Удивительно проницательная книга двух
выдающихся исследователей о реальной
природе бедности.
АМАРТИЯ СЕН,
лауреат Нобелевской премии
и профессор экономики
Гарвардского университета
Абхиджит Банерджи и Эстер Дюфло
обращаются ко множеству отдельных
наблюдений и экспериментов, чтобы показать, как
бедное население беднейших стран на
самом деле справляется со своими
проблемами - что известно бедным, чего они
хотят (или не хотят), чего ожидают для себя
и других и как осуществляют доступный им выбор. Становится очевидным,
что существует множество возможностей для одержания маленьких, но
значимых побед, некоторых при помощи частных, а некоторых - общественных
действий, которые вместе способны значительно улучшить положение
бедных и даже запустить процесс полного искоренения мировой бедности. Я был
очарован и убежден.
РОБЕРТ СОЛОУ,
лауреат Нобелевской премии и профессор экономики
Массачусетского технологического института
Эту книгу должны обязательно прочесть все, кому небезразлична мировая
бедность. Уже много лет мне не приходилось читать книги, которая могла бы
научить столь многому. «Экономика бедных» представляет лучшее, что может
предложить современная экономическая наука.
СТИВЕН Д. ЛЕВИТТ,
автор «Фрикономики» и профессор экономики
Чикагского университета
ИЗДАТЕЛЬСТВО
ИНСТИТУТА
ГАЙДАРА

Abhijit Banerjee and
Esther Duflo
Poor
Economies
A Radical Rethinking
of the Way to Fight
Global Poverty

Абхиджит Банерджи
и Эстер Дюфло
Экономика
бедных
Радикальное переосмысление
способов преодоления
мировой бедности
Перевод с английского
Максима Маркова
под научной редакцией
Дениса Кадочникова
ИЗДАТЕЛЬСТВО ИНСТИТУТА ГАЙДАРА
МОСКВА • САНКТ-ПЕТЕРБУРГ • 2021

РЕДАКЦИОННЫЙ СОВЕТ
СЕРИИ «НОВОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ МЫШЛЕНИЕ»
Автономов B.C. (НИУ ВШЭ), Ананьин О.И. (НИУ ВШЭ),
Анашвили В. В. (РАНХиГС), Болдырев И. А. (Университет
им.Гумбольдта, Берлин), Заманьи С. (Болонский университет),
Кламер А. (Университет им. Эразма Роттердамского),
Кудрин А. Л. (СПбГУ), Макклоски Д. (Университет Иллинойса,
Чикаго), May В.А. (РАНХиГС), Нуреев P.M. (НИУ ВШЭ),
Погребняк A.A. (СПбГУ), Расков Д. Е. (СПбГУ),
Широкорад Л.Д. (СПбГУ)
Банерджи, А., Дюфло, Э.
Экономика бедных. Радикальное переосмысление
способов преодоления мировой бедности [Текст]/Абхиджит
Банерджи и Эстер Дюфло; пер. с англ. М.Маркова; под науч.
ред. Д. Кадочникова. — Москва : Издательство Института
Гайдара; Санкт-Петербург : Факультет свободных искусств
и наук СПбГУ, 2021. —4^4 с-
ISBN 978-5-93255-614-6
Правительства развитых стран выделяют на борьбу с мировой
бедностью миллиарды долларов, в этой сфере работают тысячи
благотворительных организаций и НПО. Однако в основном вся
эта деятельность руководствуется непроверенными
обобщениями в лучшем случае и вредными заблуждениями —в худшем.
Банерджи и Дюфло одними из первых в экономике развития стали
применять рандомизированные контролируемые исследования.
Основанная на этих принципах работа ведется —под
руководством Лаборатории по борьбе с бедностью при Массачусетском
технологическом институте—в десятках стран. На протяжении
всей книги авторы подчеркивают, что жизнь бедных просто не
похожа на жизнь всех остальных, она гораздо более рискованна и
лишена тех подушек безопасности и преимуществ, которыми обычно
располагают более обеспеченные люди.
Poor Economics: A Radical Rethinking of the Way to Fight
Global Poverty
Copyright © 2019 by Abhijit V. Banerjee and Esther Duflo
All rights reserved
© Издательство Института Гайдара, 202i

СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие • 9
Глава 1. Думайте еще и еще • vj
ЧАСТЬ I. ЧАСТНЫЕ ЖИЗНИ
Глава 2. Миллиард голодных людей? • 45
Глава 3- Простые средства для лучшего
(глобального) здравоохранения? • 83
Глава 4- Лучшие ученики • 133
Глава 5- Большая семья Пака Сударно • i86
ЧАСТЬ II. ИНСТИТУТЫ
Глава 6. Босоногие менеджеры хедж-фондов • 235
Глава 7- Мужчины из Кабула и евнухи из Индии:
(не столь) простая экономика кредитования
бедных • 272
Глава 8. Накопление по кирпичику • З11
Глава 9- Предприниматели поневоле • 346
Глава ю. Политика и политики • 391
Вместо однозначного заключения • 444
Благодарности • 454

Нашим матерям,
Нирмале Банерджи
и Виолен Дюфло

Предисловие
Эстер было шесть лет, когда она прочитала в
комиксе о матери Терезе, что город, который тогда
назывался Калькутта1, был настолько переполнен,
что каждому человеку оставалось для жизни всего
ю квадратных футов. Перед ее мысленным взором
предстала огромная шахматная доска, состоящая
из клеток 3x3 фута, на которой как бы сгрудились
люди-пешки. Но что же с этим делать, она даже
не представляла.
Когда Эстер наконец приехала в Калькутту, ей
было 24 года и она была аспиранткой Массачусет-
ского технологического института. Глядя в окно
такси по дороге в город, она испытывала легкое
разочарование. Всюду, куда бы она ни посмотрела, было
пустое пространство —деревья, островки травы,
пустые тротуары. Где же все страдания, так ярко
изображенные в комиксе? Куда подевались эти люди?
В шесть лет Абхиджит уже знал, где обитают
бедные. Они жили в маленьких ветхих хижинах позади
его дома в Калькутте. Казалось, что у их детей всегда
было много свободного времени для игр и они
могли победить его в любом виде спорта. Когда он
спускался вниз, чтобы поиграть с ними в шарики, они
1. В 2001 году официальное написание Калькутты латинскими
буквами было изменено с англизированной формы
Calcutta на Kolkata, что ближе соответствует произношению
этого названия на бенгальском языке. —Прим.. пер.
9

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
всегда оказывались в карманах их драных шорт.
Он завидовал.
Подобное стремление свести проблему
бедности к набору клише присутствовало всегда.
Бедняки появляются как в социальной теории, так и в
художественной литературе поочередно ленивыми
или предприимчивыми, благородными или
вороватыми, злыми или пассивными, беспомощными
или самодостаточными. Нет ничего
удивительного в том, что политические позиции,
соответствующие этим представлениям о бедных, также имеют
тенденцию выражаться в простых формулах:
«свободные рынки для бедных», «верните правам
человека их значение», «сначала разрешите
конфликты», «предоставьте больше денег беднейшим»,
«иностранная помощь убивает развитие» и тому
подобных. Все эти идеи содержат важные
элементы истины, но они редко оставляют много места
для обычных бедных женщин или мужчин с их
надеждами и сомнениями, ограничениями и
стремлениями, верованиями и заблуждениями. Если
бедные и появляются, то обычно в качестве
драматических персонажей какого-нибудь
возвышенного анекдота или трагического эпизода, вызывающие
восхищение или жалость, но не как источник
знаний, не как люди, с которыми можно
посоветоваться о том, что они думают, хотят или делают.
Слишком часто экономику бедных ошибочно
принимают за бедную экономику. Поскольку
бедные владеют очень малым, предполагается, что в их
экономическом существовании нет ничего
интересного. К сожалению, подобное заблуждение серьезно
подрывает борьбу с глобальной бедностью — простые
проблемы порождают простые решения.
Территория политики борьбы с бедностью усеяна
обломками мгновенных чудес, которые оказались не столь
ю

ПРЕДИСЛОВИЕ
волшебными. Прогресс в этой сфере требует,
чтобы мы отказались от привычки смотреть на бедных
как на персонажей мультфильмов и нашли время,
чтобы действительно понять их жизнь во всей ее
сложности и богатстве. Последние 15 лет мы
пытались делать именно это.
Мы являемся учеными и, подобно
большинству ученых, формулируем теории и анализируем
данные. Но характер работы, которую мы делаем,
означает, что также мы проводили целые месяцы
на протяжении многих лет в полевых
исследованиях, взаимодействуя с активистами НПО
(неправительственных организаций) и правительственными
чиновниками, медиками и работниками
микрофинансовых организаций. Поиск данных и ответов
на вопросы заводил нас в глухие переулки и
деревни, туда, где живут бедные. Эта книга не была бы
написана, если бы не доброжелательность тех
людей, которых мы там встретили. К нам всегда
относились как к гостям, хотя чаще всего мы приходили
без приглашения. На наши вопросы отвечали
терпеливо, даже когда в них было мало смысла; нам
рассказали много историй2.
Вспоминая эти истории и анализируя
полученные данные, мы, вернувшись в свои кабинеты, были
одновременно очарованы и смущены, пытаясь
вписать услышанное и увиденное в простые модели,
которые (часто западные или обученные на Западе)
специалисты в области экономики развития и те,
кто отвечает за разработку политики, традиционно
применяли для анализа жизни бедных. Чаще
всего вес доказательств заставлял нас пересматривать
или даже отказываться от предварительно приня-
2. Во всей книге мы используем коллективное «мы» всякий раз,
когда интервью брал хотя бы один из нас.
11

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
тых теорий. Но мы старались не делать этого до тех
пор, пока не приходило точное понимание, почему
эти теории не работают и как приспособить их к
лучшему описанию мира. Эта книга является
результатом подобного взаимообмена; она представляет
собой нашу попытку связать воедино данные и теории,
чтобы рассказать последовательную историю о
жизни бедных людей.
Наше внимание сосредоточено на беднейших
жителях мира. В среднем уровень бедности в тех
50 странах, где живет большинство бедных,
составляет i6 индийских рупий на человека в день3. Люди,
3- При определении бедности мы, прежде всего, следуем этой
работе: Angus Deaton and Olivier Dupriez, "Purchasing
Power Parity Exchange Rates for the Global Poor," American
Economic Journal: Applied Economics, vol.3, no. 2 (April 2011):
137-166. Как мы узнаем, насколько необходимо
скорректировать цены, чтобы отразить стоимость жизни в
другой валюте? В 2005 году в рамках координируемой
Всемирным банком Программы международных
сопоставлений (International Comparison Program —ICP) был собран
всеобъемлющий набор данных о ценах. Дитон и Дюпри
использовали их для расчета стоимости корзины товаров,
обычно потребляемых бедными во всех бедных странах,
по которым у них есть данные. Затем они, использовав
индийскую рупию в качестве эталона, сравнили
индексы цен в Индии и Соединенных Штатах, чтобы
выразить значение черты бедности в американских долларах,
скорректированных по паритету покупательной
способности. Ими было предложено значение черты бедности
i6 рупий на человека в день как среднее по тем 50
странам, где проживает подавляющее большинство бедных,
взвешенное по числу бедных в этих странах. После
этого они использовали обменный курс,
скорректированный на индексы цен в Индии и Соединенных Штатах,
чтобы преобразовать i6 рупий в доллары, в результате
чего получилось 99 центов. На протяжении этой
книги мы приводим все цены в местной валюте и в долларах
2005 года с поправкой на паритет покупательной
способности (ППС), используя данные Дитона и Дюпри. Та-
12

ПРЕДИСЛОВИЕ
которые живут на меньшие средства, считаются
правительствами своих стран бедными. По текущему
курсу i6 рупий соответствуют 36 американским
центам. Но поскольку цены в большинстве
развивающихся стран ниже, то, если бы бедные действительно
покупали необходимые им продукты по
американским ценам, им пришлось бы потратить больше —
99 центов. Поэтому, чтобы понять жизнь бедных,
вы должны представить себе, что вам приходится
жить в Майами или Модесто с 99 центами в день
почти на все ваши повседневные нужды (исключая
жилье). Это непросто —в Индии, например, на
эквивалентную сумму можно купить 15 маленьких бана-
нов или."дколо^ фунтов некачественного риса.
Можно ли на это прожить? И тем не менее в 2005 году
во всем мире именно так жили 865 млн человек
£13% населения планеты).
Это поразительно, но даже настолько бедные
люди почти во всем похожи на нас. У нас
одинаковые желания и слабости; бедные не менее
рациональны, чем кто-либо другой, — даже наоборот.
Именно потому, что у них так мало денег, мы
часто видим, как они тщательно обдумывают свой
выбор, так как для выживания они должны вести себя
как самые искушенные экономисты. И все же наши
жизни так же различны, как ликер и лакрица. И это
во многом связано с теми аспектами нашей
собственной жизни, которые мы принимаем как должное
и о которых почти не задумываемся.
Жизнь на 99 центов в день означает, что у вас есть
ограниченный доступ к информации (газеты, те-
ким образом, цена всего, что упоминается в книге,
напрямую масштабируется до уровня жизни бедных (например,
если что-то стоит з доллара США по ППС, то это
примерно в три раза выше черты бедности).
13

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
левидение и книги стоят денег), и поэтому вы
часто просто не знаете определенных фактов,
которые остальной мир воспринимает как данность,
например, что вакцина может спасти вашего ребенка
от кори. Это означает жить в мире, институты
которого не созданы для таких, как вы. Большинство
бедных не получают заработной платы и, разумеется,
из их доходов не делаются пенсионные отчисления.
Это означает, что вам приходится принимать
решения, когда условия написаны мелким шрифтом, а вы
не способны прочитать правильно даже крупный
шрифт. Что делать тому, кто не умеет читать, с
медицинской страховкой, которая не покрывает
множество непроизносимых заболеваний? Это
означает, что на избирательный участок вы придете, имея
за плечами только политический опыт
невыполненных обещаний. Это означает, что вам негде
безопасно хранить ваши сбережения, потому что банку
невыгодно возиться со столь мелкими суммами. Этот
список можно продолжать бесконечно.
Таким образом, бедным требуется гораздо
больше навыков, силы воли и решимости, чтобы
максимально использовать свой талант и обеспечить
будущее своих семей. И наоборот, небольшие издержки,
низкие барьеры и маленькие ошибки, которым
большинство из нас почти не уделяют внимания, в их
жизни играют значительную роль.
Нелегко вырваться из нищеты, но ощущение
возможности и немного целенаправленной помощи
(чуть-чуть информации, небольшой толчок) иногда
могут иметь удивительно значимые последствия.
С другой стороны, неуместные ожидания,
отсутствие веры там, где она необходима, и кажущиеся
незначительными препятствия могут оказаться
разрушительными. Если нажать на правильный
рычаг, то это может иметь огромное значение, но часто
Ч

ПРЕДИСЛОВИЕ
бывает трудно понять, где находится этот рычаг.
Прежде всего, ясно, что ни один рычаг сам по себе
не способен решить все проблемы.
«Экономика бедных» — это книга об очень
богатой экономической теории, которая возникает в
результате понимания экономической жизни бедных.
Это книга о таких теориях, которые помогают нам
выяснить, чего могут достичь бедные и где и по
какой причине они нуждаются в толчке. Каждая
глава в этой книге описывает процесс поиска,
направленного на обнаружение стоящих перед бедными
преград и способов их преодоления. Мы
начинаем с важнейших аспектов семейной жизни
людей: что они покупают, что они делают для
обучения своих детей, как они следят за своим здоровьем
или здоровьем своих детей или родителей,
сколько детей они хотят иметь и так далее. Затем мы
перейдем к описанию того, как рынки и институты
работают для бедных: могут ли они занимать,
сберегать, страховать себя от тех рисков, с которыми
сталкиваются? Что делают для них правительства
и когда они их подводят? На протяжении всей
книги мы возвращаемся к одним и тем же основным
вопросам. Есть ли у бедных возможности улучшить
свою жизнь и что мешает им сделать это? Что
труднее — начать или продолжить? С чем связаны
затраты на выход из бедности? Понимают ли люди
природу доступных им преимуществ? Если нет,
то почему ее трудно узнать?
В конечном итоге эта книга о том, что жизнь и
выбор самих бедных говорят нам о способах борьбы
с глобальной бедностью. Они помогают нам понять,
например, почему микрофинансирование полезно,
но не стало тем чудом, на которое некоторые
надеялись; почему бедные часто не обращаются за
медицинской помощью, которая приносит им больше
15

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
вреда, чем пользы; почему дети бедных могут
ходить в школу год за годом и ничего не узнавать;
почему бедные не хотят получить медицинское
страхование. И они показывают, почему неудачной идеей
оказалось так много предлагавшихся в прошлом
магических средств. В книге также
рассказывается о том, что внушает надежду: почему
символические субсидии могут иметь не только символические
последствия; как улучшить рынок страхования;
почему в образовании меньшее может быть лучшим;
почему для роста имеют значение хорошие рабочие
места. Но прежде всего, эта книга объясняет,
почему надежда столь необходима, а знание критически
важно, почему мы должны продолжать
предпринимать попытки, даже если проблемы выглядят
непреодолимыми. Успех не всегда так далек, как кажется.

ГЛАВА 1
Думайте еще и еще
КАЖДЫЙ год cj млн детей умирают, не дожив
до своего пятого дня рождения1. Женщина
в Африке к югу от Сахары имеет один шанс
из зо умереть во время родов, а в развитом мире —
всего один шанс из 5600. Существует по меньшей
мере 25 стран, большинство из которых
расположены к югу от Сахары, где средний человек, как
ожидается, проживет не более 55 лет- Только в Индии
более 50 млн детей, посещающих школу, не могут
прочитать самый простой текст2.
Именно такой абзац может побудить вас закрыть
эту книгу и захотеть забыть обо всей этой
мировой нищете —проблема кажется слишком большой,
слишком неразрешимой. Наша цель —убедить вас
этого не делать.
Недавно в Пенсильванском университете был
проведен эксперимент, который хорошо иллюстрирует,
как легко нас может подавить масштаб проблемы3.
Исследователи платили студентам по 5 долларов
1. United Nations, Department of Economic and Social Affairs,
The Millennium Development Goals Report (2010).
2. Pratham Annual Status of Education Report 2005: Final Edition,
available at http://scripts.mit.edu/~varun_ag/readinggroup/
images/i/14/ASER.pdf.
3. Deborah Small, George Loewenstein, and Paul Slovic, "Sympathy
and Callousness: The Impact of Deliberative Thought on
Donations to Identifiable and Statistical Victims,"
Organizational Behavior and Human Decision Processes 102 (2007): 143-153.
17

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
за прохождение простого опроса. Затем они
показывали им листовку и предлагали сделать
пожертвование Save the Children, крупнейшей международной
благотворительной организации. Листовки были
двух типов. Одним (случайно выбранным)
студентам показывали листовки со следующим текстом:
Нехватка продовольствия в Малави затрагивает
более з млн детей; в Замбии из-за сильного
дефицита осадков производство кукурузы с 2000 года
сократилось на 42%- В результате, по
оценкам, з млн замбийцев сталкиваются с голодом;
4 млн ангольцев — треть населения — были
вынуждены покинуть свои дома; более и млн
человек в Эфиопии нуждаются в немедленной
продовольственной помощи.
На листовке, которую показали другим студентам,
были помещены фотография маленькой девочки
и следующие слова:
Рокия, семилетняя девочка из Мали, Африка,
отчаянно бедна и сталкивается с угрозой
сильного голода или даже голодной смерти. Ее жизнь
изменится к лучшему в результате вашего
финансового дара. При вашей поддержке, а также
поддержке других заботливых спонсоров, Save
the Children будет работать с семьей Роки и и
другими членами общины, чтобы помочь накормить
ее, обеспечить ей образование, а также базовое
медицинское обслуживание и знания о гигиене.
Первая листовка собрала в среднем i,i6 доллара
с каждого студента. Вторая листовка, в которой
бедственное положение миллионов было показано
на примере бедственного положения одной девочки,
собрала 2,83 доллара. Студенты, похоже, были
готовы взять на себя некоторую ответственность за по-
18

ДУМАЙТЕ ЕЩЕ И ЕЩЕ
мощь Рокии, но, столкнувшись с масштабами
глобальной проблемы, они были обескуражены.
Некоторым другим студентам, также
выбранным случайно, снова показали те же самые
листовки, но сначала им рассказали, что люди с большей
вероятностью жертвуют деньги, если им сообщить
о конкретной жертве, а не предоставить общую
информацию. Те, кому, предупредив таким образом,
показали листовку о Замбии, Анголе и Мали, дали
примерно столько же, как и в первом случае — в
среднем по 1,26 доллара. Но те, кому после этого
предупреждения показали вторую листовку, о Рокии, дали
в среднем только 1,36 доллара — меньше половины
того, что пожертвовали их товарищи без
предупреждения. Призыв задуматься побудил студентов
быть менее щедрыми к Рокии, но не более щедрыми
ко всем остальным в Мали.
Реакция этих студентов типична для
большинства из нас, когда мы сталкиваемся с такими
проблемами, как бедность. Наше первое побуждение —
быть щедрыми, особенно перед лицом опасности,
угрожающей семилетней девочке. Но, как и
студенты Пенсильванского университета, задумавшись,
мы часто приходим к выводу, что в этом нет
никакого смысла — наш вклад окажется всего лишь
«каплей в ведре», и это ведро, скорее всего,
протекает. Эта книга приглашает вас подумать еще и еще—
и отказаться от ощущения, что борьба с бедностью
представляет слишком грандиозную задачу, начать
думать об этом вызове как о наборе конкретных
проблем, которые, будучи правильно определены и
поняты, могут быть решены поочередно.
К сожалению, дебаты о бедности обычно
строятся не так. Вместо того чтобы обсуждать, как лучше
бороться с диареей или лихорадкой денге, многие
из самых громогласных экспертов, как правило, за-
19

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
циклены на «больших вопросах» такого рода: какова
конечная причина бедности? Насколько мы должны
доверять свободному рынку? Хороша ли для бедных
демократия? Может ли иностранная помощь
сыграть свою роль? И так далее.
У Джеффри Сакса, советника Генерального
секретаря ООН, директора Института Земли
Колумбийского университета в Нью-Йорке и одного из таких
экспертов, есть ответы на все эти вопросы. Бедные страны
бедны, потому что они жаркие, бесплодные,
зараженные малярией, часто не имеющие выхода к морю.
Все это затрудняет производительную деятельность
без первоначальных крупных инвестиций, которые
помогли бы им справиться с этими эндемичными
проблемами. Но они не могут оплатить такие
инвестиции, именно потому, что они бедны, —эти страны
попали в ситуацию, которую экономисты называют
«ловушкой бедности». Пока что-то не будет сделано
с их проблемами, ни свободный рынок, ни
демократия не слишком им помогут. Вот почему
иностранная помощь играет ключевую роль—она может
запустить благотворный цикл, помогая бедным странам
инвестировать в эти важнейшие области и сделать их
более продуктивными. В результате более высокие
доходы будут генерировать дальнейшие инвестиции
и благоприятная спираль будет развиваться. J^cbo-
ем бестселлере 2005 года, книге «Конец бедности»4,
Сакс доказывает, что если богатый мир будет выделять
К)5 млрд долларов иностранной помощи в год в
течение 20 лет, с 2005 по 2025 год, то бедность может быть
полностью ликвидирована к концу этого периода.
4- Jeffrey Sachs, The End of Poverty: Economic Possibilities for Our Time
(New York: Penguin Press, 2005); Джеффри Сакс, Конец
бедности. Экономические возможности нашего времени (Москва:
Издательство Института Гайдара, 20и).
20

ДУМАЙТЕ ЕЩЕ И ЕЩЕ
Но есть и другие, не менее красноречивые
эксперты, которые считают, что все ответы Сакса неверны.
Уильям Истерли, который возражает Саксу из Нью-
Йоркского университета на другом конце Манхэт-
тена, стал после публикации двух книг, «В поисках
роста» и «Бремя белого человека»5, одним из самых
влиятельных общественных деятелей, выступающих
против помощи бедным странам. К этой позиции
недавно присоединилась экономист Дамбиза Мойо,
ранее работавшая в Goldman Sachs и во Всемирном
банке, опубликовав книгу «Смертельная помощь»6. Оба
эти автора утверждают, что помощь приносит больше
вреда, чем пользы. Иностранная помощь мешает
людям искать свои собственные решения, одновременно
^коррумпируя и подрывая местные институты, а так-
жёЪэздавая бессменных лоббистов вокруг агентств
по оказанию помощи. Лучше всего, если бедные будут
опираться: на одну ггрбстую истину—при свободных
рынках и правильных стимулах люди способны
самостоятельно решить свои проблемы. Они не
нуждаются в "подачках ни от иностранцев, ни от своих
правительств. В этом смысле пессимисты помощи на
самом деле весьма оптимистичны в отношении того,
как устроен мир. Согласно Истерли, ловушек
бедности не существует.
Кому мы должны верить? Тем, кто говорит нам,
что помощь может решить проблему? Или тем, кто
5- William Easterly, The White Man's Burden: Why the West's Efforts
to Aid the Rest Have Done So Much III and So Little Good (Oxford:
Oxford University Press, 2006); William Easterly, The
Elusive Quest for Growth: Economists' Adventures and Misadventures
in the Tropics (Cambridge: MIT Press, 2001); Уильям
Истерли, В поисках роста. Приключения и злоключения
экономистов в тропиках (Москва: ИКСИ, 2оо6).
6. Dambisa Moyo, Dead Aid: Why Aid Is Kot Working and How There Is
a Better Way for Africa (London: Allen Lane, 2009).
21

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
говорит, что от нее становится только хуже? На эти
вопросы нельзя ответить абстрактно — нам нужны
доказательства. Но, к сожалению, тот тип данных,
который обычно используется для ответа на
большие вопросы, не внушает доверия. Никогда не
бывает недостатка в убедительных анекдотах, и среди них
всегда можно выбрать хотя бы один, который
поддержит любую позицию. Руанда, например,
получила много денег в качестве помощи сразу после
окончания геноцида и стала процветать. Теперь, когда ее
экономика находится в хорошем состоянии,
президент Пол Кагаме начал постепенно отучать страну
от зарубежной помощи. Следует ли рассматривать
Руанду как пример того, что помощь может
принести пользу (как предполагает Сакс), или как
образец самостоятельности (как утверждает Мойо)?
Или верны оба ответа?
Отдельные примеры, такие как Руанда, не могут
послужить основой для общих выводов. Поэтому
большинство исследователей, пытающихся ответить
на большие философские вопросы, предпочитают
сравнения нескольких стран. Например, данные
по двум сотням стран мира показывают, что те
страны, которые получили больше помощи, развивались
не быстрее остальных. Это часто
интерпретируется как свидетельство того, что помощь не
работает, но на самом деле это может означать и обратное.
Возможно, помощь помогла этим странам избежать
еще большей катастрофы и без помощи все было бы
гораздо хуже. Мы просто не знаем, а лишь
спекулируем в большом масштабе.
Но если действительно нет никаких свидетельств
за или против помощи, то что нам делать —
предоставить бедных собственной судьбе? К счастью,
для такого пораженчества тоже нет оснований.
22

ДУМАЙТЕ ЕЩЕ И ЕЩЕ
На самом деле ответы существуют —действительно,
вся эта книга написана в форме развернутого ответа,
просто эти ответы не столь широкомасштабны,
чтобы их одобрили Сакс или Истерли. Эта книга не
скажет вам, хороша или плоха помощь, но она скажет,
принесла ли помощь какую-то пользу или нет в тех
или иных конкретных случаях. Нам нечего сказать
об эффективности демократии в целом, но мы
можем рассказать о том, можно ли сделать
демократию более эффективной в сельских районах
Индонезии, изменив ее организацию на местах, —и таких
примеров много.
В любом случае неясно, насколько важны
ответы на некоторые из этих больших вопросов,
например работает ли иностранная помощь. В
Лондоне, Париже или Вашингтоне вопрос о помощи
очень важен для тех, кто страстно желает помочь
бедным (а также для тех, кто, не имея такой
страсти, не хочет платить за помощь). Но на самом деле
иностранная помощь образует лишь очень малую
часть тех средств, которые тратятся на бедных
каждый год. Большинство программ, ориентированных
на бедных людей, финансируются из собственных
средств этих стран. Индия, например, практически
не получает никакой помощи. За 2004-2005
бюджетный год она потратила полтриллиона рупий
(31 млрд долларов США по ППС)7 только на
программы начального образования для бедных. Даже
в Африке, где иностранная помощь играет
гораздо более важную роль, в 2003 году она составляла
7- Везде в этой книге, когда мы представляем сумму в местной
валюте страны, мы приводим также ее скорректированный
на стоимость жизни эквивалент в американской валюте,
то есть в долларах США по ППС (паритету покупательной
способности —см. примечание з в Предисловии).
23

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
лишь 5,7% от общего объема государственных
расходов (12%, если исключить Нигерию и Южную
Африку—две большие страны, которые получают очень
мало помощи)8.
Что еще более важно, бесконечные дискуссии
о положительных и отрицательных сторонах
иностранной помощи, то есть о том, откуда берутся
деньги, зачастую отвлекают наше внимание от того,
что действительно имеет значение, — куда эти
деньги направляются. Прежде всего необходимо
решить, проекты какого типа больше всего
нуждаются в финансировании, например, продовольствие
для неимущих, пенсии для пожилых или клиники
для больных, и лишь затем определить, как лучше
реализовать выбранные проекты. Клиники,
например, могут управляться и комплектоваться
разными способами.
Никто из участников обсуждения международной
помощи принципиально не отрицает, что мы
должны помогать бедным, когда это возможно. В этом
нет ничего удивительного. Философ Питер Сингер
пишет о моральном императиве спасения жизней
тех, кого мы не знаем. Отметив, что большинство
людей охотно пожертвуют костюмом за юоо
долларов, если потребуется спасти тонущего в пруду
ребенка9, он доказывает, что не должно быть никакой
разницы между этим тонущим ребенком и 9 млн де-
8. Todd Moss, Gunilla Pettersson, and Nicolas van de Walle, "An Aid-
Institutions Paradox? A Review Essay on Aid Dependency
and State Building in Sub-Saharan Africa," Working
Paper N0.74, Center for Global Development (January 2006).
Тем не менее il стран из 46 получают в виде помощи
более ю% своего бюджета, а и —более 20%.
9- Peter Singer, "Famine, Affluence, and Morality," Philosophy and
Public Affairs 1 (3) (1972): 229-243.
24

ДУМАЙТЕ ЕЩЕ И ЕЩЕ
тей, которые каждый год умирают до своего
пятого дня рождения. Многие также согласятся с Амар-
тией Сеном, экономистом-философом и лауреатом
Нобелевской премии, что бедность ведет к
недопустимой растрате талантов. По словам Сена,
бедность — это не просто нехватка денег; это отсутствие
возможности полностью реализовать свой
человеческий потенциал10. Вероятно, бедная девочка из
Африки будет ходить в школу в лучшем случае всего
несколько лет, даже если она очень умна; эта
девочка, скорее всего, не сможет питаться так, чтобы стать
спортсменкой мирового класса, которой она
могла бы быть, и не получит средств, чтобы начать
бизнес, если у нее есть отличная идея.
Разумеется, тот факт, что девочки из Африки
растрачивают впустую свои жизни, не оказывает,
как правило, никакого прямого воздействия на
людей в развитом мире, но и это может произойти.
Такая девочка может стать ВИЧ-положительной
проституткой и заразить путешествующего
американца, который затем принесет эту болезнь домой.
Или у нее может развиться штамм антибиотикоре-
зистентного туберкулеза, который в конечном
итоге найдет свой путь в Европу. Если бы такие девочки
ходили в школу, то одна из них могла бы изобрести
лекарство от болезни Альцгеймера. Или она
могла бы повторить судьбу Дай Манджу, которая в
подростковом возрасте смогла окончить школу
благодаря банковской ошибке, а потом стала воротилой
большого бизнеса и нанимала на работу тысячи
людей (историю Дай Манджу рассказывают Николас
Кристоф и Шерил Вуданн в своей книге «Половина
10. Amartya Sen, Development as Freedom (New York: Knopf, 1999);
Амартия Сен, Развитие как свобода (Москва: Новое
издательство, 2004).
25

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
небес»)11. И даже если этого не произойдет, что
может оправдать то, что ей не дали шанса?
Основные разногласия обнаруживаются тогда,
когда мы обращаемся к вопросу о наиболее
эффективных способах оказания помощи бедным.
Аргументация Сингера в пользу помощи бедным
подразумевает, что мы знаем, как это сделать. Но
моральный императив испортить свой костюм
гораздо менее убедителен, если человек не умеет плавать.
Вот почему в книге «Жизнь, которую вы можете
спасти» Сингер берет на себя труд предложить
читателям список конкретных примеров, где требуется
помощь, и этот список регулярно обновляется на его
сайте12. Кристоф и Вуданн делают то же самое. Суть
проста — говорить о мировых проблемах, не
упоминая при этом тех или иных доступных решений, так
как это путь к параличу, а не к прогрессу.
Вот почему действительно полезно мыслить
в терминах конкретных проблем, которые могут
иметь конкретные решения, а не иностранной
помощи в целом, говорить о «помощи», а не о
«Помощи». Например, по данным Всемирной организации
здравоохранения (ВОЗ), малярия стала причиной
почти миллиона смертей в 20о8 году, главным
образом африканских детей13. Но нам известно, что об-
и. Nicholas D. Kristof and Sheryl WuDunn, Half the Sky: Turning
Oppression into Opportunity for Women Worldwide (New York:
Knopf, 2009).
12. Peter Singer, The Life Той Can Save (New York: Random House,
2009); Питер Сингер, Жизнь, которую вы можете спасти
(Москва: Такие дела, 20i8); http://www.thelifeyoucansa-
ve.com.
13. См. сводку данных ВОЗ о малярии: http://www.who.int/media-
centre/factsheets/fso94/en/index.html. Заметим, что здесь,
как и во многих других местах книги, мы приводим
официальную международную статистику. Однако следует
26

ДУМАЙТЕ ЕЩЕ И ЕЩЕ
работанные инсектицидами противомоскитные
сетки могли бы помочь спасти многие из этих жизней.
Исследования показали, что в тех районах, где
распространена малярия, применение таких сеток
снижает заболеваемость малярией вдвое14. Вопрос в
данном случае состоит в том, как лучше всего добиться,
чтобы все детские кровати были оборудованы
противомоскитными сетками?
Обеспечить одну семью обработанной
инсектицидами противомоскитной сеткой и научить
домочадцев ею пользоваться можно примерно
за ю долларов. Следует ли правительству или
неправительственной организации предоставлять
родителям бесплатные противомоскитные сетки
или предлагать им купить свои собственные,
возможно, по субсидируемой цене? Или лучше,
чтобы они покупали их на свободном рынке, по
полной цене? Разумеется, у этих вопросов есть ответы,
но они отнюдь не очевидны. Тем не менее многие
«эксперты» отвечают очень уверенно, не опираясь
при этом на фактические данные.
Поскольку малярия заразна, если Мэри спит
под сеткой, у Джона меньше шансов заболеть
малярией — если противомоскитные сетки есть хотя бы
у половины населения, то даже у тех, кто их не
имеет, риска заразиться намного меньше15. Проблема
учитывать, что эти цифры не всегда точны, по многим
вопросам данные, на которых они основаны, являются
неполными или сомнительного качества.
14- Christian Lengeier, "Insecticide-Treated Bed Nets and Curtains
for Preventing Malaria," Cochrane Database of Systematic
Reviews 2 (2004), Art. No. CD000363.
15. William A. Hawley, Penelope A.Phillips-Howard, Feiko O.Ter
Kuile, Dianne J.Terlouw, John M. Vulule, Maurice Ombok,
Bernard L. Nahlen, John E.Gimnig, Simon K. Kariuki, Mar-
garette S. Kolczak, and Allen W. Hightower, "Community-
27

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
в том, что менее четверти детей из группы риска
спят под сетками16. Похоже, что ю долларов — это
слишком много для многих семей в Мали или
Кении. Учитывая преимущества противомоскитных
сеток как для их владельцев, так и для других людей
по соседству, их продажа со скидкой или даже
бесплатная раздача, казалось бы, представляет хорошую
идею. Действительно, за бесплатное
распространение таких сеток выступает, в частности, Джеффри
Сакс. Но Истерли и Мойо возражают против
этого, утверждая, что люди не будут ценить (и,
следовательно, не будут использовать) сетки, если они
получат их бесплатно. И даже если они это сделают,
они могут привыкнуть к подачкам и отказаться
покупать больше сеток в будущем, когда бесплатная
раздача закончится, или отказаться покупать
другие необходимые им вещи, если они не будут
субсидироваться. Это может разрушить хорошо
функционирующие рынки. Мойо рассказывает историю
о том, как программа бесплатного распространения
противомоскитных сеток разорила их поставщика,
а когда программа была прекращена, то оказалось,
что их невозможно достать за любые деньги.
Чтобы пролить свет на эту дискуссию, мы должны
ответить на три вопроса. Во-первых, если людям
придется платить за противомоскитные сетки
полную цену (или, по крайней мере, значительную часть
цены), то не предпочтут ли они обойтись без таких
сеток? Во-вторых, если противомоскитные сетки
будут распространяться бесплатно или по субсидиро-
Wide Effects of Permethrin-Treated Bed Nets on Child
Mortality and Malaria Morbidity in Western Kenya," American
Journal ofTropical Medicine and Hygiene 68 (2003): 121-127.
16. World Malaria report, available at http://www.who.int/malaria/
world_malaria_report_2009/factsheet/en/index.html.
28

ДУМАЙТЕ ЕЩЕ И ЕЩЕ
ванной цене, то будут ли люди ими пользоваться
или деньги будут потрачены впустую? В-третьих,
как повлияет субсидирование противомоскитных
сеток на готовность людей платить за них в будущем,
если оно будет сокращено?
Для ответа на эти вопросы необходимо
проследить поведение сопоставимых групп людей при
различных уровнях субсидирования. Ключевое
слово здесь — «сопоставимые». Как правило, платят
за противомоскитные сетки и получают их
бесплатно разные люди. Возможно, например, что заплатят
за них более обеспеченные и лучше образованные
люди, понимающие их необходимость, и, напротив,
в программу бесплатной раздачи могут быть
намеренно включены самые бедные. Но возможна и
обратная картина —те, кто получил сетки бесплатно,
имеют хорошие связи, тогда как бедные и
изолированные должны платить полную цену. В любом
случае мы не можем сделать никаких выводов из того,
как они использовали свои сетки.
По этой причине, чтобы точно ответить на такие
вопросы, необходимо имитировать
рандомизированные исследования, которые применяются в
медицине для оценки эффективности новых лекарств.
Паскалин Дюпас из Калифорнийского
университета в Лос-Анджелесе провела подобный
эксперимент в Кении, а другие исследователи последовали
ее примеру в Уганде и на Мадагаскаре17. Участники
17. Pascaline Dupas, "Short-Run Subsidies and Long-Run
Adoption of New Health Products: Evidence from a Field
Experiment," draft (2010); Jessica Cohen and Pascaline Dupas,
"Free Distribution or Cost-Sharing? Evidence from a
Randomized Malaria Prevention Experiment," Quarterly Journal
of Economics 125 (1) (February 2010): 1-45; V. Hoffmann,
"Demand, Retention, and Intra-Household Allocation of Free
and Purchased Mosquito Nets," American Economic Review.
29

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
эксперимента Дюпас были случайным образом
отобраны для получения субсидий различного
уровня на покупку противомоскитных сеток.
Сравнивая поведение случайно выбранных эквивалентных
групп, которым предлагались противомоскитные
сетки по разным ценам, она смогла ответить на все
три наших вопроса, по крайней мере для того
контекста, в котором проводился эксперимент.
В третьей главе этой книги мы подробнее
остановимся на выводах Паскалин Дюпас. Несмотря
на то что некоторые вопросы остаются открытыми
(например, результаты экспериментов пока ничего
не говорят нам о том, наносит ли распространение
субсидируемых импортных противомоскитных
сеток ущерб местным производителям), ее результаты
повлияли не только на ход дискуссии, но и на
осуществляемую политику.
Переход от широких общих вопросов к гораздо
более узким имеет еще одно преимущество. Когда
мы узнаем, готовы ли бедные люди платить
деньги за противомоскитные сетки и пользуются ли они
ими, если получают их бесплатно, мы не только
узнаем о том, как лучше распространять
противомоскитные сетки, но и начнем понимать, как бедные
люди принимают решения. Например, что стоит
на пути более широкого внедрения
противомоскитных сеток? Это может быть недостаток
информации об их преимуществах или тот факт, что бедные
люди не могут себе их позволить. Возможно
также, что бедные настолько поглощены проблемами
Papers and Proceedings (May 2009); Paul Krezanoski, Alison
Comfort, and Davidson Hamer, "Effect of Incentives on
Insecticide-Treated Bed Net Use in Sub-Saharan Africa: A
Cluster Randomized Trial in Madagascar," Malaria Journal 9 (186)
(June 27, 2010).
ЗО

ДУМАЙТЕ ЕЩЕ И ЕЩЕ
настоящего, что просто неспособны беспокоиться
о будущем, или же происходит что-то совершенно
другое. Отвечая на эти вопросы, мы начинаем
понимать, что же такого особенного в бедных —живут ли
они так же, как и все остальные, разве что с
меньшим количеством денег, или в жизни в условиях
крайней нищеты есть что-то принципиально иное?
И если это что-то особенное, то не этот ли фактор
удерживает этих людей в ловушке бедности?
Ловушки бедности
Сакс и Истерли не случайно придерживаются
радикально противоположных взглядов на то,
следует ли продавать противомоскитные сетки или
раздавать их бесплатно. Позиции, которые большинство
экспертов из богатых стран занимают по вопросам,
связанным с помощью в целях развития или
борьбы с бедностью, как правило, окрашиваются их
мировоззрением, даже если, как представляется,
существуют конкретные вопросы, на которые должны
быть даны точные ответы, как, например, в случае
с ценой противомоскитных сеток. Несколько
утрируя, можно сказать, что в левой части
политического спектра находится Джеффри Сакс (наряду с ООН,
Всемирной организацией здравоохранения и
значительной частью благотворительных организаций),
который выступает за расширение международной
помощи и вообще считает, что вещи (удобрения,
противомоскитные сетки, школьные компьютеры
и тому подобное) должны раздаваться бесплатно
и что бедных людей необходимо побуждать делать
то, что мы (или Сакс, или ООН) считаем для них
хорошим. Например, дети должны получать
питание в школе, чтобы у родителей был стимул ре-
31

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
гулярно их туда отправлять. Напротив, Истерли,
наряду с Мойо, Американским институтом
предпринимательства и многими другими,
придерживается правых взглядов и выступает против помощи
не только потому, что она развращает
правительства, но и потому, что на более базовом уровне
считает, что мы должны уважать свободу людей — если
они чего-то не хотят, то нет смысла навязывать им
это. Если дети не хотят ходить в школу, то это,
должно быть, потому, что для них нет смысла получать
образование.
Однако нельзя сказать, что различие позиций
непосредственно вытекает из идеологии. И Сакс, и
Истерли являются экономистами, и их взгляды в
значительной степени обусловлены тем, как они отвечают
на следующий экономический вопрос: возможно ли
попасть в ловушку бедности? Сакс, как мы знаем,
считает, что такие ловушки существуют и
некоторые страны попали в них из-за своего
географического положения или невезения — они бедны,
потому что они бедны. У этих стран есть потенциал
стать богатыми, но их нужно вытащить из того
места, где они застряли, и направить на путь
процветания, поэтому Сакс делает акцент на одном большом
толчке. Истерли, напротив, указывает, что многие
страны, которые раньше были бедными, теперь
богаты, и наоборот. Если состояние бедности не
является постоянным, то, как он доказывает, идея ловушки
бедности, в которую неизбежно попадают некоторые
страны, вводит нас в заблуждение.
Подобный вопрос может быть задан и в
отношении отдельных людей. Может ли человек попасть
в ловушку бедности? Если бы это было так, то
единовременная помощь могла бы иметь для жизни
такого человека огромное значение, направив его на
новую траекторию. Именно такая философия лежит
32

ДУМАЙТЕ ЕЩЕ И Е Щ Е . у ^г (_Д^<
в основе проекта «Деревни тысячелетия» Джеффри
Сакса. Жители тех деревень, которым повезло быть
включенными в этот проект, получают бесплатные
удобрения, школьное питание, работающие
поликлиники, компьютеры для школ и многое другое.
Общие затраты составляют полмиллиона долларов
в год на^аждую деревню. Согласно веб-сайту
проекта, надежда заключается в том, что «экономика
деревень тысячелетия сможет перейти от
натурального хозяйства к самостоятельной коммерческой
деятельности»18.
В снятом для MTV видеоролике Джеффри Сакс
и актриса Анджелина Джоли посещают деревню Сау-
ри в Кении, которая была включена в проект
«Деревни тысячелетия» одной из первых. В этой
деревне они встречают Кеннеди, молодого фермера,
которому были предоставлены бесплатные удобрения,
и в результате с его поля был собран в 20 раз больший
урожай, чем в предыдущие годы. В видео сообщается,
что одного только этого урожая хватило бы Кеннеди
на всю жизнь. Имплицитно при этом
подразумевается, что он находился в ловушке бедности и раньше
не мог позволить себе приобрести удобрения. Только
дар благотворительной организации оказался
единственным способом выбраться из этой ловушки.
Однако скептики могли бы возразить следующим
образом —если удобрения действительно так
выгодны, то почему Кеннеди не купил самостоятельно
хотя бы немного, чтобы удобрить наиболее
подходящую часть своего поля? Это повысило бы
урожайность, и, получив дополнительные деньги, на
следующий год он смог бы купить больше удобрений,
и так далее. Мало-помалу он разбогател бы
настолько, что смог бы удобрить все свое поле.
i8. См.: http://www.millenniumvillages.org/.
33

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Так действительно ли Кеннеди находился в
ловушке бедности или нет?
Ответ на этот вопрос зависит от осуществимости
описанной стратегии — покупать немного для
начала, зарабатывать чуть-чуть больше денег, а затем
реинвестировать полученную выручку, чтобы
заработать еще больше. Но, возможно, удобрения нелегко
купить в небольших количествах. Или, возможно,
необходимо осуществить несколько попыток,
прежде чем получить первые результаты. Или есть
проблемы с реинвестированием прибыли. Существует
много трудностей, с которыми может столкнуться
фермер при отсутствии помощи.
К попыткам разобраться в истории Кеннеди мы
еще вернемся в восьмой главе. Сейчас ее обсуждение
нужно нам для того, чтобы увидеть общий принцип —
ловушка бедности возникает всякий раз, когда
возможности для быстрого роста доходов или богатство,
ограничены для тех, у кого слишком мало средств ддя
инвестиций, но резко расширяются для тех, кто может
инвестировать немного больше. С другой стороны,
если потенциал быстрого роста высок среди бедных,
а затем уменьшается по мере того, как человек
становится богаче, то ловушки бедности не существует.
Экономистам нравятся простые (некоторые
сказали бы — упрощенные) теории, и они любят
представлять их в графическом виде. Мы не являемся
исключением. Ниже приведены два графика,
которые, по нашему мнению, хорошо иллюстрируют
дискуссию о природе бедности. Самое важное в этих
графиках, что необходимо запомнить, — это форма
кривых. Мы будем возвращаться к этим формам
несколько раз в книге.
Для тех, кто верит в ловушки бедности, мир
устроен так, как это показано на рис. i. Ваш сегодняшний
34

ДУМАЙТЕ ЕЩЕ И ЕЩЕ
Доход сегодня
РИС. 1. S-образная кривая и ловушка бедности
доход влияет на то, каким будет ваш доход в будущем
(это будущее может быть завтра, в следующем месяце
или даже в следующем поколении). То, что вы
имеете сегодня, определяет, сколько вы едите, сколько
можете потратить на лечение или на образование
ваших детей, можете ли вы купить удобрения или
улучшенные семена для своей фермы, и все это
обусловливает то, что вы будете иметь завтра.
Форма кривой имеет ключевое значение
—вначале она очень плоская, затем быстро возрастает и
наконец снова становится плоской. Поскольку эта
кривая имеет некоторое сходство с латинской буквой S,
мы назовем ее S-образной кривой.
S-образная форма этой кривой является
источником ловушки бедности. На прямой линии, исходя-
35

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
щей из начала координат, доходы «сегодня» равны
доходам «завтра». Для очень бедных, которые
находятся в зоне ловушки бедности, доход в будущем
ниже, чем доход сегодня, то есть кривая
находится ниже диагональной линии, исходящей из
начала координат. Это означает, что с течением
времени люди в этой зоне становятся все беднее и беднее
и в конечном итоге застревают на уровне бедности
в точке N. Возможная траектория показана
стрелками: из точки Ai осуществляется переход в точку А2,
затем в точку A3 и так далее. Для тех, кто
начинает за пределами зоны ловушки бедности,
завтрашний доход выше, чем сегодняшний, —со временем
они становятся все богаче и богаче, по крайней мере
до определенного момента. Это иллюстрируется
более жизнеутверждающей траекторией — из точки Bi
осуществляется переход по стрелкам в точку В2,
затем Вз и так далее.
Однако многие экономисты (возможно,
большинство) убеждены, что обычно мир выглядит так,
как это показано на рис. 2.
Рисунок 2 немного напоминает правую сторону
рис. 1, но без плоской левой стороны. Вначале
кривая быстро возрастает, а затем этот рост
замедляется. В этом мире нет ловушки бедности — поскольку
в будущем самые бедные люди зарабатывают больше,
чем в настоящем, со временем они становятся
богаче, пока в конечном итоге их доходы не перестают
расти (стрелки, идущие от Ai к А2 и A3,
изображают возможную траекторию). Этот доход может быть
не очень высоким, но суть в том, что мы должны
или можем относительно мало сделать, чтобы
помочь бедным. Единовременная помощь в этом мире
(скажем, предоставить кому-нибудь средства, чтобы
он мог начать сегодня с точки А2, а не Ai) не
приведет к постоянному переходу на другой уровень дохо-
36

ДУМАЙТЕ ЕЩЕ И ЕЩЕ
I
!
о
Доход сегодня
РИС. 2. Перевернутая L-образная кривая:
отсутствие ловушки бедности
дов. В лучшем случае можно просто помочь людям
двигаться немного быстрее, но пункт назначения
от этого не изменится.
Итак, какой из этих графиков лучше всего
отражает мир Кеннеди, молодого кенийского фермера?
Чтобы узнать ответ на этот вопрос, нам нужно
выяснить ряд простых фактов, таких как: можно ли
покупать удобрения в небольших количествах?
Существуют ли факторы, препятствующие сбережениям
в перерывах между сельскохозяйственными
сезонами, в результате чего Кеннеди не может превратить
в дальнейшие инвестиции свои заработки за один
сезон? Самый важный вывод теории,
представленной в этих простых графиках, состоит в том, что од-
37

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ной теории недостаточно. Чтобы действительно
ответить на вопрос, существуют ли ловушки бедности,
нам нужно знать, какой именно график правильнее
представляет реальный мир. При этом такие
оценки должны даваться для каждого случая отдельно.
Если дело в удобрениях, то нам нужно знать
некоторые факты о рынке удобрений. Если речь идет о
сбережениях, то мы должны знать, как они
совершаются бедными. Если проблема в питании и здоровье,
то мы должны изучить их. Отсутствие великого
универсального ответа может показаться несколько
разочаровывающим, но на самом деле именно это и
необходимо знать при разработке политики — не то,
что существует миллион способов, когда бедные
попадают в ловушку, а то, что есть несколько ключевых
факторов, которые создают эту ловушку, и что
решение этих конкретных проблем может освободить их
и направить по благотворному кругу увеличения
богатства и инвестиций.
Подобное радикальное изменение
перспективы и отказ от универсальных ответов
потребовали от нас покинуть свои кабинеты и внимательнее
посмотреть на реальный мир. При этом мы
следовали давней традиции экономики развития,
подчеркивающей важность сбора правильных данных,
чтобы иметь возможность сказать что-нибудь
полезное о мире. Однако у нас было два
преимущества по сравнению с предыдущими поколениями.
Во-первых, теперь имеются высококачественные
данные из ряда бедных стран, которые ранее были
недоступны. Во-вторых, мы располагаем новым
мощным инструментом — рандомизированными
контролируемыми исследованиями (РКИ). РКИ
предоставляют ученым, работающим с местным
партнером, возможность проводить крупномасштабные
эксперименты для проверки своих теорий. При про-
3«

ДУМАЙТЕ ЕЩЕ И ЕЩЕ
ведении РКИ, как мы это уже показали на примере
противомоскитных сеток, отдельным людям или
сообществам случайным образом назначается
«лечение» различного вида — различные программы
или различные версии одной и той же программы.
Поскольку до начала эксперимента индивиды,
назначенные для различных видов лечения, были
совершенно сопоставимы (потому что были
отобраны случайным образом), любое возникающее между
ними различие является результатом внешнего
воздействия.
Единственный эксперимент не дает
окончательного ответа на вопрос, будет ли программа
универсально «работать». Но мы можем провести серию
экспериментов, отличающихся либо местом
проведения, либо проверяемым видом вмешательства
(или и тем, и другим). Подобная серия
экспериментов позволит нам проверить надежность наших
выводов (работает ли то, что работает в Кении, также
и на Мадагаскаре?) и сузить набор возможных
теорий, которые могут объяснить эти данные (что
мешает Кеннеди — дороговизна удобрений или
сложность сбережения денег?). Новая теория может
помочь нам разработать новые виды вмешательства
и новые эксперименты, а также понять предыдущие
результаты, которые, возможно, раньше
представляли загадку. Постепенно мы получаем более
полную картину того, как на самом деле живут бедные,
где им нужна помощь, а где нет.
В 2003 году мы основали Лабораторию по борьбе
с бедностью, которая позднее была названа в честь
Абдула Латифа Джамиля (Abdul Latif Jameel
Poverty Action Lab— J-PAL), чтобы поощрять и
поддерживать других исследователей, правительства и
неправительственные организации в совместной работе
в этой новой области экономической науки, а также
39

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
чтобы помочь распространению знаний о ней
среди тех, кто занимается разработкой политики.
Результаты оказались ошеломляющими. К 20Ю году
исследователи J-PAL приняли участие более чем
в 240 экспериментах в 40 странах мира, а идея
рандомизированных исследований была принята
огромным числом организаций, ученых и политиков.
Подобная реакция на деятельность J-PAL говорит
о том, что многие разделяют нашу основную
посылку—значительный прогресс в решении самой
большой мировой проблемы может быть достигнут
постепенно, небольшими шагами, каждый из которых
хорошо продуман, тщательно протестирован и
разумно реализован. Это может показаться
самоочевидным, но, как мы будем доказывать на
протяжении всей книги, обычно политика реализуется не так.
Практика политики в области развития, а также
сопутствующие ей дискуссии, по-видимому,
основаны на невозможности полагаться на
доказательства. Поддающиеся проверке доказательства
считаются химерой, в лучшем случае далекой фантазией,
а в худшем — отвлекающим маневром. «Мы должны
продолжать работу, а не ждать, пока вы будете
заниматься поиском фактов ради собственного
удовольствия»— вот что в начале нашего пути часто
говорили нам твердолобые политики и их еще более
твердолобые советники. Даже сегодня многие
придерживаются этой точки зрения. Но есть также
много людей, которые всегда ощущали свою
беспомощность из-за этой неразумной спешки. Они, как и мы,
считают, что лучшее, что можно сделать, — это
глубоко понять те конкретные проблемы, от которых
страдают бедные, и попытаться определить
наиболее эффективные способы вмешательства. В
некоторых случаях, без сомнения, лучшим вариантом будет
ничего не делать, но это правило не является общим,
40

ДУМАЙТЕ ЕЩЕ И ЕЩЕ
так же как общим принципом не является
представление о том, что трата денег всегда работает. Шанс
покончить однажды с бедностью дает нам только
совокупность знаний, накопленных на основе каждого
конкретного ответа и того понимания, которое
приходит с этими ответами.
Наша книга построена на этой совокупности
знаний. Многие материалы, о которых мы будем
говорить, взяты из РКИ, проведенных нами и
другими учеными, но мы также используем множество
других типов доказательств — качественные и
количественные описания жизни бедных,
исследования функционирования конкретных институтов,
а также разнообразные свидетельства о том, какие
политические меры были результативны, а какие
нет. Книга дополнена веб-сайтом www.poorecono-
mics.com, где представлены ссылки на все
процитированные исследования, фотографические эссе,
иллюстрирующие каждую главу, а также
выдержки и таблицы из набора данных по ключевым
аспектам жизни тех, кто живет в i8 странах менее чем
на дд центов в день, — на все это мы будем
ссылаться в книге много раз.
Все используемые нами исследования
характеризуются высоким уровнем научной строгости,
открытостью перед судом фактических данных и
сосредоточенностью на специфических, конкретных
вопросах, имеющих значение для жизни бедных.
Один из таких вопросов, на которые мы
попытаемся ответить при помощи этих данных,
заключается в том, когда и где нам следует беспокоиться о
ловушках бедности, — мы обнаружим их в некоторых
областях, но не в других. Для того чтобы
разработать эффективную политику, крайне важно, чтобы
мы получили правильные ответы на такие вопросы.
В последующих главах мы увидим много примеров,
41

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
когда неверная политика была выбрана не из
дурных намерений или коррупции, а просто потому,
что политики располагали неправильной моделью
мира —они думали, что где-то есть ловушка
бедности, но ее не было, или они игнорировали другую,
которая была прямо перед ними.
Однако назначение этой книги выходит далеко
за рамки ловушек бедности. Как мы увидим,
идеология, неинформированность и инертность—все эти
три качества, которыми могут обладать эксперты,
работники гуманитарных организаций или местные
политики,—часто объясняют, почему политика
терпит неудачу и почему помощь не оказывает
должного эффекта. Мир можно сделать лучше, возможно,
не завтра, но все же в обозримом будущем,
однако этому препятствует леность мысли. Мы
надеемся убедить вас в том, что наш терпеливый,
поэтапный подход не только является более эффективным
способом борьбы с бедностью, но и поможет сделать
мир более интересным местом.

Часть I
Частные

ГЛАВА 2
Миллиард голодных людей?
ДЛЯ МНОГИХ из нас на Западе бедность
является практически синонимом голода. За
исключением крупных природных катастроф, таких
как цунами после Рождества 2004 года или
землетрясение на Гаити в 20Ю году, ни одно событие,
затронувшее бедные слои населения мира, не захватило
воображение общественности и не побудило к
коллективной щедрости так сильно, как голод в
Эфиопии в начале 1980-х годов, для помощи
пострадавшим от которого был организован концерт We Are
the World в марте 1985 года1. Совсем недавно, в июне
2009 года, Продовольственная и
сельскохозяйственная организация ООН объявила о том, что в мире
более миллиарда человек страдают от голода2.
1. В 1985 году был организован целый ряд благотворительных
мероприятий для помощи голодающим Африки с
участием ведущих деятелей шоу-бизнеса того времени. Прежде
всего, это концерты Live Aid, одновременно прошедшие
13 июля на стадионе «Уэмбли» в Лондоне
(Великобритания), стадионе имени Дж.Ф.Кеннеди в Филадельфии
(США) и других местах по всему миру. Концерт в США
завершился исполнением песни We Are the World
—сингла супергруппы из 45 американских артистов USA for
Africa, который был написан Майклом Джексоном и
Лайонелом Ричи и впервые представлен публике в марте
1985 года. —Прим. пер.
2. Food and Agriculture Organization, "The State of Food Insecurity
in the World, 2009: Economic Crises, Impact and Lessons
Learned," http://www.fao.org/docrep/012/io876e/io876eoo.htm.
45

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Это заявление произвело фурор в средствах
массовой информации —в отличие от постоянно
сообщаемых оценок Всемирного банка о числе людей,
живущих менее чем на доллар в день.
Подобная ассоциация бедности с голодом
институционализирована в первой Цели развития
тысячелетия ООН3, которая состоит в «ликвидации
абсолютной бедности и голода». Действительно, уровень
бедности во многих странах первоначально был
установлен так, чтобы охватить понятие бедности,
основанной на голоде, и был основан на бюджете,
который необходим для покупки определенного
количества калорий и осуществления некоторых
других необходимых расходов (например, на жилье).
«Бедный» человек по существу определялся как
человек, которому не хватает еды.
Поэтому неудивительно, что значительная часть
усилий правительств по оказанию помощи бедным
основывается на идее о том, что бедные отчаянно
нуждаются в продовольствии, и именно его
количество имеет значение. Продовольственные субсидии
повсеместно распространены на Ближнем Востоке.
Так, Египет в 2008-2009 годах потратил на
продовольственные субсидии з,8 млрд долларов (2% ВВП)4.
В Индонезии принята программа Раскин, по
которой домохозяйства получают субсидированный рис.
Подобные программы существуют также во многих
штатах Индии. Например, в Ориссе бедные имеют
право на 55 фунтов риса в месяц по цене около 4 ру-
3- «Цели развития тысячелетия» — это восемь международных
целей развития, которые были определены «Декларацией
тысячелетия», принятой на Генеральной Ассамблее ООН
8 сентября 2000 года. — Прим. пер.
4- World Bank, "Egypt's Food Subsidies: Benefit Incidence and
Leakages," Report N0.57446 (September 2010).
46

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
пий за фунт, что составляет менее 20% от рыночной
цены. В настоящее время индийский парламент
обсуждает принятие закона «О праве на питание»,
который позволил бы людям подавать в суд на
правительство, если они голодают.
Поставки продовольственной помощи в огромных
масштабах представляют собой логистический
кошмар. В Индии подсчитано, что более половины
пшеницы и более трети риса «теряются» по пути, а
значительная часть этих поставок поедается крысами5.
Правительства настаивают на такой политике,
вопреки ее расточительности, не только потому, что
предполагается, что голод и нищета идут рука об руку.
Неспособность бедных должным образом прокормить
себя также является одной из наиболее часто
упоминаемых коренных причин ловушки бедности.
Интуитивно это понятно: бедные не могут позволить себе
необходимое питание, что делает их менее
продуктивными и удерживает в состоянии бедности.
Пак Солхин, живущий в маленькой деревушке
в провинции Бандунг, Индонезия, однажды объяснил
нам, как именно работает такая ловушка бедности.
У его родителей было немного земли, но
также у них было 13 детей, и им пришлось
построить так много домов для их семей, что не осталось
земли для обработки. Пак Солхин стал
поденщиком на сельскохозяйственных работах и
зарабатывал до юооо индонезийских рупий в день (2
доллара США по ППС). Однако недавнее повышение цен
на удобрения и топливо заставило фермеров эконо-
5- Anand Ganesh-Kumar, Ashok Gulati, and Ralph Cummings Jr.,
"Foodgrains Policy and Management in India: Responding
to Today's Challenges and Opportunities," Indira Gandhi
Institute of Development Research, Mumbai, and IFPRI,
Washington, DC, PP-056 (2007).
47

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
мить. По словам Пака Солхина, местные фермеры
решили не сокращать заработную плату, а вместо этого
прекратить нанимать работников. Пак Солхин
большую часть времени оставался безработным. За два
месяца до нашей встречи в 20о8 году он не провел
на сельских работах ни одного дня. Молодые люди
в подобной ситуации обычно находят работу в
строительстве. Но, как объяснил Пак Солхин, он был
слишком слаб для самого простого физического труда,
слишком неопытен для более квалифицированной
работы, а в свои 40 лет слишком стар, чтобы стать
учеником, поэтому никто не хотел его нанимать.
В результате семья Пака Солхина — он с женой
и их трое детей — была вынуждена предпринять
некоторые радикальные шаги, чтобы выжить. Его
жена уехала в Джакарту, примерно за 8о миль, где
через подругу нашла работу домашней прислуги.
Но она не зарабатывала достаточно, чтобы
прокормить детей. Старший сын, хорошо учившийся
в школе, бросил ее в 12 лет и начал работать
подмастерьем на стройке. Двух младших детей отправили
жить к бабушке с дедушкой. Сам Пак Солхин жил
примерно на 9 фунтах субсидированного риса,
который он получал каждую неделю от правительства,
и на рыбе, которую ловил с берега озера (он не умел
плавать). Время от времени его кормил брат. За
неделю до нашего последнего разговора он ел два раза
в день в течение четырех дней и только один раз —
в течение трех других.
У Пака Солхина, похоже, не было выбора, и он
явно связывал свою проблему с едой (точнее, с ее
отсутствием). По его мнению,
крестьяне-землевладельцы решили уволить своих рабочих вместо того,
чтобы урезать заработную плату, потому что они
думали, что в условиях быстрого роста цен на
продовольствие сокращение заработной платы приведет
48

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
к тому, что работники станут голодать, а это сделает
их бесполезными на полевых работах. Вот как Пак
Солхин объяснял себе тот факт, что он безработный.
Хотя он явно хотел работать, недостаток пищи
делал его слабым и вялым, а депрессия подавляла его
желание предпринять хоть что-то для решения
своей проблемы.
Объясненная нам Паком Солхином идея
основанной на питании ловушки бедности очень стара.
В экономической науке она была впервые
формально сформулирована еще в 1958 году6.
Эта идея проста. Человеческое тело нуждается
в определенном количестве калорий только для того,
чтобы выжить. Поэтому, когда кто-то очень беден,
всей еды, которую он может себе позволить, едва
достаточно для поддержания его существования и,
возможно, для того, чтобы заработать тот скудный
доход, который этот человек первоначально
использовал для покупки необходимой пищи. Именно в таком
положении оказался Пак Солхин, когда мы с ним
встретились, —еды, которую он получал, едва
хватало на то, чтобы набраться сил наловить рыбы с берега.
По мере того как люди становятся богаче, они
могут покупать больше еды. Как только основные
метаболические потребности организма будут
удовлетворены, вся эта дополнительная пища пойдет
на укрепление сил, позволяя людям производить
гораздо больше, чем им нужно, чтобы просто
остаться в живых.
б. Она была высказана в докторской диссертации Дипака Мазумда-
ра, защищенной в Лондонской школе экономики. В 1986 году
Партха Дасгупта и Дебрадж Рэй, бывшие на то время
профессорами Стэнфордского университета, придали ей
элегантное выражение. См.: Partha Dasgupta and Debraj Ray,
"Inequality as a Determinant of Malnutrition and Unemployment:
Theory," Economic Journal 96 (384) (1986): 1011-1034.
49

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Этот простой биологический механизм
создает S-образную зависимость между доходом
«сегодня» и доходом «завтра», очень похожую на рис. i
из предыдущей главы: очень бедные зарабатывают
меньше, чем им необходимо для выполнения
существенной работы, но те, у кого достаточно еды, могут
выполнять серьезную сельскохозяйственную работу.
Это создает ловушку бедности — бедные
становятся беднее, а богатые богатеют и едят еще лучше,
становятся сильнее и еще богаче, и разрыв
продолжает увеличиваться.
-""' Хотя логика, которой Пак Солхин объяснял, как
кто-то может оказаться в ловушке голода, была
безупречна, что-то в его рассказе смутно тревожило.
Мы встретились с ним не в охваченном войной
Судане и не в одном из пострадавших от наводнения
районов Бангладеш, а в деревне на процветающей Яве,
где даже после повышения цен на продовольствие
в 2007-2008 годах еды было явно предостаточно,
а простой обед стоил не так уж много. Он явно не ел
достаточно, когда мы встретились с ним, но он ел
достаточно, чтобы выжить; почему бы ему не попросить
у кого-нибудь немного дополнительного питания,
что сделает его более продуктивным, в обмен на
полный рабочий день? В более общем плане, хотя
ловушка бедности, основанная на голоде, безусловно,
возможна логически, насколько она актуальна на
практике для большинства бедных людей сегодня?
Действительно ли
миллиард людей голодает?
Одно из скрытых допущений в нашем
описании ловушки бедности состоит в том, что бедные
едят столько, сколько могут. И действительно, это
50

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
было бы очевидным следствием S-образной кривой,
основанной на базовом физиологическом
механизме,—если есть хоть какой-то шанс, что, съев
немного больше, бедные смогут работать лучше и
выйти из зоны ловушки бедности, то они должны есть
как можно больше.
Тем не менее видим мы не это. Большинство
людей, живущих менее чем на 99 центов в день, не
ведут себя так, как будто они голодают. Если бы это
было так, они, конечно, вложили бы каждый
доступный пенни в покупку большего количества калорий.
Но они этого не делают. В нашем наборе данных
по i8 странам о жизни бедных людей, в потреблении
крайне бедных доля продуктов питания
составляет от 36 до 79% в сельской местности и от 53 до 74%
в городах7.
И это не потому, что все остальное тратится
на другие предметы первой необходимости. В Удай-
пуре, например, мы обнаруживаем, что типичная
бедная семья могла бы потратить на еду до 30%
больше, чем она это делает, если бы полностью
сократила расходы на алкоголь, табак и праздники.
Представляется, что у бедных есть разные
варианты выбора и они не хотят тратить на еду столько,
сколько могут.
Это становится очевидным при изучении того,
как бедные тратят появляющиеся у них
дополнительные деньги. Хотя у них явно есть некоторые
неизбежные расходы (им нужна одежда, лекарства
и тому подобное), о которых нужно позаботиться
в первую очередь, если бы их жизнедеятельность
7- Эти и другие статистические данные, основанные на базе
данных по i8 странам (а также более подробная
информация об этой базе данных), доступны на веб-сайте
книги по адресу: http://www.pooreconomics.com.
51

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
зависела от получения дополнительных калорий,
то можно было бы предположить, что все
дополнительные доходы будут тратиться на еду.
Продовольственный бюджет должен расти пропорционально
быстрее, чем общие расходы (поскольку и те, jijtpy-
гие растут на одну и ту же сумму, а продовольствие
составляет лишь часть общего бюджета, расходы
на него должны увеличиваться на большую долюТ".
Представляется, однако, что в реальности этого
не происходит. В индийском штате Махараштра
в 1983 году (задолго до недавних успехов Индии —
большинство домохозяйств тогда жили на 99 Цен"
тов на человека в день или меньше) даже для
самой бедной группы 1%-е увеличение общих расходов
приводило примерно к 0,67%-му увеличению
общих расходов на продовольствие8. Примечательно,
что это соотношение не сильно отличалось для
самых бедных людей в выборке (которые
зарабатывали около 50 центов в день на человека) и
относительно самых богатых (которые зарабатывали около
3 долларов в день на человека). Случай
Махараштры довольно типично отражает взаимосвязь между
доходами и расходами на продовольствие во всем
мире. Даже среди очень бедных расходы на
продовольствие увеличиваются намного меньше, чем
общий бюджет.
Не менее примечательно, что даже деньги,
которые люди расходуют на еду, не тратятся на
максимальное потребление калорий или микронутриен-
тов. Когда очень бедные люди получают возможность
потратить на еду немного больше, они не
стремятся получить максимальное количество калорий.
8. Shankar Subramanian and Angus Deaton, "The Demand for Food
and Calories," Journal of Political Economy 104 (1) (1996):
133-162.
52

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
Вместо этого они покупают более вкусные, более
дорогие калории. Для самой бедной группы населения
Махараштры в 1983 году из каждой дополнительной
рупии, потраченной на еду после увеличения
дохода, примерно половина пошла на покупку
большего количества калорий, но остальные деньги пошли
на более дорогие калории. С точки зрения калорий
на рупию несомненно лучшей покупкой является
крупа из проса (джовар и байра). Тем не менее
только около двух третей всех расходов на зерно
приходилось на эти зерновые, в то время как еще 30%
было потрачено на рис и пшеницу, которые
стоили в среднем в два раза больше за калорию. Кроме
того, бедные тратили почти 5% своего общего
бюджета на сахар, который одновременно является
более дорогим, чем зерно, источником калорий и
лишен другой питательной ценности.
Роберт Дженсен и Нолан Миллер обнаружили
особенно яркий пример подобного «стремления к
качеству» в потреблении продуктов питания9. Эти
исследователи предложили случайным образом
отобранным бедным домохозяйствам из двух регионов
Китая крупную субсидию на покупку основного
продукта питания (пшеничная лапша в одном регионе,
рис — в другом). Мы обычно ожидаем, что люди
покупают больше определенного товара, когда он
обходится им дешевле. Но произошло обратное. Домохо-
^я!1стваТпТ5ЛучИвшие субсидии на рис или пшеницу,
стали потреблять эти продукты меньше, а больше —
креветок и мяса, хотя их основные продукты питания
теперь стоили дешевле. Примечательно, что в целом
потребление калорий теми, кто получил субсидию,
9- Robert Jensen and Nolan Miller, "Giffen Behavior and
Subsistence Consumption," American Economic Review 98 (4) (2008):
1553-1577-
53

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
не увеличилось (а возможно, даже уменьшилось),
несмотря на то что их покупательная способность
возросла. Не улучшилось и содержание
питательных веществ ни в каком другом смысле. Вероятное
объяснение заключается в том, что, поскольку траты
на основной продукт питания составляли большую
часть бюджета домохозяйств, субсидии сделали их
богаче. Если потребление основного продукта
ассоциируется с бедностью (скажем, потому, что он
дешевый, но не особенно вкусный), ощущение
богатства могло бы на самом деле заставить их потреблять
его меньше. Еще раз, это говорит о том, что, по
крайней мере, среди этих очень бедных городских семей
приоритетом было получение не большего
количества калорий, а более вкусной еды10.
Другую загадку представляет то, что происходит
с питанием в современной Индии. Обычно сред-
ю. Альфред Маршалл, один из основоположников современной
экономической теории, обсуждает эту идею в своей
книге «Принципы экономической науки» (впервые
опубликована в лондонском издательстве McMillan в 1890 году)
и приводит пример, в котором в результате повышения
цены на хлеб люди «вынуждены сократить потребление
мяса и наиболее дорогих мучных продуктов питания;
поскольку же хлеб продолжает оставаться самым дешевым
продуктом питания, который они в состоянии купить
и станут покупать, они потребляют его при этом не
меньше, а больше». Маршалл приписал это наблюдение
некоему мистеру Гиффену [Роберт Гиффен (i837_i910)
—британский статистик и экономист.— Прим. пер.], и поэтому
товары, потребление которых снижается при
понижении цены, получили название «товаров Гиффена».
Однако до эксперимента Дженсена—Миллера большинство
экономистов очень сомневались в том, что товары
Гиффена существуют в реальной жизни. См.: Alfred Marshall,
Principles of Economics (Amherst, NY: Prometheus Books, 1997);
Альфред Маршалл, Принципы экономической науки. В 3-х т.
(Москва: Прогресс, 1993)-
54

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
ства массовой информации рассказывают о быстром
росте ожирения и диабета по мере того, как
представители верхней части городского среднего
класса становятся богаче. Однако Ангус Дитон и Жан
Дрез показали, что реальная проблема питания
в Индии за последние четверть века заключается
не в том, что индийцы становятся все толще, а в том,
что они на самом деле едят все меньше и меньше11.
Несмотря на быстрый экономический рост,
наблюдается устойчивое снижение потребления калорий
на душу населения; более того, потребление всех
других питательных веществ, кроме жиров, также,
по-видимому, снизилось среди всех групп, даже
самых бедных. Сегодня более трех четвертей
населения живут в домохозяйствах, где подушевое
потребление калорий составляет менее 2ioo для городских
районов и 2400 для сельских — эти цифры обычно
называют в Индии «минимальной потребностью»
для лиц, занятых физическим трудом. Богатые люди
все еще едят больше, чем бедные. Но на всех уровнях
доходов доля бюджета, потраченная на питание,
сократилась. Более того, изменился состав
продуктовой корзины, так что теперь столько же денег
тратится на более дорогие продукты питания.
Эти изменения не связаны со снижением
доходов; по общему мнению, реальные доходы растут.
Тем не менее, хотя индийцы становятся богаче, они
настолько меньше едят на каждом уровне дохода,
что и в среднем сегодня едят меньше, чем раньше.
Не связано это и с ростом цен на продовольствие —
в период с начала 1980-х по 2005 год цены на
продовольствие снизились относительно цен на другие
п. Angus Deaton and Jean Dreze, "Food and Nutrition in India:
Facts and Interpretations," Economics and Political Weekly 44 (7)
(2009): 42-65.
55

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
товары как в сельских, так и в городских районах
Индии. Хотя с 2005 года цены на продовольствие
снова выросли, снижение потребления калорий
произошло именно тогда, когда цены на
продовольствие снижались.
Поэтому бедные, даже те, кого
Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН
отнесла бы к голодающим, основываясь на том, что они
едят, похоже, не стремятся есть намного больше,
даже когда они могут это делать. На самом деле,
представляется, что они едят меньше. Что же
происходит?
Приступая к разгадке этой тайны, естественно
было бы предположить, что бедные знают, что они
делают. В конце концов, это они едят и
работают. Если бы они действительно могли, улучшив
питание, значительно повысить свою
производительность и зарабатывать гораздо больше, то они,
вероятно, сделали бы это при наличии такой
возможности. XâK может ли быть, что употребление
большего количества пищи на самом деле не
делает нас особенно продуктивными и в результате
не существует ловушки бедности, основанной на
питании? --——
Одна из причин, по которой ловушки бедности
не существует, заключается в том, что большинство
людей имеют достаточно еды.
По крайней мере, с точки зрения доступности
продовольствия, сегодня мы живем в мире,
который способен накормить каждого человека,
живущего на планете. По случаю Всемирного
продовольственного саммита в 1996 Г°ДУ Продовольственная
и сельскохозяйственная организация ООН
подсчитала, что мирового производства продовольствия
в этом году было достаточно, чтобы обеспечить
по меньшей мере 2700 калорий каждому челове-
56

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
ку в день12. Это результат многовекового развития
производства продовольствия, которому
поспособствовали не только великие агрономические
инновации, но и более приземленные факторы, такие
как введение картофеля в рацион питания после
того, как испанцы обнаружили его в Перу в XVI веке
и импортировали в Европу. Одно исследование
показало, что доступность картофеля может
объяснить 12% глобального прироста населения между
1700 и 1900 годами13.
Голод существует в современном мире, но
вызывается он только распределением продовольствия
между людьми. Абсолютной нехватки
продовольствия не существует. Однако если я съем намного
больше, чем мне нужно, или, что более
правдоподобно, превращу больше кукурузы в биотопливо,
чтобы подогреть свой бассейн, тогда всем остальным
останется меньше14. Но, несмотря на это,
представляется, что большинство людей, даже самые
бедные люди, зарабатывают достаточно денег, чтобы
иметь возможность позволить себе адекватное
питание — просто потому, что калории, как правило,
довольно дешевы, за исключением экстремальных
ситуаций. Используя данные о ценах на Филиппи-
12. "Food for All," World Food Summit, November îgg6, Food and
Agriculture Organization of the United Nations.
13. Nathan Nunn and Nancy Qian, "The Potato's Contribution to
Population and Urbanization: Evidence from an Historical
Experiment," NBER Working Paper W15157 (2009).
14. Именно это обстоятельство приводится Роджером Туроу
и Скоттом Килманом, журналистами из The Wall Street
Journal, в своей книге, довольно метко названной
«Хватит: Почему беднейшее население мира голодает в век
изобилия». См.: Roger Thurow and Scott Kilman, Enough:
Why the World's Poorest Starve in an Age of Plenty (New York:
Public Affairs, 2009).
57

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
нах, мы рассчитали стоимость самой дешевой
диеты, достаточной для того, чтобы получить эдоаед-
лорий в день, включая ю% калорий из белка и 15%
калорий из жира. Получилось, что это стоит всего
21 цент по ППС —очень доступно даже для того, кто
живет на 99 центов в день. Загвоздка в том, что
такая диета будет включать в себя употребление
только бананов и яиц... Но похоже, что если люди готовы
есть бананы и яйца, когда им это нужно, то
найдется очень мало людей, застрявших в левой части
S-образной кривой, где они не могут заработать
достаточно, чтобы позволить себе необходимое для
активной жизни питание.
Это согласуется с данными индийских опросов,
в ходе которых людей спрашивали, достаточно ли
они едят (например, «питается ли каждый член
вашей семьи два раза в день» или все ли «получают
достаточно еды каждый день»). Число людей,
считающих, что им не хватает еды, со временем
резко сократилось: с 17% в 1983 году до 2% в 2004-м.
Поэтому, возможно, люди едят меньше, из-за того
что они менее голодны.
И возможно, они действительно менее голодны,
несмотря на то что потребляют меньше калорий.
Вполне вероятно, что из-за улучшения
водоснабжения и санитарии они теряют меньше калорий в
приступах диареи и других заболеваний. А может быть,
они меньше голодают из-за того, что им
приходится меньше заниматься тяжелым физическим
трудом — при наличии питьевой воды в деревне
женщинам не нужно таскать тяжелые грузы на большие
расстояния; улучшения в транспорте уменьшили
необходимость путешествовать пешком; даже в самой
бедной деревне муку теперь перемалывает
деревенский мельник с помощью моторизованной
мельницы, а не женщины, которые делали это вручную.
5«

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
Используя показатели средней потребности в
калориях, рассчитанные индийским Советом
медицинских исследований для людей, занятых
тяжелой, умеренной или легкой деятельностью, Дитон
и Дрез отмечают, что снижение потребления
калорий за последние 25 лет может быть полностью
объяснено небольшим уменьшением числа людей,
занятых физически тяжелой работой в течение большей
части дня.
Если голод уже не угрожает большинству
людей, то вполне возможно, что прирост
производительности в результате большего потребления
калорий будет относительно скромным. Это могло бы
объяснить, почему люди предпочитают иначе
тратить свои деньги или перейти от яиц и бананов к
более привлекательной диете. Много лет назад Джон
Штраусе подбирал наглядный пример,
демонстрирующий значение калорий для
производительности, и остановился на самозанятых фермерах в
Сьерра-Леоне, потому что им действительно приходится
тяжело работать15. Он обнаружил, что
производительность работника на ферме увеличимется_мак-
сШ*ум~ на 4%> когда потребление им калорий уве-
личивается на ю%. Таким образом, даже если, бы
ТПбдй" удвоили потребление продуктов питания,
их доходы выросли бы только на 40%. Кроме того,
Трорма зависимости между калориями и
производительностью оказалась не S-образной, а
перевернутой L-образной, как на рис. 2 в предыдущей главе,
то есть наибольший прирост производительности
достигается при низком уровне потребления пищи.
Полноценное питание не приводит к резкому
скачку в доходах. Это говорит о том, что очень бедные
15. John Strauss, "Does Better Nutrition Raise Farm Productivity?"
Journal of Political Economy 94 (1986): 297-320.
59

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
получают больше пользы от употребления
дополнительных калорий, чем менее бедные. В подобной
ситуации ловушка бедности отсутствует. TajCHM об-
разом, большинство людей остаются бедными и&
потому, что они недостаточно едят.
Однако сказанное не означает, что логика
основанной на голоде ловушки бедности ошибочна. Идея
о том, что улучшение питания может помочь
некоторым людям встать на путь процветания, была
почти наверняка очень важна в определенный
исторический момент, а в некоторых обстоятельствах
она может сохранять свое значение и сегодня.
Роберт Фогель, лауреат Нобелевской премии и
специалист в области экономической истории,
подсчитал, что в Европе в эпоху Возрождения и в Средние
века производство продуктов питания не
обеспечивало достаточного количества калорий для
поддержания полноценного трудоспособного населения.
Это могло бы объяснить, почему тогда было
большое количество нищих —они были буквально
неспособны к какой-либо работе16. Похоже, что
необходимость добывать требуемую для выживания
пищу заставляла некоторых людей предпринимать
довольно экстремальные меры^ Малый ледниковый
период (с середины XVI века до i8oo года), когда
неурожаи были обычным явлением, а рыба была
менее изобильной, стал эпохой «охоты на ведьм».
Жертвами этих массовых гонений обычно
оказывались одинокие женщины, особенно вдовы. Логика
S-образной формы предполагает, что, когда ресурсы
ограничены, возникает «экономический смысл»
пожертвовать некоторыми людьми, чтобы у остальных
i6. Robert Fogel, The Escape from Hunger and Premature Death,
1700-2100: Europe, America and the Third World (Cambridge:
Cambridge University Press, 2004).
60

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
было достаточно еды и они имели возможность
работать и зарабатывать необходимые средства для
выживания17. .
Свидетельства того, что бедные семьи могут
иногда быть вынуждены делать такой ужасный
выбор, нетрудно найти даже в более поздние времена.
В периоды засухи в Индии в 1960-х годах маленькие
девочки в безземельных семьях умирали с гораздо
большей вероятностью, чем мальчики, но уровень
смертности мальчиков и девочек не сильно
отличался при нормальных осадках18. Европейскую
охоту на ведьм малого ледникового периода заставляет
вспомнить Танзания, где число убийств «ведьм»
резко возрастает во время засухи — это удобный способ
избавиться от непродуктивного рта, чтобы
прокормиться в то время, когда ресурсы очень
ограничены19. Некоторые семьи как будто случайно
обнаруживают, что живущая с ними пожилая женщина
(обычно бабушка) является ведьмой, после чего ее
прогоняют или убивают другие жители деревни.
Итак, нехватка продовольствия может
оказаться проблемой, и такая проблема может возникать
в бедных странах время от времени. Но
современный мир слишком богат, чтобы нехватка
продовольствия могла значительно повлиять на
воспроизводство бедности. Разумеется, в периоды природных
и антропогенных катастроф, а также массового го-
17. Emily Oster, "Witchcraft, Weather and Economic Growth
in Renaissance Europe," Journal of Economic Perspectives 18 (1)
(Winter 2004): 215-228.
18. Elaina Rose, "Consumption Smoothing and Excess Female
Mortality in Rural India," Review of Economics and Statistics 81 (1)
(i999): 41-49-
19. Edward Miguel, "Poverty and Witch Killing," Review of Economic
Studies 72 (4) (2005): 1153-1172.
6l

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
лода, которые убивают и ослабляют миллионы
людей, ситуация меняется. Однако, как показал Амар-
тия Сен, большинство недавних случаев массового
голода были вызваны не нехваткой продовольствия,
а институциональными сбоями, которые приводили
к плохому распределению имеющегося
продовольствия или даже его накоплению и хранению тогда,
когда оно было остро необходимо в других местах20.
Следует ли нам остановиться на этом? Можем ли
мы предположить, что бедные, хотя и едят мало,
все же едят столько, сколько им нужно?
Действительно ли бедные хорошо
питаются и едят достаточно?
Трудно избежать ощущения, что история не
складывается. Может ли быть правдой, что беднейшие
люди в Индии сокращают потребление пищи, потому
что им не нужны калории, учитывая, что они живут
в семьях, которые потребляют около 1400 калорий
на человека в день? В конце концов, 1200 калорий —
это знаменитая полуголодная диета, рекомендуемая
для тех, кто желает быстро похудеть, а 1400 калорий
не слишком далеки от этого. По данным Центров
по контролю заболеваний, в 2000 году средний
американский мужчина потреблял 2475 калорий в день21.
Это правда, что самые бедные люди в Индии
имеют также меньшие размеры тела, а если человек ДО-
20. Amartya Sen, "The Ingredients of Famine Analysis:
Availability and Entitlements," Quarterly Journal of Economics 96 (3)
(1981): 433-464-
21. "Intake of Calories and Selected Nutrients for the United States
Population, 1999-2000," Centers for Disease Control, results
from the NHANES survey.
62

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
статочно мал, то он нуждается в меньшем числе
калорий. Но такие рассуждения возвращают нас назад.
Почему самые бедные индийцы так малы? И
почему в Южной Азии в целом так много тощих?
Стандартным показателем упитанности является индекс
массы тела (ИМТ), соизмеряющий массу человека
и его рост (учитывая тот факт, что более высокие
люди тяжелее). Согласно международной
интерпретации ИМТ, дефициту массы тела (что
свидетельствует о недоедании) соответствуют его значения
меньше 18,5, нормой являются значения от 18,5 до 25,
а значения выше 25 говорят об ожирении. По
этому показателю, 33% мужчин и 36% женщин в
Индии недоедали в 2004-2005 годах, что меньше, чем
в 1989 году, когда недостаточная масса тела была
у 49% жителей Индии. Из 83 стран, располагающих
данными демографических и медицинских
обследований, только в Эритрее больше недоедающих
взрослых женщин22. Индийские женщины, наряду
с непальскими и бангладешскими, также являются
одними из самых низкорослых в мире .
Стоит ли об этом беспокоиться? Может быть,
это чисто генетический признак жителей Южной
Азии, вроде темных глаз или черных волос,
который не имеет отношения к их благополучию? В
конце концов, даже дети иммигрантов из Южной Азии
в Великобритании или Соединенных Штатах
меньше, чем белые или черные дети. Оказывается,
однако, что двух поколений, живущих на Западе без сме-
22. Данные DHS Statcompiler доступны на веб-сайте: http://
statcompiler.com, а также приводятся в: Angus Deaton
and Jean Dreze, "Food and Nutrition in India: Facts and
Interpretations," Economics and Political Weekly 44 (7) (2009):
42-65.
23. Ibid.
63

