Russkaya_armia_i_flot_v_voyne_s_Ottomanskoy_Turtsiey_v_1828-1829

Похожие

Генерал-фельдмаршал Иван Иванович Дибич-Забалканский. [Русская история]

История внешней политики Российской империи. 1801-1914. Т.2. Внешняя политика императора Николая 1.1825-1855

История внешней политики Российской империи. 1801-1914. В 4 томах. Том 2. Внешняя политика императора Николая 1. 1825-1855

Сочинения. Издание 2. Том 09

Текст

ЯРОСЛАВСКИЙ ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ
ИМЕНИ К. Д. УШИНСКОГО

В. А. ЛЯХОВ

РУССКАЯ АРМИЯ И ФЛОТ
В ВОЙНЕ

С ОТТОМАНСКОЙ ТУРЦИЕЙ
В 1828-1829 ГОДАХ

ЯРОСЛАВЛЬ — 1972
СОДЕРЖАНИЕ

В в е д е и не с

Г л а в а первая.

Политическая подготовка войны. . . . ..... . . 26

Г л а в а вто р а я.

Вооруженные силы России и Турции накануне войны. Планы

СТ0Р011.................................................52

1 лава 'г р е т в я.

Кампания 1828 года на Балканском театре . .... Ю7

Г л а в а ч е т в е р т а я.

Кампания 1828 года на Кавказском театре............... 127

Г л а в а н я т а я.

Кампания 1829 года на Балканском театре................jgy

Г л а в a in е с т а я

Действия Черноморского флота в кампании 1829 года и русской

эскадры в Средиземном море в 1827—1829 годах...........180

Глава сед ь м а я.

Забалканский поход русской армии в 1829 году...........227

Г л а в а в о с ь м а я.

Кампания 1829 года на Кавказском театре................260

Заключение. ...............................................296

РУССКАЯ АРМИЯ И ФЛОТ В ВОЙНЕ

С ОТТОМАНСКОЙ ТУРЦИЕЙ В 1828—1829 ГОДАХ

Редактор В. Мясников. Художественный редактор Д. Поздняков
Технический редактор Э. II а т р и к е е в а. Корректор Т. Яблокова.

Сдано в набор 14 октября 1971 г. Подписано к печати 6 апреля 1972 г. АК01600.

Формат бумаги 60X90/16. Бумага типографская № 3. Усл. неч. л. 19. Уч.-изд. л. 21,9.
Тираж 1000. Заказ 3234. Цена 1 руб. 41 кон.

Верхне-Волжское книжное издательство Комитета по печати при Совете Министров
РСФСР, Ярославль, ул. Трефолева, 12.

Типография № 2 Росглавполиграфпрома, г. Рыбинск, ул. Чкалова, 8.
ВВЕДЕНИЕ

Изучение военной истории нашей Родины — задача большого
научного и политического значения. Па важную роль военно-ис-
торических знаний неоднократно указывал В. И. Ленин. «Смеш-
но,— говорил он,—не знать военной истории»1.

XXIV съезд Коммунистической партии Советского Союза, под-
черкивая огромное значение идеологической работы, указал, что
составной частью ее является воспитание всех трудящихся в духе
советского патриотизма1 2.

Ценность военной истории определяется прежде всего тем, что
она служит современности: способствует идеологическому воспи-
танию народа. «Военная история, — убедительно пишет маршал
Советского Союза А. А. Гречко, — незаменимое средство воспи-
тания патриотизма, любви к Родине на примерах героического
прошлого нашего парода»3.

Подчеркивая, что военная история имеет огромное значение
для разработки актуальных проблем военной теории и военного
строительства, А. А. Гречко указывает: «Необходимо знать ос-
новные события и факты военной истории не только новейшей, по
и прошлых веков, обогащать свою память сведениями о патриоти-
ческих и прогрессивных традициях русской армии, о выдающих-
ся военных деятелях прошлого»4.

Значительное место в военной истории России второй полови-
ны XVIII—первой трети XIX века занимают войны с Оттоманской
Турцией, в ходе которых русские вооруженные силы, руководи-
мые Румянцевым, Суворрвым, Кутузовым и Ушаковым, одержа-
ли блестящие победы, возвеличили славу нашей Родины.

Задачей настоящей работы является освещение русско-турец-
кой войны 1828—1829 годов.

Актуальность избранной темы определяется тремя основными
моментами.

1 В. И Ленин. Поли. собр. сон., т. 36, стр. 31.

2 Резолюция XXIV съезда Коммунистической партии Советского Союза
по Отчетному докладу Центрального Комитета КПСС. «Правда», 1971,
10 апреля.

3 А. А. Гречко. Военная история и современность. «Воепио-историче-
скнй журнал», 1961, № 2, стр. 9.

4 Там же.
1. Война 1828—1829 годов укрепила экономические, политиче-
ские и военные позиции царской России па Балканах, в Закав-
казье и на побережье Черного моря.

2. Несмотря на губительное влияние реакционной военной
доктрины, война показала, что лучшие представители офицерского
корпуса продолжали хранить и развивать прогрессивные тради-
ции русской армии и военно-морского флота. Особенно велика в
этом деле роль декабристов. Во время этой войны впервые1 в ис-
тории русских вооруженных сил были применены боевые ра-
кеты.

В связи с этим следует подчеркнуть, что среди определенной
части военных историков существует ошибочное мнение 9 том,
что в 20—30-х годах XIX века русское военное искусство пережи-
вало сплошной упадок. С такой позиции они оценивают и русско-
турецкую войну, считая, что в действиях русских войск и флота
пет ничего положительного. Только этим можно объяснить, что

война 1828—

1829 гг. не получила должного освещения в работах

но истории военного искусства.

3. Русско-турецкая война 1828—1829 годов, независимо от
захватнических целей и побудительных мотивов царского прави-
тельства, имела огромное значение для освобождения народов
Балкан и Кавказа от ига Оттоманской Турции.

Несмотря па то, что русско-турецкая война 1828—1829 годов
занимает видное место в военной истории России, она не получи-
ла должного освещения и объективной оценки в русской дворян-
ско-буржузной историографии.

Характеризуя буржуазную историографию, Энгельс писал,
что «буржуазия все превращает в товар, а, следовательно, также
н историю. В силу самой ее природы, в силу условий ее сущест-
вования ей свойственно фальсифицировать всякий товар: фаль-
сифицировала она также и историю. Ведь лучше всего оплачива-
ется 'го сочинение, в котором фальсификация истории наиболее
соответствует интересам буржуазии» L

В. И. Лепин, называя буржуазных авторов «приказчиками»
эксплуататорских классов, указывал, что историк-марксист дол-
жен «...уметь отсечь их реакционную тенденцию, уметь вести свою
линию и бороться со всей линией враждебных нам сил и клас-
сов» 1 2.

Этим марксистско-ленинским положением автор и руковод-
ствовался при характеристике буржуазной историографии вос-
точного кризиса 20-х годов XIX века и русско-турецкой войны
1828—1829 годов.

Другим важнейшим методологическим положением марксиз-
ма-ленинизма, которым руководствовался автор при написании
настоящего исследования, является требование программы Ком-

1 «Архлв Маркса и Энгельса», т. 10, стр. 104.

2 В. II, Ле п и н. Полк. собр. соч., т. 18, стр. 364.
мупистической партии Советского Союза о необходимости вести
борьбу «против национализма и шовинизма, против тенденций к
национальной ограниченности и исключительности, к идеализа-
ции прошлого и затушевыванию социальных противоречий в ис-
тории народов»

Восточному кризису 20-х годов XIX века посвящена обширная
литература как иностранная, так и русская. Особое внимание об-
ращается на греческое национально-освободительное движение
и восточную политику европейских держав.

В греческой буржуазной историографии наиболее значитель-
ными являются работы И. Филпмопоса, С. Трпкуниса, Д. Кок-
киноса1 2 и др., которые написаны па основе архивов и содержат
богатый фактический материал. Но эти работы носят описатель-
ный характер, в них отсутствует анализ причин и хода восстания,
замалчиваются его острые социальные противоречия, и оно рас-
сматривается только как национальное и религиозное. Большую
ценность представляют работы греческого историка-марксиста
Я. Кордатоса3, который впервые в греческой историографии
вскрыл социальные и политические предпосылки греческого на-
ционально-освободительного движения и показал, что оно носило
не только освободительный, ио и классовый характер. Разобла-
чив реакционную роль греческого духовенства, кодзабасов и фа-
нариотов, он подчеркнул, что главная заслуга в освобождении
своей страны принадлежит народным массам. Кордатос справед-
ливо указывал, что большое влияние па греческое движение ока-
зала русско-турецкая война 1828—1829 годов.

Западноевропейские [историки, как правило, умалчивая об
экспансионистских планах правительств Англии, Франции и Ав-
стрии, стремятся представить их политику как направленную па
защиту территориальной целостности и даже па развитие Отто-
манской империи против «агрессии русских», которые якобы хо-
тели захватить Балканы: и Грецию.

Английская и проанглийская буржуазная историография, в
том числе и американская, пытаются представить восточную по-
литику Англии как оборонительную. Английский историк С. Уаль-
ноль писал, что «британской гегемонии на Востоке угрожает на-
ступательное движение Российской империи», а поэтому проти-
водействие такому наступлению «стало преобладающим в ино-
странной политике Англии»4. Другой историк Ф. Баллен

1 «Программа Коммунистической партии Советского Союза». М., 1971,
стр. 116.

2 При изучении греческого освободительного движения большую пользу
нам оказали работы Г. Л. Арша: «Этеристское движение в России. Освобод.
борьба греческого парода в иач. XIX в. и русскогреческие связи». М., 1970 и др.

3 Г. А. Арш. «Восстание 1821 г. в освещении греческого историка». «Но-
вая и новейшая история», 1961, № 2.

4 С. Уальполь. Иностранная политика Англии. Сиб., 1885, стр. 109.
утверждал, что политика России на Востоке была политикой «на-

ступа тельного марша на Константинополь»1.

Другой легендой, получившей широкое распространение в
зарубежной историографии, является версия о том, будто бы Анг-
лия и Франция были поборниками демократии и защитниками
балканских пародов. Согласно этой версии, Греция своим осво-
бождением обязана Англии и Франции. Уальполь писал, что
английский министр иностранных дел «Каннинг сочувствовал
грекам в их борьбе за независимость»1 2.

Особенно широкое распространение указанная концепция по-
лучила в английской буржуазной историографии и, в частности,
в работах К- Вебстера, А. Станлетоиа и Г. Темперлея3. Послед-
ний, извращая историю, писал: «Свобода Греции была завеща-
нием, оставленным миру Джорджем Каннингом».4 Более лживое

и циничное заявление трудно себе представить. Двурушническая
и провокационная политика правящих кругов Англии не только
не способствовала, ио наоборот, препятствовала освобождению
Греции. Английская буржуазия всегда была врагом свободы и
независимости балканских пародов.

Современник событий, известный дипломат Шатобриаи гово-
рил, что «Англия всегда выгодно торговала... свободою па-
родов» 5.

Французские буржуазные историки Э. Дрио, М. Леритье,
Ж. Изамбер6 и другие также стремятся приукрасить политику
Франции иа Ближнем Востоке и показать, что благодаря ей, Гре-
ция обрела независимость. /Даже такой прогрессивный историк
как А. Дсбидур заявил: «Мир имел в Тюильри верного стража»7.

Фальсификация истории восточного кризиса и русско-турец-
ких отношений характерна и для австрийской историографии.
Желая обелить явно захватническую, антиславяискую политику
монархии Габсбургов, австрийские историки преувеличивают аг-

рессивность царского правительства и сваливают па него всю

1 1;. Е. Bailey. British Policy and the Turkish Reform Movement.
A Study in Anglo-Turkish Relations 1826—1853, Cambridge, 1942.

2 С. У а л ь п о л ь. Указ, соч., стр. 116.

3 C. W е b s t е r. The foreign policy of Gastlereagh. London, 1925;

A. G. St a p 1 e t о n. Political Life of George Canning. London, 1830—1831;

11. T e ш p e r 1 e y. Foreign Policy of George Canning. London, 1925.

4 IL Те m per ley. Foreign Policy of George Canning. London, 1925,

p. 352.

5 Записка Шатобриаиа о Восточном вопросе, представленная... 30 ноября
1828 года. «Москвитянин», 1856, т. 4, № 13 — 16, стр. 75.

6 Е. 1) г i a u I t et М. L е г i t i е г. Histoire diplomatique de la Grece,
t. 1 (1821—1830), P., 1925 G. I s a m b e r t. L’independance grecque et I’Eu-
rope. P. 1900.

7 А. Деби дур. Дипломатическая история Европы, т. 1, М., 1947,
стр. 315.
вину за обострение противоречий на Ближнем Востоке. В таком
Духе рсвещает события, например, Иберсбергер L

Русско-турецкой войне 1828—1829 годов в западноевропей-
ской дитературе посвящено несколько работ. В 1829 году была
опубликована книга немецкого историка Витцлебепа «Описание
русско-турецкого похода в 1828 году в Европе и Азии»* 2, в кото-
рой автор старается умалить значение успехов русских вооружен-
ных СИЛ;

Еще меньшим достоинством отличается работа другого не-
мецкого писателя Валентини «Обозрение главнейших действий
генерал-фельдмаршал а... Паскевича-Эривапского против турок
в Азии»3. Работа носит комплятивпый характер и страдает мно-
гими ошибками и неточностями.

В 1840 году в Париже вышла в свет книга «Россия в Малой
Азии или кампания фельдмаршала Паскевича в 1828 и 1829 го-
дах»4. Большой научной ценности книга не представляет, так как
носит комплятивпый характер, написана на материалах «Исто-
рии военных действий в Азиатской Турции в 1828 и 1829 годах»,
изданной в 1836 году в Петербурге.

Выгодно отличается от вышеупомянутых работ труд видного
прусского военного деятеля Г. Мольтке «Русско-турецкая кампа-
ния в Европейской Турции 1828 и 1829 гг.», изданная в Берлине
в 1845 году5. Служба в турецкой армии, знакомство с театром во-
енных действий и использование некоторых турецких архивных
материалов позволили автору достаточно подробно, а иногда и
правильно осветить ход войны па балканском театре. Однако в
целом труд Мольтке страдает рядом серьезных недостатков и,
как справедливо писал Н. К. Шильдер, поражает своей явно при-
страстной оценкой «русской политики на Востоке»6. Он, напри-
мер, почти не рассматривает действие русского Черноморского
флота, хотя и подчеркивает его важность для сухопутных войск.

Во время Крымской войны вышла в свет монография англий-
ского историка Ф. Чезнея «Русско-турецкая кампания 1828 и

41. LI е b е г s b е г g е г. Russlands Orientpolitik in den letzten zwei
Jalirhunderlen, 1913; его же, Das Dardanelieiiproblein als russische
Schicksalsfrage, 1930; его же, Osterrech zwisclien Russland und Ser-
bien, 1958.

2 F. A. Witzleben. Darstellung des russiscli-tiirkischeii Feldzuges
ini Jahre 1828 in Europa und Asien, Bd. 1, Magdeburg. 1829.

8 В а леи ти u и. Обозрение главнейших действий геперал-фельдмар-
шала князя Варшавского, графа Паскевича-Эривапского против турок в Азии»,
СПб., 1836.

4 Е. F о п t о п. La Rossie dans 1’Asie Mineore, on campagnes du ma-
recbal Paskevilch en 1828 et 1829. Paris, 1840.

5 G. Moltke. Der Russisch-Tiirkische Feldung in der Europaisdien
Tiirkei 1828 und 1829. Berlin, 1845.

6 Г. Мольтке. Указ соч., ч. 1, СПб., 1876, предисловие II. К. Шиль-
дера, стр. 5.
1829 гг.»1, в которой излагается ход военных действий 1Щ бал-
канском и кавказском театрах. Однако о действиях Черномор-
ского флота автор говорит очень кратко. Но главный недостаток
работы Чезпея— это тенденциозная, лживая оценка вострчной
политики России. Следуя традиционной легенде английской бур-
жуазной историографии о якобы исключительной агрессивности
России па Востоке, Чезней яростно нападает на восточную "поли-
тику царского правительства, считая ее главной причиной рус-
ско-турецкой войны. Примечательно, что первую главу своей кни-
ги он назвал «Причины русской агрессии»1 2. Что касается вопро-
са о характере восточной политики Англии, то Чезней старается
обойти его молчанием.

В 1866 году в Лейпциге вышла в свет книга прусского дипло-
мата Д. Розена «История Турции от победы реформы 1826 года
до Парижского трактата 1856 года»3. Хотя работа посвящена
истории Турции и страдает тенденциозностью, в пей содержатся
значительные материалы о русско-турецкой войне 1828—1829 гг.

Из работ турецких историков следует назвать многотомное со-
чинение официального историографа Ахмеда Джевдет-паши, на-
писанное с позиций реакционного пантюркизма. Он оправдывает
и даже восхваляет владычество турок над балканскими и кав-
казскими народами, а освобождение их из-под этого владычества

считал актом «насилия и захвата», со стороны России. Политика
России па Ближнем Востоке характеризуется как исключительно
захватническая, а политика Турции — оборонительная и миро-
л юбивая.

Па пристрастное освещение турецкими историками истории
восточного кризиса 20-х годов XIX века в свое время указывал
Г. Мольтке: «Турки пишут вместо истории высокопарные повест-
вования, из которых нельзя добиться истины»4.

Такой же точки зрения придерживается и большинство совре-
менных турецких историков: Ш. Туран, Э. Шапольо А. Курат,
и др. Например, Туран пространно пишет о том, что в войне
1828—1829 годов Россия добивалась «силою оружия» отторжения
турецких территорий, а о захватнической политике султанской
Турции старается умалчивать. Шапольо считает, что извечной

целью политики русских являлось утверждение своего господства
на Балканах и в зоне Черноморских проливов. В таком же духе
рассматривает события 20-х гг. XIX века и Курат5.

1 Е. R. Chesney. The Russo Turkish campaigns. Of 1828 and 1829
L. 1854.

2 Там же, стр. 1.

3 1). Rosen. Geschichte der Turkei von dem Siege der Reform ini
Jahre 1826 bis ziuri Pariser Traklal vom Jahre 1856, Bd. I, Leipzig, 1866.

4 Г. Мольтке. Русско-турецкая кампания в Европейской Турции,
ч. 2, СПб., 1876, стр. 330.

5. A. N. Kuraf. Turk-ingiliz munasebellerine kisa bir bakis (1553—1952).
Ankara, 1952.
В русской дореволюционной историографии восточная поли-
тика России 20-х годов XIX века занимает большое место в тру-
дах Е. Феоктистова, Г. Палеолога и М. Сивиниса, С. Жигарева,
С. Соловьева, С. Татищева, II. Шильдера, С. Горяйнова и др. Е
Работы этих авторов написаны с позиций официальной историо-
графии и имели целью оправдать внешнюю политику царизма.
Татщцев писал, что главной задачей этой политики было «улуч-
шение участи христианского ее (Турции. — В. Л.) населения»1 2.

Ценность большинства этих исследований состоит в наличии
богатого оригинального фактического материала, который убе-
дительно опровергает фальсификаторские утверждения западно-
европейских историков о значении политики Англии, Франции,
Австрии в Восточном вопросе.

В апологическом духе оценивается политика царизма в Вос-
точном вопросе в работах русских дореволюционных военных
историков ГЕ Епанчина, II. Лукьяновича, В. Потто3 и др., посвя-
щенных русско-турецкой войне 1828—1829 годов.

В русской дореволюционной буржуазной историографии изу-
чению русско-турецкой войны 1828—1829 годов посвящен целый
ряд работ. Уже во время войны был написан и опубликован ряд
работ. Над «Историей военных действий в Азиатской Турции в
1828 и 1829 гг.» трудился В. Д. Сухоруков4. В «Военном журна-
ле» за 1828 и 1829 годы было опубликовано несколько статей: «О
войне с турками»5, «Употребление зажигательных ракет в воен-
ных действиях»6, «Описание устройства турецкого регулярного

1 Е. Феоктистов. Борьба Греции за независимость. СПб., 1863;
Г. Палеолог и М. С и в и и и с. Исторический очерк народной войны
за независимость Греции. СПб., 1867; С. Жигарев. Русская политика в
Восточном вопросе, т. 1. М., 1896; С. Соловьев. Император Александр 1.
Политика — Дипломатия. СПб., 1877; Его же. Восточный вопрос
в 1827—1829 гг. «Древняя и новая Россия», 1876, № 10; С. Татищев.
Внешняя политика императора Николая I. СПб., 1887. Его же. Из прошлого
русской дипломатии. СПб., 1890; Его же. Император Николай 1 и ино-
странные дворы. СПб., 1889; II. Шильдер. Император Александр 1,
т. 4. СПб., 1898; Его же. Император Николай 1, тт. 1—2. СНб., 1903.
С. Горяйнов. Босфор и Дарданеллы. СПб., 1907, Л. Добров.
Южное славянство, Турция и соперничество европейских правительств на
Балканском полуострове. СПб., 1879; Д. Бухаров. Россия и Турция.
СПб., 1878; Я. П- Бутковский. Сто лет австрийской политики в Вос-
точном вопросе, чч. 1 и 2. СПб., 1888; А. А. Гире. Россия и Ближний
Восток. СПб., 1906; Успенский. Как возник и развился в России Вос-
точный вопрос. СПб., >1887; А. II. 3 а б л о ц к и й - Д е с я т о в «с к и й.
Граф П. Д. Киселев и его время. СПб., 1882.

2 С. Татищев. Внешняя политика Николая I. СПб., 1887, стр. 220.

3 II. Епанчин. Очерк похода 1829 года в Европейской Турции,
ч. 1—3, СПб., 1905—1907; 11. Лукьянович. Описание турецкой войны
1828 и 1829 гг., ч. 1—4. СПб., 1844—11847; В. Потто. Кавказская война
в отдельных очерках, эпизодах, легендах и биографиях, т. 4. СНб., 1889.

4 Л. Г. Бескровный’ Очерки военной историографии России. М.,
1962, стр. 91.

5 «Военный журнал», 1828, № 4.

с Там же, № 5.
войска»1, «Замечания офицера Российского генерального штаба
о последней турецкой кампании»1 2. Интересные материалы о вой-
не печатались в «Русском инвалиде»3, «Вестнике Европы»4,
«Московском телеграфе»5, «Славянине»6 и других периодических
изданиях7.

Первые обобщающие работы по истории русско-турецкой
войны 1828—1829 годов были опубликованы в 1830 году: «Пос-
ледняя война с Турцией, заключающая в себе кампанию 1828 и
1829 гг. в Европейской и Азиатской Турции и на Кавказе»8 и
«Картина войны России с Турцией в царствование императора
Николай 1» Ф. Булгарина и С. Броневского 9, «Последняя врйна
с Турцией» Иовского10 11. Книги написаны по горячим следам вой-
ны, без использования архивных документов и содержат неточ-
ности н упущения. Авторы всячески выражают верноподданни-
ческие чувства и восхваляют Дибича и Паскевича. Более со-
держательна первая работа «Последняя война с Турцией, заклю-
чающая в себе кампанию 1828—1829 гг...», где дается краткая
характеристика военных действий на балканском и кавказском
театрах и совсем бегло говорится о Черноморском флоте. Во вто-
рой работе дано описание Наварипской битвы.

В 1836 году была опубликована «История военных действий
в Азиатской Турции в 1828 и 1829 гг.»11. Ценность книги состоит
в наличии богатого фактического материала, а главные недостат-

ки— в отсутствии всякого анализа, критического разбора воен-
ных действий и обобщающих выводов. Книга носит верноподдан-
ный е ски й х а р а ктер.

Первой значительной работой но истории войны 1828—1829
годов была четырехтомная монография Н. Лукьяновича «Описа-

1 «Военный журнал», 1828, № 6.

2 Т а м же, № 2.

3 «() военном искусстве турок», «Русский инвалид», 1828, № 125.

, 4 «О театре войны, славно кончившейся миром Адрианопольским».

«Вестник Европы», 1829, № 18; «Решение судьбы Сербского княжества».
«Вестник Европы», 1829, № 20.

5 «Взгляд на состояние Турецкого государства». «Московский телеграф»,
1829, ч. 29.

6 «Подробное описание возвратного пути Российского чрезвычайного
посольства от Араб-Бургаса через город Айдос до Галац в 1794 году: е нуж-
ными для военного искусства замечаниями». «Славянин», 1828, ч. 7.

7 Бой 18-пушечного брига «Меркурий» с двумя турецкими кораблями.
Записки Морского Ученого комитета, 1837, т. 11.

8 «Последняя война с Турцией, заключающая в себе кампанию 1828 и
1829 гг. в Европейской и Азиатской Турции и на Кавказе». Ч. 1—2. СПб., 1830.

9 Ф. Булгарин п С. Б р о н е в с к и й. Картина войны России с
Турцией в царствование Николая I. СПб., 1830.

10 Поиски й. Последняя война с Турцией. СПб., 1830.

11 История военных действий в Азиатской Турции в 1828 и 1829 гг.

Ч. 1 -2. СПб., 1836.
пне русско-турецкой войны 1828 и 1829 гг.»1. Написанная па осно-
ве архивных материалов Главного штаба русской армии, работа
содержит богатый фактический материал. В ней рассказывается
о военных событиях па балканском и кавказском театрах и очень
кратко говорится о действиях Черноморского флота. Действий
русского флота в Средиземном море автор вообще не касается.
Работа написана с позиций официальной царской историогра-
фии, в верноподданническом духе. Лукьянович старается уйти от
оценки и обобщений военных событий и обойти молчанием по-
рочность военных планов кампании 1828 года, неудачи и пора-
жения царских войск.

Одновременно с монографией Лукьяновича была опубликова-
на работа Л. Веригина «Военное обозрение похода российских
войск в Европейской Турции в 1829 году»1 2. Автор кратко изла-
гает ход военных действий па балканском театре войны, не пы-
таясь делать выводов и обобщений. Зато в книге всячески вос-
хваляются «искусные соображения графа Дибича», послужив-
шие «первым и главным поводом к блистательным успехам
нашей армии в 1829 году»3.

В 30—50-х годах XIX века было опубликовано несколько ра-
бот по истории военных действий русского флота в войне с Тур-
цией в 1828—1829 годах: «Блокирование Константинополя эскад-
рой под начальством контр-адмирала Рикорда»4; «История
вмешательства России, Англии и Франции в войну за независи-
мость Греции»5; «Журнал военных действий Черноморского фло-
та в Турецкую кампанию 1828 года»6; «Обозрение действия эс-
кадры под начальством контр-адмирала Рикорда в Средиземном
море»7; «Биография адмирала Петра Ивановича Рикорда»8.

В это время вышла в свет работа вице-адмирала В. И. Мели-
хова «Описание действий Черноморского флота в продолжение
войны с Турцией в 1828—1829 годах»9, которая является значи-
тельной и, пожалуй, единственной по своему содержанию в рус-
ской дореволюционной историографии. Хотя за 120 лет, прошед-
ших со дня выхода в свет, работа во многих отношениях устаре-
ла, опа и сегодня представляет значительную ценность как

1 11. Лукьянович. Описание турецкой войны 1828 и 1829 гг. ч. 1—.4.
СПб., 1844—1847.

2 А. Вериги ii. Военное обозрение похода российских войск в Евро-
пейской Турции в 1829 году. СПб., 1846.

3 А. Верн г и и. Указ, соч., стр. 78.

4 Записки Ученого комитета Морского штаба, ч. 6. СПб., 1830.

5 «Морской сборник», 1862, №№ 4, 5, 10, 12.

6 Журнал военных действий Черноморского флота в Турецкую кампанию
1828 года, ч. I. Николаев, 1852.

7 «Морской сборник», т. 19, № 11. СПб., 1855.

8 Т а м же.

9 В. И. Мелихов. Описание действий Черноморского флота в про-
должение войны с Турцией в 1828—1829 годах. «Морской сборник», т. 3 и 4.
СПб., 1850. То же самое отдельным изданием. СПб., 1850.
источник. Особенно заслуживают внимания разделы об Анарскоп
экспедиции, действиях под Варной и взятии Сизополя.

В эти же годы в различных периодических изданиях было
помещено несколько статей, в которых в той или иной степени

излагались события, связанные с русско-турецкой войной 1328—
1829 годов1. Определенный интерес представляет работа Игнать-
ева «Взгляд па постепенные изменения в образе действий рус-
ских войск против турок»1 2.

Отмена крепостного права, определенный экономический
подъем страны и усиление общественного движения способство-

вали оживлению научно-исследовательской работы в области во-
енной истории.

Боснийский кризис 1875—1878 годов, русско-турецкая война
1877—1878 годов активизировали научно-исследовательскую ра-
боту в области истории Восточного вопроса и русско-турецких
войн. Был опубликован целый ряд статей и книг3.

В 1876 году была издана на русском языке монография
Г. Мольтке4, которую II. К. Шильдер сопроводил важными до-
полнениями и комментариями. Тогда же, вероятно, Шильдер при-
ступил к работе над специальным исследованием по истории
русско-турецкой войны 1828—1829 годов5. Будучи неудовлетво-

1 Мельницкий. Три главы из очерка действий русского флота при
освобождении Греции. «Морской сборник», 1861, № 2. Участие Черноморского
флота в Анапской десантной экспедиции 1828 года. «Морской сборник», 1851,
№ 10. Краткое обозрение состояния артиллерии с 1798 по 1848 год. «Артилле-
рийский журнал», 1852, № 4—6; 11. Родожпцкнй. Походные записки
артиллериста в Азии с 1829 но 1831 г. «Военный журнал», 1857, кн. 1, № 1—2;
кн. 2, № 3—4; кн. 3, № 5—6.

2 II. И. И г п а ть е в. Взгляд на постепенные изменения в образе действий
русских войск против турок. СПб., 1852.

3 Е. Карнов и ч. Об участии России в освобождении христиан от
турецкого ига. «Отечественные записки», 1878, № 1—2. Его же. Пятидесятая
годовщина Паваринского сражения. «Древняя и новая Россия», 1877, № 10;
Л. Лебедев. В каком смысле освобождение балканских славян составляет
историческую задачу России. «Историческая библиотека», № 6. СПб., 1878,
А. А ела и бег он. Адмирал Алексей Самуилович Грейг. «Морской сборник»,
1873, № 3; А. Рык а чей. Год Паварииской кампании, Кронштадт,
1877; II. Родожпцкнй. Взятие Эрзерума в 4829 году. «Древняя
и новая Россия», 1877, т. 2, №№ 7 и 8, т. 3, № 9; Война России с Турцией.
1828 г. «Русская старина», 1876, № 12; Россия и Европа перед Адрианополь-
ским миром, «Русский вестник», 1877, № 5; Е. Белов. Результаты войн
России с Турцией. «Древняя и новая Россия», 1877, т. 2, №№ 6—8;
И. Шильдер. Война России с Турцией в 1829 году. «Русская старина»,
1881, т. 30, № 1; Кулевчинский бой и его стратегическое значение в турецкую
кампанию 1829 года», «Военный сборник», 1880, т. 131, № 1—2; Е. Богда-
нович. Панарин. М., 1877; Действия праводского отряда в 1828—1829 гг.
«Военный сборник»,. 1875, № 3—4; А. П. 3 а б л о ц к и й - Д е с я т о в с к и й.
Граф П. Д. Киселев и его время, т. 1. СПб., 1882.

4 Г. Мольтке. Русско-турецкая кампания в Европейской Турции 1828
и 1829 годов, ч. 1—2. СПб., 1876.

5 ГПБ им. Салтыкова-Щедрина. Рукописный отдел. Архив И. К. Шиль-
дера (ф. 859), к. 26, № 6, материалы к монографии.
реи монографией Мольтке, он писал, что «события 1828 и 1829 го-
дов еще пребывают в ожидании правдивого историографа» К

Для русской буржуазной историографии всегда была харак-
терна недооценка значения военных действий па кавказском те-
атре, Тем не менее в конце XIX и начале XX века вышло в свет
несколько работ, в которых в той или иной степени затрагивался
вопрос о войне па Кавказе в 1828—1829 годах1 2. Среди них сле-
дует отметить монографию В. Потто «Кавказская война в от-
дельных очерках, эпизодах, легендах и биографиях», четвертый
том которой — «Турецкая война» — посвящен русско-турецкой
войне 1828—1829 годов на кавказском театре3. Работа написана
с позиции официальной историографии монархической России и
страдает серьезными недостатками. Ценность ее определяется
з и а ч и т ел ь и ы м ф а кт и ч ес к и м м а т е р и а л о м.

В самом начале XX века были опубликованы две работы
II. Епанчина — «Тактическая подготовка русской армии перед
походом 1828—1829 гг.»4 и «Очерк похода 1829 года в Европей-
ской Турции»5. Наиболее значительным исследованием являет-
ся последняя работа. Автор подробно, с использованием архив-
ных материалов, рассматривает ход военных действий на балкан-
ском театре войны и стремится делать обобщения и выводы. Но
работа написана в апологическом духе и совершенно не затраги-
вает хода войны на кавказском театре, на Черном и Средиземном
морях.

Перед первой мировой войной было предпринято издание
«Истории русской армии и флота», в 15 томах, цель которого, как
говорилось в предисловии, заключалась в том, чтобы «нарисо-
вать верную картину постепенного развития русского военного
дела от начала государства до нашего времени»6. Однако авго-
рам в силу своей классовой буржуазной ограниченности, ненауч-
ного подхода к военной истории не удалось «нарисовать верную
картину». Большинство статей носит фактологический, описа-
тельный характер и страдает серьезными недостатками.

В 5 томе «Истории русской армии и флота» опубликована
статья II. Андрианова «Русско-турецкая война 1828—1829 годов»,

1 Адрианопольский мир 1829 г. «Древняя и новая Россия», 1879, т. 15,
с гр. 540.

2 П. Г е й с м а и. Генеральный штаб в русско-турецкой войне
1828—1829 гг. «Военный сборник», 1910, № 3—4; В. Потто. История 44-го
Драгунского Нижегородского полка, т. 1—3. СПб., 1892—4894; II. Дубро-
вин. Истории, войны и владычества русских на Кавказе, т. 1—4. СПб.,
1871 — 1888; П. Ковалевский. Кавказ, т. 2. История завоевания Кавка-
за. СПб., 1915'.

3 В. Потто. Кавказская война в отдельных очерках, эпизодах, легендах
и биографиях, т. 4, Турецкая воина. СПб., 1889.

4 II. Епанчин. Тактическая подготовка русской армии перед походом
1828—1829 гг. СПб., 1904.

5 И. Епанчин. Очерк похода 1829 года в Европейской Турции, ч. 1—3.
СПб., 1905-41907.

6 История русской армии и флота, вып. 1. М., 1911, стр. 3.
в которой излагаются военные действия на балканском театре.
Автор совершенно ничего не говорит о событиях на Кавказе, па
Черном и Средиземном морях. В этом же томе помещена статья
В. Никольского «Внутренний быт и состояние русской армии к

концу царствования императора Александра I»

В 9 томе этого же издания помещены статьи А. Лебедева

«Во-

енные действия па Черном море в войну с Турцией 1828—1829 гг.»
и II. Каллистова «Греческий вопрос. Наварипское сражение. Во-
енные действия в Средиземном море в войну с Турцией
1828—1829 гг. Блокада Дарданелл...»1 2.

В эти же годы был опубликован целый ряд других работ по
военной истории и, в частности, о состоянии и действиях русских

вооруженных сил накануне и во время русско-турецкой войны
1828—1829 годов»3.

Ценный фактический материал содержится в многотомном
военно-историческом издании «Столетие Военного министерства
1802—1902», опубликованном в 1902—1914 гг.

Заканчивая изложение вопроса о дворянско-буржуазной ис-
ториографии, посвященной русско-турецкой войне 1828—1829 го-
дов, следует сделать следующий вывод. Рассматривая историче-
ские события с идеалистических позиций, эта историография
оказалась неспособной с научной объективностью осветить при-
чины, ход и значение войны. В. И. Лепин, говоря о классовой ог-

раниченности и тенденциозности дореволюционных исследований,
писал, что они «в лучшем случае давали накопление сырых фак-
тов, отрывочно набранных, и изображение отдельных сторон ис-
торического процесса» 4.

Дворянско-буржуазные историки, как правило, ограничива-
лись описанием военных действий, избегали их анализировать,
не вскрывали связи стратегии с политикой, с социально-экономи-
ческими условиями страны. «Излагая события, я не дерзал су-

1 История русской армии и флота, вып. 5. М., 1911.

2 История русской армии и флота, вын. 9, М., 1913.

3 Д. А. Афанасьев. К истории Черноморского флота с 1816 но
1853 год, «Русский архив», 1902, кп. 1, № 3; И. К о р г у е в. Русский флот
в царствование императора Николая I. СПб., 1896; В. Федоров. Воору-
жение русской армии за XIX столетие. СПб., 1911; С. Михеев. История
русской армии, вып. 4. М., 1911; И. Г л и н о е ц к и й. История русского
генерального штаба, т. 2. СПб., 1894; А. Ри дигер. Комплектование и
устройство вооруженной силы. СПб., 1900; Марков. История конницы, ч. 4.
Тверь, 1894; Е. Аренс. История русского флота. Царствование императо-
ра Александра I. СПб., 1899; Его же. Русский флот. Исторический
очерк. СПб., 1904; Его же. Конспект по русской военно-морской истории.
СПб., 1910; А. Кротко в. Повседневная запись замечательных событий в
русском флоте. СПб., 1893; Его же. Морской кадетский корпус. СПб.,
1901; А. О г о р о д и и к о в. Исторический обзор развития и деятельности
Морского министерства за сто лет его существования. 1802—1902. СПб., 1902;
А. Банов. Курс истории Русского военного искусства, вып. 7. СПб., 1913;
Обзор войн России от Петра Великого до наших дней, под общей редакцией
Леера, ч. 4, кп. 1. СПб., 1898.

4 В. И. Л е н и н. Поли. собр. соч., т. 26, стр. 57.
Дйть о инх»,— писал Лукьянович в обращении к Николаю I L

Русская дореволюционная историография не создала ни од-
ной сколько-нибудь капитальной работы, где бы русско-турецкая
войца 1828—1829 годов разбиралась и анализировалась в целом,
где бы военные действия были показаны во всем их объеме на
суше н на море. Видный советский военный историк генерал
П. А. Жилин пишет: «Любая война требует комплексного иссле-
дования, в котором нашли бы отражения все ее стороны»1 2.

Советские историки, руководствуясь методологическими ука-

заниями классиков марксизма-ленинизма, проделали значитель-
ную работу по изучению важнейших проблем восточного кризи-
са 20-х годов XIX века, в том числе причин, характера и значения
русско-турецкой войны 1828—1829 годов для пашей страны, на-
родов других стран и опубликовали целый ряд специальных ис-
следований. В этих же работах дана принципиально новая, под-
линно научная, оценка (Восточного вопроса, греческого нацио-
нально-освободительного движения, вскрыта классовая сущность
и характер восточной политики европейских держав, связь ее с
внутренней политикой господствующих классов. Вскрывая агрес-
сивную сущность внешней политики русского царизма, западно-
европейских держав и султанской Турции, советские историки
показывают объективно прогрессивную роль России в освобож-
дении народов Балкан рт гнета турецких феодалов и прогрессив-
ный характер присоединения пародов Кавказа к России. Своими
фундаментальными исследованиями они подтверждают извест-
ное положение Ф. Энгельса о том, что «Россия действительно иг-
рает прогрессивную роль по отношению к Востоку»3.

Среди этих исследований следует прежде всего назвать та-
кие коллективные труды, как «История СССР с древнейших
времен до наших дней», «История дипломатии», «Советская
историческая энциклопедия», «Дипломатический словарь», а
также работы А. В. Фадеева, С. Б. Окуня, И. С. Киняпппой,
О. Б. Шпаро, А. Л. Нарочницкого, Л. С. Семенова, А. Ф. Милле-
ра, С. В. Шостаковича, А. Д. Иовичева, Г. Л. Арша, А. Р. Иоаннн-
сяиа, X. М. Ибрагимбейли4 и др.

1 II. Лукьян о в и ч. Указ, соч., ч. 1, стр. 7.

2 П. А. Ж и л я п. Гибель наполеоновской армии в России. М., 1968,
стр. 18.

3 К. Маркс и Ф. Э и г е л ь с. Соч., т. 27, стр. 241.

4 А. В. Фадеев. Россия и восточный кризис 20-х годов XIX века. М.,
1958; Е го же. Россия и Кавказ первой трети XIX века. М., 1960; Его же.
Декабристы в Отдельном Кавказском корпусе. «Вопросы истории», 1951, № 1;
С. Б. О к у и ь. Очерки истории СССР, конец XVI11 — первая четверги XIX
века. Л., 1956; Его ж е. Очерки истории СССР, вторая четверть XIX века.
Л., 1957; Н. С. К и и я п и и а. Внешняя политика России первой половины
XIX века. М., 1963; Е е ж е. Русско-австрийские противоречия накануне и
во время войны 1828—1829 гг. «Ученые записки» Ml У, вып. 156. М., 1952;
О. Б. Ill и а р о. «Освобождение Греции и Россия». М., 1965; А. Л. II а р о ч-
и и ц к и й. Политика России на Балканах в 1801 —1812 гг. в свете новой до-
кументальной публикации. М., 1966; Л. С. Семенов. Россия и междупа-
В монографии Л. В. Фадеева «Россия и восточный кризис
20-х годов XIX века» глубоко вскрыты социально-экономические
причины восточного кризиса 20-х годов XIX века, характер и
сущность восточной политики царской России, Англии, Австрии
и Франции, причины и значение русско-турецкой войны 1828—
1829 годов. Автор подробно рассматривает ход греческого восста-
ния и значение Адрианопольского мира. Однако ход войны Рос-
сии с 1урцпей освещен кратко, так как это не входило в задачу
исследования.

В грудах С. 15. Окуня, написанных ярко и самобытно, дана
четкая, научно обоснованная характеристика причин восточного
кризиса 20-х годов XIX века н основных этапов внешней политики
царской России, кратко освещены ход и значение русско-турец-
кой войны.

Внешняя политика царской России во время восточного кри-
зиса 20-х годов XIX века, войны, которые она вела с Персией и
Турцией, содержательно освещены в монографии И. С. Киняпи-
ной «Внешняя политика России первой половины XIX века».

Наиболее значительными работами по истории греческого на-
ционально-освободительного движения являются исследования
О. Б. Шпаро1 и Г. Л. Арша2. Используя широкий круг источни-
ков, авторы рассказывают о героической борьбе греческого наро-
да, его вековых дружеских связях с русским народом. В трудах
этих авторов, а также в работах И. Гуткиной3, II. Иоввы4 и
В. Ляхова5 подчеркивается огромная историческая роль России
в освобождении Греции.

Большой интерес представляет работа А. Л. Нарочницкого
«Политика России па Балканах в 1801 —1812 гг. в свете новой
документальной публикации»6. В книге А. Д. Иовичева значи-
тельное место уделено характеристике Турции в начале XIX века

родные отношения на Среднем Востоке в 20-с годы XIX века. ЛГУ, 1963;
А. Ф. Милле.р. Мустафа-паша Байрактар. ЛА.—Л., 1947; Его же. Крат-
кая история Турции. О ГИЗ, 1948; С. В. Ill о с т о к о в и ч. Дипломатиче-
ская деятельность А. С. Грибоедова. М., 1960; Его же. Из истории анг-
лийской агрессии на Ближнем и Среднем Востоке. «Ученые записки» Иркут-
ского педагогического института, вып. 11, 1955; А. Д. И о в и ч е в. Турция.
Краткая история. М., 1965.

1 О. 15. Ш и а р о. Освобождение Греции и Россия. М., 1965; Е е ж е. Внеш-
няя политика Каннинга и греческий вопрос. «Вопросы истории», 1917, № 12.

2 Г. Л. А р ш. Этерпстское движение в России. Освободительная борьба
греческого народа в начале XIX века и русско-греческие связи. М., 1970.

3 И. Г у тки па. Греческий вопрос и дипломатические отношения евро-
пейских держав в 1821 —1822 гг. «Ученые записки» ЛГУ, № 130, вып. 18. Л.,
19511; Ее же. Война греков за независимость и русская общественность
в 1827—il829 гг. «Ученые записки» ЛГПИ им. А. И. Герцена, т. 140. Л., 1957.

4 II. И о в в а. Южные декабристы и греческое национально-освободи-
тельное движение. Кишинев, 1963.

5 В. А. Ляхов. Роль России в освобождении Греции (1821 —1829 гг.)
«Ученые записки» ЯГПИ, вып. 69, Ярославль, 1968.

6 А. Л. II а р о ч и и ц к и й. Политика России па Балканах в
1801—4812 гг. в свете новой документальной публикации. М., 1965.

I
I
и русско-турецким отношениям *. Интересные материалы для ха-
рактеристики Турции начала XIX века содержатся в исследова-
ниях А. Ф. Миллера2.

Значительными исследованиями по вопросам внешней поли-
тики России на Кавказе, исторических связен русского народа с
народами Кавказа и Закавказья являются монографии
И. А. Смирнова, Л. С. Семенова, А. Р. Иоаннисяна, 3. Т. Григорья-
на, X. М. Ибрагимбейли, Г. В. Хачапуридзе3. В них обстоятельно
рассмотрены экономические, политические и культурные связи
пародов Кавказа и Закавказья с Россией, боевое содружество
русских войск и кавказских народов в войнах против султанской
Турции.

Изучению национально-освободительного движения балкан-
ских народов, участию их в войне против Оттоманской Турции
посвящены статьи В. Д. Конобеева, II. И. Мещерюка, В. Я. Гро-
сула4, В. А. Ляхова5.

Советские военные историки проделали большую работу по
изучению военного прошлого нашей страны, в том числе первой
трети XIX века. Созданы такие капитальные труды, как «История
военного искусства» А. А. Строкова, «Гибель наполеоновской ар-
мии в России» П. А. Жилина, «Отечественная война 1812 года»
Л. Г. Бескровного, «История военно-морского искусства», «Ре-
волюционное движение в русской армии» В. Г. Вержбицкого6
и др.

---------- I

1 А. Д. II о вич ев. Турция. Краткая история. М., 1965.

2 А. Ф. Миллер. Мус4афа-паша Байрактар. М.—Л., 1947; Его же.
Краткая история Турции. ОГИЗ, 1948.

3 II. А. Смирнов. Политика России па Кавказе в XVI—XIX веках.
М., 1958. С. Л. Семенов. Россия и международные отношения па Сред-
нем Востоке в 20-х годах XIX века; А. Р. И о ан пи с ян. Присоединение
Закавказья к России и международные отношения в начале XIX столетия,
Ереван, 1958; 3. Т. Григорьян. Присоединение Восточной Армении
к России в начале XIX века. М., 1958; X. М. Ибрагимбейли. Россия
и Азербайджан в первой трети XIX века. М., 1969; Г. В. Хачапуридзе. К
истории Грузии первой половины XIX века. Тбилиси, 1950.

4 В. Д. К о и о б е е в. Национально-освободительное движение в Болгарии
в 1828—1830 гг. «Ученые записки» Института славяноведения АН СССР, т. 20.
М., 1960; И. И. Me щерю к. Русский царизм и национально-освободитель-
ное движение болгарского народа в 1828—1829 гг. В сб. «Колониальная поли-
тика и национально-освободительное движение», Кишинев, 1965; В. Я. Г р о-
сул. Молдово-валашские добровольцы в русско-турецкой войне 1828—1829 гг.
и роль Россит в воссоздании национальных армий в Дунайских княжествах.
«Ученые записки» Кишиневского университета, № 73. Кишинев, 1964.

5 В. А. Л я х о в. Русско-турецкая война 1828—1829 гг. и национально-осво-
бодительное движение болгарского народа. «Ученые записки» ЯГПИ, вып. 79.
Ярославль, 1970.

6 А. А. Строков. История военного искусства. Капиталистическое
общество. М., 1965; II. А. Жилин. Гибель наполеоновской армии в России.
АГ, 1968; Л. Г. Бескровный. Отечественная война 4812 года. М.,
1962; «История военно-морского искусства». Ответственный редактор адмирал
С. Е. 3 а х а р о в. М., 1969; В. Г. В е р ж б и ц к и й. Революционное движение
в русской армии. М., 1964.
Эти и многие другие исследования по военной истории нашей
страны 1 были использованы нами при написании настоящей ра-
боты.

Однако в советской историографии специальных исследова-
ний, дающих всестороннее освещение русско-турецкой войны
1828 —1829 годов, за исключением нескольких статей, к сожале-
нию, пока нет. Наиболее значительной является статья Л. 11л11ен-
тюхова «Из истории русско-турецкой войны 1828—1829 гг.[>1 2, в
которой показан боевой путь русского черноморского флота. Опи-
раясь па большой архивный материал, автор рассказывает о
штурме Анапы эскадрой Черноморского флота и десантными
войсками, осаде с моря и суши Варны, десантной экспедиции в
Фаросский залив и завоевании Сизополя.

Статья И. Г. Антелавы посвящена участию грузинского насе-
ления в русско-турецкой войне 1828—1829 гг. и ее значению для
Грузии3. 11а эту же тему имеется кандидатская диссертация
В. И. Джнкия 4.

Вопросы военных действий на балканском театре затрагивает
в своих исследованиях ио внешней политике Н. С. Киняпина5.
Кратко излагает их А. В. Фадеев6.

В основу настоящего исследования положены архивные фон-
ды Центрального государственного военно-исторического архива
СССР (ЦГВИА), Центрального государственного архива воен-
но-морского флота СССР (ЦГАВМФ), Архива внешней политики
России (AB1IP), Центрального государственного исторического
архива СССР (ЦГИА), Центрального государственного архива
древних актов (ЦГАДА), Центрального государственного архива
Октябрьской революции (ЦГАОР), Центрального государствен-

1 Л. Г. Бескровный. Очерки военной историографии России. М.ч
1962; Его же, Очерки по источниковедению военной истории России.
М., 1957; В. М. Четкое. Артиллерия в эпоху М. И. Кутузова. Материа-
лы юбилейной сессии военных академий Красной Армии, посвященной 200-ле-
тию со дня рождения М. И. Кутузова. М., 1947; Е. А. П р окоф ь е в. Борь-
ба декабристов за передовое русское военное искусство. М., 1953; «Боевая
летопись русского флота». М., 1948; В. А. Дивин. Некоторые аспекты
военно-морской теоретической мысли России второй половины XVIII — пер-
вой половины XIX века. «Вопросы военной истории XVIII — первой поло-
вины XIX века». М., 1969; И. С. П р о ч к о. Передовой характер отечест-
венной артиллерийской пауки и техники. Д4., 1952.

2 «Вестник Ленинградского университета», серия истории, языка и лите-
ратуры, 1957, № 8.

3 II. Г. А и тел ав а. Русско-турецкая война 1828—1829 гг. и Грузия.
«Труды Сухумского государственного педагогического института», вьш. 7. Су-
хуми, 1952.

4 В. И. Джикия. Русско-турецкая война 1828—1829 гг. и Грузия.
Автореферат кандидатской диссертации. Тбилиси, 1955.

5 II. С. Киняпина. Внешняя политика России в первой половине
XIX века. Е е ж е. Русско-австрийские противоречия накануне и во время
русско-турецкой войны 1828—1829 гг.

6 А. В. Фадеев. Россия и восточный кризис 20-х годов XIX века.
Е г о ж е. Россия и Кавказ первой трети XIX века.
ного исторического архива Грузинской ССР (ЦГИА Груз. ССР),
Отдела письменных источников Государственного исторического
музея (ОПИ ГИМ), Отдела рукописей Государственной библио-
теки СССР им. В. И. Ленина, Отдела рукописей государственной
публичной библиотеки им. Салтыкова-Щедрина, Отдела рукопи-
сей Института русской литературы (Пушкинский Дом)
All СССР.

Особенно большую ценность для пашей работы представляют
фонды ЦГВИА и в первую очередь фонд Военно-ученого архива,
который содержит богатейшие документы но различным вопро-
сам русско-турецкой войны 1828—1829 годов. Здесь дипломати-
ческая переписка, сведения о русской армии и флоте, о Турции
и ее вооруженных силах, планы войны, журналы военных дейст-
вий, рапорты, донесения, диспозиции, материалы об участии в
войне против султанской Турции пародов Балкан и Кавказа
и т. д.

Важные материалы о войне 1828—1829 гг. содержатся в дру-
гих фондах ЦГВИА, в частности, в фондах «Турецкая война»
(ф. 477), «Кавказская война» (ф. 482), «Инспекторский департа-
мент» (ф. 395), «Турция» (ф. 450), «Молдавская армия», личных
фондах «Раевские» (ф.| 90), «Давыдов Д. В.» (ф. 194).

Ценнейшие архивные источники находятся в ЦГАВМФ и
особенно в фонде «Управление главного командира Черноморско-
го флота и портов Черного и Азовского морей» (ф. 243), который
содержит материалы об Анапской экспедиции и действиях Чер-
номорского флота в кампании 1829 года. В фонде «С. К. и
А. С. Грейг» (ф. 8) хранятся документы о Фаросской десантной
экспедиции и взятии Сизополя.

Много цепных документов находится в фонде «Канцелярия
командиров эскадр в Средиземном море вице-адмиралов Ракор-
да н Гейдена» (ф. 195) и в «Сборном фонде» (ф. 315). Особенно
важными являются «Исторические журналы», которые вел капи-
тан-лейтенант Кадьяп на русской! эскадре в Средиземном море
в 1827—1829 годах (ф. 315), и многочисленные рапорты, прика-
зы, инструкции, переписка и др. ,

Значительные материалы о действиях русского флота на Чер-
ном и Средиземном морях содержатся в фондах «А. С. Менши-
ков» (ф. 19), «Канцелярия морского министра» (ф. 170),
«Инспекторский департамент» (ф. 283), «Вахтенные и шканечные
журналы» (ф. 870).

Для изучения внешней политики России накануне и во время
русско-турецкой войны и при заключении Адрианопольского до-
говора первостепенное значение имеет дипломатическая перепи-
ска за 1827—1829 годы и протоколы заседаний адрианопольской
мирной конференции, хранящиеся в фонде «Канцелярия» АВ ИР.

Кроме архивных материалов ЦГВИА, ЦГВАМФ и АВПР,
послуживших основой нашего исследования, нами были исполь-
зованы важнейшие документы других архивов:
1. ЦГИА СССР, фонды: «Паскевич-Эрнваиский» (ф. 1018),
«Лннранди И. П.» (ф. 673) и «Рибопьер А. И.» (ф. 1046). ‘

2. ЦГАДА, фонды: «Ермоловы» (ф. 1406), «Дипломатический
отдел» (ф. 15).

3. ЦГАОР, фонд «Следственные дела декабристов» (ф. 48).

4. ЦГИА Груз. ССР, фонды: «Дипломатическая канцелярия
наместника Кавказского» (ф. 11), «Канцелярия главного управ-
ления Закавказского края» (ф. 2), «Ахалцихекое временной об-
ластное управление» (ф. 47). В фонде «Дипломатическая канце-

лярня...» находятся документы о военных действиях русско-ту-
рецкой войны и заключении Адрианопольского мира. Но наиб
лес важным для нашей работы является фонд _

Кавказской армии» (ф. 548), в котором хранятся ценнейшие1 до-

о-

«Главный штаб

кументы по военно-политической истории Закавказья

1815—1865 годы. Этот фонд был передан в ЦГВИА,1 где мы

за

ним и познакомились.

5. Государственный исторический музей, отдел письменных
источников, фонд «II. Епанчин» (ф. 323).

6. Государственная библиотека СССР им. В. И. Ленина, фон-
ды: «П. Д. Киселев» (ф. 129), «Вельтман» (ф. 47).

7. Государственная публичная библиотека им. Салтыкова-
Щедрина, рукописный отдел, фонды «Н. К. Шильдер» (ф. 859) и
«С. 10. Деступис» (ф. 250).

8. Институт русской литературы (Пушкинский Дом), фонды:
«П. Д. Киселев» (ф. 143) и «С. Г. Волконский» (ф. 57).

Значительную ценность представляют документы, опублико-
ванные в «Собрании трактатов и конвенций, заключенных Рос-
сией с иностранными державами», подготовленном к изданию
Ф. Мартенсом 1 2, и в «Актах Кавказской археографической комис-
сии»3. В «Собрании» Мартенса даны обширные комментарии, ко-
торые призваны были оправдать восточную политику царского
правительства, затушевать антирусский характер политики
Австрии и показать агрессивность Англии. В АКАК почти нет
комментариев документов, но они подобраны в соответствии с
интересами и политикой царизма.

Важные документы заимствованы автором настоящего иссле-
дования из «Полного собрания законов Российской империи»4,
книг Т. Юзефовича 5,Т. Палеолога и М. Сивиниса6, А. Шебуии-

1 ЦГВИА, ф. 14719 (бывший фонд 48 ЦГИА Груз. ССР).

2 Собрание трактатов и конвенций... т. II. СПб., 1895, т. 4, ч. 1, СПб., 1878.

3 Акты Кавказской Ареографической Комиссии (АКАК), т. 4—7. Тифлис,
1870—78.

4 Первое Полное Собрание Законов (Пер. ПСЗ), тт. 16 , 24 , 22 , 32, 34;
Второе Полное Собрание Законов (Вт. ПСЗ), тт. 1, 2.

5 Т. Юзефович. Договоры России с Востоком. СПб., 1869.

6 Г. Палеолог и М. С и в и и и с. Исторический очерк народной войны
за независимость Греции. СПб., 1867.
на1, «Сборников Русского исторического общества»1 2, «Русской
старины»3, «Русского Архива», «Русского вестника»4.

Большую работу по публикации архивных материалов про-
водят советские историки. Мы использовали документы, опубли-
кованные в сб. «Восстание декабристов» 5, «Красном Архиве»6,
сборниках материалов и документов «А. В. Суворов» 7, «ЛА. 11. Ку-
тузов» 8, «М. П. Лазарев» 9, «П. С. Нахимов» 10 11, «Хрестоматии по
русской военной истории» Л. Г. Бескровного 11.

Другим важным источником являются книги, статьи, воспоми-
нания, письма, дневники современников и участников событий.
Часто эти материалы носят тенденциозный характер и требуют к
себе критического подхода, тем не менее они сообщают такие
факты, о которых в официальных документах умалчивается.

Особенно большую ценность представляют материалы воен-
ных и государственных деятелей, дипломатов: А. П. Ермолова,
И. И. Дибича, П. Д. Киселева, А. А. Закревского, Д. В. Давыдо-
ва, А. И. Михайловского-Данилевского, К. К. Зейдлица,
И. П. Липранди, А. И. Рибопьера, А. О. Дюгамеля, Ф. Ф. Виге-
ля, Е. Виртембергского 12 и др.

1 А. 11. Ш е б у н и и. Россия на Ближнем Востоке. Л., 1926.

2 Записка графа Иоанна Каподистрня о его служебной деятельности.
Сбор. Русского исторического общества (Сб. РИО), г. 3. СПб., 1868; Бумаги
Графа А. А. Закревского. Сб. РИО, т. 78. СПб., 1891.

3 Император Николай Цавловнч и гр. Дибич-Забалкапский. Переписка
1828—1830 гг. «Русская старина», 1880, тг. 27, 28, 29; 1881, тт. 30, 32; Петер-
бургское общество при восшествии на престол императора Николая. «Русская
старина», 1881, т. 32; Ермолов, Дибич и Паскевнч (1826—1827 гг. Переписка).
«Русская старина», 1872, т. 6. Александр Сергеевич Грибоедов. Деятельность
его как дипломата (переписка), «Русская старина», 1874, т. 11; Д. X. Ливен
и ее переписка с разными лицами. «Русская стармиа», 1903, тт. 113 и 114.

4 М. Погодин. Алексей Петрович Ермолов. Материалы для его биогра-
фии. «Русский вестник», 1863, тт. 47 и 48.

5 Восстание декабристов. Материалы, т. 4. М.—Л., 1927; т. 9. М.—Л., 1950,
т. 11. М.—Л., 1954.

6 А. X. Бенкендорф. О России в 1827—1830 гг. «Красный Архив»,
т.6(37), 1929 и т. 1 (38), 1930.

7 А. В. Суворов. Документы, т. 1—4, 1949—0953.

8 М. И. Кутузов. Сборник документов, тт. 1—4, 1950—1956.

9 М. П. Л а з а р е в. Документы, т. 1. М., 1952.

10 П. С. Нахимов. Документы и материалы. М., 1954.

11 Хрестоматия по русской военной исторцш. М., 1947.

12 А. П. Ермолов. Записки. М., 1864; Фельдмаршал граф И. И. Днбпч-
3абалкинский в его воспоминаниях. «Русская старина», 1891, тт. 69 и 70; Пись-
ма П. Д. Киселева к А. А. Закревскому; Письма А. А. Закревского к 11. Д. Ки-
селеву и другим лицам. Сб. РИО, 1891, т. 78; Д. В. Давыдов. Военные
записки. М., 1940; Его же. Сочинения, т. 2. СПб., 1893; А. И. Михай-
л о в с к и й - Д а н и л е в с к и н. Записки «Русская старина», 1893, т. 79;
К. К- Зейд л иц. «Воспоминания о турецком походе 1829 года». «Русский
архив», 1878, кн. 1 и 2; И. П. Л и п р а и д и. Воспоминания. «Русский архив»,
1866, кн. 3; Его же. Особенности войн с турками. СПб., 1877; А. И. Р н-
боньер. Записки. «Русский архив», 1877, кн. 2; А. О. Дю га мель. Ав-
тобиография. М., 1885; Ф. Ф. Вигель. Воспоминания. М., 1865; Е. В пр-
те м б е р г с к и й. Воспоминания. «Русский архив», 1878, кн. 1; Его же.
Турецкий поход 1828 года. Записки. «Русская старина», 1880, тт. 27, 28 и 29.
Первостепенное значение имеют сочинения декабристов на
политические и военные темы, их воспоминания, письма, дневни-
ки. Отрицательно относясь к крепостническим порядкам в стра-
не, в армии и флоте, декабристы давали более объективную о[цеп-
ку внутреннего и международного положения России, состояния
вооруженных сил и военных действий в 1828—1829 годах. |

Следует сказать, что при изучении литературного наследства
декабристов и выявлении их роли в общественно-политической и
военной жизни России неоценимую помощь нам оказали труды
академика М. В. Нечкиной |

Из декабристского литературного наследства нами использо-
ваны сочинения П. И. Пестеля, М. С. Лунина, Н. Н. Муравьева,
М. Ф. Орлова, 11. Г. Бурцова, В. И. Штейнгеля, С. Г. Волконско-
го, Бестужевых, М. И. Пущина, II. И. Лорера, Е. Е. Лачипова,
А. Е. Розена, А. С. Гангеблова, М. А. Фонвизина, И. Д. Якуш-
кина, Д. И. Завалишина1 2.

Некоторые сведения нами были заимствованы из периодиче-
ских изданий: «Русского инвалида», «Северной пчелы», «Санкт-
Петербургских ведомостей», «Тифлисских ведомостей» и других
газет и журналов, издававшихся в России в 20-х годах XIX века.

При изучении состояния вооруженных сил России и Турции,
причин, характера, хода и значения русско-турецкой войны
1828—1829 гг. автор исходил из марксистско-ленинского учения
о войне и армии. Марксизм-ленинизм учит, что развитие воору-
женных сил и военного искусства зависят прежде всего от степе-
ни развития производства. «Ничто так не зависит от экономиче-
ских условий, как именно армия и флот, — указывал Ф. Эн-
гельс.— Вооружение, состав, организация, тактика и стратегия
зависят прежде всего от достигнутой в данный момент ступени
производства и от средств сообщения» 3.

Но было бы неверным думать, что классики марксизма-лени-
низма считают экономический базис единственным определяю-
щим моментом в развитии вооруженных сил. Ф. Энгельс писал:

1 М. В. Печкина. Движение декабристов, тт. 1—2. М., 1955. Ее
же. Пушкин и декабристы. М., 1949; Ее же. Грибоедов и декабристы.
М, 1951.

2 II. И. Пестель. Русская Правда. СПб., 1906; М. С. Лунин. Об-
щественное движение в России. М.—Л., 1926; Н. II. Муравьев. Записки.
«Русский архив», кн. 1, 1877; кп. 3, '1886; кн. 3, 1893; кн. 1, 1894; кн. 1, 1895;
М. Ф. Орлов. Капитуляция Парижа. Политические сочинения. Письма.
М., 1963; И. Г. Б yip цо в. Мысли о теории военных знаний. «Военный жур-
нал», 1819; кп. 1, № 2; В. И. Ш т е й н г е л ь. О внутреннем состоянии России
при воцарении императора Николая Первого. «Русский архив», 1895, кн. 1.
С. Г. Волконский. Записки. СПб., 1901; Воспоминания Бестужевых.
М., 1931; М. И. Пущин. Записки. «Русский архив», 1908, кн. 3; II. И. Л о р е р.
Записки декабриста. М., 1931; Е. Е. Л а чин о в. Исповедь. «Кавказский сбор-
ник», вып. 1. Тифлис, 1876; А. Е. Розен. Записки декабриста. СПб., 1907;
А. С. Г а н г е б л о в. Воспоминания. ДА., 1888; М. А. Ф о и в и з и н. Обозрение
проявлений политической жизни в России. М., 1907; И. Д. Якушкин. Запис-
ки. АГ, 1926; Д. И. 3 а в а л и hi и и. Записки декабриста. СПб., 1853.

3 К. М арке п Ф. Энгель с. Соч., т. 20, стр. 171.
«Экономическое положение — это основа, но па ход исторической
борьбы оказывают влияние и во многих случаях определяют пре-
имущественно форму ее различные моменты надстройки...» 1

Кроме экономического фактора па развитие русских воору-
женных сил и военного искусства огромное влияние оказывали
такие факторы, как реакционная военная доктрина царизма,
система комплектования, обучения и воспитания войск, немало-
важное значение имел полководческий талант военачальников.

Неоценимое значение для нашего исследования имеют указа-
ния В. И. Ленина, что война есть продолжение политики иными
средствами * 1 2 и что войны бывают двух родов: справедливые и
несправедливые.

Из этого марксистско-ленинского определения вытекает мето-
дологическое требование рассматривать войну как явление исто-

рическое, как продолжение политики заинтересованных госу-
дарств и господствующих внутри них классов. В. И. Ленин писал,

что при оценке причин, характера и результатов войны следует
исходить из того, «какой классовый характер война носит, из-за
чего эта война разразилась, какие классы ее ведут, какие исто-
рические и историко-экономические условия ее вызвали» 3.

Руководствуясь марксистско-ленинской методологией, опира-
ясь на широкий круг источников и литературы, автор настояще-
го исследования ставит следующие задачи4:

1. Вскрыть социально-экономическую сущность восточного

кризиса, показать агрессивный характер восточной политики не
только царской России, но и Оттоманской Турции, Англин и Ав-
стрии. Осветить политическую подготовку русско-турецкой

воины, подчеркнуть ее несправедливый характер как со стороны
царской России, так и Оттоманской Турции.

2. Исходя из ленинского методологического указания, что
при изучении сложных общественных явлений «необходимо
брать не отдельные факты, а всю совокупность относящихся к
рассматриваемому вопросу фактов, без единого исключения...» 5,
автор постарался осветить войну во всем ее объеме.

। ।

1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Письма. Соцэкгнз, .1931, стр. 374—375.

2 В. И. Л е и ин. Поли. собр. соч., т. 32, стр. 79.

3 Там же, т. 32, стр. 77.

4 По независящим от автора причинам в настоящее издание нс вошла
глава монографии «Адрианопольский мир», а также разделы о действиях
русских войск под Шум л ой и Силистрней в 1828 гг. и- Кулевиииском сраже-
нии. Указанные части исследования опубликованы в «Ученых записках» и

Сб. научных работ Ярославского государственного педагогического института
им. К. Д. Ушинского. В. А. Ляхов. Роль России в освобождении Греции.
«Ученые записки». Вопросы истории, вып. 69. Ярославль, 1968; Его же. Анап-
ская десантная экспедиция 1828 года; Его ж е. Боевые действия русских
войск и флота под Варной в 1828 году. «Ученые записки». История, вып. 76.
Ярославль, 1970; Его же. Кулевчинское сражение; Адрианопольский мир,
Сб. научных работ. Вопросы истории, вып. 88. Ярославль, 1972.

5 В. И. Л е и н н. Поли. собр. соч., т. 30, стр. 351.

3. Исследовать состояние русской армии и флота накануне
русско-турецкой войны 1828—1829 годов: комплектование, орга-
низация, воспитание, обучение, стратегия и тактика.

4. Подробно исследовать военные действия на суше и море
со стратегической и тактической точек зрения. Показать дости-
жения русской военно-технической мысли в изобретении ц при-

менении ракетного оружия.

5. Проследить участие в войне на стороне России балканских
и кавказских народов, показать объективно-прогрессивное зна-
чение побед русских вооруженных сил для этих народов. 1

6. Выяснить место и значение русско-турецкой войны 1828—
1829 годов для дальнейшего строительства армии и флота, раз-
вития русского военного искусства, показать борьбу прогрессив-
ных сил русской военной школы, и прежде всего декабристов, с
реакционной военной доктриной царизма.

7. Показать значение Адрианопольского мирного договора,

в том числе для укрепления экономических, политических и во-
енных позиций России на Ближнем и Среднем Востоке и для
народов Балкан и Кавказа.
ГЛАВА 1

ПОЛИТИЧЕСКАЯ

ПОДГОТОВКА ВОИНЫ

Русско-турецкая война 1828—1829 годов была вызвана обо-
стрением Восточного вопроса в 20-х годах XIX века.

Глубокая характеристика Восточного вопроса дана К. Марк-
сом и Ф. Энгельсом в статьях и письмах, опубликованных нака-
нуне и во время Крымской войны (1853—1856 гг.) и Боснийского
кризиса (1875—1878 гг.) 1 Сущность Восточного вопроса1 2 состав-
ляли разложение и упадок Оттоманской империи, борьба евро-
пейских держав за раздел ее владений и националыю-освободи-
тельпое движение порабощенных турецкими феодалами балкан-
ских и других народов. К- Маркс и Ф. Энгельс указывали, что
Восточный вопрос — «все тот же неразрешимый вопрос, все тот
же неисчерпаемый источник затруднений: как быть с Турцией»3.

Восточный кризис 2р-х годов XIX века был вызван греческим
восстанием 1821 года и обострением противоречий великих дер-
жав и завершился русско-турецкой войной, которая независимо
от целей и побудительных мотивов царского правительства име-
ла огромное значение для освобождения балканских и кавказ-
ских народов от оттоманского гнета.

Важное место в восточном кризисе 20-х годов XIX века зани-
мал кавказский вопрос, обострившийся в связи с противоречия-
ми между Россией с одной стороны, а с другой — Турцией и Пер-
сией, и стоявшей за их спиной Англией.

Ближайшей причиной нового обострения Восточного вопроса
явилось греческое восстание.

Греция находилась под владычеством султанской Турции с
середины XV века. Не раз греки восставали против иноземных
угнетателей. Особенно усилилась борьба Греции за националь-
ную независимость с конца XVIII века: сказались экономический
подъем в стране, влияние побед России в войнах с Турцией во

1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Британская политика. — Дизраэли. —
Эмигранты. — Мадаиии в Лондоне. — Турция. Сон., т. 9. См. др. работы
К. Маркса и Ф. Энгельса, помещенные в этом томе н .в томах 10, 11, 34.

2 Термин «Восточный вопрос» впервые был употреблен на конгрессе
в Вероне (1822 г.) при обсуждении положения на Балканах, в связи с гре-
ч ес'ким во сст a 11 и е м.

3 К. М а р к «с и Ф. Энгель с. Сон., т. 9, стр. 4.
второй половине XVIII века и Французской буржуазной рево-
люции.

События начала XIX века вызвали дальнейшую активизацию
национально-освободительного движения народов, порабощен-
ных султанской Турцией. Русско-турецкая война 1806—1812 го-
дов, в которой на стороне русских участвовали отряды добро-
вольцев из славян и греков, закончилась победой России. Заклю-
ченный в 1812 году Бухарестский мирный договор обеспечивал
привилегии Дунайским княжествам и внутреннее самоуправле-
ние Сербии. Подвиг русского народа в Отечественной вс)йпе
1812 года и избавление народов Европы от наполеоновского гне-
та также оказали большое влияние на рост освободительного
движения в Греции.

В 1814 году жившие в России греческие купцы Николаос Ску-
фас, Афаиасиос Цакалов, Эмманулос Ксантос и другие греки,
считавшие себя наследниками дела Ригаса, основали в Одессе
революционное общество «Филики Гетерия» *, целью которого
была подготовка к восстанию самых широких слоев греческого и
других подвластных Турции христианских народов. Вскоре Ге-
терия объединяла в своих рядах уже большое число членов и
имела свои филиалы не только во многих городах Греции, но и
в других районах Балкан. В 1820 году во главе Гетерии стал ге-
нерал русской армии, грек по национальности, Александр Ипси-
ланти.

Восстание началось в феврале 1821 года, когда вооруженный
отряд А. Ипсиланти перешел русскую границу в районе Скуляп.
Эго выступление явилось началом революции, в которой грече-
ский народ боролся за свободу и национальную независимость.

Греческое восстание было связано с борьбой других балкан-
ских народов против турецкого гнета. В своей докладной записке
И. И. Пестель, хорошо знавший обстановку на Балканах, писал:
«Албанцы и сербы всецело разделяют намерения и планы греков.
У них одни и те же интересы, и дело у всех у них общее»1 2. «По-
следовать примеру греков»3, сообщал Пестель, намеревались и
болгаэы.

В Центральном Военно-историческом архиве хранится спи-
сок с прошения из Молдавии, датированного февралем 1821 го-
да, в котором говорилось, что молдавский «народ ежеминутно
ожидает защиты и покровительства со стороны... российских
войск» 4.

Когда Ипсиланти перешел р. Прут и вступил в турецкие вла-
дения, в Валахии развернулось местное крестьянское движение,
возглавляемое национальным героем румынского народа Тудо-

1 ЦГВИА. ф. ВУА, д. 737, л. 6.

2 ГИБ им. Салтыкова-Щедрина. Рукой, отд. Архив И. К. Шильдера, к 18,
№ 2. «Зап шоки по1Д1нолковп1ика Пестеля о возмущении греков» л. 27.

3 ЦГВИА, ф. МА, св. 9, он. 182а, д. 88, л. 35 об.

4 Т а м ж е, л. 24.
ром Владимиреску1. Среди повстанцев-крестьян были молдаване
и вдлахи, а также болгары и албанцы1 2. Восстание являлось не
только антитурецким, ио носило и классовый, антифеодальный
характер и было направлено против местных бояр, которые «экс-
плуатируют и грабят во имя личного обогащения», и господа-
рей-фанариотов, которые «обирают крестьян и грабят их от име-
ни государства»3.

Между Гетерией и Владимиреску еще до восстания существо-
вала договоренность о совместной борьбе против турецких угне-
тателей. При содействии гетеристов Владимиреску овладел Бу-
харестом. Но вскоре между руководителями Гетерии и Владими-
реску начались серьезные разногласия. Ипсиланти и его
окружение в борьбе против турецкого господства опирались па
крупных бояр и высшее духовенство и не желали учитывать
классовые особенности движения крестьян, не желали считаться
с их антифеодальными требованиями. Эти разногласия ослабили

силы повстанцев, чем поспешило воспользоваться султанское
правительство. В июне 1821 года турецкие войска перешли Ду-
най, заняли Бухарест и разбили отряд Ипсиланти4. Восстание
крестьян было подавлено турками при активной поддержке мест-
ных бояр.

В конце марта 1821 года5 началось вооруженное восстание
в самой Греции, охватившее всю Морею (Пелопоннес), часть кон-
тинентальной Греции и острова Архипелага. Движение перерос-
ло в национальную революцию, которая по своему характеру
была буржуазной: ее возглавляла молодая греческая буржуазия,
а основной движущей силой являлось крестьянство, боровшееся
не только за националь iyio свободу, по и против греческих и ту-
рецких эксплуататоров.

В декларации Коммунистической партии Греции «За незави-
симую, демократическую, миролюбивую, счастливую Грецию»,
принятой VII расширенным Пленумом ЦК КП Г в феврале 1957
года и обращенной к греческому цароду, говорится: «Никогда
наш народ не покорялся чужеземным захватчикам. Он всегда
страстно боролся за свою свободу и независимость. Во время на-
циональной революции 1821 года он шел на все жертвы, чтобы

1 Во время русско-турецкой войны 1306—1812 годов Т. Владимиреску
командовал добровольческим отрядом румын, сражавшимся на стороне рус-
ских, за что был награжден русским пра|В|Ительство,м орденом Св. Владимира,
поэтому он и получил прозрите Владимиреску.

2 И. I I. Л и п р а и д и. Восточный вопрос и Болгария. «Чтения в Об-
ществе истории и древностей российских», 1868, кп. 1, стр. 119.

3 Н. П о п е с к у-Д о р я и у. Революция 1848 года в Румынии и Ни-
колай Бэлческу. М., 1950, стр. 52.

4 А. Ипсиланти с небольшим отрядом отступил на территорию Австрии,
где был арестован и 'Просидел в тюрьме до 1827 года. Он умер в Австрии в
августе 1828 года, а его братья Николас и Георгиос продолжали участвовать
в освободительном движении.

5 Началом восстания официально считается 25 марта (6 апреля). Эта
дата отмечается как день независимости Греции.
изгнать турецких завоевателей и создать свободное государство,
строить свободную, независимую национальную жизнь»

Национальное собрание, открывшееся в январе 1822 года в
Инаду, близ Эпидавра, провозгласило независимость Греции и
приняло конституцию. Было образовано первое правительство
Греции во главе с президентом Маврокордатосом.

Султанское правительство попыталось задушить греческую
революцию. Против патриотов Эллады были направлены круп-
ные вооруженные силы. Но это не могло сломить решимости гре-
ческого парода продолжать борьбу. «Свобода или смерть!» — под
таким лозунгом сражались повстанцы. Однако силы были не
равны, и в. ряде районов восстание было подавлено.

