1944 г. в документе, составлен-
ном в госдепартаменте США, отмечалось, что во всех
оккупированных странах коммунисты являются самой
влиятельной политической силой и ко времени осво-
бождения этих стран «они во многих районах будут
осуществлять фактический контроль» 79.

Что касается стран Западной и Южной Европы, то
в результате принятых американскими и британскими
империалистами решительных мер по подавлению ре-
волюционных сил и укреплению позиций буржуазных
кругов ко времени Крымской конференции положение
выглядело уже несколько иначе.

В Лондоне и Вашингтоне пытались сделать все воз-
можное, чтобы добиться укрепления позиций реакци-
онных сил и в странах Центральной и Восточной Ев-
ропы. «Мы стремились,— отмечает другой американ-
ский историк либерально-критического направления,
Д. Флеминг,— сохранить власть высшего социального
слоя, который давно правил этими странами» 80.

В меморандуме Стеттиниуса Рузвельту от 18 января
1945 г. предлагалось создание четырьмя державами
(три участницы конференции и Франция) Чрезвычай-
ной верховной комиссии для проведения совместной
политики в Европе. Она должна была бы заниматься
возвращением в некоторые страны эмигрантских пра-
вительств, созданием в них новых временных органов
власти, «поддержанием порядка» в некоторых странах
(то есть подавлением революционных выступлений),
острыми экономическими проблемами81. Госдепарта-
мент хотел, чтобы комиссия занялась в первую очередь
положением в Польше. Понимая, что Советский Союз
будет возражать против этого, он считал необходимым
любыми средствами добиться его согласия82.

Суть этого предложения сводилась к тому, чтобы,
располагая большинством в этом новом органе, импе-
риалистические державы могли предпринять все воз-
можное для поддержания или восстановления как в
освобожденных странах, так и в государствах, бывших
союзниками Германии, капиталистических порядков.
Это был бы орган, предназначенный для экспорта
контрреволюции. Автор официальной истории британ-
ской внешней политики в годы войны Л. Вудворд отме-
чает, что суть американского предложения сводилась к
тому, чтобы предотвратить в других странах такое раз-
витие событий, какое имело место в Греции, где ком-
мунистам почти удалось взять власть в свои руки83.

Британское правительство занималось вопросами
послевоенной расстановки политических сил в Евро-
пе — как в отдельных государствах, так и в общеевро-
пейском плане — еще больше, чем американская адми-
нистрация. В госдепартаменте США учитывали, что в
Москве реакционные планы Черчилля не могли не вы-
зывать серьезной озабоченности. В одном из докумен-
тов, подготовленных госдепартаментом для Рузвельта
в связи с Крымской конференцией, отмечалось: «Со-
ветское правительство подозревает, что Великобрита-
ния желает установления, где только возможно, пра-
вительств правого крыла, которые, с советской точки
зрения, были бы враждебны по отношению к Советско-
му Союзу... Недавние события в Греции несомненно
будут рассматриваться Москвой как подтверждение
этих подозрений относительно намерений Великобри-
тании» 84. Британский Форин оффис начал разрабаты-
вать соответствующие планы еще в 1943 г. и к Крым-
ской конференции подготовил проект, аналогичный
американскому.

Американское предложение об опубликовании Дек-
ларации об освобожденной Европе было обсуждено во
время встречи Стеттиниуса с Иденом на Мальте 31 ян-
варя. Британский министр всецело поддержал его.

Что касается временных правительств, которые соз-
давались бы в странах Восточной и Центральной Ев-
ропы, то британские и американские правящие круги
считали необходимым добиваться, чтобы они состояли
из, представителей всех политических партий, в том чис-
ле и наиболее реакционных. Таким образом, коммуни-
стическим партиям в этих правительствах противостоял
бы блок буржуазных партий. Кроме того, как свиде-
тельствует Вудворд, имелось в виду, что эти времен-
ные правительства «должны воздерживаться от мер,
радикально влияющих на политическую и социальную
структуру страны». Это означало, что накладывался
запрет на какие-либо революционные преобразования
в этих странах, подрывающие основы существовавших
в них буржуазных порядков. Что касается освобождае-
мых стран Западной Европы, то эту чрезвычайную ко-
миссию предполагалось использовать для подрыва по-
зиций коммунистических партий и руководимых ком-
мунистами движений Сопротивления, а также для
нейтрализации критики советской стороной правых
партий, в особенности за сотрудничество их ранее с
фашистскими оккупантами 85.

Разделяя планы экспорта контрреволюции, кото-
рые лежали в основе предложений госдепартамента,
Рузвельт все же не считал возможным выступать
на конференции с предложением о создании этой чрез-
вычайной комиссии, то есть предлагать Советскому пра-
вительству принимать участие в работе органа, при-
званного душить революционные движения народов
Европы.

В проекте Декларации об освобожденной Европе,
представленном на конференции американской деле-
гацией, о чрезвычайной комиссии прямо уже не гово-
рилось. Предлагалось в случае необходимости учредить
«надлежащий механизм для осуществления совместной
ответственности» 86.

Разумеется, советская делегация понимала, что
скрывалось за этим американским проектом. Для того
чтобы изменить политическую суть проекта, она пред-
ложила добавить в него следующие слова: «Будет ока-
зана поддержка политическим деятелям этих стран,
принимавшим активное участие в борьбе против гер-
манской оккупации». Советские представители подчер-
кивали, что у трех держав не может быть одинакового
отношения к тем, кто поддерживал немцев и кто бо-
ролся против них. Однако американская и британская
делегации не согласились принять эту поправку87, по-
скольку это означало бы поддержку не реакционных, а
прогрессивных сил освобожденных стран.

Советским представителям удалось добиться того,
чтобы в декларации слова об учреждении «надлежаще-
го механизма» были заменены указанием, что в случае
необходимости три державы будут «консультироваться
между собой» о необходимых мерах88. Тем самым
обеспечивались условия для того, чтобы противодей-
ствовать попыткам вмешательства США и Велико-
британии со ссылкой на эту декларацию во внутренние
дела освобожденных стран Европы. Декларация носила
теперь характер документа об общедемократических
принципах, которыми будут руководствоваться три
державы.
В Декларации об освобожденной Европе провозгла-
шалось, что руководители участвующих в конференции
держав договорились согласовывать политику своих
правительств в деле помощи народам, освобожденном
от господства нацистской Германии, а также народам
государств — бывших сателлитов оси в Европе при
разрешении ими демократическими способами их на-
сущных политических и экономических проблем. Пре-
дусматривалось, что установление порядка в Европе
должно быть достигнуто таким путем, который позво-
лит освобожденным народам «уничтожить последние
следы нацизма и фашизма и создать демократические
учреждения по их собственному выбору» 89.

Таким образом, советская дипломатия сорвала пла-
ны правящих кругов США и Великобритании о созда-
нии чрезвычайной комиссии для экспорта контрреволю-
ции, навязывания освобожденным народам Европы
реакционных режимов.

— Наиболее напряженные дискуссии

Польский вызвал на Крымской конференции

вопрос польский вопрос. Это было связано с

тем, что решалась судьба Польши: получит ли польский
народ, взявший власть в свои руки и начавший строить
народно-демократическое государство, возможность про-
должать созидание нового общества, или же в Польше
будут восстановлены прежние реакционные порядки и
она снова станет составной частью лагеря империализ-
ма. Руководствуясь принципом пролетарского интерна-
ционализма, Советское правительство последовательно
поддерживало новое, народно-демократическое польское
государство.

Правительства Великобритании и США, напротив,
считали необходимым сделать все возможное, чтобы
вернуть к власти в Польше реакционные силы. Чер-
чилль впоследствии писал, что именно польский вопрос
был для Великобритании главной причиной, делавшей
необходимым проведение Ялтинской конференции90.

Однако в Лондоне и Вашингтоне вынуждены были
считаться с тем, что Польша была освобождена совет-
скими войсками. В Варшаве действовало новое поль-
ское временное правительство, пользовавшееся с каж-
дым днем все большим авторитетом и поддержкой на-
родных масс страны. Состав же польского эмигрантского
правительства в Лондоне оказался настолько реакцион-
ным, а его политика в отношении СССР настолько
враждебной и агрессивной, что даже британское прави-
тельство перестало поддерживать с его членами какие-
либо отношения. Черчилль и Иден имели контакты с
деятелями польской эмиграции в Лондоне, но находив-
шимися вне этого правительства (С. Миколайчиком и
др.) 91.

В Лондоне и Вашингтоне уже не считали возмож-
ным ставить вопрос о восстановлении Советским прави-
тельством отношений с этим «живым трупом» польского
эмигрантского правительства в Лондоне. В Форин оф-
фисе полагали, что на данной стадии больше нет на-
дежд и на соглашение между двумя польскими прави-
тельствами — варшавским и лондонским. Оптимальным
вариантом считалось «проникновение» в состав сущест-
вовавшего в Варшаве правительства Миколайчика и не-
которых других польских буржуазных деятелей, не от-
носившихся к крайне правому, антисоветскому крылу
эмиграции92.

Форин оффис подготовил документ с изложением
позиции, которой британской делегации следовало при-
держиваться по этому вопросу на Крымской конферен-
ции. Прежде всего считалось необходимым добиться со-
гласия Советского правительства на некоторое измене-
ние состава (modification) варшавского правительства.
Затем следовало обеспечить проведение в Польше сво-
бодных выборов. Форин оффис считал возможным при-
знание «модифицированного» (modified) варшавского
правительства, расширенного (widened) за счет вклю-
чения в его состав Миколайчика и некоторых других
польских буржуазных деятелей. Кроме того, он пола-
гал, что необходимо побудить поляков, вошедших в рас-
ширенное польское правительство, признать советско-
польскую границу по «линии Керзона». Форин оффис
хотел, чтобы к этому времени в Варшаву прибыли бри-
танские и американские представители, которые могли
бы, «насколько это возможно, влиять на положение в
соответствии с нашими взглядами»93.

22 и 26 января британский военный кабинет рас-
сматривал этот вопрос. Констатировалось, что в усло-
виях, когда почти вся территория Польши освобождена
от немецких войск, правительство в Варшаве, поддер-
живаемое русскими, «будет быстро набирать силу».
Единственный козырь, которым располагает британская
дипломатия,—это признание (или непризнание) вар-
шавского правительства. Этот козырь не следует отда-
вать бесплатно, надо добиваться взамен чего-то доста-
точно существенного. Считалось возможным установить
советско-польскую границу по «линии Керзона», предо-
ставив Польше территориальную компенсацию за счет
Германии. Но военный кабинет был против того, чтобы
польская граница была передвинута до Западной
Нейсе94.

Госдепартамент США, излагая свою позицию по во-
просу о Польше в связи с предстоящей Крымской кон-
ференцией, выражал согласие на установление восточ-
ной границы Польши по «линии Керзона». В то же
время он высказывался за предоставление Польше лишь
незначительных компенсаций на западе. Предусматри-
валось также, что американские фирмы должны иметь
возможность заниматься в Польше бизнесом95. При
этом имелось в виду, что торговля и капиталовложения
дадут США возможность оказывать влияние на разви-
тие событий в Польше.
Во время предварительных переговоров А. Идена и
Э. Стеттиниуса на Мальте 1 февраля позиция Велико-
британии и США по вопросу о Польше была согласова-
на. Они решили добиваться осуществления на конфе-
ренции своих планов. Но в то же время они исходили
из того, как пишет американский историк Д. Клеменс,
что польский вопрос не должен подорвать единство со-
юза трех держав в войне96.

На Крымской конференции первым изложил свою
позицию по польскому вопросу (на заседании 6 февра-
ля) Рузвельт, заявив, что он за «линию Керзона». Вме-
сте с тем он подчеркнул, что считает наиболее сущест-
венной частью польского вопроса создание в Польше
нового правительства, в которое вошли бы представи-
тели всех польских партий. Президент США внес пред-
ложение о создании президентского совета в составе
цеболыпого числа польских деятелей, на который была
бы возложена задача создания временного правитель-
ства Польши97.

Излагая позицию британского правительства, Чер-
чилль также выразил согласие с «линией Керзона». Он,
как и Рузвельт, придавал основное значение вопросу а
составе польского правительства. Черчилль снова дема*
гогически утверждал, что Великобритания вступила в
войну в целях защиты Польши от германской агрес*
сии. «Великобритания интересуется Польшей потому,—
патетически заявил он,— что это — дело чести Велико-
британии». В то же время даже британский премьер
отметил, что, хотя Великобритания признает польское
правительство в Лондоне, состав и политика его тако-
вы, что он «не считает нужным встречаться с членами
этого правительства» 98. Черчилль выступал за создание
нового польского правительства с участием представи-
телей реакционной польской эмиграции, но не участво-
вавших в тогдашнем польском правительстве в Лон-
доне.
Эти выступления свидетельствовали о том, что бри-
танская и американская делегации усиленно пытались
навязать Советскому Союзу по польскому вопросу угод-
ные им решения. Черчилль заходил в своих требова-
ниях гораздо дальше того, что было решено накануне
конференции на заседании британского правительства.

Выслушав Рузвельта и Черчилля, Сталин предло-
жил устроить небольшой перерыв, который был весьма
полезен в создавшейся накаленной обстановке. После
перерыва Сталин изложил позицию Советского прави-
тельства. «...Для русских,— сказал он,— вопрос о Поль-
ше является не только вопросом чести, но также и
вопросом безопасности», так как с Польшей связаны
важнейшие стратегические проблемы Советского госу-
дарства. «Дело не только в том, что Польша — погра-
ничная с нами страна. Это, конечно, имеет значение, но
суть проблемы гораздо глубже. На протяжении истории
Польша всегда была коридором, через который прохо-
дил враг, нападающий на Россию... Польский коридор
не может быть закрыт механически извне только рус-
скими силами. Он может быть надежно закрыт только
изнутри собственными силами Польши. Для этого нуж-
но, чтобы Польша была сильна. Вот почему Советский
Союз заинтересован в создании мощной, свободной и
независимой Польши. Вопрос о Польше — это вопрос о
жизни и смерти для Советского государства».

Западную границу Польши глава Советского прави-
тельства предложил установить по Одеру и Западной
Нейсе.

Что касается вопроса о польском правительстве, то
Сталин подчеркнул, что создать его на Крымской кон-
ференции невозможно. Оно может быть создано «только
при участии поляков» ".

Ввиду принципиальных различий в позициях Анг-
лии и США, с одной стороны, и СССР, с другой, засе-
дание проходило в предельно напряженной обстановке.
7 февраля советская делегация внесла предложения
по польскому вопросу, в которых, в частности, преду-
сматривалось: «Признать желательным пополнить вре-
менное польское правительство некоторыми демократи-
ческими деятелями из эмигрантских польских кру-
гов»100. Разъясняя это предложение (8 февраля), Мо-
лотов подчеркнул, что целесообразно вести переговоры
о создании польского правительства на базе пополне-
ния существующего. Было бы неправильно игнориро-
вать тот факт, что в Польше уже существует правитель-
ство. Оно пользуется огромным авторитетом в народе.
Вопрос о том, сколько новых членов и кто именно дол-
жен быть включен в состав этого правительства, надо
обсудить, но решение его будет зависеть прежде всего
от тех, кто работает в самой Польше.

Нарком иностранных дел СССР высказался против
предложения Рузвельта о создании сначала президент-
ского совета, а затем правительства, так как вместо
одной трудной проблемы тогда придется решать две, в
результате чего трудности увеличатся, а не умень-
шатся 101.

Черчилль энергично продолжал добиваться своего:
«...Конференция в своей работе достигла решающего
момента. Речь идет о вопросе, урегулирования которого
ожидает весь мир. Если мы разъедемся, продолжая при-
знавать разные польские правительства, то все поймут,
что между Великобританией и США, с одной стороны,
и Советским Союзом — с другой, существуют коренные
разногласия. Это имело бы весьма плачевные послед-
ствия во всем мире, и это наложило бы на нашу кон-
ференцию печать банкротства. Вместе с тем необходи-
мо констатировать, что мы придерживаемся различных
взглядов...» Британский премьер признал, что он не
согласен с позицией польского правительства в Лондоне
и считает его действия неразумными. Но, сказал он,
«советские предложения идут недостаточно далеко» 102-
После продолжительной и острой дискуссии амери-
канская делегация все же стала на путь поиска взаимо-
приемлемого компромиссного решения. 9 февраля она
внесла свои предложения. В них была в определенной
степени учтена позиция Советского правительства.
США сняли свое предложение о создании президент-
ского совета. В документе признавалось, что вопрос о
польском правительстве могут решить только сами по-
ляки. «Все трое согласны,—говорилось далее,— что это
правительство должно быть составлено из членов тепе-
решнего временного правительства Польши и в допол-
нение— из представителей других демократических
элементов внутри Польши и некоторых польских демо-
кратических деятелей из-за границы». Предусматри-
валось, что Молотов, Гарриман и Кларк Керр прокон-
сультируются в Москве в первую очередь с членами
теперешнего временного правительства и с другими
демократическими лидерами как из самой Польши, так
и из-за границы, имея в виду реорганизацию тепере-
шнего правительства. Созданное в результате временное
правительство национального единства будет признано
тремя союзными державами. Это правительство должно
принять обязательство провести свободные выборы.
В американском документе предлагалась формулиров-
ка: «Теперешнее временное правительство Польши бу-
дет реорганизовано во вполне представительное прави-
тельство на базе всех-демократических сил в Польше с
включением демократических деятелей Польши из-за
границы» 103.

В дальнейшем дискуссия сосредоточилась вокруг
вопроса о том, следует ли в Польше создавать новое
правительство или реорганизовывать существующее в
Варшаве правительство.

Стремясь к взаимопониманию, советская делегация
согласилась на заседании глав правительств 9 фев-
раля принять за основу американское предложение.
Но вместо американской советская делегация предложи-
ла следующую формулировку: «Теперешнее временное
польское правительство должно быть реорганизовано на
базе более широкого демократизма за счет включения в
него демократических деятелей, находящихся в Поль-
ше и за границей» 104.

Изучив советское предложение, Рузвельт заявил, что
«достигнут большой прогресс». Черчилль присоединил-
ся к мнению американского президента 105. Это озна-
чало, что наметилась перспектива выработки согласо-
ванного решения по этому вопросу.

Американские и британские представители усилен-,
но настаивали на том, чтобы на послов трех держав в
Варшаве было возложено наблюдение за проведением
выборов. Но советская делегация заявила, что такое на-
блюдение будет обидным для поляков. В конце концов
Стеттиниус согласился снять это предложение с обсу-
ждения.

Поскольку правительства Англии и США пспыты-
вали определенные трудности в связи с необходимо-
стью заявить, что они больше не признают польского
эмигрантского правительства, а будут в дальнейшем
признавать польское временное правительство нацио-
нального единства, советская делегация сочла возмож-
ным изменить редакцию соответствующей фразы проек-
та решения. Она предложила записать, что после обра-
зования правительства национального единства США и
Великобритания установят с ним дипломатические от-
ношения. Тем самым был обойден «неудобный» для Ве-
ликобритании и США вопрос о признании, хотя суть
не изменилась: установление дипломатических отноше-
ний означало признание. Черчилль и Иден выразили
благодарность за эту поправку ,06.

Британская и американская делегации по-прежне-
му не были согласны на установление западной границы
Польши по рекам Одеру и Западной Нейсе. Черчилль
выражал сомнения, сможет ли Польша освоить эту тер-
риторию. В то же время он признал, что его не стра-
шит перспектива выселения большого количества нем-
цев. Результаты переселения греков и турок после
прошлой войны, сказал он, были вполне удовлетвори-
тельны 107.

Рузвельт высказал мнение, что лучше вообще ничего
не говорить в итоговом коммюнике относительно гра-
ниц Польши. Однако советские представители настаи-
вали на том, чтобы в коммюнике было сказано, что вос-
точная граница Польши будет проходить по «линии
Керзона». Польскую западную границу они считали
возможным определить менее точно. Поскольку пози-
ция Черчилля по этому вопросу совпадала с советской,
Рузвельт снял свое предложение 108. Тем самым решение
конференции по польскому вопросу было согласовано.

В коммюнике об итогах конференции говорилось,
что по вопросу о Польше достигнуто следующее согла-
шение:

«Новое положение создалось в Польше в результате
полного освобождения ее Красной Армией. Это требует
создания временного польского правительства, которое
имело бы более широкую базу, чем это было возможно
раньше, до недавнего освобождения западной части
Польши. Действующее ныне в Польше временное пра-
вительство должно быть поэтому реорганизовано на бо-
лее широкой демократической базе с включением демо-
кратических деятелей из самой Польши и поляков из-за
границы. Это новое правительство должно затем назы-
ваться польским временным правительством нацио-
нального единства».

Была образована комиссия в составе В. М. Моло-
това, А. Гарримана и А. Кларка Керра. Она уполномочи-
валась проконсультироваться в Москве «в первую оче-
редь с членами теперешнего временного правительства
и с другими польскими демократическими лидерами
как из самой ‘ Польши, так и из-за границы, имея
в виду реорганизацию теперешнего правительства на
указанных выше основах». Правительства СССР, Вели-
кобритании и США установят затем с ним дипломати-
ческие отношения. Предусматривалось, что это прави-
тельство должно провести выборы как можно скорее.

Что касается границ Польши, то в коммюнике ука-
зывалось, что ее восточная граница должна идти вдоль
«линии Керзона» с отступлением от нее в некоторых
районах от 5 до 8 км в пользу Польши. Главы трех
правительств признали, что Польша должна получить
«существенные приращения территории на севере и на
западе». По вопросу о размере этих приращений, гово-
рилось в коммюнике, будет спрошено мнение нового
польского правительства национального единства 109.

При обсуждении польского вопроса особенно нагляд-
но проявилась любовь британского премьера произно-
сить чрезмерно длинные речи, которые к тому же не
всегда оказывались удачными. Даже Иден в своих вос-
поминаниях писал: «Черчилль любил говорить, он не
любил слушать. Он с трудом мог дождаться своей оче-
реди выступать и редко упускал такую возможность.
Но выигрыш в дипломатической игре необязательно до-
стается тому, кто больше всего рвется в словесные ба-
талии» 11 °.

Несмотря на все усилия, Черчиллю не удалось осу-
ществить по польскому вопросу свою программу-макси-
мум, но более реалистическая программа, намеченная
по этому вопросу накануне Крымской конференции
Форин оффисом, была в основном претворена в жизнь.
Черчилль был доволен и этим. Он телеграфировал во-
енному кабинету, что решения, согласованные на кон-
ференции по вопросу о Польше, «очень хорошие»
Военный кабинет разделял его мнение112. Американ-
ская делегация также считала принятое решение удов-
летворительным ,13.
Советская делегация отбила на конференции дипло-
матическую атаку на новое, народно-демократическое
правительство Польши. Принятые по польскому вопро-
су решения носили компромиссный характер. Но по
главной спорной проблеме — о польском правительст-
ве — советской делегации удалось отстоять интересы
народной Польши, сорвать попытки Великобритании и
США снова навязать польскому народу реакционный
буржуазно-помещичий режим. Решения конференции
отражали фактическое положение, сложившееся в Поль-
ше после ее освобождения. Выработанный на конферен-
ции компромисс явился той основой, на которой в буду-
щем, хотя и не без трудностей, был окончательно решен
вопрос о польском правительстве.

Югославский
вопрос

На Крымской конференции рассма-
тривался также югославский вопрос.
Советская и британская делегации

считали необходимым претворение в жизнь соглашения,
заключенного 1 ноября 1944 г. между председателем
Национального комитета освобождения Югославии
И. Броз Тито и премьер-министром королевского юго-
славского правительства И. Шубашичем, в котором пре-
дусматривалось образование единого югославского пра-
вительства. Руководители новой Югославии считали

выгодным это соглашение, так как доминирующее по-
ложение в новом правительстве занимали бы предста-
вители коммунистической партии, а включение в его
состав Шубашича и нескольких его сторонников при-
вело бы к ликвидации эмигрантского королевского пра-
вительства Югославии и признанию Великобританией
и США нового югославского правительства.

Британское правительство, не будучи вполне удов-
летворено содержанием соглашения Тито — Шубашич,
Добивалось хотя бы частичного изменения его содержа-
ния. Британская делегация, заверяя, что Шубашич
безотлагательно выезжает в Белград, предложила вклю-
чить в соглашение две поправки:

1) расширить Антифашистское вече национального
освобождения Югославии (АВНОЮ) за счет включения
членов последней югославской скупщины, которые не
скомпрометировали себя сотрудничеством с врагом,

2) предусмотреть, что законодательные акты, при-
нятые АВНОЮ, будут подлежать утверждению учреди-
тельным собранием 114.

При обсуждении этого вопроса на заседании мини-
стров иностранных дел (9 февраля) Молотов отметил
ненормальность положения в связи с тем, что соглаше-
ние Тито — Шубашич все еще не введено в действие и
объединенное югославское правительство не создано.
Касаясь английских поправок, он заметил, что «при та-
ком порядке, когда поправки будут следовать одна за
другой, мы никогда не закончим вопроса». Необходимо
немедленно ввести в действие соглашение Тито —Шу-
башич, а потом решить дополнительные вопросы115.
Британская делегация согласилась с этим.

В принятом конференцией решении И. Броз Тито
и И. Шубашичу советовалось немедленно ввести в дей-
ствие заключенное между ними соглашение. Новому
югославскому правительству, когда оно будет создано,
рекомендовалось сделать заявление, содержащее ука-
занные британские предложения 116.

Конвенция
о проливах

На конференции был поднят вопрос
о необходимости внесения изменений
в конвенцию о черноморских проли-
вах, подписанную в Монтрё в 1936 г. Излагая позицию

британского правительства, Черчилль заявил, что анг-
личане относятся благоприятно к изменению конвенции.
«Россия как черноморская держава,— сказал он,— не

может удовлетвориться существующим положением».
Сталин сказал, что эта конвенция устарела и изжила
себя. В ней участвует Япония, ведущая войну против
союзных держав. Конвенция связана с Лигой наций,
которой больше не существует. Она предоставляет Тур-
ции право закрывать проливы, когда она этого поже-
лает. «Необходимо изменить,— сказал Сталин,— суще-
ствующий до сего времени порядок без ущерба для
суверенитета Турции». Он предложил, чтобы совеща-
ние министров иностранных дел, когда оно состоится
через несколько месяцев, рассмотрело этот вопрос117.
Рузвельт выразил свое согласие. Было решено, что три
министра иностранных дел обсудят этот вопрос на их
предстоящем совещании в Лондоне 118.

аидиядвгаимитмяи1

СССР
и японские
агрессоры

Правительство США считало одной
из своих важнейших задач на Крым-
ской конференции достижение твер-
дой договоренности о вступлении

СССР в войну против японских агрессоров. Еще с осени
1944 г. военные органы США стали проявлять все боль-
шую заинтересованность в том, чтобы договориться о
конкретных мерах по сотрудничеству с СССР в войне
против Японии. 28 сентября комитет начальников шта-
бов США информировал главу американской военной
миссии в Москве генерала Дж. Дина, что желательно,
чтобы Советский Союз, вступив в войну, предпринял
следующие действия: уничтожил японские сухопутные
и военно-морские силы в Маньчжурии, оккупировал
Южный Сахалин, подготовился к развертыванию амери-
канских и советских стратегических военно-воздушных
сил на советском Дальнем Востоке для операций против
Японии, предоставил Соединенным Штатам военно-
морские и военно-воздушные базы, осуществлял совме-
стно с США военно-морские операции119.

Вопрос о вступлении СССР в войну против японских
агрессоров был обсужден 15 октября 1944 г. во время
встречи Сталина с Черчиллем в Москве, на которой при-
сутствовали также Гарриман и Дии, Последний заявил,
что с военной точки зрения американские начальники
штабов выражают заинтересованность, чтобы Советский
Союз вступил в войну против Японии возможно скорее
после поражения Германии. Сталин сообщил, что СССР
будет готов принять участие в разгроме японских агрес-
соров через два-три месяца после поражения Германии.
Он выразил уверенность, что это приведет к скорейше-
му окончанию войны на Дальнем Востоке. Он сообщил
также о готовности СССР сотрудничать с США по ин-
тересующим их конкретным вопросам 12°.

Переговоры были продолжены 14 декабря во время
встречи Сталина с Гарриманом. Речь шла о политиче-
ских условиях вступления СССР в войну на Дальнем
Востоке 121.

В связи с планами разгрома Японии в США рассма-
тривался еще один фактор — атомная бомба. Незадолго
до Крымской конференции Рузвельту было доложено,
что первая атомная бомба будет готова примерно к 1 ав-
густа 1945 г. Она будет в состоянии уничтожить целый
город. Вторая бомба будет готова к концу 1945 г.122

Несмотря на принципиальное значение, которое в
США придавалось созданию атомной бомбы, в Вашинг-
тоне все же исходили из того, что одна или несколько
атомных бомб не смогут сыграть решающей роли в раз-
громе Японии. Поэтому президент и американские во-
енные круги по-прежнему были в высшей степени за-
интересованы во вступлении СССР в войну на Дальнем
Востоке. Об этом прямо заявлялось в меморандуме ко-
митета начальников штабов США Рузвельту от 23 ян-
варя 1945 г.123

Такой же была позиция начальников штабов США н
Великобритании и во время их встреч в Ялте, проходив-
ших параллельно с переговорами глав правительств
трех держав. По их мнению, после окончания войны в
Европе для разгрома Японии могло потребоваться еще
18 месяцев 124 Американские военные круги полагали,
что если СССР вступит в войну на Дальнем Востоке; до
вторжения американских войск в Японию, то это может
сберечь жизни сотен тысяч американских солдат, и,
возможно, оно вообще может оказаться ненужным.
Если' вторжение все же придется провести, то амери-
канцы потеряют убитыми 1 млн. человек. Причем для
успеха операции американские военные круги считали
исключительно важным, чтобы советские войска, ско-
вав японские части на азиатском континенте, лишили
японское правительство возможности перебросить их в
Японию ь25._

Американские военные круги не были уверены, что
война кончится даже тогда, если США овладеют терри-
торией собственно Японии. Они опасались, что и после
этого многочисленная и снабженная всем необходимым
Квантунская армия в Маньчжурии сможет продолжать
сражаться. Генерал Дин подчеркивает, что «победа не
была бы окончательной, пока существовала бы эта ар-
мия» 126. ’

Как отмечает в своих воспоминаниях Стеттиниус,
американские военные деятели оказывали на президен-
та «огромное давление», чтобы он добился участия СССР
в войне с Японией. «В это время,— писал он,— атомная
бомба была еще неизвестной величиной». Наша неуда-
ча в Арденнах была у всех свежа в памяти. «Мы еще
не форсировали Рейн. Никто не знал, сколько продлит-
ся война в Европе и как велики будут ее жертвы» 127.

Вопрос об участии Советского Союза в разгроме
японских агрессоров встал во время беседы Сталина с
Рузвельтом 8 февраля 1945 г. Излагая свою позицию по
этому вопросу, президент затронул его политические ас-
пекты. Он сказал, что «южная часть Сахалина и Ку-
рильские острова будут отданы Советскому Союзу».
В Дайрене, расположенном в конце Южно-Маньчжур-
ской железной дороги, мог бы быть создан свободный
порт или же он мог бы быть отдан в аренду Союзу ССР.
Можно будет договориться об использовании в ин-
тересах СССР Китайско-Восточной железной дороги
(КВЖД). Должен быть сохранен статус-кво во Внеш-
ней Монголии 128.

Черчилль также считал, что России должно быть
возвращено все, что захватила Япония во время русско-
японской войны 1904—1905 гг.129

Через день, во время новой встречи Сталина с Руз-
вельтом, политические условия вступления СССР в вой-
ну против японских агрессоров были окончательно со-
гласованы.

11 февраля, в последний день конференции глав пра-
вительств трех союзных держав, Сталин, Рузвельт и
Черчилль подписали соглашение, в котором предусма-
тривалось, что Советский Союз вступит в войну против
Японии на стороне союзников через два-три месяца по-
сле капитуляции Германии и окончания войны в Европе
при условии:

1. Сохранения статус-кво Внешней Монголии (Мон-
гольской Народной Республики).

2. Восстановления принадлежавших России прав,
нарушенных вероломным нападением Японии в 1904 г.,
а именно:

а) возвращения Советскому Союзу южной части
о. Сахалина и всех прилегающих к ней островов;

б) интернационализации торгового порта Дайрена
с обеспечением преимущественных интересов Совет-
ского Союза в этом порту и восстановления аренды на
Порт-Артур как на военно-морскую базу СССР;

в) совместной эксплуатации Китайско-Восточной
железной дороги и Южно-Маньчжурской железной до-
роги, дающей выход на Дайрен, на началах организации
смешанного Советско-Китайского общества, при этом
имеется в виду, что Китай сохраняет в Маньчжурии
полный суверенитет.
3. Передачи Советскому Союзу Курильских ост-
ровов.

Президент США обязался договориться по этим во-
просам с правительством Китая. Советские представи-
тели выразили готовность заключить с Китаем пакт о
дружбе и союзе для оказания ему помощи своими во-
оруженными силами «в целях освобождения Китая
от японского ига»130. (Советско-китайский договор
о дружбе и союзе был подписан в Москве 14 августа
1945 г.).

В то время это соглашение оставалось секретным,
так как его опубликование могло повлечь за собой на-
падение Японии на СССР в условиях, когда Советский
Союз еще сражался с Германией (соглашение впервые
опубликовано 12 февраля 1946 г.).

В британской официальной военной истории отме-
чается, что «американцам удалось достичь значитель-
ного успеха» в переговорах об участии Советской Рос-
сии в войне против Японии, то есть по вопросу, кото-
рому придавалось тогда «огромное значение» 131. Руз-
вельт, действительно, был весьма доволен соглашением
об участии СССР в разгроме японских агрессоров. Стёт-
тиниус констатирует в своих воспоминаниях, что это
«ускорило окончание войны и значительно сократило
жертвы американцев» 132.

На последнем заседании конференции (11 февраля)
рассматривался проект коммюнике, подготовленный
американской делегацией и заранее согласованный с
британской делегацией. Сталин выразил согласие при-
нять его за основу итогового документа. Проект обсу-
ждался раздел за разделом. После внесения некоторых
Добавлений и уточнений, коммюнике было окончатель-
но согласовано.

Встал вопрос, в какой последовательности ставить
подписи. Президент США предложил, чтобы первой
стояла подпись Сталина. Глава Советского правитель-
ства внес предложение подписать коммюнике в алфа-
витном порядке: Рузвельт, Сталин, Черчилль. Бри-
танский премьер не согласился. Сославшись на анг-
лийский алфавит, Черчилль настаивал на том, чтобы
его подпись была первой. Сталин заявил о согласии,
Рузвельт не возразил. Черчилль был доволен: послед-
нюю дипломатическую победу на конференции одер-
жал-де он.

Подписанием согласованных документов Крымская
конференция была завершена.

После окончания конференции Рузвельт и Черчилль
посетили Севастополь. Как и в течение всей конферен-
ции, в этот день в Крыму была великолепная, солнеч-
ная погода. И на этом фоне особенно сильное впечат-
ление оставляли разрушения, причиненные войной: от
города почти ничего не осталось.

$ $ $

Крымская конференция проходила в условиях,
когда Красная Армия, развивая стремительное наступ-
ление по всему советско-германскому фронту и преодо-
левая ожесточенное сопротивление главных сил немец-
ко-фашистских войск, оказалась уже недалеко от
Берлина. Это создавало благоприятную обстановку для
деятельности советской дипломатии.

В связи с решением проблем послевоенного мирного
урегулирования правящим кругам Великобритании и
США приходилось считаться с объективными измене-
ниями, происшедшими в расстановке сил в Европе.
Укрепились международные позиции СССР, исключи-
тельно высоким был авторитет Советского Ссюза в
мире. В ряде стран Центральной и Юго-Восточной
Европы происходили глубокие революционные процес-
сы, возникли и укреплялись народно-демократические
режимы. В таких условиях в Великобритании и США
началась активизация деятельности реакционных, ан-
тисоветских сил. Но война продолжалась, и как британ-
ское, так и американское правительства понимали, что
без участия Советского Союза одержать в ней победу
по-прежнему невозможно. Поэтому их представители
на конференции, добиваясь осуществления своих целей,
все же не считали возможным идти на раскол союза, а
проявляли заинтересованность в выработке по обсуж-
давшимся спорным вопросам согласованных, компро-
миссных решений.

Крымская конференция, принятые на ней решения
имели огромное значение. Разработанные на ней меры
по координации действий вооруженных сил трех держав
приблизили разгром германских и японских агрессо-
ров, окончание войны как в Европе, так и на Дальнем
Востоке •

На конференции были заложены основы решения
ряда важнейших проблем послевоенного мирного уре-
гулирования, и прежде всего вопроса об обращении с
Германией после ее разгрома.

Принципиально важное значение имела принятая
на конференции декларация «Единство в организации
мира, как и в ведении войны». Главы трех союзных
держа® заявляли в ней: «Наше совещание в Крыму
вновь подтвердило пашу общую решимость сохранить
и усилить в предстоящий мирный период то единство
целей и действий, которое сделало в современной войне
победу возможной и несомненной для Объединенных
наций» 133.