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
шанных браков с другими общинами, достаточно,
чтобы внуки южноазиатских иммигрантов стали
более или менее одного роста с представителями
других национальностей. Таким образом, хотя набор
генов, безусловно, важен на индивидуальном уровне,
генетические различия в росте между популяциями
считаются минимальными. Если дети матерей
первого поколения все еще малы, то это отчасти
объясняется тем, что женщины, которые сами
недоедали в детстве, как правило, рожают детей меньшего
размера.
Отсюда можно сделать вывод о том, что
небольшие размеры родившихся в Южной Азии, скорее
всего, связаны с тем, что их родители питались
хуже, чем жители других стран. И действительно,
все указывает на то, что дети в Индии очень плохо
питаются. Обычным показателем того, насколько
хорошо ребенок был накормлен в детские годы,
является рост по сравнению со средним
международным ростом для этого возраста. По этому
показателю цифры для Индии, согласно Национальному
обследованию здоровья семьи (NFHS з), совершенно
обескураживают. Примерно половина детей в
возрасте до пяти лет отстают в росте — это означает,
что они намного ниже нормы. Четверть из них
сильно отстают в росте, что является следствием
крайней нехватки питательных веществ. Эти дети также
имеют чрезвычайно низкий вес, учитывая их рост:
примерно каждый пятый ребенок в возрасте до трех
лет истощен —это означает, что их состояние
гораздо ниже международного определения тяжелого
недоедания. Еще более поразительно то, что темпы
отставания в росте и истощения в странах
Африки к югу от Сахары — несомненно, самой бедной
области мира — составляют лишь около половины
от уровня Индии.
64

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
Но опять же, стоит ли нам об этом
беспокоиться? Разве маленький рост сам по себе
представляет проблему? Давайте посмотрим на это с
точки зрения результатов Олимпийских игр. Индия,
страна с миллиардным населением, поучаствовав
в 22 Олимпиадах, на каждой из них в среднем
получила 0,92 медали, что чуть ниже результата
Тринидада и Тобаго —о,93 медали. Представим эти цифры
в перспективе — например, Китай выиграл 386
медалей в восьми играх, в среднем 4-8,3> а результат
Индии превзошли команды 79 стран. Однако в
Индии в ю раз больше людей, чем во всех этих странах,
за исключением шести.
Разумеется, Индия бедна, но не настолько, как это
было в прошлом, и совсем не так бедна, как Камерун,
Эфиопия, Гана, Гаити, Кения, Мозамбик, Нигерия,
Танзания и Уганда. А ведь каждая из
перечисленных стран получила, в расчете на душу населения,
в ю раз больше олимпийских медалей, чем Индия.
Действительно, в олимпийском медальном зачете
Индия обогнала только те страны, население
которых более чем в ю раз меньше индийского, за
двумя заметными исключениями —Пакистан и
Бангладеш. Бангладеш, в частности, является единственной
страной с населением более юо млн человек, которая
никогда не выигрывала олимпийских медалей.
Следующей по величине такой страной является Непал.
Здесь явно прослеживается закономерность.
Возможно, можно было бы обвинить южноазиатскую
одержимость крикетом — непонятным
большинству американцев колониальным кузеном
бейсбола, — но если крикет поглощает все спортивные
таланты одной четвертой населения мира, результаты
действительно не столь впечатляющи.
Представители Южной Азии никогда не имели такого
превосходства в крикете, как Австралия, Англия и даже —
65

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
в период ее расцвета—сборная крошечных островов
Вест-Индии. И это несмотря на преданность этому
спорту населения стран Южной Азии и его
огромного преимущества в численности —Бангладеш,
например, больше, чем Англия, Южная Африка,
Австралия, Новая Зеландия и Вест-Индия вместе взятые.
Учитывая, что недоедание среди детей является еще
одной областью, где Южная Азия действительно
выделяется, представляется вероятным, что эти два
факта —истощенные дети и олимпийские неудачи —
имеют какое-то отношение друг к другу.
Олимпийские игры —это не единственное место,
где рост играет определенную роль. Как в бедных,
так и в богатых странах более высокие люди
зарабатывают больше. Долгое время спорили,
объясняется ли это только тем, что рост действительно
имеет значение для производительности; например, это
может быть следствием дискриминации в
отношении более низких людей. Некоторый прогресс в
выяснении причин этой закономерности был
достигнут в недавней статье Энн Кейс и Криса Паксона.
Они показывают, что в Великобритании и
Соединенных Штатах влияние роста полностью
объясняется различиями в IQ: когда мы сравниваем
людей, имеющих одинаковый IQ, нет никакой связи
между ростом и заработком24. Авторы
интерпретируют полученные результаты как доказательство
того, что в раннем детстве важно правильное
питание. В^р^днем_те взрослые, которые хорошо пи^
тались в детстве, выше и умнее. И именно потому,
что они умнее, они зарабатывают
больше,.Конечно, есть много не слишком высоких людей, кото-
24. Anne Case and Christina Paxson, "Stature and Status: Height,
Ability and Labor Market Outcomes," Journal of Political
Economy 166 (3) (2008): 499-532.
66

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
рые очень умны (потому что они достигли того
роста, который они должны были достичь), но в целом
высокие люди добиваются в жизни большего,
потому что их рост явно свидетельствует о том, что они
с большей вероятностью достигли своего
генетического потенциала (как в росте, так и в интеллекте).
Исследование Кейс и Паксона, о котором агент-'
ство Reuters сообщило под не слишком корректным
заголовком «Высокие люди умнее —исследование»,
вызвало бурю негодования. Авторы были завале-"
ны гневными электронными письмами. «Как вам
не стыдно!» —возмущался один из корреспондентов
(ростом 4 фута 9 дюймов). «Я нахожу вашу
гипотезу оскорбительной, предвзятой, подстрекательской
и нетерпимой», —писал другой (5 футов б дюймов).
«Вы зарядили пушку и направили ее на людей с
вертикальными проблемами» (рост не указан)25.
Но на самом деле существует много доказательств
того, что недоедание в детстве напрямую влияет
на способность успешно функционировать во
взрослом возрасте. В Кении дети, которым на протяжении
двух лет давали в школе таблетки от глистов,
дольше посещали школу и зарабатывали, став
взрослыми, на 20% больше, чем дети в сопоставимых
школах, которые получали такие таблетки всего один
год; глисты способствуют анемии и общему
недоеданию главным образом потому, что они
конкурируют с ребенком за питательные вещества26. Обзор,
25. О реакции на статью Кейс и Паксона рассказывает Марк Бор-
ден. См.: http://vvww.newyorker.com/archive/2006/10/02/
o6ioo2ta_talk_borden.
26. Sarah Baird, Joan Hamory Hicks, Michael Kremer, and Edward
Miguel, "Worm at Work: Long-Run Impacts of Child Health
Gains," University of California at Berkeley (2010),
unpublished manuscript.
67

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
подготовленный лучшими экспертами в области
питания, не оставляет сомнений в том, что
правильное питание в детском возрасте имеет далеко
идущие последствия. Общий вывод таков:
«Недоедающие дети чаще достигают низкого роста во взрослом
возрасте, имеют более низкие образовательные
достижения и рожают маленьких детей. Недоедание
также связано с более низким экономическим
статусом в зрелом возрасте»27.
Воздействие недоедания на возможности в
будущей жизни начинается еще до рождения ребенка.
В 1995 Г°ДУ British Medical Journal ввел термин
«гипотеза Баркера», назвав так теорию доктора Дэвида
Баркера, согласно которой условия внутриутробного
развития оказывают долгосрочное влияние на
жизненные шансы ребенка28. Гипотеза Баркера имеет
множество подтверждений, назовем лишь один
пример. В Танзании время от времени реализовывалась
государственная программа раздачи капсул йода
будущим матерям. В результате дети, родившиеся
у тех матерей, которые получали достаточное
количество йода во время беременности, учились в школе
от трети до половины года больше, чем их младшие
и старшие братья и сестры, родившиеся тогда, когда
их матери не получали этих капсул29. Хотя полгода
27- Cesar G.Victora, Linda Adair, Caroline Fall, Pedro C. Hallal,
Reynaldo Martorell, Linda Richter, and Harshpal Singh
Sachdev, "Maternal and Child Undernutrition:
Consequences for Adult Health and Human Capital," Lancet 371 (9609)
(2008): 340-357-
28. David Barker, "Maternal Nutrition, Female Nutrition, and
Disease in Later Life," Nutrition 13 (1997): 807.
29. Erica Field, Omar Robles, and Maximo Torero, "Iodine
Deficiency and Schooling Attainment in Tanzania," American Economic
Journal: Applied Economics 1 (4) (2009): 140-169.
68

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
обучения могут показаться небольшим выигрышем,
для этих детей это достаточно значительный срок,
учитывая, что большинство из них проводят в
школе от четырех до пяти лет. По оценкам
исследователей, если бы каждая мать принимала капсулы йода,
общий уровень образования детей в Центральной
и Южной Африке вырос бы на ?£%. Это, в свою
очередь, может повлиять на продуктивность ребенка
на протяжении всей его жизни.
Хотя мы видели, что само по себе увеличение
потребляемых калорий может оказать не слишком
большое воздействие на продуктивность,
существуют некоторые способы улучшения питания,
которые дают значимые результаты даже для взрослых.
Больше всего нам известно о роли железа в лечении
анемии. Во многих азиатских странах, включая
Индию и Индонезию, анемия является серьезной
проблемой здравоохранения. 6% мужчин и 38% женщин
в Индонезии страдают анемией. Соответствующие
цифры в Индии составляют 24 и $6%. Анемия
связана с низкой аэробной способностью, общей
слабостью и вялостью, а в некоторых случаях
(особенно у беременных женщин) она может быть опасна
для жизни.
В ходе исследования, направленного на
изучение воздействия уровня железа в организме на
работоспособность, случайным образом выбранным
мужчинам и женщинам в сельских районах
Индонезии в течение нескольких месяцев регулярно
предоставлялись препараты железа, в то время как
группа сравнения получала плацебо30. Исследование
ЗО. Duncan Thomas, Elizabeth Frankenberg, Jed Friedman, et al.,
"Causal Effect of Health on Labor Market Outcomes:
Evidence from a Random Assignment Iron Supplementation
Intervention" (2004), mimeo.
69

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
показало, что добавки железа позволяли
мужчинам работать усерднее, и в результате увеличе:ние_
их дохода во много раз превышало стоимость го -
дового запаса обогащенного железом рыбного
соуса. Стоимость годового запаса рыбного соуса
равнялась 7 долларам США по ППС, тогда как годовой
прирост дохода самозанятого мужчины составил
ф долларов США по ППС, что является отличной
инвестицией.
Загадка заключается в том, что люди, похоже,
не желают питаться лучше, хотя больше еды, и oçg^
бенно разумно купленной еды, вероятно, сделают
их—и почти наверняка их детей —значительно
более успешными в жизни. Ключевые инвестиции,
которые позволили бы достичь этого, не являются
дорогостоящими. Большинство матерей, несомненно,
могли бы позволить себе йодированную соль,
которая в настоящее время стала стандартом во
многих частях мира, или одну дозу препарата йода
каждые два года (по 51 центу за дозу). В Кении, когда
НПО International Child Support, занимающаяся
программой дегельминтизации, предложила родителям
в некоторых школах заплатить несколько центов
за дегельминтизацию своих детей, почти все они
отказались, что лишило их детей сотен долларов
дополнительного заработка, который они могли бы
получить на протяжении своей жизни31. Что
касается продуктов питания, то домохозяйства могли бы
легко получать намного больше калорий и других
питательных веществ, тратя меньше на дорогие
зерновые (такие, как рис и пшеница), сахар и
переработанные продукты, и больше —на листовые овощи
и грубое зерно.
31. Michael Kremer and Edward Miguel, "The Illusion of Sustainabi-
lity," Quarterly Journal of Economics, 122 (3) (2007): 1007-1065.
70

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
Почему бедные так мало едят?
Кто знает?
Почему анемичные индонезийские работники не
покупали обогащенный железом рыбный соус
самостоятельно? Один из ответов состоит в том, что
дополнительная производительность может не
приводить к более высоким заработкам, если
работодателям неизвестно, что хорошо питающийся работник
более продуктивен. Работодатели могут не
осознавать, что их работники стали более продуктивны,
потому что они ели больше или лучше. Индонезийское
исследование выявило значительное увеличение
заработка только среди самозанятых работников. Если
работодатели платят всем одинаковую заработную
плату, то у работников нет причин есть больше,
чтобы стать сильнее. На Филиппинах исследование
показало, что люди, которые получали как сдельную,
так и фиксированную оплату, съедали на 25% больше
еды в те дни, когда они работали за сдельную плату
(в этом случае усилия имели значение, так как чем
больше они работали, тем больше им платили).
Это не объясняет, почему все беременные
женщины в Индии не используют только обогащенную
йодом соль, которую теперь можно купить в
каждой деревне. Существует вероятность того, что люди
не осознают ценности лучшего питания для себя
и своих детей. До относительно недавнего времени
значение микронутриентов полностью не
понимали даже ученые. Хотя питательные микроэлементы
дешевы и иногда могут привести к значительному
увеличению дохода на протяжении жизни,
необходимо точно знать, чем именно питаться (или какие
таблетки принимать). Не у всех есть такая
информация, даже в Соединенных Штатах.
71

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Более того, люди склонны с подозрением
относиться к посторонним, которые говорят им, что они
должны изменить свою диету, вероятно, потому,
что им нравится то, что они едят. Когда цены на рис
резко выросли в 1966-1967 годах, главный министр
Западной Бенгалии предположил, что потребление
меньшего количества риса и большего количества
овощей будет полезно для здоровья людей и
сократит их расходы. Это вызвало шквал протестов.
Протестующие с гирляндами овощей встречали этого
главного министра повсюду, куда бы он ни
направился. И все же он, вероятно, был прав. Значение
общественной поддержки понимал Антуан Пар-
мантье, французский фармацевт XVIII века и один
из первых сторонников распространения
картофеля. Явно предвидя сопротивление, он предложил
публике набор изобретенных им рецептов с
применением картофеля, включая классическое блюдо
Hachis Parmentier (по сути, это то, что англичане
называют пастушьим пирогом, то есть слоеная запеканка,
состоящая из фарша и картофельного пюре). Тем
самым он проложил путь, который в конечном счете
привел, через множество поворотов и изгибов, к
изобретению «фри свободы»32!/)
Кроме того, не очень легко узнать о ценности
многих питательных веществ, основываясь лишь на
личном опыте. Йод может сделать ваших детей умнее,
но разница не огромна (хотя ряд небольших
различий может привести к чему-то большому), и в
большинстве случаев вы не узнаете ни того, ни другого
32. Здесь авторы иронически ссылаются на патриотическую
кампанию в США в 2003 году, когда некоторые заведения
общественного питания переименовали в своих меню
картофель фри (french fries на американском английском)
в freedom fries, так как Франция выступила против
вторжения США в Ирак.— Прим.. пер.
72

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
в течение многих лет. Железо, даже если оно делает
людей сильнее, не превращает вас внезапно в
супергероя: дополнительные 40 долларов в год, которые
стали зарабатывать самозанятые, возможно, не были
очевидны даже для них самих, учитывая
многочисленные взлеты и падения еженедельного дохода.
Поэтому неудивительно, что бедные выбирают
продукты питания не только из-за их низкой цены
и питательной ценности, но и из-за того, насколько
они хороши на вкус. Джордж Оруэлл в своей
книге «Дорога на Уиган-Пирс», мастерском описании
жизни бедных английских рабочих, замечает:
Соответственно, в основе рациона белый хлеб
с маргарином, мясные консервы, картофель
и сладкий чай — кошмарное питание. Не
лучше ли больше тратить на полезные продукты
типа апельсинов или серого хлеба с отрубями,
даже если, подобно автору письма в New
Statesman^ экономить на топливе и есть морковь
сырой? Да, лучше, однако люди из народа никогда
на это не пойдут. Простой человек предпочтет
голодать, только бы не питаться серым хлебом
и сырой морковью. И специфическое зло: чем
меньше денег, тем слабее влечение к здоровой
пище. Миллионер способен наслаждаться
завтраком из апельсинового сока и ржаных
хлебцев, а безработный не способен. <...> Когда ты
безработный —стало быть, недокормленный,
измученный бедностью, тоской и скукой, —не тянет
тебя к унылому здоровому питанию, тебе
хочется чего-то «вкусненького». Тебя всегда соблазнит
какое-нибудь дешевое удовольствие33.
33- George Orwell, The Road to Wigan Pier (New York: Penguin,
Modern Classic Edition, 2001), p. 88; Джордж Оруэлл,
"Дорога на Уиган-Пирс", в Джордж Оруэлл, Наперекор порядку
вещей (Москва: Знание, 2014), с. 258-259-
73

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Важнее еды
Бедные часто сопротивляются чудесным планам,
которые мы придумываем для них, потому что они
не разделяют нашу веру в то, что эти планы
работают, или работают так, как мы утверждаем. Это одна
из главных тем нашей книги. Другое объяснение их
пищевых привычек заключается в том, что в жизни
бедных людей есть и другие вещи, которые для них
важнее еды.
Как это описывалось много раз, бедные люди
в развивающихся странах тратят большие суммы
на свадьбы, приданое и крестины, вероятно, отчасти
в результате стремления не потерять лицо.
Стоимость свадеб в Индии хорошо известна, но "бывают
и менее радостные случаи, когда семьи
вынуждены устраивать пышные вечеринки. В Южной
Африке социальные нормы, касающиеся размеров затрат
на похороны, установились в те времена, когда
большинство смертей происходило в пожилом или
младенческом возрасте34. Традиция требовала, чтобы
младенцев хоронили очень просто, а стариков —
с тщательно продуманным ритуалом, который
оплачивался за счет тех средств, которые покойный
накопил за свою жизнь. В результате эпидемии ВИЧ/
СПИДа многие люди стали умирать в
трудоспособном возрасте, еще не сделав накоплений на свое
погребение, но их семьи чувствовали себя обязанными
соблюсти традицию и похоронить их как пожилых.
Семья, только что потерявшая одного из главных
своих потенциальных кормильцев, может
потратить на такие похороны около 34°° рандов (око-
34- Anne Case and Alicia Menendez, "Requiescat in Pace? The
Consequences of High Priced Funerals in South Africa," NBER
Working Paper W14998 (2009).
74

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
ло 825 долларов США по ППС), или 40% годового
дохода семьи на человека. После этого семье явно
приходится урезать свои расходы, а люди
начинают жаловаться на «нехватку еды», что происходит
даже тогда, когда покойный ничего не зарабатывал
до своей смерти, то есть вызывается эта нехватка
похоронными расходами. Чем дороже похороны,
тем более подавленными становятся взрослые
через год, и тем больше вероятность того, что дети
бросят школу.
Неудивительно, что и король Свазиленда, и
Южноафриканский совет церквей пытались
регулировать расходы на похороны. В 2оо2 году король
просто запретил пышные погребения35 и объявил,
что если обнаружится, что семья ради похорон
забила корову, то такая семья должна будет отдать еще
одну корову в стадо вождя. Совет церквей подошел
к проблеме несколько более рассудительно и
призвал к регулированию похоронной отрасли,
которая, по их мнению, вынуждает семьи тратить
больше, чем они могут себе позволить.
Решение тратить ограниченные средства не
только на еду может вызываться не только социальным
давлением. Однажды мы спросили у Оучи Мбарб-
ка, человека, которого мы встретили в отдаленной
деревне в Марокко, что бы он сделал, если бы у него
было больше денег. Он ответил, что купил бы еще
еды. Потом мы спросили его, что бы он сделал,
если бы у него было еще больше денег. Он ответил,
что купил бы более вкусной еды. Мы уже начали
жалеть его и его семью, когда заметили телевизор,
параболическую антенну и DVD-плеер в комнате,
где мы сидели. Мы спросили его, зачем он купил
35- "Funeral Feasts of the Swasi Menu," BBC News, 2002, available
at http://news.bbc.co.Uk/2/hi/africa/2082281.stm.
75

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
все эти вещи, если чувствовал, что семье не хватает
еды. Он рассмеялся и сказал: «О, но телевизор
важнее еды ! »
Если провести в этой марокканской деревне
побольше времени, то станет легче понять, почему он
так думает. Жизнь в деревне может быть довольно
скучной. Здесь нет ни кинотеатра, ни
концертного зала, ни даже места, где можно просто посидеть
и посмотреть, как мимо проходят интересные
незнакомцы. Да и работы не так уж много. Оуча и двое его
соседей, которые были с ним во время интервью,
работали за тот год около 70 дней в сельском хозяйстве
и около зо дней в строительстве. В остальное время
они ухаживали за своим скотом и ждали, когда
появится работа. Это оставляло достаточно времени,
чтобы смотреть телевизор. Все трое жили в
маленьких домиках без воды и канализации. Они изо всех
сил старались найти работу и дать своим детям, т-
рошее образование. Но у всех был телевизор,
параболическая антенна, DVD-плеер и сотовый телефон.
В целом ясно, что приоритетом для бедных*явля-
ются те вещи, которые делают жизнь менее скучной.
Это может быть телевизор, немного деликатесов
или просто чашка сладкого чая. Даже у Пака Солхи-
на был телевизор, хотя он не работал, когда мы его
навещали. В этом свете можно рассматривать и
различные праздники. Там, где нет телевизора или
радиоприемника, легко понять, почему бедняки часто
ищут повод отвлечься ради какого-то особого
семейного торжества, религиозного обряда или
свадьбы дочери. Наш обзор данных по i8 странам
свидетельствует, что бедные больше тратят на праздники
там, где у них меньше шансов иметь радио или
телевизор. В Удайпуре, Индия, где почти ни у кого нет
телевизора, крайне бедные тратят 14% своего
бюджета на праздники (как светские, так и религиоз-
7б

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
ные). Напротив, в Никарагуа, где 56% бедных домо-
хозяйств в сельской местности имеют радио и 21%
владеют телевизором, очень немногие семьи
сообщают, что тратят что-либо на праздники36.
Подобная базовая потребность человека в
приятной жизни может объяснить, почему в Индии
сокращаются расходы на продовольствие. Сегодня
телевизионные сигналы достигают отдаленных районов,
и даже в самых труднодоступных деревнях
появилось больше возможностей потратить свои деньги.
Сотовые телефоны работают практически везде, а
тарифы чрезвычайно низки по мировым стандартам.
Это также объясняет, почему, как правило, в странах
со значительной внутренней экономикой, где
доступно много дешевых потребительских товаров,
таких как Индия и Мексика, наиболее низок уровень
расходов на продовольствие. В каждой деревне
Индии есть по крайней мере один небольшой магазин
(обычно больше), где продаются пробники
шампуней, сигареты поштучно, очень дешевые расчески,
ручки, игрушки или конфеты, в то время как в такой
стране, как Папуа —Новая Гвинея, где доля
продуктов питания в домашнем бюджете превышает 70%
(в Индии это 5°%)> бедным может быть доступно
меньше вещей. Этот феномен запечатлен также Ору-
эллом в «Дороге на Уиган-Пирс», когда он
описывает, как бедный народ выживал в годы Великой
депрессии:
Вместо гневной обиды на судьбу он
притерпелся, понизив свои стандарты. Кстати, понижение
стандартов не обязательно идет за счет отказа
Зб. Эта статистика взята из нашей базы данных по i8 странам,
которая доступна на веб-сайте: http://www.pooreconomics.
com.
77

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
от излишеств ради насущного, чаще как раз
наоборот — путем, если задуматься, более
органичным. За десятилетие экономической
депрессии заметно вырос спрос на дешевую роскошь37.
Подобное потворство своим желаниям нельзя
объяснить импульсивными покупками людей,
которые не думают о том, что они делают. Напротив,
оно тщательно продумано и отражает сильные
побуждения, будь то внутренние или навязанные
извне. Оуча Мбарбк купил свой телевизор не в
кредит — он копил в течение многих месяцев, чтобы
наскрести достаточно денег, точно так же, как мать
в Индии начинает готовиться к свадьбе своей
восьмилетней дочери за ю лет и более, покупая
небольшое украшение здесь и казан из нержавеющей
стали там.
Мы часто склонны рассматривать мир
бедных как страну упущенных возможностей и
удивляться, почему они не откладывают эти покупки
и не инвестируют в то, что действительно сделает
их жизнь лучше. Бедные, со своей стороны, могут
быть более скептически настроены по отношению
к предполагаемым шансам и самой возможности
каких-либо радикальных изменений в своей
жизни. Они часто ведут себя так, как будто считают,
что любое изменение, достаточно значительное,
чтобы ради него стоило пойти на жертвы, просто
займет слишком много времени. Это могло бы
объяснить, почему они сосредотачиваются на жизни
здесь и сейчас, на том, чтобы провести свою жизнь
как можно приятнее, празднуя, когда этого
требует случай.
37- Orwell, The Road to Wigan Pier, p. 81; Оруэлл, «Дорога на Уиган-
Пирс», с. 253-
7«

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
Так существует ли на самом деле ловушка
бедности, основанная на питании?
Эту главу мы начали с Пака Солхина, который
думает, что оказался в ловушке бедности, основанной
на питании. Но на самом буквальном уровне
главная проблема в его ситуации, скорее всего,
заключается не в нехватке калорий. В рамках программы
Раскин ему предоставляется некоторое количество
бесплатного риса, потребление которого, наряду
с помощью брата, вероятно, способно придать ему
сил, необходимых для физического труда в сельском
хозяйстве или строительстве. Наши данные
свидетельствуют о том, что большинство взрослых, даже
очень бедных, находятся вне зоны ловушки
бедности — они легко могут позволить себе необходимое
для физической продуктивности питание.
Возможно, так было и в случае с Паком Солхи-
ном. Мы не хотим сказать, что он не оказался в
ловушке. Но его проблема могла заключаться в том,
что у него не стало работы и он был слишком стар,
чтобы стать учеником на стройке. Также его
положение почти наверняка ухудшилось из-за того,
что он был подавлен и неспособен заниматься
какой-либо деятельностью.
Тот факт, что основные механизмы ловушки
бедности, основанной на питании, по-видимому, не
работают для взрослых, еще не означает, что для
бедных питание не является проблемой. Но эта
проблема может заключаться не столько в количестве пищи,
сколько в ее качестве и, в частности, в недостатке ми-
кронутриентов. Преимущества правильного питания
могут быть особенно сильны для двух групп людей,
которые не выбирают, что им есть, — нерожденных
"младенцев и маленьких детей. На самом деле вполне
79

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
возможно, что характер детского питания вызывает
S-образную зависимость между доходами родителей
и теми доходами, которые в будущем станут
получать их дети. Объясняется это тем, что ребенок,
получивший необходимые питательные вещества в
утробе матери или в раннем детстве, будет
зарабатывать больше денег каждый год своей жизни, то есть это
приводит к большим выгодам на протяжении всей
жизни. Например, исследование долгосрочного
эффекта дегельминтизации детей в Кении,
упомянутое выше, пришло к выводу, что дегельминтизация
на протяжении двух лет, а не одного года (и,
следовательно, лучшее питание в эти два года), приводит
к повышению пожизненного дохода на 3269
долларов США по ППС. Небольшое увеличение
инвестиций в детское питание (в Кении дегельминтизация
обходится в 1,36 доллара США по ППС в год; в Индии
пакет йодированной соли продается за о,б2
доллара США по ППС; в Индонезии обогащенный рыбный
соус обходится в 7 долларов США по ППС в год)
приводит к значительным выигрышам в будущем. Это
говорит о том, что правительствам и международным
учреждениям необходимо полностью пересмотреть
свою продовольственную политику. Хотя это может
быть плохой новостью для американских фермеров,
решение заключается не в том, чтобы просто
поставлять больше продовольственного зерна, на что в
настоящее время направлено большинство программ
продовольственной безопасности. Бедным нравится
получать субсидированное зерно, но, как мы уже
обсуждали ранее, если давать им больше, то это мало
поспособствует убеждению их питаться лучше, тем
более что главная проблема не в калориях, а в дру-~
гих питательных веществах. Кроме того, вероятно,
недостаточно просто обеспечить бедных большим
количеством денег, так как даже рост доходов, скорее
8о

МИЛЛИАРД ГОЛОДНЫХ ЛЮДЕЙ?
всего, не приведет к улучшению питания в
краткосрочной перспективе. Как мы видели в Индии,
бедные не едят больше или лучше, когда их доход
растет; с питанием конкурируют слишком много других
побуждений и желаний.
Напротив, социальная отдача от прямых
инвестиций в питание детей и беременных женщин
огромна. Это можно сделать при помощи раздачи
витаминизированных продуктов беременным
женщинам и родителям маленьких детей, лечения
детей от глистов в дошкольном или школьном
возрасте, предоставления им богатой микронутриентами
пищи или даже стимулирования родителей к
потреблению пищевых добавок. Все это уже делается
в некоторых странах. В настоящее время
правительство Кении систематически проводит
дегельминтизацию детей в школах. В Колумбии детское питание
в дошкольных учреждениях обогащается
микронутриентами. В Мексике социальные выплаты для
семей с детьми дополняются предоставлением
бесплатных пищевых добавок. Наряду с повышением
производительности, приоритетом пищевой
промышленности должны стать разработка способов
добавления питательных веществ в те пищевые
продукты, которые нравятся людям, а также создание
новых сортов питательных и вкусных культур,
пригодных для выращивания в самых разных условиях.
Некоторые примеры этого мы уже сегодня можем
увидеть благодаря деятельности таких организаций,
как Micronutrient Initiative и HarvestPlus. В Уганде
и Мозамбике недавно был представлен пригодный
для Африки новый сорт оранжевого сладкого
картофеля (который богаче бета-каротином, чем
местный батат)38. Новая соль, обогащенная железом
38. См.: http://www.harvestplus.org/.
8i

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
и йодом, в настоящее время одобрена для
использования в ряде стран, включая Индию. Но во многих
случаях продовольственная политика все еще
остается слишком зацикленной на мысли о том, что все
бедные нуждаются в дешевом зерне.

ГЛАВА 3
Простые средства для лучшего
(глобального) здравоохранения?
ЗДРАВООХРАНЕНИЕ — это сфера больших
надежд, но и больших разочарований. Как
представляется, нам доступно множество
сравнительно легких способов его улучшить, от вакцин
до противомоскитных сеток. Однако подобные
профилактические технологии, которые могли бы
спасти жизни при минимальных затратах, все еще
используются слишком малым числом людей.
Зачастую в этом обвиняются — не без оснований, как мы
увидим, — работники государственных учреждений
здравоохранения, которые отвечают за
предоставление основных медицинских услуг в большинстве
стран. Со своей стороны, эти работники
настаивают на том, что сорвать эти доступные плоды
гораздо труднее, чем кажется.
Зимой 2005 года в прекрасном городе Удайпур
на западе Индии мы провели оживленную
дискуссию с группой медсестер из государственных
медицинских центров. Они были очень недовольны
нами, потому что мы были вовлечены в проект,
целью которого было заставить их приходить на
работу чаще. В какой-то момент одна из них так
разозлилась, что решилась высказаться начистоту
и объявила, что их работа в любом случае
бессмысленна. Когда к ним приводят ребенка с диареей,
то все, что они могут предложить матери, —это
порошок для приготовления раствора для перораль-
ной регидратации (или РПР, смесь соли, сахара, хло-
83

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
рида калия и антацида, которая разводится водой
и принимается ребенком). Но большинство матерей
не верят, что РПР может принести какую-то
пользу. Они хотят получить то, что считают
правильным лечением, — антибиотики или внутривенную
капельницу. Медсестры рассказали нам, что, когда
матерей отправляют из медицинского центра
только с пакетом РПР, они никогда не приходят
снова. Каждый год медсестры видят, как десятки детей
умирают от диареи, но чувствуют себя совершенно
беспомощными.
Из 9 млн детей, которые ежегодно умирают, не
дожив до пяти лет, подавляющее большинство —дети
бедных из Южной Азии и Африки к югу от
Сахары, и примерно каждый пятый умирает от диареи.
В настоящее время предпринимаются усилия по
разработке и распространению вакцины против того
вида ротавируса, который вызывает многие (хотя
и не все) случаи диареи. Но три «чудодейственных
препарата» уже могли спасти большинство этих
детей — это хлорка для очистки воды, а также соль
и сахар, ключевые ингредиенты раствора для ре-
гидратации. Всего лишь юо долларов, потраченные
на хлор, упакованный для домашнего
использования, могут предотвратить 32 случая диареи1.
Обезвоживание является основной косвенной причиной
смерти от диареи, а РПР, который почти бесплатен,
представляет удивительно эффективный способ его
предотвращения.
Тем не менее ни хлор, ни РПР не применяются
слишком часто. В Замбии благодаря усилиям
Population Service International (PSI) —крупной организации,
1. См.: http://www.povertyactionlab.org/policy-lessons/health/child-
diarrhea.
84

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
которая занимается продажей хлора по
субсидируемым ценам во всем мире, — он дешев и широко
доступен. Всего за 8оо замбийских квача (o,i8 доллара
США по ППС) семья из шести человек может купить
достаточное количество хлорки, чтобы очистить
свой источник водоснабжения, избежав тем самым
диареи, возникающей из-за инфицирования воды.
Но это делают только ю% семей2. В Индии, по
данным Детского фонда ООН (ЮНИСЕФ), только треть
детей в возрасте до пяти лет, страдающих диареей,
получали РПР3. Почему же примерно 1,5 млн детей
ежегодно умирают от диареи — той болезни,
которую проще всего избежать и часто можно вылечить
при помощи кипяченой воды, сахара и соли?
Хлорка и РПР не являются исключением.
Существуют и другие относительно простые средства,
которые способны улучшить здоровье и спасти много
жизней. Это дешевые и простые технологии,
которые при правильном применении значительно
экономят ресурсы (в плане дополнительных рабочих
дней, меньшего количества используемых
антибиотиков, большей работоспособности людей и так
далее). Их применение не только спасает жизни,
но и окупает себя. К сожалению, слишком часто
никто не собирает эти доступные плоды. Дело не в том,
что люди не заботятся о своем здоровье. Напротив,
они выделяют на него значительные ресурсы.
Просто они тратят деньги в другом месте — на
антибиотики, которые не всегда необходимы, на
хирургические операции, которые делают слишком поздно,
чтобы помочь. Почему же это происходит?
2. Nava Ashraf, James Berry, and Jesse Shapiro, "Can Higher Prices
Stimulate Product Use? Evidence from a Field Experiment
in Zambia," NBER Working Paper W13247 (2007).
3. См.: http://www.unicef.org/infobycountry/india_statistics.html.
«5

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Медицинские ловушки бедности
В одной индонезийской деревне мы
познакомились с Ибу Эмптат, женой плетельщика корзин.
За несколько лет до нашей первой встречи (летом
20о8 года) у ее мужа начались проблемы со зрением
и он больше не мог работать. У нее не было другого
выбора, кроме как занять денег у местного
ростовщика—юоооо индонезийских рупий (18,75 доллара
США по ППС) на оплату лекарств, чтобы ее муж смог
снова приняться за работу, и 300000 рупий (56
долларов США по ППС) на питание в тот период, когда
ее муж выздоравливал и не работал (трое из ее семи
детей все еще жили с ними). За этот кредит они
должны были платить ю% в месяц. Однако они
задержались с выплатой процентов, и к тому времени,
когда мы встретились, ее долг вырос до l млн рупий
(187 долларов США по ППС); ростовщик угрожал
забрать все, что у них было. Хуже того, у одного из ее
младших сыновей недавно обнаружили тяжелую
астму. Поскольку семья уже погрязла в долгах, она
не могла позволить себе необходимые для его
лечения лекарства. Этот ребенок сидел с нами во время
нашего визита, кашляя каждые несколько минут;
он больше не мог регулярно посещать школу.
Семья, казалось, попала в классическую ловушку
бедности — болезнь отца сделала их бедными,
поэтому ребенок не смог получить лечения, а поскольку
он был слишком болен, чтобы получить
надлежащее образование, бедность маячила и в его будущем.
Несомненно, что здоровье может быть
потенциальным источником нескольких различных
ловушек. Например, работники, живущие в условиях
неблагополучной окружающей среды, могут
пропустить много рабочих дней; дети могут часто болеть
86

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
и не успевать в школе; у женщин могут родиться
болезненные дети. Каждый из этих каналов
потенциально является механизмом превращения
нынешних несчастий в будущую бедность.
Хорошая новость заключается в том, что, если
что-то подобное происходит, нам может
понадобиться только один толчок, одно поколение,
которое вырастет и будет работать в здоровой
окружающей среде, чтобы выбраться из такой ловушки. Так,
например, видит проблему Джеффри Сакс. По его
мнению, значительная часть беднейших людей
в мире и даже целые страны застряли в
медицинской ловушке бедности. Его любимым примером
является малярия. Те страны, в которых
значительная часть населения подвержена малярии, гораздо
беднее (в среднем доходы на душу населения в
таких странах, как Кот-д'Ивуар или Замбия, где
более 50% населения подвержены малярии, на треть
ниже, чем доходы в тех странах, где малярия
сегодня побеждена)4. И поскольку эти страны
настолько беднее, им труднее принимать меры для
предотвращения малярии, что, в свою очередь, делает их
еще более бедными. Но это также означает, по
мнению Сакса, что инвестиции в общественное
здравоохранение, направленные на борьбу с малярией
(например, распространение прикроватных
противомоскитных сеток для защиты от комаров в ночное
время) в этих странах могут принести очень
высокую отдачу — люди будут болеть реже и смогут
работать больше, а получаемый доход легко покроет
расходы на эти мероприятия и многое другое.
Выражаясь в терминах S-образной кривой из первой гла-
4- John Gallup and Jeffrey Sachs, "The Economic Burden of
Malaria," American Journal of Tropical Medicine and Hygiene
64 (2001): 1, 85-96.
87

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
вы, эндемичные по малярии африканские страны
застряли в левой части данной кривой. Ослабленная
малярией рабочая сила этих стран слишком
непродуктивна и, следовательно, слишком бедна, чтобы
иметь возможность платить за ликвидацию
малярии. Но если кто-то поможет им,
профинансировав ликвидацию малярии, то они окажутся на
правой части кривой, то есть на пути к процветанию.
То же самое можно сказать и о других болезнях,
распространенных в бедных странах. В этом и
заключается суть оптимистического послания книги Сакса
«Конец бедности».
Скептики поспешили указать на то, что неясно,
являются ли зараженные малярией страны
бедными из-за малярии, как предполагает Сакс, или,
возможно, их неспособность искоренить малярию
является показателем того, что они плохо управляются.
Если верно последнее, то одно только искоренение
малярии может принести очень мало пользы, пока
управление остается слабым.
Чья же история — активистов или скептиков —
подтверждается доказательствами? Успешные
кампании по искоренению малярии были изучены
в ряде различных стран. В каждом из этих
исследований сравниваются регионы страны с высокой
распространенностью малярии и регионы с низкой
распространенностью и проверяется, что происходит
с детьми, родившимися в этих районах до и после
проведения кампании. Все исследования
приходят к выводу, что показатели качества жизни
детей (например, уровень полученного ими
образования или последующие заработки), родившихся
после кампании в районах, где когда-то была
распространена малярия, догоняют подобные
показатели тех детей, которые родились в районах с низким
уровнем заболеваемости. Это убедительно свиде-
88

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
тельствует о том, что искоренение малярии
действительно приводит к сокращению долгосрочной
бедности, хотя его последствия и не столь значительны,
как это предполагается Джеффри Саксом. В одном
исследовании по искоренению малярии в южных
штатах США (где это заболевание было
распространено до 1951 года)5 и в нескольких странах
Латинской Америки6 показывается, что ребенок, выросший
без малярии, зарабатывает на протяжении всей
своей взрослой жизни на $0% в год больше, чем ребенок,
перенесший это заболевание. Качественно
сходные результаты были получены в Индии7,
Парагвае и Шри-Ланке, хотя величина прироста дохода
варьируется от страны к стране8.
Подобные результаты говорят о том, что
финансовая отдача от инвестиций в профилактику
малярии может быть фантастически высокой.
Обработанная инсектицидами противомоскитная сетка,
которая может прослужить около пяти лет, в Кении стоит
не более 14. долларов США по ППС. По самым
осторожным подсчетам, кенийский ребенок, кровать
которого оборудована противомоскитной сеткой, имеет
на 30% меньше риска заразиться малярией в возрасте
от рождения до двух лет, по сравнению с ребенком,
на кровати которого такая сетка отсутствует. Взрос-
5- См.: http://www.cdc.gOv/malaria/history/index.htm#eradicationus.
6. Hoyt Bleakley, "Malaria Eradication in the Americas: A
Retrospective Analysis of Childhood Exposure," American Economic
Journal: Applied Economics 2 (2) (2010): 1-45.
7. David Cutler, Winnie Fung, Michael Kremer, Monica Singhal, and
Tom Vogl, "Early-Life Malaria Exposure and Adult
Outcomes: Evidence from Malaria Eradication in India," American
Economic Journal: Applied Economics 2 (2) (April 2010): 72-94.
8. Adrienne Lucas, "Malaria Eradication and Educational
Attainment: Evidence from Paraguay and Sri Lanka," American
Economic "Journal: Applied Economics 2 (2) (2010): 46-71.
89

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
лый в Кении в среднем зарабатывает 59° долларов
США по ППС в год. Отсюда следует, что если
последствия малярии действительно сокращают заработки
кенийцев на $о%, то инвестиции в размере ц
долларов увеличат доходы на 295 долларов для тех 30%
населения, которые заболели бы при отсутствии сеток.
Средней отдачи от инвестиций в 88 долларов
каждый год всей будущей взрослой трудовой жизни
ребенка вполне достаточно для того, чтобы родители
купили пожизненный запас противомоскитных сеток
для всех своих детей, оставшись в выигрыше со
значительной суммой денег.
Существуют и другие примеры высокой
эффективности инвестиций в здравоохранение. Одним из них
является доступ к чистой воде и канализационным
системам. В целом, по оценкам ВОЗ и ЮНИСЕФ,
в 20о8 году примерно 13% населения мира не имели
доступа к улучшенным источникам воды (под
которыми обычно понимаются водопровод или
колодец), а около одной четвертой не имели доступа
к безопасной для питья воде9. Многие из этих
людей очень бедны. В нашем наборе данных по i8
странам доступ к водопроводной воде на дому среди
крайне бедных в сельской местности варьировался
от менее чем \% (в сельских районах Раджастхана
и Уттар-Прадеша в Индии) до 3^>4% (в Гватемале).
Цифры, как правило, намного лучше для богатых
домохозяйств, хотя они сильно варьируются от
страны к стране (от менее 3>2% в Папуа —Новой Гвинее
до 8о% в Бразилии, для сельского среднего класса).
Они выше в городских районах — как для бедных,
g. WHO and UNICEF, Progress on Sanitation and Drinking Water, 2010,
available at http://whqlibdoc.who.int/publications/2010/
9789241563956_eng_full_text.pdf.
90

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
так и для среднего класса. Достойные санитарные
условия доступны бедным еще меньше — 42%
населения мира живут без домашнего туалета.
Большинство экспертов согласны с тем, что
доступ к водопроводной воде и канализации может
иметь огромное воздействие на здоровье.
Исследование показало, что введение водопровода, улучшение
санитарных условий и хлорирование источников
воды отвечают примерно за три четверти от
снижения младенческой смертности между 1900 и 1946
годами и почти за половину снижения общей
смертности за тот же период10. Кроме того, повторяющиеся
приступы диареи в детстве ухудшают физическое
и когнитивное развитие, что оказывает воздействие
на всю будущую жизнь. Подсчитано, что
организация водопроводного снабжения домохозяйств
очищенной хлорированной водой может уменьшить
диарею до %%п. Плохое качество водоснабжения
и наличие мест с застойной водой также являются
причиной других серьезных заболеваний, включая
малярию, шистосомоз и трахому12, каждое из
которых может убить детей или привести к их меньшей
трудоспособности в будущем.
Тем не менее в настоящее время распространено
мнение, что обеспечение водопроводной водой и ка-
ю. David Cutler and Grant Miller, "The Role of Public Health
Improvements in Health Advances: The Twentieth-Century United
States," Demography 42 (1) (2005): 1-22; and J.Bryce, C.Bo-
schi-Pinto, K. Shibuya, R. E. Black, and the WHO Child Health
Epidemiology Reference Group, "WHO Estimates of the
Causes of Death in Children," Lancet 365 (2005): 1147-1152.
11. Lorna Fewtrell and John M.Colford Jr., "Water, Sanitation and
Hygiene: Interventions and Diarrhoea," HNP Discussion
Paper (2004).
12. World Health Organization, "Water, Sanitation and Hygiene Links
to Health: Facts and Figures," 2004.
91

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
нализацией, которое обходится в 20 долларов на
семью в месяц, слишком дорого для бюджета
большинства развивающихся стран13. Однако опыт НПО
Gram Vikas, работающей в индийском штате
Орисса, показывает, что устроить водопровод и
канализацию можно гораздо дешевле. Основатель и
генеральный директор этой организации Джо Мадиат,
человек с самоуничижительным чувством юмора,
который участвует в ежегодных встречах самых
богатых и влиятельных людей в мире на Всемирном
экономическом форуме в Давосе, Швейцария, в
нарядах из домотканого хлопка, привык делать все
по-своему. Карьера Мадиата в качестве активиста
началась рано — источником проблем он стал
всего в 12 лет, когда попытался организовать движение
работников на плантации своего отца. Он приехал
в Ориссу в начале 197°"X годов с группой
студентов левого толка, чтобы помочь после
разрушительного циклона. После того как неотложная помощь
была оказана, он решил остаться и посмотреть,
сможет ли он найти какие-то более постоянные
способы помочь бедным жителям ории. В конце концов
он остановился на водоснабжении и канализации.
Эта проблема привлекла его тем, что она
одновременно требовала ежедневных усилий и
предоставляла возможность инициировать долгосрочные
социальные изменения. Он объяснил нам, что в Ориссе
водоснабжение и канализация представляют
социальный вопрос. Мадиат настаивает на том, чтобы
каждое домохозяйство в тех деревнях, где
работает Gram Vikas, было подключено к одной и той же
водопроводной сети. Вода подается в каждый дом,
13. Dale Whittington, W. Michael Hanemann, Claudia Sadoff, and
Marc Jeuland, "Sanitation and Water," Copenhagen 2008
Challenge Paper, p. 21.
92

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
в котором есть туалет, кран и ванная комната,
подключенные к одной и той же системе. Для семей
из высших каст это означает совместное
пользование водой с семьями из низших каст, что для
многих в Ориссе было неприемлемо, когда впервые
было предложено. НПО требуется некоторое
время, чтобы получить согласие всей деревни, а
некоторые деревни в конечном итоге отказываются, но эта
организация всегда придерживается принципа,
согласно которому не начинает работать в деревне,
пока на участие не согласятся все. Когда
соглашение наконец достигается, то часто это
оказывается первым случаем, когда некоторые семьи из
высших каст участвуют в проекте с участием остальной
части общины.
Заключив соглашение с деревней, Gram Vikas
начинает строительные работы, которые обычно
длятся от одного до двух лет. Только после того, как
краны и туалеты устанавливаются в каждом доме,
система включается. Одновременно Gram Vikas
ежемесячно собирает данные о том, кто обращался в
медицинский центр для лечения малярии или диареи.
Таким образом, мы можем непосредственно увидеть,
что происходит в деревне после подключения
водопровода и канализации. Результаты поразительны:
почти в одночасье и на долгое будущее число
случаев тяжелой диареи сокращается наполовину, а число
случаев малярии — на треть. Ежемесячные
издержки на пользование системой, включая техническое
обслуживание, для каждого домохозяйства
составляют 190 рупий, или 4 доллара (по текущему
обменному курсу), то есть 20% от того, что считается
обычной стоимостью.
Существуют и еще более дешевые способы
предотвращения диареи, такие как добавление хлора
в воду. В число очень недорогих и эффективных ме-
93

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
дицинских технологий входят РПР, иммунизация
детей, дегельминтизирующие препараты,
исключительное грудное вскармливание детей до шести
месяцев и некоторые обычные дородовые процедуры,
такие как прививка от столбняка для будущей
матери. Приведем еще несколько примеров простых
средств — витамин В против ночной слепоты,
препараты железа и обогащенная железом мука против
анемии и так далее.
Существование подобных технологий является
источником как оптимизма Джеффри Сакса, так
и его нетерпения. По его мнению, существуют
медицинские ловушки бедности, но есть и лестницы,
которые мы можем дать бедным, чтобы помочь им
выбраться из этих ловушек. Если бедные не могут
позволить себе эти лестницы, весь остальной мир
должен им помочь. Именно это делает Gram Vi-
kas в Ориссе, помогая организовывать
водоснабжение в деревнях и субсидируя затраты на его
устройство. Несколько лет назад Джо Мадиат рассказал
нам, что ему пришлось отказаться от
финансирования из Фонда Билла и Мелинды Гейтс, так
как там настаивали, чтобы жители деревень
полностью оплачивали то, что они получают (к
счастью, впоследствии фонд изменил свою точку
зрения на этот вопрос). Он утверждал, что сельские
жители просто не могут позволить себе платить
19° рупий в месяц за водопровод и канализацию,
хотя их потенциальные выгоды для здоровья
гораздо выше. Поэтому Gram Vikas просит лишь
вносить столько денег в деревенский фонд, чтобы их
хватило на поддержание системы в хорошем
состоянии и подключение к ней новых домохозяиств
по мере роста деревни. Остальное эта НПО
собирает со спонсоров по всему миру. По мнению Сакса,
так и должно быть.
94

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
Почему эти технологии
не применяются чаще?
Недоиспользуемые чудеса
В теории Сакса о том, что бедные люди застряли
в медицинской ловушке бедности, а деньги могут
помочь вытащить их оттуда, есть одна загвоздка.
Некоторые из этих технологий настолько дешевы,
что доступны всем, даже самым бедным.
Например, грудное вскармливание вообще ничего не
стоит. И все же только грудью в первые шесть месяцев,
как это рекомендует ВОЗ14, кормят только 40% детей
во всем мире. Хорошим примером является также
вода. Как мы видели, водоснабжение (в сочетании
с канализацией) может стоить 190 рупий в месяц,
или 228о рупий в год, по покупательной
способности это эквивалентно примерно 300000 замбийских
квача. Вполне вероятно, что бедные сельские
жители Замбии не могут позволить себе такую
роскошь. Но менее чем за 2% от этой суммы замбий-
ская семья из шести человек может купить такое
количество хлорки, которой достаточно для
очистки всей воды, потребляемой ими в течение года, так
как бутылка Chlorin (под этой маркой PSI
распространяет хлорку) стоит 8оо квача (o,i8 доллара США
по ППС) и ее хватает на месяц. При этом
применение хлорки может уменьшить заболеваемость
диареей среди маленьких детей до 4$%15, а людям в Зам-
14- См.: http://www.who.int/features/factfiTes/breastfeeding/en/in-
dex.html.
15. R. Е. Quick, A. Kimura, A.Thevos, M.Tembo, I.Shamputa, L.
Hutwagner, and E. Mintz, "Diarrhea Prevention Through
Household-Level Water Disinfection and Safe Storage in Zambia,"
American Journal of Tropical Medicine and Hygiene 66 (5) (2002):
584-589-
95

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
бии известны ее свойства — когда их просят назвать
что-то, что очищает питьевую воду, 98% упоминают
Chlorin. Хотя Замбия очень бедная страна, 8оо ква-
ча за бутылку, которой хватает на месяц, на самом
деле не так уж много денег — средняя семья тратит
4800 квача (i,i доллара США по ППС) в неделю
только на растительное масло. Однако лишь \о%
населения действительно применяют хлорку для
очистки воды. Когда в рамках эксперимента некоторым
домохозяйствам был предложен ваучер со скидкой,
который давал им право на приобретение
бутылки Chlorin за 700 квача (o,i6 доллара США по ППС),
только около 50% захотели ее купить16. Эта доля
значительно увеличилась, когда цена была снижена
до зоо квача (0,7 доллара США по ППС), но, что
примечательно, четверть людей отказались от покупки
хлорки даже по такой сниженной цене.
Столь же невелик спрос и на противомоскитные
сетки. Джессика Коэн и Паскалин Дюпас учредили
НПО ТАМТАМ (Together Against Malaria) для
распространения противомоскитных сеток через клиники
для беременных женщин в Кении17. Через
некоторое время через те же клиники PSI стала
распространять субсидируемые, но не бесплатные
противомоскитные сетки. После этого Коэн и Дюпас решили
выяснить, сохранилась ли теперь необходимость
в деятельности их организации. Для этого они
провели простой тест, предлагая сетки по разным
ценам в разных, отобранных случайно, клиниках. Эти
i6. Ashraf, Berry, and Shapiro, "Can Higher Prices Stimulate
Product Use?"
17. Jessica Cohen and Pascaline Dupas, "Free Distribution
or Cost-Sharing? Evidence from a Randomized Malaria
Prevention Experiment," Quarterly Journal of Economics 125 (1)
(2010): 1-45.
96

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
цены варьировались от нуля до (также
субсидируемой) цены PSI. Как и в случае с хлоркой, они
обнаружили, что спрос на сетки действительно очень
чувствителен к цене. Бесплатные сетки брали почти
все, а по цене PSI (около 0,75 доллара США по ППС)
спрос исчезал почти полностью. Когда Дюпас
повторила этот эксперимент в других поселениях,
предоставив при этом людям возможность вернуться
домой за деньгами (вместо необходимости покупать
сетки прямо на месте), по цене PSI стали покупать
больше, но при нулевой цене спрос все равно выра-
1Я
стал в несколько раз .
В этой связи еще более тревожит тот факт, что
спрос на противомоскитные сетки хотя и очень
чувствителен к цене, но не очень чувствителен к
доходу. Для перехода в правую часть S-образной
кривой, где начинается благотворный круг, в котором
улучшение здоровья и увеличение дохода
усиливают друг друга, необходим такой рост доходов
избежавшего малярии человека, чтобы это
повысило вероятность того, что противомоскитные сетки
купят и его дети также избегнут малярии. Выше
мы показали, что покупка противомоскитных сеток
для снижения риска заражения малярией может
повысить годовой доход в среднем на 15%. Тем не
менее, несмотря на то что 15%-е увеличение дохода
намного выше стоимости противомоскитных сеток,
на 15% более богатые люди покупают эти сетки
только на 5% чаще, чем другие19. Иначе говоря, бесплат-
i8. Pascaline Dupas, "What Matters (and What Does Not) in
Households' Decision to Invest in Malaria Prevention?"
American Economic Review: Papers and Proceedings 99 (2) (2009):
224-230.
19. Obinna Onwujekwe, Kara Hanson, and Julia Fox-Rushby,
"Inequalities in Purchase of Mosquito Nets and Willingness to Pay
97

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ная раздача противомоскитных сеток далеко не
гарантирует, что их будут приобретать и следующие
поколения, а лишь увеличивает число будущих
покупателей с 47 Д° 52^- Этого недостаточно для
искоренения малярии.
Отсутствие спроса подчеркивает наиболее,
возможно, фундаментальную проблему
здравоохранения—лестницы, по которым можно выбраться из
ловушки бедности, существуют, но не всегда находятся
в нужном месте, а люди, похоже, не знают, как ими
пользоваться, или даже не хотят этого делать.
Стремление быть здоровыми
Таким образом, представляется, что бедные не
готовы жертвовать необходимые деньги или время,
чтобы получить чистую воду, противомоскитные сетки
или, если уж на то пошло, дегельминтизирующие
таблетки или обогащенную муку, несмотря на их
потенциально большие преимущества для
здоровья. Означает ли это, что бедные не заботятся о
своем здоровье? Факты говорят об обратном. Когда их
спросили, был ли период месяца в недавнем
прошлом, когда они чувствовали «беспокойство,
напряжение или тревогу», примерно четверть бедных,
как в сельских районах Удайпура, так и в городах
Южной Африки, ответили утвердительно20. Это
намного выше того, что мы видим в Соединенных
Штатах. Самым частым источником этого стресса
for Insecticide-Treated Nets in Nigeria: Challenges for
Malaria Control Interventions," Malaria Journal 3 (6) (March 16,
2004).
20. Anne Case and Angus Deaton, "Health and Weil-Being in Udai-
pur and South Africa," chap. 9 in D.Wise, ed., Developments
in the Economics of Aging (Chicago: University of Chicago Press,
for NBER, 2006).
98

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
(44% случаев в Удайпуре) является или собственное
здоровье, или здоровье близких. Во многих странах
нашего набора данных из i8 стран бедные тратят
значительную часть своих собственных денег на
медицину. Среднее крайне бедное домохозяйство тратит
до 6% своего ежемесячного бюджета на
здравоохранение в сельских районах Индии и от з до 5% в
Пакистане, Панаме и Никарагуа. В большинстве стран
члены более одной четвертой домашних хозяйств
хотя бы один раз в прошлом месяце посещали
врача-терапевта. Бедные также тратят большие суммы
денег на отдельные мероприятия в области
здравоохранения. Среди бедных семей в Удайпуре 8% до-
мохозяйств сообщили об общих расходах на
медицину в размере более 5000 рупий (228 долларов США
по ППС) в предыдущем месяце, что в ю раз
превышает среднемесячный бюджет на душу населения
для средней семьи, а некоторые домохозяйства
(высший 1% по расходам) потратили до 26 раз больше
среднемесячного бюджета на человека.
Столкнувшись с серьезной медицинской проблемой, бедные
домохозяйства сокращают расходы, продают
активы или берут кредиты, как это сделала Ибу Эмптат,
часто по очень высоким ставкам. В Удайпуре каждое
третье из опрошенных домохозяйств выплачивало
в настоящее время кредит, взятый для оплаты
медицинского обслуживания. Значительная часть этих
займов поступает от ростовщиков по ставкам,
которые могут быть очень высокими —стандартная
процентная ставка составляет з% в месяц (42% в год).
Пустые траты
Вопрос поэтому заключается не в том, сколько
бедные тратят на медицину, а в том, на что тратятся
деньги, зачастую это дорогостоящее лечение, а не
дешевая профилактика. Для снижения затрат на здра-
99

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
воохранение, во многих развивающихся странах
официально установлена очередность оказания
медицинской помощи, которая обеспечивает
доступность (часто бесплатность) основных лечебных услуг
для малоимущих относительно недалеко от их
места жительства. В ближайшем медицинском
пункте, как правило, нет врача, но его сотрудник обучен
лечить простые заболевания и выявлять более
серьезные, в этом случае пациент направляется в
медицинское учреждение более высокого уровня. Есть
страны, где подобные системы серьезно
перегружены из-за нехватки персонала, но во многих
странах, таких как Индия, медицинские центры
первого уровня существуют и полностью укомплектованы.
Даже в Удайпурском округе, который особенно
удален и малонаселен, семье нужно пройти всего
полторы мили, чтобы найти медицинский пункт с
квалифицированной медсестрой. Тем не менее мы собрали
данные, которые говорят о том, что эта система
не работает. Бедные в основном избегают
бесплатной системы здравоохранения. В среднем
"проинтервьюированные нами взрослые из крайне бедных
семей посещают медицинские заведения раз в два
месяца. Из этих посещений менее одной четвертой
приходится на государственные учреждения, а более
половины — на частные21. Наконец, оставшиеся — это
посещения бхопа, народных целителей, которые в
основном предлагают изгнание нечистой силы.
Представляется, что выбор бедных в Удайпуре
дорог вдвойне, так как они предпочитают лечение,
а не профилактику, при этом лечение у частных
врачей, а не у обученных медицинских работников,
21. Abhijit Banerjee, Angus Deaton, and Esther Duflo, "Wealth,
Health, and Health Services in Rural Rajasthan," AER Papers
and Proceedings 94 (2) (2004): 326-330.
IOO

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
которых правительство предоставляет бесплатно.
Это могло бы иметь смысл, если бы частные
врачи были более квалифицированными, но, похоже,
это не так —степень медицинского колледжа (в
число которых входят и нетрадиционные степени,
такие как BAMS (бакалавр аюрведической медицины)
и BUMS (бакалавр медицинской науки Унани))
имеет чуть более половины таких частных «докторов»,
а одна треть из них вообще не имеют высшего
образования. Если же обратиться к данным о тех людях,
которые «помогают доктору» и зачастую
осматривают пациентов, картина становится еще более
мрачной—две трети из них вообще не имеют какой-либо
формальной медицинской квалификации22.
На местном жаргоне неквалифицированных
врачей, подобных этим, называют «бенгальскими
докторами», потому что один из самых первых индийских
медицинских колледжей был основан в Бенгалии,
выпускники которого затем разлетелись по всей
Северной Индии в поисках медицинской практики.
Эта традиция сохранилась —бенгальскими
докторами, независимо от того, из Бенгалии они или нет,
называют себя люди, которые появляются в деревнях
с немногим больше чем стетоскоп и пакет
стандартных лекарств. Мы взяли интервью у одного
такого человека, который объяснил, как он стал врачом:
«Я окончил среднюю школу и не смог найти работу,
поэтому решил стать доктором». Он очень любезно
показал нам свой аттестат о среднем образовании,
согласно которому он специализировался на
географии, психологии и санскрите (древнем индийском
языке). Бенгальские доктора —это не только
сельский феномен. Исследование показало, что только
22. Abhijit Banerjee and Esther Diiflo, "Improving Health Care
Delivery in India," MIT (2009), mimeo.
IOI

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
34% «докторов» из трущоб Дели имели формальное
медицинское образование23.
Разумеется, отсутствие ученой степени не
обязательно означает некомпетентность: эти врачи
вполне могли бы научиться лечить легкие случаи и
направлять остальных в настоящую больницу. Другой
бенгальский врач, с которым мы разговаривали
(он действительно был из Бенгалии), очень ясно
дал понять, что знает свои пределы — он
прописывал анальгетики (такие, как тайленол) и
противомалярийные препараты, а иногда некоторые
антибиотики, когда было похоже, что они подходят
для лечения болезни. Если же случай был трудным,
он направлял пациентов в центр первичной медико-
санитарной помощи или в частную больницу.
К сожалению, однако, подобная воздержанность
распространена далеко не повсеместно. Джишну
Дас и Джефф Хаммер, два экономиста из
Всемирного банка, решили выяснить, какими познаниями
на самом деле обладают врачи в городских районах
Дели24. Они начали с выборки врачей всех видов
(государственных и частных, квалифицированных
и неквалифицированных) и представили
каждому из них пять медицинских сценариев. Например,
гипотетический ребенок-пациент приходит с
симптомами диареи. В таких случаях рекомендуемая
медицинская практика заключается в том, чтобы
врач сначала задал достаточно вопросов, чтобы
выяснить, был ли у ребенка высокий жар или рвота,
23- Jishnu Das and Jeffrey Hammer, "Money for Nothing: The Dire
Straits of Medical Practice in Delhi, India," Journal of
Development Economics 83 (1) (2007): 1-36.
24. Jishnu Das and Jeffrey Hammer, "Which Doctor? Combining
Vignettes and Item Response to Measure Clinical
Competence," Journal of Development Economics 78 (2) (2005): 348-383.
102

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
и, если ответ отрицательный, назначить РПР,
чтобы предотвратить развитие болезни. Другой
сценарий описывал беременную женщину, прибывающую
с видимыми симптомами преэклампсии —
потенциально смертельного состояния, которое
требует немедленного направления в больницу. Ответы
врачей и задаваемые ими вопросы сопоставлялись
с «идеальными» вопросами и ответами, чтобы
сформировать индекс компетентности каждого врача.
Средняя компетентность в выборке была на
удивление низкой. Даже самые лучшие врачи (20 лучших
из юо) задавали меньше половины тех вопросов,
которые они должны были задать, а худшие (20
худших из юо) задавали только одну шестую часть этих
вопросов. Кроме того, подавляющее большинство
этих врачей рекомендовали такие действия,
которые, по оценке экспертной группы врачей, скорее
принесли бы вред, чем пользу.
Неквалифицированные частные врачи показали наихудшие результаты,
особенно те, кто работал в бедных районах.
Лучшими оказались квалифицированные частные врачи.
Государственные врачи были где-то посередине.
Кроме того, в ошибках прослеживалась четкая
закономерность—врачи были склонны недооценивать
серьезность болезни и злоупотреблять лекарствами.
В ходе нашего медицинского обследования в Удайпуре
мы обнаружили, что пациенту делали укол в 66%
посещений частного учреждения и капельницу—в 12%
посещений. Анализы собирались только в з%
посещений. Обычная форма лечения диареи, лихорадки
или рвоты — это назначение антибиотиков или
стероидов либо того и другого, обычно путем инъекций25.
25- Abhijit Banerjee, Angus Deaton, and Esther Duflo, "Wealth,
Health, and Health Services in Rural Rajasthan," AER Papers
and Proceedings 94 (2) (2004): 326-330.
103

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Подобное лечение не только не требовалось в
большинстве случаев, но и было потенциально опасным.
Во-первых, существует проблема стерилизации игл.
Одни наши друзья раньше управляли начальной
школой в маленькой деревушке на окраине Дели. В этой
деревне работал врач неизвестной квалификации,
но с процветающей практикой. Рядом с его
амбулаторией находилась всегда наполненная водой огромная
бочка с маленьким краном. После каждого
пациента этот врач выходил на улицу и делал вид, что моет
иглу водой из бочки. Так он показывал, что
принимает меры предосторожности. Нам неизвестно,
заразил ли этот доктор кого-либо своим шприцем, но
врачи в Удайпуре рассказывают о другом докторе,
который заразил целую деревню гепатитом В, повторно
используя одну и ту же нестерилизованную иглу.
Злоупотребление антибиотиками повышает
вероятность появления устойчивых к действию
антибактериальных препаратов штаммов
возбудителей инфекций26. В особенности этому способствует
обыкновение многих врачей прописывать
укороченный курс лечения, чтобы сэкономить деньги
своих пациентов. Во всем развивающемся мире мы
наблюдаем рост устойчивости к антибиотикам. Точно
так же неправильное дозирование и плохое
соблюдение пациентами правил лечения объясняют
появление в ряде африканских стран штаммов малярийных
паразитов, устойчивых к основным лекарственным
препаратам, что может привести к катастрофе в
области общественного здравоохранения27.
Чрезмерное применение стероидов чревато еще более ко-
26. World Health Organization, WHO Report on Infectious Diseases 2000:
Overcoming Antimicrobial Resistance (Geneva:WHO/CDS, 2000), 2.
27. Ambrose Talisuna, Peter Bioland, and Umberto d'Alessandro,
"History, Dynamics, and Public Health Importance of Mala-
104

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
варными последствиями. Исследователи в возрасте
40 лет или старше, работавшие с бедными в таких
странах, как Индия, могут припомнить много
случаев, когда они с удивлением обнаруживали, что те
люди, которых они считали гораздо старше себя,
на самом деле оказывались значительно моложе.
Преждевременное старение может быть вызвано
многими причинами, но использование стероидов
определенно является одной из них. И проблема
заключается не только в том, что люди выглядят
старше, они и умирают раньше. Но поскольку
непосредственный эффект приема таких лекарств
заключается в быстром улучшении самочувствия
пациентов, а о долгосрочных последствиях им не сообщают,
то от врача они возвращаются осчастливленными.
Что здесь происходит? Почему бедные иногда
отказываются от недорогой эффективной санитарии —
дешевого и простого способа радикально улучшить
здоровье людей — в пользу траты больших денег
на то, что не помогает и может реально навредить?
Виноваты ли в этом правительства?
Отчасти ответ связан с тем, что дешевые средства в
основном имеют профилактический характер, а
важнейшим игроком в сфере профилактики традиционно
является правительство. Беда в том, что правительства
могут сделать легкие вещи гораздо менее легкими,
чем они должны быть. Безусловно, недостаток
профилактической помощи во многом обусловливается
высоким уровнем невыходов на работу и низкой
мотивацией государственных медицинских работников.
Государственные медицинские центры часто
закрываются тогда, когда они должны работать. В
Инна Parasite Resistance," American Society/or Microbiology 17 (1)
(2004): 235-254.
105

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
дии местные медицинские пункты должны быть
открыты шесть дней в неделю, шесть часов в день.
Однако когда в ходе нашего исследования в Удайпу-
ре мы на протяжении года посещали юо таких
объектов в разное время в течение рабочего дня, то
обнаружили, что они закрыты в 56% случаев. И только
в 12% случаев это происходило потому, что
медсестра отправлялась на вызов. В остальное время она
просто отсутствовала. Подобный показатель
отсутствия на рабочем месте наблюдается повсюду.
В 2002-2003 годах Всемирный банк провел
Всемирное обследование невыходов на работу в Бангладеш,
Эквадоре, Индии, Индонезии, Перу и Уганде и
установил, что средний показатель отсутствия на
рабочем месте среди медицинских работников
(врачей и медсестер) составил 35% (в Индии — 43%)28-
В Удайпуре мы также обнаружили, что предсказать
время отсутствия медсестры невозможно и это еще
больше затрудняет посещение медицинских пунктов
бедными. Частные учреждения гарантируют, что
медик будет на работе. Если нет, то ему не заплатят,
в отличие от государственного служащего.
Более того, даже когда государственные врачи
и медсестры находятся поблизости, они не особенно
хорошо обращаются со своими пациентами. Работая
с той же группой врачей, которые отвечали на
вопросы медицинских сценариев, один из членов
исследовательской группы Даса и Хаммера провел с каждым
из них целый рабочий день. Этот исследователь
подробно записывал детали приема каждого пациента,
включая число вопросов, заданных врачом об
истории болезни, проведенные обследования, назначен-
28. Nazmul Chaudhury et al., "Missing in Action: Teacher and
Health Worker Absence in Developing Countries," Journalof
Economic Perspectives 20 (1) (2006): 91-116.
106

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
ные и предоставленные лекарства и (для частного
сектора) взимаемые цены. Из этого исследования
здравоохранения в Индии можно сделать пугающий
вывод. Дас и Хаммер назвали это правилом 3-3"3- Ме-
дианныи прием длился три минуты, врач задавал
три вопроса, иногда проводя некоторые
обследования, а пациент получал три лекарства (обычно
врачи сами выдавали лекарства, а не писали рецепты).
Направления на прием к специалистам
выписывались редко (менее чем в j% случаев); инструкции
пациентам давались только примерно в половине
случаев, и только около трети давали какие-либо
рекомендации по поводу последующего лечения. Мало
того, в государственном секторе дела обстояли
гораздо хуже, чем в частном. Государственные врачи
тратят в среднем около двух минут на одного пациента.
Они задают меньше вопросов и в большинстве
случаев вообще не прикасаются к пациенту. В основном
они просто просят пациента сообщить о своем
диагнозе самостоятельно и затем лечат на основе такой
самодиагностики. Аналогичные результаты были по-
лучены и в некоторых других странах .
Поэтому, возможно, ответ относительно прост —
люди избегают систему общественного
здравоохранения, потому что она плохо работает. Это может
также объяснить, почему недостаточно
используются другие услуги, предоставляемые через
государственную систему, такие как иммунизация и
дородовой контроль для будущих матерей.
29. Kenneth L. Leonard and Melkiory C. Masatu, "Variations in
the Quality of Care Accessible to Rural Communities in
Tanzania," Health Affairs 26 (3) (2007): 380-392; and Jishnu Das,
Jeffrey Hammer, and Kenneth Leonard, "The Quality of
Medical Advice in Low-Income Countries," Journal of Economic
Perspectives 22 (2) (2008): 93-114.
107

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Тем не менее, насколько нам известно, это не
может объяснять все. Не только правительство
занимается распространением противомоскитных
сеток и хлорки для очистки воды. Число пациентов,
прибегающих к услугам государственных
медсестер, не растет и тогда, когда они выходят на
работу по расписанию. В одном из индийских округов
в результате совместных усилий местной НПО Seva
Mandir и властей округа примерно за полгода
удалось добиться резкого сокращения невыходов
медсестер на работу — вероятность найти кого-то в
медицинском пункте выросла с мрачных 40% до более
чем бо%. Но это никак не повлияло на количество
обращавшихся в медицинские пункты клиентов30.
В рамках другой инициативы Seva Mandir
организовала в тех же деревнях ежемесячные
лагеря иммунизации. Это было вызвано крайне
низкими показателями иммунизации в этой местности.
До начала работы НПО менее 5% детей
получали базовый пакет прививок (по определению ВОЗ
и ЮНИСЕФ). Учитывая широкий консенсус в
отношении того, что иммунизация спасает жизни
(по оценкам, от болезней, которые можно
предотвратить при помощи вакцин, ежегодно умирают
от 2 млн до з млн человек) и ее низкую стоимость
(для жителей тех деревень она была бесплатна),
представляется, что она должна быть
приоритетом для каждого родителя. Низкие показатели
иммунизации, согласно общераспространенному
мнению, объяснялись халатным отношением медсестер
к своим обязанностям. Матери просто уставали хо-
ЗО. Abhijit Banerjee, Esther Duflo, and Rachel Glennerster, "Putting
a Band-Aid on a Corpse: Incentives for Nurses in the Indian
Public Health Care System," Journal of the European Economic
Association 6 (2-3) (2008): 487-500.
108

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
дить в медицинский пункт с маленьким ребенком,
так и не застав медсестру.
Чтобы решить эту проблему, в 2003 году Seva Man-
dir решила создать свои собственные лагеря, которые
широко рекламировались, проводились ежемесячно
в один и тот же день и, как подтверждают наши
данные, работали как часы. Это привело к некоторому
повышению уровня иммунизации: в охваченных
лагерями деревнях в среднем 77% детей получили хотя бы
один укол. Проблема была связана с прохождением
всего курса. В контрольной группе деревень уровень
иммунизации составил 6%, а в деревнях,
охваченных лагерями,—17%. Даже при наличии
высококачественных бесплатных частных услуг по иммунизации,
доступных прямо у порога дома родителей, восемь
из десяти детей остались без полной иммунизации.
Таким образом, мы должны принять вероятность
того, что люди не обращаются в государственные
медицинские центры отчасти и потому, что они не
особенно заинтересованы в получении предлагаемых
ими услуг, включая вакцинацию. Почему же бедные
люди предъявляют высокий спрос на (плохое)
медицинское обслуживание и при этом проявляют такое
безразличие к профилактическим услугам и вообще
ко всем тем чудесным дешевым средствам, которые
изобрела для них медицинская наука?
Понять активное обращение
за медицинской помощью
Бесплатное — значит бесполезное?
Если люди не пользуются преимуществами
дешевых профилактических технологий, чтобы
улучшить свое здоровье, то, возможно, это объясняется
именно тем, что дешевые технологии дешевы?
log

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Это не так уж неправдоподобно, как может
показаться. Экономическая рациональность, как она
трактуется в простейшей экономической теории,
требует, чтобы однажды понесенные затраты
(«погруженные» издержки) не оказывали никакого
воздействия на дальнейшее использование актива,
но есть много тех, кто утверждает, что, как это
часто бывает, экономическая рациональность
ошибается. Действительно, существует эффект
«психологических погруженных издержек» —люди с большей
вероятностью используют то, за что они заплатили
много. Кроме того, люди могут судить о качестве
по цене —вещи могут считаться бесполезными
именно потому, что они дешевы.
Все эти возможности имеют большое значение,
потому что в случае здравоохранения даже
экономисты — сторонники свободного рынка
традиционно поддерживали субсидии, благодаря которым
большая часть дешевых средств становятся
доступны по ценам ниже рыночных. Логика проста:
противомоскитные сетки защищают не только тех
детей, которые ими пользуются, но и других детей,
которые могли бы заразиться малярией от первых.
Медсестра, которая для лечения диареи применяет
РПР вместо антибиотиков, снижает распространение
устойчивости к этим препаратам. Иммунизация
ребенка, благодаря которой он избегает свинки,
защищает также его одноклассников. Если удешевление
медицинских технологий приводит к тому, что ими
пользуется больше людей, то от этого выигрывают
и все остальные.
С другой стороны, если люди подвержены
эффекту погруженных издержек, то подобные
субсидии могут иметь обратный эффект —медицинскими
технологиями будут пользоваться меньше, потому
что их цена низка. Представляется, что Уильям Ис-
ио

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
терли в книге «Бремя белого человека»31 исходит
из того, что именно это и происходит. Он
указывает на примеры использования субсидируемых
противомоскитных сеток в качестве фаты на свадьбе.
В других примерах рассказывается о том, что
туалеты используются в качестве цветочных горшков или,
что еще более наглядно, презервативы
используются в качестве воздушных шариков.
Однако в настоящее время существует ряд
экспериментов, проведенных очень тщательно, которые
показывают, что подобные обобщения чрезмерно
утрируют действительность. Несколько
исследований, в которых проверялось, используют ли люди
вещи меньше, потому что они получили их
бесплатно, не обнаружили никаких свидетельств подобного
поведения. Вспомните эксперименты НПО ТАМТАМ
Коэн и Дюпас, которые показали, что люди гораздо
чаще приобретают противомоскитные сетки, когда
они достаются им очень дешево или бесплатно.
Используются ли они по назначению? Чтобы
выяснить это, через несколько недель после
первоначального эксперимента ТАМТАМ отправила полевых
сотрудников в дома тех людей, которые
приобрели сетки по различным субсидированным ценам.
Они выяснили, что от 6о до 70% приобретших
сетки женщин действительно ими пользовались. В
другом эксперименте с течением времени потребление
увеличилось примерно до 90%. Более того, не было
обнаружено никакой разницы в уровне
использования между теми, кто платил за сетки, и теми, кто
не платил. Аналогичные результаты, исключающие
возможность того, что субсидии виноваты в низ-
31. William Easterly, The White Man's Burden: Why the West's Efforts
to Aid the Rest Have Done So Much III and So Little Good (New
York: Penguin Group, 2006).
Ill

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ком уровне использования, были получены и в
других условиях.
Но если причина не в субсидиях, то в чем же?
Вера?
Абхиджит вырос в семье, где родители происходили
из двух разных частей Индии. Его мать была родом
из Мумбаи, и в ее семье ни одна трапеза не могла
считаться полноценной без хлеба из пресного
теста, называемого чапати и бхакрщ приготовленного
из пшеницы и проса. Его отец был родом из Бенга-
лии, где люди едят рис почти каждый день. В этих
двух регионах распространены также совершенно
разные представления о том, как лечить лихорадку.
Каждая махараштрийская мать знает, что быстрому
выздоровлению помогает рис. В Бенгалии,
напротив, рис в этом случае запрещен — когда бенгалец
хочет сказать, что кто-то выздоровел от лихорадки,
он говорит, что «сегодня ему разрешили рис». Когда
озадаченный шестилетний Абхиджит спросил свою
бенгальскую тетю об этом явном противоречии, она
сказала, что это связано с верой.
Вера, или, если использовать более светские
эквиваленты, сочетание убеждений и теорий,
несомненно, оказывает серьезное воздействие на то, как все
мы ведем себя в случае заболевания. Откуда же еще
нам узнать, что лекарство, которое нам прописали,
ТГоможет избавиться от сыпи и что мы не должны
вместо него применять пиявки? По всей
вероятности, никто из нас не наблюдал
рандомизированного исследования, в котором некоторым людям,
скажем больным пневмонией, давали антибиотики,
а другим предлагали пиявок. Более того, у нас нет
даже прямых доказательств того, что такое
испытание когда-либо имело место. Что нас убеждает, так
это вера в эффективность способов сертификации
112

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
лекарств Управлением по контролю качества
пищевых продуктов и лекарственных препаратов США
или аналогичными организациями. Мы считаем,
что тот или иной антибиотик не появился бы на
рынке, если бы он не прошел через какие-то испытания,
и, иногда ошибочно, учитывая финансовые стимулы
для манипулирования медицинскими
исследованиями, мы доверяем тем государственным органам,
которые удостоверяют, что такие исследования
надежны, а антибиотики безопасны и эффективны.
Разумеется, мы вовсе не хотим сказать, что
решение людей доверять предписаниям врачей ошибочно,
скорее мы хотим подчеркнуть, что такому доверию
способствует множество верований и теорий, для
которых у нас мало или нет прямых доказательств.
Всякий раз, когда в богатых странах это доверие по
какой-либо причине подрывается, мы становимся
свидетелями негативного отношения к общепринятой
передовой практике. Например, несмотря на
постоянные заверения наиболее
квалифицированных представителей медицинской профессии в том,
что вакцины безопасны, в Соединенных Штатах
и Великобритании существуют группы людей,
которые отказываются иммунизировать своих детей
против кори из-за предполагаемой связи этих
прививок с аутизмом. Число случаев заболевания корью
в Соединенных Штатах растет, хотя в других
странах оно сокращается32. Рассмотрим теперь
обстоятельства среднего гражданина бедной страны. Если
людям на Западе, располагающим всеми достижения-
32. Этот и другие случаи «иррационального мышления»
анализируются Майклом Спектером в его книге. См.:
Michael Specter, Denialism: How Irrational Thinking Hinders Scientific
Progress, Harms the Planet and Threatens Our Lives (New York:
Penguin Press, 2010).
Щ

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ми лучших ученых мира, трудно основывать свой
выбор на неопровержимых доказательствах, то
насколько же это трудно для бедных, у которых гораздо
меньше доступа к информации? Люди делают свой выбор,
основываясь на том, что имеет для них смысл, но,
учитывая, что большинство из них не изучали
элементарную биологию в средней школе и, как мы
видели, у них нет оснований доверять компетентности
и профессионализму своих врачей, их решения
преимущественно принимаются вслепую.
Например, бедные во многих странах,
по-видимому, придерживаются теории, согласно которой
важно, чтобы лекарства доставлялись непосредственно
в кровь — вот почему они предпочитают
инъекционные препараты. Чтобы отвергнуть эту
(правдоподобную) теорию, вы должны знать что-то о том,
как организм поглощает питательные вещества
через пищеварительный тракт, и что-то о том, почему
иглы необходимо стерилизовать при высоких
температурах. Другими словами, вам нужна хотя бы
школьная биология.
Еще более ситуация осложняется тем, что
приобретение медицинских знаний представляет трудную
задачу не только для бедных, но и для всех остальных33.
Если пациенты почему-либо убеждены, что для
выздоровления им требуются уколы, то маловероятно,
что они узнают об ошибочности таких представлений.
Поскольку большинство требующих немедленного
обращения к врачу заболеваний являются
самоизлечивающимися (то есть они в любом случае исчезнут),
есть хороший шанс, что пациенты почувствуют себя
лучше после одного укола антибиотиков. Закономер-
33- Jishnu Das and Saumya Das, "Trust, Learning and Vaccination:
A Case Study of a North Indian Village," Social Science and
Medicine 57 (1) (2003): 97-112.
114

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
но, что это порождает ложные
причинно-следственные связи; даже если антибиотики ничего не сделали,
чтобы вылечить болезнь, естественно приписывать им
произошедшее улучшение. Напротив, неестественно
приписывать причинную силу бездействию —если
человек с гриппом идет к врачу, а врач ничего не делает,
но пациент почувствует себя лучше, то пациент
сделает правильный вывод о том, что врач никак не
повлиял на его выздоровление. И вместо того, чтобы
благодарить врача за его сдержанность, пациент будет
склонен думать, что ему повезло, что на этот раз все
обошлось, но в будущем следует обратиться к другому
врачу. Это создает естественную тенденцию к
избыточному лечению на частном, нерегулируемом
рынке. Еще более проблема усугубляется тем, что во
многих случаях выписывает и продает лекарства один
и тот же человек, либо потому, что люди
обращаются к своим фармацевтам за медицинской помощью,
либо потому, что частные врачи также занимаются
торговлей лекарствами.
Возможно, еще труднее извлечь уроки из
опыта иммунизации, поскольку она не устраняет
существующую проблему, а скорее защищает от
потенциальных будущих проблем. Когда ребенку делают
прививку против кори, он не заболевает корью.
Но не все дети, которые не были иммунизированы,
на самом деле заражаются корью (особенно если
вокруг них иммунизированы другие дети, которые
являются потенциальным источником инфекции),
поэтому очень трудно провести четкую связь между
иммунизацией и отсутствием заболевания. Кроме
того, иммунизация предотвращает только
некоторые. здболеванияЦа есть еще много других), и
необразованные родители не всегда понимают, от чего
ЙР^жен быть защищен их "ребенок. Поэтому, когда
ребенок заболевает, несмотря на прививку, родите-
115

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ли чувствуют себя обманутыми и в другой раз могут
решить не повторять этот опыт. Они также могут
не понимать, почему базовый режим иммунизации
требует нескольких инъекций — после двух_иди трех
прививок родители могут решить, что сделали все
необходимое. Слишком легко получить ложные
представления о том, что может помочь здоровью.
Слабые убеждения и необходимость надежды
Потенциально существует еще одна причина, по
которой бедные люди могут придерживаться
убеждений, которые могут показаться несостоятельными.
Когда мало что можно сделать, возникает
необходимость в надежде. Один из бенгальских докторов,
с которым мы беседовали, объяснил свою роль в
жизни бедных следующим образом: «Бедные не могут
позволить себе лечиться от чего-либо серьезного,
потому что это требует дорогостоящих процедур,
таких как анализы и госпитализация, поэтому
они приходят ко мне со своими незначительными
недомоганиями, и я даю им немного лекарств,
которые помогают им чувствовать себя лучше». Другими
словами, важно продолжать делать что-то со своим
здоровьем, даже если вы знаете, что не можете
решить самые большие проблемы.
На самом деле бедные гораздо реже
обращаются к врачу с потенциально опасными для жизни
состояниями, такими как боли в груди и кровь в моче,
чем с лихорадкой и диареей. Бедные в Дели
тратят на кратковременные недомогания столько же,
сколько богатые, но богатые тратят гораздо больше
на хронические болезни34. Таким образом, вполне
34- Jishnu Das and Carolina Sanchez-Paramo, "Short but Not Sweet —
New Evidence on Short Duration Morbidities from India,"
Policy Research Working Paper Series 2971, World Bank (2003).
116

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
возможно, что причина, по которой боли в груди,
как и инсульты, являются естественным
кандидатом на то, чтобы обратиться с этой проблемой к
бхопа (одна пожилая женщина однажды объяснила
нам двойственные понятия болезней для бхопа и
болезней для доктора — она настаивала, что болезни
для бхопа вызываются злыми духами и поэтому
должны лечиться традиционными целителями),
заключается именно в том, что большинство людей не
могут позволить себе лечиться у врачей.
Вероятно, по той же причине в Кении
народные целители и жрецы пользуются особым
спросом при лечении ВИЧ/СПИДа (их услуги с гордостью
рекламируются на раскрашенных вручную
рекламных щитах в каждом городе). На самом деле
врачи-аллопаты мало что могли сделать (по крайней
мере, до тех пор, пока антиретровирусные
препараты не стали более доступными), так почему бы
не попробовать травы и заклинания
традиционных целителей? Они стоили дешево и, по крайней
мере, давади.пациенту ощущение, что он что-то де-
лаеХьА поскольку симптомы и оппортунистические
инфекции приходят и уходят, можно поверить,
по крайней мере на некоторое время, что их
вмешательство результативно.
Подобное стремление ухватиться за соломинку
характерно не только для бедных стран. Этим
также занимаются немногие избранные в бедных
странах и граждане первого мира, когда они
сталкиваются с медицинской проблемой, лекарство от которой
им неизвестно. Для американцев плохо
понимаемыми и изнуряющими состояниями являются
депрессия и боли в спине. Вот почему они постоянно
переходят от психиатров к духовным целителям,
посещают уроки йоги или мануальных терапевтов.
Поскольку оба состояния приходят и уходят, стра-
"7

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
дальцы проходят через циклы надежды и
разочарования, каждый раз желая поверить хотя бы на
мгновение, что новое лекарство должно работать.
Убеждения, основанные на удобстве и комфорте,
могут быть более гибкими, чем убеждения, основанные
на твердой вере. Мы видели признаки этого в Удай-
пуре. Большинство людей, посещающих бхопа, также
посещают бенгальских докторов и государственные
больницы и, похоже, не задумываются о том, что их
системы лечения основываются на совершенно
разных и взаимоисключающих убеждениях. Они
действительно говорят о болезнях для бхопа и о
болезнях для доктора, но, когда болезнь упорствует, они,
кажется, не настаивают на этом различии и готовы
прибегнуть к любой помощи.
Вопрос о том, что значат убеждения для
людей, часто поднимался, когда НПО Seva Mandir
рассматривала, что она может сделать для улучшения
охвата иммунизацией, обнаружив, что даже
система хорошо организованных ежемесячных лагерей
оставляет четыре пятых детей без полной
иммунизации. Некоторые местные эксперты утверждали,
что проблема коренится в системах убеждений
людей. Они утверждали, что иммунизации не было
места в традиционной системе верований — в
сельских районах Удайпура, среди прочих мест,
традиционная вера гласит, что дети умирают, потому^
что их сглазили, что происходит тогда, когда детей
выставляют на всеобщее обозрение. Вот почему
родители не выводят своих детей на улицу в первый
год жизни. Учитывая это, скептически
настроенные эксперты утверждали, что было бы
чрезвычайно трудно убедить жителей деревни
иммунизировать своих детей, не изменив предварительно их
убеждений.
и8