Особенно ухудшилось положение греков в 1825 году, когда
турецкому султану Махмуду II удалось привлечь к войне с гре-
ками египетского пашу Мухаммеда-Али. Египетская армия под
командованием Ибрагим-паши высадилась в Морее. Опустошив
значительную часть Морей, египетские войска подошли к Миссо-
лонги и помогли туркам овладеть городом, а в 1827 году они
взяли Афины.

В это время произошли события, которые оказались благо-
приятными для греческой революции,-—в 1828 году началась
русско-турецкая война.

Весть о греческом восстании всколыхнула русскую общест-
венность. Передовые люди России приветствовали греков, под-
нявших знамя борьбы во имя свободы и независимости. Наибо-
лее ярко это проявилось в делах и думах декабристов и близких
к ним людей.

Декабристы воспринимали греческое восстание как выступле-
ние против произвола и гнета и связывали его с борьбой против
крепостничества и самодержавия в самой России. М. Фонвизин в
записке «О повиновении вышней власти и какой власти должно
повиноваться» доказывал справедливость борьбы народов как
против власти завоевателей, какими были турецкие феодалы для
балканских народов, так и против внутреннего деспотического
правительства, каким являлось российское.

Будучи убежденным сторонником справедливой войны с
целью избавления балканских пародов от турецкого ига,
П. И. Пестель полагал, что свобода и независимость этих наро-
дов окажут влияние на освободительное движение в России.

Летом 1821 года Пестель, находясь в Петербурге, докладывал
о греческом восстании на собрании тайного общества. Тогда же
начальник Главного штаба П. М. Волконский писал князю
А. С. Меншикову: «Дошло до меня, что будто на сих днях в од-
ном доме в С.-Петербурге видели и читали донесение подполков-

1 «П|рограм'м.ные документы коммунистических и рабочих партий 'капита-
листических стран Бироны». М., I960, стр. 159.
никр Пестеля о греческих делах, которое прислано к нам было
от Киселева в Лайбах» 1.

Пестель считал, что Россия должна «объявить войну туркам
и восстановить восточную республику в пользу греков»1 2.

П. И. Лорер в своих «Записках» писал: «Все были уверены,
что государь подаст руку помощи единоверцам и что двинут па-
ши армии в Молдавию... Многие офицеры гвардии стали про-
ситься в полки армии, думая тем приблизиться к имеющемуся в
виду походу на помощь грекам»3. С. Г. Волконский отмечал, что
войска «льстились надеждой идти за Дунай и избавить греков
от жестокостей мусульман» 4.

Сторонником военной помощи грекам был М. Ф. Орлов, коман-
дир 16-й пехотной дивизии, расквартированной в Бессарабии. Он
писал А. Н. Раевскому: «Ежели б 16-ю дивизию пустили на осво-
бождение (Греции. — В. Л.)> это было бы не худо»5. Собирались
ехать в Грецию и сражаться за ее свободу и независимость За-
валишин, Каховский, Якушкин и многие другие декабристы.

С восторгом приветствовал греческое восстание А. С. Пушкин.
В письме к В. Л. Давыдову в марте 1821 года он писал: «Восторг
умов дошел до высочайшей степени, все мысли устремлены к од-
ному предмету—к независимости древнего отечества»6. Пушкин
глубоко верил в победу греческого народа, называя ее великим
святым делом. В апреле 1821 года в своем кишиневском дневни-
ке он записал: «Вечер фровел у И. G. — прелестная гречанка. Го-
ворили об А. Ипсиланти; между пятью греками я один говорил
как грек: все отчаивались в успехе предприятия этерии. Я твердо
уверен, что Греция восторжествует, а 25 000 000 турков оставят
цветущую страну Эллады законным наследникам Гомера и Фе-
ми сто к л а»7.

Пушкин считал, что для того времени «ничто еще не было
столь народно, как дело греков...»8. Его очень интересовал «важ-
ный вопрос: что станет делать Россия; займем ли мы Молдавию
и Валахию под видом миролюбивых посредников; перейдем ли
мы за Дунай союзниками греков и врагами их врагов?»9 Он меч-
тал сражаться на стороне греков ,и, когда в 1828 году началась
русско-турецкая война, он, как и Вяземский, просил разрешения
отправиться в действующую армию. По поручению царя Бепкеп-

1 ГПБ им. Салтыкова-Щедрина. Рукой, отд. Архив II. К. Шильдера, к. 18,
№ 2, л. 38.

2 «Восстание декабристов». Материалы, т. 4. М.—Л., 1927, стр. 144, 182.

3 «Записки декабриста Н. И. Лорера». М., 1931, стр. 67.

4 Институт русской литературы (Пушкинский дом) АН СССР, Рукоп. отд,
ф. 57, он. 5, № 2. Архив декабриста С. Г. Волконского, т. 2, л. 97.

5 М. Ф. Орлов. Капитуляция Парижа. Политические сочинения. Пись-
ма. М., 1963, стр. 225.

с А. С. Пушкин. Поли. собр. соч. в десяти томах, т. 10. М., 1958,
стр. 23.

7 А. С. Пушкин. Поли. собр. соч., т. 8, стр. 17.

8 Там же, т. 10, стр. 98.

9 Т а м ж е, стр. 24.
дорф ответил им отказом, при этом он заметил Вяземскому что
«ежедневно являются желающие участвовать в сей войне» Г
После заключения Адрианопольского мира Пушкин писал,| что
помощь России возвращала Греции независимость. |

Пушкин посвятил греческому восстанию ряд стихотворений,
средн которых мы находим следующие строки:

Восстань, о Греция, восстань.
Недаром напрягала силы,
Недаром потрясала брань
Олимп и Пинд и Фермопилы.
Пр.и пенье пламенных стихов
Тиртея, Байрона и Риги
Страна героев и богов
Расторгла рабские вериги.

Яркое отражение нашло греческое восстание в произведениях
К. Рылеева и В. Кюхельбекера. Приветствуя героический под-
виг греков, они страстно желали сражаться на их стороне, В
«Греческой песне» Кюхельбекер писал:

Друзья! Нас ждут сыны Эллады!

Кто даст нам крылья? Полетим.

Сокройтесь, горы, реки, грады —
Они нас ждут, скорее к ним!

Греческое восстание нашло широкий отклик и сочувствие в
кругу русского либерального дворянства, в том числе в военной
среде. Благожелательно относились к греческому освободитель-
ному движению видные русские военачальники А. П. Ермолов и
П. Д. Киселев. Оба они были сторонниками военной помощи
Греции1 2.

С этим сочувствием общественных кругов к греческому дви-
жению царское правительство вынуждено было считаться. Де-
кабрист М. С. Лунин писал, что активизация восточной политики
Николая 1 в значительной степени была вызвана «движением,
поднятым Тайным обществом в пользу греков и восточных
дел»3 еще в царствование Александра I.

Отношение царского правительства к греческому националь-
но-освободительному движению было сложным и противоречи-
вым. Оно не могло не учитывать общественного мнения. Даже
позднее, в 1827 году, Бенкендорф в обзоре общественного мнения
писал, что участью греков «интересуется вся Россия»4.

В России привыкли смотреть па Грецию как на страну близ-
кую и ио историческому прошлому, и ио религии, и по культуре.

1 Переписка А. И. Тургенева с князем П. А. Вяземским, г. 1, Пг., 1921,
стр. 72.

2 Бумаги А. А. Закревского. Сборник Русского исторического общества,
т. 78. СПб., 1891, стр. 63—64, 243—244.

3 М. С. Л у и и и. Общественное движение в России. М., 1926, стр. 22.

1 A. X. Бенкендорф. О России в 1827—1830 гг. «Красный Архив»,
1929, т. 6 (37), стр. 146.

।
।
В войнах с турками во второй половине XVII1 — начале XIX века
греки всегда были союзниками русских.

Большое значение для экономики России имела черноморская
и средиземноморская торговля. В первой трети XIX века в недрах
феодального строя России росли и крепли капиталистические
отношения. Сельское хозяйство все более приобретало товарный
характер. Через черноморские порты Россия вывозила в евро-
пейские страны хлеб, кожи, шерсть, лен и прочее. В росте экспор-
та были заинтересованы помещики южных районов и русская
буржуазия. Поскольку торговый флот России был небольшим,
значительную часть перевозок русских товаров осуществляли
греческие суда, плававшие иод русским флагом. Современник
писал, что «купцы одесских, равно как и других соседственных
портов, имеют весьма незначительное количество собственных
кораблей... большая часть плавающих ио Черному морю иод Рос-
сийским флагом и показываемых принадлежащими одесским 1-й
и 2-й гильдии купцам, имеют настоящих хозяев в портах Архи-
пелага и Адриатического моря» ’.

Как только началось греческое восстание, султанское прави-
тельство, грубо нарушая ранее заключенные соглашения с Рос-
сией, пыталось парализовать русскую морскую торговлю. При
проходе через Босфор русские купеческие суда задерживались и
подвергались обыску, а товары часто конфисковывались. Был
запрещен провоз через шроливы хлебных грузов. Все это сопро-
вождалось произволом и насилием по отношению к командам
русских судов и коммерсантам. Сильно пострадало греческое
судоходство, что также нанесло серьезный ущерб русской торгов-
ле. Русский посол в Турции Г. А. Строганов писал в Петербург:
«Права русских подданных и торговли явно нарушены. Паш
флаг подвергается оскорблениям в проливах, а наши матросы —
ранам и убийствам... Вход в Дарданеллы воспрещается всем
судам, нагруженным хлебом»1 2. В результате враждебных дейст-
вий Турции вывоз хлеба из русских черноморских портов сокра-
тился в 1821, 1822 и 1824 годах по сравнению с предыдущими го-
дами на 50% 3. ।

Таким образом, экономические |и политические интересы Рос-
сии на Балканах переплетались с вопросом об отношении к
греческой революции. Правительство Александра 1 готово было
использовать греческое восстание для укрепления своего влия-
ния на Балканах. Русский царизм, конечно, меньше всего забо-
тился об интересах балканских христиан, но «защита христиан
от турок» была удобным предлогом для борьбы с Турцией.

1 Г. Неболсин. Статмстичеокне зачтиски о внешней торговле Росаин,
ч. 1. СПб., 1835, стр. 81.

2 С. Жигарев. Русская политика в Восточном вопросе, т. 1. М., 1896,
стр. 308—309.

3 Г. Неб олеин. Указ, соч., ч. 1. Приложения. Ведомость об отпуске
главнейших poccnncKiiix товаров с 1800 но 1835 год.
Однако русский царизм — жандарм Европы — не мог откры-
то поддержать греков, осмелившихся восстать против своего
«законного» монарха. Следует также иметь в виду, что в усло-
виях, когда Австрия, Англия, Франция и Пруссия противодейст-
вовали восточной политике России, правительство Александра I
не могло решиться на единоличное выступление против Турции.

Александр I узнал о греческом восстании, находясь-» в Лайба-
хе Здесь же им было получено письмо от А. Ипсилацти: «Госу-
дарь! Неужели Вы предоставите греков их собственной участи,
когда одним словом можете освободить их от самого чудовищно-
го тиранства и спасти их от ужасов долгой и страшной 0орьбы?» 1 2

Напуганный революционным движением в Европе, пережив-
ший выступление Семеновского полка, Александр I увидел в вос-
стании греков очаг общеевропейской опасности, которая угрожа-
ла «всем тронам». На просьбу Ипсиланти царь приказал отве-
тить: «Никакой помощи, ни прямой, ни косвенной, не получи те
вы от императора, ибо мы повторяем, что недостойно его подка-
пывать основания Турецкой империи постыдными и преступными
действиями тайного общества... Россия останется только зритель-
ницей событий, и войска императора не тронутся»3. А. Ипсилан-
ти был исключен из русской службы, а командованию 2-й русской
армии, войска которой располагались на границе с Турцией, бы-
ло приказано соблюдать нейтралитет.

Верный реакционным принципам Священного союза, Алек-
сандр 1 повелел послу в Константинополе Г. А. Строганову сооб-
щить султану, что политика русского императора всегда будет
направлена против врагов порядка и спокойствия, что он «осуж-
дает революционные движения, угрожающие новыми несчастия-
ми греческим областям Турции»4. Напрасно Строганов доби-
вался от царского правительства активной поддержки греков.
Он писал Нессельроде: «До сих пор я действовал только как
христианин. Прикажите мне говорить от имени императора, ука-
жите, в каких именно выражениях я должен исполнить это,
свяжите меня, если возможно, по рукам и по ногам, чтобы я не
мог сказать более чем следует»5. Неприязнь Александра I к вос-
ставшим грекам была настолько велика, что он отказал москов-
скому митрополиту Филарету в просьбе отслужить по всей Рос-
сии панихиду по убитому в Константинополе патриарху Гри-
горию 6.

Только исключительные враждебные действия султанского
правительства против России заставили Александра I принять

1 Любляна.

2 С. М. Соловьев. Император Александр 1. Политика. — Диплома-
тия. СПб., 1877, стр. 485.

3 С. М. Соловьев. Указ, соч., стр. 486—487.

4 С. С. Татищев. Внешняя политика Николая I. СПб., 1887, стр. 242.

5 П. К. Шильдер. Император Александр I, т. 4, СПб., 1898, стр. 201.

6 Е. К а р и о в и ч. Об участии России в освобождении христиан от ту-
рецкого ига. «Отечественные записки». 1878, № 1—2, стр. 405.
ответные меры. В соответствии с директивой из Петербурга
Строганов в июле 1821 года предъявил правительству султана
ультимативную поту с требованием вывести турецкие войска из
Молдавии -и Валахии и восстановить судоходство в проливах
Босфор и Дарданеллы. Говорилось в йоте и о греческом вопро-
се. Осудив греческое восстание, царское правительство стара-
лось представить греческий вопрос как исключительно религи-
озный и заявило о своем покровительстве христианам.

Как и следовало ожидать, султанское правительство, под-
стрекаемое Англией и Австрией, отказалось удовлетворить тре-
бование России. После этого русское правительство разорвало
дипломатические отношения с Турцией, и Строганов покинул
Константинополь. Казалось, что дело идет к войне. Начальник
Главного штаба Дибич представил Александру I записку с
изложением плана войны с Турцией. По войны не последовало.
И дело не только в монархических принципах Александра 1, но
и в том, что Англия, Австрия и Франция решительно выступили
против единоличных действий России па Балканах.

Значительный интерес представляет оценка тогдашней меж-
дународной обстановки, данная А. П. Ермоловым в его дневни-
ке в июле 1821 года: «Ипсуррекция греков была в самой силе.
Порта принимала меры к наказанию, т. е. к -истреблению возму-
тившихся. Война с Турцией казалась неизбежною. Переписка
с иностранными кабинетами была беспрерывная. Приказано
показывать мне оную, и я видел усилия не допустить Россию до
войны. Государь часто говаривал со мной о греках, я утверждал
о необходимости войны в защиту их, в спасение! Безуспешно!
Государь старался доказать мне противное»1.

С самого начала греческого восстания Англия и Австрия вы-
ступили как его враги. Залогом укрепления своих экономиче-
ских и политических позиций на Балканах правящие круги этих
держав считали сохранение целостности Оттоманской империи.
Поэтому они являлись врагами освободительного движения
балканских пародов и образования ими самостоятельных на-
циональных государств. Этим же определялась их политика
противодействия России па Ближнем Востоке, стремление не
допустить вмешательства России в греко-турецкую борьбу.

Английская буржуазная историография пытается предста-
вить дело так, что в начале восточного кризиса в 1821 —1822 го-
дах Англия якобы придерживалась политики нейтралитета и
невмешательства. Па самом деле, английское правительство
принимало все меры к тому, чтобы не допустить военного вме-
шательства России в борьбу греков за независимость п вернуть
последних под власть султана. Английская политика «невмеша-
тельства» в действительности служила делу подавления пацио-

1 М. Погодин. Алексей Петрович Ермолов. Материалы для его биогра-
фам. «Русскипй .вестыи'К», 1863, т. 48, стр. 270.
нально - освободительного движения. Русский посланник в Лон-
доне X. А. Ливен писал, что английских министров «брорало в
холод» 1 лишь от одной мысли, что целостность Оттоманской
империи может нарушиться, а балканские народы получат неза-

висимость при помощи русских. Англия опасалась, что в
разрушения Турецкой империи черноморские проливы
канские порты Средиземного моря могут оказаться в
России.

случае •

4 бал-
руках

«Англия не может согласиться, чтобы Россия завладела
Дарданеллами и Босфором, — писал Ф. Энгельс. — Это событие
нанесло бы ,и в торговом, и в политическом отношении тяжелый,
если не смертельный удар британской мощи»1 2.

Не менее враждебно, чем Англия, выступала против грече-
ского восстания и русской политики на Балканах Австрия.
Австрийский канцлер Меттерних называл греков «бунтовщика-
ми, флибустьерами и разбойниками»3. Австрия—эта, по меткой
характеристике Ф. Энгельса, — «лоскутная, составленная из

унаследованных и наворованных клочков, австрийская монар-
хия, эта организованная путаница из десятка языков и наций»4,
больше всего боялась национально-освободительных восстаний

славянских народов, бывших под властью Турции, потому что

они могли послужить заразительным примером для южных сла-

вян, являвшихся ее подданными.

Разрыв дипломатических отношений между Россией и Тур-
цией вызвал тревогу в Лондоне и Вене. О настроениях правя-
щих кругов Англии можно судить по переписке помощника ми-
нистра иностранных дел с английскими дипломатическими
представителями за границей. В августе 1821 года он писал:
«За границей нас занимают только греки, турки и русские, а
также возможность войны между Россией и Портой, которой все
здесь опасаются»5.

Вся дипломатическая деятельность английского и австрий-
ского правительства направлена была к одной цели: удержать
Россию от самостоятельного и единоличного выступления про-
тив Турции. Кестельри, Меттерних и даже австрийский импера-
тор Франц горячо убеждали Александра I не вступаться за
греческих «бунтовщиков» и не воевать с Турцией. В октябре
1821 года в Ганновере Англия и Австрия заключили соглаше-
ние, но которому обязались принять все меры к тому, чтобы не
допустись войны между Россией и Турцией.

1 «Собрание трактатов и конвенций, заключенных Россией с иностранными
державами», сост. Ф. Мартенсом, т. 11, СПб., 1895, стр. 323.

2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 9, стр. 11.

3 «Собрание трактатов и конвенций, заключенных Россией с иностранными
державами», т. 4, ч. 1, СПб., 1878, стр. 309.

4 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 4, стр. 471.

5 И. Г. Г у тки на. Греческий вопрос и дипломатические отношения
европейских держав в 1821 — 1822 гг. «Уч. зап.» ЛГУ, 1951, т. 130, серия нстор.
наук, выл. 18, стр. 132.
Лондонский и Венский кабинеты отклонили предложение
России о коллективном вмешательстве европейских держав в
греческие дела, но выразили желание быть посредниками между
русским и турецким правительствами, хотя об этом их никто и
не просил.

В конце 1821 года Англия, Австрия и присоединившиеся к
ним Франция и Пруссия сделали попытку удушения греческого
восстания. Через своих послов в Константинополе они обрати-
лись игрекам с воззванием, предлагая им добровольно вернуть-
ся под власть султана. Справедливости ради следует сказать,
что при всей преданности реакционным принципам Священного
союза правительство Александра 1 отказалось поддержать это
воззвание.

Но, отказавшись поддержать аптигреческое выступление ев-
ропейских держав, Александр 1 все же не желал начинать войну
с Турцией. Он не хотел нарушать Священного союза, боялся,
что война с Турцией вызовет новый подъем национально-освобо-
дительного движения не только греческого, ио и других балкан-
ских народов.

«Если мы ответим туркам войною, — говорил Александр I
И. Каподистрии... — ни одно правительство не останется иа йо-
гах. Я не намерен предоставить свободу действий врагам поряд-
ка. Во что бы то ни стало надо найти средство устранить войну
с Турцией» Е

Вынужден был Александр I учитывать и обстановку внутри
России. Сложным было экономическое положение страны: в за-
пущенном состоянии находилось денежное хозяйство, давали о
себе знать неурожаи хлеба. «Всякая у нас война в нынешнем
положении дел России,-г-писал генерал Закревский своему
другу, начальнику штаба 2-й армии Киселеву, — будет дорого
стрить\ да к тому же нет денег ни гроша и повсюду неурожай
хлеба.»1 2 Серьезное беспокойство правительства вызывали вол-
нения крестьян, военных поселян, солдат, работных людей, а
также сведения о существовании среди офицеров тайного поли-
тического общества.

Александр 1 все еще надеялся разрешить греческий вопрос
путем дипломатического давления на Турцию «именем Европы»,
т. е. коллективным выступлением России, Англии, Австрии.
По Лондонский и Венский кабинеты продолжали политику за-
тяжек и проволочек, надеясь, что время работает иа турок и они
успеют покончить с греками раньше, чем Россия сможет им
помочь.

Между тем в Западной Европе начался новый подъем рево-
люционного движения, что еще больше парализовало действия

1 II. К. Шил ьще.р. Указ. соч., т. 4, стр. 225.

2 Бумаги А. А. Закревского. Об. РИО, т. 78, СПб., 1891, стр. 255. Письмо
Закревского Киселеву от 1 февраля 1822 г.
Александра I в греческом вопросе. Ради контрреволюционных
и легитимистских принципов он готов был принести в' жертву

не только греков, но и интересы России.

В октябре 1822 года в Вероне собрался четвертый и послед-
ний конгресс Священного союза, принявший решение о воору-

женной интервенции против революционной Испании, о
пни австрийской оккупации в Итальянских королевствах
дпвший Восточный вопрос.

продле-
и обсу-

Прн обсуждении восточных дел царское правительство ста-

ралось отделить греческий вопрос от своих отношений с Тур-
цией. Оно выдвинуло следующие требования: Порта должна
отменить все меры, стесняющие свободу судоходства по Черно-
му морю, и вывести свои войска из Дунайских княжеств. Что ка-

сается греческого вопроса, то царское правительство сделало
новую попытку добиться его разрешения путем переговоров
европейских держав с Турцией. Однако и эти умеренные требо-
вания России были отклонены западными державами. Участни-
ки конгресса осудили национально-освободительное движение
греческого народа против турецкого гнета и обязались не ока-
зывать ему никакой помощи. Они даже отказались принять
греческую делегацию, прибывшую в Анкону.

Александр I на Веронском конгрессе в беседе с француз-
ским министром Шатобрианом сказал: «Я первый должен пока-
зать верность началам, на которых я основал союз. Один случай
представился к тому: восстание Греции. Ничто, без сомнения,
не казалось более отвечающим моим интересам, интересам моих
народов, общественному мнению моей страны, как религиозная
война с Турцией; но в волнениях Пелопоннеса я усмотрел при-
знаки революции. И тогда я воздержался... Нет, я никогда не
отделюсь от монархов, с которыми нахожусь в союзе» Г

Этим «воздержанием» Александра I решила воспользовать-
ся Англия. Новый руководитель английской внешней политики
Д. Каннинг заявил: «Россия покидает свой передовой пост;
Англия должна воспользоваться этим и занять ее место»1 2.

Английская буржуазная историография всячески идеализи-
рует внешнюю политику Каннинга, пытается доказать ее про-
грессивный характер, а его самого изображает чуть ли не «бор-

цом против легитимизма» и «покровителем» угнетенных народов.

Советские историки показали всю несостоятельность такой
оценки внешней политики Каннинга. Как и его предшественник
кн по ведомству Форейн офис, Каннинг верой и правдой служил
английской буржуазии, колониальная экспансия которой хоро-
шо известна. Именно в интересах воротил Сити Каннинг, учиты-
вая международную обстановку и опасность самостоятельных
действий России в греческом вопросе, решил несколько изменить

1 II. К. Шильдер. Указ, соч., т. 4, стр. 259.

2 С. С. Т а т 111ц с в. Указ, соч., стр. 255.

курс английской внешней политики и взять в свои руки инициа-
тиву в разрешении греческой проблемы.

Мысли и чувства правящих классов Англии хорошо выразил
лорд Абердин, заявив‘в парламенте: «Если они (греки. —В. Л.)
одержат победу при помощи русского оружия, то это может
серьезно угрожать нашим жизненным интересам» Г

Правящие классы Англии стремились не опоздать и не упус-
тить такой лакомый кусок, каким была Греция, которая давно
интересовала их в экономическом, политическом и стратегиче-
ском отношениях. Этот интерес английской буржуазии к Гре-
ции правильно отметил французский историк А. Дебидур:
«...английские капиталисты уже в начале 1823 г. стали убеж-
даться, что Англия может извлечь и выгоду и славу из поддерж-
ки, своевременно оказанной Греции»1 2.

В марте 1823 года английское правительство объявило о том,
что признает блокаду турецкого побережья, проводимую грека-
ми. Тем самым за Грецией было признано право воюющей сто-
роны, и ее борьба с Турцией приобретала как бы законный харак-
тер. В то же время Англия направила в Грецию своих диплома-
тических и военных агентов, а командование английских
военно-морских кораблей, находившихся в Эгейском море, по-
лучило приказание соблюдать нейтралитет в греко-турецкой
войне. В начале 1824 года Англия предоставила Греции заем в
сумме 800 тыс. фунтов стерлингов, значительная часть которого
должна была быть израсходована на строительство английски-
ми верфями кораблей для греков. Через год греки получили
новый заем.

Однако все это делалось не ради освобождения греков, а в
целях укрепления позиций английской буржуазии па Ближнем
Востоке и оттеснения с этих позиций царской России. Признав
Грецию воюющей страной, английские правящие круги вовсе
не собирались признавать ее независимым государством.

Активизация английской внешней политики в греческом во-
просе вызвала серьезное беспокойство царского правительства.
Александр I надеялся на коллективное вмешательство европей-
ских держав в греческие дела, а единоличные, самостоятельные
действия Англии его никак не устраивали. Было совершенно
ясно, что острие английской ближневосточной политики направ-
лено против России. Вот почему царский министр Нессельроде
писал в мае 1823 года русскому послу в Вене Д. И. Татищеву:
«Россия никогда не допустит в греческом вопросе другой га-
рантии и вмешательства, кроме коллективного»3. Нужно ска-

1 Цит. по кн.: А. В. Фадеев. Россия и восточный кризис 20-х годов
XIX .века, стр. 87.

2 А. Дебидур. Указ, соч., стр. 237.

3 «Собрание трактатов и конвенций», т. 4, ч. 1, стр. 331.
зать, что на этот раз Меттерних поддержал предложение цар-

ского правительства о противодействии сепаратной политики
Англии на Ближнем Востоке. Утверждение английского влия-
ния в Греции не сулило Венскому кабинету ничего хорошего.

Осенью 1823 года царское правительство предложило соз-
вать в Петербурге конференцию европейских держав, посвящен-
ную коллективным действиям ио умиротворению Греции! Тогда
же в Черновиках состоялась встреча Александра I с австрий-
ским императором Францем, во время которой было достигнуто
соглашение о созыве конференции.

Готовясь к международной конференции, царское прави-
тельство выдвинуло свой проект «умиротворения Греции», ко-
торый был изложен в секретном мемуаре от 9 января 1824 го-

да, разосланном союзным государствам. Россия предлагала
образовать в континентальной Греции три автономных княже-
ства наподобие Дунайских: Восточная, Западная и Южная

Греция. Островам Архипелага предлагалось дать муниципаль-
ное управление. Турция должна была сохранить верховную

власть над княжествами, но лишалась права посылать туда па-
шей и губернаторов. Греки обязаны были выплачивать Турции
ежегодную дань. О содержании мемуара узнали и турки и гре-
ки. В Константинополе не хотели и слышать о какой-то автоно-

мии для греков, а греческие патриоты заявили, что они будут
бороться до полного освобождения своей родины.

Таким образом, Турция и Греция отвергли проект царского
правительства. Особенно недовольны были греки. Они еще раз
убедились, как мало интересовала русского царя независимость
их страны. Вместе с тем мы не можем согласиться с выводом
П. С. Киияпиной: «...греки поняли, что русский царизм является
противником самостоятельного греческого государства» 1. Па са-

мом деле, политика царского правительства в греческом вопросе
была более сложной и гибкой. Ему было выгодно образование
балканских государств, но при его содействии, а еще лучше под
его эгидой, выгодно потому, что укрепляло его позиции на Бал-
канах. По поскольку восточная политика царского правительст-
ва встречала серьезное противодействие со стороны других
европейских держав, с которыми оно было связано узами Свя-
щенного союза, ему приходилось маневрировать. Следует пом-
нить и о том, что для царизма греки все же были «мятежника-
ми» и «бунтовщиками».

Ссылаясь на то, что Турция и Греция отвергли проект Рос-
сии, Каннинг отказался участвовать в Петербургской конферен-
ции. Хотя в феврале 1825 года конференция и открылась, но, по-
скольку Англия отказалась участвовать в ней, а Австрия и

1 Н. С. Кипятила. Внешняя политика России первой половины XIX
века. М., 1963i, стр. 116.
Франция всячески саботировали предложение России о коллек-
тивном воздействии на Турцию, опа закончилась безрезультатно.

Убедившись, что договориться с западными державами о
коллективном разрешении греческого вопроса невозможно, .пра-
вительство Александра 1 заявило, что впредь Россия считает
бесполезным «вступать в новые объяснения со своими союзника-
ми о турецких делах» и «будет исключительно следовать своим
собственным видам и руководствоваться своими собственными
интересами» Г

Результатом решения царского правительства «следовать
своим собственным видам» была более твердая политика в от-
ношении Турции. В ультимативной форме оно потребовало от
султанского правительства выполнения договорных обяза-
тельств в отношении Дунайских княжеств и Сербии. Это требо-
вание было подкреплено военными приготовлениями: разрабаты-
вались планы военных действий, принимались меры к усилению
военно-морского флота и русских войск на границе с Турцией.
Нельзя не согласиться с Татищевым, что «в уме государя (Алек-
сандра I. — В. /7.) война с Турцией была решена»1 2.

Перемена русской политики в отношении Турции вызвала
тревогу в Лондоне. Стремясь удержать Россию от самостоятель-
ного вмешательства в греко-турецкую войну, Каннинг предло-
жил царскому правительству заключить двухстороннее англо-
русское соглашение по греческому вопросу. Поскольку прави-
тельству Александра I, в случае войны с Турцией, было выгодно
добиться нейтрализации Англии, оно положительно отнеслось
к предложению Каннинга. Но в это время Александр I умер, и
восточными делами пришлось заниматься его преемнику.

Сразу же после вступления на престол Николай I в одной из
бесед с французским дипломатом графом Сен-При заявил:
«Брат мой завещал мне крайне важные дела, и самое важное
из всех: восточное дело... Я непременно должен положить ско-
рый конец этому делу...»3 Далее царь оказал: «...если все мои
союзники не будут в единомыслии и добросовестно стремиться
к одной и той же цели, скорейшему окончанию этого дела, то
они вынудят меня приняться за него и совершить его одному»4.

Эти заявления Николая 1 вызвали беспокойство и в Лондо-
не и в Вене.

В феврале 1826 года в Петербург прибыл чрезвычайный по-
сол английского короля герцог Веллингтон, отъявленный реак-
ционер, враг свободы и демократии. Официально он приехал
для того, чтобы поздравить Николая I «с благополучным восше-
ствием на престол». Главная же цель его визита состояла в том,

1 «Собрание трактатов и конвенций», т/ 4, и. 1, стр. 347.

2 С. С. Т а-т-ищев. Указ. со«ч., стр. 14.

3 Та м ж е, стр. 137.

4 Там же, стр. 138.
чтобы навязать Николаю I двухстороннее соглашение по Восточ-
ному вопросу и тем самым удержать от единоличных действий
на Ближнем Востоке. Однако эта попытка втянуть Россию в
русло английской восточной политики окончилась полной неуда-
чей. Па предложение посредничества Англии в урегулировании
русско-турецкого конфликта Николай I ответил решительным
отказом., заявив, что Россия всегда решала все спорные ворросы
с Турцией без посредников. Но он охотно принял предложение
Веллингтона о посредничестве Англии в турецко-греческом
конфликте. Царскому правительству было выгодно совместное
с Англией «умиротворение» Греции, чтобы в случае русско-ту-
рецкой войны можно было рассчитывать на ее нейтралитет.

Таким образом, царскому правительству удалось расчленить
Восточный вопрос на две части и отстранить Англию от вмеша-
тельства в русско-турецкие разногласия. Это была явная неуда-
ча английского кабинета, который пытался подчинить сроему
влиянию восточную политику России.

Пока в Петербурге шли переговоры с Веллингтоном, русский
поверенный в делах в Константинополе Минчиаки в марте
1826 года вручил турецкому правительству ноту, в которой рус-
ское правительство предъявило Турции в довольно резкой фор-
ме требования: вывести свои войска из Дунайских княжеств и
восстановить их автономию, немедленно освободить сербских
депутатов, задержанных в Константинополе, предоставить Сер-
бии все привилегии, предусмотренные Бухарестским договором,
выполнить другие условия этого трактата. Турецкому прави-
тельству предлагалось выслать своих представителей на грани-
цу с Россией для урегулирования спорных вопросов.

Между тем 23 марта (4 апреля) 1826 года в Петербурге был
подписан англо-русский протокол об «умиротворении Греции».
Ввиду важности этого документа, мы рассмотрим его более
подробно.

В первом параграфе говорилось: «Греки будут находиться
в зависимости от этой империи (Турции. — В. Л.) и платить ей
ежегодную дань, размер которой будет с общего согласия опре-
делен единожды навсегда;

они будут управляться властями, ими самими избранными и
назначенными, но в назначении которых Порта будет иметь из-
вестное участие;

занимая такое положение, они будут пользоваться полной
свободой совести и сношений и будут исключительно сами за-
ведовать внутренним своим управлением...»

Таким образом, Греция признавалась автономным государ-
ством, которое имеет свое правительство, утверждаемое
Турцией.

Во втором параграфе Россия признавала за Англией право
па посредничество в греко-турецких переговорах.

Особенно важное значение как для Греции, так и для России
имел третий параграф, который гласил: «В случае, если пред-
ложенное Его Британским Величеством Оттоманской Порте по-
средничество не будет принято этой державой, то каковы бы ни
были отношения Его Императорского Величества с Турецким
правительством, Россия и Великобритания тем не менее будут
считать упомянутые в § 1 настоящего протокола условия за ос-
новные для примирения, имеющего совершиться при их участии,
общем или единичном, между Портой и греками, и воспользу-
ются всеми благоприятными обстоятельствами для воздействия
своего влияния на обе стороны с целью привести их к примире-
нию на упомянутых основаниях».

Этот параграф имел важное значение. Он по существу пре-
доставлял России право единоличного действия против Турции.
Что касается «благоприятных обстоятельств», то их всегда мож-
но было найти.

Пятый параграф гласил: «В этом соглашении ни Его Импе-
раторское Величество, ни Его Британское Величество не будут
искать никакого увеличения своих владений, никакого исключи-
тельного влияния и никаких торговых выгод для своих под-
данных...» 1

Петербургский протокол значительно укрепил позиции Рос-
сии на Востоке и позволил ей разговаривать с Турцией более
решительным топом, а затем от разговоров перейти к делу,
lie случайно Петербургский протокол, особенно его третий па-
раграф, вызвал озабоченность и у Каннинга и у Меттерниха.

Княгиня Ливен, жена русского посла в Лондоне, женщина
умная и наблюдательная, и, как говорили злые языки, руково-
дившая своим мужем, писала: «Когда Каннинг получил этот
документ (Петербургский протокол.—В. <//.), он не был доста-
точно уверен, следует ли поздравить себя с успехом или же
признать себя попавшим в ловушку, потому что документ содер-
жал в себе многое, что было за пределами его инструкций и же-
ланий. Англия оказалась окончательно связанной»1 2.

С исключительной враждебностью встретил Петербургский
протокол Меттерних.. То; чего он больше всего боялся, а имен-
но вмешательства России в греко-турецкую борьбу, могло про-
изойти в самое ближайшее время. Непримиримый враг грече-
ского восстания, Меттерних надеялся, что султан потопит его в
крови раньше, чем Россия и Англия приступят к умиротворению
Греции. Он со злорадством спрашивал австрийского посла в
Константинополе Оттенфельса: «Останется ли еще кого спасать
из греков?»3 Меттерних отзывался о Петербургском протоколе
как «о мертворожденном младенце, об ударе мечом по воде» 4.

1 «Собрание трактатов и конвенций», т. 11, стр. 343.

2 Цит. по кн.: О. Ш п а р о. Освобождение Греции и Россия, стр. 162.

3 С. С. Т а т и 1ц е в. Указ, соч., стр. 162.

4 Е. Феоктистов. Борьба Греции за независимость. СПб., 1863,
стр. 157.
Австрийский канцлер всеми силами стремился расстроить

англо-русское соглашение и, пугая Николая I распадом Свя-
щенного союза, тем самым предотвратить русско-турецкую вой-

ну. Но в Петербурге хорошо знали, с кем имеют дело.

Николай I заявил: «Россия готова строго блюсти обилие ин-
тересы Европы, по она обязана иметь в виду и охранять и свои
собственные выгоды... Я никогда не допущу их (европейских
держав. — В. Л.) вмешательства в вопрос чисто-русский»1.

Активная дипломатическая деятельность России была под-

креплена рядом мер ио подготовке армии и военно-морского
флота к воине. В апреле 1826 года последовало повелепир царя
о приведении 2-й армии в готовность к походу, а в мае началь-

ник Главного штаба Дибич сообщил командующему этой ар-
мией «Илан действий российских войск против турок»1 2.

Русская ультимативная нота произвела большое впечатле-

ние на султанское правительство. Как это ни кажется странным,
ио пота была поддержана дипломатическими представителями
всех европейских держав в Константинополе. Особенно усердно
хлопотали в турецкой столице австрийские дипломаты, старав-

шиеся уверить турок, что отсутствие в ноте даже намека на
умиротворение Греции означает отказ Петербургского двора от
вмешательства в греческие дела. Правая рука Меттерниха Генц
писал Оттенфельсу, что «решение русского императора не вме-
шиваться в греческие дела есть такое событие, за которое турки
должны бы в мечетях воспевать гимны»3.

Решительный тон русской ноты и увещания представителей
европейских держав подействовали на султанское правительст-
во, п оно направило своих уполномоченных в местечко Аккерман
для переговоров с представителями России. Но, соглашаясь на

переговоры с русским правительством, султан преследовал да-

леко идущие цели, а именно: стремился выиграть время, укре-
пить внутреннее положение страны, провести реорганизацию
вооруженных сил, т. е. лучше подготовиться к войне с Россией.
Кроме того, султан рассчитывал, что вскоре международная
обстановка станет для Турции более благоприятной. Он надеял-
ся па обострение англо-русских противоречий на Среднем Вос-
токе и, в частности, на русско-персидскую войну, которую вся-
чески разжигал Каннинг. Впоследствии в своем Хатт-и-шерифе
султан Махмуд 11 писал, что «только с целью выиграния вре-
мени до весны... Порта поступала дружески» с неверными 4.

В июле 1826 года начались русско-турецкие переговоры в

1 Черты из жизни .и ца рейвов а иля Николая I. «Военный сборник», 1867,
№ 10 — 11, стр. 284.

2 ЦГВ11А, ф. ВУА, д. 4395, л. 39.

3 Цит. по кн.: С. Б. Окунь. Очерки истории СССР. Вторая четверть
XIX века. Л., 1957, стр. 114,

4 «История военных действий в Азиатской Турции в 1828—4829 гг.», т. 1.
СПб., 1836, стр. 378.
Аккермане1. Они продвигались медленно, так как русские упол-
номоченные предъявили много требований, не содержавшихся
в ноте, а турецкие представители, учитывая назревающий конф-
ликт между Россией и Персией, применили тактику затяжек и
проволочек. Дибич писал командующему 2-й армией Витген-
штейну, что переговоры «обнаруживают некоторую холодность и

медленность».

Только после того, как русские представители в категориче-
ской форме потребовали безусловного выполнения всех требо-
ваний, заявив, что в противном случае переговоры будут пре-
рваны, турки согласил ись подписать конвенцию. Успешному
завершению аккерманскпх переговоров во многом способство-
вали решительная победа русских войск над персидской армией
под Елизаветполем (ныне Кировабад) в сентябре 1826 года
и сосредоточение 80-тысячиой русской армии на берегах Прута.

Аккерманская конвенция была подписана 25 сентября (7 ок-
тября) 1826 года и состояла из 8 статей и двух отдельных актов.
Она подтверждала и дополняла Бухарестский мирный договор
1812 года.

По статье 3-й и отдельному акту Турция должна была вос-

становить права и привилегии Молдавии и Валахии, полученные
этими княжествами по Бухарестскому трактату и Хатт-и-шернфу
1802 года. Было установлено, что господари Дунайских кня-
жеств будут отныне назначаться из местных бояр и утверждать-
ся собранием Дивана с согласия султанского правительства.
Господари не могли быт|э смещены без согласия России. Рус-
ский посол в Константинополе и консулы в княжествах получи-

ли право/контроля за выполнением условий конвенции.

Статья 5-я и второй отдельный акт касались внутреннего
самоуправления Сербии. Порта обязывалась «даровать пароду
сербскому выгоды, обещанные оному Vlll-ю статьею договора
Бухарестского»1 2. Она «шрстаповит вместе с депутатами парода
сербского меры, кои будут признаны удобнейшими для утверж-
дения и обеспечения за оным всех обещанных ему постановле-
ниями трактата выгод»3.! В конвенций подробно перечислялись

желания сербского народа, изложенные его депутатами, а имен-
но: «касательно свободы богослужения, выбора начальников

своих, независимости внутреннего управления, возвращения
отторгнутых от Сербии округов... свободы торговли... учрежде-
ния больниц, училищ, типографий»4.

В Аккермане был разрешен и многолетний русско-турецкий
спор о границе в Азии. Еще но Бухарестскому договору к Рос-

1 Ныне г. Белгород Днестровский Одесской области.

2 «Договоры России с Востоком». Составил Т. Юзефович. СНб., 1869,
стр. 70.

3 Там же, стр. 61.

4 Там же, стр, 69—70.
сии отошли земли по восточному берегу Черного моря, но Тур-
ция требовала их возвращения. Статья 4-я Аккерманской кон-
венции закрепила за нашей страной кавказское побережье
Черного моря с городами Сухуми, Редут-кале и Анаклии. Тур-
ция признала также и предложенную Россией пограничную
черту по Дунаю.

По статье 7-й конвенции Турция обязывалась не чинить «ни-
каких преград свободному плаванию купеческих судов под Рос-
сийским флагом во всех морях и иных водах империи Оттоман-
ской... предоставляя купцам, корабельщикам и всем вообще
подданным российским пользоваться всеми выгодами, преиму-
ществами и полною свободою торговли» Особо оговаривалось
«право свободного по каналу Константинопольскому плавания
всех Российских купеческих судов, нагруженных жизненными
припасами или другими товарами и произведениями Российски-
ми или иных государств»1 2. Далее в статье говорилось, что Пор-
та примет предложение русского правительства и разрешит
свободный вход в Черное море судам дружественных с нею
стран, которые еще не имели такого права, и «чтобы привоз то-
варов в Россию посредством сих судов и вывоз российских про-
изведений на оных не встречали никаких препятствий»3.

Таким образом, Аккерманская конвенция явилась крупным
успехом русского правительства. Она ослабила господство Тур-
ции на Балканах и укрепила в этом районе экономические
позиции и политическое влияние России. Проливы и Черное
море оказались открытыми для торговых судов не только Рос-
сии, но и других стран. Татищев справедливо писал: «Россия
открывала Черное море торговле всех народов и принимала ее
под свою могучую охрану» 4.

Аккерманская конвенция усилила влияние России в Дунай-
ских княжествах, восстановила ее право покровительства Сер-
бии и закрепила за ней восточное побережье Черного моря.
Все это имело важнейшее значение не только для России, но и
для освободительного движения балканских и кавказских на-
родов. Недаром в Сербии, Молдавии и Валахии Аккерманская
конвенция была встречена с большой радостью5, ее расценива-
ли как важный шаг к полному освобождению от турецкого гне-
та. С удовлетворением была воспринята весть о заключении
конвенции в Абхазии, которая теперь окончательно избавилась
от угрозы турецкого порабощения.

Подписание Аккерманской конвенции вызвало озлобление
и озабоченность у Меттерниха и его дипломатов. В письме к
Оттенфельсу Генц писал, что для него результаты Аккерманской

1 «Договоры России с Востоком», стр. 63—64.

2 Т а м ж е, стр. 64.

3 Там же.

4 С. С. Татищев. Указ, соч., стр. 152.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4479, лл. 32 об и 33.
конвенции явились полной неожиданностью, что поведение рус-
ских, которых он ненавидит как своих «естественных врагов», в
этом’дипломатическом походе поразило его в сердце1. В Вене
опасались, что вслед за Аккерманской конвенцией русские по-
ставят в порядок дня греческий вопрос. Нужно сказать, что эти
опасения имели под собой серьезные основания: хотя в конвен-
ции ни слова не говорилось о греческих делах, этот вопрос стоял
в центре внимания русской дипломатии.

В конце 1826 года положение в Греции было очень тяжелым.
Турецкие и египетские войска, творя страшные насилия и про-
извол над мирным греческим населением, спешили задушить
восстание. «В Морее, Аттике, Ливадии нет ни одной деревни, пи
селения, — говорилось в одном сообщении, — все пропало от
огня и меча» (турецкого.-—В. Л.)1 2. Но греческие патриоты
продолжали вести героическую борьбу. Воодушевленные тем,
что Россия в Аккермане защищала интересы Молдавии, Вала-
хии и Сербии, греки обратились за помощью к русскому импе-
ратору. В апреле 1827 года Национальное собрание Греции
избрало президентом страны Каподистрию, долгие годы нахо-
дившегося на русской службе и тесно связанного с Россией.

С таким выражением доверия и симпатии греческого парода
к России Николай I не мрг не считаться, тем более что обраще-
ние греков было удобным предлогом для более решительных
действий в Восточном вопросе.

Тем временем все попытки русского и английского послов
в Константинополе склонить султанское правительство к мир-
ному урегулированию греческого вопроса окончились полной
неудачей. Им было заявлено, что «султан никогда не допустит
вмешательства иностранных государств в его отношения с соб-
ственными подданными» 3f

В этих условиях царское правительство, ссылаясь па Петер-
бургский протокол, стало побуждать Англию к активному со-
вместному вмешательству в греческие дела. Лондон, однако,
не спешил с выполнением своих обязательств. Здесь по-прежне-
му делали вид, что стоят за помощь грекам, а в то же время
старались всячески поддержать султана, уверяя его в своей го-
товности защищать целостность Оттоманской империи.

Только после того, как русский посол в Лондоне Ливен
«разъяснил» Каннингу, что император «взялся за греческий во-
прос с твердым намерением разрешить его» 4 и стало ясно, что
Россия может самостоятельно применить оружие против Тур-
ции, Англия согласилась на подписание нового трактата.

1 Е. Белов. Результаты войн Россит с Турцией. «Древняя и новая
Россия», 1877, № 8, стр. 336.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4702, л. 2 цб.

3 А. Д е б и д у р. Указ, соч., стр. 268.

4 С. С. Т а т и щ е в. Указ, соч., стр. 163.
В основу переговоров по вопросу об умиротворении
был положен Петербургский протокол. Па предложение

Греции

•России

и Англин присоединиться к этому протоколу Австрия и Пруссия

ответили отказом, по Франция,
цпн на Балканах, согласилась.

все более терявшая свор пози-

24 июня (6 июля) 1827 года Россия, Англия и Францйя под-
писали в Лондоне договор, в основном повторивший все статьи
Петербургского протокола по греческому вопросу.

Согласно Лондонскому договору1, Греция получала государ-
ственную самостоятельность -и должна была управляться свои-
ми национальным и властями, но верховная власть сохранялась
за султаном, которому греки обязаны были платить определен-

пую подать.

Следует отметить, что при подписании Лондонского догово-
ра английские правящие круги продолжали двойную игру.
Опи из кожи лезли вой, чтобы доказать свою «заботу» о греках.
В связи с этим обращает на себя внимание преамбула договора:
«Его величество король Соединенного Королевства Великобри-
танского и Ирландского, будучи приглашен греками принять
участие в их деле, для примирения их с Оттоманской Портой,

приняв это предложение и желая условиться со своими союзни-
ками для исполнения этой просьбы, и его величество император
Всероссийский? а также и его величество король Франции и На-
варры... согласились»1 2.

Таким образом, из текста вступительной части договора вы-
текало, что Англия лучший друг греков, и именно ее они «при-
глашают принять участие в их деле». Получалось, что Англии
принадлежит чуть ли не руководящая роль в освобождении
Греции. Что касается России, то, поскольку греки ее не пригла-
шали, а инициатива лондонских переговоров якобы принадле-
жала Англии, ей отводилась второстепенная роль. Такая оценка
роли России и Англии в освобождении Греции не имеет ничего
общего с исторической действительностью.

Советские историки убедительно доказали, что несмотря на
захватнический характер внешней политики царского прави-
тельства, России принадлежит решающая роль в освобожде-
нии Греции, Сербин, Болгарии и других стран Балкан и Кавказа.

Англия и поддерживавшая ее Франция сделали все для того,
чтобы придать договору «обтекаемый» характер, убрать из него
все то, что могло бы угрожать целостности Порты и ущемлять
интересы английской и французской буржуазии. Правящие
круги Англии вовсе не собирались воевать за интересы греков,
они всячески старались предотвратить военный конфликт меж-
ду Россией и Портой. Каннинг писал английскому послу в Кон-

1 Г. 11 а л е о л о г и ЛА. С и в № и и с. Исторический очерк народной
войны за независимость Греции. СПб., 1867. Приложения, стр. 1—4.

2 'Г а м ж е, стр. 1—2.
стантинополь: «Существо этого соглашения, являющегося мир-
ным вмешательством, подразумевает дружескую демонстрацию

1
силы» Г

Однако Англии не удалось «спеленать» русскую политику
на Ближнем Востоке. Наоборот, как покажут дальнейшие собы-
тия, она сама, вопреки своим далеко идущим целям, вынужде-
на была, в какой-то степени, способствовать выполнению рус-
ских планов.

Русские дипломаты добились включения в договор секрет-
ной статьи, которая, несмотря на расплывчатость формулировок,
в принципе признавала применение принудительных мер против
Турции. Были предусмотрены и другие меры: 1) сближение
союзников с Грецией, установление торговых отношений с нею
и обмен консулами; 2) союзники должны были послать свои
эскадры с целью воспрепятствовать прибытию в Грецию или в
Архипелаг подкреплений турецких и египетских войск. При этом
союзные державы будут обращаться с греками как с друзьями,
не принимая однако участия во враждебных действиях воюющих
сторон; 3) если Порта примет предложения союзников, а греки
отвергнут их, то соединенные эскадры союзников ограничатся
ролью наблюдателей1 2.

Следует сказать, что в целом Лондонский договор был не-
сомненным успехом русской дипломатии. Это вынужден был
признать, правда косвенно, даже такой недруг России, как Мет-
терних. Он писал императору Францу: «Цель Веллингтона сво-
дилась к тому, чтобы надеть дипломатическую узду на державу,
которая ей была опасна. Он льстил себя надеждой, что ему
удастся воспрепятствовать свободе действий России. И слиш-
ком поздно понял, что он приготовил тяжелые цепи для Англии
и действовал исключительно в пользу России»3.

Лондонский договор оказал большое влияние на междуна-
родную обстановку, изменив отношение Англии, России и Фран-
ции к греческим делам.

Русское правительство, предвидя, что Турция откажется
принять условия Лондонского договора, решило направить
эскадру в Архипелаг. !

Действительно, султанское правительство отвергло поту со-
юзных держав, отказалось признать Лондонский договор и пре-
доставить Греции права автономного государства. Тогда было
решено привести в ‘исполнение те меры, которые были преду-
смотрены секретной статьей Лондонского договора. Адмиралы
должны были договориться о блокаде, целью которой являлось

1 Цит. по статье: О. Ш п а р о. Внешняя ноли гика Каннинга и греческий
вопрос (1822—1827), «Вопросы истории». 1947, № 12, стр. 60.

2 Г. Палеолог и М. С и в и и и с. Указ, соч., Приложения, стр. 3—4.

3 Цит. по статье: II. С. К и н я п н н о й. Русско-австрийские противоре-
чия накануне и во время русако-турецкой войны 1828-—1829 годов. «Уч. зачь»
МГУ, вы1л. 156, 1962, стр. 200—201.
пресечение перевозок в Грецию турецко-египетских войск к
оружия. ' I

8 октября 1827 года произошло Наваринское сражение," в хо-
де которого турецко-египетский флот был разгромлен, (фчитая
Россию главной виновницей Наваринского разгрома, султан в
декабре 1827 года объявил о расторжении Аккерманско1| кон-
венции, закрыл проливы и призвал всех мусульман к «священ-
ной войне» против русских. В ответ русское правительство, ру-
ководствуясь Лондонским договором, предложило союзным госу-
дарствам принять более решительные меры воздействия на
Норту — осуществить блокаду союзными эскадрами Дарданелл
-и от имени союзников занять русскими войсками Дунайские
княжества. Кроме того, предлагалось вступить в дипломатиче-
ские сношения с Грецией и оказать ей финансовую помощь.

Новый глава английского кабинета Веллингтон, чьи проту-
рецкие настроения были хорошо известны, ответил, что Лондон-
ский договор возник из миролюбивых побуждений и не может
служить основанием для войны. Позиция Веллингтона по отно-
шению к Греции становилась все более враждебной. Находив-
шийся в то время в Лондоне русский дипломат Матушевич
остроумно заметил, что он никак не может установить, «кого же
Веллингтон «более ненавидит, Россию или Грецию»1. Дело до-
шло до того, что английский кабинет официально предложил
русскому правительству ограничить предполагаемое греческое
государство территорией одного Пелопоннеса1 2. Как и можно
было ожидать, Россия отклонила это предложение.

К. Маркс писал, что «до подписания Адрианопольского дого-
вора пи он, лорд Абердин, ни герцог Веллингтон, придерживаясь
в данном случае политики Каннинга, отнюдь не придусматрива-
ли создания независимого королевства Греции»3.

Из всех европейских держав одна Россия оказывала Греции
политическую поддержку и экономическую помощь. Правда, эту
помощь чаще всего приходилось оказывать тайно, так как Рос-
сия была связана Лондонским договором, по которому она мог-
ла помогать Греции лишь от имени всех союзников. Но Англия
помогать отказывалась, а Франция — воздерживалась.

Поддержка и помощь Греции со стороны России особенно
усилилась после того, как 14 апреля 1828 года Николай I под-
писал манифест об объявлении войны Турции.

Еще в марте 1828 года Нессельроде писал Гейдену: «Что каса-
ется до греков, то так как Россия, как скоро будет в войне с Тур-
цией, сочтет их не иначе, как своими естественными помощника-
ми, вы, граф, дадите им всякую помощь, в которой бы они нуж-
дались, либо снабжая ими занимаемые и угрожаемые врагом

1 Собрание трактатов и конвенций, т. Ы, стр. 396.

2 Г. П а леол ог и М. Сив и п и с. Указ, соч., стр. 85.

3 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 10, стр. 297—298.
I

крепости местными припасами, либо доставляя им оружие и
военные припасы»1. В том же месяце русское транспортное суд-
но, груженное продовольствием и порохом, было направлено
Гейденом в помощь греческому гарнизону одной крепости, оса-
жденной турками.

Для характеристики политики России в этот период значи-
тельный интерес представляет письмо Нессельроде к Каподпет-
рии, датированное мартом 1828 года. Заявив, что в войне с тур-
ками Россия будет стремиться к скорейшему исполнению Лон-
донского трактата, Нессельроде далее писал: «Мы начнем эту
войну с готовым трактатом, который возобновит и дополнит при-
вилегию Придупайских княжеств и Сербии, уничтожит турец-
кие крепости на левом берегу Дуная, даст положительные га-
рантии свободной навигации Черного моря, даст нам Анапу и
Поти в Азии, не увеличивая наших территориальных владений
в Европе, и назначит вознаграждение за потери, понесенные
нашими подданными, и за издержки войны...

...Мы поручили ему (Гейдену. — В. Л.) объявить как своим
сотоварищам, так и грекам, что Россия действует только для
исполнения Лондонского трактата и что опа не домогается ис-
ключительного влияния в Греции...

...Мы поручили ему тоже доставить грекам жизненные и
военные припасы и оказать всякую возможную помощь, потому
что наше положение воюющей державы позволяет нам считать
греков своими помощниками и помогать им всею нашею силою;
при том Император придает существенное значение тому, чтобы
в тот день, когда мы заключим мир с Турцией, положение Греции
давало нам право и средства, каковы бы пи были намерения
Англии, Франции и Австрии, установить основания ее независи-
мости и границы ее территории согласно с условиями, которые
устанавливает в принципе акт 6 июля»1 2.

Весть об объявление Россией войны Турции была встречена
Веллингтоном и Меттернихом с нескрываемой враждебностью,
которая чувствовалась на протяжении всей русско-турецкой
войны. В Лондоне и Вене радовались любой неудаче русских
войск и приходили в дурное настроение от их. успехов.

В рассматриваемое время важное место в восточной политн- *
ке русского правительства занимал вопрос об отношениях с Пер-
сией. От взаимоотношений с этой страной во многом зависела
военно-политическая обстановка на Кавказе, а Кавказ должен
был стать одним из театров русско-турецкой войны. Желая из-
бежать войны одновременно с двумя противниками, царское
правительство стремилось поддерживать с Персией мирные от-
ношения.

1 Г. Палеолог <и М. С и в и и и с. Указ соч., Приложения, стр. 68.

2 Там же, стр. 76—77.

4 Заказ 3234

49
В январе 1826 года в Тегеран было направлено специальное
посольство во главе с Меншиковым с поручением урегулировать
спорные территориальные вопросы и обеспечить мир с Перепей.

По реваншистски настроенные правящие круги Персии рас-
цепили эти действия России как слабость и, подстрекаемые
Англией, стали усиленно готовиться к войне с пей. В 1826 году
генерал Мадатов докладывал командованию, что англичане
«подстрекают персиян к разрыву (с Россией. —В. Л.) и предла-
гают им от себя военные припасы и деньги» \

В другом документе говорилось, что англичане «дабы доста-
вить персиянам возможность сразиться»1 2 с русскими, оказывали
нм финансовую помощь3, помогали оружием4, формировали и
обучали регулярные войска.

Разжигая русско-персидскую войну, правящие круги Англии
стремились сковать военные силы России на Кавказе, отвлечь
ее от ближневосточных дел, помешать ей единолично выступить
против Оттоманской Турции. Такая активная поддержка анг-
лийской дипломатией Персии была продиктована интересами
английской буржуазии, стремившейся ослабить влияние России
на Кавказе и укрепить в этом районе свои экономические и по-
л ит и ч ее ки е поз и ци и.

Таким образом политика Лондонского кабинета в период
подготовки и в ходе русско-персидской войны вовсе не была «ми-
ротворческой», как это утверждают, английские буржуазные ис-
торики5. Англия активно толкала Персию не к миру, а к войне с
Россией.

В июле 1826 года 60-тысячная персидская армия под коман-
дованием сына шаха Аббас-Мирзы вторглась без объявления
войны в пределы России. Оценивая эти события, Ермолов пи-
сал: «Начатая против нас персиянами война может ободрить
Оттоманскую Порту к такому же предприятию, ...ибо война
персидская отвлечет часть войск наших и тем облегчит действия
против нас турецких армий»6.

В сентябре 1826 года под Елизаветполем персидская армия
была разбита и бежала. Военные действия были перенесены в
пределы Персии. При активной поддержке армянского населе-
ния, которое ожидало «прихода русских — яко своих покрови-
телей» и готово было «им содействовать как в способах продо-
вольствия, так и в том, чтобы противоборствовать вооруженной

1 АКАК, т. 6, ч. 2, № 617, стр. 343.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4338. Сведения, полученные через армян из Персии
и Турции, л. 15.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4290, л. 154. «Русская старина», 1876, № 12, стр. 731.

4 АКАК, т. 6, ч. 2, № 295, стр. 149; № 585, стр. 324.

5 Р. S у k е s. A History of Persia. London, 1951; W. Allen. Caucasion Battle—
Held. Cambridge, 1953.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4290, лл. 47 и 47 об.
рукой против персиян»1, русские нанесли противнику ряд пора-
жений и заставили просить мира.

В феврале 1828 года был подписан Туркмаичайский мирный
договор. Во время мирных переговоров английская дипломатия
много потрудилась, чтобы уменьшить значение военных успехов
России, ограничить ее территориальные притязания. Особенно
англичане опасались, что русские будут требовать присоедине-
ния южного Азербайджана. Действительно, этот вопрос обсуж-
дался в Туркмаичае, но правительство Николая I не стало на-
стаивать, так как готовилось к войне с Оттоманской Турцией,
и не желало еще больше обострять отношения «с первенствую-
щими державами в Европе»1 2.

Договор в Туркманчае явился крупной победой России. Он
укрепил ее экономические и политические позиции на Кавказе.
К России была присоединена Восточная Армения, что имело для
армянского народа, несмотря на колониальную политику ца-
ризма, огромное прогрессивное значение.

Туркмаичайский договор укрепил военные позиции России па
Кавказе, избавил царское правительство от перспективы вести
войну одновременно с двумя противниками, развязал ему руки
для более решительных действий против Оттоманской Турции.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4338, л. 30.

2 Цит. по ст.: А. А. Тихонова. Из истории английского проникновения
в Персию в начале XIX века. «Ученые записки Ярославского педагогического
института», вып. 22, 1957, стр. 280.
ГЛАВА 2

ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ РОССИИ И ТУРЦИИ
НАКАНУНЕ ВОИНЫ

ПЛАНЫ СТОРОН

1. АРМИЯ РОССИИ

Марксизм-ленинизм учит, что вооруженные силы в классовом,
антагонистическом обществе—это орган насилия и принуждения.
В царской России армия и военно-морской флот являлись воору-
женной опорой феодально-абсолютистского государства, орудием
царизма, опираясь на которое он проводил политику защиты ин-
тересов господствующего класса — дворянства. Как и всякие во-
оруженные силы эксплуататорского общества, армия и флот цар-
ской России осуществляли две основные функции: внутреннюю—
держать в повиновении угнетенные массы и внешнеполитиче-
скую— защищать и расширять территорию государства. В
1801 году Александр I, определяя задачи «Воинской комиссии
для рассмотрения положения войск и устройства оных», писал,
что армия предназначается для «внешней обороны и сохранении
внутренней тишины» *. Классовая сущность проявлялась в систе-
ме комплектования, организации, воспитания и обучения.

Как и в XVIII веке, русские армия и флот комплектовались
путем рекрутских наборов. С 1793 года был установлен 25-летний
срок службы1 2. В XVIII веке рекрутская система обеспечивала
России создание многочисленной национальной однородной ар-
мии, которая по своим морально-боевым качествам превосходила
наемные армии других стран. Но в первой четверти XIX века на
нолях сражений появились массовые армии, и для России пере-
ход к всеобщей воинской повинности был жизненной необходи-
мостью. Царское правительство стремилось приспособиться к
новому способу ведения войны, создать массовую армию при со-
хранении ее феодально-крепостнических порядков. Однако рек-
рутские наборы приводили к тому, писал Мольтке, что царская
армия всегда вступала в войну «в составе значительно слабей-
шем против штатных цифр»3.

1 Пер. ПСЗ. т. 26, № 19926, стр. 704.

2 А. Ри дигер. Комплектование и устройство вооруженной силы. СПб.,
1900, стр. 87.

3 Г. Мольтке. Русско-турецкая кампания в Европейской Турции
1828—11829 гг., ч. 1, 1876, стр. 41.
Но мы не можем согласиться с утверждением Мольтке, что
рекрутский набор «разрушал связь с родиной»Несмотря на всю
тяжесть рекрутской повинности и крепостнические порядки в ар-
мии, русский воин всеми узами был связан с родиной и готов са-
моотверженно, не щадя жизни, защищать ее. Об этом свидетель-
ствуют героические подвиги русских воинов во время итальянско-
го и швейцарского походов Суворова и Отечественной войны 1812
года. Суворов, Кутузов и другие прогрессивные военные деятели
воспитывали в русских воинах преданность родине, верность сво-
ему народу и гордость своими боевыми традициями. Суворов го-
ворил: «Покажи на деле, что ты — русский». «Русская армия,—
пишет известный советский военный историк П. А. Жилин, — в
боевом и моральном отношениях стояла значительно выше армий
Западной Европы... Победы над прусскими, турецкими и фран-
цузскими войсками создавали русской армии славу мужествен-
ной и опытной армии» 1 2.

В 1802 году правительство Александра I распорядилось брать
в армию по одному рекруту с каждых 500 душ. Однако этот поря-
док часто нарушался, брали три-четыре, а в 1812 году—(восемь
рекрутов с 500 душ3. Всего за первую четверть XIX века было
проведено 18 рекрутских наборов и взято в армию и флот около
2 млн. рекрутов. И хотя в 1826 году русская армия насчитывала
в своих рядах 506 генералов, 25919 офицеров и 848201 солдата,
т. е. всего 874626 человек4, было очевидно, что рекрутская систе-
ма изжила себя и не обеспечивает создания обученных резервов.
Л. Г. Бескровный пишет, что «Россия не могла обратить в боевую
военную силу более 2-г3% мужского населения, в то время как
буржуазная Франция могла призвать под ружье до 8%»5.

Стремясь сохранить феодальный характер армии, царское пра-
вительство пыталось решить проблему создания массовой армии
путем образования военных поселений. «Военные поселения,—
пишет А. А. Строков, — это особая форма комплектования и со-
держания армии; суть ее в соединении военной службы с кресть-
янским земледельческим трудом»6. Первое военное поселение
было создано в 1810 году в Кдимовеческом уезде Могилевской
губернии, а в 1816 году их устройство приняло широкий размах.
О целях военных поселений говорилось в «Правилах для посе-
ляемого батальона», утвержденных Александром 1 в мае 1817

1 Г. Мольтке. Указ, соч., ч. 1, 1876, стр. 43.

2 П. А. Жилин. Гибель наполеоновской армии в России. М., 1968,
стр. 39.

3 Пер. ПСЗ, т. 32, №№ 25051, 25279, стр. 466.

4 Обзор войн России от Петра Великого до наших дней. Под ред. Леера,
т. 2, СПб., 1886, стр. 408.

5 Л. Г. Бескровный. Отечественная война 1812 года. М., 1962,
стр. 201.

6 А. А. Строков. История военного искусства. Капиталистическое
общество. М., 1965, стр. 268.
года *. Как писали авторы «Правил», военные поселения якобы
должны были «отвратить всю тягость», сопряженную с сущест-
ву ющей рекрутской повинностью», ибо в мирное время воины
«будут жить свободно в своих домах и неразлучно с своими се-
мействами иметь... удовольствия жизни»1 2.

«Мы приняли непременное намерение, — говорилось -в доку-
менте,— дать каждому полку свою оседлость в известном окру-
ге земли, определить на укомплетование оного единственно
самих жителей сего округа»3. Поселенные военные части фор-
мировалась из женатых старослужащих солдат и из жителей оп-
ределенной местности, главным образом — государственных кре-
стьян в возрасте от 18 до 45 лет, имевших собственное хозяйство.
Те и другие назывались поселянами-хозяевами и должны были
заниматься не только военным делом, но и обеспечивать себя ма-
териально. Таким образом, военные поселения должны были
«удовлетворить видам государственного хозяйства *в части умень-
шения издержек па содержание войск» 4.

Говоря о задачах военных поселений, Александр I в беседе
с начальником Главного штаба 2-й армии генералом Киселевым
сказал: «Как же ты не понимаешь, что при теперешнем порядке
всякий раз, что объявляется рекрутский набор, вся Россия пла-

чет и рыдает; когда же окончательно устроятся военные поселе-
ния — не будет рекрутских наборов» 5.

Военные поселения создавались насильственными методами
и встречали открытое сопротивление крестьян. В 1817 году прои-
зошли волнения военных поселян в Новгородской губернии; в
1817—1818 годах — Бугского войска, а в 1819 году — в Слобод-
ско-Украинской губернии. По Александр I заявил, что «военные
поселения будут существовать хотя бы для этого пришлось
выложить трупами всю дорогу от Петербурга до Чудова (более
100 км)»6.

В 1825 году военные поселения были созданы в губерниях:
Новгородской (18 пехотных полков, 3 артиллерийских бригады
и саперный батальон), ЛАогилевской (16 пехотных полков), Сло-
бодско-Украинской, Херсонской и Екатеринославской (20 полков
конницы), Петербургской (3 роты служителей Охтенского поро-
хового завода) и других. Военные поселения составили несколь-
ко более четвертой части армии. Все поселения в отношении уп-
равления были соединены в отдельный корпус военных поселений,
который в 1825 году состоял из 138 батальонов и 240 эскадро-

1 «Высочайше утвержденные Правила для поселяемого батальона»,
Пер. ПСЗ, т. 34, № 26843.

2 T а м ж е, стр. 277.

3 Цит. по кн.: Е. А. Прокофьев. Борьба декабристов за передовое рус-
ское военное искусство. М., 1953, стр. >114.

4 'Гам же.

5 И. Д. Якушкин. Записки. М., 1926, стр. 21.

6 М. II. Тихомиров и С. С. Дмитриев. История СССР, т. Г,
1948, стр. 337.
нов *. В 1826 году «в военных поселениях насчитывалось около 375
тысяч человек1 2. На содержание (военных поселений за 12 лет
(с 1814 по 1826 гг.) только по смете Военного министерства было
отпущено около 78 млн. руб.3

Образование военных поселений явилось реакционным меро-
приятием, которое Л. И. Герцен назвал «величайшим преступле-
нием» царствования Александра I. Декабрист М. А. Фонвизин
писал, что «ничто столько не возбуждало негодование обществен-
ного мнения против Александра I... целой России, как насильст-
венное учреждение военных поселений»4. Крепостнический гнет
и военная муштра, сопровождавшаяся произволом и истязаниями,
делили жизнь военных поселян настоящей каторгой. Не только
военные обязанности, но и ведение хозяйства, весь уклад личной
и семейной жизни строго регламентировались правилами, выпол-
нение которых обеспечивалось жестокими наказаниями.

Создавая военные поселения, царское правительство, наряду
с другими целями, стремилось создать вооруженную силу, отор-
ванную от народа и способную быть надежным орудием борьбы
с освободительным движением. Но случилось так, что сами во-
енные поселения стали очагами антикрепостнических выступле-
ний.

Как и следовало ожидать, затея с военными поселениями не
разрешила задачи создания массовой армии. Рекрутчина, 25-лет-
ний срок службы по-прежнему тяжелым бременем ложились на
плечи народа.

Против военных поселений и 25-летней солдатской службы
выступали декабристы. П. И. Пестель, например, писал: «Срок
для службы, определенный в 25 лет, до такой степени через вся-
кую меру продолжителен, что мало солдат оный проходят и вы-
держивают, и потому с самого младенчества привыкают они взи-
рать на военную службу, как на решительный приговор к смер-
ти» 5. Пестель предлагал установить 15-летний срок службы6. В
соответствии с общим планом уничтожения крепости и честна и
самодержавия декабристы предполагали заменить рекрутские на-
боры всеобщей воинской повинностью.

Высказывались против военных поселений и 25-летиего срока
службы и некоторые представители офицерского корпуса и дво-
рянства. Всецело поддерживая политику царского правительства,
они были обеспокоены волнениями военных поселян и крестьян.
В 1811 году известный государственный и общественный деятель

1 С. Михеев. История Русской армии. Вып. 4. М., 1911, стр. 14—15.

2 Отчет ио военным поселениям за 1826 год. СПб., 1827, стр. 4.

3 Т -а м ж е.

4 М. А. Фони из мн. Обозрение -проявлении политической жизни в
России. М., 1907, стр. 87—88.

5 Цит. по кн.: Е. А. П р о к о ф ь е в. Борьба декабристов за передовое рус-
ское военное искусство. М., 1953, стр. 117.

6 М. Соколовский. Военные взгляды декабристов. «Братская по-
мощь», 1907, № 8, стр. 106.
IL С. Мордвинов в записке «О новом образе комплектования
войск», поданной Александру I, предлагал сократить срок дейст-
вительной службы в армии до 8 лет L Сторонником срока службы
до 15 лет был генерал Дибич. Против военных поселений выска-
зывался Б а р к л а й - д е-Т о л л и 1 2.

В 1826 году Николаю I была предоставлена неизвестным ав-
тором записка под названием «Взгляд на положение военных по-
селений»3, в которой говорилось: «После восьмилетних усилий

и несметных расходов поселения представляют самое несчастли-
вейшее зрелище»4. Поселенцы «несут все бремя строевой службы

и сверх сего изнуряются без воякой платы различными работа-
ми»5. Подчеркивая, что «надежда на избавление губернии от рек-
рутской повинности сделалась пустой мечтой»6, автор призывает

царя отказаться от военных поселений и по политическим сообра-
жениям, так как они представляют опасность, «ибо можно ли при
настоящем брожении умов и, при явных вероломных покушениях

на ниспровержение престолов, равнодушно видеть целые селения
вооруженные, состоянием своим недовольные... и спать спокой-
но» 7.

Таким образом, попытка царского правительства разрешить
вопрос о создании массовой армии крепостническими методами,
с помощью военных поселений, при сохранении феодально-абсо-
лютистского строя была обречена на полную неудачу. Единствен-
ным путем строительства массовой армии являлось введение все-
общей воинской повинности. По царское правительство не только
не хотело, но и не могло пойти на такое мероприятие, ибо оно
могло ущемить интересы дворянства. В. И. Ленин указывал, что
«царизм оказался помехой современной, на высоте новейших тре-
бований стоящей, организации военного дела»8. Самодержавно-
к репости и веские порядки были величайшим тормозом не только
в деле комплектования, но и в вопросах вооружения, воспитания
и обучения войск, тактики и стратегии. Все это отрицательно ска-
залось в войне с Турцией в 1828—1829 годах.

Если солдатская масса состояла из крестьян и городских
трудящихся, то офицерский состав комплектовался из дворян,
для которых военная служба была необязательна. Тогдашние
военно-учебные заведения не могли удовлетворить потребности
армии в командирах, поэтому часто офицерский корпус пополнял-
ся путем производства в офицерское звание младших команди-

1 Архив графов Мордвиновых, т. 4. СПб., 1902, стр. 42.

2 М. Ф. Бороздин. Воспоминания. Сб. «Граф Аракчеев и военные по-
селения». СПб., 1871, стр. 1.

3 См. Столетие военного министерства, 1802—1902, Главный штаб, т. 4,
ч. 1, кн. 1, отдел 2, приложения, стр. 55—61.

4 Т а м ж е, стр. 57.

5 Т а м ж е.

6 Т а м ж е, стр. 59.

7 Т а м ж е, стр. 55, 56.

8 В. И. Ленин. Поли, собр, соч., т. 9, стр. 156.
ров из дворян. Многие офицеры имели низкую военную под-
готовку.

В Центральном Военно-историческом архиве в делах 2-й армии
хранится записка, в которой дана характеристика офицерского со-
става царской армии. В этом интересном документе, автором ко-
торого является начальник штаба армии Киселев, говорится, что
«нравственная сила, необходимая для управления вооруженными
людьми, несоразмерима с просвещением вашим. Россия не в со-
стоянии прилично содержать армию свою, а начальники не име-
ют требуемых качеств для внушения к себе безусловного пови-
новения...» Далее автор пишет: «В России воспитание относится
исключительно к дворянству, которое составляет класс начальст-
вующих... ежегодный выпуск образованных офицеров простирает-
ся до 700 человек, из коих две трети поступают в избранное вой-
ско и на укомплектование артиллерии — инженеров и т. и., а 1/3
поступает на укомплектование линейных полков, что, конечно,
не составляет 1/5 против убыли из оных»1 2.

Особенно плохо обстояло дело с замещением должностей ко-
мандиров полков, бригад, дивизий и корпусов. В письме к гене-
ралу Закревскому Киселев писал: «Я тебе повторяю касательно
генералитета нашего. Что за несчастная богодельня сделалась из
2-й армии... Перестаньте давать нам калек сих... Касательно до
назначения будущих полковых командиров, то я здесь отличных
действительно не знаю»3. В другом письме Киселев отмечал: «Ге-
нералитет наш весьма плох... В полковые командиры, кроме двух
или трех, я в армии не знро» 4.

В свою очередь Закревский писал Киселеву: «Признаться на-
до, что не только ротные командиры у нас дрянь, но и полковых
хороших не имеется: вот в каком состоянии наша армия»5.

Такое же положение с офицерским составом было и в Отдель-
ном Кавказском корпусе.1 В своих письмах к Закревскому Ермо-
лов постоянно пишет, что у него «страшный недостаток в офице-
рах»6. Нельзя сказать, чтобы ему их не направляли, но часто это
были люди совершенно Негодные к службе в условиях Кавказа.
Особенно острый недостаток ощущался в старших и высших ко-
мандных и штабных кадрах. «Я лью горькие слезы, — писал Ер-
молов Закревскому, — описывая вам моих генералов и прошу

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 18234, «Некоторые мысля о преобразовании армии»,
декабрь 1826 г., л. 1.

2 Там же, л. 1 об.

3 Сборник Русского исторического общества, т. 78. СПб., 1891, письмо
П. Д. Киселева А. А. Зак|рев<ско1му от 13 июля 1819 года, стр. 17.

4 Там же, письмо П. Д. Киселева А. А. Закревскому от 27—29 ноября
1819 года, стр. 53.

5 А. П. 3 а б л о ц к и й-Д е с я т о в <с к и й. Граф 11. Д. Киселев и его
время, т. 1. СПб., 1882. Письмо А. А. Закревского 11. Д. Киселеву от 1 февраля
1821 года, стр. 159.