Касаясь этого вопроса, Сталин заявил во время
одной из неофициальных встреч глав трех правительств,
что нетрудно было сохранить единство во время войны,
поскольку существовала единая цель — нанести пора-
жение общему врагу, которая была ясна каждому. Но
более трудная задача встанет после воины, когда раз-
личие интересов будет толкать союзников к разобще-
нию. Он выразил надежду, что союз сможет выдержать
также и это испытание. Наш долг, сказал Сталин, поза-
ботиться об этом и добиться, чтобы наши отношения в
мирное время были столь же тесными, как и в воен-
ное134.

Учитывая соотношение сил в Европе, сложившееся
к этому времени, правительства Великобритании и
США вынуждены были мириться с тем, что они не в
состоянии навязать Советскому правительству угодные
им, но противоречившие интересам СССР решения по
польскому вопросу. Они понимали, что их возможности
оказать влияние на развитие событий в Польше, Юго-
славии и некоторых других странах, где власть перешла
в руки народа, весьма ограниченны. Поэтому они теперь
даже и не ставили больше вопроса о возвращении в По-
льшу и Югославию эмигрантских правительств, а до-
бивались более ограниченных целей. В конце концов
им пришлось довольствоваться по польскому вопросу
теми уступками, на которые выразили согласие пойти
Советское правительство и временное правительство
Польши.

Советская делегация отстояла на конференции свою
позицию по главным принципиальным вопросам, свя-
занным с защитой государственных интересов СССР,
прежде всего с обеспечением безопасности страны в
послевоенный период как на западе, так и на востоке.
Советские представители защитили также коренные
интересы польского народа, молодого польского народно-
демократического государства. Советское правительство
могло быть удовлетворено решениями конференции и
по другим вопросам.

Вместе с тем, стремясь к достижению согласован-
ных решений, Советское правительство, не поступаясь
своими принципами, проявляло готовность пойти на
определенные компромиссы по многим аспектам рас-
сматривавшихся на конференции проблем. Это еще в
ходе конференции констатировал Гопкинс. Когда зашли
в тупик переговоры по вопросу о репарациях Герма-
нии Советскому Союзу, он подал Рузвельту записку:
«Русские пошли на такие уступки на этой конферен-
ции, что мне кажется, мы не должны их разочаровы-
вать» 135. Президент США, соглашаясь со своим совет-
ником, оказал содействие выработке компромиссного
решения.

Весьма обстоятельно рассматривает этот вопрос в
своих воспоминаниях Стеттиниус. В ответ на кампа-
нию критики, развернутую в годы «холодной войны»
в адрес Рузвельта наиболее агрессивными кругами
американского империализма, которые обвиняли его в
чрезмерной уступчивости на Крымской конференции 136,
Стеттиниус приводит перечень 12 существенных усту-
пок, которые были сделаны на конференции советской
делегацией. Он отмечает, что готовность советских
представителей пойти на определенные уступки была
связана с тем, что они придавали «первостепенное зна-
чение сохранению союза Великобритании, Соединенных
Штатов и Советского Союза» 137.

Стремление советской делегации к сотрудничеству и
достижению согласованных решений констатирует и
ряд буржуазных авторов, изучавших Крымскую кон-
ференцию 138. Американский историк Д. Клеменс, под-
робно проанализировав позицию каждой из делегаций
по основным спорным вопросам, пришла к выводу, что
Советский Союз шел на компромиссы, во всяком случае,
не меньше, чем представители США и Великобрита-
нии 139.

Многие высказывания Рузвельта, а также членов
американской делегации после завершения конферен-
ции свидетельствуют о том, что они были вполне удов-
летворены ее итогами. Американский президент, от-
правляясь на конференцию, придавал особое значение
вопросам создания международной организации безо-
пасности и вступления СССР в войну против Японии.
Когда оба эти вопроса были урегулированы, Рузвельт
считал свою цель на конференции достигнутой. Р. Шер-
вуд пишет по этому поводу: «Настроение американских
делегатов, в том числе Рузвельтам Гопкинса, когда они
покидали Ялту, было исключительно приподнятым... а
отклики основных представителей английского и аме-
риканского общественного мнения на эту конференцию
в огромной степени увеличивали чувство удовлетворе-
ния проделанной работой» 140.

Выступая в конгрессе после возвращения с конфе-
ренции, президент США публично выразил удовлетво-
рение принятыми на ней решениями. Проявляя свой-
ственный ему реализм, он признавал необходимость
сотрудничества с СССР141.

Те конкретные реальные задачи, которые накануне
конференции наметил британский Форин оффис, также
были осуществлены, то есть могла считать свою задачу
выполненной и британская делегация. Черчилль в те-
леграммах военному кабинету весьма положительно
оценивал итоги конференции. После возвращения в
Лондон он сделал обстоятельный отчет также на засе-
дании военного кабинета. Черчилль отметил огромные
успехи советских войск. Русская армия, говорил бри-
танский премьер, всего за три недели преодолела про-
странство между Вислой и Одером. В результате осво-
бождена почти вся Польша, причем во многих местах
«русских тепло приветствовали». В таких условиях ре-
шения конференции по польскому вопросу, сказал он,
являются оптимальными. Премьер заявил, что он впол-
не удовлетворен решениями, принятыми и по остальным
вопросам. При этом он отметил, что на конференции
было совершенно очевидно, что «русские стремились
работать в согласии» с англичанами и американцами.
Они проявляли готовность «пройти половину пути на-
встречу» президенту США по вопросам, которым он
придавал наибольшее значение. Черчилль также коп-
статировал, что русские создали для переговоров наи-
более благоприятную обстановку. Британский военный
кабинет признал результаты конференции «в высшей
степени удовлетворительными».142.

Объективную оценку конференции дал в своих вос-
поминаниях член американской делегации Ч. Болен.
«Каждый из трех лидеров,—пишет он,—достиг своих
главных целей... Результаты в то время нельзя было
считать победой или поражением кого-либо. Соглаше-
ние скорее казалось нам реалистическим компромиссом
между отличавшимися друг от друга позициями каж-
дой страны» 143.

Итоги Крымской конференции широко комментиро-
вались советской, британской и американской печатью.
В редакционной статье «Правды» (13 февраля) подчер-
кивалось, что конференция войдет в историю как де-
монстрация тесного боевого сотрудничества трех держав
в период, когда война вступила в свою конечную фазу.
Подавляющее большинство британских и американских
газет также одобрило итоги Крымской встречи предста-
вителей СССР, США и Великобритании.

Положительная оценка итогов конференции тремя
ее участниками свидетельствовала о том, что ее реше-
ния носили сбалансированный и взаимовыгодный ха-
рактер.

Успешное завершение конференции означало провал
надежд Германии и Японии на раскол союза трех дер-
жав как на последнюю возможность избежать пораже-
ния в войне.

По ряду существенных проблем позиции предста-
вителей СССР, США и Великобритании совпадали
или имелись небольшие расхождения, устранение ко-
торых не вызвало особых затруднений. Вместе с тем по
некоторым вопросам между участниками конференции
развернулась довольно острая полемика. Но и по боль-
шинству стих вопросов были выработаны согласоваи-
14 в. Я. Сиполс 353
ные решения. В этом немалая заслуга советской деле-
гации. Представители США и Великобритании, считая
необходимым сохранить сотрудничество трех держав,
также проявляли готовность умерить свои империали-
стические притязания. Крымская конференция вошла
в историю второй мировой войны как кульминацион-
ный пункт сотрудничества трех союзных держав.
Глава

nORFflA
НАД ГЕРМАНИЕЙ
Окончание войны
в Европе

Наступление советских войск, на-
чавшееся в середине января 1945 ^г.
Висло-Одерской операцией, успешно

развивалось по всему советско-германскому фронту. Не-
мецко-фашистские войска были отсечены, а затем раз-
громлены в Восточной Пруссии. Германия лишилась Си-

лезии — важнейшего военно-промышленного района.
4 апреля Красная Армия завершила освобождение Вен-
грии. Успешно наступали советские войска также в Че-
хословакии и Австрии. 13 апреля они вступили в столи-
цу Австрии — Вену.

В феврале англо-американские войска также возоб-
новили наступательные действия. Их войска вышли к
Рейну. Германские части отступали на Западе фактиче-
ски без боев. Ежедневно на западном фронте сдавалось
в плен в среднем 10 тыс. немецких солдат и офицеров.
24 марта войска западных союзников снова перешли в
наступление. Они готовились к форсированию Рейна
весьма обстоятельно, но, как признает Верховный коман-
дующий союзными экспедиционными силами в Европе
Д. Эйзенхауэр, серьезного сопротивления уже не ветре?
тили. Так, потери двух американских дивизий, осущест-
влявших переправу севернее Рура, составили всего
31 человек 1

28 марта в послании Сталину Эйзенхауэр сообщал,
что в его ближайшие планы входят окружение и разгром
войск противника, обороняющих Рур. Это будет сделано
в конце апреля или раньше. «Моя следующая задача,—
писал он,— будет состоять в рассечении остальных
войск противника посредством соединения с Вашими
армиями». Эйзенхауэр высказывал мнение, что лучшее
направление, на котором можно осуществить такую
встречу,— это Эрфурт, Лейпциг, Дрезден2. Смысл про-
движения в этом направлении заключался в том, чтобы
разрезать Германию на две части и тем самым резко
ослабить ее способность оказывать дальнейшее сопро?
тивление. Советская сторона ответила Эйзенхауэру, что
поддерживает намеченные им планы3.

Разработанные Эйзенхауэром планы дальнейших опе-
раций вызвали, однако, резкие возражения Черчилля.
Он мечтал о том, чтобы Берлин был занят не советски-
ми, а англо-американскими войсками. 1 апреля Чер-
чилль отмечал в телеграмме Рузвельту, что если русские
возьмут Берлин, то не создастся ли у них мнение, что
они внесли в нашу общую победу подавляющий вклад.
«Поэтому я считаю, что с политической точки зрения
нам следует продвигаться в Германии как можно даль-
ше на восток и что в случае, если Берлин окажется в
пределах нашей досягаемости, мы, несомненно, долж-
цы его взять»4. Аналогичную телеграмму британский
премьер послал и Эйзенхауэру, подчеркнув «важное по-
литическое значение» своих предложений 5.

Касаясь причин таких возражений Черчилля, Эйзен-
хауэр отмечает в своих воспоминаниях, что британский
премьер, конечно, знал, что независимо от расстояния,
па какое союзники смогут продвинуться в восточном на-
правлении, он и президент Соединенных Штатов уже
согласились с тем, что британская и американская зоны
оккупации будут ограничены на востоке линией, про-
ходящей в двухстах милях западнее Берлина. «Следова-
тельно, его упорное настаивание на использовании всех
наших сил и средств в надежде опередить появление
русских в Берлине, должно быть, основывалось на убеж-
дении, что позднее западные союзники извлекут из это-
го обстоятельства огромные преимущества и смогут воз-
действовать на последующие события» 6.

Эйзенхауэру в конце концов удалось доказать, что на-
дежды на захват англо-американскими войсками Бер-
лина нереальны: эти войска находятся пока на Рейне, а
Красная Армия на расстоянии всего 60 км от Берлина.
Вместе с тем он заверял: «В любое время, Когда мы
сможем взять Берлин без больших потерь, мы, конечно,
это сделаем... Я первый признаю, что война ведетсяв
политических целях» 7. >6

Этот эпизод лишний раз свидетельствует об антисо-
ветских, империалистических устремлениях Черчилля.
Вместе с тем полезно привести высказывание американ-
ского историка Д. Флеминг: если кто-то из союзников
заслужил право занять Берлин, то это был СССР8.

Продолжал существовать и фронт в Северной Ита-
лии, но там в первые месяцы 1945 г. войска западных
союзников активных действий не вели. В дипломатиче-
ском же плане в связи с событиями в этом районе раз-
разилась буквально буря.

Фашистские главари понимали, что Германия потер-
пела в войне поражение. Но они продолжали искать спа-
сения, все еще надеясь на раскол коалиции СССР, США
и Великобритании. Со своей стороны они принимали для
подрыва ее все возможные меры. Они вынашивали пла-
ны заключения перемирия с западными державами, что-
бы образовать с ними общий фронт против советских
войск.

Насколько опасными были эти планы фашистских
главарей, свидетельствуют все более кощунственные за-
мыслы, которые овладели Черчиллем. Считая, что Гер-
мания уже не представляет опасности для Британской
империи, Черчилль стал прежним воинствующим анти-
коммунистом. Для него снова врагом № 1 был Советский
Союз. Впоследствии Черчилль признал, что он в конце
апреля дал фельдмаршалу Монтгомери указания «тща-
тельно собирать германское оружие и складывать его,
чтобы его легко можно было снова раздать германским
солдатам», если в Лондоне это сочли бы необходимым9.

Западногерманский историк буржуазно-либераль-
ного направления С. Хаффнер констатирует, что в по-
следние недели второй мировой войны ход мыслей Чер-
чилля и Гитлера совпадал: «Они оба рассчитывали на
столкновение между Востоком и Западом в Герма-
нии...» «...Черчилль был вполне готов,— писал Хаф-
фнер,— начать войну со Сталиным и в этих целях ис-
пользовать германские войска...» 10

Уничтожение военной мощи Германии, отмечал Чер-
чилль в своих мемуарах, «привело к коренным измене-
ниям в отношениях между коммунистической Россией и
западными демократиями. У них не стало того общего
врага, война против которого была, по сути, единствен-
ным связующим звеном их союза». Свои планы страте-
гии и политики на будущее Черчилль сформулировал
следующим образом: надо немедленно создать новый
фронт против стремительного продвижения советских
войск; этот фронт должен находиться как можно даль-
ше на восток; главная и подлинная цель англо-амери-
канских армий — Берлин; важное значение имеет осво-
бождение Чехословакии американскими войсками и
вступление их в Прагу; урегулирование между Западом
и Востоком по всем основным вопросам, касающимся
Европы, должно быть достигнуто до того, как западные
союзники «уступят какую-либо часть германской терри-
тории, которую они завоевали» п.

В таких условиях вполне понятно, что британские и
американские правящие круги были склонны откликать-
ся на немецкие зондажи. Именно в этом главная суть
переговоров, начавшихся в марте в Швейцарии между
руководителем американских спецслужб в Европе
А. Даллесом и эсэсовским генералом К. Вольфом о капи-
туляции немцев на итальянском фронте.

Узнав 12 марта от англичан и американцев о наме-
чавшихся переговорах, Советское правительство сооб-
щило, что не возражает против них, но поставило вопрос
об участии в переговорах также советских представи-
телей 12. Однако оно получило отказ13. Тогда нарком
иностранных дел СССР направил британскому и амери-
канскому послам в Москве письма, в которых констати-
ровалось, что в Берне в течение двух недель за спиной
Советского Союза, несущего на себе основную тяжесть
войны против Германии, ведутся переговоры между
представителями германского военного командования, с
одной стороны, и представителями английского и амери-
канского командования — с другой. Советское прави-
тельство настаивало на прекращении этих перегово-
ров 14.

Последовало несколько весьма резких по характеру
телеграмм Сталина Черчиллю и Рузвельту. Глава Совет-
ского правительства отмечал, что создалась ситуация, ко-
торая не может служить делу сохранения и укрепления
доверия между тремя державами: «...Немцы на запад-
ном фронте на деле прекратили войну против Англии и
Америки. Вместе с тем немцы продолжают войну с Рос-
сией—с союзницей Англии и США». Сталин писал, что
в условиях, когда враг стоит перед неизбежностью капи-
туляции, при любой встрече с немцами представителей
одного из союзников по вопросам капитуляции «должно
быть обеспечено участие в этой встрече представителей
другого союзника». Это будет исключать взаимные по-
дозрения и не даст противнику возможность сеять сре-
ди союзников недоверие15.

Переговоры в Бернс оказались безрезультатными, но
они наглядно продемонстрировали коварство англо-аме-
риканского блока. Черчилль проявлял заинтересован-
ность в капитуляции вермахта и на некоторых других
участках фронта. Он рассчитывал, что англо-американ-
ские войска смогут воспользоваться этим, чтобы «прод-
винуться через капитулировавшие войска как можно
дальше на восток» 16. Но Черчилль все же отмечал в
письме Идену (25 марта), что в случае переговоров о ка-
питуляции немецких войск на всем западном фронте
надо будет держать русских в курсе с самого начала17.
Таким образом, упомянутые весьма резкие послания
Сталина принесли свою пользу. К тому же они оказа-
лись весьма своевременными, так как вскоре гитлеров-
цы предприняли усиленные попытки капитулировать на
Западе, продолжая воевать на Востоке.

Однако это не означало, что Черчилль и его едино-
мышленники отказались от своих коварных планов. Как
отмечает Дж. Эрман, западные союзники стремились ов-
ладеть возможно большей частью Германии, чтобы «соз-
дать базу для ведения переговоров с Россией с позиции
силы» 18.

16 апреля Красная Армия перешла на берлинском
направлении в решительное наступление. Развернулась
эпопея исторической Берлинской операции. Всего за не-
сколько дней советские войска прорвали мощнейшую
оборонительную линию врага и устремились к Берлину,
а также в обход его с юга и севера. 25 апреля войска 1-го
Белорусского и 1-го Украинского фронтов, соединившись
западнее Берлина (в районе Потсдама), завершили ок-
ружение Берлина. Одновременно на Эльбе у г. Торгау
состоялась встреча советских и американских войск, в
результате чего Германия оказалась рассечена на две
части. Дни ее были сочтены.

В это время фашистские главари предприняли новые
попытки добиться сделки с англичанами и американца-
ми путем капитуляции на Западе. Одну из таких попы-
ток осуществил Гиммлер вечером 24 апреля через швед-
ское посредничество. Черчилль лично был преисполнен
решимости воспользоваться этим предложением Гим-
млера, но в Лондоне и Вашингтоне все же не сочли
возможным дать согласие на переговоры с ним 19.

Одновременно Черчилль сообщил Сталину, что про-
являет готовность капитулировать командование немец-
ких войск в Италии. Он предлагал срочно направить со-
ветских представителей в ставку англо-американских
войск в Италии. Правда, он не уточнял, в чем будет за-
ключаться задача этих представителей. Но из англо-
американских переговоров по этому вопросу видно, что
имелось в виду отводить им только роль наблюдателей.
Советский представитель генерал А. П. Кисленко при-
сутствовал на переговорах, а также при подписании
29 апреля акта о капитуляции немецких войск в
Италии.

Агония наступила и в Берлине. Потеряв последние
надежды на спасение, 30 апреля главарь немецких фа-
шистов Гитлер покончил жизнь самоубийством20. Труп
потерпевшего полный крах фашистского фюрера был
вынесен во двор рейхсканцелярии, облит бензином и
сожжен. «Погребальный костер Гитлера,— писал Чер-
чилль,— пылавший под усиливавшийся грохот русских
орудий, ознаменовал страшный конец третьей импе-
рии» 21. ;

1 мая над рейхстагом уже развевался красный стяг
Победы, а 2 мая советские войска овладели всем Бер-
лином.

Своим преемником перед смертью Гитлер назначил
гросс-адмирала К. Дёница, который предпринял новые
попытки договориться с англичанами и американцами о
капитуляции на Западе, в то же время заявляя, что он
преисполнен решимости «продолжать борьбу против
большевиков»22. Он решил попытаться осуществить эту.
капитуляцию немецких войск путем сдачи по частям*,к
отдельных районах. Германские фашисты и военщина,
совершившие чудовищные злодеяния на территории
СССР, Польши, Чехословакии, Югославии, теперь пы-
тались избежать ответственности и спасти свои шкуры,
сдаваясь в плен американским и английским войскам.
4 мая представители Дёница подписали с американски-
ми и британскими представителями акт о капитуляции
немецких войск в Северо-Западной Германии, на следу*
ющий день — в Баварии и Западной Австрии. Но
когда в ставку Эйзенхауэра в Реймсе прибыли герман-
ские представители с целью осуществления капитуля-
ций войск южного района, он потребовал общей безого-
ворочной капитуляции немецких войск на всех фронтах*.
в ночь на 6 мая Эйзенхауэр сообщил Генеральному
штабу Красной Армии переданный им немецким пред-
ставителям текст акта о перемирии23 и капитуляции. Он
спрашивал: 1) желает ли советский Генеральный штаб
сделать в этом тексте добавления или изменения,
2) хочет ли он, чтобы церемония подписания была пов-
торена перед другими русскими представителями и в
другом месте, 3) желает ли он, чтобы советские пред-
ставители приняли участие в более официальном засе-
дании в его ставке с целью подтверждения акта о капи-
туляции после его подписания 24.

В тот же день, 6 мая, Эйзенхауэру был отправлен
ответ. В нем содержались поправки к тексту акта о ка-
питуляции. Кроме того, предлагалось, чтобы подпи-
сание его состоялось в Берлине. От Советского Сою а
подписать акт о капитуляции был уполномочен
Г. К. Жуков25. Эйзенхауэр получил этот ответ утром
следующего дня.

Тем временем 7 мая, в 2 час. 41 мин., в ставке Эйзен-
хауэра в Реймсе А. Йодль от имени германского воен-
ного командования подписал акт о военной капитуля-
ции. От имени главнокомандующего союзными экспеди-
ционными силами в Европе этот документ подписал
заместитель Эйзенхауэра генерал Б. Смит. В качестве
свидетелей под актом о капитуляции поставили свои
подписи советский и французский представители при
ставке Эйзенхауэра 26.

В подписанном документе говорилось о безоговороч-
ной капитуляции германских войск перед Верховным
командующим союзных экспедиционных сил и одновре-
менно перед Советским Верховным Главнокомандовани-
ем. Боевые действия должны были прекратиться 8 мая
с 23 час. 1 мин. (по центральноевропейскому времени).
Оговаривалось, что подписанный акт может быть заме-
нен общим документом о капитуляции Германии и ее
вооруженных сил 27,
В Европейской консультативной комиссии была про-
делана большая работа по подготовке текста документа о
безоговорочной капитуляции Германии. Этот согласо-
ванный текст находился и у Б. Смита. Но при подписа-
нии в Реймсе акта о капитуляции он по договоренности с
Черчиллем предъявил немецким представителям другой
текст28.

Получив указанный советский ответ, Эйзенхауэр
7 мая сообщил советскому Генеральному штабу, что при
состоявшемся подписании акта о военной капитуляции
предусмотрено более официальное подписание акта о ка-
питуляции Германии. Он дал согласие, чтобы это было
сделано в Берлине29.

Учитывая огромное политическое значение капиту-
ляции немецко-фашистских претендентов на мировое
господство, этот исторический акт следовало осущест-
вить именно в столице Германии.-

В ночь с 8 на 9 мая * в Берлине состоялось офици-
альное подписание акта о безоговорочной капитуляции
германских вооруженных сил. Первый пункт этого важ-
нейшего документа гласил:

«Мы, нижеподписавшиеся, действуя от имени гер-
манского Верховного командования, соглашаемся на
безоговорочную капитуляцию всех наших вооруженных
сил на суше, на море и в воздухе, а также всех сил, на-
ходящихся в настоящее время под немецким командова-
нием,— Верховному Главнокомандованию Красной Ар-
мии и одновременно Верховному Командованию Союз-
ных экспедиционных сил».

Акт о капитуляции подписали по уполномочию вер-
ховного главнокомандования вермахта генерал-фельд-
маршал В. Кейтель, главнокомандующий германскими
военно-морскими силами адмирал флота Г. Фридебурги
генерал-полковник авиации Г. Штумпф.

* На акте указана дата — 8 мая, но он был подписан 9 мая
в 0 час. 43 мин, <
Далее на документе поставили свои подписи присут-
ствовавшие при его подписании по уполномочию Вер-
ховного Главнокомандования Красной Армии Маршал
Советского Союза Г. К. Жуков и по уполномочию Вер-
ховного командующего экспедиционными силами союз-
ников главный маршал авиации Великобритании А. Тед-
дер (заместитель Эйзенхауэра), а также командующий
стратегическими воздушными силами США генерал
К. Спаатс и главнокомандующий французской армией
генерал Ж. Делатр де Тассиньи 30.

Несмотря на подписание этого документа, в несколь-
ких местах немецкие войска продолжали сопротивление
советским войскам, в том числе в Чехословакии.

Исключительное значение вопросу о том, какие имен-
но войска — американские или советские —- будут осво-
бождать Чехословакию, придавал Черчилль. Он упорно
настаивал на том, чтобы американцы вступили в Прагу
раньше, нем к ней подойдут советские части. 30 апреля
британский премьер телеграфировал Трумэну: «Можно
почти не сомневаться в том, что освобождение вашими
войсками Праги и как можно большей территории За-
падной Чехословакии может полностью изменить после-
военное положение в Чехословакии и оказать большое
влияние на обстановку в соседних государствах. С дру-
гой стороны, если западные союзники не примут сущест-
венного участия в освобождении Чехословакии, то она
пойдет по тому же пути, по которому пошла Юго-
славия». Черчилль настаивал на том, чтобы изложенное
«чрезвычайно важное политическое соображение» было
доведено до сведения Эйзенхауэра, с тем чтобы он при-
нял соответствующие военные меры 31. В соответствии с
требованием британского премьера Эйзенхауэр издал
4 мая приказ о наступлении в глубь Чехословакии
вплоть до Праги32.

Но еще во второй половине апреля в результате
переписки между начальником Генерального штаба
Красной Армии А. И. Антоновым и Д. Эйзенхауэром
была достигнута договоренность о том, что долину реки
Влтавы будут очищать от противника советские войска.
Это означало, что им предстояло освобождать и располо-
женную на Влтаве Прагу. В таких условиях Антонов в
своем ответе напомнил о достигнутой ранее договоренно-
сти в районах разграничения военных действий совет-
ских и англо-американских войск. Он сообщил, что Со-
ветское Верховное Главнокомандование уже произвело
соответствующую перегруппировку своих сил и подгото-
вило все для проведения указанных операций. В целях
избежания возможных осложнений Антонов просил
Эйзенхауэра не продвигать войска западных союзников
в Чехословакии восточнее первоначально намеченной
линии. Эйзенхауэр счел необходимым сообщить в Моск-
ву 6 мая, что он будет соблюдать имеющуюся договорен-
ность 33.

Но положение в этом районе оставалось сложным, и
надеждам Черчилля и его единомышленников о вводе в
Прагу войск западных держав окончательно был поло-
жен конец лишь вступлением в столицу Чехословакии
9 мая частей Красной Армии. Вместе с восставшим на-
селением города они очистили столицу Чехословакии от
вражеских войск.

То обстоятельство, что Чехословакия, в том числе
Прага, были освобождены Красной Армией, а не войска-
ми империалистических держав — США и Великобри-
тании, имело огромное значение для дальнейшей судьбы
ее народов, так как оградило страну от экспорта контр-
революции. Чехи и словаки получили возможность оп-
ределять свою судьбу по собственному усмотрению.

Подписание в Берлине акта о капитуляции Герма-
нии означало окончание войны в Европе. 9 мая было
объявлено в Советском Союзе Днем всенародного торже-
ства — Праздником Победы. В Москве, в любом угол-
ке Родины советские люди, проявившие невиданный
героизм, понесшие огромные жертвы, испытавшие неимо-
верные страдания и лишения, с ликованием отмечали
Победу. Красную площадь, весь центр столицы перепол-
нили ликующие потоки людей. В полночь Москва озари-
лась салютом из тысячи орудий. Это был салют великой
Победы.

В обращении И. В. Сталина к советскому народу в
день Победы подчеркивалось: «Теперь мы можем с пол-
ным основанием заявить, что наступил исторический
день окончательного разгрома Германии, день великой
Победы нашего народа над германским империализ-
мом» Ч

^Непрерывным потоком шли в Москву поздравитель-
ные телеграммы со всех концов планеты. Президент
США Г. Трумэн писал главе Советского правительства:
«Мы высоко ценим великолепный вклад, внесенный мо-
гучим Советским Союзом в дело цивилизации и свободы.
Вы продемонстрировали способность свободолюбивого и
в высшей степени храброго народа сокрушить злые си-
лы варварства, как бы мощны они ни были» Ч

Существенную роль в разгроме фашистской Герма-
нии после открытия в июне 1944 г. второго фронта ста-
ли играть также Великобритания и Соединенные Шта-
ты Америки. Это отмечается во всех работах советских
историков. Однако нельзя согласиться с утверждениями
ряда американских авторов, пытающихся представить
США «арсеналом победы», который якобы предопреде-
лил исход войны, в том числе с попытками преувеличить
значение поставок по ленд-лизу.

Основные силы Германии были разбиты на советском
фронте и советским оружием. СССР за годы войны про-
извел 482,2 тыс. орудий, 102,8 тыс. танков и 112,1 тыс.
боевых самолетов, Германия — значительно меньше:
319,9 тыс. орудий, 46,3 тыс. танков и 89,5 тыс. боевых
самолетов36. Таким образом, СССР имел достаточно во-
енной техники для разгрома германской военной маши-
ны и в одиночку. Поставки из США и Великобритании
составили лишь небольшой процент военной техники;*
произведенной на советских заводах: по артилле-
рии — 2%, по танкам — 10, по самолетам — 12% 37. По
многим видам военной техники поставки вообще сколь-
ко-нибудь существенного значения не имели (миноме-
ты, пулеметы и т. д.). В то же время нельзя не отме-
тить, что по ленд-лизу СССР получил 375 тыс. грузовых
автомобилей, что помогло обеспечить советские войска
автотранспортом. Важны были также поставки метал-
лорежущих станков (44,6 тыс.), паровозов, средств свя-
зи, различных видов цветных металлов, горючего и дру-
гих материалов38. Общая сумма ленд-лизовских поста-
вок в СССР составила около 10 млрд, долларов39. Но в
целом эти поставки не могли оказывать особого влияния
на ход военных действий на советско-германском фрон-
те, так как составляли всего около 4% производства
промышленной продукции в СССР40.

Американский историк Дж. Херринг в своей работе о
ленд-лизовских поставках Советскому Союзу признает,
что американцы «преувеличивали» объем и значение
ленд-лиза. Получила распространение иллюзия, пишет
он, что США обеспечили основную часть потребностей
СССР в военных материалах и тем самым спасли его от
нацистских агрессоров. На самом деле «американские
поставки артиллерии, танков и самолетов, особенно до
лета 1943 г., были незначительными» по сравнению с
объемом производства военной техники в СССР41.

Советские войска остановили германскую военную
машину, положили начало коренному повороту в войне
еще в конце 1941 г. победой под Москвой, то есть до то-
го, как вообще начались поставки Советскому Союзу по
ленд-лизу. Большая часть поставок из США, Велико-
британии и Канады осуществлялась в 1943—1945 гг.,
когда Советский Союз сам уже производил значительно
больше военной техники, чем Германия. Главным
в достижении победы являлся отнюдь не американский,
а советский арсенал.

Американский арсенал действительно достиг весьма
крупных размеров, но так как США активно включи-
лись в войну против Германии менее чем за год до ее ка-
питуляции, когда ее силы оказались уже серьезно подор-
ванными, а большинство дивизий вермахта по-прежнему
находилось на восточном фронте, в целом потенциаль-
ные возможности США и их арсенал использовались в
военных операциях против Германии лишь частично.
Высказывания об американском «арсенале победы», та-
ким образом, совершенно несостоятельны.

В подписанном в Берлине 8 мая акте речь шла о ка-
питуляции германских вооруженных сил. Но кайитули-
ровали не только немецко-фашистские войска. Капиту-
лировала вся Германия как государство, как возглав-
лявшаяся фашистами империалистическая держава.
В связи с этим 5 июня в Берлине была опубликована
Декларация о поражении Германии и взятии на себя
верховной власти в отношении Германии правительст-
вами СССР, Великобритании, США и Франции. В осно-
ву этого документа союзники положили условия о капи-
туляции Германии, разработанные в Европейской кон-
сультативной комиссии.

Декларация начиналась с констатации, что герман-
ские вооруженные силы потерпели полное поражение и
капитулировали и что «Германия... несет ответственность
за войну». В ней указывалось, что в Германии нет цент-
рального правительства и что правительства четырех со-
юзных держав «берут на себя верховную власть в Герма-
нии». Они будут принимать такие меры, которые «сочтут
необходимыми для будущего мира и безопасности». Пре-
дусматривалось полное разоружение вооруженных сил
Германии, СС, СА и гестапо. Четыре державы заявили,
что будут предъявлены также дополнительные политиче-
ские, административные, экономические, финансовые,
военные и другие требования. Население Германии обя-
зывалось выполнять все приказы и распоряжения четы-
рех держав. Декларацию подписали по уполномочию
своих правительств маршал Г.. К. Жуков, генерал ар-
мии Д. Эйзенхауэр, фельдмаршал Б. Л. Монтгомери и
генерал Ж. Делатр де Тассинъи42. Было опубликовано
также содержание соглашений союзных держав о конт-
рольном механизме в Германии и зонах оккупаций, под-
писанных в сентябре — ноябре 1944 г.

Таким образом, был создан и вскоре начал действо-
вать механизм оккупации Германии четырьмя союзны-
ми державами.

«Жесткий курс»
Трумэна
в отношении
СССР

безопасности.

В связи с приближением окончания
войны все большую актуальность
приобретали послевоенные проблемы,
Особое место среди них занимало соз-
дание международной организации
этское правительство проявляло глу-

бокую заинтересованность в том, чтобы эта организа-
ция была в состоянии предотвратить возникновение но-
вой мировой войны, обеспечить мир и международную
безопасность в будущем.

Между тем 12 апреля скончался Ф. Рузвельт, и пре-
зидентом США стал Г. Трумэн. На следующий день Ста-
лина посетил американский посол А. Гарриман. Он за-
верил, что Трумэн будет продолжать политику покойно-
го президента. Но у него нет большого авторитета. По-
сол выразил огромную заинтересованность в поездке в
США В. М. Молотова, что свидетельствовало бы о стрем-
лении Советского правительства к сотрудничеству с Со-
единенными Штатами также и при новом президенте.
Нарком мог бы посетить Вашингтон, сказал он, и встре-
титься с Трумэном, а затем поехать на конференцию в
Саи-Франциско43. Глава Советского правительства счел
необходимым в создавшихся условиях удовлетворить
просьбу американского посла и дал согласие на поездку
наркома иностранных дел СССР в США44.

В середине апреля был окончательно сформирован
состав советской делегации на конференции в Сан-Фран-
циско по созданию Организации Объединенных Наций.
Возглавлял ее В. М. Молотов45.

Прибыв 22 апреля в Вашингтон, он посетил нового
президента США и имел с ним непродолжительную бе-
седу. Трумэн сказал, что он испытывает «величайшее
восхищение» Советским Союзом и надеется^ что отноше-
ния, установленные между двумя странами, будут про-
должаться 46.

Правда, так было сказано во время визита, носивше-
го в основном протокольный характер. После смерти
Рузвельта прошло всего 10 дней. Этого оказалось для
Трумэна достаточно, чтобы перевернуть его политику с
ног на голову. Если Рузвельт высказывался за сотрудни-
чество с СССР, то позиция Трумэна оказалась иной. Уже
на следующее утро после смерти Рузвельта Трумэн зая-
вил Стеттиниусу, что он намерен занять по отношению
к СССР более жесткую позицию47.

23 апреля Трумэн созвал совещание с участием Стет-
тиниуса, американских военных деятелей и Гарримана.
Перед тем как выслушать взгляды своих советников, то
есть фактически не считаясь с их мнением и даже не
Давая им откровенно изложить его, Трумэн заявил, что
«соглашения с Советским Союзом до сих пор были ули-
цей с односторонним движением» и «это не может про-
должаться, надо действовать теперь или никогда». Он
подчеркнул, в частности, что намерен твердо осуществ-
лять свои планы относительно конференции в Сан-
Франциско. «Если русские не хотят присоединяться
к нам,— грубо заявил Трумэн,— они могут идти к
черту» 48.

Что после такого вступления все же сказали советни-
ки президента?
Первым взял слово военный министр Г. Стимсон. Ой
отметил, что «в крупных военных вопросах Советское
правительство всегда держало свое слово, и военные ор-
ганы Соединенных Штатов пришли к выводу, что на них
можно положиться... Они часто делали больше, чем обе-
щали». Касаясь польского вопроса, Стимсон предупреж-
дал, что если не учитывать значение его для безопасно-
сти СССР, то «можно попасть в очень опасные воды».
Морской министр Дж. Форрестол был иного мнения.
Если русские не пойдут на уступки, сказал он, «лучше
занять жесткую позицию сейчас, чем позже».

Взгляды остальных также разошлись. Адмирал
У. Леги поддержал Стимсона. Разрыв с Россией, сказал
он, может иметь очень серьезные последствия. США на-
деются на ее своевременное участие в войне против
Японии, но русские могут затянуть вступление в войну
на Дальнем Востоке до тех пор, пока американцы не
закончат «черную работу». Последним выступил глава
американской военной миссии в Москве генерал
Дж. Дин, ратовавший за «жесткий курс» по отношению
к СССР49.

Во время состоявшейся сразу же беседы с В. М. Мо-
лотовым (на беседе присутствовали Э. Стеттиниус и
А. А. Громыко) Г. Трумэн в жесткой форме и резких
выражениях, искажая факты, утверждал, будто Совет-
ское правительство нарушает решения Крымской кон-
ференции о польском правительстве. Если Рузвельт в
целях достижения своих целей на Тегеранской и Крым-
ской конференциях сулил Советскому Союзу крупные
займы для восстановления после войны его народного
хозяйства, то и тут Трумэн действовал в противополож-
ном плане. Он предупреждал, что экономическое сотруд-
ничество двух стран может оказаться невозможным.
Трумэн возомнил, что сможет добиться от Советского
Союза того, чего не смогли даже Рузвельт и Черчилль,
то есть «выбить» у него согласие на восстановление у его
западных границ реакционной, враждебной ему Польши.
Трумэн решительно требовал принятия англо-америкап-
. ских предложений по польскому вопросу.