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
Вопреки этому твердому мнению, нам удалось,
когда Seva Mandir организовывала лагеря
иммунизации в Удайпуре, убедить Нилиму Хетан,
руководителя этой организации, попробовать кое-что
на экспериментальной основе, а именно
предложить 2 фунта дал (сушеных бобов, являющихся
основным продуктом питания в этой местности)
за каждую иммунизацию и набор тарелок из
нержавеющей стали тем, кто завершил курс. Врач,
отвечающий за медицинскую программу Seva
Mandir, поначалу делал это очень неохотно. С одной
стороны, казалось неправильным подкупать
людей, чтобы они поступали правильно. Они должны
сами понять, что полезно для их здоровья. С
другой стороны, предложенный нами стимул казался
слишком слабым — если люди не делают прививок
своим детям, учитывая огромные выгоды от
этого, у них должна быть какая-то веская причина.
Если бы они, например, верили, что причиняют
вред своему ребенку, выведя его из дома, то 2
фунта дал (стоимостью всего 40 рупий, или 1,83
доллара США по ППС, что меньше половины дневной
заработной платы, выплачиваемой на общественных
работах) их бы не привлекли. Мы были достаточно
долго знакомы с сотрудниками Seva Mandir, чтобы
иметь возможность убедить их в том, что эту идею
стоит испытать хотя бы в небольших масштабах,
и поощрения стали применять в 30 лагерях. Это
привело к оглушительному успеху. Уровень
иммунизации в деревнях с этими лагерями
увеличился в семь раз, до 38%. Во всех соседних деревнях,
в радиусе примерно 6 миль, иммунизация также
оказалась значительно выше. Seva Mandir
обнаружила, что предложение дал, как это ни
парадоксально, фактически снизило стоимость
иммунизации за счет повышения ее эффективности, так как
"9

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
обеспечило занятость медсестры, чье время уже
было оплачено35.
Программа иммунизации Seva Mandir —это одна
из самых впечатляющих программ из тех, которые
мы когда-либо оценивали, и, вероятно, она спасла
больше всего жизней. Поэтому мы работаем,
вместе с Seva Mandir и другими организациями, чтобы
повторить этот опыт в других контекстах.
Интересно, что мы сталкиваемся с некоторым
сопротивлением. Врачи отмечают, что $8% — это далеко
не 8о или до%у которые необходимы для
достижения «популяционного иммунитета», то есть уровня,
при котором полностью защищено все сообщество.
Целью ВОЗ является 90%-й охват базовой
иммунизацией на национальном уровне и 8о%-й —для
каждой субъединицы. Некоторые члены медицинского
сообщества считают, что если не достигается полная
защита сообщества, то нет никаких оснований
субсидировать некоторые домашние хозяйства, чтобы
они сделали то, что они в любом случае должны
делать для своего собственного блага. Хотя, конечно,
было бы замечательно иметь возможность получить
полный охват, подобный аргумент —«все или
ничего» — имеет смысл только на первый взгляд. Даже
если иммунизация моего собственного ребенка
не способствует искоренению болезни, она все
равно защищает не только моего ребенка, но и других
вокруг него36. Таким образом, по-прежнему суще-
35- Abhijit Banerjee, Esther Duflo, Rachel Glennerster, and Dhru-
va Kothari, "Improving Immunisation Coverage in Rural
India: Clustered Randomised Controlled Immunisation
Campaigns With and Without Incentives," British Medical Journal
340 (2010): p. 2220.
36. Mohammad Ali, Michael Emch, Lorenz von Seidlein,
Mohammad Yunus, David A. Sack, Malla Rao, Jan Holmgren, and
120

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
ствует огромная социальная выгода от повышения
уровня полной иммунизации против основных
заболеваний с 6 до 38%.
В конце концов, недоверие к стимулам для
иммунизации сводится к символу веры как для правых, так
и для левых представителей основного
политического спектра — не пытайтесь подкупать людей, чтобы
они делали то, что, по вашему мнению, они должны
делать. Для правых это объясняется тем, что
средства будут растрачены впустую; для типичных
левых, к которым относят себя большинство
работников общественного здравоохранения, как и хороший
врач из Seva Mandir, это объясняется тем, что
дополнительное стимулирование унижает как то, что
дается, так и человека, который это получает. Вместо
этого мы должны сосредоточиться на попытках
убедить бедных в преимуществах иммунизации.
Мы считаем, что подобные взгляды, справа и
слева, несколько ошибочно воспринимают как
проблему иммунизации, так и другие подобные
проблемы. Это объясняется двумя причинами. Во-первых,
эксперименты с 2 фунтами дал показывают, что,
по крайней мере, в Удайпуре может показаться,
что бедные верят в самые разные вещи, но за
многими из этих верований нет большой убежденности.
Они не боятся сглаза настолько, чтобы отказаться
от дал. Это должно означать, что они на самом деле
осознают свою неспособность адекватно оценить
издержки и выгоды вакцин. Когда они
действительно знают, чего хотят, — женить свою дочь на ком-то
из правильной касты или религии (возьмем
досадный, но важный для местных жителей пример), —
John D.Clemens, "Herd Immunity Conferred by Killed
Oral Cholera Vaccines in Bangladesh: A Reanalysis," Lancet
366 (2005): 44-49-
121

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
их совсем не легко подкупить. Таким образом, хотя
некоторые убеждения бедных, несомненно, прочно
укоренились, было бы ошибкой считать, что это
относится ко всем убеждениям.
Есть и вторая причина, по которой это
неправильно. Как правое, так и левое крыло,
по-видимому, исходят из того, что действие следует за
намерением, то есть если бы люди были убеждены
в ценности иммунизации, дети были бы
иммунизированы. Это не всегда верно, что имеет
далекоидущие последствия.
Новогодние обеты
Одним из очевидных признаков того, что
сопротивление иммунизации не имеет глубоких оснований,
является то, что дети получили хотя бы один укол
в 77% тех деревень, где в лагерях не выдавался дал.
Люди, похоже, были готовы начать процесс
иммунизации даже без дополнительных стимулов.
Проблема в том, чтобы заставить их завершить его. Именно
поэтому уровень полной иммунизации не
превышает 38% —стимулы заставляют людей приходить еще
несколько раз, но этого недостаточно, чтобы
получить все пять прививок, несмотря на бесплатные
тарелки из нержавеющей стали, которые ждут их, если
они пройдут весь курс.
Возможно, это связано с той же самой причиной,
по которой мы в начале каждого года даем себе
обещания регулярно посещать спортивный зал и
далеко не всегда их выполняем, несмотря на то что
знаем, что это может спасти нас от сердечного приступа
в будущем. Исследования в области психологии,
которые теперь применяются к целому ряду
экономических явлений, показывают, что мы думаем о на-
стоящем совсем не так, как мы думаем о будущем
(понятие, называемое «временной непоследовахель-
122

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
ностью»)37. В настоящем мы импульсивны и в
значительной степени руководствуемся эмоциями
и непосредственным желанием. Небольшие потери
времени (стояние в очереди, чтобы сделать ребенку
прививку) или мелкие неудобства (необходимость
тренировать ягодичные мышцы), которые нужно
пережить прямо сейчас, ощущаются гораздо более
неприятными в данный момент, чем когда мы
думаем о них без ощущения непосредственности
(скажем, после рождественской трапезы, которая была
достаточно тяжелой, чтобы исключить все мысли
о немедленном упражнении). Обратное, конечно,
касается небольших «наград» (конфет, сигарет),'
^которых мы действительно жаждем в настоящем;
когда мы строим планы на будущее, удовольствие
от подобных приманок кажется нам менее важным.
. Наша естественная склонность состоит в том,
чтобы откладывать небольшие издержки на потом,
так чтобы их несло не наше сегодняшнее «я», а наше
завтрашнее «я». В следующих главах мы еще
столкнемся с этой идеей. Бедные родители даже могут
быть совершенно убеждены в преимуществах
иммунизации—но эти преимущества будут
накапливаться когда-нибудь в будущем, в то время как
расходы понесены сегодня^С_сегодняшней точки зрения
имеет смысл подождать до завтра. К сожалению,
когда завтра становится сегодня, применяется та же
самая логика. Точно так же мы можем отложить
покупку противомоскитной сетки или бутылки
хлорки до более позднего времени, потому что у нас есть
37- Психологические исследования нашли свое место в
экономической науке благодаря таким исследователям, как Дик
Талер из Чикагского университета, Джордж Левен-
штейн из Карнеги —Меллона, Мэтью Рабин из Беркли,
Дэвид Лейбсон из Гарварда и другие, на работы которых
мы ссылаемся в этой книге.
123

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
лучшее применение для денег прямо сейчас
(например, кто-то жарит вкусных моллюсков в кляре
через дорогу). Легко понять, как это может объяснить,
почему небольшая стоимость препятствует
применению спасающего жизнь средства или почему
небольшие стимулы поощряют его. Два фунта дал
работают, потому что это то, что мать получает сегодня
и что компенсирует ее расходы, связанные с
вакцинацией ребенка (пара часов, потраченных на то,
чтобы привезти ребенка в лагерь, или легкая
лихорадка, которую иногда вызывает укол).
Если это объяснение верно, то оно предлагает
новое обоснование для мер, направленных на
коррекцию конкретных видов профилактического
поведения в отношении здоровья или для предоставления
предложенных нами выше финансовых стимулов,
выходящих за рамки традиционной
экономической аргументации. Иными словами, обществу
имеет смысл поощрять или принуждать к такому
поведению, которое приносит пользу другим. Штрафы
или стимулы могут подтолкнуть людей к каким-то
действиям, которые они сами считают
желательными, но постоянно откладывают. В более общем плане
временная непоследовательность является сильным
аргументом в пользу того, чтобы облегчить людям
делать «правильные» вещи, в то же время,
возможно, оставляя им свободу выбора. В своем
бестселлере «Подталкивание: как улучшить наши решения
о здоровье, благосостоянии и счастье» Ричард
Талер и Касс Санстейн, один из которых экономист,
а другой — юрист из Чикагского университета,
рекомендуют целый ряд подобных вмешательств38. Важ-
38. Richard H.Thaler and Cass R. Sunstein, Nudge: Improving Decisions
About Health, Wealth, and Happiness (New York: Penguin, 2008);
Ричард Талер и Касс Санстейн, Nudge. Архитектура выбо-
124

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
ная идея заключается в выборе варианта по
умолчанию—правительство (или доброжелательная НПО)
должно сделать выбор, который, по его мнению,
является лучшим для большинства людей, выбором
по умолчанию, так что люди, если захотят от него
отказаться, должны будут предпринять активные
действия. Таким образом, люди имеют право
выбирать то, что они хотят, но это сопровождается
небольшими издержками, и поэтому большинство
людей в результате выберут вариант по умолчанию.
Небольшие стимулы, такие как предоставление дал
при вакцинации, представляют еще один способ
подтолкнуть людей, давая им повод действовать
сегодня, а не откладывать на неопределенный срок.
Ключевая проблема состоит в разработке таких
мер «подталкивания», которые соответствуют
условиям развивающихся стран. Например, при
хлорировании воды в домашних условиях подобная
ключевая проблема заключается в том, что вы должны
о нем помнить, — хлорка должна быть
приобретена, и в воду, прежде чем ее кто-либо выпьет, должно
быть добавлено несколько капель. Водопроводная
вода обладает огромным преимуществом, так как она
поступает хлорированной в наши дома, нам не
нужно думать об этом. Как же подтолкнуть людей к
хлорированию питьевой воды там, где нет водопровода?
Один из способов был придуман Майклом Креме-
ром и его коллегами. Рядом с деревенским колодцем,
куда все ходят за водой, устанавливалось
распределительное устройство, названное «один поворот»,
при помощи которого, просто повернув ручку,
можно было получить нужное количество хлора.
Данный способ максимально облегчил хлорирование
ра. Как улучшить наши решения о здоровье, благосостоянии
и счастье (Москва: Манн, Иванов и Фербер, 2017).
!25

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
воды и, поскольку люди стали добавлять хлорку
каждый раз, когда ходили за водой, стал самым дешевым
средством предотвратить диарею, как это показыва-
„ 39
ют результаты рандомизированных исследовании .
Мы оказались менее удачливы (или, что вернее,
менее компетентны), когда вместе с Seva Mandir
разработали программу обогащения муки железом
для борьбы с широким распространением анемии.
Мы попытались разработать программу со
встроенным вариантом «по умолчанию» — домохозяйство
должно было один раз навсегда решить, хочет ли
оно участвовать. После принятия решения
домохозяйства должны были получать только обогащенную
муку. Но, к сожалению, стимул мельников (которым
платили фиксированную плату независимо от того,
сколько муки они обогащали) состоял в том, чтобы
начать с противоположного варианта по
умолчанию—не обогащать муку, если этого не требует
домашнее хозяйство. Как мы обнаружили, небольшие
издержки, связанные с необходимостью настаивать
на обогащении, оказались достаточно велики, чтобы
обескуражить большинство людей40.
Подталкивать или убеждать?
Во многих случаях временная непоследовательность
мешает нам перейти от намерения к действию.
Однако в конкретном случае иммунизации трудно по-
39- Сравнительный анализ издержек и выгод можно посмотреть
на веб-сайте Лаборатории по борьбе с бедностью имени
Абдула Латифа Джамиля: http://www.povertyactionlab.org/
policy-lessons/health/child-diarrhea.
40. Abhijit Banerjee, Esther Duflo, and Rachel Glennerster, "Is
Decentralized Iron Fortification a Feasible Option to Fight
Anemia Among the Poorest?" chap. 10 in David Wise, ed.,
Explorations in the Economics of Aging (Chicago: University of
Chicago Press, 2010).
126

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
верить, что одной только временной
непоследовательности самой по себе достаточно для того, чтобы
заставить людей постоянно откладывать принятие
решения, при условии что они полностью
осознают его преимущества. Если люди постоянно
откладывают вакцинацию своих детей, то это означает,
что им нужно постоянно обманывать самих себя.
Они должны не только думать, что лучше
отправиться в лагерь в следующем месяце, а не сегодня,
но и верить, что они действительно это сделают.
Разумеется, все мы несколько наивны и слишком
уверены в своей способности поступать правильно
в будущем. Но если родители действительно верят
Тпользу иммунизации, маловероятно, что они могут
продолжать обманывать себя месяц за месяцем,
притворяясь, что они сделают это в следующем месяце,
пока двухлетнее окно не закроется полностью и
станет слишком поздно. Как мы увидим далее в этой
книге, бедные люди находят способы заставить себя
экономить вопреки своим наклонностям, что
требует очень сложного финансового мышления. Если бы
они действительно разделяли веру ВОЗ в чудесные
свойства иммунизации, то, вероятно, нашли бы
способ преодолеть свою естественную склонность к про-
крастинации. Более правдоподобное объяснение
состоит в том, что они не только медлят, но и
недооценивают выгоды.
Особенно полезны подталкивания могут быть
тогда, когда, по тем или иным причинам,
домохозяйства несколько сомневаются в преимуществах того,
что им предлагается. Это делает профилактическую
помощь вдвойне подходящим кандидатом для
такой политики, поскольку ее выгоды относятся к
будущему и в любом случае трудно понять, что именно
они собой представляют. Хорошая новость
заключается в том, что подталкивания могут также по-
127

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
мочь с убеждением, запустив петлю положительной
обратной связи. Вспомним противомоскитные
сетки, которые раздавались бедным кенийским семьям.
Как мы показали выше, выигрыш в доходе, который
возникает в результате приобретения
противомоскитной сетки в первом поколении, недостаточно
велик, чтобы побудить человека,
пользовавшегося такой сеткой в детстве, приобрести ее для своих
собственных детей. Даже если использование
сетки приведет к увеличению дохода на 15%, то это
увеличивает вероятность покупки ее в будущем
только на 5%- Однако эффект дохода —это еще не вся
история, так как семья может заметить, что, когда
они пользуются сеткой, их дети болеют реже. Кроме
того, они могут также выяснить, что пользоваться
противомоскитными сетками не так трудно, а спать
под ними гораздо приятнее, чем они полагали
раньше. Паскалин Дюпас проверила эту гипотезу
экспериментально, предприняв вторую попытку продать
противомоскитные сетки тем семьям, которым
ранее они предлагались очень дешево или бесплатно,
а также тем, которым сетки предлагались по
полной цене и которые в основном их не покупали41.
В результате она обнаружила, что те семьи, которым
сетки ранее предлагались бесплатно или по
чрезвычайно низкой цене, затем с большей вероятностью
покупали вторую сетку (даже если одна у них уже
была), чем те семьи, которым ранее предлагалось
заплатить за них полную цену. Более того, она также
обнаружила, что знания передаются, —друзья и
соседи тех, кому давали бесплатные сетки, также чаще
их покупали для себя.
41. Pascaline Dupas, "Short-Run Subsidies and Long-Run Adoption
of New Health Products: Evidence from a Field Experiment,"
draft paper (2010).
128

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
Взгляд с дивана
Похоже, что бедные, как и все люди, оказываются
в ловушке одних и тех же проблем — среди них
недостаток информации, слабые убеждения и прокрасти-
нация. Верно, что мы, те, кто не относится к бедным,
несколько лучше образованны и информированы,
но разница невелика, поскольку в конечном итоге
мы действительно знаем очень мало и почти
наверняка меньше, чем нам кажется.
В действительности наши преимущества
определяются многими вещами, которые мы принимаем
как данность. Мы живем в домах, где чистая вода
поступает по трубам и нам не надо каждое утро
добавлять хлорку в запасенную воду. Сточные воды
уходят сами по себе и нам не надо задумываться, как это
происходит. Мы можем (в основном) доверять
нашим врачам, которые делают все возможное, и
можем доверять системе общественного
здравоохранения в том, что мы должны и не должны делать. У нас
нет иного выбора, кроме как делать своим детям
прививки — в противном случае их просто не примут в
государственную школу, —и даже если нам каким-то
образом удастся избежать этого, наши дети, вероятно,
будут в безопасности, потому что все остальные
иммунизированы. Медицинское страхование
вознаграждает нас за посещение тренажерного зала, потому
что страховые компании обеспокоены тем, что в ином
случае мы этого не сделаем. Наконец, —что,
возможно, самое главное,— большинству из нас не надо
беспокоиться о том, где в следующий раз достать еду.
Иначе говоря, нам редко приходится применять свой
ограниченный дар самоконтроля и решительности,
в то время как бедные нуждаются в этом постоянно.
Мы должны признать, что ни один человек не
является достаточно мудрым, терпеливым или знаю-
129

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
щим, чтобы нести полную ответственность за
принятие правильных решений в отношении своего
собственного здоровья. По той же причине, по
которой те, кто находится в богатых странах, живут
в окружении невидимых подталкиваний, основная
цель политики здравоохранения в бедных странах
должна состоять в том, чтобы сделать получение
профилактической помощи как можно более
легким для бедных, одновременно регулируя качество
лечения, которое люди могут получить. Очевидно,
учитывая высокую чувствительность кленам, на-
чать лучше с предоставления профилактических
услуг бесплатно или даже вознаграждая
Домохозяйства за их получение, превращая эти услуги в
естественный вариант по умолчанию, когда это
возможно. Бесплатные дозаторы хлорки должны быть
установлены рядом с источниками воды;
родители должны вознаграждаться за иммунизацию
своих детей; детям должны предоставляться
бесплатные лекарства от глистов и обогащенное добавками
школьное питание; кроме того, необходимы
государственные инвестиции в инфраструктуру
водоснабжения и канализации, по крайней мере в
густонаселенных районах.
Будучи инвестициями в общественное
здравоохранение, многие из этих субсидий с лихвой
окупятся за счет снижения заболеваемости и
смертности, а также повышения заработной платы —те дети,
которые болеют реже, часто больше посещают
школу и больше зарабатывают, став взрослыми.
Однако это не означает, что мы можем предположить,
что все это произойдет автоматически, без
вмешательства. Несовершенная информация о
преимуществах и сильный акцент, делаемый людьми
на непосредственном настоящем, ограничивают
количество усилий и денег, которые они готовы вкла-
13°

ПРОСТЫЕ СРЕДСТВА ДЛЯ... ЗДРАВООХРАНЕНИЯ?
дывать даже в очень недорогие профилактические
стратегии. А когда они недешевы, всегда
возникает вопрос о деньгах. Что касается лечения, то здесь
стоит двоякая задача. Прежде всего, необходимо
убедиться, что люди могут позволить себе те
лекарства, в которых они нуждаются (Ибу Эмптат,
например, явно не могла позволить себе лекарства от
астмы, в которых нуждался ее сын). Однако также надо
ограничить доступ людей к тем лекарствам,
которые им не нужны, чтобы предотвратить рост
резистентности к лекарственным препаратам.
Поскольку, как представляется, большинство правительств
развивающихся стран неспособны регулировать, кто
может заниматься врачебной практикой и называть
себя доктором, единственный способ уменьшить
распространение устойчивости к антибиотикам
и чрезмерное использование высокоэффективных
лекарств может заключаться в максимальных
усилиях по контролю за торговлей этими препаратами.
Все это звучит патерналистски, и в каком-то
смысле так оно и есть. Но тогда легко, слишком
легко проповедовать об опасностях
патернализма и необходимости брать на себя ответственность
за собственную жизнь, не вставая со своего
уютного дивана в безопасном доме, оснащенном всеми
санитарно-гигиеническими средствами. Разве мы, те,
кто живет в богатом мире, не являемся постоянными
бенефициарами патернализма, который теперь
настолько глубоко укоренился в системе, что мы едва
замечаем его? Он не только гарантирует, что мы
заботимся о себе лучше, чем если бы нам
приходилось принимать каждое решение самостоятельно,
но также, освобождая нас от необходимости думать
об этих проблемах, он предоставляет нам то
ментальное пространство, которое необходимо, чтобы
сосредоточиться на остальной части нашей жизни.
131

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Это не освобождает нас от ответственности за
просвещение людей по вопросам общественного
здравоохранения. Мы обязаны всем, включая бедных,
как можно яснее объяснить, почему иммунизация
важна и почему они должны пройти курс лечения
антибиотиками полностью. Но мы должны
признать—и даже принять как данность, — что
информация сама по себе не поможет. Так обстоят дела
и у бедных, и у всех нас.

ГЛАВА 4
Лучшие ученики
ЛЕТОМ 2009 года в деревне Наганадги в
штате Карнатака, Индия, мы познакомились
с Шантарамой, сорокалетней вдовой и
матерью шестерых детей. Ее муж умер четыре года
назад, совершенно неожиданно, от аппендицита.
Его жизнь не была застрахована, и семья не
имела права на пенсию. Трое старших детей ходили
в школу, по крайней мере, до 8-го класса, но
следующие двое —десятилетний мальчик и
четырнадцатилетняя девочка — бросили учебу. Девушка работала
на соседском поле. Мы предположили, что смерть
отца заставила семью забрать детей из школы и
отправить всех старших на работу.
Шантарама рассказала нам об истинном
положении дел. После смерти мужа она сдала в аренду
принадлежавшие им поля и стала работать
поденщицей. Она зарабатывала достаточно, чтобы
заботиться об основных потребностях семьи. Девочку
действительно отправили работать в поле, но только
после того, как она бросила учебу, потому что мать
не хотела, чтобы она бездельничала дома.
Остальные дети остались в школе — из трех старших детей
двое еще учились, когда мы их встретили (старшая,
которая была замужем и ей было 22 года, ожидала
своего первого ребенка). Мы узнали, что старший
мальчик учится в колледже в Ядгире, ближайшем
городе, чтобы стать... учителем. Двое средних
детей не ходили в школу только потому, что катего-
133

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
рически отказывались делать это. Рядом с деревней
было несколько школ, в том числе государственная
и несколько частных. Эти двое детей были
зачислены в государственную школу, но они убегали
оттуда бесчисленное количество раз, прежде чем их
мать оставила всякую надежду заставить их
учиться. Десятилетний мальчик, который находился
рядом с матерью, когда мы брали у нее интервью,
пробормотал что-то о том, что в школе скучно.
Школы доступны. В большинстве стран они
бесплатны, по крайней мере на начальном уровне.
Большинство детей зачисляются в школу. И все же
в различных опросах, которые мы провелилю-всему
миру, доля детей, не посещающих школу,
варьируется от 14 до ^о%1. Зачастую это невозможно
объяснить насущной семейной необходимостью. Хотя
в некоторых случаях отсутствие в школе может
отражать плохое здоровье (например, в Кении дети,
прошедшие лечение от кишечных глистов, пропускали
меньше дней учебы2), в основном оно, вероятно,
определяется нежеланием детей (которое вполне
может иметь универсальный характер, как
большинство из нас помнит из нашего детства), а также тем
фактом, что родители, похоже, не могут или не
хотят их заставить.
Для некоторых критиков это признак
катастрофического провала предпринимаемых под
руководством истеблишмента усилий по развитию образова-
1. Esther Duflo, Lutter contre la pauvreté: Volume 1, Le Développement
humain (Paris: Le Seuil, 2010). В нашем последнем
исследовании, проведенном в Марокко, мы обнаружили более
низкий уровень непосещения школ.
2. Edward Miguel and Michael Kremer, "Worms: Identifying
Impacts on Education and Health in the Presence of Treatment
Externalities," Econometrica 72 (1) (January 2004): 159-217.
134

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
ния сверху вниз, так как строительство школ и наем
учителей бесполезны, если нет сильного базового
спроса на образование; и наоборот, если есть
реальный спрос на приобретение новых навыков, спрос
на образование возникнет естественным образом,
а за ним последует предложение. Однако этот
оптимистический взгляд, по-видимому, не согласуется
с историей детей Шантарамы. Безусловно, в
Карнатаке, столицей которого является Бангалор, индийский
центр информационных технологий, нет
недостатка в образованных людях. Семья, среди членов
которой был будущий учитель, осознавала ценность
образования и была готова вкладывать в него средства.
Итак, если неспособность школ в
развивающихся странах привлечь детей не может быть объяснена
проблемами доступа, или отсутствием спроса на
образованную рабочую силу, или сопротивлением
родителей образованию своих детей, то в чем же
загвоздка?
Войны предложения и спроса
Образовательная политика, так же как и программы
помощи, является предметом интенсивных
политических дебатов. Как и в случае помощи, спор идет
не о том, хорошо или плохо образование само по себе
(все, вероятно, согласны с тем, что лучше быть
образованным, чем необразованным). Этот спор
сосредотачивается на том, должны ли правительства
вмешиваться или знают ли они, как это сделать. И хотя
при этом ссылаются на различные конкретные
причины, разграничительная линия при обсуждении
помощи и образования проходит, по существу, в
одном и том же месте, так что те, кто с оптимизмом
относится к программам помощи, обычно являются
135

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
сторонниками вмешательства в развитие
образования, а пессимисты выступают за политику
laissez-faire в образовательной сфере.
Подавляющее большинство политиков, по
крайней мере в международных политических кругах,
традиционно придерживаются мнения, что
проблема, по сути, проста. Мы должны найти способ
отправить детей в классы, где в идеале их будут обучать
хорошо подготовленные учителя, а остальное
произойдет само собой. Мы будем называть этих людей,
которые делают акцент на «предложении
школьного обучения», «предложение-вала», заимствовав
этот суффикс из некоторых индийских языков (так,
например, в Западной Индии встречаются такие
фамилии, как Лакдавала (поставщик древесины), Дару-
вала (поставщик спиртного) и Бандуквала (продавец
оружия)), чтобы избежать путаницы со
сторонниками экономики предложения, то есть теми
экономистами, которые думают, что Кейнс все неправильно
понял, и преимущественно выступают против любой
формы государственного вмешательства.
Возможно, наиболее ярко позиция
предложение-вала отражена в Целях развития тысячелетия
ООН (ЦРТ), то есть в восьми целях, о достижении
которых к 2015 году международное сообщество
договорилось в 2000 году. Вторая и третья ЦРТ
направлены, соответственно, на то, чтобы «к 2015 году
обеспечить детям во всем мире, как мальчикам,
так и девочкам, возможность в полном объеме
получить начальное школьное образование» и
«ликвидировать неравноправие по половому признаку
в сфере начального и среднего образования,
предпочтительно уже к 2005 году, а к 2015 году
добиться этого на всех уровнях системы образования».
Большинство национальных правительств,
похоже, купились на эту идею. В Индии д$% детей те-
136

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
перь имеют школу в радиусе полумили или около
того3. Несколько африканских стран (в том числе
Кения, Уганда и Гана) сделали начальное
образование бесплатным, и дети наводнили школы. По
данным ЮНИСЕФ, в период с 1999 по 2сю6 год
показатели охвата начальным образованием в странах
Африки к югу от Сахары возросли с 54 Д° lo%. В
Восточной и Южной Азии они выросли с 75 Д° 88%
за тот же период. Во всем мире число детей
школьного возраста, не посещающих школу, сократилось
со юз млн в 1999 Г°ДУ Д° 73 млн в 20о6 году. В нашем
наборе данных по i8 странам, даже среди крайне
бедных (тех, кто живет менее чем на 99 центов в день),
уровень зачисления в школы сейчас превышает 8о%
по крайней мере в половине стран, по которым у нас
есть данные.
Доступ к средней школе (<)-й класс и выше)
не входит в ЦРТ, но даже в этой сфере был достигнут
определенный прогресс. В период с 1995 по 20о8 ГОд
общий коэффициент охвата средним
образованием увеличился с 25 до 34% в странах Африки к югу
от Сахары, с 44 Д° 5Х% в Южной Азии и с 64 до 74%
в Восточной Азии4, несмотря на то что стоимость
средних школ намного выше, —учителя стоят
дороже, потому что они должны быть более квалифици-
3- The Probe Team, Public Report on Basic Education in India (New
Delhi: Oxford University Press, 1999).
4. См.: Higher Education in Developing Countries: Perils and
Promises, World Bank, 2000 (http://siteresources.worldbank.org/
EDUCATlON/Resources/278200—1099079877269/547664-
i0990799568i5/peril_promise_en.pdf); State of the World's
Children, Special Edition 200g, UNICEF (http://www.unicef.
org/rightsite/sowc/fullreport.php); Education for All
Global Monitoring Report, Annex (Statistical Tables), United
Nations Educational, Scientific and Cultural Organization,
2009.
!37

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
рованными, а для родителей и детей ценность
упущенных заработков и упущенного опыта участия
на рынке труда намного больше, потому что дети-
подростки могут работать и зарабатывать деньги.
Зачисление детей в школу является очень
важным первым шагом — именно здесь начинается
обучение. Но само по себе поступление не очень
полезно, если дети узнают в школе мало или ничего.
Как ни странно, вопрос об обучении не
занимает особо видного места в международных
декларациях. В Целях развития тысячелетия указывается
не то,"что дети должны чему-либо научиться~в
школе, а лишь то, что они должны завершить базовый
цикл образования. В итоговой декларации встречи
на высшем уровне «Образование для всех» в
Дакаре в 2000 году, организованной Организацией
Объединенных Наций по вопросам образования, науки
и культуры (ЮНЕСКО), цель повышения качества
образования упоминается лишь на шестой позиции —
из шести целей. Подразумевалось, по-видимому,
что обучение будет являться следствием
зачисления. Но, к сожалению, все не так просто.
В 2002-2003 годах в рамках Всемирного
обследования невыходов на работу, проводимого
Всемирным банком, в репрезентативную на
национальном уровне выборку школ в шести странах были
направлены инспекторы для проведения проверки
без предупреждения. Их основной вывод состоял,
в том, что учителя в Бангладеш, Эквадоре, Индии,
Индонезии, Перу и Уганде пропускают в среднем
один рабочий день из пяти, причем в Индии и
Уганде этот показатель еще выше. Более того, данцые
из Индии свидетельствуют о том, что даже когда
учителя находятся в школе и должны быть на
занятиях, их часто можно застать за чаем, чтением газеты
или разговором с коллегой. В целом 50% учителей
138

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
в индийских государственных школах не находятся
в классе тогда, когда они там должны быть5. Как же
тоТда'дети должны учиться?
К~2СЮ5 Г°ДУ индийская неправительственная
организация Pratham, занимающаяся вопросами
образования, решила пойти еще дальше и выяснить,
чему на самом деле учатся дети. Pratham была
основана в 1994 году Мадхавом Чаваном, инженером-
химиком с американским образованием, который
был стойко убежден, что все дети должны — и
могут — учиться читать, и читать, чтобы учиться.
Благодаря усилиям Чавана Pratham превратилась
из маленькой мумбайской благотворительной
организации, спонсируемой ЮНИСЕФ, в одну из
крупнейших НПО в Индии, а возможно, и во всем мире.
Программы Pratham охватывают почти 34>5 млн Де"
тей по всей Индии и в настоящее время начинают
распространяться по всему миру. Для разработки
Годового отчета о состоянии образования (Annual
State of Education Report — ASER) Pratham
сформировал добровольческие команды во всех боо
индийских округах. Эти группы протестировали более
юоо детей в случайно выбранных деревнях в
каждом округе —всего 700000 детей —и составили
табель успеваемости. Результаты этого отчета были
представлены Монтеком Сингхом Ахлувалия,
одним из ведущих светил сформированного партией
Индийский национальный конгресс правительства,
но то, что он сообщил, не могло его порадовать.
Выяснилось, что около 35% детей в возрасте от семи
до четырнадцати лет не могут прочитать простой
5- Nazmul Chaudhury, Jeffrey Hammer, Michael Kremer, Karthik
Muralidharan, and Halsey Rogers, "Missing in Action:
Teacher and Health Worker Absence in Developing Countries,"
Journal of Economic Perspectives (Winter 2006): 91-116.
1З9

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
абзац (уровень 1-го класса) и почти 6о% детей не
могут прочитать простой рассказ (уровень 2-го
класса). Только зо% детей смогли выполнить
математические задания на уровне 2-го класса (базовый
раздел)6. Результаты по математике удручают
особенно — во всем третьем мире маленькие мальчики
и девочки, помогающие своим родителям в
семейном ларьке или магазине, все время делают
гораздо более сложные вычисления, без помощи ручки
и бумаги. Получается, что школа разучила их это
делать?
Не все политические деятели были настроены
так же благожелательно, как мистер Ахлувалия.
Правительство штата Тамилнад отказалось верить
в то, что дела действительно обстоят так плохо,
как об этом свидетельствуют данные ASER, и
приказало своим собственным исследователям
провести повторное тестирование, которое, к
сожалению, лишь подтвердило плохие новости. Теперь
ежегодное представление результатов ASER в
январе вошло в Индии в традицию. Газеты выражают
тревогу по поводу плохих оценок, ученые
обсуждают эту статистику на семинарах, но меняется очень
мало.
К сожалению, Индия не представляет
исключения. Очень похожие результаты были
получены в соседнем Пакистане, в далекой Кении и в ряде
других стран. В Кении исследование Uwezo,
проведенное по образцу ASER, показало, что 27%
детей в 5-м классе не могут прочитать простой абзац
на английском языке, а 23% не могут читать на
суахили (двух языках обучения в начальной школе).
6. Pratham Annual Status of Education Report, 2005, Final
Edition, available at http://scripts.mit.edu/~varun_ag/readingg-
roup/images/i/14/AS E R. pdf.
140

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
30% не могли решить простые задачи на деление7.
В Пакистане 8о% детей в з~м классе не могут
прочитать абзац из учебника для 1-го класса8.
Случай спрос-вала
На стороне «спрос-вала» выступает ряд критиков
(включая Уильяма Истерли), которые считают, что
нет никакого смысла в предложении образования,
если нет явного спроса на него, обосновывая свою
позицию всеми ошибками образовательной
политики за последние несколько десятилетий. По их
мнению, низкое качество образования объясняется
тем, что родители не придают ему большого
значения, поскольку им известно, что фактические
выгоды (то, что экономисты называют «отдачей» от
образования) низки. Когда выгоды от образования
станут достаточно высокими, число учащихся будет
расти, и государству не придется увеличивать его
принудительно. Люди будут отправлять своих де-
f ей"в частны"ё'школы, которые возникнут под
воздействием спроса, а если частные школы окажутся
слишком дороги, то они станут требовать создания
школ у местных властей.
Спрос действительно играет ключевую роль.
Уровень поступления в школы чувствителен к отдаче
от образования. Зеленая революция в Индии
повысила требования к техническим знаниям,
необходимым фермеру для успешного ведения сельско-
7- Kenya National Learning Assessment Report 2010," "Uwezo
Uganda: Are Our Children Learning?" available at http://www.
uwezo.net.
8. Tahir Andrabi.Jishnu Das, Asim Khwaja, Tara Vishwanath, and
Tristan Zajonc, "Pakistan Learning and Educational Achievement
in Punjab Schools (LEAPS): Insights to Inform the Education
Policy Debate," World Bank,Washington, DC, 2009.
141

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
го хозяйства, повысив тем самым и их ценность.
В результате в тех регионах, которые были лучше
приспособлены к новым семенам, введенным
зеленой революцией, уровень образованности стал
расти быстрее9. Из самого недавнего прошлого
можно привести пример офшорных кол-центров. Хотя
в Европе и Соединенных Штатах распространено
резко отрицательное отношение к этим центрам,
так как они отнимают рабочие места у местных
жителей, в Индии они стали частью небольшой
социальной революции, резко расширив возможности
трудоустройства для молодых женщин. В 2002 году
Роберт Дженсен из Калифорнийского университета
в Лос-Анджелесе провел совместную работу с
некоторыми кол-центрами, чтобы организовать в трех
штатах на севере Индии сессии по найму
персонала для молодых женщин в случайно выбранных
деревнях сельских районов, где вербовщики обычно
не появляются. Неудивительно, что в этих деревнях,
по сравнению с другими случайно выбранными
деревнями, где вербовочные сессии не проводились,
наблюдалось увеличение занятости молодых
женщин в центрах аутсорсинга бизнес-процессов. Еще
более примечательно —учитывая, что эта часть
Индии, вероятно, наиболее известна дискриминацией
в отношении женщин, —то, что в деревнях, где
проводилась вербовка, через три года после ее
начала у девочек в возрасте от пяти до одиннадцати лет
было примерно на 5 процентных пунктов больше
шансов поступить в школу. Их вес также был
больше, что свидетельствует о том, что родители
лучше о них заботились, —обнаружив, что образование
9- Andrew Foster and Mark Rosenzweig, "Technical Change and
Human Capital Returns and Investments: Evidence from the Green
Revolution," American Economic Review 86 (4) (1996): 931-953.
142

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
девочек имеет экономическую ценность, родители
были рады осуществить такие инвестиции10.
Поскольку родители способны реагировать на
изменения в потребности в образованной рабочей силе,
то по мнению спрос-вала лучшей образовательной
политикой является ее отсутствие. Сделайте
привлекательными инвестиции в бизнес, которому
необходима образованная рабочая сила,— и возникнет
потребность в образовании, стимулирующая ее
предложение. Развивая эту аргументацию далее, поскольку
родителей действительно начнет заботить
образование, они также начнут давить на учителей,
чтобы обеспечить его качество. Если государственные
школы не смогут обеспечить качественное
образование, возникнет рынок частных школ. Конкуренция
на этом рынке, утверждают спрос-вала, обеспечит
родителям предложение качественного образования,
в котором они нуждаются для своих детей.
В центре представлений спрос-вала находится идея
о том, что образование является всего лишь еще
одной формой инвестиций. Люди инвестируют в
образование так же, как и во все остальное, чтобы
получить больше денег — в виде увеличения заработка
в будущем". Очевидная проблема с пониманием
образования как инвестиции заключается в том, что
инвестиции делаются родителями, а выгоды получа-
"юТдети, иногда намного позже. И хотя многие дети
дей"ствИтельНО «возмещают» родителям эти
инвестиции, заботясь о них в старости, многие
другие делают это неохотно или просто
отказываются от «возмещения задолженности», бросая своих
ю. Robert Jensen, "Economic Opportunities and Gender Differences
in Human Capital: Experimental Evidence for India," NBER
Working Paper W16021 (2010).
ИЗ

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
родителей в одиночестве. Даже в том случае, когда
дети ведут себя добросовестно, не всегда ясно,
превращаются ли их несколько более высокие
доходы, получаемые благодаря дополнительному году
школьного обучения, во что-то хорошее для
родителей. Все мы встречали родителей, которые
сожалели о том дне, когда их дети стали достаточно
богатыми, чтобы переехать в свой собственный дом,
оставив их наедине с их одинокой пожилой жизнью.
Пол Шульц, экономист из Йельского университета,
рассказывал о своем отце, знаменитом экономисте
и нобелевском лауреате Теодоре Шульце, чьи
родители были против его образования, потому что
хотели, чтобы он остался на ферме.
Действительно, многие родители ощущают
гордость и удовольствие, когда их дети преуспевают
(чем можно похвастаться перед соседями). В этом
смысле они могут чувствовать себя более чем
достойно вознагражденными, даже если они не
получают от своих детей ни пенни. Таким образом,
с точки зрения родителей, образование — это
отчасти инвестиции, но также и «подарок», который
они предлагают своим детям. Однако существует
и обратная сторона — большинство родителей
находятся в положении власти по отношению к
своим детям и принимают решения о том, кто будет
ходить в школу, кто останется дома или устроится
на работу и как будут потрачены их заработки. Если
родители настроены цинично, прежде всего
думают о тех выгодах, которые они сами смогут извлечь
из заработков своего сына и не ценят образование
ради него самого, то они могут предпочесть забрать
ребенка из школы и отправить на работу, когда ему
исполнится десять лет. Другими словами, хотя
экономическая отдача от образования (измеряемая
дополнительным заработком образованного ребенка),
144

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
безусловно, имеет значение, многие другие вещи,
вероятно, также имеют значение, в частности наши
надежды на будущее своих детей и даже то, насколько
мы щедры по отношению к ним.
«Совершенно верно, — отвечают предложение-
вала. — Именно поэтому некоторые родители
нуждаются в подталкивании. Цивилизованное
общество не может допустить,' чтобы право ребенка
на нормальное детство и достойное образование
"стало заложником прихотей или жадности
родителей». Строительство школ и наем учителей
являются необходимым первым шагом в сторону
снижения затрат на отправку ребенка в школу, но этого
может быть недостаточно. Подобная аргументация
объясняет, почему большинство богатых стран
просто не оставляют родителям выбора —детей
нужно отправлять в школу до определенного возраста,
если родители не могут доказать, что они обучают
их дома. Но это явно не работает там, где
возможности государства более ограничены и обязательное
образование не может быть обеспечено. В таких
случаях государство обязано создать условия, при
которых отдавать детей в школу станет финансово
целесообразным для родителей. Именно эта идея лежит
в основе нового инструмента образовательной
политики—обусловленных денежных трансфертов.
Любопытная история обусловленных
денежных трансфертов
Сантьяго Леви, бывший профессор экономики
Бостонского университета, с 1994 по 2000 год
проработал заместителем министра финансов Мексики.
Ему было поручено реформировать сложную
систему социального обеспечения, состоящую из
нескольких отдельных программ. Леви был убежден,
что, увязывая получение социальных выплат с ин-
Н5

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
вестициями в человеческий капитал
(здравоохранение и образование), можно добиться того,
чтобы деньги, потраченные сегодня, способствовали
искоренению бедности не только в краткосрочной,
но и в долгосрочной перспективе, способствуя
воспитанию здорового и хорошо образованного
поколения. На основе данного подхода была
разработана программа социальной помощи PROGRESA,
которая стала первой программой обусловленных
денежных трансфертов. В соответствии с
условиями этой программы бедные семьи получали деньги
только в том случае, когда их дети регулярно
посещали школу и проходили профилактическое
медицинское обследование. При этом выплаты были
выше, когда дети учились в средней школе, а не в
начальной, и когда в школу ходила девочка, а не
мальчик. Для того чтобы программа была политически
приемлемой, выплаты были представлены как
«компенсация» семьям за упущенную заработную плату
школьников. Но на самом деле цель состояла в том,
чтобы подтолкнуть семьи, повысив для них
издержки отказа от образования своих детей, независимо
от того, что они о нем думают.
У Сантьяго Леви была и другая цель — сделать
так, чтобы разработанная им программа пережила
смену правительства, поскольку ранее каждый
новый президент обычно отменял все программы
своего предшественника и вводил свои собственные.
По расчетам Леви, если его программа будет иметь
очевидный успех, то новому правительству будет
нелегко от нее избавиться. Поэтому он создал
пилотный проект, который был предложен только в
случайно выбранной группе деревень, что позволило
провести точное сравнение результатов для
участвовавших и не участвовавших деревень.
Эксперимент продемонстрировал, что такая програм-
146

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
ма, вне всяких сомнений, существенно увеличивает
охват школьным образованием, особенно на
уровне средней школы. Число учащихся средней школы
увеличилось с 67 до 75% Для девочек и с 73 Д° 77%
для мальчиков11.
Кроме того, эксперимент Леви стал одной из
первых демонстраций того, насколько
убедительно может быть успешное рандомизированное
исследование. Когда правительство ушло в отставку,
программа была сохранена, хотя ее и
переименовали в OPORTUNIDADES. Но Леви, вероятно, не
ожидал, что станет родоначальником двух традиций.
Во-первых, обусловленные денежные трансферты
подобно лесному пожару распространились по всей
Латинской Америке, а затем и по всему
остальному миру. Попытка их введения была осуществлена
даже в Нью-Йорке, мэром Майклом Блумбергом.
Во-вторых, теперь запуск программ обусловленных
трансфертов в разных странах обычно предваряется
рандомизированными исследованиями для их
оценки. В некоторых из этих экспериментов функции
программы варьируются, чтобы попытаться понять,
как лучше ее спроектировать.
Парадоксальным образом очередное
воспроизведение PROGRESA, на этот раз в Малави, заставило
исследователей переосмыслить успех этой программы.
Обусловленные трансферты основаны на
представлении о том, что одного только повышения дохода
недостаточно и родителям необходимо дать
дополнительный стимул. Вместе с тем ученые и
практики стали задаваться вопросом о том, не может ли
безусловная программа сопровождаться тем же эф-
и. Paul Schultz, "School Subsidies for the Poor: Evaluating the
Mexican Progresa Poverty Program," Journal of Development
Economics 74 (1) (2004): 199-250.
47

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
фектом. Это было спровоцировано исследованием
Всемирного банка, которое показало, что
обусловленность трансфертов, похоже, не имеет никакого
значения. В ходе этого исследования семьям с
девочками школьного возраста были предложены
пособия в размере от 5 до 20 долларов США по ППС
в месяц, причем эти семьи были разделены на три
группы. Первой группе трансферт
предоставлялся при условии посещения детьми школы. Второй
группе такое условие не выдвигалось. Третья группа
(контрольная) не получала никакого пособия.
Значительный эффект произвели пособия как таковые
(через год п% детей из контрольной группы
бросили школу, а в семьях получателей пособия —
только 6%), но не их характер — результаты для
получателей обусловленных и безусловных трансфертов
оказались одинаковы. Это говорит о том, что
родителей не нужно заставлять отправлять своих детей
в школу, им нужна финансовая помощь12.
Впоследствии подобные выводы были получены также в
результате сравнения обусловленных и безусловных
трансфертов в Марокко13.
Выявленная в Малави эффективность
финансовой помощи может быть объяснена целым рядом
факторов. Возможно, родители не могли
оплачивать школьные сборы или не могли отказаться от
денег, которые зарабатывали их дети. Разумеется,
совершенно невозможно ожидать, что родители будут
12. Sarah Baird, Craig Mcintosh, and Berk Ozler, "Designing Cost-
Effective Cash Transfer Programs to Boost Schooling Among
Young Women in Sub-Saharan Africa," World Bank Policy
Research Working Paper N0.5090 (2009).
13. Najy Benhassine, Florencia Devoto, Esther Duflo, Pascaline
Dupas, and Victor Pouliquen, "The Impact of Conditional Cash
Transfers on Schooling and Learning: Preliminary Evidence
from the Tayssir Pilot in Morocco," MIT, mimeo (2010).
148

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
брать займы для финансирования обучения их
десятилетней дочери, основываясь на том, что в 20 лет
она станет больше зарабатывать. Возможно также,
что пособие, благодаря которому родители
выбрались из крайней нищеты, позволило им мыслить в
более длительной перспективе. Школьное
образование необходимо оплачивать прямо сейчас (и вы
должны приложить все силы, чтобы дети его получили),
но окупится оно только тогда, когда дети вырастут.
По всем этим причинам при принятии решений
об образовании имеет значение семейный доход сам
по себе. Джамал будет учиться меньше Джона,
потому что его родители беднее, даже если отдача от
образования для них обоих одинакова. Действительно,
в нашем наборе данных по i8 странам мы
обнаруживаем, что доля расходов на образование
увеличивается по мере того, как мы переходим от тех, кто живет
менее чем на 99 центов в день, к тем, кто
находится в категории 6-ю долларов. Учитывая, что число
детей, рожденных в каждой семье, резко снижается
с ростом дохода, это означает, что расходы на
образование в расчете на одного ребенка растут намного
быстрее, чем общее потребление. В мире, где
образование является обычной инвестицией, мы могли бы
ожидать обратное, если только мы не готовы
поверить, что бедные просто неспособны получить
образование.
Это важно, потому что если доход родителей
настолько воздействует на инвестиции в образование,
то богатые дети станут учиться больше, даже если
£ни" не особенно талантливы, а талантливые
бедные дети могут быть лишены образования. Таким
образом, предоставив образование действию одних
Только рыночных сил, вы лишите многих детей
возможности получить его в соответствии со своими
"сТШсобностями. До тех пор, пока существуют разли-
49

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
чия в доходах, сохранится необходимость в
государственном стимулировании предложения, которое
делает образование дешевле, чтобы приблизиться
к социально эффективному результату, когда свой
шанс получает каждый ребенок.
Работает ли подход «сверху вниз»
в образовательной политике?
Вопрос, однако, заключается в том,
действительно ли возможно такое вмешательство государства,
даже если оно желательно в принципе. Если
родители не заботятся об образовании, не существует ли
риска, что его развитие «сверху вниз» приведет к
пустой трате ресурсов? Например, Истерли в своей
книге «В поисках роста» доказывает, что в
африканских странах инвестиции в образование не
оказали положительного воздействия на
экономический рост.
В очередной раз лучший способ найти ответ
на этот вопрос — это изучить, что произошло, когда
те или иные конкретные страны попытались сделать
это. Хорошая новость заключается в том, что,
несмотря на низкое качество образования, школы
все-таки полезны. В Индонезии, после первого нефтяного
бума 1973 г°да, тогдашний диктатор страны,
генерал Сухарто, решил предпринять усилия по
развитию школьного строительства14. Это стало
классическим примером осуществляемой «сверху вниз»
программы. Школы строились на основе заранее
определенной нормы, отдававшей строгий
приоритет районам с наибольшим числом не получавших
14. Esther Duflo, "Schooling and Labor Market Consequences
of School Construction in Indonesia: Evidence from an
Unusual Policy Experiment," American Economic Review 91 (4)
(2001): 795-813-
150

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
образование детей. Если отсутствие школ в таких
районах отражало отсутствие интереса к
образованию, то эта программа должна была закончиться
плачевным провалом.
На самом деле программа INPRES (Instruksi Рге-
siden, или Президентский наказ) увенчалась
значительным успехом. Для ее оценки Эстер сравнила
заработную плату тех взрослых, которые в детстве
имели возможность воспользоваться новыми
школами, с заработками представителей предыдущего
поколения (которые на время строительства школ
уже вышли из школьного возраста). В результате
было обнаружено, что в тех районах, где было
построено много школ, заработная плата более
младшего поколения, по сравнению со старшим,
оказалась значительно выше. Объединив воздействие
на образование и заработки, Эстер пришла к
выводу, что каждый дополнительный год, проведенный
во вновь построенной начальной школе, повышал
заработную плату примерно на 8%. Эта оценка
отдачи от образования очень похожа на то, что
обычно наблюдается в Соединенных Штатах15.
Другой классической программой «сверху
вниз» является обязательное школьное обучение.
В 1968 году на Тайване был принят закон, согласно
которому все дети должны были учиться в школе
девять лет (до этого период обязательного школьного
обучения составлял шесть лет). Этот закон оказал
значительное положительное воздействие на
уровень образованности детей, как мальчиков, так и
девочек, а также на их занятость в будущем, особенно
15. David Card, "The Causal Effect of Education on Earnings,"
in Orley Ashenfelter and David Card, eds., Handbook of
Labor Economics, vol. 3 (Amsterdam: Elsevier Science B.V., 2010),
pp. 1801-1863.
151

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
для девочек16. Выгоды образования имеют не
только денежное измерение: тайваньская программа
оказала значительное воздействие на уровень детской
смертности17. В Малави девочки, которые не
бросили школу благодаря пособиям, реже беременели.
Такой же результат был обнаружен в Кении18. В
настоящее время имеется значительный массив
точных данных, свидетельствующих о долгосрочных
последствиях образования.
Более того, проведенные исследования также
показывают, что помогает каждый элемент
образования. Люди, свободно владеющие навыками чтения,
будут чаще читать газеты и информационные
объявления, где смогут узнать о предназначенных для них
государственных программах. Люди со средним
образованием с большей вероятностью устроятся на
работу в формальном секторе, но даже те, кто этого
не сделает, смогут лучше управлять своим бизнесом.
Представляется, что в данном случае, как и во
многих других, в дискуссиях противоположных
лагерей, стратегии которых имеют различную
философскую основу, в значительной степени упускается суть.
Стратегии спроса и предложения не должны быть
взаимоисключающими. Предложение само по себе
приносит некоторую пользу, но спрос также важен.
Действительно, существуют люди, которые при появ-
i6. Chris Spohr, "Formal Schooling and Workforce Participation
in a Rapidly Developing Economy: Evidence from
'Compulsory' Junior High School in Taiwan," Asian Development Bank
70 (2003): 291-327.
17. Shin-Yi Chou, Jin-Tan Liu, Michael Grossman, and Theodore Joyce,
"Parental Education and Child Health: Evidence from a
Natural Experiment in Taiwan," NBER Working Paper 13466 (2007).
18. Owen Ozier, "The Impact of Secondary Schooling in Kenya:
A Regression Discontinuity Analysis," University of
California at Berkeley Working Paper (2010).
152

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
лении соответствующих рабочих мест каким-то
образом находят способы получить образование без
какой-либо помощи «сверху вниз», но для многих
других тот импульс, который дают строящиеся
поблизости школы, может иметь критическое значение.
Разумеется, стратегии «сверху вниз» не всегда
дают столько, сколько они могут или должны. В
конце концов, как мы видели, качество образования,
предоставляемого в государственных школах, может
быть удручающим. Тот факт, что ученики кое-что
получают в этих школах, еще не означает, что они не
могут работать значительно лучше. Может быть,
подходы, основанные на спросе, будут работать лучше?
Каноническую стратегию спроса представляют
частные школы —родители должны тратить свои с
трудом заработанные деньги, чтобы поместить своих
детей в одну из них, даже если доступны бесплатные
государственные школы. Удалось ли частным школам
решить проблему качества образования?
Частные школы
Несколько удивляет, насколько распространено
мнение о том, что частные школы должны играть
важную роль в процессе заполнения пробелов в
системе образования. Закон Индии о праве на
образование, который недавно был принят при сильной
поддержке всего политического спектра (включая
левых, которые во всем мире традиционно
выступают против роли рынка), представляет собой вариант
так называемой ваучерной приватизации — по
этому закону правительство предоставляет гражданам
«ваучеры» для оплаты обучения в частных школах.
Еще до того, как об этом заговорили эксперты в
области образования, своих детей в частные школы
стали отправлять амбициозные родители с низкими
доходами во всем мире, даже если ради этого им при-
153

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ходил ось резко урезать свои расходы. Это привело
к удивительному феномену снижения цен в частных
школах по всей Южной Азии и Латинской
Америке. Ежемесячная плата в этих школах может
составлять всего 1,5 доллара. Школы, как правило,
довольно скромные, часто всего лишь пара комнат в чьем-то
доме, а в роли учителей часто выступают местные
жители, которые не смогли найти другую работу и
решили открыть школу. Одно из исследований19
показало, что наличие частных школ в пакистанской
деревне отлично предсказывается тем фактом, была ли
поколением раньше открыта поблизости средняя
школа для девочек. В результате образованные
девушки, ищущие возможность заработать немного
денег, не покидая свою деревню, все чаще вступают в
образовательный бизнес в качестве учителей.
Вместе с тем частные школы, хотя квалификация
их персонала иногда сомнительна, работают лучше
государственных. Всемирное обследование
невыходов на работу показало, что в Индии частные школы
чаще встречаются в тех деревнях, где
государственные школы особенно плохи. Кроме того, в среднем
учителя частных школ на 8 процентных пунктов
чаще находились на работе, чем учителя
государственных школ в той же деревне. Дети, которые ходят
в частную школу, также показывают лучшие
результаты. Согласно ASER, в Индии в 20о8 году 47% У4^"
ников 5-го класса в государственных школах не
могли читать на уровне 2-го класса, тогда как в частных
школах этот уровень составлял 32%. По данным
обследования успеваемости в пакистанских школах,
к 3"му классу дети в частных школах на 1,5 года опе-
ig. Tahir Andrabi, Jishnu Das, and Asim Khwaja, "Students Today,
Teachers Tomorrow? The Rise of Affordable Private Schools,"
working paper (2010).
154

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
режали учеников государственных школ по
английскому языку и на 2,5 года —по математике.
Разумеется, семьи, решившие отдать своих детей в частные
школы, могут отличаться от других семей. Но
разрыв в успеваемости между учащимися частных и
государственных школ не может быть полностью
объяснен тем, что частные школы привлекают детей из
более богатых семей, так как он почти в ю раз больше
среднего разрыва между детьми из высших и
низших социально-экономических категорий. Кроме
того, даже в рамках одной семьи существует не столь
значительный, но достаточно существенный разрыв
между детьми, обучающимися в государственных
и частных школах20 (вместе с тем данная оценка
также может быть завышена, если родители посылают
в частную школу своего самого талантливого
ребенка или помогают ему другими способами)21.
Таким образом, дети в частных школах
получают больше знаний, чем в государственных. Однако
20. Sonalde Desai, Amaresh Dubey, Reeve Vanneman, and Rukmi-
ni Banerji, "Private Schooling in India: A New Educational
Landscape," Indian Human Development Survey, Working
Paper No. 11 (2010).
21. Вместе с тем эксперимент, в ходе которого разыгрывались
ваучеры на обучение в частных средних школах
колумбийского города Богота, подтвердил наличие такой
разницы. Победители этой лотереи набрали больше, чем
проигравшие, баллов в стандартизированных тестах,
имели на ю процентных пунктов больше шансов окончить
школу и показали лучшие результаты на выпускном
экзамене. См.: Joshua Angrist, Eric Bettinger, Erik Bloom,
Elizabeth King, and Michael Kremer, "Vouchers for Private
Schooling in Colombia: Evidence from a Randomized Natural
Experiment," American Economic Review 92 (5) (2002): 1535-1558;
Joshua Angrist, Eric Bettinger, and Michael Kremer, "Long-
Term Educational Consequences of Secondary School
Vouchers: Evidence from Administrative Records in Colombia,"
American Economic Review 96 (3) (2006): 847-862.
155

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
это не означает, что частные школы максимально
эффективны. Увидеть, что это не так, можно,
сравнив эффект пребывания в частной школе с
эффектом очень простых мер воздействия.
Pratham против частных школ
Pratham, замечательная образовательная НПО,
проводящая ASER, не только стремится выявить недостатки
образовательной системы, но и пытается исправить
их. Мы работаем с ними на протяжении последних
ю лет и исследуем практически все их новые
программы по обучению детей арифметике и чтению.
Наше сотрудничество началось в 2000 году в
Западной Индии, в городах Мумбаи и Вадодара, где
Pratham реализовывала то, что они называли программой
балсахи (что означает «друг детей»). В рамках этой
программы в каждом классе отбирается по 20 детей,
которые больше всего нуждаются в помощи, и
направляются к балсахи, молодой женщине из их общины,
которая помогает им усвоить знания в тех областях,
где они слабы. Несмотря на землетрясение и
политические беспорядки, программа помогла ее участникам
значительно повысить свои школьные оценки —в Ва-
додаре этот прирост почти в два раза превысил
средний выигрыш, наблюдаемый в индийских частных
школах по сравнению с государственными22. И это
несмотря на то, что балсахи были гораздо менее
образованны, чем средний учитель в частных (или
государственных) школах, —большинство из них сами
провели в школе не более ю лет, в дополнение к
которым прошли недельную переподготовку в Pratham23.
22. Desai, Dubey, Vanneman, and Banerji, "Private Schooling in
India."
23. Abhijit Banerjee, Shawn Cole, Esther Duflo, and Leigh Linden,
"Remedying Education: Evidence from Two Randomized
156

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
Достигнув таких результатов, многие
организации почили бы на лаврах. Но к Pratham это не
относится. Идея покоиться где-либо, и меньше
всего на лаврах, совершенно чужда характеру Мадхава,
а также Рукмини Банержи, энергия которой
является движущей силой впечатляющего
расширения деятельности Pratham. Для того чтобы в
программе балсахи участвовало больше детей, Pratham
было необходимо участие местных сообществ.
Поэтому волонтеры Pratham стали объезжать
деревни в округе Джаунпур в восточной части штата
Уттар-Прадеш, крупнейшего штата Индии и
одного из беднейших, где проводили тестирование
детей и призывали местных жителей принять участие
в этом тестировании, чтобы они могли увидеть
своими глазами, что их дети знают и чего не знают.
Родители не были в восторге от увиденного — их
первым побуждением часто было наказать своих детей,
но в конечном итоге в общине появлялась группа
волонтеров, готовых взять на себя работу по
оказанию помощи своим маленьким братьям и сестрам.
В основном это были молодые студенты колледжей,
которые по вечерам проводили занятия для детей
своих соседей. Pratham организовала для них
недельный тренинг, но никакой другой компенсации
не предоставляла.
Мы также оценили эту программу и получили
достаточно впечатляющие результаты. К ее окончанию
все участвовавшие дети, которые вначале не умели
читать, могли, по крайней мере, распознавать
буквы (в тех деревнях, которые мы выбрали для
сравнения, это могли делать только 40% детей к концу
года). Среди тех, кто в начале знал только буквы,
Experiments in India," Quarterly Journal of Economics 122 (3)
(August 2007): 1235-1264.
157

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
участники программы на 26% чаще могли в конце
и 94
прочитать короткий рассказ .
В последнее время Pratham переместила свои
усилия в сторону сотрудничества с государственной
школьной системой. В Бихаре, самом бедном
штате Индии, в школах которого наблюдается самый
высокий показатель невыхода учителей на работу,
Pratham организовала несколько учебных летних
лагерей для школьников, для работы в которых были
приглашены учителя из государственной
школьной системы. Исследование показало, что эти
лагеря также дали удивительные результаты. Постоянно
критикуемые учителя из государственных школ
действительно стали выполнять там свою работу и
результаты лагерей стали сопоставимы с результатами
вечерних занятий в Джаунпуре.
Успехи Pratham настолько поразительны, что
к этой организации обращаются многие
образовательные организации в Индии и во всем мире. В
настоящее время в Гане тестируется версия этой
программы в рамках крупномасштабного проекта РКИ,
который проводится исследовательской группой
в сотрудничестве с правительством. В рамках этого
проекта молодых людей, впервые ищущих работу,
направляют на переобучение коррекционной
педагогике. Недавно Pratham посетили делегации
министерств образования Сенегала и Мали, которые
подумывают о реализации ее программ.
Все эти данные ставят перед нами ряд загадок.
Если учителя, работавшие на волонтерской или по-
24- Abhijit Banerjee, Rukmini Banerji, Esther Duflo, Rachel Glen-
nerster, and Stuti Khemani, "Pitfalls of Participatory
Programs: Evidence from a Randomized Evaluation in
Education in India," American Economic Journal: Economic Policy 2 (1)
(February 2010): 1-30.
158

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
луволонтерской основе, смогли достичь столь
впечатляющих результатов, то очевидно, что частные
школы, применяющие подобную практику, должны
работать еще лучше. Однако мы знаем, что в Индии
треть пятиклассников в частных школах не могут
читать на уровне 1-го класса. Почему это
происходит? Если учителя государственных школ так
хорошо преподают в летних лагерях, то почему мы не
видим этого в школьной системе? Если качество
образования повысить так легко, то почему родители
не требуют этого? В самом деле, почему в ходе
программы Pratham в Джаунпуре вечерние занятия
посещали только 13% детей, не умеющих читать?
Несомненно, все это можно объяснить некоторыми
из тех причин, которыми обычно объясняется плохая
работа рынков. Возможно, конкуренция между
частными школами недостаточно сильна или родители
недостаточно информированы о том, как они
работают. Плохая работа учителей государственных школ
может быть объяснена также более широкими
проблемами политической экономии, которые мы обсудим
позже. Вместе с тем один ключевой фактор уникален
для сферы образования — это своеобразный способ,
которым ожидания относительно того, что
образование должно дать, искажает спрос со стороны
родителей на то, что предлагают как государственные,
так и частные школы, и то, что получают дети, — в
конечном итоге все это ведет к колоссальным потерям.
Проклятие ожиданий
Иллюзорная S-образная кривая
Несколько лет назад мы организовали занятие,
на котором родители вместе с детьми создавали
коллаж в неформальной школе под руководством Севы
159

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Мандира в сельской местности Удайпура. Мы
принесли стопку красочных журналов и попросили
родителей вырезать из них несколько картинок, чтобы
показать, что, по их мнению, принесет образование
их детям. Идея состояла в том, чтобы родители
создавали этот коллаж с помощью своих детей.
В результате у всех получились очень похожие
коллажи. Картинки были усеяны золотыми и
бриллиантовыми украшениями, а также моделями
современных автомобилей. В журналах были и другие
изображения —мирные сельские пейзажи, рыбацкие
лодки, кокосовые пальмы, — но если верить
свидетельствам коллажей, то образование не об этом.
Родители, по-видимому, рассматривают образование
прежде всего как способ приобретения детьми
(значительного) богатства. Предполагаемый путь к нему
для большинства родителей — это работа в
государственном учреждении (например, в качестве
учителя), а в случае неудачи — какая-нибудь офисная
работа. На Мадагаскаре родителей детей из 640 школ
спрашивали, чем, по их мнению, будет зарабатывать
на жизнь ребенок, получивший начальное
образование, и что будет делать ребенок, получивший
среднее образование. 70% думали, что выпускник
средней школы получит должность на государственной
службе, тогда как на самом деле на такую работу
устраиваются 33% выпускников25.
Однако очень немногие из этих детей дойдут
до 6-го класса, не говоря уже о том, чтобы сдать
выпускной экзамен, который в наши дни, как
правило, является минимальным требованием для
поступления на любую требующую образования работу.
25. Trang Nguyen, "Information, Role Models, and Perceived
Returns to Education: Experimental Evidence from
Madagascar," MIT Working Paper (2008).
160

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
И дело не в том, что родители совершенно этого
не осознают, — когда мадагаскарских родителей
спросили, как они оценивают отдачу от
образования, то выяснилось, что в среднем их оценки
соответствуют действительности. Но они сильно
преувеличивают как положительные, так и отрицательные
стороны. Они рассматривают образование как
лотерейный билет, а не как надежную инвестицию.
Лаконичное объяснение этому дал Пак Сударно,
сборщик металлолома в трущобах Чика-Дас в
Бандунге, Индонезия, совершенно спокойно
сообщивший нам, что он известен как «самый бедный
человек в округе». Когда мы познакомились с ним в июне
20о8 года, его младший сын (самый младший из
девяти детей) собирался поступать в среднюю
школу. Он считал, что наиболее вероятным исходом
будет то, что после окончания средней школы
мальчик станет работать в ближайшем торговом центре,
где уже работал его брат. Эту работу он мог бы
получить уже сейчас, но Пак Сударно считал, что сыну
стоит окончить среднюю школу, даже если это
означает три года упущенной заработной платы.
Осознавая несбыточность этой мечты, Пак Сударно
надеялся на шанс получить работу в офисе, самую лучшую
из возможных, благодаря ее безопасности и
респектабельности. По его мнению, стоило рискнуть.
Родители также склонны считать, что первые
несколько лет обучения окупаются гораздо меньше,
чем последующие. Например, на Мадагаскаре
родители убеждены, что каждый год в начальных классах
увеличит будущий доход ребенка на 6%, каждый год
в средних классах — на 12%, а в старших классах —
на 20%. Мы обнаружили очень похожую картину
в Марокко. Там родители верили, что каждый год
начального образования увеличит доход мальчика
на 5%, а каждый год среднего образования — на 15%.
i6i

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Для девочек картина выглядела еще более
радикально. По мнению родителей, каждый год начального
образования не принесет им практически ничего —
о,4%, но зато каждый год в средней школе увеличит
их будущие заработки на 17%.
В действительности существующие оценки
говорят о том, что каждый год образования
повышает будущие заработки более-менее
пропорционально26. Есть свидетельства, что образование помогает
даже тем людям, которые не получают работу в
формальном секторе — например, после Зеленой
революции образованные фермеры стали зарабатывать
больше, чем необразованные27. Кроме того,
существуют и другие, нефинансовые выгоды. Другими
словами, родители видят кривую S-образной
формы там, где ее на самом деле нет.
Подобная вера в кривую S-образной формы
приводит к тому, что родители, за редкими
исключениями, начинают относиться к своим детям
по-разному. Они думают, что имеет смысл положить все
образовательные яйца в корзину того ребенка,
которого они считают наиболее перспективным, чтобы
он получил необходимое образование, а не
распределять инвестиции равномерно между всеми своими
детьми. Через несколько домов от Шантарамы
(вдовы, двое детей которой не ходили в школу), в
деревне Наганадги, мы встретили семью фермеров с
семью детьми. Никто из этих детей не учился дальше
26. Abhijit Banerjee and Esther Duflo, "Growth Theory Through
the Lens of Development Economics," in Steve Durlauf and
Philippe Aghion, eds., Handbook of Economic Growth, vol. lA
(Amsterdam: Elsevier Science Ltd./North Holland, 2005), pp. 473-552.
27. A. D. Foster and M.R. Rosenzweig, "Technical Change and
Human Capital Returns and Investments: Evidence from
the Green Revolution," American Economic Review 86 (4)
(September 1996): 931-953-
162

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
12-го класса, кроме самого младшего,
двенадцатилетнего мальчика. Семья была не удовлетворена
качеством обучения в государственной средней школе,
где этот мальчик проучился год, поэтому в 7-м классе
его перевели в частный пансион, находившийся в
деревне. Учебный год в этой школе обходился семье
более чем в ю% от общего дохода фермы. Для одного
ребенка это было значительное вложение, а для всех
семерых —совершенно невозможный расход. Мать
счастливчика объяснила нам, что он был
единственным умным ребенком в семье. Готовность
использовать такие слова, как «глупый» и «умный»,
применительно к своим собственным детям, часто в их
присутствии, полностью соответствует тому
мировоззрению, согласно которому приоритет отдается
выбору победителя (и его общей семейной
поддержке). Подобные убеждения приводят к
возникновению странной формы соперничества между
братьями и сестрами. Проведенное в Буркина-Фасо
исследование показало, что подростки, набравшие высокие
баллы при проверке интеллекта, с большей
вероятностью зачисляются в школу, но если баллы,
набранные их братьями или сестрами, выше, то они
зачисляются в школу с меньшей вероятностью28.
Исследование обусловленных денежных
трансфертов, проведенное в городе Богота, Колумбия,
обнаружило убедительные свидетельства о наличии
склонности концентрировать ресурсы на одном ребенке.
Исследованная программа располагала
ограниченными средствами и поэтому предполагала
проведение лотереи, на участие в которой родители могли
28. Richard Akresh, Emilie Bagby, Damien de Walque, and Haroun-
an Kazianga, "Child Ability and Household Human Capital
Investment Decisions in Burkina Faso," University of Illinois
at Urbana —Champaign (2010), mimeo.
163

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
записать всех своих детей, подходящих по возрасту.
Родители победителей получали ежемесячное
пособие, если ребенок будет регулярно ходить в школу.
В результате выяснилось, что победители лотереи
с большей вероятностью регулярно посещали
занятия, с большей вероятностью продолжали обучение
в следующем учебном году, а в той версии программы,
где получение пособия частично было обусловлено
поступлением в колледж, делали это с гораздо
большей вероятностью. Тревожный вывод состоял в том,
что в тех семьях, где было двое или большее число
детей, а выиграл только один, проигравшие в лотерею
дети зачислялись в школу с меньшей вероятностью,
чем дети в тех семьях, где никто не выиграл. И это
несмотря на рост семейного дохода, что должно было
помочь всем детям. Победитель был выбран, и
ресурсы были сосредоточены на нем (или на ней)29.
Неправильное восприятие может иметь
решающее значение. На самом деле образовательной
ловушки бедности не существует, так как образование
ценно на всех уровнях. Но тот факт, что родители
убеждены, что выигрыш от образования описывается
кривой S-образной формы, заставляет их вести себя
так, как будто такая ловушка бедности существует,
и тем самым непреднамеренно создают ее сами.
Элитистские школьные системы
Родители не одиноки в стремлении сосредоточить
все свои ожидания на успешной сдаче выпускных
экзаменов — в этом с ними согласна вся образова-
29- Felipe Barrera-Osorio, Marianne Bertrand, Leigh Linden, and
Francisco Perez Calle, "Conditional Cash Transfers in
Education: Design Features, Peer and Sibling Effects — Evidence
from a Randomized Experiment in Colombia," NBER
Working Paper W13890 (2008).
164

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
тельная система. Учебные программы и
организация школ часто восходят к колониальному
прошлому, когда школы предназначались для подготовки
местной элиты, которая должна была стать
эффективным союзником колониальных властей.
Поэтому цель заключалась в максимальном увеличении
дистанции между элитой и остальной частью
населения. Несмотря на приток новых учеников,
учителя по-прежнему исходят из того, что их задачей все
еще остается подготовка лучших учеников к
трудным экзаменам, которые в большинстве
развивающихся стран служат воротами либо к последним
годам обучения в школе, либо к поступлению в
колледж. С этим связано непрекращающееся давление,
направленное на «модернизацию» учебной
программы, на то, чтобы усложнить ее и сделать более
ориентированной на науку, на более толстые (и,
несомненно, более тяжелые) учебники —до такой
степени, что индийское правительство теперь
устанавливает ограничение в 6,6 фунта на общий вес сумки
с книгами, которые должны приносить в школу
первоклассники и второклассники.
Однажды мы последовали за сотрудниками Prat-
ham в школу в городе Вадодара на западе Индии.
Их визит был заранее объявлен, и учитель явно
хотел произвести хорошее впечатление — его идея
состояла в том, чтобы нарисовать на доске
невероятно сложную фигуру, представляющую собой одно
из дьявольски умных доказательств, которыми
славится Евклидова геометрия, сопроводив это
длинной лекцией о нарисованной диаграмме. Все дети
(ученики з~го класса) очень тихо сидели в
аккуратных рядах на полу. Некоторые, возможно, пытались
нарисовать подобие фигуры на своих крошечных
грифельных досках, но качество мела было
настолько низким, что невозможно было сказать наверня-
165

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ка. Было ясно, что никто из них понятия не имел,
что происходит.
Этот учитель не представляет исключения.
Подобное элитистское искажение у учителей мы наблюдали
в развивающихся странах бессчетное число раз.
Сотрудничая с Паскалиной Дюпас и Майклом Креме-
ром, Эстер помогла в разработке проекта
реорганизации школы в Кении, воспользовавшись наличием
дополнительных учителей, чтобы разделить классы
на две части. Каждый класс был разделен на основе
успеваемости детей, чтобы помочь им узнать то, чего
они еще не знали. Затем учителя были случайным
образом назначены в разные классы на основе
результатов открытой лотереи. «Проигравшие» в этой
лотерее учителя, которых назначили в неуспевающие
классы, были расстроены, объясняя это тем, что их
работа не даст никаких результатов, а затем их обвинят
в низких оценках учеников. Соответственно, они
корректировали свое поведение: во время случайных
посещений обнаруживалось, что учителя, назначенные
в неуспевающие классы, были менее склонны
заниматься преподавательской деятельностью, а вместо
этого чаще пили чай в учительской, чем те, кто был
30
назначен в классы успевающих учеников .
Проблема не в высоких амбициях самих по себе,
разрушительную силу они приобретают в сочетании
с низкими ожиданиями в отношении того, что
могут достичь ученики. Однажды мы отправились
понаблюдать, как проходит тестирование детей в Утта-
раканде, в предгорьях индийских Гималаев. Стоял
великолепный осенний день, и было трудно не по-
ЗО. Esther Duflo, Pascaline Dupas, and Michael Kremer, "Peer
Effects, Teacher Incentives, and the Impact of Tracking:
Evidence from a Randomized Evaluation in Kenya," NBER
Working Paper W14475 (2008).
l66

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
чувствовать, что тестирование было чем-то
вроде вторжения. Ребенок, которым занимались мы,
определенно так думал. Он энергично кивал, когда
мы спрашивали его, ходит ли он в школу, и, как
казалось, был готов ответить на несколько вопросов.
Однако, когда интервьюер вручил ему лист для
чтения, он решительно отвернулся, как это может
сделать только семилетний ребенок. Интервьюер очень
старался уговорить его просто взглянуть на лист,
рассказывая, что это интересная история с
забавными картинками. Но мальчик уже принял решение и,
хотя его мать продолжала бормотать слова
ободрения, некоторая нерешительность ее действий
говорила о том, что она не ожидала, что он передумает.
Когда мы шли к машине после «интервью», к нам
подошел пожилой человек в коротком пыльном
дхоти (набедренная повязка, которую носят
фермеры в этом районе) и желтой футболке. «Дети из
таких домов, как наши...» —произнес он, оставив нас
гадать об остальном. Тот же пессимизм мы видели
на лице матери тестируемого ребенка, как и на
лицах многих матерей, подобных ей, —она не
собиралась этого говорить, но мы зря тратили время.
Отсылки к старомодному социологическому
детерминизму определенного рода, кастовому,
классовому или этническому, часто встречаются в
разговорах с участием бедных. В конце 1990_X годов группа
исследователей под руководством Жана Дрез
подготовила доклад о состоянии образования в Индии —
Публичный доклад о базовом образовании в Индии
(Public Report on Basic Education in India —PROBE).
Один из выводов доклада заключался в следующем:
Многие учителя стремятся избежать назначения
в отдаленные или «отсталые» деревни. Одной
из практических причин этого является неудоб-
i67

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ство поездок на работу или проживания в
отдаленной деревне с неразвитой инфраструктурой...
Другая распространенная причина —отчуждение
от местных жителей, которые, как иногда
говорят, тратят свои деньги на выпивку, не
поддаются обучению или просто «ведут себя как
обезьяны». Отдаленные или отсталые районы также
рассматриваются как бесплодная почва для
усилий учителя.
Один из молодых учителей прямо заявил
исследовательской команде, что с «детьми неотесанных
родителей» общаться невозможно31.
В ходе исследования, направленного на выяснение
того, влияет ли подобное предубеждение на
поведение учителей по отношению к учащимся, учителям
было предложено оценить ряд экзаменационных
работ. Учителя не были знакомы с учениками, но
половине случайно отобранных учителей сообщали
полные имена детей (в которые входят кастовые имена).
Остальные работы были полностью анонимны.
Обнаружилось, что в среднем учителя давали значительно
более низкие оценки ученикам из низших каст, когда
они могли определить их касту, чем когда они не
могли этого сделать. Но интересно, что представителям
высших каст это было свойственно в меньшей
степени. Учителя из низших каст с большей вероятностью
ставили худшие оценки ученикам из низших каст.
Они, должно быть, были убеждены, что эти дети
просто неспособны хорошо работать32.
Подобное сочетание завышенных ожиданий
и слабой веры может оказаться фатальным. Как мы
31. The Probe Team, Public Report on Basic Education in India (New
Delhi: Oxford University Press, 1999).
32. Rema Hanna and Leigh Linden, "Measuring Discrimination
in Education," NBER Working Paper W15057 (2009).
168

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
видели, убежденность в существовании S-образной
кривой заставляет людей отказываться от усилий.
Если учителя и родители не верят, что ребенок
сможет преодолеть изгиб S-образной кривой и
попасть на ее быстро возрастающую часть, то они
могут и не пытаться, —учителя начинают игнорировать
отстающих детей, а родители перестают
интересоваться их образованием. Но такое поведение
создает ловушку бедности даже там, где ее вообще нет.
Если они сдадутся, то никогда не узнают, что,
возможно, ребенок мог добиться успеха. Напротив,
семьи, которые полагают, что их дети могут сделать
это, или семьи, которые не хотят принять то, что их
ребенок останется необразованным, — как правило,
по очевидным историческим причинам, такие семьи
в большей степени принадлежат к элите, — в
конечном итоге подтверждают свои «высокие» ожидания.
Как любит вспоминать один из первых учителей Аб-
хиджита, последний отставал в учебе в i-м классе,
но все вокруг каким-то образом умудрялись убедить
себя, что это происходит потому, что он слишком
далеко опережает класс и скучает. В результате его
перевели в следующий класс, где он опять сразу же
отстал, до такой степени, что учитель стал прятать
его домашние работы, чтобы начальство не
усомнилось в том, что этот перевод был разумен. Если бы
Абхиджит родился не в семье двух ученых, а был
сыном работников фабрики, то его почти наверняка
направили бы в коррекционный класс или
исключили бы из школы.
Подобная логика применяется и самими детьми
при оценке своих способностей. Социальный
психолог Клод Стил продемонстрировал, насколько
сильно в Соединенных Штатах воздействует то, что он
назвал «угрозой стереотипов». Женщины лучше
справляются с тестами по математике, когда им пря-
169

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
мо говорят, что стереотип о низких математических
способностях женщин не применим к этому
конкретному тесту; афроамериканцы хуже
справляются с тестами, если их просят указать на титульном
листе свою расу33. Применив подход Стила, два
исследователя из Всемирного банка устроили
соревнование по решению головоломок между детьми
из низших и высших каст в индийском штате Уттар-
Прадеш34. Они обнаружили, что в тех случаях, когда
каста не указывается, дети из низших каст хорошо
конкурируют с детьми из высших каст. Но как
только детям напоминают, что они принадлежат к
низшим кастам и соревнуются с представителями
высших каст (при помощи простой уловки — попросив
назвать полное имя перед началом игры), их
результаты становятся гораздо хуже. Авторы утверждают,
что отчасти это может быть вызвано страхом
перед несправедливой оценкой, поскольку
организаторы игры, спрашивая полное имя, явно настроены
элитистски, но также это может происходить в
результате интернализации стереотипа. Ребенок,
который ожидает, что учиться в школе будет трудно,
скорее всего, станет винить самого себя, а не
учителей, когда не сможет понять, чему его учат, и в
конечном итоге решит, что он не создан для школы,
так как слишком «глуп», как и большинство его со-
33- Steven Spencer, Claude Steele, and Diane Quinn, "Stereotype
Threat and Women's Math Performance," Journal
ofExperimental Social Psychology 35 (1999): 4-28; Claude Steele and Joshua
Aronson, "Stereotype Threat and the Test Performance of
Academically Successful African Americans," Journal of Personality
and Social Psychology 69 (5) (1995): 797-811.
34. Karla Hoff and Priyank Pandey, "Belief Systems and Durable
Inequalities: An Experimental Investigation of Indian
Caste," World Bank Policy Research Working Paper N0.3351
(2004).
I/O

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
родичей, и вообще откажется от образования, начав
бездельничать в классе или, как дети Шантарамы,
просто не станет туда ходить.
Почему школы терпят неудачу?
Поскольку во многих развивающихся странах
учебные программы и преподавание рассчитаны на
элиту, а не на посещающих школу обычных детей,
попытки улучшить функционирование школ путем
предоставления дополнительных ресурсов дают,
как правило, разочаровывающие результаты. В
начале 199°"х годов Майкл Кремер находился в
поиске простой конкретной ситуации для проверки,
чтобы выполнить одну из первых рандомизированных
оценок политического вмешательства в
развивающейся стране. Для этой первой попытки ему нужен
был очевидный пример, в котором такое
вмешательство, скорее всего, оказало бы большой эффект.
Проблема учебников, как представлялось, идеально
для этого подходила, так как в школах Западной
Кении (где должно было проводиться исследование) их
было очень мало, и почти все единодушно считали,
что книги представляют важный ресурс. Было
случайным образом отобрано 25 школ из юо, куда были
отправлены учебники (официально утвержденные
книги для соответствующих классов). Результаты
оказались неутешительными. Средний балл
тестирования учеников оказался одинаков в получивших
и не получивших учебники школах. Вместе с тем
Кремер и его коллеги обнаружили, что дети, которые
очень хорошо учились с самого начала (показав
высокие баллы в тестах до начала исследования),
заметно повысили свои результаты в тех школах, где
выдавались учебники. История начала обретать смысл.
171

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Образование в Кении ведется на английском языке,
поэтому и учебники, конечно, были на английском.
Однако для большинства детей английский
является лишь третьим языком (после их местного языка
и суахили, национального языка Кении), и они
говорят на нем очень плохо. Для большинства детей
учебники на английском не могут быть очень полезны35.
Этот опыт был повторен во многих местах с другими
ресурсами (от школьных досок до увеличения числа
учителей). Выяснилось, что новые ресурсы не
слишком помогают, если они не сопровождаются
изменениями педагогики или стимулов.
Теперь становится ясно, почему частные
школы не дают лучших результатов в обучении
среднего ребенка, — они сосредоточены исключительно
на том, чтобы подготовить наиболее успевающих
детей к тому или иному сложному
государственному экзамену, который является важной
ступенькой для будущей карьеры. Это требует
опережающего развития и изучения обширной программы.
Тот факт, что большинство детей оставляются
позади, прискорбен, но неизбежен. В той калькуттской
школе, где учился Абхиджит, была принята более
или менее явная политика отчисления
неуспевающих учеников каждый год. В результате к
моменту сдачи выпускного экзамена оставшиеся
ученики показывали безупречный результат. Кенийские
начальные школы применяют ту же стратегию,
по крайней мере начиная с 6-го класса.
Поскольку подобные предпочтения разделяются
родителями, у них мало причин оказывать давление на
школы, чтобы они вели себя иначе. Родители, как и все
35- Paul Glewwe, Michael Kremer, and Sylvie Moulin, "Textbooks
and Test Scores: Evidence from a Prospective Evaluation
in Kenya," BREAD Working Paper (2000).
172

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
остальные, хотят, чтобы школы предоставляли их
детям то, что они понимают как «элитное»
образование, несмотря на то что они не всегда могут
проконтролировать, действительно ли дети его
получают, или понять, выиграют ли они от него.
Например, в Южной Азии среди родителей особенно
популярно обучение на английском языке, но если
сами родители не владеют этим языком, то они
не в состоянии оценить, в какой степени им
владеют учителя. Обратная сторона этого
заключается в том, что родители проявляют мало интереса
к летним лагерям и вечерним занятиям,— дети,
которым нужны эти занятия, не собираются
выигрывать в образовательную лотерею, так в чем же тогда
их смысл?
Теперь мы можем также понять, почему летние
школы Pratham так результативны. Представляется,
что учителя государственных школ знают, как учить
более слабых детей, и летом они даже готовы
приложить к этому некоторые усилия, но в ходе
обычного учебного года их работа заключается не в этом —
по крайней мере, так им внушили. Недавно, также
в Бихаре, мы оценили инициативу Pratham по
полной интеграции коррекционных образовательных
программ в государственные школы. Pratham
обучала учителей работать с их материалами, а
волонтеров—работать помощниками учителей в
коррекционных классах. Результат был поразительным.
Те (случайно отобранные) школы, где велась
подготовка как учителей, так и волонтеров, добились
значительных успехов, что соответствует другим
достижениям Pratham, о которых мы говорили выше.
С другой стороны, там, где переобучение
проходили только учителя, не произошло существенных
изменений. Те же самые учителя, которые так хорошо
работали в летних лагерях, совершенно не продви-
т