6 Сб. РИО, т. 73. СПб., 1890, письмо А. П. Ермолова А. А. Закревскому от
28 февраля 1817 года, стр. 219.
мне дать, хотя несколько годных, а вы присылаете в насмешку
список военной контрабанды» К

Конечно, в русской армии и военно-морском флоте были офи-
церьц бережно хранившие и развивавшие прогрессивные тради-
ции Суворова, Кутузова и Ушакова. Особенно велика была в
этом отношении роль декабристов, среди которых следует преж-
де всего назвать II. И. Пестеля, II. М. Муравьева, IL II. Муравь-
ева, И. I . Бурцова, М. Ф. Орлова и др.1 2. Влияние декабристов в
армии вынужден был признать А. X. Бенкендорф. В обзоре об-
щественного 1мнения за 1827 год он писал: «Не подлежит почти
сомнению, что в армии распространились некоторые идеи Песте-
ля»3. Исследование архивных и опубликованных материалов по-
казывает, что П. И. Пестель оказывал значительное влияние па
деятельность штаба 2-й армии и на его начальника П. Д. Киселе-
ва 4.

Передовым русским офицерам приходилось вести борьбу с
аракчеевщиной, душившей все прогрессивное, многим из них
пришлось уйти из армии и флота. Даже такой реакционер, как
И. Ф. Паскевич, вынужден был признать, что из армии ушли мно-
гие заслуженные боевые офицеры, участники Отечественной вой-
ны 1812 года. «Паши георгиевские кресты, — писал он, — пошли
в отставку и очутились винными приставами»5. Другой современ-
ник— военный историк А. И. Михайловский-Данилевский расска-
зывал, «что не старались удержать в службе много опытных офи-
церов, которую оные оставили, потому, что взыскания по фрук-
товой части сделались отменно строги»6.

Пе выдержал аракчеевщины и ушел из армии герой Отечест-
венной войны 1812 года Д. В. Давыдов. «Наконец я свободен,—
писал он Закревскому,— учебный шаг, ружейные приемы, стой-
ка, размер пуговиц изгоняются из головы моей!.. Едва не задох-
ся; теперь я на чистом воздухе!»7.

Русская армия всегда славилась отличным младшим коман-
дным составом, комплектовавшимся в основном из старослужа-
щих солдат, прошедших боевую школу. Однако аракчеевщина и
здесь сыграла свою пагубную роль. Унтер-офицеров стали це-

1 Сб. РИО, т. 73. Письмо А. П. Ермолова А. А. Закревскому от 12—«17 ап-
реля 1817 года, стр. 235.

2 Е. А. Прокофьев. Борьба декабристов за передовое военное ис-
кусство. М., 1953; Л. Г. Бескровный. Очерки 'военной историографии
России. М., 1962.

3 «Красный архив», ,1929, № 6 (37), стр. 151.

4 Сб. РИО, т. 78, 1891. Письма П. Д. Киселева А. А. Закревскому от
13 июля и 27 ноября 1819 года; Письмо Закревского Киселеву от 2 июня 1819
года, стр. 17, 53, 195.

5 Щ е р б а т о в. Генерал-фельдмаршал князь Паскевич.

Т. 1, ОПб., 1888, стр. 259.

6 А. И. Михайловский-Данилевский. Записки. «Русская
старина», 1893, июль-сентя|брь, № 79, стр. 198.

7 Письмо Д. В. Давыдова А. А. Закревскому от 23 марта 1820 года.
Об. РИО, т. 73, 1890, стр. 520.
нить не за боевой опыт и знание военного дела, а за «фрунтовые
занятия». Стал ощущаться недостаток в хороших унтер-офицерах,
а это, как писал современник, явилось одной «из причин расстрой-
ства армии» Г

После Отечественной войны 1812 года существенные измене-
ния произошли в организации управления вооруженными сила-
ми. В декабре 1815 года был создан Главный штаб его импера-
торского величества, в ведении которого находилось все высшее
управление вооруженными силами страны. Хотя формально во-
енный министр был подчинен начальнику Главного штаба, в во-
просах материального обеспечения армии он обладал большой
самостоятельностью. В результате в высшем военном управлении
страны принцип единоначалия нарушился и образовалось двое-
властие, что отрицательно сказалось на состоянии вооруженных
сил. Увеличились ведомственная неразбериха и бюрократическая
волокита. Артиллерийский и инженерный департаменты находи-
лись в составе Военного министерства, но подчинялись началь-
нику Главного штаба. А если учесть, что эти департаменты нахо-
дились в ведении великих князей Михаила Павловича и Николая
Павловича, то картина станет еще более мрачной.

Главнокомандующие армиями и Отдельным Кавказским кор-
пусом по делам боевой подготовки должны были обращаться к на-
чальнику Главного штафа, а по хозяйственным — к военному ми-
нистру. Корпус военных поселений, во главе которого стоял все-
сильный Аракчеев, был, совершенно независимым от Главного
штаба и Военного министерства.

Нельзя не согласиться с военным историком Бановым, кото-
рый писал: «Несовершенство нового порядка управления при по-
средстве Главного штаба сказалось тотчас же»1 2.

Органами строевого управления являлись: управления 1-й и
2-й армий, а также управления отдельных корпусов, корпусов,
входивших в состав армий, управления дивизий, бригад и пол-
ков 3.

Армейское звено было сохранено после возвращения русских
войск из-за границы в 1814 году4. Однако, как справедливо ука-
зывал П. И. Пестель, в условиях мирного времени армейское зве-
но было лишним, затрудняло управление войсками5.

Высшим организационным соединением был корпус. Два од-
нородных пехотных полка, состоявших с 1826 года из двух бата-

1 А. И. Михайловский-Данилевский. Указ, соч., стр. 199.

2 А. Б а и о в. История русского военного искусства. Выи. 7. СПб.,
1913, стр. 98.

3 Столетие Военного министерства. Исторический очерк военного управ-
ления оз России. СПб., Г9О2, стр. 287.

4 Н. И. Г л и н о е ц к и й. История Русского Генерального штаба. Т. 1.
СПб., 1883, стр. 288.

5 М. Соколовский. Военные взгляды декабристов, стр. 105.
льонов1, по 4 роты каждый, составляли бригаду, три бригады —
дивизию, а две-три дивизии — корпус. В 1825 году пехота состоя-
ла из 10 гвардейских, 15 гренадерских, 8 карабинерных, 96 пехот-
ных и 50 егерских полков1 2. После войны 1812 года возросло ко-
личество егерских полков и появился новый вид пехоты — кара-
бинеры. Увеличение численности егерских полков имело поло-
жительное значение. Однако действиям в рассыпном строю егери
«обучались только на ровной местности, следовательно, там, где
не приходилось его применять, и притом с таким педантизмом, что
равнение и даже движение в ногу строго соблюдались»3.

Вооружение пехоты оставалось прежним, как и в 1812 году.
Опа была вооружена гладкоствольными семилинейными кремне-
выми ружьями, дальность стрельбы из которых не превышала 300
шагов, а действительный огонь— 150—200 шагов. Накануне вой-
ны с Турцией на вооружение были приняты ружья образца 1826
и 1828 годов, но они мало чем отличались от прежних образцов.
Ружье 1826 года имело несколько укороченный ствол и удли-
ненный штык. По этих ружей было еще мало. Именно с этого
времени, пишет В. Г. Федоров, Россия стала «отставать в деле
своевременного перевооружения новыми образцами оружия»4.
Вместе с тем он указывает, что в рассматриваемое время «оружие
нашей армии но своей конструкции нисколько не уступало запад-
ноевропейским образцам»5. Тем более ие уступало оно турецкому
оружию.

Регулярная конница делилась на гусарскую, уланскую, дра-
гунскую, кирасирскую и копноегерскую. Такое деление было со-
вершенно ие нужным. «Все эти подразделения, — писал Ф. Эн-
гельс, — не только бесполезны: они просто бессмысленны, по-
скольку создают излишние сложности»6.

Высшим организационным соединением конницы являлась ди-
визия, состоявшая из двух бригад, включавших в себя по два пол-
ка четырехэскадронного состава. Лишь полки бугских улан на-
считывали по 5 эскадронов. В 1825 году регулярная конница со-
стояла из 10 гвардейских полков, 9 кирасирских, 18 драгунских,
12 гусарских, 20 уланских и 8 конноегерских7. Все эти 77 полков
входили в состав дивизий, которые или придавались пехотным
корпусам, или сводились в отдельные кавалерийские корпуса.
Всего в коннице насчитывалось: в гвардейской — до 15 тыс. че-

1 До 1826 года полки были 3-батальонного состава. С этого года многие
полки (выделили! ию едкому батальону <в военные (поселения.

2 А. Б а и о в. Указ, соч., стр. 15.

3 Г. Мольтке. Указ, соч., ч. 1, стр. 50.

4 В. Г. Федоров. Вооружение русской армии за XIX столетие СПб.,
1911, стр. 3.

Б Т а м ж е, стр. 21.

6 К. Маркс и ср. Энгельс. Соч., т. 11, стр. 440.

1 А. Банов. Указ, соч., стр. 20.
ловек, а в армейской — до 100 тысяч человек1. По подсчетам во-
енных историков, общее соотношение конницы и пехоты составля-
ло приблизительно 1 к 5,61 2.

Однако приведенные цифры не отражают полностью той недо-
оценки роли конницы в предстоящей войне с Турцией, которая
была характерна для Главного штаба. В количественном отноше-
нии русская конница значительно уступала турецкой. Это вынуж-
ден был признать, правда, уже в ходе войны, сам Дибич. В сен-
тябре 1828 года, находясь под Шумлой, он писал Николаю Г.
«Вследствие недостатка кавалерии, годной к употреблению, нам
будет весьма трудно»3.

Учитывая, что турки имели многочисленную легкую конницу,
и принимая во внимание характер театра предстоящей войны,
едва ли можно признать целесообразным сведение конницы в
особые дивизии. Было бы лучше, еслибы конницу придали пехоте.
Другим недостатком русской регулярной кавалерии являлось то,
что она была «слишком тяжела»4. Большую пользу в предстоя-
щей войне могли принести казачьи войска, которые так успешно
действовали в Отечественую войну 1812 года. Ф. Энгельс указы-
вал, что «Подлинно легкой кавалерией у русских являются каза-
ки, которых у них более чем достаточно для несения всех видов
сторожевой, разведывательной и иррегулярной службы в их ар-
миях»5. Горячим сторонником такой отличной иррегулярной кон-
ницы, какой были донские казаки, являлся П. И. Пестель6. По
мнению Банова, Россия могла выставить около 100 тысяч каза-
чьих войск7. Однако, когда началась война, через Дунай в со-
ставе 2-й армии перешло всего 8 казачьих полков, насчитывав-
ших в общей сложности 4 тыс. человек8. Вскоре этот недостаток
в легкой коннице обнаружился со всей силой. «В прибытии ка-
заков,— писал Дибич, — мы тоже нуждаемся для облегчения
аванпостной службы, —- особенно при нынешнем состоянии ка-
валерии» 9.

Конница была вооружена огнестрельным и холодным оружи-
ем. В 1828 году стали вводить новые ружья — кирасирские, коп-
ноегорские и гусарские. По их было мало, и в войну с Турцией
русская кавалерия вступала с ружьями старого образца.

1 А. Б а и о в. Указ, соч., стр. 20.

2 Марков. История конницы, ч. 4, Тверь, 1894, стр. 2; 11. А. Ива-
нов. Состав и устройство регулярной русской кавалерипн. СПб., 1864, При-
ложение 10.

3 «Русская старина», 1880, т. 29, № 12. Переписка Николая I с И. Диби-
чем. Всеподданнейший рапорт Дибича Николаю 1 от 7 сентября 1828 года,
стр. 904.

4 Г. Мольтке. Указ, соч., ч. 1, стр. 49.

5 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 14, стр. 316.

6 ЦГАОР, ф. 48, д. 10, л. 8.

7 А. Б а и о в. Указ, соч., стр. 36.

8 Г. Мольтке. Указ, соч., ч. 1, стр. 49.

9 «Русская старина», 1880, т. 29, № 12. Донесение Дибича Николаю 1 ( г
9 сентября 1828 года. Переписка Николая I с Дибичем, стр. 913.
Используя опыт войн, особенно Отечественной войны 1812 го-
да, русская артиллерия продолжала совершенствоваться в облас-
ти материальной части, организации и тактического устройства.
В 1814 году вся нолевая артиллерия была сведена в 28 пеших бри-
гад и 15 конных рот 5 Кроме того, «имелись 39 пеших батарейных
и легки,х и 17 конных отдельных артиллерийских рот»1 2.

В 1816 году пешим артиллерийским бригадам, сначала состо-
явшим из двух батарей 12-орудийного состава, а позже — из трех
батарей 8-орудийиого состава было придано однообразие: в каж-
дую бригаду входили 2 батарейные и 2 легкие роты. Что касается
копно-артиллерийских рот, то они были распределены ио две
между кавалерийскими дивизиями.

В 1824 году были созданы артиллерийские дивизии, состояв-
шие из 2—3 пеших бригад. Каждая из этих бригад придавалась
пехотному корпусу и подчинялась начальнику артиллерии кор-
пуса.

Нужно сказать, что эта дивизионная организация артиллерии
вела к нарушению органической связи между родами войск и за-
трудняла командованию пехотных и кавалерийских соединений
координирование боевой подготовки войск совместно с артилле-
рией.

В 1825 году армейская артиллерия насчитывала 29 бригад,
кроме того, имелось 30 конных рот3.

В это время в русской армии были сконструированы, изго-
товлены и приняты на вооружение первые боевые ракеты, явив-
шиеся прообразом современной ракетной артиллерии. Опыт
войны 1812 года показал, что хотя артиллерия русской армии об-
ладала высокими боевыми качествами, ей не хватало маневренно-
сти. Передовые предствители русской военно-технической мысли
пришли к выводу о необходимости создания ракет, которые были
бы мапеврепны и обладали бы большой силой разрушения и по-
ражения живой силы.

Приоритет в создании ракет принадлежит А. Д. Засядко— та-
лантливому боевому русскому генералу, участнику многих воен-
ных походов, в том числе и русско-турецкой войны 1828—1829 гг.
Свою боевую службу Засядко сочетал с административно-педа-
гогической и научной деятельностью. В 1820 году он был назна-
чен начальником тогда же открытого артиллерийского училища4.
Ио главная заслуга Засядко состоит в том, что он создал отечест-
венные боевые ракеты. Свыше 15 лет Засядко работал над конст-
руированием и испытанием ракет, причем в течение трех лет «на
свой счет» 5 6.

1 А. 13 а и о в. Указ, соч., стр. 25.

2 Т а м ж е.

3 Т а м ж е.

4 К. И. Константинов. Боевые ракеты. «Артиллерийский журнал»,

СПб., 1857, № 3.

6 Г. Леер. Энциклопедия военных и морских наук. Т. 3. СПб., 1888,
стр. 24.
Важно отметить, что Засядко «не подражал Конгреву, а вел
дело самостоятельно».1 В 1828 году в «Военном журнале» была
опубликована статья «Употребление зажигательных ракет в воен-
ных действиях»1 2. Статья свидетельствует о том, что русские шли
самостоятельным путем не только в деле создания ракетного ору-
жия, по и в вопросах использования его в бою. Автор статьи бо-
лее правильно, чем иностранные авторитеты, в том числе и гене-
рал Конгрев, оценивает значение ракет и рассматривает вопрос
об их применении при атаке и обороне укрепленных мест, в иоле
и па судах.

В статье говорится, что, Конгрев «ракеты своп превозносит
уже свыше ©сжкой меры, утверждая, что они должны вовсе .вы-
теснить из употребления и ружья, и пушки, и все артиллерийские
орудия; однако же нельзя отвергать и того, что во многих слу-
чаях, в военных действиях, ракеты с великой пользой употребле-
ны быть могут, конечно, не пак самостоятельное орудие и не един-
ственное, как полагает генерал Конгрев, а в совокупности с про-
чими» 3.

Известный специалист в области артиллерии генерал
К. И. Константинов писал, что в предложениях иностранных спе-
циалистов в области ракетостроения русские «не имели недостат-
ка, но... приставленные к делу, они должны были более учиться
сами, нежели обучать других»4.

А. Д. Засядко создал боевые ракеты трех калибров и тренож-
ный станок для их пуска. Испытанные в войсках первой армии,
ракеты получили высокую оценку. Командующий армией генерал-
фельдмаршал Барклай-де-Толли писал Засядко: «Я с удоволь-
ствием видел особенные [груды и усердие Ваше в открытии сего
нового и столь полезного орудия, кои поставляют меня в прият-
ный долг изъявить Вам за то истинную мою признательность...»5.

Высокую оценку боевым ракетам дал А. П. Ермолов, подчерк-
нув при этом, что в случае войны с турками, они «весьма полезны
против дерзкой и многочисленной их конницы»6.

Производство нового оружия было организовано в Петербург-
ской пиротехнической лаборатории и в специально созданном
«ракетном заведении». Руководимая Засядко группа конструкто-
ров и мастеров быстро освоила изготовление боевых и зажига-
тельных ракет весом от 36 до 60 фунтов7. Во время войны с Тур-
цией производство ракет было налажено в непосредственной
близости от театра военных действий— в Тирасполе. «Ракетное
заведение», действовавшее до конца войны, изготовило около 10

1 Г. Л е ер. Указ, соч., т. 3, стр. 24.

2 «Военный журнал», 1828, № 4.

3 Там же, стр. 83.

4 К. И. Константинов. О боевых ракетах. СПб., 1864, стр. 64.

5 И. Каневский. Биография генерал-лейтенанта А. Д. Засядко. «Артил-
лерийский журнал», 1857, № 3, стр. 52.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4660, л. 11 об.

7 Рассказы о русском первенстве. Под ред. В. Орлова. М., 1950, стр. 263.
тысяч ракет всех калибров. Подполковник Внуков сделал «обра-
зец вьюка для возки ракет на верблюдах». Образец был ртправ-
леп в Киевский арсенал Г

В 1827 году была сформирована первая в русской армии ра-
кетная рота, которой командовал подпоручик П. П. Ковалевский,
впоследствии известный генерал-артиллер ист. Во время русско-
гуредкой войны 1828—1829 годов ракеты успешно применялись
при осаде крепостей Браилов, Варна, Силистрия и Шум л а, при
штурме Ахалциха. Ракетами были вооружены десантные суда и
Дунайская флотилия 1 2.

Отечественная война 1812 года и заграничный поход дали
русской армии богатый боевой опыт, однако Главный штаб и дру-
гие высшие военные ведомства не торопились с его изучением и
обобщением. Во время этих .войн линейная тактика потерпела
окончательное крушение и успешно заменялась глубоким боевым
порядком—колоннами в сочетании с рассыпным строем. Но реак-
ционные круги, преклонявшиеся перед прусскими военными по-
рядками, сделали все для того, чтобы вернуть русскую армию к
линейной тактике. Даже Паскевич вынужден был признать, что
быстро забыли войну и военные качества заменили красотой
«фруита», доходившей «до акробатства» 3. Вскоре после войны
1812 года возобновил свою деятельность специальный комитет
«для сочинения Воинского устава», образованный в 1808 году. К
этой работе были привлечены генералы Потемкин, Бистром, Жел-
тухин, Синягин, Клейнмихель и Перский. Деятельность таких
аракчеовцев, как Клейнмихель и Желтухин, которых поддержи-
вали генерал-инспектор по инженерной части великий князь Ни-
колай и генерал-фельдцейх1мейстер великий князь Михаил, а так-
же великий князь Константин, получивший право окончательной
редакции уставов, предопределила направление работы комитета.

В 1816 году вышел новый пехотный устав. Первый и второй
разделы «Рекрутская школа» и «Ротное учение» повторяли и под-
тверждали воинский устав пехотной службы 1811 года4. Новым
был третий раздел «О батальонном учении». Страницы устава за-
полняли многочисленные указания о различных сложных пере-
строениях, по в нем очень мало говорилось о самой боевой подго-
товке. Дело дошло до того, что в Уставе пи слова не говорилось
о том, как производить атаку.

В 1820 году было издано «Линейное учение» 5, являвшееся до-
полнением к пехотному уставу 1816 года. Оно также умалчивало
о том, как производить атаку. Но зато пространно говорилось о
построении линии развернутых батальонов, поставленных на ин-

1 Щ'ВИА, ([). ВУА, д. 4790, «Дело о боевых ракетах», л. 64.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4807, «О Дунайской флотилии», л. 20.

3 Щербатов. Генерал-фельдмаршал Паскевич, т. 1, стр. 259

4 Воинский устав о пехотной службе 18П года. СПб., 1822.

5 Линейное учение. СПб., 1820.
тервалах в 20 шагов L Ничего не говорилось в нем и о выделении
частных резервов. Категорическое требование построения баталь-
онов в линейный боевой порядок, игнорирование рассыпного
строя и частного резерва—убедительное свидетельство возврата
к обветшалой линейной тактике, которая, по выражению Энгель-
са, связывала армию, как «смирительная рубашка», лишала ее
возможности маневрировать на поле боя.

В 1818 году был издан «Воинский устав» о кавалерийской
строевой службе, а в 1819 году — устав «О полковом конном уче-
нии», в которых было очень мало того, что необходимо для
боевой подготовки.

В Уставе о кавалерийской строевой службе, в главе «О ата-
ке», рекомендовалось «слишком горячих лошадей придерживать»,
«в карьер более 80 шагов никогда не атаковать» и главное вни-
мание при атаке обращать на равнение. В уставе говорилось, что
«атака кавалерии па пехоту, сомкнутую и приготовленную к от-
пору... не делается, а особливо прямо» 1 2. Это стремление к парад-
ной внешности в ущерб боевой подготовке характерно и для «Во-
инского устава о кавалерийской службе», вышедшего в 1823 году.
«Атакующий фронт должер идти на неприятеля сколь можно
осанисто и стараться быть совершенно сомкнутым в рядах, ибо
от сего зависит успех в атрке» 3.

Не получила должного освещения в уставе и сторожевая
служба. Как писал Епанчин, все это привело к тому, что кавале-
рию почти не практиковали в несении разведывательной и сторо-
жевой службы.

Нельзя не согласиться с автором, который указывал, что «по-
нятия о требованиях конного строя и боевой подготовки конницы
получили превратное направление... Вообще всюду появилось
полузнание кавалерийского дела» 4.

Русская армия имела богатый опыт использования артиллерии
на основе тактики колонн и рассыпного строя. Руководствуясь
этим опытом, генерал А. И. Кутайсов накануне Отечественной
войны 1812 года написал «Общие правила для артиллерии в но-
левом сражении»5. Правила отражали передовые взгляды на за-
дачи артиллерии и предусматривали: использование ее в зависи-
мости от местности и обстоятельств, ведение прицельного огня на
короткие дистанции, 1мане'вриро.вапие на поле боя и взаимодей-
ствие с пехотой и конницей. «Артиллерия во всяком случае, — го-
ворилось в 11 параграфе «Правил», — должна покровительство-
вать движению войск, и взаимно войско обороняет ее, потому на-
чальник оной, рекогносцировавши место и быв предуведомлен о

1 Линейное учение. СПб., 1820.

2 Устав «О полковом конном учении», 1819.

3 Воинский устав о кавалерийской службе, 1823.

4 Марков. Указ, соч., ч. 4, стр. 12.

6 Л. Г. Бескровный. Хрестоматия по русской военной истории.
М., 1947.

5 Заказ 3234

65
намерении, сообразуясь с местоположением, располагает ее так,
чтобы она своим действием способствовала предприятию» Г

Большое внимание уделялось использованию резервов. Ар-
тиллерийский резерв, «находясь за второй или третьей линией,
должен быть составлен преимущественно из конной артиллерии,
которая быстротою и легкостью своей может с великою скоро-
стью переноситься в разные пункты»1 2.

Однако эти передовые взгляды на роль и значение артиллерии
не получили дальнейшего развития. Реакционные круги их за-
малчивали, и они не нашли должного отражения в уставах. В
1824 году был издан «Воинский устав о строевой пешей артил-
лерийской службе», в котором главное внимание обращалось не
ла боевую подготовку, а на показную парадность.

Этот отказ от использования опыта войн 1812—1814 годов и
передовых взглядов на вопросы боевой подготовки войск не был
случайным. Он определялся упадком феодально-абсолютистской
военной системы, который был обусловлен разложением всего
крепостнического строя России.

В это время вновь со всей силой проявилось неверие царских
кругов в творческие силы русского народа и преклонение перед
иностранными военными авторитетами. Декабрист М. А. Фонви-
зин писал, что «русских оскорбляло явное предпочтение, оказы-
ваемое императором (Александром I. — В. Л.) всем вообще ино-

странцам перед его подданными, к которым он не скрывал сво-
его неуважения»3. Другой декабрист И. Д. Якушкин рассказывал,
что во время смотра русских войск во Франции, в ответ на лест-
ный отзыв герцога Веллепгтона о хорошем устройстве русских
полков, Александр 1 во всеуслышание заявил, что этим он «обя-
зан иностранцам, которые у него служат»4.

Перед войной с Турцией начальником Главного штаба являл-
ся Дибич, первой армией командовал Сакен, а второй — Витген-
штейн. Даже гвардейскими полками командовали иностранцы.
Генерал А. А. Закревскнй, хорошо знавший этих заезжих служак,
в письме к II. М. Волконскому называет их низкими душами, «ко-
торые сегодня подличают, а завтра дерут голову вверх»5. А. П.
Ермолов писал Закревскому, что замечает «странное стечение
обстоятельств», что из двух главнокомандующих армиями, «ни
один не имеет русской фамилии»6. Бенкендорф в своем обзоре
общественного мнения писал, что «русские патриоты» желали
бы видеть «Ермолова и Раевского во главе обеих армий»7.

1 Л. Г. Бескровный. Хрестоматия по русской военной истории. М.,
1947, стр. 399.

2 Там же.

3 М. А. Ф о и в и з и и. Обозрение проявлений политической жизни
в России, стр. 87.

4 И. Д. Якушкин. Записки, стр. 14.

5 Сб. РИО, т. 73. СПб., 1890. Бумаги А. А. Закревского, стр. 178—179.

° Там же, стр. 300.

7 «Красный архив», 1929, № 6 (37), стр. 145—146.
Объяснение причин такого засилия иностранцев, и прежде
всего немцев, в русской армии и государственном аппарате дал
Л. И. Герцен: «В немецких офицерам и чиновниках правительст-
во русское находит именно то, что ему нужно... полное равноду-
шие к участи управляемых, глубочайшее презрение к пароду» *.

Особенно сильно аракчеевщина повлияла на воспитание и
обучение армии. Изучение боевого опыта было почти совсем за-
брошено, и обучение войск в основном сводилось к муштре и па-
радности. Д. В. Давыдов писал, что в армии процветало: «глу-
бокое изучение ремешков, правил вытягивания носков, равнение
шеренг и выделывание ружейных приемов»1 2. Все это сопровож-
далось подавлением человеческих достоинств солдата.

Реакция стремилась превратить солдата в бездушный меха-
низм, заставить его не рассуждать, а лишь исполнять приказа-
ния. Декабрист А. Е. Розен рассказывал, что один из солдафонов,
полковник Люце, на вопрос генерала Бистрома о строевой вы-
правке батальона л. г. егерского полка ответил: «Хорошо, ваше
превосходительство, славно учится, но когда стоит на месте, то
жаль, приметно дыхание солдат: видно, что они дышут» 3.

В числе наиболее ярых аракчеевцев были братья царя великие
князья Николай, Михаил и Константин. «Оба великие князя
(Николай и Михаил. — В. Л.), —пишет декабрист Н. И. Лорер,—
друг перед другом соперничали в учении и мучении солдат. Ве-
ликий князь Николай даже по вечерам требовал к себе во дво-
рец команды человек по 4Q старых ефрейторов; там зажигались
свечи, люстры, лампы, и его высочество изволил заниматься ру-
жейными приемами и муштровкой ио гладко натертому пар-
кету»4. Горячим сторонником ружпстики и шагистики являлся и
сам царь. Дело дошло до joro, что Александр I заявил, что вой-
ны «деморализируют армии» 5.

За этими «августейшими» солдафонами и нарадоманами тя-
нулись сотни других тупых и жестоких аракчеевцев. Зловещую
фигуру такого тупого араКчеевца-солдафона ярко показал А. С.
Грибоедов в образе Скалозуба, «Он слова умного не выговорил
сроду»6. Его увлечение-—муштра и палки, а его герой — фельд-
фебель. Скалозуб восклицает:

Я князь-Григорию п вам
Фельдфебеля в Вольтеры дам,
Он в три шеренги вас построит,
А пикните, так мигом успокоит7.

1 А. И. Герцен. О развитии революционных идей в Pocchji. Ноли. собр.
соч. под ред. Лемке, т. 6. Пг., 19119, стр. 333—334.

2 Д. Давыдов. Военные записки. М., 1940, стр. 358.

3 А. Е. Розен. Записки декабриста. СПб., 1907, стр. 41.

4 И. И. Лорер. Записки декабриста. М., 1931, стр. 57—58.

5 II. К. Шильдер. Император Александр 1, т. 4, стр. 8.

6 А. С. Г рибоедов. Горе от ума. Л., 1956, стр. 18.

7 Там же, стр. 108.
Зверскими издевательствами над солдатами «прославился»
командир лейб-гвардии Семеновского полка Шварц. По свиде-
тельству Н. И. Лорера, учения и служба солдат были превра-

щены в истязания, у солдат все время уходило на шагистику,
смотры, чистку обмундирования. Шварц «издевался над старыми
служивыми, рвал им усы и бакенбарды, плевал в лицо» *!

С воцарением Николая I фрунтомания и солдафонство еще
больше усилилось. Именно в это время «просвещение перестало
быть заслугою, стало преступлением в глазах правительства...
фруптовики воссели на всех правительственных местах и с ними

воцарилось невежество, произвол, грабительство, всевозможные
беспорядки. Смотр стал целью общественной и государственной
жизни» 1 2.

Следует подчеркнуть, что аракчеевский режим в армии не был
случайным и не может быть объяснен личным увлечением шаги-
стикой Николая I и его братьев. Он определялся общим реакци-
онным характером политики царизма, направленной на сохра-
нение прогнившего феодально-абсолютистского строя.

Свирепствовала аракчеевщина и во 2-й армии, которая пред-
назначалась для действий против Оттоманской Порты на бал-
канском театре. Здесь так же, как и во всей армии, многие боевые
офицеры были заменены невежественными служаками, которые
браво маршировали, но военного дела не знали. Этому способ-
ствовал и устав, который рекомендовал: «Собирать офицеров и
заставлять оных маршировать, дабы сделали навык ходить ров-
ным и одинаким шагом»3.

Прослуживший многие годы во 2-й армии и хорошо знавший,
чему и как там учили войска, командир 6-го пехотного корпуса
генерал Сабанеев писал Закревскому: «Не могу равнодушно ви-
деть уныние и изнурение войск русских, измученных бесконеч-
ным и беспрестанным учением, примеркой и переделкой амуни-
ции и проч... Все готовятся к смотру» 4.

Это увлечение «фруктовыми занятиями», наносившее огром-
ный ущерб боевой подготовке войск, было тем более нетерпимо,
что армия готовилась к войне. Начальник штаба армии Киселев
справедливо писал: «Не знаем, к чему готовиться: война и учеб-
ный шаг — две статьи совершенно разные...»5.

П. Д. Киселев был талантливым военачальником и видным
государственным деятелем царской России. Он выступал сторон-
ником постепенного освобождения крестьян от крепостной зави-

1 JI. И. Лор ер. Записки, стр. 59.

2 С. М. Соловьев. Записки. Изд. «Прометей». Без даты,
стр. 120. ।

3 Воинский устав о пехотной службе, 1823, стр. 7.

4 Сб. РИО, т. 73, 1890. Бумаги Закревского, стр. 577—578.

5 Там же. Письмо к Закревскому от 15 апреля 1822 года; А. II. Заб-
л о ц к н й - Д ес я т о в с к и й. Граф П. Д. Киселев и его время, Т. 1, стр. 83.
68
симости, был связан со многими декабристами, служившими во
2-й армии, ио о существовании тайного общества, конечно, не
знал. Академик Н. М. Дружинин справедливо пишет: «Киселев
оставался сторонником абсолютизма, но абсолютизма просве-
щенного и введенного в законные рамки... Киселев выступал за-
щитником сословного строя и старался увековечить и укрепить
преобладание дворянства» К

Во многих вопросах обучения и воспитания войск Киселев
придерживался прогрессивных взглядов. Он выступал противни-
ком аракчеевщины, осуждал палочную дисциплину и фруптома-
пню. Но под напором реакционных кругов штаб 2-й армии вы-
нужден был заниматься шагистикой, «внедрять» новый учебный
шаг, изобретенный известным солдафоном генералом Желтухи-
ным. Этот типичный аракчеевец, будучи начальником дивизии,
внушал одному командиру батальона: сдери с солдата шкуру
от затылка до пяток, а офицеров переверни кверху ногами, не
бойся ничего — я тебя поддержу.

Свирепая изнуряющая муштра «день и ночь, даже со свеча-
ми», сопровождавшаяся истязаниями, делала солдатскую жизнь
настоящей каторгой. «От того побеги, от того смертность, от то-
го никто не выслуживает указанных лет, — писал Сабанеев
Закревскому. — Вообрази, что у меня в корпусе, состоящем
только из двух пехотных дивизий, кои никогда не были комп-
лектны с 1816 до 1821 года, выбыло одних неспособных 4115
человек, из коих выслужило срок только 53 человека: умерших...
3600, бежавших столько же... Следовательно, в течение пяти лет
убыло более ’/4 части и, конечно, близко' 7з» 1 2-

Не выдерживая муштры и издевательств, доведенные до от-
чаянности, многие солдаты кончали жизнь самоубийством.
В Центральном военно-историческом архиве хранится официаль-
ная докладная записка «О нижних чинах, лишивших себя жиз-
ни», в которой сообщается, что в 1818 году покончили самоубий-
ством 177, в 1819— 199, в 1820— 195 солдат3.

Однако реакция не могла уничтожить прогрессивные тради-
ции русской армии. Передовые представители офицерского кор-
пуса смягчали, насколько позволяли условия, аракчеевский ре-
жим, продолжали по-человечески относиться к солдатам, учили
их науке побеждать. Эта борьба между господствующей реак-
ционной военной системой и прогрессивным направлением про-
слеживается в уставах. В 1-й и 2-й армиях передовыми офицера-
ми было написано несколько инструкций, которые с учетом опы-
та последних войн, вносили важные дополнения в уставы.

1 Н. Д р у ж и н и н. Социально-политические взгляды П. Д. Киселева.
«Вопросы истории», 1946, № 2—3, стр. 44.

2 Сб. РИО, т. 73, 1890. Бумаги Закревского, стр. 578.

3 ЦГВИА, ф. МА, д. 482, ч. 1, лл. 6—71.
В «Линейном учении», изданном в 1820 году и бываем как
бы второй частью пехотного устава 1816 года, возрождалась
линейная тактика. Но жизнь брала свое, и в 1-й армии были из-
даны «Правила рассыпного строя, или Наставление о рассып-
ном действии пехоты для обучения егерских полков и застрель-
щиков всей пехоты». Отдавая дань официальному уставу и го-
во )я, что «пехота обыкновенно сражается в сомкнутых линиях»,
«Правила» в то же время указывали, что «рассыпной строп
вообще весьма соответствует свойству вооружения пехоты, ибо
сила ее преимущественно заключается в огне, однако же не
в множестве, а в цельности выстрелов». 1 Здесь же подчеркива-
лось, что именно рассыпной строй наиболее удобен для «цель-
ной стрельбы», а также для применения люден к местности, вслед-
ствие чего они меньше несут потерь от огня противника.

Действия в рассыпном строю требовали от воинов инициати-
вы, самостоятельности, смелости. Авторы «Правил» глубоко ве-
рили в эти качества русских солдат. Вместе с тем они считали,
что для этого нужна другая система воспитания и обучения.
Цель обучения должна заключаться в том, чтобы «сделать сол-
дата ловким, расторопным, дать ему понятия о настоящем его
назначении, в особенности до совершенства в искусстве стреля-
ния в цель»1 2. Солдат должен «покинуть всякую принужден-
ность, в сомкнутом строю необходимую, не заботиться о верном
равнении или принужденном шаге, но делать всякое движение
свободно и легко, как ему удобнее будет»3.

Тогда же при штабе 1-й армии были изданы «Правила пол-
кового обучения», которые являлись дополнением к «Правилам
рассыпного строя». Особого внимания заслуживает глава «О на-
ступлении в штыки», где говорилось, что «всякую решительную
атаку делать не фруктом, а колонною»4.

Таким образом, авторы этих двух наставлений, руководству-
ясь опытом недавних войн, хорошо зная боевые качества рус-
ских солдат и свойства тогдашнего оружия, куда более правиль-
но, чем представители официальной реакционной военной систе-
мы, определили целесообразность боевых порядков: не линейное
построение батальонов, а колонны в сочетании с рассыпным
строем стрелков, при обязательном выделении резерва. В связи
с этим были высказаны и более прогрессивные взгляды на вос-
питание и обучение. Но, к сожалению, эти важные наставления
не получили большого практического применения.

Передовая часть офицерства, продолжая традиции Суворо-
ва, Кутузова, Ушакова, большое внимание обращала па под-
держание высокого морального духа войск, связывая его с пат-

1 «Правила рассыпнего строя, или Наставление о рассыпном действии пе-
хоты». Издан!о цри Главк. штабе 1-й армии, 1818, стр. 1.

2 Там же, стр 13.

3 Та<м же.

4 100-летие Военного Министерства, т{ 4, стр. 264.
риотизмом и преданностью Родине. В этом отношении заслужи-
вают внимания «Замечания для приготовления молодых офице-
ров к военным действиям». Патриотизм и преданность Родине,
подчеркивается в «Замечаниях», — «высокие добродетели, ис-
точники истинных подвигов, в сердце русского народа занимают
первое место»1.

В значительной работе ио совершенствованию и дополнению
уставов во 2-й армии активное участие принимали декабристы,
члены Южного общества. Будучи горячими сторонниками прог-
рессивных тактических взглядов и суворовско-кутузовских прин-
ципов воспитания и обучения войск, декабристы оказали значи-
тельное влияние на боевую подготовку 2-й армии. Комиссия в
составе трех человек, в том числе декабристов подполковника
Аврамова и штабс-капитана Бурцова, составила «Устав лагер-
ной службы». В обсуждении этого устава участвовал Пестель.

В это же время во 2-й армии было подготовлено «Наставле-
ние для боевых действий», являвшееся по существу нолевым ус-
тавом.

Штаб 2-й армии поручил комиссии во главе с Пестелем под-
готовить положение о маневрах. Хотя эта работа и не была за-
вершена, сохранившиеся материалы позволяют утверждать, что
авторы «Записок о маневрах» самым решительным образом вы-
сказывались за (зассынной строй как частный, так и общий. Пес-
тель писал, что «пехотные полки должны подобно егерским совер-
шенно быть обучены всем действиям рассыпного строя как част-
ного, так и общего»1 2.

Стало быть, Пестель ставил вопрос об обучении всей пехоты
рассыпному строю и о ликвидации деления пехоты' па егерские
и пехотные полки, что имело бы для армии положительное зна-
чение. Должна была измениться не только организация пехоты,
но и вся система воспитания и обучения. Особенно большое зна-
чение приобретало обучение меткой стрельбе.

Декабристы и практически делали многое для того, чтобы из-
менить систему воспитания и обучения войск, привести ее в соот-
ветствие с задачами боевой подготовки. В этом отношении боль-
шой интерес представляет деятельность командира 16-й пехотной
дивизии генерал-майора М. Ф. Орлова, являвшегося членом
«Союза благоденствия». В первые же дни командования ди-
визией Орлов издает приказ, в котором решительно выступает
против аракчеевского режима в армии. «Рассматривая прежний
ход дел, — писал он, — я удивился великому числу беглых и де-
зертиров3 и устрашился, увидев, что начальство для нрекра-

1 Замечания для приготовления молодых офицеров к военным ach-ctbihhim.
Издано при Главн. штабе 2-й армии, 1819, ч. 2, стр. 9.

2 ЦГАОР, ф. 48, д. 473, л. 224.

3 Орлов писал, что «со всей дивизии бежало» в августе 37, а в июле 49
чел. М. Ф. Орлов. Капитуляция Парижа. Политические сочинения. Письма.
М„ 1963, ст(р. 69—70.
щен и я побегов принуждено было приступить к введению смерт-
ной казни» К В приказе говорилось, что причиной такого «состо-
яния дел» являются злоупотребления и произвол офицеров,! в ре-
зультате чего солдаты терпят лишения и издевательства.

Следуя суворовско-кутузовским традициям, Орлов обязывал
офицеров «быть часто с солдатами, говорить с ними, внушать
им все солдатские добродетели, пещись о всех их нуждах» 1 2. Ор-
лов требовал, чтобы солдат чувствовал «все достоинство своего
звания», и заявлял: «я сам почитаю себя честного солдата и дру-
гом, и братом»3. Если учесть, что приказ был прочитан всем сол-
датам дивизии, то станет ясно, насколько все это противоречило
аракчеевским порядкам.

Среди солдат дивизии велась просветительная работа и ре-
волюционная пропаганда. Для этого офицеры В. Ф. Раевский 4
и Охотников, являвшиеся членами «Союза благоденствия», по-
пользовали «ланкастерскую школу», т. е. школу взаимного обу-
чения.

Некоторые офицеры 16-й дивизии истязали солдат, злоупот-
ребляли властью. В январе Орлов издал приказ о придании суду
трех офицеров, виновных в том, что «жестокостями своими вы-
вели из терпения солдат»5. В этом замечательном документе,
бывшем смелым обличением аракчеевского режима в армии, сно-
ва подчеркивается мысль о чести русского солдата, который явля-
ется достойным сыном Отечества и «в целой Европе почитаем»6.

Орлов ссылался на прогрессивные традиции русской армии.
«Обратимся к нашей военной истории, — говорил он, — Суво-
ров, Румянцев, Потемкин, все люди, приобретшие себе и Отечест-
ву славу, были друзьями солдат и пеклись об их благосостоя-
нии»7. Как суровое предостережение аракчеевцам звучали слова
приказа: «Все же изверги, кои одними побоями доводили их
(солдатские. — В. Л.) полки до наружной исправности, все по-
гибли или погибнут»8.

Как и следовало ожидать, правящая реакционная клика
не могла простить Орлову его смелые выступления. В 1823 году
он был отстранен от командования дивизией.

Но «как ни старались русские цари перенести прусские воен-
ные порядки в русскую армию, это не совсем удавалось... — го-
ворил М. И. Калинин, — в ней постоянно имелась прослойка, вы-

1 М. Ф. Орлов. Капитуляция Парижа. Политические сочинения. Письма.
М., 1963. Приказ № 3 от 3 августа 1820 г., стр. 68.

2 Там же.

3 Там же, стр. 69.

4 11. Д. Киселев характеризовал Раевского как человека, известного сво-

им «вольнодумством совершенно необузданным». Сб. РИО, т. 78. СПб., 1891,
стр. 93.

6 М. Ф. Орлов. Указ, соч., стр. 76.

6 Там же.

7 Там же.

8 Там же.
делившая искренних патриотов и талантливых полководцев, ко-
торые честно служили Родине и, наперекор давлению сверху,
улучшали действительно боевые качества армии, поднимая ее
авторитет на полях сражений» Г

Следует сказать, что прогрессивные традиции, продолжавшие
жить в русской армии, оказали влияние па ее боевую подго-
товку и в значительной степени способствовали победам в войне
с Турцией в 1828—1829 годах.

В связи с тем, что в 20-х годах резко обострились русско-
турецкие отношения, в высших военных кругах России обсуж-
дался вопрос о боевых порядках против турок. Казалось бы, что
в этом вопросе следует обратиться, прежде всего, к боевому опы-
ту русской армии. Но здесь сказалось низкопоклонство правящих
кругов перед иностранными военными авторитетами. Генерал
Жомини1 2, ие имевший представления ни о тактике турецких
войск, ни о театре предстоящей войны, глубокомысленно реко-
мендовал «строить противу турок большие каре и держаться обо-
ронительно»3. Даже официальный историограф Михайловский-
Данилевский вынужден был признать: «С 1812 года мы так стра-
стно прилепились к сочинениям Жомини, что пренебрегли изуче-
нием походов Румянцева и Суворова...» 4

Многие русские генералы понимали всю несостоятельность
рекомендаций Жомини. Начальник Главного штаба 2-й армии
Киселев, составивший в 1826 и 1827 годах две записки «О боевом
порядке против турок», предложил строить войска в полковые
каре, расположенные в две линии5. Обосновывая такой боевой
порядок, Киселев писал, что батальонные каре тесны для поме-
щения внутри их обоза, а из-за небольших фасов нельзя исполь-
зовать всю мощь огня.

Между тем еще в прежних войнах с Турцией русские войска,
особенно под руководством Суворова, успешно применяли не-
большие каре (ротные, батальонные) в сочетании с рассып-
ным строем стрелков6. Следует иметь в виду, что тогда русские
войска в основном действовали иа равнинной местности, а тур-
ки имели многочисленную конницу. Теперь же решающие воен-
ные действия должны были развернуться па пересеченной, за-

1 М. И. Калинин. О коммунистическом воспитании и воинском долге.
М., 1962, стр. 666.

2 Г. Жомини — швейцарец по национальности, в 1804—1813 гг. служил
в наполеоновской армии, а в 1813 г. переметнулся па русскую службу. Как
военный теоретик и историк считал, что в военном искусстве господствуют
«вечные принципы», присущие войнам всех времен.

3 Цит. по кн.: А. В. Ф а д ее в. Россия и восточный кризис 20-х гг. XIX ве-
ка, стр. 212.

4 А. И. М и х а й л о в с к и й-Д а и и л е в с к и й. Записки. «Русская стари-
на», 1893, т. 79, № 7—9, стр. 199.

5 ОПИ РИМ, ф. 23, д. 64. Отношение Киселева от 26 мая 1826 г., л. 82.

6 А. А. С т р о к о в. История военного искусства. Рабовладельческое и
феодальное общество. М., 1955, стр. 578.
крытой и гористой местности, и противник уже не имел такой
сильной конницы, как прежде. В новых условиях построение вой-
ска в небольшие каре в сочетании с рассыпным строем было тем
более целесообразно, ибо позволяло вести бой на любой мест-
ности.

II хотя предложенный Киселевым боевой порядок был при-
меним па маневрах 2-й армии осенью 1827 года, было очевидно,
что он не отвечает требованиям и задачам предстоящей войны.

Говоря о характере действий в предстоящей войне, Киселев
писал, что «штурмование крепостей, без предварительной и ре-
гулярной осады, следовало бы вовсе запретить» '. Стало быть,
и в этом вопросе Киселев отходил от прогрессивного наследия
русской армии. Вместо решительного штурма крепостей, как
это делал Суворов, он предлагал ввязываться в крепостную
войну.

Таким образом, боевая подготовка 2-й армии страдала серь-
езными недостатками. Войска занимались фруктовыми упраж-
нениями, но их мало обучали тому, что нужно на войне. Забыли
указание Суворова: «Солдат и в мирное время на войне»* 2.

Серьезные упущения имелись в стрелковой подготовке войск.
Хотя в «Правилах рассыпного строя, или Наставлении о рассып-
ном действии пехоты» было указано, что сила пехоты заключа-
ется в огне, обучение боевой стрельбе было поставлено неудов-
летворительно. В год на учебную стрельбу на каждого солдата
отпускалось всего 10 патронов. Но некоторые начальники ухит-
рялись экономить, используя оставшийся порох на фейерверки.
3 результате многие из солдат в течение нескольких лет службы
не делали ни одного боевого выстрела 3.

В 1819 году во 2-й армии был проведен смотр стрельбы, кото-
рый показал, что боевая стрелковая подготовка войск находится
на крайне низком уровне. При тогдашнем увлечении фруктовы-
ми занятиями на серьезную стрелковую подготовку у солдат
нросто не оставалось времени.

Серьезные недочеты имели место в снабжении армии оружи-
ем, боеприпасами и продовольствием, а также в организации
врачебно-санитарной службы. Это вынужден был признать Ми-
хайловский-Данилевский, бывший участником русско-турецкой
войны: «Все единодушно соглашаются, что не было принято ни-
каких мер для обеспечения продовольствия и приготовления
снарядов и лазаретных вещей»4.

О том, что в армии было много неполадок и царила бюрокра-
тическая неразбериха, свидетельствует справка канцелярии ге-

J II. Е н а и ч in. п. Укав, соч., ч. 1, стр. 100.

2 А. Ф. Коло-бякою. Русские полководцы о воспитании и обучении.
11овоси1бнрское .издательство, 1944, стр. 3.

3 С. Мн хе ей. Указ, соч., выш. 4, стр. 10.

4 А. II. Михайловский-Данилевский. Указ, соч., «Русская
ста pun а», 1893, т. 79, № 7—9, стр. 181.
нерал-квартирмейстера 2-й армии, датированная апрелем 1828
года1. Па многие вопросы о готовности войск к войне справка
ответа не дает.

Неудовлетворительно было снабжение войск оружием и пат-
ронами. В январе 1828 года управляющий военным министер-
ством Чернышев самоуверенно писал начальнику Главного Шта-
ба Дибичу, что «все полки 2-й армии в нынешнем их составе...
имеют полный комплект оружия и патронов»1 2. Но оказалось, что
«имеют» в действительности лишь на бумаге. Ружья были самых
разнообразных образцов, часто приходили в негодность, и их не
хватало. По подсчетам Епанчина, накануне войны с Турцией во
2-й армии негодные ружья составляли около четвертой части
всех ружей3. Киселев писал Закревскому: «Не худо вам, госпо-
дам управляющим, обратить внимание па оружие паше. Не-
сколько опытов, мною сделанных, доказали, что умение стрелять
остается па бумаге, доколе ружья не будут улучшены»4. Черны-
шев писал Дибичу в сентябре 1827 года, что в крепостях не хва-
тает пороха. Такой же точки зрения придерживался и директор
артиллерийского департамента генерал Игнатьев. Но генерал-
фельдцейхместер великий князь Михаил в ноябре того же года
сообщил Дибичу, что пороха имеется в достаточном количестве,
как в крепостях, так и в парках, расположенных на границе с
Турцией5.

С декабря 1827 года почти до самого начала войны продол-
жалась бюрократическая волокита на самом высоком уровне
(в ней участвовали Дибич, Чернышев, Витгенштейн и др.) по
поводу покупки около 80 лошадей под пантоны 7-го пионерного
батальона и под осадный !инженерный парк в Бендерах. Резуль-
татом этой волокиты было то, что за несколько дней до объяв-
ления в апреле 1828 года войны инспектор инженерных войск
великий князь Михаил 6 сообщил Дибичу, что бендерский парк
имеет недостаток в самом необходимом и «пополнен быть не мо-
жет» 7.

Стремление руководить всем из Петербурга, мелочная опека
и вмешательство в дела 2-й армии — характерная черта высшего
царского военного командования. Дело доходило до того, что из
столицы приказывали, куда и как направить ту или иную воин-
скую часть. Например, в марте 1828 года из Петербурга был

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4398, л. 3-4 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4559, ч. 1. Отношение Чернышева Дибичу от 9 ян-
варя 1828 г., л. 9.

3 И. Е п а п ч и н. Указ, соч., ч. 1, стр. 315.

4 Сб. РИО, т. 78, 1891, стр. 54.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4530. Отношение геперал-фельдцейхместера Дибичу
от 21 ноября 1827 года, лл. 18 н 18 об.

6 После вступления на престол Николай I назначил своего брата Михаи-
ла, который уже числился генерал-фельдцейхместером, ген ер а л-инспекторам по
ин жен ер н о й ч асти.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4564, л. 26.
отправлен транспорт с боевыми и зажигательными ракетами.
Извещая об этом Витгенштейна, Дибич приказывал, чтобы «упо-
мянутый транспорт по прибытии оного в Тульчин, без малей-
шей там остановки был отправлен... к Браилову» 1. Примечатель-
но, что это приказание отдавалось тогда, когда война еще не
началась и до взятия этой крепости было очень далеко.

Большие просчеты были допущены в организации снабжения
армии продовольствием и фуражом. Они явились следствием
не только бюрократических методов руководства царского коман-
дования, но и неправильной оценки перспектив войны. Считая,
что война завершится в одну кампанию, в Петербурге надеялись
значительиую часть продовольствия и фуража получить за счет
местных ресурсов. В деле «О движении и предполагаемых дейст-
виях. 2-й армии», которое хранится в ЦГВИА, говорится, что
войска должны получить продовольствие за счет завоеванной
территории и из существующих магазинов1 2.

Некоторые из представителей высшего царского командова-
ния, не надеясь на местные ресурсы, считали, что «единственною
мерою для ведения войны против турок» является «заведение
обширных неподвижных и подвижных магазинов»3 для обеспе-
чения армии продовольствием.

Министр финасов Конкрин в 1827 году, высказывая свои
соображения о походе против турок, писал, что «наиболее
должно полагаться на собственные запасы, армии достав-
ленные» 4.

К началу войны с Турцией в магазинах 2-й армии было заго-
товлено 96266 четвертей муки и 9669 — крупы5. Этого, как пи-
сал Киселев, «на продовольствие 2-й армии, в настоящем ее
составе (т. е. в 100 тыс. человек)... будет достаточно на 5 меся-
цев»6. Кроме того, имелся месячный запас сухарей и фуража.

При 2-й армии был создан полевой подвижный магазин,
имевший около 14 тысяч повозок и способный перевезти до 50
тысяч четвертей продовольствия, что составляло более чем
двухмесячную потребность войск.

В плохом состоянии находилась врачебно-санитарная часть.
Госпиталей и лазаретов было мало. Из-за отсутствия необходи-
мой медицинской помощи армия во время войны теряла людей
от болезней и плохого питания больше, чем в боях с противни-
ком. В январе 1829 года Киселев писал Дибичу, что «в бригадном

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4528. Отношение Дибича Витгенштейну от 31 марта
1828 г., л. 26; ф. ВУА, д. 47190, лл. 1 и 1 об

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4442, л. 22.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4395, «О средствах к быстрому и решительному
окончанию Турецкой войны, без всякого допущения на действия оной влия-
ния иностранных держав». Составлено по высочайшему повелению, л. 106 об.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4395, л. 146.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4444, л. 160.

6 Там же.
лазарете первой бригады находится только один медик, а во
втором полку ни одного нет» *.

Перед началом войны 2-я армия состояла из 3-го, 6-го, 7-го
корпусов и 4-го резервного кавалерийского корпуса. Эти соедине-
ния насчитывали: 3-й корпус—-44 батальон, 16 эскадронов и 156
орудий, всего 35121 человек пехоты и 2790 человек конницы, 6-й
корпус — 24 батальон, 24 эскадрона, 5 сотен и 96 орудий, всего
20588 человек пехоты, 3413 человек кавалерии и 559 казаков,
7-й корпус — 24 батальон, 16 эскадронов, 35 сотен и 66 орудий,
всего 19432 человек пехоты, 2897 кавалерии, 3549 казаков,
4-й резервный кавалерийский корпус — 32 эскадрона и 48 ору-
дий, всего 6289 конницы.

Кроме того, в составе армии находились 2-51 и 3-я сводные
пионерные бригады, всего 4155 человек.

Таким образом, в армии насчитывалось 92 батальона, 88 эс-
кадронов, 4000 казаков, 396 орудий и 5 батальонов пионер —
115563 человека, но фактически под ружьем было 94638 человек
(75141 пехоты и 29497 конницы)1 2.

Совершенно очевидно, что эти вооруженные силы явно не
соответствовали тем задачам, которые ставились перед ними,
причем дело было не только в малочисленности войск, но и в
том, что их боевая подготовка во многом не отвечала требо-

ваниям.

Кроме 2-й армии, в войне против Оттоманской империи дол-
жен был принять участие Отдельный Кавказский корпус3, зани-
мавший в русской армии оуобое место. От других соединений он
отличался прежде всего тем, что его войска постоянно неслм бо-
евую службу и им было не до «фрунтовых» занятий. Боевая об-
становка заставляла учить войска тому, что нужно па войне. «На-
до отдать справедливость Кавказскому корпусу, — писал декаб-
рист Лачинов,— у него мргут учиться воевать самые лучшие
войска в свете» 4.

И м ел и о и р едел ен н ое значение осо б е н н ости ко мил е ктова н ия
и состава кавказских полков. Основной их костяк составляли
старослужащие солдаты, прошедшие многолетнюю боевую шко-
лу на Кавказе, а также солдаты, участвовавшие в Отечествен-
ной войне 1812 года и заграничном походе. Кроме того, Кавказ
стал местом ссылки провинившихся и осужденных солдат. В чис-
ле сосланных были солдаты Семеновского полка, выступившие
в 1820 году против крепостнического произвола, и солдаты-дека-
бристы. К 1827 году в составе Отдельного Кавказского корпуса

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4456, л. 95 об.

2 Н. Еhi алчной. Указ, соч., ч. 1, стр. 358.

3 Так корпус по предложению А. П. Ермолова стал называться с 1820
гида, а до этого о.п именовался Гр узин аким. См. бумаги А. А. Закревского.
Сб. РИО, т. 73, 1890, стр. 17.

4 Е. Лачинов. Отрывок из «Исповеди», «Кавказский сборник», т. 1.
Тифлис, 1876, стр. 135.
насчитывалось более 2 800 сосланных солдат-декабристов . Эти
солдаты оказывали определенное влияние на войска Кавказско-

го корпуса.

Главную массу офицеров корпуса составляли боевые коман-
диры, прошедшие школу войны на Кавказе или в сражениях
Отечественной войны и заграничного похода. Значительную
группу среди офицеров корпуса составили люди, оказавшиеся
на Кавказе из-за политической неблагонадежности или за от-

крытое выступление против самодержавно-крепостнических по-
рядков. Среди них особое место занимали декабристы. По под-
счетам А. В. Фадеева, в 1826—1829 гг. на Кавказе оказалось 47
сосланных офицеров1 2, в той или иной степени причастных к вос-
станию декабристов. Будучи прогрессивными людьми своего
времени, декабристы выступали носителями самых передовых
военных идей. Их теоретическая и практическая деятельность
оказала большое влияние на офицеров и солдат. Особенно важ-
ную роль в жизни Отдельного Кавказского корпуса, в его ус-
пешных действиях в войне против Оттоманской империи играли
И. И. Муравьев, И. Г. Бурцов, II. Н. Раевский, М. И. Пущин. Де-
кабрист М. С. Лунин писал, что кавказская война 1828—1829 гг.
была успешна потому, что правительство доверило военное

командование трем членам тайного общества — генералам Ни-
колаю Муравьеву, Николаю Раевскому и Ивану Бурцову3.

Будучи противником аракчеевских порядков в армии и сто-
ронником суворовско-кутузовских принципов боевой подготовки
и воспитания войск, Ермолов требовал от командиров заботится
«о сбережении воинских чинов», учить «солдат без малейшего
их изнурения» 4 и тому, что нужно иа войне. Он запретил телес-
ные наказания, изменил стеснительную одежду5.

Вопреки официальным указаниям и уставам, которые воскре-
шали отжившую линейную тактику, Ермолов требовал строить
войска в небольшие подвижные каре и колонны в сочетании
с рассыпным строем стрелков. Особое внимание он обращал на

«пользу рассыпного строя» и приказывал «прилежнее занимать-
ся егерским учением». Ермолов убедительно доказывал, «что
полки егерские лучше полков линейной пехоты»6, заявлял, что
у пего «страшное желание в 20-й дивизии полки линейной пехо-
ты обратить в егерей»7.

1 А. В. Фадеев. Декабристы в Отдельном Кавказском корпусе
«Вонгросы .историн». 1951, № 1, стр. ICO.

2 А. В. Фадеев. Россия и восточный кризис 20-х годов XIX века
стр. 225.

3 М. С. Лунин. Общественное движение в России. М., 1926, стр. 15.

4 А. П. Ермолов. Записки, ч. 2. 1868, стр. 40.1, 414.

5 Сб. РИО, т. 73. СПб., 1890. Письма А. А. Закревскому от 28 февраля
1817 г. и от 10 марта 1818 года, стр. 221, 270.

6 Там же. Письмо А. А. Закревскому от 28 февраля 1817 года, стр. 22*1.

1 'Гам же. Письмо А. А. Закревскому от 12—17 апреля 1817 года, стр. 235.
Прослуживший многие годы на Кавказе и хороню знавший
русские войска, А. Л. Зиссерман писал: «кавказская боевая
служба и постоянно походная, тревожная жизнь выработала
своеобразные порядки, свою особую тактику, ограничившуюся...
рассыпным строем и разными приемами!, ни в каких уставах
не обозначенными...» 1

Ермолов был решительным противником кордонной страте-
гии. Он высмеивал тех, кто имел «привычку желать защитить
все в одно время — привычку вредную разбросать людей па ма-
лые части и быть повсюду только слабым»1 2.

Таким образом, во многих вопросах воспитания, обучения,
вождения войск Ермолов придерживался прогрессивных взгля-
дов, высказывал свое несогласие с аракчеевскими порядками в
армии, держался самостоятельно и с достоинством. Все это
вызывало недоверие и опасения правящих кругов. К тому же
Ермолов был близок с сосланными на Кавказ декабристами,
покровительствовал им. Не мог Николай I простить Ермолову
и задержку с присягой. Он говорил: «ему менее всех верю»3.
В 1827 году Дибич был послан на Кавказ, чтобы заменить Ермо-
лова Паскевичем. В письме к Дибичу Николай I писал, что
«сильно убежден в дурных намерениях Ермолова, прошлых и
настоящих; было бы весьма существенно постараться разузнать,
в особенности, кто руководители зла в этом гнезде... и непре-
менно удалить их»4, Вскоре Ермолова, талантливого военачаль-
ника, героя Отечественной войны, заменили бездарным и мсти-
тельным Паскевпчем.

Но, отмечая определенные прогрессивные стороны военной
деятельности Ермолова, [было бы ошибкой считать его либера-
лом, а тем более искать у него какие-то черты дворянского рево-
люционера. Его критика реакционных крайностей политики
царского правительства никогда не была направлена против су-
ществующего самодержавно-крепостнического строя. Он верой
и правдой служил своему классу — классу дворянства. Имен-
но в интересах дворянства и царизма Ермолов проводил коло-
ниальную политику на Кавказе. Князь П. А. Вяземский, хорошо
знавший Ермолова, писал, что «в Сущности он был человеком
власти и порядка»5, а его суждения по некоторым вопросам были
типичной фрондой.

1 А. Л. Зиссерман. Двадцать пять лег на Кавказе, ч. 2. СПб., 1879,
стр. 105.

2 II. И. Дубровин. История войны и владычества русских на Кавказе,
т. 4. СПб., 1888. Предписание Ермолова кн; Эрнстову от 3 августа 1826 года,
стр. 631.

3 Н. Шильдер. Император Николай 1. Т. 2. ПСб,. 1903, стр. 20.

4 Переписка Николая I с Дибичем. «Русская старина», 1880, т. 29, № 11,
стр. 619.

5 П. А. Вяземский. Поли. собр. соч., т. 8. СПб., 1883, стр. 171.
Следует также отметить, что, хотя Отдельный Кавказский
корпус и имел некоторые отличительные особенности, его Нель-
зя отрывать от остальной армии царской России, а тем б)олее
противопоставлять ей. Кавказскому корпусу были присущи все
основные черты армии феодально-абсолютистского государства.

Войска Кавказского корпуса страдали от многих недостатков,
которые были характерны для всей царской армии. И здесь
давали о себе знать крепостнические порядки, и здесь войска
использовались для подавления народных выступлений. Неко-
торые командиры и особенно интенданты стремились к нажи-
ве на счет или посредством солдат, больше думали о собствен-
ной наживе, чем об обеспечении войск *. Н. И. Муравьев расска-
зывал, что во время инспектирования Эриванского полка в кон-
це 1828 года оказалось, что многие солдаты не были на смртре,
«ибо они употреблялись по надобности частных лиц, начальни-
ков их, для хозяйства своего и выгод...» Даже сам командир
полка Фредерикс «показывал большое корыстолюбие, он все
продавал для приобретения денег: шкуры с волов... отбиваемый
во время войны у жителей скот, косил в большом количестве сол-
датами сено, которое по непомерным ценам продавал в другие
войска» 1 2.

Воинские части корпуса имели большой «некомплект в лю-
дях». Многие батальоны пехотных полков насчитывали в своих
рядах от 400 до 600 солдат, регулярные кавалерийские полки
около 500 человек, а казачьи полки не более 300 всадников3. Так
продолжалось до самого начала войны. Мало помогали и много-
численные просьбы нового командующего корпусом Паскевича.
Только в июле 1828 года, т. е. когда война уже шла, в Тифлис
прибыло подкрепление, численностью 1121 человек. Это были
старослужащие солдаты, ранее служившие на Кавказской
линии и замененные прибывшими из России рекрутами.

Большие трудности испытывали войска корпуса в отношении
снабжения ружьями. В письме к Закревскому Ермолов писал,
что в полках преобладают ружья «многоразличных» калибров и
много «таких, которые во всех прочих местах уже не в употреб-
лении»4. В другом письме он буквально умоляет Закревского:
«Похлопочи, Бога ради, о ружьях; в иных полках такие гадкие и
есть разных калибров, что невозможно» 5. Хотя ко времени вой-
ны с Турцией положение улучшилось, но в целом оставалось да-
леко не удовлетворительным.

1 А. П. Е р м о л о в. Записки, ч. 2, стр. 379, 409.

2 Цит. по кн.: А. В. Фадеев. Россия и восточный кризис 20-х годов XIX в.,
стр. 229.

’3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 42 об.

4 Сб. РИО, т. 73, 1890. Письмо от 30 ноября 1817 г., стр. 260.

5 Там же. Письмо Закревскому получено 30 декабря 1818 года, стр. 315.
Опыт прошлых войн и трудности транспортировки заставили
командование Кавказским корпусом принять меры к обеспече-
нию войск боеприпасами. К началу войны в Закавказье был соз-
дан запасный артиллерийский парк, в котором имелся полный
комплект готовых зарядов для 72 батарейных и 60 легких ору-
дий, 2 млн. ружейных патронов и пороху мушкетного до 700, пу-
шечного до 500 и винтовочного до 160 пудов

Принимались меры к созданию запасов продовольствия. В се-
редине июня 1828 года полевое интендантство имело в Закавказье
12 000 четвертей муки и сухарей, 1000 четвертей круп, 400 голов
порционного скота и более 5000 ведер водки 1 2. Примерно две тре-

ти этих запасов находились в магазинах, расположенных в погра-
ничных районах, и одна треть предназначалась для созданного
подвижного магазина, насчитывающего 1070 арб и 2250 вьюков.

Наличие большого подвижного магазина сковывало подвиж-

ность и маневренность войск. Для прикрытия обоза приходилось
выделять часть войск, а их у Паскевича было очень мало: к вес-
не 1828 года Отдельный Кавказский корпус насчитывал 36423 че-
ловека пехоты, 8583 конницы и 148 орудий. Часть этих войск
находилась на временно оккупированной территории Персии, а
другая (около 16500 человек) была оставлена для «сохранения
внутреннего спокойствия» в тыловых районах Закавказья.

Непосредственно для действий против Порты предназнача-
лось около 25 тысяч человек при 100 орудиях. По и эти войска,

в силу кордонной стратегии, которой придерживался Паскевич,
были рассредоточены па 500-верстной пограничной липни.
Для активных действий на Карсском направлении был выделен
«Главный действующий корпус», который в середине июня 1828
года насчитывал: пехотьу 9251, конницы 3270, артиллерии 1036,
всего 13557 человек3. Кроме того, имелся отряд азербайджан-
ской конницы, численностью в 250 человек4.

2. ВОЕННО-МОРСКОЙ ФЛОТ РОССИИ

Причины, тормозившце развита^ армии, сказались и па во-
енно-морском флоте. С 809 года в>о главе Морского министер-
ства стоял де Траверсе. Этот заезжий маркиз, которому были
чужды интересы России, совершенно не заботился о развитии
флота, но зато усиленно насаждал бессмысленную муштру.
«Можно сказать, — писал декабрист В. И. Штейнгель, —• что
прекраснейшее творение Великого Петра (флот — В. Л.) мар-
киз де Траверсе уничтожил совершенно» 5 6.

1 История военных действий в Азиатской Турции. Т. 1. СПб., 1836, стр. 179.

2 Там же, стр. 170.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, строевой рапорт от 13 июня 1818 года, лл. 57
и 57 об.

4 Там же, л. 57 об.

5 В. И. Il I тей н г е л ь. О внутреннем состоянии России при воцаре-
нии императора Николая Первого. «Русский архив», 1895, кн. 1, № 2, стр. 166.

6 Заказ 3234
В особенно запущенном состоянии находился Балтийский
флот. Процветали злоупотребления и казнокрадство. Рассказы-
вают, что Александр I, раздраженный хищничеством своих са-
новников, как-то сказал: «Они украли бы мои военные линейные
суда, если бы знали, куда их спрятать» При Николае I казно-
крадство приняло поистине сказочные размеры. В результате
дознания М. II. Лазарева были вскрыты чудовищные хищения
в Кронштадтском порту: только в частных лавках обнаружили
казенных вещей почти на 86 тысяч рублей1 2. Сам Николай I вы-
нужден был признать: «Наш такелаж должен быть хорош, но
мне также известно, что не всегда он отпускается на флот или
па оном остается, а слишком часто уходит в другие руки»3.

Многие корабли Балтийского флота были ветхи, плохо во-
оружены и в море почти не выходили. По поскольку рядом нахо-
дилась столица и царь устраивал смотры, то де Траверсе, чтобы
показать «товар лицом», приходилось проявлять изобретатель-
ность: однажды он приказал покрасить только те борта кораблей,
которые мог увидеть император.

Многих офицеров, не желавших мириться с уродливыми по-
рядками па флоте, де Траверсе и его окружение выжили со служ-
бы. Вынужден был уйти в отставку и талантливый флотоводец,
ученик Ф. Ф. Ушакова вице-адмирал Д. Н. Сенявии. В 1821 году
морским министром и одновременно начальником Морского шта-
ба был назначен контр-адмирал фон Моллер.

Когда в начале царствования Николая I восточный кризис
крайне обострился и стало ясно, что война с Оттоманской Пор-
той неизбежна, па флот обратили внимание. В это время осо-
бенно ясно сказалась роль прогрессивных представителей рус-
ской военно-морской школы. Именно им, а также матросам и
ко эаблестроителям русский флот обязан своими победами
в 828—1829 годах.

В декабре 1825 года был учрежден «Комитет для образова-
ния флота», под председательством начальника Морского шта-
ба вице-адмирала Моллера. Членами комитета являлись вице-
адмиралы Сенявии4 5, Пустошкин и Грейг, контр-адмирал Рож-
нов, капитан-комапдоры Крузенштерн, Ратманов и Беллинсгау-
зен ь. Комитету поручалось разработать и провести мероприятия
по усилению боевой готовности флота, укреплению морских пор-
тов, усовершенствованию подготовки морских офицеров и улуч-
шению организации и управления флотом. Комитет должен был
руководствоваться положением: «величина и сила флота нашего

1 Е. В. Та р л е. Крымская война. Т. 1. М.—Л., 1941, стр. 54.

2 П. Коргу ев. Русский флот в царствование императора Николая 1.
«Морской сборм-ик», 1896, № 7, стр. 12.

3 Там же.

4 Д. 11. Сенявии был вызван на службу и произведен в адмиралы.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, ф. 18003. «Об учреждении Комитета для образования
флота», л. 1.
должна соразмерна быть с величиною флотов» 1 великих евро-
пейских держав.

Результатом деятельности Комитета явилась реорганизация
Морского министерства. В январе 1827 года была упразднена
Военная по флоту канцелярия и образовано дежурство Морско-
го министерства, во главе которого стоял дежурный генерал, об-
ладавший большой властью. «Он имеет право смотреть и инспек-
тировать всех вообще рангов корабли и суда мореходные, греб-
ные и другие... Имеет право осматривать порты, арсеналы, маяки,
верфи, строения, фабрики, мастерские, магазины и другие заве-
дения Морского ведомства»1 2. Дежурным генералом был назна-
чен капитан-командор Ратманов.

В мае 1827 года был учрежден строительный департамент
по морской части, а в ноябре того же года утверждено положе-
ние о предварительном образовании Морского министерства.
Оно учреждалось вместо Государственной Адмиралтейств-Кол-
легни с ее казначейской экспедицией и портовыми отделениями
и состояло из: канцелярии Министерства, Адмиралтейств-Сове-
та, Управлений, Генерал-гидрографа, Дежурного генерала, Ге-
нерал-интенданта и Генерал-штаб-доктора, а также Морского
Ученого комитета3. В январе 1828 года был образован Морской
штаб, в состав которого входили: управление Гейер а л-гидро гра-
фа, управление Дежурного генерала и Морской Ученый комитет.
В ведении Морского министерства оставались Адмиралтейств-
Совет, Управления геперал-интеидапта и Генерал-штаб-доктора,
Департамент корабельных лесов и все хозяйственные учрежде-
ния. Начальником Морского штаба был назначен А. С. Мен-
шиков, удивлявший моряков полным незнанием военно-морского
дела, а Морским Министром Моллер. Еще в 1819 году по
проекту Захарова в Петербурге было завершено строительство
здания Главного адмиралтейства, где и разместились учрежде-
ния Морских ведомств. По замыслу Морской штаб должен был
сосредоточить в своих руках все управление флотом, по факти-
чески образовалось двоевластие, так как в ведении Министерст-
ва остались все хозяйственные дела.

В это же время намечалось провести реорганизацию морских
команд, с целью не только их укомплектования, но, главным
образом, устройства на армейский лад. Комитет рекомендовал
организацию и штат флота «составить в соответственной сораз-

мерности и порядке противу штата военно-сухопутного, с малым
разве изменением, необходимым по различному роду службы» 4.
Такое устройство было дано строевым командам, всем морским
училищам и нестроевым подразделениям. Они делились на эки-

1 Вт. ПСЗ, т. 1, № 26, 1826, стр. 38.

2 Там же, т. 2, № 839. 1827, стр. 45.

3 Там ж-е, т. 2, № 1325, 1827, стр. 704.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 18003, лл. 38 и 39.
пажи, полуэкипажи и роты. Рота насчитывала 100 человек и де-
лилась на 4 отделения, 8 рот составляли экипаж. Весь Черномор-
ский флот был преобразован в Отдельный корпус, а в Черномор-
ском департаменте образованы распорядительная часть,
ведавшая судостроением и мореплаванием, фруктовая часть 1 и
артиллерийское управление 1 2.

Аракчеевские порядки на флоте сопровождались унижением
человеческих достоинств матросов, их истязанием. Издеватель-
ства и истязание матросов приняли настолько уродливый харак-
тер, что командующий Черноморским флотом Грейг вынужден
был издать приказ: «Дошло до моего сведения, что некоторые
из обер- и даже штаб-офицеров при замеченной в чем-либо
неправильности служителей им вверенных, вместо законного
наказания их, бьют оных сами руками и ногами, и тем ие только
подвергают людей сих увечью, какое от человека в горячность
пришедшего, легко нанесено быть может, но и выходят из пра-
вил, законами постановленных и строго воспрещающих подоб-
ные самоуправства» 3.

Особое внимание Комитет обратил на строительство кораб-
лей. По штату, утвержденному Александром I, предусматрива-
лось иметь в Балтийском флоте 27 кораблей, но в конце 1825 го-
да из 15 наличных кораблей, годных к службе, было только 5 4.
Несколько лучше обстояло дело в Черноморском флоте5, но и
здесь из 15 наличных кораблей, годных к службе, было лишь 106.
С 1816 по 1828 год ассигнования Черноморского департамента
составили 95 557 924 руб. 4774 коп. 7, но на строительство боевых
кораблей было израсходовано 22 249 930 руб. 3672 коп., т. е. ме-
нее одной трети. Согласно отчету адмирала Грейга по Черно-
морскому 8 флоту, за период с 1816 по 1828 год построено: линей-
ных кораблей 11, фрегатов 4, военных судов разных 17, транс-
портов больших, средних и малых 27, пароходов 3, флошхо-
утов 19, канонерских лодок 31, иолов 19 и других судов 309. Кро-
ме того, строились в 1828 году: 3 корабля, 1 фрегат, 1 бриганти-
на, 1 флошхоут большой и 5 иолов.

Большое внимание уделялось качеству кораблей, их прочнос-
ти. В целях улучшения кораблестроения в конце 1826 года был

1 Центральный государственный архив Военно-Морского флота СССР
(далее — ЦГАВМФ), ф. 19, д. 117, б., л. 10.

2 Там же, л. 11.

3 ЦГАВМФ, ф. 243, оп. 1, д. 3009, л. 18.

4 II. Коргу ев. Указ, соч., «Морской сборник», 1896, № 7, стр. 10.

5 Поскольку Черноморский флот играл в военных действиях на море в
1828 — 1829 годах главную .роль, то естественно, что в данной работе ему уде-
ляется ociioiBiHoe внимание.

с II. Ко pry ев. Указ, соч., стр. 40.

7 ЦГАВМФ, ф. 19, оп. 1, д .117 б, л. 52.

8 Там же. «Отчет о главных действиях адмирала Грейга по Черноморскому
флоту до 1828 года», л. 52.

9 Там же, лл. 52 об. и 53.
создан Корпус корабельных инженеров. Мастерам и их помощни-
кам были присвоены звания корабельных инженеров. Был уста-
новлен такой порядок, что с момента закладки корабля па верфи
назначался его командир, который отвечал не только за построй-
ку судна, по и за его оснащение и вооружение.

Несмотря па косность правящих кругов и их преклонение
перед иностранными военными авторитетами, русские моряки и
талантливые кораблестроители создавали отличные суда. Была
улучшена техника судостроения, введены металлические крепле-
ния и обшивка подводной части кораблей медью, что увеличило
срок службы кораблей. Улучшились оснастка и вооружение су-
дов, на новых кораблях стали устанавливать громоотводы. За-
мечательным кораблестроителем являлся архангельский инже-
нер А. М. Курочкин, построивший 87 различных судов, в том чис-
ле 45 линейных кораблей и фрегатов1. По планам и чертежам
Курочкина были построены линейные корабли «Азов» п
«Иезекииль», прославившиеся в Наваринском сражении. В стро-
ительстве «Азова» принимал участие его первый командир
М. П. Лазарев.