Но попытки эти были несостоятельны. Излагая пози-
цию СССР, В. М. Молотов заявил, что Советское прави-
тельство по-прежнему желает сотрудничества с США и
Великобританией. Но он напомнил, что три правитель-
ства до сих пор действовали как равные и не пытались
в одиночку или вдвоем навязывать свою волю другому.
В этом заключается основа для сотрудничества, и толь-
ко такая основа приемлема для Советского правительст-
ва. Отвечая на новые наскоки Трумэна по поводу крым-
ских решений о Польше, советский представитель под-
черкнул, что СССР поддерживает крымские решения.
Вместе в тем он заявил: «Советское правительство не
может согласиться с тем, что отказ других от этих реше-
ний рассматривается как нарушение их Советским пра-
вительством» 50.

Хотя на указанном выше заседании у Трумэна Гарри-
ман — правда, с некоторой оглядкой — поддерживал вы-
ступавших за «жесткий курс» по отношению к СССР, в
своих воспоминаниях он писал об этой беседе: «Откро-
венно говоря, я был несколько смущен тем, что прези-
дент обрушился на Молотова столь несдержанно... Я со-
жалею, что Трумэн допустил резкости, поскольку его
поведение дало Молотову основание сказать Сталину,
что с политикой Рузвельта покончено» 51.

Наскок Трумэна лавров ему не принес. Как будет по-
казано дальше, он вскоре должен был осознать, что с
Советским правительством ему приходится вести себя
по-иному. Но предпринятая Трумэном «разведка боем»,
«проба сил», показывала сложность создавшейся обста-
новки.

Американский историк Д. Флеминг отмечает, что
иногда начало «холодной войны» относят к 1947 г., но из
этих фактов «видно, что президент Трумэн был готов
начать ее, не пробыв на своем посту и двух недель». Она
характеризует Трумэна как «воинственно настроен*
ного» 52.

Позиция Трумэна соответствовала курсу американ-
ского империализма на установление мирового господст-
ва. Излагая суть этого курса, издатель «Нью-Йорк
тайме» Н. Макнейл писал, что «как Соединенные Шта-
ты, так и весь мир нуждаются в мире, основывающемся
на американских принципах — Pax Americana». «Мы
должны добиваться,— подчеркивал он,— мира по-америт
кански. Мы не должны удовлетворяться чем-то мень-
шим» 53.

Как отмечают американские историки, существенное
значение в изменении характера позиции США по отно-
шению к СССР имело и то обстоятельство, что капитуля-
ция Германии 8 мая «устранила общий связующий фак-
тор военного времени, который объединял Россию и За-
пад» 54.

Это сразу же получило и конкретное проявление. Еще
во второй половине апреля в Вашингтоне решили, что,
как только Германия капитулирует, США сразу же в це-
лях оказания политического давления на СССР прекра-
тят поставки ему по ленд-лизу 55.

12 мая на основании распоряжения Трумэна внезап-
но, без всякого предупреждения американцы в демон-
стративной форме прекратили поставки Советскому Сою-
зу, хотя в США и знали, что по их же настойчивому при-
зыву СССР готовился к участию в разгроме японских
агрессоров. Было запрещено отплытие в Советский Союз
кораблей, загруженных предназначенными для него
ленд-лизовскими поставками, а корабли, уже находив-
шиеся в море на пути в СССР, получили приказ возвра-
титься в США. Даже в редакторских комментариях к
дневникам Стеттиниуса констатируется, что эти меры
не могли не насторожить Советское правительство и не
обострить советско американские отношения, поскольку
они вызвали шок даже в американском общественном
мнении и на конференции в Сан-Франциско56. Амери-
канский историк Дж. Херринг отмечает, что в Москве
действия американской администрации, естественно,
рассматривались как «попытка оказания экономическо-
го давления» 57.

Конференция
з Сан-Франциско.

Выработка

Устава ООН

25 апреля в Сан-Франциско состоя-
лось торжественное открытие конфе-
ренции, призванной выработать устав
международной организации безопас-
ности, которую было решено назы-

вать Организацией Объединенных Наций.

Приглашения на конференцию были разосланы от
имени четырех держав — СССР, США, Великобритании
и Китая. Их направили правительствам всех стран, под-
писавших в начале января 1942 г. Декларацию Объеди-
ненных наций. Приглашались также страны, присоеди-
нившиеся к ней впоследствии и объявившие войну Гер-
мании и Японии58.

В первые дни работы конференция рассмотрела во-
прос о приглашении еще некоторых стран. По предло-
жению правительства СССР в число государств — учре-
дителей ООН были включены Украинская ССР и Бело-
русская ССР. На конференцию прибыли их делегации,
возглавлявшиеся народным комиссаром иностранных
дел УССР Д. 3. Мануильским и народным комиссаром
иностранных дел БССР К. В. Киселевым.

Острые дискуссии между правительствами СССР, с
одной стороны, и США и Великобритании — с другой,
вызвал вопрос об участии в конференции Польши. Со-
ветское правительство энергично выступало за пригла-
шение на конференцию представителей временного пра-
вительства Польши. Однако США и Великобритания
не дали на это согласия. Польша так и не смогла
принять участия в конференции. Но ей предоставили
право подписать впоследствии Устав ООН в качествен-
ного из первоначальных членов организации.

США и Великобритания не согласились на участи^
в конференции также Албании и Монгольской Народ*
ной Республики, ссылаясь на то, что они не признал®
их правительств.

Государства, воевавшие против Объединенных на-
ций, к участию в конференции не допускались. Не по-
лучили приглашения также страны, объявившие в
войне нейтралитет (Португалия, Швеция, Швейцария^
и др.). С

Всего в конференции участвовало 50 государств.
Большинство их послушно следовали в своей политика
в фарватере Вашингтона и Лондона.

В ходе конференции чувствовалось также усиление
антисоветских настроений в правящих кругах США»
Некоторые члены американской делегации (А. Вандеи*
берг и Дж. Ф. Даллес) держали курс на то, чтобы США
диктовали на конференции свою волю, не считаясь с
позицией Советского правительства. К этим сторонни-
кам «жесткого курса» по отношению к СССР в то время
примкнул и принимавший участие в американской де-
легации А. Гарриман. На заседании американской деле-
гации 25 апреля он рекомендовал придерживаться на
конференции в отношении СССР «максимально жест-
кой» позиции. «Если Россия не согласится с нами в от-
ношении тех изменений,— сказал он,— которые мы счи<;
таем принципиально необходимым внести в устав орга>-
низации, то нам следует прямо и откровенно заявить
русским, чтобы они возвращались домой» 59. Советским
представителям приходилось отстаивать свои позиции
на конференции в исключительно сложной обстановке.

Выступая 26 апреля на первом пленарном заседании
конференции в Сан-Франциско, В. М. Молотов заявил,
что «Советское правительство является искренним и
твердым сторонником создания сильной международной
376
организации безопасности». Он подчеркнул роль англо-
советско-американской коалиции в разгроме фашист-
ской Германии, стремившейся установить свое господ-
ство в Европе и «проложить путь к мировому господст-
ву германского империализма». Нарком указал на зна-
чение согласованных действий ведущих держав этой
коалиции и в послевоенное время. Вместе с тем он от-
метил ту роль, которую в создании ООН могут сыграть
другие участвующие в конференции государства60.

Конференция начала свою деятельность в условиях,
когда было совершенно очевидно, что до полного раз-
грома Германии остались считанные дни. Советские
войска накануне завершили окружение Берлина. Нар-
ком иностранных дел в этой речи мог с полным основа-
нием констатировать, что Советский Союз в кровавых
битвах с фашистской Германией спас европейскую ци-
вилизацию61.

Количеству голосов, которыми располагали на кон-
ференции в Сан-Франциско США и Великобритания,
противостоял огромный международный авторитет Со-
ветского Союза. Роль СССР в разгроме Германии — побе-
да над ней была одержана в разгар работы конферен-
ции — создала такую обстановку, что США, Великобри-
тания и другие участники конференции не могли не
считаться с позицией СССР.

В основу работы конферецции в Сан-Франциско
легли предложения, согласованные тремя державами в
Думбартон-Оксе и Ялте. Но на конференции было вне-
сено к ним немало поправок, многие из которых шли
вразрез с совместными предложениями трех держав.
Некоторые из них фактически поддерживались (или
даже инспирировались) правительствами США и Вели-
кобритании.

В таких условиях успешному исходу конференции в
значительной степени содействовало то обстоятельство,
что делегации СССР, США, Великобритании и Китая
договорились предварительно согласовывать свои пред*
ложения и свою позицию по предложениям других
стран.

Наиболее существенные дискуссии возникли на кон-
ференции по вопросу о полномочиях Совета Безопасно-
сти и Генеральной Ассамблеи. Делегации Австралии,
Канады, Новой Зеландии и некоторых других стран
упорно добивались ослабления роли в ООН Совета Безо-
пасности, в котором должен был действовать принцип
единогласия пяти постоянных членов Совета (СССР,
США, Великобритания, Китай и Франция). Они настаи-
вали на том, чтобы главным органом ООН, где рассмат-
ривались и решались бы проблемы обеспечения мира
и безопасности, стала Генеральная Ассамблея.

Советской делегации (после отъезда 10 мая из Сан-
Франциско В. М. Молотова ее возглавлял А. А. Громы-
ко) Потребовались большие усилия, выдержка и настой-
чивость, чтобы не допустить отхода от ранее согласо-
ванных основ Устава ООН, принятия на конференции
неприемлемых для СССР решений *. Советскому прави-
тельству удалось добиться окончательного согласования
позиций четырех держав по вопросу о роли Генераль-
ной Ассамблеи и Совета Безопасности, а также — путем

* Следуя дурному примеру Г. Трумэна в беседе с В. М. Мо-
лотовым 23 апреля, государственный секретарь США Э. Стетти-
ниус также пытался диктовать свои условия в беседах с главой
советской делегации па конференции А. А. Громыко. Так, ха-
рактеризуя в дневниках ход заседания 2 июня, Стеттиниус от-
мечает, что он делал свои заявления советскому представите-
лю «в максимально жестких, подчеркнутых и недвусмыслен-
ных выражениях» (The Diaries of Edward R. Stettinius, p. 184).
Разумеется, в отношении советских представителей такие ме-
тоды американского империализма, в том числе крупного моно-
полиста, «стального короля» Стеттиниуса, результатов не да-
вали. Но эти наскоки представителей правящих кругов США
показывали, к чему Советское правительство должно быть го-
тово в отношениях с Соединенными Штатами Америки и в бу-
дущем.
некоторых уступок — о процедуре голосования в Сове-
те. Затем выработанные ими предложения одобрила вся
конференция.

Одним из острых вопросов, рассматривавшихся в
Сан-Франциско, была колониальная проблема. Комму-
нистическая партия и Советское правительство после-
довательно руководствовались в этом вопросе ленинским
принципом права всех наций на самоопределение й не-
зависимость. Советская делегация предложила преду-
смотреть в Уставе ООН, что одной из основных целен
учреждаемом в рамках ООН международной опеки яв-
ляется содействие развитию подопечных территорий «к
самоуправлению и самоопределению, имея целью усяо-
, рить достижение ими полной национальной независи-
мости» 62.

Великобритания и Франция — крупнейшие колони-
альные державы мира — решительно выступали против
включения в Устав ООН таких положений. Американ-
ское правительство высказывалось теперь за присоеди-
нение к США захваченных имя японских подмандат-
ных территорий. Члены американской делегации заяви-
ли, что «на ряде территорий, которые должны быть
поставлены под опеку, США построили большое количе-
ство аэродромов, линий коммуникаций и приобрели не-
которые торговые интересы. Американское правительст-
во хочет полностью сохранить свои права на эти приоб-
ретения и решительно будет настаивать на том, чтобы
это было оговорено в главе по территориальной опе-
ке» 63. Такая позиция правящих кругов США объясня-
лась их планами установления мирового господства.

Советской делегации все же удалось в основном от-
стоять свои предложения. В Уставе ООН записано, что
система опеки должна способствовать прогрессивному
развитию населения подопечных территорий «в направ-
лении к самоуправлению или независимости, как это
может оказаться подходящим для специфических
условий каждой территории и ее народов и имея в виду
свободно выраженное желание этих народов»64.

В последний день работы конференции, 26 июня,
был подписан окончательно согласованный на ней Ус-
тав Организации Объединенных Наций. От имени СССР
его подписал А. А. Громыко. Конференция в Сан-
Франциско успешно завершила свою работу.

В Уставе устанавливались следующие основные
цели ООН: «Поддерживать международный мир и безо-
пасность и с этой целью принимать эффективные кол-
лективные меры для предотвращения и устранения уг-
розы миру и подавления актов агрессии или других на-
рушений мира», улаживать международные споры
мирным путем, развивать дружественные отношения
между нациями на основе уважения принципа равно-
правия и самоопределения народов 65.

Согласно Уставу ООН, главная ответственность за
поддержание мира и безопасности возлагается на Совет
Безопасности. Все члены ООН обязаны подчиняться его
решениям и выполнять их. Для принятия решений по
всем вопросам, за исключением процедурных, требует-
ся единогласие постоянных членов Совета. Генеральная
Ассамблея, состоящая из всех членов ООН, может рас-
сматривать вопросы в пределах Устава и выносить по
ним рекомендации. Существенное значение имели и
многие другие положения Устава ООН, в разработку
которых Советский Союз внес немалый вклад.

Поскольку впоследствии в западных странах кое-
кто начинал выражать недовольство тем, что -СССР
имел в Совете Безопасности ООН право вето, даже го-
сударственный секретарь США Стеттиниус счел необхо-
димым восстановить истину. Он отмечает в своих воспо-
минаниях, что делегация США еще на конференции в
Думбартон-Оксе, а затем американские представители
и во время последующих переговоров выступали за пре-
доставление великим державам права вето по вопросу
380
о применении экономических и военных санкций66.
Ч. Болен пишет, что американцы были «в такой же сте-
пени заинтересованы в вето, как и русские» 67.

Конференция в Сан-Франциско успешно завершила
свою работу. Правда, на пей возникли существенные
разногласия. Но заинтересованность союзных стран в
продолжении сотрудничества создавала основу для их
преодоления.

Выступая на заключительном заседании конферен-
ции, глава советской делегации А. А. Громыко под-
черкнул значение сотрудничества союзных великих дер-
жав как в деле разгрома Германии, так и в деле сохра-
нения мира в будущем 68.

. Советское правительство рассматривало учреждение
Организации Объединенных Наций как принципиально
важное событие в истории международных отношений.
Оно выражало надежду, что ООН будет играть положи-
тельную роль в упрочении мира и международной бе-
зопасности *.

* Реакционные круги США были недовольны тем, что им
не удалось превратить создаваемую международную организа-
цию в прямое орудие американского господства в мире, в том
числе и в орудие борьбы против Советского Союза. Исполняю-
щий обязанности государственного секретаря Дж. Грю, с пер-
вых дней существования Советского государства придерживав-
шийся по отношению к нему резко враждебной позиции, отме-
чал в составленной им 19 мая 1945 г. записке, что после раз-
грома Германии и Японии главным врагом Соединенных Шта-
тов Америки будет Советский Союз. «Война с Советской Рос-
сией в будущем неизбежна... Она может разразиться буквально
через несколько лет... Поэтому мы должны сохранить свою
военную силу... Мы должны добиваться контроля над стратеги-
ческими воздушными и морскими базами... Как только закон-
чится конференция в Сан-Франциско, наша политика по отно-
шению к Советской России немедленно должна стать более
жесткой». Грю выражал сожаление, что СССР будет распола-
гать в ООН правом вето, в результате чего она «окажется не-
способной предпринимать действия против Советской Рос-
сии — безусловного будущего врага. По существу, главная цель,
Урегулирование
вопроса
о польском
правительстве

Среди важнейших проблем советской
внешней политики все более существ
венное место стали занимать отноше-
ния со странами Центральной и Юго-
Восточной Европы, освобожденными

советскими войсками.

В странах Центральной и Юго-Восточной Европы
серьезно ослабли позиции местной буржуазии, в боль-
шинстве своем предавшей свои народы и тесно сотруд-
ничавшей в годы войны с немецко-фашистскими окку-
пантами. В этих странах широких масштабов под руко-
водством коммунистов достигла борьба народных масс
за национальное и социальное освобождение. Изгнание
немецких войск, являвшихся оккупантами в одних стра-
нах (Польше, Чехословакии, Югославии, Албании) или
союзниками — в других (Румынии, Болгарии, Венгрии),
было связано с решением в них вопроса о власти.
В этих странах возникали народно-демократические
правительства, в которых все большую роль стали иг-
рать коммунисты.

В таких условиях происходили существенные изме-
нения в отношениях СССР со странами Центральной и
Юго-Восточной Европы. Немало связанных с ними проб-
лем стало также предметом переговоров и подчас до-
вольно острых дискуссий между правительствами СССР,
США и Великобритании.

В международном плане крайне острым оставался
польский вопрос. Правящие круги Великобритании, а
также США, особенно после того как президентом Сое-
диненных Штатов стал Г. Трумэн, решили еЩе раз дать
бой по этому вопросу Советскому правительству, ставя
своей целью восстановить в Польше реакционные бур-
жуазно-помещичьи порядки, снова превратить ее в фор-

связанная с созданием этой организации, не будет осуществле-
на» (Grew J. С, The Turbulent Era. Boston, 1952, vol. 2, p. 1445—
1446).
пост лагеря империализма в борьбе против Советской
страны.

23 февраля в Москве начала работать учрежденная
на Крымской конференции комиссия по польскому во-
просу, состоявшая из наркома иностранных дел СССР,
британского и американского послов в Москве. Британ-
скому послу А. Кларку Керру были даны указания с са-
мого начала работы комиссии занять в ней «максимально
твердую позицию»69. А. Гарриман придерживался та-
ких же взглядов. Он имел крупные инвестиции в поль-
ской цинковой и угольной промышленности и поэтому
проявлял огромную заинтересованность в том, чтобы в
Польше сохранились капиталистические порядки70.

В послании Рузвельту от 13 марта Черчилль настаи-
' вал на «совместном настойчивом давлении»71, чтобы
вынудить СССР пойти на уступки. Он добивался согла-
сия президента США на отправку главе Советского пра-
вительства совместного послания, выдержанного в жест-
ком плане72.

Однако Рузвельт не считал возможным игнорировать
решения Крымской конференции и снова добиваться
осуществления требований, от которых он и Черчилль на
конференции отказались. Рузвельт напомнил Черчиллю
(29 марта), что они пошли на Крымской конференции
на компромисс и что отрекаться от него невозможно.
Иначе их будут обвинять в том, писал президент, что
они не соблюдают крымских решений73.

Рузвельт не согласился и на отправку главе Совет-
ского правительства совместного с Черчиллем послания.
Он отправил Сталину очередную телеграмму по поль-
скому вопросу, но один, без участия британского премь-
ера, причем весьма сдержанного содержания. Рузвельт
выражал заинтересованность в ускорении решения это-
го вопроса74.

Отвечая ему (7 апреля), Сталин писал, что послы
США и Англии в Москве в переговорах с наркомом
иностранных дел СССР «отошли от установок», согласо-ч
ванных главами правительств трех держав в Крыму, и
пытаются нарушить их, Они игнорируют существование
польского временного правительства и требуют при-
глашения для консультаций польских деятелей, не при-
знающих решений Крымской конференции75.

Сразу же после прихода к власти Трумэна, как уже
указывалось, отношения между СССР и США резко
обострились, особенно по польскому вопросу. Уже
14 апреля, два дня спустя после смерти Рузвельта, он
предложил Черчиллю отправить в Москву совместное
послание76. В этом послании, полученном в Москве
18 апреля, Трумэн и Черчилль упорно настаивали на
прежних англо-американских предложениях, неприем-
лемых как для Советского правительства, так и для
польского временного правительства 77.

Между тем уже в течение цескольких месяцев по
инициативе польской стороны шли переговоры о заклю-
чении между Советским Союзом и Польшей союзного
договора. К середине апреля они были успешно завер-
шены. 16 апреля Советское правительство информиро-
вало правительства Великобритании и США —союзни-
ков СССР в войне — о предстоявшем подписании дого-
вора 78.

21 апреля в Москве состоялось подписание советско-
польского договора о дружбе, взаимной помощи и после-
военном сотрудничестве. В преамбуле договора указы-
валось, что он заключается с целью «закрепить корен-
ной перелом в истории советско-польских отношений в
сторону дружественного, союзного сотрудничества, сло-
жившегося между СССР и Польшей в ходе совместной
борьбы против германского империализма». СССР и
Польша обязывались продолжать вместе со всеми Объе-
диненными нациями борьбу против Германии до окон-
чательной победы и оказывать в ней помощь друг дру-
гу. Они условились и после окончания, войны «укреп-
384
лять дружеское сотрудничество между обеими странами
в соответствии с принципами взаимного уважения к их
независимости и суверенитету, а также невмешательст-
ва во внутренние дела другого государства». СССР и
Польша договорились совместно принимать меры «для
устранения любой угрозы повторения агрессии со сто-
роны Германии». Если же одна из них в послевоенный
период окажется вовлеченной в военные действия с
Германией, которая возобновила бы свою агрессивную
политику, то другая была обязана немедленно оказать
ей военную и другую помощь. Предусматривалось сот-
рудничество обеих стран в развитии и укреплении эко-
номических и культурных связей. Договор был заклю-
чен на 20-летний срок79.

Заключение договора серьезно укрепило междуна-
родное положение народно-демократического польского
государства.

В упомянутой выше беседе с Молотовым в Вашинг-
тоне 23 апреля Трумэн все же снова пытался добиться
согласия СССР на ревизию крымских решений о Поль-
ше. Британский премьер подчеркивал в телеграмме
Идену (24 апреля), находившемуся в США, что урегу-
лирование с СССР «может основываться только на
признании русскими англо-американской силы»80.

На следующий день Трумэн пригласил военного
министра Стимсона, который ознакомил его с ходом ра-
боты над атомной бомбой. Он представил памятную
записку, в которой говорилось: «Через четыре месяца
мы, по всей вероятности, завершим работы над оружием,
ужаснее которого не знало человечество»?1. При этом
Стимсон подчеркнул, что бомба наверняка окажет ре-
шающее влияние на отношения США с другими стра-
нами. Директор департамента военной мобилизации
Дж. Бирнс говорил Трумэну, что атомная бомба даст
Соединенным Штатам возможность «продиктовать
наши условия в конце войны»82.

В, Я. Сиполс

385
В Вашингтоне уверовали, что атомная бомба корен-
ным образом умножит возможности американской диж
ломатии оказывать давление на,Советский Союз, чтобы
сделать его «сговорчивым в Европе»83. «Если она взор?
вется, что, я думаю, произойдет,— сказал он своим бли-
жайшим советникам об атомной бомбе,— то у меня,
безусловно, будет молот для этих парней»34, то есть
русских.

Но время шло, атомной бомбы у американцев всё
еще не было, и Трумэн оказался вынужден прийти К
выводу, что его попытка диктовать Советскому Союзу
свои условия оказалась несостоятельной. Более того, Сое-
диненные Штаты Америки сами находились теперь в
весьма сложном положении. После капитуляции Герма-
нии СоветскийСоюз оказался вне войны, а США продолг
жали воевать с другим крупнейшим агрессором — Япо-
нией. В условиях резко обостренных американским пра-
вительством отношений с СССР в Вашингтоне начали
настораживаться относительно того, что политика США;
не давая каких-либо положительных результатов, мо-
жет привести к отказу Советского Союза принять уча-
стие в разгроме Японии. Американское правительство
проявляло большую заинтересованность также в успеш-
ном завершении конференции в Сан-Франциско. В та-
ких условиях Трумэн оказался вынужден пойти на по-
пятную. Он решил направить в Москву Гопкинса —
ближайшего помощника Рузвельта, чтобы как-то норма-
лизовать отношения с СССР.

Прибыв 25 мая в Москву, Гопкинс в последующие
дни имел шесть обстоятельных бесед со Сталиным.
В ходе переговоров (26 мая — 6 июня) Гопкинс отме-
тил, что в США всегда существовали круги, выступав-
шие против сотрудничества с Советским Союзом. За по-
следние шесть недель, то есть после смерти Рузвельта,
антисоветские настроения получили в Соединенных
Штатах особенно широкое распространение. «Если ны-
вешние тенденции будут продолжаться,—сказал он,—
то вся структура международного сотрудничества и
взаимоотношений с Советским Союзом, которую прези-
дент Рузвельт и маршал (Сталин.— В. С.} с таким тру-
дом создавали, будет разрушена»85. Из высказываний
Гопкинса следовало, что цель его визита — попытаться
остановить этот процесс.

Сталин констатировал, что в политике США по от-
ношению к СССР «наступило заметное охлаждение, как
только стало ясно, что Германия потерпела поражение,
и дело выглядит так, будто бы американцы теперь го-
ворят, что русские им больше не нужны». Он привел
ряд примеров: вопреки договоренности, достигнутой во
время встречи в Крыму, на конференцию в Сан-Фран-
циско была приглашена Аргентина (в годы войны Ар-
гентина поддерживала Германию), США отошли от
решений Крымской конференции по вопросу о деятель-
ности комиссии по репарациям с Германии и по поль-
скому вопросу; «крайне неприятным и даже грубым»
образом были прекращены поставки по ленд-лизу, Со-
ветскому Союзу не передан ни один корабль капитули-
ровавшего германского флота86. Гопкинс в своих отве-
тах пытался как-то оправдать позицию американского
правительства. По некоторым вопросам он обещал ока-
зать содействие их урегулированию.

Главное внимание в ходе переговоров уделялось
следующим вопросам, ради обсуждения которых Гоп-
кинс прибыл в Москву.

Во-первых, рассматривался и был успешно урегули-
рован вопрос о новой встрече глав трех великих дер-
жав, в том числе о месте и времени этой встречи (см.
следующую главу).

Во-вторых, обсуждался вопрос о создании Конт-
рольного совета для Германии, то есть о назначении
в нем советского представителя, с тем чтобы совет мог
приступить к работе. Сталин сообщил, что советским
представителем в Контрольном совете будет маршал
Г. К. Жуков.

В-третьих, Гопкинс поднял вопрос о войне на Тихом
океане. Он сказал, что в США хотели бы знать прибли-
зительный срок выступления СССР против японских
агрессоров. Сталин ответил, что, в соответствии с при-
нятыми в Крыму решениями, «советские войска будут
находиться в полной готовности к 8 августа»87. Гоп-
кинс телеграфировал Трумэну: «Мы остались весьма
довольны совещанием по вопросу о Дальнем Востоке»88.

В-четвертых, нуждался в урегулировании вопрос о
процедуре голосования в Совете Безопасности ООН.
Проявляя добрую волю и стремление к сотрудничеству,
Сталин согласился с американскими предложениями,
вносившими некоторые изменения и уточнения в реше-
ния, принятые по этому вопросу на Крымской конфе-
ренции. В США встретили это с большим удовлетво-
рением, так как был урегулирован последний суще-
ственный спорный вопрос, затруднявший завершение
выработки на конференции в Сан-Франциско Устава
ООН.

В-пятых, обстоятельному обсуждению был подверг-
нут польский вопрос. Высказывания Гопкинса свиде-
тельствовали о том, что американское правительство от-
казалось от своих попыток навязать Советскому Союзу
угодное Вашингтону решение польского вопроса и про-
являло готовность возвратиться к решениям Крымской
конференции. Это сделало возможным достижение до-
говоренности. Был согласован вопрос о консультациях
с представителями польского временного правительства
и другими польскими демократическими деятелями, что
сдвинуло дело с мертвой точки.

Таким образом, в результате переговоров с Гопкин-
сом удалось в принципе урегулировать ряд существен-
ных вопросов, в том числе в немалой степени и поль-
ский.
Вскоре представители польского временного прави-
тельства, Миколайчик и некоторые другие польские
деятели собрались в Москве и в результате переговоров
между собой договорились о составе польского времен-
ного правительства национального единства. Главой
правительства остался Э. Осубка-Моравский, его замес-
тителями стали В. Гомулка и С. Миколайчик. Вместе
с Миколайчиком в состав правительства вошли четыре
министра из числа польских буржуазных политиков.
Всего правительство состояло из 21 человека. Таким
образом, несмотря на расширение социальной основы
правительства, большинство в нем сохранили члены
прежнего польского временного правительства.

22 июня состоялось последнее заседание Московской
комиссии трех держав по польскому вопросу, на кото-
ром все участники одобрили выработанное Самими по-
ляками решение. 28 июня в Варшаве было официально
объявлено о создании временного правительства нацио-
нального единства.

В телеграмме Черчиллю от 2 июля Трумэн конста-
тировал, что «новое польское временное правительство
национального единства создано в соответствии с крым-
скими решениями». Он предлагал, чтобы правительст-
ва США и Великобритании безотлагательно и одновре-
менно заявили о его признании89.

29 июня Франция, а затем 5 июля США и Велико-
британия признали новое польское правительство. Со-
ветское правительство со специальным заявлением по
этому вопросу не выступало, так как оно установило
официальные отношения с польским временным прави-
тельством еще в январе 1945 г. Послом СССР в Польше
был В. 3. Лебедев.

Новая, народно-демократическая Польша получила
международное признание. Урегулирование этой слож-
нейшей проблемы — существенное достижение совет-
ской дипломатии.
Советский Союз
и народно-
демократическая
Чехословакия

17 марта 1945 г. в Москву прибыл
Э. Бенеш, глава чехословацкого праР
вительства Я. Шрамек и некоторый
другие политические деятели страны,
направлявшиеся из Лондона в Чехо-

Словакию. В Москве состоялись переговоры представи-
телей ряда партий Чехословакии, в том числе коммуни-
стической, в результате которых была выработана про-
грамма создававшегося ими коалиционного правительст-
ва Национального фронта.

Одновременно в Москве проходили советско-чехосло-
вацкие переговоры о дальнейшем развитии дружествен-
ных отношений между двумя странами. Рассматрива-
лись вопросы, связанные с освобождением территории
Чехословакии и установлением на освобожденной тер-
ритории власти чехословацкого правительства, с оказа-
нием Советским Союзом помощи в деле укрепления и
расширения чехословацкой армии, а также с оказанием
помощи населению Чехословакии, освобождаемой Крас-
ной Армией90.

По обсуждавшимся вопросам были приняты согласо-
ванные решения. Состоялось подписание двух соглаше-
ний: 1) о порядке использования военных трофеев на
территории Чехословакии и 2) о взаимном погашении
расходов по содержанию частей Красной Армии и час-
тей чехословацкой армии в течение периода войны91.
В соответствии с просьбой чехословацкого правительст-
ва правительство СССР дало согласие безвозмездно пре-
доставить вооружение для формирования 10 чехосло-
вацких дивизий 92.

4 апреля на освобожденной чехословацкой террито-
рии, в г. Кошице, образовалось новое правительство
Чехословакии. Его возглавил 3. Фирлингер. В состав
правительства вошли также коммунисты. На следую-
щий день в Кошице была опубликована программа
нового правительства. В ней провозглашалось, что ос-
390
новой внешней политики Чехословакии будет союз и
сотрудничество с СССР. 10 мая, сразу же после осво-
бождения Праги, правительство переехало в столицу
Чехословакии. Создание правительства Национального
фронта, руководствовавшегося Кошицкой программой,
означало установление в Чехословакии народно-демо-
кратического строя.

Отношения между СССР и Чехословакией строились
отныне на принципиально новой основе. При сохране-
нии прежней формы и содержания совершенно иную
классовую сущность приобрел советско-чехословацкий
договор о дружбе, взаимной помощи и послевоенном
сотрудничестве 1943 г. Значение его стало аналогичным
‘значению советско-польского договора, заключенного в
апреле 1945 г. Он обеспечивал теперь независимость и
неприкосновенность народно-демократической Чехосло-
вакии. Послом СССР в Праге был назначен В. А. Зорин.

После освобождения советскими войсками Закарпат-
ской Украины 26 ноября 1944 г. в г. Мукачево происхо-
дил съезд представителей народных комитетов, который
единодушно высказался за присоединение Закарпатской
Украины к Советской Украине. 29 июня 1945 г. во
время пребывания в Москве 3. Фирлингера состоялось
подписание договора, в соответствии с которым Закар-
патская Украина, согласно воле ее населения, вошла в
состав Украинской ССР93.

Успешно развивался процесс укре-
пления отношений между Советским
Союзом и Югославией. Продолжалась
совместная борьба двух стран против
фашистской Германии, завершалось
освобождение от оккупантов всей

территории Югославии.

7 марта 1945 г. было сформировано временное пра-
вительство Демократической Федеративной Югославии

Советско-
югославский
договор
о взаимопомощи
(11 апреля
1945 г.)
во главе с И. Броз Тито. И. Шубашич стал министром
иностранных дел. В соответствии с решениями Крым-
ской конференции это правительство получило всеоб-
щее международное признание, б течение марта в Бел-
град прибыли послы СССР, США и Великобритании.

Приехав 5 апреля в Москву во главе югославской
правительственной делегации, И. Броз Тито заявил:
«Чувствую большую радость, что могу сегодня здесь, в
великой столице Великого Советского Союза, передать
горячее приветствие и глубокую благодарность Советс-
кому Союзу за ту огромную моральную и материальную
помощь, которую он дал и дает народам Югославии в
их тяжелой борьбе против германского оккупанта и его
КВИСЛИНГОВ» 94.

Состоявшиеся в Москве переговоры завершились
подписанием И апреля Договора о дружбе, взаимной
помощи и послевоенном сотрудничестве между СССР и
Югославией. В договоре предусматривалось, что дого-
варивающиеся стороны будут продолжать борьбу про-
тив Германии до окончательной победы и оказывать
в ней друг другу военную и иную помощь. Договор
содержал положения о дальнейшем развитии и укреп-
лении сотрудничества между двумя странами после
войны95.

Таким образом, в договорном порядке были закреп-
лены те новые отношения, которые установились меж-
ду Советским Союзом и народно-демократической Юго-
славией. Руководствуясь принципом пролетарского
интернационализма, Советская страна оказывала иду-
щей по пути социалистической революции Югославии
всю возможную помощь и поддержку. Договор с СССР
существенно укреплял международные позиции новой
Югославии.

Это проявилось, в частности, когда в конце апреля —
начале мая югославские войска освободили Истрию,
Триест и прилегающие районы, в которых проживало
много югославов, но которые после первой мировой вои-
ны были присоединены к Италии. США и Великобри-
тания в решительной форме потребовали от югославско-
го правительства отвода своих войск из этих террито-
рий и передачи их под контроль англо-американского
командования в Италии. Но Югославия, отказываясь
подчиниться англо-американскому диктату, энергично
отстаивала свои права на оккупацию этих территорий.
В посланиях Трумэну и Черчиллю Сталин выступил в
поддержку позиции Югославии96. Было достигнуто ком-
промиссное соглашение, по которому западная часть
Юлийской Крайны переходила под контроль англо-аме-
риканского командования, а восточная оставалась под
контролем югославских войск.

Установились также отношения меж-
ду СССР и новой Албанией. На I Ан-
тифашистском национально-освобо-
дительном конгрессе, который состо-
ялся в мае 1944 г. на освобожденной

от оккупантов территории Албании, был избран Анти-
фашистский национально-освободительный совет. Кон-
гресс принял документы, закреплявшие народно-демок-
ратическую программу революции. Провозглашалась
цель «построить новую, народно-демократическую Ал-
банию, соответствующую воле народа»97. В принятом
на конгрессе заявлении подчеркивалось, что «для ал-
банского народа Советский Союз — это нерушимый оп-
лот социализма, родина братских народов, авангард ве-
ликой антифашистской войны, высший пример самопо-
жертвования и героизма, нерушимая материальная и
моральная опора для всех порабощенных народов...» 98.

5 сентября 1944 г. в штаб Народно-освободительной
армии Албании прибыла советская миссия во главе с
майором К. П. Ивановым. К концу ноября вся террито-
рия Албании была очищена от немецко-фашистских

Становление
советско-
албанских
отношений
войск. Албанские коммунисты неоднократно отмечали,
что это стало возможно только в результате разгрому
фашистской Германии, решающий вклад в который;
вносил Советский Союз.

В октябре 1944 г. было образовано Временное демок-
ратическое правительство Албании. Постепенно начали
налаживаться и расширяться контакты между СССР и
народно-демократической Албанией. 1 июня 1945 г. в
Тирану прибыла советская военная миссия во главе с
полковником С. В. Соколовым. В середине месяца в Мос-
кву приехала делегация временного правительства Ал-
бании. 21 июня она направила народному комиссару
иностранных дел СССР письмо, в котором изложила
наиболее острые нужды Албании в области обороны,
экономики, финансов, культуры. Советский Союз начал
Албании разностороннюю помощь".

Для Советского Союза существенное
значение имели также отношения с
Болгарией, Румынией и Венгрией.
Характер отношений с ними, сдвиги
в этих отношениях во многом зави-
внутреннего положения в указанных

странах, которое предопределяло и их внешнеполитиче-
ский курс.