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
нулись, так как ограничения, налагаемые
официальной педагогикой, и особое внимание, уделяемое
изучению всей учебной программы, оказались
слишком большим барьером. Мы не можем винить в этом
только учителей. Недавно принятый в Индии Закон
о праве на образование делает полное изучение
учебной программы обязательным.
На более широком социальном уровне подобная
комбинация убеждений и поведения приводит как
к несправедливости, так и к расточительности
большинства школьных систем. Дети богатых людей
ходят в те школы, в которых не только больше и лучше
учат, но и внимательнее к ним относятся, помогая
раскрыть их истинный потенциал. Бедные же
попадают в такие школы, где очень рано дают понять,
что они никому не нужны, если только не проявят
каких-то исключительных дарований, и, по сути,
от них ожидают, что они будут молча страдать, пока
не бросят учебу.
В результате таланты растрачиваются впустую.
Среди всех тех людей, кто бросает учиться где-то
между начальной школой и колледжем, и тех, кто
вообще никогда не ходил в школу, многие,
возможно большинство, становятся жертвами тех или иных
ошибочных суждений —родителей, которые сдались
слишком рано, учителей, которые никогда не
пытались их учить, собственной неуверенности
учеников. Некоторые из этих людей почти наверняка
могли бы стать профессорами экономики или
капитанами промышленности. Вместо этого они
становятся поденщиками или лавочниками либо, если им
повезет, занимают какую-нибудь мелкую
канцелярскую должность. На места, которые они оставили
свободными, по всей вероятности, пришли
посредственные дети тех родителей, которые могли позво-
*74

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
лить себе предложить им все доступные
возможности для достижения успеха.
Истории великих ученых, от Альберта
Эйнштейна до индийского математического гения Раману-
джама, которые не смогли преодолеть
образовательную систему, конечно, хорошо известны. История
компании Raman Boards говорит нам о том, что этот
опыт относится не только к нескольким
неординарным людям. Тамильский инженер по имени
В.Раман основал Raman Boards в Майсуре в конце
1970-х годов. Эта компания производила
промышленные бумажные изделия, такие как листы
картона, используемые в электрических
трансформаторах. Однажды В. Раман встретил за дверью фабрики
одного молодого человека, Рангасвами, который
просил работу. Рангасвами рассказал, что он
родился в очень бедной семье и у него есть некоторое
инженерное образование, которое он может
подтвердить только свидетельством, а не настоящим
дипломом колледжа. Покоренный настойчивостью
Рангасвами, утверждавшего, что он способен
хорошо работать, Раман попросил его пройти короткий
тест на интеллект. Впечатленный результатами,
он взял молодого человека под свое крыло. Когда
возникала проблема, эту задачу поручали
Рангасвами, и, работая сначала с Раманом, а затем все чаще
самостоятельно, он находил для нее творческое
решение. В конечном итоге Raman Boards была
куплена гигантской шведской транснациональной
компанией ABB, и сейчас бывший завод Рамана наиболее
эффективен из всех тех, которыми ABB управляет
по всему миру, в том числе и в Швеции. Рангасвами,
человек, который не смог получить диплом
инженера, является там главой инженерного отдела. Его
коллега Кришначари, еще одна находка Рамана, —
бывший плотник с небольшим формальным обра-
175

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
зованием, — является ключевым менеджером в
отделе компонентов.
Арун, сын Рамана, который управлял компанией
до ее продажи, теперь возглавляет небольшое
подразделение НИОКР, где работает несколько человек,
перешедших туда из Raman Boards. В его основную
исследовательскую группу из четырех сотрудников
входят два человека, у которых нет среднего
образования, и никто не является квалифицированным
инженером. Они блестящи, как рассказывает Арун,
но вначале проблема была в том, что отсутствие
образования лишало их уверенности высказывать свою
точку зрения. Об их способностях стало известно
только потому, что это небольшая фирма, которая
осуществляет много исследований и разработок.
И все же, несмотря на всю терпеливую работу,
направленную на раскрытие их талантов, их
постоянно требуется подбадривать.
Разумеется, подобную модель трудно
воспроизвести. Проблема заключается в том, что не
существует простых способов выявления талантов
—необходимо потратить много времени на то, что должна
была делать система образования, то есть дать
людям достаточно шансов показать, в чем они хороши.
Тем не менее Raman Boards — это не единственная
фирма, руководство которой считает, что
существует много нераскрытых талантов. Один из индийских
ИТ-гигантов, компания Infosys, создала центры
тестирования, где люди, в том числе без особой
формальной квалификации, могут пройти проверку,
которая фокусируется на интеллекте и
аналитических навыках, а не на изучении учебников. Те, кто
преуспевает в этом, становятся стажерами, а
успешные стажеры получают работу. Подобный
альтернативный путь стал источником надежды для тех,
кто провалился сквозь зияющие дыры
образовало

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
тельной системы. Когда во время мирового
кризиса Infosys закрыла свои центры тестирования, в
Индии это стало первополосной новостью.
Сочетание нереалистичных целей, неоправданно
пессимистичных ожиданий и неправильных
стимулов для учителей способствует тому, что системы
образования в развивающихся странах не справляются
с двумя своими основными задачами —дать
каждому человеку надежный базовый набор навыков и
выявить таланты. Более того, в некоторых
отношениях выполнение задачи обеспечения качественного
образования становится все сложнее. Во всем мире
системы образования находятся в состоянии
стресса. Число учащихся растет быстрее, чем ресурсы,
а с ростом высокотехнологичных секторов во всем
мире растет спрос на тех людей, которые раньше
становились учителями. Теперь они работают
программистами, менеджерами компьютерных систем
и банкирами. Особенно серьезной проблемой это
становится при поиске хороших учителей на
уровне средней школы и выше.
Есть ли из этого выход или проблема слишком
сложна?
Реинжиниринг образования
Хорошая новость, и это действительно очень
хорошая новость, заключается в том, что все
имеющиеся у нас данные убедительно свидетельствуют о том,
что выяснить, получает ли каждый ребенок в
школе базовые знания, не только возможно, но и
довольно легко, если сосредоточиться именно на этом
и ни на чем другом.
Возможности школьного образования показывает
примечательный социальный эксперимент, прове-
177

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
денный в Израиле. В 1991 году 15000 более или менее
нуждающихся эфиопских евреев и их детей в один
день были вывезены самолетами из Аддис-Абебы
и распределены по всему Израилю. Там эти дети,
чьи родители учились в среднем от одного до двух
лет, поступали в начальные школы вместе с
другими израильскими детьми —как давно
поселившимися в стране, так и недавно прибывшими из России,
чьи родители учились в среднем 11,5 года. Трудно
найти две группы, семейное происхождение
которых было бы столь же различно. Годы спустя, когда
те, кто поступил в школу в 1991 году, уже оканчивали
среднюю школу, различия между ними
значительно сократились. До 12-го класса, не оставаясь на
второй год, дошли 65% эфиопских детей — этот уровень
немногим ниже показателя для детей эмигрантов
из России — 74%- Оказалось, что даже самый
серьезный недостаток с точки зрения семейного
происхождения и условий ранней жизни может быть
в значительной степени компенсирован, по крайней
мере, в израильских школах, где соблюдаются
надлежащие условия36.
Успешные эксперименты дали нам ряд идей
о том, как создать эти условия. Первый фактор —
это сосредоточенность на базовых навыках и
приверженность идее о том, что овладеть ими
способен каждый ребенок, если его учителя посвящают
этому достаточно усилий. Данный
фундаментальный принцип лежит в основе программ Pratham,
но не только — эта позиция воплощается также
принципом «без оправданий» чартерных школ Со-
Зб. Eric Gould,Victor Lavy, and Daniele Paserman, "Fifty-Five Years
After the Magic Carpet Ride: The Long-Run Effect of the
Early Childhood Environment on Social and Economic
Outcome," Review of Economic Studies (2010), forthcoming.
178

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
единенных Штатов . Подобные школы, которые
организуются в рамках программ «Знание — сила»
(Knowledge Is Power Program — KIPP), «Гарлемская
детская зона» (Harlem Children's Zone) и других, в
основном предназначены для учащихся из бедных
семей (особенно чернокожих детей), а их учебная
программа фокусируется на твердом усвоении базовых
навыков и непрерывном измерении того, что дети
на самом деле знают, —без такой диагностики
невозможно оценить их прогресс.
В нескольких исследованиях, основанных
на сравнении победителей и проигравших в
лотереях на зачисление в такие школы, было показано,
что они чрезвычайно эффективны и успешны. В
исследовании чартерных школ в Бостоне
предполагается, что расширение возможностей чартерных
школ в четыре раза, при сохранении нынешнего
демографического профиля учащихся, потенциально
может привести к снижению на 40%
общегородского разрыва в оценках по математике между белыми
и черными детьми38. В этом случае работает тот же
механизм, что и в программах Pratham, — те дети,
которые в обычной школьной системе полностью
теряются (результаты их тестов намного отстают
37- Joshua Angrist, Susan Dynarski, Thomas Kane, Parag Pathak,
and Christopher Walters, "Who Benefits from KIPP?" NBER
Working Paper 15740 (2010); Atila Abdulkadiroglu, Joshua
Angrist, Susan Dynarski, Thomas Kane, and Parag Pathak,
"Accountability and Flexibility in Public Schools:
Evidence from Boston's Charters and Pilots," NBER Working Paper
15549 (2009); Will Dobbie and Roland Fryer, "Are High
Quality Schools Enough to Close the Achievement Gap?
Evidence from a Social Experiment in Harlem," NBER Working
Paper 15473 (2009).
38. C.Walters, "Urban Charter Schools and Racial Achievement
Gaps," MIT (2010), mimeo.
179

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
от результатов других детей, когда они поступают
в чартерные школы), получают шанс наверстать
упущенное, и многие им пользуются.
Вторая хорошая новость, которую дает нам опыт
Pratham, заключается в том, что подготовка
эффективного коррекционного учителя не требует
значительных усилий, по крайней мере для младших
классов. Волонтерами, деятельность которых дала
столь поразительные результаты, были
преимущественно студенты колледжей и другие люди,
которые прошли недельную или десятидневную
подготовку в области педагогики. Вместе с тем их работа
выходила за рамки обучения только чтению и
основам арифметики. В рамках программы в Бихаре,
когда добровольцы приходили в классы, они
также учили умевших хорошо читать детей применять
свои навыки чтения в процессе обучения —это
называлось «читать, чтобы учиться», что являлось
продолжением более базового курса «учиться читать»,—
и это дало существенные результаты. В чартерных
школах в основном работают молодые, увлеченные
учителя, которые способны существенно помочь
ученикам как начальной, так и средней школы.
В-третьих, потенциально существуют
значительные выгоды, которые можно получить,
реорганизовав учебную программу и классы таким образом,
чтобы позволить детям учиться в своем собственном
темпе, и, в частности, чтобы дети, которые отстают,
могли сосредоточиться на основах. Это можно
осуществить путем индивидуализации
образовательного процесса. В Кении в упомянутом выше
исследовании сравнивались две модели распределения
учащихся 1-х классов на два отдельных класса. В
первом случае дети распределялись по классам
случайным образом, а во втором — на основе имеющихся
у них знаний. Когда ученики распределялись в соот-
i8o

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
ветствии с начальным уровнем знаний, то это
позволило учителям вести преподавание более адресно,
в результате чего выиграли все, независимо от
начального уровня. Эти успехи имели постоянный
характер—в конце з_го класса ученики, которые были
распределены в i-м и 2-м классах по их знаниям, все
еще учились лучше, чем те, кто был распределен
случайным образом39. В качестве альтернативы
можно было бы найти и другие способы адаптировать
преподавание к потребностям отдельных учеников.
Одна из возможностей заключается в том, чтобы
сделать границы между классами более
подвижными — так, чтобы ребенок, который по возрасту
должен ходить в 5~й класс, но по некоторым предметам
его знания соответствуют 2-му классу, мог посещать
эти занятия без дополнительной стигматизации.
В более широком смысле, многое можно было бы
сделать, чтобы изменить нереалистичные
ожидания, которые есть у всех. В рамках одной
программы на Мадагаскаре родителям просто рассказывали
о том, насколько повысились средние доходы детей
из аналогичных семей, когда они учились в школе
больше на один год. Это оказало значительное
положительное влияние на результаты тестов, а в случае тех
родителей, которые обнаружили, что
недооценивали преимущества образования, выигрыш был в два
раза выше40. Более раннее исследование, проведенное
в Доминиканской Республике, дало аналогичные ре-
39- Pascaline Dupas, Esther Duflo, and Michael Kremer, "Peer
Effects, Teacher Incentives, and the Impact of Tracking:
Evidence from a Randomized Evaluation in Kenya," American
Economic Review, forthcoming.
40. Trang Nguyen, "Information, Role Models and Perceived Returns
to Education: Experimental Evidence from Madagascar," MIT
Working Paper (2008).
181

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
зультаты в отношении учащихся старших классов41.
Поскольку попросить учителей передать подобную
информацию родителям ничего не стоит, это пока
самый дешевый из известных способов улучшить
результаты тестов, среди всех оцененных вмешательств.
Также хорошей идеей могут быть попытки
установить более доступные ближайшие цели как для
детей, так и для учителей. В результате все они
перестанут сосредотачивать свои усилия исключительно
на достижении через много лет одного
трудноуловимого результата. Одна из программ в Кении
предполагала выплату на следующий год стипендии в
размере 20 долларов США по ППС тем девочкам,
экзаменационные результаты которых войдут в 15% лучших.
Это не только заставило девочек учиться
намного лучше, но и оказало давление на учителей,
чтобы они работали усерднее (чтобы помочь девочкам).
В результате мальчики также стали получать более
качественное образование, хотя стипендии для них
и не предполагались42. В Соединенных Штатах
поощрение детей за достижение долгосрочных целей
(например, получение высоких оценок) не привело
к успеху, но вознаграждение их за усилия по чтению
оказалось чрезвычайно эффективным43.
Наконец, учитывая, что хороших учителей
трудно найти, а информационные технологии с
каждым днем становятся все лучше и дешевле, пред-
41. Robert Jensen, "The (Perceived) Returns to Education and the
Demand for Schooling," Quarterly Journal of Economics 125 (2)
(2010): 515-548.
42. Michael Kremer, Edward Miguel, and Rebecca Thornton,
"Incentives to Learn," Review of Economics and Statistics, forthcoming.
43. Roland Fryer, "Financial Incentives and Student Achievement:
Evidence from Randomized Trials," Harvard University,
manuscript (2010).
182

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
ставляется рациональным использовать их больше.
Однако в настоящее время в образовательном
сообществе распространены не слишком позитивные
представления о применении технологий в
преподавании. Вместе с тем это основано главным
образом на опыте богатых стран, где альтернативой
компьютерному обучению в значительной степени
является обучение у хорошо подготовленного и
мотивированного учителя. Как мы уже видели, это
не всегда так в бедных странах. И в самом деле,
свидетельства из развивающихся стран, хотя и
скудные, весьма позитивны. Мы провели оценку
программы, предполагающей применение компьютеров
в обучении, которая была запущена в
сотрудничестве с Pratham в государственных школах Вадода-
ры в начале зооо-х годов. Пары третьеклассников
и четвероклассников должны были играть в
компьютерную игру. Игра включала в себя решение все
более сложных математических задач, а успех в их
решении давал победителю шанс выбросить мусор
в открытый космос (это была очень
политкорректная игра). Несмотря на то что дети могли играть
только два часа в неделю, выигрыш от этой
программы с точки зрения оценок по математике был
таким же большим, как и от некоторых наиболее
успешных образовательных мероприятий, которые
были опробованы в различных контекстах на
протяжении многих лет, что относится ко всем детям —
свои результаты повысили как самые сильные, так
и самые слабые ученики. Это подчеркивает сильные
стороны компьютера как образовательного
инструмента, так как благодаря ему каждый ребенок может
учиться в своем собственном темпе44.
44- Abhijit Banerjee, Shawn Cole, Esther Duflo, and Leigh Linden,
"Remedying Education: Evidence from Two Randomized
183

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Идея о том, что необходимо понизить ожидания,
сосредоточиться на ключевых компетенциях и
применять технологии для дополнения или, если
необходимо, замены учителей, не слишком хорошо
согласуется с мнением некоторых экспертов в области
образования. Их реакция понятна, так как может
показаться, что мы предлагаем двухуровневую
систему образования — одну для детей богатых, которые,
без сомнения, будут обучаться по самым высоким
стандартам в дорогих частных школах, и другую
для остальных. Подобное возражение имеет
некоторые основания, но, к сожалению, такое
разделение уже существует, с той только разницей, что
нынешняя система практически ничего не дает очень
большой части детей. Если бы учебная программа
была радикально упрощена, если бы было
напрямую заявлено, что миссия учителя состоит в том,
чтобы заставить каждого овладеть ею полностью,
и если бы детям было позволено изучать ее в
своем собственном темпе, повторяя при
необходимости, подавляющее большинство детей получили бы
некоторую пользу от тех лет, которые они
проводят в школе. Более того, одаренные действительно
получили бы шанс раскрыть свои таланты.
Правда, потребуется немало усилий, чтобы поставить их
на одну ступень с теми, кто учится в элитных
школах, но если бы они научились верить в себя, у них
появился бы шанс, особенно если бы система была
готова им помочь45. Признание того, что школы
Experiments in India," Quarterly Journal of Economics 122 (3)
(August 2007): 1235-1264.
45. Этому можно помочь, если приложить все силы к тому,
чтобы деньги никогда не являлись основным
фактором при принятии учениками решения посещать
лучшие школы. Способы сделать это существуют. Например,
184

ЛУЧШИЕ УЧЕНИКИ
должны служить тем ученикам, которые у них есть,
а не тем, которых они, возможно, хотели бы иметь,
может быть первым шагом к созданию дающей шанс
каждому ребенку школьной системы.
в Чили школьное образование опирается на ваучерную
систему. В рамках этой системы самым бедным
учащимся предоставляются дополнительные ваучеры, при этом
любая школа, принимающая ваучерных студентов (к
которым относятся все, кроме горстки элитных школ),
должна принимать этих учеников без какой-либо
дополнительной оплаты. Однако для того, чтобы эта система
заработала в полную силу, учащиеся и родители должны
быть лучше информированы о том, что у них существует
такая возможность, а для выявления наиболее
перспективных учащихся по всей стране должна проводиться
систематическая проверка результатов при помощи
регулярных стандартизированных экзаменов.
185

ГЛАВА 5
Большая семья Пака Суцарно
САНДЖАЙ Ганди, младший сын
индийского премьер-министра Индиры Ганди,
который рассматривался как ее преемник до
самой своей смерти в авиакатастрофе в 1981 году, был
убежден, что важной частью плана развития Индии
должен быть контроль рождаемости. Это была
центральная тема его многочисленных публичных
выступлений в период так называемого
Чрезвычайного положения (с середины 1975 года до начала
1977 г°Да)> когда демократические права были
временно приостановлены и Санджай Ганди,
несмотря на то, что он не занимал никакой официальной
должности, довольно открыто управлял делами.
Программе планирования семьи должно
уделяться «самое большое внимание и значение» — это
высказывание Санджая Ганди имеет характерное
продолжение — «потому что весь наш промышленный,
экономический и сельскохозяйственный прогресс
был бы бесполезен, если бы население продолжало
расти нынешними темпами»1.
Планирование семьи имеет в Индии
длительную историю, которая начинается еще в середине
1. Цит. по: Davidson R. Gwatkin,"Political Will and Family Plan-
ning:The Implications of India's Emergency Experience,"
Population and Development Review 5 (1): 29-59 (L979)- Данная
статья является основным источником нашего описания
принудительной стерилизации в период
Чрезвычайного положения.
186

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
1960-х годов. В 1971 году в штате Керала
проводились эксперименты с мобильными службами
стерилизации. Поход «стерилизационных лагерей»
должен был стать краеугольным камнем плана Сан-
джая Ганди в период Чрезвычайного положения.
Хотя большинство политиков и до Санджая
Ганди придавали вопросу контроля рождаемости
большое значение, он привнес в эту проблему
беспрецедентный уровень энтузиазма, а также способность
(и готовность) выкручивать столько рук,
сколько необходимо для осуществления выбранной им
политики. В апреле 1976 года Кабинет министров
Индии одобрил официальное заявление о
национальной демографической политике, в котором
содержался призыв к принятию ряда мер по
поощрению планирования семьи, в частности к введению
крупных финансовых стимулов для тех, кто
согласился на стерилизацию (например, месячная
заработная плата или приоритетное положение в
списке на получение жилья), и, что еще более пугающе,
к разрешению каждому штату разработать законы
об обязательной стерилизации (например, для всех,
кто имеет более двух детей). Хотя такой закон был
предложен только в одном штате (и этот закон так
и не был одобрен), на правительства штатов
оказывалось явное давление, чтобы они
устанавливали квоты по стерилизации и выполняли их.
Целевые значения стерилизации были «добровольно»
определены всеми штатами, кроме трех, на уровне,
превышающем предложенный центральным
правительством, всего было запланировано 8,6 млн
стерилизаций на 1976-1977 годы.
После того как эти квоты были установлены, их
стали реализовывать самым серьезным образом.
Глава бюрократии штата Уттар-Прадеш
телеграфировал своим основным подчиненным на местах:
i87

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
«Сообщите всем, что невыполнение ежемесячных
целевых показателей приведет не только к
прекращению выплаты заработной платы, но и к
отстранению от должности и самым суровым наказаниям.
Немедленно — повторяю: немедленно —
гальванизируйте весь административный аппарат и
продолжайте ежедневно докладывать по каналам
экстренной связи мне и секретарю главного министра
о проделанной работе». Местные целевые значения
должны были быть известны всем государственным
служащим, вплоть до деревенского уровня, не
исключая железнодорожных инспекторов и
школьных учителей. Учителя посещали родителей своих
учеников и рассказывали им, что в будущем их
детям может быть отказано в зачислении в школу, если
они не согласятся пройти стерилизацию. Людям,
которые путешествовали поездом без билета, — эта
практика до сих пор широко распространена
среди бедных жителей Индии, — назначались большие
штрафы, если они не соглашались на стерилизацию.
Неудивительно, что давление иногда шло гораздо
дальше. В Уттаваре, мусульманской деревне
недалеко от столицы Дели, полиция однажды ночью
арестовала всех мужчин и отправила их в полицейские
участки по ложным обвинениям, а затем направила
на стерилизацию.
Представляется, что эта политика достигла
своих непосредственных целей, хотя возможно, что она
также стимулировала завышение числа фактически
проведенных стерилизаций. Согласно
существующим отчетам, в 197^_1977 годах было
стерилизовано 8,25 млн человек, из них 6,5 млн —только за
период с июля по декабрь 1976 года. К концу 1976 года
21% индийских супругов были стерилизованы.
Однако нарушения гражданских свобод, которые были
неотъемлемой частью реализации программы сте-
188

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
рилизации, вызвали широкое возмущение, и, когда
в 1977 Г°ДУ в Индии наконец состоялись выборы,
обсуждение политики стерилизации стало ключевой
частью предвыборных дебатов, что нашло свое
отражение в наиболее запоминающемся лозунге «Инди-
ра хатао, индири бачао (Избавься от Индиры и
спаси свой пенис)». Широко распространено мнение,
что поражение Индиры Ганди на выборах 1977 г°Да
было частично вызвано народным недовольством
данной программой. Новое правительство
немедленно отменило эту политику.
Вполне возможно, что политика Санджая
Ганди привела к одному из тех иронических
поворотов, которые так забавляют историков, и на самом
деле поспособствовала росту населения Индии.
Программа стерилизации периода
Чрезвычайного положения приобрела дурную репутацию,
поэтому политика планирования семьи в Индии отошла
в тень, где и остается. В некоторых штатах, таких
как Раджастан, продолжают поощрять
добровольную стерилизацию, но похоже, что никто в этом
не заинтересован, кроме чиновников системы
здравоохранения. Вместе с тем широко
распространенная подозрительность по отношению к мотивам
государства, по-видимому, является наиболее стойким
наследием Чрезвычайного положения. Например,
до сих пор зачастую можно увидеть, что жители
трущоб и деревень отказываются от профилактической
иммунизации против полиомиелита, поскольку
считают ее способом тайно стерилизовать детей.
Этот конкретный эпизод и драконовская
политика «одна семья —один ребенок» в Китае являются
наиболее известными примерами жесткого
принуждения к исполнению мер по контролю над
рождаемостью, хотя некоторые формы демографической
политики существуют в большинстве развивающих-
i8g

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ся стран. В статье, опубликованной в журнале
Science в 1994 Г°ДУ» Джон Бонгаартс из Совета по
народонаселению подсчитал, что в 1990 году 85% населения
развивающегося мира проживало в странах, где
правительство явно разделяло представление о том,
что их население слишком велико и его необходимо
контролировать при помощи планирования семьи2.
Безусловно, сегодня во всем мире существует
много причин для беспокойства по поводу роста
численности населения. Джеффри Сакс рассказывает о них
в своей книге «Общее богатство»3. Наиболее
очевидным является потенциальное воздействие роста
населения на окружающую среду. Он способствует
увеличению выбросов углекислого газа и,
следовательно, глобальному потеплению. В некоторых частях
мира с каждым днем становится все меньше питьевой
воды, отчасти напрямую из-за того, что спрос на нее
предъявляет все большее число людей, а отчасти
потому, что растущее население требует выращивать
больше сельскохозяйственной продукции, а значит,
необходимо использовать больше воды для
орошения (70% пресной воды используется для орошения).
По оценкам Всемирной организации
здравоохранения, пятая часть населения мира проживает в
районах, где ощущается нехватка пресной воды4.
Очевидно, что все эти вопросы имеют жизненно важное
значение, но отдельные семьи, вероятно, не в полной
мере принимают их во внимание, когда принимают
решение о том, сколько иметь детей. Именно этим
2. John Bongaarts, "Population Policy Options in the Developing
World," Science 263 (5148) (1994): 771-776.
3. Jeffrey Sachs, Common Wealth: Economics for a Crowded Planet (New
York: Allen Lane/Penguin, 2008).
4. World Health Organization, Water Scarcity Fact File, 2009,
available at http://www.who.int/features/factfiles/water/en/.
190

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
объясняется необходимость демографической
политики. Проблема заключается в том, что невозможно
разработать разумную демографическую политику,
не понимая, почему у некоторых людей так много
детей. Происходит ли это потому, что они
неспособны контролировать собственную фертильность
(например, из-за отсутствия доступа к контрацепции)
или в этом заключается их осознанный выбор? И
каковы причины такого выбора?
Что не так с большими семьями?
В богатых странах прирост населения ниже.
Например, такая страна, как Эфиопия, где общий
коэффициент рождаемости составляет 6,12 ребенка на
женщину, в 51 раз беднее Соединенных Штатов, где общий
коэффициент рождаемости составляет 2,05.
Наличие подобной тесной связи убедило
многих, включая ученых и политиков, в
справедливости старого аргумента, впервые популяризованного
на рубеже XVIII века преподобным Томасом
Мальтусом, профессором истории и политической
экономии в колледже Ост-Индской компании,
недалеко от Лондона. Мальтус был убежден, что ресурсы,
которыми располагают те или иные страны, более
или менее постоянны (его любимым примером была
пахотная земля), и поэтому считал, что рост
населения неизбежно сделает их беднее5. По этой логике,
последствием эпидемии черной смерти, от которой,
как полагают, погибла половина населения Брита-
5- Thomas Malthus, Population: The First Essay (Ann Arbor:
University of Michigan Press, 1978); Томас Мальтус, Опыт о
законе народонаселения (Санкт-Петербург: Тип.
И.И.Глазунова, i868).
191

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
нии между 1348 и 1377 годами, стала причиной
дороговизны труда в последующие годы. Элвин Янг,
экономист из Лондонской школы экономики,
недавно вернулся к подобной аргументации в
контексте нынешней эпидемии ВИЧ/СПИД в Африке. В
статье, озаглавленной «Дар умирающих», он утверждал,
что эта эпидемия улучшит положение будущих
поколений африканцев, сократив рождаемость6.
Сокращение рождаемости произойдет в результате
как прямого действия эпидемии, из-за нежелания
заниматься незащищенным сексом, так и
косвенного, потому что возникающая в ее результате нехватка
рабочей силы делает женщин более
привлекательными для работы, а не для рождения детей. Янг
подсчитал, что в ближайшие десятилетия в Южной
Африке «блага» сокращения численности населения
будут достаточно велики, чтобы перевесить тот факт,
что многие дети, ставшие сиротами в результате
эпидемии СПИДа, не получат надлежащего образования;
распространение ВИЧ может сделать Южную
Африку на 5>6% богаче. В заключение он замечает,
несомненно, для своих более щепетильных читателей:
«Нельзя бесконечно оплакивать бедствие высокого
роста населения в развивающихся странах, а затем
делать вывод, что обращение таких процессов вспять
равносильно экономической катастрофе».
Статья Янга породила жаркую дискуссию,
которая вращалась вокруг того, действительно ли
эпидемия ВИЧ/СПИДа ведет к снижению рождаемости.
Тщательная проверка аргументации Янга7 опроверг-
6. Alywn Young, "The Gift of the Dying: The Tragedy of AIDS and
the Welfare of Future African Generations," Quarterly Journal
of Economics 120 (2) (2005): 243-266.
7. Jane Forston, "HIV/AIDS and Fertility," American Economic
Journal: Applied Economics 1 (3) (July 2009): 170-194; Sebnem Ka-
192

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
ла это утверждение. Однако люди в основном были
готовы признать его другую предпосылку —что
сокращение рождаемости сделает всех богаче.
Тем не менее эта предпосылка не столь очевидна,
как можно предположить. В конце концов, сегодня
на планете во много раз больше людей, чем в те
времена, когда Мальтус впервые сформулировал свою
гипотезу, и большинство из нас богаче, чем
современники Мальтуса. Технический прогресс,
который отсутствовал в теории Мальтуса, зачастую
ведет к тому, что новые ресурсы находятся в самых
неожиданных местах, а когда вокруг больше людей,
то большее их число занимается поиском новых
идей, что, возможно, повышает вероятность
технологических прорывов. Действительно, на
протяжении большей части человеческой истории
(начиная с 1 млн лет до Р.Х.) регионы или страны,
в которых было больше людей, росли быстрее, чем
остальные8.
Поэтому данный вопрос вряд ли можно
решить на чисто теоретических основаниях. И тот
факт, что сегодня страны с более высоким
уровнем рождаемости беднее, еще не говорит нам о том,
что они беднее из-за высокой рождаемости. Вполне
возможно и обратное —высокая рождаемость в этих
странах объясняется тем, что они бедны. Наконец,
некий третий фактор может вызывать как
высокую рождаемость, так и бедность. Даже тот «факт»,
что периоды быстрого экономического роста ча-
lemli-Ozcan, "AIDS, 'Reversal' of the Demographic
Transition and Economic Development: Evidence from Africa," NBER
Working Paper W12181 (2006).
8. Michael Kremer, "Population Growth and Technological
Change: One Million B.C. to 1990," Quarterly Journal of Economics
ю8 (3) (i993): 681-716.
19З

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
сто совпадают с резким снижением рождаемости,
как это было в Корее и Бразилии в 1960-е годы, в
лучшем случае неоднозначен. Стали ли семьи рожать
меньше детей, когда экономический рост ускорился
из-за того, что у них сократилось время, чтобы
заботиться о них? Или снижение рождаемости
высвободило ресурсы для других инвестиций?
Как нам уже приходилось делать много раз,
здесь мы также должны сменить перспективу,
оставить большой вопрос в стороне и
сосредоточиться на жизни и выборе бедных людей, если хотим
иметь хоть какую-то надежду на прогресс в решении
этого вопроса. Можно начать с рассмотрения того,
что происходит в семье. Действительно ли большие
семьи беднее, потому что они большие? Менее ли
они способны инвестировать в образование и
здоровье своих детей?
Один из любимых лозунгов Санджая Ганди
звучал так: «Маленькая семья —это счастливая семья».
Плакаты с этим лозунгом на фоне рисованного
изображения сияющей пары с двумя пухлыми детьми
встречались в Индии конца 197°"х годов повсюду.
Такой плакат мог бы также послужить
иллюстрацией для оказавшей большое влияние концепции Гэри
Беккера, лауреата Нобелевской премии по
экономике. Семьи, как утверждал Беккер, сталкиваются с тем,
что он назвал «балансом между качеством и
количеством». Иными словами, чем больше детей в семье,
тем ниже их «качество», поскольку родители
смогут потратить меньше ресурсов на надлежащее
питание и обучение каждого из них9. В особенности это
относится к тому случаю, когда родители считают,
9- Gary Becker, "An Economic Analysis of Fertility," Demographic
and Economic Change in Developed Countries (Princeton:
National Bureau of Economic Research, i960).
194

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
справедливо или ошибочно, что стоит больше
вкладывать в самых «одаренных» детей, что, как мы уже
обсуждали, происходит в мире S-образной кривой.
Некоторые дети могут быть полностью лишены
шансов преуспеть в жизни. Если дети, рожденные
в многодетных семьях, с меньшей вероятностью
получат надлежащее образование, питание и
медицинское обслуживание (то, что экономисты называют
инвестициями в человеческий капитал) и если
бедные семьи с большей вероятностью будут
большими (скажем, потому, что они не могут позволить
себе контрацепцию), то это создает механизм
передачи бедности из поколения в поколение, когда
бедные родители производят на свет (много)
бедных детей. Подобная ловушка бедности
потенциально может стать обоснованием демографической
политики, что и доказывается Джеффри Саксом
в книге «Общее богатство»10. Но так ли это на
самом деле? Сталкиваются ли дети, рожденные в
больших семьях, с очевидными затруднениями? В нашем
наборе данных по i8 странам дети из многодетных
семей, как правило, менее образованны, хотя это
верно не для всех случаев — например, в число
исключений входят сельская Индонезия11, Кот-д'Иву-
ар и Гана12. Однако даже там, где это так, у нас нет
оснований уверенно утверждать, что бедность и
низкая образованность этих детей объясняется именно
ю. Sachs, Common Wealth.
u. Vida Maralani, "Family Size and Educational Attainment in
Indonesia: A Cohort Perspective," California Center for
Population Research Working Paper CCPR-17-04 (2004).
12. Mark Montgomery, Aka Kouamle, and Raylynn Oliver, The
Tradeoff Between Number of Children and Child Schooling: Evidence
from Côte d'Ivoire and Ghana (Washington, DC: World Bank,
1995)-
!95

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
тем, что у них много братьев и сестер. Вполне
возможно, что бедные семьи, которые предпочитают
иметь много детей, также не так высоко ценят
образование.
Чтобы проверить модель Беккера и выяснить,
приводит ли увеличение размера семьи к
сокращению инвестиций в человеческий капитал детей,
исследователи попытались сосредоточиться на тех
случаях, когда такое увеличение частично
находилось вне контроля семьи. Их результаты
удивительны — в этих случаях они не нашли доказательств
того, что дети, рожденные в небольших семьях,
действительно более образованны.
Одним из примеров ситуации, когда в семье
рождается больше детей, чем ожидалось, учитывая,
что большинство бедных людей в мире не
используют терапию, повышающую фертильность, является
рождение близнецов. Например, если семья
планировала иметь двух детей, но во второй раз
родились близнецы, то у первого ребенка будет на
одного брата или сестру больше, чем у него или у нее
было бы в противном случае. Еще одним фактором
является пол родившихся в семье детей. Родители
часто хотят иметь и мальчика, и девочку. Это
означает, что супружеская пара, второй ребенок которой
был того же пола, что и первый, с большей
вероятностью запланирует рождение третьего, чем семья,
в которой уже есть мальчик и девочка13. Кроме того,
во многих развивающихся странах родители с
большей вероятностью захотят иметь еще одного
ребенка, если у них еще не родился мальчик. Если
сравнить девочек-первенцев, то в тех семьях, где вторым
13. Joshua Angrist and William Evans, "Children and Their Parents'
Labor Supply: Evidence from Exogenous Variation in Family
Size," American Economic Review 88 (3) (1998): 450-477.
196

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
ребенком также является девочка, больше
вероятность появления еще одного ребенка, что
обусловливается чисто случайным фактором (по крайней
мере, до появления технологий полового отбора
детей). Исследование, проведенное в Израиле и
сфокусированное на этих источниках вариации размера
семьи, показало, что, как ни удивительно, большой
размер семьи не оказывает отрицательного
влияния на образование детей, даже среди израильских
арабов, которые в большинстве своем очень бедны14.
Еще больше пищи для размышлений дают
результаты, полученные Нэнси Цянь при
исследовании эффектов политики одного ребенка в Китае.
В некоторых районах эта политика была смягчена,
чтобы позволить тем семьям, где первенцем была
девочка, родить второго ребенка. Цянь
обнаружила, что те девочки, которые благодаря такой
политике обзавелись братом или сестрой, оказались более,
а не менее образованны15, что явно противоречит
теореме Беккера.
Еще одно свидетельство было получено в бангла-
дешском регионе Матлаб. В этой местности
проводился один из самых впечатляющих в мире
экспериментов в области добровольного планирования
семьи. В 1977 Г°ДУ из Н1 деревни была отобрана
половина для проведения интенсивной
информационно-пропагандистской программы по вопросам
планирования семьи, которая называлась
«Программа планирования семьи и охраны здоровья ма-
Н- Joshua Angrist, Victor Lavy, and Analia Schlosser, "New Evidence
on the Causal Link Between the Quantity and Quality of
Children," NBER Working Paper W11835 (2005).
15. Nancy Qian, "Quantity-Quality and the One Child Policy: The
Positive Effect of Family Size on School Enrollment in China,"
NBER Working Paper W14973 (2009).
197

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
тери и ребенка». Каждые две недели
квалифицированные медсестры предоставляли на дому услуги
по планированию семьи выразившим на это
согласие замужним женщинам. Также они предлагали
помощь в дородовом уходе и иммунизации. Наверное,
неудивительно, что программа привела к
резкому сокращению числа детей. К 1996 году женщины
в возрасте от 30 до 55 лет имели примерно в 1,2 раза
меньше детей, чем женщины в районах, не
охваченных этой программой. Данное изменение
сопровождалось снижением детской смертности на одну
четверть, но, поскольку программа также
непосредственно предполагала меры по улучшению
здоровья детей, нет оснований связывать увеличение
выживаемости детей с изменением рождаемости. Тем
не менее, несмотря на то что рождаемость
снизилась и на оздоровление детей было потрачено
гораздо больше денег, к 1996 году не обнаружилось
никакой существенной разницы в росте, весе,
зачислении в школу или годах обучения, достигнутых
как для мальчиков, так и для девочек. Это говорит
о том, что здесь также, по-видимому, отсутствует
соотношение между качеством и количеством16.
Конечно, эти три исследования сами по себе не могут
выступать в качестве последнего аргумента, и,
безусловно, существует необходимость дальнейших
исследований, но на данный момент наша трактовка
имеющихся свидетельств показывает, вопреки
утверждениям Сакса в «Общем богатстве», отсутствие
явных доказательств отрицательного воздействия
больших семей на детей. Поэтому планирование се-
i6. T. Paul Schultz and Shareen Joshi, "Family Planning as an
Investment in Female Human Capital: Evaluating the Long Term
Consequences in Matlab, Bangladesh," Yale Center for
Economic Growth Working Paper No. 951 (2007).
198

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
мьи «сверху вниз» трудно оправдать как средство
защиты детей от необходимости расти в больших
семьях.
Однако тот факт, что размер семьи не оказывает
негативного влияния на детей, кажется
противоречащим здравому смыслу. Если одни и те же ресурсы
должны быть распределены между большим
числом людей, то по крайней мере некоторые из них
должны получить меньше. Если дети не страдают,
то кто же? Один из возможных ответов
заключается в том, что страдают матери.
В принятой в Колумбии программе Profamilia
предполагается, что беспокоиться следует именно
об этом. Данная программа является одной из самых
длительных программ планирования семьи в мире.
Она была разработана молодым акушером по имени
Фернандо Тамайо в 1965 году и в последующие
десятилетия стала основным поставщиком контрацепции
в Колумбии. К1986 году 53% колумбийских женщин
репродуктивного возраста использовали
контрацептивы, главным образом полученные с помощью
Profamilia. Женщины, которые в подростковом
возрасте получили благодаря программе доступ к
средствам планирования семьи, больше учились в школе
и на 7% чаще устраивались на работу в формальном
секторе, чем те, кто не использовал эти средства17.
Подобным образом те бангладешские женщины,
которые участвовали в программе в Матлабе, имели
больший вес и рост, чем женщины из группы
сравнения, а также зарабатывали больше. Доступность
контрацепции дает женщинам больше контроля
17- Grant Miller, "Contraception as Development? New
Evidence from Family Planning in Colombia," Economic Journal
120 (545) (2010): 709-736.
199

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
над своей репродуктивной жизнью — они могут
решать не только сколько детей иметь, но и когда их
рожать. И есть явные доказательства того, что
ранняя беременность очень вредна для здоровья
матери18. Кроме того, ранняя беременность, или даже
ранний брак, часто заставляют бросить школу19.
Однако для того, чтобы обосновать планирование
семьи желанием общества защитить матерей,
необходимо сначала ответить на следующий очевидный
вопрос: если беременность в неподходящее время
не в интересах матери, то почему она возникает?
Или, формулируя в более общем плане, как семьи
принимают решения о рождаемости и насколько
женщины контролируют эти решения?
Контролируют ли бедные рождаемость?
Одна из причин, по которой бедные не могут
контролировать свою фертильность, заключается в том,
что они не имеют доступа к современным методам
контрацепции. Согласно официальному
докладу ООН о прогрессе в достижении Целей развития
тысячелетия, решение проблемы
«неудовлетворенного спроса» на современные контрацептивы
может «привести к ежегодному снижению
материнской смертности на 27% за счет сокращения
ежегодного числа незапланированных беременностей
i8. Kristof and WuDunn, Half the Sky.
19. См., напр.: Attila Ambrus and Erica Field, "Early Marriage, Age
of Menarche, and Female Schooling Attainment in
Bangladesh," Journal of Political Economy 116 (5) (2008): 881-930;
Esther Duflo, Pascaline Dupas, Michael Kremer, and Samuel
Sinei, "Education and HIV/AIDS Prevention: Evidence from
a Randomized Evaluation in Western Kenya," World Bank
Policy Research Working Paper 4024 (2006).
200

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
с 75 млн Д° 22 млн» . Бедные и необразованные
женщины гораздо реже пользуются
контрацептивами, чем более богатые и образованные. Более того,
в последнее десятилетие не наблюдалось увеличения
использования современных средств контрацепции
среди бедных женщин.
Тем не менее низкое использование не обязательно
является признаком отсутствия доступа. Войны
спроса и предложения, оживившие дискуссии в сфере
образования, ведутся также и в области планирования
семьи. Возможно, неудивительно, что в первом и
втором случае предложение-вала и спрос-вала часто
являются одни и те же люди. Предложение-вала (такие,
как Джеффри Сакс) подчеркивают важность доступа
к контрацепции, отмечая, что люди, использующие
современные методы контрацепции, имеют гораздо
более низкие показатели фертильности; спрос-вала
возражают —по их мнению, это отношение просто
отражает тот факт, что те, кто хочет снизить
рождаемость, преимущественно находят соответствующий
способ сделать это без какой-либо внешней помощи,
поэтому повышение доступности контрацепции само
по себе не даст значимых результатов.
Чтобы выяснить, так ли это, Донна Гиббоне, Марк
Питт и Марк Розенцвейг тщательно сопоставили
данные о количестве клиник планирования семьи,
доступных в три момента времени (197^» 19^° и 19^ Г°ДЫ)
в каждом из нескольких тысяч индонезийских
районов, с данными обследования фертильности на уровне
деревень21. Не удивляет, что они обнаружили, что ре-
20. The Millennium Development Goals Report, 2010, United Nations.
21. Mark Pitt, Mark Rosenzweig, and Donna Gibbons, "The
Determinants and Consequences of the Placement of Government
Programs in Indonesia," World Bank Economic Review 7 (3)
0993): З19-348.
201

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
гионы, в которых было больше клиник, имели более
низкую рождаемость. Однако авторы также
обнаружили, что снижение рождаемости с течением
времени не было связано с увеличением числа клиник.
Поэтому они пришли к выводу, что средства
планирования семьи предоставляются там, где этого
хотят люди, но что они не оказывают прямого влияния
на рождаемость. i : о в пользу спрос-вала.
Олицетворением позиции предложение-вала
долгое время служила матлабская программа,
которая, по крайней мере по их утверждениям, дает
неопровержимые доказательства того, что
доступность контрацептивов имеет значение. Как мы
видели, в 1996 Г°ДУ в затронутой программой местности
женщины в возрасте от 30 до 55 лет имели в среднем
на 1,2 ребенка меньше, чем в контрольных районах.
Но программа в Матлабе делала гораздо больше,
а не просто повышала доступность контрацептивов.
Одним из ее ключевых компонентов было посещение
раз в две недели женщиной — медицинским
работником тех домашних хозяйств, где женщины
следовали морально-этическому кодексу пурда, который
ограничивает их мобильность. Это привело к
обсуждению контрацепции в местах, где раньше она была
табуирована (также это привело к повышению
стоимости программы — Лэнт Притчетт, тогда
экономист Всемирного банка, подсчитал, что программа
в Матлабе на одну фертильную женщину в год стоила
в 35 раз больше, чем типичная программа
планирования семьи в Азии)22. Таким образом, вполне
вероятно, что программа непосредственно изменила
желаемое количество детей в домохозяйствах, а не просто
22. Lant H.Pritchett, "Desired Fertility and the Impact of
Population Policies," Population and Development Review 20 (1) (1994):
1-55-
202

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
дала им некоторые инструменты, которые они
могли бы использовать для контроля над рождаемостью.
Более того, примерно с 1991 года рождаемость в
затронутом программой регионе перестала падать, и его
отличие от контрольных районов стало
сокращаться. В 1998-м, последнем году, за который у нас есть
данные, общий коэффициент рождаемости составил
3,о в программных районах, 3,6 в контрольных
районах и з,3 ~~ в остальной части Бангладеш23. Матлаб-
ская программа могла просто ускорить
происходившую в стране тенденцию к сокращению рождаемости.
Так что в лучшем случае это ничейный раунд игры
между предложение-вала и спрос-вала.
Исследование колумбийской программы Profami-
lia также приходит к выводу, что она оказала очень
незначительное влияние на общую фертильность.
Участие в этой программе привело к тому, что
женщины стали рожать лишь на 5% меньше детей в
течение своей жизни, что составляет менее одной
десятой от общего снижения рождаемости с 1960-х годов.
2 : о в пользу спрос-вала.
Таким образом, имеющиеся данные очевидно
свидетельствуют, что победа достается
спрос-вала. Доступ к контрацептивам может сделать людей
более счастливыми, предоставляя им гораздо
более удобный способ контролировать свою
фертильность, чем доступные альтернативы. Но
контрацепция сама по себе, по-видимому, мало способствует
снижению рождаемости.
23- Mizanur Rahman, Julie Da Vanzo, and Abdur Razzaque, "When
Will Bangladesh Reach Replacement-Level Fertility? The Role
of Education and Family Planning Services," working paper,
Department of Economic and Social Affairs, Population
Division, United Nations, available at http://www.un.org/esa/
population/.
203

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Секс, школьная форма и папики
Вместе с тем облегчение доступа к
контрацептивам может помочь подросткам отложить время
беременности. Именно это сделала программа Profa-
milia в Колумбии, что помогло женщинам получить
лучшую работу в будущем. К сожалению, во
многих странах подросткам запрещено пользоваться
услугами по планированию семьи без
официального согласия родителей. Подростки, возможно,
наиболее часто испытывают неудовлетворенную
потребность в контрацептивах, главным образом потому,
что во многих странах не признается законность их
сексуальных желаний или предполагается, что они
настолько слабо контролируют свои сексуальные
потребности, что не способны применять
контрацептивы должным образом. В результате во многих
развивающихся странах, особенно в странах Африки к югу
от Сахары и в Латинской Америке, уровень
подростковой беременности чрезвычайно высок. По данным
ВОЗ, уровень подростковой беременности
превышает ю% в Кот-д'Ивуаре, Конго и Замбии; а в
Мексике, Панаме, Боливии и Гватемале этот показатель
составляет от 8,2 до 9»2 рождения на юо девочек-
подростков (в Соединенных Штатах, где
отмечается один из самых высоких показателей подростковой
беременности в развитых странах, на юо девочек-
подростков приходится 4,5 рождения)24. Кроме того,
те простые меры, которые, как представляется,
могут помочь в решении этого вопроса или смежной
проблемы распространения заболеваний,
передаваемых половым путем (включая ВИЧ/СПИД), как
правило, полностью упускаются из виду.
24- См. данные ВОЗ о подростковой фертильности в разделе
MDG 5 на веб-сайте по ссылке: http://apps.who.int/ghodata/.
204

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
Эстер нашла наглядный пример последствий
такого рода ошибочных усилий в Кении. Вместе
с Паскалин Дюпас и Майклом Кремером она вела
наблюдения над школьницами, первоначально
в возрасте от 12 до ц лет, которые до этого не были
беременны25. Через год, три и пять лет средний
уровень беременности среди этих девочек составил
соответственно 5> Ц и 3°^>- Ранняя беременность
не только нежелательна сама по себе, но и
является маркером рискованного секса, что в Кении
означает более высокий риск заражения ВИЧ/СПИДом.
Официальная стратегия решения этой проблемы
в Кении, представляющая собой результат
хрупкого консенсуса, достигнутого между позициями
гражданских групп, различных церквей,
международных организаций и правительства, главным
образом подчеркивает, что единственным
надежным решением является сексуальное воздержание.
Пропаганда, которая ведется среди подростков,
обычно основывается на следующей иерархии:
воздержание, верность партнеру, использование
презервативов... иначе смерть (ABCD: Abstain, Be
faithful, use a Condom... or you Die). В школах детей учат
избегать секса до вступления в брак, а
презервативы не обсуждаются. В течение многих лет эта
тенденция поощрялась правительством Соединенных
Штатов, которое финансировало только такую
профилактику СПИДа, которая была основана на
воздержании26.
25- Esther Duflo, Pascaline Dupas, Michael Kremer, and Samuel
Sinei, "Education and HIV/AIDS Prevention: Evidence from
a Randomized Evaluation in Western Kenya," World Bank
Policy Research Working Paper 4024 (2006).
26. См. описание этого в книге: Kristof and WuDunn, Half the Sky,
P-137-
205

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Данная стратегия предполагает, что подростки
недостаточно ответственны или умны, чтобы
взвесить издержки и выгоды сексуальной активности
и использования презервативов. Если бы это
действительно было так, то единственным способом
защитить их было бы отпугнуть от секса вообще (или,
по крайней мере, от секса вне брака). Но
несколько экспериментов, синхронно проведенных в
Кении Эстер, Паскалин Дюпас и Майклом Кремером,
показывают, что, напротив, подростки делают
тщательно просчитанный, если не полностью
информированный выбор, с кем и при каких условиях
заниматься сексом.
В первом исследовании стратегия ABCD была
оценена путем организации подготовки учителей
в 170 случайно выбранных школах для
преподавания учебной программы ABCD. Неудивительно,
что в результате этой подготовки выросло
время, уделяемое в школах проблеме профилактики
СПИДа, но при этом сексуальное поведение
школьников не изменилось, не выявлено даже роста их
знаний о СПИДе. Кроме того, когда через год, три
и пять лет были произведены измерения, показатели
беременности среди девочек-подростков оказались
одинаковы как в тех школах, где учителя
проходили подготовку, так и там, где они этого не делали,
что свидетельствует об отсутствии изменений в
масштабах распространенности рискованного секса.
Вместе с тем результаты двух других
стратегий, которые были опробованы в тех же школах,
совершенно различались. Вторая стратегия
состояла всего лишь в том, чтобы рассказать девочкам то,
чего они не знали, а именно сообщить им тот факт,
что вероятность заражения ВИЧ от пожилых
мужчин выше, чем от молодых. Поразительная
особенность ВИЧ заключается в том, что женщины в воз-
2о6

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
расте от 15 до 19 лет в пять раз чаще инфицируются
этим вирусом, чем молодые мужчины из той же
когорты. По-видимому, это связано с тем, что
молодые женщины занимаются сексом с более взрослыми
мужчинами, которые имеют сравнительно более
высокий уровень инфицирования. Программа «папи-
ков» просто информировала школьников о том,
какие люди более подвержены заражению. Ее эффект
заключался в резком сокращении секса со
взрослыми мужчинами («папиками»), но, что интересно,
также и в большем распространении защищенного
секса с мальчиками их возраста. Через год уровень
беременности в тех школах, где не проводилась эта
программа, составил 5>5%> а там> гДе она
проводилась,—3,7% • Это сокращение было главным образом
обусловлено сокращением на две трети числа
беременностей, в которых был задействован более
взрослый партнер мужского пола27.
Третья программа заключалась всего лишь в том,
что девочкам помогали продолжить ходить в
школу, заплатив за их школьную форму. Уровень
подростковой беременности в тех школах, где
предлагалась школьная форма, через год снизился с 14 до и%.
Можно сформулировать это иначе —из каждых трех
девочек, оставшихся в школе из-за бесплатной
формы, две отложили свою первую беременность.
Любопытно, что этот эффект проявлялся только в тех
школах, где учителя не были подготовлены по новой
программе полового воспитания. В школах, где
одновременно реализовывалось две программы
—учеников обучали профилактике ВИЧ/СПИДа и
предоставлялась бесплатная школьная форма, — вероят-
27. Pascaline Dupas, "Do Teenagers Respond to HIV Risk
Information? Evidence from a Field Experiment in Kenya," American
Economic Journal: Applied Economics 3 (1) (January 2011): 1-36.
207

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ность забеременеть у девочек была не меньше, чем
в школах, где не было ни одной программы. Вместо
того чтобы снизить сексуальную активность среди
подростков, учебная программа по профилактике
ВИЧ/СПИДа фактически устранила положительный
эффект предоставления бесплатной формы.
Если сопоставить эти разнородные результаты,
то начнет складываться связная история.
Девушки в Кении прекрасно знают, что незащищенный
секс приводит к беременности. Но если они думают,
что будущий отец будет чувствовать себя обязанным
заботиться о них, как только они родят его
ребенка, беременность может показаться им не такой уж
плохой вещью. На самом деле для девочек, которые
не могут позволить себе школьную форму и поэтому
не могут оставаться в школе, иметь ребенка и создать
собственную семью может быть относительно
привлекательным вариантом по сравнению с тем, чтобы
просто остаться дома и стать объектом понуканий
всей семьи, как это обычно случается с незамужними
девочками-подростками. Это делает взрослых
мужчин более привлекательными партнерами, чем
молодых мальчиков, которые еще не могут позволить
себе жениться (по крайней мере в случаях, когда
девочкам неизвестно, что от взрослых больше шансов
заразиться ВИЧ). Школьная форма снижает фер-
тильность, давая девочкам возможность
оставаться в школе, в результате чего они перестают думать
о беременности. С другой стороны, программа
полового воспитания, направленная против внебрачного
секса и пропагандирующая брак, фокусирует
девочек на поиске мужа (который в той или иной
степени должен быть папиком), что уничтожает эффект
школьной формы.
Одна вещь относительно ясна: по большей
части бедные люди, даже девочки-подростки, делают
2о8

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
осознанный выбор в отношении своей собственной
фертильности и сексуальности и находят способы —
хотя, возможно, и не самые приятные —их
контролировать. Если молодые женщины беременеют,
даже если это обходится им чрезвычайно дорого,
то это должно отражать принятое кем-то решение.
Кто принимает решения?
Отсюда следует, что, когда мы думаем о
рождаемости, нам, прежде всего, необходимо ответить на
вопрос о том, кто принимает решение. Выбор делает
супружеская пара совместно, но в конечном
итоге большая часть связанных с рождением детей
физических затрат приходится на долю женщин.
Неудивительно, что их предпочтения в отношении
фертильности могут сильно отличаться от
предпочтений мужчин. В ходе обследований
желаемого размера семьи, когда мужчины и женщины
опрашиваются отдельно, мужья обычно сообщают
о большем ее идеальном размере и неизменно более
низком спросе на контрацепцию, чем их жены.
Учитывая подобное потенциальное разногласие, особое
значение имеет то, насколько женщинам
позволено заявлять о своих предпочтениях при принятии
семейных решений. Вполне вероятно, например,
что женщине, которая намного моложе своего
мужа или гораздо менее образованна (два
последствия раннего брака), будет труднее противостоять
своему мужу. Но это также зависит от того,
сможет ли она найти работу, насколько допустим
развод и каковы варианты выживания женщины в
случае развода. Эти непредвиденные обстоятельства,
в свою очередь, зависят от правовой, социальной,
политической и экономической среды жизни
семьи, на которую может оказывать влияние
государственная политика. Например, когда в Перу стали
209

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
наделять бывших скваттеров правами
собственности на захваченную ими землю, то в тех
семьях, которые их получили, снизилась рождаемость
(по сравнению с теми, которые ничего не
получили), но исключительно в том случае, если эта
собственность регистрировалась не только на мужчин,
но и на женщин28. Одно из вероятных объяснений
этого заключается в том, что свидетельство о праве
собственности давало женщине большую
переговорную власть в семье, и поэтому она могла более
весомо влиять на решение о размере семьи.
Наличие конфликта между мужьями и женами
также приводит к тому, что, хотя сама по себе
доступность контрацептивов может не сильно
способствовать снижению фертильности, небольшие
изменения способов, которыми они становятся
доступны, потенциально могут иметь более
значительные последствия. Нава Ашраф и Эрика Филд
предоставили 836 замужним женщинам в Лусаке,
Замбия, ваучер, гарантирующий бесплатный и
немедленный доступ к ряду современных
противозачаточных средств на конфиденциальном
приеме медсестры по планированию семьи. Некоторые
женщины получили такой ваучер наедине, а
другие—в присутствии своих мужей. Ашраф и Филд
обнаружили, что это имело огромное значение. Если
женщины получали ваучер лично, а не при мужьях,
то они на 23% чаще посещали медсестру по
планированию семьи, на 38% чаще просили относительно
незаметную форму контрацепции (инъекционные
контрацептивы или контрацептивные импланта-
ты) и на 57% реже сообщали о нежелательных ро-
28. Erica Field, "Fertility Responses to Urban Land Titling
Programs: The Roles of Ownership Security and the
Distribution of Household Assets," Harvard University (2004), mimeo.
210

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
дах через д-Ц месяцев29. Одна из причин, по
которой программа в Матлабе повлияла на рождаемость
больше других программ планирования семьи,
вероятно, также заключается в том, что, посещая
женщин дома, когда их мужья должны были
отсутствовать, медработники, возможно, помогали
некоторым из них принять контрацептивы без
ведома мужей. Поскольку речь шла о тех женщинах,
мобильность которых была ограничена обычаем
пурды (запрещающим женщине выходить из дома
без мужа), то в медицинский центр они должны
были бы ходить в сопровождении мужей, и это
могло бы изменить их решение.
Возможное объяснение относительно высокой
результативности матлабской программы, особенно
на ранних стадиях, заключается в том, что она
ускорила социальные изменения. Изменение уровня
рождаемости требует времени, что объясняется, в
частности, тем, что право голоса в этом вопросе имеют
не только муж и жена, но и другие люди.
Плодовитость отчасти является социальной и религиозной
нормой, и отклонения от нее действительно
наказываются (остракизмом, насмешками или
религиозными санкциями). Поэтому значение имеет то,
что именно сообщество считает надлежащим
поведением. В местности, затронутой матлабской
программой, эти изменения происходили быстрее, чем где-
либо еще, так как осуществлявшие ее медицинские
работники, которыми, как правило, были
относительно хорошо образованные и напористые
женщины, одновременно были воплощением новой нормы
и носителем новостей о смене норм в остальном мире.
29. Nava Ashraf, Erica Field, and Jean Lee, "Household Bargaining
and Excess Fertility: An Experimental Study in Zambia,"
Harvard University (2009), mimeo.
211

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Роль социальных норм в принятии решений
об использовании контрацепции в Матлабе была
изучена Кайваном Мунши. Он приводит высказывание
одной молодой женщины, описывавшей разговоры
своих сверстниц: «Сколько у нас детей будет, какой
метод нам подойдет... должны ли мы заниматься
планированием семьи или нет, все эти темы...
Обычно мы знаем, что люди их используют
(контрацептивы). Если пара прибегает к такому способу, новость
об этом так или иначе распространяется»30.
Мунши обнаружил, что в матлабских деревнях,
где реализовывалась программа, женщины с
большей вероятностью принимали противозачаточные
средства в тех случаях, когда в течение предыдущих
шести месяцев ими также пользовались другие
представители их религиозной группы из деревни. Хотя
индуистов и мусульман из одной деревни посещал
один и тот же медицинский работник и они имели
одинаковый доступ к контрацептивам, индуисты
начинали применять противозачаточные средства
тогда, когда это делали другие индуисты, а
мусульмане—когда это делали другие мусульмане.
Использование контрацептивов индуистами никак не
влияло на поведение их соседей-мусульман, и наоборот.
Подобная схема, заключает Мунши, должна
означать, что женщины постепенно узнавали о том,
что является приемлемым поведением в их
сообществах.
Изменение социальных норм традиционных
обществ может быть очень трудным делом.
Нелегко даже задавать определенные вопросы
(Противоречит ли контрацепция религии? Не сделают ли
ЗО. Kaivan Munshi and Jacques Myaux, "Social Norms and the
Fertility Transition," Journal of Development Economics 80 (1) (2005):
1-38.
212

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
они меня бесплодной навсегда? Где я могу их
найти?), потому что сам акт вопрошания
обнаруживает ваши наклонности. В результате люди часто
получают информацию из самых невероятных
источников. В Бразилии, которая является
католической страной, тщательно избегают поощрения
планирования семьи. Вместе с тем там очень
популярно телевидение и, в частности,
телесериалы, которые показывают в самое лучшее эфирное
время на одном из главных каналов — Rede Globo.
С 197°"х по ЮЭ0"^ годы покрытие телеканала Rede
Globo резко расширилось, а вместе с ним и
зрительская аудитория телесериалов. На пике их
популярности в 1980-е годы, персонажи мыльных опер,
как правило, сильно отличались от
среднестатистических бразильянок как по классовому, так и по
социальному статусу. Так, если в i97°"e годы у
среднестатистической бразильянки было почти шесть
детей, то в мыльных операх у большинства героинь
моложе 5<э лет их не было, а у остальных — только
один. Интересно, что сразу после того, как
сериалы становились доступны в определенной
местности, число рождений там резко падало, а детей
начинали называть в честь их главных героев31. Столь
значимые последствия определялись тем, что
телесериалы проецировали совершенно иное
видение хорошей жизни, чем то, к которому привыкли
бразильцы. Происходило это не вполне случайно,
поскольку в нетерпимом в вопросах
нравственности и морали бразильском обществе мыльные
оперы позволили самореализоваться многим
творческим и прогрессивным артистам.
31. Eliana La Ferrara, Alberto Chong, and Suzanne Duryea, "Soap
Operas and Fertility: Evidence from Brazil," BREAD Working
Paper 172 (2008).
213

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
В этой книге мы, возможно, чаще, чем нужно,
рискуем показаться «двурукими экономистами»,
которые так раздражали Гарри Трумэна32. Но
представляется, что ответ на вопрос «Контролируют ли
бедные свои семейные решения?» также имеет две
стороны. На самом очевидном уровне они это
делают. Их решения о рождаемости принимаются
на основе осознанного выбора, и даже отсутствие
средств контрацепции не кажется большим
препятствием. В то же время то, что заставляет их делать
этот выбор, может быть частично обусловлено
факторами, которые находятся вне их
непосредственного контроля. В частности, женщины могут
подвергаться давлению со стороны своих мужей, свекровей
или социальных норм, вынуждающих их рожать
больше детей, чем им хотелось бы. Решение этой
проблемы предполагает совершенно иную
политику, чем та, которая проводилась Санджаем Ганди
или осуществляется благонамеренными
международными организациями сегодня, так как одного
только предоставления контрацепции
недостаточно. Воздействие на социальные нормы
представляет более сложную задачу, хотя пример
бразильского телевидения показывает, что оно возможно.
Однако социальные нормы могут также отражать
существующие в обществе экономические
интересы. До какой степени бедные хотят иметь много
детей просто потому, что они представляют
надежную инвестицию?
32. Президенту США Гарри Трумэну (иногда другим
президентам) приписывается высказывание: «Дайте мне
однорукого экономиста! Все мои экономисты говорят
«с одной стороны... с другой стороны»», последнее
дословно по-английски «on the one hand... on the other
hand».— Прим. пер.
214

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
Дети как финансовый инструмент
Для многих родителей дети являются средством
обеспечить свое будущее— страховым полисом,
сберегательным продуктом и лотерейным билетом
одновременно, который завернут в крошечную
упаковку.
У Пака Сударно, сборщика металлолома из
трущоб Чика-Дас в Индонезии, который отправил
своего младшего сына в среднюю школу, потому что это
казалось ему стоящим, хотя и рискованным
предприятием, было девять детей и множество внуков.
Когда мы спросили его, счастлив ли он, что у него
так много детей, он ответил: «Абсолютно». Он
объяснил нам, что, имея девять детей, он может быть
уверен, что по крайней мере у нескольких из них все
будет в порядке и они станут заботиться о нем в
старости. Очевидно, что наличие большего количества
детей также увеличивает риск того, что что-то
пойдет не так по крайней мере с одним из них. На
самом деле один из девяти детей Пака Сударно
страдал от тяжелой депрессии и исчез три года назад.
Ему было грустно, но, по крайней мере, для
утешения у него оставалось еще восемь.
У многих родителей в богатых странах нет
необходимости делать такие расчеты, так как им
доступны другие способы обеспечить себя на закате
жизни — есть социальное обеспечение, есть
взаимные фонды и пенсионные планы, а также
медицинское страхование, государственное или частное.
В следующих главах мы подробно обсудим, почему
многие из этих вариантов на самом деле
недоступны людям вроде Пака Сударно. Пока же мы
просто заметим, что для большинства бедных людей
во всем мире идея о том, что дети (а также дру-
215

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
гие члены семьи — родные и двоюродные братья
и сестры и так далее) будут заботиться о родителях
в старости и во время нужды, является самой
естественной вещью. В Китае, например, в 20о8 году
более половины пожилых людей жили со своими
детьми, а для тех, у кого было семь или восемь
детей, эта доля увеличивается до 70% (эти дети были
рождены до начала политики планирования
семьи, когда проводилась противоположная
политика и поощрялось рождение большого числа
детей)33. Пожилые родители также регулярно
получали финансовую помощь от своих детей,
особенно мальчиков.
Если дети отчасти являются способом
сбережения на отдаленное будущее, то можно ожидать,
что при снижении рождаемости возрастут
финансовые накопления. Китай, с его введенным
правительством принудительным ограничением размера
семьи, дает нам самый яркий пример этого
явления. Сразу после революции китайское
правительство поощряло высокие показатели рождаемости,
но в 1972 году произошел переход к планированию
семьи, а в 1978 году была введена политика одного
ребенка. Абхиджит с двумя родившимися в Китае
соавторами, Нэнси Цянь (единственный ребенок,
родившийся в эпоху политики одного ребенка) и Синь
Мэн (один из четырех детей, родившихся до ее
начала), изучили, что произошло с уровнем
сбережений после введения планирования семьи34.
Выяснилось, что те домохозяйства, где первый ребенок
родился после 1972 года, имеют в среднем на одно-
33- Abhijit Banerjee, Xin Meng, and Nancy Qian, "Fertility and
Savings: Micro-Evidence for the Life-Cycle Hypothesis from
Family Planning in China," working paper (2010).
34. Ibid.
216

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
го ребенка меньше, чем те, где первый ребенок
родился до 1972 года, а их уровень сбережений
примерно на ю процентных пунктов выше. Эти данные
говорят о том, что до одной трети
феноменального роста уровня сбережений в Китае за последние
три десятилетия (коэффициент сбережений
домашних хозяйств увеличился с 5% в 1978 году до 34%
в 1994 году) потенциально может быть объяснено
снижением рождаемости, вызванным политикой
планирования семьи; этот эффект был особенно
силен для семей, в которых первенцем оказалась дочь,
а не сын, что согласуется с представлением о том,
что о родителях должны заботиться сыновья.
Это огромный эффект, но, конечно, китайский
«эксперимент» несколько экстремален, так как в
Китае произошло большое, внезапное и
принудительное сокращение размера семьи. Однако нечто
подобное наблюдается и в регионе Матлаб в Бангладеш.
К 1996 году семьи в тех деревнях, где
распространялись контрацептивы, владели значительно
большим числом активов всех видов (ювелирные
изделия, земля, скот, отремонтированные дома), чем
семьи в сопоставимых деревнях, где они не
распространялись. В среднем стоимость активов
домохозяйств в зоне осуществления программы была
на 55°°° бангладешских така (3600 долларов США
по ППС, что более чем в 2 раза превышает ВВП
Бангладеш на душу населения) выше стоимости активов
домохозяйств в контрольных районах. Существует
также связь между рождаемостью и теми суммами
денег, которые дети присылают своим родителям:
в зоне осуществления программы дети отдавали
родителям меньше на 2146 така в год35.
35- Ummul Ruthbah, "Are Children Substitutes for Assets:
Evidence from Rural Bangladesh," MIT Ph.D. dissertation (2007).
217

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Наличие столь сильного замещения между
размером семьи и сбережениями может помочь нам
объяснить то удивительное открытие, согласно
которому дети в меньших семьях не становятся
более здоровыми или лучше образованными, — если
родители, у которых меньше детей, рассчитывают
на получение от них более низкой денежной
помощи в будущем, то им также нужно больше
откладывать в ожидании этого, а в результате сокращается
размер располагаемых ими средств для
инвестирования в имеющихся детей. Действительно, если
инвестиции в детей имеют тенденцию давать гораздо
более высокую отдачу, чем инвестиции в
финансовые активы (в конце концов, кормить ребенка не так
уж дорого), то семьи с меньшим числом детей
могут быть фактически беднее в расчете на всю жизнь.
Подобная логика также говорит нам о том,
что если родители не ожидают получить от
дочерей в будущем такую же помощь, как от сыновей, —
скажем, потому, что им придется платить приданое,
чтобы выдать их замуж, или потому, что в браке муж
приобретет над ними экономический контроль, —
то в дочерей родители будут инвестировать меньше.
Семьи выбирают не только оптимальное количество
детей, но и их тендерный состав. Обычно мы
думаем, что не можем определять пол своих детей,
но оказывается, что это не так, поскольку
подобный отбор может осуществляться в ходе абортов,
которые сейчас широко доступны и чрезвычайно
дешевы. Например, стикеры, которыми обклеены
поребрики на улицах Дели, так рекламируют
(нелегальные) услуги по определению пола будущего
ребенка: «Потратьте 500 рупий сейчас и сэкономьте
500 000 рупий позже» (на приданое). В прошлом,
когда аборты по тендерному признаку не были
доступны, в среде, где целый ряд детских заболеваний
218

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
легко могли закончиться смертью, если не бороться
с ними должным образом, всегда существовало
пренебрежение, преднамеренное или нет, которое
могло стать эффективным способом избавиться от
нежелательных детей.
Даже если дети не умирают до или после
рождения, предпочитающие мальчиков родители могут
заводить новых детей до те пор, пока у них не будет
столько мальчиков, сколько они хотят. Это
означает, что семьи с девочками будут, как правило,
больше, а многие девочки родятся у родителей, которые
на самом деле хотели мальчиков. В Индии девочки
раньше, чем мальчики, перестают получать
грудное вскармливание и в результате раньше начинают
пить воду, что ускоряет воздействие на них
передаваемых через воду опасных для жизни заболеваний,
таких как диарея36. Преимущественно это
является непреднамеренным следствием того, что грудное
вскармливание действует как контрацептив. После
рождения девочки (особенно если у нее нет
братьев) родители, скорее всего, раньше захотят
прекратить грудное вскармливание, чтобы увеличить
шансы жены снова забеременеть.
Какова бы ни была точная механика
дискриминации в отношении девочек-младенцев (или
потенциальных девочек-младенцев), факт остается
фактом—в мире гораздо меньше девочек, чем это можно
было бы предположить на основе человеческой
биологии. В 1980-х годах Амартия Сен показал в
ставшей уже классической статье в The New York Review
of Boob, что в мире насчитывается более юо млн «по-
Зб. Seema Jayachandran and Ilyana Kuziemko, "Why Do
Mothers Breastfeed Girls Less Than Boys? Evidence and
Implications for Child Health in India," NBER Working Paper
W15041 (2009).
219

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
терянных женщин» . И это было еще до того,
как аборты по тендерному признаку стали более
доступны, — с тех пор ситуация только ухудшилась.
В некоторых регионах Китая на каждые юо девочек
приходится 124 мальчика. В период с 1991 п° 2001 год
(дата последней переписи населения в Индии)
число мальчиков в возрасте до семи лет на юо девочек
того же возраста увеличилось со 105,8 до 107,8 в
целом по Индии. В Пенджабе, Харьяне и Гуджарате,
трех самых богатых штатах Индии, но также трех
штатах, где дискриминация в отношении девочек
считается самой большой, в 2001 году было
соответственно 126,1, 122,о и 113,8 мальчиков на юо
девочек38. Даже по данным их собственных отчетов,
которые почти наверняка недооценивают это
явление, число абортов в этих штатах особенно велико:
в семьях с двумя дочерьми 6,6% беременностей
заканчивались намеренным абортом, а 7,2% —
«случайным» абортом.
Однако в тех случаях, когда ценность девушек
выше либо на брачном рынке, либо на рынке труда,
проблема становится менее острой. Согласно
обычаю, в Индии девушки не должны выходить замуж
в своих собственных деревнях. Как правило,
существуют определенные районы, не слишком близко
к их деревне, но и не слишком далеко, куда
переезжают девушки после замужества. Это создает
возможность выяснить, что происходит, когда в
подобных зонах сосредоточения браков начинается
экономический рост, что должно облегчать поиск
37- Amartya Sen, "More Than 100 Million Women Are Missing," New
York Review of Books 37 (20) (1990).
38. Fred Arnold, Sunita Kishor, and T.K.Roy, "Sex-Selective
Abortions in India," Population and Development Review 28 (4)
(December 2002): 759-784.
220

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
благополучной семьи, в которую можно выдать
замуж дочь. Эндрю Фостер и Марк Розенцвейг
провели такое исследование и обнаружили, что в
случаях, когда перспективы благополучного замужества
девочек улучшаются, уменьшается разница в
смертности между мальчиками и девочками; напротив,
экономический рост в самой деревне, который
увеличивает ценность инвестиций в мальчиков
(потому что они остаются дома), приводит к
увеличению разрыва в смертности между мальчиками
3d
и девочками .
Возможно, наиболее яркую иллюстрацию того,
как отношение семьи к девочкам влияет на
относительную ценность мальчиков и девочек,
представляет Китай, где наблюдается один из самых
больших дисбалансов между мальчиками и
девочками. В маоистскую эпоху централизованно
планируемые цели сельскохозяйственного производства
были сосредоточены на базовых зерновых
культурах. В первый период реформ (1978-1980 годы) до-
мохозяйствам было позволено выращивать
товарные культуры, в том числе чай и садовые фрукты.
В производстве чая женщины, как правило,
полезнее мужчин, так как при его ручном сборе женщины
могут отщипывать листочки тонкими пальцами.
Напротив, при работе во фруктовых садах, требующей
подъема тяжелых грузов, мужчины полезнее
женщин. Нэнси Цянь показала, что при сравнении
детей, родившихся в послереформенный и
дореформенный периоды, число девочек в районах чайных
плантаций (холмистых и дождливых) увеличилось,
но снизилось в регионах, более подходящих для са-
39- Andrew Foster and Mark Rosenzweig, "Missing Women,
the Marriage Market and Economic Growth," working paper
тэУ
221

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
дов . При этом в тех регионах, где отсутствовали
особые условия, благоприятные для производства
чая или фруктов, а сельскохозяйственные доходы
увеличивались по всем направлениям, независимо
от пола работников, тендерный состав детей не
изменился.
Все это подчеркивает, что насилие, активное
и пассивное, входит в сферу функционирования
традиционной семьи. До недавнего времени это
игнорировалось большинством (хотя и не всеми)
экономистов, которые предпочитали оставлять этот
черный ящик закрытым. Тем не менее большинство
обществ полагаются на добрую волю родителей,
которые должны обеспечить детям питание, обучение,
социализацию и заботу в целом. Учитывая, что это
те же самые родители, которые находят способы
позволить своим маленьким девочкам умереть,
насколько мы должны верить в их способность сделать
это эффективно?
Семья
Экономисты, которые стремятся построить
простые модели, часто игнорируют тот неудобный факт,
что семья не равнозначна одному индивиду. Мы
рассматриваем семью как одну единицу, предполагая,
что она принимает решения так, как если бы
состояла всего лишь из одного человека. Отец
семейства, глава династии, решает от имени своей
супруги и своих детей, что семья будет потреблять, кто
будет учиться и насколько долго, кто и что получит
40. Nancy Qian, "Missing Women and the Price of Tea in China:
The Effect of Sex-Specific Income on Sex Imbalance,"
Quarterly Journal ofEconomics 122 (3) (2008): 1251-1285.
222

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
в наследство, и так далее. Он может быть
альтруистом, но он явно всемогущ. Но, как известно
каждому, у кого была семья, на самом деле семьи
работают не совсем так. Представленное упрощение
вводит в заблуждение, а у игнорирования сложной
динамики внутри семьи есть важные политические
последствия. Мы уже видели, например, что
предоставление женщинам доступа к формальному
титулу собственности важно для выбора фертильности
не потому, что это меняет ее мнение о том, сколько
детей она хочет, а потому, что это делает ее мнение
более значимым.
Осознание того, что простейшая модель упускает
важные аспекты функционирования семьи, привело
к ее переоценке в 1980-х и i99°"x годах41. В
результате принятие решений в семье стало
рассматриваться как результат процесса переговоров между ее
членами (или, по крайней мере, между двумя
родителями). Партнеры договариваются о том, что
купить, куда поехать в отпуск, кто должен работать
и сколько часов, а также о количестве детей,
стремясь при этом наиболее полно удовлетворить
интересы обеих сторон. Другими словами, даже если
согласие по поводу того или иного способа потратить
деньги отсутствует, но определенный вид
расходов может сделать одного из партнеров счастливее,
не причиняя вреда благополучию другого, то такой
расход будет осуществлен. Подобное представление
о семье обычно называют моделью «эффективного
домохозяйства». Эта модель признает особые
характеристики семьи — в конце концов, ее члены
встретились не вчера и, очевидно, связаны друг с другом
41. Некоторые ключевые исследования в этой области были
проведены Франсуа Бургиньоном, Пьером-Андре Чьяпо-
ри, Марджори Макэлрой и Дунканом Томасом.
223

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
на длительный срок. Поэтому должна
существовать возможность обсуждения (в общих интересах)
всех решений, чтобы для благополучия семьи в
целом делалось все возможное. Например, если семья
управляет небольшим предприятием (будь то
ферма или небольшой бизнес), то она всегда должна
стараться заработать на нем как можно больше —
и только после этого найти способ разделить
прибыль между своими членами.
Данное положение было проверено Кристофером
Удри в сельской местности Буркина-Фасо, где
каждый член семьи (муж и жена или жены) работает
на отдельном участке42. В эффективном
домохозяйстве все ресурсы (семейный труд, удобрения и так
далее) должны были бы распределяться между
различными участками таким образом, чтобы
максимизировать общий доход семьи. Однако данные явно
свидетельствовали об обратном —на те участки,
которые обрабатывали женщины, систематически
выделялось меньше удобрений, а также мужского
и женского труда, чем на те участки, которые
обрабатывали мужчины. В результате домохозяйства
в Буркина-Фасо систематически производили
меньше, чем могли бы. Применение небольшого
количества удобрений на участке значительно повышает
его производительность, но в дальнейшем
результат не так велик — эффективнее использовать
немного удобрений на всех участках, чем много
удобрений только на одном участке. Но в Буркина-Фасо
большая часть удобрений использовалась на участке
мужа. В результате, перераспределяя часть
удобрений плюс немного труда на участки жен, домохозяй-
42. Christopher Udry, "Gender, Agricultural Production and the
Theory of the Household," Journal of Political Economy 104 (5)
(1996): 1010-1046.
224

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
ства могли бы увеличить свое производство на 6%,
не тратя лишних денег. Эти семьи буквально
выбрасывали деньги на ветер, потому что не могли
договориться о том, как лучше использовать
имеющиеся у них ресурсы.
Причина, по которой они так поступали,
представляется достаточно ясной —хотя они и являлись
частью одной семьи, потребление мужа и жены,
похоже, определялось тем, что они получали на
своих собственных участках43. В Кот-д'Ивуар
женщины и мужчины традиционно выращивают разные
культуры. Мужчины выращивают кофе и какао,
тогда как женщины — бананы, овощи и другие
продовольственные культуры. Погодные условия
могут по-разному воздействовать на эти культуры,
поэтому в зависимости от характера осадков может
вырасти урожайность «мужских» или «женских»
культур. В исследовании, которое Эстер провела
совместно с Удри, было обнаружено, что в хорошие
«мужские» годы возрастали затраты на алкоголь,
табак и личные предметы роскоши для мужчин
(например, традиционные предметы одежды).
Напротив, в хорошие «женские» годы больше тратилось
на маленькие удовольствия для женщин, но также
и на покупку продуктов питания для всего
домохозяйства. Что особенно странно в этих результатах,
так это то, что супруги, похоже, не «страхуют» друг
друга. Зная, что они будут вместе долгое время,
мужья могли бы делать подарки своим женам в
хороший мужской год, ожидая, что и они поделятся
излишком, когда погода переменится. Неформальные
43- Esther Duflo and Christopher Udry, "Intrahousehold
Resource Allocation in Côte d'Ivoire: Social Norms, Separate
Accounts and Consumption Choices," NBER Working Paper
Wi048g (2004).
225

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
страховые соглашения такого рода между домохо-
зяйствами одной и той же этнической группы не
являются редкостью в Кот-д'Ивуар44, так почему же
они не действуют внутри семьи?
Одно сделанное в Кот-д'Ивуар открытие дает нам
полезный намек на то, в чем заключается
особенность семей. Есть и третий «участник» семейной
драмы — это скромный ямс, питательный и легкий
в хранении, который играет роль основного
продукта питания в этом регионе. Обычно ямс
является «мужской» культурой. Но, как это было
показано французским антропологом Клодом Мейяссу,
мужья не могут свободно продавать и тратить ямс45.
Данная культура представляет собой основу
жизнеобеспечения семьи. Ямс может быть продан, но
только для того, чтобы заплатить за обучение или
лечение детей, а не для того, чтобы купить новую
рубашку или табак. И действительно, в урожайные
для ямса годы семьи потребляют его больше, что
неудивительно, но при этом возрастают также
расходы на приобретаемую на рынке еду и на
образование. Ямс выступает в качестве гарантии того, что все
в семье будут хорошо накормлены и получат
необходимое образование.
Таким образом, особенность семьи заключается
не в том, что ее члены эффективно ведут
переговоры друг с другом. Как раз наоборот, они действуют
согласно простым нормам, принуждение к
исполнению которых обеспечивается социальными силами.
Подобные нормы, наподобие «ты не должен прода-
44- Franque Grimard, "Household Consumption Smoothing Through
Ethnicities: Evidence from Côte d'Ivoire," Journal of
Development Economics 53 (1997): 391-422.
45. Claude Meillassoux, Anthropologie économique des Gouros de Côte
d'Ivoire (Paris: F. Maspero, 1965).
226

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
вать ямс твоего ребенка, чтобы купить новые
кроссовки», защищают базовые интересы семьи, без
необходимости все время вести переговоры. В этом
свете приобретают смысл также и некоторые другие
факты. Как говорилось выше, если женщины
зарабатывают на своих участках больше денег, то лучше
питаться начинает вся семья. Это может
объясняться другой нормой, описываемой Мейяссу, —
именно женщина отвечает за питание семьи; муж дает ей
фиксированную сумму денег, а затем уже она должна
определить, как это сделать лучше всего.
Следовательно, семья связывается не
совершенной гармонией или способностью всегда
эффективно распределять ресурсы и обязанности, а очень
неполным, очень грубым и часто очень свободным
«контрактом», который определяет ответственность
каждого члена семьи по отношению к другим
членам семьи. Скорее всего, исполнение подобного
контракта обеспечивается обществом, поскольку дети
не могут вести переговоры с родителями или жены
с мужьями на равной основе, а общество выигрывает
от того, что все члены семьи получают в известной
степени справедливую долю ресурсов. Неполнота
этого контракта, вероятно, определяется
трудностью принуждения к исполнению чего-либо более
сложного. Невозможно гарантировать, чтобы
родители кормили своих детей необходимым
количеством ямса, но зато общество может наложить
санкции или выразить свое неодобрение тем родителям,
которые продают ямс, чтобы купить кроссовки.
Одна из проблем правил, соблюдение которых
обеспечивается социальными силами, заключается
в том, что подобные нормы медленно изменяются,
а поэтому всегда существует риск их неполного
соответствия реальности, иногда с трагическими
последствиями. В Индонезии в 20о8 году мы посетили су-
227

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
пружескую пару средних лет в их доме— небольшом
бело-зеленом бамбуковом строении, построенном
на столбах. Рядом стоял еще один бело-зеленый дом,
гораздо больше и просторнее, сделанный из бетона.
Он принадлежал их дочери, которая работала
горничной на Ближнем Востоке. Супруги явно были
очень бедны — муж страдал от хронического кашля
и нескончаемых головных болей, что мешало ему
работать. Но он не мог позволить себе
обратиться к врачу. Их младший сын бросил учиться после
окончания средней школы, потому что они не могли
позволить себе оплачивать его автобусные поездки
в город. Неожиданно в комнату вошла
четырехлетняя девочка, которая была явно здорова и хорошо
питалась, одета она была в красивое платье, а в ее
туфлях были маленькие лампочки, которые то
вспыхивали, то гасли, когда она бегала по комнате.
Оказалось, что это их внучка, о которой они заботились,
пока дочь была в отъезде. Ее мать посылала деньги
только для ребенка, а этим супругам ничего не
оставалось. Представляется, что они стали жертвами
некоей нормы, которая еще не изменилась, — от
замужних дочерей все еще не ожидается, что они
станут заботиться о своих родителях, даже если дочери
и родители находятся в совершенно разном
положении, но бабушки и дедушки продолжают чувствовать
себя обязанными заботиться о своих внучках.
Несмотря на то что возможности семьи,
очевидно, ограничены, у общества нет другой
жизнеспособной модели воспитания детей. Кроме того, хотя
в будущем, возможно, социальные пенсионные
программы и медицинское страхование позволят
пожилым людям в сегодняшних бедных странах
избавиться от необходимости полагаться на заботу своих
детей, не совсем очевидно, сделает ли это их (или их
детей) счастливее. Социальная политика должна
228

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
быть направлена не столько на замену семьи,
сколько на то, чтобы дополнить ее и, иногда, на защиту
от злоупотреблений. Для того чтобы иметь
возможность делать это эффективно, крайне важно
исходить из правильного понимания того, как
функционируют семьи.
Например, в настоящее время широко
признается, что для того, чтобы средства государственной
помощи тратились в интересах детей, эффективнее
передавать деньги в руки женщин, как это
делается в мексиканской программе PROGRESA. В Южной
Африке в конце апартеида все мужчины старше 65
и женщины старше 6о лет, не имевшие частной
пенсии, получили право на щедрую государственную
пенсию. Многие из этих стариков жили со своими
детьми и внуками и делили эти деньги со своими
семьями. Вместе с тем выяснилось, что положение
девочек улучшалось только тогда, когда они жили
со своими бабушками, такие девочки были
значительно менее склонны к задержке роста. Пенсии,
получаемые дедушками, не производили
подобного эффекта. Больше того, этот эффект проявлялся
только тогда, когда пенсию получала бабушка
девочки по материнской линии46.
Данный результат исследования можно
интерпретировать по-разному. Один из нас склонен
думать, что он свидетельствует о том, что мужчины
гораздо более эгоистичны, чем женщины. Но
возможно также, что именно здесь начинают
действовать нормы и социальные ожидания, которые,
как мы отмечали ранее, играют важную роль в
принятии семейных решений. Возможно, от женщин
46. Esther Duflo, "Grandmothers and Granddaughters: Old Age
Pension and Intra-Household Allocation in South Africa," World
Bank Economic Review 17 (1) (2003): 1-25.
229

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ожидают, что они будут делать что-то для семьи,
когда получат немного денег, а от мужчин — нет.
Если это так, то значение имеет не только то, кто
получает деньги, но и то, каким образом. Например,
женщины могут и не чувствовать, что семье
«принадлежат» их собственные заработки или прибыли
от их малого бизнеса. Парадоксально, но именно
традиционная роль женщин в семье может
позволить государственной политике добиться
определенного прогресса в направлении расширения их
прав и возможностей.
Теперь мы возвращаемся к вопросу о том,
действительно ли бедные хотят иметь настолько большие
семьи. Пак Сударно хотел девять детей. Его большая
семья не была результатом отсутствия самоконтроля
или доступа к контрацепции, она даже не была
навязанной обществом нормой (хотя, возможно,
именно он должен был принять это решение; его жена
не сказала нам, чего бы она сама хотела). При этом
он считал, что девять детей сделали его бедным.
Значит, в действительности он не «хотел» так
много детей. Он нуждался в большой семье только
потому, что она гарантировала ему поддержку в
старости. В идеальном мире у него было бы меньше
детей, и он старался бы растить их как можно лучше,
но позже ему не пришлось бы на них рассчитывать.
Хотя многие пожилые люди в Соединенных
Штатах любят проводить время со своими детьми и
внуками (по крайней мере, если верить ситкомам), тот
факт, что у них есть возможность выжить
самостоятельно — отчасти благодаря социальному
обеспечению и медицинскому страхованию, — может иметь
большое значение для их самолюбия и чувства
собственного достоинства. Этот факт также означает,
что им не нужно иметь много детей, чтобы гаранти-
230

БОЛЬШАЯ СЕМЬЯ ПАКА СУДАРНО
ровать, что кто-то будет заботиться о них. У них
может быть столько детей, сколько они действительно
хотят, и, если выяснится, что никто из этих детей
не хочет или не может за ними ухаживать, всегда
есть возможность обратиться к социальной помощи.
Таким образом, наиболее эффективная
демографическая политика заключается в том, чтобы
избавить людей от необходимости иметь слишком много
детей (в частности, слишком много детей мужского
пола). Эффективные системы социальной защиты
(например, медицинское страхование или пенсии
по старости) или даже развитие финансовых
институтов, позволяющих людям осуществлять
прибыльные сбережения на старость, могут привести к
существенному снижению рождаемости и, возможно,
к уменьшению дискриминации в отношении
девочек. Во второй части книги мы обратимся к тому,
как это можно сделать.