На Ижорских заводах в 1817 году был построен пароход
«Скорый», явившийся первым военным судном, которое приводи-
лось в движение паровой машиной1 2. Таким образом, русским
морякам и техникам принадлежит приоритет в применении па-
ровой машины в качестве двигателя военного корабля. В 20-х
годах в Балтийском флоте было введено в строй еще несколько
пароходов. Для Черноморского флота в Николаеве в 1820 году
построили пароход «Везувий», а в 1825 году — пароход «Мете-
ор». В конце 20-х годов К. Черновский, заключенный в Петро-
павловскую крепость за участие в декабристском движении,
разработал проект подводной лодки, который получил высокую
оценку экспертов. Однако в силу крепостнических порядков и
косности правящих кругов, этот проект, как и многие другие не
был претворен в жизнь. Во второй четверти XIX века царская
Россия все более отставала от западноевропейских стран в стро-
ительстве парового флота. Эта отсталость особенно сильно ска-
залась в Крымской войне.

Было бы неправильным полагать, что в России не понимали
важности пароходов для военно-морского флота. Грейг писал
Николаю 1: «Вообще занятия их (пароходов. — В. Л.) весьма
обширны, и совершаются с такой успешностью и столь малыми
издержками», что первый пароход в течение одного лета «оставил
некоторые суммы в избытке казне» 3.

Принимались меры к усилению Дунайской флотилии4. Было

1 История военно-морского искусства. Т. 2. М., 1954, стр. 97.

2 Первый русский пароход «Елизавета» построен в 1815 году.

3 ЦГАВМФ, ф. 19, д. 117 б., 1828, л. 38.

4 ЦГАВМФ, ф. 170, on. 1, д. 399. Начальник Главного штаба Дибич
начальнику Морского штаба от 26 февраля 1828 года, л. 4.
создано дунайское управление1, подчиненное командованию
Черноморского флота. Особое внимание обратили на усиление
боевой мощи судов флотилии. Вместо канонерских лодок, «имев-
ших по одному только орудию», стали строить новые, вооружен-
ные «тремя 24-фунтового калибра орудиями» и вмещавшие «ме-
сячный запас на 60 человек» 1 2. В 1828 году в состав флотилии
вошли 5 новых канонерских лодок и 10 иолов. Во время войны,
в начале 1829 года, некоторые суда флотилии были вооружены
боевыми ракетами3, которых насчитывалось свыше 300 4.

Накануне войны с Турцией были приняты меры к укрепле-
нию черноморских портов и улучшению материальной базы
флота. Особое внимание обратили на Севастополь — главную
базу Черноморского флота. Для защиты города с моря на бе-
регах бухты установили артиллерийские батареи. У входа в Се-
вастопольскую бухту соорудили два маяка 5, а в городе были
построены пристань, мол, доки, казармы и госпиталь.

В 1823 году в Херсоне был «установлен литейный завод», ко-
торый снабжал флот ядрами, бомбами, железными и медными
деталями для кораблей. Там же действовал канатный завод,
па котором была установлена «машина для делания веревок и
канатов». Машина не только вырабатывала «прочные и надеж-
ные веревки», но и давала «экономию пеньки»6. В городе Бого-
явленске построили фабрику по выработке парусины и сукна,
на которой была установлена суконно-валяльная машина7. По-
скольку на всех этих казенных предприятиях применялся труд
наемных рабочих, их можно характеризовать как капиталистиче-
ские.

Комплектование флота личным составом производилось пу-
тем рекрутских наборов. Как и в армии, многие флотские коман-
ды не были полностью укомплектованы. В 1825 году штатная
численность строевых и морских команд в Балтийском и Черно-
морском флотах должна была составлять до 90 тысяч человек, а
в действительности насчитывалось лишь 70 тысяч8.

Подготовка офицерских кадров для флота проходила в спе-
циальных военных учебных заведениях, главное место среди ко-
торых занимал Морской кадетский корпус. Поскольку уровень
подготовки выпускников этих учебных заведений во многих слу-

1 ЦГАВМФ, ф. 19, он. 1, д. 117 б., л. 12.

2 'Гам же, л. 20.

3 (ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4807. «О снабжении Дунайской флотилии... раке-
тами». Начальник артиллерии 2-й армии Левенштери начальнику штаба 2-й
apiMin.ii 'Гелю, л. 20.

4 Рассказы о русском первенстве. М., 1950, стр. 263.

5 ЦГАВМФ, ф. 19, он. 1, д. Ш7 б., л. 28 об.

6 Там же, л. 38 об.

7 Там же, лл. 38 об и 39.

3 11. Коргу ев. Указ, соч., стр. 17.
чаях не отвечал требованиям, Комитет уделил этому вопросу
большое внимание. В 1826 году директором Морского корпуса
был назначен известный мореплаватель И. Ф. Крузенштерн, дея-
тельность которого как администратора и особенно педагога име-
ла прогрессивное значение. Улучшилась как теоретическая, так п
практическая подготовка будущих офицеров. В начале 1829 года
при Морском корпусе был создан офицерский класс, в котором
совершенствовали свои знания молодые офицеры.

Особое внимание уделялось практическому опыту офицеров.
По новому положению о штате и табеле Морского кадетского
корпуса гардемарины и кадеты в обязательном порядке должны
были проходить морскую практику1. Теперь гардемарин мог
быть произведен в офицеры только в том случае, если он проде-
лал три кампании на море. При продвижении по службе и в
чинах теперь стали больше учитывать знания и опыт офицера,
его способность выполнять служебные обязанности.

Большое значение для совершенствования боевой подготов-
ки личного состава флота имели дальние плавания и гидрогра-
фические экспедиции. В 1820 году русские моряки на шлюпах
«Мирный» и «Восток», которыми командовали М. П. «Лазарев и
Ф. Ф. Беллинсгаузен, совершили величайший научный подвиг.
Они открыли Антарктиду, опровергнув тем самым мнение запад-
ноевропейских географов! что за Южным полярным кругом зем-
ли нет.

В результате мер, принятых «Комитетом для образования
флота», и прежде всего благодаря деятельности таких видных
моряков, как Сенявин, Грловин, Грейг и др., русский флот зна-
чительно усилился и в целом выполнил те задачи, которые были
поставлены перед ним в ^оде войны 1828—1829 годов.

Перед войной Черноморский флот состоял из 9 линейных су-
дов, 5 фрегатов 1 2, одного парохода, 20 малых судов разных типов,
17 военных транспортов р 8 зафрахтованных коммерческих су-
дов 3. Дунайская флотилия насчитывала 25 канонерских лодок и
17 иолов4.

3. АРМИЯ и ВОЕННО-МОРСКОЙ ФЛОТ ТУРЦИИ

Оттоманская империя, возникшая в XIII веке, наибольшего
расцвета достигла в XVI веке. Основанное на военно-феодаль-

1 Вт. ПСЗ, т. 1, № 783, 1826, стр. 1345.

2 ЦГАВМФ, ф. 8, сип. 1, д. 11, лл. 4—7. Корабли: 110-пушечпые «Импера-
тор Франц», «Париж»; 84-пушечные «Пантелеймон», «Императрица Мария»;
74-|Пушечные «Скорый», «Норд Адлер», «Пимен», «Пармен», «Иоанн Златоуст»;
фрегаты «Евстафий», «Флора», «Поспешный», «Штандарт», «Рафаил»
(ЦГАВМФ, ф. 8, on. 1, д. 334, л. 7).

3 История русской армии и флота. М., 1913, вып. 9. Флот в царствование
императора Николая I, стр. 263.

4 И. К о р г у е в. Указ, соч., стр. 9.
пой системе, указывал К. Маркс, Оттоманское государство
«было единственной подлинной военной державой средневе-
ковья» Г

Военно-феодальная система обеспечивала возможность соз-
дания крупных вооруженных сил. Используя громадные люд-
ские резервы, султаны создавали армии в несколько сот тысдч
человек. Они располагали многочисленной кавалерией и профес-
сиональной пехотой, в том числе новой пехотой — янычарами.
Корпус янычар был создан около 1360 года при султане Мура-
де 1. По-турецки янычары назывались «ени чери», то есть новое
войско. Действительно, в то время это было новое войско, про-
фессиональное и постоянное, находившееся на полном содержа-
нии у государства.

1 (ентрализованпая военно-феодальная система позволила
туркам осуществить крупные завоевания. В 1453 году султан
Мехмед II «Завоеватель» захватил Константинополь и покон-
чил с существованием Византийской империи. Турки завоевали
Сербию, Боснию, Герцеговину, Болгарию и другие страны.

Однако в недрах военно-феодальной системы Оттоманской
империи развивались такие противоречия, которые привели ее
к упадку. Этот упадок особенно усилился с конца XVIII века. Он
был обусловлен прежде всего очень медленным разложением
феодальных и развитием буржуазных отношений. Как указывал
Энгельс: «Страна, упорно сохранявшая в неприкосновенности
феодальный общественный строй, в то время как все ее соседи
прогрессировали, формировали свою буржуазию, развивали тор-
говлю и промышленность и создавали большие города, — такая
страна была обречена на упадок»1 2. Говоря о социально-экономи-
ческом строе Турции, Маркс и Энгельс указывали, что она нахо-
дится «па самой низкой и варварской стадии феодализма»3.
Энгельс писал, что «турецкое, как и любое другое восточное гос-
подство несовместимо с капиталистическим обществом», что в
Оттоманской империи «отсутствует первое основное условие бур-
жуазной предпринимательской деятельности — безопасность лич-
ности купца и его собственности»4.

Современник рассказывал, что крупный негоциант был убит
но приказанию султана «без всякого предлога, без суда, только
лишь для того, чтобы завладеть его имением, ибо султан есть
наследник всех им умерщвляемых»5.

Турция все более отставала от западноевропейских стран в
технико-эконом'ическом отношении. Ее экономика приобретала

1 Архив К. Маркса и Ф. Энгельса, т. 4, стр. 189.

2 К- Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 16, стр. 164.

3 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 9, стр. 6.

4 К. Марксы Ф. Энгельс. Соч., т. 22, стр. 33.

6 О причинах нынешнего положения Турции, «Вестник Европы», 1829,
№ 17, стр. 64.
застойный характер. Жесточайшая эксплуатация крестьянства
подрывала экономическую основу страны — сельское хозяйство.
Торгово-ростовщический капитал, проникая в земледелие, не

вызывал «шичего иного, кроме экономического упадка и полити-
ческой коррупции» Г Труд голодного и нищего крестьянина не
мог быть производительным. Сельское хозяйство все более и бо-

лее деградировало.

Деградация сельского хозяйства сужала внутренний рынок,
вела к упадку ремесла. Ремесленники, городская беднота и
крестьянство были задавлены тяжелым налоговым прессом. По
приблизительным подсчетам А. Ф. Миллера, в конце XVIII века
в Турции существовало 97 различных налогов1 2.

Экономической отсталости Оттоманской империи соответст-
вовала ее политическая отсталость. Центральная власть ослабла,

в администрации и судах процветала коррупция. Характеризуя
политическое положение Высокой Порты, К. Маркс и Ф. Эн-

гельс говорили о ней, как об «одряхлевшей и обессилевшей»3.

Застой в области экономики и политическая отсталость при-
вели к тому, что и культура Турции пришла в упадок. В литера-
туре и официальных документах употреблялся язык, чуждый на-
роду (смесь арабского и персидского).

Показателем кризиса турецкого государства являлись углуб-
ление феодальной раздробленности и усиление внутренних
междоусобиц и сепаратизма крупных феодальных владетелей4
(Али-паша Янинский, Видинский паша Осман Пазвапд-оглу
и др.).

В Центральном Военно-историческом архиве СССР хранит-
ся дело, содержащее ценнейшие сведения о Турции и ее армии
за 1826—1836 годы5. В секретном документе, который датиро-
ван октябрем 1826 года, сообщалось, что «турецкое правитель-
ство находится ныне в самом критическом положении — с одной
стороны, возмущение и война с греками, с другой, общее волне-

ние как внутри столицы Константинополя, так и вне опой по всем
областям»6.

Оттоманская империя была государством многонациональ-

ным. Входившие в ее состав народы Балканского полуострова

и Кавказа подвергались жесточайшему гнету турецких захват-
чиков. Господство турецких феодалов, по выражению К. Марк-
са и Ф. Энгельса, представляло «собой серьезное препятствие
для развития всех ресурсов, которыми обладает фракийско-ил-
лирийский полуостров» 7.

1 Ц. М а р к с и Ф. Энгельс. Соч., т. 25, ч. 2, стр. 146.

2 А. Ф. Миллер. Мустафа-паша-Байрактар. М.—Л., 1947, стр. 37.

3 К. М а р к с и Ф. Энгельс. Соч., т. 9, стр. 36.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4479, л. 63.

5 Там же.

6 Там же, л. 54.

7 К. М арке и Ф. Энгель с. Соч., т. 9, стр. 6.
Балканские народы неоднократно поднимали восстания про-
тив оттоманского владычества. Особенно усилилось националь-
но-освободительное движение с конца XVIII века. Во главе его
стояла формировавшаяся национальная буржуазия главным об-
разом торговая, а основной движущей силой было крестьянство.
Большое влияние на это движение оказала Великая французская
б у р ж у а з и а я р ев о л ю ц и я.

Значительный размах освободительное движение нолучрло
в Сербин, Греции и других странах. Но в то время Оттоманская
империя была еще достаточно сильна для того, чтобы подавить
освободительное движение порабощенных народов. Кроме того,
следует иметь в виду, что Англия и Франция стремились сохра-
нить целостность Порты — удобную ширму для экономического
и политического закабаления Турции. В этих условиях балкан-
ские и кавказские народы могли освободиться из-под оттоман-
ского владычества лишь в результате внешней поддержки. Эту
поддержку, независимо от захватнических целей царизма, бал-
канским и кавказским народам могла оказать и оказала Россия.
Большое значение для освободительного движения этих народов
имели победы России в войнах с Турцией во второй половине
XVIII — начале XIX века.

Рост национально-освободительного движения угнетенных
пародов и крестьянские восстания— важный показатель глубоко-
го кризиса Оттоманской империи.

Упадок производительных сил, политический кризис, отста-
лость в области культуры привели к ослаблению военной силы
lypmin, а это, в свою очередь, повлекло за собой ряд военных
поражений. К. Маркс писал: «нет абсолютно никаких оснований
считать, что упадок Турции начался с того момента, когда Собе-
ский оказал помощь австрийской столице. Исследования Гам-
мера неопровержимо доказывают, что организация Турецкой им-
перии находилась тогда в состоянии разложения и что уже за
некоторое время до этого эпохе оттоманского могущества и ве-
личия быстро приходил конец»1.

Военные поражения, будучи следствием, прежде всего, внут-
реннего упадка, в свою очередь еще более ослабили Турецкую
империю, обострили кризис всей ее военно-феодальной системы.
Возникшее в войне и для войны, Османское государство могло
быть жизнеспособным, могло сохранять свою самостоятельность
лишь до того времени, пока была крепкой его военно-феодаль-
ная система. Хорошо знавший Турцию второй половины XVIII
века русский посол в Константинополе А. М. Обресков писал:
«...Начало и основание их (турок — В. Л.) есть оружие; выпусти

1 К. Мар к с и Ф. Энгель с. Соч., т. 10, стр. 262.
его из рук, они не знают, за что ухватиться и бьются как рыба на
земле»1.

Таким образом, Оттоманская империя переживала с конца
XVIII века глубокий кризис. «Страна погибает,-—вынужден был
признать султан Селим III, —еще немного, и уже нельзя будет
ее спасти»1 2.

Угроза полного распада Османской империи заставила Сели-
ма III3 провести ряд реформ, которые известны под названием
«низам-ы джедид», т. е. «новое устройство» или «новая система».
Опираясь на просвещенные круги турецких феодалов и торговой
буржуазии, на часть офицеров и сановников, Селим III сделал
попытку ликвидировать феодальную анархию, усилить централь-
ную власть и создать регулярную, по-европейски обученную ар-
мию, которая должна была заменить разложившиеся и потеряв-
шие боеспособность корпус янычар и отряды спахиев.

Сохраняя в неприкосновенности основы феодального строя,
Селим III стремился создать сильное феодально-абсолютист-
ское государство. Против реформ ополчились все реакционные
силы страны. Особенно ярыми противниками реформ были яны-
чары. В 1807 году они подняли восстание в Стамбуле и добились
отмены реформ. Селим был свергнут с престола, а затем уби т по
приказу султана Мустафы IV.

Видный политический и государственный деятель, крупный
феодал Мустафа-шаша Байрактар, ставший при султане Мах- ..
муде II великим визирем, в 1808 году сделал новую попытку про-
вести реформы, но был убит янычарами.

Главная причина неудач реформ заключалась в том, что они
не затрагивали феодальных основ Оттоманской империи и не
только не облегчали положения народных масс, но наоборот,
проводились за их счет. Что касается турецкой национальной
буржуазии, то она была еще слаба ц не выступала как самостоя-
тельная политическая сила.

Победа янычар, бывших главным оплотом наиболее реакци-
онных сил, привела к тому, что Турция по-прежнему переживала
кризис. В 20-х годах XIX века этот кризис еще больше обост-
рился. Государство раздиралось междоусобной борьбой феода-
лов и классовыми выступлениями крестьянства 4. Большого раз-
маха достигло национально-освободительное движение грече-
ского народа. В этой сложной обстановке, когда турецким фео-
далам для защиты своих классовых интересов и войны в I реции
потребовались значительные боеспособные силы, оказалось, что
их нет. Нужна была новая, регулярная армия.

1 С. М. С о л о в ь е в. История России с древнейших времен, кн. 12,
тт. 23—24. М, 1964, стр. 376.

2 А. Ф. Миллер. Указ. соч., стр. 75.

3 Правил с 1789 но 1807 гг.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4479. Сведения русских агентов о Турции, 1826 г.,
л. 62.
В мае 1826 года султан Махмуд II издал Хатт-и-шериф
о военной реформе. Янычарский корпус ликвидировали и при-
ступили к формированию регулярной армии. Но объявить о соз-
дании новой армии — еще не значит создать ее. Глубоких ср-
циально-эконом.ических и политических преобразований в стра-
не проведено не было. Она продолжала переживать глубокий
кризис феодальной системы.

Экономически и технически отсталая феодальная Турция не
в состоянии была производить для армии и флота такое воору-
жение и в таком количестве, как это могли делать более разви-
тые капиталистические страны. Прослуживший ряд лет в турец-
кой армии и хорошо ее знавший, Г. Мольтке писал, что новые
войска, создававшиеся но европейскому образцу, были «с рус-
скими куртками и турецкими шароварами, с татарскими седла-
ми и французскими стременами, с английскими саблями, фран-
цузскими уставами и инструкторами из всех стран света»1.

Новая турецкая армия комплектовалась путем насильствен-
ной вербовки, а служба в ней была пожизненной. Поэтому ново-
бранцы всячески уклонялись от службы, и нередко их доставля-
ли в военные части в кандалах и под конвоем. Новые войска
были укомплектованы солдатами в возрасте от 17 до 37 лет1 2.

К началу войны с Россией общая численность новой регу-
лярной армии составила 65 тысяч штыков и сабель3, размещен-
ных, главным образом, в Дунайских крепостях. Так, например,
в Силистрпи насчитывалось около 24 тысяч, в Браилове — 12
тысяч, в Исанче — 64.

Турецкая регулярная армия была еще молода, плохо обу-
чена, страдала от организационных неполадок и недостатка об-
разованных офицеров, а главное — не имела необходимого бое-
вого опыта.

В секретном донесении, полученном от агента из Турции
осенью 1826 года, говорилось, что «султан с неусыпной деятель-
ностью и предприимчивостью принимает все меры и способы к
большему устройству и к значительному умножению регуляр-
ного войска» 5.

В записке под названием «Преобразование турецкого войс-
ка», которая хранится в ЦГВИА, дана следующая характерис-
тика его вооружения: «Вооружение регулярного турецкого вой-
ска, пехотного: ружье французское или турецкое со штыком и
сабля па перевязи. Вооружение конного: два пистолета6, пика и
сабля»7.

1 Г. М о л ь т к е. Указ. соч. Вып. 1. СПб., 1876, стр. 31.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4479. Записка о преобразовании турецкого войска,
1828, л. 90.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4475, лл. 1 и 2 об.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4479, л. 90.

5 Там же, л. 54.

6 Кроме того, имелось ружье.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4479, лл. 90 и 90 об.
Регулярная пехота насчитывала 33 полка трехбатальонного
состава, по 500 человек в батальоне. Кроме того, каждый полк
имел особую артиллерийскую роту, состоявшую из 120 человек
и имевшую 10 полковых орудий. Всего полк насчитывал в своем
составе 1800 человек \ Были еще два полка гвардии («бостанд-
жи»), общей численностью в 6 тысяч человек. По подсчетам
Мольтке и Епанчина, всего регулярной пехоты было около 60
тысяч человек1 2.

Регулярная кавалерия состояла из 4-х полков шестиэскад-
ронного состава, по 152 человека в эскадроне, всего 3648 всад-
ников.

Полевая артиллерия состояла из 84 пеших и 8 конных рот.
Точно определить количеств,о полевых орудий турецкой армии
невозможно, но, как показал ход войны, их было значительно
меньше, чем в русской армии. Орудия были трех-, шести-, вось-
ми-, двенадцати- и двадцатичетырехфунтовые. По своим баллис-
тическим данным эти орудия значительно уступали русским.
Поставленные на неуклюжие лафеты и часто перевозимые во-
лами, они имели небольшую маневренность. Оставляли желать
много лучшего и ядра.

Новая турецкая пехота, хотя и обучалась сомкнутому строю,
но в боевой обстановке jrio-прежнему предпочитала сражаться
нестройными толпами. «Хотя эта пехота была с трудом обучена
правильности сомкнутым движениям», писал Мольтке, она час-
то уклонялась от «непривычных форм, атакуя противника по-
прежнему обыкновению, ррассыпную»3.

Регулярная кавалерия также действовала не в сомкнутом
строю, как этого требовал новый устав, а стремилась атаковы-
вать противника большими группами, развернувшись «лавой».
«Настоящего кавалерийского строя»; — говорит современник, —
турки «не знают, а о тактике и говорить нечего» 4.

Характеризуя действия турецкой! артиллерии в войнах конца
XVIII — начале XIX века, генерал В. М. Четков пишет: «В по-
левых сражениях артиллерия примерялась турками редко и рас-
полагалась за пехотой, т. е. позади боевого порядка. В таких ус-
ловиях она могла стрелять либо в интервалы между пехотой
(с небольшими секторами обстрела), либо с возвышенностей
через головы своих войск... Ставить же артиллерию впереди бое-
вого порядка турки опасались, так как вследствие малой под-
вижности она могла при неудаче легко попасть в руки против-
ника» 5.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4479, л. 90.

2 Г. Мольтке. Указ, соч., вып. 1. СПб., 1876, стр. 34. II. Епан-
чин. Указ, соч., ч. 1, стр. 122.

3 Г. Мольтке. Указ, соч., вып. 1, стр. 35—36.

4 О войне с турками. «Военный журнал», 1828, № 4, стр. 205.

Б В. М. Четков. Артиллерия в эпоху М. И. Кутузова. М. И. Ку-
тузов. Материалы юбилейной сессии военных академий... М., 1947, стр. 112.
Плохо было организовано в турецкой армии взаимодействие
различных родов войск. Участник войны полковник Липранди,
хорошо знавший турецкую армию, писал: «Пехота, конница |и
артиллерия в турецких войсках не есть одно целое, как это мы
видим во всех европейских армиях. Пехота и конница турецкая,
в действиях своих против неприятеля, никогда одна другой не
помогает: между ними нет никакой взаимности»1.

Оставляло желать много лучшего и состояние разведыва-
тельной и сторожевой службы. «Собрание сведений о неприяте-
ле», говорит Липранди, у турок «находится еще в самом младен-
честве»1 2.

Организация управления и тыловая служба новой армии
мало чем отличались от прежней, дореформенной. Обоз армии
был огромным и напоминал грандиозный табор. Мольтке писал:
«С визирем выступали в ноле не только высшие административ-
ные власти с их свитой, но также многочисленная прислуга па-
шей... имамы, дервиши... и целые толпы слуг, купцов, ремесленни-
ков, танцоров, скоморохов и разного сброда. Толпа эта делалась
поистине несметною, если к ней присоединить еще бесчисленный
обоз с палатками для всех войск и продовольственными запа-
сами, затем волов и убойный скот, наконец, еще тысячи собак
для охранения лагерей»3.

Следует сказать, что новые турецкие войска вообще сохраня-
ли многие черты феодальной армии. По своей организации, воо-
ружению и боевой подготовке они значительно отставали от ре-
гулярных армий европейских стран.

Характеризуя турецкую армию как «разношерстную» с «пло-
хим офицерским составом и... плохой администрацией»4, Энгельс
писал, что она «не пригодна для больших стратегических опера-
ций»5.

В связи с тем, что регулярная армия была малочисленна и не
могла успешно вести войну с Россией, султанское правительство
объявило о призыве иррегулярных ополчений, преимущественно
конницы, из азиатских провинций, общей численностью около
100 тысяч человек. Кроме того, имелось около 10 тысяч легкой
конницы -— сип а хов.

Оценивая боеспособность турецкой конницы, генерал
А. А. Строков пишет, что она «действовала быстро и стремитель-
но, однако не отличалась устойчивостью и при первых неуспехах
обращалась в бегство»6.

Общая численность войск, выставленных султанским прави-
тельством для войны с Россией, большинством историков онре-

1 И. 11. Липранди. Особенности войн с турками. СПб., 1877, стр. 125.

2 Там же, стр. 122.

3 Г. Мольтке. Указ, соч., вып. 1, стр. 37.

4 Ф. Энгельс. Избранные военные пр отведения, т. 1, 1940, стр. 390.

5 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 34, стр. 218.

с А. А. Строков. История военного искусства. Рабовладельческое и
феодальное общество. М., 1955, стр. 546.
деляется в 180 тысяч человек1. Почти две трети составляли вой-
ска старого феодального типа, преимущественно конница.

По подсчетам Мольтке, эта 180-тысячная армия распределя-
лась следующим образом:1 2

1) в районе Константинополя и для обороны Босфора п Дар-
данелл — 37 тысяч,

2) в Фессалии грекам противостояло 10 тысяч,

3) в Придунайских крепостях и в Добрудже — 25 тысяч,

4) в Адрианополе — 30 тысяч,

5) в Шумле — 26 тысяч,

6) для действий на Кавказе — 30 тысяч,

7) в разных крепостях на Балканах и Кавказе — 25 тысяч.

Военно-морской флот Турции был значительно ослаблен
в результате разгрома в Наваринском сражении. В начале вой-
ны с Россией он состоял из 3-х линейных кораблей, 4-х фрегатов\
и большого числа малых судов. В ходе войны турки построили
несколько кораблей и малых судов. На Дунае они имели флоти-
лию, насчитывавшую 109 канонерских лодок, вооруженных 545
орудиями3.

iB основе турецкого военно-морского искусства лежали пас-
сивная стратегия и линейцая морская тактика, которую турки
заимствовали у западноевропейских стран. Турецкие флотовод-
цы, действуя по правила^ линейной морской тактики, стреми-
лись к бесконечным сложным маневрам и демонстрациям с целью
уничтожения флота противника в бою, удержания сильной пози-
ции и истощения врага.

4. ТЕАТРЫ ВОЙНЫ

Война между Россией й Турцией развернулась на балкан-
ском и кавказском театра^, удаленных друг от друга на 1 600
верст. Кроме того, военные действия велись на Черном море и в
Архипелаге.

На балканском театре местом военных действий были Ва-
лахия, Добруджа, Болгария и Румелия. Ближайшим объектом
наступления русской армии являлась Валахия. Омываемая с юга
Дунаем, эта страна представляла безлесную равнину, изрезан-
ную большим числом притоков Дуная, протекавших в крутых
оврагах. Почва очень плодородная, а климат, кроме низовья
Дуная, благоприятен для здоровья. Валахия была густо населе-
на, и жители ее, будучи единоверцами русских, относились к ним

1 Г. М о л ь т к е. Указ, соч., вып. 1, стр. 35. II. Е пан чин. Указ,
соч., ч. 1, стр. 122.

2 Эти данные приблизительны, так как войска прибывали к месту назна-
чения постепенно.

3 ЦГАВМФ, ф. 8, on. 1, д. 7, лл. 19 и 19 об., 1827.
дружественно, видели в них избавителей от владычества турец-
ких феодалов. Хотя страна и разорялась турками, в ней все 'же
можно было добыть продовольствие и фураж. Дороги были лишь
грунтовые.

Добруджа, расположенная между нижним течением Дун'ая,
Черным морем и Трояновым валом, представляла собой песча-
ную безлесную местность, с редкими населенными пунктами,
бедную водой и продовольствием, с крайне нездоровым клима-
том. Таким образом, Добруджа была неудобна для развертыва-
ния значительных воинских сил, особенно в отношении расквар-
тирования и продовольствия войск.

Придупайская Болгария по своим природным условиям была
похожа на Добруджу. Другая часть Болгарии, носившая назва-
ние Дели-Орм анского леса и являвшаяся предгорьем Балкан,
представляла собой холмистую равнину, отличавшуюся исклю-

чительным плодородием почвы.

С севера Болгария омывалась Дунаем, который турки пре-
вратили в важную оборонительную линию. Быстрое течение,
большая ширина в дельте и значительная глубина затрудняют
переправу через Дунай. К тому же правый берег реки — высок
и крут, а левый — низмен и местами болотистый.

Оборонительная мощь Дуная была усилена значительным
числом крепостей. Во время русско-турецкой войны 1828—1829
годов важную роль играли крепости: на правом берегу — Видии,
Рахов, Никополь, Систав, Туртукай, Рущук, Силистрия, Гирсово,
Мачин, Исакча и Тульча; на левом берегу — Калафат, /Куржа
и Браилов. Турки имели на Дунае сильную флотилию.

Оценивая турецкую оборону на Дунае, главнокомандующий
2-й армией Витгенштейн в ноябре 1827 года писал начальнику
Главного штаба Дибичу: «...турки с отменною деятельностью
в последние два месяца поставили дунайскую линию в надле-
жащее оборонительное состояние»1.

Приблизительно в 100 верстах южнее Дуная пролегает
Балканский хребет, восточная часть которого, так называемые
Малые Балканы, тянется до самого моря. Важными, но трудно-
доступными перевалами через эти горы были Осман-Базар-Сли-
вен, Шумла-Доброль, ПраводынКеприкиой-Айдос и Варна-Бур-
гас. Балканы являлись второй (первой был Дунай) оборонитель-
ной линией турок, которую они усилили двумя большими крепос-
тями -— Шумлой и Варной. Первая являлась ключом к Малым
Балканам, а вторая была оплотом и портом Турции на западном
побережье Черного моря и защищала береговые дороги через
горы.

За Балканами местность была гористая, перерезанная боль-
шим числом рек. Ближе к морю находилась Восточная Ру-
мели я.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4442. Рапорт Витгенштейна Дибичу, л. 1 об.
EJa кавказском театре военные действия развертывались иа
территории Карсского, Ахалцихского, Баязетского и Эрзерум-
ского пашалыков. За исключением плоскогорья, которое прос-
тиралось от Гумров до хребта Саганлуга, весь театр представ-
лял собой суровую горную местность, пересеченную множеством
рек и речек. Дорог было мало, и часто для того, чтобы перевезти
артидлерию и обоз, приходилось строить заново.

В некоторых районах население было редкое и земледелием
занималось мало. Накануне войны с Россией турки опустошили
значительную пограничную территорию и насильно выселили от-
туда жителей, так как значительная часть населения (армяне,
азербайджанцы и др.) дружелюбно относились к русским и ви-
дела в них своих союзников в борьбе с оттоманским гнетом.

Главными опорными пунктами обороны турок были крепости
Карс и Ахалцих, в районе которых во время русско-турецкой
войны и развернулись главные военные действия. К началу вой-
ны в пограничных крепостях турки имели значительные гарни-
зоны, в том числе в Карре около 11 тысяч человек. В районе
Эрзерума концентрировалась главная полевая армия, насчиты-
вавшая до 20 тысяч человек, в том числе 6 тысяч регулярных
войск. В начале войны турки, используя многочисленное местное
мусульманское населений, собрали крупные силы иррегулярного
ополчения.

5. ПЛАНЫ СТОРОН

На балканском театре турецкий план предусматривал веде-
ние оборонительной войны. Турки надеялись отсидеться за двумя
мощными линиями обороны, проходившими по Дунаю и Балкан-
ским горам. «Наступательная сила турок, — писал Ф. Эн-
гельс, — была сломлена еще 100 лет(тому назад, оборонительная
же их сила, пока еще значительная, также уменьшилась; луч-
шим показателем этой возрастающей слабости являлись волне-
ния, начавшиеся среди покоренных ими христиан: славян, ру-
мын и греков, которые составляли большинство населения Бал-
канского полуострова»1.

На Кавказе турки собирались не только обороняться, но и
наступать.

В России к разработке планов войны с Оттоманской Турцией
приступили сразу же, как только начался восточный кризис 20-х
годов XIX века и обострились русско-турецкие противоречия.
Первый вариант плана содержался в записке генерала Дибича,
которая была представлена Александру I в июле 1821 года.
Принц Е. Виртембергский в своих воспоминаниях писал, что

1 К. М а р к с и Ф. Энгельс. Соч., т. 22, стр. 17.
план Дибича «при ближайшем рассмотрении оказался во всех
пунктах схожим с запиской, которую я подал» l. I

Считая, что «война против турок... требует самых решитель-
ных действий»1 2, Дибич предлагал провести ее молниеносно, в
течение одной летней кампании, т. е. в 4—5 месяцев.

•Плохо разбираясь в международной обстановке, не зная
театра предстоящей войны, недооценивая военный потенциал

противника и переоценивая наличные силы и возможности цар-
ской России, Дибич предлагал вести наступление по прямой опе-
рационной линии, которая проходила вдоль западного берега
Черного моря. Горячий поклонник прусской военной школы, Ди-
бич на бумаге спланировал всю войну очень гладко. Он даже
составил своеобразный график военных действий русской ар-
мии на всю кампанию: 1 марта она начинает военные действия,
14 апреля форсирует Дунай, в конце мая преодолевает Малые
Балканы, в нюне занимает Адрианополь и 1 августа вступает
в Константинополь3.

В 1821 году войны удалось избежать, план Дибича не полу-
чил практического воплощения. Но в марте 1826 года, когда
потребовалось оказать давление на султанское правительство и
предполагалось провести военную демонстрацию на Дунае, Ни-
колай I поручил Дибичу составить новый план войны. Хотя в это
время вопрос стоял не о войне, а лишь о занятии Дунайских кня-
жеств, Дибич, бывший в это время уже начальником Главного
штаба, вновь возвращается к плану 1821 года. Он был положен
в основу «Плана действий российских войск против Турции»4,
который Дибич в мае 1826 года сообщил главнокомандующему
2-й армией Витгенштейну.

В конце 1827 года русско-турецкие противоречия переросли
в военный конфликт. В декабре Дибич представил еще один план
военных действий — «Общее предположение», датированное
31 декабря 1827 года5. По своему содержанию этот план мало
чем отличался от плана 1821 года. В его основе лежит идея —
завершить войну в одну кампанию и подписать мир в Констан-
тинополе. Новое состояло в том, что были несколько изменены
календарные сроки: в апреле — мае предполагалось занять Ду-
найские княжества и форсировать Дунай, в июне преодолеть

1 Е. В и р т ем б ер гск и й. Из воспоминаний. «Русский архив», 1878,
кн. 1, стр. <366.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 17967. Записка о действиях против турок в 1821
году графа Дибича.

3 Там же, л. 1 об.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4471. «План действий российских войск против
Турции», лл. 22—24; ОПИ ГИМ, ф. 323, д. 64, л. 17 и след.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4442, лл. 27=-29 об.
Балканы, а в августе занять Адрианополь и с 15 сентября начать
«действия против самого Константинополя» L -

Уместно отметить, что Суворов в плане войны с Турцией,
составленном в 1795 году, считал, что русской армии для занятия
Дунайских княжеств, осады крепостей у подножия Балкан и пе-
рехода через Балканский хребет потребуется две-три кампании1 2.

Составленный бездарным кабинетным стратегом, каким яв-
лялся Дибич, новый план был переполнен мелочами. Дело дошло
до того, что из Петербурга указывали, какой отряд и как дол-
жен действовать, где и когда он соединяется с другими войсками.
Так, в плане говорилось, что «в Балканах может соединиться
с главными силами часть гвардии», которая будет состоять не
меньше и не больше, как из 16*/з эскадронов3.

Предрешив вопрос о войне, и, указав, что «первое военное
движение» начнется примерно 15 марта 4, военные деятели Петер-
бурга не спешили с приведением армии в боевую готовность.

Командование 2-й армии фактически было отстранено от сос-
тавления плана войны и во многих случаях лишено нрава рас-
поряжаться войсками, особенно резервами. В январе 1828 года
было утверждено предположение о составе, расположении и уп-
равлении резервными войсками, которые придавались 2-й ар-
мии. В нем было сказано, что намеченное может быть выполнено
только после того, как наследует высочайшее повеление о дви-
жении действующих войср5. Особенно сильно Николай I и его
военное окружение опекали поселенные войска. В предположе-
нии говорилось, что «собственно по военному поселению никакое
новое распоряжение не может быть сделано без высочайшего
государя императора соизволения»6.

Большую роль в войн в должны были сыграть казачьи части.
В феврале 1828 года по распоряжению из Петербурга на усиле-
ние 2-й армии были направлены донские казачьи войска. В свя-
зи с этим последовало «высочайшее повеление» на имя Витген-
штейна, в котором предписывалось: «чтобы донские казачьи
войска, следующие к Днестру на усиление вверенной Вашему
сиятельству 2-й армии... оставлены были но распоряжению ге-
нерал-лейтенанта графа Витта в окружности Елизаветграда
впредь до востребования Вашим сиятельством, с тем, чтобы че-
рез такое распоряжение избегнуть затруднения, с коими, по не-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4442, л. 29.

2 План, поданный графом Суворовым на утверждение Ее Величества рус-
ской императрицы в 1795 году. «Русский архив», 1914, № 6—7, стр. 159—170.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4442, лл. 20 и 20 об.

4 Там же, л. 27.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4425, Дибич Витгенштейну от 20 января 1828 года,
лл. 1 и 1 об.

6 Там же, л. 8 об.
достатку сена, сопряжено было
Днестре» L

продовольствие сих войск на

К таким нелепостям приводило стремление руководить всем
из Петербурга. Донские войска направляются на усиление 2-й

армии и в распоряжение командования армии, но фактически
оно не имело права ими распоряжаться. Маршрут следования,
время прибытия и дислокация казачьих частей — все определя-

л ось стол и чны м и воен ач альниками.

Командование 2-й армии сделало робкую попытку отстоять
свои нрава на участие в разработке плана военных действий.
15 февраля 1828 года Витгенштейн и Киселев представили свои
замечания на Общее предположение от 31 декабря. В письме
к Дибичу Витгенштейн остановился на двух основных вопросах:
1) О «совокупном действии сил, предназначаемых для войны».
Он полагал «более верным и выгодным открыть кампанию, ког-
да резервы находиться будут на самом театре войны»1 2; 2) о «сох-
ранении армии от преждевременного изнурения». Он считал, что

«слишком раннее выступление войск... не дозволит продолжать
наступательное движение»3. Опасаясь, вероятно, что даже эти
замечания могут вызвать недовольство Дибича, Витгенштейн в
конце письма писал: «Впрочем, препровождая к Вашему Сия-

тельству записку сию, я весьма согласен с заключением ва-
шим» 4.

Более детальному разбору общее предположение было под-
вергнуто в записке «Некоторые замечания на предполагаемое
движение армии за границу» 5, составленной Киселевым. Выска-
зывалось возражение против срока начала кампании, так как
15 марта не есть еще «сухое время», это время распутицы и от-
сутствия подножного корма 6. Предлагалось начать переход че-
рез границу «не прежде половины апреля месяца» 7.

В конце мая, писал Киселев, действующая армия должна
предпринять «движение через Балканы тремя колоннами до Бур-
гаса», сосредоточиться в лагере у Карабунара, имея авангард
в Факи8, левый фланг у Бургаса и боковое прикрытие на реке
Тупдже. После этого предлагалось начать наступление на
Константинополь. Таким образом, Киселев, так же как и Дибич,
предполагал завершить войну в одну кампанию.

Замечания Витгенштейна и Киселева были получены в Пе-

1 ЦГВИА, ф. (ВУА, д. 44158, ч. 1, лл. 140 и 140 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4442, л. 39.

3 Там же, л. 39 об.

4 Там же.

6 Там же, «Некоторые замечания на предполагаемое движение армии за
границу... представленные начальником Главного штаба 2 армии», лл. 41—47.

6 Там же, л. 41.

7 Там же, л. 43.

в Там же,
1

тербурге 21 февраля 1828 года, и в этот же день Дибич, «неуспев
еще рассмотреть замечания... и довести оные до сведения госу-
даря императора» *, направил командованию 2-й армии новое
Предположение. Поэтому насмешкой звучат слова Дибича, адре-
сованные Витгенштейну: царь «высочайше повелел препроводить
оное (Предположение. — В. Л.) к Вашему сиятельству для сооб-
ражений Ваших и для окончательного по оному принятия всех
предварительных мер. При сем однако же Его императорское
величество предоставляет Вашему сиятельству представить
по означенному предположению Ваше мнение»1 2.

Главная причина изменения плана войны заключалась в слож-
ности международной обстановки. Было не ясно, какую позицию
займут Англия, Франция р особенно Австрия в случае русско-ту-
рецкой войны. Вследствие этого было решено, «что первое насту-
пление наше может ограничиться занятием княжеств... до тех
пор, пока обстоятельства не примут положительный оборот, мо-
гущий решить движение наше за Дунай»3. Переход границы
был назначен примерно ра 20-е апреля4.

Дибич писал Витгенштейну, что новое Предложение не рас-
ходится с Предложением от 31 декабря, «с той только отменой...
что 6 корпус с 4 уланской дивизией теперь остались для охране-
ния Валахии», а 7 корпус] должен был перейти Дунай5.

Кроме этих официальных планов войны, разработанных Глав-
ным штабом и утвержденных Николаем I, было представлено еще
несколько проектов относительно ведения войны с Оттоманской
Портой. Среди авторов этих проектов следует прежде всего на-
звать герцога Александра Виртембергского, генерала Сухтелена.
графа Лонжерона, генерала Жомини, генерала Бутурлина. Все
эти проекты не отличались какой-нибудь оригинальностью, по-
вторяли друг друга и предусматривали завершение войны в одну
кампанию6. Исключение составляла записка командующего От-
дельным Кавказским корпусом А. П. Ермолова7, по о пей будет
сказано несколько ниже.

За три недели до объявления войны, 22 марта 1828 года, был
утвержден окончательный план войны, точнее, план первоначаль-
ных действий армии. В этот день Дибич писал Витгенштейну, что
раньше «политические отношения наши требовали преимущест-
веннее сперва занятие княжеств, а потом переход Дуная. Ныне
же, как политические обстоятельства пришли в большую яс-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4457. Отношение Дибича Витгенштейну от 21 фев-
раля 1828 года, л. 142.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4442, л. 30 об.

3 Там же, л. 30.

4 Там же, л. 31.

5 Там же, л. 31 об.

6 См. например Записку генерала Сухтелена и проект Виртембергского
(ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4395; д. 4482).

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4660. Записка о турецкой войне Ермолова, лл. 2—15.
ющие предначертания»

иость, то государь император... соизволил утвердить нижеслрду-
_ Г Рассмотрим сначала «политические
обстоятельства», а затем — «предначертания».

Начиная войну с Оттоманской Портой, царское правительство
вынуждено было учитывать международную обстановку, учиты-
вать политику европейских держав в Восточном вопросе. Царские
дипломаты сделали многое, чтобы избежать конфликта с Англи-
ей, Францией и Австрией. Однако полной уверенности в том, что

эти государства останутся нейтральными в случае русско-турец-
кой войны, не было. Англия, — писал в марте 1828 года Нессель-
роде Гейдену, — «ищет в прямых комбинациях все препятствия,
которыми она намерена... окружить нас»1 2. Австрия была настро-
ена против России. В Петербурге и в Главном штабе 2-й армии
обсуждался вопрос о мерах против Австрии, если бы она стала
угрожать правому флангу в тылу русской армии. Витгенштейн
писал Дибичу: «политические отношения наши с австрийским
правительством... могут нас поставить в весьма затруднительное
положение»3.

Только желанием избежать обострения отношений с европей-
скими странами можно объяснить умеренный тон ноты, с кото-
рой Нессельроде обратился одновременно с объявлением войны
к европейским правительствам по поводу условий заключения
мира. Среди них наиболее важными были: присоединение к Рос-
сии Анапы и Поти, восстановление свободы плавания русских су-
дов в проливах, обеспечение автономии Дунайских княжеств и
Сербии, «умиротворение Греции» и предоставление ей автоно-
мии 4.

В связи с разработкой планов войны встал вопрос об отноше-
нии к балканским народам.

Политика правящих кругов царской России в отношении на-
ционально-освободительного движения балканских народов бы-
ла сложной и противоречивой. С одной стороны, им было выгодно
использовать это движение для достижения своих внешнеполити-
ческих целей. По, с другой стороны, они опасались этого движе-
ния, рассматривая его не только как освободительное, но и как
классовое. Начальник Главного штаба Дибич писал Николаю I:
«Ваше величество знаете, сколько я всегда старался устранить
революционные движения от плана военных действий против ту-
рок» 5.

Другая причина сдержанного отношения к освободительной
борьбе балканских народов заключалась в том, что царское пра-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4442, лл. 70 и 70 об.

2 II. Е н а п ч н н. Указ, соч., ч. 1, стр. 59.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4442. Рапорт Витгенштейна Дибичу от 26 ноября
1827 года, л. I об.

4 «Собрание трактатов и конвенций», т. 11, стр. 378.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, л. 4850, ч. 1. Письмо Дибича Николаю I от 17 мая 1829
года, л. 33.

102

<
вительство стремилось не раздражать европейские государства,
не осложнять отношений с ними. В Петербурге хорошо понима-
ли, что всякая попытка широко использовать балканские пароды
в войне против Оттоманской Порты вызовет самую враждебную
реакцию со стороны Англии и Австрии. В феврале 1828 года ан-
глийское правительство в специальном мемуаре, осудив возмож-
ность развертывания «религиозной войны» на Балканах, заяви-
ло, что такая война вспыхнет неминуемо, если Россия своими
действиями «вызовет общее восстание всех турецких христиан» Ч

Тем не менее идея использования балканских народов в вой-
не против Оттоманской Турции, идея объединения славян иод
властью русского царя была очень заманчива. Накануне войны
эта идея нашла свое отражение в ряде записок и проектов.

Интересные мысли о привлечении сербов и болгар к войне
против султанской Турции были высказаны полковником Глав-
ного штаба Чуйковичем при составлении операционного плана
в 1821 году1 2. Сторонником привлечения к войне болгар, сербов
и черногорцев являлся выдающийся русский флотоводец адми-
рал Д. Н. Сенявин, представивший в начале 1828 года Николаю I
специальную записку3. Тргда же в Главный штаб были представ-
лены еще два проекта: полковника Серристори и генерала Л. Ф.
Лонжерона, участника русско-турецкой войны 1806—1812 годов.
Серристори в «проекте вооружения жителей Болгарии» и Лон-
жерон в записке «Замечания о болгарах» высказывались за орга-
низацию вооруженных отрядов из болгар4. В апреле 1828 года
генерал С. Тучков в записке «Сведения о Северной Болгарии»
предлагал создать «из числа благонадежных тамошних жителей»
зем-ское войско5. j

При всей классовой ограниченности этих проектов принятие
их, несомненно, способствовало бы усилению национально-осво-
бодительного движения балканских1 народов. Но русский царизм
не мог быть союзником рсвободительного, а тем более демокра-
тического движения народов Балкан, и поэтому все эти предло-
жения, в том числе даже самые умеренные, были отвергнуты. В
феврале 1828 года главнокомандующий 2-й армией фельдмар-
шал Витгенштейн получил «высочайшее воспрещение на форми-
рование волонтерских войск»6.

Только с учетом сложной международной обстановки и труд-
ностей внутреннего положения царской России можно правильно
оценить Предначертания от 22 марта 1828 года. В них были по-

1 «Собрание трактатов и конвенций», т. 11. Мемуар от 24 февраля
1828 года, стр. 372.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 439'5, лл. 92—93, 97.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4414, лл. 2—6.

4 ЦГВИА, ф. МА, оп. 182, св. 36, д. 5, лл. 5—15.

5 Там же, лл. 15-—.48.

6 ЦГВИА, ф. МА, о,н. 183, св. 868, д. 13, л. 5.

ставлены задачи лишь на первоначальный период войны. Нико-
лай I и его окружение очень желали быстрого окончания войры.
Начальник штаба 2-й армии Киселев рассказывал, что «импера-
тор был уверен, что едва русские перейдут Дунай, как турки бу-
дут просить мира, и мысль сия столь сильно в нем поселилась,
что он три раза приказывал... по переходе через Дунай посылать
в авангард справляться, не приезжал ли парламентер от визи-
ря»

Предначертания ставили следующие задачи: войска 6-го и 7-го
пехотных корпусов переходят Прут у Ренни, Водолуй — Исакчи
или другом месте, 6-й корпус должен был занять Бухарест, 7-й
осадить Браилов, 3-й корпус, перейдя Дунай близ Измаила,—
действовать против Тульчи, Исакчи и Мачина и занять Бабадаг,
4-й корпус из Курской губернии направлялся в Измаил, Гвардей-
ский корпус следовал из Петербурга в Тульчин. Предполагалось,
что к 1 июня Браилов падет, и все главные силы, предназначен-
ные для действия за Дунаем сосредоточены будут у Троянова
вала1 2. О дальнейших действиях в Предначертаниях ничего не го-
ворилось, по зато было много ненужных мелких частностей. Осо-
бенно ими отличалась «Краткая диспозиция к выступлению ар-
мии за границу», приложенная к рапорту Дибича3. По диспози-
ции, действия войск были с исключительной педантичностью
расписаны по дням. Например: 19-я пехотная дивизия с артилле-
рией «переходит Прут 25 апреля и облагает Браилов 26 апреля» 4;
осадная артиллерия выступает из Тирасполя 14 апреля, приходит
к Браилову 29 апреля, и начинается осада крепости»5.

После взятия Браилова войска 7-го и 6-го корпусов должны
были нанести главный удар по Шумле, а войска 3-го корпуса дей-
ствовать против Силистрпи. Черноморский флот во взаимодейст-
вии с сухопутным отрядом должен был овладеть крепостью Вар-
ной. .. j _ :,

После падения Шумлы и Варны, являвшихся воротами Бал-
кан, русским войскам следовало перейти эти горы и вступить во
внутренние области Оттоманской империи.

Одним из самых серьезных недостатков всех планов Главного
штаба являлись недооценка кавказского театра войны и непони-
мание необходимости взаимодействия между войсками балкан-
ского и кавказского театров войны. В плане, составленном в 1821
году, о кавказском театре войны не говорилось ни слова6.

Конечно, в русской армии были военачальники, которые пони-
мали важность взаимодействия войск, действующих на различ-

1 А. И. Михайловский-Данилевский. Записки. «Русская
старина», 1893 т. 79, стр. 199.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4442, лл. 70—72.

3 Там же, лл. 76—79; д. 4444, лл. 202—205.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4442, л. 76 об; д. 4444, л. 202.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4442, л. 77 об; д. 4444, л. 203 об.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4395, лл. 88—104 об.
иых театрах войны. В записке, написанной в 1826 году Л. П. Ер-
молов считал, что решительных успехов в войне против Оттоман-
ской'Порты можно добиться лишь «совокупным действием армий
наших со стороны Дуная и со стороны Грузии». Он подчеркивал
большое значение кавказского театра войны и указывал, что в
результате успешного наступления русских войск со стороны Гру-
зии «отвлечены будут большие силы турецкие, ибо возгорится
война у самых источников могущества Порты» 1 2.

Хорошо зная театр войны, сильные и слабые стороны турец-
ких войск, настроения местного населения и глубоко веря в рус-
ские войска, Ермолов высказывался за решительные наступа-
тельные действия в направлении Карса и Эрзерума. В результа-
те таких действий могла быть освобождена западная Армения,
большинство населения которой симпатизировало русским.

Вместе с тем Ермолов, правильно оценивая международную
обстановку, реваншистские настроения персидских феодалов,
происки правящих кругов Англии и Франции, допускал возмож-
ность одновременной воины против Оттоманской Порты и Пер-
сии. В этом случае он предполагал ограничиваться занятием
Ахалцихского и Карсского пашалыков3. Предложения Ермолова
о «совокупном действии» русских войск с двух сторон в Петер-
бурге было оставлено без внимания.

Что касается предложения Ермолова о нанесении главного
удара в направлении Карс — Эрзерум, то Паскевич, командовав-
ший войсками на Кавказе во время войны с Портой, заимствовал
эту идею, но выдавал ее за собственную.

Дибич, сообщая Паскевичу план действий Отдельного Кавказ-
ского корпуса, писал, 4Tcj> его задача состоит в том, чтобы «дей-
ствовать с тою целью, чтобы отвлечь часть сил турецких и тем
способствовать главным усилием нашим против Порты от Дуная
направленным, и чтобы сделать, в случае удобности, единствен-
но те завоевания, кои необходимы для твердого обеспечения гра-
ниц Грузии и для ускорения полного спокойствия в сей стране»4.

В основу плана военных действий на кавказском театре была
положена идея наступления в направлении Карс — Эрзерум, что
позволяло русским войскам преодолеть оборону противника в
пределах Армянского нагорья и угрожать важнейшим экономи-
ческим и политическим центрам Турции в Малой Азии. Однако
Паскевичу не хватало пи таланта, ни решительности, чтобы до-
вести до конца этот смелый замысел. Планируя наступление, Па-
скевич больше смотрел назад, чем вперед. Он опасался фланго-
вого удара противника со стороны Ахалциха, опасался за свои

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4660. «Дело о военных действиях против Турции
в 1828 и 1829 годах»,, лл. 2—>15.

2 Там же, лл. 3 и 3 об.

3 Там же, лл. 5 об <и 6.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4329. Отношение Дибича Паскевичу от 28 января
1828 года, лл. 30 об. и 31.
I

коммуникации. Поэтому им было принято решение: после взятия

Карса двинуть войска не к Эрзеруму, а к Ахалциху |

Значительная роль в планах войны против Оттоманской Пор-
ты отводилась Черноморскому флоту. Мы не можем согласиться

с утверждением А. В. Фадеева, что «царские военачальники

не

сумели разрешить вопрос об организации взаимодействия сухо-
путных и военно-морских сил» Г Известно, что Дибич, мечтавший
о славе «покорителя Царьграда», много сделал для того, чтобы
умалить роль Черноморского флота в предстоящей войне. Но
жизнь, обстановка брали свое и заставили считаться с флотом.
Одной из важнейших причин, заставивших Дибича избрать опе-
рационную линию вблизи западного берега Черного моря, через
Шумлу — Варну — Бургас, была необходимость опереться на
поддержку флота.

Перед Черноморским флотом были поставлены две основные
задачи: Т;

1) уничтожение турецкого флота и утверждение господства
на Черном море,

2) содействие войскам 2-й армии в достижении решающих ус-
пехов па главном балканском театре войны. В связи с этим ста-
вилась задача содействовать войскам в покорении приморских
крепостей.

Кроме этих главных задач, флот получил задание:

1) организовать крейсерство у Босфора с целью «пресечения
туркам средств к снабжению крепостей»1 2 морским путем,

2) обеспечить охрану транспортов, осуществляющих перевоз-
ку войск, оружия, боеприпасов и продовольствия в действующую

армию,

3) овладеть совместно с сухопутными войсками крепостью
Анапой, являющейся важным оплотом султанской Турции на во-
сточном берегу Черного моря,

Перед средиземноморской эскадрой Гейдена была поставлена
задача блокировать Дарданеллы и парализовать снабжение
Константинополя продовольствием, а турецких войск в Греции—
оружием и боеприпасами.

1 А. В. Фадеев. Россия и восточный кризис 20-х годов XIX века,
стр. 205.

2 В. И. Мелихов. Указ, соч., «Морской сборник», 1850, т. 3, № 1,
стр. 26.
ГЛАВА 3

КАМПАНИЯ 1828 ГОДА
НА БАЛКАНСКОМ ТЕАТРЕ

Вначале по плану Главного штаба предполагалось, что рус-
ские войска перейдут границу и вступят в Дунайские княжест-
ва 15 марта. Но сложная международная обстановка и прежде
всего напряженность отношений с Австрией и Англией и серь-
езные упущения в подготовке армии к войне заставили Нико-
лая I задержать начало военных действий более чем на месяц.

Только 14 апреля Никрлай I подписал манифест об объяв-
лении войны Оттоманской 'Порте, и 25 апреля три колонны войск
6-го и 7-го корпусов перешли реку Прут1. Первая колонна, под
командованием генерала Крейца, переправилась при Скуляпах,
в тот же день заняла Яссы и 30-го прибыла в Фокшаны. Вторая
колонна, состоявшая из 18]-й пехотной дивизии генерала Людин-
гаузена-Вольфа, совершила переправу в Леках, «и быв направ-
лена па Фальчи, прибыла 30-го к Браилову» 1 2. Третья колонна
переправилась через Прут при Вадулуй-Исаки. Отряд иод
командой генерала Гейсмара 26 апреля переправился через Се-
рет при Максимени и, следуя через Бузео, 30-го апреля в 2 ча-
са дня занял Бухарест. Митрополит Валахский с духовенством
встретил русские войска па дороге в город. Вступление их «в
столицу Валахии ознаменовано общею радостью народа, избав-
ленного от всех опасений быстрым движением Гейсмара, кото-
рый в 5 дней достигнув до Бухареста, уничтожил все замыслы
неприятеля, подавшего уже вид движения от Силистрии и Тур-
тукая на левый берег Дуная»3.

В мае войска 6-го и 7-го корпусов почти без всякого сопро-
тивления заняли Молдавию и Валахию. Эти успешные действия
русских войск объяснялись тем, что турки не успели сосредото-
чить в княжествах свою армию. Имело значение и то, что насе-
ление встречало русских «общей радостью». 9 мая казаки полка
подполковника Золотарева из отряда Гейсмара заняли главный
город Малой Валахии Крайову. Они «были встречены, как из-
бавители, каймакамом, духовенством и жителями, начавшими

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4604, ч. 1, л. 3.

2 Там же.

3 Там же.
возвращаться в дома свои вместе с известием о приходе рус-
ских»1. Жители, «ободренные духом», приносили русским вой-
скам пищу и вино1 2. Они чувствовали себя в полной безопасно-
сти и спокойно обрабатывали свою землю, возобновили тор-
говлю и ремесла свои.

Между тем к деревне Сатуиово подошел 3-й корпус генера-
ла Рудзевича, которому была поставлена задача форсирдвать
Дунай и занять Добруджу. Избранное для переправы место у
деревни Сатуиово имело серьезные недостатки. Иа левом бере-
гу Дуная, с которого должны были переправляться русские вой-
ска, местность была болотистая, покрытая тростником. Для то-
го, чтобы подойти к Дунаю, пришлось проложить гать длиною
около 5 верст, на строительство которой потребовалось 30 тысяч
человек ежедневно в течение 2 недель.

Правый берег Дуная был несколько выше левого и хотя ме-
стами болотист, но все же проходимый для пехоты. Зная о под-
готовке русских к переправе, турки построили на берегу не-
сколько укреплений и батарею на 15 тяжелых орудий. Левый
фланг их позиции прикрывался крепостью Исакчи, а правый
примыкал к болотистой низменности, покрытой кустарником.
Па этой позиции противник сосредоточил около 12 тысяч чело-
век, главным образом конницы.

Сооружение гати было закончено 25 мая, а на другой день
против укреплений противника построили батарею на 24 орудия.
В этот же день к месту переправы поднялась от Измаила рус-
ская флотилия, доставив егерскую бригаду 9-й пехотной диви-
зии и мостовые принадлежности. Тогда же прибыли на 40 лод-
ках запорожцы во главе с атаманом Гладким, переселившиеся
в Турцию после ликвидации последней Сечи, жившие в Добруд-
же и пожелавшие возвратиться на родину.

Переправа через Дунай началась рано утром 27 мая. Под
прикрытием огня с батареи и судов флотилии запорожцы пере-
везли на своих лодках егерскую бригаду под командой генера-
ла Курносова и высадили ее незаметно для турок позади ку-
старника па нравом фланге их позиций. В это же время казачьи
полки Секретова и Ступачевского переправились вплавь.

Егерские полки, пройдя около километра в воде, вышли во
фланг противника и, отразив его атаку, обеспечили высадку 2-й
бригады 9-й пехотной дивизии. После этого русские войска ре-
шительно атаковали турок и обратили их в бегство. Около 11
часов дня весь лагерь противника оказался в руках русских, бы-
ло захвачено 20 орудий. Потери наших войск составили 112 че-
ловек убитыми и ранеными.

После того, как 30 мая была закончена наводка моста, вой-
ска 3-го корпуса перешли Дунай и сосредоточились иа правом

1 ЦГВИА, ф. ВУА, л. 4637, лл. 25 и 25 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4609, л. 3 об.

1
берегу. В то же время к крепости Исакчи был направлен отряд
генерала Мадатова, который 30 мая и овладел ею 1. Трофеями
русских были 75 орудии, 18 знамен и множество военных и жиз-
ненных припасов 1 2.

Хотя в целом переправа через Дунай прошла успешно и, как
писал Мольтке, «составляет блистательно удавшееся отважное
предприятие»3, ее подготовка оставляла желать лучшего. По-
стройка гати и моста задержала переправу через Дунай на це-
лый месяц.

Для наступления главных сил к Балканам был избран путь
вдоль берега моря. Ближайшими пунктами операционной линии
являлись Бабадаг и Карасу. 31 мая 3-й корпус двинулся па Ба-
бадаг, который был взят на другой день. Но затем движение
русских войск проходило очень медленно. Только 6 июня глав-
ные силы достигли с. Карасу, где дальнейшее наступление при-
шлось вообще остановить. Дело в том, что войска были распы-
лены, и иа главном направлении оказалось всего 12—15 тысяч
человек. Значительная часть войск была направлена на обло-
жение оставленных в тылу крепостей Мачипа, Тульчи, Гнрсова
и Кюстенджи. |

Таким образом, отрицательное влияние кордонной стратегии,
сторонником которой был; Дибич, стало сказываться уже в са-
мом начале войны. Войска 6-го корпуса, составлявшие одну
четвертую часть армии, находились в Дунайских княжествах и
активного участия в решении главной стратегической задачи
принять не могли. 7-й корпус, составлявший около одной трети
всей армии, был направлен для осады Браилова.

Для усиления действующей армии предназначался 2-й кор-
пус, включавший в свой состав 36 батальонов, 24 эскадрона и
96 орудий, общей численпрстыо до 40 тысяч человек. Еще в ап-
реле на подкрепление 2-й армии из Петербурга был двинут гвар-
дейский корпус. Но эти резервы могли подойти лишь в ав-
густе— сентябре. Что касается 4-го резервного корпуса, то в ню-
не подошли лишь его отдельные части.

Большое значение царское командование придавало овладе-
нию крепостью Браилов, расположенной па левом берегу Ду-
ная. Она имела ограду бастионного начертания, рвы были оде-
ты камнем, на верках установлено 278 орудий. Гарнизон крепо-
сти вместе с вооруженными жителями насчитывал около 12 ты-
сяч человек. Авангард русских войск подошел к Браилову
29 апреля4, на другой день было начато обложение5, и только к

1 Действия Цраводюкого отряда в 1828—1829 годах. «Военный сборник»,
1876, № 2, .стр. 160.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4592, л. 12 об.

3 Г. Мольтке. Указ, соч., ч. 1, -стр. 88.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4604, ч. 1, л. 3 об.

5 Там же.
9 мая у Браилова были сосредоточены главные силы 7-го кор-
пуса и прибыл осадный парк.

Осадные работы начались с возведения редута и батарей.
«К 26 мая было устроено венчание гласиса против двух бастио-
нов» 29 мая флотилия под командованием контр-адмирала За-
видовского и береговая батарея разгромили под степами Браи-
лова турецкую флотилию: 11 судов захвачено, а «прочие суда
разбиты и посажены на мель и 6 только успели скрыться в Ма-
чине»1 2. После этого сообщение гарнизона Браилова с правым
берегом было прервано, и обложение крепости стало полным.
Вечером 30 мая «со всех батарей фронта нашей атаки произво-
дилась пальба. Из редута, на левом фланге, были пускаемы
конгревовы ракеты, которые произвели в крепости весьма силь-
ные пожары»3. Отличные действия боевых ракет стали возмож-
ны благодаря руководству генерала Засядко, бывшего началь-
ником штаба геперал-фельдцейхместера.

Однако в целом русская артиллерия под Браиловым дей-
ствовала без должного успеха. Под крепостью русские имели
90 орудий4, т. е. втрое меньше, чем осажденные. Многие бата-
реи находились на большом расстоянии от крепостной ограды,

и их огонь не давал желаемых результатов.

Вообще вся организация осадных работ была неудовлетво-
рительна. Причиной было то, что руководил ими бездарный ве-
ликий князь Михаил Павлович. Подстать ему был и его началь-
ник штаба генерал Сухозанет, человек ограниченный, считав-
ший, что «наука в военном деле не более как пуговица к мунди-
ру»5. Главная квартира также пыталась руководить осадой,
«вмешиваясь во все»6. Командир 7-го корпуса генерал Войнов
фактически был отстранен от руководства осадой и лишь номи-
нально командовал войсками.

Когда стало ясно, что «усиленное бомбардирование и жесто-
кая канонада» не дают желаемых результатов, было принято
решение перейти к минной войне. С целью образования двух
брешей в укреплениях противника были устроены и к 3 июня
заряжены горны. Для штурма каждой бреши выделили специ-
альные колонны с двумя орудиями и ротой пионер. Вопреки
здравому смыслу военачальники решили, «что приступ на изго-
товленные бреши может весьма удобно и с еще лучшим поряд-
ком исполниться днем»7.

Штурм назначили на 3 июня. Приказано было произвести

1 11. Е п а н ч и и. Указ, соч., ч. 1, стр. 363.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, л. 4586, л. 45 об.; «Русский инвалид», 1828, 13 июня.

3 ЦГВИА, о. ВУА, д. 4604, ч. 1, л. 6 об.

4 А. В. Фадеев. Россия и восточный кризис 20-х годов XIX века,
стр. 242.

5 Е. В. Т а р л е. Крымская война. Т. 1. М.—Л., 1941, стр. 49.

6 ОПИ ГИМ, ф. 323, д. 77, л. 153 об.

7 Г. Мил ьтк е. Указ, соч., ч. 1, стр. 118. Примечания Н. Шильдера.
взрыв в 9 часов утра по сигналу, данному тремя ракетами, а
движение колонн из лагеря начать в 8 часов 45 минут. Однако,
как говорилось в реляции 2-й армии, «все соображение приступ
расстроилось» 5 Взрыв первой мины произошел на 2 минуты
раньше положенного срока, завалил землей среднюю мину, и
она не взорвалась, а офицер, имевший приказание взорвать эту
мину, был ранен. Хотя третья мина и взорвалась, но вместо двух
брешей образовалась одна. Все это обязывало отменить штурм,
но этого сделано не было, и войска, в соответствии с диспозици-

ей, двинулись на приступ. Правая колонна, не найдя бреши там,
где опа должна была быть, попыталась взобраться на вал, но
понесла большие потери. Тогда генерал Сухозапет приказал
этой колонне идти на соединение с левой колонной, куда двину-
лась и резервная колонна. Все эти войска, «не сохранив надле-
жащего порядка... стеснились перед рвом и увеличили беспоря-
док» 1 2.

Действия левой колонны сначала были успешны, она устре-
милась через брешь. Однако турки, не опасаясь за другие участ-
ки обороны, сосредоточили здесь значительные силы пехоты и
артиллерии и в упор поражали русских солдат, находившихся па
открытой местности. Все же часть русских войск достигла вер-
шины обвала и вступила в рукопашную схватку с противником.
По это не могло изменить исхода штурма. Убедившись в пол-
ном провале приступа, перепуганный «Рыжий Мишка»3 при-

казал отвести войска на

исходные позиции.

Плохо организованный и бездарно руководимый штурм
Браилова обошелся русским войскам очень дорого: они потеря-
ли убитыми 3 генералов', 18 офицеров и 877 солдат; ранены-
ми— 74 офицера и 1778 |олдат4.

Через день комендант крепости! Сулейман-паша вступил в
переговоры о сдаче, и 7 рюия Браилов был в руках русских. Ту-
рецкому гарнизону, насчитывавшему 8 тысяч человек, разреше-
но было удалиться в Силистрию. Трофеями явились 278 орудий,
более 17 тыс. пудов пороху, значительное количество снарядов
и продовольствия5.

Падение Браилова оказало влияние па дальнейший ход во-
енных действий. Оно произвело большое впечатление па гарни-

зоны других неприятельских крепостей. 6 июня отряд полков-
ника Роговского овладел крепостью Мачип, захватив 85 орудий,
8 канонерских лодок, 4 знамени и значительные запасы пороху
и продовольствия6. 11 июня войска генерала Мадатова после се-

1 ОПИ ГИМ, ф. 323, д. 73, л. 357.

2 Там же, д. 77, л. 55.

3 Так называли великого князя Михаила Павловича в своей среде гвар-
дейские офицеры.

4 ОПИ ГИМ, ф. 323, д. 70, л. 51.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 31 об.

6 И о в с к и й. Указ, соч., стр. 27.
9 мая у Браилова были сосредоточены главные силы 7-го
нуса и прибыл осадный парк.

кор-

Осадпые работы начались с возведения редута и батарей.
«К 26 мая было устроено венчание гласиса против двух бастио-
нов» I 29 мая флотилия под командованием контр-адмирала За-
видовского и береговая батарея разгромили под стенами Браи-

лова турецкую флотилию: 11 судов захвачено, а «прочие суда
разбиты и посажены на мель и 6 только успели скрыться в Ма-
чипе»1 2. 11осле этого сообщение гарнизона Браилова с правым
берегом было прервано, и обложение крепости стало полным.

Вечером 30 мая «со всех батарей фронта нашей атаки произво-
дилась пальба. Из редута, на левом фланге, были пускаемы

копгревовы ракеты, которые произвели в крепости весьма силь-
ные пожары»3. Отличные действия боевых ракет стали возмож-
ны благодаря руководству генерала Засядко, бывшего началь-
ником штаба генерал-фельдцейхместера.

и их огонь не давал желаемых результатов.

Штурм назначили на 3 июня. Приказано было произвести

1 11. Е п а и ч и н. Указ, соч., ч. 1, стр. 363.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, л. 4586, л. 45 об.; «Русский инвалид», 1828, 13 июня.

3 ЦГВИА, о. ВУА, д. 4604, ч. 1, л. 6 об.

4 А. В. Фадеев. Россия и восточный кризис 20-х годов XIX века,
стр. 242.

5 Е. В. T а р л е. Крымская война. Т. I. М.—Л., 1941, стр. 49.

6 ОПИ Г ИМ, ф. 323, д. 77, л. 153 об.

7 Г. Мольтке. Указ, соч., ч. 1, стр. 118. Примечания Н. Шильдера.
взрыв в 9 часов утра по сигналу, данному тремя ракетами, а
движение колонн из лагеря начать в 8 часов 45 минут. Однако,
как говорилось в реляции 2-й армии, «все соображение приступ
расстроилось»1. Взрыв первой мины произошел па 2 минуты
раньше положенного срока, завалил землей среднюю мину, и
она не взорвалась, а офицер, имевший приказание взорвать эту
мину, был ранен. Хотя третья мина и взорвалась, но вместо двух
брешей образовалась одна. Все это обязывало отменить штурм,
но этого сделано не было, и войска, в соответствии с диспозици-
ей, двинулись на приступ. Правая колонна, не найдя бреши там,
где она должна была быть, попыталась взобраться на вал, но
понесла большие потери. Тогда генерал Сухозапет приказал
этой колонне идти па соединение с левой колонной, куда двину-
лась и резервная колонна. Все эти войска, «не сохранив надле-
жащего порядка... стеснились перед рвом и увеличили беспоря-
док» 1 2.

Действия левой колонны сначала были успешны, опа устре-

милась через брешь. Однако турки, не опасаясь за другие участ-
ки обороны, сосредоточили здесь значительные силы пехоты и
артиллерии и в упор поражали русских солдат, находившихся па
открытой местности. Все же часть русских войск достигла вер-
шины обвала и вступила в рукопашную схватку с противником.
По это не могло изменить исхода штурма. Убедившись в пол-
ном провале приступа, перепуганный «Рыжий Мишка»3 при-

казал отвести войска па исходные позиции.

Плохо организованный и бездарно руководимый штурм
Браилова обошелся русским войскам очень дорого: они потеря-
ли убитыми 3 генералов, 18 офицеров и 877 солдат; ранены-
ми— 74 офицера и 1778 ^олдат 4.

Через день комендант крепости Сулейман-паша вступил в
переговоры о сдаче, и 7 июня Браилов был в руках русских. Ту-
рецкому гарнизону, насчитывавшему 8 тысяч человек, разреше-
но было удалиться в Силистрию. Трофеями явились 278 орудий,
более 17 тыс. пудов пороху, значительное количество (‘нарядов
и продовольствия5.

Падение Браилова оказало влияние на дальнейший ход во-
енных действий. Оно произвело большое впечатление па гарни-

зоны других неприятельских крепостей. 6 июня отряд полков-
ника Роговского овладел крепостью Мачин, захватив 85 орудий,
8 канонерских лодок, 4 знамени и значительные запасы пороху
и продовольствия6. 11 июня войска генерала Мадатова после се-

1 ОПИ ГИМ, ф. 323, д. 73, л. 357.

2 Там же, д. 77, л. 55.

3 Так называли великого князя Михаила Павловича в своей среде гвар-
дейские офицеры.

4 ОПИ ГИМ, ф. 323, д. 70, л. 51.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 31 об.

6 И о в с к и й. Указ, соч., стр. 27.
мндпевной осады заняли Гирсово ’, захватив 98 орудий, 14 зна-
мен и большие запасы пороху и провианта1 2. На другой день бы-
ла взята приморская крепость Кюстенджи3 (Констанца), где
трофеями были 37 орудий и 6 знамен4. 18 июня отряду генерала
Ушакова сдалась крепость Тульча, где было взято 91 орудие,
8 знамен, а также запасы пороху и снарядов5.

Таким образом, в течение полутора месяцев русские войска
овладели 6 крепостями, среди которых особенно важное значе-
ние имела Кюстенджи. Через нее открывался путь к морю.

Тем не менее план Дибича, так гладко выглядевший на бу-
маге, трещал по всем швам. Осада крепостей привела к распы-
лению войск, потере времени и задержке наступления на глав-
ном направлении. Нельзя не согласиться с участником войны,
который писал: «...мы взяли крепости Тульчу, Мачин, Гирсову,
Кюстенджи и прочая и прочая. Но, между нами, это трын-тра-
ва. Это, как говорят французы, каша для кошек»6.

Все более сказывались недостатки в организации войск, в их
тактической подготовке, вооружении и снабжении. Появились
болезни — лихорадка, дизентерия и другие, от которых армия
несла большие потери. Из-за нехватки фуража начался падеж
лошадей и волов. Войска стали таять, еще не встретив против-
ника. Пагубное влияние па ход военных действий оказывало
присутствие в действующей армии Николая I и его бездарных
военных советников. Витгенштейн фактически был отстранен от
командования армией. Начальник штаба армии Киселев в пись-
ме к Закревскому называл Витгенштейна «главнокомандующим,
не имеющим начальства и возможности начальствовать» 7 *.

По плану Главного штаба во второй половине июня русские
войска должны были перейти Балканы, а они все еще находи-
лись в Карасу. Это позволило противнику усилить гарнизоны в
Шумле и Варне, которые являлись как бы воротами па пути в
Константинополь.

Главная квартира и штаб 2-й армии с 3-м корпусом бездей-
ствовали под Карасу до 24 июня6, ожидая подхода 7-го корпу-
са. План дальнейших наступательных действий состоял в сле-
дующем. Половина 6-го корпуса под командованием генерала
Рота назначалась для осады Силистрии9, а другая половина
должна была остаться в Валахии и наблюдать за неприятель-
скими крепостями в районе Видин — Рущук. Главные силы армии
направлялись через Базарджик на Варну. Выбор этого направ-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4592, л. 7.

2 Иов с к в й. Указ, соч., стр. 29.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4592, л. 13; там же, д. 4587, л. 31 об.

4 Г. Мольтке. Указ, соч., ч. 1, стр. 132. Примечание И. Шильдера.

5 Иове км й. Указ, соч., стр. 29.

6 Ф. И. Фонтов. Воспоминания. Т. 1. Лейпциг, 1862, стр. 81.

7 Сб. РИО, т. 78, стр. 160.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587. Известия из действующей армии, л. 35.

9 Там же, л. 36.
лепим как нельзя лучше отвечал решению основной стратегиче-
ской задачи войны: это был кратчайший и наиболее удобный
‘ путь через Балканы (дорога через Варну-Дерииш-Иован—

Бургас), обеспечивавший необходимую связь с флотом, что име-
ло огромное значение для хода и исхода воины.

Движение главных сил русской армии из Карасу иа Базард-
жнк началось 24 июня. В это же время авангард генерала Ри-
дигера, выйдя из Кюстенджи, двигался на Базарджик через
’ Мангалию Г Другой отряд авангарда под командованием гене-
рала Акинфиева шел по прямой дороге из Карасу па Базард-
жик2. 24 июня казаки отряда Акинфиева заняли Базарджик, ос-
тавленный противником. На другой день значительный отряд
неприятельской конницы принудил казаков отступить. Подошед-
> шие войска Акинфиева и Рндигера отбросили противника. Око-
ло 8 часов вечера прибывший из Шумлы отряд конницы, чис-
ленностью около 8 тысяч человек, под начальством Юсуф-паши,
(Л стремительно атаковал русские войска3. Но подошедшие 19-й и
20-й егерские полки заставили турок отступить.