Политика Советского Союза по отношению к каждой
из них определялась прежде всего характером власти в
ней. Когда в Венгрии и Румынии, вслед за Болгарией,
пришли к власти народно-демократические правитель-
ства, основой политики Коммунистической партии и Со-
ветского правительства по отношению к ним стал проле-
тарский интернационализм. Вместе с тем Советский Со-
юз в отношениях с ними должен был учитывать те обя-
зательства, которые он взял на себя за годы войны пе-
ред правительствами Великобритании, США и других
союзных стран, поскольку Румыния, Венгрия и Болга-

оказывать новой

Отношения СССР
с Болгарией,
Румынией
и Венгрией

сели от развития
рия были ранее союзницами фашистской Германии п
находились в состоянии войны с Объединенными на-
циями. Эти страны могли снова стать полноправными
членами международного сообщества только после то-
го, как с ними будут заключены мирные договоры. Так,
если СССР мог заключить в апреле 1945 г. союзные дого-
воры с Югославией и Польшей, входившими в число
Объединенных нации, то заключение им аналогичных
договоров с Румынией, Венгрией и Болгарией, положе-
ние которых пока определялось соглашениями о переми-
рии как с бывшими вражескими государствами, было бы
сочтено правительствами Великобритании и США гру-
бым нарушением Советским Союзом своих союзниче-
ских обязательств перед ними *.

Отношения СССР с Болгарией продолжали разви-
ваться в том же направлении, которое наметилось еще
осенью 1944 г. в результате установления в Болгарии
народно-демократической власти, разрыва ее с Герма-
нией и объявления ей войны. Болгарские войска вместе
с Красной Армией сражались против германских войск
до их разгрома и безоговорочной капитуляции. Вплоть
до 8 мая это военное сотрудничество было одной из
важнейших составных частей отношений между двумя
странами.

Между тем правительства Великобритании и США,
пользуясь своим положением победителей, пытались
через своих представителей в Союзной контрольной ко-
миссии в Болгарии и иными способами вмешиваться во
внутренние дела страны. Они поддерживали реакцион-
ные круги, стремились подорвать позиции народно-де-
мократической власти.

Но эти усилия британского и американского импери-
ализма были обречены на провал, так как молодое

* СССР заключил договоры о взаимной помощи с Румынией,
Венгрией и Болгарией после того, как в 1947 г. были подписаны
и вступили в силу мирные договоры с ними.
болгарское народно-демократическое государство поль-
зовалось поддержкой СССР., Советское правительство
обеспечивало болгарскому народу благоприятные
международные условия, позволявшие ему строить
свою жизнь по собственному усмотрению, идти по изб-
ранному им пути строительства социалистического об-
щества.

14 марта 1945 г. СССР и Болгария заключили тор-
говое соглашение10й, по которому Советское правитель-
ство согласилось поставить нефтепродукты, черные и
цветные металлы, текстильное сырье, химикаты, элект-
ромоторы и другие товары, Эти поставки были сущест-
венной поддержкой для слабой, подорванной войной,
лишенной других источников снабжения болгарской
экономики. Опираясь на братскую помощь и поддержку
со стороны первого в мире социалистического государ-
ства, болгарский народ строил и укреплял свое новое,
народно-демократическое государство* ;

Более сложным путем развивались отношения меж-
ду СССР и Румынией. Румынское правительство во гла-
ве с генералом Радеску, опиравшееся на поддержку ар-
мии, жандармерии, реакционных «кругов, стало все бо-
лее грубо нарушать условия соглашения о перемирии.
Вместо того чтобы принимать действительно активное
участие в войне против Германии, румынская реакция
во главе с Радеску перешла в наступление на прогрес-
сивные силы страны. 24 февраля в Бухаресте на двор-
цовой площади был открыт огонь по участникам массо-
вой демонстрации трудящихся, требовавших отставки
правительства.

Советские представители в СКК в Румынии потре-
бовали от Радеску немедленно прекратить такие дейст-
вия 101. Для выяснения обстановки в Бухарест 27 фев-
раля прибыл заместитель народного комиссара иност-
ранных дел СССР А. Я. Вышинский. Под руководством
коммунистов по всей стране развернулось мощное дви-
жение с требованием смещения Радеску. Ему не оста-
лось иного выхода, как подать в отставку.

6 марта в Бухаресте состоялась демонстрация, в ко-
торой приняло участие 600 тыс. человек. Организован-
ные коммунистами демонстрации проходили также во
многих других городах. Участники их требовали созда-
ния правительства Национально-демократического
фронта. В тот же день было образовано народно-демокра-
тическое правительство во главе с Петру Гроза. Новое
правительство выдвинуло следующие главные задачи:
обеспечить неуклонное выполнение соглашения о пере-
мирии, увеличить вклад Румынии в войну против Гер-
мании, установить дружественные отношения с СССР и
другими миролюбивыми странами, осуществлять демок-
ратизацию страны и др.102

Образование в Румынии народно-демократического
правительства создало условия для развития отно-
шений между ней и СССР на принципиально новой ос-
нове.

Происходил процесс становления отношений между
СССР и народно-демократической Венгрией. В ре-
зультате завершения освобождения Красной Армией
в начале апреля 1945 г. территории Венгрии от немец-
ко-фашистских войск над всей страной установилась
власть нового, народно-демократического правительства.

Внутреннее положение в стране оставалось еще до-
вольно сложным. Позиции венгерских коммунистов
крепли с каждым днем. Вместе с тем значительным вли-
янием пользовались буржуазные партии. Правительст-
ва США и Великобритании изыскивали пути и средства
к тому, чтобы оказать поддержку венгерской реакции,
стремясь сохранить в стране капиталистические поряд-
ки. Они добивались изменения порядка деятельности
Союзной контрольной комиссии, расширения возможно-
стей оказания через нее влияния на развитие положе-
ния в стране.
В 1919 г. иностранным интервентам и венгерской
контрреволюции удалось фашистским белым террором
уничтожить Венгерскую Советскую республику. В. И*
Ленин, Советское правительство были преисполнены
горячего желания прийти на помощь венгерской рево-
люции, но в тогдашних условиях это оказалось невоз-
можным. Теперь, в 1945 гъ положение складывалось
иначе. В Венгрии находились части Красной Армии.
Народно-демократической Венгрии не приходилось опа-
саться иностранной интервенции, сковывались также си-
лы внутренней контрреволюции. Существовали благо-
приятные условия для развертывания деятельности
коммунистической партии и других прогрессивных^ де-
мократических сил. Внутреннее и международное поло-
жение венгерского народно-демократического государ-
ства постепенно укреплялось.

Когда весной 1945 г. в крайне тяжелом положений
оказалась экономика страны, население Будапешт»
спасла от голода продовольственная помощь, предостав-
ленная Советским Союзом венгерскому правительству
(зерно, мясо, сахар и др.). Только в течение первой по-
ловины 1945 г. Советский Союз предоставил Венгрии
три займа на общую сумму 850 млн. пенге 103.

В целях укрепления международного положения мо-
лодых народно-демократических государств — Болга-
рии, Румынии и Венгрии — 27 мая Советское правитель-
ство выступило с инициативой об установлении Со-
ветским Союзом, Соединенными Штатами Америки й
Великобританией с ними дипломатических отношений.
И. В. Сталин в посланиях У. Черчиллю и Г. Трумэну
указывал, что Болгария и Румыния уже более восьми
месяцев как разорвали с гитлеровской Германией, за-
ключили перемирие с союзными государствами и вклю-
чились в войну на стороне союзников против Германии.
Они на деле доказали свою готовность сотрудничать с
Объединенными нациями. СССР считал возможным
установить дипломатические отношения также с Фин-
ляндией и через некоторое время — с Венгрией. Совет-
ское правительство напомнило, что три державы уже
восстановили отношения с Италией 104.

Однако Лондон и Вашингтон не согласились с со-
ветским предложением. Они пытались использовать
рассмотрение этого вопроса как предлог для очередной
попытки вмешательства во внутренние дела Болгарии,
Румынии и Венгрии, оказания давления на СССР и на-
родно-демократические правительства этих трех стран.
Великобритания и США предложили отложить рас-
смотрение советского предложения до очередной конфе-
ренции глав правительств трех союзных держав 105.

Таким образом, Коммунистическая партия и Совет-
ское правительство руководствовались в своих отноше-
ниях с народно-демократическими государствами прин-
ципом пролетарского интернационализма. Верный это-
му принципу, советский народ в течение всей войны
проявлял глубокую солидарность с прогрессивными,
антифашистскими силами оккупированных стран. Раз-
гром Красной Армией наряду с военной машиной Гер-
мании также и войск, на которые опирались реакцион-
ные правящие круги Румынии и Венгрии, создал пред-
посылки для развития и победы в странах Центральной
и Юго-Восточной Европы народно-демократических ре-
волюций, создания в них народно-демократических пра-
вительств.

Революции в этих странах происходили в результа-
те резкого усиления в условиях войны и иностранной ок-
купации борьбы их народных масс под руководством
коммунистов за национальное и социальное освобожде-
ние. Но принципиально важную роль играл и внешний
фактор. Революции разразились во многих странах Ев-
ропы и в конце первой мировой войны, но тогда их во-
оруженной рукой подавили империалистические держа-
вы в союзе с местной реакцией. Теперь, когда в указан-
ных странах в конце войны оказались советские войска,
ни иностранная интервенция, ни развязывание граж*
данской войны с целью подавления революции внут-
ренними реакционными силами оказались невозмож-
ными.

После образования в странах Центральной и Юго-
Восточной Европы новых, народных правительств Ком-
мунистическая партия и Советское правительство счи-
тали своим важнейшим интернациональным долгом под-
держку этих правительств в деле укрепления новой
власти, упрочения внутреннего и международного по-
ложения молодых народно-демократических государств.
Советский Союз оказывал им всю возможную полити-
ческую, военную, экономическую, дипломатическую,
моральную и иную помощь.

Советская поддержка была для них тем более важ-
на, что империалистический англо-американский блок
предпринял усиленные попытки экспорта в эти страны
контрреволюции, восстановления в них прежних буржу-
азных, реакционных порядков. Только тесное сотрудни-
чество с Советским Союзом могло оградить народно-
демократические государства от империалистического
вмешательства106. Совместными усилиями СССР и
стран народной демократии планы американского и бри-
танского империализма были сорваны.

* * *

Советский Союз вносил решающий вклад в разгром
империалистической, фашистской Германии в течение
всей войны. Весной 1945 г. советские войска нанесли
окончательный удар по немецко-фашистским войскам,
заняли столицу Германии — Берлин. Фашистская Гер-
мания была разгромлена и безоговорочно капитулирова-
ла. Неистовая попытка германского империализма раз-
громить Советский Союз, установить свое мировое гос-
подство окончилась полным провалом. Это была великая
Победа СССР и его союзников над германо-фашистски-
ми агрессорами.

Война в Европе кончилась. На европейском конти-
ненте был восстановлен долгожданный мир.

Разгромом считавшейся непобедимой германской
военной машины Советский Союз наглядно продемонст-
рировал свои огромные, поистине неисчерпаемые воз-
можности, принципиальные преимущества социализма.
Международный авторитет СССР был велик, как ни-
когда.

Советское правительство вместе с правительствами
США и Великобритании разработали и ввели в действие
. важнейшие документы, призванные предотвратить воз-
никновение с германской земли еще одной войны.

Коммунистическая партия и Советское правитель-
ство стремились к тому, чтобы сотрудничество, уста-
новившееся между СССР, США, Великобританией и
другими Объединенными нациями в годы войны, про-
должалось и расширялось и в условиях наступившего в
Европе мира. Это особенно наглядно проявилось в актив-
ном и конструктивном участии Советского Союза в соз-
дании Организации Объединенных Наций. Руководст-
вуясь ленинскими установками, советская дипломатия
немало сделала для того, чтобы в основу выработанного
на конференции в Сан-Франциско Устава ООН легли
демократические принципы международных отноше-
ний. СССР рассматривал создававшуюся новую между-
народную организацию как важное средство сохране-
ния мира и обеспечения безопасности государств после
войны.

С приближением краха фашистской Германии бри-
танское правительство во главе с У. Черчиллем начало
все более круто менять свою политику по отношению
к Советскому Союзу, рассматривая его как своего оче-
редного главного врага. Сразу же после прихода к вла-
сти новый президент США Г. Трумэн также стал прово-
дить по отношению к СССР «жесткий курс». Импери-
алистические правящие круги США и Великобрита-
нии предприняли попытку навязать Советскому Союзу
угодные им условия послевоенного мирового устрой-
ства. Но вскоре в Вашингтоне оказались вынуждены
признать, что предпринятая англо-американским бло-
ком попытка разговаривать с СССР языком диктата
провалилась. Особенно наглядно это проявилось в поль-
ском вопросе.

Последовательно руководствуясь принципом проле-
тарского интернационализма, Коммунистическая пар-
тия и Советское правительство твердо стали на защиту
революционных завоеваний польского и других народов
стран Центральной и Юго-Восточной Европы. СССР ог-
радил их от попыток британского и американского им-
периализма вмешиваться в их внутренние дела. Боль-
шое значение в этом имели договоры о взаимной помо-
щи, заключенные Советским Союзом с Польшей, Чехо-
словакией и Югославией. Что касается Болгарии, Венг-
рии и Румынии, то их ограждала от экспорта контрре-
волюции наряду с присутствием в них советских войск
также энергичная поддержка со стороны советской див*
ломатии. Все это обеспечивало условия, в которых па-
роды этих стран получили возможность строить свою
жизнь по собственному усмотрению.
Глава

БЕРЛИНСКАЯ
КОНФЕРЕНЦИЯ
Накануне
конференции

ломатией встала

В связи с разгромом и капитуляцией
фашистской Германии, окончанием
войны в Европе перед советской дип<-
задача международно-правового за-
крепления итогов победы, с тем чтобы положить конец

опасности, угрожавшей СССР, а также многим другим
государствам со стороны германского империализма,
развязавшего две кровопролитные мировые войны.
Стояла проблема согласования политики трех держав
в отношении бывших союзниц гитлеровской Германии
в войне — Италии, Финляндии, Болгарии, Венгрии и
Румынии. Советский народ, перенесший невероятные
ужасы и страдания второй мировой войны, с нетерпе-
нием ждал принятия по этим вопросам таких решений,
которые привели бы к установлению в Европе прочного
и длительного мира, обеспечили бы урегулирование
всех нерешенных проблем, исходя из принципов демо-
кратии и справедливости.

Для обсуждения и решения этих проблем требова-
лась новая конференция руководителей трех держав —
СССР, США и Великобритании.

По инициативе Советского правительства местом для
проведения конференции избрали Берлин, столицу по-
верженного агрессора. Это имело глубокий политический
смысл. Итоги войны подводились именно в Берлине,
где германский фашизм разработал свои агрессивные
планы, где принимались решения, приведшие ко второй
мировой войне.

Берлин оказался, однако, настолько разрушен, что в
самом городе устроить конференцию оказалось невоз-
можным. Поэтому было решено провести ее во дворце
Цецилиенхоф, который находится непосредственно у
границ Большого Берлина на территории соседнего с
германской столицей города — Потсдама.

Особенно торопилось с созывом конференции бри-
танское правительство. 12 мая в телеграмме Трумэну
Черчилль отмечал, что американские войска начинают
возвращаться домой. Предстоит сокращение британских
вооруженных сил. Войска США должны будут поки-
нуть занятые ими районы советской зоны оккупации
в Германии.

Пользуясь терминологией Геббельса, британский
премьер стал доказывать, будто над советским фронтом
опущен «железный занавес» и неизвестно, что за ним
происходит. Черчилль пугал Трумэна, что отвод амери-
канских войск из занятой ими части советской зоны по-
влечет за собой «ужасное продвижение московитян в
центр Европы... Если русские захотят, ени будут иметь
возможность в очень короткое время продвинуться к бе-
регам Северного моря и Атлантики». Поэтому, писал
Черчилль, чрезвычайно важно или договориться, или
разобраться в состоянии отношений с СССР, пока силы
западных держав в Европе не ослаблены *.

Даже американский историк У. Макнейлл признает,
что стремление Черчилля использовать вопрос об отводе
американских войск как средство давления на СССР
«выглядело чуть ли не как измена» союзническим обя-
зательствам 2.

Во время беседы с советским послом Ф. Т. Гусевым
18 мая Черчилль буквально обрушился на него с целым
набором различных несостоятельных претензий. Он го-
ворил, сообщал в Москву посол, «с большим раздраже-
нием и нескрываемой злобой». Черчилль заявил даже,
что приказал задержать демобилизацию военно-воздуш-
ных сил. Посол считал, что это не просто шантаж. «Учи-
тывая создавшуюся обстановку,— писал он,— нам не-
обходимо иметь в виду, что для Черчилля война явля-
ется его родной стихией...» 3

В связи с предстоявшей конференцией в конце мая
американский президент послал в Лондон Дж. Дэвиса
Для предварительных переговоров с Черчиллем. Возвра-
тившись в Вашингтон, он докладывал Трумэну, что
Черчилль проявил «резкую враждебность» по отноше-
нию к Советскому Союзу, «впадая в неистовство и даЖ
ярость». «Он теперь выражает ту доктрину,— конста$
тировал Дэвис,— которую все снова и снова провозгла*
шали Гитлер и Геббельс в течение истекших четырех лет^
стремясь нарушить единство союзников». Излагая свои
собственные взгляды, Дэвис заявил Черчиллю, что
«можно положиться на добрую волю советских лидеров
в стремлении 1) добиваться создания рационального
устройства мира и 2) сотрудничать с Западной Европой
на основе добрососедства...». В то же время он отмечал,
что Советское правительство, разумеется, в курсе пози-
ции Лондона, что не может не отразиться на его поли-
тике по ряду вопросов4.

Главная цель британского правительства на конфе-
ренции заключалась в том, чтобы ослабить позиции
тех сил, которые оно считало теперь, после разгрома
фашистских агрессоров, своими главными противника-
ми. Это был прежде всего Советский Союз как государ-
ство социалистическое. Это были также страны народ-
ной демократии, прогрессивные силы капиталистиче-
ских стран, национально-освободительное движение.
Против этих сил британская дипломатия планировала
выступать на Берлинской конференции вместе с аме-
риканской.

Суть дипломатической стратегии Черчилля на кон-
ференции заключалась в том, как отмечает американ-
ский исследователь либерально-критического течения
Ч. Ми, чтобы «придерживаться подрывного курса, то
есть спровоцировать конфликт между Соединенными
Штатами и Россией». При этом он прямо признает, что
эта попытка «провоцирования обострения Отношений
между Россией и Америкой» являлась «самой циничной
игрой с огнем» 5.

Для того чтобы навязать Советскому Союзу свою
волю, британское правительство намеревалось занять на
конференции самую жесткую позицию. Черчилль хотел,
особенно на заключительной стадии конференции, пойти
на конфронтацию с советской делегацией. Он впослед-
ствии утверждал, что был готов скорее пойти на «откры-
тый разрыв», чем согласиться на советские предложе-
ния относительно западной границы Польши 6. Министр
иностранных дел Англии А. Иден также считал, что раз-
рыв с СССР «представляется неизбежным»7. Британ-
ские военные органы получили даже задание изучить
возможность вооруженного выступления против СССР.
Но они пришли к выводу, что «эта идея является, безу-
словно, фантастической и никаких надежд на успех
нет» 8,

Цели американского империализма на новой конфе-
ренции трех держав шли дальше британских. Значи-
тельно увеличив за годы войны свою военную и эко-
номическую мощь, американский империализм поставил
перед собой цель установления мирового господства.
Соединенные Штаты уже заняли доминирующее по-
ложение в капиталистическом мире, и представители
моноцолистического капитала США были преиспол-
нены решимости в максимальной степени воспользо-
ваться ослаблением своих империалистических конку-
рентов — как побежденных врагов, так и союзников
в войне,—чтобы закрепить это господство над дру-
гими капиталистическими странами. На Великобрита-
нию в Вашингтоне также смотрели как на младшего
партнера, причем прямо планировались меры, с тем
чтобы «прибрать к рукам» ее многочисленные владе-
ния, расположенные в самых различных частях всего
мира.

Основной преградой к мировому господству Соеди-
ненные Штаты Америки считали Советский Союз. Учи-
тывая жертвы и ущерб, которые СССР понес в войне,
американское правительство надеялось взять и этот
барьер.
Разумеется, классовая ненависть к Советскому го-
сударству, всем прогрессивным силам была среди пра-
вящих кругов США не слабее, чем у их британских
единомышленников. И в этом плане в Вашингтоне йа*
меревались выступать с Лондоном единым фронтом.

Упомянутый уже Ч. Ми констатировал, что амери-
канская делегация, отправляясь в Берлин, исходила из
того, что наступает «американский век» и что США,
опираясь на свою огромную мощь, должны использовать*
все имеющиеся возможности, чтобы открыть эту новую
страницу в истории. Он отмечал, что в составе амери-
канской делегации были представители «агрессивного
капитализма»9. Г. Трумэн заявил начальнику своего
штаба У. Леги, что он намерен придерживаться в Бер-
лине «наступательного курса»10.

Американский историк X. Де Сантис констатирует,
что в условиях, когда у трех держав уже не было такого
общего врага, как Германия, в отношениях между ними
наглядно выступали на. передний план внешнеполити-
ческие разногласия п.

Что касается даты открытия конференции, то Г. Тру-
мэн предложил середину июля 1945 г., так как именно
в это время в США намечалось испытание первой атом-
ной бомбы12. Трумэн считал, что обладание этой бомбой
даст ему возможность навязать другим участникам кон-
ференции свою волю.

Действительно, 16 июля, прибыв в Берлин, амери-
канская делегация получила сообщение, что утром про-
изведен успешный атомный взрыв. 21 июля специаль-
ный курьер доставил подробную информацию о взрыве.
Трумэн и другие члены американской делегации, а так-
же Черчилль, получив информацию о бомбе, были еди-
ного мнения, что следует известить о ней Сталина, что-
бы в переговорах использовать наличие у США атомной
бомбы как самый весомый аргумент. Характеризуя тог-
дашнее настроение Черчилля, начальник британского
имперского генерального штаба А. Брук отмечали своем
таевнике, что «он уже видел себя способным уничто-
лсить все промышленные центры и население России» и
«диктовать свою волю Сталину»13.

23 июля Трумэн получил сведения о том, что пер-
; вая. атомная бомба будет готова для применения в на-
чале августа14, Хотя он намеревался сбросить эту бом-
бу на Японию, прежде всего предусматривалось исполь-
зовать ее как средство политического давления на
СССР. Началась пресловутая американская «атомная
дипломатия».

Президент США Г. Трумэн, как и У. Черчилль, на-
меревался занять па конференции в отношении СССР
* жесткую позицию. Но в тогдашних условиях он все же
не считал возможным идти в этом отношении так дале-
ко, как это планировал британский премьер. Это объяс-
нялось, в частности, тем, что на Дальнем Востоке США
продолжали находиться в состоянии ожесточенной
схватки с милитаристской Японией, донца которой еще
не было видно. Поэтому США не считали возможным
идти на разрыв с СССР.

Правительства США и Англии приложили немало
усилий, чтобы предварительно согласовать свою пози-
цию по вопросам, которые предстояло обсудить на кон-
ференции. Велась интенсивная переписка между Тру-
мэном и Черчиллем, проводились переговоры через
обычные дипломатические каналы. Накануне открытия
конференции, 14 июля, в Потсдаме состоялось совеща-
ние заранее прибывших туда постоянного заместителя
министра иностранных дел Англии А. Кадогана и заме-
стителя государственного секретаря США Дж. Данна,
на котором была обсуждена позиция обеих держав на
конференции.

Принципиальное значение имели также встречи, со-
стоявшиеся между Трумэном и Черчиллем в Потсдаме
накануне и в первые дни конференции, особенно их
беседа 18 июля. Британский премьер предложил, чтобы
США и Великобритания договорились о сотрудничеству
их военно-морских и военно-воздушных сил во все^.
мире. Получив принципиальное согласие Трумэна, Чёр£
чилль пошел дальше и предложил сохранить после вой-
ны безданный в связи с ней Объединенный комитет
начальников штабов двух держав. Трумэн отнесся по-
ложительно и к этой идее15. Общий смысл предложений
Черчилля сводился к сохранению и после разгрома Гер-
мании и Японии военного союза Великобритании и
США, то есть империалистического англо-американско-
го блока, в целях обеспечения их господствующего
положения в мире. * 17

Открытие
конференции.
Процедура
мирного

Берлинская конференция открылась

17 июля 1945 г. Делегацию Совет-
ского Союза возглавлял И. В. Сталин,
Соединенных Штатов Америки —

урегулирования Г. Трумэн, Англии — У. Черчилль, а
с 28 июля —новый английский премьер К. Эттли.
На конференцию прибыли также министры иностран-
ных дел — В. М. Молотов, Дж. Бирнс, А. Иден (впослед-
ствии ere сменил Э. Бевин) и другие дипломатические
и военные деятели трех держав.

Обычно войны заканчиваются мирными конферен-
циями. Естественно, что в связи с разгромом Германии
и окончанием войны в Европе также встал вопрос о со-
зыве мирной конференции. Советскую позицию по это-
му вопросу И. В. Сталин изложил еще 26 мая во время
встречи с Г. Гопкинсом. Он отметил, что неопределен-
ность в отношении мирной конференции ведет к непри-
ятным последствиям и что было бы разумно начать со-
ответствующую подготовку. Молотов в беседе с Гарри-
маном 11 июля также подчеркнул необходимость созыва
общей мирной конференции для решения европейских
проблем16.
Планы США были совершенно иными. Государст-
венный департамент писал Трумэну 30 июня: «Реко-
мендуется, чтобы правительство Соединенных Штатов
предложило не созывать официальной мирной конферен-
ции, а создать для рассмотрения проблем мира в Европе
Совет министров иностранных дел СССР, Великобрита-
нии, Китая, Франции и Соединенных Штатов» 17. В ре-
зультате позиции США общая мирная конференция для
урегулирования всех вопросов, вставших в связи с раз-
громом Германии и ее европейских союзников по агрес-
сии, так никогда и не была созвана.

На первом пленарном заседании Берлинской конфе-
ренции Трумэн прежде всего предложил учредить ме-
ханизм «для урегулирования вопроса о мирных пере-
говорах», а именно создать Совет министров иностран-
ных дел, делая вид, что этот орган учреждается для
подготовки мирной конференции18. Но в предложенном
им письменном проекте об этом четко и ясно сказано не
было.

Зачем американской дипломатии понадобилось при-
бегать к подобному сомнительному приему? Ио-види-
мому, в Вашингтоне считали, что легче будет добиться
осуществления империалистических целей США на за-
седаниях совета с участием пяти держав, на которых им
заранее была гарантирована поддержка со стороны ряда
его членов, чем на всеобщей мирной конференции с уча-
стием многих государств.

Обсуждение на Берлинской конференции американ-
ского предложения закончилось принятием решения
учредить Совет министров иностранных дел пяти дер-
жав — СССР, США, Англии, Франции и Китая и воз-
ложить на него в качестве первоочередной задачи
подготовку мирных договоров для Италии, Румынии,
Болгарии, Венгрии и Финляндии. Предусматривалось
использовать совет также для подготовки мирного
Урегулирования для Германии 19.
В связи с учреждением Совета министров иностран-
ных дел прекращалась деятельность Европейской ко^
сультативной комиссии.

Это было первое решение, принятое на конферен-
ции. Оно имело существенное значение для послевоен-
ного мирного урегулирования. Вместе с тем, это реше-
ние, принятое уже на втором заседании конференции
(18 июля), благотворно сказалось и на дальнейшем
ходе конференции. Оно показало, что три державы в со-
стоянии прийти на ней к согласованным решениям.

Германские
проблемы

Главной проблемой, обсуждавшейся
главами трех держав на Берлинской
конференции, явился вопрос об обра-

щении с Германией.

В результате разгрома и безоговорочной капитуля-
ции Германии она была оккупирована войсками СССР
и его союзников, они осуществляли в ней верховную
власть. Требовалось безотлагательно и совместно наме-
тить дальнейший путь развития Германии, согласовать
цели оккупации и общую политику оккупирующих дер-
жав по ряду важнейших политических и экономических
вопросов, определить границы Германии. Германия не
имела ни своего правительства, ни каких-либо иных об-
щегосударственных властей. Экономика страны находи-
лась в состоянии разрухи. Тотальная война, которую
вели гитлеровцы, привела страну к тотальному развалу.
При рассмотрении на конференции вопроса о том, что
же, собственно, представляет собой Германия, И. В. Ста-
лин отметил, что трудно дать иное определение,\ кроме
как «разбитая страна»20.

Исходя из решений, принятых на Крымской конфе-
ренции, в Европейской консультативной комиссии и на
первых заседаниях Контрольного совета в Германии,
представители СССР, США и Англии рассмотрели на
Берлинской конференции мероприятия по демилитари-
зации, денацификации и демократизации Германии, а
также много других важнейших вопросов, связанных с
определением дальнейшей судьбы немецкого народа.

При самом активном участии советской делегации
на конференции было выработано соглашение — «Поли-
тические и экономические принципы, которыми необхо-
димо руководствоваться при обращении с Германией в
начальный контрольный период».

В итоговом Сообщении о Берлинской конференции
говорилось, что германский милитаризм и нацизм будут
искоренены и союзники, в согласии друг с другом, при-
мут и другие меры, необходимые для того, «чтобы Гер-
мания никогда больше не угрожала своим соседям или
* сохранению мира во всем мире». В то же время три
державы заявляли, что они «не намерены уничтожить
или ввергнуть в рабство немецкий народ». Они провоз-
глашали свое намерение дать немецкому народу воз-
можность осуществить реконструкцию своей жизни на
демократической и мирной основе, с тем чтобы с тече-
нием времени занять место среди свободных и миролю-
бивых народов мира21.

Было решено, что целью оккупации Германии явля-
ется полное разоружение и демилитаризация Германии
и ликвидация всей германской промышленности, кото-
рая может быть использована для военного производ-
ства, или контроль над ней. Для того чтобы «навсегда
предупредить возрождение или реорганизацию герман-
ского милитаризма», предусматривалось ликвидировать
все сухопутные, морские и воздушные вооруженные
силы Германии, СС, GA, СД, гестапо, генеральный штаб,
а также другие военные и полувоенные организации.
Все вооружение подлежало передаче союзникам или
уничтожению. Запрещалось производство в Германии
вооружения, военного снаряжения и орудий войны, а
также производство всех типов самолетов и морских су-
дов 22.
Предусматривалось уничтожение национал-социали-
стской партии, предупреждение ее возрождения в ка>
кой-либо форме. Отменялись нацистские законы.

Вместе с тем разрешались и поощрялись все демо-
кратические политические партии, могли создаваться
свободные профсоюзы, население Германии могло поль-
зоваться свободой слова и печати.

Берлинская конференция приняла согласованное
уже ранее решение о том, что в период оккупации Гер-
мания должна рассматриваться как единое экономиче-
ское целое. Но было решено, что «пока... не будет уч-
реждено никакого центрального германского правитель-
ства» 23.

В берлинских соглашениях предусматривалось, что
в начальный контрольный период верховная власть в
Германии будет осуществляться главнокомандующими
вооруженных сил СССР, США, Англии и Франции соот-
ветственно в их зонах оккупации. По вопросам, касаю-
щимся Германии в целом, они должны были действовать
совместно как члены Контрольного совета.

Советские представители внесли предложение о том,
что главный арсенал германского милитаризма — Рур-
ская промышленная область должна в административ-
ном отношении находиться под совместным контролем
США, Великобритании, СССР, Франции, а управление
областью должно осуществляться Союзным советом, со-
стоящим из представителей этих четырех держав24. Од-
нако Англия не согласилась на установление над Руром,
который входил в британскую зону оккупации, четырех-
стороннего контроля с участием СССР.

Согласно решениям Крымской конференции, в Лон-
доне с марта 1945 г. работала комиссия, занимавшаяся
проблемой расчленения Германии. Однако ее деятель-
ность оказалась безрезультатной. Советский представи-
тель в этой комиссии Ф. Т. Гусев 26 марта направил
председателю комиссии А. Идену письмо, в котором
сообщал, что Советское правительство рассматривает со-
ответствующее решение Крымской конференции «не как
обязательный план расчленения Германии, а как воз-
можную перспективу для нажима на Германию с целью
обезопасить ее в случае, если другие средства окажут-
ся недостаточными». Для ориентации своего представи-
теля Советское правительство сообщало: «Англичане и
американцы, которые первые поставили вопрос о рас-
членении Германии, хотят теперь свалить на СССР от-
ветственность за расчленение с целью очернить наше
государство в глазах мирового общественного мне-
ния» 26 Никаких рекомендаций по вопросу о расчлене-
нии Германии эта комиссия так и не разработала.

Позиция Советского правительства по этому вопросу
была изложена также в обращении И. В. Сталина к со-
ветскому народу 9 мая 1945 г. Он заявил, что Советский
Союз «не собирается ни расчленять, ни уничтожать
Германию» 26. В результате такой позиции СССР вопрос
о расчленении Германии был снят с обсуждения.

Однако, как видно из высказываний Гопкинса в бе-
седе со Сталиным в июне 1945 г., президент Трумэн
по-прежнему «был склонен к расчленению» Германии и
особенно выступал за отделение от Германии Саара,
Рура и западного берега Рейна27. Адмирал Леги, уча-
ствовавший в доработке планов США, проводившейся
американской делегацией во время пути из Вашингто-
на в Берлин, свидетельствует, что Трумэн подробно
ознакомился с планами Рузвельта о расчленении Гер-
мании и был согласен с ними. В окончательном ва-
рианте предложений, подготовленных американским
правительством к Берлинской конференции, предусмат-
ривалось «расчленение Германии на несколько само-
стоятельных государств»28.

В ходе Берлинской конференции становилось оче-
видным, что английские и американские планы расчле-
нения Германии приобретают иные очертания. Стал
вопрос о расколе Германии на две части — западный
зоны и советскую зону оккупации. Дж. Кеннан отмечцд
в то время в своем дневнике, что необходимо «вести
нашу часть Германии — ту часть, за которую мы и дне?
личане взяли на себя ответственность,— к какой-^р
форме независимости... Следует признать, что это <
расчленение»29. Западная Германия, то есть аиглий-
ская, американская и французская зоны оккупации, по
замыслу правящих кругов США и Англии, должна была
со временем стать их союзником против СССР. Дальней!
шее расчленение западной части Германии считалось
уже нежелательным, так как ослаблялся бы западно-
германский союзник англо-американского блока.

Острую дискуссию вызвал на конференции вопрос р
репарациях с Германии. Репарации должны были
ляться мерой экономического разоружения Германии^
одновременно средством хотя бы частичного возмещф-
ния ущерба, причиненного Германией жертвам ее аг-
рессии. Рассмотрение вопроса о репарациях началось
вскоре же после открытия конференции, а согласован-
ное решение по нему вместе с решением некоторых дру-;
гих вопросов было достигнуто только в самом конце
конференции.

Общий ущерб, причиненный немецко-фашистскими
агрессорами народному хозяйству СССР и отдельным
советским гражданам, составил огромную сумму — ока-
ло 2569 млрд, рублей30. Репарационные требования Со-
ветского правительства по сравнению с этим ущербом
были самыми скромными. «Мы потеряли очень много
оборудования в этой войне, страшно много,— отмечал
на конференции И. В. Сталин.— Надо хоть одну двадца-
тую часть возместить»31.

Советская делегация исходила из согласованного с
американской делегацией на Крымской конференции
положения о том, чтобы основой для обсуждения счи-
тать общую сумму репараций с Германии в 20 млрд-
долларов, из которых 50% должен получить СССР. Но
на Берлинской конференции представители США отка-
зались от своего согласия на установление указанной
суммы репарационных платежей. Это также было одним
из крайне неблаговидных шагов американского прави-
тельства по отношению к советскому союзнику.

Делегации США и Великобритании единым фронтом
выступали против установления определенной суммы
репараций с Германии. Стремясь коренным образом из-
менить согласованную в Крыму основу решения репа-
рационной проблемы, американская делегация внесла
теперь предложение о том, чтобы каждая из оккупаци-
онных держав взимала репарации в своей зоне32. Это
предложение означало, что Советский Союз получил бы
только часть причитавшихся ему репараций, так как
в результате военных действий больше всего пострада-
ла именно советская зона оккупации. Кроме того, те
отрасли промышленности, которые должны были слу-
жить основой для взимания репараций, размещались
прежде всего в британской и американской зонах
(Рур и др.).

Новое американское предложение вытекало из кур-
са англо-американского блока на раскол Германии на
две части. Нарком иностранных дел СССР констатиро-
вал на конференции, что в случае его осуществления
Германия уже «не будет рассматриваться как экономи-
ческое целое»33. Ч. Ми отмечает, что американское
предложение определялось стремлением США отделить
Западную Германию от остальной части страны и «пре-
вратить ее в американскую сферу влияния», что означа-
ло начало раскола Германии34.

Предложения Бирнса о репарациях Советскому Сою-
зу были тесно связаны с урегулированием вопроса р
западной границе Польши, а также вопросов о заключен
нии мирных договоров с Италией, Финляндией, Румы-
нией, Болгарией и Венгрией, установлении с ними
16 В. Я. Синоде 417
дипломатических отношений и допуске их в ООН. Учи-
тывая выявившуюся к концу конференции готовность
США пойти на определенные уступки по некоторым
принципиально важным для Польши и других стран
Восточной Европы вопросам, если Советское правитель-
ство откажется от части своих репарационных требова-
ний, советская делегация решила согласиться на изве-
стные уступки по вопросу о репарациях Союзу ССР.
На пленарном заседании 31 июля вопрос о репарациях
был окончательно решен.