Часть II
Институты

ГЛАВА 6
Босоногие менеджеры
хедж-фондов
РИСК занимает центральное место в жизни
бедных, которые часто управляют малыми
предприятиями или фермами либо являются
временными работниками, не имея гарантий
постоянной занятости. В подобных обстоятельствах
любая неудача может иметь катастрофические
последствия.
Летом 20о8 года Ибу Тина жила со своей матерью-
инвалидом, двумя братьями и четырьмя детьми в
возрасте от трех до 19 лет в крошечном домике в Чика-
Дас, обширных городских трущобах в Бандунге,
Индонезия. Трое младших детей учились в школе,
по крайней мере номинально, но старший бросил
учебу. Два ее незамужних брата,
строитель-поденщик и таксист, спасали семью от полного разорения,
но денег никогда не хватало на учебу, еду, одежду
для детей и уход за стареющей матерью.
И все же жизнь Ибу Тины не всегда была так
печальна. В молодости она работала на швейной
фабрике, а когда вышла замуж, то присоединилась
к швейному бизнесу своего мужа. У них было
четверо работников, и дела шли хорошо. Проблемы
начались, когда один из деловых партнеров,
которому они доверяли, дал им необеспеченный чек
на сумму 20 млн индонезийских рупий (375° Д°л"
ларов США по ППС). Они обратились в полицию.
Полицейские потребовали взятку в 2,5 млн рупий
только за то, чтобы начать расследование; эта взятка
235

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
была дана — и неплательщика арестовали. Он
провел в тюрьме неделю, после чего согласился вернуть
долг и его выпустили. Мошенник вернул Ибу Тине
4 млн рупий (из которых полиции пришлось
заплатить еще 2 млн) и, пообещав заплатить остальное
позже, скрылся. С тех пор его не видели, и
получилось так, что Ибу Тине с мужем пришлось дать
взятку в 4,5 млн рупий, чтобы вернуть 4 млн.
В последующие три-четыре года они
прилагали все усилия, чтобы восстановить свои позиции
и в конечном итоге сумели получить заем в размере
15 млн рупий (2800 долларов США по ППС) в рамках
PUKK, государственной программы кредитования.
На эту ссуду они начали бизнес по торговле
одеждой. Одним из первых крупных заказов были
шорты. Они купили шорты у производителя одежды,
выгладили их и упаковали для продажи, но затем
розничные торговцы отказались от сделки, оставив
им тысячи шорт, которые никому не были нужны.
Череда этих катастроф подвергла их брак
огромному стрессу, и вскоре после второй неудачи они
развелись. Ибу Тина переехала к матери, прихватив с
собой четверых детей и груду шорт. Когда мы
встретились с ней, она все еще пыталась оправиться от этой
травмы и сообщила нам, что у нее нет сил начать все
сначала. Она думала, что, когда ей станет лучше, она
откроет небольшой продуктовый магазин в доме
своей матери и, возможно, продаст часть шорт на Идур
Фитри, мусульманском празднике.
Что еще хуже, ее старшей дочери требовалось
много внимания. Четыре года назад, когда ей было
около пятнадцати, ее похитил бездомный, живший
рядом с их домом. Через несколько дней он
отпустил ее, но девочка была травмирована этим
эпизодом и с тех пор оставалась дома, не имея
возможности ни работать, ни ходить в школу.
236

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
Была ли Ибу Тина особенно неудачлива? В
какой-то степени, разумеется. Она считала похищение
своей дочери ужасной случайностью (хотя даже эта
ситуация имела какое-то отношение к тому, что их
дом находился недалеко от железной дороги,
рядом с которой жило много бездомных), но она
также твердо верила, что ее деловые неудачи
характерны для всех владельцев малого бизнеса.
Риски бедности
Один наш друг из мира больших финансов часто
говорит, что бедные похожи на менеджеров
хедж-фондов, так как они живут с огромным риском. Разница
лишь в уровне их доходов. На самом деле он сильно
преуменьшает ситуацию, так как ни один менеджер
хедж-фонда не несет ответственности за юо% своих
убытков, в отличие от почти всех владельцев малых
предприятий и ферм. Более того, бедным, в отличие
от менеджеров хедж-фондов, часто приходится
финансировать капитал своего бизнеса за счет
накопленного семейного «богатства» либо брать в долг.
Большая доля бедных занимается малым бизнесом
или сельским хозяйством. В нашем наборе данных
по i8 странам в среднем 44% бедных в городах
занимаются не связанным с сельским хозяйством бизнесом,
а в сельской местности о ведении фермерского
бизнеса сообщают от 25 до $8% бедных (единственным
исключением является Южная Африка, где
чернокожее население было исторически исключено из
ведения сельского хозяйства). Кроме того, значительная
доля сельских домохозяйств также занимается
несельскохозяйственным бизнесом. При этом большая
часть земель, обрабатываемых бедными, не
орошается. Это вызывает сильную зависимость доходов фер-
237

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
меров от погодных условий —засуха или даже просто
задержка дождей может привести к неурожаю на
неорошаемых землях, в результате чего фермер
лишается половины годового дохода.
Риску подвержены доходы не только
владельцев малого бизнеса и ферм. Другая основная
форма занятости бедных —это временная работа,
оплачиваемая поденно. Более половины занятых, среди
крайне бедных в сельской местности, являются
поденщиками. В городских районах временная
занятость составляет около 40%. Когда поденщикам
везет, они находят работу, которая длится несколько
недель (или даже несколько месяцев) на
стройке или ферме, но часто им достается работа только
на несколько дней или пару недель. Временный
работник никогда не знает, найдет ли он работу снова.
В случае экономических кризисов подобные рабочие
места ликвидируются в первую очередь. Пак Сол-
хин, с которым мы познакомились во второй главе,
очень быстро потерял работу, когда цены на
удобрения и нефть пошли вверх, а фермеры сократили
рабочую силу. В результате временные работники,
как правило, заняты меньше дней в году, чем
обычные работники, и значительная их часть работают
очень мало дней в году. Исследование, проведенное
в Гуджарате, Индия, показало, что временные
работники трудились в среднем 254 Дня в Г°Д (по
сравнению с 354 днями для работников с постоянной
занятостью и 338 днями для самозанятых), при этом
нижняя треть работала только 137 дней1.
Крупные природные катастрофы, такие как
засуха в Бангладеш в 1974 году (когда покупатель-
l.Jeemol Unni and Uma Rani, "Social Protection for Informal
Workers in India: Insecurities, Instruments and Institutional
Mechanisms," Development and Change 34 (1) (2003): 127-161.
238

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
ная способность заработной платы упала на 50% и,
по некоторым оценкам, погибло до l млн человек)2
или продовольственные кризисы в Африке
(например, засуха в Нигере в 2005-2006 годах),
естественно, привлекают особое внимание средств массовой
информации, но даже в «нормальные» годы
доходы сельского хозяйства сильно колеблются из года
в год. В Бангладеш в любой нормальный год
заработная плата в сельском хозяйстве может быть
на i8% выше или ниже среднего уровня3. И чем
беднее страна, тем больше эта изменчивость.
Например, изменчивость заработной платы в сельском
хозяйстве в Индии в 21 раз выше, чем в Соединенных
Штатах4. Это неудивительно: американские
фермеры застрахованы, получают субсидии, а также
выплаты в рамках стандартных программ социального
страхования; им не нужно увольнять своих
работников или сокращать заработную плату в случае
плохого урожая.
Кроме того, как будто одних капризов стихии
недостаточно, цены на сельскохозяйственную
продукцию чрезвычайно колеблются. С 2005 по 20о8 год
наблюдался беспрецедентный рост цен на
продовольствие. Во время мирового финансового кризиса
они рухнули, вернувшись на докризисный уровень
за два года. В принципе, высокие цены на
продовольствие должны благоприятствовать
производителям (сельским бедным) и наносить ущерб потреби-
2. Mohiuddin Alamgir, Famine in South Asia: Political Economy of Mass
Starvation (Cambridge, MA: Oelgeschlager, Gunn and Hain,
1980).
3. Martin Ravallion, Markets and Famines (Oxford: Clarendon, 1987).
4. Seema Jayachandran, "Selling Labor Low: Wage Responses
to Productivity Shocks in Developing Countries," Journal
of Political Economy 114 (3) (2006): 538-575.
239

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
телям (городским бедным). Однако летом 20о8 года,
рекордного по ценам как на продовольствие, так
и на удобрения, все, с кем мы говорили в таких
странах, как Индонезия и Индия, чувствовали себя
проигравшими. Фермеры полагали, что их расходы
выросли больше, чем цены на их продукцию, наемные
работники жаловались, что они не могут найти
работу, потому что фермеры экономят деньги, а
городские жители с трудом могли найти деньги на
продовольствие. Проблема заключалась не только в уровне
цен, но и в неопределенности. Например, фермеры,
оплачивавшие дорогие удобрения, не были
уверены в том, что цена их продукции останется высокой
ко времени сбора урожая.
Для бедных риски не ограничиваются доходом
или питанием. Одним из основных источников
риска является также здоровье, о котором мы говорили
в предыдущей главе. Кроме того, существуют
политическое насилие, преступность (как в случае с
дочерью Ибу Тины) и коррупция.
В повседневной жизни бедных людей
присутствует так много риска, что, как это ни парадоксально,
события, которые воспринимаются как
катастрофические в богатых странах, часто едва им
заметны. В феврале 2009 года президент Всемирного
банка Роберт Зеллик предупредил мировых лидеров:
«Глобальный экономический кризис [вызванный
крахом Lehman Brothers в сентябре 20о8 года]
грозит обернуться гуманитарной катастрофой во
многих развивающихся странах, если они не смогут
принять целенаправленные меры по защите
уязвимых людей в своих общинах. Когда большая часть
мира озабочена спасением банков и
стимулированием экономики, мы не должны забывать, что бедные
люди в развивающихся странах гораздо более уязви-
240

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
мы в случае экономических колебаний»5. В
заявлении Всемирного банка по этому вопросу отмечалось,
что с падением мирового спроса бедные потеряют
рынок сбыта сельскохозяйственной продукции,
временную работу на стройках и рабочие места в
производстве. Государственное финансирование школ,
медицинских учреждений и программ помощи будет
сокращено в результате одновременного давления
сокращения налоговых поступлений и краха
международной помощи.
В январе 2009 года мы, вместе с Сомини Сен-
гуптой, которая была в то время
корреспондентом The New York Times в Индии, отправились в Мал-
да, сельский округ Западной Бенгалии. Она хотела
написать историю о том, как бедные пострадали
от глобального кризиса. Сенгупте, которая
выросла в Калифорнии, но прекрасно говорила
по-бенгальски, сообщили, что многие строительные
рабочие в Дели были из Малда, и она знала, что объемы
строительства в Дели сократились. Поэтому мы
посещали разные деревни, расспрашивая молодых
людей об их миграционном опыте.
Все знали кого-то, кто мигрировал. Многие
из мигрантов сами вернулись домой, чтобы
провести месяц Мухаррам, который соблюдается
многими индийскими мусульманами. Все были рады
поговорить с нами о миграционном опыте. Матери
рассказывали нам о далеких городах Южной и
Северной Индии, таких местах, как Лудхиана, Ко-
имбатур и Барода, где теперь жили и работали их
сыновья и племянники. Конечно, случались и
трагедии — одна женщина рассказала о своем сыне,
5- "Crisis Hitting Poor Hard in Developing World, World Bank
Says," World Bank Press Release, 2009/220/EXC, February
12, 2009.
241

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
умершем в Дели от какой-то загадочной болезни,—
но общий тон был чрезвычайно оптимистичным.
«А в городе есть работа?» — спрашивала Сенгупта.
Да, много работы. «Слышали ли вы о сокращении
рабочих мест?» Нет, никаких сокращений в Мум-
баи, все отлично. И так далее. Мы пошли на
железнодорожную станцию посмотреть, не вернулся ли
кто-нибудь после того, как потерял работу. Там
мы встретили трех молодых людей,
направлявшихся в Мумбаи. Один из них никогда там не был;
другие, ветераны, уверяли его, что найти работу не
проблема. В конечном итоге Сенгупта так и не написала
историю о том, как бедные пострадали от
глобального спада.
Дело не в том, что на стройках в Мумбаи не
сокращались рабочие места, — такие сокращения,
несомненно, были, но для большинства этих молодых
людей в настоящий момент значение имело лишь
наличие возможности. В городе все еще
существовала работа, за которую платили вдвое больше, чем
они могли получить в деревне. По сравнению с их
жизнью, постоянно сопровождавшейся тревогой
по поводу полного отсутствия работы и ожиданием
дождей, условия рабочего-мигранта на стройке
казались довольно привлекательными.
Разумеется, мировой кризис повысил
риски для бедных, но он мало добавил к тем рискам,
с которыми они сталкиваются каждый день, даже
при отсутствии такого кризиса, о котором
должен беспокоиться Всемирный банк. Во время
индонезийского кризиса 1998 года рупия потеряла
75% своей стоимости, цены на продовольствие
выросли на 250%, a ВВП упал на 12%. При этом
возделывающие рис фермеры, которые обычно
относятся к беднейшим слоям населения, фактически
выиграли с точки зрения покупательной способно-
242

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
сти6. Хуже всего пришлось государственным
служащим и другим людям с относительно
фиксированными денежными доходами. Даже в 1997-199^ годах,
когда в ходе масштабного финансового кризиса
экономика Таиланда сократилась на ю%, две трети
из почти юоо опрошенных заявили, что основной
причиной падения их доходов была засуха7.
Только 26% назвали потерю работы, а ведь в этом
почти наверняка заключались не все отрицательные
результаты кризиса. В основном представляется,
что положение бедных и в этом случае не слишком
ухудшилось по сравнению с любым другим годом
именно потому, что оно всегда довольно плохое.
Они столкнулись со слишком хорошо знакомыми
проблемами. Бедные каждый год чувствуют себя
так, как будто бы находятся в эпицентре
колоссального финансового кризиса.
Мало того что жизнь бедных сопровождается
гораздо большим риском, чем жизнь менее бедных,
неудачи сравнимых масштабов, скорее всего, причинят
им больше вреда. Во-первых, сокращение
потребления более болезненно для того, кто до этого
потреблял очень мало. Когда не столь бедному
домохозяйству нужно сократить потребление, его члены могут
пожертвовать несколькими минутами разговоров
по мобильным телефонам, реже покупать мясо
или отправить детей в менее дорогую школу.
Очевидно, что это болезненно. Но для бедных значи-
6. Daniel Chen, "Club Goods and Group Identity: Evidence from
Islamic Resurgence During the Indonesian Financial Crisis,"
Journal of Political Economy 118 (2) (2010): 300-354.
7. Mauro Alem and Robert Townsend, "An Evaluation of
Financial Institutions: Impact on Consumption and Investment
Using Panel Data and the Theory of Risk-Bearing," working
paper (2010).
243

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
тельное сокращение доходов может означать
сокращение жизненно важных расходов. Так, в прошлом
году в 36% крайне бедных домохозяйств, которые
мы обследовали в сельской местности округа Удай-
пур, взрослым пришлось некоторое время меньше
питаться. Сокращение количества еды оказывает
серьезное воздействие на благосостояние бедных —
те респонденты, которым пришлось меньше есть,
сообщили, что они были гораздо несчастнее, чем те,
кто обошелся без этого.
Во-вторых, когда соотношение между
настоящими и будущими доходами имеет S-образную форму,
неудача может иметь не только временные, но и
долгосрочные последствия для бедных. На рис. l мы
построили график зависимости между доходом сегодня
и доходом в будущем для Ибу Тины, индонезийской
предпринимательницы.
В первой главе мы говорили о возможности
существования ловушки бедности, когда окупаемость
инвестиций растет по мере роста их величины.
Очевидно, что Ибу Тина оказалась именно в такой
ситуации. В ее случае отношение между доходом
завтра и доходом сегодня имело S-образную форму,
поскольку ее бизнес должен был достичь
определенного масштаба, чтобы стать прибыльным (в главе 9
мы увидим, что это основная особенность
бизнеса бедных, то есть ее случай не уникален). До
кражи у нее и ее мужа было четыре работника, и у них
было достаточно денег, чтобы купить сырье и
использовать свои швейные машины и сотрудников
для изготовления одежды. Это было очень
прибыльно. Но после кражи все, что они могли
сделать, — это купить готовые шорты и упаковать их,
что было намного менее прибыльным (или вовсе
неприбыльным). До мошенничества с
необеспеченным чеком Ибу Тина и ее муж находились вне зоны
244

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
Богатство Ибу Тины сегодня
рис. 1. Воздействие шока на состояние
Ибу Тины
ловушки бедности. Если мы проследим их
возможный путь в дальнейшем, то увидим, что они
находились на траектории, которая вела к достижению
приличного дохода. Но кража лишила их всех
активов. В результате они оказались в зоне
ловушки бедности. Они стали зарабатывать так мало
денег, что со временем становились все беднее. Когда
мы познакомились с Ибу Тиной, она была
вынуждена жить за счет помощи своих братьев.
Единственная неудача в этом S-образном мире может
иметь необратимые последствия. Когда
соотношение между сегодняшним и завтрашним доходами
имеет S-образную форму, семья может быстро пе-
245

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
рейти от положения среднего класса к состоянию
постоянной бедности.
Данный процесс часто усугубляется
психологическими осложнениями. Утрата надежды и осознание
отсутствия легкого выхода могут лишить
человека необходимого для преодоления трудностей
самоконтроля. Мы видели это на примере Ибу Тины
и Пака Солхина, бывшего сельскохозяйственного
рабочего из главы 2, который теперь лишь время
от времени занимается рыболовством.
Представляется, что они не были в том психологическом
состоянии, которое необходимо для того, чтобы
взять себя в руки и начать все сначала. В Удайпуре
мы встретили человека, ответившего на
стандартный вопрос опросника, что он более месяца был
настолько «взволнован, напряжен или
обеспокоен», что это мешало нормальной деятельности,
такой как сон, работа и еда. Мы спросили его почему.
Он сказал, что его верблюд умер, и с тех пор он
плакал и был напряжен. Возможно, несколько
наивно, мы затем спросили, сделал ли он что-нибудь
со своей депрессией (например, поговорил с другом,
практикующим врачом или традиционным
целителем). Его ответ был раздраженным: «Я потерял
верблюда. Конечно, мне должно быть грустно. С этим
ничего нельзя сделать».
Здесь могут действовать и другие
психологические силы, поскольку столкновение с риском
(не только риском лишения дохода, но и риском
смерти или болезни) заставляет нас беспокоиться,
а беспокойство вызывает стресс и депрессию.
Симптомы депрессии гораздо более распространены
среди бедных слоев населения. Стресс
затрудняет концентрацию внимания, что, в свою очередь,
может сделать нас менее продуктивными. В
частности, существует сильная связь между бедностью
246

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
и уровнем кортизола, вырабатываемого
организмом, что является показателем стресса. И наоборот,
уровень кортизола снижается, когда домохозяйства
получают некоторую помощь. Например, у детей
участников мексиканской программы денежной
помощи PROGRESA был обнаружен значительно
более низкий уровень кортизола, чем у сопоставимых
детей, матери которых не воспользовались этой
программой. Это имеет большое значение, потому
что кортизол напрямую воздействует на
когнитивные способности и способность принимать решения.
Высвобождение кортизола, вызванное стрессом,
влияет на такие области мозга, как префронталь-
ная кора, миндалина и гиппокамп, которые важны
для когнитивных функций; в частности, префрон-
тальная кора играет важную роль в подавлении
импульсивных реакций. Поэтому неудивительно, что,
когда испытуемых искусственно помещают в
стрессовые условия в лаборатории, они с меньшей
вероятностью принимают экономически рациональное
решение при столкновении с выбором между
различными альтернативами8.
8. B.P.Ramos and A. F. T. Arnsten, "Adrenergic Pharmacology
and Cognition: Focus on the Prefrontal Cortex," Pharmacology
and Therapeutics 113 (2007): 523-536; D. Knoch, A. Pascual-Le-
one, K.Meyer, V.Treyer, and E. Fehr, "Diminishing
Reciprocal Fairness by Disrupting the Right Prefrontal Cortex,"
Science $\± (2006): 829-832; T. A. Hare, C.F.Camerer, and A. Ran-
gel, "Self-Control in Decision-Making Involves Modulation
of the vmPFC Valuation System," Science 324 (2009): 646-648;
A.J. Porcelli and M. R. Delgado, "Acute Stress Modulates Risk
Taking in Financial Decision Making," Psychological Science:
A Journal of the American Psychological Society/APS 20 (2009):
278-283; R. van den Bos, M. Harteveld, and H. Stoop, "Stress
and Decision-Making in Humans: Performance Is Related
to Cortisol Reactivity, Albeit Differently in Men and Women,"
Psychoneuroendocrinology 34 (2009): 1449-1458.
247

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Инструменты хеджирования
Что могут сделать бедные, чтобы справиться с
этими рисками? Естественная реакция при
столкновении с падением заработка или иных доходов — это
стараться работать больше. Но иногда это может
иметь саморазрушительные последствия. Если все
бедные начинают в тяжелые времена работать
больше (например, из-за засухи или роста цен на сырье),
то они конкурируют друг с другом, что приводит
к снижению заработной платы. Ситуация
усугубляется, если они не могут найти работу за
пределами своей деревни. В результате засуха оказывает
более негативное воздействие на заработную плату
в тех деревнях Индии, которые более изолированы,
где жителям труднее отправиться в поисках работы
в другое место. В таких деревнях стремление больше
работать не всегда является эффективным способом
решения проблемы падения доходов9.
Если увеличение трудовой активности в период
кризисов представляет не очень хороший вариант,
то лучше всего попытаться ограничить
подверженность риску, создавая, подобно менеджеру хедж-
фонда, диверсифицированный портфель. Очевидно,
что бедные вкладывают в это много
изобретательности. Разница лишь в том, что они диверсифицируют
деятельность, а не только финансовые инструменты.
Спектр видов деятельности, которыми может
заниматься одна бедная семья, поражает: в опросе,
проведенном в 27 деревнях в Западной Бенгалии, даже
те домохозяйства, которые утверждали, что их за-
9- Seema Jayachandran, "Selling Labor Low: Wage Responses
to Productivity Shocks in Developing Countries," Journal
of Political Economy 114 (3) (2006): 538-575.
248

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
нятием является обработка куска земли, посвящали
сельскому хозяйству только 40% своего времени10.
Согласно этому опросу, в медианной семье было три
работника, которые занимались семью видами
деятельности. В целом большинство семей в сельской
местности имеют некоторое отношение к сельскому
хозяйству, но оно редко остается их единственным
занятием. Объясняться это может стремлением
снизить риски — когда в одной сфере деятельности
возникают проблемы, другие продолжают приносить
доход, — хотя, как мы увидим, могут быть и другие
причины.
Наличие нескольких участков земли в разных
частях местности вокруг деревни, а не одного
большого участка, также обеспечивает некоторую
диверсификацию рисков. Когда болезнь или заражение
поражает один участок, другие могут этого
избежать; в условиях засухи урожай на участках с
лучшим доступом к грунтовым водам имеет больше
шансов выжить; и самое удивительное, что в
разных частях одной и той же местности фактически
может существовать различный микроклимат,
определяемый расположением участка, уклоном
территории, ее высотой и влажностью.
Временная миграция также может быть
интерпретирована в этом свете. Вся семья переезжает
в город относительно редко. Как правило,
мигрируют некоторые члены семьи, в Индии или
Мексике это в основном мужчины и мальчики-подростки,
но в Китае, на Филиппинах и в Таиланде —
старшие дочери, остальные же остаются. Это
гарантирует отсутствие зависимости благосостояния всей
ю. Nirmala Banerjee, "A Survey of Occupations and Livelihoods
of Households in West Bengal," Sachetana, Kolkata (2006),
mimeo.
249

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
семьи от работы одного человека в городе, а также
позволяет семье поддерживать свои деревенские
связи, которые, как мы увидим, часто оказываются
полезными.
Еще один способ, которым бедные
ограничивают свои риски, —это очень консервативное
управление фермами или предприятиями. Например, даже
если им известно о существовании нового и более
продуктивного сорта возделываемой ими
культуры, они предпочитают не переходить на него. Одно
из преимуществ применения традиционной
технологии заключается в том, что фермерам не
нужно покупать новые семена — они просто сохраняют
для посадки достаточно семян из урожая прошлого
сезона, в то время как новые семена часто стоят
значительных денег. Даже если новые семена
многократно окупают вложенные средства, когда все идет
хорошо, всегда существует небольшая вероятность
неурожая (скажем, из-за отсутствия дождей), в
результате которого фермер потеряет
дополнительные инвестиции в новые семена.
Семьи применяют самые творческие способы
распределения рисков. Фермерские домохозяйства
в Индии используют брак как способ
диверсификации «портфеля рисков» своих расширенных
семей. Когда женщина после замужества переезжает
в деревню своих новых родственников, это
создает связь между домом, из которого она вышла, и
домом, в который она вошла, и обе семьи могут теперь
обратиться друг к другу, когда у них возникают
проблемы11. Фермерские семьи, как правило, выдают
замуж своих дочерей в те деревни, которые располо-
п. Mark Rosenzweig and Oded Stark, "Consumption Smoothing,
Migration, and Marriage: Evidence from Rural India,"
Journal of Political Economy 97 (4) (1989): 905-926.
250

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
жены достаточно близко, чтобы поддерживать
отношения, но при этом настолько далеко, чтобы
погодные условия там несколько отличались. Поэтому
они могут помочь друг другу, когда в одной деревне
прошли дожди, а в другой их не было. Другой
способ обезопасить себя от рисков —это иметь много
детей. Вспомните, что у Пака Сударно было девять
детей, чтобы по крайней мере один из них заботился
о нем в старости.
Все эти способы, с помощью которых бедные
справляются с рисками, как правило,
сопровождаются очень высокими издержками. У нас есть много
свидетельств этого в отношении сельского
хозяйства. В Индии бедные фермеры используют
сельскохозяйственные ресурсы более консервативным,
но менее эффективным способом, когда они живут
в районах, для которых характерно большее
непостоянство осадков12. В результате уровень прибыли,
получаемой теми бедными фермерами, которые
живут в районах с высокой предсказуемостью годовых
осадков, выше на целых 35%- Более того, подобное
воздействие риска обнаруживается только для
бедных фермеров, а в случае более богатых фермеров
нет никакой связи между нормой прибыли фермы
и изменчивостью осадков, предположительно
потому, что они могут позволить себе потерю урожая
и поэтому готовы рисковать.
Другая стратегия, которую часто применяют
бедные фермеры, заключается в долевой аренде
земельных участков, когда их владельцы
оплачивают часть затрат на ведение хозяйства и претендуют
12. Hans Binswanger and Mark Rosenzweig, "Wealth, Weather Risk
and the Composition and Profitability of Agricultural
Investments," Economic Journal 103 (416) (1993): 56-78.
251

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
на часть продукции. Это ограничивает
подверженность фермера риску, но снижает его стимулы, так
как, зная, что землевладелец заберет (например)
половину того, что даст земля, фермер будет иметь
меньше оснований работать очень усердно.
Исследование, проведенное в Индии, показало, что
фермеры вкладывают на 20% меньше усилий при
обработке арендованной земли по сравнению с тем,
когда они имеют право на весь урожай13. В
результате арендованные участки обрабатываются менее
интенсивно и менее эффективно.
Неэффективно также и иметь несколько
занятий, как это делают многие бедные люди. Трудно
стать специалистом в чем-либо, не специализируясь
на этом. Женщины, которые ведут три разных
бизнеса, и мужчины, которые не могут найти постоянную
работу в городе, потому что они хотят сохранить
возможность возвращаться в деревню каждые
несколько недель, отказываются от возможности приобрести
навыки и опыт в своей основной профессии. Упуская
эти возможности, они также упускают выгоды от
специализации на том, в чем они действительно хороши.
Таким образом, характерный для жизни бедных
риск сопровождается издержками не только в
условиях кризиса. Страх перед тем, что может
произойти что-то плохое, оказывает разрушительное
воздействие на способность бедных людей полностью
реализовать свой потенциал.
Взаимопомощь
Другим —и потенциально гораздо лучшим
—способом справиться с риском является взаимопомощь.
Большинство бедных людей, живущих в деревнях
13. Radwan Shaban, "Testing Between Competing Models of Sha-
recropping," Journal ofPolitical Economy 95 (5) (1987): 893-920.
252

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
или городских районах, имеют доступ к обширной
сети людей, которые хорошо их знают, — это могут
быть расширенные семьи или общины, основанные
на религиозной или этнической принадлежности.
В то время как некоторые потрясения могут
поражать всех в сети (например, плохой муссон), другие
более специфичны. Если те, кто преуспевает сейчас,
помогают тем, кому плохо, в обмен на аналогичную
помощь, когда роли изменятся, то это может
улучшить положение всех. Таким образом, помощь друг
другу необязательно должна быть
благотворительностью.
Исследование Кристофера Удри показывает как
возможности, так и ограниченность подобного
неформального страхования. В течение целого года,
который он провел в сельской Нигерии, Удри
просил жителей деревень делать записи обо всех
подарках и неофициальных займах, который они
давали друг другу, а также об условиях, на которых
они возвращали эти займы14. Кроме того, он
каждый месяц спрашивал их, не случилось ли с ними
чего-нибудь плохого. Обнаружилось, что на любой
данный момент времени средняя семья
одалживала или была должна 2,5 другим семьям. Кроме того,
условия займов корректировались с учетом
положения как кредитора, так и заемщика. Когда
заемщик находился в трудной ситуации, он возмещал
меньше (часто меньше первоначальной суммы
займа), а когда в трудной ситуации находился
кредитор, то заемщик фактически возвращал больше, чем
был должен. Плотная сеть взаимных заимствований
и кредитов во многом способствовала снижению
ц. Christopher Udry, "Risk and Insurance in a Rural Credit
Market: An Empirical Investigation in Northern Nigeria," Review
of Economic Studies 61 (3) (1994): 495-526.
25З

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
риска, с которым сталкивался каждый человек. Тем
не менее подобная неформальная солидарность
имеет свои пределы. Семьи в тяжелом положении
снижали свое потребление, даже когда общий доход
всех членов их сети, вместе взятых, не изменялся.
Подобное обнаруживается и в большом
количестве других исследований неформального
страхования в различных странах — от Кот-д'Ивуара
до Таиланда. Традиционные сети солидарности
действительно помогают справиться с внешними
шоками, но страхование, которое они
предоставляют, далеко не идеально. Если бы риск был
хорошо застрахован, то семьи всегда могли бы тратить
на потребление более или менее одинаковую сумму,
определяемую их средними доходами. В хорошие
времена они помогали бы другим, которые, в свою
очередь, в плохие времена помогали бы им. На
практике этого обычно не наблюдается.
В частности, плохо страхуются проблемы со
здоровьем. В Индонезии потребление падает на 20%,
когда кто-то из членов семьи серьезно заболевает15.
Исследование, проведенное на Филиппинах,
показывает, что солидарность жителей одной деревни
функционирует особенно плохо в случае тяжелых
заболеваний, не связанных с рождением ребенка16.
Когда семья собирает плохой урожай или кто-то
теряет работу, другие семьи в деревне приходят на
помощь. Пострадавшая семья получает подарки,
беспроцентные займы и различные другие формы
15. Paul Gertler and Jonathan Gruber, "Insuring Consumption Against
Illness," American Economic Review 92 (1) (March 2002):
51-70.
16. Marcel Fafchamps and Susan Lund: "Risk-Sharing Networks
in Rural Philippines," Journal 0/Development Economics 71 (2)
(2003): 261-287.
254

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
помощи. Но когда люди страдают от шока,
связанного с потерей здоровья, то дела, как
представляется, обстоят иначе. С такими проблемами семьям
приходится справляться самостоятельно.
Недостаточное страхование здоровья особенно
удивительно, учитывая, что семьи помогают друг
другу в других случаях. В предыдущей главе мы
говорили об Ибу Эмптат, женщине, встреченной нами
в маленькой деревне на Яве, у мужа которой были
проблемы с глазами. Ее ребенку пришлось бросить
школу, потому что она не могла позволить себе
лекарства от его астмы. Ибу Эмптат заняла у
местного ростовщика юоооо рупий (18,75 доллара США
по ППС), чтобы оплатить лечение глаз своего мужа,
и, когда мы встретились с ней, с накопленными
процентами она была должна уже l млн рупий. Она
очень волновалась, потому что ростовщик угрожал
отобрать все их имущество. Однако в ходе интервью
мы узнали, что одна из дочерей недавно подарила
ей телевизор. Эта дочь купила себе новый примерно
за 8ооооо рупий (150 долларов США по ППС), а
старый (еще работавший) решила подарить
родителям. Мы были немного удивлены таким обменом —
разве не было бы разумнее, если бы дочь отложила
покупку и отдала деньги родителям, чтобы они
заплатили ростовщику? Мы спросили Ибу Эмптат:
«Не может ли кто-нибудь из ваших детей помочь
вам с долгом?» Она покачала головой и ответила,
что у них свои проблемы, свои семьи, о которых
нужно заботиться; при этом она намекнула, что не ей
задавать вопросы о форме подарка. Ибу Эмптат,
казалось, считала нормальным, что никто не предложил
ей помочь с расходами на ее здоровье.
Что мешает людям помогать друг другу больше?
Почему некоторые формы риска не охвачены
взаимопомощью или не охвачены должным образом?
255

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Есть веские причины, по которым мы можем
быть не готовы предложить безусловную помощь
нашим друзьям и соседям. Мы можем опасаться,
прежде всего, что гарантированная помощь может
создать соблазн для ее получателей ослабить
усилия — в страховом деле это называется моральным
риском. Или что люди могут заявлять, что они
нуждаются, даже если это не так. Или просто что
обещание взаимной помощи может не быть
выполнено, — я помогаю вам, но, когда приходит ваша
очередь, оказывается, что вам некогда.
Все это объясняет, почему иногда мы можем
задержаться со своей помощью. Однако неясно,
может ли это объяснить отказ от помощи тем, кто
недавно серьезно заболел, поскольку очевидно,
что болезнь не является выбором человека. Другое
возможное объяснение связано с неполнотой
экономической трактовки неформального страхования
как ситуаций, в которых мы помогаем другим,
потому что нам может понадобиться их помощь в
будущем. Вполне вероятно, что мы будем помогать
нашим соседям в экстремальных ситуациях, даже если
сами не ожидаем оказаться в подобном положении,
например, только потому, что позволить своим
соседям голодать аморально. В книге Бетси Хартман
и Джима Бойса о жизни в сельских районах
Бангладеш в середине 197°"X годов описываются две
семьи соседей, индуистская и мусульманская, которые
не были особенно близки друг другу17. Индуистская
семья потеряла своего главного кормильца и
голодала; отчаявшись, женщина из этой семьи стала время
от времени пробираться через забор во двор к
соседям и воровать съедобные листья. Хартман обна-
17. Betsy Hartman and James Boyce, Quiet Violence: View from
a Bangladesh Village (San Francisco: Food First Books, 1985).
256

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
ружила, что мусульманской семье было известно,
что происходит, но они решили закрыть на это
глаза. «Я знаю, что у нее неплохой характер, —
рассказал мужчина из этой семьи. — Будь я на ее месте, я бы
тоже, наверное, воровал. Когда исчезают мелочи,
я стараюсь не злиться. Я думаю, что человек,
который взял их, более голодный, чем я».
Тот факт, что люди могут помогать друг другу
в трудные времена из чувства морального долга,
а не потому, что они обязательно ожидают помощи
в будущем, способен объяснить, почему
неформальные сети плохо работают в случае проблем со
здоровьем. Когда даже очень бедное домохозяйство,
у которого есть средства, чтобы прокормить себя,
видит соседа, у которого таких средств нет, оно просто
делится имеющимся. Но помощь людям в оплате
госпитализации, например, требует выхода за
рамки подобного базового совместного потребления.
Учитывая, насколько дорогой может быть
госпитализация, на нее придется скинуться многим домо-
хозяйствам. В результате имеет смысл исключить
дорогостоящие медицинские мероприятия из
основного морального императива помощи
нуждающимся соседям, поскольку такая помощь требует
гораздо более сложного социального контракта.
Такое представление о страховании как о
моральном долге помогать нуждающимся
объясняет, почему в нигерийских деревнях крестьяне
поддерживают друг друга на индивидуальной основе,
а не вносят свой вклад в общий котел, несмотря
на то что разделение риска таким способом было бы
более эффективным. Оно могло бы также
объяснить, почему дочь Ибу Эмптат отдала своей матери
телевизор, но не оплатила ее расходы на лечение.
Она не хотела быть единственным ребенком,
ответственным за здоровье своих родителей (и не хотела
257

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
злоупотреблять щедростью своих братьев и сестер).
Поэтому она решила сделать для них то, что было
в ее силах.
Почему не существует страховых
компаний для бедных
Учитывая высокие издержки рисков и
ограниченность страхования, которое каждый может получить
от неформальных сетей солидарности, следует
задаться вопросом, почему малоимущие не имеют
более широкого доступа к формальному страхованию,
то есть страхованию, предоставляемому страховыми
компаниями. Формальное страхование любого рода
для бедных представляет большую редкость.
Медицинское страхование, страхование на случай
неурожая или гибели скота, которые для фермеров в
богатых странах являются стандартными продуктами,
в развивающихся странах в большей или меньшей
степени отсутствуют.
В настоящее время, когда микрокредитование
получило широкое распространение, кажется
очевидным, что развитие страхования для бедных
является подходящей целью для благонамеренных
креативных капиталистов (в колонке журнала Forbes
оно было названо «естественным рынком, на
который еще никто не проник»)18. Бедные сталкиваются
с огромным риском и должны быть готовы платить
разумную страховую премию, чтобы застраховать
свою жизнь, свое здоровье, свой скот или свой
урожай. А поскольку подобного страхования ожидают
миллиарды людей, то даже самой маленькой при-
i8. Andrew Kuper, "From Microfinance into Microinsurance,"
Forbes, November 26, 2008.
258

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
были на один полис должно быть достаточно,
чтобы сделать его привлекательным с коммерческой
точки зрения, вместе с тем оно стало бы огромной
помощью для бедных во всем мире.
Представляется, что пока не хватает того, кто бы взялся за
организацию подобного рынка, и это побудило
международные организации (такие, как Всемирный банк)
и крупные фонды (например, Фонд Гейтса)
инвестировать сотни миллионов долларов, чтобы
стимулировать разработку вариантов страхования
для бедных.
Разумеется, существует целый ряд очевидных
трудностей, связанных с организацией подобного
страхования. Хотя эти фундаментальные
проблемы не специфичны для бедных, в развивающихся
странах они усиливаются, так как там сложнее
регулировать деятельность страховщиков и
контролировать застрахованных лиц. Мы уже упоминали
о «моральном риске» — люди могут изменить свое
поведение (вести хозяйство менее осторожно,
тратить больше денег на здравоохранение и так далее),
узнав, что не понесут всех издержек. Рассмотрим,
например, некоторые проблемы медицинского
страхования. Мы видели, что даже без медицинского
страхования малоимущие постоянно посещают те
или иные медицинские учреждения. Что они будут
делать, если подобные визиты станут
бесплатными? И не будет ли у врачей также оснований
назначать ненужные анализы и лекарства, особенно
если они владеют лабораториями (как многие врачи
и в Соединенных Штатах, и в Индии), или они
получают комиссионные от аптек? Представляется,
что все это ведет в одном направлении, —
пациенты предпочитают, чтобы врачи предпринимали
активные действия, поэтому обращаются к тем из них,
кто дает много назначений, а заработок врачей часто
259

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
увеличивается, если они назначают больше.
Предложение медицинского страхования на основе
возмещения расходов на амбулаторное лечение в стране,
где здравоохранение в лучшем случае регулируется
слабо и где каждый может открыть «врачебный»
кабинет, кажется первым шагом к банкротству.
Другую проблему представляет
«неблагоприятный отбор»т~Если страхование не имеет
обязательного характера/те, кому известно, что в будущем у них
возможны проблемы, станут чаще покупать
страховки. Проблема бы не возникла, если бы
страховщик также знал об этом и мог учесть данный фактор
в страховой премии. Но поскольку страховые
компании не способны идентифицировать тех, кто
приобретает полис, чтобы воспользоваться им прямо
сейчас, все, что они могут сделать, это повысить
премию для всех. Более высокая цена, однако, ухудшает
ситуацию, поскольку она отпугивает тех, кто знает,
что они, скорее всего, не воспользуются страховкой,
тем самым усугубляя первоначальную проблему.
Вот почему в Соединенных Штатах медицинское
страхование по разумным ценам труднодоступно
для тех, кто не может получить его через своих
работодателей. И именно поэтому доступные
программы медицинского страхования зачастую являются
обязательными — всеобщее страхование решает
проблему высокого риска для страховщиков.
Третья проблема связана с прямым
мошенничеством. Что помешает больнице предъявлять
страховщику большое число фиктивных требований
или взимать с пациента значительно больше, чем
стоимость полученного лечения? А если фермер
застрахует своего буйвола, что помешает ему заявить,
что этот буйвол сдох? Среди индийских
финансистов Начикет Мор и Бинду Анант из фонда ICICI
наиболее привержены разработке более качествен-
2бо

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
ных финансовых услуг для бедных. Они с
самоуничижительным юмором рассказали нам о
предпринятой ими много лет назад первой неудачной
попытке обеспечить страхование скота. После того
как первые страхователи стали повсеместно
заявлять о потере скота, они решили, что для того,
чтобы заявить, что животное сдохло, его владелец
должен предъявить ухо мертвой коровы. В результате
возник устойчивый рынок коровьих ушей и у всех
сдохших коров, застрахованных или нет, стали
отрезать уши, которые затем продавались тем, кто
застраховал свою корову. Соответственно, покупатели
коровьих ушей требовали страховые выплаты, хотя
их коровы оставались живы. Летом 2009 года мы
посетили собрание, на котором Нандан Нилекани,
основатель и бывший руководитель компании Info-
sys, индийского гиганта программного обеспечения,
рассказывал о своем разработанном в соответствии
с поручением правительства плане предоставления
каждому индийцу «уникального идентификатора».
Он заверил слушателей, что ю отпечатков пальцев
и снимка радужной оболочки глаза достаточно,
чтобы однозначно идентифицировать любого человека.
Мор внимательно слушал. Когда Нилекани сделал
паузу, он отметил: «Жаль, что у скота нет пальцев».
Некоторые виды рисков страхуются легче, чем
другие. Возьмем, к примеру, погоду. Для
фермеров высокую ценность могли бы иметь такие
страховые программы, в соответствии с которыми им
выплачивались бы фиксированные суммы (на
основе оплаченных премий), когда количество осадков,
измеренное на близлежащей метеостанции, падает
ниже определенного критического уровня.
Поскольку никто не контролирует погоду, а реакция на нее
не зависит от произвольных суждений (в отличие
от медицинской помощи, где кто-то должен решить,
26l

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
какие необходимы тесты или лечение), здесь нет
места для морального риска или мошенничества.
В сфере здравоохранения представляется, что
страхование катастрофических событий —
серьезных заболеваний, несчастных случаев — намного
проще, чем покрытие амбулаторной помощи.
Никто не захочет подвергнуться хирургической
операции или химиотерапии просто так, а необходимость
такого лечения легко проверить. Сохраняется
опасность его чрезмерного применения, но страховщик
может ограничить выплачиваемую в каждом случае
сумму. Вместе с тем, что важнее, сохраняется
также проблема отбора, поскольку страховые
компании не хотели бы, чтобы к ним обращались только
больные люди.
Для того чтобы избежать неблагоприятного
отбора, необходимо начать с большой совокупности
людей, которых объединяют не проблемы со
здоровьем, а некая другая причина —сотрудников крупной
фирмы, клиентов микрофинансовой организации,
членов коммунистической партии... а затем
постараться застраховать их всех.
Именно поэтому многие микрофинансовые
организации (МФО) стали задумываться о
предоставлении медицинского страхования. Эти организации
располагают большим пулом заемщиков, которым
можно было бы предложить страховые продукты.
А поскольку катастрофические проблемы со
здоровьем иногда приводят к неплатежеспособности
добросовестных заемщиков, их медицинское
страхование также было бы своего рода страховкой
и для МФО. Кроме того, с клиентов МФО легко
собирать страховые премии, так как их сотрудники
и так встречаются с ними каждую неделю —
фактически можно было бы просто объединить выплату
премий и платежей по кредитам.
2б2

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
В 2007 году компания SKS Microfinance, в то
время крупнейшее микрофинансовое учреждение в
Индии, ввело пилотную программу медицинского
страхования Swayam Shakti, предлагающую страхование
беременных и рожениц, госпитализации и
несчастных случаев. Эта программа носила обязательный
характер для тех групп, которым она была
предложена, чтобы избежать неблагоприятного отбора.
Для борьбы с потенциальным мошенничеством
выплаты были ограничены, а клиентам настоятельно
рекомендовалось обращаться в те больницы, с
которыми у SKS есть долгосрочные сетевые соглашения.
Чтобы подсластить сделку, обращавшимся в эти
больницы клиентам предлагалось «безналичное
обслуживание», то есть им не нужно было ничего
платить, если страховка покрывала лечение, поскольку
SKS платила этим больницам напрямую.
Вводя свою программу медицинского
страхования, SKS стремилась сделать ее обязательной для
своих клиентов. Но клиенты взбунтовались, поэтому
SKS стала предлагать этот продукт на обязательной
основе только при возобновлении кредитов. В
результате SKS стала терять клиентов и через
несколько месяцев была вынуждена снизить ставки по
возобновляемым кредитам примерно с 6о до $о%. Одна
из руководителей конкурирующей МФО
спрашивала нас о нашей работе с SKS, и, когда мы
сообщили, что работаем над оценкой воздействия на
клиентов предложения обязательного медицинского
страхования, она рассмеялась и сказала: «О, это
воздействие мне известно! Везде, где SKS сделала этот
продукт обязательным, мы получили гораздо
больше клиентов. Люди покидают SKS, чтобы
присоединиться к нашей организации!» Около четверти
клиентов, стремившихся продолжать заимствовать
у SKS, избегая при этом страхования, нашли лазей-
263

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ку. Они оплачивали свои кредиты непосредственно
перед окончанием действия годовой страховой
премии. В результате, возобновляя свой кредит, они все
еще технически имели страховое покрытие, и
поэтому им не нужно было платить новую премию.
Столкнувшись с таким сопротивлением, SKS решила
сделать страхование добровольным. Но добровольный
продукт, принятый только несколькими клиентами,
снова оказался подвержен неблагоприятному отбору
и моральному риску. Плата на каждого
застрахованного клиента резко выросла, и ICICI Lombard,
компания, от имени которой SKS предлагала страховку,
решила, что теряет деньги, и попросила SKS
прекратить страховать новых клиентов. Другие
организации, пытавшиеся применять подобные схемы,
сталкивались с очень похожими проблемами с
сопротивлением клиентов обязательному страхованию.
Медицинское микрострахование — это не
единственная форма страхования, которая столкнулась
с проблемами. Группа исследователей, включая
Роберта Таунсенда, нашего коллегу из Массачусетского
технологического института, попыталась измерить
влияние доступа к очень простой схеме страхования
погодных условий. Как и в описанном нами выше
примере, она предполагала выплату определенной
суммы денег при осадках меньше определенной
нормы19. Данный страховой продукт продавался в двух
регионах Индии — Гуджарате и Андхра-Прадеше,—
подверженных сухой и засушливой погоде. В
обоих случаях продажи осуществлялись через
уважаемую и известную микрофинансовую организацию.
ig. Shawn Cole, Xavier Gine, Jeremy Tobacman, Petia Topalova,
Robert Townsend, and James Vickery, "Barriers to Household
Risk Management: Evidence from India," Harvard Business
School Working Paper 09-116 (2009).
264

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
При этом применялись самые разные способы,
чтобы предложить и представить страховку фермерам.
В итоге спрос на страховку оказался чрезвычайно
низким — в лучшем случае ее приобретали 20%
фермеров, и это происходило только тогда, когда
сотрудники МФО обходили всех фермеров. Более того,
даже те, кто покупал тот или иной страховой полис,
страховали очень мало. Большинство фермеров
приобретали те полисы, которые покрывали от 2 до з%
потерь в случае плохих дождей.
Почему бедные отказываются от страхования?
Первое объяснение низкого спроса на страхование
заключается в том, что этот рынок испорчен
правительством. Здесь мы возвращаемся к знакомому
аргументу спрос-вала — когда рынки не работают,
в этом, вероятно, виновата чрезмерная поддержка
со стороны правительства или международных
институтов. Если конкретизировать, то когда
случается катастрофа, эти добрые души приходят на
помощь, и в результате люди фактически не нуждаются
в страховке.
Действительно, в годы плохих муссонов
округа Индии конкурируют за то, чтобы быть
признанными «пострадавшими от засухи», потому что это
открывает дверь для правительственной помощи.
Создаются рабочие места на государственных
стройках, распределяется продовольствие и так далее.
Но должно быть ясно, что это очень малая часть
того, что нужно бедным. Во-первых, правительство
вмешивается только в случае крупномасштабных
катастроф, а не когда подыхает буйвол или кого-то
сбивает автомобиль. И даже помощь в случае
стихийных бедствий в большинстве случаев
оказывается совершенно недостаточной к тому времени, когда
она доходит до бедных.
265

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Другое возможное объяснение связано с тем,
что бедные не очень хорошо понимают концепцию
страхования. Действительно, страхование не
похоже на большинство сделок, к которым
привыкли бедные. Приобретая полис, вы платите,
надеясь, что вам никогда не придется его использовать.
Общаясь с клиентами SKS, мы встречали много
людей, которые были расстроены тем, что им не
вернули страховые взносы, хотя они не предъявляли
никаких претензий за последний год. Разумеется,
можно лучше объяснить им концепцию
страхования, но трудно представить, что население, которое
изобретательно нашло лазейку в системе SKS, не
может понять основной принцип страхования. Таун-
сенд, в рамках своих усилий по продаже
страхования от непогоды, провел эксперимент, чтобы
выяснить, понимают ли люди, как работает страхование.
Посещавшие фермеров продавцы полисов
зачитывали им вслух краткое описание гипотетического
страхового продукта (страхование температуры), а затем
задавали потенциальным клиентам несколько
простых гипотетических вопросов о том, как будут
осуществляться выплаты по полису. В трех четвертях
случаев респонденты отвечали правильно. Вполне
возможно, что средний американец или француз
отвечал бы не намного лучше. Поэтому неудивительно,
что в случаях, когда принципы страхования от
непогоды подробно объяснялись, это никак не влияло
на готовность фермеров его приобрести20.
Фермеры были вполне способны понять основную
концепцию страхования и то, как оно функциони-
20. Shawn Cole, Xavier Gine, Jeremy Tobacman, Petia Topalova,
Robert Townsend, and James Vickery, "Barriers to Household
Risk Management: Evidence from India," Harvard Business
School Working Paper 09-116 (2009).
266

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
рует, но они просто не были заинтересованы в
приобретении полиса. Тем не менее их решение может
быть поколеблено относительно незначительными
обстоятельствами. Простое посещение дома, без
каких-либо особых усилий по маркетингу, увеличивает
долю людей, которые покупают страхование от
непогоды, в четыре раза. На Филиппинах
домохозяйства, которые были случайным образом отобраны
для проведения начального обследования, в которое
входило много вопросов о здоровье, в конечном
итоге с большей вероятностью оформляли медицинские
полисы, чем сопоставимые домохозяйства, в
которых такое обследование не проводилось.
Вероятно, необходимость отвечать на вопросы о
возможных проблемах со здоровьем напомнила им о том,
что может произойти21.
Учитывая очень высокие ставки, почему бедные
люди не проявляют больше энтузиазма по поводу
преимуществ страхования, даже без этих маленьких
подталкиваний?
Ключевое затруднение, на наш взгляд,
заключается в том, что из-за упомянутых ранее проблем
рынок может предложить только такое страхование,
которое покрывает лишь катастрофические
сценарии. Это создает ряд ограничений.
Доверие к страховым продуктам — это всегда
проблема. Поскольку договор страхования
требует от домохозяйства уплаты авансового платежа,
подлежащего погашению в будущем по усмотрению
21. Alix Zwane, Jonathan Zinman, Eric Van Düsen, William Pariente,
Clair Null, Edward Miguel, Michael Kremer, Dean S. Karlan,
Richard Hornbeck, Xavier Giné, Esther Duflo, Florencia De-
voto, Bruno Crepon, and Abhijit Banerjee, "The Risk of
Asking: Being Surveyed Can Affect Later Behavior," Proceedings
of the National Academy of Sciences, forthcoming (2010).
267

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
страховщика, домохозяйство должно полностью ему
доверять. В случае со страхованием от непогоды,
продававшая его команда иногда сопровождалась
представителем Basix —организации, которую
фермеры хорошо знают, а иногда они посещали
домохозяйства самостоятельно. Обнаружилось, что
присутствие сотрудника Basix оказало довольно большое
влияние на показатели приобретения страховок,
что свидетельствует о высоком значении доверия.
К сожалению, недостаток доверия может быть
эндемичным, учитывая характер страховых
продуктов и то, как страховые компании реагируют на
любую возможность мошенничества. Зимой 2009 года
мы посетили некоторых клиентов SKS, которые
решили не продлевать свою медицинскую
страховку. Одна женщина рассказала нам, что она решила
не продлевать контракт после того, как SKS
отказалась возместить ей понесенные в больнице
расходы, куда она попала с желудочной инфекцией.
Поскольку полис охватывал только
катастрофические события, желудочная инфекция, какой бы
ужасной она ни была, в нем не учитывалась. Не совсем
ясно, понимала ли эта женщина разницу, ведь она
была в больнице и лечилась там. Она также
рассказала о женщине из другой группы заемщиков
(как и у большинства МФО, клиенты SKS
организованы в группы), чей муж умер от тяжелой инфекции,
после того как его жена потратила довольно много
денег на лекарства и врачей. После его смерти она
подала свои счета в страховую компанию, но та
отказалась платить на том основании, что он не лежал
в больнице. Потрясенные случившимся, все
женщины из группы решили прекратить оплачивать
премию. С чисто юридической точки зрения
страховщик явно имел право отказать в выплате. С другой
стороны, что может быть катастрофичнее?
268

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
Подобными проблемами сопровождается и
страхование от непогоды. Посевы могут высохнуть,
а фермеры — голодать, но если на
метеорологической станции количество осадков превысит норму,
то никто в этом районе не получит никакой
платы. Однако в каждой местности свой
микроклимат. В любой год, когда среднее количество осадков
в районе чуть превышает предельный уровень
засухи, многие фермеры сталкиваются с засушливыми
условиями, просто по законам случайности.
Страдающим фермерам будет нелегко принять вердикт
метеостанции, особенно в условиях, когда
коррупция не является чем-то неизвестным.
Вторая проблема связана с временной
несогласованностью, с которой мы уже сталкивались в
нашей главе о здравоохранении. Принимая решение
о покупке страховки, мы должны сделать это сейчас
(и оплатить премию), но страховые выплаты если
и будут иметь место, то в будущем. Мы уже видели,
что при принятии подобных решений человеческие
существа особенно нерациональны. Страхование
катастрофических событий еще более осложняет эту
проблему, поскольку выплаты производятся не
только в будущем, но и в особенно неприятном будущем,
о котором никто не хочет даже думать. Естественная
защитная реакция заключается в том, чтобы не
тратить слишком много времени на ожидание таких
событий. Это может объяснить, почему те люди,
которые были вынуждены думать об этом в ходе опроса,
с большей вероятностью покупали страховку.
По всем этим причинам микрострахование
может и не быть очередным потенциальным рынком
с миллиардным числом клиентов.
Представляется, что существуют глубокие причины, по которым
большинство людей еще не чувствуют себя достаточ-
269

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
но комфортно при приобретении тех видов
страховых продуктов, которые готов предложить рынок.
С другой стороны, бедные явно несут
неприемлемый уровень риска.
Поэтому очевидно, что здесь возникает
необходимость в государственном вмешательстве. Это
не означает, что государство должно заменить
частный страховой рынок, но для того, чтобы появился
реальный рынок, правительству, вероятно,
придется вмешаться. Частные компании могли бы
продолжать продавать именно те виды страхования,
которые они готовы продавать в настоящее время
(страхование на случай катастроф со строгими
ограничениями, индексируемое страхование от
непогоды и так далее). Но некоторое время государство
должно оплачивать часть страховых взносов
бедных. Уже есть свидетельства того, что это могло бы
сработать. Когда в Гане фермерам было
предложено субсидируемое страхование от непогоды, на него
согласились почти все. Поскольку страх перед
потрясениями в будущем заставляет применять
дорогостоящие стратегии смягчения последствий,
субсидирование страхования может окупиться в виде
повышения доходов застрахованных. В Гане
фермеры, получившие дешевую страховку, чаще
применяли удобрения на своих наделах, чем те, кто ее
не получил, и в результате они оказались в лучшем
положении. Они сообщили, например, что гораздо
реже пропускали прием пищи22. Вполне возможно,
что со временем, когда люди увидят, как работает
страхование, а его рынок начнет расти, субсидиро-
22. Dean Karlan, Isaac Osei-Akoto, Robert Osei, and Christopher
Udry, "Examining Underinvestment in Agriculture:
Measuring Returns to Capital and Insurance," Yale University
(2010), mimeo.
27O

БОСОНОГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ ХЕДЖ-ФОНДОВ
вание может быть прекращено. Но даже если это
невозможно, то представляется, —учитывая
огромные потенциальные выгоды, которые могли бы быть
достигнуты, если бы бедным не нужно было быть
менеджерами хедж-фондов своей собственной
жизни,—что это прекрасный способ применения
государственных средств для содействия общему благу.

ГЛАВА 7
Мужчины из Кабула
и евнухи из Индии:
(не столь) простая экономика
кредитования бедных
ВИД БЕСЧИСЛЕННЫХ торговцев фруктами
и овощами, стоящих бок о бок на
перекрестках, обычен для городов в большинстве
развивающихся стран. Каждый из этих продавцов
(обычно женщин) имеет небольшую тележку или просто
кусок брезента на тротуаре, на который
складываются помидоры, лук или другие товары. Продавцы
пополняют свои запасы утром у оптовика, обычно
в кредит, и продают их в течение дня, оплачивая их
стоимость оптовику поздно вечером. Иногда
тележка, которую они используют для перевозки и
демонстрации овощей, также арендуется на день.
Именно так работают многие предприятия и в
богатых странах—они получают ссуду на оборотный
капитал для производства и покупки товаров, а затем
погашают ее из своих доходов. Удивляет то,
насколько больше платят бедные по сравнению с богатыми.
Когда вечером типичная торговка фруктами из Чен-
наи, Индия, оплачивает полученные утром
фрукты стоимостью юоо рупий (51 доллар США по ППС),
то она отдает ему в среднем 1046,9 рупии. Иными
словами, ставка кредитования составляет 4>6д% в день1.
1. Dean Karlan and Sendhil Mullainathan, "Debt Cycles," work
in progress (2011).
272

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
Чтобы понять, что это означает, попробуйте провести
следующий расчет: если вы взяли в долг юо рупий
(5,ю доллара США по ППС) сегодня, чтобы вернуть их
завтра, то вам нужно будет вернуть 104,69 рупии. Если
вы продержите эту сумму еще 24 часа и вернете ее
через день, то вам нужно будет вернуть 109,6 рупии.
Через зо дней вы будете должны почти 400 рупий, а
через год—1842 459409 рупий (93,5 млн долларов США
по ППС). Таким образом, эквивалент займа в 5
долларов, если он не выплачивается в течение года,
составляет долг почти юо млн долларов.
Подобные очень высокие процентные ставки
побудили действовать основателей
микрофинансирования. Например, Падмая Редди, генеральный
директор Spandana, одной из крупнейших
микрофинансовых организаций (МФО) в Индии, рассказала
нам, что на организацию Spandana ее вдохновил
разговор с одной старьевщицей из города Гунтур, штат
Андхра-Прадеш. Падмая поняла, что если бы
только эта старьевщица могла найти средства на
покупку одной тележки, то ее возможности возросли бы
настолько, что она смогла бы приобрести
множество таких тележек всего за несколько недель,
сэкономив на ежедневной арендной плате. Но таких
денег у старьевщицы не было. «Почему же, —
спрашивала себя Падмая, —никто не дает ей денег на
покупку тележки?» По словам Падмаи, старьевщица
ей объяснила, что банк не будет давать ссуды
таким, как она. Она могла бы получить ссуду у
ростовщика, но ставки были бы так высоки, что это того
не стоило. В конечном итоге Падмая решила дать
ей взаймы. Старьевщица честно вернула долг и
стала процветать. Вскоре после этого люди
выстроились в очередь у порога Падмаи за кредитами, и она
решила уволиться с работы, чтобы учредить
Spandana. 13 лет спустя, в июле 20Ю года, у Spandana было
273

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
4,2 млн клиентов, а кредитный портфель превышал
42 млрд рупий.
Рассказанная Падмаей история очень похожа
на то, о чем говорит Мухаммад Юнус, которого
называют отцом современного микрофинансирования.
Банки неохотно работают с бедными. Возникающая
пустота заполняется ростовщиками и торговцами,
взимающими возмутительно высокие процентные
ставки. Микрофинансирование, согласно такому
повествованию, является удивительно простой
идеей. Тот, кто не собирается делать деньги на бедных,
может выйти на рынок, взимая с бедных
достаточно процентов, чтобы обеспечить свою финансовую
устойчивость и, возможно, получать скромную
прибыль, но не более того. Благодаря эффекту сложных
процентов, небольшое снижение процентной ставки
может полностью изменить жизнь клиентов.
Рассмотрим случай торговок фруктами. Представьте себе,
что они могут получить кредит в юоо рупий (51
доллар США по ППС) даже по относительно высокой
ставке, скажем, ю% в месяц. Теперь они могут
покупать овощи наличными, а не в кредит. За один месяц
каждая из них сэкономит 4000 рупий (203 доллара
США по ППС) на выплачиваемых оптовику
процентах; этого более чем достаточно, чтобы погасить
задолженность перед микрофинансовым агентством.
Они смогут расширить свой бизнес и за несколько
месяцев выбраться из бедности, по крайней мере
теоретически.
Тем не менее даже эта простая история
поднимает вопросы. В Ченнаи существует много
оптовиков овощей и фруктов. Почему же ни один из них —
и ни один из ростовщиков — не решил немного
снизить взимаемую с этих женщин процентную
ставку? Этот человек мог бы захватить весь рынок,
сохранив в процессе разумную прибыль. Почему тор-
274

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
говки фруктами должны были ждать таких людей,
как Мухаммад Юнус или Падмая Редди?
В этом смысле сторонники
микрофинансирования слишком скромны. Очевидно, они делают
нечто большее, а не просто создают конкуренцию там,
где была монополия. С другой стороны, они
также могут быть слишком оптимистичны в
отношении потенциала небольших займов как способа
вытащить людей из нищеты. Несмотря на все
рассказы о том, как продавцы фруктов
превращаются во фруктовых магнатов, которые можно найти
на веб-сайтах различных микрофинансовых
организаций, множество торговок фруктами в Ченнаи
по-прежнему бедны. Многие из них не берут
кредиты в микрофинансовых организациях, хотя в городе
их несколько. Отказываются ли они от возможности
преодолеть бедность или микрофинансирование —
это совсем не такое чудо, как нам говорят?
Кредитование бедных
Очень немногие бедные домохозяйства
обращаются за займами в настоящие кредитные учреждения,
коммерческие банки или кооперативы. Согласно
опросу, проведенному нами в Удайпуре, в сельской
местности Индии, долги были у около двух третей
бедных. Из них 23% заняли у родственников, i8% —
у ростовщиков, 37% — У лавочников и лишь 6,4% —
из официальных источников. Низкая доля
банковских кредитов не связана с отсутствием физического
доступа к банкам, поскольку аналогичная
картина наблюдается в городских районах Хайдарабада,
где домохозяйства, живущие менее чем на 2 доллара
в день, в основном занимают у ростовщиков (52%),
друзей или соседей (24%) и членов семьи (13%)-
275

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Только 5% их кредитов получены в коммерческих
банках. Во всех i8 странах из нашего набора менее 5%
бедных в сельской местности имеют кредит в банке,
а в городской — менее ю%.
Как правило, кредиты из неформальных
источников стоят дорого. Согласно проведенному в Удай-
пуре опросу, те, кто живет менее чем на 99 центов
в день, в среднем выплачивают 3>^4% в день (что
является эквивалентом годовой ставки 57^) за
кредиты, которые они получают из неформальных
источников. По сравнению с этим бледнеют даже долги
по кредитным картам, которые в Соединенных
Штатах известны своей дороговизной. Процентная
ставка по стандартной кредитной карте Bank of America
составляет около 20% годовых. Те, кто в день
тратит от 99 центов до 2 долларов, платят несколько
меньше — $,1$% в месяц. Существует две причины
такой разницы в процентных ставках. Во-первых,
чуть менее бедные в меньшей степени полагаются
на неформальные источники кредита и в большей —
на формальные источники, чем крайне бедные,
а формальные источники дешевле. Во-вторых,
процентные ставки, взимаемые неофициальными
источниками, как правило, выше для крайне бедных,
чем для менее бедных. Средняя процентная ставка
из неофициального источника снижается на о,4%
в месяц на каждый дополнительный гектар земли,
принадлежащий берущему кредит лицу.
Процентные ставки варьируются в разных
секторах и странах, но суть всегда одна и та же —
процентные ставки в диапазоне от 40 до 200% годовых
(или даже выше) являются нормой, и бедные
платят больше, чем богатые. Последствия того факта,
что многие люди берут кредиты по таким ставкам,
просто ошеломляют. Есть миллионы людей,
готовых брать кредиты по той ставке, которую очень хо-
276

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
тел бы получить средний вкладчик из Соединенных
Штатов. Почему инвесторы не спешат к ним с
мешками денег?
Нельзя сказать, что попыток не было. С 1960-х
до конца 1980-х годов во многих развивающихся
странах действовали финансируемые
правительством кредитные программы, обычно с
субсидированными процентными ставками, ориентированные
на сельскую бедноту. Например, в Индии начиная
с 1977 года на каждое отделение, открываемое
банком в городе, он должен был открыть также
четыре дополнительных отделения в сельских
районах, где банки отсутствовали. Кроме того, банкам
было предписано направлять 40% своих портфелей
на кредитование «приоритетного сектора», то есть
мелких фирм, сельского хозяйства, кооперативов
и так далее. Робин Берджес и Рохини Панде
показали, что там, где в результате этой политики было
открыто больше банковских отделений, бедность
сокращалась быстрее2.
Проблема заключалась в том, что подобные
программы принудительного кредитования работали
не слишком хорошо. Уровень невозврата был
чрезвычайно высоким (40% в 1980-е годы).
Кредитование часто было обусловлено скорее политическими
приоритетами, чем экономическими потребностями
(многие кредиты выдавались фермерам
непосредственно перед выборами в тех округах, где
конкуренция ожидалась жесткой)3. При этом деньги в конеч-
2. Robin Burgess and Rohini Pande, "Do Rural Banks Matter?
Evidence from the Indian Social Banking Experiment," American
Economic Review 95 (3) (2005): 780-795.
3. Shawn Cole, "Fixing Market Failures or Fixing Elections?
Agricultural Credit in India," American Economic Journal: Applied
Economics 1 (1) (2009): 219-250.
277

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ном счете часто оказывались в руках местной элиты.
Даже исследование Берджеса и Панде, в целом
благоприятно настроенное по отношению к
программам кредитования, приходит к выводу, что
увеличение доходов бедных на l рупию за счет открытия
банковских отделений обходилось гораздо дороже
1 рупии. Более того, дальнейшие исследования
показали, что в долгосрочной перспективе те регионы,
где открылось больше филиалов банков, фактически
могли стать беднее4. В 1992 году, на волне реформ
либерализации экономики Индии, требование о
создании филиалов в сельских районах было отменено,
аналогичная тенденция ослабления
государственной поддержки программ кредитования
наблюдается и в большинстве других развивающихся стран.
Возможно, провал эксперимента с
социальным банковским обслуживанием объясняется тем,
что правительство не должно было заниматься
субсидированием кредитов. Использование кредитов
в качестве подачек слишком привлекательно для
политиков, а заем, который не нужно возвращать,
представляет лучшую форму взятки. Но почему частные
банкиры не хотят кредитовать мелких
предпринимателей? Учитывая, что те готовы платить до 4%
в месяц, что во много раз больше, чем банк
получает по кредитам в среднем, возможно, кредитование
бедных имеет смысл? В настоящее время некоторые
американские веб-сайты дают потенциальным
кредиторам в богатых странах возможность
предоставлять кредиты предпринимателям в бедных странах.
Может быть, их создатели наконец поняли нечто,
что упускается всеми остальными?
4- Scott Fulford, "Financial Access, Precaution, and Development:
Theory and Evidence from India," Boston College Working
Paper 741 (2010).
278

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
Возможно также, что неформальные
заимодавцы имеют возможность делать то, на что
неспособны банки. Что бы это могло быть? И почему
дешевле давать в долг более богатым людям?
(Не столь) простая экономика кредитования бедных
Одно из стандартных объяснений того, почему
некоторым людям приходится платить высокие
процентные ставки, заключается в том, что они более
склонны к банкротству. Это простая арифметика:
если ростовщик должен вернуть в среднем но
рупий на каждые юо рупий, которые он одалживает,
просто чтобы остаться в бизнесе (например,
потому, что такова стоимость его средств), то при
отсутствии случаев неплатежеспособности он может
взимать ю%-ю кредитную ставку. Но если половина
его заемщиков нарушает денежные обязательства,
то он должен получить по крайней мере 220 рупий
от той половины, которая действительно уплачивает
долги, а значит, взимать со всех 120%-ю кредитную
ставку. Вместе с тем уровень невозврата по
неофициальным кредитам, в отличие от финансируемых
государством банковских кредитов, не очень высок.
Такие займы часто погашаются с некоторой
задержкой, но полный отказ от их погашения встречается
редко. Исследование сельских ростовщиков в
Пакистане показало, что медианный уровень невозвратов
у них составляет всего 2%, хотя в среднем по
кредитам они взимают 78%5.
Проблема в том, что низкий уровень
невозвратов не возникает автоматически, он требует
напряженной работы со стороны кредитора. Принужде-
5- Irfan Aleem, "Imperfect Information, Screening, and the Costs
of Informal Lending: A Study of a Rural Credit Market in
Pakistan," World Bank Economic Review 4 (3) (1990): 329-349.
279

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ние к исполнению денежных обязательств никогда
не бывает легким делом. Если заемщику
позволено нерационально расходовать средства по
кредиту или ему по тем или иным причинам не повезло
и у него нет наличных денег, взыскивать будет
нечего. В этот момент кредитор может сделать очень
мало, чтобы вернуть долг. Учитывая это, у заемщика
возникает соблазн делать вид, что у него нет денег,
даже когда они есть, что ухудшает положение
кредитора. Если это не остановить, кредит никогда не
будет возвращен, даже если проект заемщика на самом
деле будет успешен.
Кредиторы во всем мире защищают себя от
различных форм преднамеренной
неплатежеспособности, требуя первоначального взноса,
некоторого залога или частичного финансирования проекта
за счет собственных средств предпринимателя. Если
заемщик не выполняет обязательства по кредиту,
кредитор может наказать его, конфисковав залог.
Чем больше заемщик поставит на карту, тем меньше
у него соблазна не вернуть заемные деньги. Но это
означает, что чем больше заемщик может заложить,
тем больший кредит будет ему предоставлен. В
результате мы приходим к знакомому нам (по
крайней мере, до тех пор, пока в годы быстрого развития
кредитования не стали давать ипотеку без
первоначального взноса) правилу, которое связывает
размер кредита с суммой имеющихся у заемщика
денег. Как говорят французы, On ne prête qu'aux riches
(«В долг дают только богатым»).
Это означает, что более бедные заемщики
могут занимать меньше, но само по себе это не
объясняет, почему бедные должны платить такие
высокие проценты или почему банки отказывают им
в кредите. Но здесь начинает действовать еще один
фактор. Для того чтобы иметь возможность взыс-
28о

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
кать по кредиту, кредитор должен знать о заемщике
много вещей. Некоторые обстоятельства кредитор
желает выяснить перед тем, как принять решение
о предоставлении кредита, например степень
надежности заемщика. Другие, такие как
местонахождение заемщика и характер его бизнеса, помогают
возвращать кредиты при возникновении проблем.
Кредитор может также захотеть отслеживать
деятельность заемщика, навещая его время от времени,
чтобы убедиться, что деньги используются как
обещано, и подтолкнуть бизнес в нужном направлении,
если это необходимо. Все эти усилия требуют
времени, а время — это деньги. Чтобы окупить эти
затраты, необходимо повысить процентную ставку.
Более того, многие из этих расходов не зависят
от размера кредита. Невозможно избежать сбора
некоторой базовой информации о заемщике, даже если
кредит очень мал. В результате чем меньше размер
займа, тем большую его долю будут составлять
затраты на контроль и проверку, а поскольку эти затраты
покрываются за счет полученных кредитором
процентов, то тем выше будет процентная ставка.
Что еще хуже, это создает то, что экономисты
называют мультипликативным эффектом. Когда
процентная ставка повышается, у заемщика
появляется больше оснований попытаться найти способ
не возвращать кредит. Это означает, что заемщик
нуждается в более тщательном контроле и
проверке, что увеличивает стоимость кредитования. Это
еще больше повышает процентную ставку, что
требует еще более внимательного отношения к
заемщику и так далее. Данный процесс
воспроизводится сам по себе, в результате чего процентные ставки
могут взлететь до небес. Или, как это часто бывает
на практике, кредитор может решить, что
кредитование бедных нецелесообразно, так как займы, кото-
281

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
рые они запрашивают, слишком малы, чтобы быть
прибыльными.
Как только мы это поймем, многое встанет на свои
места. Поскольку главным препятствием для
предоставления займов бедным является стоимость
сбора информации о них, вполне логично, что они
будут в основном одалживать у тех людей, которые
их уже знают, таких как соседи, работодатели,
коллеги по бизнесу или местные ростовщики, —
именно это и происходит. Как ни странно, подобный
акцент на принуждении к исполнению контрактов
может также заставить бедных брать взаймы у тех,
кто способен доставить им неприятности в случае
неплатежеспособности, поскольку таким
кредиторам не нужно тратить много времени на
мониторинг (их заемщики не посмеют уклониться от
выплаты), в результате чего кредиты становятся дешевле.
В Калькутте 1960-х и 197°"X годов среди ростовщиков
было много кабуливала (людей из Кабула) — высоких
мужчин в афганской одежде с матерчатым мешком
за плечами, которые ходили от двери к двери, якобы
продавая сухофрукты и орехи, но на самом деле в
основном используя это как прикрытие для
осуществления своих кредитных операций. В чем же
состояло их преимущество перед местными
ростовщиками? Наиболее вероятный ответ заключается в том,
что у этих людей была репутация жестокости и
свирепости,—данный стереотип закрепился
благодаря изучаемой всеми бенгальскими школьниками
истории, в которой добросердечный, но жестокий
кабуливала убивает всех, кто пытается его обмануть.
Та же логика объясняет и то, почему банды в
Соединенных Штатах стали для многих людей
«кредитором последней инстанции».
Более причудливая иллюстрация силы угрозы
может быть почерпнута из истории, рассказанной
282

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
в лондонской газете Sunday Telegraph за 22 августа
1999 г°Да П°Д заголовком «Заплати — или мы
пришлем к тебе евнухов»6. В этом репортаже
рассказывается, что сборщики долгов в Индии используют
старые социальные предрассудки против евнухов
для борьбы со злостными неплательщиками.
Поскольку люди верят, что вид гениталий евнухов
приносит несчастье, их отправляют в дома
неплательщиков с угрозами «показать», если последние
продолжат отказываться сотрудничать.
Высокая стоимость сбора информации о
заемщике также помогает объяснить, почему даже при
наличии в деревне нескольких ростовщиков
конкуренция не снижает цену кредитов. После того
как кредитор оплатил расходы по проверке
заемщика и последний приобрел у него хорошую
репутацию, отказаться от услуг такого кредитора будет
труднее. Если заемщик все-таки обратится за
займом в другое место, новому кредитору придется
заново проводить процедуру проверки, что стоит
дорого и приводит к еще более высоким процентным
ставкам. Более того, кредиторы будут с
подозрением относиться к такому новому клиенту—почему он,
несмотря на затраты, почувствовал необходимость
отказаться от существующих отношений?
Ростовщик в таком случае осторожен вдвойне, что может
привести к дальнейшему повышению процентных
ставок. Таким образом, несмотря на наличие
выбора кредиторов, заемщики в некоторой степени
привязаны к тому, кого они уже знают. И ростовщики
могут использовать это преимущество для
повышения процентных ставок.
6. Julian West, "Pay Up — or We'll Send the Eunuchs to See You:
Debt Collectors in India Have Found an Effective New Way
to Get Their Money," Sunday Telegraph, August 22, 1999.
283

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Это также объясняет, почему банки не
кредитуют бедных. Банковские служащие не очень хорошо
подготовлены для проведения всех необходимых
проверок, поскольку они не живут в деревне, не
знают этих людей и часто место работы.
Респектабельные банки не в состоянии конкурировать с кабули-
вала. Они не могут угрожать сломать людям
коленные чашечки или хотя бы послать к ним евнухов.
У индийского филиала Citibank возникли
серьезные проблемы, когда выяснилось, что этот банк
использует гундас (местных хулиганов), чтобы
угрожать заемщикам, которые не возвращают кредиты
на покупку автомобилей. Суды здесь также не
слишком могут помочь. В 1988 году Юридическая
комиссия Индии сообщила, что 40% дел о ликвидации
активов (обанкротившихся заемщиков)
рассматривались более восьми лет7. Подумайте, что это означает
с точки зрения кредиторов, —им известно, что даже
при уверенности, что они выиграют свое дело против
обанкротившейся фирмы, они смогут претендовать
на заложенные активы только через несколько лет
(за которые у заемщика будет много возможностей
спрятать свои активы). Разумеется, это означает, что,
с точки зрения кредиторов, стоимость активов
заемщика на момент начала кредитования будет намного
ниже. Начикет Мор, который в то время был одним
из вице-президентов банка ICICI, однажды описал
нам то, что он считал абсолютно блестящим
способом заставить фермеров погасить свой
сельскохозяйственный кредит. Перед тем как выдать им кредит,
он просил их выписать датированный будущим чис-
7- The Law Commission of India, Report Number 124, "The High
Court Arrears —a Fresh Look" (1988), http://bombayhigh-
court.nic.in/libweb/commission/Law_Commission_Of_In-
dia_Reports.html#n.
284

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
лом чек на ту же сумму. Идея заключалась в том, что,
если фермер не вернет долг, банк сможет обратиться
в полицию, чтобы взыскать по чеку, потому что
неоплата чека является уголовным преступлением.
Какое-то время это работало, но потом начались
проблемы. Когда полицейские поняли, что им нужно
отследить сотни фальшивых чеков, они вежливо
объяснили банку, что на самом деле это не их работа.
Даже когда банку удается вернуть свои деньги, все
может обернуться против него, так как банкам не
нравятся газетные заголовки, ассоциирующие их с
«самоубийствами фермеров». И в довершение всего, когда
выборы не за горами, правительства любят списывать
непогашенные кредиты. Учитывая все это, нет ничего
удивительного в том, что банкам проще вообще
отказаться от кредитования бедных, оставив это поле
деятельности ростовщикам. Вместе с тем, хотя у
ростовщиков и есть преимущества во взыскании своих
денег, за ссуды им приходится платить гораздо больше
банков. Это происходит потому, что мы с радостью
кладем свои сбережения на хранение в банк, даже
под самый низкий процент, но мало кто решится
отдать свои сбережения ростовщику. В сочетании с
эффектом мультипликатора и монопольной властью,
которой часто пользуются ростовщики, это
объясняет, почему бедные сталкиваются с такими высокими
процентными ставками.
Таким образом, инновация таких людей, как Му-
хаммад Юнус и Падмая Редди, заключается не
только в идее кредитовать бедных под разумные
проценты. Они придумали, как это сделать.
Микровыводы макропрограммы
С момента своего скромного зарождения в
Бангладеш в середине i97°'x годРв> при участии Бангладеш-
ского комитета помощи в восстановлении (Bangla-
285

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
desh Rehabilitation Assistance Committee — BRAC)
и банка Grameen, микрокредитование стало
глобальным явлением. Оно охватило от 150 до 200 млн
заемщиков, преимущественно женщин, и
доступно многим другим. Иногда его описывают почти
как персонажа древнегреческого мифа, как зверя
с двумя сосками — прибыльной миссией и
социальной миссией — и, судя по всему, оно добилось
впечатляющих успехов на обоих фронтах. С одной
стороны, Нобелевская премия мира, присужденная
Мухаммаду Юнусу и банку Grameen, увенчала ряд
публичных почестей; с другой стороны, первичное
публичное размещение акций (IPO) крупной
мексиканской МФО Compartamos весной 2007 года стало
(спорным) триумфом коммерческой стороны
деятельности подобных организаций. В ходе IPO
Compartamos смогла привлечь ф'] млн долларов, хотя
оно также обратило общественное внимание на ее
ставки, превышающие юо%. (Юнус публично
выразил свое недовольство, назвав руководителей
Compartamos новыми ростовщиками, но другие МФО уже
идут по их стопам —в июле 20Ю года выход на биржу
SKS Microfinance, крупнейшей микрофинансовой
организации Индии, привлек 354 млн долларов).
Можно понять, почему Юнусу не нравится
ассоциация с ростовщичеством, но МФО и ростовщики
по сути занимаются одним делом — предоставляют
деньги в кредит; правда первые также и с
социальными целями. Как и традиционные ростовщики,
МФО полагаются на свою способность
внимательно следить за клиентом, но отчасти они это делают
за счет привлечения других заемщиков, которым
известен клиент. Типичный контракт МФО
предполагает предоставление кредитов группе
заемщиков, которые несут ответственность за кредиты друг
друга и, следовательно, имеют основания прилагать
286

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
усилия к тому, чтобы задолженность была
погашена всеми. Некоторые организации ожидают, что
заемщики познакомятся при получении кредитов,
в то время как другие организуют для них
еженедельные собрания. Сам факт встречи каждую
неделю помогает клиентам лучше узнать друг друга и
повышает их готовность помочь тому члену группы,
который сталкивается с временными трудностями8.
Как и ростовщики, МФО угрожают
прекратить дальнейшее кредитование
неплатежеспособных должников и без колебаний используют свои
связи в деревенских сообществах, чтобы
оказывать давление на упорствующих заемщиков. В
отличие от ростовщиков, их официальная политика
не предполагает применение реальных физических
угроз9. Однако силы стыда, по-видимому,
достаточно. Одна женщина, с которой мы познакомились
в Хайдарабаде, пыталась погасить кредиты
нескольких МФО. Она сообщила нам, что никогда не
пропускает ни одного платежа, даже если это означает
одолжить денег у своих детей или остаться без еды
на целый день, так как она испытывала отвращение
к самой мысли о том, что кредитный инспектор
придет к ее порогу и «устроит неприятности» на глазах
у всей округи.
Где МФО явно расходятся с традиционным
ростовщичеством, так это в устранении почти всей гиб-
8. Benjamin Feigenberg, Erica Field, and Rohini Pande, "Building
Social Capital Through Microfinance," NBER Working Paper
W16018 (2010).
9. Вместе с тем фактор физической угрозы отсутствует не
полностью. Кредитный инспектор одной из МФО однажды
пожаловался члену нашей исследовательской команды,
что его никогда не повысят в должности, поскольку все
мужчины, занимающие более высокие посты, гораздо
крупнее, массивнее и более устрашающего телосложения.
287

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
кости. Ростовщики позволяют своим заемщикам
выбирать те способы, которыми они берут и погашают
кредиты: одни платят раз в неделю, а другие
—всякий раз, когда у них есть деньги в руках.
Некоторые выплачивают только проценты, пока не будут
готовы погасить основной долг. Клиент МФО,
напротив, обычно должен выплачивать
фиксированную сумму каждую неделю, начиная со следующей
недели после предоставления кредита, и, по
крайней мере для первых кредитов, все обычно
получают одинаковую сумму. Кроме того, заемщик должен
произвести платеж на еженедельном собрании,
которое всегда проводится в определенное для
каждой группы время. Преимущество подобного
способа заключается в легкости отслеживания выплат.
Кредитный инспектор просто подсчитывает, есть ли
у него общая сумма, которую он должен был
получить от этой группы, и, если это так, что
происходит почти всегда, он заканчивает встречу и начинает
следующую. Это позволяет кредитному
инспектору собирать выплаты от юо до 200 человек каждый
день, в то время как ростовщику приходится ждать,
не зная, когда поступят деньги. Кроме того,
поскольку сделка настолько проста, кредитный агент
не должен быть особенно хорошо образован или
обучен, что также снижает затраты. Наконец,
заработная плата сотрудников МФО зависит от того,
сколько клиентов они привлекли и смогли ли обеспечить
регулярные выплаты.
Все эти нововведения способствуют снижению
административных издержек кредитования, которые,
как мы показали выше, резко возрастают под
действием мультипликативного эффекта, что
чрезвычайно удорожает кредитование бедных. Поэтому
большинству МФО в Южной Азии удается
зарабатывать деньги, предоставляя займы бедным по став-
288

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
кам около 25% годовых, в то время как местные
ростовщики обычно берут в два и даже четыре раза
больше. В других частях мира процентные ставки
выше (одно из вероятных объяснений
заключается в том, что там выше зарплаты сотрудников МФО)
и иногда доходят до юо% в год, но при этом все же
остаются ниже доступных бедным людям
альтернатив. Например, в городах Бразилии МФО
предлагают микрокредиты по ставке около 4% в месяц
(6о% в год), а самая простая альтернатива —
рефинансирование долгов по кредитным картам —стоит
от 12 до 20% в месяц (от 289 до почти 8оо% в год).
Вместе с тем МФО знамениты тем, что они крайне
редко сталкиваются с неплатежеспособностью
заемщиков, по крайней мере если она не
вызывается политическим вмешательством. «Портфельный
риск» МФО (доля рискованных займов, которые
могут быть не возвращены, что происходит не всегда)
в 2009 году составлял менее 4% в Южной Азии
и не более у% в большинстве латиноамериканских
и африканских стран10. Таким образом,
микрофинансирование с его 150-200 млн клиентов заняло
свое место в качестве одной из наиболее заметных
стратегий борьбы с бедностью. Но работает ли оно?
Работает ли микрокредитование?
Ответ, очевидно, зависит от того, что вы
подразумеваете под «работой». По мнению наиболее активных
сторонников микрофинансирования, это
означает преобразование жизни людей. Консультативная
группа по оказанию помощи бедным (Consultative
10. Подобные данные собирает компания Microfinance
Information eXchange, см.: http://www.mixmarket.org.
289