’ 28 июня в Базарджик прибыла Главная квартира, а на дру-

гой день к 3-му корпусу присоединился 7-й корпус, пришедший из
Браилова4. В это же вррмя к Силистрии, кружным путем через
Гирсово, была направлена часть 6-го корпуса, состоявшая из
16-й пехотной и 4-й уланской дивизий и двух казачьих полков,

• общей численностью около 10 тысяч человек. Отряды генералов
Бенкендорфа и Мадатова присоединились к своим корпусам.
В Валахии был оставлен отряд генерала Гейсмара, в который
входили 17-я пехотная р 4-я драгунская дивизии и 4 казачьих'
полка.

Отряд под командованием генерала Сухтелена, состоявший
из 4 батальонов, 12 эскадронов бугскнх улан, сотни казаков, 12
f орудий и двух рот пионер, всего 4558 человек5 получил назна-
чение действовать против Варны.

4 июля войска генерала Рндигера после упорного боя с от-
рядом противника, насчитывавшего около 8 тысяч человек, за-
няли крепость Козлуджи.

Главные силы русской армии выступ или из Базарджика 4
июля. Ближайшей целью наступательных действий являлась
Варна. По убедившись, что в Шумле противник сосредоточил
t крупные силы, командование, вместо наступления па Варну, ре-
шило направить главные силы на Шумлу.

Это решение отразилось па всем дальнейшем ходе кампании
1828 года па балканском театре. Замысел Дибича заключался в
том, чтобы выманить турецкую армию из Шумлы и разгромить
}---------------

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, л. 35.

2 Там же.

3 Там же, л. 36.

4 Там же.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4625, лл. 13 и 14.
мидпевной осады заняли Гирсово1, захватив 98 орудий, 14 зна-
мен и большие запасы пороху и провианта1 2. Па другой день бы-
ла взята приморская крепость Кюстенджи3 (Констанца), где
трофеями были 37 орудий и 6 знамен4. 18 июня отряду генерала
Ушакова сдалась крепость Тульча, где было взято 91 орудие,
8 знамен, а также запасы пороху и снарядов5.

Все более сказывались недостатки в организации войск, в их
тактической подготовке, вооружении и снабжении. Появились
болезни — лихорадка, дизентерия и другие, от которых армия
несла большие потери. Из-за нехватки фуража начался падеж
лошадей и волов. Войска стали таять, еще не встретив против-
ника. Пагубное влияние на ход военных действий оказывало
присутствие в действующей армии Николая I и его бездарных
военных советников. Витгенштейн фактически был отстранен от
командования армией. Начальник штаба армии Киселев в пись-
ме к Закревскому называл Витгенштейна «главнокомандующим,
не имеющим начальства и возможности начальствовать»7 8.

Главная квартира и штаб 2-й армии с 3-м корпусом бездей-
ствовали под Карасу до 24 июня6, ожидая подхода 7-го корпу-
са. План дальнейших наступательных действий состоял в сле-
дующем. Половина 6-го корпуса под командованием генерала
Рота назначалась для осады Силистрии9, а другая половина
должна была остаться в Валахии и наблюдать за неприятель-
скими крепостями в районе Видии —Рущук. Главные силы армии
направлялись через Базарджик на Варну. Выбор этого паправ-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4592, л. 7.

2 И о в с к и й. Указ, соч., стр. 29.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4592, л. 13; там же, д. 4587, л. 31 об.

4 Г. Мольтке. Указ, соч., ч. 1, стр. 132. Примечание И. Шильдера.

5 Иове км й. Указ, соч., стр. 29.

6 Ф. И. Фонтов. Воспоминания. Т. 1. Лейпциг, 1862, стр. 81.

7 Сб. РИО, т. 78, стр. 160.

8 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587. Известия из действующей армии, л. 35.

9 Там же, л. 36.
ления как нельзя лучше отвечал решению основной стратегиче-
ской задачи войны: это был кратчайший и наиболее удобный
путь через Балканы (дорога через Варну— Дервиш-Иоваи —
Бургас), обеспечивавший необходимую связь с флотом, что име-
ло огромное значение для хода и исхода войны.

Движение главных сил русской армии из Карасу на Базард-
жик началось 24 июня. В это же время авангард генерала Ри-
дигера, выйдя из Кюстенджи, двигался на Базарджик через
Маигалию1. Другой отряд авангарда иод командованием гене-
рала Акинфиева шел по прямой дороге из Карасу па Базард-
жик1 2. 24 июня казаки отряда Акинфиева заняли Базарджик, ос-
тавленный противником. Па другой день значительный отряд
неприятельской конницы принудил казаков отступить. Подошед-
шие войска Акинфиева и Ридигера отбросили противника. Око-
ло 8 часов вечера прибывший из Шумлы отряд конницы, чис-
ленностью около 8 тысяч человек, иод начальством Юсуф-паши,
стремительно атаковал русские войска3. По подошедшие 19-й и
20-й егерские полки заставили турок отступить.

28 июня в Базарджик прибыла Главная квартира, а на дру-
гой день к 3-му корпусу присоединился 7-й корпус, пришедший из
Браилова4. В это же время к Силистрии, кружным путем через
Гирсово, была направлена часть 6-го корпуса, состоявшая из
16-й пехотной и 4-й уланской дивизий и двух казачьих полков,
общей численностью около 10 тысяч человек. Отряды генералов
Бенкендорфа и Мадатова присоединились к своим корпусам.
В Валахии был оставлен отряд генерала Гейсмара, в который
входили 17-я пехотная р 4-я драгунская дивизии и 4 казачьих*
полка.

Отряд под командованием генерала Сухтелена, состоявший
из 4 батальонов, 12 эскадронов бугских улан, сотни казаков, 12
орудий и двух рот пионер, всего 4558 человек5 получил назна-
чение действовать против Варны.

4 июля войска генерала Ридигера после упорного боя с от-
рядом противника, насчитывавшего около 8 тысяч человек, за-
няли крепость Козлуджи.

Главные силы русской армии выступили из Базарджика 4
июля. Ближайшей целью наступательных действий являлась
Варна. Но убедившись, что в Шумле противник сосредоточил
крупные силы, командование, вместо наступления па Варну, ре-
шило направить главные силы па Шумлу.

Это решение отразилось па всем дальнейшем ходе кампании
1828 года на балканском театре. Замысел Дибича заключался в
том, чтобы выманить турецкую армию из Шумлы и разгромить

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, л. 35.

2 Там же.

3 Там же, л. 36.

4 Там же.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4625, лл. 13 и 14.
ее в нолевом сражении. Но этим расчетам не суждно быдо
сбыться.

Выйдя из Базарджика 4 июля, главные силы русской армии
в тог же день в Козлуджи соединились с авангардом Ридигера,
а 6 июля заняли Енибазар.

Одновременно с этим для обеспечения армии со стороны Бал-
кан отряд генерала К. Бенкендорфа был направлен к городу
Приводам, расположенному в 40 верстах от Шумлы и в 50 от
Варны и являвшемуся важным узлом дорог из Варны в Шумлу
и из Адрианополя в Болгарию через Айдос. Заняв 4 июля При-
воды, Бенкендорф выслал по дороге в Айдос отряд полковника
Беллинсгаузена.

Между тем главные силы русской армии, около 30 тыс. че-
ловек, 8 июля в 4 часа утра выступили из Енибазара двумя ко-
лоннами к Шумле1, где сераскир Гуссейн-паша сосредоточил до
40 тыс. человек. В 12 часов дня русские войска перешли реку
Буланлык и атаковали 15-тысячный отряд противника 1 2 с фрон-
та и в обход его правого фланга3. Неприятельская конница не-
сколько раз контратаковала русскую пехоту, но потерпела не-
удачу. Около 4 часов дня русские войска овладели дорогой, иду-
щей из Шумлы в Константинополь, через Эскистамбул и Чалы-
ковак. Турки отступили в Шумлу.

Хотя в бою при Буланлыке русская армия отбросила против-
ника к Шумле и приблизилась кэтой крепости, положение ее вы-
было затруднительным. Предпринимая наступление на Шумлу,
Дибич предполагал выманить турок из крепости, но 40-тысячная
армия Гуссейн-паши укрылась в укрепленном лагере. Взять Шум-
лу штурмом пли полностью блокировать ее, располагая 30-ты-
сячным корпусом, тогда как противник имел 40 тысяч, русское
командование не надеялось.

Было принято решение обложить Шумлу, а отдельными от-
рядами осадить Варну и Силистрию. В результате силы русской
армии были распылены между тремя крепостями: Шумлой, Вар-
ной и Силистрией, причем под каждой из этих крепостей русские
войска, как правило, были значительно слабее гарнизонов про-
тивника.

Действия русских войск иод Шумлой оказались безрезуль-
татными. Убедившись в бесцельности дальнейшего прибывания
иод Шумлой Витгенштейн решил в конце августа отвести войска
к Енибазару. По в это время под Варну прибыл гвардейский
•корпус, и Николай I, считая, «что менее чем в десять дней Вар-
на, при помощи божией, будет»4 взята, приказал «держаться

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4636. Журнал блокады крепости Шумлы в 1828 го-
ду, л. Г

2 Там же, лл. 1 об. и 2.

3 Там же, л. 4.

4 Переписка Николая I с Дибичем. «Русская старина», 1880, т. 28, письмо
Николая 1 Дибичу от 27 августа 1828 года, стр. 444.
под Шумлой и ожидать нас» *. Овладев Варной, царь собирался
с освободившимися войсками идти иод Шумлу.

В сентябре русское командование окончательно отказалось
от активных действий под Шумлой, ограничиваясь лишь наблю-
дением. В это время па Дунай прибыл 2-й корпус, которому было
приказано сменить под Силистрией 6-й корпус, а последнему сле-
довать к Шумле.

Прибытие 6-го корпуса усилило русские войска под Шумлой,
но они по-прежнему не проявляли активности. Это «сидение» про-
должалось до падения Варны, а затем оказалось, что время бы-
ло упущено, наступила осень, и ни о каких активных наступа-
тельных действиях нечего было и думать. Получив «высочайшее
соизволение» оставить позицию при крепости Шумла, Витген-
штейн приказал начать отступление в ночь с 2 на 3 октября1 2.

Одновременно с событиями под Шумлой и Варной3 военные
действия развернулисьina Дунае. В июне, когда генерал Рот со
своими войсками перешел Дунай, генерал Бороздин получил
приказание охранять Молдавию и Валахию и наблюдать неприя-
тельские крепости на левом берегу Дуная. Под Журжей дей-
ствовал отряд генерала Корнилова.

Крепость Журжа, расположенная па левом высоком берегу
Дуная, против крепости Рущука, связанная прямой дорогой с
Константинополем и Бухарестом, считалась у турецкого коман-
дования одной из сильнейших. Несколько выше по Дунаю нахо-
дился населенный пункт Слабодзея. С северной стороны Жур-
жа прикрывалась пятью бастионами и тремя равелинами. Кре-
пость опоясывали вал и ров шириной в 30 шагов, а глубиной в
два человеческих роста. В окружности были расположены 9 ба-
тарей по 8—9 орудий каждая, а в цитадели находилось 7 бата-
рей того же состава.

Гарнизон Журжи состоял из 8 тысяч человек, в том. числе
около 1000 человек регулярных войск. Командовал этими вой-
сками Кучук-Ахмет-паша. Крепость была хорошо обеспечена
боеприпасами и продовольствием.

11 июня войска генерала Корнилова подошли к ЖурД<е и за-
няли позицию около Слабодзеи. Только через десять дней, 21
июня, сильный отряд противника, состоявший из 4 тысяч пехо-
ты, 2 тысяч конницы и 8 орудий, атаковал войска Корнилова,
стремясь оттеснить их с занимаемых позиций и обеспечить со-
общение с Малой Валахией. В ожесточенном бою, продолжав-
шемся девять часов, турки были разбиты, обращены в бегство
и преследуемы русской конницей до самых стен Журжи. Опи
потеряли до 500 человек убитыми и ранеными.

1 Переписка Миколая I с Дибичем. «Русская старина», 1880, т. 27, письмо
Николая I Дибичу от 21 августа 1828 года, стр. 772.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4636, лл. 148 об. и 149.

3 О действиях русских войск и флота под Варной в 1828 году, см. «Уче-
ные записки. Вып. 76. История». Ярославль, 1970.
В сентябре турки дважды пытались оттеснить русских от
Журжи. 13 сентября 6-тысячный отряд противника атаковал)
русскую позицию при Слабодзее, но был отражен.

21 сентября объединенные войска журжевского и рущукско-
1’0 гарнизонов, насчитывавшие в общей сложности до 10 тысяч
человек, атаковали левый фланг русской позиции. Сдержав на-
пор турок, русские войска нанесли им решительное поражение
и преследовали до крепости. В боях 13 и 21 сентября противник
потерял убитыми и ранеными до 450 человек.

Хотя под Журжей русские войска нанесли противнику ряд
поражений, их действия носили оборонительный характер, ника-
ких активных, наступательных действий предпринято не было.
Все дело ограничилось «сидением» под крепостью с целью удер-
жать в ней противника.

Отряду генерала Гейсмара было поручено охранять Малую
Валахию и наблюдать за крепостями Калафат и Видии. Полу-
чив сообщение, что противник собирает в Калафате крупные си-
лы и намеревается активизировать свои действия, Гейсмар дви-
нулся к этой крепости. 26 июня русский отряд приблизился к
Калафату, где турки занимали сильную позицию. Гейсмар по-
строил войска следующим образом: в центре в две линии каре
расположилась пехота, на флангах конница, а в интервалах ар-
тиллерия. Желая захватить инициативу в свои руки, турки на-
чали бой первыми. Их флотилия открыла артиллерийский и ру-*
жейный огонь по правому флангу русских войск. Заставив фло-
тилию удалиться, Гейсмар главный удар направил против пра-
вого неприятельского фланга. Первой атаковала конница, а за-
тем ее поддержали пехота и артиллерия. Турки сражались му-
жественно и не раз контратаковали, но отступили.

Заняв позицию у Кщлафата, откуда удобно было следить за
действиями противника, Гейсмар надежно прикрыл Малую Ва-
лахию. В первых числах августа он получил известие, что 12-ты-
сячный неприятельский отряд, включавший в свой состав пехо-
ту, конницу и артиллерию, передвинулся из Видина в Калафат.
Сосредоточив в этой крепости около 25 тысяч человек, турки ре-
шили атаковать русских. Поскольку этим большим силам про-
тивника Гейсмар мог противопоставить не более 2,5 тысяч че-
ловек, оп решил отступить к Крайову. Совершив переход скрыт-
но и быстро, Гейсмар прибыл к Чарою. Турки, выступив вслед
за русскими, заняли Бэйлешти.

Позиция у Чароя была открытой со всех сторон, и Гейсмар
не собирался долго на ней оставаться. Однако турки не только не
использовали благоприятный момент и ие атаковали русских, но,
получив ложные известия о прибытии главного русского отря-
да, отступили.

Быстро оценив обстановку, Гейсмар занял частью своих
войск Бэйлешти, а с главными силами отошел в Кранов. Вско-
ре, однако, стало известно, что противник готовится активизиро-
вать свои действия. В связи с этим Гейсмар, оставив в Крайове
небольшой отряд, выступил опять к Чарою, где и занял позицию.
Главные силы противника по-прежнему располагались у Кала-
фата.

12 сентября 25-тысячный неприятельский корпус, состояв-
ший преимущественно из конницы при 30 орудиях, под командо-
ванием Ибрагим-паши оставил укрепленный лагерь при Кали-
фате и двинулся к Крайову, имея целью овладеть этой крепо-
стью. Дойдя до Бэйлешти, турки остановились и стали строить
укрепления Г

Располагаясь со своим отрядом, насчитывавшим 4300 чело-
век1 2 и 14 орудий, у Чароя, в 7 верстах от Бэйлешти, Гейсмар
оказался в затруднительном положении. Рассчитывать на ус-
пех в оборонительном бою не приходилось, так как отряд зани-
мал позицию, расположенную на открытой местности3, а про-
тивник имел огромное численное превосходство. Кроме того,
Ибрагим-паша мог выйти в тыл отряду Гейсмара и отрезать его
от сообщения с главными силами армии. Зная высокие боевые
качества русских солдат и правильно считая, что наступление
является лучшим видом обороны, русское командование решило
атаковать противника 4.

14 сентября в 10 часов утра русский отряд двинулся к Бэй-
лешти. Два каре, состоявшие из рот Томского, и 34-го егерского
полков, имея между сорою два 12-фунтовых орудия, «составляли
голову и центр всего отряда» под начальством командира 34-го
егерского полка полковника Гавриленкова. Па флангах, не-
сколько уступом назад, шли по два таких же каре Томского и
Колыванского полков с двумя орудиями под начальством коман-
диров полков полковников Живоглядова и Завадского. Два ка-
ре из гренадерских рог с двумя орудиями составляли резерв.
Каргопольский драгунский полк разместили подивизионно за ин-
тервалами первых дву^г каре, па правом и левом их флангах, а
три эскадрона Новороссийского драгунского полка в резерве за
центром и перед интервалом двух резервных гренадерских ка-
ре. Четыре орудия коцпой артиллерии оставались также в ре-
зерве при кавалерии. Казачий полк Золотарева, разделенный па
две части, прикрывал фланги5.

В таком порядке около 2-х часов дня отряд приблизился к
Бэйлешти, где противник занимал весьма выгодную позицию.
Два орудия русского центра первыми открыли огонь по позн-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4637, Рапорт Гейсмара Лонжерону от 16 сентября
1828 года о победе при Бэйлешти, л. 427.

2 Полки Томский, Кол ыв а некий и 34 й егерский, Каргопольский драгун-
ский, 3-го эскадрона Новороссийского драгунского н казачий Золотарева полк.
См. ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4637, лл. 427 и 427 об.

3 Там же, стр. 427.

4 Там же.

5 Там же, лл. 427 и 427 об.
цпи неприятеля, который отвечал из всех своих 30 орудий1. Мно-
гочисленная турецкая конница «выехала против правого нашего
фланга» и, невзирая «на сильный и успешный огонь нашей ар-
тиллерии, приближалась и стала объезжать» этот фланг, кото-
рым Гейсмар «маневрировал, чтобы обойти левый неприятеля и
заставить его страшиться за сообщение с видинской дорогой»1 2.
Контратакой Каргопольского драгунского полка турецкая кон-
ница была «опрокинута» и отступила к Бэйлешти3. Под прикры-
тием конницы и артиллерии, часть которой заняла удобные по-
зиции и начала обстрел противника, русская пехота продолжа-
ла движение.

Между тем турецкая конница, пользуясь возможностью
скрыть свое движение за заборами и домами, быстро перешла
па левый фланг русского войска и большими силами атаковала
его4. Часть ее бросилась па казаков, по они устояли. Другая, бо-
лее значительная, устремилась по дороге в Чарой, угрожая ты-
лам русского отряда. Тогда полковник Толстой с двумя эскад-
ронами Новороссийского драгунского полка двинулся ей напе-
ререз и заставил ее «отказаться от своего намерения». Несмотря
на большое численное превосходство противника, Толстой «с со-
вершенным успехом атаковал его и опрокинул». Подоспевший
резерв из конницы и каре пехоты с двумя орудиями под коман-
дою полковника Граббе «утвердил и здесь одержанный успех»5.

Когда конница турок атаковала русские войска, их пехота в
бою не участвовала, а занималась укреплением своих позиций.
На отсутствие взаимодействия между турецкой пехотой и кон-
ницей обратил внимание И. П. Липранди6.

После пятичасового боя русские войска приблизились к не-
приятельской позиции. С наступлением ночи сражение прекра-
тилось, по исход его не был решен. Гейсмар понимал, что хотя
все атаки неприятельской конницы были отбиты и русские вой-
ска прочно удерживали занятую позицию, утром они могут быть
атакованы противником, имевшим большое численное превос-
ходство. Участник войны пишет, что турецкий командующий
«рассчитывал после ночного отдыха, атаковав всеми силами, со-
вершенно уничтожить русский отряд»7.

Видя необходимость «выйти из сего небезопасного положе-
ния»8 и пользуясь тем, что противник проявляет полную беопеч-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4637. Рапорт Гейсмара Лонжерону от 16 сентября
1828 года, л. 427 об.

2 Там же, л л. 427 об., 428.

3 Там же, л. 428.

4 Там же.

6 Там же, л. 428 об.

6 И. П. Липранди. Особенности войны с турками. СПб., 1877.
стр. 130.

7 Воспоминания о кампании! 1829 года в Европейской Турции. «Русский
вестник», 1867, № 6, стр. 43(1.

8 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4637, л. 428 об.
поставе выставив даже сторожевого охранения, Гейсмар решил
использовать момент внезапности и атаковать турок ночью. На-
ступление русских войск началось в 8 часов вечера. Шесть ко-
лонн, каждая из двух рот пехоты *, должны были атаковать ту-
рецкий лагерь с фронта и левого фланга, а две колонны такого
же состава являлись резервом. В резерве находились конница и
артиллерия, следовавшие за пехотой1 2.

Под покровом ночи, в полной тишине русские войска подо-
шли к неприятельским укреплениям. Четыре колонны атаковали
с фронта, две действовали против левого неприятельского флан-
га. Атака «была так неожиданна и ночь так темна», что кавале-
рия турецкая, впереди стоявшая, допустила пехоту подойти
па столь близкое расстояние, что после первых выстрелов конни-
ца впала «в большой беспорядок»3. Штыковой удар русских ко-
лонн довершил поражение неприятельской конницы, обратив се в
бегство. «Паши колонны ворвались через ров в середину этой
шальной беспорядком кишевшей толпы, устилая поле трупами
противников»4. В этой начальной стадии сражения турецкая
пехота участия не принимала. Она спешно укрепляла свою по-
зицию, готовясь отразить наступление русских. Засев за строе-
ниями и валом, «о,на открыла убийственный огонь» но русским
колоннам5. Колонны по^д командованием полковников Завадско-
го и Живогл ядова выбили турок изо рва и начатого укрепления
и захватили 3 орудия6.’Турецкая пехота, «не принимая предла-
гаемой пощады», укрылась в домах Бэйлешти, пыталась орга-
низовать оборону7. Русские войска ворвались в селение и после
ожесточенного боя овладели им.

«В четыре часа утра все было решено, — писал Гейсмар.—
Победа одержана совершенная»8. В Бэйлешти не осталось «пи
одного живого неприятеля»9. Потери противника в сражении
при Бэйлешти доходили до трех тысяч убитыми, погибшими в
огне и ранеными и свыше 500 человек пленными 10 11 12. В качестве
трофеев русским достались 7 орудий, разного рода оружия бо-
лее чем на 10 тысяч человек, 24 знамени, весь лагерь ", обоз с бое-
припасами, более 400 повозок с проводольствием, несколько ты-
сяч лошадей. Русские войска потеряли около 600 человек уби-
тыми и ранеными ,2.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4637, л. 428 об.

2 Там же.

3 Там же.

4 Там же. «Русский вестник», 1867, № 6, стр. 432.

5 Там же.

6 Там же, лл. 428 об. и 429.

7 Там же, л. 429.

8 Там же, л. 429 об.

0 «Русский вестник», 1867, № 6, л. 433.

10 Там же.

11 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4637, л. 429 об.

12 Обзор войн России от Петра Великого до наших дней, под обшей ре-
дакцией Леера, ч. 4, кн. 1, стр. 338.
Бэйлештское сражение занимает особое место в истории рус-
ско-турецкой войны. За всю кампанию 1828 года на балканском
театре здесь была одержана самая крупная победа в полевом
сражении. Русский отряд, насчитывавший 4 300 человек и 14
орудии, разгромил 26-тысячную армию противника, повторяв
тем самым Катульскую победу 1770 года. Эта победа была
одержана не числом, а уменьем. Бэйлештское сражение пред-
ставляет значительный интерес и в том отношении, что решаю-
щие события произошли ночью. Под Бэйлешти плечом к плечу
с русскими солдатами доблестно сражались молдово-валаш-
ские добровольцы Г

Победа русских войск при Бэйлешти имела стратегическое
значение. В захваченной канцелярии сераскира было обнаруже-
но повеление султана об уничтожении русских войск в Малой
Валахии. В другом документе сераскиру предписывалось следо-
вать к Бухаресту, присоединить к своим войскам гарнизоны Ру-
щука, Журжи и других дунайских крепостей и развернуть дей-
ствия в тылу главных сил русской армии. Этим планам не суж-
дено было сбыться. Разгромив противника при Бэйлешти, отряд
Гейсмара обеспечил безопасность Малой Валахии и тыла рус-
ской армии.

Используя благоприятную обстановку, сложившуюся в Ма-
лой Валахии, Гейсмар предпринял наступление на Калафат. Со-
вершив за одну ночь 50-вестный марш, он со своим отрядом
неожиданно подошел 12 октября к стенам этой крепости. Поя-
явлепие бейэлештских победителей произвело на гарнизон Ка-
лафата такое устрашающее впечатление, что он поспешил отсту-
пить в Видипу, потеряв в панике около 600 человек. Взятие Ка-
лафата еще больше укрепило положение русских войск в Малой
Валахии.

Важное место в планах Главной квартиры русской армии за-
нимала крепость Силистрия. Было решено обложить и овладеть
Силистрией, чтобы обеспечить правый фланг. Однако осада кре-
пости оказалась бесполезной и в конце октября войска 3-го кор-
пуса отошли па зимние квартиры1 2. Так неудачно закончилась для
правительства Николая I кампания 1828 г. на балканском те-
атре.

На «неудачный исход кампании» указывал генерал-адъю-
тант И. В. Васильчиков в записке «Обзор кампании 1828 года»,
представленной Николаю I в ноябре 1828 года3. Говоря о причи-

1 В. Д. Г р о с у л. Молдово-валашские добровольцы в русско-турецкой
войне 1828—1829 гг. и роль России в воссоздании национальных армий в Ду-
найских княжествах. Ученые записки Кишиневского государственного универ-
ситета, т. 73, 1964, стр. 17.

2 Подробное освещение действий русских войск под Шумлой и Снлистри-
ей см.: В. А. Л я хо в. Русская армия и флот *в войне с Оттоманской Тур-
цией в 1828—1829 гг. Диссертация па соискание ученой степени доктора ис-
торических наук. Ярославль, 1971.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4660, ч. 1, лл. 170—180.
нах неудачи, он писал, что их легко узнать «в ошибочных расче-
тах относительно численности войск, которые должны быть вве-
дены в дело и в неверных сведениях, которые имелись о насту-
пательных средствах султана... пренебрегли своим противником;
к несчастью, возмечтали о триумфальном шествии до Констан-
тинополя и не обращали внимания на бесчисленные затрудне-
ния, представляемые этою войною» *. Далее Васильчиков под-
черкивал, что «эти неслыханные ошибки доказывают по только

полную несвязность и отсутствье плана, с которым производили
приготовления к войне, но выставляют также в полном свете
неспособность лиц административного состава армии»1 2.

Со всеми этими замечаниями нельзя не согласиться. Все ус-
пехи 2-й армии свелись к овладению крепостями Браилов и Вар-
на, занятию Молдавии и Валахии. Гораздо успешнее действовал
русский Черноморский фдот.

Основная причина неудачных действий 2-й армии в 1828 году
коренилась в плане войны, составленном Главным штабом. Ди-

бич и его помощники явно переоценили свои силы и возможно-
сти и недооценили протирпика. План предусматривал в течение

одной кампании запять Дунайские княжества, овладеть крепо-
стями Браилов, Силистрпя и Шумла, совершить переход через
Балканы и вступить в Константинополь. Все это па практике

оказалось совершенно невыполнимо. Раздробленные и распы-
ленные по обширному театру военных действий, русские войска
оказались не в состоянии добиться решающих успехов. Нельзя
не согласиться с автором, который писал, что «неудачный исход
кампании 1828 года... зависел от неудовлетворительности выс-
ших стратегических соображений»3. Немаловажное значение

для неудачного исхода кампании
атре имело и то, что руководство
«военные деятели», как Николай
Витгенштейн и др.

Вторая причина заключалась

1828 года на балканском те-
войсками осуществляли такие
I, его брат Михаил, Дибич,

в малочисленности 2-й армии

и отсутствии подготовленных резервов, третья — в плохом уст-
ройстве интендантской части армии. «Подвоз съестных и других
припасов, — писал современник, — был медлен и совершенно не-
исправен»4. Войска испытывали недостаток в самом необходи-
мом: хлебе, мясе, соли5. В октябре 1828 года войска 3-го кор-
пуса 7 дней были без всякой пищи6. В это время наступили хо-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4660, ч. 1, л. 170.

2 Там же, л. 177.

3 И. П. Глнноецкий. История русского Генерального штаба, т. 2,
СПб., 1894, стр. 34.

4 Ф. Ф. В и гель. Воспоминания, т. 2. М., 1866, стр. 130.

5 П. К. Шильдер. Война России с Турцией в 1829 году. «Русская
старина», т. 30, 1881, стр. 101.

6 И. Е п а и ч и и . Указ, соч., ч. I, стр. 383—384.

121

1
лода, но начальство не позаботилось о зимнем обмундировании,
и в результате до 200 человек замерзло Е

Плохо была организована медико-санитарная служба. Меж-
ду тем на почве недоедания, истощения и холода усиливались
болезни, в том числе такие, как малярия, чума, дизентерия. От
болезней войска несли гораздо больше потерь, чем в боях с про-
тивником. В октябре почти одна треть личного состава 2-й ар-
мии была выведена болезнями из строя1 2. Только в госпиталях
Базарджика в конце октября находилось около 11 тысяч боль-
ных3.

Медицинское обслуживание было поставлено плохо. «Не мо-
гу скрыть,-—писал генерал Долгоруков, — нашел я здесь (в го-
спиталях Базарджика. — В. Л.) большие беспорядки и... ха-
ос»4. Велика была смертность больных. В одном из госпиталей
из 3840 больных, умерло 738, т. е. каждый пятый»5.

Оценивая итоги кампании 1828 года на балканском театре,
декабрист М. С. Лунин писал, что русская армия, «изнуренная,
поредевшая, дезорганизованная усталостью и болезнью, пред-
ставляла по возвращении домой лишь грустное зрелище пере-
движною госпиталя» 6.

Более успешно действовал в кампанию 1828 года Отдельный
Кавказский корпус, по Главный штаб отводил ему второстепен-
ную роль, п он не решал исхода войны.

Война, ее неудачи еще больше обнажили отрицательные
стороны внутреннего положения царской России, обострили про-
тиворечия в самых различных областях жизни. Ухудшилось эко-
номическое положение страны. Особенно сильно пострадала чер-
номорская торговля и, прежде всего, экспорт хлеба и сельскохо-
зяйственных продуктов. Если в 1827 году из черноморских и
азовских портов хлеба было вывезено 1 770 850 четвертей, то в
1828 году— 100 7607. Это чувствительно ударило по интересам
помещиков. В секретном обзоре общественного мнения за
1828 год Бенкендорф докладывал царю, что «общее обеднение в
земледельческих губерниях становится все чувствительнее и чув-
ствительнее. Почти три четверти помещичьих земель заложены
в ломбардах, банках или частных руках»8. С интересами поме-
щиков правительство Николая I не могло не считаться.

Тяжелым бременем война легла па плечи трудящихся: рек-
рутские наборы, крепостническая эксплуатация, налоги, рекви-

1 II. Е н а н ч ин. Указ, соч., ч. 1, стр. 384.

2 Столетие военного министерства, т 8, ч. 2, стр. 124.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4556, л. 39.

4 Там же, л. 41.

ь Там же, л. 61.

6 М. С. Л у н и и. Общественное движение в России, стр. 15.

7 «Русский инвалид», 1829, № 227, прибавление, стр. 928.

3 А. X. Бенкендорф. О России в 1827—1830 гг. «Красный архив»,
1929, т. 6 (37), стр. 164.
зиции продовольствия и скота и т. д. Только по трем наборам,
проведенным с 1 июня 1828 г. по 1 января 1830 г., «число посту-
пивших натурою рекрут» составило 259 213 5

«Тяготы общего обеднения, — вынужден был признать Бен-
кендорф,— и затруднения располагали умы к недовольству»1 2.

Со всем этим Николай I и его правительство принуждены бы-
ли считаться при планировании повой кампании.

Приходилось учитывать и международную обстановку, ко-
торая, так же как и в начале войны, была для России сложной
и неблагоприятной. Неудачи армии Витгенштейна были с радо-
стью встречены в правящих кругах Вены и Лондона. Даже Нес-
сельроде, чьи проавстрийские настроения хорошо известны, вы-
нужден был признать, что политика Венского кабинета стано-
вилась все более антирусской. «Слова ее (Австрии. — В. Л.)
миролюбивы,— писал Нессельроде,— по ее тайные стремления бо-
лее чем подозрительны, она постоянно вооружается»3. Мет-
терних и его дипломаты делали все, чтобы изолировать Россию
на международной арене, добиться коллективного вмешатель-
ства европейских держав в русско-турецкую войну, а еще лучше
сколотить антирусский блок. В декабре 1828 года Меттерних
предложил созвать международную конференцию для обсужде-
ния вопроса об «умиротворении Востока».

В Париже и Берлине предложение Австрии не получило под-
держки, но в Лондоне оцо нашло желаемый отклик. Бенкендорф
писал, что «Англия тесно связана с Австрией общими интереса-
ми, а именно, чтобы препятствовать России и ослаблять ее зна-
чение в Европе»4.

Правящие круги Англии поддерживали султанское прави-
тельство, сколачивали персидско-турецкий блок: «Английское
правительство, — писал Чернышев Дибичу в мае 1829 года,—
начинает скалить зубы при каждом случае, то под одним предло-
гом, то под другим... Все это вам показывает, как нам необходи-
мы ваши успехи; они одни... могут дать иное направление поли-
тики» 5.

Действительно, победы, притом быстрые, были крайне необ-
ходимы царскому правительству. Они нужны были, как справед-
ливо писал декабрист М. С. Лунин, «в целях придания новой
власти (Николаю I. — В. Л.) престижа военной победы»6. Но,
наученный горьким опытом кампании 1828 года, Николай I ре-
шил действовать осторожно.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, ф. 17268, две ведомости о числе рекрут, поступивших
по наборам с 1815 по 183'5 иг., л. 2.

2 А. X. Бенкендорф. Указ, соч., «Красный архив», т. 6 (37), стр. 160.

3 Н. Епанчин. Указ, соч., ч. 2, стр. 4.

4 А. X. Бенкендорф. Указ, соч., стр. 164.

6 11. Епанчи и. Указ, соч., ч. 2, стр. 4.

6 М. С. Лунин. Общественное движение в России, стр. 14.
В октябре 1828 года Добич представил Николаю I обширную
записку с изложением плана кампании 1829 года \ в основе ко-
торого лежали два возможных варианта «наступательной воины
против Турции»: 1. Поход за Балканы вдоль берега Черного м^-
ря в направлении Варна—-Бургас. В то же время предполага-
лось взять Силистрию и наблюдать Шумлу. 2. Поход вверх по
Дунаю, в надежде па восстание сербов и совместные с ними дей-
ствия против турецких войск.

Однако на этот раз план Дибича не получил одобрения ца-
ря. В письме к Па-скевичу Николай 1 писал, что «затруднения»
прошедшей кампании на балканском театре и международная
обстановка в Европе убеждают его «в продолжение будущей
кампании вести за Дунаем войну более систематическую, неже-
ли наступательную; ограничиться овладением Силистрии, Жур-
жп и других крепостей... на реке сей, стать на оной твердой но-
гою и с сего основания делать демонстрации к стороне Бургаса
и, смотря но обстоятельствам, от сего рода войны перейти к дей-
ствиям более наступательным, ежели... представится тому бла-
гоприятный случай»1 2. О своем решении вести войну оборони-
тельную Николай I сообщил и Дибичу3. Царь сам признавал,
что «этот план кампании... не может привести нас к большим
результатам» 4.

Дибич, узнав, что царь собирается вести войну «системати-
ческую», составил другую записку, в которой цель кампании
сводил к «овладению течением среднего Дуная», причем харак-
теризовал действие русских войск как «вполне оборонительное и
даже в некоторой степени отступательное5.

Тогда же было представлено еще несколько проектов продол-
жения войны. Начальник штаба 2-й армии Киселев, желая уго-
дить царю, в своей записке, представленной в ноябре 1828 года,
предлагал действовать «систематически и иметь предметом рас-
пространение и утверждение базиса нашего на Дунае»6. Он счи-
тал, что забалканский поход русская армия может совершить
лишь в 1830 году 7.

Проекты генералов Витта и Довре повторяли друг друга и не
имели практического значения. Интересен проект грека Д. Ста-
факн, жившего в Кишиневе и хорошо знавшего балканский театр

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4699. Записка Дибича от 26 октября 1828 года,
лл. 70—100 об.

2 И. 1\. Шильдер. Император Николай I. 1. 2. Письмо Николая I
Паске вин у от 15 иояДря 1828 года. Стр. 196.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4850, л. 16.

4 И. Е п а и ч и и. Указ, соч., ч. 2, стр. 15.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4660, ч. 1. Письмо Дибича Николаю I от 25 ноября
1828 пода. Лл. 151—453 об.

6 Заб л о ц к и й - Д е с я т о в с к и й. Указ, соч., т. 1, стр. 292.

1 Там же.
войны и тамошнюю обстановку. Он доказывал, что русская ар-
мия может перейти Балканы между Шу мл он и берегом моря и
при содействии Черноморского флота наступать на Константи-
нополь Г

Между тем в Петербурге произошло событие, заставившее
Николая I изменить свой взгляд па характер предстоящей кам-
пании. И. В. Васильчиков представил царю записку, в которой,
как уже указывалось выше, подверг резкой критике действия
Главного штаба и командования 2-й армии в кампании 1828 го-

да. Васильчиков предложил собрать комитет, поручив ему раз-
работать план предстоящей кампании.

Николай I прислушался к мнению Васильчикова и 19 нояб-
ря 1828 года под своим председательством собрал комитет в со-
ставе графа В. П. Кочубея, графа А. И. Чернышева, князя
И. В. Васильчикова и барона Толя.

Комитет, во-первых, подчеркнул, что цель войны с Турцией
состоит «не в покорении Константинополя или свержении сул-
тана», а «в приобретении возможно большего числа гарантий,
чтобы принудить Оттоманскую Порту к заключению мира», ко-
торый обеспечил бы точное выполнение ею ранее заключенных
с Россией договоров 1 2.

Во-вторых, комитет высказался против «систематической»,
т. е. оборонительной, войны на Дунае, ибо она пи в каком слу-
чае не заставит султана просить мира. Было решено сосредо-
точить на балканском театре 120-тысячную армию, которая дол-
жна была взять Силистрию и Шумлу, перейти через Балканы,
занять Бургас, Айдос и Карнабат и, если после этого султанское
правительство не будет ввергнуто в «состояние полного оцепе-
нения и страха» и не согласится подписать мир па приемлемых
для России условиях, начать наступление на Константино-

поль.

Поскольку наступление 2-й армии планировалось вести «близ
берега моря», большое значение придавалось Черноморскому
флоту, действия которого должны были согласовываться «с су-
хопутными действиями армии».

Что касается кавказского театра войны, то, хотя комитет и

отметил, что в кампании 1828 года русские войска добились там

«весьма существенных успехов», он не уделил ему должного вни-
мания. В обширной записке Чернышева кавказскому театру от-

ведено всего несколько строк.

Оценивая международную обстановку, комитет пришел к
выводу, что опа позволяет в предстоящей кампании действовать
наступательно и решительно. «Англия занята множеством до-
машних забот и не может желать решительных против пас дей-

1 И. Епанч и н. Указ, соч., ч. 2, стр. 40.

2 Решения комитета даются так, как они изложены в записке А. И. Чер-
нышева. ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4660, ч. 1.
ствий». Что касается Австрии, то опа «не посмеет выступить в
дело одна, как по воспоминаниям всех последствий, связанных с
вторжением в Россию, так и из опасений за целость своих италь-
янских и славянских земель».

Комитет обсудил вопрос: «следует ли воспользоваться наст-
роением сербов и содействовать восстанию их в нашу пользу?»
Ответ был отрицательным. Во-иервых, в Сербию пришлось бы
направить отряд русских войск в 12—15 тысяч человек, а они
очень нужны на главном направлении. Во-вторых, участие сер-
бов в воине против Оттоманской Порты «затронет слишком
близко интересы Венского кабинета и усложнит чрезвычайно
вопрос о мире».
ГЛАВА 4

КАМПАНИЯ 1828 ГОДА
НА КАВКАЗСКОМ ТЕАТРЕ ВОЙНЫ

По плану воины с Турцией, который был разработан Глав-
ным штабом, военные действия одновременно с балканским те-
атром должны были развернуться и на кавказском. Придавая
исключительное значение балканскому театру войны, Дибич и
другие военные советники царя явно недооценивали роль кав-
казского театра.

Перед войсками Отдельного Кавказского корпуса были по-
ставлены две задачи: «1. ... занять и отвлечь часть турецких сил
и тем способствовать главным усилиям нашим — направленным
от Дуная, и 2. ... сделать завоевания необходимые единственно
для обеспечения границ Грузии и укрепления полного спокой-
ствия в сей стране. Для достижения обоих видов предполага-
лось— достаточным покорить два пашалыка Карсский и Ахал-
цихский»1 и овладеть приморскими крепостями Анапой и Поти.

Кампания 1828 года на кавказском театре открылась воен-
ными действиями против Анапы. Вследствие малочисленности и
разбросанности войск Отдельного Кавказского корпуса задача
покорения Анапы была возложена па Черноморский флот и Та-
манский отряд, выделенный из состава 2-й армии1 2.

Руководствуясь указаниями Главного штаба и заимствуя
идею Ермолова о наступлении на Карсском направлении, Пас-
кевич решил идти к Карсу. Однако сделать это он мог лишь в се-
редине июня. Войска Кавказского корпуса только что вернулись
из персидского похода и не были готовы к повой войне.

Для наступления на карсском направлении Паскевич мог
выделить всего около 14 тысяч человек: 15 батальонов пехоты,
8 эскадронов кавалерии3, 7 казачьих полков4 и 58 орудий, не
считая осадных5. Такое количество войск явно не соответство-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 40.

2 См. Ляхов В. А. Анапская десантная экопед-ищия. «Ученые записки
Я'росл. гос. <пед. ин-та им. Ушинского». История, 1970, № 76.

3 История военных действий в Азиатской Турции, ч. 1. Варшава, 1843,
стр. 161.

4 ЦГВИА ф. ВУА, д. 4644, л. 57.

5 В. Потто. Кавказская война в отдельных очерках... Турецкая война
1828—18*20 г.г. Вынь 1. СПб., 1889, стр. 21.
вало задачам, стоящим перед Кавказским корпусом. Но это бы-
ли войска, прошедшие суровую школу войны, закаленные в боях.

Наступление было решено вести со стороны Гумр (современ-
ный Ленинакан), от которых до Карса насчитывалось 65 верст.
За короткий срок в Гумры была проложена новая дорога, под-
везены боеприпасы и продовольствие и сосредоточены войска.

Между тем сераскир эрзерумский Галиб-паша и Киос-паша,
«исполняя повиновение султана», укрепляли пограничные крепо-
сти, усиливали их гарнизоны, собирали войска. «Еще в мцрте
месяце все проходы, ведущие от нашей границы в турецкие вла-
дения, заняты были сильными кавалерийскими постами, в по-
граничных селениях поставлено земское пешее ополчение, по ре-
ке Арначае, в окрестностях Гумров, расположен присланный из
Арзерума кавалерийский отряд, числом до тысячи человек»Г

В Карс прибыло более трех тысяч конницы и пехоты, было
доставлено 14 полевых орудий и «множество артиллерийских
снарядов», а около города разбит лагерь на 15 тысяч человек1 2.
В Эрзеруме находилось до 10 тысяч солдат и прибыло из Кон-
стантинополя 3 тысячи пехоты и 24 офицера для обучения вновь
набранного войска3.

Султан предписал Галиб-паше вторгнуться в русские преде-
лы Кавказа. В связи с этим в апреле в Эрзеруме был собран
военный совет, решивший сосредоточить под Карсом 60-тысяч-
ную армию, под командованием Киос-наши, и действовать отту-
да в двух направлениях — через Ереван и Гумры. Одновремен-
но с этим ахалцихский паша должен был вторгнуться в Имере-
тию 4.

Не надеясь па собственные силы, турки старались разжечь
«пламя мятежа среди наших закавказских областей: призывая
пророка и расточая деньги, тайные приверженцы их возмущали
абхазов, чеченцев, аварцев и других горских народов»5. Но по-
ка турецкое командование готовилось к активным действиям,
русские войска перешли границу.

14 июня в районе Гумр 14-тысячный отряд Паскевича пере-
шел реку Арпачай и двинулся к Карсу. Первой форсировала
водную преграду казачья бригада Сергеева, за ней следовали
остальные войска.

Вся пехота, которой командовал генерал Вадбольский, была
разделена на три бригады: 1-я бригада генерала Муравьева,
2-я бригада генерала Берхмана и 3-я бригада генерала Король-
кова6. Кавалерией командовал полковник Раевский, а казака-
ми генерал Леонов.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 36.

2 Там же, лл. 37 и 37 об.

3 Там же, л. 37 об.

4 Там же, л. 67 об; В. Потто. Указ, соч., вып. 1, стр. 27.

5 Там же, л. 38.

6 Там же, л. 57 об.
В Гумрах осталась бригада Муравьева, которая должна бы-
ла следовать вторым эшелоном. Третьим эшелоном выступили
а р т ил л е р и й с к ие пар к и.

Театром военных действий был Карсский, Ахалцихский и
частично Баязетский пашалыки. За исключением довольно об-
ширной равнины, расположенной на плоскогорье и простирав-
шейся от Гумров до хребта Саганлуга, па которой расположен
Карс, весь театр представлял собой гористую местность. Реки и
речки, несущие свои воды по узким горным долинам и ущельям,
во время разлива бывали труднопроходимы. Пути сообщения па
театре военных действий были в самом плохом состоянии. Пре-
жде чем двигаться, русским войскам приходилось расширять и
строить дороги.

В Карсском пашалыке главным укрепленным пунктом был
город Карс. «Крепость сия, защищенная 162 орудиями, вмещаю-
щая сильный гарнизон, снабженная в большом избытке продо-
вольствием, питала в азиатских турках надежды твердыни...
Отсюда шло самое главное, удобное и для неприятельских напа-
дений открытое сообщение с Грузией» Г

Оценивая стратегическое значение Карса, Потто справедли-
во писал, что с занятием этой крепости «русская армия стано-
вилась в центре круга, откуда действия ее во все стороны были
бы совершенно свободны» 1 2.

Благодаря прекрасному климату и плодородной земле Карс-
ский пашалык был одной из самых хлебородных областей За-
кавказья. «Главные хлебные произростания... суть пшеница и яч-
мень, кои родятся повсеместно в изобилии и награждают труд
селянина избыточно»3. Население пашалыка в основном состоя-
ло из армян и турок4.

В Ахалцихском пашалыке имелось «пять крепостей значи-
тельных по своему положению»:

1. Ахалцих составлял «сосредоточие пашалыка»5.

2. Ахалкалаки при слиянии речек Геидара-чай и Топорова-
пи, па путях из Грузии в Карсский и Ахалцихский пашалыки,
прикрывал последний от нападения со стороны Грузии и Кар-
са 6.

3. Ацхур на скалистом берегу реки Куры, ключ Боржомско-
го ущелья, «совершенно обороняет путь из Грузии в Ахалцих»7.

4. Ардаган на соединении дорог, ведущих из Эрзерума и Кар-
са в Ахалцих, прикрывал последний с этой стороны8.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 58.

2 В. Потто. Указ, соч., вып. 1, стр. 22—23.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 14.

4 Там же, л. 18.

5 Там же, л. 5 об.

6 Там же, лл. 5 об. и 6.

7 Там же, л. 6.

8 Там же.
5. Хертвис, в центре плодородных санджаков пашалыку 1.

Из Грузии в Ахалцихский пашалык вели три главные доро-
ги1 2; из Сурами через Боржомское ущелье по левому берегу
Куры, из Цалки через Караван-сарай, из Гумров через селение
Казанчи, мост Тошли-Керпи и деревню Кулалли. Две последние
дороги соединялись под крепостью Ахалкалаки, а затем расхо-
дились. Одна из них вела к Ахалциху через высокие скалистые
и лесистые отроги гор Цихсджваре. Из Ахалциха в Карс вели
две дороги через Ардаган и через Ахалкалаки, в Эрзерум —че-
рез Ардаган и Карсский пашалык.

Ахалцихский пашалык принадлежал к плодородным обл а-

стям, «где хлеб родится в великом изобилии»3. Население паша-

лыка было смешанное: турки, армяне, грузины, лазы и др.4.

Перейдя 14 июня границу, русские войска двинулись к Кар-
су через селения Тихнис, Пелдырван и Мешко. Весь этот рай-
он, населенный, главным образом, армянами, «ныне представлял

совершенное опустошение, ибо турецкое правительство всех жи-
телей переселило в отдаленные районы»5.

Совершив несколько переходов, переправившись через реку
Каре-чай у Джемушлинского брода, русские войска 17 июня
достигли Мешко, от которого до Карса осталось около 20 верст6.
Русское командование решило «фланговым движением обойти
крепость и, заняв лагерь на большой эрзерумской дороге, пре-
сечь сообщение между Карсом и Эрзерумом и тем самым ли-

— ’

шить первую крепость ожидаемого подкрепления от сераскира,
коего полагали в следовании с 30-тысячным корпусом к Карсу»7.

Решение атаковать Карс со стороны эрзерумской дороги бы-
ло вполне целесообразно: здесь можно было устроить укреплен-
ный лагерь для «размещения всего отряда», русские войска бы-
ли обеспечены водой, хлебом и подножным кормом 8, отрезали
«все секурсы, которые главнокомандующий азиатских войск Га-
либ-паша мог двинуть к Карсу» 9.

Командующий карсским гарнизоном Эмин-паша обратился
за помощью к Киос-паше. Лихорадочно собирая силы и готовясь
нанести удар русским с тыла, Киос-паша ответил Эмин-паше:
«Войска твои храбры, крепость неодолима, русские малочислен-
ны... Мужайся доколе я прибуду» 10. Когда Киос-паша двинулся

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 6.

2 Там же, л. 6 об.

3 'Гам же, л. 5.

4 Там же, л. 3.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю I от 19 июня

1828 года, л. 60 о(б.

8 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 62.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт
1828 года, л. 60 об.

8 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 63.

9 Там же.

10 Там же, л. 69 об.

Паскевича Николаю 1 от 19 июня
к Карсу, русские войска, уже стояли под стенами крепости.

В соответствии с планом наступления со стороны эрзерум-
ской дороги, русский отряд 18 июня двинулся влево, в 8—9-ти
верстах от Карса. Ближе к крепости следовала русская конни-
ца, готовая в любую минуту отразить атаку неприятельского
гарнизона. Но турки не отважились на вылазку. «Переход
сей,—7 рассказывает Муравьев, — был более похож на триум-
фальное шествие, в коем однако же колесницы заменялись гру-
зинскими арбами» L Вечером войска достигли селения Лзаткева
и расположились на ночлег невдалеке от большой эрзерумской
дороги.

В письме па имя муфтия, главы карсского духовенства, Пас-
кевич потребовал покорности, обещая быть великодушным.
Письмо осталось без ответа.

Рано утром 19 июня русские войска, построившись в боевой
порядок1 2 и отправив вагенбург с прикрытием в лагерь, находив-
шийся в трех верстах от Карса, двинулись «прямо к крепости
Карсу, в намерении сделать усиленное обозрение»3 4. Но едва по-
казались они па высотах, «склоняющихся к Карсу, как много-
численная кавалерия турок выступила из оного и заняла все
пространство впереди крепости; другая часть войск неприятель-
ских занимала горы по об»еим сторонам Карса, составляя резер-
вы и оборону с флангов» 1

Неприятельская конница потеснила передовые казачьи пол-
ки, но затем при поддержке линейноро полка, азербайджанской
и грузинской конницы быда оттеснена. В это время к месту боя
подошла русская пехота. Крепостная артиллерия открыла огонь,
русская ей отвечала.

Расположив на флангах пехоты казачьи полки и азербайд-
жанскую конницу, русской командование решило выманить ту-
рок из крепости и дать им полевое сражение. Многочисленная
турецкая конница стремительно атаковала оба фланга русских
войск. Заметив, что противник особенно яростно наседает па
правый фланг, стремясь прорваться в тыл русского корпуса,
Паскевич послал туда подкрепление. Русская артиллерия тот-
час «приняла его во фланг и ...привела несколько в замешатель-
ство» 5, но не остановила. Казачьи полки Сергеева и Леонова
р еш ител ь по контратаковали.

1 II. II. Муравьев. Записки. «Русский архив», 1877, кн. 1, стр. 316.

2 Разделенные на авангард, первую, вторую и третью липин и резерв,
войска были построены побатальонно в дш>гзи.о.н'пых колоннах. Боевой поря-
док занимал в глубину 300 сажен, без авангарда, а в ширину 250 сажен.
ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, лл. 70 об. и 71; История военных действий в Ази-
атской Турции в 18'28 и 182.9 г.г., ч. 1, стр. 203—204.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 60 об.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, лл. 71 и 71 об.

5 Там же, лл. 72 и 72 об.
Начальник штаба корпуса генерал Сакен со сводным улан-
ским полком, линейным казачьим, азербайджанской конницей и
двумя орудиями конной артиллерии решил отрезать турецкую
конницу от крепости. Сводный уланский полк ударил во фланг
неприятеля, казаки Сергеева атаковали его с тыла, а грузин-
ская конница во главе с полковником Беновичем-Черкасским от-
резала его от крепости. j

Решительность и быстрота этой атаки привела противника
«в ужас» и причинила ему «жестокое поражение»1. Полковнику
Бурцову было приказано с 8-м пионерным батальоном и че-
тырьмя орудиями казачьей артиллерии поддержать атаку кон-
ницы. «Приняв влево ближе к крепости и резвым шагом овла-
дев высотою, в 200 саженях лежащею от оной, сей отряд ружей-
ным огнем н батареею бил вслед бегущего в город неприятеля»1 2.
Полки Сергеева и Леонова преследовали и гнали его до самой
крепости 3.

Па левом фланге атака турецкой конницы также была от-
бита. Здесь генерал Завадовский с тремя донскими казачьими
полками искусным маневром подвел неприятельскую конницу
под огонь артиллерии, а затем решительным ударом обратил ее
в бегство. Успешно действовало грузинское конное ополчение.

В бою 19 июня участвовала только русская конница, пехота
же «неподвижно занимала назначенные ей места до 4-х часов
пополудни»4. Действия конницы отличались высокой маневрен-
ностью, решительностью и смелостью. В рапорте Николаю I
Паскевич писал: «Невзирая на отважность неприятельской кон-
ницы, которая бросилась в рукопашный бой, наша иррегулярная
кавалерия (казаки, азербайджанская и грузинская. — В. Л.) ни-
чем не уступала ей в сем роде сражения»5.

Особого внимания заслуживает построение пехоты в баталь-
онные колонны во время наступления русских войск на Карс.
Ушаков и Потто утверждают, что Паскевичу принадлежит за-
слуга первого применения колонн в боях с турецкими войска-
ми. «Граф Эриванский первым решился, — пишет Ушаков,—
заменить каре колоннами в деле противу азиатцев»6. Потто ут-
верждает, что в бою 19 июня русская пехота «впервые шла про-
тив турок, построенная в колонны»7. В действительности прио-
ритет в применении колонного построения войск в войнах с Тур-
цией принадлежит А. В. Суворову. Колонна, говорил он, «гиб-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4.644, л. 63.

2 Там же.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 72 об.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 63.

6 Там же.

° История военных действий в Азиатской Турции в 1828 и 1829 годах,
ч. 1, стр. 210.

7 В. В. Потто. Указ, соч,, выпд 1, стр. 39.
че всех построений, быстра в... движении, ежели без остановки,
то все пробивает»

Впервые колонное построение в сочетании с рассыпным стро-
ем применил П. А. Румянцев в 1761 году под Кольбергом.
А. В. Суворов блестяще использовал этот опыт Румянцева и в
1773 году под Туртукаем, наступал небольшими колоннами в
сочетании с рассыпным строем стрелков1 2.

Колонный боевой порядок был гибким, подвижным и обла-
дал большой ударной силой. При таком построении войска мо-
гли вести боевые действия на любой местности, в любое время
года днем и ночью. Говоря о преимуществах колонного построе-
ния войск, Энгельс писал, что оно «давало возможность проры-
вать неповоротливые формы старого линейного строя, сражаться
в любой местности.., группировать войска любым, соответствую-
щим обстановке образом и, в сочетании с действиями рассыпап-

ных стрелков, сдерживать, отвлекать, изматывать неприятельские
линии, — пока не наступит момент, когда их можно будет про-
рвать в решающем пункте позиции при помощи сохраняемых
в резерве масс» 3.

Приоритет русской армии в применении колонн в сочетании
с рассыпным строем убедительно, па большом материале, пока-
зал советский военный историк генерал А. А. Строков в своем
капитальном труде по истории военного искусства 4.

А. П. Ермолов многое сделал для введения в войсках Кав-
казского корпуса построений небольшими каре и колоннами в
сочетании с рассыпным строем стрелков. Большое влияние па
воспитание и обучение войск в суворовско-кутузовском духе ока-

II. II. Раевский,

зали

офицеры-декабристы Н. II. Муравьев,

И. Г. Бурцов и др. Имепго Ермолову и офицерам-декабристам
во многом обязаны русские :

войска своими победами над армией

Оттоманской Порты. Им, безусловно, принадлежит и заслуга
колонного построения войск под Карсом. Декабрист М. С. Лу-
нин справедливо писал, что офицеры-декабристы «сильно содей-
ствовали успеху» русских войск на кавказском театре5.

Поражение турецкой конницы произвело на карсский гарни-
зон угнетающее впечатление, что имело значение для дальней-
шего хода военных действий под Карсом.

Победа русских войск произвела большое впечатление па

армянское население Карсского пашалыка, вдохнула в пего уве-
ренность в освобождении от гнета Оттоманской Порты. Уже

1 «А. В. Суворов». Документы, т. 2. Военное издательство, 1952. Приказ
А. В. Суворова войскам Кубанского корпуса, стр. 65.

2 В. А. Ляхов, Развитие русского военного искусства в ходе русско-
турецкой войны 1768—'1774 гг. (автореферат кандидатской диссертации!).
Изд. Военно-политической Академии им. В. И. Ленина, 1952, стр. 21.

3 К. М а р к с и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 173.

4 А. А. Строков. История военного искусства. Рабовладельческое
и феодальное общество. М., 1955, глава 17.

5 Цит. по кн. С. Б. Окуня. Декабрист М. С. Лунин. ЛГУ, 1962, стр. 209.
20 июня к русскому командованию явились представители ар-

мянского населения и просили разрешения вернуться в рстав-
леппые ими по принуждению турецких властей деревни. Тогда
же при помощи русских войск возвратились в свои селения 750
армянских семей 5

Декабрист Е. Е. Лачинов рассказывает: «Потянулись мимо
нас освобождаемые. Па арбах, нагроможденных имуществом и
домашней утварью, помещались их семьи... Напрасно хотел бы
я изобразить трогательные знаки их радости и признательности
к избавителям, не говоря о мужчинах, кои подходили к нашим,

кланялись, крестились и всячески высказывали благодарность
свою, и женщины в эти минуты, забывая завертываться в покры-
вала свои, словами и знаками старались о том же... Признаюсь,
я был тронут и, конечно, все разделили мои чувства».

Встречи с освобожденным населением оказывали на русские
войска большое моральное влияние. Лачинов писал: «Заметно

было, что не одно желание отличиться, но какое-то родное душе
каждого чувство сострадания к беспомощным вело всех»1 2.

Следует сказать о недостатках руководства со стороны Пас-
кевича. Па них в целом правильно указал Н. Н. Муравьев. «С ка-
ким намерением, — пишет он,-—было предпринято сие общее

движение, я не понимаю: крепость мы разом взять не могли,
для рекогносцировки не нужно было выводить все войско; дабы
прикрыть движение обозов... достаточно было части войск, дру-
гая могла бы идти и занять новый лагерь». Поэтому, считает
Муравьев, «движение сие предпринято было без всякой цели,
как и многие подобные движения Паскевича»3.

Между тем вагенбург достиг деревни Кичик-кев на правом
береку Карс-чая. Здесь был устроен лагерь, куда к вечеру пере-
шел весь корпус. Тогда же две роты 40-го егерского полка пере-
правились через Карс-чай и на заречной высоте построили редут
на 4 орудия, прикрывавший лагерь со стороны реки4.

В бою 19 июня русские потеряли 12 человек убитыми и 42
ранеными, противник — до 100 убитыми, до 200 ранеными и око-
ло 20 пленными5.

В результате «усиленного обозрения», произведенного 19 ию-
ня, Паскевич убедился в «отважности турецкого гарнизона и в
силе крепости Карса»6.

Расположенная на правом берегу Карс-чая, крепость состоя-
ла из ограды предместий, двойного ряда каменных стен высотою

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 79.

2 Е. Е. Лачинов. Исповедь. «Кавказский сборник», № 1. Тифлис,
1876, стр. 157.

3 И. И. Муравьев. Записки. «Русский архив», 1877, кн. 1, стр. 320—321.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 63 об.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 74.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 151.
от двух до четырех саженей и трех ярусов степ цитадели, По-
строенная в северо-западном углу крепости, иа высокой непри-
ступной скале Нарын-Кала над рекой, цитадель господствовала
над всеми укреплениями1. К крепостным степам примыкали: с
южной стороны — предместье Орта-кепи, защищенное каменной
стеной и двумя бастионами, в том числе бастионом Юсуф-паши,
с восточной стороны — предместье Байрам-паши, простиравше-
еся до горы Карадаг, где турки устроили редут на 14 орудий,
прикрывавший подступы к крепости. Между предместьями Ор-
та-кепи и Байрам-паши находилась заболоченная местность и
тянулся земляной вал.

На левом берегу реки располагалось армянское предместье,
где на высотах, господствовавших над крепостью, противник по-
строил каменные стены с бойницами и укрепил древнюю башню
Темир-паши — главную опору заречных укреплений.

В Карсе под командованием Эмии-паши находился 11 -тысяч-
ный гарнизон и 4 тысячи вооруженных жителей — мусульман1 2.
Крепость имела многочисленную артиллерию и значительные
запасы снарядов и продовольствия.

Таким образом, пер^д русским корпусом, насчитывавшим
около 13 тысяч человек, находилась крепость, имевшая сильные
укрепления и значительный гарнизон. Кроме того, с часу на час
можно было ожидать появления 30-тысячной армии Киос-паши.

Произведя рекогносцировку и убедившись в «силе крепости
Карса», Паскевич упал духом: он сомневался в возможности
взять ее штурмом, а в «предстоящей осаде» опасался «значи-
тельных затруднений»3. Но Муравьев, Бурцов, Сакен, полков-
ник Вольховский 4, Пущрп своими советами и успешными дей-
ствиями под крепостью убедили командующего в возможности
взять Карс штурмом. Они советовали не откладывать штурм,
чтобы не оказаться между гарнизоном крепости и войсками Ки-
ос-паши. Паскевич решился па штурм и назначил его на 25 ию-
ня— день рождения царя. Если бы ие инициатива и решитель-
ность Муравьева, Бурцова и других военачальников, желание
Паскевича преподнести Николаю 1 подарок могло бы обойтись
русским войскам дорого.

Убедившись, что «лучший пункт атаки против предместий
есть высота на левом берегу Карс-чая, противолежащая форш-
тадту Орта-кепи»5, Паскевич днем 20 июня с полками Грузин-
ским гренадерским, Ереванским карабинерным, Ширванским
пехотным, донским Карпова и сборным линейным переправился
через реку и двинулся к высоте, на которой противник сосредо-
точил часть своих войск, укрепив позицию шанцами и артилле-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 63 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 83.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 63 об.

4 Обер-квартирмейстер корпуса, декабрист.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 151.
рией’.Турки встретили русский отряд артиллерийским и ружей-
ным огнем. Паскевич действовал нерешительно и только по на-
стоятельной просьбе Сакена, Муравьева и Вольховфкого
приказал Муравьеву с тремя ротами Ереванского полка, сотней
казаков и двумя орудиями овладеть высотой. |

Поздно вечером «под покровительством картечи» роты «с ба-
лабанным боем» решительной штыковой атакой с фронта и
шланга выбили противника из шанцев и овладели высотой2.
Турки укрылись в башне Темир-паши, защищавшей вход в ар-
мянское предместье.

Ночью Паскевич с линейным казачьим полком вернулся в
лагерь, а остальные войска под командованием Муравьева ос-
тались на левом берегу Карс-чая и приступили к осадным ра-
ботам.

Ширвапскпй полк по указанию прапорщика Пущина под
прикрытием Ереванского полка приступил к постройке батареи
па 4 орудия для действия против неприятельского лагеря. К рас-
свету батарея была возведена, а днем 21 июня «из орудий, по-
ставленных па батарее, открыта была пальба»3.

По совету Пущина 22 июня было начато сооружение 2-й, 3-й
и 5-й батарей. Генералу Королькову с полками 39-м и 42-м
егерскими и Крымским пехотным было поручено производить и
прикрывать постройку батарей 2-й и 3-й на левом берегу Карс-
чая, а Муравьеву с Грузинским гренадерским и Ереванским ка-
рабинерным при четырех орудиях — производить и прикрывать
постройку первой параллели и батареи № 4 на правом берегу
реки для действия против южного форштадта Орта-кепи4. Стро-
ительством батарей было начато возведение первой параллели,
начальником которой был назначен полковник Бурцов. Приме-
чательно, что самые ответственные задачи поручались офице-
рам-декабристам, находившимся под секретным надзором.

Предполагалось, что возведение батарей будет закончено к
угру 23 нюня и под их прикрытием войска овладеют высотами
укрепленного лагеря, где предполагали возвести вторую парал-
лель.

Для того, чтобы «развлечь внимание неприятеля», вечером
22 июня полковнику Раевскому с Нижегородским драгунским,
сводным уланским и Донским казачьим полками и 4 орудиями
было приказано инсценировать ложное нападение на правом
фланге со стороны Карадага, одновременно полковнику Боро-
дину-- «сне же произвести» с батальоном Ширванокого пехот-
ного полка и двумя орудиями на левом фланге против неприя-
тельской цитадели5.

J ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, лл. 151 и 151 об.

2 Та.м же, л. 151 об.

3 Там же.

4 Там же, л. 152.

s Там же.
Против отряда Раевского турки выслали конницу, но она бы-
ла «опрокинута». Раевский приблизился к крепости па 400 саже-
ней, открыл «по опой пушечный огонь и тем занимал неприяте-
ля» \

Отряду Бородина удалось ввести противника в заблуждение
и заставить «всю ночь производить ружейную и пушечную паль-
бу» 1 2. Турки несколько раз пытались атаковать отряд, но попа-
дали под картечный огонь своих же орудий и отступали.

Пользуясь «развлечением» турок, Пущин с несколькими пио-
нерами с исключительном мужеством и отвагой пробрался по
правому берегу Карс-чая к месту, назначенному для 4-й, глав-
ной, батерин. В 230 саженях от крепости ему удалось сделать
разметку расположения батареи3.

При возведении батарей русским войскам пришлось стол-
кнуться с огромными трудностями: почва была каменистой, не
было леса для. вязки фашин и туров, землю приходилось достав-
лять в мешках. Работали ночью, всячески маскируясь и сохраняя
полную тишину. К рассвету батареи были почти готовы: на 2-й и
3-й установили по 4 орудия, на 4-й — 12 орудий и 4 мортиры.

С рассветом 23 орудия русских батарей начали бомбардиров-
ку крепости и турецкого лагеря.

В это время на левом берегу Карс-чая, на высотах против
неприятельского лагеря и армянского предместья, находились:
на первой батарее — батальон 39-го егерского полка, на вто-
рой— Крымский пехотный полк, на третьей — 42-й егерский
полк, у турецких шанцев, против цитадели, — батальон Ереван-
ского полка. Этими войсками командовал генерал Корольков.

Па правом берегу Kjapc-чая под командованием Муравьева
находились: на четвертой батарее Ереванский карабинерный
полк, за ним, составляя резерв, Грузинский гренадерский полк,
против Карадага—сводная кавалерийская бригада.

В лагере у Кичек-к^ва располагались 40-й егерский полк и
по одному батальону от полков Ширванского и 39-го егерского,
а также 26 орудий. Составляя общий резерв, эти войска защи-
щали лагерь, прикрывали эрзерумскую дорогу и в случае необ-
ходимости должны были поддержать отряды Муравьева и Ко-
ролькова.

Около 4 часов утра часть турецкой пехоты спустилась с ук-
реплений высоты армянского форштадта, заняла мусульманское
кладбище, лежавшее на скате горы и открыла огонь но русским
егерям, прикрывавшим первую осадную батарею. Командир 4-й-
роты 39-го егерского полка, поручик Лабипцев по собственной
инициативе решил отбросить противника и запять кладбище.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, лл. 152 и 152 об.

2 Там же, л. 152 об.

3 За подвиги под Карсом Муравьев представил Пущина к Георгиевскому
тресту 4-й степени, но получил он его почти через 30 лет, в 1857 году. Нико-
лай 1 не мог простить Пущину участия в декабристском движении.
Стремительной штыковой атакой егерям сначала удалось по-
теснить турок и почти достигнуть кладбища, но затем под напо-
ром более сильного противника они отступили.

В этот момент на помощь Лабинцеву подошли три роты 42-
го егерского полка под командованием подполковника Микла-
шевского *. Общими силами они решительно атаковали турок и
после ожесточенного рукопашного боя выбили их с кладбиш.а1 2.

Развивая успех и преследуя противника, Миклашевский но-
вел егерей па высоту и в результате штыковой атаки овладел
лагерем. Генерал Вадбольский, правильно оценив обстановку и
желая развить успех егерей, приказал полковнику Реуту с ос-
тальными рогами 42-го егерского полка поддержать Миклашев-
ского 3.

По в это время противник, «умножив силы свои» до 2 тысяч,
решительно атаковал егерей Миклашевского и роты Реута. Тур-
кам удалось вытеснить Миклашевского из лагеря к кладбищу и
задержать Реута на крутом подъеме.

Бурцов настоял на поддержке Миклашевского и Реута, и
Вадбольский лично новел в наступление остальные егерские ро-
ты. Однако раньше, чем подоспел Вадбольский, егери Реута ус-
пели оправиться и смело контратаковали врага. «Произошел
самый отчаянный рукопашный бой: турецкая толпа смешалась с
нашими войсками и не только ружейная пальба и сабельная
рубка, ио даже взаимное поражение каменьями происходило
около четверти часа»4. Появление егерей Вадбольского и Бур-
цова решило исход боя, «неприятель был опрокинут»5. Егери
Миклашевского, Реута и Вадбольского, выбили противника щз
лагеря.

Захват укрепленного лагеря и вступление русских войск в
Армянское предместье были крупным тактическим успехом.
Этот успех следовало немедленно использовать для общего
штурма Карса.

Таким образом, действия русских войск начались по инициа-
тиве частных начальников, без ведома и приказания главноко-
мандующего. Капитан Андреев, участник взятия крепости, пи-
шет. «Все это сделалось вдруг... без приказаний Паскевича. Ус-
лыхав сильную канонаду, он поехал из лагеря к передним ли-
ниям, рассерженный своевольным распоряжением, грозя нака-
зать виновных, вступивших без опроса в бой»6.

Паскевич вел себя, по словам Муравьева, как «человек,
изумленный нечаянностью, не знающий, что предпринять». Убе-

1 Был «щжкосн олени ым» к делу декабристов.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 153.

3 Там же.

4 Там же.

5 Там же.

с В. Андреев. Воспоминания из Кавказской
сборник», т. 1. Тифлис, 1876, стр. 47.

старины. «Кавказский
дивщ'ись, что на левом фланге бой все более разрастается, Пас-
кевич пришел в «бешенство и недоумение» и стал выговаривать
Муравьеву: «Что это значит? Кто это приказал? С какого пово-
да сие сделалось без приказания моего? Как смели» 1.

Паскевич угрожал военным судом тому, «кто начал это де-

ло»1 2. В рапорте Николаю I он утверждал:

«Я увидел пеобходи-

мость подкрепить сей фланг, дабы удержать приобретенные ус-
пехи и командировал для сего три роты Грузинского гренадер-
ского полка под начальством полковника графа Симопича»3.
На самом же деле Симонич несколько раз настоятельно просил
разрешения выступить на помощь Вадбольскому, по Паскевич
отказывал. Только после того, как Симопича поддержали Сакен
и Муравьев, главнокомандующий разрешил направить три роты
гренадер 4.

Три роты Грузинского полка под командованием Симопича
быстро двинулись на помощь Вадбольскому, войска которого ве-
ли тяжелый бой на улицах армянского предместья. Полковник
Бурцов, который, по словам участника боя, «более других спо-
собствовал внезапному занятию города»5, с ротой егерей овла-
дел башней Темир-паши, приказал поднять па башню два ору-
дия и открыть огонь картечью вдоль улиц армянского пред-
местья 6.

Вскоре к месту боя с орудиями прибыл начальник артилле-
рии корпуса генерал Гил^еншмит. Оп приказал доставить на вы-
соту турецкого укрепленного лагеря батарею из 6 орудий, от-
крывших огонь по городу

Полковник Бородин с батальоном Ширванского полка вытес-
нил турок из шанцев, находившихся против цитадели.

Между тем войска Вадбольского; неся большие потери, про-
должали упорную борьбу за каждый квартал и за каждый дом.
«Одна улица была совершенно завидена грудами трупов»7.

В этот момент командующий войсками левобережной груп-
пы генерал Корольков пр собственной инициативе с двумя ба-
тальонами Крымского пехотного полка выступил па помощь
егерям Вадбольского.

Батальон Королькова занял высоты, па которых стоял Шир-
ванский батальон, и под командой Бородина вместе с тремя ро-
тами Грузинского полка решительно атаковал противника. Эта
поддержка помогла егерям Вадбольского очистить от турок за-
речное предместье.

Таким образом, левобережная часть Карса была в руках рус-

1 Н. II. Муравьев. Указ. соч. «Русский архив», 1877, кн. 1, № 3,
стр. 336—337.

М. И. Пущин. Записки. «Русская старина», 1884, т. 41, стр. 317.

ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 153 об.

Н. Н. Муравьев. Указ, соч., стр. 339—340.

В. Андреев. Указ, соч., стр. 79.

ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 153 об.

Там же, л. 153.
ских войск, и от основной правобережной части их отделяла
лишь река Карс-чай. К счастью, здесь уцелел каменный уюст,
но которому часть стрелков Ширванского батальона успела
перебежать па правый берег и залечь под стенами крепости и
цитадели.

Паскевич, наконец, начинает склоняться к мысли произнести
«усиленный натиск»1. Однако, прежде чем принять решение о
наступлении па правом фланге, которое, кстати говоря, было
подсказано офицерами штаба корпуса, среди которых были и
бывшие декабристы, Паскевич долго колебался. Только после
настойчивого предложения начальника штаба Сакена «продол-
жать сражение с тем, чтобы тотчас взять ближайшее, южное
предместье Орта-кепи, овладеть затем Карадагом и, таким об-
разом, отнять у турок все внешние их укрепления»1 2, Паскевич
согласился.

Генералу Сакену с батальоном карабинерного полка под
командой полковника Фридерикса, двумя ротами Грузинского
гренадерского полка под начальством подполковника Свеховского
и двумя легкими орудиями было приказано взять предместье
Орта-кепи3. Колонна Сакена была встречена картечным огнем.
«С примерным мужеством» войска во главе с подполковником
Кошутиным взяли левый бастион, часть Ереванского батальона
после штыковой схватки проникла в предместье. Но правый ба-
стион Юсуф-паши продолжал вести по штурмующим картечный
огонь. Были подвезены два орудия, открывшие огонь картечью,
под прикрытием которого 20 гренадеров во главе с полковником
Вольховским приступом овладели бастионом4.

12 батарейных орудий, взятых из 4-й батареи, открыли силь-
ный огонь по предместью Байрам-паши и по цитадели5. На под-
крепление Сакену, для наступления на Орта-кепи и Карадаг,
был направлен Муравьев с ротою Грузинского гренадерского и
батальоном Ереванского карабинерного полков6, но предместье
Орта-кепи было уже занято. Сакен приказал Муравьеву присое-
динить к своим войскам роту Грузинского полка и наступать на
предместье Байрам-паши, а затем штурмовать Карадаг.

Рога Грузинского гренадерского полка, несмотря па огонь
крепостной артиллерии, «с отважностью бросилась в предместье
Байрам-паши и овладела оным»7 8. Муравьев пишет, что пред-
местье, «лежащее на полугоре, было занято без сопротивле-
ния» 3.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 154.

2 В. Потто. Указ соч., вып. 1, стр. 66.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 154.

4 Там же.

5 Там же, л. 154 об.

6 Там же.

7 Там же.

8 И. И. Муравьев. Указ, соч., «Русский
стр. 342.

архив», 1877, кн. 1, № 3,
Далее Муравьев рассказывает, что, оставив в Байрам-паши
карабинерную роту с поручиком Ляшевским и приказав ему
удерживать предместье, он с остальными двумя карабинерными
и одной гренадерской ротами двинулся к Карадагу. От самого
предместья войскам пришлось подниматься в гору, по круто-
му подъему, под картечью и ядрами.

Наступление русских войск с барабанным боем и грозным
«Ура!» заставило противника поспешно оставить редут. По сло-
вам Муравьева, неприятеля «изумило паше смелое или безрас-
судное нападение, ибо в сем редуте 300 человек могли бы
...обороняться от 6000 наступающих» Г Турки оставили на редуте
4 орудия, которые были сразу обращены против крепости1 2.