В решениях конференции говорилось, что Германия/
обязана «компенсировать в возможно большей степени
ущерб и страдания, которые она причинила Объединен-
ным нациям и за которые германский народ не может
избежать ответственности...». Предусматривалось, что
репарационные претензии США, Англии и ряда других
стран будут удовлетворены из западных зон, а репара-
ционные претензии СССР — из советской зоны оккупа-
ции Германии. Кроме того, Советский Союз должен был
получать 10% того промышленного оборудования, кото-
рое будет изъято в репарационных целях из трех запад-
ных зон оккупации Германии. Он имел право получить
еще 15% этого оборудования, но в обмен на продоволь-
ствие, уголь, лесоматериалы, нефтепродукты и другие
товары. Из своей доли репараций СССР согласился удов-
летворить и репарационные претензии Польши35.

Напряженная борьба развернулась также при об-
суждении вопроса о судьбе германского военно-мор-
ского и торгового флота. Черчилль стремился отделить
урегулирование вопроса о флоте от решения вопроса
об общем возмещении ущерба, причиненного Германией
другим странам, и разделить ее флот в соответствии с
тем, сколько кораблей каждая из трех держав поте-
ряла в ходе войны. Эта попытка не увенчалась успе-
хом. Советской делегации удалось добиться принятия
решения о разделе германского военно-морского и тор-
гового флота поровну между СССР, Англией и США.
Большинство германских подводных лодок подлежало,
по предложению Англии, уничтожению36.

На Берлинской конференций снова встал вопрос о
Восточной Пруссии, неоднократно служившей плац-
дармом для германской экспансии па восток. И. В. Ста-
лин напомнил, что Рузвельт и Черчилль на Тегеран-
ской конференции дали согласие на передачу Союзу
ССР района Кенигсберга. В итоговые документы кон-
ференции было включено решение о передаче СССР Ке-
нигсберга и прилегающего к нему района37.

Был обсужден вопрос о наказании нацистских во-
енных преступников. «Военные преступники и те, кто
участвовал в планировании или осуществлении нацист-
ских мероприятий, влекущих за собой или имеющих
своим результатом зверства или военные преступления,
должны быть арестованы и преданы суду»,— провоз-
глашалось в решениях конференции. Специальное ре-
шение было посвящено вопросу о суде над главными
военными преступниками 38. Принятие на конференции
решения о наказании фашистских военных преступни-
ков означало выполнение требований народов, понес-
ших тяжелые жертвы и неимоверные лишения в ре-
зультате преступных действий германских агрессоров,
развязавших войну, истребивших и угнавших в рабст-
во миллионы людей, совершивших бесчисленное коли-
чество других чудовищных преступлений.

Юпп in |«ивдаммиввиивиммиив

Польские
проблемы

ства в Лондоне.

Прежде всего рассматривалась проб-
лема окончательной ликвидации
польского эмигрантского правитель-

Польское временное правительство национального
единства пользовалось в Польше широким авторитетом.
Даже А. Иден констатировал на Берлинской конферен-
ции уверенность польского народа, что это правитель-
сзво^крепию сшшт на ногах», и отмечая, что престиж
его неуклонно растет39. is. I

.Однако польское эмигрантское правительство в Лон-т
доне, хотя формально больше и‘не признавалось бри-
танским правительством, фактически продолжало су^'
ществовать и не собиралось заявлять: о самороспуске.
Более того, оно продолжало распоряжаться польскими
воинскими частями, в которых, по приведенным Чер-
чиллем на конференции данным^ состояло около 180—
200 тыс. человек, и имуществом польского государства,
находившимся в западных странах, в. том числе поль-
ским военно-морским и торговым. флотом. Советское
правительство считало такое положение противоречив-
шим союзным договоренностям, чему необходимо было
безотлагательно положить конец40.

Советской делегации удалось добиться принятия на..:
конференции решения, в котором выражалось удовлет-
ворение в связи с образованием польского временного
правительства национального единства, признанного
тремя державами. В нем констатировалось, что это при-
вело к прекращению признания Англией и США быв-
шего польского правительства в Лондоне, которое
«больше не существует» 41.

Исключительно острая борьба развернулась на кон-
ференции по вопросу о западных границах Польши.

Советская делегация внесла предложение о том,
чтобы «впредь до окончательного урегулирования тер-
риториальных вопросов на мирном конгрессе запад-
ную границу Польши установить по линии... западнее
Свинемюнде до реки Одер с оставлением г. Штеттина
на стороне Польши, далее вверх по течению реки Одер
до устья реки Зап. Нейсе и отсюда по реке Зап. Нейсе
до чехословацкой границы» 42.

Поскольку США и Англия не добились создания в
Польше правительства преимущественно из буржуаз-
ных деятелей, которое ориентировалось бы на империа-
420
диетические державы, они. не-были заинтересованы5 в
укреплении польского государства, упрочении его безо-
пасности путем передачи ему на западе -новых земель.
В таких условиях Черчилль и Трумэн упорно и даже
резко выступали против советских предложений по
вопросу о польских западных границах. •

Сложилось положение, говорил Трумэн, когда Поль-
ше тоже отведена в Германии зона оккупации, хотя
между тремя державами такой договоренности не было.
Президент США подчеркивал, что при таком-положе-
нии будут уменьшены возможности получения с Гер-
мании репараций. Он заявил, что для определения гра-
ниц будет другое место, а именно мирная конферен-
. ЦИЯ 43. '

Но, как уже говорилось? готовясь к встрече в Бер-
лине, американское правительство решило? что «сле-
дует избежать» созыва мирной конференций для все-
объемлющего мирного урегулирования с Германией.
Поэтому, констатирует американский историк Ч. Ми?
когда Трумэн говорил о мирной конференций, он «го-
ворил о том, чего никогда не будет» 44.

Согласно решениям Крымской конференции о том,
что по вопросу о границе должны быть проведены кон-
сультации с польским правительством, советская деле-
гация настояла на приглашении на Берлинскую кон-
ференцию представителей Польши. Президент Крайо-
вой Рады Народовой Б. Берут и другие польские
представители, прибыв на конференцию, встретились
с главами правительств и министрами иностранных дел
трех держав и подробно изложили свою позицию отно-
сительно польских западных границ. Они энергично
выступали за установление западной границы Польши
по Одеру и Западной Нейсе.

Однако позиция американского и британского пра-
вительств по вопросу о западной границе Польши оста-
валась обструкционистской. Характерно в связи с этим
признание Черчилля, что в случае победы консервато-
ров на выборах он и Иден «никогда не согласились бы,
чтобы линия границы проходила по Западной Нейсе» 45.

Именно при обсуждении этого вопроса США реши-
ли прибегнуть на конференции к шантажу атомной
бомбой. После окончания заседания 24 июля Г. Трумэн
с подчеркнуто важным видом отправился через весь
зал к И. В. Сталину и сообщил ему, что американцы
создали новую бомбу «исключительной разрушитель-
ной силы». Трумэн был, однако, вынужден с огорчени-
ем констатировать, что эта «бомба» не оказала особого
впечатления на его собеседника. «Русский премьер,—
писал Трумэн,— не проявил какого-то особого инте-
реса» 46.

Дипломатический ход американцев не удался. Про-
тив СССР механизм американской «бомбы» не срабо-
тал. А это означало, что США не могли рассчитывать
на то, что смогут диктовать на конференции свою волю.
Кое-кто из англичан и американцев даже пришел к
выводу, что Сталин не понял, о каком открытии ис-
ключительной важности идет речь. Но они ошибались.
Г. К. Жуков пишет в своих воспоминаниях, что, вер-
нувшись с заседания, Сталин в его присутствии рас-
сказал Молотову о сообщении Трумэна:

«В. М. Молотов тут же сказал:

»- Цену себе набивают.

И. В. Сталин рассмеялся:

— Пусть набивают. Надо будет сегодня же пере-
говорить с Курчатовым об ускорении нашей работы».

Я понял, отмечает Г. К. Жуков, что речь идет об
атомной бомбе47.

Первая попытка президента США Трумэна прибег-
нуть к атомному шантажу провалилась. Тогда он ре-
шил возможно скорее наглядно продемонстрировать
наличие у США атомной бомбы. Трумэн рассчитывал,
что это все же заставит СССР признать доминирующее
422
положение США в мире и пойти на существенные
уступки, в том числе и по вопросам, касающимся Поль-
ши. В тот же день, 24 июля, Трумэн дал командую-
щему стратегической авиацией США приказ «сбросить
первую особую бомбу, как только погода позволит ви-
зуальную бомбардировку, примерно после 3 августа
1945 г. на один из следующих объектов: Хиросима,
Кокура, Ниигата, Нагасаки» 48.

25 июля Черчилль заявил, что вылетает в Лондон,
так как на следующий день должно было состояться
объявление итогов выборов в Англии. «В пятницу в
5 часов мы снова встретимся»,— заявил он. «Или по
крайней мере некоторые из нас»,— добавил он под об-
v щий смех49.

Британские консерваторы потерпели на выборах
сокрушительное поражение. Советское посольство в
Лондоне телеграфировало в Москву два дня спустя,
что результаты выборов свидетельствуют о том, что
большинство английских избирателей отчетливо поня-
ло, что «победа консерваторов могла бы привести к вой-
не с СССР». От англичан можно услышать, например,
такие замечания: «Английский народ, голосуя за лей^-
бористов, голосовал против угрозы войны С СССР, за
англо-советское сотрудничество». Даже некоторые уме-
ренные консерваторы высказываются в том смысле, что
«антисоветская кампания в печати с призывом к войне
с Советским Союзом, проявлявшаяся накануне выборов,
была крупнейшей ошибкой Черчилля и консерваторов,
предрешившей исход выборов» 50.

Победу на выборах одержали лейбористы. Главой
нового британского правительства стал К. Эттли, ми-
нистром иностранных дел — Э. Бевин. Они и представ-
ляли в дальнейшем Великобританию на конференции.
Черчилль же в Берлин уже не вернулся.

Позиция лейбористского правительства Англии на
конференции, по существу, была продолжением поли-
тики консерваторов. Даже государственный секретарь
США Дж. Бирнс отмечал, что прибытие на конферен-
цию К. Эттли и Э. Бевина «ни в малейшей степени не
изменило» британской позиции цо обсуждавшимся воп-
росам и в ней сохранилась полная преемственность.
Они первым делом нанесли визит американскому пре-
зиденту, причем Бевин «сразу же в резкой форме зая-
вил о своем несогласии» с советскими предложениями
о западной границе Польши51.

Лейбористские лидеры все же, по-видимому, не счи-
тали возможным начать свою внешнеполитическую
деятельность со срыва конференции. Это дало возмож-
ность выработать по обсуждавшимся вопросам согла-
сованные решения. К тому же позиция СССР на кон-
ференции не могла оставить никаких сомнений в том,
что Советский Союз, не дрогнувший перед германски-
ми агрессорами, не собирается пасовать и перед атом-
ным шантажом.

30 июля Бирнс передал Молотову документ, в кото-
ром в конце концов американское правительство вы-
ражало согласие с тем, что граница Польши будет про-
ходить по Западной Нейсе 52.

На заседании «большой тройки» 31 июля американ-
ская делегация внесла на рассмотрение упомянутое
выше предложение, состоявшее из трех взаимосвязан-
ных частей (как принято говорить в таких случаях —
«в пакете»). Поскольку Советский Союз согласился на
уступки в отношении репараций из западных зон Гер-
мании, делегация США заявила, что она «идет на
уступки в отношении западной границы Польши». На
этом заседании наконец дал согласие на указанную
линию западной границы Польши также новый ми-
нистр иностранных дел Англии Э. Бевин53.

Последние заседания конференции, проходившие
после отъезда Черчилля, характеризовались тенденци-
ей К спаду напряженности. Большинство решений, при-
424
чем по наиболее важным и сложным , вопросам, было
принято именно на этих заседаниях.

Бирнс пытался представить согласие на установле-
ние польской западной границы по Одеру и Западной
Нейсе как уступку Советскому Союзу. Но Молотов
уточнил, что это уступка не Союзу ССР, а Польше54.

Таким образом, Советскому Союзу пришлось вы-
держать на конференции по вопросу о западной грани
це Польши серьезный бой. Но согласием на опреде-
ленные уступки по вопросу о репарациях для СССР
советским представителям удалось добиться установле-
ния западной границы новой, народно-демократической
Польши по линии Одер — Западная Нейсе. Главы трех
правительств пришли также к соглашению о переме-
щении немецкого населения из районов, отходивших к
Польше55.

Правда, в решениях конференции говорилось о том,
что окончательное определение западной границы Поль-
ши должно быть отложено до «мирного урегулирова-
ния». .Но уже один тот факт, что предусматривалось
выселение немцев с передаваемых Польше территорий,
означал, что эти решения носили необратимый, то есть
окончательный, характер. Впоследствии они были за-
креплены в договорах, заключенных Польской Народ-
ной Республикой 6 июля 1950 г. с ГДР и 7 декаб-
ря 1970 г. с ФРГ.

Острую дискуссию вызвал на кон-
ференции вопрос о политике трех
держав в отношении европейских
стран, .воевавших в составе блока
фашистских агрессоров, но затем ка-
питулировавших, порвавших с Гер-
манией и объявивших ей войну.

Американская делегация на первом же заседании
конференции поставила вопрос об Италии и внесла в

Политика
в отношении
Италии,
Румынии,
Болгарии,
Венгрии
и Финляндии
письменном виде свои предложения. Хотя Италия был#
одним из главных агрессоров, Трумэн предложил под-
держать ее ходатайство о принятии в Организации}
Объединенных Наций. Он выступил также за прекра-
щение действия условий капитуляции Италии56. Рас-
крывая побудительную причину готовности Соединен-
ных Штатов пойти на эти меры по отношению к Ита-
лии, Ч. Ми пишет, что США планировали превратить
Италию в американскую «сферу влияния» в Западной
Европе57. Британское правительство считало главной
задачей своей политики в отношении Италии предот-
вратить превращение. ее в коммунистическое государ-
ство, сотрудничающее с СССР, и сохранить ее- ориен-
тацию на Запад. Для этого считалось необходимым
оставить у итальянского правительства достаточно во-
оруженных сил для «обеспечения внутреннего поряд-
ка», помочь ему как в обучении армии, так и в реорга-
низации полиции, провести в Италии выборы, пока
там оставались крупные англо-американские войска и
связанное с наступлением зимы ухудшение экономи-
ческого положения в стране не усилит влияние ком-
мунистов 58.

Предлагая облегчить положение Италии, амери-
канская делегация одновременно совершенно иначе
относилась к другим бывшим союзникам Германии.
Она потребовала «немедленной реорганизации» прави-
тельств Румынии и Болгарии. Трумэн заявил, что уста-
новление дипломатических отношений и заключение
мирных договоров с Румынией и Болгарией станет
возможно лишь тогда, если они «будут организованы
так, как мы считаем нужным» 59.

Таким образом, наблюдалось принципиальное раз-
личие в подходе США к Италии, с одной стороны, и к
Румынии и Болгарии — с другой. Объяснялось это тем,
что одной из своих важнейших задач на Берлинской
конференции правительство США считало содействие
возвращению Румынии и Болгарии в лагерь капита-
лизма. Именно на это и были нацелены все предложе-
ния, которые вносились на конференции относительно
этих двух стран американскими представителями. По-
зиция Черчилля в отношении Румынии и Болгарии по
своим классовым целям совпадала с американской

Но в вопросах дипломатической тактики у США и
Великобритании были и расхождения. Британское пра*
вительство полагало, что следовало без оттяжки заклю*
чить с этими странами мирные договоры, что, как оно
надеялось, могло бы ослабить их связи с СССР. В Ва-
шингтоне же исходили из того, что не следует торо-
питься с мирным урегулированием и что этот вопрос
* необходимо использовать как средство давления для
того, чтобы добиться реорганизации румынского и бол-
гарского правительств 60. Американские историки отме-
чают, что Черчилль и Трумэн выдвинули на конферен-
ции программу, призванную «обеспечить организацию
Румынии и Болгарии по западному образцу и сохра-
нение их в орбите Запада» 61. Политика трех держав
по отношению к Румынии и Болгарии была одной из
проблем, по которым ввиду классовых соображений
представители США и Англии развернули на конфе-
ренции острую борьбу.

И. В. Сталин подробно изложил позицию Советско-
го правительства по поднятому американской делега-
цией вопросу. «Конечно,— сказал он,— у Италии боль-
шие грехи и в отношении России. Мы имели столкно-
вения с итальянскими войсками не только на Украине,
но и на Дону и на Волге — так далеко они забрались в
глубь нашей страны. Однако я считаю, что руководст-
воваться воспоминаниями об обидах или чувствами
возмездия и строить на этом свою политику было бы
неправильным. Чувство мести или ненависти или чув-
ство полученного возмездия за обиду — это очерь пло-
хие советчики в политике».
Далее глава Советского правительства коснулся по-
литики в отношении других бывших сообщников Гер-
мании:. «Много трудностей, много лишений причинено
нам такими странами, как Румыния, которая выстави-:
ла против советских войск немало дивизий, как Венг-
рия, которая имела в последний период войны 20 ди-
визий против советских войск. Очень большой ущерб
причинила нам Финляндия. Конечно, без помощи Фин-
ляндии Германия не могла бы осуществить блокаду*
Ленинграда. Финляндия выставила против наших
войск 24 дивизии. Меньше трудностей и обид причи-
нила нам Болгария. Она помогла Германии напасть и
вести наступательные операции против России, но сама-
не вступила в войну против нас и своих войск против?
советских войск не посылала... Таковы грехи сателли-
тов против союзников, й против Советского Союза в
особенности». ’>

Но Сталин говорил, что пора переходить «к поли-
тике облегчения их положения».

Глава Советского правительства, соглашаясь с пред-
ложением об облегчении положения Италии, о.тметил,
что следовало бы одновременно обсудить также вопрос
о Румынии, Болгарии и Финляндии. «...Хорошо было
бы,— сказал он,— давая облегчение Италии, дать вме-
сте с тем облегчение и этим странам и все эти вопросы
рассмотреть совместно» 62.

20 июля советская делегация вручила американской;
и английской делегациям меморандум, в котором ука4
зывала на необоснованность требования о реорганиза-
ции правительств Румынии и Болгарии. В меморандуме
отмечалось, что в Румынии и Болгарии, так же как в
Финляндии и Венгрии, установился должный порядок
и действует законная власть, пользующаяся авторите-
том и доверием населения. Правительства этих госу-
дарств добросовестно выполняют обязательства, приня-
тые ими по акту о капитуляции. При таких обстоя-
тельствах нет никаких оснований для . вмешательства
во внутренние дела Румынии и Болгарии. Советское
правительство заявляло, что оно считает необходимым
«восстановить в ближайшие дни дипломатические от-
ношения с Румынией, Болгарией, Финляндией, Венг-
рией» 63. На заседании министров иностранных дел
В. М. Молотов подчеркнул, что Советский Союз не мо-
жет больше откладывать признание правительств этих
государств64.

Таким образом, Советское правительство выступи-
ло на конференции в поддержку молодых народно-де-
мократических государств Румынии и Болгарии, про-
тив попыток США и Англии вмешиваться в их внут-
ренние дела.

В тактическом плане существенное значение имело
то обстоятельство, что советской дипломатии удалось
увязать обсуждение вопроса об Италии с вопросом о
Румынии и Болгарии.

Парируя наскоки английского и американского пра-
вительств на Румынию и Болгарию, Советское прави-
тельство в своем меморандуме от 20 июля также под-
черкивало, что имеются страны, положение в которых
действительно ненормально. В советском документе
речь шла о положении в Греции, создавшемся в связи
с английской вооруженной интервенцией, в результате
которой в стране были восстановлены крайне реакцион-
ные порядки. Постановка советской дипломатией во-
проса о положении в Греции способствовала тому, что
представители Англии и США предпочли снять вопрос
о реорганизации правительств Румынии и Болгарии.

Английская и американская делегации, однако, про-
должали доказывать, что румынское и болгарское пра-
вительства не являются «представительными», так как
в Румынии и Болгарии еще не было выборов. Поэтому
невозможно • установление с ними дипломатических от-
ношений и допуск их в ООН.
Советские представители показали несостоятель!
ность такого утверждения. Они отметили, что в Италии*
также нет свободно избранного правительства, а, как и
в Румынии и Болгарии, правительство сформировано
путем соглашения между основными партиями. Однака
дипломатические отношения трех держав с ней восста-
новлены. Советская делегация подчеркивала, что Ру4
мыния, Венгрия, Болгария и Финляндия не должны:
быть поставлены в худшие условия, чем Италия —
бывший главный союзник нацистской Германии. По*
этому вполне возможно установление дипломатических
отношений также с румынским и болгарским прави-
тельствами 65.

Сталин внес компромиссное предложение о том, что
каждая из трех держав самостоятельно рассмотрит
вопрос об установлении дипломатических отношений
с Румынией, Болгарией, Венгрией и Финляндией.
Трумэн выразил согласие с этим предложением.
Однако Черчилль под различными предлогами упорно
противодействовал принятию такого решения. Лишь
31 июля, после внесения некоторых поправок (об уста-
новлении дипломатических отношений «в возможной
степени»), решение по этому вопросу было все же
согласовано 66.

Правительства США и Англии начали делать упор
на то, чтобы получить возможность воздействия на раз-
витие событий в Румынии и Болгарии путем установ-
ления контроля и наблюдения над предстоявшими в
них выборами. Они поднимали, в частности, вопрос о
якобы отсутствии благоприятных условий для деятель-
ности в этих странах представителей их прессы. Ввиду
возражений советской делегации вопрос о наблюдении
представителей трех держав за выборами в Румынии
и Болгарии сняли с обсуждения. Что же касается воп-
роса о положении представителей иностранной прессы,
то советской делегации удалось придать решению трех
держав совершенно иное содержание и иной тон, чем
предлагали британские и американские представи-
тели 67.

В решениях Берлинской конференции указывалось,
что три правительства считают желательным, чтобы
«теперешнее аномальное положение Италии, Болгарии,
Финляндии, Венгрии и Румынии было изменено заклю-
чением мирных договоров». Заключение таких догово-
ров с признанными демократическими правительствами
этих стран позволит трем правительствам поддержать
их просьбу о принятии в члены ООН. «Три правитель-
ства, каждое в отдельности, согласны изучить в бли-
жайшее время в свете условий, которые будут тогда
существовать, вопрос об установлении в возможной
степени дипломатических отношений с Финляндией,
Румынией, Болгарией и Венгрией до заключения мир-
ных договоров с этими странами». Участники конфе-
ренции заявляли, что они не сомневаются в том, что
ввиду изменившихся в результате окончания войны в
Европе условий представители союзной прессы будут
пользоваться полной свободой сообщать миру о собы-
тиях в Румынии, Болгарии, Венгрии и Финляндии68.

Таким образом, Советское правительство сорвало
планы американского и британского правительств ис-
пользовать Берлинскую конференцию для того, чтобы
добиться осуществления своих империалистических,
реакционных планов в отношении Румынии и Болга-
рии. Напротив, принятые решения содействовали упро-
чению международного положения этих стран. В част-
ности, Советский Союз получил возможность устано-
вить с ними дипломатические отношения (6 августа
СССР установил отношения с Румынией, 14—16 авгу-
ста — с Болгарией, 25 сентября — с Венгрией). Это
было еще одним шагом вперед в укреплении их поло-
жения, непосредственно связанным с итогами Берлин-
ской конференции. Решения конференции также поло-
жили начало процессу подготовки мирных договоров а.
этими тремя странами.

Решение всех трех вопросов, которые оказались
увязаны Бирнсом в единое «пакете», означало, что
конференция идет к успешному концу. Сначала амери-
канская делегация выдвинула этот «пакет» чуть ли не
в форме диктата. Но эта попытка не увенчалась успе-
хом. Советской делегации удалось внести существен-
ные улучшения в американские предложения по каж-
дому из этих трех вопросов. Так что из попытки дик-
тата ничего не получилось.

Касаясь этого компромисса, американский историк
Г. Фейс отмечает, что конференция продолжалась уже
около двух недель, но эти главные вопросы оставались
нерешенными. Американская и британская делегаций
начали задумываться над тем, что будет в случае, если
участники конференции разойдутся, не решив этих
вопросов. Последствия показались им «весьма мрачны-
ми», в частности в отношении вступления СССР в
войну против Японии. Было решено, констатирует
Фейс, что благоразумнее согласиться с требованиями
СССР в отношении границ Польши, если он пойдет на
уступки относительно репараций, а также Италии.
«В конце концов,— пишет Фейс,— разве кто-либо, зна-
комый с историей, мог ожидать, чтобы Соединенные
Штаты и их друзья могли делать все по собственному
усмотрению и добиваться решений, полностью соответ-
ствующих их желанию? Обычным результатом дипло-
матической деятельности являются постоянные ком-
промиссы» 69.

Советское правительство проявляло на конференции
искреннее стремление выработать взаимоприемлемые
решения. Для того чтобы отстоять наиболее существен-
ные интересы СССР и молодых народно-демократиче-
ских государств, оно было готово пойти по некоторым
другим вопросам на определенные компромиссы.
~-——— ца конференции рассматривался так-
~ . же поставленный американской де-

ho Дунаю легацией вопрос о судоходстве по

международным внутренним водным
путям. При этом наибольшее внимание представители
США и Англии уделяли вопросу о судоходстве по Ду-
наю. Прикрываясь демагогическими лозунгами вроде
«свободы торговли», США и Англия, по существу, доби-
вались установления своего контроля над судоходством
по Дунаю, чтобы использовать это для осуществления
своих империалистических устремлений в странах Ду-
найского бассейна.

23 июля, два дня спустя после получения доклада
о взрыве американского атомного устройства, Трумэн
с подчеркнутой важностью внес на заседании Берлин-
ской конференции предложение, предусматривавшее,
чтобы была установлена «свободная и неограниченная»
навигация по международным внутренним водным пу-
тям и чтобы она регулировалась международными ор-
ганами, представляющими все заинтересованные госу-
дарства 70. Правительства США и Англии рассчитывали
на преобладающее влияние в этих органах. Американ-
ский историк Г. Фейс признает, что это была «самая
наглая бумага», внесенная кем-либо на рассмотрение
конференции, что это был «экспансионистский про-
ект» 71.

Трумэн неоднократно возвращался в ходе конфе-
ренции к этому вопросу, упорно настаивая на его сроч-
ном решении в соответствии с американскими предло-
жениями.

. Советская делегация прекрасно понимала, какие
« цели США и Англия преследовали своими предложе-
ниями. Она считала их невриемлемыми. Позиция СССР
заключалась в том, что судоходство по Дунаю должно
регулироваться самими прибрежными государствами,
без вмешательства империалистических держав.

В, Я. Сиполс

433
Когда Трумэн снова поднял этот вопрос на заседа-
нии 31 июля, советская делегация ответила, что вопрос
о внутренних водных путях был поставлен неожиданно
для нее. Это серьезный вопрос, и он требует изучения.

Было решено ограничиться упоминанием об этом
американском предложении в протоколе конференции,,
указав, что он передается на рассмотрение Совета ми-
нистров иностранных дел 72.

Таким образом, советской делегации удалось вос-
препятствовать принятию конференцией американских
предложений, противоречивших интересам придунай-
ских стран. Как отмечает Мэрфи, Трумэн оказался
крайне недоволен провалом этого его «любимого дети-
ща», которому он придавал столь большое значение 73.

Отношение
к фашистской
Испании
жили, чтобы

= Советские представители поставили
на обсуждение конференции вопрос
об отношении к фашистскому режи-
му Франко в Испании. Они предло-
конференция рекомендовала Объединен-

ным нациям «порвать всякие отношения с правитель-
ством Франко» 74.

Черчилль и Трумэн, на словах высказывая отрица-
тельное отношение к режиму Франко, фактически вы-
ступали на конференции в защиту испанского фашизма.

В решениях Берлинской конференции, в разделе о
допущении в Организацию Объединенных Наций, все
же указывалось: «Три правительства считают себя,
однако, обязанными разъяснить, что они со своей сто-
роны не будут поддерживать просьбу о принятии в
члены, заявленную теперешним испанским правитель-
ством, которое, будучи создано при поддержке держав
оси, не обладает, ввиду своего происхождения, своего
характера, своей деятельности и своей тесной связи с
государствами-агрессорами, качествами, необходимыми
для такого членства» 75.
Сохранение
Англией
германских
воинских
формирований

Прошло более двух месяцев после
окончания войны, но британское пра-
вительство все еще не завершило
разоружения и расформирования ка-
питулировавших перед англичанами

германских войск. Разумеется, такое положение не было
случайным. Советское правительство не могло обойти
его молчанием. Правда, оно не ставило этого вопроса в
общеполитическом плане, что могло бы резко обострить
обстановку на конференции, а ограничилось приведени-
ем одного конкретного факта.

На пленарном заседании 25 июля при обсуждении
вопроса о недостатке рабочей силы в угольной промыш-
ленности Англии Сталин сказал, что для этой цели мож-
но использовать немецких военнопленных. Обращаясь
к Черчиллю, глава советской делегации как бы между
прочим заметил: «400 тысяч немецких солдат сидят у
вас в Норвегии, они даже не разоружены, и неизвест-
но, чего они ждут. Вот вам рабочая сила». Британский
премьер, забеспокоившись, начал оправдываться:

«Черчилль. Я не знал, что они не разоружены.
Во всяком случае, я наведу справки... Но я могу дать
заверение, что нашим намерением является разоружить
эти войска.

С т а л и н. Я не сомневаюсь. (Смех.)

Черчилль. Мы не держим их в резерве, чтобы
потом вдруг выпустить их из рукава. Я тотчас же по-
требую доклада по этому поводу» 76.

В тот же день советская делегация передала бри-
танской делегации памятную записку, в которой при-
водились конкретные факты о том, что германские
войска в количестве 260 тыс. человек в районе между
городами Мо и Тронхейм и 140 тыс. человек в районе
Тромсо не интернированы и пользуются свободой пере-
движения. Они имеют при себе свое вооружение и
боевую технику77
Вопрос
об оккупации

Конференция рассмотрела и урегу-’
лировала некоторые вопросы, свя-
занные с будущим Австрии. Нака-
нуне открытия конференции (9 июля
1945 г.) в Европейской консультативной комиссии было
подготовлено и подписано соглашение о зонах оккупа-
ции в Австрии, в частности в Вене. В нем предусматри-
валось, что Австрия делится на четыре зоны оккупа-*
ции: советскую, американскую, британскую и француз-
скую. Вена оккупировалась совместно вооруженными
силами четырех держав. Для осуществления контроль-
ных функций учреждалась Союзническая комиссия по
Австрии. Ее основные задачи заключались в том, чтобы
добиться отделения Австрии от Германии, обеспечить
скорейшее создание центрального австрийского админи-
стративного аппарата, подготовить почву для образова-
ния свободно избранного австрийского правительст-
ва 78. Участники Берлинской конференции урегулиро-
вали вопрос о сроках ввода войск западных союзников
в Вену, освобожденную советскими войсками. Подверг-
лась обсуждению также проблема снабжения города
продовольствием. Три державы согласились, что репа-
рации с Австрии взиматься не будут79. Советское пра-
вительство согласилось с таким решением, несмотря на
то, что австрийские солдаты принимали участие в войне
против СССР и принесли нашей стране немалый ущерб.

На конференции обсуждался и ряд
других вопросов, в том числе не от-
носящихся к Европе. Наиболее акту-
альным являлся вопрос о скорейшем
завершении войны на Дальнем Во-

стоке, то есть о разгроме японских агрессоров. 14 июня
в беседе с председателем исполнительного юаня и мини-
стром иностранных дел Китая Суп Цзывенем американ-
ский президент подчеркнул, что в тот момент его больше

Проблема
окончания войны
на Дальнем
Востоке
всего заботил вопрос о вступлении СССР в вбййу йа
Дальнем Востоке, что ускорило бы ее окончание80.

Накануне Берлинской конференции начальники
штабов США приняли согласованное с Трумэном реше-
ние, что следует поощрять вступление СССР в войну с
Японией81. Касаясь задач, которые Трумэн ставил в
связи с конференцией, Ч. Болен отмечает, что «больше
всего он хотел удостовериться, что Кремль будет соблю-
дать соглашение о вступлении в войну против Япо-
нии» 82. В США опасались, что иначе война с ней затя-
нется еще надолго и потребует от них больших жертв
и усилий.

В беседе со Сталиным 17 июля, еще до открытия
конференции, Трумэн заявил, что в войне против Япо-.
нии «США ожидают помощи от Советского Союза».
Глава Советского правительства заверил его, что в со-
ответствии с ялтинскими решениями СССР «будет го-
тов вступить в действие к середине августа и что он
сдержит свое слово» 83.

Официально в повестке дня конференции вопрос о
вступлении СССР в войну против японских агрессоров
не стоял, но во время неофициальных бесед он продол-
жал затрагиваться. 23 июля Черчилль пригласил чле-
нов советской и американской делегаций на обед в
своей резиденции в Бабельсберге. Во время обеда
И. В. Сталин предложил тост за то, чтобы следующая
встреча глав правительств трех держав состоялась в То-
кио. В ходе беседы он заверил, что Советский Союз
сделает для разгрома японских агрессоров максимум
возможного84. В разговоре с военным министром США
Стимсоном Сталин отметил, что сотрудничество трех
держав в военных действиях на Дальнем Востоке «безу-
словно ускорит победу. Это будет хорошим делом для
всего мира» 85.

В работах американских авторов нередко можно
встретить утверждение о том, что в связи с надеждами
на создание атомной бомбы представители США, от-
правляясь на Берлинскую конференцию, уже не были*
де заинтересованы во вступлении СССР в войну против
Японии. Но указанная просьба Трумэна о помощи ж
другие факты опровергают подобные утверждения. Об
этом же свидетельствуют и мемуары Трумэна: «Для
моей поездки в Потсдам было много причин, но самой
настоятельной, по моему мнению, была необходимость
получить лично от Сталина подтверждение о вступле-
нии России в войну против Японии. На урегулировании
этого вопроса особенно упорно настаивали наши на-
чальники штабов. Мне удалось получить от Сталина
соответствующее подтверждение в первые же дни кон-
ференции» 86. Член американской делегации на конфе-
ренции Дж. Дин также отмечает, что, несмотря на по-
лучение сведений об испытании атомной бомбы, «мы
хотели участия России» в войне против Японии, так как
только она могла уничтожить японские войска, нахо-
дившиеся на континенте87.

Такая позиция США вытекала из оценки британски-
ми и американскими военными кругами стратегической
обстановки на Дальнем Востоке. Она сводилась к тому,
что «Япония была еще далека от капитуляции. Она рас-
полагала большими запасами оружия и боеприпасов, а
также армией до пяти миллионов человек, из которых
два миллиона находились на японской территории и во
время вторжения союзников могли оказать им сильное
сопротивление... Ни морская блокада, ни воздушные на-
леты не могли вынудить Японию согласиться на усло-
вия безоговорочной капитуляции... Кроме того, предпо-
лагалось, что вторжение приведет к большим потерям
и, возможно, затянется надолго» 83.

В составе советской, американской и английской де-
легаций, прибывших на конференцию, находились так-
же высшие военные деятели трех держав. Была сразу
же достигнута договоренность об их встрече для обсу-
438 '
ждения вопросов сотрудничества вооруженных сих трех
держав в целях скорейшего разгрома японских агрес-
соров.

Сначала состоялись заседания англо-американского
Объединенного комитета начальников штабов, подробно
рассмотревшего все основные аспекты войны против
Японии, в том числе с учетом появления у американ-
цев атомной бомбы. 19 июля на заседании Объединен-
ного комитета в Потсдаме было решено, что следует
добиваться поражения Японии к 15 ноября 1946 г.89
Утром 24 июля происходило заседание этого комитета
с участием Трумэна и Черчилля. Несмотря на произве-
денный атомный взрыв, сочли необходимым «поощрять
вступление России в войну против Японии» 90.

В середине дня состоялось первое заседание началь-
ников штабов трех держав. На заседании рассматривал-
ся вопрос о согласовании действий вооруженных сил
трех держав в войне против японских агрессоров. На-
чальник Генерального штаба Красной Армии генерал
армии А. И. Антонов информировал присутствовавших,
что происходит концентрация советских войск на Даль-
нем Востоке и к середине августа они будут готовы на-
чать военные действия. Целью СССР на Дальнем Восто-
ке, сказал он, является разгром японских войск в
Маньчжурии и освобождение Ляодунского полуострова.
После разгрома Японии советские войска будут выве-
дены из Маньчжурии.

Дж. Маршалл сообщил о строительстве аэродромов
на захваченной американцами Окинаве с целью бомбар-
дировки территории Японии. Начата переброска войск
из Европы, первые части прибыли на Филиппины. Аме-
риканские сухопутные войска, уже находящиеся в бас-
сейне Тихого океана, в основном прекратили активные
действия и готовятся к очередной операции.

Дж. Маршалл передал генералу Антонову в письмен-
ном виде ряд конкретных вопросов (предложений^
о сотрудничестве и непосредственных контактах между
советскими, американскими и британскими вооружен-
ными силами во время предстоявших совместных дей-
ствий против Японии. А. И. Антонов обещал дать на
них ответы через несколько дней91.