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Group to Assist the Poor —CGAP), организация,
базирующаяся при Всемирном банке и занимающаяся
поощрением микрокредитования, в определенный
момент разместила в разделе часто задаваемых
вопросов своего веб-сайта сообщение о том, что
«имеется все больше доказательств того, что доступность
финансовых услуг для бедных домохозяйств —
микрофинансирование—может способствовать
достижению Целей развития тысячелетия»11 (включая
обеспечение всеобщего начального образования,
снижение детской смертности и улучшение
охраны материнского здоровья, например). Основная
идея заключается в том, что
микрофинансирование передает экономическую власть в руки
женщин, а женщины заботятся о таких вещах больше,
чем мужчины.
К сожалению, до самого недавнего времени
отсутствовали доказательства утверждений CGAP. To, что
в CGAP называли доказательствами, на самом деле
оказывалось описанием конкретных ситуаций,
часто предоставляемым самими МФО. Для многих
сторонников микрокредитования этого, по-видимому,
вполне достаточно. Однажды мы познакомились
с известным венчурным капиталистом и инвестором
из Кремниевой долины, который поддерживал
микрокредитование (он был одним из первых
вкладчиков SKS). Он сообщил нам, что других доказательств
ему не нужно, достаточно лишь таких
«анекдотических данных». Но анекдотические данные не
помогают преодолеть скептицизм, в том числе со стороны
многих государственных должностных лиц во всем
мире, которые беспокоятся, что микрокредитова-
и. What Do We Know About the Impact of Microfinance?" CGAP,
World Bank, available at http://www.cgap.org/p/site/c/tem-
plate.rc/i. 26.1306/.
290

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
ние на самом деле является «новым
ростовщичеством». В октябре 20Ю года, всего через два месяца
после успешного IPO компании SKS, правительство
штата Андхра-Прадеш обвинило эту
микрофинансовую организацию в самоубийстве 57 фермеров,
которые якобы подверглись невыносимому давлению
из-за принудительной практики взыскания долгов
ее сотрудниками. Несколько кредитных
инспекторов SKS и Spandana были арестованы, а
правительство приняло закон, затрудняющий еженедельный
сбор займов; среди прочего этот закон требовал,
чтобы погашение займов происходило в присутствии
выборного должностного лица, что посылало
заемщикам четкий сигнал о возможности не возвращать
кредиты. К началу декабря все сотрудники крупных
МФО (SKS, Spandana, Share) все еще сидели без дела,
а их убытки росли. Рассказы и заверения Викрама
Акула, генерального директора SKS, о том, что 57 по"
кончивших с собой фермеров были
платежеспособны и их самоубийства должны объясняться другими
причинами, мало помогли.
Одна из причин, по которой МФО не могли
найти весомых аргументов в свою защиту, заключается
в том, что они неохотно собирали точные данные
о воздействии своей деятельности. Когда мы
стали обращаться к этим организациям (начиная
примерно с 2002 года) с предложением
сотрудничества в ее оценке, типичным ответом было, что их
деятельность нуждается в исследовании не
больше, чем деятельность продавцов яблок. Под этим
они подразумевали, что если клиенты
возвращаются за новыми займами, то это означает, что
микрокредитование приносит им пользу. А поскольку
МФО финансово устойчивы и не зависят от
щедрости доноров, нет необходимости точно оценивать,
насколько они полезны. Это не вполне соответству-
291

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ет истинному положению дел. Щедрость доноров
и энтузиазм сотрудников субсидируют большинство
МФО, работа которых подкрепляется убежденностью
в том, что микрокредитование является лучшим
способом оказания помощи бедным. В некоторых случаях
МФО получают политическую поддержку. Так, в
Индии микрокредитование признается
«приоритетным сектором», а это дает банкам мощные
финансовые стимулы для предоставления МФО кредитов
по льготным ставкам, то есть представляет
косвенный способ их массового субсидирования.
Кроме того, не очевидно, что люди полностью
рациональны, когда принимают долгосрочные
решения, такие как получение кредита, —
американская пресса полна историй о людях, которые попали
в беду, злоупотребляя своими кредитными картами.
Возможно, люди действительно нуждаются в
защите от кредиторов, как считают многие регуляторы.
Позиция правительства штата Андхра-Прадеш
заключалась именно в том, что заемщики не знали,
во что они ввязываются, когда берут кредиты,
которые не могут погасить.
Отчасти в результате такой критики, а отчасти
потому, что многие руководители МФО искренне
хотят знать, помогают ли они бедным, некоторые МФО
начали проводить исследования по оценке своих
программ. Мы участвовали в одном из таких
исследований, которое оценивало программу Spandana
в Хайдарабаде. Spandana считается одной из самых
прибыльных организаций в отрасли, именно она
была одной из главных целей правительственной
активности в Андхра-Прадеш. Основательницей и
генеральным директором Spandana является Падмая
Редди, маленькая, энергичная и чрезвычайно
умная женщина. Она родилась в процветающей
фермерской семье недалеко от города Гунтур. Ее брат
292

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
был первым человеком в деревне, окончившим
среднюю школу, а потом стал очень успешным врачом.
Он убедил своих родителей позволить Падмае
поступить в колледж, а затем закончить программу
МВА. Она хотела помочь бедным, поэтому начала
работать в общественной организации. Именно
тогда она познакомилась с той старьевщицей, о
которой мы рассказывали выше, что побудило ее начать
деятельность в области микрокредитования. Когда
НГО, в которой она работала, отказалась
участвовать, она открыла Spandana. Несмотря на свой успех
и приверженность к микрофинансированию, Пад-
мая Редди скромно описывает его потенциальные
выгоды. Значение доступа к микрофинансированию
определяется для нее тем, что такой доступ дает
бедным новые возможности и позволяет строить планы
на будущее, являясь первым шагом к лучшей жизни.
Независимо от того, покупают ли они машины,
посуду или телевизор для своего дома, важное
различие заключается в том, что они работают над
видением жизни, которую они хотят, сберегая и добывая
средства, работая особенно усердно, когда это
необходимо, а не просто плывут по течению.
Возможно, согласие Падмаи Редди работать
с нами над оценкой программы Spandana
объясняется именно тем, что она всегда была осторожна
и не слишком много обещала. В ходе оценки
изучались преимущества экспансии Spandana в
некоторые районы города Хайдарабад12. Для проведения
эксперимента было отобрано случайным образом
52 района из 104, a оставшиеся играли роль группы
сравнения.
12. Abhijit Banerjee, Esther Duflo, Rachel Glennerster, and Cynthia
Kinnan, "The Miracle of Microfinance?: Evidence from a
Randomized Evaluation," MIT, May 30, 2009, mimeo.
29З

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Когда примерно через 15-18 месяцев после начала
деятельности Spandana мы сравнили домохозяйства
из этих двух групп районов, то обнаружили четкие
доказательства того, что микрофинансирование
работает. В тех районах, где проводился эксперимент,
люди с большей вероятностью начинали свой бизнес
и чаще покупали дорогостоящие товары
длительного пользования, такие как велосипеды,
холодильники или телевизоры. Если домохозяйства не начинали
бизнес, то увеличивали потребление. Напротив, те,
кто стал предпринимателем, фактически потребляли
меньше, затягивая пояса, чтобы максимально
использовать новые возможности. Не было никаких явных
свидетельств безрассудного расходования средств,
которого опасались некоторые наблюдатели. На
самом деле мы наблюдали прямо противоположное —
домохозяйства стали тратить меньше денег на то,
что они сами считали мелкими «расточительными»
расходами, например на чай и закуски. Возможно,
это свидетельствует о том, что, как и
предсказывала Падмая, люди стали лучше понимать свои цели.
С другой стороны, не было никаких признаков
радикальной трансформации. Мы не нашли
никаких свидетельств того, что женщины
почувствовали себя более уверенно, по крайней мере в
измеримых показателях. Например, они не стали больше
контролировать то, как домохозяйство расходует
свои деньги. Мы также не увидели никаких
различий в расходах на образование или
здравоохранение или в вероятности того, что дети будут
зачислены в частные школы. И даже в тех случаях, когда
наблюдалось заметное воздействие, как, например,
в случае нового бизнеса, эффект не был слишком
значительным. Доля семей, открывших новый
бизнес за 15 месяцев, выросла примерно с 5% до чуть
более 7% — это не пустяк, но и не революция.
294

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
Как экономисты, мы были вполне довольны
этими результатами —представлялось, что главная цель
микрофинансирования была достигнута. Оно не
создало чудес, но действовало. Необходимо провести
дополнительные исследования, чтобы убедиться,
что это не какая-то случайность; важно также
выяснить, как все сложится в долгосрочной
перспективе, но пока все идет хорошо. По нашему мнению,
микрокредитование заслужило свое законное место
в качестве одного из ключевых инструментов борьбы
с бедностью.
Интересно, что в средствах массовой информации
и блогосфере наши результаты были восприняты
совсем не так. Там упоминались лишь отрицательные
выводы, которые представлялись как доказательство
того, что микрофинансирование не выполняет свою
задачу. И хотя некоторые МФО приняли эти
результаты такими, какие они есть (прежде всего сама Пад-
мая Редди, которая сказала, что именно этого она
и ожидала, и профинансировала вторую волну
работы по изучению долгосрочных последствий),
крупные международные игроки в области
микрофинансирования решили перейти в наступление.
Вскоре после того, как наше исследование было
представлено публике, представители «большой
шестерки» крупнейших МФО (Unitus, ACCION
International, Foundation for International Community
Assistance [FINCA], Grameen Foundation,
Opportunity International и Women's World Banking)
организовали собрание в Вашингтоне. Они пригласили
нас принять участие, и туда отправился наш
коллега Икбал Дхаливал, думая, что там будут
обсуждать значение наших результатов. Вместо этого
оказалось, что вся большая шестерка хотела знать,
когда ожидаются результаты других
рандомизированных исследований воздействия микрофинанси-
295

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
рования, чтобы они смогли собрать свою
собственную «спасательную команду», которая могла бы дать
нам отпор (они, очевидно, были убеждены, что все
выводы исследования будут отрицательными).
Несколько недель спустя эта команда вступила в бой.
На выводы двух исследований (нашего и еще
одного, проведенного Дином Карланом и Джонатаном
Зинманом, с еще более благоприятными
результатами)13 представители МФО ответили шестью
историями об успешных заемщиках. За этим
последовала авторская колонка Бриджит Хелмс, генерального
директора Unitus, в газете Seattle Times, где просто
заявлялось: «Эти исследования создают неверное
представление, что расширение доступа к
основным финансовым услугам не приносит реальной
выгоды»14. Читать это было несколько
удивительно, поскольку наши данные скорее свидетельствуют
об обратном, то есть о том, что
микрофинансирование является полезным финансовым продуктом.
Но этого явно было недостаточно. Пойманные в
ловушку чрезмерных надежд, которые на них
возлагались десятилетиями, многие ведущие игроки в мире
микрофинансирования, по-видимому, предпочли
отрицание, вместо того чтобы подвести итоги,
перегруппироваться и признать, что
микрофинансирование — это лишь один инструмент из арсенала
борьбы с бедностью.
К счастью, по этому пути пошла не вся отрасль.
На конференции в Нью-Йорке осенью 20Ю года,
где были представлены аналогичные результаты,
13. Dean Karlan and Jonathan Zinman, "Expanding Microenterpri-
se Credit Access: Using Randomized Supply Decisions to
Estimate the Impacts in Manila," Yale, manuscript (2010).
14. Brigit Helms, "Microfinancing Changes Lives Around the World —
Measurably," Seattle Times, April 7, 2010.
296

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
все присутствующие согласились с тем, что
микрокредитование, как мы его знаем, имеет свои сильные
стороны и свои границы. Поэтому необходимо
выяснить, что еще микрофинансовые организации
могут сделать для своих клиентов.
Границы микрофинансирования
Почему микрокредитование не дает большего?
Почему больше семей не открывают новых предприятий,
учитывая, что теперь у них есть доступ к капиталу
по доступным ставкам? Отчасти ответ заключается
в том, что многие бедные люди не хотят или не
могут начать свое дело, даже если они могут брать
кредиты (почему это так—одна из центральных тем
главы g, посвященной предпринимательству). Гораздо
более загадочным является то, что, хотя в трущобах
Хайдарабада работало больше трех МФО, за
кредитами к ним обращались около четверти семей, в то
время как более половины брали кредиты у
ростовщиков по гораздо более высоким ставкам, и введение
микрокредитования почти не изменило эту долю.
Мы не претендуем на то, чтобы полностью
объяснить недостаточную популярность
микрокредитования, но, вероятно, она связана с теми
особенностями деятельности МФО, которые позволяют им
давать кредиты относительно дешево и
эффективно, а именно с их жесткими правилами и затратами
времени, которые они налагают на своих клиентов.
Прежде всего, жесткость и специфичность
стандартной модели микрокредитования приводят
к тому, что, поскольку члены группы несут
ответственность друг за друга, те женщины, которым
не нравится совать нос в чужие дела, не захотят
присоединиться к ним. Члены группы могут неохотно
297

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
принимать тех, кого они плохо знают, что должно
дискриминировать новичков. Совместная
ответственность работает против тех, кто хочет
рисковать, — как член группы вы всегда хотите, чтобы все
остальные члены группы вели себя как можно более
осторожно.
Погашение кредита еженедельными выплатами,
которые начинаются через неделю после его выдачи,
не слишком подходит тем людям, которые срочно
нуждаются в деньгах, но не уверены, когда смогут их
вернуть. МФО признают это и иногда делают
исключение для неотложных расходов на медицинскую
помощь, но срочные кредиты могут понадобиться
не только в таких случаях. Что, например, делать,
если вашему сыну неожиданно представилась
возможность пройти обучение, которое действительно
поможет ему в карьере, но за него следует заплатить
1 млн рупий (179 долларов США по ППС) к
следующему воскресенью? Скорее всего, вы займете эти
деньги у местного ростовщика, а затем станете
искать дополнительную работу, которая позволит вам
оплатить кредит. Микрокредит не даст вам такой
гибкости.
Данное требование может также
воспрепятствовать реализации тех проектов, которые способны
окупиться только через некоторое время,
поскольку оно предполагает наличие достаточного для
погашения запланированных платежей еженедельного
денежного потока. Рохини Панде и Эрика Филд
убедили одну индийскую МФО, базирующуюся в
Калькутте, Village Welfare Society, позволить случайно
выбранной группе клиентов начинать осуществлять
выплаты через два месяца после получения
кредита, а не через неделю. Когда они сравнили эту
группу с теми, для кого был сохранен стандартный
график погашения долга, то обнаружили, что участ-
298

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
ники группы с большей вероятностью начинали
более рискованный и крупный бизнес, например
приобретали швейные машинки, а не просто покупали
несколько сари для перепродажи15. Это позволяет
предположить, что в будущем они будут
зарабатывать больше денег. Однако, несмотря на то что
удовлетворенность клиентов очевидно выросла, МФО
решила вернуться к своей традиционной модели,
поскольку уровень неплатежей в новой группе
вырос на 8%, хотя и остался очень низким.
Из этих результатов можно сделать вывод о том,
что во многих отношениях акцент на «нулевых
неплатежах», который характеризует большинство
МФО, представляет собой излишне жесткое
требование для большинства потенциальных заемщиков.
В частности, существует явное противоречие между
духом микрокредитования и истинным
предпринимательством, которое обычно связано с
принятием рисков и, без сомнения, иногда терпит неудачу.
Существуют исследования, в которых
показывается, что американская модель, предполагающая
(по крайней мере, в прошлом) легкость банкротства,
которое не сопровождается значительной
стигматизацией (в отличие от европейской модели, в
частности), во многом способствует жизнеспособности
предпринимательской культуры. Напротив,
правила МФО предполагают неприятие провалов.
Правы ли МФО, настаивая на нулевой
неплатежеспособности? Смогут ли работать лучше как в со-
15. Erica Field and Rohini Pande, "Repayment Frequency and Default
in Microfinance: Evidence from India," Journal of the
European Economic Association 6 (2-3) (2008): 501-509; Erica Field,
Rohini Pande, and John Papp, "Does Microfinance
Repayment Flexibility Affect Entrepreneurial Behavior and Loan
Default?" Centre for Micro Finance Working Paper 34 (2009);
and Feigenberg et al., ibid.
299

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
циальном, так и коммерческом плане, если их
правила будут предполагать некоторую возможность
для невозвратов? Большинство лидеров сообщества
МФО твердо убеждены, что это не так и что
ослабление их бдительности в отношении
неплатежеспособности может иметь катастрофические последствия.
И они вполне могут быть совершенно правы. В
конце концов среда, в которой они работают,
характеризуется очень слабой правовой защитой в случае
отказа клиента от выплаты долга, что означает для них,
точно так же, как и для банков, необходимость
полагаться на медленную и скрипучую судебную
систему. Во многих отношениях их успех обусловлен
тем, что погашение кредитов основано на
имплицитном социальном контракте, согласно
которому погашение займов гарантируется сообществом,
а МФО продолжает предоставлять дополнительные
кредиты. Это постепенное укрепление доверия
может быть одной из причин, по которой многие МФО
постепенно отошли от формального требования
солидарной ответственности. И действительно, в
одном из исследований было обнаружено, что
выплаты кредитов не зависят от того, были ли заключены
с клиентами формальные договора о совместной
ответственности или нет, если только они
продолжали регулярно встречаться (а в другом
исследовании было показано, что если клиенты встречаются
не еженедельно, а ежемесячно, то социальные связи
в этой группе развиваются медленнее, что в
конечном итоге ведет к росту уровня неплатежей)16.
i6. Xavier Giné and Dean Karlan, "Group Versus Individual
Liability: A Field Experiment in the Philippines," World Bank Policy
Research Working Paper 4008 (2006); Xavier Giné and Dean
Karlan, "Group Versus Individual Liability: Long Term
Evidence from Philippine Microcredit Lending Groups,"
working paper (2010).
300

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
Вместе с тем социальное равновесие,
основанное на сочетании коллективной ответственности
и постоянных отношений, неизбежно является
несколько хрупким. Если долги возвращаются по двум
причинам — потому что их возвращают все и
потому что это дает возможность получить новый
кредит в будущем, — то погашение долгов будет
связано с тем, что клиенты думают о действиях других
клиентов и о будущем организации.
Действительно, если человек убежден, что все остальные близки
к банкротству, то он может предположить, что
организация вот-вот разорится, и поэтому перестанет
надеяться получить от нее средства в будущем. В
результате изменение убеждений может быстро
повлечь за собой эффект домино.
Именно это произошло с МФО Spandana в округе
Кришна штата Андхра-Прадеш, эпицентре
индийского движения микрофинансирования. Некоторые
чиновники и политики в этом округе были
заинтересованы в продвижении своей собственной МФО и
решили, что им нужно избавиться от конкуренции.
Внезапно, где-то в 2005 году, газеты на местном
языке (или, по некоторым данным, фальшивые газеты,
изготовленные так, чтобы выглядеть настоящими)
заполнились историями о Падмае Редди. В одних
сообщали, что она бежала в Америку, в других —
что она убила своего мужа. При этом
подразумевалось, что у Spandana нет будущего, а значит, нет
смысла возвращать займы этой компании. Мы
видели одну такую «газетную» страницу, где
утверждалось, что сама Падмая предложила клиентам
не возвращать займы, так как она уже заработала
достаточно денег и уходит из этого бизнеса.
Все это представляло собой мастерскую попытку
изменить убеждения именно так, чтобы подорвать
функционирование организации, то есть убедить
301

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
людей в том, что у этой МФО нет будущего, что
является самым простым способом породить волну
неплатежей и лишить ее будущего на самом деле.
Падмая была в отчаянии (хотя ее и смешила идея
о том, что ей придется бежать в Америку, чтобы
избежать выполнения своих обязательств, — в конце
концов, это ее деньги были у заемщиков, а не
наоборот), но полна решимости бороться. Она объездила
весь штат, посещая собрания в каждом маленьком
городке и большой деревне, где говорила: «Я все еще
здесь и никуда не собираюсь».
В результате данный конкретный кризис был
предотвращен. Но несколько месяцев спустя, в
марте 20о6 года, разразился новый «скандал», который
обнажил другое измерение хрупкости. На этот раз
Spandana и один из ее конкурентов, Share, были
обвинены в том, что они стали причиной
самоубийства нескольких фермеров. Согласно новой серии
статей в прессе, кредитные инспекторы этих МФО
побуждали своих клиентов брать слишком много
кредитов, а затем оказывали на них недозволенное
давление. Разумеется, МФО отвергли обвинения, но,
прежде чем могло быть принято какое-либо
решение, окружной комиссар Кришны
(административный глава округа) постановил, что возврат займов
Spandana или Share является... незаконным. В
течение нескольких дней почти все клиенты в Кришне
перестали платить. На момент кризиса
непогашенные долги клиентов Spandana в округе Кришна
составляли около 59° млн рупий (34>5 млн долларов
США по ППС), что равнялось 15% валового
кредитного портфеля Spandana во всей Индии в 20о6 году.
Руководители ряда МФО обратились к
руководству комиссара, и его приказ быстро отменили,
но ущерб уже был нанесен. Люди возвращают
займы, потому что их возвращают другие люди, а когда
3°2

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
они перестают это делать, процесс очень трудно
запустить заново. Год спустя 70% непогашенных
кредитов еще не были выплачены. После этого
сотрудники Spandana объехали все деревни, где были их
клиенты, и предложили им новые кредиты, если
они только вернут старые (без дополнительных
процентов). В некоторых деревнях это предложение
сработало, и половину непогашенных кредитов удалось
вернуть. При этом, очевидно, было побуждение
действовать так же, как и другие17. В одних деревнях
займы вернули все, а в других —не вернул никто, даже
те, кому осталось для получения нового кредита
несколько платежей. Даже среди тех, кому, чтобы
получить новый кредит, оставалось сделать всего один
платеж (то есть заплатить около 150 рупий, чтобы
получить еще 8ооо рупий, которые можно было бы
либо вернуть, либо даже прикарманить, снова
нарушив свои обязательства), не было погашено четверть
займов. Такие неплательщики, как правило,
являлись членами тех групп, в которых не платил никто.
Кредитный кризис в Кришне повторился, хотя
и без очевидного политического вмешательства,
в Карнатаке в 20о8 году и Ориссе в 2009 году, что
привело к банкротству KAS. Клиенты этой крупной
микрофинансовой организации перестали
возвращать ей займы, когда она потеряла доступ к
ликвидности и не смогла выдавать новые кредиты.
Кризис осени 20Ю года в Андхра-Прадеш являлся
практически полным повторением кризиса 20о6 года,
но в большем масштабе. Тогда снова самоубийства
фермеров стали использоваться политиками как
повод для атаки на МФО, а выплаты по кредитам
практически прекратились после вмешательства прави-
17- Emily Breza, "Peer Pressure and Loan Repayment: Evidence
from a Natural Experiment," working paper (2010).
ЗОЗ

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
тельства. Это привело некоторые из крупнейших
микрофинансовых организаций (SKS, Spandana и Share)
на грань банкротства. Все эти эпизоды говорят о том,
что сосредоточенность МФО на управлении
убеждениями своих клиентов, возможно, оправданна, а
поэтому приоритет, отдаваемый платежной
дисциплине перед всем остальным, имеет смысл. Открытие
двери для неплатежеспособности, даже в качестве
способа стимулировать принятие необходимых
рисков, может привести к распаду социального
контракта, который позволяет МФО поддерживать низкий
уровень неплатежей и низкие процентные ставки.
Необходимость уделять особое внимание
платежной дисциплине приводит к тому, что
микрофинансирование не является естественным или лучшим
способом финансирования тех предпринимателей,
которые хотят выйти за рамки микропредприятий.
Очень многим успешным предпринимателям в
Кремниевой долине и других местах приходилось терпеть
неудачу. Модель микрофинансирования, как мы
видели, просто не приспособлена для того, чтобы
предоставить значительные суммы денег тем, кто может
потерпеть неудачу. Это не случайность и не связано
с какими-либо недостатками в организации
микрокредитования. Это неизбежный внешний эффект тех
правил, которые позволили МФО кредитовать
большое количество бедных людей под низкие проценты.
Более того, микрокредитование также не
является эффективным способом обнаружения
предпринимателей, способных к созданию крупного
бизнеса. Микрокредитование всячески стимулирует
своих клиентов действовать осторожно, и поэтому
оно не слишком подходит для того, чтобы выявить
склонных к риску людей. Разумеется, всегда
можно найти противоположные примеры —каждое
микрофинансовое агентство хвастается на своем веб-
304

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
сайте, как помогло магазину у дома превратиться
в розничную сеть, но таких примеров очень мало.
Размер среднего займа, предоставляемого Spandana,
начинается всего с 7000 рупий (320 долларов США
по ППС) в первом цикле и возрастает до юооо
рупий (460 долларов США по ППС) через три года,
кредиты выше 15000 рупий (686 долларов США по ППС)
практически не выдаются. Grameen Bank,
проработав более зо лет, по-прежнему выдает по большей
части очень маленькие кредиты.
Как финансировать
более крупные фирмы?
Можно было бы предположить, что тот факт, что
микрокредитование не предназначено для более
крупных заемщиков, не имеет значения. Как мы уже
видели, кредитные ограничения, скорее всего, будут
гораздо более жесткими для очень бедных
заемщиков, чем для несколько более богатых. Иными
словами, это можно представить как естественный процесс
обучения заемщика—начните с заимствования в МФО,
развивайте свой бизнес, а затем переходите в банк.
К сожалению, не похоже, что более
устоявшимся предприятиям намного легче получить кредит.
В частности, они рискуют оказаться слишком
большими для традиционных ростовщиков и
микрофинансовых агентств, но слишком маленькими для
банков. Летом 20Ю года Мяо Лей был преуспевающим
бизнесменом из города Ханчжоу, Китай. Инженер
по образованию, он занимался созданием
компьютерных систем для различных местных фирм. Проблема
заключалась в том, что сначала он должен был
покупать аппаратное и программное обеспечение, а
платили ему только после того, как он настроит систе-
305

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
му. Никто не стал бы его кредитовать. Однажды ему
представился шанс заключить особенно выгодный
контракт, но было ясно, что для этого потребуется
больше наличных, чем у него было на руках. Однако
искушение было слишком велико, поэтому он
решился рискнуть. Ему очень запомнились дни, когда его
фирма выиграла контракт и он бегал повсюду,
чтобы попытаться собрать деньги, но ничего не
получалось. Невыполнение контракта означало конец его
карьеры. Отчаявшись, он повысил ставки. На торги
был выставлен еще один контракт, от
государственной компании, и он знал, что если выиграет
контракт, то получит аванс, который сможет
использовать для финансирования работ по первому
контракту. Затем, возможно, он смог бы использовать оплату
по первому контракту, чтобы выполнить второй. Он
решился на очень рискованную ставку и даже был
готов потерять немного денег, только бы выиграть
контракт. Он до сих пор помнит тот вечер, когда ждал
ответа, приняли ли его предложение. Он отправил
сотрудников домой пораньше и часами расхаживал
по пустому кабинету. В конце концов его заявка
выиграла, и каким-то образом все получилось. Деньги
потекли рекой, а банкиры с предложением кредитов
последовали за ними (как только его доходы
перевалили за 20 млн юаней, банкиры сами начали делать
ему предложения). К тому времени, когда мы с ним
познакомились, у него было четыре разных бизнеса.
Мяо Лей, у которого было хорошее образование
и разумная бизнес-модель, должен был рискнуть,
чтобы его бизнес выжил. Нараян Мурти и Нандан
Нилекани, несмотря на дипломы
ультрапрестижного Индийского технологического института,
не смогли получить кредит для открытия фирмы
Infosys, так как у них не было активов, которые банк
мог бы принять в качестве обеспечения такого зай-
3°б

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
ма. Сегодня Infosys является одной из крупнейших
в мире компаний по разработке программного
обеспечения. Вполне вероятно, что существует
множество людей, которые, в отличие от Мяо Лея, Нарая-
на Мурти и Нандана Нилекани, не смогли добиться
успеха, так как не получили необходимое
финансирование в нужное время.
Даже те предприятия, которым удалось начать
свою деятельность, выжить и вырасти до
определенного размера, не могут избежать ограничений в
доступе к капиталу. Город Тирупур, Южная Индия,
является индийской столицей футболок (там
производится 70% индийского трикотажа). Фирмы,
работающие в этом регионе, имеют международную
репутацию—покупатели со всего мира приезжают туда,
чтобы разместить крупные заказы на производство
своих коллекций. Естественно, что Тирупур
привлекает талантливых текстильных предпринимателей
со всей Индии. Кроме того, там много местных
предпринимателей, отпрысков богатых фермерских
семейств (принадлежащих к кастовому сообществу га-
ундер). Аутсайдеры, что неудивительно, являются
экспертами в этой области бизнеса. Фирмы,
которыми они управляют, гораздо более эффективны, чем
те, которые основали местные. Для любого уровня
капитала они производят и экспортируют больше.
Что еще более удивительно, так это то, что средняя
фирма, принадлежащая гаундеру, начинает с
примерно в три раза большим капиталом, чем те,
которые основаны аутсайдерами18. Но вместо того, чтобы
кредитовать приезжих специалистов в области
текстильного производства, богатые гаундеры организу-
i8. Abhijit Banerjee and Kaivan Munshi, "How Efficiently Is
Capital Allocated? Evidence from the Knitted Garment Industry
in Tirupur," Review of Economic Studies 71 (2004): 19-42.
ЗО7

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ют собственные предприятия, хотя у них совсем нет
опыта в этой сфере. Почему же они это делают? Или,
если уж на то пошло, почему банки не вмешиваются
и не помогают аутсайдерам создавать более крупный
бизнес? Ответ заключается в том, что даже
достаточно крупные текстильные фирмы (средняя фирма,
принадлежащая аутсайдеру, имеет капитал в
размере 2,9 млн рупий, или 347 °°° долларов США по ППС)
подвержены проблемам, которые мы описывали
ранее. Гаундеры основывают свои собственные фирмы,
потому что они доверяют своему сообществу, а в
отношении аутсайдеров такого доверия нет.
Признавая эту проблему, развивающиеся страны
пытались изменить законодательство, чтобы
заставить банки кредитовать подобные несколько более
крупные предприятия. В Индии действует
регулирование «приоритетного сектора», которое
обязывает банки предоставлять 40% своих кредитных
портфелей приоритетному сектору, куда входит сельское
хозяйство, микрофинансирование, а также малые
и средние предприятия. В приоритетный сектор
могут входить достаточно крупные фирмы (так,
крупнейшие фирмы, соответствующие необходимым
требованиям, превышают по своим размерам %%
индийских фирм). Совершенно очевидно, что эти
фирмы способны продуктивно инвестировать
полученные средства. Когда в 1998 году приоритетный
сектор был расширен и в него вошли несколько более
крупные фирмы, то последние эффективно
воспользовались своими новыми возможностями.
Увеличение кредитов на ю% привело к росту их прибылей
на 9% после погашения кредитов19. Это фантастическая
ig. Abhijit Banerjee and Esther Duflo, "Do Firms Want to Borrow
More? Testing Credit Constraints Using a Directed Lending
Program," working paper (2004).
308

МУЖЧИНЫ ИЗ КАБУЛА И ЕВНУХИ ИЗ ИНДИИ
доходность. Однако в настоящее время существует
тенденция к устранению подобного
принудительного кредитования, отчасти потому, что банки
жалуются на его затратность и рискованность.
Вместе с тем существуют люди, которые пытаются
найти перспективные новые предприятия и
финансировать их. Мяо Лэй, бизнесмен из Китая, делает
именно это, возможно исходя из своего собственного
опыта. Он покупает доли в перспективных молодых
компаниях. Но мы далеки от возникновения
эквивалента революции микрофинансирования для
малых и средних фирм, так как никто еще не придумал
способ прибыльного и масштабного осуществления
подобного кредитования. Изменения деловой
среды, такие как улучшение работы судов, вполне
могут оказать положительное воздействие. Например,
введение в Индии процедур ускоренных судебных
разбирательств привело к гораздо более быстрому
взысканию кредитов, увеличению объема займов
и снижению процентных ставок. Однако это также
не является волшебным средством. Когда были
введены суды по взысканию долгов, кредитование
более крупных фирм увеличилось, но кредитование
более мелких фирм фактически сократилось20. Это,
по-видимому, объясняется тем, что банковские
служащие сочли относительно более выгодным
кредитовать более крупные фирмы, когда банки получили
уверенность, что они смогут вернуть деньги по
заложенным этими фирмами активам.
В конечном счете эта проблема обусловливается
структурой банков. Поскольку они по своей приро-
2о. Dilip Mookherjee, Sujata Visaria, and Ulf von Lilien fei d-Toal,
"The Distributive Impact of Reforms in Credit Enforcement:
Evidence from Indian Debt Recovery Tribunals," BREAD
Working Paper 254 (2010).
3°9

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
де являются крупными организациями, им трудно
обеспечить стимулы для своих сотрудников, чтобы
они проверяли фирмы, следили за проектами и
осуществляли выгодные инвестиции. Например, если
банки решат наказывать своих сотрудников за
невозврат кредитов (что в определенной мере они и
должны делать), то эти сотрудники начнут искать
абсолютно безопасные проекты, которые вряд ли будут
предлагаться небольшими неизвестными фирмами.
Будущие Мяо Лэй или Нараян Мурти вполне могут
не получить финансирования.
Движение микрофинансирования
продемонстрировало, что вопреки всем трудностям существует
возможность кредитования бедных. Хотя та степень,
в которой займы МФО преобразовали жизнь бедных,
может дискутироваться, тот простой факт, что
микрофинансирование достигло таких масштабов,
представляет собой примечательное достижение.
Существует очень мало других ориентированных
на бедных программ, которые смогли охватить так
много людей. Вместе с тем сама структура
микрофинансирования, являющаяся источником ее
успеха в кредитовании бедных, такова, что мы не
можем рассчитывать, что оно станет отправной точкой
для создания и финансирования более крупных
предприятий. Поиск путей кредитования средних
предприятий представляет серьезную проблему
финансовых систем развивающихся стран, и эта
проблема все еще не получила решения.

ГЛАВА 8
Накопление по кирпичику
ПРАКТИЧЕСКИ в любой развивающейся
стране поездка из городского центра в менее
благополучные пригороды поражает
количеством недостроенных домов. Есть дома с четырьмя
стенами, но без крыши; дома с крышей, но без окон;
недостроенные дома без одной или двух стен; дома
с торчащими из крыш стропилами, со стенами,
которые начали красить, но так и не закончили.
Однако ни бетономешалок, ни каменщиков поблизости
не видно. Работа по строительству большинства этих
домов замерла много месяцев назад. Для некоторых
новых районов города Танжер в Марокко это
настолько свойственно, что на общем фоне
выделяются только законченные и свежевыкрашенные дома.
Если вы спросите у их хозяев, почему дома не
достраиваются, то обычно они ответят просто —это их
способ накопления. Знакомая нам история. Когда дед
Абхиджита получал дополнительный доход, он
пристраивал к своему дому еще одну комнату. Именно
так, постепенно, по комнате за раз, и был построен
тот дом, где до сих пор живет его семья. Менее
обеспеченные люди не могут позволить себе пристройку
целой комнаты. Семья Абхиджита пользовалась
услугами шофера, который периодически просил отгул,
а затем покупал мешок цемента, мешок песка, поддон
кирпичей и использовал предоставленный ему
выходной, чтобы построить часть стены. Его дом
строился много лет, по юо кирпичей за один раз.
3"

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
На первый взгляд, недостроенные дома не
кажутся самым привлекательным инструментом
накопления. Нельзя жить в доме без крыши, наполовину
построенный дом может обрушиться во время дождей,
а если до окончания строительства дома
потребуются деньги на чрезвычайные расходы и его придется
продать незавершенным, то может оказаться, что
такой недострой стоит меньше тех денег, которые
были потрачены на кирпичи. По всем этим
причинам было бы более практично откладывать наличные
деньги (скажем, на банковский счет), пока не
накопится достаточная сумма, а затем за один раз
построить по крайней мере целую комнату с крышей.
Если бедные продолжают накапливать по
кирпичику, то это должно объясняться тем, что у них нет
лучшего способа сбережений. Может быть, причина
в том, что банки не нашли способа собирать
сбережения бедных и своего часа ожидает «революция
микросбережений»? Или существует другой, пока не
известный нам фактор, который делает
недостроенный дом привлекательной инвестицией? И стоит ли
удивляться необычайному терпению людей, часто
живущих менее чем на 99 центов в день, которые
годами лишают себя некоторых маленьких радостей
жизни, чтобы достроить свои дома? Или удивления
заслуживает тот факт, что, располагая
единственным способом получить собственный дом —строить
его по кирпичику, —бедные не пытаются экономить
больше, чтобы завершить строительство быстрее?
Почему бедные не сберегают больше
Учитывая, что бедные имеют ограниченный доступ
к кредиту и страхованию для финансирования своих
предприятий и преодоления рисков, не должны ли
312

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
они пытаться экономить как можно больше?
Сбережения могли бы стать их резервом на случай
неурожая или болезни, а также предоставить возможность
открыть новый бизнес.
В этот момент обычно возникает следующее
сомнение: «Как же бедные смогут делать сбережения,
ведь у них нет денег?» Подобная реакция разумна
только на первый взгляд — бедные должны копить,
потому что у них, как и у всех, есть настоящее и
будущее. Сегодня у них мало денег, но можно также
ожидать, если только ночью они не найдут сокровище,
что и завтра у них будет мало денег. На самом деле
у них должно быть больше оснований для
накопления, чем у богатых, если есть хоть какая-то
вероятность, что в будущем небольшой буфер сможет
защитить их от катастрофы. Например, такая финансовая
подушка позволила бы бедным семьям из
индийского округа Удайпур не сокращать расходы на еду,
когда заканчиваются деньги, что, по их словам,
делает их чрезвычайно несчастными. Аналогичным
образом, когда рыночные торговцы в Кении заболевают
малярией, их семьям приходится тратить на оплату
лекарств часть оборотного капитала, что
затрудняет возвращение к работе после выздоровления, так
как теперь им почти нечего продавать. Разве не
могли бы они избежать всего этого, если бы у них было
немного денег, чтобы заплатить за лекарства?
В Викторианскую эпоху было распространено
представление, что бедняки именно таковы
—слишком нетерпеливы и неспособны думать достаточно
далеко вперед. Поэтому считалось, что
единственный способ удержать бедняков от лени
заключается в том, чтобы угрожать им крайними
страданиями, если они отклонятся от прямого и узкого
пути. С этой целью были созданы кошмарные
работные дома (где содержались неимущие) и долговые
3*3

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
тюрьмы, так прекрасно описанные Чарльзом
Диккенсом. Подобный взгляд на бедных как на людей,
обладающих принципиальным отличием, чья
врожденная склонность к недальновидному поведению
и стала причиной их бедности, в различных
формах сохранялся много лет. Версию этих
представлений мы наблюдаем и сегодня у критиков
микрофинансовых организаций, которые обвиняют МФО
в том, что они наживаются на расточительности
бедных. Совсем в другом ключе Гэри Беккер,
лауреат Нобелевской премии и основоположник
современной экономики семьи, утверждал в своей статье
1997 г°Да> чт0 обладание богатством побуждает
людей вкладывать деньги в то, чтобы стать более
терпеливыми, а отсюда следует, что бедность
(постоянно) делает людей более нетерпеливыми1.
Одно из величайших достоинств современного
движения энтузиастов микрокредитования и
активистов, признающих наличие зарождающегося
капиталиста внутри каждого бедного мужчины и
женщины, заключается в том, что оно преодолевает это
представление о бедных как о беззаботных или
совершенно некомпетентных людях. В главе 6,
посвященной риску и страхованию, мы видели, что на
самом деле бедные постоянно беспокоятся о будущем
(особенно о надвигающихся катастрофах) и
принимают всевозможные хитроумные или дорогостоящие
превентивные меры, чтобы ограничить свои риски.
Такую же изобретательность бедные люди
проявляют и когда управляют своими финансами. Они
редко располагают счетом в официальном
сберегательном учреждении. Согласно нашему набору данных
1. Gary Becker and Casey Mulligan, "The Endogenous
Determination of Time Preference," Quarterly Journal of Economics 112 (3)
(1997): 729~758.
SU

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
по i8 странам, в медианной стране (Индонезия)
официальные сберегательные счета имеют у%
бедных в сельской местности и 8% — в городах. В
Бразилии, Панаме и Перу таких бедных менее 1%. Но тем
не менее они осуществляют накопления. Стюарт
Резерфорд, основавший в Бангладеш
микрофинансовую организацию SafeSave, которая
специализируется на предоставлении бедным возможности
сберегать, в своих двух замечательных книгах, «Бедные
и их деньги» и «Портфолио бедных», рассказывает
о том, как бедные делают накопления2. Эти книги
основаны на исследовании, в ходе которого 250
бедным семьям из Бангладеш, Индии и Южной
Африки каждые две недели в течение целого года
задавали вопросы об их финансовых операциях. Один
из главных выводов состоит в том, что бедные люди
находят много хитроумных способов делать
сбережения. Они объединяются в сберегательные
«клубы», члены которых помогают друг другу
накапливать. В некоторых частях Индии, а также во многих
других странах популярны группы самопомощи —
сберегательные клубы, которые также
предоставляют ссуды своим членам из накопленных сбережений
группы. В Африке наиболее популярным
инструментом являются взаимные ссудо-сберегательные
ассоциации, в англоязычной Африке их называют
«каруселями», а во франкоязычной —«тонтинами».
Такие ассоциации организуют регулярные собрания,
на которых вкладывают одинаковые суммы в общий
2. Stuart Rutherford, The Poor and Their Money: Microfinance from
a Twenty-First-Century Consumer's Perspective (New York:
Oxford University Press, 2001); Daryl Collins, Jonathan Mor-
duch, Stuart Rutherford, and Orlanda Ruthven, Portfolios
of the Poor: How the World's Poor Live on $2 a Day (Princeton
and Oxford: Princeton University Press, 2009).
3*5

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
котел, деньги из которого поочередно
предоставляются каждому члену ассоциации. В число
других сберегательных инструментов входят обращение
к сборщикам вкладов, собирающих и помещающих
деньги в банки, депонирование сбережений у
местных ростовщиков, передача их «хранителям денег»
(знакомым, которые принимают небольшие суммы
денег за маленькую плату или бесплатно), а также
уже знакомое нам постепенное строительство домов.
Аналогичные институты существуют и в
Соединенных Штатах, главным образом в недавно
образовавшихся иммигрантских общинах.
Дженнифер Аума, рыночная торговка из
маленького города Бумала на западе Кении,
воплощает в себе эту изощренность. Аума продает
кукурузу, сорго и бобы. Когда мы разговаривали с ней, она
умело сортировала бобы: красные —на одну
сторону, а белые — на другую. Ко времени нашего
знакомства она состояла в не менее чем шести взаимных
ссудо-сберегательных ассоциациях. В одну из них
она вносила юоо кенийских шиллингов (17,5
доллара США по ППС) в месяц, а в другую — 580
шиллингов дважды в месяц (500 — в общий котел, 50 —
за сахар для чая, который является важной частью
церемонии, и 30 —в фонд взаимопомощи). В еще
одну ассоциацию ее вклад составлял 500
шиллингов в месяц, а также 200 шиллингов
дополнительных сбережений. Кроме того, она состояла в
еженедельной ассоциации (150 шиллингов), в ассоциации,
встречи которой проходили три раза в неделю
(50 шиллингов), а также в ежедневной ассоциации
(20 шиллингов). По ее объяснению, каждую
ассоциацию она использовала для своей особой цели.
Маленькие были предназначены для аренды (это было
до того, как она построила дом), большие —для
долгосрочных проектов (таких, как домашний ремонт)
316

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
или для оплаты школьных сборов. Аума видела
много преимуществ ссудо-сберегательных ассоциаций
по сравнению с традиционными сберегательными
счетами —у них нет комиссий, можно делать
небольшие вклады, а доступ к накопленным суммам она
получала быстрее, чем если бы откладывала те же
суммы каждую неделю. Кроме того, собрания
ассоциаций также были хорошим местом, чтобы
попросить совета.
Однако финансовое портфолио Аума не
ограничивалось шестью взаимными ссудо-сберегательных
ассоциациями. В начале мая 2009 года (примерно
за два месяца до нашего знакомства) она
использовала полученные на собрании одной из
ассоциаций деньги на покупку партии кукурузы
стоимостью бооо шиллингов (105 долларов США по ППС).
Она также была членом деревенского
сберегательного банка, где у нее был счет, хотя в настоящее время
почти пустой, так как на деньги со счета она купила
несколько паев этого банка стоимостью 12 000
шиллингов (210 долларов США по ППС). Наряду с
другими паями, которые у нее уже были (каждый пай
дает право на заем в банке в размере 4 шиллингов),
это позволило ей взять кредит в 70000
шиллингов (1222 доллара США по ППС) и построить себе
дом. У нее также были небольшие тайники с
деньгами, спрятанные в разных частях ее дома, для
расходов на небольшие чрезвычайные ситуации, такие
как проблемы со здоровьем, хотя, как она
заметила, иногда деньги, отложенные на медицину,
тратились, чтобы накормить гостей. Кроме того, ей были
должны самые разные люди, в число которых
входили клиенты, задолжавшие 1200 шиллингов, а также
бывший член группы солидарной ответственности
из деревенского сберегательного банка. Он не
справился с возвратом банку кредита в боооо шил-
317

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
лингов, поэтому покрыть его должны были
члены группы, а несостоятельный должник постепенно
возвращал им деньги.
Будучи рыночной торговкой и замужем за
фермером, Дженнифер Аума, вероятно, жила гораздо
меньше, чем на 2 доллара в день. И все же она
распоряжалась целым набором тонко настроенных
финансовых инструментов. С подобной финансовой
изобретательностью мы встречались снова и снова.
Вместе с тем вся изобретательность, применяемая
бедными в процессе накопления, может быть
просто симптомом того, что у них нет доступа к более
традиционным и простым альтернативам. Банки
не любят заниматься небольшими счетами, в
основном из-за административных расходов на их
ведение. По обоснованным причинам, принимающие
депозиты учреждения подвергаются жесткому
регулированию—правительства опасаются, что
операторы-однодневки станут скрываться со сбережениями
вкладчиков. Однако это означает, что управление
каждым счетом требует от банковских служащих
заполнения некоторого количества документов, и это
быстро может стать слишком обременительным —
сравнительно с теми деньгами, которые банк
может рассчитывать заработать на крошечных счетах
бедных. Дженнифер Аума объяснила нам, что ее
счет в деревенском сберегательном банке не
подходит для накопления маленьких сумм,
поскольку плата за снятие слишком высока. Эта
комиссия составляла 30 шиллингов при снятии менее
500 шиллингов, 50 шиллингов при снятии от 500
до юоо шиллингов и юо шиллингов— для более
крупных сумм. Благодаря подобным
административным сборам большинство бедных могут не
желать открывать банковский счет, даже если имеют
такую возможность.
318

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
Тот факт, что бедные вынуждены компенсировать
отсутствие доступа к обычным банковским счетам
разработкой сложных и дорогостоящих
альтернативных стратегий накопления, может также
означать, что они экономят меньше, чем если бы у них
были банковские счета. Чтобы выяснить, так ли это,
Паскалин Дюпас и Джонатан Робинсон заплатили
за открытие сберегательного счета в местном
деревенском банке для случайной выборки
владельцев малого бизнеса (водителей велосипедных такси,
рыночных торговцев, плотников и тому подобных)
из Бумала. У банка был офис на главной рыночной
площади, где все эти люди вели свои дела. На
счетах не начислялось никаких процентов. Вместо
этого банк взимал плату за каждое снятие средств3.
Среди мужчин лишь немногие стали
пользоваться предложенными им счетами, зато среди женщин
около двух третей внесли деньги по крайней мере
один раз. В конце эксперимента оказалось, что эти
женщины, по сравнению с теми аналогичными
женщинами, которым не предлагалось открытие счета,
стали больше сберегать, больше вкладывать в свой
бизнес, а также проявлять меньшую склонность
тратить свой оборотный капитал при болезни.
Через шесть месяцев они смогли каждый день покупать
в среднем на ю% больше еды для себя и своей семьи.
Хотя бедные действительно находят изощренные
способы откладывать деньги, результаты
исследования Дюпас и Робинсона показывают, что их
положение улучшится, если открытие банковских счетов
будет сопровождаться меньшими затратами. В пе-
3- Pascaline Dupas and Jonathan Robinson, "Saving Constraints
and Microenterprise Development: Evidence from a Field
Experiment in Kenya," NBER Working Paper 14693, revised
November 2010.
З19

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
риод проведения исследования открытие каждого
счета стоило 45° кенийских шиллингов, при этом
те участники эксперимента, которые стали
пользоваться своими счетами, в среднем разместили на них
около 5000 шиллингов. Это означает, что, если бы
комиссия не была оплачена Дюпас и Робинсоном,
бедные клиенты должны были бы заплатить за
привилегию иметь счет «налог» почти в ю% от вклада,
не считая сборов за снятие средств. К этому мы
должны добавить расходы бедных на посещение офиса
банка, который, как правило, расположен в центре
города, вдали от того места, где они обычно живут.
Затраты банков на управление небольшими суммами
сбережений должны значительно снизиться, прежде
чем сберегательные счета для бедных станут
экономически оправданными.
Популярные в Индии и других местах группы
самопомощи представляют один из способов
сокращения издержек. В основе этих групп —идея о том,
что если их члены объединят свои сбережения и
станут координировать снятие средств и движение
по вкладам, то общие суммы на счетах будут
больше, а банки будут рады их принимать. Свою роль
также могут сыграть технологии. В Кении
платежная система M-PESA позволяет ее пользователям
размещать деньги на депозите, связанном с мобильным
телефоном, а затем использовать мобильный
телефон, чтобы переводить деньги другим людям и
осуществлять платежи. Кто-то вроде Дженнифер Аума,
например, чтобы пополнить свой счет, должен
внести наличные в одном из многочисленных
продуктовых магазинов, который является агентом M-PESA.
Затем она может отправить текстовое сообщение
своему двоюродному брату в Ламу, который,
предъявив его местному агенту M-PESA, получит деньги.
Как только он получит наличные, деньги будут спи-
320

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
саны со счета Дженнифер Аума. Если же M-PESA
будет связана с банками, то люди через местного
агента этой платежной системы смогут пополнять свои
сберегательные счета и снимать с них деньги без
необходимости посещать банк.
Разумеется, никакая технология не устранит
необходимости регулирования банковских счетов.
Однако частично проблема связана с тем, что в
соответствии с действующим законодательством,
как правило, работать с деньгами вкладчиков
имеют право только высокооплачиваемые банковские
служащие. Возможно, в этом нет необходимости.
Вместо этого депозиты для банков могли бы
принимать местные лавочники. Права вкладчика
может защитить закон, обязывающий банки учитывать
квитанции, выданные принявшим деньги
владельцем магазина. Добиться же того, чтобы лавочник
не убежал с деньгами, станет проблемой банка. Если
банк готов пойти на такой риск, — а многие банки
были бы рады, —то почему это должно заботить
регулятора? В последние годы это понимание растет,
и в ряде стран были приняты новые законы,
разрешающие подобный вид депозитов (в Индии,
например, это Закон о корреспондентском банкинге).
В результате это может революционизировать весь
бизнес сбережений.
В настоящее время на международном уровне
предпринимаются значительные усилия, возглавляемые,
в частности, Фондом Билла и Мелинды Гейтс,
которые направлены на расширение доступа бедных
к сберегательным счетам. Микросбережение
готово стать следующей микрофинансовой революцией.
Но является ли отсутствие доступа к официальным
сберегательным счетам единственной проблемой?
Должны ли мы сосредоточиться исключитель-
321

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
но на том, чтобы сделать процесс накопления
легким и безопасным? Результаты исследования Дю-
пас и Робинсона говорят о том, что одного этого
недостаточно. Прежде всего, беспокоит то, что
большинство мужчин не стали использовать
предоставленные им бесплатно счета. Многие женщины тоже
ими не пользовались или пользовались очень мало.
40% женщин не сделали ни одного вклада, и менее
половины сделали больше одного, многие из тех,
кто начали пользоваться счетом, через некоторое
время прекратили. По данным другого
исследования, проведенного в кенийском городе Бусиа4,
только 25% супружеских пар, каждой из которых
бесплатно предложили до трех счетов (по одному
на каждого взрослого члена семьи и совместный
счет), внесли хоть какие-то деньги на любой из этих
счетов. Данный показатель вырос лишь до 31% среди
тех, кто также получил бесплатную дебетовую
карту, которая сделала проще и дешевле снятие средств
со счетов и их пополнение. Сберегательные счета
явно помогают некоторым людям. Однако их
отсутствие—не единственное, что мешает бедным
осуществлять накопления.
В предыдущей главе мы уже рассматривали
другой пример, в котором у людей была выгодная
возможность экономить, но они ею не пользовались —
это продавцы фруктов из Ченнаи, которые
занимали около юоо рупий (45>75 доллара США по ППС)
каждое утро по ставке 4>^9% в День. Предположим,
что эти продавцы решили бы пить меньше на две
чашки чая в течение трех дней. Это сэкономило бы
им 5 рупий в день, которые можно было бы исполь-
4- Simone Schaner, "Cost and Convenience: The Impact of ATM
Card Provision on Formal Savings Account Use in Kenya,"
working paper (2010).
322

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
зовать, чтобы сократить занимаемую сумму.
Уменьшив таким образом потребление чая, после первого
дня им пришлось бы занимать на 5 рупий меньше.
Это означает, что в конце второго дня они
должны были бы вернуть на 5>23 рупии меньше (5
рупий, которые они не занимали, плюс 23 пайса
процентов), что, если добавить к 5 рупиям, которые
они сэкономили на второй день, снова выпив
меньше чая, позволило бы им занять на 10,23 рупии
меньше. Соответственно, к четвертому дню у них будет
15,71 рупии, которые они смогут не занимать, а
использовать для покупки фруктов. Предположим
теперь, что они снова начинают пить привычные две
чашки чая, но продолжают вкладывать в свой бизнес
сэкономленные за три дня без чая 15,71 рупии (то есть
занимать меньше). Эта накопленная сумма
продолжит расти (точно так же, как ю рупий превратились
в 10,71 через два дня), и ровно через 90 дней они
полностью освободятся от необходимости занимать.
В результате они сэкономят 40 рупий в день, что
эквивалентно примерно половине их дневного
заработка. И все это по цене шести чашек чая !
Таким образом, может показаться, что продавцы
фруктов буквально сидят под денежным деревом.
Почему же они не трясут его? Насколько
соответствует описанная ситуация тому сложному
финансовому планированию, которое мы описали на
примере Дженнифер Аума?
Психология сбережения
Понимание того, как люди думают о будущем,
может помочь разрешить эти очевидные
противоречия. Андрей Шлейфер, вероятно, лучший
представитель теории о том, что многие люди иногда делают
323

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
глупости (он придумал или, по крайней мере,
популяризировал термин «шумовые трейдеры»
(noise traders) для характеристики поведения наивных
биржевых трейдеров, которых безжалостно
эксплуатируют их опытные коллеги). Вернувшись из Кении,
Шлейфер поделился с нами своими наблюдениями.
Он заметил, что женские монастыри там
управляют богатыми и полными жизни фермами, которые
намного превосходят фермы их соседей. Монахини
применяют удобрения и гибридные семена. Почему,
спросил он нас, обычные фермеры не делают того
же? Возможно, это признак того, что они гораздо
более нетерпеливы (монашеский образ жизни,
вероятно, склоняет к терпению, потому что награды в
основном ожидаются в загробной жизни)?
Шлейфер наткнулся на то, что долгое время было
для нас загадкой. В ходе исследования,
проводившегося несколько лет, Майкл Кремер, Джонатан
Робинсон и Эстер обнаружили, что только около 40%
фермеров в регионе Бусиа на западе Кении (недалеко
от Саури, деревни, где Джеффри Сакс и
Анджелина Джоли познакомились с Кеннеди, молодым
фермером, который начал применять удобрения только
после того, как они были предоставлены ему в
рамках их проекта) когда-либо использовали удобрения,
и только 25% применяли их в любой данный год5.
Консервативные оценки, основанные на
предложении случайно отобранной группе фермеров
бесплатного удобрения для применения на небольшой части
5- Esther Duflo, Michael Kremer, and Jonathan Robinson, "Why
Don't Farmers Use Fertilizer? Experimental Evidence from
Kenya," unpublished (2007); and Esther Duflo, Michael Kre-
mer, and Jonathan Robinson, "How High Are Rates of Return
to Fertilizer? Evidence from Field Experiments in Kenya,"
American Economic Review 98 (2) (2008): 482-488.
З24

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
их полей, а затем сравнении урожая на этом участке
с урожаем на аналогичном участке земли,
принадлежащем тому же фермеру, предполагают, что средняя
годовая отдача от использования удобрений
превышает 70%, то есть на i доллар, потраченный на
удобрения, средний фермер получает дополнительный
урожай кукурузы стоимостью 1,7 доллара. Конечно,
эта доходность далека от той, которую могут
получить продавцы фруктов, но все же она стоит того,
чтобы попробовать немного накопить на покупку
удобрений. Почему же они не предпринимают таких
усилий? Причина может заключаться в том, что
фермерам точно неизвестно, как использовать
удобрения. Или они могут недооценивать возможную
доходность. Вместе с тем, если бы это было правдой,
то удобрения должны были бы с огромным
энтузиазмом использовать в последующие сезоны по крайней
мере те фермеры, которым их предложили
бесплатно (и продемонстрировали, как лучше их
использовать), что дало высокую отдачу. В действительности,
как установили Эстер, Кремер и Робинсон,
фермеры, которым дали удобрения бесплатно в один сезон,
в другом в среднем стали использовать удобрения
на ю процентных пунктов чаще. Но это все равно
означает, что большинство из них вернулись к
ведению своего хозяйства без удобрений. Не то чтобы
их не впечатлило то, что они увидели, —
подавляющее большинство фермеров заявили, что они
увидели пользу удобрений и обязательно станут их
применять в будущем.
Когда мы спросили некоторых фермеров, почему
на самом деле они не стали применять удобрения,
большинство ответили, что, когда пришло время
посева, у них не оказалось достаточно денег, чтобы
купить их. Удивляет то, что удобрения можно
покупать (и использовать) в небольших количествах,
325

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
то есть они представляют инвестиционную
возможность, которая кажется легко доступной фермерам
даже с небольшой суммой сбережений. Отсюда
следует, что проблема здесь снова заключается в том,
что фермеры испытывают трудности с
накоплением даже очень небольших сумм в период от сбора
урожая до посева. Как объяснили нам Майкл и Анна
Модимба, супружеская пара, которая
выращивает кукурузу недалеко от Будаленги в Западной
Кении, экономить очень трудно. В последний
посевной период они использовали удобрения на своих
полях, но не в предыдущий, потому что тогда у них
не было денег для их покупки. Когда хранишь
сбережения дома, объясняли они, всегда возникают
поводы для расходов, от которых трудно отказаться
(кто-то болен, кому-то нужна одежда, гость должен
быть накормлен и так далее).
Другой фермер, которого мы встретили в тот же
день, Уиклифф Отьено, нашел способ решить эту
проблему. Он всегда принимал решение о покупке
удобрений сразу после сбора урожая. Если этого
урожая хватало, чтобы оплатить учебу и прокормить
семью, он немедленно продавал его и на вырученные
деньги покупал гибридные семена, а если оставались
деньги, то и удобрения. Семена и удобрения он
хранил до следующего посевного сезона. Он объяснил
нам, что всегда покупает удобрения заранее, потому
что, как и семья Модимба, хорошо знает, что
хранящиеся дома деньги будут потрачены. «Когда в доме
есть деньги, всегда что-то происходит, — сказал он,—
и деньги исчезают».
Мы спросили Отьено, что он делает, когда
удобрения уже куплены (но еще не использованы), а в его
семье кто-то заболел. Не возникает ли у него
искушения перепродать их себе в убыток? Отьено
ответил, что у него никогда не возникала мысль о необ-
326

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
ходимости продать удобрения. Вместо этого, когда
у него не было денег, он склонялся к переоценке
истинной срочности любой нужды. Если же за что-то
действительно нужно было заплатить, он забивал
курицу или немного больше работал водителем
велосипедного такси (работа, которую он выполнял
на стороне, когда не был слишком занят сельским
хозяйством). Хотя они никогда не покупали
удобрения заранее, Модимбы придерживались того же
мнения. Если возникнет проблема, а у них не
окажется денег (скажем, потому что они купили
удобрения), они бы что-нибудь придумали — например,
можно одолжить у друзей, чтобы отложить
проблему, но они не стали бы перепродавать
удобрения. По их мнению, им бы пошло на пользу, если бы
они были вынуждены искать альтернативное
решение вместо того, чтобы тратить имеющиеся дома
наличные деньги.
Поэтому, чтобы помочь таким людям, как семья
Модимба, Эстер, Кремер и Робинсон разработали
программу Savings and Fertilizer Initiative (SAFl).
Сразу после сбора урожая — когда у фермеров есть
деньги на руках —в рамках этой программы им
предоставляется возможность приобрести ваучер, дающий
право на получение удобрений во время посева6.
Программу стала реализовывать ICS Africa —
работающая в данной местности НПО. Удобрения
продавались по рыночной цене, но сотрудники ICS
Africa продавали фермерам ваучеры у них дома, а также
доставляли на их фермы удобрения в условленное
время. Программа увеличила долю применявших
6. Esther Duflo, Michael Kremer, and Jonathan Robinson, "Nudging
Farmers to Use Fertilizer: Theory and Experimental
Evidence," forthcoming in American Economic Review, NB ER Working
Paper W15131 (2009).
З27

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
удобрения фермеров не менее чем на 50%. Если
рассматривать в перспективе, то эффект от этой
программы выше, чем эффект от 50%-го снижения цен
на удобрения. Как и предсказывали Майкл и Анна
Модимба, а также Уиклифф Отьено, фермеры
стали с удовольствием покупать удобрения, которые
в нужное время доставляли к их дому.
Но это не объясняло, почему фермеры не
покупали удобрения заранее самостоятельно.
Подавляющее большинство приобретавших ваучеры
фермеров просили немедленную доставку, а затем
хранили удобрения и использовали их позже.
Другими словами, как и сказал нам Уиклифф Отьено,
они не собирались перепродавать имевшиеся у них
удобрения. Но если они действительно понимали
необходимость удобрений, то почему не покупали
их самостоятельно? Мы спросили у Майкла и Анны
Модимба. Они ответили, что удобрения не всегда
присутствуют в продаже сразу после сбора урожая,
так как продавцы получают их позднее,
непосредственно перед началом посевного сезона. Как сказал
Майкл Модимба: «Когда у нас есть деньги —у них
нет удобрений. Когда у них есть удобрения —у нас
нет денег». Для Уиклиффа Отьено это не было
такой уж проблемой — поскольку работа на
велосипедном такси постоянно приводила его в город, он мог
регулярно проверять, не поступили ли удобрения
в магазины, а затем покупать их там, где они
продавались. Но для таких фермеров, как семья
Модимба, которые жили примерно в часе ходьбы от
рыночного городка и имели мало причин его посещать,
проверка наличия удобрений в магазинах
представляла более трудную задачу. Именно это небольшое
неудобство —необходимость отслеживания поставок
удобрений (попросить друга проверить, позвонить
в магазин) — сдерживало их сберегательную актив-
328

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
ность, а затем и производительность. Наше
вмешательство всего лишь устранило это незначительное
узкое место.
Сбережения и самоконтроль
Опыт индийских продавцов фруктов и кенийских
фермеров свидетельствует о том, что многие люди
не справляются с задачей сделать накопления даже
тогда, когда у них есть такая возможность.
Отсюда следует, что не все барьеры для сберегательной
активности навязываются извне. Частично
проблема обусловлена человеческой психологией.
Большинство из нас могут припомнить, как в детстве
мы пытались объяснить разгневанному родителю,
что мы просто сидели рядом с банкой печенья, а
печенье каким-то образом исчезло. Мы знали, что
поедание печенья будет означать неприятности, но
искушение было слишком сильным.
Когда мы в главе з обсуждали профилактику
заболеваний, то уже говорили о том, что человеческий
мозг воспринимает настоящее и будущее
совершенно по-разному. По сути, нам кажется, что мы
представляем то, как должны действовать в будущем,
но зачастую это представление противоречит тому,
как мы действуем сегодня и как на самом деле будем
действовать в будущем. Одна из форм, которую
принимает эта «временная несогласованность»,
заключается в том, чтобы тратить сейчас, планируя при этом
экономить в будущем. Другими словами, мы
надеемся, что наше «завтрашнее я» будет более терпеливым,
чем к этому готово наше «сегодняшнее я».
Другим проявлением временной
несогласованности является приобретение того, что нам хочется
сегодня (алкоголь, сладкая или жирная пища,
бесполезные побрякушки), планируя завтра тратить
деньги более ответственно (на школьные сборы, про-
329

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
тивомоскитные сетки, ремонт крыши). Другими
словами, с гордостью и удовольствием воображая,
как мы потратим в будущем свои деньги, в
настоящем мы иногда поступаем совсем иначе. Осознание
того, что завтра мы снова выпьем слишком много,
не доставляет большинству из нас никакого
удовольствия — более того, оно, скорее всего, делает нас
несчастными, — но, когда наступает завтрашний день,
многие из нас не могут устоять перед соблазном.
В этом смысле алкоголь для многих людей является
своего рода «искусительным благом», тем товаром,
потребление которого вызывается сиюминутным
искушением, но не дает нам ожидаемого удовольствия.
Напротив, телевизор, скорее всего, не является
искусительным благом, поскольку многие бедные люди
планируют его покупку заранее и копят для этого
деньги многие месяцы и даже годы.
Для того чтобы выяснить, существует ли у таких
дизъюнкций при принятии решений
физиологическая основа, было предпринято совместное
экспериментальное исследование группы экономистов,
психологов и нейробиологов7. Используя подарочные
карты с датировкой времени, исследователи
предоставляли участникам эксперимента возможность
выбора различных наград, которые можно было
получить в разные моменты времени. В результате
каждый участник должен был принять ряд решений.
Например, получить 20 долларов сейчас или 30
долларов через две недели (настоящее против будущего),
получить 20 долларов через две недели или 30
долларов через четыре недели (будущее против более
7-Samuel M.McClure, David I. Laibson, George Loewenstein,
and Jonathan D.Cohen, "Separate Neural Systems Value
Immediate and Delayed Monetary Rewards," Science 306 (5695)
(2004): 421-423-
ЗЗО

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
отдаленного будущего) или получить 20 долларов
через четыре недели или 30 долларов через шесть
недель (более отдаленное будущее против еще
более отдаленного будущего). Особенность
эксперимента заключалась в том, что при принятии этих
решений у его участников снимали функциональную
МРТ и исследователи могли увидеть, какие зоны их
мозга были активированы. Было обнаружено, что
части мозга, соответствующие лимбической системе
(считалось, что они реагируют только на более
висцеральные, непосредственные вознаграждения),
активируются только тогда, когда решение включает
сравнение вознаграждения сегодня с
вознаграждением в будущем. Напротив, латеральная префронталь-
ная кора (более «расчетливая» часть мозга)
реагировала с одинаковой интенсивностью на все решения,
независимо от предлагаемых вариантов.
Подобная работа мозга приводит к
возникновению множества благих намерений, которым никогда
не суждено осуществиться. Действительно, каждый
человек может привести множество примеров —
от даваемых себе новогодних обещаний до
покупки абонемента в спортивный зал, который потом
никогда не используется. Однако многие люди,
такие как семья Модимба или Уиклифф Отьено,
очевидно, полностью осознают существование
подобной непоследовательности. Именно для того, чтобы
обойти ее, они стремятся заморозить свои деньги
в виде удобрений. Как представляется, они также
считают, что некоторые из «чрезвычайных
ситуаций», с которыми им приходилось сталкиваться,
на самом деле были своего рода искушением,
потому что в тот момент было легче потратить деньги,
а не попытаться «отложить проблему» (фраза
Майкла Модимба), или остаться дома, а не отправляться
за дополнительным заработком.
331

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Однажды мы прямо спросили у обитателей
трущоб Хайдарабада, есть ли какие-либо товары,
траты на которые они бы хотели сократить. Они с
готовностью назвали чай, закуски, алкоголь и табак.
И действительно, из того, что они нам рассказали,
и из собранных нами данных стало ясно, что
значительная часть их бюджетов в конечном итоге
тратилась именно на эти статьи. Наличие подобного
осознания проблемы стало очевидным и тогда, когда
Эстер, Кремер и Робинсон попросили группу
участников кенийской программы SAFI заранее выбрать
день, когда они придут продавать ваучеры.
Большая часть попросила их прийти пораньше. Фермеры
знали, что сразу после сбора урожая у них появятся
деньги, но что они скоро исчезнут.
Учитывая наличие осознания проблемы,
неудивительно, что многие способы сбережения бедных,
очевидно, предназначены не только для того, чтобы
защитить деньги от других, но и для того, чтобы
защитить их от самих себя. Например, если вы
хотите достичь определенной цели (купить корову,
холодильник, крышу), то для этого отлично подходит
членство в той взаимной ссудо-сберегательной
ассоциации, размер общего котла которой
соответствует необходимой для запланированной покупки
сумме. Присоединившись к этой ассоциации, вы станете
регулярно делать определенный взнос, а когда
наступит ваша очередь на получение всего котла, то у вас
окажется достаточно денег, чтобы купить ту вещь,
которую вы с нетерпением ждали, и вы можете
сделать это прямо сейчас, прежде чем деньги ускользнут
из ваших пальцев. Строительство дома по
кирпичику может быть еще одним способом сосредоточить
ваши сбережения на достижении конкретной цели.
Действительно, если недостаток самоконтроля
достаточно серьезен, то стоит даже заплатить тому,
332

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
кто заставить нас экономить. Например, мы
могли бы предпочесть рисковать тем, что раствор на
наших недавно построенных стенах может быть смыт
дождем, чтобы нам не пришлось держать наличные
деньги под рукой и рисковать тем, что мы могли бы,
просто по прихоти, потратить их на устройство
вечеринки. Больше того, в некоторых несколько
парадоксальных ситуациях клиенты МФО могут брать
кредиты, чтобы делать сбережения. Одна
женщина, с которой мы познакомились в трущобах
Хайдарабада, рассказала нам, что она заняла юооо
рупий (621 доллар США по ППС) у Spandana и сразу же
положила вырученные деньги на сберегательный
счет. В результате за кредит она платила Spandana
24% годовых, а по своему сберегательному счету
получала около 4%- Когда мы попросили объяснить
эти действия, она рассказала, что ее дочь, которой
сейчас i6, должна выйти замуж примерно через два
года, и юооо рупий положат начало ее
приданому. Когда же мы спросили ее, почему вместо выплат
по кредиту она не стала непосредственно
еженедельно откладывать деньги на сберегательный счет, она
объяснила, что это просто невозможно, поскольку
постоянно появляются новые расходы.
Все же нас продолжала несколько беспокоить
странность этого необычного сберегательного плана,
и мы продолжили задавать вопросы. Это
привлекло группу других женщин, которых явно
позабавило наше невежество. Разве нам неизвестно, что это
совершенно нормально? Суть, как мы в конце
концов выяснили, заключается в том, что обязательство
осуществлять платежи по кредиту Spandana, которое
хорошо соблюдается, налагает дисциплину, с
которой заемщики самостоятельно могут не справиться.
Вместе с тем очевидно, что люди не должны
платить 20 и более процентов в год, чтобы осуществлять
333

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
сбережения. Разработка финансовых продуктов,
которые разделяли бы присущие контрактам
микрофинансирования обязательства, но без сопутствующих
им процентных ставок, несомненно, может оказать
большую помощь многим людям. Группа
исследователей объединилась с банком, который работает
с бедными людьми на Филиппинах, чтобы
разработать такой продукт8—новый вид сберегательного
счета, который был бы привязан к собственным целям
каждого клиента. В качестве такой цели может
выступать определенная сумма (клиент обязуется не
снимать средства до тех пор, пока сумма не будет
достигнута) или дата (клиент обязуется хранить
деньги на счете до этой даты). Клиент может выбрать тип
обязательства и конкретную цель, но затем он уже
не вправе ее нарушить, а банк обеспечивает
выполнение этой цели. Процентная ставка при этом не выше,
чем по обычным счетам. В ходе эксперимента
подобные счета были предложены случайно отобранным
бедным клиентам банка, при этом на предложение
откликнулся примерно каждый четвертый. Из них
чуть более двух третей в качестве цели выбрали дату,
а оставшаяся треть—сумму. Через год остатки на
сберегательных счетах тех, кому было предложено
открытие счета, в среднем на 8i% превышали
остатки на счетах сопоставимой группы людей, которым
не было сделано предложение, и это учитывая то,
что фактически счет был открыт только одним из
четырех клиентов, которым было сделано предложение.
Кроме того, эффект также мог быть преуменьшен тем
фактом, что при наличии обязательства не снимать
8. Nava Ashraf, Dean Karlan, and Wesley Yin, "Tying Odysseus
to the Mast: Evidence from a Commitment Savings
Product in the Philippines," Quarterly Journal of Economics 121 (2)
(2006): 635-672.
334

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
деньги отсутствовали силы, которые могли бы
подтолкнуть клиента осуществлять накопления, и
многие открытые счета практически не использовались.
Тем не менее большинство людей предпочли
отказаться от открытия такого счета. Их явно
беспокоило отсутствие возможности снимать с него деньги
до достижения цели. Дюпас и Робинсон столкнулись
с той же проблемой в Кении, где многие люди не
использовали предложенные им счета, некоторые —
потому, что комиссия за снятие денег была слишком
высока и они не хотели замораживать на этих
счетах свои деньги. Это подчеркивает интересный
парадокс—существуют способы обойти проблемы
самоконтроля, но применение этих способов обычно
требует первоначального акта самоконтроля. Паскалин
Дюпас и Джонатан Робинсон прекрасно
продемонстрировали это в другом исследовании рыночных
продавцов из города Бумала в Кении9. Они
заметили, что многие малые предприятия теряют
продажи, когда их владелец (или кто-то из его семьи)
заболевает и вынужден покупать лекарства. Поэтому
они стали думать о том, как помочь людям выделить
часть своих сбережений специально для таких
непредвиденных обстоятельств или для покупки
профилактических медицинских продуктов (таких,
как хлор или противомоскитная сетка). Они
обратились к членам различных взаимных
ссудо-сберегательных ассоциаций и предложили им сейфы,
которые можно было бы специально использовать
для хранения сбережений на непредвиденные
расходы на медицину. При этом некоторым людям
(случайным образом отобранным) давали ключ от сейфа,
9- Pascaline Dupas and Jonathan Robinson, "Savings Constraints
and Preventive Health Investments in Kenya," UCLA (2010),
mimeo.
335

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
а другим — нет, ключ в этом случае хранился у
полевого сотрудника НПО, который приходил и
открывал сейф при возникновении проблем со здоровьем.
Подобные «ящики здоровья» должны были
позволить людям больше тратить на профилактику
заболеваний. Но, к удивлению Дюпас и Робинсона,
запертые сейфы не сработали, так как там почти не
оставляли денег. Люди сообщали, что не пользуются ими
или используют их только для очень небольших
сумм, опасаясь, что им понадобятся деньги для
чего-то другого и они не смогут получить к ним доступ.
Таким образом, осознание наших проблем не
обязательно ведет к их решению. Оно может просто
означать, что мы прекрасно способны предвидеть
свои неудачи.
Бедность и логика самоконтроля
Поскольку самоконтроль трудно купить,
осознающие эту проблему индивиды при принятии решений
предпринимают другие защитные действия против
возможности будущего соблазна. Очевидная
стратегия состоит в том, чтобы не копить слишком много,
потому что мы знаем, что завтра просто растратим
деньги впустую. Почему бы не поддаться
искушению сегодня, если, скорее всего, мы поддадимся ему
завтра? Подобная извращенная логика искушения
одинаково действует на богатых и бедных, но есть
веские причины, по которым последствия могут
быть гораздо серьезнее для бедных, чем для богатых.
Как правило, соблазн является выражением
висцеральных потребностей (в число которых входят
такие вещи, как секс, сахар, жирная пища, сигареты,
не обязательно в этом порядке). В этом случае
богатым гораздо легче оказаться в той точке, где они уже
336

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
насытили свое «соблазненное я». Принимая
решения о сбережениях, они могут исходить из того,
что любые откладываемые на будущее
дополнительные деньги будут использованы на долгосрочные
цели. Поэтому если в качестве архетипа искуситель-
ного блага мы выберем сладкий чай, как в случае
женщин из Хайдарабада, то воздействие данного
искушения на богатых окажется слабым — не потому,
что оно их не соблазнит, а потому, что они уже
могут позволить себе так много чая (или других
заменителей чая), что им не нужно беспокоиться о том,
что их с трудом заработанные сбережения будут
растрачены на дополнительные чашки чая.
Данный эффект усиливается тем фактом, что
многие товары, которые бедные действительно
хотели бы иметь, такие как холодильник, велосипед —
или поступление ребенка в хорошую школу,
—относительно дороги. Поэтому, когда в руках у бедных
оказывается немного денег, им очень легко
поддаться искушению («Ты никогда не сможешь накопить
на холодильник, — станет настаивать голос в
голове,—лучше выпей еще одну чашку чая»). В
результате возникает замкнутый круг — сбережения менее
привлекательны для бедных, поскольку
желаемые ими цели, как правило, очень для них далеки,
при этом им известно, что на пути к цели будет
много соблазнов. Проблема в том, что отсутствие
сбережений мешает им выбраться из бедности10.
Существует и другая причина, которая
затрудняет самоконтроль для бедных. Принятие решений
о том, какими именно должны быть сбережения,
10. Abhijit Banerjec and Sendhil Mullainathan, "The Shape of
Temptation: Implications for the Economic Lives of the Poor," MIT
(April 2010), mimeo.
337

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
одинаково сложно для всех, богатых и бедных. Эти
решения требуют обдумывания будущего (а многих
бедных зачастую ожидает неприятное будущее),
тщательного определения ряда непредвиденных
обстоятельств, переговоров с супругом или детьми.
Однако чем богаче мы становимся, тем в большей степени
такие решения принимаются за нас. Наемные
работники с постоянной занятостью выплачивают
социальные страховые взносы, а их работодатели часто
дополняют эти взносы вкладами в частные
пенсионные фонды. Если они захотят сберегать больше,
то решение нужно будет принять только один раз,
и деньги станут автоматически списываться с их
банковских счетов. Бедные не имеют доступа ни к
одному из этих инструментов. Даже сберегательные
счета, которые, как предполагается, облегчают им
достижение цели, все же требуют активных действий
по внесению денег. Чтобы иметь возможность
сберегать каждую неделю или каждый месяц, они должны
преодолевать проблемы самоконтроля снова и
снова. Проблема в том, что самоконтроль подобен
мышце—он устает по мере того, как мы его
используем, и поэтому неудивительно, что сберегать бедным
труднее11. Это усугубляется тем фактом (мы
обсуждали его в главе 6, посвященной риску), что бедные
живут в условиях значительного стресса, а вызван-
п. См. например: Kathleen D. Vohs and Ronald J. Faber, "Spent
Resources: Self-Regulatory Resource Availability Affects
Impulse Buying," Journal of Consumer Research 33 (March 2007):
537-548. В одном эксперименте, описанном в этой
статье, студентам было предложено несколько минут
записывать свои мысли и не думать о белом медведе. Получив
в конце эксперимента ю долларов, которые они могли
сохранить или потратить их на небольшой ассортимент
продуктов, эти студенты тратили гораздо больше денег,
чем те, от которых не требовалось не думать о медведях.
338

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
ный стрессом кортизол заставляет их принимать
более импульсивные решения. Таким образом,
бедным приходится выполнять более тяжелую работу
при меньшем объеме ресурсов.
Обе названные причины заставляют нас
предположить, что богатые сберегают большую часть своих
текущих чистых активов, то есть богатства плюс
доход. А поскольку сегодняшние накопления
являются одним из компонентов завтрашних чистых
активов, то это приводит к возникновению S-образного
отношения между чистыми активами сегодня и
чистыми активами завтра. Бедные сберегают
относительно мало, и поэтому их будущие ресурсы должны
быть невелики. Вместе с тем, когда люди
становятся богаче, они начинают накапливать большую часть
своих ресурсов, а это означает, что в будущем у них
будет относительно больше ресурсов, чем у бедных.
Наконец, когда люди становятся достаточно
состоятельными, у них исчезает необходимость
откладывать значительную часть своего богатства, чтобы
удовлетворить свои будущие устремления, в
отличие от представителей среднего класса (для
которых это может быть единственным способом,
например, купить дом).
Мы действительно наблюдаем в реальном мире
это S-образное отношение между стоимостью
чистых активов сегодня и в будущем. На рис. i показана
взаимосвязь между ресурсами, которыми
располагали таиландские домохозяйства в 1999 Г°ДУ> и тем>
что они имели 5 лет спустя12. Изображенная на ри-
12. Характеристику собранных Таунсендом в Таиланде
данных, а также подробное описание принятых при их
анализе допущений см. в: Krislert Samphantharak and Robert
Townsend, Households as Corporate Firms: Constructing Financi-
339

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
s*
s
S
s
a,
2
о
vg
12
10 H
6 8 10 12
Чистое богатство в 1999 году (по логарифмической шкале)
рис. 1. Богатство в 1999 Г°ДУ и богатство
в 2005 году, Таиланд
сунке кривая имеет плоскую, вытянутую S-образную
форму (следует признать, что мы делаем
некоторое допущение, приписывая ей S-образную форму).
Люди, которые богаче сегодня (больше ресурсов),
в среднем богаче завтра, что, конечно,
неудивительно. Гораздо важнее, что эта кривая, довольно пло-
al Statements from Integrated Household Surveys, Cambridge
University Press Econometric Society Monograph No. 46 (2010).
Мы определяем ресурсы домашних хозяйств как средние
чистые активы, находящиеся на их балансе. Чистые
активы включают все сбережения, капитал и активы
домашних хозяйств за вычетом заимствований.
340

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
екая на очень низких уровнях ресурсов, затем
резко взмывает вверх, прежде чем снова происходит ее
сглаживание.
Как мы уже видели ранее, S-образная форма
кривой создает ловушку бедности. Те, кто начинает чуть
левее точки, где кривая богатства касается линии
с наклоном в 45 градусов, не перейдут за эту точку,
так как не смогут сделать необходимые для этого
накопления—они в ловушке. С другой стороны, те, кто
находится справа от этой точки, Р, сберегают
больше, чем им необходимо, чтобы оставаться на месте,
поэтому они становятся богаче. Это иллюстрирует,
что бедные остаются бедными, потому что не могут
сделать необходимых сбережений.
Как выбраться из ловушки
Сберегательное поведение в решающей степени
зависит от ожиданий людей в отношении будущего.
Бедные люди, которые чувствуют, что у них будут
возможности реализовать свои устремления, будут
иметь веские причины сократить свое
«легкомысленное» потребление и инвестировать в это
будущее. Те же, кто считает, что им нечего терять,
напротив, склонны принимать отражающие это отчаяние
решения. Это может объяснить не только различия
между богатыми и бедными, но и различия между
различными бедными людьми.
Хорошей иллюстрацией являются продавцы
фруктов. Дин Карлан и Сендхил Муллайнатан
полностью погасили кредиты случайной подгруппы
этих торговцев (в Индии и на Филиппинах)13. После
этого многим из них на некоторое время удавалось
оставаться свободными от долгов. Например, на Фи-
13- Dean Karlan and Sendhil Mullainathan, "Debt Cycles," work
in progress (2011).
З41

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
липпинах у 40% торговцев еще не было новых долгов
через ю недель. Так что у этих продавцов фруктов,
похоже, достаточно терпения, чтобы какое-то
время не залезать в долги. Вместе с тем в конечном
итоге снова должны оказались почти все. Обычно
причиной этого был тот или иной шок (болезнь,
чрезвычайная необходимость), который толкал их обратно
в долги, и, как только это случалось, они не могли
выбраться самостоятельно. Асимметрия между
способностью оставаться свободным от долгов и
неспособностью выбраться из долгов демонстрирует роль
затрудняющего самодисциплину разочарования.
Напротив, оптимизм и надежда способны все
изменить. Надежда может быть самой простой, в этой
роли способна выступить хотя бы уверенность в том,
что вы сможете купить телевизор, покупку
которого вы так давно предвкушаете. Когда мы работали
над оценкой микрофинансовой программы
Spandana, Падмая Редди однажды взяла нас с собой на
встречу с клиентами из трущоб Гунтура, родины
организации. Около половины одиннадцатого утра мы
вышли на небольшой пустырь в трущобах, где собралось
около дюжины женщин. Когда Падмая, которую они,
очевидно, хорошо знали, спросила их, что они
задумали, они захихикали. Был неловкий момент, когда
мы могли видеть, как женщины подталкивают друг
друга локтями, но потом все выяснилось —они
приготовили чай. Падмая присоединилась к смеху
женщин, но затем, все еще улыбаясь, произнесла краткую
речь о том, как они могли бы улучшить свое будущее,
сократив потребление чая и закусок.
Большинство микрокредитных организаций
не одобряют заимствования для покупки
потребительских товаров — некоторые действительно
прилагают много усилий, чтобы убедиться, что их
деньги тратятся только на те или иные доходные активы.
342

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
Напротив, Падмая счастлива, когда ее клиенты
используют деньги для реализации своих
долгосрочных целей. Она считает, что размышления о
долгосрочных целях и привычка идти на краткосрочные
жертвы ради достижения этих целей являются
первыми шагами к освобождению от одного из самых
неприятных аспектов бедности.
Именно из-за того, что Падмая настаивала
на пагубных последствиях бессмысленных
чаепитий, мы, как рассказывалось выше, в ходе оценки
программы Spandana стали спрашивать женщин,
на что они хотели бы тратить меньше денег. Когда
мы начали исследование, Падмая уверенно
предсказала, что как только люди узнают, что есть
способ превратить их чайные деньги в вещи, которые
действительно важны для них, у них не будет
проблем с сокращением этих «расточительных
расходов». Мы не видели смысла напоминать ей, что это
диаметрально противоречит высказываемому
многими людьми мнению, согласно которому самое
худшее в легком кредитовании бедных
заключается именно в том, что оно слишком легко позволяет
им потакать своим сиюминутным прихотям. Однако
именно об этом мы думали, когда начали
анализировать данные, полученные примерно через
полтора года после первого раунда займов. Мы напрасно
беспокоились. Падмая, как она сама часто
говорит, действительно знает, что думают ее клиенты.
Как мы видели в главе j о кредите, одним из
наиболее очевидных последствий получения доступа
к микрокредитованию стало сокращение
потребления именно тех товаров, от которых эти женщины
хотели бы отказаться, —чая, закусок, сигарет,
алкоголя. Общие ежемесячные расходы на данные
товары снизились примерно на юо рупий (5 долларов
США по ППС) на семью у тех, кто взял в МФО до-
343

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
полнительный заем, или примерно на 85% от того,
что тратит средняя семья. Само по себе сокращение
такого рода расходов могло бы покрыть около одной
десятой ежемесячной выплаты по кредиту в
размере юооо рупий (450 долларов США по ППС) с 20%-й
ставкой. Позже мы обнаружили очень похожие
результаты и в отношении клиентов МФО Al Amana
в сельской местности Марокко — они сократили
затраты на нужды общения (а некоторые из них и все
расходы) и стали накапливать сбережения14.
Микрокредитование, разумеется, является лишь
одним из многих способов, с помощью которых мы
можем помочь бедным задуматься о таком будущем,
в котором некоторые из их долгосрочных целей
могут стать достижимыми. Лучшее образование для их
детей, вероятно, будет иметь тот же эффект. Так же,
как и стабильная и надежная работа, — к этой теме
мы вернемся в следующей главе. Или
страхование от болезней или погодных катаклизмов, чтобы
они не беспокоились о том, что те небольшие
запасы, которые им удастся накопить, могут быть
просто уничтожены. Или даже социальные гарантии,
то есть минимальная поддержка дохода, на которую
люди будут иметь право, если их доход упадет ниже
определенного уровня, что освободит их от
необходимости беспокоиться о поиске денег для
выживания. Чувство безопасности, которое могло бы быть
обеспечено любым из этих способов, поощрило бы
14. Abhijit Banerjee, Esther Duflo, Rachel Glennerster, and
Cynthia Kinnan, "The Miracle of Microfinance?," MIT,
manuscript (2010). Bruno Crépon, Florencia Devoto, Esther Duflo,
and William Parienté, "Evaluation d'impact du microcrédit en
zone rural: Enseignement d'une expérimentation randomisée
au Maroc," MIT, mimeo.
344

НАКОПЛЕНИЕ ПО КИРПИЧИКУ
бедных к накоплению по двум причинам —создавая
ощущение, что будущее несет в себе обещания, а
также снижая уровень стресса, который напрямую
препятствует способности принимать решения.
Более важный аспект проблемы связан с тем,
что немного надежды и некоторого успокоения
и комфорта могут стать мощным стимулом. У
достаточно обеспеченных людей жизнь безопасна и
структурирована целями, к достижению которых можно
с определенной уверенностью стремиться (новый
диван, плоский телевизор с диагональю 50 дюймов,
еще одна машина), а также институтами,
призванными помочь им в этом (сберегательные счета,
пенсионные программы, ипотечные кредиты). Поэтому
таким людям легко вообразить, подобно викториан-
цам, что мотивация и дисциплина являются их
врожденными свойствами. В результате всегда
возникает беспокойство о чрезмерной снисходительности
к ленивым беднякам. Тем не менее мы утверждаем,
что по большей части проблема заключается в
обратном: слишком трудно оставаться
мотивированным, когда все, что вы хотите, кажется невероятно
далеким. Возможно, если подвинуть желанные
блага поближе, то именно это побудит бедных
устремиться к ним.