Приблизительно к 7 чрсам утра почти все предместья Карса
были заняты. Теперь русским войскам предстояло овладеть кре-
постью и цитаделью.

Большую роль при взятии крепости и цитадели сыграла рус-
ская артиллерия. Она заставила замолчать орудия многих кре-
постных башен, нанесла большой! урон военным объектам, вы-
звала пожар в городе.

Под прикрытием артиллерии войска сосредоточились цод
стенами крепости. Полковник Бородин, заметив, что огонь'кре-
постных орудий слабеет, быстро занял предместье, прилегавшее
к цитадели и крепости3. Церешли на правый берег и заняли по-
зиции для штурма крепости 42-й егерский полк, батальон 39-то
егерского полка и три роты Грузинского гренадерского полка4.

Неприятельская конница оставила город, генерал Леонов с
казаками и кавалерийскими полками Раевского и Айрена был
направлен для ее преследования. ।

В восьмом часу утра русские войска «приступили к высоким
стенам Карса»5. Войска/ действовавшие со стороны Орта-кенп,
овладели восточными воротами. Были взяты и ближние башни с
25 орудиями6.

От армянского предместья со стороны реки войска Бородина
и Симонича наступали на западные ворота крепости. Армянское
население города оказывало русским войскам активную под-
держку. «Армяне, показывавшиеся на стенах, — рассказывает
Муравьев, — подали грузинским гренадерам (Симонича.—В. Л.)
средства к перелезанию через стену»7. Русские войска ворвались
в город, «турки, оробевшие от внезапности нападения, без боя

1 И. II. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1877, кн. 1, № 3,
стр 342.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д.4644, л. 155.

3 Там же.

4 Там же.

5 И. И. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1877, кн. 1, № 3,
стр. 345.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, ч. 4644, л. 155.

7 И. И. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1877, кн. 1, № 3,
ст,р. 345.
уступили город и заперлись в цитадели»Г К 8 часам утра город
и крепость находились в руках русских2.

Хотя цитадель была сильно укреплена и с тем гарнизоном,
который там укрылся, при наличии множества орудий, больших
запасов снарядов и продовольствия могла выдержать долгую
осаду, Эмин-паша поднял сразу два белых флага. К Паскевичу
прибыли уполномоченные турецкого командующего и предста-
вители населения города. Приказав «остановить пальбу», Пас-
кевич отправил в цитадель полковника Бековича-Черкасского,
чтобы объявить условия капитуляции: Эмин-паша признает се-
бя военнопленным; войска, находившиеся в цитадели, кладут
оружие 3.

Желая ускорить капитуляцию, русское командование прика-

зало подвезти 20 орудий и сосредоточить войска у ворот и стен
цитадели 4. Эмин-паша просил два дня отсрочки. С этой просьбой
в русский лагерь прибыли главы мусульманского духовенства в
Карсе кадий и муфтий. Паскевич послал в цитадель полковников
Лазарева и Лемана с категорическим требованием капитуляции:
«Пощада повинным; смерть непокорным; час времени на раз-
мышление»5. Затем в цитадель в сопровождении офицеров от-
правился генерал Сакен, который потребовал немедленной капи-
туляции. Это сломило волю турецкого командующего, и в 10 ча-
сов утра цитадель сдалась6.

Так «в три часа штурма»7 пал Карс, бывший одной из важ-

нейших твердынь азиатской Турции. 11-тысячный гарнизон Кар-
са перестал существовать: 3-тысячный отряд конницы бежал из
города, до 2 тысяч человек турки потеряли убитыми и ранеными,
около 5 тысяч сдавшихся были отпущены, а 1361 пленный, среди
которых находился и Эмин-паша, был отправлен в Россию8.

Трофеями русских были: 151 орудие, 7 тысяч пудов пороха,
до 6 тысяч четвертей провианта, 1000 пудов свинца и 33 зна-
мени 9.

В рапортах Николаю I Паскевич писал, что во время штурма
его корпус потерял до 300 человек убитыми и ранеными10. Ав-
тор «Истории военных действий в азиатской Турции в 1828 и
1829 годов» и В. Потто считают потери русских войск до 400
человек н.

1 11. II. Мура в в е в. Указ. соч. «Русский архив», 1877, кн. 1, № 3, стр. 346

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 155 об.

3 Там же.

4 Там же.

5 Там же. Паскевич явно копирует А. В. Суворова и его знаменитое
письмо коменданту Измаила в 179(5 г.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, ф. 4644, л. 156.

7 Там же.

8 Там же, л. 156 об.

9 Там же.

10 Там же, л. 156.

11 История военных действий в Азиатской Турции в 1828—1829 г., ч. 1,
стр. 236. В. Потто. Указ, соч., вып. 1, стр. 74

142

।
Взятие Карса в результате трехчасового штурма было круп-
ным успехом русских войск. Он стал возможен прежде всего бла-
годаря высоким моральным и боевым качествам войск Кавказ-
ского корпуса. Сказались большой боевой опыт и ермоловская
шко/ia обучения и воспитания войск. Декабрист Е. Е. Лачинов
подчеркнул, что только благодаря этому возможны такие «пред-
приятия», как взятие Карса1. Потто справедливо писал, что
«счастливому и невероятно быстрому исходу штурма более все-
го способствовали своевременность взаимной поддержки частей,
не ожидавших на то особых приказаний»1 2.

Утверждение Ушакова о «решительности главнокомандую-
щего» не имеет ничего общего с действительностью3.

Правильно оценил действия Паскевича Муравьев: оп пока-
зал себя «без всякой распорядительности»4, и во взятии Карса
его участие было незначительным.

По если Паскевич действовал нерешительно и фактически не
участвовал во взятии Карса, то Муравьев, Бурцов, Сакен, Вад-
больский, Корольков, Вольховский, Бородин и многие другие
показали себя инициативными и боевыми командирами.

Смелость и решительность частных начальников, действовав-
ших в духе взаимной поддержки и выручки, мужество и отвага
солдат — вот что обеспечило русским успех под Карсом.

Значительную помочь русским войскам при взятии Карса
оказало армянское население города. Оно видело в русских сво-
их избавителей от ненавистного оттоманского гнета. В письме из
Карса подчеркивалось, что «в искренней преданности» армян
России «нельзя сомневаться»5.

При взятии Карса отличились рациональные формирования.
Усердие и храбрость мусульманских полков вынужден был при-
знать Паскевич6. Мужественно вел себя во время штурма Кар-
са поручик Ратиев, грузин по национальности7.

20-тысячный корпус Киос-наши находился всего в 5 верстах
от Кичик-невского лагеря. Можно представить себе, в каком
трудном положении оказались бы русские войска, если бы, как
это намечал Паскевич, штурм Карса состоялся 25-июня: при-
шлось бы одновременно сражаться с гарнизоном крепости и с
войсками Киос-паши. Цитадель Карса сдалась в 10 часов, а в

1 Е. Е. Л а ч и и о в. Указ, соч., стр. 142.

2 В. Потто. Указ, соч., вып. 1, стр. 74.

3 История военных действий в Азиатской Труции в 1828—1829 гг., ч. 1,
стр. 237.

4 Н. И. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1877, кн. 1, № 3,
стр. 322.

5 «Русский инвалид», 1829, № 66.

6 М. И с м а и л о в. Об участии азербайджанцев в рядах русских войск
в русско-иранских и русско-турецких войнах первой трети XIX в. Труды инс-
титута истории и философии АН Азерб. ССР, т. 4. Баку, 1954, стр. 16.

7 Н. Н. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1877, кн. 1, № 3,
стр. 337.
11 часов подошел Киос-паша1. Узнав о капитуляции Карса Ки-
ос-паша отступил. Паскевич в рапорте царю писал, что «сильный
секурс из Арзерума был в 30 верстах от крепости (Карса] —
В. Л.) и одними сутками позже около 15000 человек прибави-
лось бы для защиты Карса»1 2. Здесь все неверно: расстояние,
время и численность «сильного секурса».

Падение Карса имело большое значение для дальнейшего
хода всей кампании 1828 года на кавказском театре войны. Рух-
нули «обширные замыслы оттоманов внести оружие» в границы
русских владений3. Им пришлось думать не о наступлении, а о
защите.

Для русских войск сложилась благоприятная обстановка для
наступления па Эрзерум, но Паскевич по-прежнему действовал
нерешительно. Он не только не организовал преследование Ки-
ос-паши, но простоял в Карсе до середины июля.

После изучения обстановки на театре военных действий в
сторону Ардагапа, куда отошел Киос-паша, был направлен ге-
нерал Муравьев с Грузинским гренадерским и Ереванским ка-
рабинерным полками, десятью орудиями, дивизионом регуляр-
ной кавалерии, донским казачьим полком Карпова и азербайд-
жанской конницей4.

Ему поручалось «сделать рекогносцировку... и заставить не-
приятеля обнаружить свои намерения: возьмет ли он направле-
ние к Ахалциху или обратится на арзерумскую дорогу»5.

Муравьев прошел около 35 верст, а затем на 20 верст вперед
выслал разведку, по противника не встретил. Выяснив, что Ки-
ос-паша поспешно отступил по эрзерумской дороге, он вернул-
ся в Карс6.

О планах своих дальнейших действий Паскевич писал царю:
«Предполагаю сделать движение на Ахалцих или через Ардаган
или через Ахалкалаки, смотря но обстоятельствам. Если при
первом останутся собранными вышеупомянутые турецкие вой-
ска (Киос-паши.— В. Л.), то рассеяние оных необходимо для
обеспечения последующих действий наших; если же неприятель
заблаговременно отступит к Ахалциху или Арзеруму, то, поль-
зуясь удалением его, могу направиться прямо к Ахалкалаки или
приблизиться к Ардагану и оттуда обратиться к Ахалкалаки,
через сие неприятель обманется в намерениях наших и сосредо-
точится в Ахалцихе для защиты оного, что может ускорить взя-
тие Ахалкалаки» 7.

1 История военных действий в Азиаток-ой Турции, ч. 1, стр. 241.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 156.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 95.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 89.

5 Там же.

° Там же.

7 Там же. Рапорт Паскевича Николаю I от 30 июня 1828 года, л. 73.
О значении Ахалкалаки Паскевич писал: «Пункт сей важен
для нас, ибо покорением оного обеспечится вся наша граница
от Гумров до Сурами, равно и сообщение с Цалкою и Гумрами
во время осады Ахалциха» Г

В заключение Паскевич подчеркивал, что главной целью нас-
тупления Кавказского корпуса является «занятие Карсского и
Ахалцихского пашалыков»1 2. Об Эрзеруме ничего не говорилось.

Оставив в Карсе Крымский пехотный полк, 39-й и 40-й егер-
ские и два казачьих полка с 12 орудиями под командованием ге-
нерала Берхмана и назначив начальником Карсского пашалыка
полковника Бековича-Черкасского, знавшего язык и обычаи
края, Паскевич 16 июля с остальными войсками выступил к
крепости Ахалкалаки3.

Сосредоточив в сверх руках военно-административную
власть, русское командование оставило в Карсе судебные функ-
ции в ведении мусульманского духовенства, а полицию — в ру-
ках местных чиновников, подчинив их деятельность строгому
контролю 4.

Хотя от Карса до Ахалкалаки было всего около 100 верст,
русским войскам потребовалось семь дней, чтобы преодолеть
это расстояние. Дорога ^ересекала Чалдырский хребет, па вер-
шинах которого все лете» лежал снег. Местами колесного пути
не было совсем: повозки и орудия приходилось нести на руках,
а местами производить г|одрывпые работы, расчищать и строить
дорогу. Противник «не обеспокоивал движение» русского кор-
пуса. Только 22 июля, когда русские войска стали спускаться с
гор, на их левом фланге появился отряд конницы, численностью
до 400 человек5, но, заметив движение русских казаков, поспеш-
но удалился.

Утром 23 июля русский корпус достиг крепости Ахалкалаки,
находившейся па остром мысу, образуемом слиянием двух рек
Топоровань-чая и Геидар-су. Русские войска расположились ла-
герем в трех верстах от? крепости, между указанными реками.
Укрепления крепости состояли из каменных стен с бойницами и
башнями, ио рвов не было. С двух сторон крепость прикрывали
крутые утесы речных берегов. В крепости имелось трое ворот, по
гарнизон забаррикадировал их. Внутри крепости находилась ци-
тадель, имевшая стены и башни. За пределами крепости было
открытое поле. Гарнизон крепости насчитывал до 1000 человек6.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 30 июня
1828 года, л. 73.

2 Там же.

3 Там же. Рапорт Паскевича Николаю I от 24 июля 1828 года, л. 125.

4 В. Потто. Указ, соч., вып. 1, стр. 75.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю I от 24 июля
1828 года, л. 125 об.

6 Там же, л. 126 об.
Желая избежать напрасного кровопролития, русское коман-
дование направило к коменданту крепости Фархад-беку чинов-
ника но дипломатической части Устимовича и майора Беренса с
требованием сдачи, по турки ответили, что умрут на стенах, по
не сдадут крепость Г

Русские приступили к осадным работам. Полковнику Бурцо-
ву было приказано заложить в ночь на 24 июля осадную бата-
рею на левом берегу Гендар-су для действия по главной стене
крепости, цитадели и городу1 2. Бурцов выбрал место для бата-
реи в 200 саженях от крепостной стены3. С наступлением ночи
колонна генерала Королькова подошла к крепости. Батальон
42-го егерского полка и рота пионер начали возводить батарею,
другой батальон того же полка с двумя орудиями и дивизионом
драгун составили прикрытие4. На случай вылазки противника
на правый берег Гендар-су был послан полковник Раевский с
дивизионом драгун и четырьмя донскими конными орудиями5.
Еще один дивизион с двумя орудиями расположился в двух вер-
стах от лагеря на дороге из Ардагана6.

К рассвету 24 июля была построена батарея, вооруженная
двумя осадными мортирами, восемью батарейными и двумя лег-
кими орудиями, а справа от нее возведены ложементы для двух
рот пехоты7. Несколько впереди и левее была возведена другая
небольшая батарея, вооруженная четырьмя кегорновыми морти-
рами8.

В 4 часа утра турки, изумленные внезапным появлением осад-
ных батарей, открыли артиллерийский огонь. В ответ русские
орудия стали обстреливать крепость таким сосредоточенным,
«жестоким и гибельным» огнем, что через полчаса башни были
повреждены, а их артиллерия подавлена9. Успешно действовала
артиллерия подполковника Цвиленева, капитана Философова и
поручика Крупенникова.

Подполковник Соболев с четырьмя батарейными орудиями
под прикрытием батальона Ширванского пехотного полка, с ко-
торым находился командир этого полка Бородин, переправился
па правый берег Гендар-су и стал действовать против цитаде-
ли 10. Два орудия под прикрытием другого батальона ширванцев
обстреливали крепостные ворота.

Сосредоточенный огонь русской артиллерии сломил волю

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю I от 24 июля
1828 года, л. 126 об.

2 Там же, л. 126

3 Там же.

4 Там же.

5 Там же, л. 126 об

6 В. Потто. Указ, соч., вып. 1, стр. 108

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 126 об.

8 Там же.

9 'Гам же, л. 127.

10 Там же.
гарнизона к сопротивлению, и часть его бросилась бежать че-
рез крепостные стены в противоположную от русских батарей
сторону. Полковник Бородин направил две роты ширвапцев для
преследования бежавших, а с остальными ворвался в город1.
Оставшаяся в цитадели часть гарнизона сложила оружие. В
плен сдались ахалкалакский областной начальник Мута-бек,
16 офицеров и более 300 солдат1 2. Из бежавших мало кому уда-
лось спастись: были убиты Фархад-бек и около 400 солдат3. Тро-
феи победителей: 14 орудий и 21 знамя4.

В момент взятия крепости со стороны Ардагана показался
отряд неприятельской конницы, численностью до 1500 человек,
шедший на усиление гарнизона Ахалкалаки. Ио, узнав о паде-
нии крепости и заметив русскую конницу, отряд поспешно от-

ступил.

В Ахалкалаки к действующему корпусу подошли резервы:
две роты Херсонского гренадерского полка, две роты 41-го егер-
ского полка, две роты Козловского пехотного полка, команда
Ереванского карабинерного полка, 200 человек азербайджан-
ской конницы, всего окрло 24/2 тысячи человек.

Прежде чем идти к Дхалциху, русское командование решило
овладеть небольшой крепостью Хертвис (Гертвис) в 25 верстах
от Ахалкалаки, где сходились дороги из Ахалциха, Ахалкалаки
и Ардагана. Расположенная на правом берегу реки Ахалкалак-
чай, при ее впадении в [Куру, в глубоком ущелье, образуемом бе-
регами указанных рек, крепость Хертвис не имела значительных
крепостных стен, но цитадель ее находилась па высокой горе и
была неприступна. Вооружение крепости состояло из 16 орудий,
а гарнизон насчитывал до 200 человек5.

Утром 26 июля отряд генерала! Сакена, насчитывавший 3627
человек пехоты и копир цы и 20 орудий, двинулся к крепости и в
тот же день достиг ее стен. Полковник Раевский, следуя с азер-
байджанской конницей впереди отряда, приблизился к воротам и
потребовал сдачи. Ворота открылись, и Раевский с 20 всадни-
ками занял цитадель. Так без сопротивления сдалась крепость
Хертвис.

К Ахалциху из Ахалкалаки вели две дороги: колесная через
Ардаган длиною в 160 верст и пешеходная горная тропа через
неприступный Цихес-Джварский хребет длиною в 60 верст. Рас-
полагая сведениями, что к Ахалциху спешит с 30-тысячным кор-
пусом Киос-иаша, и желая опередить его, русское командование
решило идти хотя и трудной, но ближней дорогой. Сначала до-
рога на 23 версты подымалась в гору, а далее пролегала через

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 127 об.

2 В. Потто. Указ, соч., вып. 1, стр. 111.

3 Там же, стр. 112.

4 «История военных действий в Азиатской Турции в 1828—1829 гг.»,
ч. 1, стр. 262.

5 Там же, стр. 266.
высочайшие горные хребты, покрытые лесами и идущие вдоль
реки Куры, через которые проходили только одни тропинки К

Из Ахалкалаки русский корпус выступил 1 августа1 2, а 28 ию-
ля была направлена вторая бригада Муравьева, «которая, упо-
требив все усилия для разработки дороги, довела оную до тако-
го только состояния, что повозки и артиллерия могли быть спу-
скаемы и подымаемы людьми на веревках»3. Переход через го-
ры был сопряжен с огромными трудностями. Каждое орудие,
каждую повозку солдатам приходилось поднимать и спускать4.

Паскевич продолжал действовать нерешительно, с оглядкой.
«Все сие делалось, — писал Муравьев, — для промедления, для
выигрывания времени. Паскевич рад был победе и боялся при-
близиться к Ахалциху»5. Во время труднейшего перехода ко-
мандующий не только ие руководил войсками, но «мешал всем
беспокойным присутствием своим делать свое дело»6.

4 августа корпус сосредоточился в лагере на правом берегу
Куры7, в 6 верстах от Ахалциха. В этот же день на помощь
ахалцпхскому гарнизону прибыл корпус Киос-паши8.

Вечером 4 августа иа левом берегу Куры отряд неприятель-
ской конницы численностью до 600 человек напал на русских
фуражиров, но был отбит. На левый берег Куры в ночь иа 5 ав-
густа был направлен подполковник Миклашевский с тремя ро-
тами 41-го егерского полка с целью овладеть высотой и зало-
жить на ней редут9 10 11.

5 августа Паскевич приказал корпусу форсировать Куру и,
приблизившись к Ахалциху, расположиться лагерем. Перейдя ре-
ку и оставив на ее берегу вагеибург, войска в боевом порядке
двинулись к крепости. Противник показался «в больших силах
как на высотах перед городом, так и влево от дороги за речкою
Ахалцихом (Поцхо. — В.

Паскевич писал Николаю I, что, отойдя три версты от Куры,
оп вынужден был остановиться, чтобы «дать отдохновение вой-
скам» по причине сильнейшей жары. Турки, расценив это как
слабость русских, «в ближайшем расстоянии» открыли огонь11.

А вот что говорит о действиях командующего Муравьев: «На

1 ЦГВИА, (|). ВУА, д. 4644, л. 173 об.

2 Артиллерия п транспорт выступили 30 и 31 июля.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 173 об.

4 Там же. /Куриал Отдельного Кавказского корпуса, л. 182.

ь И. И. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1893, кн. 3,
стр. 408.

6 Там же, л. 411.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю I от 8 августа
1829 года, л. 173 об.

ь Там же, л. 182.

9 I ам же. Рапорт Паскевича Николаю I от 8 августа 1828 года, л. 174.

10 Там же, л. 174 об.

11 Там же.
половине расстояния от Куры к Ахалциху мы остановились» и
«простояли в таком положении часа три иа сильном солнечном
зное, без всякой надобности, единственно из нерешительности
нашего вождя, написавшего после, что сие было сделано для от-
дохновения войск, которые, напротив того, пришли па сборное
место свежими и тут уже утомились от жара» Г

Простояв на одном месте три часа, русские войска двинулись
вперед с «барабанным боем». Было решено запять высоту Тау-
шап-тапу, лежавшую на пушечный выстрел от крепости и гос-
подствовавшую на ней. 16 батарейных орудий картечным огнем
заставили турецкие батальоны, стоявшие в поле, отступить в кре-
пость и на другой берег Поцхо.

Заняв высоту Таушан-тапу и заложив па ее вершине редут,
Паскевич приказал расположить новый лагерь па левом же бе-
регу Поцхо, в трех верстах от восточного фаса города1 2. Вагеп-
бургу было приказано ррийти в новый лагерь3. Защищенный со
стороны Ахалциха таушап-тапуским редутом, лагерь, однако,
не был прикрыт с левого фланга. Чтобы обезопасить лагерь с
этой стороны, на правый берег реки был направлен подполков-
ник Миклашевский с батальоном егерей, получивший приказа-
ние заложить новый редут у деревни Марда. Туда же перешел и
сводный кавалерийский полк под командованием полковника
Раевского.

Около 6 часов вечера неприятельская конница атаковала
русские войска, стремясь обойти их с флангов и напасть па ва-
гепбург, следовавший в новый лагерь4. До 4 тысяч турок5 напа-
ли на правый фланг русской позиции. Картечью и ружейным
огнем противник был отбит. Тогда оп попытался прорваться в тыл
русских войск лощиной, но был сначала остановлен, а затем от-
брошен стоявшим здесй Грузинским гренадерским полком и по-
доспевшими двумя полками казаков и азербайджанской конни-
цей 6.

Па левом фланге, за рекой Поцхо, большая масса турецкой
конницы, около 5 тысяч человек7, атаковали егерей Миклашев-
ского, начавших строить редут. Построившись в каре, егери с
трудом сдерживали напор турок. Подошедшие эскадроны пол-
ковника Раевского вместе с батальоном Миклашевского и эс-
кадроном Нижегородского полка контратаковали противника.
В результате короткого, но упорного боя турки были отброшены
и обращены в бегство8.

1 II. II. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1893, кн. 3, стр. 415.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 175.

3 Там же.

4 Там же.

6 Там же, л. 175 об.

6 Там же.

7 Там же.

8 Там же, л. 176. 1 :
Все же двухтысячный отряд турецкой конницы прорвался в
тыл русских войск, но эскадрон уланского полка ротмистра Лау
отбросил турок 1.

В бою 5 августа русская конница проявила себя с самой луч-
шей стороны. Ола действовала инициативно, смело, решительно
и умело. Паскевич писал Николаю I, что кавалерийский djoft
5 августа «есть один из тех редких случаев в военных событиях,
кои обращают на себя особое внимание и дают меру превосход-
ной храбрости Нижегородского драгунского и сводного уланско-
го ПОЛКОВ» 1 2. , ,

Следует подчеркнуть, что русская конница сражалась в тес-
ном взаимодействии с пехотой и артиллерией. Например, эскад-
роны Раевского своевременно поддержали егерей Миклашев-
ской), а они в свою очередь пришли на помощь эскадрону Ни-
жегородского полка3. Вновь отличалась азербайджанская кон-
ница.

Как и иод Карсом, победа была одержана благодаря офице-
рам-декабристам. На правом фланге общее руководство осуще-
ствлял генерал Муравьев, а на левом отважно действовали пол-
ковник Раевский4 и подполковник Миклашевский.

В бою 5 августа русские потеряли 13 человек убитыми и 33
ранеными, а «урон неприятеля положить можно до 200 чело-
век» 5.

Расположенная на левом берегу реки Поцхо или Ахалцих-
чая, в 7 верстах от владения ее в Куру, крепость Ахалцих име-
ла две оборонительные линии: внутреннюю и наружную. На вы-
соком берегу реки возвышались каменные стены, местами в два
ряда. С восточной стороны крепости находился каменный басти-
он, а па степах было 40 орудий6. На гребне скалы стояла цита-
дель. Со стороны реки крепость прикрывал высокий, крутой бе-
рег, а с трех других сторон находились предместья, населенные
турками, армянами и грузинами.

Наружная оборона Ахалциха состояла из высокого палисада
из твердого дерева с бойницами для орудий и ружей. На наибо-
лее важных участках обороны находились четыре бастиона и
башня, вооруженные 22 орудиями7.

Крепость хорошо была обеспечена боеприпасами, продоволь-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю I от 8 августа
1828 года, л. 176.

2 Там же, л. 176 об.

3 Там же, л. 176.

4 За успешные действия под Ахалцихом Раевскому было присвоено во-
енное 31ва.И1пе генерал-майора.

5 ЦТ ВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю I от 8 августа
1828 года, л. 176 об.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 107.

7 Там же, л. 108.
ствием и водой, а ее гарнизон насчитывал до 16 тысяч человекГ
С прибытием 20-тысячного корпуса Киос-паши силы противника
возросли более чем в два раза.

Слабой стороной обороны было то, что крепость окружала го-
ристая, пересеченная местность, позволявшая осаждающим вой-
скам вплотную приблизиться к крепости для штурма.

После боя 5 августа Паскевич не решался атаковать против-
ника, а Киос-inania выжидал, что предпримут русские.

Воспользовавшись пассивностью турок, русское командова-
ние стало укреплять свои позиции. 6 августа были построены
два новых редута: один против правого фланга русского лагеря,
а другой для защиты тыла1 2.

В связи с тем, что артиллерия главного редута па Таушап-
тапа из-за расстояния не могла вести эффективный огонь по кре-
пости, в ночь с 7 на 8 августа между высотой и крепостью, в 300
саженях от городского палисада и в 1000 саженях от крепости
была заложена батарея, вооруженная восьмью батарейными
орудиями и одной мортирой3.

7 августа из Грузин прибыл отряд генерала Попова, состо-
явший из шести рот Херсонского гренадерского полка, Донско-
го казачьего полка Грекова и четырех легких орудий4. Этот от-
ряд еще в начале войны был направлен в Боржомское ущелье
для строительства дороги к Ахалциху. У самого выхода из
ущелья находилась небольшая крепость Ацхур, гарнизон кото-
рой пытался помешать отряду Попова пройти к Ахалциху5. По
гренадеры проложили себе дорогу и соединились с действующим
корпусом.

Однако и после подхода резервов Паскевич чувствовал себя
под Ахалцихом неуверенно и все более склонялся к отступлению
в Грузию. А когда утрор 8 августа было получено сообщение,
что на помощь Ахалциху идет 10-тысячный отряд паши Май-
дакского, Паскевич совсем пал духом. В этот же день он созвал
военный совет и поставил вопрос: оставаться ли под Ахалцихом
или отступать через Боржомское ущелье в Грузию.6 Пели Паске-
вич ставил вопрос об отходе в Грузию, что свело бы па пет все
успехи русских войск в кампанию 1828 года, значит, он считал
положение под Ахалцихом почти безнадежным. Первым на со-
вете как младший по званию выступил Пущин. Хотя турецкие
войска были почти втрое сильнее русских, он предложил «ны-
нешнею же ночью внезапно напасть па турок и заставить их бро-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 110.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 8 августа
1828 года, л. 176 об.

3 Там же, лл. 176 об. и 177.

4 Там же, л. 177; В. Потто. Указ, соч., вып. 1, стр. 136.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 177.

6 М. И. Пущин. Указ, соч., «Русский архив», 1908, кп. 3, стр. 528.
снть свой лагерь и освободить пас от своей, как бы сказать, бло-
кады» *. К чести участников совета следует сказать, что они поч-
ти единодушно отклонили предложение Паскевича об отступле-
нии и поддержали Пущина. Особенно решительно высказались
за активные действия Муравьев, Бурцов, Вольховский и | Ра-
евский.

Было принято решение атаковать и разбить корпус Киос-па-
ши, а затем овладеть Ахалцихом.

Войска Кнос-наши, насчитывавшие около 20 тысяч человек
и 18 орудий, располагались в четырех лагерях: три лагеря нахо-
дились на западной стороне Ахалциха, один — севернее крепо-
сти па высоте, занимавшей командующее положение по отноше-
нию к крепостным укреплениям. Последний лагерь являлся
сильнейшим пунктом позиции Киос-паши: фронтальная атака
была сопряжена с большими трудностями, а с флангов он был
прикрыт — с юга крепостью, с севера— крутыми обрывами гор.

В соответствии с поставленной задачей — атаковать и раз-
бить корпус Киос-паши, было решено в ночь с 8 на 9 августа со-
вершить глубокий обходный маневр и на рассвете атаковать
главный неприятельский лагерь, овладеть остальными лагерями
и начать блокаду крепости.

Оценивая этот план наступления на главный лагерь Киос-па-
ши, как смелый и необходимый, Муравьев писал, что ни «силы
неприятельские не были нам основательно известны, ни распо-
ложение лагерей его не было осмотрено, ни местоположение,
по коему ночью следовало идти, не было известно. Ошибка сия
лежит как на начальнике, так равно и на окружавших его глав-
ных чиновниках штаба»2.

Оставив в лагере и для прикрытия осадных батарей 5 ба-
тальонов под командованием Муравьева3 и приказав ему «сколь
можно более занимать неприятеля и отвлекать его внимание и
силы его от противоположной стороны Ахалциха»4, Паскевич
с 8 батальонами, всей конницей и 25 орудиями5, всего около
6600 человек, в 12 часов ночи6 двинулся в обход к крепости.
Ночной марш был организован плохо, войска растянулись, шли
медленно, а Херсонский полк, следовавший в арьергарде, сбился
с пути. У одной из высот Паскевич остановил войска, и здесь
они, как говорит Пущин, в «совершенном бездействии простояли
до света часа два»7.

С рассветом противник обнаружил движение русских kg-

м. И. Путли. Указ, соч., «Русский архив», 1908; кн. 3, стр. 528.

2 П. II. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1893, кн. 3, стр. 431.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 10 августа
1828 года, л. 187.

4 И. II. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1893, ки. 3, стр. 432.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 187 об

6 М. И. Пущин. Указ, соч., «Русский архив», 1908, кн. 3, стр. 529.

7 Там же.
J

лонн и, соединив гарнизон с нолевыми войсками1, атаковал их на
марше. Русские войска в течение восьми часов отражали ярост-
ные цтаки турок.

На левом фланге под командованием полковника Сеиявипа
действовал сводный пехотный полк с 6 орудиями. В центре сра-
жался Херсонский гренадерский полк с 4 орудиями под началь-
ством генерала Попова. На правом фланге находился сводный
батальон пехоты, рота пионер, два казачьих полка с двумя по-
левыми орудиями, а еще правее — Шпрвапский пехотный полк
с четырьмя батарейными орудиями. Конная бригада Раевского,
азербайджанская конница, казаки и 42-й егерский полк состав-
ляли резерв командующего. Два казачьих полка с четырьмя
орудиями направлены были для связи с отрядом Муравьева и
защиты дороги к вагенбургу.

Первую атаку турки предприняли в 6 часов утра. Они ярост-
но обрушились на центр и правый фланг русской позиции, но
русская артиллерия, выдвинутая па передний край, жестоким
картечным огнем остановила противника. Турецкая конница пы-
талась обойти русскую позицию и прорваться в тыл, к русскому
лагерю, но егери при поддержке казачьих полков заставили ее

отступить.

Около 7 часов утра Киос-паша начал вторую атаку. Распо-
лагая войсками численностью до 30 тысяч человек1 2, он направил
главный удар пехоты против центра русской позиции, а конни-

цы — в ее тыл 3.

По дну глубокого оврага колонны турецкой пехоты почти
вплотную приблизились к боевым порядкам русских войск и с
распущенными знаменами и криком «алла!» бросились вперед.
Но при выходе из оврага их контратаковал Херсонский полк. В
результате ожесточенного штыкового боя, в ходе которого ов-
раг несколько раз переходил из рук в руки, противник вынуж-
ден был отступить.

Турки стали готовить новую атаку. По русское командование
решило предупредить противника и нанести контрудар. В упор-
ном штыковом бою, окруженные массой неприятельских войск,
русские солдаты сражались отважно и умело. Готовившаяся
атака была сорвана.

Таким образом, русским войскам удалось отразить атаки

противника, но они понесли значительные потери и не подвину-
лись ни на шаг вперед. Между тем было уже 2 часа дня, турки

готовили новое наступление.

Паскевич в рапорте Николаю I стремился всячески пока-
зать свою руководящую роль в бою4. Однако участники боя сви-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 187 об.

2 Там же.

3 Там же.

4 Там же, лл. 187—189.

I
детел ьствуют о другом. Пущин писал, что командующий «рас-
терялся и ничего не предпринимал» Б

В то время как русские войска вели упорный бой с главными
силами Киос-наши, генерал Муравьев, которому Паскевич при-
казал прикрывать лагерь и не ввязываться в бой, оценив обста-
новку, решил овладеть высотой, господствовавшей над городом
п крепостью1 2.

Интересно, что в это же время другой декабрист — Пущин —
предложил Паскевичу овладеть высотой, которую собирался
брать Муравьев. Предложение было принято и Пущина отпра-
вили к Муравьеву с сообщением о предстоящей атаке.

Высота была атакована почти одновременно с двух сторон.
Со стороны Муравьева ее атаковали батальон Ереванского пол-
ка, две роты егерей и две роты пионер, а со стороны главных
сил— Ширваиский и 42-й егерский полки под начальством ге-
нерала Королькова.

Чтобы отвлечь внимание и силы противника от атакуемой вы-
соты, было предпринято демонстративное наступление на его
левый фланг. Батальон Херсонского полка, конная бригада Ра-
евского, полк казаков и азербайджанская конница с четырьмя
орудиями перешли овраг и расположились на высотах против
главного лагеря турок. Беспокоясь за свой лагерь, Киос-паша
стянул к нему свою конницу. Произошел бой, в котором турец-
кая конница потерпела поражение и отступила. Это заставило
турецкое командование передвинуть к лагерю значительные си-
лы пехоты.

Под прикрытием огня 8 батарейных и 6 легких орудий 42-й
егерский полк атаковал укрепления противника на высоте. В
этот момент был убит генерал Корольков, что вызвало некото-
рое замешательство егерей. Но на помощь егерям подоспел
Ширваиский полк Бородина.

Между тем войска Муравьева взяли высоту с другой сторо-
ны и овладели укреплениями.

Потеряв в бою за высоту около 500 человек3, противник об-
ратился в бегство. Охваченные паникой турки бежали из глав-
ного лагеря.

Таким образом, высота, господствовавшая над городом и
крепостью, и главный неприятельский лагерь оказались в руках
русских. Это «произвело сильное влияние на неприятеля», кото-
рый начал колебаться по всему фронту и особенно «в центре»4.

Русское командование бросило в наступление конницу, затем
Херсонский полк и сводный полк егерей. Не оказывая сопротив-
ления, турки отступали по всему фронту. Преследуя противни-

1 ЛА. Пущин. Указ, соч., «Русский архив» 1908, кн. 3, стр. 529.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 188.

3 Там же, л. 188 об.

4 'Гам же.
ка, казаки и азербайджанская конница овладели вторым не-
приятельским лагерем, а уланы и драгуны — третьим. У селения
Суклис противник сделал попытку занять высоты и прикрыть
отход своей артиллерии и обозов, но драгуны Нижегородского
полка под командованием Раевского обратили его в бегство.
Муравьев писал: «Все понеслось по ущельям и разбежалось по
горам, оставя в лагерях брошенные орудия» Б

Преследуя неприятеля, русская конница захватила четвертый
лагерь и перерезала все дороги в Ахалцих.

Корпус Киос-паши был разбит наголову и перестал сущест-
вовать: большая часть разбежалась, около 5 тысяч человек во
главе с командующим укрылись в Ахалцихской крепости1 2, зна-
чительная часть была убита или взята в плен. Только во время
преследования противник потерял убитыми и ранеными 1200
человек3.

Точно определить потери турок невозможно. Русские поте-
ряли 80 человек убитыми и 401 ранеными4. Трофеями русских
были: 10 орудий, 10 зна-мен, 4 лагеря, все обозы, подвижные ма-
газины, транспорты и артиллерийские снаряды5.

После поражения корпуса Киос-паши и овладения высотами,
которые «поверхствовали Ахалцихом на ближнем расстоянии,
явилась возможность приступить к осаде нротиву крепости»6.

Русское командование предложило туркам сдать Ахалцих, по
они заявили, что «крепость не сдастся, шока не будет перебит
весь пятнадцатитысячпрш гарнизон ее». Турки считали крепость
неприступной: «Преждё надо снять месяц с неба, а потом уже
луну с ахалцихской мечети».

Русское командование, учитывая местоположение города,

его укрепления и силы гарнизона, а также расположение своих
войск, решило нанести главный удар по северной части города,
где находились ключевые позиции турок: северный бастион
(№ 3) и католическая церковь. Занятие русскими войсками се-
верных высот значительно облегчало решение поставленной за-

дачи.

Ближайшей целью было подавление северного бастиона и
«сделание пролома в палисаде оного»7. После этого предстоя-
ло овладеть католической церковью, которая «доставляла удоб-
ность к помещению брешь-батареи нротиву стен крепости и ци-

тадели» 8.

1 Н. Н. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1893, кн. 3, стр. 441.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 10 августа
1828 года, л. 189.

3 Там же.

4 Там же.

5 Там же.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 114 об.

7 Там же, л. 115.

8 Там же.
В ночь с 9 на 10 августа на северных высотах, в «200 саже-
нях от наружного укрепления города» и в «350 от цитадели^ ’,
была построена «большая батарея» (№ 6) 1 2, вооруженная че-
тырьмя тяжелыми двадцатичетырехфунтовыми пушками, Че-
тырьмя двухпудовыми мортирами, двумя единорогами, 12 бата-
рейными, 14 легкими орудиями и 10 трофейными пушками. «В
течение всего 10 числа» батарея вела «пальбу»3 по городу и ци-
тадели.

В ночь на 10 августа Грузинский гренадерский полк занял
селение Марду и сады, подходившие вплотную к крепостной сте-
пе, а в ночь на 11-е здесь, «на южной остроконечной горе», была
заложена батарея № 7, вооруженная тремя батарейными ору-
диями и двумя двухпудовыми мортирами.4 Этой же ночью была
снята батарея № 5, находившаяся на левом берегу реки, впере-
ди высоты Таушан-тапа и вместо нее построена на восточной
стороне города батарея № 8, в 200 саженях от восточного ба-
стиона (№ 1) 5. Все это время русская артиллерия обстреливала
укрепления города и крепости. Противник также вел огонь, пы-
таясь помешать осадным работам.

Усиливая и сжимая кольцо блокады, русские войска в то же
время занимали исходные рубежи для штурма. Ереванский полк
и шесть рот Херсонского гренадерского полка расположились на
северных высотах, где находилась главная осадная батарея.
Здесь же был Паскевич со штабом корпуса. Несколько правее
оборудовали редут № 9, разместив в нем батальон Козловского
полка с четырьмя орудиями. В тылу редута стали Ширванский
пехотный и 42-й егерский полки. На левом фланге, в садах по
обоим берегам Поцхо, находились два батальона Грузинского и
рога 41-го егерского полков. Две роты Херсонского полка рас-
положились на старом кладбище. Конная бригада Раевского
стояла у селения Суклис. Таким образом, кольцо вокруг Ахал-
циха замкнулось.

Русское командование еще раз предложило Киос-паше сдать
крепость, но он ответил, что спор может решить «только один
меч» 6.

В ночь па 13 и 14 августа заложены были две брешь-батареи
против северного бастиона: первая (№ 10) в 130 саженях, вто-
рая (№ 11) в 100 саженях от палисада. Огнем этих батарей был
разрушен бастион, а «высокий толстый палисад, составляющий
наружную ограду города, местами разломан»7. Этот успех, пи-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 115 об.

2 В. Потто. Указ, соч., вын. 1, стр. 155.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 115 об.

4 Там же, л. 116.

5 Там же, л. 117.

6 И. И. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1893, кн. 3, стр. 450.

7.Ц1 ВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю I от 11 сентября
1828 года, л. 259 об.
сал Паскевич, окончательно убедил его в необходимости «взять
приступом город» Г

Было решено штурмовать крепость 15 августа с северной
стороны. Стремясь использовать момент внезапности, русское
командование назначило приступ не на утро, как было при взя-
тии других крепостей, а па 4 часа дня1 2.

Главный удар наносился по северному бастиону и католиче-
ской церкви. «Па главной точке штурма» со стороны редута № 9
должен был действовать Ширванский пехотный полк3. За шир-
ванцами следовал 8-й пионерный батальон, которому было при-
казано прорубить в палисаде проход, провезти орудия и устано-
вить батарею «для продолжения осады»4. Ближайшим резервом
ширванцев и пионер были 4!/2 батальона, находившиеся па глав-
ной батарее. Прочие войска предназначались для действия
«протнву города фальшивыми атаками» с восточной и западной
сторон5. Всем батареям на северных высотах было приказано
«покровительствовать главному нападению»6. Здесь же нахо-
дился и главный резерв': Херсонский гренадерский, Ереванский
карабинерный и Линейный казачий полки.

Таким образом, перед ширванцами и пионерами была по-
ставлена задача овладеть бастионом и католической церковью.

15 августа в 4 часа дня с музыкой и песнями Ширванский
полк во главе со своим командиром Бородиным двинулся па
штурм. Неприятель встретил его жестоким ружейным огнем «с
разрушенного бастиона и из-за палисада»7, по ширванцы, пока-
зав «необыкновенную храбрость и хладнокровие»8 *, стремитель-
ным броском достигли палисада и овладели северным бастио-
ном. 3 пушки и несколько знаменЧ, взятых па бастионе, были
первыми трофеями русских войск !в этот день.

Пионерная рота под командой Пущина, сделав проход в па-
лисаде, помогла артиллеристам пррвезти орудия и приступила к
строительству ложемента, «в 100 шагах впереди бастиона» 10 11. Те-
перь перед ширванцами стояла задача овладеть католической
церковью. Турки, сосредоточив у церкви и в овраге около четы-
рех тысяч человек11, открыли перекрестный огонь. -

Полковник Бородин направил первый батальон Ш и рва нс ко го

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю I от 11 сентября
1828 года, л. 259 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 121 об.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю I от И сентября
1828 года, л. 259 об.

4 Там же.

5 Там же.

6 Там же.

7 Там же, лл. 259 об. и 260.

8 Там же, л. 259 об.

0 Там же, л. 260.

10 Там же.

11 Там же.
полка, которым командовал выслужившийся из солдат боевой
офицер подполковник Юдин, вправо, «дабы взять во фланг и в
тыл неприятеля»1, второй батальон подполковника Овечкина —
влево, а цепь «охотников» осталась в центре, прикрывая пионер
и артиллеристов. Увидев малочисленность русских, турки атако-
вали цент]) ширванцев. Бородин вызвал на помощь 2-й баталь-
он, а 1-й продолжал действовать во фланг противника. Между
бастионом п церковью закипел ожесточенный бой. «Даже воо-
руженные женщины участвовали в бою», говорит свидетель взя-
тия Ахалциха1 2.

На помощь ширванцам прибыли с двумя казачьими орудия-
ми есаул Зубков и саперная рота во главе с полковником Бурцо-
вым. «Скорая и меткая стрельба из... орудий есаула Зубкова
много содействовала к удержанию натиска неприятельского»3.
Успешно действовала батарея кегорновых мортир под коман-
дой поручика Крушенпикова 4.

Поддержка артиллерии и прибывшие резервы помогли шир-
ванцам сломить сопротивление противника. Штыковым ударом
2-й батальон отбросил турок и овладел кладбищем, которое при-
мыкало к церкви. Всего 15 шагов отделяло ширванцев от церкви,
но в этот момент был убит полковник Бородин5 и тяжело ранен
подполковник Овечкин. Командование ширванским полком при-
нял Бурцов.

В 'го время как ширванцы прокладывали дорогу к церкви, к
месту боя подошел весь пионерный батальон. Возводя ложемен-
ты в 10—15 саженях от противника, пионеры вынуждены были
одновременно строить и сражаться.

Понеся большие потери, лишившись многих офицеров, шир-
ванцы, саперы и артиллеристы продолжали героически сражать-
ся с численно превосходящим противником. Они отразили все
атаки турок и прочно удерживали занятые позиции до подхода
подкреплений.

В начале 6 часа дня на помощь ширванцам подоспел баталь-
он Херсонского гренадерского полка. Теперь Бурцов предпринял
решительное наступление на церковь. 2-й батальон Ширванско-
го полка и рота Херсонского ударили «в штыки прямо во фронт»,
а 1-й батальон ширванцев под командованием подполковника
Юдина был направлен вправо6. Комбинированная атака с
фронта и правого фланга, исполненная «с храбростью необыкно-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт IIаокевича Николаю I от 11 сентября
1828 года, л. 260.

2 Там же, л. 260 об.

3 Там же.

4 Там же.

5 Бородин — участник Отечественной войны 1812 года. За доблесть,
проявленную в Бородинском сражении, награжден Георгиевским крестом.

6 ЦГВИА, о. ВУА, д, 4644. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 11 сентября
1828 года, л. 261.
венною»увенчалась успехом: церковь была взята, противник
поспешно отступил.

Русские немедленно установили на крыше церкви орудия и
открыли огонь но противнику, группировавшемуся на улицах го-
рода. Однако турки не хотели примириться с потерей церкви и
предприняли яростную атаку. Видя, что батальон ширванцев
оказался в тяжелом положении, Паскевич приказал полковнику
Реуту с батальоном 42-го егерского полка двинуться «правее
разрушенного бастиона и стараться ворваться в город»1 2. Тур-
ки встретили батальон Реута артиллерийским и ружейным ог-
нем. Егери при содействии артиллерии майора Полякова3 при-
близились к палисаду, но преодолеть его не могли. В это время
подоспела команда саперов прапорщика Цоновницьша, которые
прорубили в палисаде проход и проложили мост через ров.

Егери бросились в проход. Завязался штыковой бой. Два
донских орудия метким 1 картечным огнем поддержали егерей.
Противник отступил, а егери соединились с ширваицами4.

Между тем около 50 русских орудий, расположенных па вы-
сотах, вели огонь по укреплениям крепости и городу.

Наступила ночь, но Щирванский полк и батальон херсонцев
продолжали сражаться. Им приходилось «брать приступом
каждый дом, в коем защитники заседали насмерть»5. Паскевич
приказал «приступить к истреблению домов города пожаром»6.

Участник взятия Ахалциха декабрист Петр Бестужев вспо-
минал впоследствии: «Гррод пылал в ста местах, густой дым
вился до неба, на котором через дым и пламя изредка выгляды-
вала луна, кровавое зарево освещало далеко окрестность. Ба-
тареи наши, выдвинутые в самый город, ревели неумолкаемо ио
цитадели. Гранаты и бомбы, с жалким напевом, как огненные
змеи плавали в воздухе!, ружейная перестрелка, хотя и слабее,
слышна была со всех сторон»7.

Во время штурма «много армян с семействами, — писал сви-
детель событий, — и с возможным к переноске имуществом ста-
рались... перейти к нашим войскам; их толпами отправляли на
гору, поручая отвод одному, двум или трем солдатам... я видел,
что эти конвойные не только добросовестно провожали их, но
многие несли, при ружье, еще тех маленьких детей на руках,
которые не могли поспевать»8.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю I от 11 сентября
1828 года, л. 261.

2 Там же, л. 261 об.

3 Там же.

4 Там же.

5 Там же, л. 262.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 126 об.

7 Воспоминания Бестужевых. М., 1931, стр. 391.

8 Э. В. Б р и м м е р. Записки. Служба артиллерийского офицера. Вып. 2.
Тифлис, 1894, стр. 71.
Противник отступил к крепости и цитадели. Но турки про-
должали удерживать восточную часть города. Против северо-
восточного бастиона (№ 2) была направлена рота Ереванского
полка. Ереванцы при поддержке двух казачьих орудий сотника
Шумкова взяли бастион. Трофеями русских были 2 орудия и 8
знамен Г

Генерал Сакен с батальоном 42-го егерского полка подоспел
к башне Каядаг, господствовавшей над всем городом1 2. Капи-
тан Корганов с 40 егерями заняли башню. Захваченные в башне
5 орудий были немедленно направлены против цитадели. Пио-
неры прапорщика Богдановича поставили здесь батарею, воору-
женную двумя донскими и двумя трофейными турецкими ору-
диями 3.

Взятие русскими войсками башни Каядаг предрешило судь-
бу последнего, восточного бастиона (№ 1). Противник без боя
оставил бастион, и оп был занят частями полковника Симови-
ча4. Вскоре его гренадеры и егери заняли значительную часть
восточного предместья 5.

К рассвету весь город был в руках русских войск — Киос-па-
ша, укрывшись с четырехтысячным гарнизоном в крепости, при-
слал к Паскевичу парламентера с просьбой начать переговоры6.
Паша просил заключить перемирие на 5 дней, но Паскевич зая-
вил, что дает 5 часов на размышление, после чего возобновит
штурм. Киос-iiiaina согласился сдать крепость, если гарнизону
будет разрешено покинуть крепость с оружием. Русское коман-
дование могло потребовать безоговорочной капитуляции, но, же-
лая избежать новых жертв, согласилось пропустить гарнизон, при
условии передачи русским войскам всего оружия и казенного
имущества7.

Турецкое командование некоторое время колебалось, но ког-
да прибывшие в крепость генералы Сакен и Муравьев и полков-
ник Бурцов потребовали немедленной сдачи, Киос-паша подпи-
сал условия и послал Паскевичу ключи от крепостных ворот.

В 8 часов утра 16 августа в крепость, над которой 250 лет раз-
вевалось турецкое знамя8, вступил Грузинский гренадерский
полк. Ахалцих, войдя в состав России, был воссоединен с основ-
ной грузинской землей. Возвращение Ахалциха в состав Грузии
было отмечено в Тифлисе большим народным празднеством9.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю I от 11 сентября
1828 года, л. 263.

2 Там же, л. 262 об.

3 Там же.

4 Там же, л. 263.

5 Там же.

6 Там же, л. 263 об.

7 Там же.

е Там же.

9 В. Потто. Указ, соч., вып. 1, стр. 187.
В Ахалцихе победителям достались значительные трофеи: 67
орудий, кроме взятых 9 августа, 52 знамени и 5 бунчуков *.

Противник понес большие потери: из 400 артиллеристов ос-
тались в живых только 50 человек, «отряд янычар», состоявший
из ста человек, «весь лег па месте», из 1800 лазов убито 1300,
жителей погибло во время штурма более 3 000 человек2.

Потери русских войск но рапорту Паскевича—699 человек
убитыми и ранеными3. Эту цифру называют Ушаков4 и Фаде-
ев5, но Бестужев считает, что русские потеряли 679 человек6, а
Потто — 6627.

Как и под Карсом, победа под Ахалцихом была одержана
благодаря высоким моральным и боевым качествам войск От-
дельного Кавказского корпуса. В официальных реляциях о взя-
тии Ахалциха всячески прдчеркивалась роль командующего. По
еще Муравьев отметил, что «Паскевич был только зрителем с
горы»8. К победе русские войска вели офицеры-«ермоловцы» Бо-
родин, Юдин, Овечкин и офицеры, связанные с декабристским
движением,— Муравьев, Бурцов, Пущин, Коновпицып и др. Ге-
ройски сражались офицеры-декабристы, разжалованные в сол-
даты,—П. Бестужев, Гангеблов, Фок.

Героически сражался Ширваиский пехотный полк, состояв-
ший в основном из грузну9. Полк потерял третью часть своего
состава, а его боевое знамя было пробито семь раз картечью ,0.
Под Ахалцихом отличалась азербайджанская конница: в тесном
взаимодействии с другими войсками опа нанесла поражение от-
ряду турецкой конницы 11!

Свидетельством высоких боевых качеств русских войск явля-
ется проведение ночного штурма. Только войска, не скованные
шаблонными официальными уставами и не обремененные «фрук-
товыми занятиями», а обученные тому, что нужно па войне, мог-
ли выиграть такой бой. Под руководством своих боевых коман-
диров пехота, артиллерия и пионерные войска, тесно взаимодей-
ствуя, действовали решительно, инициативно и умело.

Ахалцихская победа, оказавшая большое влияние на даль-
нейший ход военных действий на Кавказе, была важна и пото-
му, что была одержана в то время, когда па балканском театре,
как справедливо писал Муравьев, «одна неудача следовала за

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 263 об.

2 Там же.

3 'Гам же.

4 История военных действии в Азиатской Турции, ч. 1, стр. 337.

5 А. В. Фадеев. Россия .и восточный кризис 20-х гг. XIX в., ст>р. 270

6 Воспоминания Бестужевых, стр. 391.

7 В. Потто. Указ, соч., вып. 1, стр. 178.

8 И. И. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1893, кн. 3, стр. 457.

у Там же, стр. 556.

10 В. Потто. Указ соч., вып. 1, стр. 178.

11 АКАК, т. 7, № 763, стр. 762.

11 Заказ 3234

161
другой п... дела наши в той стране срамили и оружие русское, и
начальников» Г I

Следствием Ахалцихской победы явилось занятие русскими
войсками без боя крепостей Ацхур и Ардаган.

Па другой день после взятия Ахалциха, 17 августа, отряд
генерала Вадбольского, состоявший из пяти рот пехоты и каза-
чьих полков Сергеева и Грекова при шести орудиях, был напра-
влен к крепости Ацхур, лежавшей у входа в Боржомское ущелье
со стороны Ахалциха1 2. Расположенная на высокой горе и воо-
руженная 14 орудиями, крепость контролировала дорогу в Гру-
зию 3.

От Ахалциха до Ацхура 29 верст, и отряд Вадбольского до-
стиг крепости в тот же день. Гарнизон, состоявший из 500 лазов
и тысячи вооруженных жителей4, «надеясь па сильное положе-
ние крепости»5, приготовился к обороне. Вадбольский потребо-
вал сдачи крепости, но гарнизон ответил отказом. Тогда несколь-
ко почетных жителей Ахалциха и капитан грузинского ополче-
ния князь М. Орбелиани отправились в крепость и убедили ац-
хурцев сдаться. Во время этих переговоров лазы бежали в го-
ры. Так без единого выстрела Ацхур был занят русскими вой-
сками. В крепости взято 14 орудий, 6 знамен, около 300 пудов
пороха, снаряды и провиант6.

«Покорение Ацхура, — писал Муравьев, — было последстви-
ем взятия Ахалциха...»7.

21 августа Берхман с тремя батальонами егерей, четырьмя
сотнями казаков и 8 орудиями двинулся к Ардагану8. На сле-
дующий день отряд встретил тысячи армян, сообщивших, что
турецкие войска разграбили 33 армянские деревни и всех жите-
лей насильно отправили к Эрзеруму9. Появление русского отряда
заставило турок оставить армян и поспешно отступить.
Стало известно, что противник оставил и Ардаган. Берхман дви-
нулся к крепости, у ворот которой его встретили жители-армя-
не и вручили ключи10. Так без боя 22 августа был взят Ардаган,
где трофеями были 31 орудие и значительное количество сна-
рядов и.

1 II. И. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1893, кн. 3, стр. 475.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 20 августа
1828 года, л. 194.

3 Там же.

4 Там же.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, стр. 93.

8 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644. Pain орт Паскевича Николаю I от 20 августа
1828 годоа, л. 194 об.

7 11. Н. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1894, кн. 1, стр. 5.

8 ЦГВИА. ф. ВУА, д. 4644. Рапорт Паскевича Николаю I от 28 августа
1828 гада, л. 204.

9 Там же.

10 Там же, л. 255 об.

и История военных действий в Азиатской Турции, ч. 1, стр. 344.
Одновременно с победами на главном участке театра воен-
ных действий важные события произошли на черноморском по-
бережье Грузии. В начале июня генерал Гессе с отрядом, со-
стоявшим из шести рот Мингрельского пехотного и пяти рот 44-го
егерского полков, с 13 орудиями, всего около 2000 человек, и
1500 человек мингрельского ополчения князя Дадиани 1 высту-
пили к приморской крепости Поти.

Подойдя к Поти, Гессе установил три батареи, а с 8 июня,
обложив крепость, открыл по ней «сильный огонь» из орудий1 2.
После семидневной канонады русской артиллерии, причинившей
крепости «немаловажный вред и открывшей в стенах значи-
тельную брешь»3, начальник гарнизона Аслан-бек 15 июня
«поднес ключи крепости»4. Гарнизон, насчитывавший 600 чело-
век, был отпущен «по своим домам»5, а русским войскам доста-
лись 44 орудия, 13 знамен и запасы снарядов и продовольствия6.
Русские потеряли 21 человек убитыми и ранеными7.

Взятие крепости Поти укрепило позиции русских на восточ-
ном побережье Черного моря и в значительной степени парали-
зовало агрессивные действия турок.

Успешно действовали русские войска и па других участках
кавказского театра войны.I В самом начале кампании 1828 го-
да, когда русские войска двинулись к Карсу, в только что осво-
божденной от персидских феодалов части Армении был оставлен
отряд — немногим более 2 тысяч пехоты, 340 человек конницы и
8 орудий. С этими силами военный губернатор области генерал
Чавчавадзе должен был защищать границы со стороны Баязет-

ского пашалыка.

Но Чавчавадзе, понимая, что лучшая защита — это нападе-
ние, решил действовать наступательно — идти в Баязетский па-
шалык. Располагая небольшими силами, он надеялся на под-

держку армян, составляющих основную
зетского пашалыка.

часть населения Бая-

25 августа Чавчавадзе ic отрядом, состоявшим из двух ба-
тальонов Петербургского рехотного полка и трех рот Севасто-
польского пехотного полка, 200 казаков и 400 человек армяно-
азербайджанского ополчения, при 6 полевых орудиях8, всего
около 2 тысяч человек, начал наступление.

Перейдя 26 августа «трудный и высокий» хребет Лгридаг,
отделявший Армению от Баязетского пашалыка, отряд Чавча-

1 ЦГВИЛ. ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 55; В. Потто. Указ. соч. вып. 2,
стр. 260.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1. л. 55.

3 Там же.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л.'106 об.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 55.

6 Там же, лл. 55 и 55 об.

7 Там же, л. 55 об.

8 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 267 об.
вадзе, быстро двинулся к Баязету1. На другой день он подошел
к городу и, опрокинув неприятельскую конницу в числе 1 300 че-
ловек, стал в трех верстах от города2.

Утром 28 августа к Чавчавадзе прибыл парламентер от Бе-
люль-паши с предложением сдать город. Но в это время было
получено сообщение о подходе к Баязету двухтысячного отряда
курдов. Поэтому Чавча'вадзе, приняв предложение Белюль-па-
ши, стал окружать город. Сбив неприятельскую конницу, вы-
шедшую из крепости, русские установили на высотах артилле-
рию и открыли огонь по укреплениям. Это сломило сопротивле-
ние гарнизона, и он обратился в бегство. Повернул назад и от-
ряд курдов.

В это время раскрылись крепостные ворота и процессия ар-
мян с хоругвями и иконами двинулась навстречу русским. В час
дня город был занят русскими войсками, и Белюль-паща ока-
зался в плену. В крепости взяты трофеи: 12 орудий, 3 знамени,
180 пудов пороху, продовольствие и фураж3.

Падение Баязета привело к подчинению почти всего пашалы-
ка. Отряд армянской конницы без боя занял город Диадин,
а жители Хамура добровольно отдали русским ключи от го-
рода.

Взятие русскими войсками Баязета вызвало в Эрзеруме серь-
езное беспокойство. Можно было ожидать, что русские овладе-
ют Топрах-кале, а затем двинутся на Эрзерум. Поэтому серас-
кир направил в крепость Топрах-кале отряд Абдулла-Ризах-бе-
ка с задачей вывезти продовольствие и выселить армян в глубь
ту р е ц ко й те р р ито р и и.

Армянское население, встревоженное слухами о походе ту-
рок, обратилось за помощью к Чавчавадзе. Выйдя из Баязета
поздно вечером 9 сентября и пройдя форсированным маршем
150 верст, Чавчавадзе рано утром 12 сентября был под стенами
Топрах-кале. Гарнизон крепости был ошеломлен появлением
русских и, не сделав ни одного выстрела, обратился в бегство.
Пока казаки и армяно-азербайджанская конница преследовали
бежавших, русская пехота заняла город.

Оставив часть войск в Топрах-кале, Чавчавадзе с остальны-
ми расположился у Диадина. Узнав, что в селение Софикенте, в
Мушском пашалыке, турки собрали большие запасы хлеба, Чав-
чавадзе направил туда отряд подполковника Басова. Отряд бес-
препятственно дошел до Софикента и без единого выстрела за-
нял его 20 сентября. Но на другой день трехтысячный отряд не-
приятельской конницы атаковал Басова. Отразив нападение,
Басов в ту же ночь отправил под прикрытием части войск тран-

' ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 267 об.

2 Там же.

3 'Гам же, л. 268.
спорт с хлебом в Топрах-кале. На другой день турки вновь ата-
ковали лагерь Басова, по были отброшены.

Сераскир направил к Топрах-кале новые войска, поставив пе-
ред ними задачу очистить Мушский пашалык. Чавчавадзе вы-
ступил в Мушский пашалык и 15 октября занял селение Патнос.
В течение нескольких дней у Патпоса и деревни Граков происхо-
дили бои русских войск с крупными силами турок.

Положение отряда Чавчавадзе с каждым днем становилось
все более опасным. Ио 24 октября из Еревана подошли под-
крепления, и Чавчавадзе заставил противник а о тс ту пить,
а 28 октября двинулся к русской границе. Турки несколь-
ко раз атаковали русские войска па марше, по были отра-
жены.

Успешным действиям отряда Чавчавадзе способствовало на-
ступление генерала Берхмаиа с частью карсского гарнизона в

направлении Э р з е р у м а.

Занятие Баязетского пашалыка имело важное военно-полити-
ческое значение. Командование корпусом приказало генералу
Панкратьеву почти со всеми войсками, находившимися па пер-
сидской территории, перейти в Баязет.

Несмотря на то, что действие отряда Чавчавадзе было одним
«из самых отважнейшие»1, Паскевич выразил Чавчавадзе
неудовольствие за «самовольство». Муравьев оценил 'пове-
дение Паскевича как «неудовольствие завистливого началь-
ства» 1 2.

Таким образом, к сентябрю па кавказском театре войны
русские войска одержали решающие победы и заняли три паша-
лыка— Карсский, Ахалцихский и Баязетский, взяли 9 крепо-
стей, до 8 тысяч пленных, 315 орудий, 195 знамен и 11 бунчу-
ков3. Основные силы оттоманской армии были разбиты, рассея-
ны, и она уже не могла оказывать сколько-нибудь серьезное
сопротивление русским войскам. Можно было ожидать, что рус-
ское командование использует благоприятную обстановку и пред-
примет наступление на Эрз ерум. Па 23 сентября в действую-
щем корпусе было 12 357 солдат и офицеров4, закаленных в
боях и способных выполнить самую ответственную боевую за-
дачу.

По Паскевич, не желая рисковать и омрачать возможными
неудачами свою славу покорителя Карса и Ахалциха, которую
так усиленно раздували официальные круги, ссылаясь па небла-
гоприятную погоду, отдал приказ о возвращении войск па зим-
ние квартиры в Грузию. Ссылка на раннюю и суровую зиму бы-

1 И. Н. Му раъьечв. Указ, соч., «Русский архыв», 1894, кп. 1, стр. 18.

2 Там же.

3 В. Потто. Указ соч., вып. 2, стр. 265

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, лл. 281—282.
ла совершенно беспочвенной. До зимы было еще около двух ме-
сяцев, срок вполне достаточный, чтобы овладеть Эрзерумом,
являвшимся главным административным и военным центром От-

романской Порты в этом районе.

Оставив в занятых крепостях около 81/2

тысяч человек и

орудия Паскевич с остальными войсками вернулся в Грузию.

Так закончилась кампания 1828 года па кавказском театре

войны.

1 В Карсе под начальством генерала Берхмана остались: 39-й и 40-й егер-
ские полки, батальон 40-го, казачий полк Измайлова и 12 орудий.

В Баязетском пашалыке иод командованием генерала Панкратьева
Натенбургский и Козловский пехотные полки, по батальону от полков Каба-
рдинского и Севастопольского, два казачьих полка, Басова и Шамшева и
18 орудий.

В Ахалцихе находимся Ши рва некий полк и рота Херсонского полка при
трех орудиях. В Ард агаве — батальон 40-го егерского полка и Донской ноли:
Сергеева, при одном орудии. В Ахалкалаке и Хартвигсе — по две роты 41-го
егерского полка, а в Ацхуре — рота херсонских гренадер. Всеми войсками в
Ахалцнхском пашалыке командовал генерал Бебутов.

В. Потто. Указ, соч., вин. 2., стр. 266.
ГЛАВА 5

КАМПАНИЯ 1829 ГОДА
НА БАЛКАНСКОМ ТЕАТРЕ

Решения комитета 19 цоября определили наступательный ха-
рактер действий русской армии иа балканском театре войны. На-
чальнику Главного штаба Дибичу, приехавшему в декабре 1828
года в Петербург, не оставалось ничего другого, как составить
новый план войны.

Новый план военных действий па балканском театре был изло-
жен Дибичем в записке от 8 января 1829 года 1. Этим планом с
некоторыми изменениями1 2 и руководствовалось русское коман-
дование в кампанию 1829 года.

«Главный предмет будущей кампании, — писал Дибич, — со-
стоит в том, чтобы овладеть Силистриею — как твердым пунктом
переправы на Среднем Дунае... и Журжею с Тырновым для со-
вершенного очищения и прикрытия обоих княжеств; а потом зна-
чительными силами проникнуть через Балканы и овладеть Анде-
сом и всеми укрепленными местами на Бургасском заливе»3.

«Взятие Шумлы, стодь полезное по влиянию, которое оно,
вероятно, должно произвесть, будет зависеть от того, как она
занимаема будет неприятелем, ио ие полагается необходимым
для окончания кампаииц. Равномерно в случае решительного
успеха, можно и должно распространить наше наступление за
Балканы до Факи и Кариабата и вдоль берега Черного моря,
хотя бы до самой Инады»4.

«Со стороны верхнего Дуная полагается только, как выше
сказано, взять Журжу и Турно, и действовать оборонительно в
Малой Валахии, пользуясь однако же всяким выгодным случа-
ем сделать экспедиции за Дунай. Если же восстанут сербы, то
предоставить ген.-адъют. Гейсмару, по взятии Турно... всеми си-
лами перейти Дунай и поддержать действия оных»5.

Васильчиков в своей записке писал, что одной из «главней-
ших ошибок» кампании 1828 года было вмешательство царя в

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4699. Записка Дибича о кампании 1829 года,
лл. 106—1'10 об.

2 Не были предусмотрены действия иод Кулевчей и занятие Адрианополя.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4699, л. 106.

4 Там же, лл. 106 и 106 об.

5 Там же, л. 106 об.
командование армией. Сам Николай I вынужден был признать:
«При мне все идет дурно, я не хочу более лично мешаться в дела,
а потому я в армию больше не иоеду» К

В феврале 1829 года фельдмаршал Витгенштейн «по совер-
шенно расстроенному ...здоровью» был уволен, и главнокоманду-
ющим 2-й армией назначен генерал Дибич. Генерала Киселева
перевели на должность командира 4-го резервного кавалерийско-
го корпуса, а начальником штаба армии стал генерал Толь. Вско-
ре и другие высшие командные и штабные должности заняли
немцы: начальник артиллерии армии генерал Левенштери, на-
чальник инженерной службы армии генерал Лехнер, командир
2-го пехотного корпуса генерал Пален, начальник штаба генерал
Герман, командир 6-го пехотного корпуса генерал Рот, началь-
ник штаба генерал Вахтен, командир 7-го пехотного корпуса ге-
нерал Риднгер, начальник штаба генерал Делинсгаузен. Такое
засилие немецких военачальников ничего хорошего русской ар-
мии не сулило. Бенкендорф докладывал царю, что назначение
Дибича главнокомандующим армией и других немцев, «возбуди-
ло сильное неудовольствие» 1 2 в патриотических кругах.

Можно было думать, что новое командование 2-й армии учтет
уроки прошедшей кампании и примет меры к лучшей подготовке
нового похода. Однако этого не случилось.

Опыт войны заставил обратить внимание на боевую подготов-
ку войск. Сомкнутые боевые построения и линейная тактика ока-
зались совершенно не пригодными в условиях пересеченной, го-
ристой местности. Поэтому было приказано обучать войска «рас-
сыпному строю и стрельбе в цель». Но за несколько недель
нельзя было добиться каких-либо существенных результатов.
Кроме того, многие генералы и офицеры продолжали держаться
старых тактических правил и, обучая рассыпному строю, требо-
вали «держать ногу и равнение».

Михайловский-Данилевский рассказывал, что в 1829 году он
обнаружил серьезные упущения в боевой подготовке. «Причину
таковых упущений надобно искать в том, что со времени Париж-
ского мира обратили внимание исключительно... на все мелочи
фруктовой службы, для войны вовсе бесполезные». Далее он
писал, что страсть к шагистике и ружистике не покидала многих
офицеров и генералов и на войне3.

Прошедшая кампания показала серьезные упущения в бое^
вой подготовке конницы, в частности для разведки и сторожевой
службы. Но дело ограничилось некоторым увеличением количе-
ства казачьих полков и вооружением части гусар пиками.

Оставляла желать много лучшего инженерная служба армии:

1 А. И. Ми х а й л о в с к и й - Д а н и л е в с к и й. Указ, соч., стр. 180.

2 А. X. Бенкендорф. Указ, срч., «Красный архив», 1930, т. 1 (38),
стр. 109.

3 А. И. М и х а й л о в с к и й - Д а н и леве к и й. Указ, соч., стр. 198.
ощущался недостаток в офицерах, не хватало шанцевого инст-
румента Г

Пр-прежнему плохо были организованы интендантская и ме-
дико-санитарная части армии. «Все единодушно соглашаются,
что не было принято никаких мер для обеспечения продоволь-
ствия и приготовления снарядов и лазаретных вещей»2.

Таким образом, войска 2-й армии, как писал Епанчин, были
недостаточно «подготовлены к боевой деятелыюсти» 3.

Как и в 1828 году, силы армии явно не соответствовали тем
задачам, которые ей предстояло решать. В конце марта 1829 го-
да Дибич, сообщая царю о малочисленности своих войск, просил
усилить их резервами. Николай I ответил, что находит эту прось-
бу «странной» и даже запретил «возвращаться к этом-у вопросу» 4.
Правда, в мае царь изменил свое решение и распорядился усилить
армию резервами, но они прибыли на театр военных действий в
августе, т. е. к концу ворны. Отсутствие подготовленных резер-
вов— убедительное свидетельство несовершенства рекрутской си-
стемы комплектования армии и бесполезности военных поселений.

К началу похода в состав 2-й армии входили 2-й, 3-й, 6-й и
7-й пехотные корпуса, состоявшие из 12 пехотных дивизий и па- >
считывавшие 48 тысяч человек. Конница состояла из 5 дивизий
(10 500 человек) и 22 казачьих полков (8400 человек). Артилле-
рия насчитывала 352 полевых, 12 торных и 88 осадных орудий.
Кроме того, была ракетная рота. В армии имелись 4 пионерных
батальона, 1 саперный батальон, 9 подвижных парков, подвиж-
ной арсенал, жандармский дивизион. Армии была придана ду-
найская флотилия. Всего во 2-й армии насчитывалось около 125
тысяч человек 5.

При открытии кампании войска 2-й армии располагались
следующим образом. (

На левом берегу Дуная: в Малой Валахии находился отряд
генерала Гейсмара, численностью около 16 тысяч человек при
40 орудиях; в Большой Валахии дислоцировались войска генера-
ла Киселева6, насчитывавшие около 16 тысяч человек и 48 ору-
дий.

На правом берегу Дуная в Дунайских крепостях и в пути на-
ходились войска 2-го, 3-го и 7-го пехотных корпусов; в Базард-
жикской области и у подножья Балкан, занимая Варну, Приводы
и Сизополь, располагался 6-й пехотный корпус7.

Правительство Оттоманской Турции также готовилось к по-
вой кампании. Формировались и обучались новые воинские части,

‘ ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4495, л. 132 об.

2 А. И. Михайловский-Данилевский. Указ, соч., стр. 181.

3 И. Е п ан ч и и. Указ, соч., ч. 3, стр. 397.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4851, ч. 1. Письмо Николая I Дибичу от 3 апреля
1829 года, л. 7.

5 И. Епанчин. Указ, соч., ч. 2, приложение. № 9

6 Киселеву подчинялись иг войска Гейсмара.

7 И. Е и а и ч и и. Указ, соч., ч. 2, приложение № 9.
заготовлялось оружие, боеприпасы и продовольствие. Значитель-
ную помощь и поддержку Оттоманской Порте оказывали' Авст-
рия и Англия. К началу кампании турецкому командованию уда-
лось собрать значительные военные силы. По некоторым агентур-
ным сообщениям султан намеревался собрать на балканском
театре 200 тысяч пехоты и 80 тысяч конницы *, а Веригин утвер-
ждал, что к весне он имел около 190 тысяч человек1 2. Эти цифры
преувеличены. Сопоставление различных источников позволяет
сделать вывод, что к началу кампании турецкому командованию
удалось сосредоточить на балканском театре не более 150 тысяч
человек. Эти войска располагались: в Силистрии около 15 ты-
сяч человек, в Рущуке от 10 до 12 тысяч, в Шумле около 40 ты-
сяч (главные силы), на реке Камчик до 15 тысяч, в Бургасе и при-
морских крепостях до 8 тысяч, остальные между Разградом и
Тырново и в районе Адрианополя и Константинополя. Верховным
визирем был назначен Решид-Мехмед-паша.

План турецкого командования на балканском театре состоял
в том, чтобы главными силами армии под личным командованием
Верховного визиря овладеть Варной или Приводами и очистить
от русских войск все пространство до Дуная. Другая часть турец-
кой армии должна была вторгнуться в Малую Валахию.

На кавказском театре в качестве первоочередной была постав-
лена задача вернуть все территории, потерянные в кампанию
1828 года.

План Дибича, изложенный им в записке от 8 января 1829 го-
да состоял в том, чтобы прежде всего овладеть Силистрией, а за-
тем, обеспечив свой тыл и опираясь на Варну и активную под-
держку Черноморского флота, начать поход за Балканы.

В соответствии с планом кампания 1829 г. на балканском те-
атре началась с осады русскими войсками Силистрии. Поход
должен был начаться в первых числах апреля, но вследствие не-
благоприятных погодных условий и в связи с тем, что мосты у
Гирсова и Калараша не были готовы, войска двинулись «из ла-
геря перед Черноводами в шесть часов по утру» 1 мая 3.

Стремясь быстрее овладеть крепостью, русское командование
решило направить под ее стены 3-й корпус генерала Красовского
и 2-й корпус генерала Палена.

Проложив новую дорогу через горы, «ибо береговая была еще
затоплена» полой водой 4, 27 батальонов пехоты, 9 эскадронов
кавалерии, 2 казачьих полка и 70 орудий, всего 17604 человека 5,

1 Точно определить численность турецкой армии невозможно.

2 А. Вер и г и н. Указ, соч., стр. 13.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, л. 4825. «Исторический журнал движений и действий
войск, cocTiOfliB'uiHX под начальством генерал-лейтенамта Красовского в 1829 по-
ду», л. 10.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4833. «Журнал осады крепости Снлистии в 1828 го-
ду», л. 4 об.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4808. «Обложение крепости Силистрии», лл. 3—4.
5 мая в 9 часов утра тремя колоннами подступили к Силистрии
Вытеснив неприятеля из редутов и ложементов, устроенных на-
шими войсками в прошлогоднюю кампанию, «кои турки занимали
в числе 5 тысяч человек», русские войска приступили к осаде.

Левый берег Дуная напротив Силистрии был занят русскими
войсками за несколько дней до того как к крепости прибыли глав-
ные силы русской армии. Здесь устроили и частично возобновили
8 батарей, которые впоследствии были вооружены турецкими
осадными орудиями, взятыми в Браилове2. Тогда же к Силист-
рии прибьдла русская флотилия и производилась паводка кала-
рашского моста. Как говорится в «Историческом журнале» кор-
пуса Красовского, русские войска обложили крепость «совершен-
но» 3.

Войска осадного корпуса расположились следующим обра-
зом: высоты правого фланга занимали 9-я пехотная дивизия с ее
артиллерией, 6-й пионерцый батальон, Петербургский уланский
полк и казачий полк Карпова4. Эти войска составляли отдель-
ный отряд правого фланга, которым командовал генерал Барто-
ломей 5.

В центре размещались 1-я бригада 7-й пехотной дивизии и лег-
кая артиллерийская № 3-го рода под командованием генерала
Л ашкевича 6.