26 июля на заседании начальников штабов СССР и
США А. И. Антонов дал ответы на эти вопросы. Совет-
ская сторона согласилась удовлетворить просьбу США
о создании в Хабаровске и Петропавловске амери-
канских метеорологических и радиостанций для сбора
и передачи американским военно-морским и военно-
воздушным силам информации о погоде в Восточной
Сибири. С учетом американских предложений были со-
гласованы зоны действий военно-морских и военно-воз-
душных сил СССР и США в Японском, Охотском и Бе-
ринговом морях, а также военно-воздушных сил в Ко-
рее и Маньчжурии. Предусматривалось сразу же после
начала Советским Союзом военных действий против
Японии создать группы связи между советскими и
американскими командующими на Дальнем Востоке.
А. И. Антонов сообщил, что главнокомандующий всеми
советскими войсками на Дальнем Востоке маршал
А. М. Василевский будет уполномочен решать вопросы,
связанные с координацией действий вооруженных сил
обеих держав в данном районе.

Советская сторона информировала, что она готова
выделить порты Находка, Николаевск и Петропавловск,
а также несколько аэродромов, с тем чтобы американ-
ские военно-морские и военно-воздушные силы могли
использовать их для ремонта своей военной техники,
получения медицинской помощи и т. д. В заключение
А. И. Антонов подчеркнул, что все эти договорен-
ности войдут в силу после вступления СССР в войну
против Японии, хотя конкретные подготовительные
меры по некоторым вопросам могут быть приняты за-
ранее.
Обе стороны выразили удовлетворение достигнуты-
ми договоренностями о сотрудничестве вооруженных
сил СССР и США в войне против Японии92.

В Потсдаме, правда не на самой конференции, Трумэн
и другие американские деятели усиленно занимались
проблемами войны с Японией, в том числе вопросом о
применении против Японии атомной бомбы. Военные
руководители США (Леги, Эйзенхауэр, Кинг, Арнольд
и др.) высказали Трумэну мнение о том, что для по-
беды над Японией в применении атомной бомбы нет
необходимости93. Тем не менее Трумэн издал приказ об
атомной бомбардировке Японии. Касаясь причин такого
решения, даже буржуазные историки признают, что
Трумэн и Бирнс решили применить бомбу против Япо-
нии из-за эффекта, который это окажет на СССР94.
Кроме того, применением бомбы американский импе-
риализм стремился утвердить свое «право» на господ-
ство на Дальнем Востоке, да и не только там.

Вечером 26 июля в Потсдаме была опубликована
декларация США, Великобритании и Китая, в которой
они потребовали от Японии безоговорочной капиту-
ляции95. Трумэн и его советники обсудили и вопрос о
том, не следует ли опубликовать эту декларацию так-
же и от имени СССР, но приняли отрицательное реше-
ние96. Это также свидетельствовало о том, что амери-
канский империализм намеревался распоряжаться па
Дальнем Востоке исключительно по собственному ус-
мотрению. Советской делегации на Берлинской конфе-
Р|нции текст этой декларации передали только после
^ого, как ее уже распространили среди представителей
печати 97. Разумеется, это не свидетельствовало о лояль-
ности ее авторов по отношению к СССР.

Совершенно иначе поступало Советское правитель-
ство, согласовывая свои шаги по отношению к Японии
с англо-американскими союзниками. 13 июля японский
посол в Москве Н. Сато передал Народному комиссариа-
ту иностранных дел СССР письмо, в котором содержа-
лась просьба о согласии Советского правительства па
приезд в Москву специального представителя Японии
бывшего премьера Ф. Коноэ. К пиЬьму прилагалось пос-
лание императора Японии о том, что он желает поло-
жить конец войне98. Но в этих документах не излагались
ни конкретные цели поездки Коноэ в СССР, ни его пол-
номочия. Вечером 17 июля Сталин информировал об
этом предложении Черчилля, а затем также Трумэна,
согласовав с ними содержание ответа ".

18 июля заместитель наркома иностранных дел СССР
С. А. Лозовский вручил Сато ответ Советского прави-
тельства, в котором указывалось, что «высказанные в
послании императора Японии соображения имеют об-
щую форму и не содержат каких-либо конкретных пред-
ложений. Советскому правительству представляется не-
ясным также, в чем заключаются задачи миссии князя
Коноэ». Поэтому оно «не видит возможности дать ка-
кой-либо определенный ответ по поводу послания импе-
ратора, а также по поводу миссии Коноэ» 10°. Вечером
того же дня советские представители ознакомили анг-
ло-американских участников Берлинской конференции
с этим ответом101.

На заседании глав правительств трех держав 28 ию-
ля И. В. Сталин сообщил, что СССР получил новое обра-
щение японского правительства. Но он добавил: «Хотя
нас не информируют как следует, когда какой-нибудь
документ составляется о Японии, однако мы считаем,
что следует информировать друг друга о новых предло-
жениях». Глава Советского правительства высказал
мнение, что на новое японское обращение следует дать
такой же отрицательный ответ, как и на предыду-
щее. Трумэн и Эттли согласились с этим предложе-
нием *02.

Американское правительство оказалось серьезно
встревоженным тем, что Япония пыталась завязать при
442
Победа
над японскими
агрессорами

посредничестве Советского правительства переговоры о
прекращении войны. Американским спецслужбам уда-
лось расшифровать дипломатические коды Японии, и
они внимательно следили за перепиской между мини-
стерством иностранных дел Японии и японским посоль-
ством в Москве. Ч. Ми отмечает, что в американском
правительстве опасались, как бы Япония не капитули-
ровала перед СССР и через советское посредничество.
Перед американцами, пишет Ми, вставали вопросы: «Что
тогда будет с мощью США на Дальнем Востоке? Как
Трумэн мог допустить, чтобы победа ускользнула у не-
го сквозь пальцы?»103

На четвертый день после окончания Берлинской
конференции, 6 августа, американцы сбросили па япон-
ский город Хиросиму атомную бомбу. Они торопились,
так как лелеяли надежду заставить Японию капитули-
ровать еще до вступления в войну против нее Советско-
го Союза. Три дня спустя жертвой второй имевшейся у
них бомбы стал Нагасаки. Но основные силы японских
сухопутных войск еще не вступали в бой, и капитули-
ровать Япония не собиралась. Больше атомных бомб
США не имели. На изготовление новых бомб требова-
лось время. Американцы имели базы, с которых их бом-
бардировщики могли наносить удары по Японии, но их
основные силы находились еще слишком далеко от Япо-
нии, чтобы они могли думать о вторжении на японские
острова уже в самое ближайшее время. Япония все еще
оккупировала Индонезию, Филиппины, Индокитай, ог-
ромные территории Китая.

В строгом соответствий с обещания-
ми, которые советские представители
дали на Крымской, а затем подтвер-
дили на Берлинской конферен-

ции, Коммунистическая партия и Советское правитель-
ство приняли решение о вступлении СССР в войну
против японских агрессоров. 8 августа народный комис-
сар иностранных дел СССР Молотов вызвал японского
посла в Москве Сато и сделал ему заявление, в котором
констатировалось, что после разгрома и капитуляции
гитлеровской Германии «Япония оказалась единствен-
ной великой державой, которая все еще стоит за про-
должение войны». Советское правительство решило
включиться в войну против японской агрессии, ^то яв-
ляется «единственным средством, способным прибли-
зить наступление мира». Нарком заявил, что с 9 авгу-
ста Советский Союз будет считать себя в состояний
войны с Японией 104.

Япония уже давно стала на путь агрессии, захвата
чужих земель. В 1904 г. она вероломно напала на Рос-
сию и отторгла у нее ряд территорий. С первых дней су-
ществования Советского государства японский импери-
ализм занял по отношению к нему крайне враждебную
позицию. В 1918—1922 гг., участвуя в вооруженной ин-
тервенции против молодой Советской республики, Япо-
ния пыталась захватить советский Дальний Восток. На-
чав агрессию против Китая и оккупировав в 1931 г.
Маньчжурию, Япония снова развернула подготовку к
нападению на СССР. В 1938 г. она развязала вооружен-
ный конфликт у озера Хасан и в 1939 г. у реки Халхин-
Гол. Не встречая серьезного сопротивления, японские
войска захватывали все новые районы Китая. Советский
Союз в то время неоднократно заявлял, что готов вме-
сте с США, Великобританией и другими заинтересован-
ными странами принять участие в коллективных мерах,
чтобы положить конец японской агрессии, но эти стра-
ны не откликнулись на советские предложения,05.
СССР осуществлял широкие поставки Китаю военных
материалов, но в одиночку открыто вступить в войну с
Японией в целях его защиты, естественно, считал невоз-
можным, тем более что даже сам Китай не считал себя
в состоянии войны с Японией.
Другое дело теперь, в августе 1945 г., когда Китай,
США, Великобритания и многие другие страны уже во-
евали с Японией. Это и был тот коллективный фронт,
создания которого Советский Союз так упорно добивал-
ся в 30-е годы (правда, тогда речь шла о предотвраще-
нии войны). Коммунистическая партия, Советское пра-
вительство исходили из того, что место СССР —в этом
коллективном фронте. Советский Союз стремился ока-
зать помощь китайскому народу и другим жертвам
японской агрессии, принять участие в освобождении их
от оккупантов, положить конец захватническим акци-
ям империалистической Японии. В обращении главно-
командующего советскими войсками на Дальнем Восто-
ке маршала А. М. Василевского к китайскому народу
перед началом операции подчеркивалось: «Красная Ар-
мия, армия великого советского народа, идет на помощь
союзному Китаю и дружественному китайскому на-
роду. Она и здесь, на Востоке, поднимает свои боевые
знамена как армия — освободительница народов Ки-
тая, Маньчжурии, Кореи от японского гнета и раб-
ства»106.

Советское руководство учитывало и то обстоятель-
ство, что в течение всей войны Япония грубо нарушала
советско-японский пакт о нейтралитете, постоянно соз-
давала инциденты на советских дальневосточных гра-
ницах. За 1941—1945 гг. японские милитаристы захва-
тили и потопили 18 советских судов. Япония вела уси-
ленную подготовку войск для вторжения в СССР. Всем
этим она помогала своей союзнице Германии.

Коммунистическая партия и Советское правитель-
ство, разумеется, одновременно проявляли глубокую
заинтересованность в том, чтобы, принимая участие в
разгроме японских агрессоров, обеспечить государст-
венные интересы СССР на Дальнем Востоке, воссоеди-
нить захваченные Японией ранее русские земли, укре-
пить безопасность дальневосточных границ Советского
Союза на случай возобновления агрессии со стороны
Японии в будущем.

В Маньчжурии находилась мощная группировка
японских войск — Квантунская армия. Общая числен-
ность этой группировки превышала 1 млн. человек. Она
имела 1215 танков, 6640 орудий и минометов, 1907 бое-
вых самолетов.

Ввиду опасности нападения со стороны Японии Со-
ветский Союз в течение всей войны был вынужден дер-
жать на своих дальневосточных рубежах крупные си-
лы. В день победы над Германией они составляли
1185 тыс. человек. За истекшие с тех пор три месяца на
Дальний Восток были переброшены значительные по-
полнения. К началу военных действий в советских
войсках на Дальнем Востоке насчитывалось 1747 тыс»
человек, 5250 танков и самоходно-артиллерийских
установок, 29835 орудий и минометов, 5171 боевой
самолет107. Таким образом, советские войска имели
значительное превосходство над японскими войска-
ми. Выше было и качество советской военной тех-
ники.

Уже за первые шесть дней боевых операций, начав-
шихся 9 августа, советские войска нанесли Квантун-
ской армии серьезное поражение. Вскоре она была пол-
ностью разгромлена, часть японских солдат и офицеров
оказалась в плену. Советские войска высадились в Ко-
рее, на Южном Сахалине и Курильских островах. Вер-
ховный командующий американскими войсками на
Дальнем Востоке генерал Д. Макартур заявил 9 авгу-
ста: «Я очень рад, что русские объявили Японии войну.
Это дает возможность взять ее в огромные клещи и не
может не привести к уничтожению врага» 108.

После вступления Советского Союза в войну правя-
щие круги Японии пришли к выводу, что избежать по-
ражения более невозможно. 14 августа японское прави-
тельство заявило, что принимает условия Потсдамской
декларации о Японии от 26 июля. Таким образом, про-
шло всего 12 дней после окончания Берлинской конфе-
ренции, и была одержана победа также над японскими
агрессорами. 2 сентября состоялась официальная цере-
мония подписания акта о капитуляции Японии.

Разгром империалистической Японии предрешался
победой над Германией, достигнутой прежде всего уси-
лиями СССР. На завершающем этапе войны с Японией
основной вклад в достижение победы над ней также
внес Советский Союз 109.

В результате поражения Японии был положен ко-
нец ее многолетним агрессивным действиям, восстановг
лен мир на Дальнем Востоке. Японские агрессоры ока-
зались изгнаны из Китая, где они бесчинствовали еще
с 1931 г. Разгром Японии принес освобождение и мно-
гим другим народам, порабощенным японскими агрес-
сорами. Советский Союз вернул себе Южный Сахалин,
захваченный Японией в 1904—1905 гг., и Курильские
острова. Были созданы нормальные условия для совет-
ского судоходства, существенно укреплена безопасность
СССР на Дальнем Востоке.

* ♦ ♦

Берлинская конференция при самом активном уча-
стии СССР приняла важнейшие решения, которые под-
вели итоги второй мировой войны, развязанной импе-
риалистической, фашистской Германией, но завершив-
шейся победой коалиции СССР, США, Великобритании
и их союзников. Принятые на конференции решения
стали основой послевоенного мирного урегулирования
в Европе.

Советский Союз прежде всего добивался принятия
на конференции таких решений, которые сделали бы
невозможной новую агрессию со стороны Германии»
Для этого предусматривалось осуществить демилитари-
зацию, денацификацию и демократизацию Германии.
Она лишалась восточных районов, которые неодиократ*.
но служили базой для германской агрессии на восток,!
в том числе и для нападения в 1939 г. на Польшу и в
1941 г. на СССР. -

Советские представители сделали все возможное для
того, чтобы принципы демократии и прогресса легли в
основу решений, принятых на конференции относитель-
но стран Центральной и Юго-Восточной Европы. Пред-
ставители США и Великобритании упорно добивались
создания условий для вмешательства во внутренние де»
ла стран народной демократии, экспорта контрреволю-
ции, осуществления своих империалистических, экспан-
сионистских планов, но советской делегации удалось
сорвать эти попытки, отстоять интересы народов, став-
ших на путь построения нового общества. Международ-
ные позиции стран народной демократии укрепились,
были созданы благоприятные возможности для их даль-
нейшего развития.

Тот факт, что Советский Союз мог по большинству
вопросов, рассматривавшихся на конференции, отсто-
ять выдвигавшиеся им предложения, явился результа-
том той роли, которую он сыграл в разгроме Германии,
коренного изменения соотношения сил в Европе, про-
исшедшего и продолжавшегося укрепления междуна-
родных позиций СССР и стран народной демократий.
США и Англия не могли навязать Советскому Союзу
свою волю даже путем атомного шантажа, они оказа-
лись вынуждены считаться с позицией СССР.

В Берлинской конференции принимали участие го-
сударства, принадлежавшие к различным по характеру
социальным системам. Они подходили к решению проб-
лем с противоположных классовых позиций. Но, как и
в войне, на конференции перед ними стояли вопросы,
которые они могли решить только сообща, то есть за
столом переговоров. Все три правительства были заин-
тересованы в решении ряда важнейших проблем, встав-
ших в связи е окончанием войны в Европе» Поэтому,
несмотря на острые дискуссии (английские и амери-
канский представители нередко специально заостряли
их), участники конференции стремились выработать
компромиссные решения, которые оказались бы прием-
лемыми для каждого из них.

Советская делегация со своей стороны прилагала
максимум усилий для достижения взаимоприемлемых
решений по обсуждавшимся вопросам. Советская дип-
ломатия последовательно придерживалась на конфе-
ренции указаний В. И. Ленина о необходимости соеди-
нить «строжайшую преданность идеям коммунизма с
уменьем пойти на все необходимые практические ком-
промиссы...» 11 °.

Советское правительство было в целом удовлетворе-
но решениями конференции. Последние слова И. В. Ста-
лина на заключительном заседании конференции гла-
сили: «Конференцию можно, пожалуй, назвать удач-
НОИ» 11Ч

На Берлинской конференции подводились итоги со-
трудничества трех держав в годы войны. Вместе с тем
советские представители неоднократно заявляли на
конференции, что они заинтересованы в продолжении
этого сотрудничества и в мирное время.

Берлинская встреча глав правительств СССР, США
и Великобритании явилась событием огромного исто-
рического значения, она вошла в историю как одна из
важнейших международных конференций.
Заключение

Путь советского народа к великой
Победе был предельно трудным.
В войне погибло более 20 млп. со-
ветских людей. Немецко-фашист-
ские захватчики полностью или ча-
стично разрушили на советской
земле 1710 городов, более 70 тыс.
сел и деревень

Но советский народ выдержал
все эти испытания и добился
Победы. Под руководством Ком-
мунистической партии советский
народ отстоял первое в мире со-
циалистическое государство, внес
решающий вклад в разгром блока
фашистских агрессоров. Это опре-
делило всемирно-историческое
значение великой Победы.

В постановлении ЦК КПСС
«О 40-летии Победы советского
народа в Великой Отечественной
войне 1941—1945 годов» подчер-
кивается: «Победа Советского Со-
юза в Великой Отечественной
войне со всей полнотой раскрыла
преимущества социализма, его ог-
ромные экономические, социаль-
но-политические и духовные воз-
можности. Это была Победа соз-
данного великим Лениным Совет-
ского государства, самого передо-
вого общественного строя, социа-
листической экономической си-
стемы» 2.

Вынашивавшиеся агрессором
планы уничтожения Советского
государства провалились. Оказались несостоятельными
и расчеты американской и британской реакции на то,
что СССР будет в результате войны настолько ослаб-
лен, что они смогут продиктовать ему при послевоенном
мирном урегулировании свою волю.

Советский Союз вышел из войны как могуществен-
ная мировая держава. В соотношении сил между двумя
системами произошли коренные сдвиги в пользу сил
социализма.

Громя агрессоров, Красная Армия осуществила ве-
ликую освободительную миссию, изгнав германских
захватчиков и с территории ряда других стран. Многие
государства, порабощенные агрессорами, получили воз-
можность восстановить свою независимость.

Все это ярко раскрывало справедливый, освободи-
тельный характер войны, которую вел Советский Союз.

Существенный вклад в Победу под руководством
Коммунистической партии внесла и советская диплома-
тия. Исключительное значение имело создание мощной
коалиции СССР, Великобритании и США, значительно
превосходившей по своим военным и экономическим
ресурсам блок фашистских агрессоров. Три державы
стали ядром более широкой коалиции, то есть сою-
за в войне против общих врагов,— Объединенных
наций.

Правда, сотрудничество в войне Советского Союза,
государства социалистического, с такими крупнейши-
ми империалистическими державами, как Великобри-
тания и США, оказалось нелегким. Между их целями
в войне были существенные принципиальные различия.
Если СССР преследовал в войне справедливые, освобо-
дительные цели, то Великобритания и США вынаши-
вали планы империалистические. Они стремились раз-
громом Германии, Японии и Италии, которые предпри-
няли попытку штурма их мировых позиций, не только
сохранить, но и упрочить доминирующее положение
з капиталистическом мире, которое они имели в ре-
зультате победы в первой мировой войне 1914—1918 гг.

Значительно увеличив за годы войны свою военную
мощь и обладая монополией на ,атомное оружие, аме-
риканский империализм предпринял попытку устано-
вить в результате войны мировое господство Соединен-
ных Штатов Америки.

Советской дипломатии в таких условиях пришлось
приложить немало усилий, чтобы предотвратить развал
союза СССР, Великобритании и США, обеспечить со-
хранение его до конца войны.

Заслуга советской дипломатии заключается и в том,
что Советский Союз избежал войны одновременно с
Германией и Японией, а такая война представляла бы
для него огромнейшую опасность. Советский Союз сна-
чала довел до конца борьбу против германских захват-
чиков и затем уже принял участие в разгроме японских
агрессоров.

Особое значение Коммунистическая партия и Сове-
тское правительство придавали принятию мер, которые
предотвратили бы новую агрессию со стороны герман-4
ского империализма в будущем. После окончания пер-
вой мировой войны империалистической, милитарист-
ской Германии понадобилось всего 20 лет, чтобы под-
готовить и развязать новую еще более кровопро-
литную войну. После второй мировой войны народы
Европы живут в условиях мира уже 40 лет. Это луч-
ший критерий для оценку того, в какой степени
Советскому Союзу удалось решить эту важнейшую
проблему.

Советский Союз обеспечил при решении послевоен-
ных проблем защиту своих государственных интересов.
Укрепилась безопасность границ СССР как в Европе,
так и на Дальнем Востоке.

Коммунистическая партия и Советское правитель-
ство, руководствуясь пролетарским интерпационализ-
452
мом, считали своим долгом сделать все возможное, что-
бы упрочить международное положение молодых на-
родно-демократических государств, которые образова-
лись в Центральной и Юго-Восточной Европе, предот-
вратить вмешательство империалистических держав в
их внутренние дела, оградить их от экспорта контрре-
волюции. Эта задача также была выполнена. Сложи-
лись предпосылки образования в последующе?' содру-
жества социалистических стран Европы.

Советская дипломатия сыграла огромную принци-
пиальную роль при решении многих вопросов послево-
енного мирного урегулирования. Версальско-Вашинг-
тонская система мирных договоров, которыми завер-
шилась первая мировая война, представляла собой
империалистический передел мира в пользу победив-
шей в ней группировки держав. В отличие от нее под
влиянием Советского Союза создававшаяся в конце вто-
рой мировой войны новая система международных от-
ношений строилась на справедливых, демократических
принципах. Именно они легли в основу Устава Органи-
зации Объединенных Наций.

Героизм советского народа в борьбе против герман-
ских захватчиков снискал ему огромное уважение сре-
ди народных масс других стран. Международный авто-
ритет первого в мире социалистического государства
достиг небывалого уровня. За годы войны число госу-
дарств, с которыми СССР имел дипломатические отно-
шения, увеличилось вдвое — с 26 до 52. Советский Со-
юз стал играть огромную роль в решении мировых
проблем.

Коммунистическая партия и Советское правитель-
ство стремились к обеспечению после окончания войны
прочного и длительного мира. Они проявляли глубокую
заинтересованность в установлении широкого сотруд-
ничества с другими государствами в целях предотвра-
щения новой мировой войны.
Эту политику мира Советский Союз последователь-
но проводит и по сей день. Социалистический строй
предопределяет миролюбивый характер внешней поли-
тики Советского Союза. Но учитывая агрессивную сущ-
ность империализма, СССР принимал и принимает не-
обходимые меры для обеспечения как своей собствен-
ной безопасности, так и безопасности своих союзников.
Итоги Великой Отечественной войны Советского Союза
убедительнейшим образом продемонстрировали способ-
ность и волю советского народа дать отпор, нанести по-
ражение любым агрессорам. Это — урок всем агрес-
сивным, империалистическим силам и сегодня,
—дагдауг манна от от sa

Примечания
Предисловие

1 Правда, 1984, 17 июня.

Глава I

1 См.: Жилин П. А. Как фашистская Германия готовила напа-
дение на Советский Союз. М., 1966.

2 См.: История второй мировой войны. 1939—1945. В 12-ти т.
М., 1975, т. 4, с. 21.

3 Внешняя политика Советского Союза в период Отечествен-
ной войны. Документы и материалы. В 3-х т. М., 1946, т.* 1,
с. 127—129 (далее — Внешняя политика Советского Союза...
Документы).

4 См.: КПСС о Вооруясеппых Силах Советского Союза. Доку-
менты. 1917—1981. М., 1981, с. 297—298.

5 См.: История второй мировой войны, т. 4, с. 18, 25.

6 См.: История Коммунистической партии Советского Союза.
В 6-ти т. М., 1970, т. 5, кп. 1, с. 154.

7 Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1, с. 34.
8 Там же.

9 Трухановский В. Г. Уинстон Черчилль. М., 1982, с. 323.

10 См. там же, с. 323—324.

11 Churchill W. S. The Second World War. Lofidon, 1950, vol. 3,
p. 330. 13 июня министр иностранных дел Великобритании
А. Иден заявил советскому послу в Великобритании
И. М. Майскому, что если в ближайшем будущем возникнет
война между СССР и Германией, то английское правитель-
ство готово оказать полное содействие Советскому Союзу
своей авиацией на Ближпем Востоке, отправить в СССР воен-
ную миссию для передачи опыта и развивать с Советским
Сонмом экономическое сотрудничество, используя для этого
путь через Персидский залив или Владивосток (см.: Севостья-
нов П. П. Перед великим испытанием. Внешняя политика
СССР накануне Великой Отечественной войны. Сентябрь
1939 г.— июнь 1941 г. М., 1981, с. 167-168).

12 Times, 1941, June 23.

13 Советско-английские отношения во время Великой Отечест-
венной войны. 1941—1945. Документы и материалы. М., 1984,
т. 1, с. 47 (далее — Советско-английские отношения... Доку-
менты).

14 Taylor A. F. Р. Beaverbrook. London, 1972, р. 476.

15 Foreign Relations of the United States. Diplomatic Papers.
1941. Washington, 1958, vol. 1, p. 766—-767 (далее — FRUS).
I6 De Santis H. The Diplomacy of Silence. The AmericoiFpfcQign
Service, the Soviet Union and the Cold War, 1933—1947.
Chicago, 1979, p. 77, 79. ' : ? :

17 Советско-американские отношения во время Великой Отече-
ственной войны. 1941—1945. Документы и материалы. М.,
1984, т. 1, с. 43 (далее — Советско-американские отношения...
Документы).

18 FRUS. 1941. Washington, 1959, vol. 2, р. 767—-768.

19 New York Times, 1941, June 25'.

70 Feis H. Churchill, Roosevelt, Stalin. Princeton, 1957, p. 10.

21 New York Times, 1941, June 24.

22 Congressional Record, vol. 87, Apendix, p. A3052.

23 Donovan R. Conflict and Crisis. The Presidency of Harry S.
Truman. 1945—1948. New York, 1977, p. 36.

24 Coates W. P. and Zelda K. A History of Anglo-Soviet Relations.
London, 1945, p. 684—685.

25 Шервуд P. Рузвельт и Гопкинс. Глазами очевидца. М., 1958,
т. 1, с. 500. •

26 Hinsley F. Н. British Intelligence in the Second World War.
London, 1979, vol. 1, p. 481—482; London, 1981, vol. 2, p. 67.

27 The Eden Memoirs. The Reckoning. London, 1965, p. 269.

28 The Memoirs of General the Lord Ismay. London, 1960, p. 225.

29 Public Record Office, Cab. 65/22.

30 Barker E. Churchill and Eden at War. London, 1978, p. 228.

31 Langer W. L. and Gleason S. E. The Undeclared War, 1940—
1941. New York, 1953, p. 538.

32 FRUS. 1941, vol. 1, p. 177. Небезынтересен также прогноз ми-
нистра иностранных дел фашистской Италии Г. Чиано, со-
держащийся в его дневнике от 21 июня: «Крах большевизма
будет одним из важнейших событий в истории человечества...
Как будет развиваться эта война? Немцы полагают, что все
будет закончено за восемь недель... Но если будет не так?
Если советские войска продемонстрируют миру большую си-
лу сопротивления, чем показали войска капиталистических
стран, то какое влияние это окажет на пролетарские массы
всего мира?» (Ciano G. Diario 1937—1943. Milano, 1980, р. 526).

33 McNeill W. H. America, Britain and Russia. Their Co-opera-
tion and Conflict. 1941—1946. London, 1953, p. 20.

34 См.: Мальков В. Л. Гарри Гопкинс: страницы политической
биографии.— Новая и новейшая история, 1979, № 3, с. 120.

35 Советско-американские отношения... Документы, т. 1, с. 45.

36 Там же, с. 45—46.

37 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 36, с. 323.

38 Public Record Office, FO 371/29466/6157.

39 Ibidem.
40 Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 48—51
(курсив мой.— В. С.}.

41 Public Record Office, FO 371/29466/6157.

42 Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 69—71.

43 Public Record Office, FO 371/29467/6163.

44 Churchill W. S. The Second World War, vol. 3, p. 341.

45 Public Record Office, Cab 65/19. Американский посол в Лондо-
не Дж. Вайнант высказался против подписания договора.
США также считали более приемлемым опубликование де-
кларации (Public Record Office, FO 371/29465/6163).

46 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР с пре-
зидентами США и премьер-министрами Великобритании во
время Великой Отечественной войны 1941—1945 гг. М., 1976,
т. 1. Переписка с У. Черчиллем и К. Эттли (июль 1941 г.-
ноябрь 1945 г.), с. 18 (далее — Переписка Председателя Сове-
та Министров СССР).

47 См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1,
с. 77-80.

48 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 131—132.

49 Public Record Office, FO 371/29407/6163.

60 IFoodwerd L. British Foreign Policy in the Second World War.
London, 1971, vol. 2, p. 15 (далее — Woodward L. British Fo-
reign Policy...) (курсив мой.— В. С.).

51 Churchill W. S. The Second World War, vol. 3, p. 402, 477.

52 Public Record Office, FO 371/29466/6157.

53 Ibidem.

64 См.: Воликов Ф, И. Советская военная миссия в Англии и
США в 1941 году.—Новая и новейшая история, 1969, № 3,
с. 103.

65 См.: Советско-американские отношения... Документы, т. 1,
с. 47.

56 Там же, с. 46, 49.

57 См. там же, с. 58—60; FRUS. 1941, vol. 1, р. 788—789.

58 См.: Советско-американские отношения... Документы, т. 1,
с. 64.

59 См. там же, с. 67—68.

60 См. там с. 74.

61 Там же, с! 77.

62 Langer W. L. and Gleason S. E. The Undeclared War, p. 541, 560.

63 Hinsley F. H. British Intelligence in the Second World War,
vol. 1, lb 67.

64 «Энигма!» былц. создана еще в 20-е годы и находилась в сво-
бодной^йр^^^. В усовершенствованном виде она использо-
валась в Германии в период войны как шифровальная маши-
. На. Англичанам при помощи этой же машины удалось рас-
шифровать ряд германских кодов, особенно коды германских
военно-воздушных сил (Ibid., vol. 1, р. 487—495; vol. 2, р. 68).
65 Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 1, с. 509.

66 Советско-американские отношения... Документы, т. 1, с. 83.

е? Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 1, с. 525.

«8 Советско-американские отношения... Документы, Т. 1, с. 80—81,
69 Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 1, с. 534—545.

70 FRUS, 1941, vol. 1, р. 814 (курсив мой —В. С.).

71 Советско-американские отношения... Документы, т. 1, с. 89.

72 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. J67L

73 Ленин В. И. Поли. собр. сон., т. 39, с. 398.

74 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p. 203.

75 Ibid., p. 204.

76 FRUS. 1941, vol. 1, p. 363.

77 См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 104.

78 Там же, с. 108—109.

79 Внегйняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с: 163—166 (курсив мой.—В. С.).

80 Parkinson В. Blood, Toil, Tears and Sweat New York, 1973,
p. 268 (курсив мой.— В. С.).

81 Батлер Дж. и Гуайер Дж. Большая стратегия. Июнь 1941 —
август 1942. М., 1967, с. 125.

82 Charehill W. S. The Second World War, vol. 3, p. 403.

83 Батлер Дж. и Гуайер Дж. Большая стратегия. Июнь 1941 —
август 1942, с. 132.

84 Там же, с. 127.

85 Langer W. L. and Gleason S. E. The Undeclared War, p. 812,
667.

86 ! Harriman W. A. and Abel E. Special Envoy to Churchill and
Stalin. 1941—1946. New York, 1975, p. 108 (курсив мой.— В. С.).

87 См.: Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 1, с. 606—607.

88 См.: Известия, 1941, 11 ноября.

891 См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1,
с. 140—146.

90 Harriman W. A. America and Russia in a Changing World.
New York, 1971, p. 20.

91 Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1, с. 172.

92 См. там же, с. 175.

93 См.: Международная жизнь, 1981, № 8, с. 104.

94 Stettinius Е. R. Lend-Lease. Weapon for Victory. New York,
1944, p. 335—339.

96 Dawson R. H. The Decision to Aid Russia, 1941. Chapel Hill,
1959, p. 281.
96 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР. М.,
1976, т. 2. Переписка с Ф. Рузвельтом и Г. Трумэном (август
1941 г.— декабрь 1945 г.), с. 8—10.

97 Parlamentary Debates. House of Commons, vol. 372, col. 993.

98 Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 53.

99 См. там же, с. 53—54.

100 См. там же, с. 55—56.

101 Public Record Office, Cab. 65/18.

102 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p. 9.

103 См.: Советско-английские отношения... Документы, т.1, с. 61;
Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p. '9.

104 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1, с. 19.

105 Public Record Office, Cab. 99/18.

106 См.: Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 1, с. 634—648.

107 См.: Мэтлофф М. и Снелл Э. Стратегическое планирование в
коалиционной войне. 1941—1942 гг. М., 1955, с. 80, 82.

108 Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 106.

109 Там же, с. 109.

110 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 28-29.

111 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p. 31.

1,2 Churchill W. S. The Second World War, vol. 3, p. 409, 410.

113 Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 114—
115 (курсив мой.— В. С.).

114 Taylor A. F. Р. Beaverbrook, р. 495; Шервуд Р. Рузвельт и
Гопкинс, т. 1, с. 612—613.

1,5 Parkinson R. Blood, Toil, Tears and Sweat, p. 301.

116 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1, с. 32.

117 См. там же.

118 Barker Е. Churchill and Eden at War, p. 234.

119 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 42-43.

120 Public Record Office, FO 371/29471/6242.

121 Ibidem.

122 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 44—45.

123 Там же, с. 45—46.

124 Документы и материалы по истории советско-польских отно-
шений. М., 1973, т. 7, с. 198 (далее — Документы... советско-
польских отношений).

125 См.: Советско-чехословацкие отношения во время Великой
Отечественной войны 1941—1945 гг. Документы и материа-
лы. М., 1960, с. 11 (далее — Советско-чехословацкие отноше-
ния... Документы).

126 См. там же, с. 14, 18—20.
>27 Rothwell V. Britain and the Cold War. 1941—1947. London,
1982, p. 181.

128 Майский И. M. Воспоминания советского дипломата. 1925—
1945 гг. М., 1971, с. 536.

129 См.: Документы... советско-польских отношений, т. 7, с. 208,
217-218.

130 Там же, с. 257—258.

131 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 349.

132 Public Record Office, Prem. 3/354/1.

133 Советско-французские отношения во время Великой Отече-
ственной войны. 1941—1945. Документы и материалы. М.,
1983, т. 1, с. 51—52 (далее — Советско-французские отноше-
ния... Документы).

134 Akten zur deutschen auswartigen Politik. Ser. D. Gottingen,
1969, Bd. 12(2), S. 679.

135 Документы министерства иностранных дел Германии. М.,
1946. Вып. 2. Германская политика в Турции (1941—1943 гг.),
с. 34, 36.

138 См.: СССР и Турция. 1917-1979. М., 1981, с. 171.

137 Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 146.

138 Британские органы имели сведения о деятельности в Иране
германской агентуры, в частности в результате перехвата и
расшифровки германской и итальянской шифрпереписки с
их посольствами в Иране (Hinsley F. Н. British Intelligence
in the Second World War, vol. 2, p. 82—83).

139 Документы внешней политики СССР. М., 1959, т. 3, с. 538—
539.

140 Public Record Office, Cab. 65/19.

141 Ibidem.

142 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 156.

143 Public Record Office, Cab. 65/23; Churchill W. S. The Second
World War, vol. 3, p. 423. Иден считал, что в случае, если
Россия потерпит поражение, Англия даже и одна должна
ввести войска в Иран (ibid., р. 425).

144 Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 156—157.

145 См.: Правда, 1941, 12 сентября.

146 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 190—194.

147 Public Record Office, Cab. 65/19.

148 Ibidem.

149 См.: Правда, 1941, 5 ноября.
iso Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p. 58. ,

151 Akten zur deutschen auswartigen Politik. 1918—1945. Serie D.

Baden-Baden, 1956, Bd. 6, S. 546; СССР в борьбе за мир на-
кануне второй мировой войны (сентябрь 1938 г,— август
1939 г.). Документы и материалы.’ М., 1971, с. 334.

152 См.: История второй мировой войны, г. 4, с. 251—252.

153 История дипломатии. М., 1975, т. 4. Дипломатия в годы вто-
рой мировой войны, с. 222.

154 История второй мировой войны, т. 4, с. 244.

155 История войны па Тихом океане. М., 1958, т. 3, с. 379, 380.

156 Кутаное Л. Н. История советско-японских дипломатических
отношений. М., 1962, с. 307—308.

157 Советско-американские отношения... Документы, т. 1, с. 69.

158 Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1, с. 49.

Глава II

1 См.: Поздеева Л. В, Англо-американские отношения в годы
второй мировой войны. 1941—1945. М., 1969.

2 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1, с. 47.

8 Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с, 138,

4 Public Record Office, Cab. 65/24.

5 Ibidem.

6 Public Record Office, FO 371/29472/6263.

7 FRUS. 1941, vol. 1, p. 202—203.

8 Public Record Office, Cab. 65/24.

8 The Diaries of Sir Alexander Cadogan, 1938—1945. London,
1971, p. 204—205.

10 См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 182.