ГЛАВА 9
Предприниматели поневоле
МНОГО лет назад нашим попутчиком в
самолете оказался один индийский бизнесмен,
который рассказал нам историю о том,
как его дядя преподнес ему урок истинного
предпринимательства, когда он в середине i97°"x годов
вернулся в Индию после учебы на степень МВА в
Соединенных Штатах. Однажды ранним утром дядя отвел
этого молодого тогда бизнесмена к Бомбейской
фондовой бирже (город Мумбаи в то время еще
назывался Бомбеем). Но вместо того, чтобы зайти в
современный небоскреб, где располагалась биржа, дядя
обратил его внимание на четырех женщин, которые
сидели на тротуаре напротив входа. Начинающий
бизнесмен и его дядя стали наблюдать за ними. В
основном эти женщины ничего не делали. Но иногда,
когда уличное движение останавливалось, они
вставали, соскребали что-то с дороги, складывали это
в пластиковые пакеты и возвращались на место.
После того, как это повторилось несколько раз, дядя
спросил его, понимает ли он их бизнес-модель. Тот
признался, что сбит с толку. Тогда дядя объяснил.
Каждое утро перед рассветом эти женщины
отправлялись на морской пляж, где собирали мокрый
песок. Затем, перед началом оживленного движения,
они равномерно рассыпали песок на проезжей
части, чтобы его высушил жар от колес проезжавших
машин. Все, что им оставалось делать, это время
от времени соскребать верхний слой песка, теперь
346

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
уже сухой. К 9 или ю часам у них было достаточно
сухого песка, который они относили в свои трущобы
и продавали в маленьких свертках из выброшенных
газет. Местные женщины использовали сухой песок
для мытья посуды. Дядя считал, что это и есть
настоящее предпринимательство,— если у тебя очень
мало денег, используй свою изобретательность,
чтобы создать что-то из ничего.
Женщины из трущоб, сумевшие добывать себе
пропитание буквально с колес бомбейской
коммерции, олицетворяют невероятный дух
инноваций и предпринимательства, который часто
демонстрируют бедные. Мы легко можем заполнить эту
книгу историями креативности и жизнестойкости
владельцев микропредприятий. Подобные
образы стали мощной мотивацией для
развивающегося в последнее время движения
микрофинансирования и «социального бизнеса», которое исходит
из предпосылки, что бедные являются
прирожденными предпринимателями, и мы можем искоренить
бедность, создав необходимую среду и предоставив
им немного помощи в начале работы. По словам
Джона Хэтча, генерального директора FINCA,
одной из крупнейших микрофинансовых
организаций в мире: «Дайте бедным общинам возможности
и убирайтесь с дороги».
Тем не менее в некоторых, возможно,
неожиданных случаях бедные не начинают катиться по той
дороге, с которой вы убрались. С 2007 года мы
сотрудничаем с Al Amana, одной из крупнейших МФО
Марокко, чтобы оценить влияние доступа к
микрокредитованию на те сельские общины, которые
ранее были полностью исключены из официальных
финансовых источников. Примерно через два года
стало понятно, что у Al Amana не так много клиентов
в деревнях, как ожидалось. Несмотря на отсутствие
347

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
альтернатив, интерес к кредиту проявляли менее
шестой части имеющих на него право семей. Чтобы
попытаться выяснить причины этого, мы с
некоторыми сотрудниками Al Amana отправились опросить
несколько семей в деревню под названием Хафрет
Бен Тайеб, где никто не брал взаймы. Нас принял
Аллал Бен Седан, отец уже взрослых трех сыновей
и двух дочерей. У него было четыре коровы, один
осел и 8о оливковых деревьев. Один из его сыновей
служил в армии, другой ухаживал за скотом, третий
в основном проводил время в праздности (его
основным занятием был сбор улиток, когда они были в
сезон). Мы спросили Бен Седана, не хочет ли он взять
ссуду, чтобы купить еще коров, о которых мог бы
позаботиться его праздный сын. Он объяснил, что его
поле слишком маленькое; если он купит еще коров,
им негде будет пастись. Перед отъездом мы
спросили его, нет ли у него других возможностей для
использования кредита. Он ответил: «Нет, ничего.
У нас всего достаточно. У нас есть коровы, мы
продаем их, мы продаем оливки. Этого достаточно для
нашей семьи».
Через несколько дней мы встретились с Фуадом
Абдельмумни, основателем (а затем и генеральным
директором) Al Amana, человеком очень теплым
и умным, который в прошлой жизни, будучи
активистом, провел годы в тюрьме в качестве
политического заключенного, а затем полностью посвятил
себя улучшению жизни бедных. Мы обсуждали
удивительно низкий спрос на микрокредиты. В
частности, мы вернулись к истории Бен Седана,
который был убежден, что ему не нужно больше денег.
Фуад составил для него вполне осуществимый
бизнес-план. Бен Седан мог бы взять ссуду, построить
хлев и купить четырех молодых коров. Им не
нужно будет пастись в поле, так как появится возмож-
348

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
ность кормить их в закрытом помещении. Через
восемь месяцев он смог бы продать коров с изрядной
прибылью. Фуад был убежден, что если объяснить
этот план Бен Седану, то он поймет его мудрость
и возьмет кредит.
Нас поразил контраст между энтузиазмом Фуада
и упорством Бен Седана, который настаивал, что его
семья ни в чем не нуждается. Однако Бен Седан
вовсе не смирился с бедностью. Он гордился своим
сыном, который получил начальное медицинское
образование и служил фельдшером в армии. Он
полагал, что у его сына есть реальный шанс на лучшую
жизнь. Так был ли прав Фуад, считавший, что Бен
Седану просто был нужен хороший бизнес-план?
Или Бен Седан, который, в конце концов,
занимался разведением коров большую часть своей взрослой
жизни, сказал нам что-то важное?
Мухаммад Юнус, основатель всемирно
известного банка Grameen, часто называет бедных
естественными предпринимателями. В сочетании с призывом
покойного бизнес-гуру К. К. Прахалада к
бизнесменам уделять больше внимания тому, что он
назвал «основанием пирамиды»1, идея о
предпринимательских качествах бедных помогает обеспечить
комфортное пространство для большого
бизнеса и финансов в обсуждении политики по борьбе
с бедностью. Традиционные стратегии
общественных действий дополняются частными действиями,
часто предпринимаемыми некоторыми лидерами
корпоративного мира (например, Пьером Омидья-
ром из eBay), которые направлены на то, чтобы
помочь бедным реализовать свой истинный
предпринимательский потенциал.
1. С. К. Prahalad, The Fortune at the Bottom of the Pyramid
(Philadelphia: Wharton School Publishing, 2004).
349

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Свойственное Юнусу представление о мире,
разделяемое многими участниками микрофинансового
движения, основано на том, что у каждого есть шанс
стать успешным предпринимателем. Если
конкретизировать, то у бедных есть две различные
причины, по которым они могут быть особенно склонны
находить удивительные возможности. Во-первых,
им пока не дали шанса, так что у них, вероятно, есть
много свежих идей, и менее вероятно, что эти идеи
уже были опробованы. Во-вторых, рынок до сих пор
в основном игнорировал основание пирамиды. В
результате, как утверждают сторонники
микрофинансирования, улучшающие жизнь бедных инновации
должны быть доступными плодами, и кто лучше
самих бедных может понимать, в чем они состоят?
Капиталисты без капитала
Действительно, у каждой уважающей себя
микрофинансовой организации есть сайт в
интернете, где приводится множество историй успеха их
клиентов, воспользовавшихся необычной
возможностью сколотить состояние. Эти истории
реальны — мы тоже встречались с некоторыми такими
клиентами. В городе Гунтур, в индийском штате
Андхра-Прадеш, мы познакомились с клиенткой
МФО Spandana, которая создала очень успешный
бизнес по сбору и сортировке мусора. Она
начинала как сборщик мусора, то есть на самом низу
индийской социальной и экономической иерархии.
Получив первый заем от Spandana, она потратила
его только на возвращение ссуды ростовщику, с его
ужасными процентами. Она знала, что
предприятия, которые покупали у нее мусор, сортировали
его, прежде чем продавать переработчикам. В мусо-
350

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
ре можно найти кусочки металла и вольфрама из
нитей использованных лампочек, пластмассы,
органические вещества для компостирования и так далее,
поэтому разные его виды шли разным
переработчикам. Получив передышку, которую ей дал
первый кредит, она решила заняться сортировкой сама,
чтобы заработать немного дополнительных денег.
На вторую ссуду и сбережения от первой она
купила тележку, которая помогла ей собирать
больше мусора, и, поскольку теперь нужно было больше
сортировать, ей каким-то образом удалось заставить
своего мужа, который обычно проводил большую
часть своего времени за выпивкой, начать работать
вместе с ней. Вместе они зарабатывали значительно
больше денег, и после получения третьего кредита
они начали покупать мусор у других. К тому
времени, когда мы с ней познакомились, она уже стояла
у руля большой сети мусоросборщиков, причем сама
уже была не собирателем, а организатором сбора
мусора. Ее муж к тому времени тоже работал полный
рабочий день, мы видели, как он колотил по куску
металла, выглядя трезвым, но немного мрачным.
МФО рекламируют истории своих самых
успешных заемщиков, но некоторые предприниматели
добились успеха даже без помощи
микрофинансирования. В 1982 году Сю Айхуа была одной из лучших
учениц средней школы в своей деревне,
расположенной в районе Шаосин провинции Чжэцзян в Китае.
Ее родители были крестьянами, которые
располагали, как почти все остальные, очень небольшим
количеством денег. Однако она была настолько умна,
что в деревне решили отправить ее на год в местную
школу дизайна одежды (что бы это ни значило,
поскольку люди в то время все еще носили маоистские
френчи). Идея состояла в том, что она в конечном
итоге займет руководящую позицию на местном по-
351

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
селковом сельском предприятии, которое только
что было создано (это были первые годы китайской
либерализации). Но когда она вернулась после
обучения, местные старейшины пошли на попятную—
в конце концов, ей еще не исполнилось двадцати.
Поэтому ее бесцеремонно отправили домой без работы.
Сю Айхуа не собиралась сидеть сложа руки. Она
решила, что должна что-то сделать, но ее
родители были слишком бедны, чтобы помочь. Поэтому
она одолжила мегафон и пошла по деревне,
предлагая научить молодых девушек шить одежду за
плату в 15 юаней (13 долларов США по ППС). Она
набрала сотню студентов и начала преподавать, купив
на собранные деньги подержанную швейную
машинку и излишки тканей у местных
государственных фабрик. В конце курса Сю Айхуа открыла свое
дело вместе с восемью лучшими ученицами.
Женщины приходили каждое утро со своими
швейными машинками на спине (которые были куплены
их родителями), а затем начинали кройку и шитье.
Они шили униформу для местных фабричных
рабочих. Сначала они работали дома у Сю Айхуа, но,
когда бизнес расширился и Сю Айхуа обучила и
наняла больше людей, они переехали в арендованное
у деревенских властей здание.
К 1991 году накопленные прибыли позволили
Сю Айхуа купить 6о автоматических швейных
машин за 54°°° юаней (27600 долларов США по ППС).
За восемь лет ее основной капитал вырос более чем
в юо раз. Это 8о% в год. Даже если мы допустим
инфляцию в ю% в год, реальный темп роста, то есть
за вычетом инфляции, составляет более 70% в год,
что впечатляет. К этому времени она уже была
признанным предпринимателем. Вскоре появились
экспортные контракты, и теперь она поставляет
продукцию таким фирмам, как Macy's, Benetton, JC Penney,
З52

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
и другим крупным розничным сетям. В 20о8 году
она сделала свои первые инвестиции в
недвижимость в размере 20 млн юаней (4,4 млн долларов
США), потому что, как она говорит, у нее были кое-
какие наличные деньги, а у большинства других
людей их не было.
Конечно, Сю Айхуа не является типичным
случаем. Он была особенно талантлива, а ее деревня
направила ее на учебу. Однако среди бедных нет
недостатка в успешных примерах предпринимательской
деятельности. И уж точно нет недостатка в
предпринимателях. В среднем в нашем наборе данных
по i8 странам 50% крайне бедных в городских
районах (тех, кто живет менее чем на 99 центов в день)
занимаются несельскохозяйственным бизнесом.
Даже среди крайне бедных сельских жителей
многие—от 7% в Удайпуре до 50% в Эквадоре (и в
среднем 20%) — занимаются несельскохозяйственным
бизнесом, в дополнение к большому числу тех, кто
управляет фермой. Примерно таково и число
предпринимателей среди несколько менее бедных в тех же
странах. Сравните это со средним показателем по
Организации экономического сотрудничества и
развития (ОЭСР) —12% работающих считают себя
самозанятыми. Если рассматривать только с точки зрения
заявленной занятости, то большинство доходных групп
в бедных странах, похоже, более предприимчивы,
чем их коллеги в развитых странах, а к бедным это
относится не в меньшей степени, чем к другим.
Данное наблюдение вдохновило профессора
Гарвардской школы бизнеса Таруна Ханна на написание
книги «Миллиарды предпринимателей»2.
2. Tarun Khanna, Billions of Entrepreneurs: How China and India Are
Reshaping Their Futures — and Tours (Boston: Harvard Business
School Publishing, 2007).
353

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Само число владельцев малого бизнеса среди
бедных людей впечатляет. В конце концов, все, кажется,
выступает против того, чтобы бедные были
предпринимателями. У них меньше собственного
капитала (почти по определению) и, как мы видели в
главах 6 и 7, мало доступа к формальному страхованию,
банкам и другим источникам недорогого
финансирования. Ростовщики, являющиеся основным
источником необусловленного финансирования
(примером обусловленного займа является коммерческий
кредит, который связан с покупкой товаров и
поэтому не может быть использован для выплаты
заработной платы) для тех, кто не может занять достаточно
денег у друзей или семьи, взимают процентные
ставки в размере 4% в месяц и больше. В результате
бедные в меньшей степени способны осуществлять
инвестиции, необходимые для надлежащего ведения
бизнеса, и более уязвимы к любому
дополнительному риску, который исходит от самого бизнеса. Сам
факт того, что они все равно так же часто
занимаются бизнесом, как и их более богатые коллеги,
часто интерпретируется в качестве признака наличия
у бедных особого предпринимательского духа.
Тот факт, что даже после уплаты очень высоких
ростовщических процентных ставок бедным все же
удается заработать достаточно денег, чтобы погасить
займы (мы видели, что они очень редко
отказываются погашать кредиты), должен означать, что они
получают гораздо больше денег на вложенную рупию.
Иначе они не стали бы брать взаймы. Отсюда следует,
что норма прибыли на денежные средства,
вложенные в их бизнес, чрезвычайно высока. 50% годовых,
которые платят многие из них, —это намного больше,
чем вы можете получить, инвестируя в индекс Доу-
Джонса (особенно в наши дни, но даже
долгосрочная средняя доходность составляет около д% в год).
354

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
Конечно, займы берут не все. Возможно, это
делают только те немногие микропредпринимате-
ли, бизнес которых имеет высокую доходность,
а прибыли остальных очень низки. Однако
осуществленный в Шри-Ланке эксперимент
свидетельствует об обратном. Несколько владельцев мелких
предприятий — розничных магазинов,
ремонтных мастерских, кружевных промыслов и тому
подобных — были приглашены к участию в лотерее.
По условиям, победители (две трети участников
лотереи) должны были получить грант на развитие
своего бизнеса на сумму либо юооо рупий (250
долларов США по ППС), либо 20 000 рупий (500
долларов США по ППС)3.
Это очень небольшие гранты по мировым
стандартам, но для участников лотереи они были
достаточно велики, ведь у большинства весь начальный
капитал стоил не больше 250 долларов. Победители
лотереи грантов без проблем извлекли пользу из
полученных денег. Доходность первых 250 долларов
в среднем составляла более 6о% в год. Впоследствии
подобный эксперимент был поставлен и на малом
бизнесе в Мексике4. Доходность оказалась еще выше,
достигнув 10-15% в месяц.
Еще одна программа, впервые разработанная
BRAC, крупной МФО из Бангладеш, а затем
воспроизведенная в ряде развивающихся стран, показала,
что при соответствующей помощи даже беднейшие
3- Suresh de Mel, David McKenzie, and Christopher Woodruff,
"Returns to Capital in Microenterprises: Evidence from
a Field Experiment," Quarterly Journal of Economics 123 (4)
(2008): 1329-1372.
4. David McKenzie and Christopher Woodruff, "Experimental
Evidence on Returns to Capital and Access to Finance in Mexico,"
World Bank Economic Review 22 (3) (2008): 457-482.
355

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
из бедных имеют возможность преуспеть в
ведении способного изменить их жизнь малого бизнеса.
Программа была нацелена на тех сельских жителей,
которых самыми бедными называют их
односельчане,—многие из них живут только за счет
милостыни соседей. Обычно МФО не предоставляют кредиты
таким клиентам, которые считаются неспособными
вести бизнес и осуществлять регулярные выплаты
по займу. Чтобы помочь им, BRAC разработала
программу, в рамках которой таким людям выдавался
актив (пара коров, несколько коз, швейная
машинка и тому подобное), небольшое денежное пособие
на несколько месяцев (для финансирования
оборотного капитала, чтобы у получателей не
возникало соблазна ликвидировать актив), а также
разнообразную поддержку —регулярные собрания, уроки
грамотности, поощрение к тому, чтобы экономить
понемногу каждую неделю. К настоящему времени
рандомизированное контролируемое исследование
таких программ было проведено в шести странах.
Мы приняли участие в одном из них, в
сотрудничестве с Bandhan, МФО из Западной Бенгалии.
Перед началом программы мы посетили отобранные
для участия в ней семьи, в каждой из которых нам
рассказали истории о кризисе и отчаянии. В одной
муж-пьяница регулярно избивал жену, в другой муж
погиб при аварии, оставив молодую семью, в
третьей вдову бросили ее дети, и так далее. Однако
через два года был достигнут впечатляющий прогресс.
По сравнению с другими крайне бедными домохо-
зяйствами, которые не были отобраны для участия,
бенефициары программы имели больше
домашнего скота и других активов, их заработки от бизнеса
и работы по найму были выше, но они также и
работали дольше. Общие ежемесячные расходы этих
семей увеличились на ю%, при этом больше все-
356

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
го выросли расходы на питание, в результате чего
они стали меньше жаловаться на нехватку еды.
И что еще больше впечатляет, их взгляды на жизнь,
похоже, изменились. Они стали гораздо
позитивнее описывать свое здоровье, счастье и
экономическое положение. Выросли и их сбережения, их
готовность брать новые займы у МФО, требованиям
которых они стали соответствовать, а также их
уверенность при управлении активами.
Разумеется, участники программы не стали
богатыми ни по каким стандартам — через два года
они стали только на ю% богаче с точки зрения
потребления, что означает, что они все еще бедны.
Но первоначальный дар и поддержка, по-видимому,
положили начало благотворному циклу.
Представляется, что, учитывая предоставленный им шанс,
даже люди, которые были поражены крайними
трудностями, смогли взять на себя ответственность
за свою жизнь и начать выход из крайней нищеты5.
Бизнес бедных
Наблюдая подобные результаты, нетрудно
разделить энтузиазм Мухаммада Юнуса или Фуада Аб-
дельмумни в отношении потенциала
инвестирования в бедных, ведь столь многим удалось стать
предпринимателями перед лицом столь многих
невзгод и сделать так много из столь малого.
Однако на этой солнечной картине есть две тревожные
тени. Во-первых, хотя многие бедные и управляют
бизнесом, этот бизнес в основном имеет крошечные
5- Abhijit Banerjee, Raghabendra Chattopadhyay, Esther Duflo,
and Jeremy Shapiro, "Targeting the Hard-Core Poor: An
Impact Assessment," MIT (2010), mimeo.
357

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
масштабы. Во-вторых, эти крошечные
предприятия по большей части зарабатывают очень мало
денег.
Очень малый и неприбыльный бизнес
В нашем наборе данных по i8 странам
большинство управляемых бедными предприятий не
имеют оплачиваемого персонала, а среднее число
наемных работников колеблется от практически
нулевого в сельских районах Марокко до 0,57 в
городских районах Мексики. Активы этих
предприятий также, как правило, очень ограничены. В
Хайдарабаде только 20% предприятий ведут свой бизнес
в специальной, предназначенной для этого
комнате. Очень немногие владеют какими-либо
машинами или транспортными средствами. Наиболее
распространенными активами являются столы, весы
и тележки.
Разумеется, если бы у этих людей был крупный
и успешный бизнес, они не считались бы бедными.
Проблема в том, что, несмотря на
исключительные истории мусорщицы или Сю Айхуа,
подавляющее большинство управляемых бедными
предприятий никогда не вырастают до того уровня, когда
у них появятся какие-либо сотрудники или
активы. В Мексике, например, 15% тех, кто живет менее
чем на 99 центов в день, имели бизнес в 2002 году.
Три года спустя, когда те же самые семьи были снова
изучены, 41% из их предприятий все еще
действовали. В бизнесе, существовавшем на протяжении обоих
периодов, в одном из пяти предприятий, не
имевших в 2002 году наемных работников, к 2005 году
наняли одного. Но почти половина из тех, кто имел
одного работника в 2002 году, к 2005 году не
имели ни одного. Аналогичным образом, в Индонезии
только две трети предприятий бедных просущество-
358

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
вали пять лет, при этом доля предприятий с одним
и более работником не увеличилась.
Другая характеристика бизнеса бедных и
находящихся у черты бедности заключается в том,
что они не зарабатывают много денег. Мы
рассчитали прибыль и продажи малого бизнеса в
Хайдарабаде. Средний показатель продаж составил 11751 рупию
(730 долларов США по ППС) в месяц, а медианный —
^боо рупий. Среднемесячная прибыль после вычета
всех видов уплаченной арендной платы, но без
учета неоплаченного рабочего времени членов домо-
хозяйств составила 1859 рупий (115 долларов США
по ППС), а медианная —1035 рупий. Иными
словами, медианный бизнес генерировал столько денег,
сколько хватило бы, чтобы заплатить одному
человеку около 34 рупий в день, или около 2 долларов
США по ППС. В нашем наборе данных из
Хайдарабада 15% предприятий потеряли деньги в прошлом
месяце, выплатив арендную плату. Когда мы оценили
часы, потраченные на работе в своем бизнесе
членами домохозяйств, даже при низкой ставке в 8
рупий в час (что приблизительно соответствует
минимальной заработной плате за восьмичасовой рабочий
день), величина средней прибыли слегка упала ниже
ноля. В Таиланде средняя годовая прибыль от
бизнеса такого масштаба составила 5000 бат (305 долларов
США по ППС) после вычета издержек, но без учета
рабочего времени семьи. 7% семейных предприятий
потеряли деньги в прошлом году, и это, повторим еще
раз, до вычета стоимости труда членов домохозяйств6.
6. Описание этих данных см. в: Krislert Samphantharak and
Robert Townsend, "Households as Corporate Firms:
Constructing Financial Statements from Integrated Household
Surveys," University of California at San Diego and University
of Chicago (2006), mimeo.
359

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Низкая прибыльность бизнеса бедных также
объясняет, почему микрокредитование,
по-видимому, не приводит к радикальным изменениям в их
жизни, о чем уже говорилось в главе у (например,
при описании нашего РКИ программы Spandana).
Если управляемые бедными предприятия в целом
убыточны, это вполне может быть причиной, по
которой предоставление им кредита для открытия
нового бизнеса не приводит к резкому улучшению их
благосостояния.
Предельные и средние величины
Но подождите. Разве мы не начали с того, что
доходность инвестиций в эти микропредприятия
очень высока?
Сбивает с толку здесь употребление слова
«доходность» в двух возможных значениях.
Экономисты проводят различие (что в данном случае,
вероятно, полезно) между предельной доходностью
доллара и общей доходностью бизнеса. Понятие
предельной доходности доллара отвечает на вопрос о том,
что произойдет с вашим доходом за вычетом
операционных издержек (но не процентных расходов),
если вы инвестируете на l доллар меньше или
больше. Предельная доходность имеет значение тогда,
когда вы решаете, следует ли вам немного
сократить свои инвестиции (или немного увеличить их).
Если, снизив инвестиции на l доллар, вы сможете
занять на i доллар меньше, а значит, вам
придется возвращать на 4 цента меньше основного долга
и процентов, то вы сделаете это только в том
случае, когда предельная доходность составляет
менее 4%- Поэтому, когда люди берут кредиты под 4%
в месяц, это должно означать, что их предельная
доходность составляет не менее 4% в месяц.
Способность бедных брать кредиты и погашать их, а так-
36°

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
же высокая дополнительная прибыль, полученная
благодаря дополнительным 250 долларам в
эксперименте на Шри-Ланке, показывают, что
предприятия бедных имеют высокую предельную
доходность. Следовательно, расширение такого бизнеса
имеет смысл.
С другой стороны, общая доходность бизнеса
представляет собой всю выручку за вычетом
операционных расходов (затрат на материалы,
заработную плату наемных работников и так далее). Это
то, что вы можете отнести домой в конце дня.
Начиная бизнес, прежде всего вы должны выяснить
общую доходность. Если она недостаточно
высока, чтобы покрыть стоимость времени, которое вы
тратите на этот бизнес, а также издержки на его
создание, и если вы не ожидаете, что ситуация резко
улучшится со временем, то вам следует от него
отказаться.
Данный парадокс объясняется тем фактом,
что предельная доходность может быть высока даже
при низкой общей доходности. На рис. l кривая ОР
представляет отношение между величиной
инвестиций фирмы (измеряемых по горизонтальной оси, 01)
и ее общей доходностью (измеряемой по
вертикальной оси, OR), или тем, что экономисты называют
производственной технологией. Общая доходность
для любого инвестированного капитала размера К
отображена высотой кривой, тогда как предельная
доходность — изменением этой высоты при
переходе от К к К + 1. Он говорит нам, насколько
увеличивается общая доходность, когда мы немного
увеличиваем инвестиции в фирму.
Кривая на рис. i похожа на обратную L-образную
кривую, которую мы обсуждали в главе 1. Сначала
доходность возрастает быстро, а затем медленнее.
При низких инвестициях у кривой ОР высокий на-
361

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
К К+1
Инвестированный капитал
РИС. 1. Предельная и средняя доходность
клон, затем он постепенно уменьшается (по мере
приближения к Р) — это означает, что увеличение
инвестируемой суммы дает самую большую
отдачу, когда первоначальные инвестиции низки, а
потом доходность снижается. Другими словами,
предельная доходность высока, когда инвестиции
невелики.
Чтобы понять, как это работает, представим
женщину, которая только что открыла магазин
у себя дома. Для этого она потратила немного
денег на устройство полок и прилавка, но потом
деньги у нее кончились и она не смогла купить товар
для продажи. Общая доходность ее бизнеса равна
нулю, так как она недостаточно высока, чтобы по-
362

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
крыть стоимость полок. Затем ее мать одалживает
ей юоооо рупий (i8 долларов США по ППС) и она
покупает несколько упаковок печенья, которые
размещает на пустых полках. Соседские дети замечают,
что у нее есть их любимый сорт печенья, и
покупают все. Она получает 150000 рупий. Предельная
доходность составляет 1,5 рупии на l рупию
предоставленного матерью займа, или 50% чистой прибыли,
что за неделю совсем неплохо. Но общий доход, тем
не менее, составляет всего 50000 рупий —это не
покрывает затрат ее времени и стоимости устройства
полок и прилавка.
Затем наша новая лавочница берет кредит
в 3 млн рупий и покупает достаточно печенья и
конфет, чтобы заполнить все свои полки. Соседские
дети приходят теперь вместе с друзьями, которые
покупают много товаров. Но она не успевает
продать все печенье новым клиентам, некоторое
черствеет и становится непригодным для продажи.
И все же ее выручка составляет з,6 млн рупий в
неделю. Предельная доходность оказывается
намного ниже 50% — ее инвестиции были в 30 раз больше
(3 млн против юоооо), но доходы только в is раз
больше. Вместе с тем общая доходность теперь
составляет респектабельные бооооо рупий (107
долларов США по ППС), которых хватает для
реального продолжения бизнеса.
Именно так обстоят дела у многих бедных.
Пустые полки, в частности, не являются плодом
нашего воображения. Весь ассортимент лавки, которую
мы посетили в пригороде Гулбарга на севере
штата Карнатака, примерно в пяти часах езды от
Хайдарабада, состоял из почти пустых пластиковых
банок в тускло освещенной комнате. Инвентаризация
не заняла много времени:
3^3

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Опись товаров сельской лавки
в штате Карнатака, Индия
1 банка с солеными закусками
3 банки тянучек
1 банка и 1 маленький пакет леденцов
2 банки нута
1 банка с бульонным концентратом Magimix
1 пакет хлеба (5 штук)
1 пакет пападума (закуска из чечевицы)
1 пакет хрустящих хлебцев (20 штук)
2 пачки печенья
36 палочек благовоний
20 кусков мыла Lux
180 отдельных порций пан параг (комбинация
орехов бетеля и жевательнного табака)
20 пакетиков чая
40 отдельных пакетиков порошка халди (куркума)
5 маленьких бутылочек талька
3 пачки сигарет
55 маленьких пачек биди (тонкие
ароматизированные сигареты)
35 больших пачек биди
3 пачки стирального порошка (по 500 граммов
каждая)
15 небольших упаковок печенья Parle-G
6 одноразовых пакетиков шампуня
За два часа, которые мы провели в доме владельцев
лавки, мы увидели двух покупателей. Один купил
сигарету, а другой —несколько палочек благовоний.
Ясно, что предельная доходность от небольшого
увеличения ассортимента лавки потенциально могла
быть чрезвычайно высока, особенно если бы ее
владельцы попытались приобрести что-то, что не
поставляется другими магазинами в деревне. Но общая
3^4

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
доходность этой деятельности была очень низкой.
При существующем объеме продаж не окупался даже
рабочий день, проведенный за прилавком.
В развивающихся странах таких лавок
бесчисленное множество, по нескольку в каждой деревне,
тысячи в переулках больших городов, и все они
продают один и тот же очень ограниченный ассортимент
товаров. То же самое можно сказать и о палатках
с фруктами, продавцах кокосовых орехов и
ларьках с закусками. Прогуливаясь по главной улице
самой большой трущобы города Гунтур в 9 утра,
трудно не заметить длинные ряды женщин, продающих
доса, блинчики из чечевичной и рисовой муки,
которые в Южной Индии являются заменой утреннего
круассана. Приправленные острым соусом и
завернутые в кусок газеты или банановый лист, они
продаются за 1 рупию (примерно 5 центов, по ППС).
По нашим подсчетам, проведенным одним утром,
на каждые шесть домов приходилось по одному
продавцу доса. В результате основным занятием этих
женщин являлось ожидание клиентов. Казалось
очевидным, что если бы они объединили свой бизнес,
освободив более двух третей продавцов для других
начинаний, то смогли бы заработать больше денег.
В этом заключается парадокс бедных и их
бизнеса. Они энергичны и находчивы, и им удается
сделать очень многое из очень малого. Но большая
часть этой энергии тратится на предприятия,
которые слишком малы и совершенно не
отличаются от многих других, окружающих их. В результате
их владельцы не имеют никаких шансов заработать
себе на жизнь. Женщины, придумавшие
творческий способ сушки песка в Мумбаи, нашли
возможность выгодно использовать имеющиеся у них
ресурсы — немного свободного времени и песок с пляжа.
Но дядя знакомого нам бизнесмена упустил из виду,
3^5

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
что, несмотря на всю их изобретательность,
прибыль от этой деятельности была почти наверняка
ничтожной.
Очень малый масштаб многих из этих
предприятий объясняет, почему их общая доходность
часто так низка, несмотря на высокую предельную
доходность. Но это выявляет новую загадку. Тот
факт, что предельная доходность высока,
означает, что легко увеличить общую доходность — просто
вложить больше денег в бизнес. Так почему же
действительно быстро растут далеко не все малые
предприятия?
Часть ответа нам уже известна — большинство
этих предприятий могут получить лишь очень
небольшие займы, при этом под очень высокие
проценты. Но это еще не все. Во-первых, как мы видели,
хотя микрокредитованием пользуются миллионы,
многие также, хотя и имеют возможность брать
займы, предпочитают этого не делать. Вспомним Бен
Седана, у которого был бизнес по разведению
коров и он мог бы увеличить его при помощи
микрокредита, но отказался от этого. Даже в Хайдарабаде,
где есть несколько конкурирующих МФО, за
микрокредитами обращаются только 27% семей, имеющих
на них право, и 21% владельцев малого бизнеса.
Более того, даже те, кто не может брать взаймы,
могут сделать накопления. Возьмем пример семьи
владельцев лавки в Гулбарга. Они живут примерно
на 2 доллара в день на человека. В соседнем
Хайдарабаде наши данные показывают, что люди с таким
уровнем потребления тратят около ю% своих
общих ежемесячных расходов на медицину, в то время
как те, кто живет менее чем на 99 центов в день,
тратят около 6,з%- Если бы вместо того, чтобы тратить
дополнительные ЪЛ% своего бюджета на медицину,
наши лавочники использовали их для наращивания
366

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
своих товарных запасов, то они могли бы удвоить их
за год. Кроме того, эта семья могла бы полностью
сократить потребление сигарет и алкоголя и
сэкономить около з% ежедневных расходов на человека.
Это позволило бы им удвоить запасы товаров
примерно за 15 месяцев. Почему же они этого не делают?
Проведенный в Шри-Ланке эксперимент дает
еще одну яркую иллюстрацию того факта, что
недостаток финансов не является единственным
препятствием для расширения бизнеса бедных. Напомним,
что предприниматели, получившие 250 долларов,
заработали много денег — гораздо больше на
инвестированный доллар, чем большинство успешных
фирм в Соединенных Штатах. Но вот в чем
загвоздка: прибыль микропредпринимателей, получивших
грант в размере 500 долларов, в абсолютном
выражении увеличилась не больше, чем прибыль тех, кто
получил грант в размере 2$о долларов. Отчасти это связано
с тем, что те, кто получил грант в размере 500
долларов, не захотели вкладывать все деньги в свой
бизнес, они вложили около половины, а остальное
потратили на покупку вещей для своих домов.
Что же произошло? Разве эти
микропредприниматели не могли применить полученные деньги
лучше, учитывая, насколько высока предельная
доходность?
Примечателен тот факт, что первый денежный
перевод шри-ланкийские
микропредприниматели инвестировали. Если они решили не вкладывать
в свой бизнес второй перевод, то, возможно, потому,
что не рассчитывали на то, что их бизнес сможет его
поглотить. Инвестирование всей суммы означало бы
утроение капитала среднего предприятия, а
подобный шаг вполне мог потребовать найма нового
сотрудника или поиска более обширного
складского помещения, что стоило бы гораздо больше денег.
3^7

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
РИС. 2. Две технологии
Таким образом, частично причина отсутствия
роста микропредприятий бедных
определяется, как нам представляется, самой природой этого
бизнеса. Вспомним обратную L-образную кривую
на рис. 1, которая демонстрирует, что общая
доходность может быть низкой даже при высокой
предельной доходности. На рис. 2 показаны две версии
этой кривой. Одна, обозначенная ОР, имеет очень
крутой наклон вначале, а затем очень быстро
сглаживается. Другая, обозначенная 0Z, сначала
возрастает не так быстро, но зато этот рост постоянен.
Если в реальном мире прибыли бедных
предпринимателей похожи на кривую ОР, то это означает,
что очень маленькой фирме легко расти, но
потенциал роста исчезает довольно быстро. Это похоже
на рассмотренный ранее пример лавочницы. После
368

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
того как она выделила некоторое место в
своем доме для магазина и решила работать там
несколько часов в день, ее прибыль оказалась намного
выше, когда она закупила достаточно товаров,
чтобы заполнить полки и обеспечить себе занятие, чем
когда у нее почти ничего не было (как это
происходит во многих магазинах). Вместе с тем при
заполненных полках дальнейшее расширение потребует
обращения за кредитом под высокую процентную
ставку, но, вероятно, не будет сопровождаться
необходимой для его погашения предельной
доходностью. Поэтому все такие предприятия остаются
маленькими. С другой стороны, если прибыли больше
похожи на кривую 0Z, то для развития бизнеса
существует гораздо больше возможностей. Однако
изученные нами данные свидетельствуют скорее о том,
что для большинства бедных людей мир лучше
описывается кривой ОР.
Разумеется, нам известно, что это происходит
не во всех случаях — иначе крупные фирмы не
существовали бы. Возможно, бизнес лавочников,
портных и продавцов сари похож на ОР, но у некоторых
других видов бизнеса существует возможность
использовать более производительный капитал.
Очевидно, что можно управлять крупными торговыми
сетями или текстильными фабриками, если
доступно необходимое оборудование, но для этого
требуются либо некие особые навыки, либо гораздо
большие первоначальные инвестиции. Вы можете
учредить Microsoft где-нибудь в гараже, а затем
быстро расти, но для этого вам нужно быть человеком,
который владеет самыми передовыми
технологиями. К большинству людей это не относится.
Альтернатива заключается в осуществлении крупных
инвестиций, чтобы получить технологию производства,
которая позволит вашему бизнесу работать в боль-
3^9

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ших масштабах. Вспомните Сю Айхуа, китаянку,
которая начала свой бизнес с одной швейной машины
и построила швейную империю. Прорывом для нее
стало получение экспортного заказа. Без этого
заказа Сю Айхуа нескоро преодолела бы пределы
местного рынка. Однако для того, чтобы выполнить
этот заказ, ей была необходима современная
фабрика с автоматическими швейными машинами,
затраты на обустройство которой более чем в юо раз
превзошли первоначальный капитал.
Идея этих двух производственных технологий
представлена на рис. 3. Слева находится кривая ОР,
а справа — кривая QR, соответствующая новой
производственной технологии, при которой без
минимальных инвестиций прибыль отсутствует, но зато
впоследствии она велика. Обратите также
внимание, что мы выделили жирным части кривых ОР
и QR, чтобы провести одну общую линию OR,
которая представляет собой фактическую отдачу от
инвестирования определенной суммы. Когда вы
инвестируете совсем немного, вы инвестируете в ОР,
так как у вас нет причин инвестировать в
технологию QR, которая сначала не приносит
прибыли. Когда вы инвестируете больше, технология ОР
становится невыгодна, поэтому на некоторое
время предельная доходность довольно низка.
Однако как только у вас будет достаточно денег, вы
можете переключиться на QR. Именно это произошло
с Сю Айхуа — со своей подержанной швейной
машинкой она начала с ОР, а в какой-то момент сумела
перейти на QR и автоматические машины.
Как выглядит кривая OR? У нее S-образная
форма, правильно? Посредине начинается большой
горб, до которого нужно добраться, чтобы
заработать серьезные деньги. Кривая OR возвращает нас
к обычной дилемме S-образной кривой — вклады-
370

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
Инвестированный капитал
рис. 3- Комбинация технологий
и S-образное предпринимательство
вайте мало, зарабатывайте мало денег и оставайтесь
слишком бедными, чтобы инвестировать намного
больше, или инвестируйте достаточно, чтобы
пересечь горб и разбогатеть, инвестировать еще больше
и стать еще богаче. Проблема в том, что
большинство людей не способны пересечь этот горб. Хотя
небольшие займы могут быть доступны, никто (даже
МФО, которые, как мы видели, любят безопасные
вложения) не даст этим малым предпринимателям
достаточно денег. Кроме того, пересечение горба,
возможно, также потребует некоторых
управленческих и других навыков, которых у бедных нет и
которые они не могут позволить себе купить. Поэтому
бизнес бедных застревает на стадии микропредприя-
371

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
тий. Иногда первоначальное выравнивание
доходности происходит так быстро, что один и тот же
человек начинает вести три разных бизнеса вместо
того, чтобы пытаться вырастить любой из них
—например, продавать доса утром, торговать сари в
течение дня, нанизывать бусины на ожерелья вечером.
Но как это удалось Сю Айхуа? Вспомним, что она
увеличивала свой парк швейных машин на 70% в год
в течение восьми лет, реинвестируя свою прибыль.
Следовательно, ее прибыль должна была составлять
не менее 70% от стоимости ее машин после оплаты
труда работников, а ее общая прибыль должна была
быть еще выше. Подобный уровень прибыли
необычаен — как мы отмечали ранее, данные нашего
исследования в Хайдарабаде показывают, что в
среднем малый бизнес фактически потерял бы деньги,
если бы ему пришлось платить даже минимальную
заработную плату. Мы подозреваем, что отчасти это
свидетельствует об особых талантах Сю Айхуа, а
отчасти отражает тот факт, что в ранний период
открытости китайской экономики конкуренция была
слаба, а спрос велик, то есть она оказалась в нужном
месте и в нужное время.
Предпринимательство—это слишком сложно
Если наш диагноз верен, причина, по которой
бедные не развивают свой бизнес, заключается в том,
что для большинства из них это представляет
слишком трудную задачу. Они не могут получить кредит,
чтобы пересечь горб на кривой OR, a накопление
необходимых для этого сбережений займет
слишком много времени, если их бизнес не будет иметь
чрезвычайно высокой общей доходности.
Например, представьте, что у вас есть юо долларов и вы
начинаете бизнес. Как и Сю Айхуа, вам нужно
инвестировать в юо раз больше (юооо долларов), что-
372

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
бы купить новую машину. Предположим, что вы
получаете очень хорошую прибыль в 25% на
вложенный доллар и реинвестируете ее. Через год у вас
будет 125 долларов на инвестиции. Через два года —
156 долларов. Через три года —195 долларов. Вам
понадобится 21 год, чтобы пересечь горб и купить
новую машину. А если бы вам были нужны
деньги на жизнь и вы бы откладывали только половину
прибыли, то едва хватило бы 40 лет. И это не
учитывая стресс от всех рисков, которые влечет за
собой ведение бизнеса, тяжелую работу и долгие дни.
Кроме того, когда микропредприниматель
поймет, что он, скорее всего, застрял в нижней части
S-образной кривой и никогда не сможет заработать
необходимых денег, ему может быть трудно
полностью посвятить себя своему бизнесу.
Представьте себе предпринимателя, который находится ниже
точки M на рис. 3- Это может быть лавочница, с
которой мы познакомились в Гулбарга. Она могла бы
увеличить свою прибыль, сэкономив немного денег
и приобретя немного более интересный ассортимент
товаров. Но даже если она это сделает, то не
сможет продвинуться дальше точки М. Стоит ли это
того? Скорее всего, даже если бы в этом состояло
все, на что она когда-либо надеялась, это не
изменило бы ее жизнь сколько-нибудь значимым образом.
Учитывая, что ее бизнесу суждено оставаться
небольшим и никогда не приносить значимых денег, она
может решить посвятить свое внимание и ресурсы
другим вещам.
Подобно тому, что бедные могут откладывать
меньше, чем средний класс, поскольку они знают,
что их сбережений будет недостаточно для покупки
действительно желаемых ими вещей, они также
могут не вкладывать слишком многое (не только денег,
но и эмоций и интеллектуальной энергии) в свой
373

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
бизнес, поскольку им известно, что это не приведет
к реальному изменению ситуации. Это может
объяснить пропасть между мировоззрением
марокканского фермера Бен Седана и мировоззрением Фуада Аб-
дельмумни. Фуад вполне может быть прав, что Бен
Седан не осознает возможности разведения скота
в закрытых помещениях. Или, возможно, последний
думал об этом, но пришел к выводу, что усилия,
которые необходимы, чтобы пройти весь процесс
получения кредита, чтобы построить совершенно
новый хлев всего на четыре коровы и в конечном итоге
продать их, того не стоят — в конце концов, его
семья все равно осталась бы довольно бедной. Так что
в каком-то смысле они оба были правы: Фуад —
потому что предложенная им бизнес-модель могла
сработать, а Бен Седан — потому что это не стоит
потраченного времени.
Тот факт, что большинство
микропредпринимателей, возможно, не полностью привержены тому,
чтобы считать каждый пенни, может также объяснить
разочаровывающие последствия программ бизнес-
обучения, которые многие МФО теперь начали
предлагать своим клиентам в качестве дополнительной
услуги. На еженедельных встречах клиентам
рассказывают о том, как лучше вести счета, управлять
своими запасами, понимать процентные ставки и так
далее. Подобные программы были изучены в ходе
исследований, проведенных в Перу и Индии7. По-
7- Об исследовании в Перу см.: Dean Karlan and Martin Valdivia,
"Teaching Entrepreneurship: Impact of Business Training on
Microfinance Clients and Institutions," Review of Economics
and Statistics, forthcoming. The study in India is Erica Field,
Seema Jayachandran, and Rohini Pande, "Do Traditional
Institutions Constrain Female Entrepreneurship? A Field
Experiment on Business Training in India," American Economic Review
Papers and Proceedings 100 (2) (May 2010): 125-129.
374

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
лученные в обеих странах результаты показали
некоторое улучшение знаний о бизнесе, при отсутствии
изменений прибыли, продаж или активов. Эти
программы мотивированы ощущением, что
предприятия бедных не особенно хорошо управляются, но если
они управляются таким образом из-за отсутствия
энтузиазма, а не из-за недостатка знаний, то не
особенно удивительно, что обучение очень мало помогает.
В другой учебной программе, которая была
реализована в Доминиканской Республике, наряду с
обычным учебным модулем попробовали ввести
упрощенные занятия, на которых предпринимателям
предлагалось сосредоточиться на простых практических
правилах (таких, как разделение расходов на бизнес
и домашнее хозяйство и выплата себе фиксированной
заработной платы)8. Обычное обучение здесь также
показало свою неэффективность, но простые советы
микропредпринимателям привели к увеличению
получаемой ими прибыли. Возможно, это произошло
потому, что люди были готовы принять эти
эмпирические правила, которые фактически упростили их
жизнь, вместо того чтобы требовать от них еще
больше интеллектуальных ресурсов.
Вместе взятые, эти выводы заставляют нас
серьезно усомниться в том, что средний владелец
малого бизнеса является естественным
«предпринимателем» в том смысле, как мы обычно понимаем
этот термин, то есть тем человеком, чей бизнес
имеет потенциал для роста и кто способен рисковать,
упорно работать и продолжать свои попытки даже
перед лицом многочисленных трудностей. Мы,
конечно, не говорим, что среди бедных нет настоящих
8. Alejandro Drexler, Greg Fischer, and Antoinette Schoar, "Keeping
It Simple: Financial Literacy and Rules of Thumb," London
School of Economics, mimeo.
375

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
предпринимателей, —мы встречали много таких
людей. Но есть также и те, кто управляет бизнесом,
обреченным оставаться мелким и убыточным.
Покупка работы
Естественно, возникает вопрос: почему же так
много бедных людей вообще занимаются бизнесом?
Ответ мы получили от Пака Авана и его жены, молодой
пары из Чика Дас, трущоб в Бандунге, Индонезия.
У этих супругов был маленький магазин, который
они держали в одной из комнат дома родителей
Пака Авана. Последний был простым поденщиком
на стройке, но чаще всего не мог найти работу. Когда
мы познакомились с этой парой летом 20о8 года,
Пак Аван уже два месяца не работал по найму. Имея
двух маленьких детей, семья нуждалась в
дополнительном доходе, поэтому его жене нужно было
найти дополнительное занятие. Супруга Пака Авана
хотела бы устроиться на фабрику, но она не
соответствовала необходимым требованиям — фабрики
нуждались в молодых, незамужних или имеющих
опыт работницах. У нее не было никакой
квалификации, потому что после окончания средней школы
она училась на секретаря, но не смогла пройти
тесты, необходимые для устройства на работу, и в
конце концов отказалась от этой карьеры. Открытие
малого бизнеса было единственным доступным им
вариантом. Сначала она собиралась готовить
закуски и продавать их в городе, но ей хотелось заняться
чем-нибудь из дома, чтобы присматривать за
детьми. Поэтому они открыли магазин с помощью
кредита, полученного Паком Аваном от кооператива,
к которому он принадлежал, хотя в радиусе 50
ярдов уже было два других магазина.
Управление бизнесом не доставляло Паку Авану
и его жене большого удовольствия. Они имели пра-
376

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
во на второй кредит от кооператива, который
позволил бы им расширить свой магазин, но решили,
что они этого не хотят. К несчастью для них, по
соседству открылся четвертый магазин, который
угрожал их существованию, предлагая более
разнообразный ассортимент товаров, и, когда мы встретились
с ними, они были в процессе получения нового
кредита, чтобы расширить свои запасы. Они надеялись,
что их дети вырастут и получат оплачиваемую
работу, предпочтительно в государственном учреждении.
Предприятия бедных часто кажутся скорее
способом купить работу, когда нет более
традиционных возможностей трудоустройства, чем
отражением особого предпринимательского стремления.
Многие из этих предприятий управляются потому,
что у кого-то в семье есть (или считается, что есть)
некоторое свободное время, и каждая мелочь
помогает. Таким членом семьи часто является
женщина, которая обычно занимается бизнесом в
дополнение к своей домашней работе. На самом деле
не ясно, всегда ли у нее есть выбор, когда возникает
возможность начать бизнес. Только недавно
мужчины на Западе научились, по крайней мере на словах,
признавать, что их «неработающие» жены
делают для семьи очень многое; было бы удивительно,
если бы их коллеги из развивающихся стран
приписывали своим супругам меньше досуга, чем у них
есть на самом деле. Поэтому очень может быть,
что многие владельцы малого бизнеса, и особенно
женщины, не очень любят им заниматься и даже
боятся мысли о его расширении. Вероятно,
именно поэтому, когда женщинам—владельцам бизнеса
в Шри-Ланке предлагали деньги, соответствующие
сумме 250 американских долларов, на инвестиции
в их бизнес, многие из них предпочитали потратить
их на что-то другое, в отличие от мужчин, о кото-
377

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
рых говорилось выше, инвестировавших эти деньги
и получавших высокую прибыль9. Возможно,
многие предприятия бедных являются не столько
свидетельством их предпринимательского духа, сколько
симптомом драматической неспособности
экономики их страны обеспечить их чем-то лучшим.
Хорошие рабочие места
С некоторых пор мы начали включать в опросы,
проводимые среди бедных людей по всему миру,
следующий вопрос: «Каковы ваши амбиции в
отношении ваших детей?». Результаты оказались
поразительными. Везде, где мы спрашивали, самая
распространенная мечта бедных состоит в том, чтобы их
дети стали государственными служащими.
Например, в очень бедных семьях Удайпура 34% родителей
хотели бы, чтобы их сын стал учителем в
государственной школе, а еще 41% — чтобы он занял другую
должность в общественном секторе; еще i8%
—чтобы он стал штатным сотрудником частной фирмы.
Что касается девочек, то 31% хотели бы, чтобы их
дочь стала учительницей, $i% — чтобы она
получила другую государственную работу, а 19 % — чтобы
она стала медсестрой. Бедные не считают, что
нужно стремиться стать предпринимателем.
Придание особого значения работе в
общественном секторе говорит, в частности, о стремлении
к стабильности, поскольку занятость на таких
рабочих местах, как правило, более гарантирована,
g. Suresh de Mel, David McKenzie, and Christopher Woodruff, "Are
Women More Credit Constrained? Experimental Evidence
on Gender and Microenterprise Returns," American Economic
Journal: Applied Economics 1 (3) (July 2009): 1-32.
378

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
даже если они не очень интересны. И
действительно, стабильность занятости — это, по-видимому,
один из факторов, который отличает средний класс
от бедных. В нашем наборе данных по i8 странам
представители среднего класса гораздо чаще имеют
работу, которая оплачивается еженедельно или
ежемесячно, а не ежедневно, по грубой прикидке — это
способ разделения временных и более постоянных
рабочих мест. В Пакистане, например, в городских
районах 74% тех> кто работает и живет на 99 центов
или меньше в день, получают заработную плату
еженедельно или ежемесячно, тогда как среди тех, кто
зарабатывает от 6 до ю долларов в день, таких
работников до%. В сельской местности 44% очень бедных,
работающих по найму, получают регулярную
заработную плату, а в среднем классе —64%.
Наличие гарантированных рабочих мест может
оказывать трансформационный эффект. Во
многих сельских районах Удайпура большинство
семей живут менее чем на 2 доллара в день. Но
однажды мы посетили одну деревню, которая на первый
взгляд ничем не отличалась от многих других
деревень, которые мы посещали в этом районе, но если
приглядеться внимательнее, то легко можно было
заметить отличия. То и дело попадались
признаки относительного благополучия — железная
крыша, два мотоцикла во дворе, аккуратно
причесанный подросток в накрахмаленной школьной форме.
Оказалось, что рядом с деревней был расположен
цинковый завод, и по крайней мере один человек
из каждой семьи, встреченной нами в деревне,
работал на этом заводе. В одной из семей отец
нынешнего главы семьи (мужчина старше 50) в молодости
каким-то образом устроился на заводскую кухню,
а затем пробился и на сам завод. Его сын оказался
в числе первых восьми мальчиков из деревни, окон-
379

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
чивших среднюю школу. Потом он тоже пошел
работать на цинковый завод и вышел на пенсию
бригадиром. Оба его сына окончили среднюю школу.
Один из них работает на том же цинковом
заводе, другой — в Ахмедабаде, столице соседнего
штата Гуджарат. В семье также есть две дочери,
которые окончили среднюю школу, прежде чем выйти
замуж. Для этой семьи строительство завода рядом
с их деревней стало первой удачей, положившей
начало благотворному циклу инвестиций в
человеческий капитал и продвижению вверх по служебной
лестнице.
Исследование Эндрю Фостера и Марка Розен-
цвейга показывает, что роль фабричной занятости
в стимулировании роста заработной платы в
индийских деревнях выходит за рамки этого конкретного
анекдота10. В период 1960-1999 годов в Индии
наблюдался быстрый рост производительности
сельского хозяйства, но также и очень быстрый рост числа
лиц, занятых на заводах и фабриках,
расположенных в деревнях или вблизи них, отчасти
благодаря проводимой в интересах сельских районов
инвестиционной политике. С начала 1980-х по 1999 Г°Д
занятость на фабриках в сельской местности
возросла в ю раз. В 1999 Г°ДУ примерно половина
деревень, исследованных Фостером и Розенцвейгом,
которые изначально имели исключительно
сельскохозяйственный характер, располагались рядом
с фабрикой, и в этих деревнях ю% мужской
рабочей силы было занято на фабрике. Фабрики, как
правило, размещались в тех деревнях, где изначально
была низкая заработная плата, а затем рост фабрич-
10. Andrew Foster and Mark Rosenzweig, "Economic Development
and the Decline of Agricultural Employment," Handbook of
Development Economics 4 (2007): 3051-3083.
380

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
ной занятости в этих деревнях сделал гораздо
больше для повышения уровня заработной платы, чем
рост производительности сельского хозяйства,
вызванный знаменитой Зеленой революцией. Кроме
того, бедные непропорционально выиграли от
промышленного роста, поскольку более
высокооплачиваемая занятость стала доступна даже тем, кто
имеет низкую квалификацию.
Появление возможности постоянной занятости
может иметь огромное значение для жизни людей,
которые получают такие рабочие места.
Представители среднего класса тратят на здравоохранение
и образование гораздо больше, чем бедные.
Конечно, в принципе, также возможно, что терпеливые,
трудолюбивые люди, склонные вкладывать деньги
в будущее своих детей, более способны держаться
за хорошую работу. Однако мы подозреваем, что это
объясняет не все и что подобная модель расходов
имеет какое-то отношение к тому факту, что
родители в более обеспеченных семьях имеют
постоянную работу, — стабильная работа сама по себе
может решающим образом изменить взгляды людей
на жизнь. Исследование роста мексиканских детей,
чьи матери работали на макиладорах (экспортные
фабрики) в Мексике, наглядно иллюстрирует силу
хорошей работы11. В целом макиладоры пользуются
репутацией мест с высокой степенью эксплуатации
работников при низкой заработной плате. Однако
для многих женщин, не имеющих среднего
образования, создание макиладор открыло
перспективу получения лучшей занятости, чем доступная им
в противном случае работа в сфере розничной
торговли, общественного питания или транспорта. По-
п. David Atkin, "Working for the Future: Female Factory Work and
Child Height in Mexico," working paper (2009).
381

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
часовая заработная плата на макиладорах не
намного выше, но зато там работают дольше и с большей
регулярностью. Дэвид Аткин из Йельского
университета сравнил рост детей, рожденных матерями,
которые живут в городе, где, когда этим женщинам
было i6 лет, открылась макиладора, с ростом
детей тех матерей, у которых не было этой
возможности. Дети, в родном городе которых была
макиладора, оказались гораздо выше, чем те, кто родились
в других городах. Этот эффект настолько велик,
что он может преодолеть весь разрыв в росте между
бедным мексиканским ребенком и «нормой»
хорошо питающегося ребенка из Соединенных Штатов.
Далее Аткин показывает, что влияние работы
на макиладоре на уровень семейного дохода далеко
не так велико, чтобы объяснить разницу в росте
детей. Возможно, чувство контроля над будущим,
которое люди обретают, зная, что они будут получать
доход каждый месяц, а не только доход сам по себе,
стало тем фактором, который позволил женщинам
сосредоточиться на построении своей собственной
карьеры и карьеры своих детей. Возможно, именно
уверенность в будущем и составляет разницу между
бедным и средним классом. Все это прекрасно
обобщается заголовком исследования Аткина —
«Работая на будущее».
В главе 6 мы привели несколько примеров
воздействия рисков на поведение домашних хозяйств.
Бедные семьи предпринимают превентивные меры
для ограничения рисков даже ценой снижения
своего дохода. Здесь мы видим еще одно следствие,
возможно, даже более глубокое — чувство
стабильности может быть необходимо людям, чтобы иметь
возможность строить долгосрочные планы.
Вполне вероятно, что люди, которые не предполагают
возможности существенного улучшения будущего
382

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
качества своей жизни, принимают решение
прекратить попытки и поэтому остаются там, где они есть.
Вспомним, что многие родители думают
(возможно, ошибочно), что преимущества образования
имеют S-образную форму. Это означает, что для них нет
смысла начинать вкладывать в образование, если
они не думают, что смогут продолжить это
инвестирование. Если они беспокоятся о том, смогут ли
в будущем позволить себе обучение своих детей, —
скажем, потому, что они опасаются, что их
бизнес может потерпеть неудачу, — то могут решить,
что даже не стоит пытаться.
Стабильный и предсказуемый доход позволяет
взять на себя обязательства по будущим расходам,
а также значительно облегчает и удешевляет
заимствование в настоящее время. Таким образом, если
у члена семьи есть постоянная работа, школы будут
принимать их детей с большей готовностью;
больницы будут предоставлять им более дорогие
процедуры, зная, что они будут оплачены; а другие члены
семьи могут быть в состоянии сделать инвестиции,
необходимые для развития их бизнеса.
Именно поэтому «хорошее рабочее место» так
важно. Хорошее рабочее место предполагает
постоянную, хорошо оплачиваемую работу, — работу,
которая дает человеку умственное пространство,
необходимое для того, чтобы делать все то, что хорошо
делает средний класс. Экономисты часто
противились данной идее, обосновывая это тем, что хорошие
рабочие места могут быть дорогими рабочими
местами, а дорогие рабочие места могут означать
меньшее количество рабочих мест. Но если наличие
хороших рабочих мест означает, что дети растут в той
среде, где они могут максимально применить свои
таланты, вполне возможно, что стоит пожертвовать
созданием несколько меньшего их количества.
3«3

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Поскольку большинство хороших рабочих мест
находится в городах, переезд может стать первым
шагом к изменению жизненной траектории семьи.
Летом 2009 года мы находились в трущобах
индийского города Хайдарабад и разговаривали с
женщиной лет 50- Она рассказала нам, что никогда
не училась в школе, а ее дочь, родившаяся, когда
этой женщине было i6, пошла в школу, но
бросила ее после з_го класса и вскоре вышла замуж. Но ее
второй сын, добавила она почти мимоходом, в
настоящее время учится на степень МСА. Мы никогда
не слышали о МСА и спросили ее, что это такое
(нашим предположением было, что так называется
диплом профессионального училища). Она не
знала, но вскоре пришел ее сын, который объяснил,
что это магистерская степень в сфере
компьютерных приложений (Master in Computer Applications).
До этого он получил степень бакалавра в области
компьютерных наук. Его старший брат тоже
окончил колледж и работал в офисе частной компании,
а младший, еще учившийся в средней школе,
подавал документы в колледж. Семья надеялась
отправить его учиться в Австралию, если им удастся
получить один из льготных кредитов для мусульман.
Что же случилось с этой семьей, — где-то между
тем, как первая дочь бросила школу, а первый сын
ее окончил,— что настолько изменились
перспективы младших детей? Отец вышел в отставку из
армии и благодаря своим армейским связям нашел
работу охранника в государственной фирме в
Хайдарабаде. Поскольку теперь у него была работа,
которая не предполагала частых переездов, он
перевез всю свою семью в город (за исключением дочери,
которая уже была замужем). В Хайдарабаде есть
ряд доступных и относительно качественных школ
для мусульманских детей — наследие того факта,
3«4

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
что до 1948 года этот город был столицей
полунезависимого мусульманского княжества. Сыновья были
зачислены в такие школы и добились успеха.
Почему не все люди применяют эту стратегию?
В конце концов, школы лучше в большинстве
городов, даже тех, которые не имеют особой истории
Хайдарабада. А бедные (особенно бедные молодые
люди) постоянно переезжают в поисках работы.
Например, в сельской местности Удайпура 6о%
опрошенных нами семей имели хотя бы одного
члена, работавшего в том или ином городе в течение
последнего года. Но очень немногие из них
мигрируют на длительный период времени — медианная
продолжительность поездки составляет l месяц,
и только ю% поездок длятся дольше трех месяцев.
И когда люди отправляются в эти поездки, они в
основном оставляют свои семьи дома. Обычная
схема — несколько недель на работе, несколько недель
дома. Постоянная миграция, даже внутри страны,
встречается относительно редко. В нашем наборе
данных по i8 странам доля крайне бедных семей,
один член которых родился в другом месте и
мигрировал, чтобы получить работу, составляла всего 4%
в Пакистане, 6% —в Кот-д'Ивуаре, 6% —в Никарагуа
и почти ю% — в Перу. Одно из последствий
временной миграции заключается в том, что эти
работники никогда не становятся настолько незаменимыми
для работодателя, чтобы он предложил им
постоянное место или отправил на какую-либо специальную
подготовку; они всю свою жизнь остаются
поденщиками. Поэтому их семьи никогда не переезжают в
город и никогда не пользуются лучшими городскими
школами и не обретают душевного спокойствия,
которое приходит вместе с постоянной работой.
Мы спросили работавшего на стройке
мигранта из Ориссы, когда он вернулся домой, почему
3«5

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
он не остался в городе подольше. Он объяснил,
что не может взять туда свою семью, так как
жилищные условия были слишком
неблагополучными. С другой стороны, он не хотел оставаться вдали
от них слишком долго. В большинстве городов
развивающегося мира планируется очень мало места
для строительства жилья для очень бедных слоев
населения. В результате бедным приходится
жаться на каждом клочке земли, который они каким-то
образом смогли захватить у города, часто на болоте
или даже на мусорной свалке. По сравнению с
такими условиями, деревни, где живут даже самые
бедные, являются гораздо лучшим местом —они зеленее
и тише, воздух там лучше, дома больше, есть место
для игр детей. Жизнь может быть неинтересной,
но у тех, кто вырос в деревне, именно там живут их
друзья. Более того, одинокому мужчине,
отправляющемуся в город на несколько недель или даже
месяцев, на самом деле не нужно искать жилье, он может
спать под мостом или под каким-нибудь навесом,
или в магазине, или на стройке, где он работает.
Он может сэкономить деньги, которые заплатил бы
в качестве арендной платы, и просто чаще ездить
домой. Но он не хочет такой жизни для своей семьи.
Присутствует также и риск. Предположим, вы
оплачиваете расходы на обустройство дома в городе
и переезд туда своей семьи, потеряв при этом
имеющуюся работу. Действительно, если бы у вас еще
не было приличной работы и вы бы копили деньги,
то как бы вы оплатили переезд? А что будет, если
кто-то сильно заболеет? Это правда, что
здравоохранение лучше в городе, но кто отвезет вас в больницу
или будет иметь немного наличных денег под рукой,
если вам они понадобятся? Пока ваша семья все еще
живет в деревне, то, даже если вы заболеете в
городе и окажетесь в больнице, вы сможете положиться
386

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
на свои деревенские связи. Но что, если вы на самом
деле перерубите корни и переедете?
Именно поэтому гораздо проще переехать в
город при наличии там знакомых. Они могут
приютить вас и вашу семью сразу после приезда,
поддержать, если кто-то внезапно заболеет, и помочь
вам найти работу, дав рекомендацию или наняв вас
самостоятельно. Кайван Мунши, например,
обнаружил, что мексиканские сельские жители мигрируют
в те города, куда уже переезжали люди из их
деревни, даже если первоначальная миграция
происходила по чисто случайной причине12. Очевидно, что
также легче переехать, если у вас уже есть постоянная
работа или какой-то другой источник постоянного
дохода. Мусульманская семья из Хайдарабада
имела и то и другое — армейскую пенсию и работу, что,
в свою очередь, было результатом наличия
правильных связей. В Южной Африке, когда пожилые
родители получают пенсию, наиболее продуктивные
из их детей навсегда покидают семью, чтобы
переехать в город13. Эта пенсия дает им чувство
безопасности и позволяет оплатить расходы на переезд.
Как же тогда можно создать «хорошие рабочие
места»? Конечно, помогло бы облегчение миграции
в города, поэтому политика в отношении
городского землепользования и жилья для семей с низкими
доходами, очевидно, жизненно важна. Менее
очевидно, что эффективные системы социальной за-
12. Kaivan Munshi, "Networks in the Modern Economy: Mexican
Migrants in the U.S. Labor Market," Quarterly Journal of
Economics 118 (2) (2003): 549-599-
13. Cally Ardington, Anne Case, and Victoria Hosegood, "Labor
Supply Responses to Large Social Transfers: Longitudinal
Evidence from South Africa," American Economic Journal 1 (1)
(January 2009): 22-48.
387

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
щиты, состоящие как из государственной помощи,
так и из рыночного страхования, могут облегчить
миграцию, уменьшив зависимость от социального
окружения.
Но поскольку не все смогут переехать в город,
важно также, чтобы было создано больше хороших
рабочих мест не только в крупнейших мегаполисах,
но и в небольших поселках по всей стране. Для того
чтобы это стало возможным, необходимо
существенно улучшить как городскую, так и промышленную
инфраструктуру в поселках такого типа. Для
создания рабочих мест также важна регулятивная
среда. Трудовое законодательство играет
определенную роль в обеспечении безопасности работников,
но если оно настолько строгое, что работодатели
отказываются от найма, то оно контрпродуктивно.
Возможно, еще более серьезной проблемой
остается кредитование, учитывая S-образный характер
производственных технологий. Для создания
предприятий с большим числом новых рабочих мест
(а не работы для одного только
предпринимателя) требуются более значительные средства, чем те,
к которым имеет доступ средний владелец бизнеса
в развивающемся мире. При этом, как отмечалось
в главе 7 о кредитовании, неясно, как заставить
финансовый сектор предоставлять больше кредитов
этим людям.
Таким образом, из этого следует (хотя это
и не особенно модная идея среди экономистов),
что могут быть основания для использования
некоторых государственных ресурсов для содействия
созданию достаточно крупного бизнеса, например,
путем предоставления кредитных гарантий
предприятиям среднего размера. Нечто подобное
произошло в Китае, где государственные предприятия
или, по крайней мере, часть их оборудования, зем-
388

ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОНЕВОЛЕ
ли и зданий были постепенно переданы их
сотрудникам. В более явном виде это также было частью
корейской промышленной политики. В результате
может возникнуть своего рода благотворный цикл —
стабильная и более высокая заработная плата даст
работникам финансовые ресурсы, психические силы
и необходимый оптимизм, чтобы вкладывать
деньги в своих детей и больше экономить. С этими
сбережениями и доступом к более легким кредитам,
которые приносит постоянная работа, наиболее
талантливые из них в конечном итоге смогут начать
достаточно крупный бизнес, который, в свою
очередь, позволит им нанять других людей.
Итак, действительно ли существует миллиард
босоногих предпринимателей, как полагают лидеры
МФО и социально настроенные бизнес-гуру? Или это
просто иллюзия, проистекающая из заблуждения
относительно того, кого мы называем
предпринимателем? Существует более миллиарда людей, которые
управляют своей собственной фермой или
предприятием, но большинство из них делают это,
потому что у них нет других вариантов. Большинству
микропредпринимателей удается зарабатывать
достаточно ддя выживания своих семей, но у них нет
таланта, навыков или склонности к риску,
необходимых для превращения малых предприятий в
действительно успешные фирмы. На каждую Сю Айхуа,
основавшую империю по производству одежды,
не имея вначале ничего, кроме некоторого
образования и огромного таланта, приходятся миллионы
Бен Седанов, которые уверены, что выйти из
нищеты их семьям поможет не еще один хлев с
несколькими коровами, а сын с надежной работой в армии.
Микрокредиты и другие способы оказания помощи
мелким предприятиям по-прежнему играют важ-
3«9

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ную роль в жизни бедных, поскольку малый бизнес
останется, возможно, в обозримом будущем
единственным способом выживания для многих из них.
Но мы обманываем себя, если думаем, что они
способны проложить путь к массовому выходу из
нищеты.

ГЛАВА 10
Политика и политики
ПРОВОДИМАЯ политика, даже
осуществляемая с самыми лучшими
намерениями и очень хорошо продуманная, может
и не оказать положительного воздействия, если ее
реализация натолкнется на те или иные
препятствия. К сожалению, между намерением и
реализацией может существовать значительный разрыв.
Наличие множества провалов правительств часто
приводится в качестве обоснования невозможности
осуществления хорошей политики в реальном мире.
Неадекватность правительств используется также
в качестве старого аргумента против
международной помощи, выдвигаемого некоторыми
скептиками, которые доказывают, что такая помощь и
другие попытки посторонних повлиять на социальную
политику скорее ухудшат, а не улучшат положение
в бедных странах1.
Правительство Уганды предоставляет школам
гранты в расчете на одного ученика, за счет
которых финансируется содержание зданий, покупка
учебников и дополнительные программы (при этом
регулярная заработная плата учителей
выплачивается непосредственно из бюджета). В 1996 году Рит-
ва Рейникка и Якоб Свенссон решили найти ответ
1. Данная аргументация развивалась в i97°"e годы Питером
Бауэром. См. например: Peter Thomas Bauer, Dissent on
Development (Cambridge: Harvard University Press, 1972).
391

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
на простой вопрос: в каком объеме эти средства,
выделяемые школам центральным правительством,
действительно до них доходят?2 Сделать это было
достаточно легко. Они просто послали
исследовательские группы в школы, чтобы провести опрос,
сколько было получено. Затем сравнили эти
цифры с электронной базой данных об отправленных
средствах. Ответ, который они получили,
оказался просто ошеломляющим — до школ дошло всего
13% выделенных средств. Больше половины школ
вообще ничего не получили. Расследование
показало, что большая часть денег, скорее всего, оказалась
в карманах районных чиновников.
Подобные результаты легко могут ввести в
депрессию (их получали и в других подобных
исследованиях в разных странах). Нас часто спрашивают,
почему мы занимаемся тем, чем занимаемся: зачем
беспокоиться? Это «маленькие» вопросы. Уильям
Истерли, для примера, в своем блоге критиковал
рандомизированные контролируемые
исследования (РКИ) в следующих выражениях: «В отношении
многих важных проблем развития, таких как
воздействие на экономику в целом хороших институтов
или хорошей макроэкономической политики, РКИ
провести невозможно». А затем сделал вывод:
«принятие методов РКИ заставило исследователей
экономики развития снизить свои амбиции»3.
Данное утверждение хорошо отражает широко
распространенные в современной экономике разви-
2. Ritva Reinikka and Jakob Svensson, "The Power of Information:
Evidence from a Newspaper Campaign to Reduce Capture,"
working paper, HES, Stockholm University (2004).
3. См. например, запись в блоге Истерли о рандомизированных
контролируемых исследованиях: http://aidwatchers.com/
2009/07/development-experiments-ethical-feasible-useful/.
З92

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
тия институционалистские представления.
Реальная проблема развития с этой точки зрения состоит
не в том, чтобы определить необходимые
политические меры, а в том, чтобы упорядочить
политический процесс. При нормальной организации
политической сферы будет проводиться хорошая
политика. Напротив, если в этой сфере есть
проблемы, то разработка и реализация хорошей политики
станут невозможны, по крайней мере в необходимом
масштабе. Нет никакого смысла выяснять, как
лучше потратить 1 доллар на школы, если 87 центов все
равно никогда до них не дойдут. Отсюда следует
(или предполагается), что «большие вопросы»
требуют «больших ответов» — социальных революций,
таких как переход к эффективной демократии.
Существует и иная крайность. Так, Джеффри
Сакс, что, возможно, неудивительно,
рассматривает коррупцию как ловушку бедности. Бедность
является причиной коррупции, а коррупция — причиной
бедности. Его предложение заключается в том,
чтобы уничтожить эту ловушку, сделав людей в
развивающихся странах менее бедными. Международная
помощь должна предоставляться для достижения
конкретных целей (таких, как борьба с
малярией, производство продовольствия, обеспечение
чистой питьевой водой и устройство канализации),
что легко проконтролировать. Повышение
жизненных стандартов, как доказывает Сакс, придаст
гражданскому обществу и правительствам сил для
поддержания верховенства права4.
Подобная позиция основана на предположении
о возможности успешной реализации таких про-
4- См. например, колонку Джеффри Сакса «Кто победит
коррупцию»: http://www.project-syndicate.org/commentary/
sachsio6/English.
393

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
грамм в больших масштабах в бедных,
коррумпированных странах. По данным Transparency
International, в 20Ю году Уганда занимала 127-е место
из 178 стран по уровню коррупции (выше, чем
Нигерия, на том же уровне, что Никарагуа и Сирия,
и ниже, чем Эритрея). Можем ли мы ожидать
какого-либо прогресса в области образования до тех
пор, пока Уганда не решит более серьезную
проблему коррупции?
Тем не менее у истории, рассказанной Рейник-
ка и Свенссоном, есть интересный эпилог. Когда
выводы их исследования были обнародованы,
в Уганде поднялся большой шум, в результате чего
Министерство финансов начало ежемесячно
предоставлять главным национальным газетам (и их
изданиям на местных языках) информацию о том,
сколько денег было отправлено в районы для школ.
В 2001 году, когда Рейникка и Свенссон повторили
свое исследование школ, то обнаружили, что в
среднем до школ стало доходить 8о% выделяемых
правительством грантов. Примерно половина директоров
школ, получивших меньше положенного, подали
официальную жалобу, и в конце концов
большинство из них получили свои деньги. Не было никаких
сообщений о репрессиях против таких директоров
или против газет, которые опубликовали их
историю. Похоже, что районные чиновники с радостью
присваивали деньги, когда за ними никто не следил,
но остановились, когда это стало делать сложнее.
По-видимому, повсеместное хищение
государственных средств стало возможным главным образом
потому, что никто ими не интересовался.
Случай с директорами угандийских школ говорит
о наличии следующей возможности. Если бы у
директоров сельских школ существовала возможность
борьбы с коррупцией, то возможно, не было бы необ-
394

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
ходимости ждать свержения правительства или
глубокой трансформации общества, чтобы проводить
более эффективную политику. Тщательное
осмысление и строгие оценки могут помочь нам разработать
системы, позволяющие контролировать коррупцию
и неэффективность. Мы не «снижаем наши
амбиции»—постепенный прогресс и накопление этих
небольших изменений, как мы полагаем, иногда могут
закончиться тихой революцией.
Политическая экономия
Коррупция, или простое пренебрежение долгом,
порождает массовую неэффективность. Если
учителя или медсестры не выходят на работу, никакая
политика в области образования или
здравоохранения не может быть реально реализована. Если
водители грузовиков могут заплатить небольшую
взятку за перегруженный кузов, миллиарды
долларов на строительство дорог будут потрачены
впустую, так как дороги станут разрушаться под
колесами этих грузовиков.
Наш коллега из Массачусетского
технологического института, Дарон Асемоглу, и его постоянный
соавтор из Гарварда, Джеймс Робинсон,
являются наиболее глубоко мыслящими
представителями довольно меланхоличного направления,
широко представленного в современной экономической
теории. По их мнению, до тех пор, пока
политические институты не будут исправлены, страны не
смогут реально развиваться, но при этом исправление
институтов представляет сложную задачу.
Асемоглу и Робинсон определяют институты следующим
образом: «Экономические институты формируют
экономические стимулы, стимулы для получения
395

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
образования, для сбережения и для инвестиций,
для придумывания и внедрения инноваций и так
далее. Политические институты определяют
способность граждан контролировать политиков»5.
Как представители политической науки, так
и экономисты обычно анализируют институты на
самом высоком уровне. В их сознании, если можно
так выразиться, существуют только институты,
написанные прописными буквами, — экономические
ИНСТИТУТЫ, такие как права собственности и
системы налогообложения; политические ИНСТИТУТЫ,
такие как демократия или автократия,
централизованная или децентрализованная власть, всеобщее
или ограниченное избирательное право.
Аргументация в книге Асемоглу и Робинсона «Почему одни
страны богатые, а другие бедные»6, которая
отражает широко распространенные среди ученых7
представления о политической экономии, основана
на том, что (широкие) институты представляют
собой основной двигатель успеха или провала
общества. Хорошие экономические институты поощряют
граждан инвестировать, накоплять и развивать но-
5- Daron Acemoglu and James Robinson, Economic Origins of
Dictatorship and Democracy (New York: Cambridge University
Press, 2005); Дарон Асемоглу и Джеймс Робинсон,
Экономические истоки диктатуры и демократии (Москва:
Издательский дом Высшей школы экономики, 2015).
6. Daron Acemoglu and James Robinson, Why Nations Fail (New
York: Crown, 2012); Дарон Аджемоглу и Джеймс
Робинсон, Почему одни страны богатые, а другие бедные.
Происхождение власти, процветания и нищеты (Москва: ACT, 2015).
7. См. например: Tim Besley and Torsten Persson, "Fragile
States and Development Policy" (manuscript, November 2010).
В этой статье доказывается, что ключевой
характеристикой развивающихся стран является хрупкость
государства и его неспособность обеспечить базовые
общественные блага своим гражданам.
396

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
вые технологии, что приводит к процветанию
общества. Плохие экономические институты оказывают
противоположный эффект. Одна из проблем
заключается в том, что правители, обладающие властью
формировать экономические институты, не
обязательно считают, что в их интересах позволить
гражданам своей страны благоденствовать и
процветать. Их личным интересам больше может
соответствовать такая экономическая система, в
которой существует множество ограничений на то, кто
и что может делать (и которые они могут
избирательно ослаблять в своих интересах), а ослабление
конкуренции может помочь им сохранить власть.
Вот почему политические институты имеют
значение—они существуют для того, чтобы помешать
лидерам организовывать экономическую жизнь для
извлечения своей личной выгоды. Когда политические
институты работают хорошо, они налагают на
правителей достаточно ограничений, чтобы
гарантировать, что они не смогут отклониться слишком
далеко от общественных интересов.
К сожалению, плохие институты имеют
тенденцию закреплять существование других плохих
институтов, что порождает порочный круг, иногда
называемый «железным законом олигархии». Те, кто
располагает властью при нынешних политических
институтах, стремятся к тому, чтобы экономические
институты способствовали их обогащению, а
обогатившись, обычно используют свое состояние,
чтобы предотвратить любые попытки отстранить их
от власти.
Длинная тень плохих политических институтов,
по мнению Асемоглу и Робинсона, является
основной причиной того, почему многие страны в
развивающемся мире не смогли обеспечить устойчивость
экономического роста. Эти государства унаследова-
397

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ли от колониального прошлого набор институтов,
который был создан колониальными правителями
не для развития страны, а для максимизации
изъятия ее ресурсов в интересах колониальных властей.
После деколонизации новые правители сочли
удобным сохранить те же самые экстрактивные
институты и использовать их в своих интересах, тем
самым запустив порочный круг. Например, в статье,
ставшей классической, Асемоглу, Робинсон и
Саймон Джонсон показали, что в тех бывших
колониях, где распространенность эпидемических
заболеваний препятствовала широкомасштабному
переселению европейцев, качество институтов в
колониальные времена было, как правило, хуже
(потому что они были естественным образом выбраны
для удаленной эксплуатации), эти плохие
институты сохранились и после деколонизации8.
Абхиджит и Лакшми Айер обнаружили
поразительный пример длинной тени политических
институтов в Индии9. В период британской колонизации
в отдельных областях этой страны были
установлены разные системы сбора земельных доходов, в
основном по случайным причинам (выбор институтов
зависел главным образом от идеологии
британского служащего, отвечавшего за эти области, а также
от тех представлений, которые преобладали в
Британии ко времени их завоевания). В соответствии с
системой заминдари, ответственность за сбор земель-
8. Daron Acemoglu, Simon Johnson, and James Robinson, "The
Colonial Origins of Comparative Development: An
Empirical Investigation," American Economic Review 91 (5) (2001):
1369-1401.
9. Abhijit Banerjee and Lakshmi Iyer, "History, Institutions, and
Economic Performance: The Legacy of Colonial Land Tenure
Systems in India," American Economic Review 95 (4) (2005):
1190-1213.
З98

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
ного налога возлагалась на местных наследственных
земельных владельцев, что служило укреплению их
власти и феодальных отношений. Согласно системе
райатвари, за уплату налогов индивидуальную
ответственность несли фермеры; в результате в тех
регионах, где действовала эта система, развивались
более кооперативные и горизонтальные социальные
отношения. Как ни удивительно, но и сегодня,
через полтора века и долгое время после того, как сбор
всех земельных доходов прекратился, в тех
местностях, где доминировала элита, социальные
отношения напряженнее, сельскохозяйственная
урожайность ниже, а школ и больниц меньше, чем в
местностях, поставленных под контроль деревни.
Разумеется, Асемоглу и Робинсон не считают,
что бывшим колониям невозможно избежать
порочного круга плохих политических и
экономических институтов. Однако, по их мнению, для этого
потребуется правильная расстановка сил в
сочетании с изрядной долей везения. Особое внимание
они обращают на примеры Славной революции
в Англии и Великой французской революции. Тот
факт, что все это крупные потрясения по крайней
мере двухсотлетней давности, не совсем
обнадеживает. Свою книгу Асемоглу и Робинсон заканчивают
некоторыми очень осторожными предложениями
о том, что может помочь осуществить изменения.
Существует еще два влиятельных подхода, в
которых разделяется основная позиция Асемоглу и
Робинсона относительно примата институтов, но не их
сущностный пессимизм. Эти две группы
исследователей ведут нас в радикально противоположных
направлениях. С точки зрения представителей
первого подхода, если страны застряли в развитии из-за
плохих институтов, богатые страны обязаны помочь
им получить лучшие институты, даже силой, когда
399

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
это необходимо. Во второй группе
распространено представление, что любая попытка
манипулировать институтами или политикой сверху вниз
обречена на провал, а изменения могут происходить
только изнутри.
Один из возможных способов выйти из
порочного круга плохих институтов заключается в их
импорте извне. Пол Ромер, получивший
известность несколько десятилетий назад за свои
пионерные работы об экономическом росте, предложил,
как может показаться, блестящее решение —если вы
не можете управлять своей страной, передайте ее
на субподряд тому, кто может10. Вместе с тем
управление всей страной может представлять сложную
задачу. Поэтому он предложил начать с городов,
достаточно маленьких, чтобы быть управляемыми,
и при этом достаточно больших, чтобы их
развитие переломило ситуацию в стране. Вдохновленный
примером Гонконга, который был успешно развит
британскими властями, а затем передан обратно
Китаю, Ромер разработал концепцию «чартерных
городов». Согласно этой концепции, странам
предлагалось передавать пустые участки своей территории
иностранным властям, которые взяли бы на себя
ответственность за развитие нового города с
хорошими институтами. Начиная с нуля, можно
установить набор хороших базовых правил (их примеры
варьируются от сборов за пробки на дорогах до
предельного ценообразования на электроэнергию и,
конечно же, включают правовую защиту прав
собственности). Поскольку принуждение к переезду в такие
места отсутствует, а все вновь прибывшие будут доб-
ю. Dwyer Gunn, "Can 'Charter Cities' Change the World? A Q&A with
Paul Römer," New York Times, September 29, 2009; см. также:
"Charter Cities," http://www.chartercities.org.
400

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
ровольцами, — первоначально территория пуста, —
у людей не возникнет никаких поводов жаловаться
на новые правила.
Один из незначительных недостатков этой схемы
заключается в том, что неясно, согласятся ли
лидеры плохо управляемых стран заключать соглашения
такого рода. Более того, даже если они будут
согласны, неясно, смогут ли они найти покупателя,—
взять на себя обязательство передать территорию
обратно, когда она достигнет успеха, было бы
довольно трудно. Пол Коллиер, профессор
Оксфордского университета и бывший экономист
Всемирного банка, показывает в своих книгах «Нижний
миллиард: Почему беднейшие страны терпят
неудачу и что с этим можно сделать» и «Войны, оружие
и голоса: Демократия в опасных местах», что в мире
существует 6о «безнадежных» стран (таких, как Чад,
Конго и так далее), где живет примерно i млрд
человек11. Эти страны застряли в порочном круге плохих
экономических и политических институтов,
поэтому Запад обязан помочь им из него выбраться, если
необходимо, путем военного вмешательства. В
качестве примера успешной интервенции такого типа
Коллиер приводит британскую вооруженную
поддержку демократизации в Сьерра-Леоне.
Одним из наиболее яростных противников
предложения Коллиера предсказуемо выступил
Уильям Истерли12. Главная проблема, справедливо ука-
п. Paul Collier, The Bottom Billion: Why the Poorest Countries Are
Failing and What Can Be Done About It (New York: Oxford
University Press, 2007); Paul Collier, Wars, Guns, and Votes:
Democracy in Dangerous Places (New York: HarperCollins, 2009).
12. William Easterly, "The Burden of Proof Should Be on
Interventionists—Doubt Is a Superb Reason for Inaction," Boston
Review (July-August 2009).
4OI

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
зывает он, заключается в том, что захватить страну
гораздо проще, чем поставить ее на путь
развития. Катастрофические усилия Соединенных
Штатов по установлению рыночной демократии в
Ираке—лишь один из недавних примеров13. Если же
рассуждать в более общем плане, то
универсальных решений не существует. Институты должны
быть приспособлены к местным условиям, и
поэтому любая попытка изменить их сверху вниз,
скорее всего, даст обратный результат. Реформы, если
они вообще возможны, должны проводиться
постепенно, и при этом необходимо признавать, что
существующие институты, скорее всего, возникли
не просто так14.
Недоверие к внешним экспертам приводит
к чрезвычайно скептическому отношению Истерли
не только к иностранному вторжению, но и к
иностранной помощи в целом, отчасти потому, что
помощь обычно сопровождается попытками повлиять
на принимаемые меры, часто ценой фактического
ухудшения политической обстановки, когда помощь
продолжает предоставляться даже
коррумпированным лидерам15.
Вместе с тем Истерли не является пессимистом.
Он убежден, что все страны способны найти свой
собственный путь к успеху, но для этого их
необходимо предоставить самим себе. Вопреки отвраще-
13. См.: Rajiv Chandrasekaram, Imperial Life in the Emerald City:
Inside Iraq's Green Zone (New York: Knopf, 2006), а также
глубокую критику Истерли руководства по проведению
военных операций: http://www.huffingtonpost.com/william-eas-
terly/will-us-armys-development_b_2i7488.html.
14. William Easterly, "Institutions: Top Down or Botton Up,"
American Economic Review: Papers and Proceedings 98 (2) (2008):
95-99-
15. См.: Easterly, The White Man's Burden, p. 133.
402