Отряд левого фланга род начальством генерала Красовского
состоял из двух бригад (р-й пехотной дивизии, двух легких рот
11-й артиллерийской бригады и Харьковского уланского полка7.
Пехота и артиллерия размещались на высотах, а уланы в долине
близ разградской дороги8. 5-й и 6-й конные Черноморские полки
расположились в низине между Дунаем и высотами, занятыми
войсками Красовского9. Щесть батальонов 8-й пехотной дивизии
с двумя батарейными и легкой ротами и 4-м Уральским казачьим
полком составили резерв! осадного корпуса и в день обложения
Силистрии находились в j верстах от главных сил 10. Артиллерия
расставлена была следующим образом: в отряде правого фланга
4 батарейных орудия на скате выше редута № XXII; за ними в
лощине 2 легких орудия и 2 такие же орудия правее этого реду-
та. Остальная артиллерия отряда разместилась с пехотой на
вершине высоты и. В центре, у редута XXI, разместились 4 легких
орудия с батальоном пехоты *2, а па левом фланге в редуте XXIII

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4833, л. 4 об.

2 Там же, л. 5.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 12 об.

4 Там же, л. 14.

5 Там же.

6 Там же.

7 Там же, лл. 14 и 14 об.

8 Там же, л. 14 об.

9 Там же.

10 Там же.

11 Там же.

12 Там же, л. 15.
—4 легких орудия и в редуте XIX—4 легких орудия с прикрытием
из 3 батальонов пехоты Г

7 мая к. осадному корпусу прибыл резерв, состоявший из 1-й
бригады 8-й дивизии с 6 орудиями легкой роты и расположив-
шийся па соединении дорог из деревень Калопетри и Алмалуй,
лицом к Афлотару; немного левее, «при вершине лощины1' выхо-
дящей из-за редута № XIX», фронтом к Силистрии, расположился
Тамбовский полк той же дивизии с остальными двумя орудиями

легкой роты 1 2.

Для прикрытия осадных войск с тыла «учреждена была сбе-
регательная цепь из казачьих полков»3, для разведывания не-

приятеля «посылались ежедневно разъезды по дорогам, ведущим
к Туртукаю, Раз гр аду и Шумле» 4.

Стремясь «открыть прочное сообщение с левым берегом» Ду-
ная п «приступить к перевозке на сию сторону осадных орудий,
снарядов и всего необходимого для предположенной операции»,

русское командование принимало меры к завершению «наводки
моста через главный рукав Дуная, в 2 верстах ниже Силистрии»5.

По сравнению с 1828 годом каких-либо существенных измене-
ний в укреплениях Силистрии не произошло. Противник сделал

попытку использовать редуты и ложементы, возведенные русски-
ми в прошлую кампанию, но 5 мая был выбит оттуда и поспешно

отступил в крепость.

Горы, окружавшие Силистрию, «командовали всею крепостью.
Против 5-го полигона покатость оных оканчивается не далее как
в 100—130 сажень. Они разделяются глубокими рытвинами, до-
ставлявшими необыкновенное удобство подойти к крепости на
близкое расстояние»6.

43 «Журнале осады крепости Силистрии» говорится, что хотя
очевидна была выгода для «открытия осады с южной стороны,
против 5 бастиона», было решено вести «оную с восточной сто-
роны против 1-го и 2-го полигонов, дабы ие лишиться вспомога-
тельных средств, от которых ожидали много пользы, а именно
от содействия флотилии и батарей на левом берегу Дуная устро-
енных» 7.

Автор журнала справедливо писал: «Отдаленность батарей
и действие флотилии не на ближайшей пушечный выстрел не мо-
гли сделаться важными вспомогательными средствами для ус-
пешной осады» 8.

Учитывая, вероятно, указанные обстоятельства, Дибич решил

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 15.

2 Там же.

3 Там же.

4 Там же.

6 Там же, л. 15 об.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4833, л. 6 об.

7 Там же, лл. 6 об. и 7.

8 Там же, л. 7.
открыть против 5 го полигона фальшивую атаку, ио с тем, что
если будет успех, то обратить ее в настоящую Г

Когда русские войска развернули осадные работы, сооружая
новые и восстанавливая прошлогодние укрепления, противник
сделал попытку помешать обложению крепости. 7 мая в 2 часа
дня турки предприняли вылазку из Силистрии против русского
левого фланга и «будучи подкрепляемы огнем из крепости, они
стали сильно теснить наших стрелков». Но вскоре подоспела ро-
та 12-го егерского полка, которая вместе с другими подразделе-
ниями обратила неприятеля в бегство 1 2.

Для того, чтобы прикрыть своп левый фланг и «удержать не-
приятеля от вылазок», русские войска построили у туртукай-
ской дороги редут № XXX, а между туртукайской и разградской
дорогами установили батарею № XXXIII.

Однако противник не оставлял попытки помешать осадным
работам русских. 9 мая турки снова сделали вылазку. Восполь-
зовавшись темнотой ночи, они прокрались лощиной между реду-
тами № XXIII и № XIX, а некоторые даже успели прорваться че-
рез ложемент3. Но подоспевший резерв 11-го егерского полка «в

мгновение ока» ударил «дружно в штыки» и опрокинул неприя-
теля с большим уроном 4.

В это время под Силистрию с левого берега Дуная прибыл
2-й пехотный корпус с 5-й дивизией под командованием генерала
Палена 5 и силы осадных войск возросли. В связи с этим 13 мая
была произведена передислокация. 5-я дивизия заняла центр, а
9-я дивизия перешла на левый фланг. Артиллерийские роты за-
нимали прежние места 6. Все осадные войска были разделены па
два отряда: правый in од начальством генерала Палена и левый
под командой генерала Красовского7 8. Две бригады 3-й дивизии
с двумя легкими ротами артиллерии и тремя казачьими полками

вошли в состав наблюдательного отряда генерала Крейца, нахо-
ПЫпптАГЛоа г» vauliuiiau ri о i i vj о viva [iru/rn'i rr гл 8

Лившегося с конницей па )разградскои дороге0.

В ночь с 13 на 14 мая на правом фланге, против первого поли-
гона была заложена первая параллель (АЛ) 9, и в то же вре-
мя «дабы отвлечь внимание» противника от этого пункта, со всех
батарей, устроенных на левом фланге против 5-го полигона, был
открыт сильный огонь, продолжавшийся до трех часов ночи 10.

Русская артиллерия заставила турок обратить весь огонь па
левый фланг русских, что позволило завершить работы иа правом

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 18.

2 ЦГВИА, о. ВУА, д. 4833. л. 7 об.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 17.

4 Там же.

5 Там же, л. 17 об.

6 Там же.

7 Там же.

8 Там же, лл. 17 об. и 18.

9 Там же, л. 18.

10 Там же.
фланге. Под прикрытием батарей в ночь с 14 на 15 мая наклевом
оланге была заложена 2-я параллель1 и с 20 мая фальшивая
атака «обращена -в настоящую» 1 2.

Ночью на 16 мая противник, вышедший из туртукайских во-
рот Силистрии в трех колоннах, сделал нападение на «левый
фланг атаки против 5-го полигона»3. Одна колонна численностью
до 500 человек, двинулась к глубокому оврагу, левее редутов
№ XIX и № XXIII, другая устремилась к редуту № XIX, а третья
к редуту № XXX4. В результате внезапной атаки туркам уда-
лось несколько потеснить передовые русские цепи, но подоспев-

шие две роты сдержали их, а ударом в штыки батальона Черни-
говского полка они «были смяты и прогнаны»5.

17 мая под Силистрию стала прибывать осадная артиллерия.
В течение ночи на 18 мая батарею № XXXIV вооружили осадны-
ми, а батарею № XXXV батарейными орудиями, которые откры-
ли «чрезвычайный огонь» по правому фасу бастиона № 5. «Дей-
ствие оного было столь удачно, что менее нежели в два часа

времени неприятельский огонь на сем бастионе погашен»6. Одна-
ко в целом артиллерия при осаде Силистрии использовалась сла-
бо. Всего на батареях правого берега Дуная действовало лишь
54 орудия.

В последующие дни продолжались осадные работы против
бастиона 5-го полигона. На первой параллели устроены были че-
тыре новые батареи №№ XXXVII, XXXVIII, XXL7. Эти батареи
значительно ослабили огонь 6-го бастиона.

В ночь па 23 мая была заложена 3-я параллель8 на расстоя-
нии 250 шагов от контр-эскарпа. На другой день противник сде-
лал вылазку, стремясь помешать осадным работам, но был отбит.

Между тем турецкая армия под командованием самого визи-
ря двинулась к Варне против войск генерала Рота9. Дибич узнал
об этом 17 мая из бумаг, изъятых у пленного турецкого курьера.
Главнокомандующий решил «предпринять движение от Силист-
рии с частью войск, под сею крепостью находившихся, для соеди-
нения с корпусом генерала Рота и наступления всеми силами на
армию визиря» 10. Под Силистрией русское командование имело
в строю около 39500 человек, а с артиллеристами и нестроевы-
ми— около 44500 человек. Для продолжения осады крепости
под командованием генерала Красовского было оставлено до
21500 человек (с артиллеристами и нестроевыми — до 24500 че-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4833, л. 10.

2 Там же, л. 12 об.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 18.

4 Там же, л. 18 об.

5 Там же.

6 Там же, л. 19.

7 Там же, л. 19 об.

8 ЦГВИА, ф. ВУА. д. 4833, л. 13.

9 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 20 об.

10 Там же.
ловек), а с остальными войсками численностью более 18000 чело-
век Дибич 24 мая двинулся против визиря Г

«В десять с половиною часов по полуночи па 24-е» 1 2 мая гар-
низон Силистрии сделал «сильную вылазку», сначала против 3-й
полупараллели (С. С.), а затем против батареи № ХХХШ. Но
войска, защищавшие полупараллель, отразили турок и они от-
ступили. Две неприятельские колонны, наступавшие на батарею
№ ХХХШ и по берегу Дуная были отражены штыковой контр-
атакой и бежали в крепость.

В расположении осадных войск произошли следующие изме-
нения: на правом фланге поставлена была восьмая дивизия, а 9-ц
егерский полк, переправившись с левого берега Дуная, разме-
стился у разградской дороги, около батареи № XIV3.

В последние дни мая «осадные работы» продолжались «со все-
возможной деятельностью»4. 3-я параллель была значительно
проложена вправо и влеро, и начаты два фланговых сообщения
со второю параллелью. Кроме того, в среднем коммуникационном
ходе был сделан большой ложемент для размещения резервов,
а на флангах 3-й параллели заложены две демонтир-батареи под
№ XLII и XLIII5. На правом фланге устраивалась новая бата-
рея под № XLI на 8 осадных орудий для действия против IV ба-
стиона 6.

Гарнизон Силистрии начал делать коптроапроши впереди и
параллельно куртине полигона № ,5, здесь турки закладывали
мины7. В ночь с 25 на 2р мая турки атаковали оба фланга 3-й
параллели, по были отбиты ружейным огнем8.

Действия артиллерии, в том числе боевых ракет9, хотя и выз-
вали в крепости разрушения и пожары, в частности были раз-
биты шумлинские и туртукайские ворота, не дали решительных

результатов.

Чтобы ускорить падение Силистрии, в конце мая было реше-
но перейти к минной воине, или, как говорилось в журнале оса-
ды Силистрии, «подвигаться вперед тихою сапою»10. Наме-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4808, лл. 5 об. и 6; д, 4843, лл. 5 об. и 6. Такие же
цифры приводит и Епанчин. Указ, соч., ч. 2, стр. 228. 'В «Историческом
журнале движений и действий войск, состоящих под начальством генерала
Красовского» ошибочно сказано, что 23 мая у русских под Снлистрмсп было
25 тыс. человек, из которых после ухода Дибича осталось 10 тыс. ЦГВИА,
ф. ВУА, д. 4825, л. 22. Эту же цифру — 10 тыс. человек — приводит и Лукья-
нович. Указ, соч., ч. 3, стр. 89. Такой же ошибочной точки зрения придержи-
вается и Мольтке.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 20 об.

3 Там же, л. 22.

4 Там же.

5 Там же.

6 Там же, л. 22 об.

7 Там же.

8 Там же.

9 Там же, л. 24. Под Силистрией действовала «Ракетная команда»,
см. ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4834, л. 38.

10 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4833, л. 17 об.
'гили «открыть в одно время 6 сап» !, ведя их по две на 5-й и 6-й
бастионы и две —к куртине. В ночь па 1 июня были сделаны
выходы из 3-й параллели для трех сап ближайших к ба’тарее
№ XLI1I, а в ночь на 2-е число — трех сан правого фланга той
же параллели 2.

1 июня Красовский получил сообщение о Кулевчинской по-
беде и на другой день предложил сераскиру Аджи-Ахмету и
трех-бунчужному паше Серт-Махмуту сдать крепость3, но они
ответили: «закон велит им защищаться до последней ’крайно-
сти» 4.

Несмотря на вылазки и контр-миццые работы противника,
русские настойчиво продолжали осаду. Днем 8 июня все четыре
мины, предназначенные для опрокидывания контр-эскарпа про-
тив пятого бастиона, были заряжены5.

7 июня командование силистрийского гарнизона предложило
приступить к переговорам о сдаче Силистрии. Переговоры состо-
ялись, но, поскольку турки добивались «сдачи крепости на осно-
вании капитуляции, заключенной при сдаче Браилова»6, а рус-
ское командование требовало безоговорочной капитуляции,
окончились безрезультатно.

8 июня были взорваны мины против 5 бастиона и обрушив-
шийся контрэскарп совершенно завалил в этом месте крепостной
ров, «земля с обеих сторон воронки приброшена к эскарпу и зак-
рыла оный выше кордона и тем образовался весьма удобный
вход па бастион» 7. Гарнизон крепости, ожидая штурма, открыл
сильнейший ружейный огонь, но русская артиллерия подавила
неприятельских стрелков8.

Русские войска приступили к венчанию гласиса и устройству
спуска в ров. Турки пытались мешать осадным работам. 12 июня
они взорвали две контр-мины, находившиеся позади коронова-
ния гребня гласиса, между сапами 3 и 4. Взрыв не причинил серь-
езного вреда инженерным работам9, но русские понесли большие
потери в людях—-только 13 июня 31 человек убитыми и 133 ра-
неными 10.

К 14 июня весь ров атакованного фронта и передовые верки
перед 6-м полигоном находились в руках русских. В этот день
продолжались минные работы под 5-м бастионом, взорвана одна
из мин, в результате чего обрушился один из углов этого бас-
тиона и. Накануне русские минеры установили, что турки произ-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4833, л. 17 об.

2 Там же.

3 Там же, л. 18.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 27 об.

5 Там же, л. 30.

6 Там же, л. 31.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4833, л. 21.

8 Там же.

9 Там же, л. 25 об.

10 Там же, л. 26.

11 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 40,
водят большие подземные работы. Действием нашей мины была
взорвана неприятельская 1. В иочьиа 15 июня была взорвана дру-
гая мина иод фасом 5-го бастиона и образовавшаяся воронка
вместе с обрывом плечевого угла открыла вход во внутренность
этого бастиона 2.

В последующие два дня минные работы увенчались новыми
успехами: 17 июня в шесть часов утра была взорвана мина, за-
ложенная под куртиной 5-го полигона, в результате чего обру-
шился эскарп, снесло весь бруствер и открылась «внутренность
города для действия по оному»3, в ночь на 18 июня была взорва-
на еще одна мина 4.

Таким образом, в результате успешной минной войны, рус-
ские войска твердо стали на гласисе, овладели рвом и пробили
5 больших брешей в крепостной степе, через которые могли во-
рваться в Силистрию5. При таких обстоятельствах турецким вое-
начальникам не оставалось ничего другого, как начать пере-
говоры о сдаче крепости. В результате переговоров, которые с
русской стороны вел начальник штаба 3-го корпуса генерал
Горчаков, турки 18 ию1|я сдали Силистрию на условиях, предло-
женных русским командованием: «I. Все войска, находящиеся в
силистрийском гарнизоне, сдаются военнопленными с оружием,
артиллерией, флотилией, всеми казенными принадлежностями
и имуществом, сохраняя собственность каждого. П. Все жители
магометанского вероисповедания с женами и детьми, не исклю-
чая жен и детей силистрийского губернатора со служителями
(только не военного зв'аиия и не более 25 человек), также с се-
мействами и имуществом могут выехать из крепости, куда забла-
горассудят, без оружия»6.

При сдаче Силистрии русские войска взяли богатые трофеи:
253 орудия, 23690 снар'ядов, 1042 боченков пороха, 16 канонер-
ских лодок, 46 шлюпок, баркасов и лодок, значительное коли-
чество оружия, более с+а знамен7 и три бунчука. Пленных турок
насчитывалось более 9 тысяч человек8, в том числе до 1500 боль-
ных и раненых9. За время осады турки потеряли до 7 тысяч че-

1 ЦГВИА,

2 ЦГВИА,

3 ЦГВИА,

ф. ВУА, д. 4825, л. 40 об.

ф. ВУА, д. 4833, л. 27 об.

ф. ВУА, д. 4825, л. 41 об.; д. 4833, л. 29.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 41 об.

5 Там же, л. 42.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 43 об., а также ф. ВУА, д. 4850, л. 77.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 44 об. Согласно выписке из «Исторического
журнала 3-го корпуса», взято 54 знамени. ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4834, л. 66.

8 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 45. В журнале осады кр. Силистрии гово-
рится, что военнопленными сдалось до 10 тыс. См. ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4833,
л. 31. Но Епанчин утверждает, что в плен взято около 8 тыс. чел. Указ, соч.,

ч. 2, стр. 179.

9 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 45 об.

12 Заказ 3234

177
ловек убитыми и ранеными 1, русские—убитыми 334 и ранеными
1540 человек2.

Получив известие о капитуляции Силистрии, Дибич прика-
зал Красовскому немедленно следовать к Шумле. Оставив
в Силистрии 8 батальонов пехоты и 3 казачьих полка, Красов-
ский 25 июня двинулся к Шумле3. Третья гусарская дивизия
генерала Мадатова, вместе с которой следовал отряд генерала
Малиновского, была направлена через Афлотарь и Акаданар.
Па Мадатова возлагалась задача «открывать разбойничьи шай-
ки и истреблять оные»4. В тот же день выступил отряд генерала
Фролова, состоявший из третьей бригады 5-й пехотной дивизии
с ее артиллерией и второй роты 6-го пионерного батальона. Ему
предписано было «следовать через Каургу до Козлуджи, где и
ожидать дальнейшего повеления»5.

Как уже говорилось выше, Силистрия занимала важное мес-
то в планах русского командования. В записке от 8 января 1829
года Дибич писал, что один из главных предметов «действий
будущей кампании состоит в том, чтобы овладеть Силистрией»6.
Когда крепость была взята, Дибич писал Николаю I, что это
важное приобретение обеспечивает нам «вторую операционную
линию и прочный базис на Дунае»7.

По правильно оценивая важное стратегическое значение Си-
листрин, Дибич и другие русские военачальники явно преувели-
чивали обороноспособность этой крепости. Будучи сторонниками
кордонной стратегии, Дибич и составитель плана осады Силист-
рии генерал Шильдер с самого начала кампании решили овла-
деть крепостью без штурма, «коего успех весьма часто сомните-
лен... и всегда сопряжен бывает с большой жертвой»8.

Хотя Силистрия была одной из лучших турецких крепостей
па Дунае, она не была сильной, а тем более неприступной. Ее
сравнительно легко можно было окружить, она не имела «над-
лежащих наружных» укреплений, вал был невысокий, ров не об-
ладал особенной защитой, а бастионы были малы, тесны и имели
«слабую фланговую оборону»9.

Осада Силистрии продолжалась 44 дня и стоила больших
людских и материальных жертв. За все это время ни разу не
была сделана попытка овладеть крепостью штурмом. Правда,

‘ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4833, л. 31.

2 Эти цифры приводит Епанчин. См. указ, соч., ч. 2, стр. 180. Он ссыла-
ется на «Изъяснение к плану осадных работ тротил кр. Силнсгрии в 1829 г.».
См. ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4997. Ио в журнале осады показано, что ранено 1253
человек а. Ом. ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4833, л. 30 об.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 48.

4 Там же.

5 Там же.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4699, л. 106.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4850, ч. 1, л. 21 «Русская старина», 1881, т. 32.
№ 12, стр. 715.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4833, лл. 1 >и 1 об.

9 Там же, л. 1 об.
после победы при Кулевче Дибич, желая ускорить поход за Бал-
каны, предписал Красовскому избегать насколько возможно
приступа, «но не колебаться, если бы ход осады сделал штурм
неизбежным» Но по словам Дибича, «милость божья спасла
пас от страшных последствий приступа», ибо в тот самый день,
когда намеревались штурмовать эскарп, «турки открыли перего-
воры» 1 2.

Можно смело утверждать, что, если бы в начале осады был
предпринят штурм, то Сплистрия была бы взята, и людские и
материальные потери не были бы столь велики. А главное — бы-
ло бы выиграно время и высвобожден целый корпус, который
можно было бы использовать па решающем направлении воен-
ных действий.

Следует подчеркнуть, что под Силистрией русское команде- I
ванне явно неумело и .слабо использовало артиллерию. Доста-
точно сказать, что из 408 орудий, в том числе 94 осадных, иа пра- 1
вом берегу Дуная действовало всего 54 орудия. Главную роль
при взятии крепости сыграла минная война. Нельзя не согла- '
ситься с Епанчиным, который писал, что Силпстрия «была поко-
рена исключительно лопатой и миной»3.

В 1829 году одновременно с движением русских войск к Си-
листрии перешел в наступление верховный визирь. Однако рус-
ская армия перехватала инициативу и 39 мая под Кулевчеп
нанесла турецким войскам решительное поражение4.

Кулевчмнекое сражение изменило обстановку на балканском
театре, создало благоприятные условия для забалканского по-
хода русской армии. Но этот поход был предпринят лишь после
того, как пала Силнст'рия.

1 |В|се(падда‘Н‘нейшее шнюьмо Дибича Николаю I от 20 июня 1829 г. «Рус-
ская старина», 1881, т. 33, № 12, стр. 716.

2 Там же.

3 Н. Е in а и ч и и. Указ, соч., ч. 3, стр. 404.

4 Подробное освещение сражения иод Кулсвчен см. В. А. Л я х о в. t
Кулевчинское сражение. Сб. научных работ Ярославского пединститута. Во-
просы истории, выпуск 88. Ярославль, 1972.
ГЛАВА 6

ДЕЙСТВИЯ ЧЕРНОМОРСКОГО ФЛОТА

В КАМПАНИИ 1829 ГОДА

И РУССКОЙ ЭСКАДРЫ В СРЕДИЗЕМНОМ МОРЕ

В 1827 — 1829 ГОДАХ

1. ДЕЙСТВИЯ ЧЕРНОМОРСКОГО ФЛОТА
В КАМПАНИИ 1829 ГОДА

А. В. Суворов в своем плане забалканского похода огромное
значение придавал завоеванию господства на море и взаимодей-
ствию армии и флота. «С самого начала войны, — писал он,—
iiafn флот должен отвоевать перевес на Черном море, побивая
неприятеля столько раз, сколько будет возможно, а по мере того,
как наши сухопутные войска подвинутся к столице (Константино-
полю. — В. Л.), наши эскадры очистят берега, овладев важными
пунктами, шце находящимися между Варной и устьем Констан-
тинопольского пролива, а именно: Месемврией, Бургасом и
Сизонолем» 2

Именно эта идея — идея тесного взаимодействия армии и
флота была положена в основу плана действий Черноморского
олота в кампанию 1828 года и особенно в 1829 году, когда рус-
ской армии предстояло совершить поход за Балканы.

В секретном предписании адмиралу Грейгу начальник Глав-
ного штаба Чернышев1 2 в апреле 1829 года писал, что перед фло-
том стоят две основные, тесно связанные задачи:

1. «Истребление флота неприятельского, если оный отважится
выйти в Черное море».

2. «За сим главным употреблением флота предлежат оному
действия или в совокупности с сухопутными войсками для дости-
жения одной и той же цели... или имеющие предметом облегчать
и способствовать будущим предприятиям армии»3.

1 «План, поданный графом Суворовым на утверждение ее .величеотва
русской императрицы в 1795 воду», «Русский архив», 1914, № 6—7, стр. 171.

2 А. И. Чернышев с 1828 по 1851 г. военный министр, а после •назначения
Дибича главнокомандующим 2-й армией, с 12 апреля 1828 года по 1 мая 1832
года одновременно — начальник Главного штаба. См. «Столетие военного Ми-
нистерства, 1802—1902 гг. Управление казачьих войск». СПб., 1902, стр. 159.

3 ЦГАВМФ, ф. 8, он. 1,д. 13, лл. 1 и 1 об; ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806,
лл. 89 и 89 об.
В зимней кампании 1828—1829 гг. Черноморский флот многое
сделал для того, чтобы «способствовать будущим предприятиям
армии». Особенно важное значение имели блокада Босфора, раз-
ведка в Фаросском заливе и взятие Сизополя.

Когда в конце сентября 1828 года русские войска и флот
овладели Варной и армия расположилась на зимние квартиры,
Черноморский флот постепенно был отправлен к русским берегам,
оставив для крейсерства у Босфора фрегат «Штандарт» и корвет
«Язон». Но затем в целях блокады Босфора 11 ноября из Севас-
тополя был направлен к Варне отряд контр-адмирала Кумани в
составе кораблей «Пимен» и «Иоанн Златоуст», фрегата «Ра-
фаил» и брига «Ганимед».

Кумани действовал активно: проводил блокаду Босфора, по-
сылал корабли в крейсерство к Костантинополю и берегам Ана-
толии. О том, какое большое значение правящие круги царской
России придавали действию Черноморского флота, свидетель-
ствует, в частности, отношение Нессельроде к Грейгу от 7 декабря
1828 года. Он указыва/i, чтобы «российские военные корабли, коп
крейсируют около устья Босфора, имели бдительнейший надзор,
дабы суда, отправляемые из турецких портов на Черном море,
как-то Требизонда, Синопа и других, не могли доставлять про-
довольствия столице турецкой»1.

В начале декабря {(умани предпринял разведку в Фаросском
заливе, который, в случае похода русской армии за Балканы,
имел большое стратегическое значение. Расположенные по по-
бережью залива морские крепости Месемврия, Ахеоло, Бургас и
Сизополь, будучи хорошо защищены от ветров, могли бы быть
удобными местами для стоянки кораблей и опорными пунктами
эусских войск за Балканами. «Весь Фаросский залив, — писал
Кумани в секретном рапорте Грейгу, — одарен натурно чрезвы-
чайным местоположением и удобно приступеп для всяких судов,
в нем могут поместиться целые флоты, и быть в оном покой-
ными» 1 2.

Правильно оценив значение Фаросского залива, Кумапи пи-
сал, что «укрепления Ахеоло, Месемврии, Бургаса и Сизополя в
нынешнем их положении не страшны»3. Они плохо вооружены и,
так как глубина позволяет русским кораблям подойти к ним на
расстояние орудийного выстрела и высадить десант, «не могут
долго противиться».

Контр-адмирал Кумани особенно большое значение придавал
внезапному захвату Сизополя, ибо «сие место есть единственное
для всех предприятий на Фаросский залив»4. Хотя Сизополь был
слишком удален от будущей операционной линии русской армии,

1 ЦГАВМФ, ф. 243, on. 1, д. 2916, лл. 1 п 1 об.

2 ЦГАВМФ, ф. 8, о.п. 3, д. 348. Секретный рапорт контр-адмирала Кумани
Грейгу А. С. с описанием Фаросского залчвва, л. 1.

3 Там же, л. 3.

4 Там же, л. 2 об.
он имел важные преимущества. Будучи самым защищенным пор-
том на западном берегу Черного моря и находясь в близком рас-
стоянии от Босфора, Сизополь мог стать не только главной га-
ванью флота, но и плацдармом и продовольственной базой рус-
ской армии на южной стороне Балкан. Оценив всю важность
Сизоиоля для забалканского похода русской армии, Кумани тог-
да же, в первой половине декабря, представил генералу Роту
проект «плана завладеть оным». Он просил выделить ему для де-
санта 1000 человек и разрешить атаковать Сизополь, гарантируя
не только захват, но и удержание города до перехода русской ар-
мии через Балканы. Однако бездарный Рот оказался не в состоя-
нии попять и оценить предложение Кумани 1. Грейг поддержал
план снаряжения десантной экспедиции для взятия этой крепос-
ти. «Овладение Сизополем,— писал Грейг начальнику Главно-
го штаба, — я почитаю весьма нужным и даже необходимым, для
способствования военным действиям, па будущую кампанию»1 2.

Главнокомандующий фельдмаршал Витгенштейн вообще не
отличался решительностью и самостоятельностью и без указаний
из Петербурга не мог сделать ни шагу. План Кумани был направ-
лен на утверждение Николаю I, и прошло целых два месяца,
прежде чем последовало указание взять Сизополь. Оно было по-
лучено в конце января 1829 года, когда отряд Кумани ушел в Се-
вастополь3. Плохая погода заставила его вернуться в Варну,
где он узнал, что его отряду поручено взять Сизополь.

11 февраля эскадра в составе кораблей «Пимен», «Пантелей-
мон», «Императрица Мария», фрегатов «Рафаил» и «Евстафий»
и канонерских лодок «Сердитая,» «Барсук» и «Тарантул» с десан-
том, состоявшим из Охотского и Камчатского пехотных полков,
роты пионер и роты легкой артиллерии, всего 1162 человека и
10 орудий4, снялась с якоря и отправилась в Фаросский залив.

Кумани получил указание обратить особое внимание на тес-
ное взаимодействие морских и сухопутных сил: «...ни в коем слу-
чае не предоставлять сухопутные войска на берегу собственным
своим силам, а всегда поддерживать их непосредственно воен-
ными судами» 5.

Утром 15 февраля Кумани с эскадрой и десатными войсками
прибыл на Сизо-польский рейд6. Крепость Сизополь была (Защи-
щена каменной стеной, тремя батареями и редутом, который на-
ходился у подошвы горы. Когда русские корабли стали подходить
к городу, турецкая артиллерия открыла огонь. Кумани потребо-
вал капитуляции гарнизона.

1 ЦГАВМФ, ф. 8, от. 3, д. 348. Секретный рапорт контр-адмирала Кумани
Грейгу с описанием Фаросского залива, л. 2 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806. Рапорт Грейга начальнику Главного штаба
от 20 января 1829 года, л. 1.

3 Его смешил отряд кораблей контр-адмирала Стюжевского.

4 В. И. Мелихов. Указ, соч., «Морской сборник», 1850, т. 3, № 6, стр. 396.

5 ЦГВИА, о. ВУА, д. 4806, л. 6 об.

G ЦГВИА, ф. ВУА д. 4818. Журнал 6-го пехотного корпуса. 1829, л. 11.
Когда противник отказался капитулировать, русские корабли
открыли огонь но крепостной стене, батареям и редуту. Подавив
и заставив замолчать неприятельские батареи, русские стали го-
товить высадку десанта. Но в 4 часа дня на флагманский корабль
«Пимен» прибыл турецкий парламентер, сообщивший, что гарни-
зон согласен сдать город, но при условии сохранения оружия и
свободного выхода. Кумани потребовал безоговорочной капиту-
ляции не позднее 6 часов вечера 1, угрожая в противном случае
решительным штурмом и разрушением крепости1 2.

Ввиду отказа турецкого командования капитулировать, Ку-
мани приказал подвергнуть город усиленной бомбардировке и
готовить высадку десанта. На рассвете 16 февраля десантные
войска и 500 человек гвардейского и флотского экипажей под
командованием подполковника Лисецкого, прикрываемые огнем
орудий фрегатов, высадились на берег3.

Огонь корабельной артиллерии и решительные действия де-
санта сломили сопротивление турок: ночью значительная часть
гарнизона бежала из города, и комендант Халил-паша, понимая
бессмысленность дальнейшей борьбы, объявил о капитуляции и
прибыл к Кумани с ключами от города4.

При занятии Сизополя были взяты в плен начальник гарни-
зона паша Бепдерли-Халил, 6 офицеров, 13 чиновников из свиты
паши, 32 человека нижних чинов и трофеи: 11 орудий, 2 знамени
и значительное количество боеприпасов и продовольствия5.

Взятие в течение суток приморской крепости Сизополь, имев-
шей значительные укрепления и многочисленный гарнизон, было
крупным успехом русского флота и армии. Большую поддержку
русским при овладении городом оказало местное, главным обра-
зом болгарское и греческое население. Появление русских войск
па южной стороне Балкан способствовало подъему национально-
освободительного движения болгарского народа. Была образо-
вана Сизопольская болгарская дружина.

Штурм крепости крраблями с помощью десанта свидетель-
ствовал о продолжении традиций Ф. Ф. Ушакова.

Овладев Сизополем, писал военный министр Чернышев Грей-

1 Кумани в подробном донесении о занятии Сизополя пишет, что для
окончательного ответа он назначил Халнл-паше время до 6 часов вечера
15 февраля (ЦГВИА, ф. ВУА, д. 484.2, л. 27 об.). В /Куриале 6-го пехотного
корпуса говорится, что Кумани потребовал безо.го1воро1411он кани т ул иции не
позднее 6 часов утра 16 февраля. Ссылаясь на Журнал 6-го корпуса,
Л. II. Пентюхов считает, что адмирал установил срок до 6 часов утра 16 фев-
раля (Из истории русско-турецкой* войны 1828—'1829 гг. «Вестник Ленинград-
ского университета», № 2, 1957, стр. 226). Изучив архивные и опубликованные
источники, мы пришли к заключению, что Кумани потребовал капитуляции
до 6 часов вечера 15 февраля, о чем он и пишет сам в донесении.

2 ЦГВИА ф. ВУА, д. 4842, л. 27 об.; д. 4806, л. 12.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4842, л. 28.

4 Там же, л. 28 об.

5 Там же, л. 28а об.
гу, русские войска стали твердой ногой на западном берегу Чер-
ного моря, па южной стороне Балкан 1.

Дибич начал понимать всю важность иметь «твердый пункт
в Фаросском заливе». Он предписал Грейгу удержать «хороший
рейд Сизоноля, с тем, чтобы в оном пункте заготовить заранее

часть запасов продовольствия ко времени перехода нашего
Балканы и иметь удобное место для высадки войск»1 2.

за

Взятие Сизоноля имело большое значение для действий рус-
ской армии и флота в кампании 1829 года. Он стал базой Чер-
номорского флота за Балканами еще до начала наступления
главных сил русской армии.

Дибич рекомендовал Грейгу принять меры, чтобы удержать
Сизополь. Было ясно, что турки, понимая стратегическое значе-
ние этого приморского города-крепости, будут пытаться вернуть
его. Немедленно были приняты меры к усилению обороны Сизо-

ноля: восстанавливались старые и возводились новые укрепления,
с кораблей были свезены 23 орудия и снаряды, иа корабле «Пи-
мен», фрегате «Рафаил» и купеческом судне прибыли новые воин-
ские части, в том числе Украинский и Днепровский пехотные
полки3. Командовать сухопутными войсками, которых насчиты-
валось в городе около 3 тысяч человек4, было поручено началь-
нику штаба 6-го корпуса генералу Вахтену5. На рейде постоянно
находились русские военные корабли.

Турки, собрав в Бургасе до 4000 человек пехоты и 1500 кон-
ницы6, направили их на Сизополь. На рассвете 28 марта этот
отряд под командованием Гуссейн-паши атаковал нагорный ре-
дут перед городом, который оборонял 2-й батальон Азовского
полка под командой майора Лебедева7. «Нападение турок было
самое отчаянное и несмотря на картечный огонь восьми орудий,
в редуте находящихся, сильный ружейный огонь и брошенные в
ров гранаты, они, спустись в оный, старались взобраться в редут
через бруствер» 8.

Войска сизопольского гарнизона поспешили на помощь азов-
цам и решительно контратаковали противника. 2-й батальон Кам-
чатского пехотного полка был направлен правее редута, а 2-й
батальон Украинского полка левее редута; 1-й батальон Камчат-
ского полка с двумя легкими орудиями, подкрепляемый Днеп-
ровским пехотным полком, Вахтен повел на правый фланг не-
приятеля, стремившегося к воротам редута. Все эти батальоны

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806. Предписание Чернышева Грейгу от 23 фев-
раля 1829 рода, л. 13 об.

2 Там же, предписание Дибича Грейгу от 6 марта 1828 года, л. 16

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4818, лл. 12 об. и 13.

4 Г. Мольтке. Указ, соч., «Военный сборник», 1878, № 5, стр. 3.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4818, л. 13.

6 ЦГВИА, ф. В У А, д. 4591, ч. 1. Рапорт Дибича Николаю I от 7 апреля
1829 года, л. 348.

7 Там же.

8 Там же, л. 348 и 348 об.

184

t
«с барабанным боем и криками ура, подошли, несмотря на силь-
ный; ружейный огонь с неприятельской стороны, на самое близкое
к нему расстояние и бросились в штыки. Легкие орудия действо-
вали картечью» Г

«Стремительным нападением неприятель был опрокинут и
спасался бегством. Его преследовали до самых дальних от Снзо-
поля высот, где он и скрылся... а оттоль горами пробирался

IIO

направлению к Бургасу»1 2.

Во время этого боя русские корабли и канонерские лодки,
стоявшие у берега па правом фланге позиции, «также действова-
ли по неприятелю, чем и содействовали атаке сухопутных
войск»3.

Отражение наступления турок еще раз показало всю важ-
ность взаимодействия сухопутных войск и флота как при осаде,

так и при обороне приморских крепостей.

Зел и под Анапой

Варной в 1828 году войска и флот тесно взаимодействовали при
осаде, то под Сизонолем они совместно действовали п при взятии
и при обороне крепости. Таким образом, принцип Ф. Ф. Ушакова
«корабли штурмуют бастионы» получил дальнейшее развитие
«корабли защищают бастионы».

Потери противника при попытке овладеть Сизонолем были
значительны. Не считая убитых и раненых, увезенных турками,
на поле боя и иа пути бегства они оставили 251 убитого и 5 плен-
ных. Русские потеряли 73 человека ранеными и 27 убитыми 4.

Одновременно с действиями под Сизонолем эскадра Кумапи
несла активную крейсерскую службу у Босфора и особенно в Фа-
росском заливе.

Получив сведения, что между Бургасом и Фаросом скрытно
находятся несколько турецких купеческих судов, а в Фаросе —
паром, Кумапи направил туда бриг «Ганимед». 28 февраля моря-
ки захватили 2 судна, ца одном из которых было два орудия,
7 судов сожгли и уничтожили5, захватили также паром, нагру-
женный сухарями до 100 пудов6.

В марте эскадра Кумапи продолжала активное крейсерство.
Желая овладеть Ахеоло, Кумапи с тремя линейными кораблями,
двумя фрегатами и тремя канонерскими лодками 11 марта приб-
лизился к этому приморскому городу-крепости и в течение ночи
бомбардировал его7. Но 12 марта на рассвете «начавшийся вос-
точный ветер с мрачностью... побудил Кумапи возвратиться в
Сизополь»8.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4591, ч. 1, лл. 348 об. и 349. ЦГАВМФ, ф. 8, on 1,
д. 13. Рапорт Кумапи Грейгу от 28 марта 1829 года, лл. 5 и 5 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4591, ч. 1, л. 349.

3 Там же.

4 Там же.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4818, лл. 13 и 13 об.

6 Там же, л. 13 об.

7 Там же, лл. .15 об. —16 об.

8 Там же, л. 16 об.
21 марта командир брига «Ганимед» капитан-лейтенант уша-
ков, крейсируя близ мыса Ийады, увидел около берега турецкое
судно, погнался за ним и овладел им. Груженное чугунными яд-
рами и углем судно следовало в Константинополь. Ушаков от-
правил его в Сизополь Г

В это время Главный штаб в Петербурге, командований 2-й
армии и Черноморского флота разрабатывали планы кампании
1829 года. Важное место в планах кампании 1829 года па балкан-
ском театре русское командование отводило приморской крепос-
ти Варна, которая открывала русской армии дорогу на Констан-
тинополь. Учитывая стратегическое значение Варны, русское
командование укрепило ее сооружения, усилило гарнизон 1 2, и уже
в конце ноября 1828 года она «находилась в оборонительном по-
ложении» 3.

Большое внимание было обращено на усиление боеспособнос-
ти Черноморского флота. Ремонтировались старые суда и строи-
лись, вооружались и укомплектовывались экипажами новые
корабли, в том числе: 84-пушечный «Анапа» и 60-пушечные «Ар-
хипелаг» и «Эривань» 4. Если с укомплектованием экипажей су-
дов нижними чинами дело обстояло относительно благополучно,
так как в конце 1828 года был проведен рекрутский набор5, то в
офицерах ощущался острый недостаток. Об этом Грейг писал в
феврале 1829 года военному министру Чернышеву6, приложив к
своему рапорту следующую ведомость7, с указанием каких и
сколько командиров недостает:

Капитанов I ранга Капитанов И ранга Капитан- лейте- нантов Лейте- нантов Мичманов
По штату положено 17 17 68 204 204
Состоит И 17 53 156 165
11едостаст 6 — 15 48 39

В начале марта Чернышев ответил Грейгу, что «недостающее
в Черноморском флоте число офицеров высочайше поведено по-
полнить переводом в оный соответствующего числа из Балтий-
ского флота»8.

Перед началом кампании 1829 года Черноморский военный
флот состоял из 38 вымпелов: 10 кораблей, 5 фрегатов, 5 бригов,

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4818, л. 18.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4473, л. 114 об.

3 Там же.

4 ЦГАВМФ, ф. 8, он. 4, д. 11, л. 17.

5 Второе полное 'собрание законов, т. 3, 1828, стр. 792.

ь ЦГАВМФ, ф. 243, он. 1, д. 3034. Рапорт Грейга Чернышеву от 28 фев-
раля 1829 года, лл. 14 и 11 об.

7 Там же, л. 13.

8 Там же. Отношение Чернышева Грейгу от 10 марта 1829 года, лл. 36
<п 36 об.
одного парохода и 17 других судов. Личный состав насчитывал
10 360 матросов и офицеров Г

Как уже отмечалось выше, Черноморскому флоту предстояло
«способствовать будущим предприятиям армии». Составной
частью этой задачи являлась доставка армии продовольствия и
военных припасов. В 1829 году был разработан «проект правил
к успешному доставлению провианта, запасов и снарядов в
Кистенджи, Кавариу, Варну и другие приобретенные места Тур-
ции, российскими войсками занятые или вперед к занятию под-
лежащие» 1 2. В (Проекте подчеркивалось, что «с усилением войны
против турок и распространением наших завоеваний вдоль чер-
номорского берега усиливаются и требования продовольствен-
ных и военных запасов для армии нужных» 3. Командирами су-
дов, перевозящих запасы для армии, назначались флотские офи-
церы 4.

В целях лучшей организации заготовки и доставки продоволь-
ствия в действующую ррмию был образован особый комитет, со-
стоявший из нескольких старших морских офицеров, представи-
телей купечества и генерала. Было решено шире использовать
для транспортировки купеческие суда. Самодержавно-бюрокра-
тические порядки, лихоимство чиновников и интендантов мешали
снабжению армии, но [гем не менее сделано было много.

Определив две основные задачи флота в кампании 1829 го-
да — «истребление неприятельских морских сил» и содействие
наступлению русской армии за Балканы, военное министерство
указало Грейгу, что действия флота «ио берегу моря на прост-
ранство от Варны до ^Босфора» должны делиться на два перио-
да: до перехода русской армии Балканских гор и после перехода
через них5. «Способствовать, — писал Чернышев Грейгу, — сна-
чала предприятиям армии по сю сторону гор... а впоследствии и
успеху решительных действий наших за Балканами. Само собою
явствует, что и способу и степень содействия флота сухопутным
войскам... должны быть согласованы с общими предначертания-
ми кампании» 6.

Таким образом, в первый период флот должен был содейст-
вовать переходу русской армии ререз Балканы, а во второй —
содействовать наступательным действиям армии и обеспечивать
ее снабжение. При этом и в первый и во второй периоды самой
важной задачей являлось истребление турецкого флота, если бы
он отважился выйти в Черное море, и строжайшая блокада Бос-
фора.

В соответствии с планом, новая кампания на балканском те-

1 ЦГАВМФ, ф. 8, on. 1, д. 11, лл. 22—23.

2 ЦГАВМФ, ф. 243, on. 1, д. 3034. Проект «правил, лл. 24—28.

3 Там же, л. 24 об.

4 Там лее, л. 9.

5 ЦГАВМФ, ф. 8, on. 1, д. 13, л. 2; ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806, лл. 90н90об.

6 Там же.
атре должна была начаться в апреле 1829 года с осады Силист-
рии. После падения этой крепости русская армия, оставив один
корпус для осады Шумлы, начинала поход за Балканы. Руковод-
ствуясь этим планом, новый главнокомандующий 2-й армией ге-
нерал Дибич1 в начале марта представил Грейгу свои сообра-
жения о действиях флота1 2. Он указывал, что в первый период
кампании следует сделать демонстрацию к Босфору, совершить
нападение па Килию или Риву, а затем на Инаду и, высадив де-
сант, уничтожить чугунолитейный завод в Самокове. После это-
го флот должен был идти к Босфору, а в июле вернуться в Варну
п принять десант для переброски его в тыл турецких войск, в то
время, как русская армия будет наступать за Балканы3.

Приняв десант «примерно до одной дивизии пехоты... выса-
дить оную в Фаросский залив, вместе с нею овладеть Бургасом
и другими важными точками и обеспечить охранение тех мест.
Пособие сие есть нужнейшее и важнейшее, ибо прибытие значи-
тельного отряда в Бургас немедленно отвлечет турецкие войска,
кои бы приняли намерение защищать укрепленные тесные прохо-
ды Балкан, и через то облегчит много движения наших главных
сил» 4.

О задачах флота во второй период Дибич ничего определен-
ного не говорил, ограничившись заявлением, что дальнейшие его
действия «вполне зависеть будут от обстоятельств»5.

В этот план действий Черноморского флота, в целом отвечав-
ший задачам кампании 1829 года, Николай I и его советники
вносили дополнения и поправки, которые кроме путаницы ниче-
го дать не могли.

Чернышев в феврале 1829 года писал Грейгу, что его импе-
раторское величество поручает ему «обратиться со всем фло-
том... прямо из гаваней наших к азиатскому берегу и сделать
сильную демонстрацию против Синопа»6.

Эту «идею» царя о «демонстрации против Синопа» поддер-
жал Дибич. Он писал Грейгу в начале марта, что овладение
Синопом может «иметь весьма выгодное влияние на действия
наши в Азии и даже в Европе отвлечением значительных сил
апатольских ополчений» 7.

Демонстрация к Синопу, подсказанная, вероятно, Николаю I
генералом Пасквичем и имевшая целью отвлечь турецкие войска
во время наступления Кавказского корпуса на Эрзерум, была

1 До февраля 1829 года Дибич был начальником Главного IIIгаба'и, ко-
нечно, хороню знал платы действий флота.

2 ЦГВИА, ([). ВУА, д. 4806. Отношение Дибича Грейгу о плане действий
MepHOMopicKoro флота о г 6 марта 1829 года, лл. 16—17.

3 Там же, л. 16 об.

4 Там же.

5 Там же, л. 17.

° Там же. Отношение Чернышева Грейгу от 23 февраля 1829 года,
л. 13 об.

7 Там же. Отношение Дибича Грейгу от 6 марта 1829 года, л. 17.
непозволительной роскошью. Она отвлекла флот от выполнения
главных задач и требовала выделения для десанта значительно-
го числа войск из 2-й армии.

Зная, вероятно, о желании Николая I и его фаворита Паске-
вича организовать экспедицию к Синопу, Грейг в рапорте к Чер-
нышеву еще в январе 1829 года высказал свои соображения о
взятии Синопа. «Что касается до Синопа,—писал он,—то покоре-
ние сего места может быть предпринято с вероятным успехом,
если сделано будет внезапное сильное нападение; но для сего я
почитаю нужным иметь не менее 12 тысяч войска иод ружьем...
>1 полагал бы овладеть оным (Синопом. — В. Л.) внезапною вы-
садкою десанта и решительным штурмом под прикрытием
флота» Г

Грейг не мог не учитывать желаний царя. Он требовал для де-
санта целую пехотную дивизию, которую командование 2-й ар-
мии выделить не могло, а это ставило организацию экспедиции
к Синопу под сомнение.

Экспедиция к Синопу не состоялась, так как в Петербурге
пришли к выводу о необходимости отложить ее «впредь до удоб-
ного времени» 1 2.

При обсуждении планов совместных действий флота и сухо-
путных войск возник вопрос об овладении Бургасом. Генерал
Рот предложил «истребить как турецкие укрепления, так и весь
город (Бургас. — В. Л.) до основания»3. Предложение Рота
вызвало возражение Дибича по политическим и военным сооб-
ражениям. «Разорение Бургаса, писал он Грейгу, населенного
почти весь христианами и долженствующего по переходе пашем
за Балканы служить нам самим главной в Румелии опорой...
есть противное собственным нащим выгодам и может вообще
восстановить против нас жителей Румелии»4.

Б соответствии с планом кампании, Грейг должен был посто-
янно следить за азиатским берегом Черного моря, посылать
туда корабли для крейсерства.

Таким образом, in ер ед Черноморским флотом в камшапни
1829 года стояли ответственные и сложные задачи: обеспечить
господство на Черном море, содействовать забалкапскому похо-
ду русской армии и нести крейсерскую службу у западного и
азиатского берегов Черного моря.

Между тем Оттоманская Турция также усиленно готовилась
к продолжению войны на море. В течение зимы были отремон-
тированы и оснащены 4 корабля, участвовавшие в Паварппском
сражении. Определить точно численность турецкого флота перед
кампанией 1829 года невозможно.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806. Рапорт Г.реига начальнику Главного штаба
от 20 марта 1829 пода, л. 1 об.

2 Там же. Отно.ш,е.н1ие Чернышева Дибичу от 2 марта 1829 года, л. 47.

3 Там же. Отношение Рота Кумани от 30 января 1829 года, л. 4 об.

4 Там же. Отношение Дибича Грейгу от 6 марта 1829 года, л. 16.
Хотя английские правящие круги и твердили о политике ней-
тралитета н невмешательства, они помогли Оттоманской Порте
в подготовке к кампании 1829 года. Англия продала Турции
военный пароход, оказывала помощь в разработке плана дейст-
вий военно-морского флота, посылала своих советников. «Порта
купила пароход, писал барон Гюбш Грейгу, прибывший из Лон-
дона, за 50 тысяч пиастров. С этим пароходом прибыл господин
Аптель, английский офицер, с намерением предложить свои
услуги Порте. Говорят, что он доставил К а пуда н-паше различ-
ные планы направлений флота, когда тот выйдет в море» 1.

Активную помощь Турции продовольствием и оружием оказы-
вала Австрия1 2.

В связи с тем, что турецкий план войны па балканском театре
в 1829 году предусматривал в целом оборонительные действия,
перед флотом также ставились в основном оборонительные зада-
чи. Правда, турецкое командование намечало наступление иа
Варну, в котором, вероятно, должен был участвовать и флот, но
это ие меняло общего оборонительного характера военных дейст-
вий турок.

Кампания 1829 года началась в первых числах мая движени-
ем войск 2-й армии к Силистрии. Главные силы Черноморского
флота оставили Севастополь и 17 апреля соединились с эскадрой
Кумапи в Сизополе, который стал главной базой Черноморского
флота до самого конца войны3. В объединенной эскадре Грейга
было 9 линейных краблей, 5 фрегатов, 4 брига, 1 шхуна, 2 ка-
тера, 3 бомбардирских судна, 3 канонерские лодки и 1 пароход4.
Флаг командующего эскадрой был поднят на корабле «Париж»5.

Базируясь па сизопольский рейд, русская эскадра могла сле-
дить за действиями неприятельского флота, прикрывать запад-
ный берег Черного моря, снабжать армию по морю и обеспечи
вать ее наступление за Балканами, а также направлять крейсеры
к Босфору и азиатскому берегу. При этом главной задачей эс-
кадры оставалось истребление турецкого флота, если он отважит-
ся выйти в Черное море6.

Важнейшее место в планах командования Черноморского фло-
та занимал вопрос о взаимодействии с сухопутными войсками.
Грейг писал Дибичу в самом начале кампании: «Для соображе-
ния при дальнейших предприятиях флота, — мне весьма полезно
бы иметь в виду военные известия главной действующей армии»7.
Оп просил сообщать ему «подобные сведения».

1 ЦГАВМФ, ([). 8, онг 1, д. 360. Письмо датского посланника в Константи-
но юле Гюбш а Грейгу, лл. 1 .и 1 об.

2 ЦГВГ1А, ф. ВУА, д. 472.3, лл. 43, 100.

3 ЦГАВМФ, ф. 243, он. 1, д. 3161, л. 1 об.

4 «Боевая летоииись русского' флота». М., 1948, ст,р. 205.

5 Та;м же.

° ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806. Отношение Чернышева Грейгу от 3 апреля
1829 года, л. 89.

7 Там же. Отношение Грейга Дибичу от 6 мая 1829 года, л. 103.
Понимая, что от господства русского флота па Черном море
во многом зависит успех всей кампании. Грейг сразу же но при-
бытии в Сизополь, 21 апреля, направил для блокады Босфора
отряд кораблей капитана I ранга И. С. Скаловского Г Отряд со-
стоял Из линейных кораблей «Пармен» и «Иоанн Златоуст»,
фрегата, бригов «Меркурий» и «Мингрелия»1 2.

Бездоказательным является утверждение Л. И. Лебедева, что
«в сознании главнокомандующего флотом не было совершенно
места понятию «господства на море, владения морем», что глав-
нейшей обязанностью флота Грейг считал «оборону Сизоноля от
нападения на него турецкого флота»3.

Лебедев утверждает, что Грейг, находясь в Сизополе, ничего
не сделал, чтобы разбить турецкий флот, который несколько
раз выходил из Босфора, свободно плавал по Черному морю и
даже приближался па расстояние 10 миль к базе русской эскад-
ры 4. Эти утверждения не имеют ничего общего с действитель-
постыо.

Изучение широкого круга архивных и опубликованных источ-
ников убедительно свидетельствует, что русский флот действо-
вал активно и решительно, и если ему ни разу не удалось всту-
пить с главными турецкими морскими силами в решительное
сражение, то только потому, что каждый раз противник поспешно
отступал и укрывался в Босфоре.

Нельзя ие согласиться с адмиралом В. И. Мелиховым, на-
чальником штаба флотр, который писал: «Безуспешность поис-
ков за турецким флото^м может с первого взгляда быть припи-
сана недостатку деятельности, но беспристрастное исследование
всех обстоятельств докажет, что причина, по которой мы ни од-
ного раза не были в состоянии встретиться с неприятелем в море,
заключалась в одном изумительно благоприятном для турок
стечении обстоятельств, что тут не было ничего, кроме счастья,
против которого бессильны и искусство и опытность» 5.

Постараемся показать несостоятельность утверждений Лебе-
дева, что «со стороны высшего командования во флоте за 2 года
войны не было принято ни одного правильного решения, ие вы-
полнено ни одного действия по главной цели флота — для ут-
верждения господства па море» 6.

1 В. И. Мелихов. Указ, соч., «Морской сборник», 1850, т. 3, стр. 474.

2 Там же, стр. 473. К этим кораблям должны были присоединиться суда,
крейсировавшие у Босфора.

3 А. И. Лебедев. Военные действия на Черном море в войну
с Турцией 1828'—4829 гг. «История русской аришин и флота», вып. 9. М., 1913,
стр. 217.

4 Там же, стр. 226.

5 В. И. Мелихов. Указ, соч., «Морской сборник», 1850, т. 4, № 9,
стр. 212.

6 А. И. Лебедев. Указ, соч., «История армии и флота», вын. 9,
стр. 229.
Направляя отряд капитана I ранга Скаловского к берегам
Анатолии, Грейг поставил перед ним задачу следить за действия-
ми турецкого флота. 26 апреля бриг «Орфей» прибыл в Сизополь
с сообщением о выходе турецкой эскадры в море. Оставив часть
судов под командованием Кумани в Сизополе, Грейг с главными
силами эскадры двинулся навстречу турецкому флоту1. Однако
турки уклонились от решительного боя и поспешили укрыться в
Босфоре.

Возвратившись 30 апреля в Сизополь, Грейг продолжал при-
нимать меры, чтобы выманить турецкий флот в море и навязать
ему решительное сражение. Он послал корабль «Норд-Адлер»
для усиления отряда Скаловского, который должен был некото-
рое время крейсировать у берегов Анатолии, «дабы выманить
б уде можно неприятельский флот в море, прекратить сообщение
Босфора с прочими турецкими портами и, наконец, сделать не-
которую демонстрацию появлением в тех местах судов наших»1 2.

В целях быстрого обнаружения выхода неприятельского фло-
та в море Грейг учредил эстафетное крейсерство кораблей от
Босфора до Сизополя.

Выполняя главную задачу — обеспечение господства на море,
наблюдая за Босфором, командование Черноморского флота в
то же время проводило активное крейсерство у берегов Румелии
и Анатолии.

21 апреля катер «Жаворонок», заметив в Бургасском заливе
турецкий баркас, стоявший под защитой двух береговых батарей,
решительно его атаковал и уничтожил3.

25 апреля, крейсируя у берегов Анатолии, Скаловский обна-
ружил на горизонте неприятельские торговые суда, для преследо-
вания которых послал 44-пушечный фрегат «Штандарт» и 18-пу-
шечпый бриг «Мипгрелия». Турецкие суда устремились к берегу,
под защиту береговых батарей в бухте Шили. Войдя в бухту,
русские корабли, несмотря на огонь береговых батарей, четыре
судна сожгли, три затопили, одно расстреляли 4, а два захва-
тили 5.

29 апреля 44-пушечный фрегат «Поспешный» и 18-иушечпый
бриг «Меркурий» отрезали от берега и захватили «три малые
судна» 6.

3 мая отряд Скаловского в составе 3 линейных кораблей,
2 фрегатов и 1 брига подошел к Пендераклийскому заливу, где
иод защитой береговых батарей и укреплений стояли неприя-

1 ЦГАВМФ, ф. 243, on. 1, д. 3161. Письмо Грейга Дибичу от 26 апреля
1829 года, л. 10.

2 Там же, Письмо Грейга Николаю I от 5 мая 1829 года, л„ 11 об.

3 «Боевая летопись русского флота», стр. 205.

4 ЦГАВМФ, ф. 243, on. 1, д. 3161. Рапорт Скаловского Грейгу от 30 ап-
реля 1829 пода, л. 15 об.

ь «Боевая летопись русского флота», стр. 205.

6 ЦГАВМФ, ф. 243, on. 1, д. 3161. Рапорт Скаловского Грейгу от 30 ап-
реля 1829 года, л. 20.
телнекие военные и торговые суда 5 В ночь на 4 мая Скаловский
направил к Пендераклии, под прикрытием огня кораблей и фре-
гатов два отряда гребных судов под командою капитан-лейте-
нантов Броневского и Скрыдлова для захвата пли уничтожения
кораблей противника, в том числе и бО-пушечного линейного ко-
рабля. По из-за сильного огня батарей гребные суда вынуждены
были вернуться. Утром 5 мая несколько матросов под командою
мичмана Трескина на шлюпке подошли к кораблю и подожгли
его, корабль и вместе с ним один транспорт и 15 малых судов
«были истреблены» 1 2.

4 мая бриг «Орфей», обнаружив у местечка Кирпени три во-
оруженных неприятельских корабля, спустил гребные суда, ко-
торые иод командой лейтенанта Басенко и мичмана Рындина
взяли корабли противника на абордаж и овладели ими 3.

Получив от греков сведения, что в местечке Акчесаре гото-
вится к спуску 26-пушечный корвет, Скаловский направил туда
фрегат «Поспешный». 3 мая, войдя в Акчесарскую бухту, «По-
спешный» атаковал корвет и две батареи, прикрывавшие его, но
из-за неблагоприятных погодных условий вынужден был уйти в
Пендераклию. 5 мая «Поспешный» и бриг «Мипгрелия» оконча-
тельно «уничтожили вражеский корвет в Акчесаре» 4.

Таким образом, за 15 кией отрядом кораблей капитана I ран-
га Скаловского в Пендераклии сожжен бО-пушечный корабль,
потоплены транспорт и До 15 других судов, в Акчесаре уничто-
жен корвет, в Шили истреблено 11 купеческих судов и, наконец,
в порту Кирпени взяты три судна5.

Успешные действия Скаловского оказали определенное влия-
ние на ход военных действий не только па море, ио и па суше.
Понеся большие потери в судах и людях и опасаясь за крепости
и города, расположенное на анатолийском берегу, турецкое
командование вынуждено было держать там значительные
сухопутные силы, а это ослабляло противника на основном теат-
ре войны.

И мая турецкий флот в составе 18 вымпелов, в том числе
6 линейных кораблей, вышел из Босфора и направился на вос-
ток. На другой день в 30 верстах от анатолийского берега турки
встретили фрегат «Рафаил», который ввиду слабого ветра не
смог уйти и был окружен. Хотя военный совет фрегата решил
«драться до последней капли крови», его командир, капитан II
ранга Стройников, сдал судно6. Турки переименовали фрегат в
«Фазли-Аллах» («Данный богом»), и он плавал под турецким

1 ЦГАВМФ, ф. 243, он. 1, д. 3161, л. 28.

2 Там же, л. 36.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806, л. 126 об.

4 ЦГАВМФ, ф. 243, on. 1, д. 3161, л. 38 об.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806, л. 126 об.

6 В. И. Мелихов. Указ, соч., «Морской сборник», 1850, т. 3, № 6, стр. 495,
517—519.
флагом до 1853 года, когда был уничтожен в бою под Синопом
русской эскадрой *.

Беспокоясь за судьбу своих крепостей на анатолийском по-
бережье, противник выслал 6 мая из Босфора в море фрегат и
бриг. Встретив «Ганимед», крейсировавший у пролива, турецкие
суда пытались его атаковать, но он успел уйти в Сизополь», сооб-
щив Грейгу о выходе турецких кораблей в море.

14 мая на рассвете фрегат «Штандарт», бриги «Меркурий» и
«Орфей», следуя к Босфору, встретили в 14 милях от пролива
турецкий флот в составе 18 вымпелов1 2. Обнаружив русские суда,
неприятельский флот немедленно устремился в погоню за ними,
н два его корабля стали настигать фрегат и бриги. Тогда коман-
дир «Штандарта» капитан-лейтенант Сахновский приказал су-
дам взять такие курсы, «при коем каждый из них имеет лучший
ход»3. Наиболее быстроходным «Штандарту» и «Орфею» удалось
оторваться от противника, а «Меркурий» был настигнут двумя
'Гурецкими линейными кораблями—110-пушечным под флагом
Каиудап-паши и 74-иушечным под адмиральским флагом. За
этими кораблями шел весь неприятельский флот.

Видя невозможность избежать неравного боя, командир «Мер-
курия» капитан-лейтенант Казарский собрал военный совет, на
котором младший по чину поручик корпуса флотских штурманов
Прокофьев первый предложил принять бой, а когда бриг потеря-
ет возможность сопротивляться и ему будет угрожать плен, сце-
питься с неприятельским кораблем и взорвать судно. Предложе-
ние было единодушно поддержано остальными офицерами, а за-
тем и всей командой брига. Казарский приказал положить у
входа в крюйт-камеру заряженный пистолет, чтобы последний из
оставшихся в живых офицеров выстрелом в бочку с порохом
взорвал бриг.

Около двух часов дня неприятельские корабли приблизились
к «Меркурию» на дистанцию действительного огня и завязали
бой, который продолжался почти до 6 часов вечера. Искусно ма-
неврируя, бриг избегал продольных залпов артиллерии против-
ника. По вскоре неприятельские корабли заняли позиции против
бортов брига и, поставив его между двух огней, потребовали сда-
чи. «Меркурий» ответил огнем всех своих 18 орудий при громо-
гласном «Ура»!

Русский бриг на виду у всего турецкого флота мужественно
сражался с двумя линейными кораблями, которые были вдесяте-
ро сильнее его. Огонь турецких кораблей вызвал на бриге серьез-
ные повреждения и пожар, быстро потушенный.

Получив 22 пробоины в корпусе и около 300 повреждений в
рангоуте, такелаже и парусах и потеряв многих офицеров, герои-

1 «Боевая летопись русского флота», стр. 206.

2 ЦГАВМФ, ф. 243, on. 1, д. 3.161, л. 52.

8 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4705. Журнал действий

Черноморского флота

с 12 мая но 25 октября 1829 года, л. 49 об.
ческий бриг продолжал сражаться. Русские моряки действовали
с большим искусством, умело используя в борьбе с более силь-
ным противником силу артиллерийского огня и маневр.

110-пушечпый турецкий корабль получил серьезные повреж-
дения в рангоуте и такелаже и лег в дрейф 1. Второй неприятель-
ский корабль, заняв позицию за кормой брига, «бил его ужасно
продольными выстрелами, коих никаким движением избежать
было невозможно»1 2. Тем не менее бриг метким огнем нанес по-
вреждения в рангоуте и парусах и этому кораблю, и он прекра-
тил преследование3.

Рассказывая об этом бое, штурман неприятельского флота пи-
сал: «Дело неслыханное и невероятное... Он дрался, ретируясь и
маневрируя со всем искусством опытного боевого капитана, до
того, что, стыдно сказать, мы прекратили сражение, а он со
славой продолжал свой путь» 4.

Подвиг «Меркурия» является одной из самых ярких страниц
русской военно-морской истории. Казарский и Прокофьев были
награждены орденом Георгия 4-й степени, остальные офицеры-—
орденом Владимира 4-й степени, матросы — знаками отличия
военного ордена, а бригу «Меркурию» был присвоен кормовой
Георгиевский флаг. В целях увековечения подвига «Меркурия»
было установлено, что в составе Черноморского флота всегда
должен находиться корабль с названием «Меркурий» или «Па-
мять Меркурия», преемственно носящий Георгиевский флаг.

Получив 15 мая от командира фрегата «Штандарт» Сахиов-
ского сообщение о выходе турецкого флота в море, Грейг в этот
же день со всей эскадрой вышел ему навстречу. Направив к Бос-
фору для разведки бриги «Ганимед» и «Флора», а па другой
день пароход «Метеор», 1’рейг с главными силами двинулся туда
же. 17 мая капитан парохода известил Грейга, что неприятель-
ский флот в составе 31 вымпела стоит на якоре у Буюк-дере. До
22 мая русская эскадра, ожидая вывода в море неприятельского
флота, лавировала в районе пролива и вдоль анатолийского бе-
рега. Установив, что турки в ближайшее время не собираются
покидать Буюк-дере, Грейг направился к Агатополю.

Движение русской эскадры к Агатополю было продиктовано
стремлением русского командования расширить свой плацдарм
за Балканами, приблизить свои базы, опорные пункты к Босфо-
ру. Кроме того, болгарское и греческое население городов Ага-
тополя, Василико, Месемврии и других обращалось к русскому
командованию с просьбой освободить его от гнета Оттоманской
Турции. Жители Василико и Агатополя просили «избавить их от

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4705. Журнал действий Черноморского флота, л. 51
об.

2 Там же.

3 Там же.

4 «Боевая летопись русского флота», стр. 207.
-общей погибели и голодной смерти, принять их под наше покро-
вительство» Г Они сообщили, что турецкий гарнизон в ЕЦсилико
насчитывает всего 500, а в Агатополе— 1500 человек и обещали
русским самую активную поддержку.

Тогда же в Сизополь прибыли представители болгарского
населения многих городов и сел Вулкан и Мавродий, сообщив-
шие, что христианское население с нетерпением ожидает русских
и готово поднять восстание против угнетателей, но не им^ет ору-
жия и боеприпасов. «Люди и души готовы (отдать. — В. Л.), но
лишены всех средств: пет ни пороху, ни патронов, ни даже самого
оружия» 1 2.

Обращение населения за помощью Грейг решил использовать
как повод для захвата Агатополя и Василико3. Приступили к
подготовке десантной экспедиции, но в это время было получено
сообщение о выходе неприятельского флота в море, и Грейг, вы-
ступив к Босфору, направил к Агатополю лишь бомбардирские
суда. Возвращаясь на свою базу, эскадра свернула к Агатополю,
но сильная зыбь не позволила высадить десант, и она ушла в Си-
зопол ь.

Грейг продолжал готовить экспедицию для освобождения Ва-
сплнко, Агатополя, Месемврии и других приморских городов, по
в это время были получены сообщения, что турки сосредоточили
под Сизонолем 4 тысячи регулярной, 2 тысячи нерегулярной пе-
хоты, тысячу человек конницы и 16 орудий4. Вскоре силы турок,
которыми командовал Абдурахман-паша, достигли 12 тысяч че-
ловек. Турки ожидали подхода флота, чтобы начать комбиниро-
ванное наступление.

Турецкий флот в конце мая трижды выходил в море, гонялся
за отдельными русскими кораблями и всячески избегал реши-
тельной встречи с главными силами русской эскадры.

Появление под Сизонолем, гарнизон которого насчитывал не
более 2 тысяч человек, 12-тысячного отряда противника и выход
его флота в море ставили русскую эскадру в сложное положе-
ние. Напрасно Лебедев упрекает Грейга за то, что он не высту-
пил к Босфору5. Понимая важность сохранения в своих руках
Сизоноля и охраны сообщений морем между Россией и Болгари-
ей, Грейг решил не распылять свои силы. Он писал Чернышеву:
«выход в море турецкого флота и опасность, какой подвергаются
Сизополь, Каварна, а более всего, производимая нами на зафрах-
тованных судах из Одессы в порты Болгарии перевозка прови-

1 ЦГАВМФ, ф. 8, от. 1, д. 12, л. 13.

2 Там же. Показание болгар Вулкана и Мавродиы, л. 17 об.

3 ЦГАВМФ, ф. 243, он. 1, д. 3161. Письмо Грейга Роту от 5 мая 1829 го-
да, л. 12.

4 Там же. Рапорт Грейга Николаю I от 30 мая 1829 года, л. 54.

5 А. И. Лебедев. Указ, соч., «История армии и флота», вып. 9,
стр. 226.
анта... не дают мне никакой возможности оставит!» места
сии» '.

Убедившись, что отряд Абдурахмаи-паши, таявший из-за де-
зертирства, не представляет серьезной опасности, Грейг стал
действовать более активно. Послав в крейсерство к берегам Ана-
толии фрегат «Штандарт» и бриг «Орфей», он .17 нюня вышел с
эскадрой в море, но, не встретив противника, вернулся в Сизо-
поль. 23 июня Грейг вновь вышел с эскадрой в море п пробыл в
районе Босфора до 1 июля, когда направился к Сизополю, оста-
вив у пролива отряд кораблей под командованием Скаловского.

В первых числах июля на южной стороне Балкан появились
авангардные части русской армии и перед флотом встали новые
задачи: содействовать наступлению русских войск за Балканами
и обеспечить их снабжение продовольствием и военными припа-
сами. На важность снабжения армии во время забалкапского
похода указывал еще М. И. Кутузов: «Главное затруднение в
сем походе состоять будет в продовольствии»1 2.

8 июля Грейг вошел с тремя линейными кораблями в залив
Месемврию, «имея за собою множество транспортных судов с
разным для армии продовольствием»3.

Движение флота к Месемврии преследовало и другую важную
задачу: установление тесцого взаимодействия с войсками 6-го пе-
хотного корпуса и овладение приморскими крепостями Месем-
врией, Ахеоло и Бургасом.

Грейг оставил Сизопольский рейд 7 июля и на другой день с
кораблями «Париж», «Пантелеймон», «Норд-Адлер», фрегатами
«Поспешный», «Штандарт», и «Евстафий», бригом «Орфей»,
бомбардирскими судами «Опыт» и «Подобный» и пароходом
«Метеор» прибыл к Месемврии4.

«Имея в виду скорейшим покорением означенного города
приуготовить твердую точку па берегу моря, для войск генера-
ла Рота», Грейг решил атаковать Месемврию «флотом, а потом,
ежели неприятель будет упорствовать, высадить до 500 человек
флотских чинов для взятия города штурмом»5.

Грейг потребовал от гарнизона сдачи крепости. Плохая пого-
да не позволила атаковать Месемврию с моря, но бомбой с «По-
добного» в крепости был взорван пороховой погреб.

В это время передовые части 6-го пехотного корпуса, перейдя
Балканы, двинулись к Месемврии, и, овладев редутом, прикры-
вавшим подступы к городу, приготовились к штурму. Желая нз-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806, Рапорт Грейга Чернышеву от 18 мая 1829 го-
да, л. 126.

2 «М. И. Кутузов». Сборник документов, т. 3. М., 1952, стр. 352.

3 ЦГВИА, ф. ВУА. д. 484J. Рапорт Дибича Николаю I от 12 июля 1829 го-
да, л. 252 об.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806. Рапорт Грейга Дибичу от 11 июля 1829 го
да, л. 150.

5 Там же.
бежать напрасного кровопролития, командование корпуса потре-
бовало немедленной капитуляции

Между тем в ночь с 10 на 11 июля ветер несколько стих и
эскадра стала «лавировать к Месемврии», и «около 6 часов утра
все суда находились уже на местах, по диспозиции им назна-
ченных»1 2. В крепость были отправлены капитан-лейтенацт Куз-
нецов и переводчик Батьянов, «с требованием безотлагательной
сдачи»3.

Будучи блокирован и осажден с моря и суши, двухтысячный
гарнизон капитулировал 4. Так при активном содействии флота
русская армия в самом начале забалканского похода овладела
значительной приморской крепостью.

Капитуляция Месемврии произвела удручающее впечатление
на гарнизоны других приморских крепостей. На рассвете 10 июля
к командиру брига «Орфей» капитан-лейтенанту Колтовскому
прибыли из Ахеоло па двух лодках до 15 греков и болгар и сооб-
щили, что ночью почти все турки оставили город и бежали в Бур-
гас. Они просили от имени жителей занять Ахеоло, обещая со
своей стороны активную поддержку 5.

75 русских моряков во главе с Колтовским немедленно отпра-
вились в Ахеоло, где 11 июля их радушно встретило население.
Были взяты пленные, орудия и значительное количество оружия 6.

Грейг не забывал и о турецком флоте, который мог неожидан-
но выйти в море. 18 июля к Босфору был направлен пароход «Ме-
теор», команде которого удалось спять план турецких укреплений
у Константинополя и узнать состав и место стоянки флота.

Собрав сведения о Василико и получив от жителей письма с
убедительной просьбой занятьях город7, Грейг 21 июля направил
для овладения им фрегат «Поспешный», бриг «Орфей» и 100 че-
ловек Камчатского пехотного полка8.

Прибыв па рейд Василико, суда под прикрытием артиллерий-
ского огня высадили десант из солдат и матросов. Гарнизон, со-
стоявший из 300 человек, боясь окружения, бежал9.

24 июля фрегаты «Флора», «Поспешный» и другие суда с ба-
тальоном Курского пехотного полка 10, подойдя к Агатонолю и
подавив береговые батареи, высадили десант. Одновременно го-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806, Рапор Грейга Дибичу от 11 июли 1829 года,
л. 151.

2 'Гам же.

3 Там же.

4 ЦГАВМФ, ф. 243, on. 1, д. 3161. Рапорт Грейга Николаю I от 12 июля
1829 .года, л. 7i2.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806. Рапорт Грейга Дибичу от 12 июля 1829 года,
л. 15i3

с ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 255 об.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806. Рапорт Грейга Дибичу от 23 июля 1829 года,
л. 164 юб.

8 'Гам же.

9 Там же.

10 ЦГАВМФ, ф. 243, он. 1, д. 3161, лл. 86 и 86 об.
род атаковал отряд, прибывший из Василико1. В результате
комбинированной атаки с моря и суши гарнизон, насчитывавший
до 1200 человек1 2 был разбит и бежал. Трофеями победителей
были 7 орудий, большое количество боеприпасов и до 50 тысяч
ок муки3.

Овладев Василико и Агатополем, флот значительно расширил
плацдарм за Балканами, создав тем самым более благоприятные
условия для наступления армии Дибича па Адрианополь.

8 августа русские войска заняли Адрианополь и Кирк-Клису.
Война близилась к концу, султанское правительство запросило
мира, по война еще не кончилась. Зайдя далеко вглубь неприя-
тельской страны и оторвавшись от своих баз, русская армия осо-
бенно нуждалась в содействии флота. На другой день, после за-
нятия Адрианополя Дибич принимает меры к установлению тес-
ной связи с эскадрой Грейга. Для этого он приказал войскам не
позднее 15 августа взять Визу, а Грейгу — овладеть приморской
крепостью Мидия. Дибич писал, что через Мидию «откроется но-
вая коммуникация армир с империей Российской морем... п через
то приобретается весьма значительная выгода в отношении до-
ставки войскам продовольствия»4.

Командование Черноморского флота, еще до получения ука-
заний Дибича предприняло экспедицию к приморской кре-
пости Инаде. 7 августа отряд под командованием капитана-лей-
тенанта Баскакова в составе линейного корабля «Норд-Адлер»,
фрегатов «Флора» и «Поспешный», бригов «Орфей» и «Ганимед»
и бомбардирских судов «Опыт», «Соперник», «Подобный»5 по-
дошел к Инаде. Корабль «Норд-Адлер» и фрегат «Поспешный»
открыли огонь по редутам и береговым батареям. Заставив за-
молчать артиллерию противника, они высадили десант, кото-
рый овладел двумя редутами. Отступив, противник пытался удер-
жаться па других укреплениях, но огнем фрегата «Флора» и
бомбардирских судов укрепления были разрушены, а двухтысяч-
ный гарнизон бежал в Сторону Мидии6. Победителям достались
33 орудия и большое количество боевых припасов7.

В тот же день, когда была взята Ийада, отряд из 5 судов
под командой лейтенанта Папютипа, направленный для содейст-
вия сухопутным войскам к местечку Сан-Стефано в Фаросском
заливе, высадил десант, который овладел укреплениями и мес-
течком раньше, чем подошли сухопутные войска8.

1 ЦГАВМФ, ф. 243, о.п. 1, д. 3161, л. 90.

2 ЦГВИА., ф. ВУА, д. 4806, л. 176 об.

3 Н. Лукьянович. Указ, соч., ч. 4, стр. 57—58.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806. Письмо Дибича Грейгу от 9 августа 1829 го-
да, л. 185.

5 Там же. Рапорт Грейга Дибичу от 8 августа 1829 года, л. 193.

6 Там же. Письмо Грейга Дибичу от 15 августа 1829 года, л. 207.