11 FRUS. 1941, vol. 1, р. 194—195.

12 См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1,
с. 184—192; Public Record Office, Cab. 65/24; Woodward L.
British Foreign Policy..., vol. 2, p. 222—223; The Eden Memoirs.
The Reckoning, p. 292.

13 Rothwell V. Britain and the Cold War. 1941—1947, p. 180—181,
184—185.

•4 Public Record Office, Cab. 65/29; FRUS. 1942. Washington, 1962,
vol. 3, p. 501.

15 См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1,
с. 191—192; Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2,
p. 224—225.

16 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p. 226—234.

17 См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 190.
На Парижской мирной конференции 1919 г. (без участия со-
ветских представителей) была выработана линия восточной
границы Польши, основывающаяся на этнографическом
принципе. Она вошла в историю как «линия Керзона» (по
имени министра иностранных дел Великобритании лорда
Керзона, предложившего в 1920 г. эту линию Советскому пра-
вительству) .

18 Public Record Office, Cab. 65/24.

19 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p. 235.

29 Churchill W. S. The Second World War, vol. 3, p. 616 (курсив
мой.—В. С.).

21 McNeill W. H. America, Britain and Russia, p. 168.

22 FRUS. 1942, vol. 3, p. 511.

23 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p. 235.

24 Public Record Office, FO 371/29655/6148.

25 См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1,
с. 193-194.

26 См. там же.

27 Советско-американские отношения... Документы, т. 1, с. 144.
М. М. Литвинов, прибывший в США 7 декабря и в тот же
день вручивший Ф. Рузвельту свои верительные грамоты,
11 декабря снова посетил американского президента и изло-
жил ему позицию СССР в соответствии с этими указаниями.
Рузвельт сказал, как сообщал в Москву советский посол, что
«он об этом решении сожалеет, но на нашем месте поступил
бы так же, как мы» (там же, с. 145).

28 The Eden Memoirs. The Reckoning, p. 300—301; FRUS. 1942,
vol. 3, p. 503.

29 См.: Батлер Дж. и Гуайер Дж. Большая стратегия. Июнь
1941 — август 1942, с. 245. ,

80 Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 193.

81 Public Record Office, Cab. 99/17.

82 Мэтлофф M. и Снелл Э. Стратегическое планирование в коа-
лиционной войне. 1941—1942 гг., с. 119—120.

88 См.: Батлер Дж. и Гуайер Дж. Большая стратегия. Июнь
1941 — август 1942, с. 266—267.

84 Public Record Office, Cab. 99/17, доклад о Вашингтонской
конференции от 20 января 1942 г. Р. Шервуд* также конста-
тировал, что Рузвельт особенно положительно относился к
планам этой операции (Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс. М.,
1958, т. 2, с. 32).

38 The Memoirs of Cordell Hull. New York, 1948, vol. 2, p. 1116,
1121.

88 McNeill W. H. America, Britain and Russia, p. 118 (курсив
мой.— В. С.).

87 Kotko G. The Politics of War. New York, 1968, p. 23—24.
38 The Memoirs of Cordell Hull, vol. 2, p. 1114, 1116 (курсив
мой.— В. С.).

39 Советско-американские отношения... Документы, т. 1, с. 146.

40 The Memoirs of Cordell Hull, vol.,2, p. 1122; FRUS. 1942.
Washington, 1960, vol. 1, p. 18.

41 См.: Сборник действующих договоров, соглашений и конвен-
ций, заключенных СССР с иностранными государствами. М.,
1955, вып. 11, с. 44—45.

42 См.: История второй мировой войны, т. 4, с. 483,

43 FRUS. 1942, vol. 3, р. 528.

44 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 2, с. 18,

45 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, P- 237 (курсив
мой.- В. С.).

46 Public Record Office, Cab. 65/29.

47 Ibidem.

48 FRUS. 1942, vol. 3, p. 510-511.

49 Ibid., p. 514-518.

50 Ibid., p. 521.

51 Ibid., p. 532.

52 История второй мировой войны. М., 1975, т. Э, с. 68.

53 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p- 240—241.

54 См.: Советско-американские отношения... Документы, т. 1,
с. 158: FRUS. 1942, vol. 3, р. 536.

55 Public Record Office, Cab. 65/29.

53 См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1,
с. 212.

57 Public Record Office, Cab. 65/26, 65/30.

58 См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1,
с. 217.

59 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p; 246.

60 Советско-английские отношения... Документ^, т. 1, с. 222.

ss Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p- 248—249, 251.

62 См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1,
с. 519.

33 Public Record Office, Cab. 65/26.

64 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 270-273.

65 Советско-американские отношения... Документ1*»!, т. 1, с. 149—
151. М. М. Литвинов снова ставил этот вопрос в телеграмме
от 31 января в связи с предстоявшей'беседой с Ф. Рузвельтом
(там же, с. 150—151).

68 См.: Волков Ф. Д. СССР — Англия. 1929—1945 гг. Англо-со-
ветские отношения накануне и в период второй мировой вой-
ны. М., 1964, с. 404—411; Кулиш В. М. История второго фрон-
та. М., 1971, с. 137—139,
67 Батлер Дж. и Гуайер Дж. Большая стратегия. Июнь 1941—
август 1942, с. 512—518.

б8 Churchill W. S. The Second World War. London, 1951, vol. 4,
p. 283.

69 Parkinson R. Blood, Toil, Tears and Sweat, p. 392—393.

70 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 2,
с. 17—18.

71 Советско-американские отношения... Документы, т. 1, с. 162—
163.

72 См.: Советско-йнглийские отношения... Документы, т. 1,
с. 221.

73 Там же, с. 224—226.

7< FRUS. 1942, vol. 3, р. 566—569, 571—574.

75 См.: Советско-американские отношения... Документы, т. 1,
с. 178-179.

76 Земсков И. Н. Дипломатическая история второго фронта в
Европе. М., 1982, с. 80 (курсив мой.—В. С.).

77 См.: Советско-американские отношения... Документы, т. 1,
с. 191.

78 См.: Земсков И. Н. Дипломатическая история второго фронта
в Европе, с. 81—82.

79 См.: Советско-американские отношения... Документы, т. 1,
с. 192.

80 Там же, с. 198.

81 Там же, с. 203.

82 Мэтлофф М. и Снелл Э. Стратегическое планирование в коа-
лиционной войне, с. 271.

83 Цит. по: Яковлев Н. Н. Франклин Рузвельт. Человек и поли-
тик. Новое прочтение. М., 1981, с. 347.

84 Рузвельт Э. Его глазами. М., 1947, с. 68—69.

85 Dallek R. Franklin D. Roosevelt and American Foreign Po-
licy, 1932-1945. New York, 1979, p. 346, 351.

86 Советско-американские отношения... Документы, т. 1, с. 225,
228.

87 De Santis Н. The Diplomacy of Silence, p. 85.

88 Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 244.

89 Hinsley F. Н. British Intelligence in the Second World War,
vol. 2, p. 98.

80 Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 247;
Public Record Office, Cab. 66/25, протокол заседания от
9 июня 1942 г.

91 Земсков И. Н. Дипломатическая история второго фронта в
Европе, с. 88.

92 Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 248.
Черчилль в своих воспоминаниях привел цитату из той части

В. Я. Сиполс

465
меморандума, которая относится к 1942 г., но скрыл от чи-
тателей все, что говорилось в нем о 1943 г. (Churchill W. S.
The Second World War, vol. 4, p. 305).

83 Public Record Office, Cab. 65/30.

84 FRUS. 1942, vol. 3, p. 598. У. Стэндлй был послом США в
СССР с 14 апреля 1942 г.

85 Советско-американские отношения... Документы, т. 1, с. 216.

86 Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 277—282. Заключенное 11 июня 1942 г. соглашение дейст-
вовало в течение всего периода войны, а переговоры об
окончательном урегулировании вопросов, связанных с взаим-
ными поставками, начались только после ее окончания.

87 Davies J. Е. Mission to Moscow. New York, 1943, p. 319, 320,
324—325 (курсив мой.— В. С.).

88 Батлер Дж. и Гуайер Дж. Большая стратегия. Июнь 1941 —
август 1942, с. 446.

88 Советско-американские отношения... Документы, т. 1, с. 147.

100 Там же, с. 149.

101 См.: История внешней политики СССР. 1917—1980. М., 1980,
т. 1, 1917-1945, с. 430.

102 Standley W. Н. and Ageton A. A. Admiral Ambassador to Rus-
sia. Chicago, 1955, p. 153, 155—156, 240 (курсив мой. —В. С.).

103 См.: Советско-французские отношения... Документы, т. 1,
с. 92—94.

104 См.: Известия, 1942, 24 июня.

105 Советско-французские отношения... Документы, т. 1, с. 119.

106 См.: История второй мировой войны, т. 5, с. 121, 145.

107 См.: Батлер Дж. и Гуайер Дж. Большая стратегия. Июнь
1941 — август 1942, с. 519.

108 История внешней политики СССР, т. 1, с. 436.

108 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 70.

Churchill W. S. The Second World War, vol. 4, p. 428.

in См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1,
с. 266.

ч2 См. Там же, с. 268.

1’3 FRUS. 1942, vol. 3, р. 619.

114 Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 269--
270; Public Record Office, FO 800/300/6143. Насколько «мяг-
ким» было это «подбрюшье», стало очевидным, когда англий-
ским и американским солдатам впоследствии, после высад-
ки в Италии, приходилось преодолевать бесконечные горные
преграды, в которых они так и застряли до конца войны.

П5 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1»
с. 73-74.
iw См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1,
с. 271—276; Public Record Office, FO 800/300/6143.

I17 Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 275.
lie Public Record Office, FO 800/300/6143.

119 Moran, Lord. Winston Churchill. London, 1966, p. 62.

i20 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 75—76; FRUS. 1942, vol. 3, р. 622.

121 См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1,
с. 279; Public Record Office, FO 800/300/6143.

122 Churchill W. S. The Second World War, vol. 4, p. 450—451.

123 Черчилль говорил 21 сентября на заседании военного каби-
нета: «Полное поражение России или утрата ею значения
сколько-нибудь серьезного военного фактора дали: бы всей
массе германских армий возможность обрушйться на нас»
(Public Record Office, Cab. 65/31).

124 Harriman W. A. and Abel E. Special Envoy to Churchill and
Stalin, p. 162.

126 Public Record Office, Cab. 65/31.

126 Churchill W. S. The Second World War, vol. 4, p. 445.

127 Harriman W. A. and Abel E. Special Envoy to Churchill and
Stalin, p. 169.

128 Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 69.

129 Там же, с. 74—77.

130 Standley W. Н. and Ageton A. A. Admiral Ambassador to Rus-
sia, p. 308.

131 Советско-американские отношения... Документы, т. 1, с. 232,

132 Standley W. Н. and Ageton A. A. Admiral Ambassador to Rus-
sia, p. 292.

133 См.: Советско-американские отношения... Документы, т. 1,
с. 233—235.

134 Roosevelt and Churchill. Their Secret Wartime Correspon-
dence. New York, 1975, p. 244.

135 Churchill W. S. The Second World War, vol. 4, p, 514, 516.

t3e См.; Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 2,
с. 31.

137 См. там же, с. 33.

138 См.: Советско-английские отношения... Документы, т. 1,
с. 286.

189 Standley W. Н. and Ageton A. A. Admiral Ambassador to Rus-
sia, p. 246 (курсив мой,—В. С).

140 Батлер Дж. и Дуайер Дж. Большая стратегия. Июнь 1941—
август 1942, с. 458 (курсив мой.— В. С.).

141 Roosevelt and Churchill. Their Secret Wartime Correspon-*
dence, p. 255 (курсив мой.— В. С.).
142 Public Record Office, Prem. 3/470, vol. 4 (курсив мой.— В. С.).

143 Churchill W. S. The Second World War, vol. 4, p. 519.

144 Ibid., p. 513 (курсив мой.— В. С.).

143 Roosevelt and Churchill. Their Secret Wartime Correspondence,
p. 256.

m Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 86-87.

147 Там же, с. 87.

143 За октябрь — декабрь 1942 г. в Архангельск прибыло всего
5 пароходов (Roskill S. War at See. 1939—1945. London, 1956,
vol. 2, p. 289).

149 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 87-88.

150 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 37, с. 50.

151 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 2,
с. 32.

152 Там же, т. 1, с. 88.

153 Parkinson R. Blood, Toil, Tears and Sweat, p. 472.

154 Dallek R. Franklin D. Roosevelt and American Foreign Policy,
1932-1945, p. 353-354.

155 Churchill W. S. The Second World War, vol. 4, p. 521—522.

166 Ibid., p. 504.

I57 Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 294.

158 История второй мировой войны. М., 1976, т. 6, с. 397.

159 Советско-английские отношения... Документы, т. 1, с. 294—
295.

160 Stettinius Е. R. Roosevelt and the Russians. The Yalta Con-
ference. New York, 1949, p. 7.

181 Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 77—81.

162 De Santis Н. The Diplomacy of Silence, p. 90.,

163 Kolko G. The Politics of War, p. 14.

Глава III

1 См.: История второй мировой войны, т. 5, с. 48, 92; М., 1982,
т. 12, с. 168, 200.

2 См. там же, т. 6, с. 14,19.

3 См, там же, с. 147.

* См.: Самсонов А. М. Сталинградская битва. М., 1982, с. 13—
17; Ржешевский О. А. Война и история (Буржуазная исто-
риография США о второй мировой войне). М., 1984, с. 189—
201.

5 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т, 2,
с. 52, 317,
8 Public Record Office, Cab. 65/33.

7 См.: Правда, 1943, 23 февраля.

8 См.: Пономарев Б. Н. Под знаменем Ленина — за мир и со-
циализм. М., 1981, т. 1, с. 298.

9 См.: История Коммунистической партии Советского Союза,
т. 5, кн. 1, с. 538.

10 См.: Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 282—286.

11 Standley W. Н. and Ageton A. A. Admiral Ambassador to Rus-
sia, p. 195.

12 Ibid., p. 204 (курсив мой.— В. С.).

13 Мэтлофф М. От Касабланки до «Оверлорда». М., 1964, с. 22,
72.

14 Майский И. М. Воспоминания советского дипломата. 1925—
1945 гг., с. 668.

16 Цит. по: Исраэлян В. Л. Антигитлеровская коалиция. М.г
1964, с. 193.

18 Walker J. S. Henry A. Wallace and American Foreign Policy.
London, 1976, p. 92.

17 Stoler M. A. The Politics of the Second Front. London, 1977,
lp. 91.

18 FRUS. 1943, vol. 3. Washington, 1963, p. 535.

19 См.: Новое время, 1960, № 27, с. 12—14 (полный текст записи
этой беседы); Безыменский Л. А. Разгаданные загадки треть-
его рейха. 1941—1945. М., 1984.

20 Документы министерства иностранных дел Германии. М.,
1946. Вып. 3. Германская политика в Испании (1936—
1939 гг.), с. 151—152.

21 Там же, с. 162.

22 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 2,
с. 44—45, 48.

23 См.: Кутаков Л. Н. История советско-японских дипломатиче-
ских отношений, с. 391.

24 Hitlers Lagebesprechungen. 1942—1945. Stuttgart, 1962, S. 122.

25 Документы министерства иностранных дел Германии. Вып. 2,
с. 58, 92, 98.

26 См.: Штеменко С. М. Генеральный штаб в годы войны. М.,
1981, кн. 1, с. 115.

27 Историко-дипломатический архив, фонд микрофильмов,
письмо С. Кирова в МИД Болгарии от 23 марта 1943 г.

28 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 109—110. Черчилль дает искаженную картину аданских
переговоров и в своих мемуарах о второй мировой войне.

29 Public Record Office, Cab. 66/34, записи переговоров в Адане
30—31 января 1943 г. (курсив мой,— В, С.)к

30 Ibidem.
81 Историко-дипломатический архив, фонд микрофильмов, *
письмо С. Кирова в МИД Болгарии от 16 марта 1943 г.

82 Историко-дипломатический архив, сообщение «Бюро Шварц
ван Берк» министерству иностранных дел Германии от
26 февраля 1943 г. «О переговорах в Адане».

83 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 111—112.

34 См.: Документы министерства иностранных дел Германии.
Выц. 2, с. 133.

35 Рареп F. Memoirs. London, 1952, р. 494—495.

36 Churchill W. S. The Second World War, vol. 4, p. 582.

37 См.: Говард M. Большая стратегия. Август 1942 — сентябрь
1943. М., 1980, с. 422.

38 См.: Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 303; Dallek R.
Franklin D. Roosevelt and American Foreign Policy, p. 367—
368, 370, 371.

39 Churchill W. S. The Second World War, vol. 4, p. 606.

40 Public Record Office, Cab. 99/24, C.C.S. 164.

41 FRUS. The Conferences at Washington, 1941—1942, and Casa-
blanca, 1943. Washington, 1968, p. 708, 710.

42 Ibid., p. 538 (курсив мой.— В. С.).

43 Ibid., р. 581-582, 587, 590, 596.

44 Цит. по: Яковлев Н. Н. Франклин Рузвельт: человек и поли-
тик, с. 364

45 См.: Говард М. Большая стратегия. Август 1942 — сентябрь
1943, с. 203.

48 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 104—105.

47 Public Record Office, Prem. 3/420/3.

48 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 108.

49 Там же, с. 112—113 (курсив мой.— В. С.). Послание было по-
лучено Советским правительством 12 февраля.

50 См. там же, т. 1, с. 115; т. 2, с. 54—55.

51 Там же, т. 1, с. 121—123.

52 Dallek В. Franklin D. Roosevelt and American Foreign Policy,
p. 380.

53 История внешней политики СССР, т. 1, с. 433.

54 См.: Говард М. Большая стратегия. Август 1942 — сентябрь
1943, с. 233—234.

55 Там же, с. 234.

561 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 133.

57 Там же, с. 134.

58 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p. 569.
59 См.: История второй мировой войны, т. 6, с. 225.

60 См.: Говард М. Большая стратегия. Август 1942 — сентябрь
1943, с. 430.

Public Record Office, Cab. 99/22, протокол заседания 29 мая
1943 г.

62 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 2, с. 68.

63 Там же, с. 70.

64 Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 411.

65 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 164—167 (курсив мой,— В. С.).

68 Harriman W. A. and Abel S. Special Envoy to Churchill and
Stalin, p. 216.

87 Kolko G. The Politics of War, p. 15, 20.

68 ПрОда, 1943, 22 июня.

69 См., например: Война и рабочий класс, 1943, 1 и 15 августа;
Правда, 1943, 6 августа.

70 См.: История второй мировой войны, т. 12, с. 168, 200.

71 FRUS. The Conferences at Washington and Quebec, 1943. Was-
hington, 1970, p. 624—625 (курсив документа).

72 Harriman W. A. and Abel E. Spesial Envoy to Churchill and
Stalin, p. 224.

73 FRUS. The Conferences at Washington and Quebec, 1943,
p. 626.

74 Standley W. H. and Ageton A. A. Admiral Ambassador to Rus-
sia, p. 195.

75 Harriman W. A. and Abel E. Special Envoy to Churchill and
Stalin, p. 213, 218, 219 (курсив мой.—В. С.).

76 См.: Мэтлофф М. От Касабланки до «Оверлорда», с. 288.

77 Public Record Office, Cab. 99/23, August 20, 1943.

78 См.: Говард M. Большая стратегия. Август 1942 — сентябрь
1943, с. 401.

79 Мэтлофф М. От Касабланки до «Оверлорда», с. 196, 236
(курсив мой.— В. С.).

80 Moran, Lord. Winston Churchill, p. 110.

81 См.: Говард M. Большая стратегия. Август 1942 — сентябрь
1943, с. 434—436.

82 Kolko G. The Politics of War, p. 29.

83 См.: Земсков И. H. Дипломатическая история второго фронта
в Европе, с. 203.

84 Feis Н. Churchill, Roosevelt, Stalin, р. 167.

85 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 173—176. В тот же день эти предложения были переданы
итальянцам.

86 Там же, с. 178—180 (курсив мой.— В. С.)%

7 Kolko G. The Politics of War, p. 23.
88 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p. 577.

89 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 81-82.

90 См.: Документы... советско-польских отношений, т. 7, с. 351?

91 Rothwell V. Britain and the Cold War. 1941—1947, p. 157т-
159.

92 Шервуд P. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 378.

93 Документы... советско-польских отношений, т. 7, с. 367.

94 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 287.

95 См.: История Коммунистической партии Советского Союза,
т. 5, кн. 1, с. 580.

96 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 104-105.

97 См.: Советско-французские отношения... Документы, т. 1,
с. 199-200.

98 Там же, с. 212.

99 См. там же, с. 252, 281.

100 Woodward L. British Foreign Policy... London, 1976, vol. 5,
p. 3-4.

101 Ibid., p. 5, 6, 8.

502 Ibid., p. 14—18.

103 Ibid., p. 21.

104 Ibid., p. 27-28.

195 Feis R. Churchill, Roosevelt, Stalin, p. 124.

108 Public Record Office. Cab. 65/38, April 13, 1943.

107 FRUS. 1943, vol. 3, p. 16.

108 Ibid., p. 34—35.

109 The Memoirs of Cordell Hull, vol. 2, p. 1465.

110 См.: Шервуд P. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 385.

111 Public Record Office, Cab. 65/38, April 13, 1943. Возвратившись
в Лондон, Иден информировал об этом Майского,

1,2 Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 376, 378.

113 FRUS. 1943, vol. 3, р. 14.

114 Public Record Office, Cab. 65/40.

115 Шервуд P. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 379.

116 The Eden Memoirs. The Reckoning, p. 371, 374.

1,7 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 5, p. 2.

Глава IV

1 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 2,
с. 62.

2 См. там же, с. 78—79,
3 См.: История Коммунистической партии Советского Союза,
т. 5, кн, 1, с. 549—550.

4 Churchill W. S. The Second World War. London, 1952, vol. 5,
p. 254-255, 258.

5 Советский Союз на международных конференциях периода
Великой Отечественной войны 1941—1945 гг., т. 1. Московская
конференция министров иностранных дел. СССР, США и Ве-
ликобритании (19—30 октября 1943 г.). Сборник документов.
М., 1984, с. 202 (далее — Московская конференция).

6 См. там же, с. 96.

7 См. там же, с. 339.

8 Там же, с. 312.

9 См. там же, с. 322—323.

10 См. там же, с. 268—272.

11 FRUS. 1943. Washington, 1963, vol. 1, р. 542. Инструктируя
Гарримана, отправлявшегося в Москву одновременно с Хэл-
лом в качестве нового американского посла в СССР, Рузвельт
сказал, что он за «расчленение Германии на три, четыре или
пять государств» (Harriman W. A. and Abel Е. Special Envoy
to Churchill and Stalin, p. 227).

12 Московская конференция, с. 169.

13 Там же, с. 168.

14 Public Record Office, Cab. 65/40.

15 См.: Московская конференция, с. 170,

16 См. там же, с. 316.

17 См. там же, с. 325.

18 См. там же, с. 328.

19 См. там же, с. 316.

20 См. там же, с. 336—337.

21 См.: Известия, 1943, 18 ноября.

22 См.: Московская конференция, с. 321—322.

23 См. там же, с. 318.

24 Deane J. The Strange Alliance. New York, 1947, p. 47.

25 Lensen G. The Strange Neutrality. Soviet-Japanese Relations
during the Second World War 1941—1945. Tallahassee, 1972,
p. 259.

26 FRUS. The Conferences at Cairo and Tehran. 1943. Washington,
1961. p. 147.

27 The Memoirs of Cordell Hull, vol. 2, p. 1309—1310.

28 FRUS. 1943, vol. 1, p. 685.

29 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p. 594.

30 McNeill W. H. America, Britain and Russia, p. 336.

31 The Memoirs of Cordell Hull, vol. 2, p. 1313—1315.

32 Churchill W. S. The Second World War, vol. 5, p. 261, 266.
33 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 1,
с. 118-119.

34 FRUS. The Conferences at Cairo and Tehran. 1943, p. 409—410.

35 Ibid., p. 411, 413.

36 Public Record Office, Prem. 3/136/5, vol. 2, p. 106—107.

37 См.: Эрман Дж. Большая стратегия. Август 1943 — сентябрь
1944. М., 1958, с. 145.

38 См. там же, с. 180.

39 См. там же, с. 182.

40 McNeill W. Н. Britain, America and Russia, p. 341.

41 Public Record Office, Prem. 3/136/5, vol. 1, p. 75.

42 FRUS. The Conferences at Cairo and Tehran. 1943, p. 364—365
(курсив мой.— В. С.).

43 Рузвельт Э. Его глазами, с. 161.

44 FRUS. The Conferences at Cairo and Tehran. 1943, p. 254.

45 См.: Мэтлофф M. От Касабланки до «Оверлорда», с. 359.

46 Qm. там же, с. 289.

47 FRUS. The Conferences at Cairo and Tehran. 1943, p. 255.

48 Советский Союз на международных конференциях периода
Великой Отечественной войны 1941—1945 гг., т. 2. Тегеранская
конференция руководителей трех союзных держав — СССР,
США и Великобритании (28 ноября — 1 декабря 1943 г.).
Сборник документов. М., 1984, с. 59 (далее — Тегеранская
конференция).

49 Ulam А. В. The History of Soviet Foreign Policy, 1917—67. New
York, 1969, p. 352, 353.

50 Тегеранская конференция, с. 84 (курсив мой,— В. С.),

51 Там же (курсив мой.— В. С.).

52 См. там же, с. 86, 89.

53 См. там же, с. 84—90.

54 Фаз/же, с. 88.

55 См.: Мэтлофф М. От Касабланки до «Оверлорда», с. 425—426.

56 См.: Тегеранская конференция, с. 87.

57 Bohlen Ch. Witness to History 1929—1969. New York, 1973,
P- 14$.

58 Тегеранская конференция, с. 116.

59 См. там же, с. 123—124.

60 Мэтлофф М. От Касабланки до «Оверлорда», с. 428.

61 См.: Тегеранская конференция, с. 117—118.

62 См. там же, с. 118—119, 120 (курсив мой.— В, С.).

63 Bohlen Ch. Witness to History 1929—1969, p, 146.

64 Мэтлофф M. От Касабланки до «Оверлорда», с. 428.

65 Bohlen Ch. Witness to History 1929—1969, p. 148.

68 FRUS. The Conferences at Cairo and Tehran. 1943, p. 564.

67 Тегеранская конференция, с, 122.
68 Там же, с. 126.

69 Там, же, с. 155.

70 Там же, с. 157.

71 См. там же, с. 104—105.

72 Там же, с. 148—149.

73 См. там же, с. 149.

74 См. там же, с. 150.

75 См. там же, с. 149.

76 FRUS. The Conferences at Cairo and Tehran. 1943, p. 510, 512.

77 См.: Тегеранская конференция, с. 148.

78 Там же, с. 150.

79 См: там же.

80 Churchill W. S. The Second World War, vol. 5, p. 336.

81 См.: Тегеранская конференция, с. 126, 127.

82 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 242—243.

83 См.: Тегеранская конференция, с. 102.

84 Dallek R. Franklin D. Roosevelt and American Foreign Policy,
p. 428—429.

85 Ibid., p. 429.

86 Тегеранская конференция, с. 158.

87 Впоследствии меч был передан на хранение в Государствен-
ный музей обороны Волгограда, где выставлен для обозрения.

88 Public Record Office, Cab. 65/40.

89 Moran, Lord. Winston Churchill, p. 144—146. Британское пра-
вительство проявляло заинтересованность во вступлении Тур-
ции в войну и в связи с тем, что в таком случае английские
войска могли бы оказаться на Балканах раньше русских и
обеспечить там «будущее британских интересов» (Wood-
ward L. British Foreign Policy... London, 1975, vol. 4, p. 147).

90 Тегеранская конференция, с. 157.

Глава V

1 См.: История второй мировой войны. М., 1977, т. 8, с. 16, 45;
т. 12, с. 168.

2 См. там же, т. 7, с. 84; т. 8, с. 20, 45; т. 12, с. 200.

3 Внешняя политика Советского Союза... Документы. М., 1946,
т. 2, с. 27.

4 Советско-английские отношения... Документы. М., 1983, т. 2,
с. 12—14.

5 Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 2,
с. 132—133.

6 См. там же, с. 89.

7 См. там же, с. 89—90.
8 Times, 1944, March 2.

9 Daily Herald, 1944, March 4.

10 Lundin C. L. Finland in the Second World War. Bloomington,
1957, p. 198. ,

11 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 2,
с. 93.

12 FRUS. 1944. Washington, 1965, vol. 3, р. 875.

13 Ibid., р. 876.

14 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 2,
С. 112-113.

16 См.: Война и рабочий класс, 1944, № 6, с. 1.

16 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 2,
с. 113—114.

17 Lundin С. L. Finland in the Second World War, p. 216.

18 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т, 2,
с. 177.

19 См. там же, с. 215—220.

20 Там же, с. 105.

21 История дипломатии, т. 4, с. 432—433.

22 Фриснер Г. Проигранные сражения. М., 1966, с. 63.

23 Подробнее см.: Лебедев Н. И. Крах фашизма в Румынии. М.,
198.3, с. 392—394; Левит И. Э. Крах политики агрессии дикта-
туры Антонеску. Кишинев, 1983, с. 358.

24 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 2,
с. 172.

25 См.: История второй мировой войны. М., 1978, т. 9, с. 110—
115.

26 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 2,
с. 205-210.

27 См.: Освободительная миссия Советских Вооруженных Сил
во второй мировой войне. М., 1971, с. 180.

28 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 2,
с.'185-186.

29 Советско-болгарские отношения и связи. Документы и мате-
риалы. М., 1976, т. 1, с. 600.

30 Там же, с. 603.

31 Там же, с. 604.

32 Там же, с. 608.

33 См.: Советско-болгарские отношения и связи. М., 1981, т. 2,
с. 35—36.

34 См.: Немеш Д. Освобождение Венгрии. М., 1957, с. 27.

35 См.: Советско-венгерские отношения. 1945—1948. Документы
и материалы. М., 1969, с. 26.

36 FRUS. 1944, vol. 3, р. 937.

37 См.: Международная жизнь, 1968, № 5, с. 154.
38 См. там же, с. 158—160.

39 История Великой Отечественной войны Советского Союза*
,1941—1945. М., 1962, т. 4, с. 662.

40 Rothwell V. Britain and the Cold War. 1941—1947, p, §1, 63-

41 Mosely Ph. E. The Cremlin and World Politics. New York,
1960, p. 169.

42 Текст проекта см.: Международная жизнь, 1968, № 7, с. 159.

43 См.: Международная жизнь, 1955, № 5, с. 43; Woodward L.
British Foreign Policy..., vol. 5, p. 203, 206.

44 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 5, p. 204, 218.

45 Ibid., p. 203—204. Начальники штабов исходили также из
того, что в случае расчленения будет предотвращено распро-
странение коммунистических идей в западной части Германии
(Rothwell V. Britain and the Cold War. 1941—1947, p. 61).

46 Rothwell V. Britain and the Cold War. 1941—1947, p. 120.

47 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 5, p. 204—206
(курсив документа).

48 Rothwell V. Britain and the Cold War. 1941—1947, p. 123
(курсив мой.— В. С.).

49 Ibidem.

50 См.: Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 520.

51 См.: Советско-американские отношения... Документы. М.,
1984, т. 2, с. 259.

52 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 5, p. 225.

53 Ibid., p. 230.

54 Ibid., p. 242-243.

35 Bryant A. Triumph in the West. 1943—1945. Based on the Dia-
ries and Autobiographical Notes of Field Marshal the Viscount
Alanbrooke. London, 1959, p. 242.

66 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 2,
с. 60.

57 Цит. по: История Великой Отечественной войны Советского
Союза, т. 4, с. 233. <

58 Woodward L. British Foreign Policy... London, 1971, vol. 3,
p. 161.

69 Public Record Office, Cab. 65/45.

60 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 234—235.

61 Public Record Office, Cab. 65/45.

62 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 252, 460.

63 См. там же, с. 253—255. .

61 Внешняя политика Советского Союза,,, Документы, т. 2,
с. 155. .

65 См. там же, с. 157—159*
68 См.: Документы... советско-польских отношений. М., 1974, т. 8;
с. 156—157?

67 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1, с. 288.

68 Roosevelt and Churchill. Their Secret Wartime Correspondence,
p. 554.

69 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1, с. 191.

70 См. там же, с. 298.

71 См.: История второй мировой войны, т. 9, с. 71.

72 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1, с. 302.

73 См. там же, с. 295, 298, 302.

74 Там же, с. 303.

75 См.: История СССР с древнейших времен до наших дней. М.,
1973, т. 10, с. 511-512.

76 См.: История второй мировой войны, т. 9, с. 71—72.

77 См.: Документы... советско-польских отношений, т. 8, с. 255.

78 Public Record Office, Cab. 65/47 (курсив мой.—В. С.).

79 Эрман Дж. Большая стратегия. Август 1943 — сентябрь 1944,
с. 376—377.

80 Parkinson R. A Days March Nearer Home. The War History
from Alamein to VE Day Based on the War Cabinet Papers of
1942 to 1945. London, 1974, p. 352.

81 Clemens D. S. Yalta. New York, 1970, p. 69.

82 См.: Документы... советско-польских отношений, т. 8, с. 271—
272.

83 Churchill W. S. The Second World War. London, 1954, vol. 6,
p. 205.

84 Clemens D. S. Yalta, p. 26 (курсив мой.—В. С.).

83 См.: История дипломатии, т. 4, с. 497.

86 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 3, p. 228.

87 См.: Документы и материалы по истории советско-чехосло-
вацких отношений. М., 1981, т. 4, кн. 1, с. 347.

88 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 2, p. 595—598.

89 См.: Советско-чехословацкие отношения... Документы, с. 132—
134.

90 Там же, с. 160—162.

91 Там же, с. 164—165.

92 См.: Очерк истории Коммунистической партии Чехословакии.
М., 1979, с. 221—222, 225.

93 Gottwald К. Sbornik stati a projevu. 1949—1950. Praha, 1951,
s. 137.

94 См.: Советский Союз и борьба народов Центральной и Юго-
Восточной Европы за свободу и независимость. 1941—1945.
М., 1978, с. 116,120.

95 Внешняя политика Советского Союза... Документы, т, 1,
с. 379.
96

100

101

102

103

104

105

106

107

108

109

110

111

112

113

114

115

116

117

118

119

120

121

122

Броз Тито И. Избранные статьи и речи. М., 1973, с. 148.

См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 2,
с. 359.

Там же, т. 2, с. 272.

См.: Гиренко Ю. С. Советско-югославские отношения (стра-
ницы истории). М., 1983, с. 115—116.

См.: Советский Союз на международных конференциях пе-
риода Великой Отечественной войны 1941—1945 гг., т. 3. Кон-
ференция представителей СССР, США и Великобритании в
Думбартон-Оксе (21 августа — 28 сентября 1944 г.). Сборник
документов. М., 1978, с. 102—106, 109 (далее — Конференция
в Думбартон-Оксе).

См. там же, с. 144—145.

См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 2,
с. 79. -

См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 2,
с. 161.

Там же, с. 167.

История Коммунистической партии Советского Союза, т. 5,
кн. 1, с. 559.

См.: Конференция в Думбартон-Оксе, с. 128,143.

См. там же, с. 149.

См. там же, с. 229—242.

Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 2,
с. 47—48.

См.: Севостьянов Г. Н., Уткин А. И. США и Франция в годы
войны. 1939—1945. Из истории взаимоотношений. М., 1974,
с. 355-358.

Clemens D. S. Yalta, р. 42.

Gaulle Ch. de. Memoires de Guerre. Paris, 1959, t 3. Le Salut.
1944-1946, p. 54-55.

См.: Советско-французские отношения... Документы. M.,
1983, т. 2, с. 158, 162, 164—165.

См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 333—334; т. 2, с. 181.

См.: Советско-французские отношения... Документы, т. 2,
с. 179.

Там же, с. 187.

См. там же, с. 197, 200.

См. там же, с. 171.

См. тажгже, с. 209—210.

См. там' же, с. 165, 169, 177,196.

См. там же, с. 202. Обмен представителями состоялся в кон-
це декабря 1944 г. ,

См.: Молчанов Н. Н. Генерал де Голль. М., 1980, с. 262—263.
123 Советско-французские отношения... Документы, т. 2, с. 215.

124 Там же, с. 221.

125 Мэтлофф М. От Касабланки до «Оверлорда», с. 567, 573.

Глава VI

1 См.: Самсонов А. М. Крах фашистской агрессии. 1939—1945.
М., 1980., с. 603.

2 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 348-349.

3 Там же, с. 349—350.

4 Clemens D. S. Yalta, р. 80.

5 См.: История второй мировой войны. М., 1979, т. 10, с. 38.

8 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 353.

7 Там же, т. 2, с. 195.

8 Там же, т. 1, с. 355. Черчилль в своих воспоминаниях пишет,
что русские совершили благородный поступок, «ускорив свое
широкое наступление несомненно за счет тяжелых жертв»
(Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 244).

9 См.: История второй мировой войны, т. 10, с. 83, 85—86.

10 См.: Советско-американские отношения... Документы, т. 2,
с. 234.

11 Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 558—559.

12 The Diaries of Edward R. Stettinius, jr. 1943—1946. New York,
1975, p. 216.

13 Ibid., p. 217.

14 Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 297.

15 Public Record Office, Prem. 3/473, vol. 7.

18 Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 298.

17 The Meaning of Yalta. Baton Rouge, 1956, p. 52.

18 Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 352.