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
нию Истерли к экспертам и его заявлениям об
отсутствии универсальных решений, он предлагает
один экспертный совет —это свобода. Под свободой
понимается максимально возможная политическая
свобода, а также экономическая свобода, включая
«самое недооцененное человеческое изобретение»,
то есть свободные рынки16. Предоставление
свободы является частью его идеи о том, что мы
должны позволить «семи миллиардам экспертов»
самостоятельно взять ответственность за свою судьбу17.
Свободные рынки дадут потенциальным
предпринимателям возможность начать свое дело и создать
богатство, если они добьются успеха. Будучи
убежденным сторонником спрос-вала, Истерли также
настаивает, чтобы правительства перестали
навязывать образование и здравоохранение безразличному
населению, а вместо этого предоставили им
свободу находить способы получить образование и
медицинскую помощь путем своих собственных
коллективных действий.
Разумеется, при этом существует много ситуаций,
в которых члены общества могут ощущать, что в
конечном счете результаты свободного рынка не
идеальны. Во-первых, как подчеркивает Истерли18,
бедные могут быть неспособны участвовать в
рыночной деятельности и нуждаться в помощи, пока
рынок не найдет способ добраться до них.
Во-вторых, для функционирования рынка и общества
необходимы некоторые правила. Например, люди,
не умеющие водить машину, могут тем не менее
захотеть сесть за руль. Но общество полагает, что луч-
i6. Ibid., р. 72.
17. William Easterly, "Trust the Development Experts —All 7 Billion,"
Financial Times, May 28, 2008.
18. Easterly, The White Man's Burden, p. 73.
403

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ше, чтобы они этого не делали, из-за возможных
последствий для всех остальных его членов.
Очевидно, свободный рынок водительских прав неспособен
решить эту проблему. Проблема заключается в том,
что если государство слабое или коррумпированное,
то свободный рынок будет естественным образом
возрождаться через взятки и коррупцию.
Исследование распределения водительских прав в Дели
показало, что знание того, как водить машину, на
самом деле не повышает вероятность того, что кто-то
действительно получит водительские права, а вот
готовность платить больше, чтобы получить их
быстро, повышает19. Фактически в Дели существует
свободный рынок водительских прав, и это именно то,
чего мы не хотим. Задача состоит в том, чтобы
заставить государство выполнять свою работу именно
в тех случаях, когда целью является избегание
результатов свободного рынка.
Таким образом, государство необходимо для
предоставления базовых общественных благ и
принуждения к исполнению правил и норм, необходимых
для функционирования рынка. Согласно Истерли,
демократия необходима для обеспечения обратной
связи «снизу-вверх» и подотчетности правительства.
Отсюда возникает следующий вопрос: каким
образом возникают институты свободного рынка и
демократии? Истерли последователен: он указывает,
что свобода не может быть навязана извне, в
противном случае она не является свободой.
Следовательно, подобные институты должны вырасти внутри
страны и исходить «снизу-вверх». Все, что можно
ig. Marianne Bertrand, Simeon Djankov, Rema Hanna, and Sendhil
Mullainathan, "Obtaining a Driving License in India: An
Experimental Approach to Studying Corruption," Quarterly
Journal of Economics (November 2007): 1639-1676.
404

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
сделать, —это вести кампанию за идеалы индивиду-
го
ального равенства и прав человека .
Однако основной урок исторического анализа
Асемоглу и Робинсона говорит о высокой
устойчивости плохих институтов и о возможности отсутствия
естественного процесса их устранения. Мы
разделяем их скептицизм как в отношении опасности
стратегии навязывания полномасштабных
институциональных изменений извне, так и в отношении
надежды на то, что все в конечном итоге
исправится, если мы оставим людей в покое. Вместе с тем
в целом мы продолжаем сохранять оптимизм, так
как на практике мы действительно видим много
значительных институциональных изменений,
происходящих, в предельном случае, в отсутствие
внешнего вторжения или полномасштабной социальной
революции.
Действительно, мы полагаем, что вся эта
дискуссия упускает нечто важное в определении
институтов. Институты определяют правила вовлеченности.
Разумеется, сюда входят те ИНСТИТУТЫ, на которых
сосредоточен основной фокус анализа, по крайней
мере со стороны экономистов и политологов, и
которые все еще находятся в центре научной дискуссии, —
это демократия, децентрализация, права
собственности, кастовая система и так далее. Но каждый такой
ИНСТИТУТ на нижнем уровне реализуется через
специфические местные институты. Права
собственности, например, формируются сочетанием целого
ряда законов —о том, кто чем может владеть
(например, право иностранцев на владение шале в
Швейцарии ограничено), что такое собственность (в Швеции
люди имеют право ходить везде, в том числе и по чу-
20. Презентация Истерли на эту тему доступна по ссылке: http://
dri.fas.nyu.edu/object/withoutknowinghow.html.
405

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
жой частной земле), как сочетание правовой
системы и полиции действует для обеспечения
соблюдения этих законов (суды присяжных распространены
в Соединенных Штатах, но не во Франции или
Испании) и многое другое. В демократиях существуют
нормы, которые регулируют, кто имеет право
избираться на ту или иную должность, кто может
голосовать, как должны вестись избирательные кампании,
а также системы правовой защиты, которые
определяют степень легкости покупки голосов или
запугивания граждан. Если уж на то пошло, даже
автократические режимы иногда оставляют некоторое
ограниченное пространство для вовлеченности
граждан. Детали имеют значение, как мы не раз
видели в этой книге. Институты не являются
исключением. Чтобы действительно понять влияние
институтов на жизнь бедных, необходимо изменить наш
угол зрения —от ИНСТИТУТОВ прописными
буквами к институтам строчными буквами —то есть
смотреть снизу-вверх21.
Предельные изменения
Пессимизм Асемоглу и Робинсона отчасти
проистекает из того факта, что нам редко приходится видеть
успешную радикальную смену режима от
авторитарного и коррумпированного к хорошо
функционирующей демократии. Взгляд снизу-вверх позволяет
нам, прежде всего, понять, что для повышения
подотчетности и сокращения коррупции не всегда
необходимо фундаментальное изменение институтов.
21. Rohini Pande and Christopher Udry, "Institutions and
Development: A View from Below," Yale Economic Growth Center
Discussion Paper 928 (2005).
406

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
Полномасштабные демократические реформы
редки и немногочисленны. Вместе с тем существует
много примеров внедрения демократических
институтов, в ограниченной степени и на местном
уровне, в рамках авторитарных режимов. Реформы
избирательных систем проходили в таких авторитарных
государствах, как Индонезия при Сухарто,
Бразилия при военной диктатуре, а также Мексика в
период господства Институционно-революционной
партии. В недавнем прошлом местные выборы
начали проводиться во Вьетнаме (в 1998 году), в
Саудовской Аравии (в 2005 году) и в Йемене (в 2001 году).
Обычно подобные реформы встречали скептическое
отношение на Западе, так как результаты выборов
часто фальсифицировались, а выборным
должностным лицам предоставлялись лишь очень
ограниченные полномочия. Тем не менее существуют
убедительные доказательства того, что даже очень
несовершенные местные выборы могут
существенно изменить порядок управления местными
органами власти. В начале 1980-х годов в сельских районах
Китая постепенно вводились выборы на уровне
деревень. Первоначально допуск к участию в выборах
определялся Коммунистической партией, а ее
ячейки с назначенными секретарями продолжали
работать в каждой деревне. Голосование не всегда
проходило тайно, кроме того, неоднократно сообщалось
о случаях наполнения избирательных урн
фальшивыми бюллетенями. Несмотря на эти изъяны,
исследование22 показало наличие удивительно большого
эффекта данной реформы, которая привела к росту
22. Monica Martinez-Bravo, Gerard Padro-i-Miquel, Nancy Qian,
and Yang Yao, "Accountability in an Authoritarian Regime:
The Impact of Local Electoral Reforms in Rural China," Yale
University (2010), manuscript.
407

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
подотчетности местных органов власти перед
сельскими жителями. После того как в деревнях
начинали проводиться выборы, руководители на местах,
как правило, предпринимали действия по
смягчению непопулярных мер центрального
правительства, например политики одного ребенка на одну
семью. Перераспределение сельскохозяйственных
земель, которое время от времени происходит в
китайских деревнях, обычно начинало осуществляться
в интересах фермеров среднего достатка, а
структура общественных расходов — отражать потребности
жителей деревень.
Подобным образом представляется, что
борьба с коррупцией возможна, в некоторой степени,
и без исправления более крупных институтов.
Относительно простые меры вмешательства, такие
как кампания в прессе, успешно проведенная
правительством Уганды, показали впечатляющий успех.
Еще одна интересная история произошла в
Индонезии, которая осталась довольно коррумпированной
даже после падения режима Сухарто. Согласно
индексу восприятия коррупции Transparency
International, Индонезия в 20Ю году находилась на ио-м
месте из 178 стран. Очевидно, было наличие коррупции
и при реализации финансируемой Всемирным
банком правительственной программы, направленной
на предоставление денег деревням для
строительства местной инфраструктуры, включая дороги.
Самый простой способ, которым местные
руководители могли присвоить часть этих средства, заключался
в завышении счетов за материалы и в фиктивной
выплате заработной платы. Наш коллега
Бенджамин Олкен нанял бригаду инженеров для
обследования дорог примерно в боо деревнях, чтобы
выяснить, сколько материала на самом деле пошло на их
строительство. Затем оценка расходов сопоставля-
4о8

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
лась с предоставленными отчетами. Другая
команда опрашивала работавших на строительстве людей
о том, сколько им на самом деле заплатили.
Выяснилось, что воровство было широко распространено:
каким-то образом исчезло 27% фонда оплаты
труда, а также 20% материалов. Ситуация усугублялась
тем, что потери носили не только денежный
характер. Длина дорог соответствовала запланированной
(иначе кража была бы слишком очевидной), но
недостаток материалов приводил к снижению их
качества, в результате чего эти дороги размывались в се-
зон дождей .
В попытке преодолеть коррупцию, ответственные
за реализацию программы правительственные
чиновники сообщили местным руководителям, что
качество строительства будет проверяться, а
результаты проверок будут обнародованы. Правительство
не нанимало особо честных контролеров —они
работали в рамках существующей системы. Тем не менее
Олкен показал, что угроза проверок привела к
снижению кражи средств на заработную плату и
материалов—на треть по сравнению с теми деревнями,
где проверки не проводились (проверяемые
деревни отбирались случайным образом).
В индийском штате Раджастхан мы
работали с полицейским управлением и посылали
«тайных покупателей» или «подсадных уток» в
полицейские участки, задачей которых было заставить
полицейских зарегистрировать некоторые
выдуманные мелкие преступления — кражи сотовых
телефонов, случаи «приставания к Еве» (Eve-teasing—
этим эвфемизмом в Индии называют преследование
23. Benjamin Olken, "Monitoring Corruption: Evidence from a Field
Experiment in Indonesia," Journal of Political Economy 115 (2)
(April 2007): 200-249.
409

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
женщин на улицах) и тому подобное24. Оценка
работы полицейских участков в Индии
осуществляется на основе нераскрытых преступлений, то есть
чем больше нераскрытых преступлений, тем ниже
оценка. Поэтому самый простой способ повысить
эту оценку заключается в том, чтобы
регистрировать как можно меньше преступлений. В ходе
первого этапа визитов наших сотрудников до регистрации
дошло только 40% случаев (в момент регистрации
они должны были сообщить полицейским, что это
всего лишь проверка). Поэтому неудивительно,
что бедные редко пытаются сообщать о мелких
правонарушениях в полицию.
Индийская полиция представляет собой почти
идеальный пример воспроизводства
колониального института. Несмотря на то что первоначально
полиция была предназначена для защиты
интересов колонизаторов, после обретения независимости
не было предпринято никаких попыток ее
реформирования. Даже «Закон о полиции» i86i года до сих
пор в действии! После 1977 года был организован
ряд комиссий по реформе полиции, которые
рекомендовали провести широкомасштабные изменения,
но до настоящего времени осуществление этих
рекомендаций носило весьма ограниченный характер.
Тем не менее данная система далеко не так
склеротична, как можно было бы предположить из этой
истории.
Завершая свой визит, когда дело доходило до
регистрации, наши сотрудники сообщали, что это
проверка. В результате полицейским стало известно,
что в округе ходят «подсадные утки», которые пы-
24. Abhijit Banerjee, Esther Duflo, Daniel Keniston, and Nina Singh,
"Making Police Reform Real: The Rajasthan Experiment,"
draft paper, MIT (2010).
410

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
таются зарегистрировать мелкие правонарушения.
Хотя полицейским и объяснили, что данные об этих
посещениях не передаются их боссам и не связаны
с какими-либо санкциями, уровень регистрации
правонарушений вырос —с 40% на первом этапе
исследования до уо% — на четвертом. У полицейских
не было никакой возможности идентифицировать
наших сотрудников (это были обычные местные
жители, которым поручалось рассказать ту или иную
историю), а это значит, что уровень регистрации
должен был увеличиться для всех таких случаев,
то есть страха перед «подсадными утками»
оказалось достаточно, чтобы заставить полицию лучше
выполнять свою работу.
Мониторинг снизу-вверх не является
особенно новой идеей. Однако контролеры и «подсадные
утки» оказались эффективными, вероятно потому,
что помогли собрать информацию, которая может
быть использована для наказания нарушителей.
Нескольких людей внутри системы, убежденных в
необходимости бороться с коррупцией, может быть
достаточно.
Информационные технологии способны помочь.
В настоящее время Надан Нилекани, который
раньше возглавлял компанию Infosys, крупнейшего
разработчика программного обеспечения в Индии,
предпринимает беспрецедентные усилия по
предоставлению каждому жителю этой страны
«уникального идентификационного номера», связанного
с отпечатками пальцев людей и фотографией их
радужных оболочек. Идея заключается в том, что
любой человек, зарегистрированный в системе, может
быть идентифицирован в любом месте, где есть
соответствующее оборудование для распознавания
отпечатков пальцев. Когда система будет создана,
станет возможным, например, проверять отпечат-
411

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ки пальцев у людей, приобретающих по
справедливой цене субсидированное зерно. Это
значительно затруднит владельцам магазинов возможность
продавать это зерно по рыночным ценам, сообщая
при этом, что оно было продано бедным по
субсидированным ценам. Фундаментальные изъяны
индийской институциональной структуры сохранятся.
Вместе с тем есть шанс, что подобные технические
средства действительно могут способствовать
значительному улучшению жизни бедных (хотя у нас пока
нет доказательств этого, поскольку система все еще
находится в стадии внедрения).
Децентрализация и демократия
на практике
Таким образом, с одной стороны, существуют
возможности улучшения подотчетности и борьбы
с коррупцией даже в рамках в целом «плохих»
ИНСТИТУТОВ. Напротив, с другой стороны, нет
никакой гарантии, что хорошие ИНСТИТУТЫ
обязательно заработают на практике. Здесь, опять же, все
зависит от того, как они будут действовать на
местах. На каком-то уровне это довольно очевидная
истина, с которой согласны институциональные
пессимисты. Вместе с тем не так часто признается,
насколько важным может быть эффект
кажущихся очень незначительными изменений в правилах.
Приведем замечательный пример воздействия
подобного незначительного изменения в Бразилии.
В прошлом на выборах в этой стране использовались
сложные бумажные бюллетени. Избиратели должны
были выбрать одного кандидата из длинного
списка, а затем вписать в свой бюллетень имя (или
номер) кандидата, за которого они хотели бы прого-
412

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
лосовать. В стране, где примерно четверть взрослого
населения не является функционально грамотным,
это приводило к фактическому лишению
избирательных прав большого числа избирателей. В
среднем на выборах около 25% голосов признавались
недействительными и не учитывались при
подсчете результатов. В конце i99°"x годов стало
вводиться электронное голосование, сначала в самых
крупных муниципалитетах, а затем и во всех остальных.
Для голосования использовался простой интерфейс,
позволявший избирателям выбрать номер
кандидата и демонстрировавший им его фотографию.
Эта реформа, введенная главным образом для
облегчения подсчета результатов выборов, имела
непредвиденные последствия — в тех
муниципалитетах, где электронное голосование было уже введено,
число недействительных голосов оказалось на и%
ниже, чем в очень похожих муниципалитетах,
которые еще не перешли на новую систему.
Избиратели, получившие, таким образом, право голоса, были
беднее и менее образованны, беднее и менее
образованными оказались и избираемые ими политики.
Очевидно, что и проводимая политика стала в
большей степени ориентироваться на бедных. В
частности, об этом свидетельствует увеличение расходов
на здравоохранение и снижение числа детей с
низким весом при рождении у менее образованных
матерей. Незначительная, казалось бы, техническая
модификация, не связанная с серьезной
политической борьбой, привела к тому, что голос бедных стал
в большей степени учитываться в бразильском
политическом процессе25.
25. Thomas Fujiwara, "Voting Technology, Political Responsiveness,
and Infant Health: Evidence from Brazil," University of
British Columbia, mimeo (2010).
413

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Власть — народу
Другой пример удивительной силы небольших
изменений дают правила, регулирующие местные
политические процессы. В настоящее время многие
международные институты приняли новую
идеологию, согласно которой ответственность за хорошую
работу школ, больниц и местных дорог должна
передаваться их бенефициарам. При этом обычно у
бедных не спрашивают, действительно ли они хотят
взять на себя эту ответственность.
Перед лицом очевидной неспособности
государства предоставлять общественные услуги бедным,
как это было показано в различных главах этой
книги, предложение передать управление политикой
борьбы с бедностью самим бедным на первый взгляд
кажется логичным. Низкое качество общественных
услуг непосредственно затрагивает их
бенефициаров, а значит, именно их оно должно заботить
прежде всего. Кроме того, они лучше информированы
как о своих потребностях, так и о том, что
происходит на местах. Передача бенефициарам права
контролировать поставщиков услуг (учителей, врачей,
инженеров), то есть возможности нанимать и
увольнять их, либо, по крайней мере, права жаловаться
на них станет гарантией того, что решения будут
приниматься теми, у кого есть правильные стимулы
и правильная информация. «При достаточно
высоких ставках, —сообщается в Докладе о мировом
развитии Всемирного банка за 2004 год, посвященном
повышению эффективности услуг для бедного
населения, — проблемы решаются местными
сообществами»26. Более того, сам акт совместной работы
2б. World Bank, World Development Report 2004 : Making Services Work
for Poor People (2003).
414

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
над коллективным проектом может помочь
общинам восстановить социальные связи после
окончания крупного гражданского конфликта. Так
называемые Проекты развития по инициативе общин,
в рамках которых местные сообщества выбирают
коллективные проекты и управляют ими, весьма
активно применяются после конфликтов, например,
в Сьерра-Леоне, Руанде, Либерии и Индонезии.
Однако на практике достаточно большое
значение имеет то, как именно организовано участие
сообщества и децентрализация. Как сообщество
выражает свои предпочтения, учитывая, что мнения
разных людей зачастую не совпадают? Как
добиться того, чтобы были представлены интересы
непривилегированных групп (женщин, этнических
меньшинств, низших каст, безземельных крестьян)?
В подобных условиях справедливость процесса
принятия решений, а также его результаты
решающим образом зависят от таких деталей, как
правила отбора проектов (на собрании? путем
голосования?), кто приглашается на собрания, кто выступает,
кто отвечает за реализацию проекта на ежедневной
основе, как отбираются эти руководители
проекта и многое другое. Если эти правила направлены
на исключение меньшинств или бедных, то
возможно, что децентрализация им не поможет, а
передача власти местному населению не сохранит
общинную гармонию. Напротив, группы, обнаружившие,
что их собственные соседи лишили их прав, могут
еще больше обозлиться.
Возьмем пример собраний деревенских
жителей — важнейшего института местного
самоуправления. Именно на таких собраниях обсуждаются
взаимные претензии, одобряются бюджеты,
предлагаются и утверждаются проекты. В нашем
воображении идея деревенских собраний может пробудить
415

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
образы традиционных форм прямой демократии,
такие как ежегодные собрания жителей городков
Вермонта, полные доброжелательности и соленого
юмора. Однако реальность местного самоуправления
в развивающихся странах гораздо менее
привлекательна. В Индонезии Всемирный банк финансирует
Проект развития кечаматанов (районов). В рамках
этого проекта местным сообществам
предоставляются средства для строительства или
восстановления инфраструктуры деревень, такой как местные
дороги или оросительные каналы. Из нескольких
сотен взрослых жителей деревни на собраниях
проекта обычно присутствует около 50 человек,
половина из которых принадлежит к местной элите.
При этом большинство присутствующих молчат —
в среднем на этих собраниях выступают 8 человек,
из них 7 принадлежат к элите.
Казалось бы, это свидетельствует о действии
«железного закона олигархии» на деревенском уровне.
Но когда правила немного изменили, ситуация
стала другой. В некоторых случайно отобранных
деревнях людям стали присылать формальные
письменные приглашения на собрания. В результате собрания
стали приходить иначе — в среднем посещаемость
выросла почти до 65 человек, 38 из которых не
принадлежали к элите, увеличилось и число
выступающих, а собрания стали более оживленными. Кроме
того, к некоторым пригласительным письмам
прилагались опросные формы о ходе реализации
проекта развития кечаматана. Распространение опросных
форм осуществлялось следующим образом: в
некоторых случайно отобранных деревнях они
раздавались школьникам, которые должны были отнести их
домой, а в других деревнях этим занималось местное
руководство. В результате выяснилось, что, когда
опросные формы распространялись через школы,
4i6

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
в среднем комментарии были значительно более
критичны, чем когда они распространялись
главами деревень.
Если воздействие правил так велико, то
чрезвычайно важно, кто их устанавливает. Если
предоставить деревни самим себе, то власть в них, скорее
всего, будет захвачена элитой. Поэтому, возможно,
было бы лучше, если бы процесс децентрализации
был разработан центральной властью, которая
учитывала бы интересы менее преуспевающих или
менее могущественных. Власть необходимо передать
народу, но не всю власть.
Один из конкретных примеров подобного
вмешательства сверху-вниз представляют ограничения,
налагаемые на тех, кого сельские жители могут
избирать в качестве своих представителей. Такие
ограничения имеют большое значение, поскольку
могут быть необходимы для обеспечения адекватного
представительства меньшинств.
Данные ограничения существуют в индийской
системе местного самоуправления, при избрании
грам папчаятов (сельских советов). Грам панчаяты
избираются каждые пять лет и занимаются работой
местной коллективной инфраструктуры —колодцев,
школьных зданий, местных дорог и так далее.
Чтобы защитить группы с недостаточным
представительством, существуют правила, согласно которым
часть руководящих должностей в грам панчаятах
резервируется за женщинами и представителями
различных меньшинств (включая низшие касты).
Вместе с тем, в случае если элиты полностью захватят
панчаят, обязательное представительство женщин
или меньшинств не будет иметь никакого значения.
Используя в качестве ширмы своих жен или слуг
из низших каст, настоящие хозяева деревни
продолжат править, даже если у них нет права занимать
417

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
определенные должности. Действительно, когда
в 2000 году Рагхабендра Чаттопадхьяй из
индийского Института управления в Калькутте и Эстер
начали изучать панчаяты, чтобы выяснить, каким
образом осуществляется инвестирование в различные
типы местной инфраструктуры под руководством
лидеров-женщин, то все —от калькуттского
министра сельского развития до их собственных
сотрудников (а также многих местных ученых) —
предупреждали их, что подобное исследование не имеет
смысла. Как утверждалось, за кулисами всегда
стоит прадханпатис (муж прадхан, руководящий грам
панчаятом), а застенчивые, часто неграмотные
женщины, многие из которых ходят с покрытой
головой, конечно, не принимают никаких решений
самостоятельно.
Исследование, однако, обнаружило обратное.
Согласно принятой в штате Западная Бенгалия системе
квотирования, каждые пять лет случайным образом
отбирается треть грам панчаят, руководящие посты
в которых «резервируются» за женщинами, то есть
избрать главой деревни можно только женщин.
Чаттопадхьяй и Эстер сравнили местную
инфраструктуру в зарезервированных и не зарезервированных
за женщинами деревнях через два года после
введения системы квотирования27. Они обнаружили,
что (фиксированный) бюджет под руководством
женщин в гораздо большей степени вкладывался
в те виды инфраструктуры, которые
соответствуют предпочтениям женщин, —в Западной Бенгалии
это дороги и питьевая вода, — и в меньшей
степени в школы. Затем они повторили это исследова-
27. Raghabendra Chattopadhyay and Esther Duflo, "Women as
Policy Makers: Evidence from a Randomized Policy Experiment
in India," Econometrica 72 (5) (2004): 1409-1443.
418

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
ние в Раджастхане, который пользуется репутацией
штата с наибольшей распространенностью
мужского шовинизма, выяснив, что женщинам там
больше нужны источники питьевой воды поблизости,
а мужчинам —дороги. И действительно, оказалось,
что руководители-женщины больше инвестировали
в питьевую воду и меньше —в дороги.
Дальнейшие исследования в различных областях
Индии ясно показали, что действия
руководителей-женщин почти всегда отличаются от действий
мужчин. Более того, представляется, что в
долгосрочной перспективе женщины эффективнее
используют ограниченный бюджет и, как сообщается,
менее склонны брать взятки. Тем не менее всякий
раз, когда мы представляем эти результаты в Индии,
всегда находится кто-то, кто заявляет об их
ошибочности, — или они лично общались с женщиной-прад-
ханом, которая находилась под полным контролем
своего мужа, или они видели политическую рекламу,
где изображение мужа кандидата было крупнее, чем
изображение самого кандидата. Эти люди правы:
у нас тоже были такие разговоры, и мы тоже видели
такие плакаты. Подталкивание женщин к занятию
руководящих постов не приводит к немедленной
революции. Не возникает ситуаций, которые может
кто-то вообразить, когда влиятельные женщины
агрессивно берут на себя ответственность и
реформируют свои деревни. Участвующие в выборах
женщины часто связаны с кем-то, кто занимался политикой
раньше. Женщины реже председательствуют на
деревенских собраниях и меньше на них выступают.
Они менее образованны и менее политически
опытны. Вместе с тем, несмотря на все это и несмотря
на очевидное предубеждение, с которым они
сталкиваются, многие женщины незаметно начинают
принимать собственные решения.
419

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Сглаживание этнической разобщенности
Наш последний пример связан с ролью этнического
фактора при голосовании. Есть основания
опасаться, что голосование часто основано на этнической
лояльности, а это означает, что кандидат от самой
большой этнической группы часто побеждает
независимо от присущих ему достоинств.
Чтобы измерить степень, в которой этнические
предрассудки дают политические преимущества,
Леонард Ванчекон, политолог из Нью-Йоркского
университета и бывший студенческий лидер из
Бенина, убедил кандидатов, участвовавших в
президентских выборах в этой стране (которых он хорошо
знал со студенческих лет, когда все они были частью
демократического движения), произносить на
политических собраниях в разных деревнях совершенно
непохожие речи28. В «клиентелистских» деревнях
кандидат подчеркивал свое этническое
происхождение и обещал построить в регионе больше школ
и больниц, а также создать для его населения больше
государственных рабочих мест. В деревнях
«национального единства» тот же кандидат обещал
работать над национальной реформой
здравоохранения и образования и добиваться мира между всеми
этническими группами Бенина. Во всех деревнях,
где произносились речи, политическая
поддержка выступавшего кандидата была велика, а характер
речи выбирался случайно. Очевидным победителем
стали клиентелистские речи: в среднем в
клиентелистских деревнях кандидат получал 8о% голосов,
а в деревнях национального единства —70%.
28. Leonard Wantchekon, "Clientelism and Voting Behavior:
Evidence from a Field Experiment in Benin," World Politics 55 (3)
(2003): 399-422.
420

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
Этническая политика наносит ущерб по многим
причинам. Одна из них заключается в том, что если
избиратели голосуют исходя из этнической
принадлежности кандидатов, а не их заслуг, то от этого
страдает качество кандидатов, представляющих группу
большинства. Таким кандидатам не нужно прилагать
много усилий, потому что тот факт, что они
принадлежат к «правильной» касте или этнической
группе, достаточен для того, чтобы они были избраны.
Данную тенденцию ясно демонстрирует индийский
штат Уттар-Прадеш, где в 1980-е и i990_e годы
постоянно возрастал кастовый характер политики. Со
временем за этим последовал быстрый рост коррупции
среди политиков, представляющих
доминирующую кастовую группу в той или иной местности29.
При этом не имело значения, какая именно каста
доминировала —высшая или низшая,
коррумпированными чаще оказывались победившие на выборах
представители доминирующей группы. В
результате в 199°"е годы на четверть депутатов
Законодательной ассамблеи штата были заведены уголовные дела.
Можно ли избежать доминирования
этнического фактора при голосовании в развивающихся
странах? Многие исследователи считают, что
невозможно. По их мнению, этническая лояльность является
основой традиционных обществ и должна
доминировать в политических установках до тех пор,
пока в обществе не произойдет модернизация30.
Тем не менее существуют факты, которые говорят
о том, что этническое голосование далеко не так уко-
29- Abhijit Banerjee and Rohini Pande, "Ethnic Preferences and
Politician Corruption," KSG Working Paper RWP07-031 (2007).
30. Nicholas Van de Walle, "Presidentialism and Clientelism in
Africa's Emerging Party Systems," Journal ofModern African
Studies 41 (2) (June 2003): 297-321.
421

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
ренено, как это часто полагают. В период выборов
2007 года в штате Уттар-Прадеш Абхиджит, Дональд
Грин, Дженнифер Грин и Рохини Панде провели
эксперимент, сотрудничая с НПО, которая
проводила (при помощи кукольных представлений и
уличного театра) внепартийную кампанию под лозунгом
«Голосуйте за развитие, а не за касту» в ряде
случайно выбранных деревень. Это простое послание
снизило вероятность того, что избиратели проголосуют
за кандидата из своей касты с 25 до i8%31.
Почему некоторые люди голосовали на основе
своей кастовой принадлежности, но легко
изменили свое мнение, когда НПО убедила их подумать
еще? Один из возможных ответов заключается в том,
что зачастую избиратели на самом деле очень мало
знают о том, кого они выбирают. Обычно они
узнают о кандидатах только в период предвыборной
кампании, все участники которой дают более или менее
одинаковые обещания. Не существует очевидного
механизма для выяснения, например, кто
коррумпирован, а кто нет, и поэтому обычно
предполагается, что все коррумпированы одинаково. Избиратели
также не очень хорошо осведомлены о фактических
полномочиях депутатов разных уровней. В Индии
мы часто слышали, как городские жители
критикуют законодателя штата за состояние канализации
в их трущобах, тогда как на самом деле заботиться
о таких проблемах должен муниципальный депутат.
В результате политики чувствуют, что они всегда
будут обвинены во всем, что идет не так, а это не
создает сильного стимула для выполнения работы.
31. Abhijit Banerjee, Donald Green, Jennifer Green, and Rohini
Pande, "Can Voters Be Primed to Choose Better Legislators?
Experimental Evidence from Rural India," working paper
(2009).
422

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
Учитывая, что все кандидаты выглядят более
или менее одинаково для избирателей (и,
возможно, одинаково плохо), последние могут предпочесть
голосовать за представителя своей касты, рассуждая
при этом следующим образом: существует
небольшой шанс, что кастовая лояльность окупится и
политик поможет, и в любом случае —что мы теряем?
Очевидно, однако, что у многих избирателей
отсутствуют сильные предпочтения в этом отношении,
поэтому их легко переубедить.
Примером страны, в которой были осуществлены
попытки предоставить избирателям полезную
информацию о кандидатах, является Бразилия. В этой
стране начиная с 2003 года каждый месяц
проводится телевизионная лотерея, в ходе которой
случайным образом отбирается 6о муниципалитетов,
счета которых подлежат проверке. Результаты
проверки публикуются в интернете и местных средствах
массовой информации. Это повредило
коррумпированным местным политикам — вероятность
переизбрания таких должностных лиц на выборах
2004 года снижалась на 12%, если их муниципалитет
был проверен перед выборами. С другой стороны,
честные политики выиграли — после проверки
вероятность их переизбрания выросла на 13%.
Подобные результаты дает также исследование в
трущобах Дели — избиратели, которых проинформировали
о результатах деятельности политиков, занимающих
должности в настоящий момент, голосуют против
них, если эти результаты отрицательны .
Таким образом, в случае политиков ситуация
обстоит точно так же, как и в случае проводимой ими
32. Abhijit Banerjee, Selvan Kumar, Rohini Pande, and Felix Su,
"Do Informed Voters Make Better Choices? Experimental
Evidence from Urban India," working paper (2010).
423

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
политики. Возможно (и необходимо) осуществлять
предельные изменения, которые могут показаться
незначительными, но способны существенно
улучшить ситуацию. Внимание к деталям, понимание
того, как люди принимают решения, и готовность
экспериментировать — все это соответствует
философии, отстаиваемой нами на протяжении всей этой
книги. Данная философия применима как к
политике, так и ко всему остальному.
Вопреки политической экономии
Политическая экономия представляет собой
систему воззрений (разделяемых, как мы видели,
множеством специалистов по экономике развития),
согласно которой политика обладает приоритетом
перед экономикой — институты определяют и
ограничивают сферу экономической политики.
Однако, как было нами показано в этой главе,
существуют возможности улучшения
функционирования институтов даже в относительно
неблагоприятных условиях. Очевидно, что решить с помощью
таких улучшений можно не все проблемы.
Наличие влиятельных людей, которые могут проиграть
от реформ, накладывает ограничения на то, как
далеко вы можете зайти, но многое остается
возможным. Бразильские политики, которые должны были
быть разоблачены в ходе проверок, не смогли
остановить принятие вводившего проверки закона, а
газеты в Дели не отказались опубликовать отчеты о
деятельности законодателей. В Индонезии и Китае сами
автократические режимы приняли решение
допустить некоторую степень демократии. Важный урок
состоит в том, что необходимо пользоваться любой
слабостью. То же самое относится и к политике. Реа-
424

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
лизуемые политические меры не всегда
определяются политическим окружением. Хорошая политика
(иногда) проводится в плохих политических
условиях. И что, возможно, более важно —плохая
политика (часто) осуществляется в довольно хороших.
Первое утверждение подтверждает пример
Индонезии при Сухарто. Сухарто был диктатором,
который был известен своей особой
коррумпированностью. Всякий раз, когда он серьезно заболевал,
стоимость акций компаний, принадлежащих его
родственникам, падала, что ясно показывает
значение связи с ним33. Несмотря на это, как
рассказывалось в главе 4> именно при Сухарто нефтяные деньги
стали использоваться в Индонезии для
строительства школ. Сухарто считал, что образование
представляет мощный способ распространения
идеологии, навязывания единого языка и создания чувства
единства в стране. Подобная политика, как мы
показали, привела к распространению
образованности и к росту доходов тех поколений, которые стали
учиться в школе. Программа развития
образования сопровождалась масштабной пропагандой,
направленной на улучшение практики питания детей,
в частности путем подготовки миллиона
добровольцев, которые должны были распространять ее в
своих деревнях. Возможно, отчасти благодаря этому
вмешательству недоедание среди детей в
Индонезии сократилось вдвое за период 1973-1993 годов.
Разумеется, мы не утверждаем, что режим
Сухарто был хорош для бедных в Индонезии, но
необходимо подчеркнуть, что мотивы политических элит
достаточно сложны, поэтому в определенное вре-
33- Raymond Fisman, "Estimating the Value of Political
Connections," American Economic Review 91 (4) (September 2001):
1095-1102.
425

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
мя и в определенном месте в их интересах может
быть осуществление такой политики, которая
хорошо сказывается на бедных.
При этом, повторим еще раз, справедливо и
обратное. Возможно, что благие намерения
являются необходимым ингредиентом хорошей политики,
но одних намерений недостаточно. Очень плохая
политика иногда рождается из самых лучших
намерений, если присутствует неправильное
понимание того, в чем заключается реальная проблема.
Государственные школьные системы терпят
неудачи при обучении большинства из-за
распространенности всеобщей убежденности в том, что
получить образование способна только элита. Медсестры
не приходят на работу, потому что никто не
пытался удостовериться в наличии спроса на их
услуги и из-за нереалистичных ожиданий в отношении
того, что они могут сделать. Бедные люди не имеют
возможности безопасно разместить свои
сбережения, потому что нормативные стандарты,
установленные правительствами для учреждений, которым
разрешено легально принимать их сбережения,
абсурдно высоки.
Отчасти проблема заключается в
фундаментальной сложности решаемых правительствами задач,
даже если они действуют с благими намерениями.
Правительства существуют в значительной степени
для того, чтобы решать проблемы, которые не
могут решить рынки, —мы уже видели, что во многих
случаях государственное вмешательство необходимо
именно тогда, когда по какой-то причине свободный
рынок не способен выполнить свою работу.
Например, многие родители не делают прививки своим
детям и не дают им таблетки от глистов — как потому,
что не принимают во внимание пользу, которую это
426

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
имело бы для других, так и из-за проблем
временного несоответствия, которые мы обсуждали в главе 3-
Они могут не дать своим детям необходимое
образование отчасти потому, что не уверены, что дети,
когда вырастут, смогут возместить им расходы.
Фирмы не используют очистные сооружения
отчасти потому, что это стоит денег, а отчасти потому,
что их не беспокоит загрязненность воды.
Автомобилист, проезжающий перекресток, может
предпочесть не останавливаться на красный свет. И так
далее. В результате агенты правительства (чиновники,
природоохранные инспекторы, полицейские,
врачи) не могут непосредственно получать плату за ту
пользу, которую они приносят всем нам, —когда
полицейский нас штрафует, мы высказываем
недовольство и вовсе не хотим предложить ему
вознаграждение за то, что он хорошо выполняет свою работу
и сохраняет дороги безопасными для всех. Сравните
это с владельцем продуктового магазина — он
приносит пользу, продавая нам яйца, и, когда мы
платим ему за яйца, мы знаем, что платим за
приносимую им социальную ценность.
У этого простого наблюдения есть два очень
важных следствия. Во-первых, не существует простого
способа оценить работу большинства людей,
работающих на правительство. Вот почему существует
так много правил, регулирующих то, что бюрократы
(или полицейские, или судьи) должны и не должны
делать. Во-вторых, соблазн нарушить правила всегда
присутствует как для бюрократа, так и для всех нас,
что приводит к коррупции и пренебрежению долгом.
Таким образом, риск коррупции и
пренебрежения долгом присущи любому правительству. Однако
особенно серьезен этот риск в трех обстоятельствах.
Во-первых, в тех случаях, когда правительство
пытается заставить людей делать вещи, пользу кото-
427

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
рых они не понимают, например носить шлемы
при езде на мотоцикле или иммунизировать детей.
Во-вторых, когда то, что люди получают, стоит
намного больше, чем они платят за это; например,
существование больничных коек, предоставляемых
бесплатно тем, кто в них нуждается, независимо
от дохода, создает у богатых людей соблазн дать
взятку, чтобы обойти очередь. В-третьих, когда
бюрократам недоплачивают, они перегружены
работой и плохо контролируются, и им нечего терять,
если их уволят.
Множество фактов, приведенных в предыдущих
главах, свидетельствуют о том, что, скорее всего,
подобные проблемы особенно серьезны в бедных
странах. Недостаток правильной информации, а также
опыт неудач правительства в прошлом
заставляют людей в меньшей степени доверять диктату
государства. Наличие крайней бедности вынуждает
предоставлять большое количество услуг по ценам
значительно ниже рыночных. При этом людям
неизвестно, в чем точно состоят их права, а значит,
они не способны эффективно требовать или
контролировать качество; ресурсы правительств на
оплату государственных служащих ограниченны, и так
далее.
Во многом именно поэтому государственные
программы (а также подобные программы НПО
и международных организаций) часто не
работают. Сложна сама суть данной проблемы, а детали
требуют особого внимания. Неудачи часто
происходят не в результате саботажа какой-то определенной
группы, как считают многие сторонники политэко-
номического подхода, а потому, что вся система
изначально была плохо продумана и никто не
потрудился ее исправить. В подобных случаях для того,
чтобы осуществить изменения, может быть необхо-
428

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
димо сначала выяснить, что именно будет работать
и на кого ляжет ответственность.
Невыход на работу работников здравоохранения
представляет замечательную, хотя и трагичную
иллюстрацию. Вспомним, что в главе з
рассказывалось о выражавших нам недовольство медсестрах
из Удайпурского округа, так как мы были частью
проекта, целью которого было заставить их
выходить на работу. Как оказалось, именно они
посмеялись последними. Программа, над которой мы
работали в сотрудничестве с местными властями и НПО
Seva Mandir, обернулась полной катастрофой.
Программа началась, когда, ознакомившись
с данными, собранными нами с Seva Mandir,
которые показали, что медсестры отсутствовали по
меньшей мере половину рабочего времени, глава
администрации округа решил ужесточить правила работы
медсестер. Согласно новому режиму, главная
медсестра должна была находиться в медицинском
пункте в течение всего дня один раз в неделю, в
понедельник. В этот день ей не разрешалось навещать
своих пациентов на дому (часто это был удобный
предлог, чтобы не приходить на работу). Seva
Mandir было поручено следить за присутствием на
работе, для этого каждой медсестре выдавали штамп
с указанием времени и даты и просили несколько
раз в день по понедельникам прикладывать его к
регистратору, прикрепленному к стене пункта, чтобы
подтвердить свое присутствие. Тех, кто не
появлялся хотя бы в 50% случаев, штрафовали.
Чтобы проверить, как повлияла новая политика
на ситуацию, мы направили независимую команду
исследователей с задачей проконтролировать
отсутствие работников в медицинских пунктах —как в тех,
которые контролировались Seva Mandir, так и в
других (новые правила там также действовали, но ни-
429

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
кто не наблюдал за их исполнением)34.
Первоначально все шло согласно плану. Присутствие медсестер,
которое составляло 30% до начала программы, к
августу 20о6 года выросло до 6о% в контролируемых
Seva Mandir пунктах и не изменилось в других местах.
Все (кроме медсестер, как они ясно дали нам понять
в день нашей встречи) были в полном восторге.
Затем, где-то в ноябре, началось движение в обратном
направлении. Посещаемость медсестер в
контролируемых пунктах начала падать, и это падение
продолжалось. К апрелю 2007 года контролируемые и
неконтролируемые пункты работали одинаково плохо.
Когда мы стали разбираться, что произошло,
обнаружился поразительный факт —
зарегистрированное присутствие в медицинских пунктах оставалось
низким даже после окончания действия
программы. В наибольшей степени число прогулов
увеличилось в «освобожденные дни», то есть в те дни, когда,
по утверждению медсестер, существовали
причины, которые не позволяли им приходить на
работу (чаще всего в качестве предлогов
использовались курсы повышения квалификации и собрания).
Когда мы попытались выяснить, почему число
освобожденных дней резко выросло, то не обнаружили
никаких записей о собраниях или курсах в эти даты.
Единственная возможная интерпретация
заключалась в том, что все ответственные за надзор за
медсестрами стали смотреть сквозь пальцы, когда по
отчетам медсестер число освобожденных дней внезапно
выросло на 30%. На самом деле медсестры в
контролируемых пунктах в конечном итоге получили бо-
34- Abhijit Banerjee, Esther Duflo, and Rachel Glennerster, "Putting
a Band-Aid on a Corpse: Incentives for Nurses in the Indian
Public Health Care System," Journal of the European Economics
Association 6 (2-3) (2009): 487-500.
430

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
нус —они обнаружили, насколько мало их
начальство заботилось о том, приходят ли они на работу, и,
основываясь на этом, решили, что они
действительно посещают ее слишком часто. В какой-то момент
присутствие в контролируемых пунктах даже
снизилось по сравнению с неконтролируемыми и
оставалось таковым до конца исследования. В итоге
медсестры в контролируемых пунктах стали проводить
на работе только 25% времени. Никто не жаловался.
Жители окрестных деревень настолько привыкли
к закрытым медицинским пунктам, что полностью
потеряли интерес к этой системе. Во время наших
визитов в деревни мы с трудом находили людей,
которые могли бы сообщить об отсутствии медсестры.
Все полностью отказались от системы и не считали
нужным выяснять, что делает медсестра, не говоря
уже о том, чтобы жаловаться на ее отсутствие.
Нилима Хетан, глава Seva Mandir, предложила
интересную интерпретацию случившегося. Хетан
относится к тем людям, которые служат примером
для окружающих. Она устанавливает высокие
стандарты поведения в своей профессиональной жизни
и ожидает, что другие за ней последуют.
Безразличие и халатность медсестер беспокоили ее.
Однако она обнаружила, что на медсестер возлагались
безумные обязанности. Они должны были
приходить на работу шесть дней в неделю,
регистрироваться, брать аптечку и пешком отправляться на
обход в одно из селений за несколько миль, даже
при юо градусах по Фаренгейту в тени35. Затем
ходить там от дома к дому, проверяя состояние
здоровья женщин детородного возраста и их детей.
Попробовать убедить нескольких незаинтересованных
женщин стерилизоваться. Наконец, после пяти-ше-
35- Примерно 38 градусов по Цельсию. — Прим. пер.
431

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
сти часов работы, вернуться в медицинский пункт,
чтобы зарегистрировать конец рабочего дня, и
отправиться на автобусе домой, на что может
потребоваться до двух часов.
Ясно, что никто не способен делать это изо дня
в день. В результате возникло всеобщее
понимание, что медсестры не должны выполнять
описанную работу. Но что же тогда они должны делать
на самом деле? Медсестры должны были установить
свои собственные правила. Во время наших встреч
с ними они очень четко дали понять, что мы не
можем ожидать, что они будут приходить на работу
раньше ю часов утра. При этом на стене
медицинского центра было четко обозначено, что он
открывается в 8 утра.
Эти правила (очевидно) не были разработаны
с целью подрыва эффективности всей системы
здравоохранения в Индии. Напротив, они, вероятно,
были написаны на бумаге благонамеренным
бюрократом, который имел свое собственное
представление о том, как должна работать система, но не
обращал внимание на обстоятельства на местах. Вкратце
мы называем это проблемой «трех I»: идеология,
неинформированность, инертность (ideology,
ignorance, inertia). Именно эта проблема часто препятствует
усилиям, направленным на помощь бедным.
Основой рабочей нагрузки медсестер была
идеология, которая видела в них преданных социальных
работников; эта идеология возникла в результате
неинформированности об обстановке на местах, а
неинформированность, преимущественно на бумаге,
сохранялась из-за инертности. Одного изменения
правил, которые сделают работу медсестер
выполнимой, может быть недостаточно, чтобы заставить их
регулярно приходить на работу, но такое изменение
должно быть необходимым первым шагом.
432

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
Аналогичная проблема подорвала усилия Индии
по обеспечению подотчетности школ перед
родителями и учащимися. В ходе недавней крупной
реформы образования, проведенной правительством
Индии, была введена идея участия родителей в надзоре
за начальными школами. Для улучшения качества
образования была разработана крупная федеральная
программа «Сарва шикша абхийан», в рамках
которой предполагалось, что в каждой деревне будет
создан комитет по образованию (местный эквивалент
американских ассоциаций родителей и учителей).
Такие комитеты должны были помогать руководить
школой, находить пути повышения качества
преподавания и сообщать о любых проблемах. В
частности, деревенский комитет по образованию
наделялся правом обращаться за финансированием
дополнительных учительских мест, а в случае
предоставления необходимых фондов нанимать
учителей и, если необходимо, увольнять их. Это важное
полномочие, учитывая, что учителя стоят
недешево. Однако в ходе исследования, проведенного нами
в округе Джанпур штата Уттар-Прадеш (самого
населенного в Индии) почти через пять лет после
запуска программы выяснилось, что 92% родителей
никогда не слышали о деревенских комитетах по
образованию. Более того, когда мы интервьюировали
родителей — членов комитетов, каждому
четвертому из них не было известно, что они в них состоят,
а среди тех, кто это знал, примерно две трети были
не осведомлены о существовании программы «Сарва
шикша абхийан» и своем праве нанимать учителей.
Данная программа характеризовалась
классической проблемой «трех I». Она была
вдохновлена идеологией, согласно которой наделение людей
правами распоряжаться ресурсами представляет
собой положительное явление, но разработана при не-
433

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
достатке информации о потребностях людей и
реальной жизни в деревнях, а к тому времени, когда
мы начали ее изучать, ее существование
поддерживалось одной только инерцией. Уже много лет
никто не обращал на нее внимания, за исключением
отдельных бюрократов, которых интересовала только
формальная сторона дела.
В период нашего сотрудничества с Pratham,
индийской образовательной НПО, которая занимается
разработкой Годового отчета о состоянии
образования (Annual State of Education Report—ASER), а также
программой Read India (о деятельности Pratham
рассказывалось в посвященной образованию главе 4),
мы думали, что повышение осведомленности
родителей о своих правах может вдохнуть новую жизнь
в деревенские комитеты по образованию. Поэтому
несколько полевых команд Pratham были
отправлены в 65 случайно отобранных деревень для
информирования и мобилизации родителей в отношении
их прав по программе «Сарва шикша абхийан»36.
Поскольку сотрудники Pratham несколько
сомневались в том, что простой рассказ людям об их
правах будет иметь какой-либо эффект, если не
объяснить им, почему они должны что-то делать, в другой
группе из 65 деревень команда этой организации
учила заинтересованных сельских жителей деревни,
как проводить простейшие тесты по чтению и
математике, которые лежат в основе ASER, и составлять
табель успеваемости для своей деревни. Обсуждение
табелей успеваемости (показавшее, что число детей,
Зб. Abhijit Banerjee, Rukmini Banerji, Esther Duflo, Rachel Glen-
nerster, and Stuti Khemani, "Pitfalls of Participatory
Programs: Evidence from a Randomized Evaluation in
Education in India," American Economic Journal: Economic Policy 2 (1)
(2010): 1-20.
434

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
умеющих читать и писать, в большинстве деревень
было крайне низким) послужило отправной
точкой для дискуссии о потенциальной роли родителей
и деревенских комитетов по образованию.
Однако через год выяснилось, что ни в первом,
ни во втором случае никак не изменились участие
родителей в деревенских комитетах по образованию,
активность этих комитетов, а также уровень
образованности детей (который был нашей конечной
целью). Дело не в том, что общины не были готовы
к мобилизации. Сотрудники Pratham также просили
жителей деревень выдвинуть несколько
добровольцев для подготовки по методике программы Read
India обучению детей чтению и проведению с ними
потом внеклассных уроков. Такие добровольцы
действительно были собраны, и каждый из них взял
по несколько классов. В результате, как мы видели
в главе 4> навыки чтения деревенских детей
значительно выросли.
Успех в последнем случае объясняется тем
фактом, что деревенским жителям была дана ясная
и конкретная задача—выдвинуть добровольцев и
отправить тех детей, которым нужна помощь, на
внеклассное обучение. Подобная цель гораздо понятнее,
чем, возможно, чрезмерно амбициозное
устремление программы «Сарва шикша абхийан» побудить
людей убедить администрацию выделить
дополнительных учителей в школы или заставить учителей
добросовестно исполнять свои обязанности.
Проведенное в Кении исследование показало, что
предоставление школьным родительским комитетам
узких полномочий приводит к тому, что они
начинают успешно действовать. Этим комитетам
выделили определенную сумму денег и предложили нанять
на нее дополнительных учителей, а в некоторых
школах на родительские комитеты была возложена
435

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
дополнительная обязанность внимательно следить
за тем, что делает этот дополнительный учитель,
а также убедиться, что он используется школой
по назначению. Программа оказала благоприятное
воздействие во всех школах, при этом ее результаты
были особенно хороши там, где родительские
комитеты были уполномочены следить за работой новых
учителей37. Это говорит о том, что участие
родителей в работе школ может быть эффективно, но их
полномочия необходимо тщательно продумать.
Представленные два примера (с медсестрами
и школьными комитетами) являются
иллюстрацией того, что крупномасштабные потери и провалы
проводимой политики часто происходят не из-за
глубоких структурных проблем, а из-за того, что ее
недостаточно продумывают на стадии
разработки. Для проведения хорошей политики могут быть
или не быть необходимы хорошие политические
условия, но одних их, безусловно, недостаточно.
Таким образом, нет никаких оснований полагать,
как это делают представители политической
экономии, что проводимая политика всегда зависит от
политических условий. Отсюда можно сделать еще
один шаг вперед и перевернуть иерархию этих двух
сфер. Возможно, хорошая проводимая политика —
это первый шаг к хорошим политическим условиям?
Взгляды избирателей изменяются в зависимости
от того, что на их глазах происходит на местах, даже
если изначально они были предубеждены. В
качестве примера можно привести индийских
политиков-женщин. Хотя среди элиты в Дели по-прежнему
37- Esther Duflo, Pascaline Dupas, and Michael Kremer,
"Pupil-Teacher Ratio, Teacher Management and Education Quality"
(June 2010), mimeo.
436

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
сохраняется убеждение, что одно только
принуждение закона не способно наделить женщин реальной
властью, граждане на местах могут смотреть на этот
вопрос более открыто. До того, как была введена
политика резервирования одной трети
руководящих позиций в панчаятах за женщинами, очень
немногие из них когда-либо избирались на эти
посты. В тех грам панчаятах Западной Бенгалии,
где руководящие позиции никогда не
резервировались за женщинами, в 20о8 году всего ю% прадха-
нов были женщинами, а после резервирования эта
доля, разумеется, возрастала до юо%. Но по
истечении срока резервирования, когда эти позиции
снова становились открытыми, избрание на них
женщин становилось несколько более вероятным: если
в прошлом резервирование за женщинами
осуществлялось один раз, то на свободных выборах женщин
избирали в 13% случаев, а если дважды — то в 17%.
Подобная тенденция была установлена и при
избрании представителей городского правительства
в Мумбаи38. Одна из причин этого заключается в
изменении отношения избирателей к
женщинам-руководителям. Для того чтобы измерить
предрассудки в отношении компетентности руководителей,
мы попросили сельских жителей из Западной
Бенгалии прослушать запись политического
выступления39. Все слышали одну и ту же речь, но в одной
половине случаев она была записана мужским голо-
38. Rikhil Bhavani, "Do Electoral Quotas Work After They Are
Withdrawn? Evidence from a Natural Experiment in India,"
American Political Science Review 103 (1) (2009): 23-35.
39. Lori Beaman, Raghabendra Chattopadhyay, Esther Duflo, Rohi-
ni Pande, and Petia Topalova, "Powerful Women: Does
Exposure Reduce Bias?" Quarterly Journal of Economics 124 (4)
(2009): 1497-1540.
437

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
сом, а в других —женским. После прослушивания
речи участников опроса просили оценить ее
качество. В тех деревнях, где должности руководителей
никогда не резервировались за женщинами, а
значит, отсутствовал опыт женского лидерства, те
мужчины, которые прослушали «мужскую» речь, давали
более высокие оценки одобрения, чем те, кто
слышал «женскую» речь. С другой стороны, в тех
деревнях, где ранее проводилось резервирование,
мужчины обычно одобряли «женскую» речь в большей
степени. Эти мужчины увидели, что женщины
способны к эффективному руководству и изменили свое
мнение. Таким образом, временное
резервирование одной трети мест для женщин может привести
не только к появлению дополнительных источников
питьевой воды, но и к устойчивому изменению роли
женщин в политике.
Хорошая политика способна также преодолеть
порочный круг низких ожиданий. Если
правительство начнет действовать, люди станут
относиться к политике более серьезно и оказывать на него
давление, добиваясь большего, вместо того чтобы
бездумно голосовать за представителей своей
этнической группы или оказывать правительству
вооруженное сопротивление.
В ходе проведенного в Мексике исследования40
было проведено сравнение поведения избирателей
в ходе президентских выборов 2000 года в тех
деревнях, жители которых 6 и 21 месяц пользовались
социальной программой PROGRESA, предполагавшей
предоставление денежных пособий бедным
семьям при условии посещения их детьми школ и меди-
40. Ana Lorena De La O, "Do Poverty Relief Funds Affect Electoral
Behavior? Evidence from a Randomized Experiment in
Mexico," Yale University (2006), manuscript.
438

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
цинских центров. Как явка избирателей, так и
голоса в пользу Институционно-революционной партии
(принявшей программу PROGRESA) были выше там,
где люди дольше получали пособия. Это нельзя
объяснить тем, что избиратели были «куплены»
программой, поскольку ко времени выборов все
домохозяйства получили выплаты и знали правила. Но
поскольку программа увенчалась успехом в улучшении
здоровья и образования, а домохозяйства, которые
получали выплаты по программе дольше, начали
видеть некоторые из этих преимуществ в своей жизни,
они ответили более активным участием (более
высокая явка) и вознаграждением партии, которая
инициировала программу (более высокий голос за ИПР).
В условиях, когда дается и нарушается слишком
много предвыборных обещаний, ощутимые достижения
дают избирателям полезную информацию о том,
что кандидаты могут сделать в будущем.
Недостаток доверия может объяснить, почему
в ходе проводившегося в 2001 году эксперимента
Ванчекона в Бенине обнаружилось, что клиенте-
листская ориентация кандидата на выборах более
успешна, чем его обращение к общим интересам.
Когда политики расплывчато вещают об
«общественном интересе», никто не воспринимает их
серьезно. При этом клиентелизм способен вызвать
определенное доверие. Если бы обращение к
«общим интересам» было более ясным, более
сфокусированным на некоторых конкретных предложениях
и предлагало программу, в соответствии с которой
граждане могли бы привлечь кандидатов к
ответственности после их избрания, то это, возможно,
изменило бы мнение избирателей.
Последующий эксперимент, проведенный Ванче-
коном перед выборами 20о6 года, показал, что
избиратели действительно готовы поддержать тех
439

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
политиков, которые серьезно относятся к работе
по разработке и разъяснению социальной
политики41. Ванчекон и другие лидеры гражданского
общества Бенина начали с организации широкой
дискуссии под названием «Выборы 20о6: политические
альтернативы». В ходе этой конференции
проводились заседания в четырех секциях — по
образованию, общественному здравоохранению,
управлению и городскому планированию. Кроме того,
четыре эксперта (двое из Бенина и двое из
соседних Нигера и Нигерии) представили Белую книгу
с рекомендациями по вопросам политики. Все
выдвинутые предложения имели общий, а не клиен-
телистский характер. В конференции принимали
участие все партии, представленные в
Национальной ассамблее, а также представители различных
НПО. После конференции несколько партий
вызвались использовать на экспериментальной
основе выдвинутые на ней предложения в качестве
своих предвыборных платформ. Делалось это в
случайно выбранных деревнях, где на предвыборных
собраниях подробно представлялись эти
предложения, а участникам собраний предоставлялась
возможность их обсуждения. В деревнях, которые
использовались для сравнения, проводились
традиционные праздничные политические собрания,
на которых давались обычные клиентелистские
обещания в сочетании с широкими, но
неопределенными политическими предложениями. На этот раз
результаты оказались обратными — поддержку
получил не клиентелизм, а конкретные политические
предложения. В тех деревнях, где они обсуждались
41. Leonard Wantchekon, "Can Informed Public Deliberation
Overcome Clientelism? Experimental Evidence from Benin," New
York University (2009), manuscript.
44O

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
на собраниях, явка и поддержка ведущей кампанию
партии оказались выше.
Данные результаты говорят о том, что
убедительная политическая программа способна склонить
избирателей в пользу голосования за политику общих
интересов. С появлением доверия могут
измениться и стимулы отдельных политиков, которые
осознают, что если они будут делать что-то хорошее,
то их оценят и переизберут. Многие находящиеся
у власти люди обладают смешанными мотивами —
они хотят быть любимыми и делать добро как
потому, что это действительно их заботит, так и
потому, что это обеспечивает их положение, даже если
они коррумпированы. Такие люди будут делать все,
чтобы способствовать переменам, пока они не
противоречат их экономическим целям. Как только
правительство докажет, что стремится к
предоставлению качественных общественных благ, и завоюет
доверие народа, возникнет еще одна возможность.
В такой ситуации правительство сможет позволить
себе меньше заботиться о краткосрочной
перспективе, меньше стремиться получить одобрение
избирателей любой ценой, меньше раздавать подачек.
В результате появится шанс для разработки лучшей
и более дальновидной политики. Как мы видели
в главе 4> успех, продемонстрированный в
Мексике программой PROGRESA, побудил Висенте Фокса,
избрание которого на пост президента отстранило
Институционно-революционную партию от
власти, расширить эту программу, а не отменить ее.
Более того, подобные программы стали
вводиться по всей Латинской Америке, а затем и по всему
миру. Первоначально такие программы могут
уступать в популярности простой раздаче денег,
потому что они требуют у получателей сделать что-то,
чего бы они не стали делать в противном случае,
441

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
но считается (хотя, как мы видели, возможно,
ошибочно), что обусловленный доход является
неотъемлемой частью «разрыва цикла бедности». Отрадно,
что политические партии, как левые, так и правые,
теперь понимают, что они должны ставить
долгосрочные цели в центр своих программ.
Многие западные ученые и политики
чрезвычайно пессимистично настроены в отношении
политических институтов развивающегося мира.
В этом они могут обвинять, в зависимости от
своих политических пристрастий, старые аграрные
институты, первородный грех Запада —
колонизацию и ее экстрактивные политические
институты — или просто несчастные культурные
особенности некоторых развивающихся стран. Какова бы
ни была причина, сторонники подобных взглядов
считают, что за сохранение бедности в
развивающемся мире преимущественно ответственны
плохие политические институты, а выход из этого
положения чрезвычайно труден. Для некоторых это
повод сдаться, другие же хотят навязать
институциональные изменения извне.
Как Истерли, так и Сакс несколько нетерпеливо
относятся к подобной аргументации, но по разным
причинам. Истерли не видит причин, по которым
«эксперты» с Запада имеют право судить о том,
является ли набор политических институтов в других
странах обязательно хорошим или плохим в своем
конкретном контексте. Сакс же считает плохие
институты болезнью бедных стран. По его мнению,
мы способны успешно бороться с бедностью, хотя,
возможно, и с некоторыми ограничениями, даже
в плохих институциональных условиях,
сосредоточившись на конкретных измеримых программах,
а если мы сделаем людей богаче и образованнее,
442

ПОЛИТИКА И ПОЛИТИКИ
то запустим благотворный цикл, ведущий к
появлению хороших институтов.
Мы согласны с ними обоими. Акцент на
широких ИНСТИТУТАХ как необходимом и достаточном
условии того, чтобы произошло что-то хорошее,
несколько неуместен. Политические ограничения
реальны и затрудняют поиск больших решений
больших проблем. Вместе с тем всегда присутствует
возможность предельного улучшения институтов
и политики. Тщательное понимание мотивов и
ограничений каждого человека (бедных,
государственных служащих, налогоплательщиков, политиков
и так далее) может привести к совершенствованию
разработки проводимой политики и институтов,
которые с меньшей вероятностью будут искажаться
коррупцией или пренебрежением должностными
обязанностями. Подобные постепенные изменения
будут иметь постоянный и нарастающий характер.
Они могут стать началом тихой революции.

Вместо однозначного заключения
Экономисты (и другие эксперты), похоже, мало что
могут сказать полезного о том, почему в одних
странах происходит экономическое развитие, а в
других—нет. Прискорбные случаи, такие как Бангладеш
или Камбоджа, превращаются в маленькие
чудеса. Образцы для подражания, такие как Кот-д'Иву-
ар, скатываются в «нижний миллиард». При этом
всегда можно сформулировать ретроспективное
объяснение произошедшего в том или ином случае.
Однако истина состоит в том, что мы в основном
неспособны предсказать, где начнется экономический
рост, и не очень хорошо понимаем, почему вдруг все
внезапно вспыхивает.
Вместе с тем, учитывая, что экономический рост
требует физических сил и умственных способностей,
представляется вероятным, что всякий раз, когда
вспыхивает искра, она с большей вероятностью
разгорается в пламя, если женщины и мужчины
имеют необходимое образование, хорошо накормлены
и здоровы, а также если граждане чувствуют себя
достаточно безопасно и уверенно, чтобы
инвестировать в своих детей и позволить им покинуть дом
и устроиться на новую работу в городе.
Возможно, верно и то, что пока этого не
произойдет, необходимо что-то предпринять, чтобы
ожидание искры стало более терпимым. Если не
воспрепятствовать нужде и разочарованию, то верх возьмут
гнев и насилие, а перспективы появления искры ста-
444

ВМЕСТО ОДНОЗНАЧНОГО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
нут неопределенны. Работающая социальная
политика предотвращает бесчинства людей, которым
нечего терять, и может стать решающим фактором,
обеспечивающим условия для этого неуловимого взлета.
Даже если все это неверно и социальная
политика не имеет ничего общего с экономическим
ростом, существуют убедительные аргументы в пользу
того, что делать все возможное для улучшения
жизни бедных необходимо сейчас, не ожидая вспышки
искры развития. В главе l мы приводили моральный
довод —когда нам известно, как излечить проблемы
бедности, не существует причин мириться с потерей
жизней и талантов, которые она с собой приносит.
В этой книге мы постарались показать, что, хотя
никто не располагает волшебным средством
искоренения бедности и единым лекарством от всех болезней,
мы все же знаем многое о том, как улучшить жизнь
бедных. В частности, можно извлечь пять
ключевых уроков.
Во-первых, у бедных часто отсутствует
важнейшая необходимая информация, и они верят в то,
что не соответствует действительности. Они не
уверены в пользе иммунизации детей; они думают,
что образование, полученное в первые школьные
годы, не приносит в будущем большой пользы;
они не знают, сколько удобрений им нужно
использовать; им неизвестен самый простой способ
заразиться ВИЧ; они не понимают, чем занимаются
представляющие их политики, когда находятся у власти.
Поскольку их твердые убеждения оказываются
неверными, они принимают неверные решения,
иногда с серьезными последствиями — подумайте
о девушках, которые занимаются незащищенным
сексом с более взрослыми мужчинами, или о
фермерах, которые используют вдвое больше
удобрений, чем следует. Даже когда они осознают свою не-
445

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
осведомленность, возникающая неопределенность
может иметь разрушительные последствия.
Например, неуверенность в пользе иммунизации
сочетается со всеобщей склонностью к прокрастинации,
в результате чего многие дети не получают
необходимых вакцин. Граждане, которые голосуют
вслепую, с большей вероятностью изберут
представителя своей этнической группы, а ценой этого является
рост нетерпимости и коррупции.
Мы видели много примеров, когда очень
простая информация приводила к большим
изменениям. Однако далеко не каждая информационная
кампания эффективна. Похоже, что для того,
чтобы информационная кампания работала, она
должна обладать следующими характеристиками.
Людям необходимо сообщать то, чего они еще не знают
(общие призывы вроде «никакого секса до брака»
представляются менее эффективными). Применять
надо простые и привлекательные средства
(фильмы, спектакли, телешоу, хорошо продуманные
табели успеваемости). Информация должна исходить
из надежного источника (интересно, что пресса,
по-видимому, обычно считается заслуживающей
доверия). Нельзя недооценивать значения доверия,
а правительство может его легко утратить, если
станет сообщать вещи, которые вводят в заблуждение,
сбивают с толку или ложны.
Во-вторых, бедные несут ответственность за
слишком многие аспекты своей жизни. Чем богаче вы
становитесь, тем больше «правильных» решений
принимается за вас. У бедных нет водопровода, а значит,
они не могут воспользоваться водой,
хлорированной на городских очистных станциях. Если они
захотят получить обеззараженную питьевую воду,
то они должны будут очистить ее самостоятельно.
Они не могут позволить себе готовые обогащенные
446

ВМЕСТО ОДНОЗНАЧНОГО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
хлопья на завтрак и поэтому должны специально
заботиться о том, чтобы они и их дети получали
достаточно питательных веществ. Им недоступны
автоматические способы сбережения, такие как
пенсионные планы или социальные страховые взносы,
и поэтому они должны прилагать особые усилия,
чтобы экономить. Подобные решения трудны для всех,
потому что они требуют некоторых размышлений
и других небольших затрат в настоящий момент,
а выгоды обычно пожинаются в отдаленном
будущем, в результате им может легко
воспрепятствовать прокрастинация. Для бедных это усугубляется
тем фактом, что жизнь предъявляет к ним гораздо
больше требований, чем ко всем остальным.
Многие бедные занимаются малым бизнесом при
высокой конкуренции, а большинство остальных
заняты на поденной работе и должны постоянно
беспокоиться о том, куда устроиться в следующий раз.
Это означает, что жизнь бедных может быть
значительно улучшена, если облегчить им принятие
правильных решений, —основываясь на всей известной
нам информации, — применяя такие возможности,
как выбор по умолчанию и небольшие
подталкивания. Цена обогащенной железом и йодом соли
может быть установлена на уровне, доступном для всех.
Может быть обеспечена доступность каждому
сберегательных счетов, которые позволяют легко
вкладывать деньги и несколько труднее их снимать,
субсидировав для этого, если это необходимо,
предлагающие такие счета банки. В местах, где водопроводная
вода слишком дорога, хлор можно распространять
рядом с источниками. Существует множество
подобных примеров.
В-третьих, есть веские причины, по которым
некоторые рынки недоступны для бедных или цены
на них слишком высоки. Сберегательные счета дают
447

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
отрицательный доход тем бедным, которым
посчастливилось их иметь, а те из них, кому удалось
получить кредит, платят по нему непомерные
проценты. В результате обращение даже с небольшими
суммами денег сопровождается для них
постоянными затратами. Рынок медицинского страхования
для бедных не развился, несмотря на
разрушительные последствия, которыми чреваты для их
существования серьезные проблемы со здоровьем.
Ограниченные продукты, которые может предложить
бедным страховой рынок (страхование здоровья
на случай катастроф, шаблонное страхование
погоды),—это совсем не то, чего они хотят.
В некоторых случаях технологические или
институциональные инновации могут создать
возможности для развития отсутствующих рынков. Именно
это произошло в случае микрокредитования,
которое сделало небольшие займы по более доступным
ставкам доступными миллионам бедных людей,
хотя, возможно, и не самым бедным. Электронные
системы денежных переводов (с использованием
сотовых телефонов и тому подобного) и
современные способы идентификации человеческой
личности могут радикально сократить расходы на
предоставление банковских услуг бедным слоям населения
в течение ближайших нескольких лет. Но мы также
должны признать, что в некоторых случаях условия
для стихийного возникновения рынка просто
отсутствуют. Данное обстоятельство требует
государственного вмешательства, направленного на
поддержание рынка и обеспечение необходимых условий,
а если это невозможно, то государство должно
предоставлять определенные услуги напрямую.
Мы должны признать, что это может повлечь
за собой бесплатное предоставление некоторых
товаров или услуг (таких, как противомоскитные сетки
448

ВМЕСТО ОДНОЗНАЧНОГО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
или посещение профилактического медицинского
центра) или даже вознаграждение их потребителей,
как бы странно это ни звучало, за то, что они делают
для себя что-то хорошее. Представляется, что
разделяемое некоторыми экспертами недоверие к
бесплатному предоставлению товаров и услуг зашло
слишком далеко даже с чисто экономической
точки зрения. Часто оказывается, что дешевле, в
расчете на одного обслуженного, распространять услугу
бесплатно, чем пытаться получить символическую
плату. В других случаях для развития рынка
необходимо обеспечить необходимые условия, чтобы
цена продаваемого на рынке продукта была
достаточно привлекательной. Например, правительства
могут субсидировать страховые взносы, или
предоставлять ваучеры, которыми родители смогут
оплатить обучение своих детей в любой школе, частной
или государственной, или обязать банки предлагать
всем своим клиентам базовые сберегательные счета
за номинальную плату. Важно учитывать при этом,
что хорошее функционирование субсидируемых
рынков требует их тщательного регулирования.
Например, школьные ваучеры хорошо работают, когда
у всех родителей есть способ определить
правильную школу для своего ребенка; в противном случае
они могут превратиться в способ дать еще больше
преимуществ смекалистым родителям.
В-четвертых, бедные страны не обречены на
неудачи из-за своей бедности или несчастливой
истории. Действительно, в этих странах часто что-то
не получается — программами помощи бедным
руководят не те люди, учителя преподают плохо
или вообще ничему не учат, дороги, при
строительстве которых было много воровства, разрушаются
под тяжестью перегруженных грузовиков и так
далее. Но многие из этих неудач связаны не столько
449

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
с каким-то грандиозным заговором элит,
направленным на сохранение их влияния на экономику,
сколько с неизбежными недостатками детального
проектирования проводимой политики. Наибольшее
значение здесь имеют проблемы идеологии,
неинформированности и инертности. Предполагается,
что медсестры должны выполнять такую работу,
которую не смог бы выполнить ни один обычный
человек, и все же никто не считает нужным изменить их
должностные инструкции. Очередное преходящее
увлечение (будь то плотины, босоногие врачи,
микрокредиты или что-то еще) претворяется в
проводимую политику, при этом никто не обращает
внимания на реальность, в рамках которой она должна
осуществляться. Одна высокопоставленная
индийская чиновница однажды сказала нам, что в
деревенские комитеты по образованию обязательно входят
родители самого лучшего и самого худшего ученика
в школе. Когда же мы спросили, как определяется,
кто является самым лучшим или худшим учеником,
учитывая, что до 4_го класса не проводится никаких
экзаменов, она быстро сменила тему. И все же даже
эти абсурдные правила, однажды вступив в силу,
продолжают действовать по чистой инерции.
Хорошая новость, если это выражение здесь
применимо, заключается в том, что управление и
проводимая политика могут быть улучшены без
изменения существующих социальных и политических
структур. В «хороших» институциональных
условиях для подобных улучшений существует
огромный простор, но и в плохих могут быть
предприняты некоторые предельные действия. Небольшая
революция может быть произведена разными
путями — если добиться, чтобы на деревенские
собрания приглашались все, если контролировать
действия государственных служащих и привлекать их
450

ВМЕСТО ОДНОЗНАЧНОГО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
к ответственности за невыполнение своих
обязанностей, если наблюдать за политиками всех
уровней и сообщать эту информацию избирателям, если
разъяснять пользователям государственных услуг,
на что они могут рассчитывать, —например, каковы
точные часы работы медицинского пункта, на какую
сумму денег (или количество мешков риса) они
имеют право.
Наконец, ожидания относительно того, на что
люди способны или неспособны, слишком часто
превращаются в самореализующиеся пророчества.
Дети бросают школу, когда их учителя (а иногда
и родители) сигнализируют им, что они
недостаточно умны, чтобы освоить учебную программу;
продавцы фруктов не прилагают усилий, чтобы
погасить долги, потому что ожидается, что они
быстро наберут новые; медсестры перестают ходить
на работу, потому что никто не ожидает их там
увидеть; политики, от которых никто не ожидает
активных действий, не имеют стимула предпринимать
попытки улучшить жизнь людей. Изменить
ожидания непросто, но не невозможно. Жители деревень,
в которых прадханами были женщины, не только
потеряли предубеждения против женского
руководства, но даже начали думать, что и их дочери
когда-нибудь смогут занять высокий пост;
учителя, которым объяснили, что их задача состоит
просто в том, чтобы научить всех детей читать, сумели
справиться с этим в летних лагерях за один сезон.
Самый важный аспект роли ожиданий
заключается в том, что под их воздействием успех питает сам
себя. Улучшение ситуации приводит к изменению
убеждений, а затем и поведения. Это еще одна
причина, по которой не всегда стоит бояться бесплатной
раздачи вещей (включая деньги), если это может
запустить благотворный цикл.
451

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Тем не менее, несмотря на пять
перечисленных уроков, мы очень далеки от того, чтобы знать
все, что мы можем и должны знать. В некотором
смысле данная книга является просто
приглашением посмотреть на проблему бедности более
внимательно. Если мы воспротивимся лености и
шаблонному мышлению, сводящему все проблемы к одному
и тому же набору общих принципов, если мы
прислушаемся к самим бедным людям и заставим себя
понять логику их выбора; если мы примем
возможность ошибки и подвергнем все идеи, в том числе
самые очевидные, строгой эмпирической
проверке, то мы сможем не только разработать
инструментарий эффективной политики, но и лучше понять,
почему бедные живут так, как они живут.
Вооружившись этим терпеливым пониманием, мы сможем
определить ловушки бедности там, где они
действительно есть, и узнать, какие инструменты мы
должны предоставить бедным, чтобы помочь им
выбраться из этих ловушек.
Возможно, нам нечего сказать о
макроэкономической политике или институциональных реформах,
но не позволяйте кажущейся скромности усилий
обмануть вас —небольшие изменения могут иметь
большие последствия. Глисты вовсе не являются той
темой, которую вы станете поднимать на
романтическом свидании, но те дети из Кении, которым в
школе проводили дегельминтизацию в течение двух лет,
а не одного (по цене 1,36 доллара США по ППС на
ребенка в год, все включено), в зрелом возрасте
стали зарабатывать на 20% больше, что на
протяжении всей их жизни составляет 3269 долларов США
по ППС. Возможно, данный эффект был бы ниже,
если бы от глистов лечили всех, так как люди,
которым посчастливилось пройти дегельминтизацию
в детстве, могли частично получить работу других.
452

ВМЕСТО ОДНОЗНАЧНОГО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
Но чтобы осознать масштаб благоприятных
последствий, обратите внимание, что самый высокий
устойчивый темп экономического роста на душу
населения в современной истории Кении, который
наблюдался в 20о6-20о8 годах, составлял около 4>5% в Г°Д-
Если бы в нашем распоряжении оказался рычаг
макроэкономической политики, который мог бы
снова вызвать такой беспрецедентный рост, то все равно
потребовалось бы четыре года, чтобы поднять
средние доходы на те же 20%. Вместе с тем, как оказалось,
такого рычага нет ни у кого.
У нас также нет рычага, гарантирующего
искоренение бедности, но как только мы это
признаем, время станет работать на нашей стороне.
Бедность сопровождала человечество на протяжении
многих тысяч лет; если мы должны подождать еще
50 или юо лет, чтобы покончить с ней, то так тому
и быть. По крайней мере, мы можем перестать
притворяться, что у нас под рукой есть определенное
решение, и вместо этого объединиться с миллионами
действующих с благими намерениями людей по
всему миру — политиками и бюрократами, учителями
и работниками НПО, учеными и
предпринимателями—в поисках множества идей, больших и малых,
которые в конечном итоге приведут нас в тот мир,
где никто не будет жить на 99 центов в день.

Благодарности
Мы стали специализироваться в области
экономики развития благодаря нашим матерям — Нир-
мале Банерджи и Виолен Дюфло. Своей жизнью
и работой каждая из них постоянно выражает
нежелание мириться с окружающей
несправедливостью. Мы были бы глухи и слепы, если бы
избежали их влияния.
Наши отцы, Дипак Банерджи и Мишель Дюфло,
всегда учили нас, как важно правильно выстраивать
аргументацию. Мы не всегда соответствуем
требовательному стандарту точности, который они
установили для себя, но стали понимать значение
этого стандарта.
Идея этой книги зародилась в 2005 году после
разговора с Андреем Шлейфером, который тогда
был редактором Journal ofEconomic Perspectives. Он
попросил нас написать что-нибудь о бедных для
этого журнала. Когда мы стали писать статью,
которая получила название «Экономическая жизнь
бедных», то поняли, что она поможет объединить
множество разрозненных фактов и идей, на
постижение которых мы потратили свои жизни. Затем
Макс Брокман, наш агент, убедил нас, что
написанная на основе этой статьи книга может вызвать
интерес у издателей.
Многие факты и идеи в этой книге переданы нам
другими людьми — нашими учителями,
наставлявшими нас и ставившими перед нами трудные зада-
454

БЛАГОДАРНОСТИ
чи; нашими соавторами, соредакторами,
студентами и друзьями; нашими коллегами по Лаборатории
по борьбе с бедностью имени Абдула Латифа Джами-
ля и многими другими людьми, с которыми мы
сотрудничали в правительствах и организациях
развития по всему миру. Любой поименный список
обязательно будет неполным, даже
несправедливым. Однако мы все же хотели бы отметить
Джоша Энгриста, Рукмини Банержи, Энни Дюфло, Ни-
лиму Хетан, Майкла Кремера, Андреу Мае Колелла,
Эрика Маскина, Сендила Муллайнатана, Энди
Ньюмена, Рохини Панде, Томаа Пикетти и Эммануэля
Саэза, которые, каждый по-своему, сделали больше
для формирования мыслей, вошедших в эту
книгу, чем они, вероятно, сами осознают. Мы надеемся,
что результат их не слишком разочарует.
Комментарии ряда людей к ранним черновикам
этой книги принесли нам огромную пользу. Это
Дэниел Коэн, Ангус Дитон, Паскалин Дюпас,
Николас Кристоф, Грег Льюис, Патрик Макнил,
Рохини Панде, Иэн Паркер, Сомини Сенгупта, Андрей
Шлейфер и Кудзаи Такавараша. Эмили Бреза и
Доминик Леггетт несколько раз перечитали каждую
главу и подсказали нам несколько способов
значительно улучшить книгу. В результате книга
намного выиграла, и только наша нетерпеливость
помешала усовершенствовать ее еще больше. Мы получили
огромное удовольствие от сотрудничества с Клай-
вом Приддлом, нашим редактором в издательстве
PublicAffairs, — книга ожила, когда попала в его руки.

Именной указатель
Абдельумни, Фуад
(Abdelmoumni,
Fouad) 348-349» 357» 374
Айер, Лакшми
(Iyer, Lakshmi) 398
Акула, Викрам
(Akula, Vikram) 291
Анант, Бинду
(Ananth, Bindu) 260-261
Асемоглу, Дарон (Acemoglu,
Daron) 395-399» 405> 406
Аткин, Дэвид
(Atkin, David) 382
Ахлувалия, Монтек
Сингх (Ahluwalia,
Montek Singh) 139
Ашраф, Нава
(Ashraf, Nava) 210
Банержи, Рукмини
(Banerji, Rukmini) 157, 455
Баркер, Дэвид
(Barker, David) 68
Беккер, Гэри (Becker,
Gary) 194, 196» l97> 34
Берджес, Робин
(Burgess, Robin) 277-288
Блумберг, Майкл (Bloomberg,
Michael) 147
Бойс, Джим
(Boyce,Jim) 256
Бонгаартс, Джон
(Bongaarts, John) 190
Ванчекон, Леонард
(Wantchekon,
Leonard) 420,439-44°
Вуданн, Шерил
(WuDunn, Sheryl) 25-26
Ганди, Индира
(Gandhi, Indira) 186, 189
Ганди, Санджай
(Gandhi, Sanjay) 186,187,
189, 194» 214
Гиббоне, Донна
(Gibbons, Donna) 201
Гиффен, Роберт
(Giffen, Robert) 54
Грин, Дженнифер
(Green, Jennifer) 422
Грин, Дональд
(Green, Donald) 422
Дас, Джишну
(Das, Jishnu) 102,106-107
Дженсен, Роберт
(Jensen, Robert) 53» Ч2
Джоли, Анджелина
(Jolie, Angelina) 33» 324
Джонсон, Саймон
(Johnson, Simon) $g8
Диккенс, Чарльз
(Dickens, Charles) 34
Дитон, Ангус (Deaton,
Angus) 12, 55» 59» 455
Дрез, Жан (Dreze, Jean) 55'
59.167
Дхаливал, Икбал
(Dhaliwal, Iqbal) 295
Дюпас, Паскалин (Dupas,
Pascaline) 29-30,96"97>
ш, 128,166, 205-206,
319-320, 335-ЗЗ6, 455

ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ
Дюпри, Оливье
(Dupriez, Olivier) 12
Зеллик, Роберт
(Zoellick, Robert) 240-441
Зинман, Джонатан
(Zinman, Jonathan) 296
Истерли, Уильям
(Easterly, William) 21,
23, 28, 31-32» Hi» 15°> 392,
402-405, 442
Карлан, Дин
(Karlan, Dean) 296, 341
Кейнс, Джон Мейнард
(Keynes, John
Maynard) 136
Кейс, Энн (Case, Anne) 66-67
Коллиер, Пол
(Collier, Paul) 401
Коэн, Джессика
(Cohen, Jessica) 96,111
Кремер, Майкл
(Kremer, Michael) 125, 166,
171, 205-206, 324-325» З27.
ЗЗ2, 455
Кристоф, Николас (Kristof,
Nicholas) 25-26, 455
Леви, Сантьяго
(Levy, Santiago) 145-146
Мадиат, Джо
(Madiath, Joe) 92, 94
Мальтус, Томас
(Malthus, Thomas) 191, 193
Маршалл, Альфред
(Marshall, Alfred) 54
Мейяссу, Клод (Meillassoux,
Claude) 226, 227
Миллер, Нолан
(Miller, Nolan) 53
Мойо, Дамбиза (Моуо,
Dambisa) 21, 22, 28, 32
Мор, Начикет (Мог,
Nachiket) 260-261, 284
Муллайнатан, Сендхил
(Mullainathan,
Sendhil) 341
Мунши, Кайван
(Munshi, Kaivan) 212, 387
Олкен, Бенджамин (Olken,
Benjamin) 408-409
Омидьяр, Пьер
(Omidyar, Pierre) 349
Оруэлл, Джордж
(Orwell, George) 73, 77"78
Паксон, Крис
(Paxson, Chris) 66
Панде, Рохини
(Pande, Rohini) 277-278,
298, 422, 455
Пармантье, Антуан
(Parmentier, Antoine) 72
Питт, Марк (Pitt, Mark) 201
Прахалад, К. К.
(Prahalad, С. К.) 349
Притчетт, Лэнт
(Pritchett, Lant) 202
Рамунаджам, Сриниваса
(Ramanujam,
Srinivasa) 175
Редди, П ад мая (Reddy,
Padmaja) 273, 275, 285,
292-293, 295, З01, 342
Резерфорд, Стюарт
(Rutherford, Stuart) 3*5
Рейникка, Ритва (Reinikka,
Ritva) 39!-392,394
Робинсон, Джеймс (Robinson,
James) 395"399, 4©5, 4о6
Робинсон, Джонатан
(Robinson,
Jonathan) 319~32o, 322,
324-325, 327, 332, 335-336
Розенцвейг, Марк
(Rosenzweig, Mark) 201,
221, 380
Ромер, Пол
(Romer, Paul) 400
Сакс, Джеффри (Sachs,
Jeffrey) 20-23, 28, 31-ЗЗ,
87-89, 94, 95» ЮО, 195,198,
201, 324, 393, 442
457

ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Санстейн, Касс
(Sunstein, Cass) 124
Свенссон, Якоб (Svensson,
Jakob) З^-ЗЭЯ' 394
Сен, Амартия (Sen,
Amartya) 25, 62, 219-220
Сенгупта, Сомини (Sengupta,
Somini) 241-242, 4°5
Сингер, Питер
(Singer, Peter) 24, 26
Синь Мэн (Xin Meng) 216
Стил, Клод
(Steele, Claude) 169-170
Сухарто (Suharto) 150, 407,
408, 425
Талер, Ричард
(Thaler, Richard) 123, 124
Тамайо, Фернандо
(Tamayo, Fernando) 199
Таунсенд, Роберт (Townsend,
Robert) 264, 266, 339
Трумэн, Гарри
(Truman, Harry) 214
Удри, Кристофер (Udry,
Christopher) 224, 225, 253
Филд, Эрика (Field, Erica) 210
Фогель, Роберт
(Fogel, Robert) 60
Фостер, Эндрю
(Foster, Andrew) 221, 380
Хаммер, Джефф (Hammer,
Jeff) 102, 106-107
Ханна, Тарун
(Khanna, Tarun) 353
Хартман, Бетси
(Hartman, Betsey) 256
Хелмс, Бриджит
(Helms, Brigit) 296
Хетан, Нилима (Khetan,
Neelima) 119, 43^ 455
Хэтч, Джон
(Hatch, John) 347
Цянь, Нэнси (Qian,
Nancy) 197» 216, 221-222
Чаван, Мадхав (Chavan,
Madhav) 139, 157
Чаттопадхьяй, Рагхабендра
(Chattopadhyay,
Raghabendra) 4*8
Шлейфер, Андрей (Shleifer,
Andrei) 323-324, 455
Штраусе, Джон
(Strauss, John) 59
Шульц, Пол
(Schultz, Paul) 144
Шульц, Теодор
(Schultz, Theodore) 144
Эйнштейн, Альберт
(Einstein, Albert) 175
Юнус, Мухаммад (Yunus,
Muhammad) 274-275»
285-286,349-350,357
Янг, Элвин
(Young, Alwyn) 192

Научное издание
Абхиджит Банерджи
и Эстер Дюфло
ЭКОНОМИКА БЕДНЫХ
Радикальное переосмысление способов
преодоления мировой бедности