19 FRUS. The Conferences at Malta and Yalta. 1945. Washington,
1955, p. 95 (курсив мой,—В. С.).

20 См.: Советский Союз на международных конференциях пе-
риода Великой Отечественной войны 1941—1945 гг., т. 4.
Крымская конференция руководителей трех союзных дер-
жав— СССР, США и Великобритании (4—11 февраля 1945 г.).
Сборник документов. М., 1979, с. 53—56 (далее — Крымская
конференция).

21 См. там же, с. 57—58.

22 Там же, с. 265.

23 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 5, p. 272.

24 См.: Крымская конференция, с. 71—72.

25 См. там же, с. 266, 277—278.
26 Gm.: Советско-американские отношения... Документы, т. 2,
с. 289.

27 FRITS. The Conferences at Malta and Yalta. 1945, p. 512.

28 Крымская конференция, с. 65, 67, 68 (курсив мой.—В. С.).

29 Там же, с. 65—68.

30 Там же, с. 68—69,

См. там же, с. 277. 19 марта 1945 г. в Форин оффисе был
подготовлен меморандум, в котором были изложены схемы
возможного расчленения Германии на три, четыре или пять
государств (Rothwell V. Britain and the Cold War. 1941—
1947, p. 44).

82 См. там же, с. 64, 66—67, 69.

33 Stettinius E. R. Roosevelt and the Russians. The Yalta Confe-
rence, p. 81.

34 См.': Крымская конференция, с. 76,115.

35 Там же, с. 77.

36 Там же, с. 81.

87 Там же, с. 215.

38 Stettinius Е. R. Roosevelt and the Russians. The Yalta Confe-
rence, p. 263—264.

39 Крымская конференция, с. 81.

40 См. там же, с. 278—279.

41 См.: Советско-американские отношения... Документы, л. 1,
с. 382.

42 См. там же, с. 476.

43 FRUS. 1944. Washington, 1966, vol. 4, р. 1041—1042, 1063—1064.

44 Ibid., р. 951.

45 Ibid., р. 997.

46 См.: Советско-американские отношения... Документы, т. 2,
с. 146.

47 Levering R. В. American Opinion and the Russian Alliance.
1939—1945. Chapel Hill, 1976, p. 159.

48 Herring G. C., Jr. Aid to Russia 1941—1946, Strategy Diplo-
macy, the Origins of the Cold War. New York, 1973, p. 289.

49 Ibid., p. 291.

50 Stettinius E. R. Roosevelt and the Russians. The Yalta Confe-
rence, p. 120.

51 FRUS. The Conferences at Malta and Yalta. 1945, p. 315.

52 Ibid., p. 319.

53 The Diaries of Edward R. Stettinius, p. 216.

84 FRUS. The Conferences at Malta and Yalta. 1945, p. 310—311.

55 Ibid., p. 313.

56 Ibid., p. 324.

57 Ibid., p. 610.
68 Э. Стеттиниус отмечает, что эта заинтересованность была
видна в ходе всех его переговоров по этому вопросу с совет-
скими представителями (Stettinius Е. R. Roosevelt and the
Russians. The Yalta Conference, p. 148—149).

59 Clemens D. C. Yalta, p. 217.

60 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 2, с. 183»
Послание было получено Сталиным 14 декабря 1944 г,

61 Крымская конференция, с. 88.

62 Там же, с. 94.

63 См. там же, с, 120.

64 Там же, с. 121.

65 См. там же, с. 120—121.

66 Там же, с. 123. Британский военный кабинет, рассматривая
8 февраля этот вопрос, решил согласиться с предоставлением
УССР и БССР мест в международной организации безопас-
ности. При этом констатировалось, что Британскай империя
будет представлена в ней шестью членами (Public Record Of-
fice, Cab. 65/51). Кроме того, в Лондоне считали, что латино-
американские государства будут ориентироваться в этой орг
ганизации на США. Черчилль писал в связи с этим о «ла-
тиноамериканском хвосте» США (Woodward L. British Fo-
reign Policy..., vol. 5, p. 297).

67 См. там же, с. 132—134, 274.

68 Там же, с. 175.

69 The Eden Memoirs. The Reckoning, p. 513.

70 Leahy W. D. I Was There. New York, 1950, p. 314 (курсив
мой.— В. С.). .

71 The Diaries of Edward R. Stettinius, p. 211.

72 Dallek R. Franklin D. Roosevelt and American Foreign Policy,
p. 536—537 (курсив мой.— В. С.).

73 См.: Крымская конференция, с. 267, 274—275.

74 См. там же, с. 156.

75 Organization of American Relief in Europe 1918—1919. Cali-
fornia, 1943, p. 177.

76 FRUS. The Conferences at Malta and Yalta. 1945, p. 107—
108.

77 Ibid., p. 103.

78 Kolko G. The Politics of War, p. 31—33.

79 FRUS. 1944, vol. 4, p. 815. •

80 Fleming D. F. The Cold War and Its Origins. London, 1961,
vol. 1, p. 210.

81 FRUS. The Conferences at Malta and Yalta. 1945, p. 97—98.

82 Ibid., p. 94. . : _.

83 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 5, p. 267—268.

84 FRUS. The Conferences at Malta and Yalta. 1945,’ p. 102.
85 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 5, p. 269.

80 Крымская конференция, с. 187.

87 См. там же, с. 187, 192, 195, 214

88 См. там же, с. 277,

89 Там же, с. 267—268.

90 Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 320.

91 Английский историк В. Ротуэлл отмечает, что польское эми-
грантское правительство было «списано со счетов» (Roth-
well V. Britain and the Cold War. 1941—1947, p. 174).

92 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 3, p. 246.

93 Ibid., p. 248—249.

94 Public Record Office, Cab. 65/51.

95 FRUS. The Conferences at Malta and Yalta. 1945, p. 230—235.

96 Clemens D. S. Yalta, p. 176.

97 См.: Крымская конференция, с. 97—98,

98 Там же, с. 98—99.

99 См. там же, с. 99—101.

100 Там же, с. 126.

101 См. там же, с. 151—152.

102 См. там же, с. 153—154 (курсив мой.—В. С.),

103 Там же, с. 167—168.

104 Там же, с. 173—174.

105 См. там же, с. 177, 178,

108 См. там же, с. 194—195,198, 208,

107 См. там же, с. 127.

108 См. там же, с. 213.

109 См. там же, с. 269—270.

110 The Eden Memoirs, the Reckoning, p. 514.

111 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 3, p. 271.

1,2 Public Record Office, Cab. 65/51.

113 Stettinius E. R. Roosevelt and the Russians. The Yalta Confe-
rence, p. 303.

114 См.: Крымская конференция, с. 172,

115 См. там же, с. 165.

116 См. там же, с. 270.

117 См. там же, с. 216—217.

118 См. там же, с. 282.

119 FRUS. The Conferences at Malta and Yalta. 1945, p. 362.

120 Ibid., p. 369.

121 См.: Советско-американские отношения... Документы, т. 2,
с. 272-273.

122 FRUS. The Conferences at Malta and Yalta. 1945, p. 383.

128 Ibid., p. 369.

124 Ibid., p. 830.
125 См.: Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 585. Stimson Н. L.
and Bundy М. On Active Service in Peace and War. New York,
1948, p. 618-619.

126 Deane J. R. The Strange Alliance, p. 225.

127 Stettinius E. R. Roosevelt and the Russians. The Yalta Confe-
rence, p. 90.

128 См.: Крымская конференция, с. 140.

129 Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 341.

130 См.: Крымская конференция, с. 273—274.

,3* См.: Эрман Дж. Большая стратегия. Октябрь 1944 — август
1945, с. 117.

132 Stettinius Е. R. Roosevelt and the Russians. The Yalta Confe-
rence, p. 306.

133 Крымская конференция, с. 271.

134 См.: Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 588.

135 Там же, т. 2, с. 578.

136 См.: Сосинский С. Б. Акция «Аргонавт» (Крымская конфе-
ренция и ее оценка в США). М., 1970. t

137 Stettinius Е. R. Roosevelt and the Russians. The Yalta Confe-;
rence, p. 295—303.

138 De Santis H. The Diplomacy of Silence, p. 132—133.

139 Clemens D. S. Yalta, p. 288, 290.

Шервуд P. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 588.

141 Congressional Record, 79th . Congress, 1st Session, vol. 91,
part 2, p. 1618—1622.

142 Public Record Office, Cab. 65/51.

143 Bohlen Ch. Witness to History, p. 200.

Глава VII

1 См.: Эйзенхауэр Д. Крестовый поход в Европу. М., 1980,
с. 438, 442.

2 См.: История второй мировой войны, т. 10, с. 254.

3 См.: Иванов Р. Ф. Дуайт Эйзенхауэр. М., 1983, с. 106.

4 Roosevelt and Churchill. Thier Wartime Correspondence,
p. 699.

5 Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 409.

6 Эйзенхауэр Д. Крестовый поход в Европу, с. 453.

7 История второй мировой войны, т. 10, с. 254,

8 Fleming D. F. The Cold War and Its Origins, vol. 1, p. 169.

9 Times, 1954, November 24.

10 Хаффнер С. Самоубийство германской империи. M., 1972,
с. 91.

n Churchill W. S. The Second World War, vol, 6, p. 400,
12 См.: Советско-американские отношения... Документы, т. 2,
с. 327, 328.

13 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 467; FRUS. 1945. Washington, 1968, vol. 3, р. 723, 725, 731.

14 См.; Советско-американские отношения... Документы, т. 2,
с. 338-339.

15 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 2, с. 221,
223; подробнее см.: Розанов Г. Л. Уже не секретно. М., 1981,
с; 96—99.

io Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 389.

17 Ibid., p. 391.

18 Эрман Дж. Большая стратегия. Октябрь 1944 —август 1945,
с. 152 (курсив мой.— В. С.).

19 См.: Дзелепи Э. Секрет Черчилля (К третьей мировой вой-
не —1945...). М., 1975, с. 78—87.

20 См.: Мельников Д., Черная Л. Преступник № 1. М., 1981,
с. 412.

21 Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 464.

22 История дипломатии, т. 4, с. 629.

23 Поскольку немецкие представители согласились на безого-
ворочную капитуляцию, слово «перемирие» было впоследст-
вии исключено (Погъю Ф. С. Верховное командование. М.,
1959, с. 498).

24 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 5, p. 396.

25 Ibidem.

26 См.: Эрман Дж. Большая стратегия. Октябрь 1944 —август
1945, с. 163.

27 См.: Погью Ф. С. Верховное командование, с. 497—498.

28 См.: Дзелепи Э. Секрет Черчилля, с. 138.

29 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 5, p. 396.

30 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы. М.,
1947, т. 3, с. 261-262.

31 Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 442.

32 См.: Эрман Дж. Большая стратегия. Октябрь 1944 — август
1945, с. 160.

33 См. там же, с. 157—158, 160.

34 Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 3, с. 44.

35 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 2, с. 247.

36 См.: История второй мировой войны, т. 12, с. 168, 200.

7 См.: История Великой Отечественной войны Советского Сою-
за. 1941—1945. М., 1965, т. 6, с. 48.

38 См.: История социалистической экономики СССР. В 7-ми т.
М., 1978, т. 5, с. 540, 546.

9 См.: Громыко А. А. Внешняя экспансия капитала. История и
современность. М.; 1982, с. 197.
49 См.: Вознесенский Н. А. Военная экономика СССР в период
Отечественной войны. М., 1948, с. 70.

41 Herring G. С., jr. Aid to Russia 1941—1946, p. XV, 75.

42 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 3,
с. 273—281 (курсив мой.-* В. С.)*

43 FRUS. 1945. Washington, 1967, vol, 5, р. 827-828.

44 См.: Советско-американские отношения... Документы, т. 2,
с. 358.

45 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 3,
с. 186,189.

46 FRUS. 1945, vol. 5, р. 235.

47 The Diaries of Edward R. Stettinius, p. 317—318,

48 FRUS. 1945, vol. 5, p. 253 (курсив мой.—В. С.).

49 Ibid., р. 252—255.

50 Ibid., р. 256—258.

61 Harriman W. A. and Abel E. Special Envoy to Churchill an(l
Stalin, p. 453—454 (курсив мой.— В, С.).

52 Fleming D. F. The Cold War and Its Origins, vol. 1, p. 268.

53 MacNeil N. An American Peace. New York, 1944, p. 264.

54 The Diaries of Edward R. Stettinius, p. 333 (редакторский ком-
ментарий).

55 Ibid., p. 356.

58 Ibid., p. 358.

57 Herring G. C., jr. Aid to Russia 1941—1946, p. 289.

58 См.: Крылов С. Б. История Организации Объединенных На-
ций. М:, 1960, с. 74.

59 См»: Рощин А. А. Конференция в Сан-Франциско 1945 г. Из
воспоминаний советского дипломата.— Новая и новейшая
история, 1978, № 1, с. 71; № 2, с. 97; FRUS. 1945. Washington,
1967, vol. 1, р. 390, 393.

60 См.: Советский Союз на международных конференциях пе-
риода Великой Отечественной войны 1941—1945 гг., т. 5. Кон-
ференция Объединенных Наций в Сан-Франциско (25 апре-
ля—26 июня 1945 г.). Сборник документов. М., 1980, с. 122—
124 (далее — Конференция в Сан-Франциско),

61 См. там же, с. 123.

62 Там же, с. 428—429.

63 Там же, с. 511.

64 Там же, с. 608.

65 См. там же, с. 586.

66 Stettinius Е. R. Roosevelt and the Russians. The Yalta Confe-
rence, p. 296.

67 Bohlen Ch. Witness to History, p. 159.

68 См.: Конференция в Сан-Франциско, с. 285.

69 Woodward L. British Foreign- Policy..., vol. 3/ p. 276.
70 См.: Борисов А. Ю. США и СССР. Союзники в годы войны.
1941—1945. М., 1983, с. 143.

71 Roosevelt and Churchill. Their Secret Wartime Correspondence,
p. 671 (курсив мой.—В. С.).

72 Ibid., р. 685 (курсив мой —В. С.).

™ Ibid., р. 689.

74 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 2,
с. 215-218.

75 См. там же, с. 226—227.

76 Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 424—425.

77 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 2,
с. 230-232.

78 См.: Документы... советско-польских отношений, т. 8, с. 413.

79 См. там же, с. 414—416.

80 Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 429.

81 Алпровиц Г. Атомная дипломатия. М., 1968, с. 54—55 (курсив
мой.— В. С.).

82 Truman Н. S. Memoirs. New York, 1955, vol. 1, p. 87 (курсив
мой.— В. С.).

83 Foreign Affairs, 1957, N 2, p. 347.

84 Daniels J. The Man of Independence. New York, 1950, p. 226
(курсив мой.— В. С.).

85 Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 613—614.

86 См. там же, с. 620—622.

87 Советско-американские отношения... Документы, т. 2, с. 404—
411. Американский историк Г. Колко отмечает, что главной
целью поездки Г. Гопкинса в Москву было получение под-
тверждения о готовности СССР вступить в войну против
японских агрессоров (Kolko G. The Politics of War, p. 422).

88 Шервуд P. Рузвельт и Гопкинс, т. 2, с. 635.

®9 Public Record Office, Prem. 3/473, vol. 7 (курсив мой.—В. С.).
0 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 3,
с. 155—156.

91 240* ^‘оветско~чехослова11^ие отношения... Документы, с. 237—

92 См. там же, с. 229—236.

93 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 3,
с. 309-310.

* Тай же, с. 165—166.

9б См. там же, с. 175—178.

См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
87 с. 423—424, 435—436; т. 2, с. 252—254, 260.

Великий Октябрь и революции 40-х годов в странах Цен-
98 тральной и Юго-Восточной Европы. М., 1977, с. 129.

15 лет народной Албании. М., 1959, с. 17.
99 См.: Коммунист, 1975, № 7, с. 50—54.

100 См.: Советско-болгарские отношения и связи, т. 2, с. 75—76.

101 См.: Антосяк А. В. В боях за свободу Румынии. М., 1974,
с. 202.

102 См.: Советский Союз и борьба народов Центральной и Юго-
Восточной Европы за свободу и независимость. 1941—
1945 гг., с. 257.

103 См. там же, с. 380.

104 См.: Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. 1,
с. 427; т. 2, с. 255-256, 260—261.

105 См. там же, т. 1, с. 429; т. 2, с. 258-259, 266-267.

106 Подробнее см.: Социализм и международные отношения. М.,
1975, с. 115.

Глава VIII

1 FRUS. The Conference of Berlin. 1945. Washington, 1960,
vol. 1, p. 8—9.

2 McNeill W. H. America, Britain and Russia, p. 583.

3 Советско-английские отношения... Документы, т. 2, с. 385—
389.

4 FRUS. The Conference of Berlin. 1945, vol. 1, p. 67, 71, 74, 77.

6 Mee Ch. L. Meeting at Potsdam. New York, ,1975, p. 38 (кур-
сив мой.—В. С.). Как накануне второй мировой войны бри-
танские правящие круги в своих империалистических инте-
ресах провоцировали конфликт между СССР и Германией,
так теперь они начали провоцировать конфликт между СССР
й США.

3 Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 581—582.

7 Трухановский В. Г. Антони Иден. М., 1983, с. 251.

8 Bryant A. Triumph in the West. 1943—1946, p. 469—470.

9 Mee Ch. L. Meeting at Potsdam, p. 21 (курсив мой.— В. С.).

10 Leahy W. D. I Was There, p. 382 (курсив мой.—В. С.).

11 De Santis H. The Diplomacy of Silence, p. 155.

12 Donovan R. F. Conflict and Crisis. The Presidency of Harry S.
Truman, p. 72 (запись в дневнике Дж. Дэвиса от 21 мая
1945 г.).

13 Bryant A. The Triumph in the West. 1943—1946, p. 478 (кур-
сив мой.— В. С.).

14 FRUS. The Conference of Berlin, 1945. Washington, 1960, vol. 2,
p. 1373.

13 Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 547-548.

18 FRUS. The Conference of Berlin, 1945, vol. 1, p. 30—31, 160—
161, 290,

17 Ibid., p. 199 (курсив мой,— В. С.).
18 Советский Союз на международных конференциях периода
Великой Отечественной войны 1941—1945 гг., т. 6. Берлин-
ская (Потсдамская) конференция руководителей трех союз-
ных держав — СССР, США и Великобритании (17 июля —
2 августа 1945 г.). Сборник документов. М., 1980, с. 44, 306—
307 (далее — Берлинская (Потсдамская) конференция),

19 См. там же, с. 460.

29 См. там же, с. 61.

21 См. там же, с. 484.

22 См. там же, с. 462—465.

23 См. там же, с. 260, 312, 339, 435, 464, 465.

24 См. там же, с. 414.

25 Крымская конференция, с. 22—23.

28 Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 3, с. 45.

27 FRUS. The Conference of Berlin. 1945, vol. 1, p. 50.

28 Murphy R. D. Diplomat among Warriors. New York, 1964,
p. 269—270; Leahy W. D. I Was There, p. 389, 390, 428.

29 Kennan G. F. Memoirs. 1925—1950. Boston, 1967, p. 258 (кур-
сив мой.— В. С.).

30 См.: История Коммунистической партии Советского Союза.
М., 1980, т. 5, кн. 2, с. 8.

31 Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 251 (курсив
мой — В. С). Западногерманский автор В. Мариенфельд ха-
рактеризовал сумму советских репарационных претензий в
10 млрд, долларов как «вполне понятную и в высшей степе-
ни законную», если «соразмерить её с масштабом военных
опустошений в России» (Marienfeld W. Konferenzen fiber
Deutschland. Hannover, 1963, S. 196).

32 См.: Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 152, 210, 219,
238—243.

33 Там. же, с. 152.

34 Мее Ch. L. Meeting at Potsdam, p. 127, 163.

35 См.: Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 489—490.

36 См. там же, с. 322, 468—470.

37 См. там же, с. 162, 471.

38 См. там же, с. 463, 471.

39 См. там же, с. 38.

40 См. там же, с. 63, 318—319.

41 См. там же, с. 472.

42 Там же, с. 331—332.

43 См. там же, с. 117—119.

44 Мее Ch. L. Meeting at Potsdam, p. 158.

45 Churchill W. S. The Second World War, vol. 6, p. 581.

46 Truman H. S. Memoirs, vol. 1, p. 416.
* См.: Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. М., 1983, т. 3,
с. 316.

48 Truman Н. S. Memoirs, vol. 1, р. 420.

49 Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 197; Мее Ch. L.
Meeting at Potsdam, p. 203.

60 Советско-английские отношения... Документы, т. 2, с. 416.

81 Byrnes J. F. Speaking Frankly. New York, 1947, p. 79.

62 См.: Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 417; FRUS.
The Conference of Berlin. 1945, vol. 2, p. 480, 257.

53 См.: Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 247, 257.

84 FRUS. The Conference of Berlin. 1945, vol. 2, p. 489.

65 См.: Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 473, 476.

86 См. там же, с. 46—47.

87 Мее Ch. L. Meeting at Potsdam, p. 97 (курсив мой.—В. С.).

88 Woodward L. British Foreign Policy..., vol. 3, p. 478, 482—488.

89 Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 46—47, 180—181,
316-318.

60 FRUS. The Conference of Berlin. 1945, vol. 1, p. 360—361.

61 Fleming D. F. Cold War and Its Origins, vol. 1, p. 290.

62 См.: Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 97, 100—101.

63 Там же, с. 330.

64 FRUS. The Conference of Berlin. 1945, vol. 2, p. 151.

68 См.: Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 102, 172,176,
179, 191, 225-226.

66 См. там же, с. 184, 249.

67 См. там же, с. 107,149, 474.

68 См. там же, с. 473—474.

89 Feis Н. Between War and Peace. The Potsdam Conference.
Princeton, 1967, p. 259.

70 См.: Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 360—361.

71 Feis Н. Between War and Peace. The Potsdam Conference,
p. 289, 300 (курсив мой.—В. С.).

72 См.: Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 477,

78 Murphy R. Diplomat among Warriors, p. 279.

74 Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 323,

75 Там же, с. 475.

76 Там же, с. 196—198.

77 См. там же, с. 376.

78 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 3,
с. 370-371

79 См.: Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 472,

80 Grew G. С. The Turbulent Era, vol. 2, p. 1468.

81 Leahy W. D. I Was There, p. 383.

82 Bohlen Ch. Witness to History, p. 229»
83 Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 43 (курсив
мой.— В. С ).

84 FRUS. The Conference of Berlin. 1945, vol. 2, p. 319—320.

88 Ibid., p. 397.

86 Mee Ch. L. Meeting at Potsdam, p. 93; Truman H. S. Memoirs,
vol. 1, p. 411.

87 Deane J. R. The Strange Alliance, p. 267.

88 Важнейшие решения. M., 1964, с. 338.

89 Leahy W. D. I Was There, p. 410; FRUS. The Conference of
Berlin, 1945, vol. 1, p. 915; vol. 2, p. 115.

90 Truman H. S. Memoirs, vol. 1, p. 382; FRUS. The Conference of
Berlin. 1945, vol. 2, p. 342, 1311, 1463.

91 См.: Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 30; FRUS.
The Conference of Berlin. 1945, vol. 2, p. 345—353, 1327—1328.

92 FRUS. The Conference of Berlin. 1945, vol. 2, p. 408-417.

83 Mee Ch. L. Meeting at Potsdam, p. 238; Кузнец Ю. Л. От Перл-
Харбора до Потсдама. Очерк внешней политики США. М.,
1970, с. 309. Впоследствии английский военный историк
Б. Лиддел Гарт писал, что «не было никакой действительной
необходимости применять такое оружие, под мрачной тенью
которого мир продолжает жить до сих пор» {Лиддел Гарт Б.
Вторая мировая война. М., 1976, с. 649).

94 Мее Ch. L. Meeting at Potsdam, p. 239, 240.

95 FRUS. The Conference of Berlin. 1945, vol. 2, p. 1174—1176.

96 Mee Ch. L. Meeting at Potsdam, p. 242—243.

97 См.: Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 218, 382—
384.

98 См. там же, с. 524.

99 Public Record Office, Prem. 3/430/7; FRUS. The Conference of
Berlin. 1945, vol. 2, p. 1587.

100 Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 524.

101 Public Record Office, Prem. 3/430/8.

102 См.: Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 222.

103 Мее Ch. L. Meeting at Potsdam, p. 111.

104 См.: Внешняя политика Советского Союза... Документы, т. 3,
с. 362—363. Еще 5 апреля 1945 г. Советское правительство де-
нонсировало договор о нейтралитете с Японией от 13 апреля
1941 г. (см. там же, с. 166).

105 Подробнее см.: Сиполс В. Я. Дипломатическая борьба нака-
нуне второй мировой войны. М., 1979, с. 45—48, 137—150.

106 Василевский А. М. Дело всей жизни. М., 1983, с. 513.

107 См.: История второй мировой войны. М., 1980, т. И, с. 182,
184, 197.

108 The Meaning of Yalta, p. 33.
109 См.: История второй мировой войны, т. 11, с. 6.

110 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 41, с. 80.

111 Берлинская (Потсдамская) конференция, с. 300,

Заключение

1 См.: Сборник сообщений Чрезвычайной государственной ко-
миссии о злодеяниях немецко-фашистских захватчиков. М.,
1946, с. 429.

2 Правда, 1984, 17 июня.
Оглавление

Предисловие 5

Глава 1

СОВЕТСКАЯ ДИПЛОМАТИЙ В НАЧАЛЕ ВЕЛИКОЙ ОТЕ-
ЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ 9

Задачи советской внешней политики —13. Позиция Вели-
кобритании и США в отношении СССР —16. Советско-
английское соглашение (12 июля 1941 г.) — 27. Визит в
Москву Г. Гопкинса — 34. Присоединение СССР к Атлан-
тической хартии — 42. Московская конференция о воен-
ных поставках — 46. Вопрос об открытии второго фрон-
та — 52. Недовольство Советского правительства позицией
Англии — 62. СССР и эмигрантские правительства окку-
пированных стран — 66. Отношения с южными соседя-
ми — 70. Советский Союз и милитаристская Япония — 79.

Глава II

ЗАВЕРШЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ КОАЛИЦИИ СССР, ВЕ-
ЛИКОБРИТАНИИ И США 85

Внешнеполитическое значение разгрома немецко-фашист-
ских войск под Москвой — 86. Визит в Москву А. Идена —
88. Декларация Объединенных наций (1 января 1942 г.) —
98. Советско-английский союзный договор (26 мая
1942 г.) — 106. Переговоры о втором фронте — 115. Совет-
ско-американское соглашение (И июня 1942 г.) —130.

СССР и Сражающаяся Франция — 133. Черчилль в Москве:
в 1942 г. второго фронта не будет —135. Недостойная иг-
ра Черчилля и Рузвельта вокруг поставок —143.

Глава III

СОВЕТСКАЯ ДИПЛОМАТИЯ В УСЛОВИЯХ КОРЕННОГО
ПЕРЕЛОМА В ВОЙНЕ 159

Решающая фаза коренного перелома в войне —160. Меж-
дународное положение СССР после Сталинградской бит-
вы —162. Английские планы антисоветского сговора с
Турцией —172. Отказ Англии и США открыть второй
фронт в 1943 г. — 176. После Курской битвы — 188. СССР
и вопросы послевоенного мирного урегулирования —196.
Глава IV

ТЕГЕРАНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ 209

Московская конференция министров иностранных дел
трех держав — 211. Накануне конференции в Тегеране —
219. Открытие Тегеранской конференции. Вопрос о вто-
ром фронте — 225. Послевоенное устройство Германии —
233. Польский вопрос —236. Международная организация
безопасности. Колониальный вопрос — 238. Декларация
трех держав об Иране — 240.

Глава V

ГОД 1944-й. ОСВОБОДИТЕЛЬНАЯ МИССИЯ 243

Подписание перемирия с Финляндией — 248. Разгром мо-
нархо-фашистской Румынии — 252. Меры СССР по выводу
из войны Болгарии — 257. Поражение в войне фашист-
ской Венгрии — 260. Вопрос об обращении с Германией —
262. Вопрос о будущем Польши — 269. Советско-чехосло-
вацкие отношения — 279. СССР и новая Югославия — 283.

Выработка основ Устава ООН — 287. Договор о союзе меж-
ду СССР и Францией (10 декабря 1944 г.) — 291,
Глава VI

КРЫМСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ 299

Обстановка на фронтах в начале 1945 г. — 300. Начало
конференции — 304. Вопрос о скорейшем разгроме агрес-
соров—308. Германский вопрос —309. Вопрос об амери-
канских кредитах Советскому Союзу — 316. Создание
международной организации безопасности — 320. Декла-
рация об освобожденной Европе — 325. Польский во-
прос — 331. Югославский вопрос — 341. Конвенция о про-
ливах — 342. СССР и японские агрессоры — 343.

Глава VII

ПОБЕДА НАД ГЕРМАНИЕЙ 355

Окончание войны в Европе —356. «Жесткий курс» Тру-
мэна в отношении СССР — 370. Конференция в Сан-Фран-
циско. Выработка Устава ООН —375. Урегулирование во-
проса о польском правительстве — 382. Советский Союз и
народно-демократическая Чехословакия — 390. Советско-
югославский договор о взаимопомощи (11 апреля
1945 г.) — 391. Становление советско-албанских отноше-
ний — 393. Отношения СССР с Болгарией, Румынией и
Венгрией— 394.
Глава VIII

БЕРЛИНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ 403

Накануне конференции — 404. Открытие конференции.

Процедура мирного урегулирования — 410. Германские
проблемы — 412. Польские проблемы — 419. Политика в
отношении Италии, Румынии, Болгарии, Венгрии и Фин-
ляндии — 425. Вопрос о судоходстве по Дунаю — 433. От-
ношение к фашистской Испании — 434. Сохранение Ан-
глией германских воинских формирований — 435. Вопрос
об оккупации Австрии — 436. Проблема окончания войны
на Дальнем Востоке — 436. Победа над японскими агрес-
сбрами — 443.

Заключение

Примечания

450

455
Вилнис
Янович
Сиполс

НА ПУТИ
К ВЕЛИКОЙ
ПОБЕДЕ
Советская
дипломатия
в 1941—1945 гг,

Заведующий редакцией

А. В. Никольский

Редактор

Н. В. Попов

Младшие редакторы

‘ В. А. Зотова,

К. О. Меликян

Художник

Г. Д. Расторгуев

Художественный редактор

Е. А. Андрусенко

Технический редактор

Ю. А. Мухин

ИБ № 3414

Сдано в набор 24.08.84.

Подписано в печать 03.12.84. А00221.

Формат 70Х108*/з2. Бумага типографская Яо 1.

Гарнитура «Обыкновенная новая».

Печать высокая. Усл. печ. л. 23,10.

Усл. кр.-отт. 24,85. Уч.-изд. л. 23,62,
Тираж 100 тыс. экз. Заказ 4794.

Цена 1 р. 80 к.

Политиздат.

125811, ГСП, Москва, А-47,Миусская пл., 7<

Ордена Ленина
типография «Красный пролетарий».

103473, Москва, И-473,

Краснопролетарская, 16,
РОДИ НА" МАТЬ
ЗОВЕТ!

Плакат И. Тоидзе.

Июнь 1941 г.

Парад

на Красной площади
7 ноябпя 1941 г.
Подписание
советско-английского
соглашения о совместных
действиях в войне
против Германии.

Москва, 12 июля 1941 г.
Ст. Криппс, И. В. Сталин,
В. М. Молотов.

«1. Оба правительства взаимно
обязуются оказывать друг другу
помощь и поддержку всякого рода
в настоящей войне

против гитлеровской Германии»

(из текста соглашения).
Подписание
протокола
конференции
представителей
СССР, США
и Великобритании.
Москва,
1 октября 1941 г.

«Конференция... вынесла

важные решения

в соответствии с поставленными
перед нею целями и

продемонстрировала

полное единодушие и наличие

тесного сотрудничества трех великих
держав в их общих усилиях

по достижению победы...»

(из коммюнике о конференции).
Подписание
советско-английского
договора о союзе в войне
и о сотрудничестве
и взаимной помощи
после войны.

Лондон,

26 мая 1942 г.

предупреждения о смоем немеремжи прекретмть его
ддветме

В смдееельстло чего еывеиеэданные йодмошочные
предетавмтеяя поалжсдад и&стздщгй Договор « врало-
«•*« к нему сю» печете.

У «имея » Домдоме * 2-< вжземвллрад не русском
енгллДсша вашем 26 ш 1942 год».

Ом геште амипг омнекофм селу.
\1OWHT NOW,

Плакат,
призывающий
к безотлагательному
открытию
второго
фронта.

Нью-Йорк,
июль 1942 г.

Народ
Великобритании
выступает
в поддержку
Советского
Союза.
Обсуждение
вопроса
об открытии
второго фронта.
Карикатура
Бор. Ефимова.
Московская
конференция
министров
иностранных дел
СССР, США
и Великобритании.
Октябрь 1943 г.
Сталинградская битва —
начало коренного
перелома в войне.
Церемония передачи
почетного меча —
дара короля Великобритании
Георга VI
гражданам Сталинграда
в ознаменование героической
обороны города.

Тегеран, 29 ноября 1943 г.
Здание посольства
СССР в Тегеране,
где проходила конференция
руководителей СССР,
США и Великобритании.
Ноябрь — декабрь
1943 г.
И. В. Сталин,
ф. Рузвельт
и У. Черчилль
на Тегеранской
конференции.

Советская
государственная
граница
восстановлена.

Плакат

«Освободим Европу

от цепей фашистского рабства!».
Освободительная
миссия

Красной Армии
в Европе.

Восторженная встреча
советских войск
жителями
Бухареста.
Жители Софии
приветствуют
Красную Армию.
Советские
и югославские воины
на улицах Белграда.
Подписание
советско-французского
договора о союзе
и взаимной помощи.
Москва,
10 декабря 1944 г.
Заседание
Европейской
консультативной
комиссии.

Председательствует
советский представитель
Ф. Т. Гусев.

Лондон, 1944 г.
Ливадийский
дворец (Ялта),
где проходила
Крымская конференция
руководителей СССР,
США и Великобритании
в феврале 1945 г.

Во время конференции
американская делегация
размещалась
в Ливадийском дворце,
английская —

в бывшем Воронцовском
Дворце в Алупке,
советская — в Кореизе.
IX.

ЕДИНСТВО В ОРГАНИЗАЦИИ МИРА, КАК И В ВЕДЕНИИ ВОЙНЫ.

Наше совещание в Крыму вновь подтвердило нашу общую
ранимость сохранить и усилить в предстоящий мирный период то
единство целей и действий, которое сделало в современной вой
не победу возможной и несомненной для Соединенных Наций. Мы
верим, что это является священным обязательством наших Прави-
тельств перед своими народами, а также перед народами мира.

Только при продолжающемся и растущем сотрудничестве и
взаимопонимании между нашими тремя странами и между всеми
миролюбивыми народами может быть реализовано высшее стрем-
ление человечества - прочный и длительный мир, который должен,
как говорится в Атлантической Хартии, * обеспечить такое поло-
жение, при котором все люди во всех странах могли бы шить
всю свою жизнь, не зная ни страха, ни нужды*.

Победа в этой войне и образование предполагаемой между-
народной организации предоставят самую большую возможность
во всей истории человечества для создания в ближайшие годы
важнейших условий такого мира.
И- В. Сталин
и Ф. Рузвельт
во время
Крымской
конференции.

Последняя страница
документа
«Конференция
руководителей
трех союзных держав —
Советского Союза,
Соединенных
Штатов Америки
и Великобритании
в Крыму»,
подписанного
И. В. Сталиным,
Ф. Рузвельтом
и У. Черчиллем
И февраля 1945 г.

«Все близкие советники президента
возражали против его поездки
в Россию... они никак не могли понять,
почему президент Соединенных Штатов
должен исколесить весь свет,
чтобы встретиться со Сталиным.

Но я считал этот довод
неосновательным»
(Г. Гопкинс).
Манифестация
населения Варшавы
по случаю подписания
советско-польского
договора.

Апрель 1945 г.

Салют

в честь Победы."
Рейхстаг,
май 1945 г.

Подписание акта
о безоговорочной
капитуляции
германских
вооруженных сил.
Берлин, 8 мая 1945 г.

У поверженной
фашистской
эмблемы.

Берлин,
май 1945 г.

«Мы, нижеподписавшиеся,
действуя от имени германского
Верховного командования,
соглашаемся на безоговорочную
капитуляцию всех наших
вооруженных сил...

Верховному Главнокомандованию
Красной Армии
и одновременно Верховному
Командованию Союзных
экспедиционных сил».
Конференция
в Сан-Франциско.

25 апреля —

26 июня 1945 г.

Э. Стеттиниус передает

А. А. Громыко молоточек
председателя
конференции.
Глава
советской
делегации

А. А. Громыко
подписывает
Устав ООН.
Дворец Цецилиенхоф,
где проходила Берлинская конференция
руководителей СССР,
США и Великобритании
в июле — августе 1945 г.
Заседание *

военных представителей
СССР и США
26 июля 1945 г.

И. В. Сталин, Г. Трумэн,

К. Эттли (сидят),

В- М. Молотов, Дж. Бирнс,
Э. Бевин, У. Леги (стоят).
Представитель СССР
К. Н. Деревянко
подписывает акт
о капитуляции Японии.
2 сентября 1945 г.

«Настоящим мы заявляем
о безоговорочной капитуляции
союзным державам японского
императорского генерального штаба,
всех японских вооруженных сил...»
(из акта о капитуляции Японии).