7 В. И. Мелихов. Указ, соч., «Морской сборник», 1850, т. 4, № 7,
стр. 8.

3 Там же, л. 6.
Овладев Инадой, командование Черноморского флота присту-
пило к подготовке экспедиции против Мидии. Расположенная в
южной части западного берега Черного моря, крепость А/1идия
была хорошо укреплена и имела значительный гарнизон. Ее зна-
чение определялось тем, что она, находясь на одной параллели с
Адрианополем, являлась последним крупным опорным пунктом
противника па западном берегу и в случае взятия ее русскими
могла стать базой снабжения армии по морю.

Для овладения Мидией был назначен отряд контр-адмирала
Стожевского1, в составе кораблей «Иоанн Златоуст» и «Пимен»,
двух бригов, двух бомбардирских судов и одного люгера. В де-
сант назначались все войска, находящиеся на флоте, и по 50 мат-
росов с кораблей «Париж», «Пармен», «Императрица Мария»,
«Чесьма» и «Пантелеймон»* 2. Артиллерийский удар по укрепле-
ниям противника должны были нанести корабли «Иоанн Зла-
тоуст» и «Инмен», а прикрывать высадку десанта — суда иод
командой лейтенанта Панютииа.

13 августа корабли Стожевского бомбардировали укрепления
Мидии, а затем высадили десант. Однако огонь корабельной ар-
тиллерии из-за большой зыби оказался малоэффективным, ук-
репления Мидии, расположенные на большой высоте, хотя и
пострадали, но разрушены не были, а ее артиллерия, действуя
картечью, заставила десант отступить. Тем не менее действия
русского флота произвели на гарнизон крепости, состоявший из
700 человек пехоты и 300 человек конницы, огромное впечатле-
ние, и он начал покидать крепость.

17 августа утром, «получив уведомление от греков жителей
мидийских, что турки устрашенные действием эскадры нашей...
во время атаки 13 числа, выбираются из города»3, Стожевский
поспешил сняться с якоря и перейти на южную сторону крепости,
высадил на берег 50 матросов и лично повел их в атаку4. Турки,
увидев отряд русских моряков, «немедленно бросились в лес»,
Стожевский вступил в крепость, и был встречен христианским
населением во главе с митрополитом5. В крепости были взяты
9 орудий, большие запасы снарядов и пороху, 1300 четвертей
пшеницы и уголь6.

Сразу же после взятия Мидии Грейг установил связь с Визой,
которая была взята русскими войсками. Он писал Дибичу, что
через Мидию русская армия имеет удобные сообщения морем с
черноморскими портами России7.

[ ЦГАВМФ, ф. 243, он. 1, д. 3114, л. 36 об.

2 Там же, л. 36.

3 Там же. Рапорт адмирала Стожевского начальнику штаба Черноморского
флота Мелихову от 17 августа 1829 пада, л. 55.

Там же.

Там же, л. 55 об.

ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806, л. 198.
20 августа Грейг получил сообщения о начале мирных перего-
воров и готовности турецкого флота выйти в море. 21 августа
Грейг с 7 кораблями направился к Босфору, но, поскольку турец-
кий флот продолжал стоять в Буюк-дере, вернулся в Сизополь.

Взятием Мидии и выходом Грейга к Босфору 21 августа за-
кончились боевые действия Черноморского флота в кампании
1829 года и в войне в целом. По русский флот оставался у за-
падного берега Черного моря до середины октября. Дело в том,
что султанское правительство, начав мирные переговоры, под
влиянием Англии и Австрии не спешило подписывать мирный
договор. Англия, Австрия и Франция сосредоточили у Дарда-
нелл свои эскадры, а другие страны—- корабли Г

И после подписания мирного договора Дибич, видя «шаткий»
характер политики султанского правительства 1 2 и подстрекатель-
ские действия Англии п Австрии, писал Грейгу, чтобы он не от-
плывал с главными силами флота к Севастополю и держал «оный
во всегдашней готовности»3. Грейг и Дибич обсуждали даже
вопрос об «атаковании неприятеля в самом Буюк-дере»4. Дибич
писал Грейгу, что в случае необходимости флот должен «обра-
титься прямо к Босфору. Я сам... с главными силами пойду прямо
па Константинополь»5. Однако, как известно, до возобновления
военных действий дело нр дошло, и Черноморский флот в середи-
не октября ушел к родным берегам.

Оценивая действия Черноморского флота в 1829 году, следу-
ет сказать, что они отличались активностью, взаимодействием с
сухопутными войсками и во многом оказали определяющее влия-
ние на ход и исход кампании па балканском театре войны.

Нельзя не согласиться с Лукьяновичем, который писал, «что
Черноморский флот не только служил сухопутным войскам на-
шим сильною опорою во время высадок, снабжал продовольстви-
ем армию, находившуюся за Балканами, но и сам постоянно дей-
ствовал с отличным успехом»6.

Конечно, как справедливо отмечал В. И. Мелихов, не все дей-
ствия Черноморского флота были удачны. Он так и не мог встре-
титься с турецким флотом7. Тем не менее блокада Босфора име-
ла большое значение. Были парущепы морские коммуникации
между Константинополем и Анатолией, что в значительной сте-
пени парализовало снабжение продовольствием турецкой столи-

1 II. Д. Каллистов. Греческий вопрос. Навары некое сражение. Военные
действия в Средиземном море в войну с Турцией 1828—1829 гг. Блокада Дар-
данелл. «История русской армии и флота», вып. 9. М., 1913, стр. 197.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806. Отношение Дибича Грейгу от 29 сентября
1820 года, л. 268 об.

3 Там же.

4 Там же. Рапорт Грейга Дибичу от 19 сентября 1829 года, л. 239 об.

5 Там же. Отношение Дибича Грейгу от 29 сентября 1829 года, л. 268 об.

G 11. Л у к ь я и о в и ч. Указ, соч., ч. 4, стр. 59.

7 В. И. Мелихов. Указ, соч., «Морской сборник», 1850, т. 4, № 9,
стр. 212.
-’--5

цы и армии. Действия русского флота у берегов Анатолии заста-
вили турок держать там значительные силы, что ослабляло про-
тивника на главном театре войны. Было захвачено и уничтожено
большое количество судов противника, что ослабило его морские
силы. По подсчетам В. И. Мелихова, за кампанию 1829 года было
захвачено 16 судов, истреблено 30

Особенно большое значение имело боевое взаимодействие
флота и войск во время перехода русской армии через Балканы
и забалкапского похода. Овладев приморскими крепостями Ва-
силию), Агатополем, Инадой и Мидией и расширив плацдарм на
западном берегу Черного моря, русский флот не только надежно
прикрыл левый фланг русской армии, но и обеспечил ей морское
сообщение с портами России.

Здесь уместно привести мнение адмирала Грейга, с которым,
по нашему мнению, можно согласиться.

В кампанию 1829 года «флот своим присутствием и демонст-
рациями заставил турок иметь надежные гарнизоны, во всех
прибрежных укреплениях в Бургасском заливе и вдоль берега
от Сизоноля до Босфора лежащих, и сверх сего содержать весь-
ма значительные лагери (в других местах. — В. Л.), чем сделаны
сильные диверсии для действующей армии. Он совершенно почти
прекратил ие только мореходное судоходство неприятеля по
Черному морю, по самую каботажную его коммерцию и истребил
как купеческие, так и военные неприятельские суда во всех мес-
тах, где только возможность позволяла; флот имел счастье за-
пять и открыть врата Месемврии и Ахеоло... покорить Василико
и Агатойоль»1 2.

Далее Грейг особенно подчеркнул, что «флот совершенно
обеспечивал левый фланг армии, равно как и подвоз для нее мо-
рем продовольственных и других всякого рода припасов и при-
надлежностей; чем способствовал быстрым ее движениям»3.

При взятии многих приморских крепостей русские моряки
продолжали действовать по ушаковскому принципу «корабли
штурмуют бастионы» — атака кораблей, высадка десанта и
штурм с суши. Ярким примером применения и дальнейшего раз-
вития тактики Ушакова являются Фаросская десантная операция
п взятие Сизоноля.

Действия Черноморского флота в 1829 году убедительно сви-
детельствуют о том, что лучшие представители его офицерского
корпуса продолжали хранить прогрессивные традиции русской
военно-морской школы.

1 В. И. Мелихол. Указ, соч., «Морской сборник», 1850, т. 4, № 8,
стр. 116.

2 1ЦГА1ВМФ, ф. 243, от. 1, д. 3046, л/л. 26 об. и 26.

3 Там же, л. 26 об.
II. ДЕЙСТВИЯ РУССКОЙ ЭСКАДРЫ

В СРЕДИЗЕМНОМ МОРЕ В 1827—1829 ГОДАХ

Важную роль в войне против Оттоманской Порты сыграли
действия русского флота в Средиземном море и блокада Дарда-
нелл.

В соответствии с Лондонским договором 1827 года правитель-
ство России решило направить эскадру в Архипелаг. Многие
офицеры знали или догадывались о целях похода. Возможность
оказать помощь героическому греческому пароду воодушевлял а
лучшую, передовую часть русских моряков. Их мысли и чувства
хорошо выразил в своем дневнике участник экспедиции лейте-
нант А. П. Рыкачев: «Все рады идти дальше и <за делом. Так.как
каждому из нас хочется помочь грекам, то понятно, что мы более
всего мечтали о Средиземном море. Это был верх счастья и
вся наша молодежь, со времени экспедиции адмирала Сенявииа,
постоянно мечтает об этой прекрасной кампании» Г

В июне 1827 года эскадра Балтийского военно-морского фло-
та под командованием адмирала Д. II. Сенявииа совершила пе-
реход из Кронштадта в Портсмут. Здесь Сенявии, руководству-
ясь указаниями из Петербурга, отделил от эскадры часть кораб-
лей под командованием контр-адмирала Гейдена. Эскадре
Гейдена было приказано следовать в Средиземное море па соеди-
нение с английской и французской эскадрами. Первоначально
задача Гейдена заключалась в том, чтобы защищать интересы
русской торговли в Архипелаге, соблюдая при этом строгий нейт-
ралитет в войне турок с греками. Вскоре, однако, Гейден шолучил
секретное предписание Николая I от 1 июля 1827 года, в котором
эскадре были поставлены более конкретные задачи: «Назначение

I не ограничивается уже первоначаль-

вверенной вам экспедици

ной целью, но клониться должно еще к другой, важнейшей и тес-
но сопряженной с нынешним положением политических обстоя-

тельств иа Востоке»1 2.

Далее было подчеркнуто, что «в случае, если Порта отвергнет
опое (посредничество. — В. Л.), тогда соединенным трем эскад-
рам предназначено наблюдать строгое крейсирование таким об-
разом, чтобы силою воспрепятствовать всякому покушению
выслать морем как из турецких владений, так и из Египта, какое-
либо вспомоществование войсками или судами, припасами про-
тиву греческих сил на море или мест, ими занимаемых»3.

Учитывая, что крейсирование может оказаться недостаточным,
царское правительство предлагало союзникам «действительную
блокаду Дарданельского пролива, между тем как таковая же

1 А. П. Рыкачов. Год Навалил с ко и кампании. Кронштадт, 1877,
стр. 4.

2 М. П. Лазарев. Документы, т. 1. М., 1952, стр. 296.

3 Там же, стр. 297.
J

блокада учреждена быть может и со стороны Черного моря» ’.
Однако союзники не торопились принять это предложение.

Что касается «пособий, кои могут быть немедленно достав-
лены грекам в настоящем стесненном их положении», то Гейдену
было приказано: если «Каподистрия признает нужным просить
содействия вашего к доставлению сих пособий при принадлеж-
ности, 'го вы не оставите удовлетворять требования его по сему
предмету» 1 2.

8 августа эскадра Гейдена в составе четырех линейных ко-
раблей («Азов», «Гангут», «Иезекииль», «Александр Невский»),
четырех фрегатов («Константин», «Проворный», «Елена», «Кас-
тор») и корвета («Гремящий»), вышла из Портсмута в Архипе-
лаг, а остальные корабли вернулись в Балтийское море. После
продолжительного плавания эскадра Гейдена прибыла к берегам
Греции и I октября у острова Занте соединилась с английской
эскадрой под командой вице-адмирала Кодрингтона, а затем и
с французской — под командой контр-адмирала де Риньи3. Со-
гласно договоренности командование над объединенными эскад-
рами, насчитывавшими 28 вымпелов, принял старший но чину
в и це- адм ир ал Кодри нгтон.

Прибытие русской эскадры оказало большое влияние на об-
становку в районе Архипелага. Русские моряки всей душой стре-
мились помочь грекам в их мужественной борьбе против инозем-
ного владычества. Они передали греческому правительству бриг
«Ахиллес», прибывший из России с эскадрой Гейдена, передали
вексель на полтора миллиона рублей, оказывали помощь продо-
вольствием, порохом4. Все это делалось вопреки Лондонскому
договору, запрещавшему военную помощь воюющим странам.
Особенно большое значение для греческого освободительного
движения имели активные действия русской эскадры по пресече-
нию операций турецкого и египетского флотов против Греции.

До прибытия русской эскадры ни Кодрингтон, ни де Риньи не
имели серьезного желания помогать грекам и вступать в военный
конфликт с Турцией. Прибыв в Средиземное море еще в июне
1827 года, они ничего не сделали, чтобы помешать египетскому
флоту содиииться с турецким в Паваринской бухте. Превратив
Паварпп в главную базу своих вооруженных сил, турецкие и
египетские захватчики стали творить неслыханные злодеяния па
греческой земле.

Русский посол в Константинополе Рибопьер, оценивая дейст-
вия англо-французского флота в Архипелаге до прихода туда

1 М. П. Л а заре в. Документы, т. Г М., 1952, стр. 297.

2 Там же.

3 ЦГАВМФ, ф. 315, оп. 2, д. 64. Исторический журнал эскадры Гейдена,
который вел 'капитан-лейтенант Кадьян, 1827, л. 73 об. Там же, ф. 170, on. 1,
д. 115. Рапорт Гейдена морскому министру Моллеру от 14 октября 1827 г., лл. 7
и 7 об.

4 Г. 11 а л е о л о г и М. С и в и н и с. Указ, соч., стр. 100.
русской эскадры, справедливо писал Гейдену: «Итак, действие
или скорее появление союзных эскадр не произвело еще пи одно-
го из тех благ, которых мы были вправе ожидать; по более всего
достойно сожаления то, что недействительность их мер оправда-
ла равнодушие Порты к этой мере и ее беспечность в тот момент,
когда союзные морские силы собраны в Архипелаге» Г

Между тем султанское правительство отвергло поту союзных
держав, отказалось признать Лондонский договор и предоста-
вить Греции нрава автономного государства. Греция приняла
условия Лондонского договора.

Ввиду того, что Турция отказалась принять требования дер-
жав, их послы в Константинополе предложили адмиралам при-
вести в исполнение те меры, которые были предусмотрены секрет-
ной статьей Лондонского договора. Адмиралы должны были
договориться о блокаде, целью которой являлось пресечение пе-
ревозок в Грецию турецко-египетских'войск и оружия.

5 октября русская, английская и французская эскадры прибы-
ли к Паваринской бухте, где находился объединенный турецко-
египетский флот. В тот рке день па борту английского флагман-
ского корабля состоялось совещание трех адмиралов, на котором
было решено послать командующему турецко-египетскими воору-
женными силами Ибра’гим-паше ультимативное требование о
прекращении военных действий против греков.

6 октября нота, подписанная тремя адмиралами, был а достав-
лена в ставку Ибрагим-паши, но ее отказались принять под пред-
логом отсутствия главнокомандующего. «Столь странный и дерз
кий ответ, — доносил Гейден, — доказал еще более, что средства
убеждения и даже угрозы, будут отныне бесполезны и что без
сильной и скорой меры, Лондонский договор не только не испол-
нит желаний человечества и благих намерений держав, оный за-
ключивших, но сделает еще лютее( и губительнее борьбу, кото-
рую хотели остановить»1 2.

Вызывающее поведение Ибрагим-паши заставило союзное
командование принять решительные меры. По настоянию Гейде-
на и флаг-капитана M.iO. Лазарева было решено «всем судам
соединенного флота войти в Наварннскую гавань, стать па якорь
подле турецкого флота, дабы присутствием и положением союз-
ных эскадр принудить Ибрагима... отказаться от всякого нового
предприятия против берегов Морей и островов Греции»3.

Кодрингтон и особенно де Риньи, протурецкие настроения
которого теперь хорошо известны, всячески старались иредотвра-

1 М. П. Лазарев. Документы, т. 1, стр. 303.

2 В. Мельницкий. Три главы из очерка действий русского флота
Hipiii освобождении Греции. «Морской сборник», 1861, февраль, № 2„ стр. 359.

3 Там же, стр. 359—360. В Историческом журнале эскадры сказано: «Вой-
ти в самый порт Наварив, дабы грозным принуждением сил своих удерживать
кровопролитие мусульман». ЦГАВМФ, ф. 315, оп. 2, д. 64, лл. 80 и 80 об.
тить сражение с турецким флотом, уладить дело мирным путем.
В приказе от 7 октября, Кодрингтон писал: «Ни один выстрел
не должен быть сделан на соединенном флоте, покуда не прика-
зано будет сигналом» *.

Наварипская бухта, расположенная на юго-западном берегу
полуострова Пелопоннеса, представляет собой неправильный по-
лукруг. С юго-западной стороны бухта защищена лесистым
островом Сфактерия, па южном мысе которого при входе в нее
были расположены сильные батареи. С юга вход в бухту прикры-
вала крепость Паварип, вооруженная артиллерией. Таким обра-
зом, Наварипская бухта представляла собой «огромный водный
мешок», узкий проход в которой был значительно укреплен.

Турецко-египетский флот имел 7 линейных кораблей, 19 фре-
гатов, 26 корветов и 14 бригов — всего 66 кораблей, вооружен-
ных 2224 орудиями. Кроме того, в бухте находилось 6 брандеров
и значительное число военных транспортов и торговых судов1 2.
Турецкой эскадрой командовал Тахир-паша, а египетской — Му-
харем-бей. Па египетских судах находилось много французских
офицеров, в том числе капитан Летелье, который разработал
план расположения турецко-египетского флота в Наваринской
бухте.

В 1851 году в «Морском сборнике» была опубликована за-
метка, в которой рассказывалось, что 7 октября, накануне Нава-
рниского сражения, две австрийские военные шхуны крейсирова-
ли перед Наваринской бухтой, по-видимому для того, чтобы сле-
дить за действиями союзных держав и сообщать о них турецко-
египетскому командованию3.

Союзники, «не доверяя австрийскому нейтралитету» и желая
Пресечь шпионскую деятельность австрийцев, одну шхуну задер-
жали, другая поспешно ушла в море4. Командир шхуны, лейте-
нант Вуртович был приглашен на корабль «Азия», где его задер-
жали и он стал свидетелем разгрома турецко-египетского флота5.

В соответствии с очертаниями бухты турецко-египетский флот
был расположен в форме сжатого полумесяца в две-три линии:
большие суда — в первой, малые — во второй и третьей линиях
«Все суда сих трех линий... могли производить спиральный пере-
крестный огонь, направляя оный буде нужно в одну и ту же
гочку» 6.

1 В. Мельницкий. Указ, соч., «Морской сборник», 1861, февраль, № 2,
стр. 360. В Историческом журнале это место приказа Кодрингтона изложено
так: «Пн одной пушки не должно быть выпалено с соединенного флота прежде
сделанного на то сигнала»’ ЦГАВМФ, ф. /3115, от. 2, |д. 64, л. 82 об.

2 «Боевая летопись русского флота», стр. 197. В Историческом журнале ска-
зано, что всего у турок было 143 судна. ЦГАВМФ, ф. 315, он. 2, д. 64, л. 106 об.

3 «Свидетель морского сражения против воли». «Морской сборник», 1851,
т. 4, № 10, стр. 256.

4 Там же.

5 'Гам же.

6 ЦГАВМФ, ф. 315, он. 2, д. 64. Исторический журнал, 1827, л. 84.
Левый фланг примыкал к Наваринской крепости, а пра-
вый — к южному мысу острова Сфактерия. Батареи крепости и
острова прикрывали вход в бухту и фланги флота. На обоих
флангах флота расположились брандеры По мнению Ибра-
гима-паши, «гибель союзников... была неизбежна. Ядра, огонь
и вода должны были истребить и потопить их» 1 2.

Объединенная союзная эскадра насчитывала 10 линейных ко-
раблей (4 русских, 3 английских и 3 французских), 10 фрегатов
(4 русских, 4 английских и 2 французских), 3 корвета (1 англий-
ский и 2 французских) и 3 брига (английских), всего 26 кораблей,
вооруженных 1298 орудиями3.

Кодрингтон в своей Д1 спозиции стремился прежде всего из-
бежать сражения, а если оно все же произойдет, не допустить

полного разгрома турок.

8 октября в 13 часов союзный флот, построившись, как это
было предусмотрено диспозицией Кодрингтона, в две колонны:
правую, или наветренную, состоявшую из английских и француз-

ских кораблей, и левую, или подветренную, состоявшую из рус-
ских кораблей, двинулся в Наварипскую бухту. Около 14 часов
английские и французские корабли стали без всяких помех вхо-
дить в бухту и занимать места для якорных стоянок. Причем по
приказу Кодрингтона главные силы английской и французской
эскадр были расположены преимущественно против левой части
полумесяца, где находились, главным образом, египетские суда.
Французские корабли стали против левого фланга неприятель-
ской позиции, а английские — ближе к центру. Русская эскадра
должна была запять место против турецких кораблей, находив-
шихся в центре и па правом фланге неприятельской позиции
(правой части полумесяца).

Кодрингтон так расположил эскадру, что англо-французским
кораблям противостояло 30 судов, в основном, египетских, а рус-
ским — более 50 турецких судов 4.

Располагая русские корабли против турецких, Кодрингтон,
видимо, стремился переложить всю тяжесть боя па русских мо-
ряков. Французские и английские корабли он поставил против
египетской эскадры, надеясь договориться с Мухарем-беем и из-

бежать боя.

Но вероломство Кодрингтона и де Рипьи по отношению к сво-
ему русскому союзнику этим не ограничилось. Руководствуясь

принципами восточной политики своего правительства, для кото-
рой была характерна двойная игра, Кодрингтон стремился избе-
жать сражения и спасти турецко-египетский флот. Зная о иаме-

1 ЦГАВМФ, ф. 315, оп. 2, д. 64. Исторический журнал, 1827, лл. 84—85.

2 Там же, л. 85 об.

3 «Боевая летопись русского флота», стр. 197. В Историческом журнале
говорится, 'что сила союзников в HaiBa pin нс коп битве состояла из 27 судов.
ЦГАВМФ, ф. 315, оп. 2, д. 64, л. 106.

4 «История военно-морского искусства», т. 2. М., 1954, стр. 104.
рении русского командования силой оружия заставить Турцию
прекратить истребительную войну в Греции, Кодрингтон рршил
задержать русскую эскадру при входе в бухту, чтобы успеть до-
говориться с египетским командованием. Утром 8 октября, когда
корабли союзников готовились войти в Паваринскую бухту, глав-
нокомандующий, вопреки диспозиции, неожиданно приказал Гей-
дену приостановить движение русской эскадры и пропустите впе-
ред французскую. В «Историческом журнале» говорится:» «За
англичанами в самом близком расстоянии следовали в боевом
строю русские, по Г. Кодрингтон... прислал иа шлюпке своего
флаг-офицера к нашему адмиралу с просьбой лечь в дрейф дабы
пропустить французов вперед» Г

Как только английская и французская эскадры вошли в бухту,
Кодрингтон поставил флагманский корабль «Азия» против флаг-
мана египетской эскадры и поспешил послать парламентера к
Мухарем-бею.

В это же время с английского фрегата «Дартмут» была по-
слана шлюпка к стоявшему поблизости турецкому брандеру с
требованием удалиться1 2. Iio с брандера открыли ружейный
огонь, был убит английский офицер. В ответ с фрегата загремели
орудийные выстрелы, ближайший турецкий корабль также от-
крыл артиллерийский огонь. Так началось Наварипское сраже-
ние. Замысел англо-французского командования не доводить де-
ло до боя провалился.

В то время, как происходили эти события, русская эскадра,
задержанная «маневром» Кодрингтона, входила в пролив и ока-
залась иод сильным перекрестным огнем батарей Наваринской
крепости и острова Сфактерия. Трудно определенно сказать, чем
руководствовался английский адмирал, приказывая русской эс-
кадре «лечь в дрейф». Можно предположить, что Кодрингтон и
особенно де Риньи не остановились даже перед тем, чтобы умыш-
ленно подвести русскую эскадру под сосредоточенный огонь ту-
рецких батарей и флота, надеясь таким образом ослабить, а еще
лучше разгромить ее, и, не считаясь уже с русским командовани-
ем, действовать по собственному усмотрению.

Исторический журнал эскадры Гейдена так оценивал поведе-
ние Кодрингтона: «Трудно угадать, почему адмирал Кодрингтон...
не дождавшись левой колонны, пошел в порт с одной только пра-
вою, тогда, когда бы надлежало вступить туда с обеими. Англий-
ский адмирал, сего не соблюдший, подверг российскую эскадру
всему огню неприятельской канонады и поставил предводителя
оной в великое затруднение тем, что он во мраке густого дыма
под сильным перекрестным огнем неприятеля должен был вво-
дить и устраивать оную»3.

1 ЦГАВМФ, ф. ЗГб, он. 2, д. 64, л. 86 об.

2 ЦГАВМФ, ф. 870, on. 1, д. 3857 а. Вахтенный журнал линейного корабля
«Азов», л. Г5|3.

3 ЦГАВМФ, ф. 315, оп. 2, д. 64. Исторический журнал, 1827, лл. 122 об. и 123.
II. С. Нах и м о в. Документы и материалы. М., 1954, стр. 82.
То, что русские моряки успешно преодолели это «великое за-
труднение», делает им «особенную честь» Г

Русская эскадра во главе с флагманским кораблем «Азов»,
которым командовал капитан I ранга М. Н. Лазарев, являвшийся
в то же время и начальником штаба эскадры, не отвечая па огонь
береговых батарей и кораблей всех трех линий правого фланга
неприятельского флота, «прошед сквозь мрак и тьму, валив по-
крывавшую», заняла свое место в соответствии с диспозицией и
вступила в бой 1 2.

Флагманский корабль «Азов», «прокладывая себе путь посре-
ди брандеров, производя... страшную всеразрушающую пальбу,
быстро достигнув меты своей, неприятельских линий, стал от
оных в расстоянии пистолетного выстрела на якорь»3.

Русским кораблям сразу же пришлось сразиться с главными
силами турецкой эскадры. Основной огонь противника был на-
правлен па «Азов», которому одновременно пришлось сражаться
с пятью кораблями. Несмотря на то, что «Азов» был окружен
вражескими судами, он обрушил шквал огня па египетский 80-пу-
шечный корабль Мухарем-бея, решительно атаковавшего англий-
ского флагмана. Вскоре на египетском корабле вспыхнул пожар,
он отвалил в сторону, а затем взлетел па воздух. «Тогда положе-
ние англичан переменилось»4. «Азов» потопил два больших фре-
гата и корвет, сжег флагманский фрегат под флагом Тахир-пашп,
вынудил выброситься па мель 80-пушечпый турецкий линейный
корабль.

«Азовцы» сражались с глубоким знанием дела и невиданным

памп! — писал

мужеством. «Казалось, весь ад разверзся перед

П. С. Нахимов, находившийся на «Азове» .во время сражения. —
Не было места, куда бы) не сыпались кпипели, ядра и картечь...
Надо было драться истинно с особенным мужеством, чтоб вы-
держать весь этот огонь и разбить противников»5.

Лазарев «отменным искусством и примерным мужеством... и

искусно направляя действия артиллерии, ускорял тем разруше-
ние сил оттоманов»6.

Отмечая исключительно важную роль «Азова» в Паварппском
сражении, Гейден особо подчеркнул заслуги М. П. Лазарева: «К
чести капитана Лазарева я должен всеподданнейше присовоку-
пить, что строгая дисциплина, ежедневное учение по пушкам и
порядок, в коем служители всегда содержались, были причи-
ной.., что корабль «Азов» действовал с толпкпм успехом в пора-
жении и истреблении неприятеля»7.

1827. л. 91.

1 П. С. Н а х и м о в. Документы и материалы, стр. 82.

2 ЦГАВМФ, ф. 315, он. 2, д. 64. Исторический журнал,

3 Там же, л. 91 об.

4 Там же.

5 И. С. II а х и м о в. Документы и материалы, стр. 73.

6 ЦГАВМФ, ф. 315, он. 2, д. 64, л. 93.

7 ЦГАВМФ, ф. 283, д. 530, л. 10.
Отважно девствовали на «Азове» лейтенант П. С. Нахимов,
мичман В. А, Корнилов и гардемарин В. И. Истомин, будущие ру-
ководители героической обороны Севастополя.

«В намять достохвальиых деяний начальников, мужеству и
неустрашимости офицеров и храбрости нижних чипов» 1 в Нава-
рииском сражении «Азов» первым в русском флоте был награж-
ден Георгиевским кормовым флагом.

Л инейный корабль «Гангут» под командованием капитана
Авинова потопил один фрегат, зажег и взорвал другой, линейный
корабль «Александр Невский» под командованием капитана
Богдановича захватил в плен турецкий фрегат. Успешно действо-
вали линейный корабль «Иезекииль» (капитан Свинкин), фре-
гат «Константин» (капитан Хрущев) и все остальные русские
корабли.

Действия русских офицеров и матросов были высоко оценены
командующим эскадрой Л. П. Гейденом: «Не нахожу достаточ-
ных выражений, дабы изъяснить... храбрость, присутствие духа
и усердие капитанов, офицеров и нижних чинов, оказанные ими
во время кровопролитного сего сражения: они дрались, как львы,
против многочисленного, сильного и упорного неприятеля, а в
особенности отличились капитаны Лазарев, Авинов, Свинкин,
Богданович и Хрущев»1 2. Капитан И. И. Свинкин, будучи ранен
в начале сражения, в течение четырех часов продолжал коман-
довать кораблем, стоя на коленях и держась за снасти.

В результате действия русской эскадры весь центр и правый
фланг неприятельской линии был разгромлен. Справедливость
требует сказать, что английские и французские моряки сража-
лись отважно и внесли значительный вклад в победу. Но решаю-
щая роль в разгроме турецко-египетского флота принадлежала
русской эскадре. Именно опа нанесла поражение главным силам
противника, находившимся в центре и на правом фланге неприя-
тельской позиции.

«В исходе 6 часа, — говорится в вахтенном журнале «Азо-
ва»,— не видя противу нас ни одного из неприятельских судов,
прекратили бой, а в 6 часов сражение везде окончилось»3.

Паваринское сражение, продолжавшееся около четырех ча-
сов, кончилось полным поражением турецко-египетского флота.
Из 66 судов, находившихся в бухте, остались лишь один фрегат
и 15 мелких судов. Потери в людях составляли около 7 тысяч че-
ловек 4.

Союзники не потеряли ни одного корабля, но многие из судов

1 ЦГАВМФ, ф. 19, он. 4, д. 5, 1827, л. 18.

2 ЦГАВМФ, о. 170, д. 115, л. 3 об.

3 ЦГАВМФ, ф. 870, он. 1, д. 3857—а. Вахтенный журнал линейного кораб-
ля «Азов», л. 154.

4 «Боевая летопись русского флота», стр. 199. В различных исторических
документах данные о потерях турок расходятся. В Историческом журнале ска-
зано, что «союзники не потеряли ни одного судна, напротив турки лишились...
60 судов». ЦГАВМФ, ф. 315, он. 2, д. 64, лл. 106 об. м 107.
имели серьезные повреждения. В русской эскадре больше всего
пострадали «Азов», «Гангут» и «Иезекииль». На «Азове» были
побиты все мачты, а в корпусе имелись 153 пробоины, из которых
7 — подводные. На союзных эскадрах было убито 177 и ранено
469 человек, в том числе па русской эскадре был убито 59 и ра-
нено 139 человек Г

Разгром турецко-египетского флота в Наварипском сражении
имел'большие международные последствия.

Наварииская победа оказала значительное влияние па гре-
ческое национально-освободительное движение. Греческий на-
род приветствовал эту победу, так как видел в ней важный шаг
к полному освобождению от ненавистного турецкого ига.

Жители Пелопоннеса обратились к союзным адмиралам с бла-
годарственным адресом.

Когда русская эскадра прибыла па остров Мальту, мальтийцы
приветствовали героев Нрварина. Где бы ни появлялись русские
моряки, греческое население встречало их как своих союзников
и защитников. Очевидец рассказывает, что, когда русский бриг
зашел на остров Корфу и его моряки сходили па берег, «то греки
нигде и ни за что не хотели брать с них денег... Вот как любят
русских на Ионических ортровах и терпеть не могут англичан» 1 2.

После Наварииской победы борьба греческого парода против
турецких захватчиков развернулась с новой силой. Греческие
патриоты опирались на поддержку русской эскадры. Сразу же
после Наварииской битвы для оказания помощи грекам Гейден
послал в Смирну фрегат! «Константин». Умело организованное
крейсерство русских кораблей в значительной степени пресекало
действия турецкого и египетского флотов у берегов Греции, за-
трудняло переброску турецких войсц и оружия.

Наварииская победа произвела огромное впечатление в Евро-
пе. Передовые общественные круги европейских стран ‘привет-
ствовали эту победу, рассматривая ее не только как предвестник
полного освобождения греческого народа от иноземного влады-
чества, по и как своеобразный призыв к справедливости и гума-
низму. *

Особнно радостно встретили весть о Наварииской победе в
России. Конечно, различные слои русского общества не одина-
ково относились к греческому восстанию, по все восхищались

подвигами своих соотечественников, многие сочувствовали осво-
бодительной борьбе греческого народа. Даже Бенкендорф вы-
нужден был признать, что Россия «желала освобождения Гре-
ции»3. Правительство Николая I считало Наваринскую битву

1 ЦГАВМФ, ф. 170, oin. 1, д. 115. Рапорт адмм/рала Гейдена о сражении при
Наварине. «Ведомость об убитых и раненых на российской эскадре в 'сраже-
нии мри Начзарине 8 октября 1827 сюда», л. 11.

2 «История русской армии -и флота», т. 9, стр. 199.

3 А. X. Бенкендорф. Указ, сон., «Красный Архив», 1929, т. 6 (37),
стр. 157.
закономерным результатом Лондонского договора. «Я не удив-
лен был событием, — писал Николай I своему брату Константи-
ну,— так как, по моему мнению, оно естественно вытекает из
статей договора, ставивших паши эскадры в неизбежную необхо-
димость прибегнуть к подобным крайностям, коль скоро турки
продолжали поддаваться австрийским проискам»1.

Николай 1 не случайно упомянул об австрийских происрах.
Все эти годы Австрия выступала как непримиримый враг грече-
ского освободительного движения и союзник Порты.

В Историческом журнале эскадры Гейдена за 1827 год мы
читаем: «Австрия с завистью взирает на возраждающуюся Гре-
цию... она тайно способствует во всем Турции, за которую она
готова выступить на театр кровавой брани — забывая святость
Священного Союза»1 2.

Подъем национально-освободительного движения балканских
пародов угрожал лоскутной Австрийской монархии. Поэтому весть
о разгроме турецкого флота вызвала в Вене возмущение. Княги-
ня Ливен, хорошо осведомленная о настроениях Венского каби-
нета, писала своему брату А. X. Бенкендорфу, что Австрия
«взбешена и взволнована»3 4 Наваринским сражением. Меттерних
заявил, что это событие знаменует собой начало всеобщего заме-
шательства и хаоса, а австрийский император Франц назвал ад-
миралов союзных эскадр убийцами ни в чем не повинных турок
п очень жалел о том, что не может послать 100-тысячную армию

в помощь гуркам для усмирения греков.

«Между Австрией и Портой после наваринского дела, — го-
ворилось в одном документе, — сношения происходят с чрезмер-
ной деятельностью» Г В другом документе сообщалось, что мно-
гие австрийские офицеры вышли в отставку и «отправились в ту-
рецкие владения для вступления там в службу, во вновь форми-
рующиеся регулярные войска» 5.

Лондонский кабинет встретил известие о Паваринском сра-
жении с досадой. Первое время английское правительство воз-
держивалось даже от награды Кодрингтона, но потом, считаясь
с общественным мнением, оно удостоило его ордена Бани. Король
Георг IV, подписывая документ о награждении Кодрингтона, за-
метил: «51 посылаю ему ленту, хотя он заслуживает веревки»6.
В речи, произнесенной в парламенте, король назвал Паваринское
сражение «горестным событием»7. Партия тори заявила, что На-

1 Письмо Николая I великому князю Константину Павловичу от 12 нояб-
ря 1827 г. Сб. РИО, т. 1. СПб., 1910, стр. 193.

2 ЦГАВМФ, ф. 315, оп. 2, д.( 64, лл. 229 и 229 об.

3 «Д. X. Ливен и ее переписка с разными лидами». «Русская старина»,
1903, т. 114, № 4—6, стр. 428.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4479, л. 328.

5 Там же.

6 О. Ш п а р о. Освобождение Греции и Россини, стр. 244.

7 Е. Ф с о к г и с т о в. Указ, соч., стр. 168.
варинское сражение находится в противоречии с традиционной
английской политикой на Ближнем Востоке, что «истребление
турецкого флота оставляет Порту совершенно беззащитной в
рука^ России» Г

В официальном английском правительственном документе на
имя Кодрингтона говорилось: «Его Величеству прискорбно, что
произошло такое столкновение (Наварипское сражение.—В. Л.)
с морской силой исконного союзника Англии; но Его Величество
все же надеется, что это досадное событие не будет сопровожде-
но дальнейшими враждебными действиями...»1 2.

Исторический журнал так оценивал политику правящих кру-
гов Англии: «Английское министерство, взглянув на аптекарские

свои весы выгоды и невыгоды, и измеряя неравенство сил двух
империй, и зная на которой стороне будет -перевес, — выветривая
прежний жар свой в пользу Греции, начало обвинять адмирала
Кодрингтон а в истреблении турецкого флота. Им, как это теперь
видно, хотелось, не ослабляя вдруг Турции, слегка действовать в
пользу Греции, из коей дни надеются, утомив своих союзников,
составить новую Ионическую колонию. Им не хотелось истреб-
лять силы оттоманские, но беречь их для России»3.

Лондонский кабинет, считая Наварипское сражение «досад-
ным событием», больше всего заботился о том, чтобы избежать
новых враждебных действий против Турции. Английский и фран-
цузский послы в Константинополе выразили султану от имени
своих правительств сожаление по поводу Наваринского сражения
и заверили, что их страны не считают себя в состоянии войны с
Турцией.

Позиция Англии и Франции и подстрекательство Австрии при-
дали султану решительность. Султанское правительство ответило

отказом па предложение трех послов пачатьнереговоры на основе
Тогда дипломатические представители

Лондонского договора.

России, Англии и Франции предъявили султану ультимативную
поту, в которой требовали немедленного заключения перемирия
с греками на суше и на море. После того, как и эта пота была
отклонена, послы трех стран 26 ноября выехали из Константи-
нополя. Было совершенно очевидно, что Турция готовится к вой-
не с Россией, считая ее главной виновницей Наваринского

разгрома.

В декабре 1827 года султан объявил о расторжении Аккер-
манской конвенции, закрыл проливы и призвал всех мусульман
к «священной войне» против русских.

В ответ русское правительство, руководствуясь Лондонским
договором, предложило союзным государствам принять более
решительные меры воздействия на Порту — осуществить блокаду
союзными эскадрами Дарданелл и от имени союзников запять

1 К. Феок т и с т о в. Указ, соч., стр. 168.

2 Е. В. Богданович. Наварив. 1827—1877, стр. 62.

3 ЦГАВМФ, ф. 315, оп. 2. д. 64, лл. 228 и 228 об.
русскими войсками Дунайские княжества. Кроме того, предлага-

лось вступить в дипломатические сношения с Грецией
ей финансовую помощь.

и оказать

умно заметил, что он никак не может установить, кого же Вел-
лингтон «более ненавидит, Россию или Грецию?»1. Дело дошло
до того, что английский кабинет официально предложил русско-

му правительству ограничить предполагаемое греческое государ-
ство территорией одного Пелопоннеса 1 2. Как и можно было ожи-
дать, Россия отклонила это предложение.

К. Маркс писал, что «до подписания Адрианопольского до-
говора ни он, лорд Абердин, ни герцог Веллингтон, придержива-
ясь в данном случае политики Каннинга, отнюдь не предусматри-
вали создание независимого королевства Греции»3.

Из всех европейских держав одна Россия оказывала Греции
политическую поддержку и экономическую помощь. Правда, эту
помощь чаще всего приходилось оказывать тайно, так как Рос-
сия была связана Лондонским договором, по которому она могла
помогать Греции лишь от имени всех союзников. Но Англия по-
могать отказывалась, а Франция — воздерживалась.

Поддержка и помощь Греции со стороны России особенно
усилились после того, как 14 апреля 1828 года Николай I подпи-
сал манифест об объявлении войны Турции.

Еще в марте 1828 года Нессельроде писал Гейдену: «Что ка-
сается до греков, то так как Россия, как скоро будет в войне с
Турцией, сочтет их не иначе, как своими естественными помощни-
ками, вы, граф, дадите им всякую помощь, в которой бы они
нуждались, либо снабжая ими занимаемые и угрожаемые врагом
крепости местными припасами, либо доставляя им оружие и во-
енные припасы»4. В том же месяце русское транспортное судно,
груженное продовольствием и порохом, было направлено Гейде-
ном в помощь греческому гарнизону крепости, осажденной тур-
к а м и.

Для характеристики политики России в этот период значи-
тельный интерес представляет письмо Нессельроде к Каподист-
рни, датированное мартом 1828 года. Заявив, что в войне с
турками Россия будет стремиться к скорейшему исполнению Лон-
донского трактата, Нессельроде далее писал: «Мы начнем эту
войну с готовым трактатом, который возобновит и дополнит при-

1 «Собрание трактатов и конвенций», т. 11, стр. 396.

2 Г. П а л е о л о г и М. С и в и и и с. Указ, соч., стр. 85.

3 К. М арке и Ф. Энгельс. Соч., т. 10, стр. 297—298.

4 Г, П а л е о л о г и М. С и в и и и с. Указ, соч., Приложения, стр. 68.
вилегию Придунанских княжеств и Сербии, уничтожит турецкие
крепости на левом берегу Дуная, даст положительные гарантии
свободной навигации Черного моря, даст нам Анапу и Поти в
Азии, не увеличивая наших территориальных владений в Евро-
пе, и назначит вознаграждение за потери, понесенные нашими
подданными, и за издержки войны...

...Мы поручили ему (Гейдену. — В. Л.) объявить как своим
сотоварищам, так и грекам, что Россия действует только для
исполнения Лондонского трактата и что она не домогается ис-
ключительного влияния в Греции...

...Мы поручили ему тоже доставить грекам жизненные и во-

енные припасы и оказать всякую возможную помощь, потому что
наше положение воюющей державы позволяет нам считать гре-

ков своими помощниками и помогать им со всею нашею силою;
при том Император придает существенное значение тому, чтобы
в тот день, когда мы заключим мир с Турцией, положение Греции
давало нам право и средства, каковы бы пн были намерения
Англии, Франции и Австрии, установить основания ее независи-

мости и границы ее территории согласно с условиями, которые
устанавливает в принципе акт 6 июля» Г

Весть об объявлении ^осеней войны Турции была встречена
Веллингтоном и Меттернихом с нескрываемой враждебностью,
которая чувствовалась ija протяжении всей русско-турецкой
войны. В Лондоне и Вен$ радовались любой неудаче русских
войск и приходили в дурное настроение от их успехов. «Наши
победы удивили Европу и поразили наших врагов, из коих са-
мым враждебным и недоброжелательным к нам можно считать
английский кабинет... герцог Веллингтон не думал, что Россия
может одержать победу<— писала княгиня Ливен в августе
1829 года.

Бенкендорф в обзоре общественного мнения за 1828 год пи-
сал, «что Австрия и Англия ведут здесь (в Петербурге. — В. Л.)
систематический шпионаж... рука об руку стараются исподтишка
противодействовать всем военным операциям, вплоть до поста-
вок па армию...» 3.

После Наваринского сражения эскадра Гейдена была остав-
лена в Средиземном море. Перед ней была поставлена задача:
оказывать помощь и поддержку Греции и защищать пи тересы
России в Средиземном море. Гейдену приходилось действовать в
сложной обстановке. Он должен был соблюдать условия Лондон-
ского договора, не обострять отношений с командованием англий-
ской и французской эскадр, которое ревниво наблюдало за дей-

1 Г. Палео л‘о г и М. С :и в и н и с. Указ. соч., Приложения,
стр. 76—77.

2 «Д. X. Ливен и ее переписка с разными лицами». «Русская старина»,
1903, т. 114, № 4—6, стр. 677. „

3 А. X. Бенкендорф. Указ, соч., «Красный Архив», 1929, г. 6 (37),
стр. 163—164.
ствиямн русских кораблей и часто вело себя не по-союзни-
чески.

Базируясь па острове Мальта

!, Гейден посылал корабли щля

охраны берегов Греции от турецких десантов и борьбы с пиэат-
ством.

Вскоре обстановка в районе Средиземного моря изменилась---
началась русско-турецкая война. Еще за три недели до ее объяв-
ления, 21 марта 1828 года, Нессельроде направил Гейдену инст-
рукцию, в которой ему предписывалось «действовать с полной
независимостью» и пользоваться в отношении Оттоманской Пор-
ты всеми правами воюющей стороны. В инструкции указывалось:
«1. Привести в действие все нрава войны против Оттоманских
флотов, собственности и владений.

2. Нападать в силу этих самых прав на морские силы Турции, на
египетские корабли..., которые подошли бы к островам или кон-
тиненту Греции или пытались бы нападать на крепости, находя-
щиеся в руках греков, или оказывать помощь крепостям, зани-

маемым турками...

Что касается до нейтральных кораблей, которые пытались
бы привезти туркам военные припасы, то Россия, как воюющая
сторона, имеет полное право поступать согласно с законами
войны» * 2.

Через месяц, 18 апреля 1828 года, Нессельроде направил Гей-
дену новую инструкцию. На первое место выдвигались выполне-
ние условий Лондонского договора и требование «постоянно со-
хранять с эскадрами союзных держав» тесный контакт3, а само-
стоятельные действия эскадры против турок отодвигались на
задний план. «Ваше сиятельство, — говорилось в инструкции,—
откажитесь от всякой отдельной экспедиции... Вы не удалитесь,
граф, от английской и французской эскадр вследствии второсте-
пенных соображений» 4.

Такой крутой поворот в планах использования эскадры Гей-
дена был связан с происками английской и французской дипло-
матий в Петербурге, добивавшихся ограничения действий рус-
ского флота. Правящие круги Англии и Франции добивались
ухода русской эскадры с Мальты. Только стремлением «щадить
щекотливость» Лондонского и Парижского кабинетов и можно
объяснить появление инструкции от 18 апреля. Но царское прави-
тельство вовсе не собиралось отказываться от достижения по-
ставленной цели, и, если потребуется, от самостоятельных дейст-
вий русской эскадры. Пройдет немного времени, и тот же Нес-
сельроде напишет Гейдену: «Вы должны дать характер воюющей

Русская эскадра прибыла на Мальту 21 октября 1827 года, ЦГАВМФ,
ф. 19, он. 1, д. 117 а, л. 16 об.

2 Г. Палео лог и М. С и в и н и с. Указ, соч., Приложения. Депеша
графа Нессельроде графу Гейдену от 21 марта 1828 года, стр. 66.

3 Там же, Депеша Нессельроде Гейдену от 18 апреля 1828 года, стр. 79.

4 Там же, стр. 80.

----------. . .. . А- .. , «
стороны, и в отношении как к туркам, так и к нейтральным дер-
жавам» Г

Русская эскадра, совместно с английской и французской, при-
няла активное участие в блокаде берегов Греции с целью изгна-
ния из Греции войск Ибрагим-паши. Лишенный возможности
из-за блокады получить подкрепление, терпя поражения в боях
с греками, Ибрагим-паша вынужден был оставить Пелопоннес.

В начале 1828 года па усиление эскадры Гейдена из Крон-
штадта были отправлены 4 брига. Тогда же в Кронштадте стали
готовить к отплытию в Средиземное море эскадру контр-адмира-
ла ГГ И. Рикорда.

В июне 1828 года эскадра Рикорда, состоявшая из кораблей
«Царь Константин», «Князь Владимир», «Фершампеиуаз» и «Эм-
мануил», фрегатов «Мария», «Ольга», «Александра» и «Княгиня
Лович» и бригов «Улисс» и «Телемак»1 2, оставила кронштадтский
рейд и взяла курс в Средиземное море. В приказе по эскадре от
29 июня 1828 года Рикорд рисал, что он получил предписание «не
останавливаясь в Англии и не заходя пи в какие порты, следо-
вать с возможною поспешностью в Мальту» 3.

В первых числах октября эскадра Рикорда пришла на Мальту
и соединилась с судами Г!ейдена, который вернулся ша Мальту
из Греческих вод. Первоначально предполагалось эскадрой Ри-
корда заменить суда, бывщие у Гейдена, с которыми Рикорд
должен был возвратиться в Россию. По затем, в связи с планами
военных действий на 1829 год было решено оставить в Средизем-
ном море все суда4. В объединенной русской эскадре насчитыва-

лось теперь 20 вымпелов, в том числе 7 кораблей, 6 фрегатов,
2 корвета, 3 брига и 2 транспорта5. I

В соответствии с планом войны и указаниями из Петербурга
проявить «характер воюющей стороны» было решено начать бло-

каду Дарданелл и Константинополя. 14 августа Нессельроде пи-
сал Каподистрии: «Мы намерены предпринять действительные
меры: блокировать в то же время Босфор и Дарданеллы и мо-
рить Константинополь голодом»6. Цель блокады состояла в том,

чтобы лишить Константинополь подвоза продуктов питания и во-

енных материалов и не допустить выхода из пролива турецких
кораблей с войсками и оружием для действия против греков.
Блокаду было поручено осуществлять отряду кораблей под па-

1 Г. Палео лог и М. С и в и и и с. Указ, соч., Приложения. Денеша
Нессельроде Гейделу от 14 августа 1828 года, стр 103.

2 ЦГАВМФ, ф. 195, on. 1, д. 42, л. 37.

3 Там же, л. 81.

4 ЦГАВМФ, ф. 195, он. 1, д. 33. Гейден Ракорду от 2 октября 1828 года,
л. 179.

5 ЦГАВМФ, ф.315, он. 2, д. 65. Исторический журнал 1828 года, лл. 256
об. и 257.

6 Г. П а л е о л о г и М. С швин нс. Указ, соч., Приложения, стр. 127.
чальством Рикорда, состоявшего из кораблей «Фершампенуаз»
и «Эммануил» и фрегатов «Мария» и «Ольга»1. |

Уже 11 октября отряд Рикорда оставил Мальту и направился
к Дарданеллам. Выдержав жестокий шторм, корабли Рикорда
28 октября достигли острова Тенедоса, а 2 ноября «заняли срою
позицию» у Дарданелл, между Тенедосом и анатолийским бере-
гом, в 25 верстах от устья пролива1 2. Место это выбрано как «по
удобству якорной стоянки», так и потому, что в этом районе про-
ходила большая часть судов в Константинополь и обратно.

Тогда же Рикорд отдал приказание о порядке блокады3.

Вскоре Рикорд получил от Гейдена инструкцию о блокаде
Дарданелл, содержание которой можно свести к следующему.
1. Пропускать все суда, идущие из Дарданелл, не имеющие ору-
жия против греков; 2. Все суда, идущие в Константинополь,
должны быть строго осмотрены4. Рикорд решил «иметь постоян-
ный пост блокады» на южной стороне острова Тенедоса 5.

Отряд Рикорда «закрыв Дарданеллы, врата Константинопо-
ля, произвел там ощутительный недостаток в жизненных припа-
сах» 6. Султан «предписал капитан-бею... всемерно стараться ист-
ребить или удалить сей отряд, дабы открыть врата... для .про-
хода в оный ожидаемых им (Константинополем. — В. Л.) из
Александрии транспортов с пшеницей и пшеном». Однако капи-
тан-бей не решился выйти в море, а высланные им против рус-
ских кораблей брандеры были разбросаны ветром7.

Еще до прихода отряда Рикорда Гейден направил к острову
Криту контр-адмирала Лазарева с кораблями «Иезекииль» и
«Александр Невский» для действия против турок, совершивших
нападение на бриг «Ахиллес». В связи с тем, что турки учинили
на Крите резню христиан, командование русской, английской и
французской эскадр начало блокаду острова, но английское и
французское командование осуществляло блокаду формально.
Англия и Франция не только делали все для того, чтобы не до-
пустить поражения Оттоманской Порты, но и опасаясь, что Рос-
сия и Греция станут требовать присоединения Крита к свободной
Греции, добились на Лондонской конференции, в ноябре 1828 го-
да снятия блокады острова. Такая политика может быть объяс-
нена двумя причинами: нежеланием видеть сильную, независи-
мую Грецию и тайными планами британского кабинета захва-
тить остров Крит, лежавший па пути в Индию.

В январе 1828 года, во время крейсерства у Крита, русский
корабль «Царь Константин» захватил египетские 26-пушечпый

1 ЦГАВМФ, ф. 315, оп. 2, д. 65. Исторический журнал 1828 года, л. 258 об

2 Там же, лл. 287 и 287 об.

3 'Гам же, лл. 287 об. — 290 об.

4 Гам же, л. 299 об.

5 Там же, л. 301.

6 Там же, л. 295.

7 Там же, л. 295 об.
корвет «Львица» и 14-пушечный бриг «Капдия». Крейсерство
русских кораблей в районе Крита, организованное для пресече-
ния подвоза турецких войск из Малой Азии па этот остров, вы-
зывало возражение лондонского правительства и было отме-
нено.

Таким образом, командованию русской эскадры приходилось
бороться не только с вооруженными силами Оттоманской Тур-
ции, но и с интригами и недоброжелательством западных дер-
жав. Гейден, «желая быть ближе как к кругу действий в Греции
проходящих, так и к блокаде Дарданелл», 18 ноября отправился
с основными силами из Мальты в порт Поро, который стал ос-
новной базой русского флота1. В Мальте остались два корабля,
фрегат и корвет1 2. (

Между тем отряд Рикорда, базируясь и а островах Тепедос,
Тассо и Маври, с жителями которых русские моряки установили
дружественные отношения, успешно проводил блокаду Дарда-
нелл. Несмотря на тяжелые погодные условия наступившей зи-
мы, недоброжелательности и вражду со стороны австрийского и
английского морского командования, стремившихся сорвать бло-
каду или ограничить ее р.айон, русские корабли отрезали Кон-
стантинополь от Средиземного моря. Особенно активно протурец-
кую политику проводила Австрия. Австрийское правительство в
конце 1828 года особым соглашением с царским правительством
выговорило для себя право проводить купеческие суда через
Дарданеллы без осмотра, если командир австрийского конвойно-
го корабля «дает честное слово, что па конвоируемых им судах
контрабанды или провизии пет»3. Пользуясь этим правом, Авст-
рия тайно снабжала Константинополь продовольствием и ору-
жием.

В декабре Рикорд отправил к Гейдену для ремонта корабль
«Эммануил», который пос|градал от шторма4. Рикорд регулярно
посылал оставшиеся у перо корабли для осмотра и опроса про-
ходящих кораблей, а в случае необходимости и изъятия грузов,
направлял суда в крейсерства к проливу Дарданеллы и островам.

Турки, видя, что Дарданеллы «заграждены для них совер-
шенно, и куда ни с оружием, ни с провизией пробраться невоз-
можно»5, стремились «открыть новые пути, если уже не в Геллес-
понт6, то по крайней мере, к ближайшим около его местам»7.

Поэтому «все суда, идущие из Смирны и других обильных
мест... имели накладные уже не в Константинополь, по в порт
Энос и другие, на берегу сем находящиеся и в блокаде ие состо-

1 ЦГАВМФ, ф. 315, оп. 2, д. 65, л. 267.

2 Там же, л. 267 об.

3 ЦГАВМФ, ф. 195, on. 1, д. 33. Письмо Гейдена Ракорду от 4 декабря
1328 года, л. 203.

4 ЦГАВМФ, ф. 315, оп. 2, д. 65, л. 301 об. и 302.

5 Там же, д. 66. Исторический журнал, 1829, л. 87 об.

6 Античное название Дарданелл.

7 ЦГАВМФ, ф. 315, оп. 2, д. 66. Исторический журнал, л. 87 об.
ящие» 5 Однако русское командование быстро разгадало эту
хитрость и блокировало Энос. 3 марта 1829 года Рикорд издал
приказ, в котором писал, что «сей порт» объявлен в блокаде' Он
обратился к голландскому консулу в Смирне, чтобы тот сообщил
всем коммерческим конторам и консулам, что русское морское
командование признало необходимым «объявить порт Энос ц все
прочие гавани до самого залива Кантессо в блокаде» 1 2.

Расширение района блокады потребовало усиления отряда
Рикорда. 13 марте 1829 года у Дарданелл сосредоточились ос-
новные силы эскадры Гейдена. Активная блокада Дарданелл и
близлежащих портов парализовала снабжение Константинополя
продовольствием. Только в порту Смирна к февралю 1829 года
собралось до 150 судов с хлебом, которые так и не смогли по-
пасть в Дарданеллы'3.

В апреле район блокады был еще больше расширен, охватив
пространство от Эноса до залива Адромитты4, где, как стало
известно, «учреждаются склады хлеба для перевозу оного бере-
гом в Дарданеллы»5. Тогда же начальник штаба эскадры Лаза-
рев разработал инструкцию командиру дежурного корабля или
фрегата, проводящего блокаду Дарданелл и Константинополя.
«Объявить всем судам, идущим к Дарданеллам, — говорилось в
инструкции, — что оные блокируются Российской эскадрой и
строго осматривать каждое судно, на том основании, что если у
них не откроется военных снарядов, или провизии, то дозволить
им свободный путь». Если судно уклонится от осмотра и отва-
жится продолжать путь, «тогда препятствовать силою»6, а в
случае необходимости, «силу отражать силой»7. Что касается
судов, идущих под австрийским конвоем, то Гейден приказал
пропускать только те суда, которые будут иметь австрийский
флаг8.

В результате блокады русские корабли захватили большое
число судов, груженных продовольствием и военными припаса-
ми. В марте 1829 года была задержана английская шхуна «Ко-
лумбия», груженная провизией9.

В апреле крейсировавший у острова Имбро фрегат «Княгиня
Лович», задержал австрийское купеческое судно, и а гружен ное

1 ЦГАВМФ, ф. 315, он. 2, д. 66. Исторический журнал, лл. 87 об. и 88.

2 ЦГАВМФ, ф. 195, от. 1, д. 48. Приказ Рикорда от 3 марта 1829 года,
лл. 40 и 40 об.

3 11. Д. Каллистов. Греческий вопрос. Наварипское сражение. Воен-
ные действия в Средиземном море в войну с Турцией 1828—1829 гг. Блокада
Дарданелл... «История русской армии и флота», вы.п. 9. М., 1913, стр. 197.

4 ЦГАВМФ, ф. 195, on. 1, д. 46. Письмо Гейдена Ракорду от 24 апреля
1829 года, лл. 2 и 2 об.

5 ЦГАВМФ, ф. 345, он. 2, л. 66, л. 96 об.

G ЦГАВМФ, ф. 195, on. 1, д. 46. Инструкция командиру дежурного корабля
пли фрегата, лл. 6 и 6 об.

7 'Гам же, л. 6 об.

8 ЦГАВМФ, о. 315, он. 2, д. 66, л. 101 об.

9 ЦГАВМФ, ф. 195, on. 1, д. 46, лл. 21—22.
ншенрцей и рисом Г Тогда же фрегат «Мария» в заливе Адрсь
митты взял бриг под иерусалимским флагом, на котором также
оказалась пшеница1 2. Фрегат «Александра» захватил два турец-
ких судна с грузом военных снарядов 3. Были задержаны авст-
рийские бриг «Бреде» 4 и бригантина «Соле» 5, груженные про-
довольствием, причем на бриге хлеб был спрятан под солью.
Австрийские суда стремились доставить в Константинополь не
только продовольствие, но и порох и ядра6.

За время блокады, до 3 августа 1829 года, только по данным
призовой комиссии в Поро, было изъято у задержанных судов и
продано продуктов на 72485 руб. 54’/2 кои.7.

По, проводя жесткую блокаду в отношении Оттоманской Пор-
ты, русское командование разрешило проход небольших судов с
продовольствием для греков, «находившихся в окрестности Дар-
данелл и Константинополя»8. Следует подчеркнуть, что вообще

между русскими моряками и греческим населением установились
самые дружественные отношения. Русские оказывали грекам
помощь оружием, боеприпасами, продовольствием, топливом.
«Во время командования моего эскадрою,— писал Гейден, — гре-
ческое правительство нуждаясь в угле, хлебе и некоторых других
запасах, забрало их от нар и большею частью из приобретенных
призов на немалую сумму»9. Оказывали русские моряки грекам
и вооруженную поддержку. Русские добивались, чтобы границы
повой Греции простирались «от залива Воло до залива Арта... с
присоединением всех Цикладов» 10 11. Президент Греции Канодист-

рия заявил, что русская эркадра оказала важные услуги грече-
скому правительству11. Греки со своей стороны старались всяче-
ски помочь русским морякам: доставляли важные сведения,
служили лоцманами, снабжали водою, доставляли продовольст-

вие и т. д.12

Датский посланник в Турции Гюбш сообщил русскому коман-
дованию о голоде среди русских военнопленных в Константино-
поле. Рикорд приказал командирам кораблей: «при осмотре про-
ходящих из Смирны в Константинополь судов, б уде окажется
провизия, отправленная датским консулом для российских нлеи-

1 ЦГАВМФ, ф. 195, on. 1, д. 46, л. 32.

2 ЦГАВМФ, ф. 315, он. 2, д. 66, л. 108.

3 ЦГАВМФ, ф. 195, он. 1, д. 48, лл. 42 и 42 об.

4 ЦГАВМФ, ф. 195, on. 1, д. 46, л. 58.

5 ЦГАВМФ, ф. 195, on. 1, д. 48, л. 205.

с ЦГАВМФ, ф. 195, on. 1, д. 46, л. 59.

7 Там же. Отчет призовой комиссии Гейдену, л. 80.

8 ЦГАВМФ, ф. 195, on. 1, д. 48. Приказ Рикорда от 30 апреля 1829 года,
лл. 99—100.

9 ЦГАВМФ, ф. 195, on. 1, д. 101. Письмо Гейдена Ракорду от 13 ноября
1831 года, л. 10.

10 ЦГАВМФ, ф. 315, он. 2, д. 65. Исторический журнал, 1828, л. 275.

11 ЦГАВМФ, ф. 195, on 1, д. 77, л. 3.

12 ЦГАВМФ, ф. 195, on. 1, д. 48, лл. 107 и 107 об. Там же, ф. 195, оп. 1,д. 12,
л. 151.
пых при накладных от него, то провизию сию пропускать беспре-
пятственно»

В связи со сложной обстановкой в районе блокады Гейден в
течение зимы и весны несколько раз с эскадрой выходил из Прро
к отряду Рикорда. Так, 14 апреля он прибыл с кораблями «Азов»,
«Царь Константин», «Иезекииль», фрегатом «Мария», корветом
«Наварив» и бригом «Улисс»1 2 и только 27 апреля отправился в
Поро3. Для продолжения блокады в распоряжении Рикорда бы-
ли оставлены корабли «Фершамиенауз», «Царь Константин»,
«Великий князь Михаил», «Александр Невский», фрегаты «Ма-
рия», «Княгиня Лович» и бриг «Телемак»4.

В июне Гейден с эскадрой оставил порт Поро и отправился в
крейсерство, избрав для него район «между островом Хио» и
«.матерым берегом», чтобы не допустить не только в Дарданеллы,
но и в Смирну готовившийся в Александрии большой отряд тран-
спортных судов 5.

26 июня отряд Рикорда присоединился к эскадре Гейдена6.
Поскольку ожидаемые из Александрии суда не появились, Гей-
ден 29 июня отправился в порт Поро7. Ракорду было предписано
идти к острову Паросу, а затем продолжить блокаду Дарданелл
и Константинополя8.

Активные действия русских военно-морских сил, распростра-
нение ими блокады от Эноса до Адрбмитты вызвали решительные
возражения со стороны Англии. Британский кабинет вошел с
особым представлением к Николаю I о снятии блокады с Эноса и
Адромитты и, царю «благоугодно было повелеть снять с оных
мест блокаду»9. Сообщая о снятии блокады «с оных мест» с
27 июля, Рикорд в приказе подчеркивал, что блокада Дарданелл
п Константинополя остается «в полной силе и действии» 10 11.

Политика английского кабинета после того как русские вой-
ска двинулись за Балканы с каждым днем становилась по отно-
шению России все более враждебной. В начале июня английская
и французская эскадры пришли к Дарданеллам, сопровождая
посланников своих стран, возвращавшихся в Константинополь11.
В мае пароход под английским флагом, нарушив правила бло-
кады, без опроса и осмотра прошел в Дарданеллы12.

1 ЦГАВМФ, ф. 345, он. 2, д. 66. Исторический журнал, 1829, л. 97 об.

2 Там же, л. 98 об.

3 Там же, л. 106.

4 Там же.

5 Там же, лл. 67 и 67 об.

6 Там же, л. 68.

7 Там же, л. 69 об.

8 Там же.

9 ЦГАВМФ, ф. 195, on. 1, д. 48. Приказ Рикорда от 27 июля 1829 года,
л. 260.

10 Там же.

11 ЦГАВМФ, ф. 315, он. 2, д. 66. Исторический журнал, 1829 г., лл. 112—115.

12 ЦГАВМФ, ф. 195, on. I, д. 48. Приказ Рикорда от 17 мая 1829 года,
лл. 138 и 138 об.
Когда русские войска перешли Балканы и двинулись к Адриа-
нополю, Рикорд, «учредив с помощью малых судов сношение с
Эносом, получал оттуда все известия касательно движения и дей-
ствия оных»1. 11 августа стало известно о взятии русскими вой-
сками Адрианополя1 2. 26 августа отряд русских войск под началь-
ством генерала Сиверса занял Энос, и ротмистр Муханов немед-
ленно отправился па бриге «Телемак» к Гейдену, чтобы вручить
ему депешу Нессельроде и письмо Дибича. Дибич, сообщая об
отправлении Гейдену депеши Нессельроде, писал: «Из сей депе-
ши... усмотрите, что высочайшая воля состоит в том, что если

обстоятельства вынудят меня продолжать наступательные дей-
ствия к Костантипополю, то чтобы вверенный вам флот сообра-
жал свои действия по моим повелениям»3. Поскольку должны
были начаться мирные переговоры, Дибич рекомендовал: «Огра-
ничьте действия ваши соединением оного (флота.-—В. Л) с фло-
том контр-адмирала Рикорда при устье Дарданелл»4.

Установление прямой связи с войсками Дибича имело боль-
шое значение. Теперь правый фланг русской армии опирался па
эскадру Гейдена, а левый—т на Черноморский флот.

В это время обстановка в районе Дарданелл крайне накали-
лась. 18 августа к отряду Рикорда прибыл английский военный
фрегат, командир которого' сообщил русскому командованию,
что он прислан от своего рдмирала, идущего с эскадрой «из
Смирны к сему месту как ближайшему для получения из Кон-
стантинополя нужных для 'него сведений»5. Действительно, па
другой день прибыл английский адмирал Малькольм с корабля-
ми «Азия» и «Реванш», фрегатом «Мадагаскар» и бригом. Ан-
глийские корабли расположились между русским отрядом и бе-
регом Анатолии6. На следующий день прибыл еще один англий-

ский корабль, а 23 августа подошли корабль,

два

корвета, бриг и тендер7.

По поводу прибытия английской эскадры к Дарданеллам в
Историческом журнале говорится, что английский посол в Тур-
ции Гордон, «будучи не в силах остановить действие победонос-
ных армий наших, и опасаясь прорыва через Дарданеллы флота
нашего... предписал вице-адмиралу сир Малькольму в случае

сего покушения стараться не допускать до оного, употребляя си-
лу против силы. Вот истинная причина прибытия его сюда, из
Смирны»8.

1 ЦГАВМФ, ф. 31 <5, он. 2, д. 66. Исторический журнал, л. 163 об.

2 Там же.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4841, ч. 2. Письмо Дибича Гейдену от 20 августа
1829 года, л. 5,11 об.

4 Там же, л. 512.

5 ЦГАВМФ, ф. 315, он. 2, д. 66. Исторический журнал, 1829, л. 164 об.

6 Там же

7 Там же, лл. 168 об. и 169.

8 Там же, л. 165.
Гейден, узнав о занятии русскими войсками Адрианополя и
Эпоса и о прибытии к Дарданеллам английской эскадры, iiqcne-
шил к Дарданеллам, куда и прибыл с эскадрой 2 сентября1. В
тот же день корвет «Наварив» был послав к Эносу для извеще-
ния /Дибича о прибытии Гейдена к проливу1 2.

7 сентября к Дарданеллам прибыл из Смирны французский
контр-адмирал Розамель с двумя кораблями и фрегатом, кото-
рые стали на якорь около русской и английской эскадр3. При-
шел из Смирны австрийский фрегат4.

В первой половине сентября у Дарданелл собралось множе-
ство военных и купеческих судов, на которых развевались рус-
ские, английские, французские, австрийские, голландские, сар-
динские, ионические и другие флаги5.

Несмотря на присутствие иностранных кораблей, русские эс-
кадры продолжали осуществлять блокаду. Рикорд писал Дибичу,
что главной задачей является «не пропускать в пролив ни одного
судна, нагруженного провизией»6.

Но 17 сентября было получено сообщение о ратификации Ад-
рианопольского мирного договора и тогда же Гейден издал при-
каз «блокаду Дарданелл и Константинополя совершенно прекра-
тить» 7.

С этого момента «отворились врата Геллеспонта и Босфора,
куда стремительно потекли с разными избытками... торговые
суда» 8.

Военные действия русского флота в Средиземном море в
1827—1829 годах оказали значительное влияние иа ход и исход
войны на главном театре — балканском.

Успешными действиями в Архипелаге русская эскадра спо-
собствовала победам греков над турками и установлению неза-
висимости Греции. Все честные греки помнят и ценят помощь
России в освобождении их Родины. Ярким выражением этой при-
знательности является беломраморная колонна на небольшом
острове у Пелопоннеса, воздвигнутая в честь русских моряков,
сове мнивших подвиг в Наварипском сражении.

Пребывание русских военно-морских сил в Средиземном море
содействовало укреплению безопасности и сдерживанию захват-
нических действий Оттоманской Порты.

В Наварипском сражении русские моряки действовали актив-
но, мужественно и с большим искусством, нанося главный удар

1 ЦГАВМФ, ф. 315, оп. 2, д. 66, л. 77.

2 Там же, лл. 175 об. и 176.

3 Там же, л. 176.

4 Там же, л. 176 об.

6 'Гам же, л. 177.

° ЦГВИА, ф. ВУА, д. 484 1, ч. 2. Письмо Рикорда Дибичу от 19 августа
1829 пода, л. 520.

7 ЦГАВМФ, ф. 315, оп. 2, д. 66. Исторический журнал, 1829 г., лл. 182
и 182 об.

8 Там же, л. 184.
по флагманам неприятеля. Особенно высокую выучку показали
офицеры и матросы флагманского корабля «Азов» под командо-
ванием капитана 1 ранга М. П. Лазарева, который следовал тра-
дициям Ф. Ф. Ушакова и Д. П. Сенявииа.

Наварипское сражение показало, что командование турецко-
го флота не учло опыта прошлых войн, и, е* частности, Чесменско-
го боя 1770 года, и сосредоточило значительное число кораблей
и транспортов в одной небольшой бухте.

Нельзя признать удачными и действия неприятельской артил-
лерии. Турки вели огонь преимущественно по рангоуту и такела-
жу. Такой огонь имел бы смысл, если бы сражение происходило
в открытом море, а ие в бухте, где суда стояли па якорях. Только
этим можно объяснить, что союзники не потеряли пи одного ко-
рабля, а турки лишились почти всего флота.

Разгром турецко-египетского флота позволил русской эскад-
ре, несмотря иа неблагоприятные погодные условия, «шаткость
политики союзников», недружелюбие Австрии, осуществить без
потерь блокаду Дарданелл в течение 10,5 месяцев. Русские моря-
ки опровергли утверждение авторитетных западноевропейских
флотоводцев, в том числе английского адмирала Коллингвуда,.о
невозможности блокады Дарданелл в зимнее время. Командую-
щий английской эскадрой в Средиземном море Малькольм, «рас-
суждая о сей блокаде, — сказано ъ Историческом журнале,—
говорил, что будучи на месте Петра Ивановича Рикорда, никогда
бы не в состоянии был исполнить сие дело» ’.

Блокада Дарданелл прицела к усилению продовольственного
кризиса в Турции, что отрицательно сказалось па снабжении
армии и ослабило ее боеспособность. Блокада затрудняла полу-
чение Портой резервов из Малой Азии и Египта.

Разгром неприятельского) флота в Наварпиской бухте и бло-
када русской эскадрой Дарданелл ослабили военные силы Тур-
ции на Черном море, что облегчило действия флота адмирала
Грейга, активно содействовавшего наступлению русской армии

за Балканами.

После окончания войны с Турцией часть русской эскадры ос-
тавалась в Средиземном море до 1833 года. Рескрипт о возвра-
щении эскадры в Россию и оставлении у берегов Греции отряда
кораблей1 2 был подписан 24 сентября 1829 года3. Ввиду натяну-
тости отношений с Англией начальник морского штаба направил
Гейдену секретное предписание, в котором говорилось, чтобы
«без особенной и самой крайней надобности, пи одно из судов...
ие заходило в английские порты»4.

1 ЦГАВМФ, ф. 315, он. 2, д. 66. Исторический журнал, 1829, л. 188.

2 Сначала отрядом должен был командовать Гейден, ио затем его заме-
нили. Раикюдао-м.

3 ЦГАВМФ, ф. 315, on. 1, д. 407. Рескрипт Николая I Гейдену, л. 22.

4 ЦГАВМФ, о. 19, on. 1, д. 131. Секретное отношение начальника морского
штаба Гейдену от 29 декабря 1829 года, л. 38.

15 Заказ 3234

225
В феврале 1830 года на очередной Лондонской конференции
Россия, Англия и Франция подписали протокол, согласно кото-
рому Греция была признана независимым государством. Летом
1830 года Гейден с двумя судами отправился в Россию, а в
1831 году вернулись к русским берегам и другие суда эскадры.
Рикорд с отрядом кораблей оставался в Архипелаге до 1833 го-
да, когда вернулся в Россию через Черное море.

Таким образом, русский флот своим присутствием и успеш-
ными действиями подтвердил суверенное право России свободно
пользоваться морем Среди земель. Россия, как черноморская и
в этом смысле средиземноморская держава, была тесно связана
со всеми проблемами, затрагивающими не только ее интересы,
но и других народов этого района. Она была заинтересована в
обеспечении безопасности своих южных границ.
ГЛАВА 1

ЗАБАЛКАНСКИЙ ПОХОД

РУССКОЙ АРМИИ В 1829 ГОДУ

1. ПОДГОТОВКА К ПЕРЕХОДУ ЧЕРЕЗ БАЛКАНЫ
ВОПРОС О ПЛАНЕ ПОХОДА

К подготовке похода за Балканы командование русской армии
приступило сразу же после падения Силистрии. Дибич ожидал
присоединения к армии корпуса Красовского. Красовскому по-
требовалось 7 дней для подготовки к переходу и 4—6 дней па
переход от Силистрии к ИЛумле (около 100 верст). Последний
эшелон прибыл под Шумлу 2 июля.

Русской армии предстояло совершить героический поход за
Балканы. Этот поход—рдпа из самых ярких страниц русской
военной истории XIX века. В русской досоветской историографии
более или менее полное освещение забалканский иоход получил
в трудах Лукьяновича \ Веригина 1 2, Андрианова3 и особенно
Епанчина 4. Однако в цедом -ряде вопросов работы названных ав-
торов устарели и не отвечают современному уровню историче-
ской пауки.

В советской историографии и исторической литературе поход
русской армии за Балканы не получил должного освещения.
В капитальном труде А. В. Фадеева забал капском у походу уде-
лено всего 4 страницы 5. Некоторые интересные вопросы, связан-
ные с разработкой плаиц похода за Балканы, поставил в своей
кандидатской диссертации Л. П. Пентюхов6. Кратко касается
этого вопроса и другой диссертант — В. И. Шеремет7.

1 II. Лукьянович. Описание турецкой войны 1828 и 1829 гг., ч. 4.
С|Пб., 1847. ' i

2 А. Веригин. Военное обозрение похода российских войск в Евро-
пейской Турции в 1829 г. СПб., 1846.

3 II. Андрианов. Русско-турецкая война 1828—1829 гг. История
(русской армии и флюта, т. 5. М., 1941.-

4 II. Епанчин. Очерк похода 1829 года в Европейской Турции, ч. 3.
СПб., 1906.

5 А. В. Фадеев. Россия и восточный кризис 20-х годов XIX века. ДА.,
1958.

6 Л. II. Пей тюх о в. Черноморский флот в русско-турецкой войне
1828—1829 гг. Диссертация на со-искапги-е ученой степени кандидата историче-
ских паук. ЛГУ, 1957.

7 В. И. Шеремет. Турция на заключительном этапе -восточного кризи-
са 20-х годов XIX века. Адри а подольский мир. Диссерт. па со1искап>ие ученой
степени кандидата исторических наук. ЛГУ, 1968.
В зарубежной военной историографии ряд важных вопросов
забалканского исхода русской армии в 1829 году получил не-
правильную, тенденциозную оценку — принижается самостоя-
тельность русской военной мысли, подчеркивается ее зависи-
мость от иностранных военных школ, в первую очередь от прус-
ской. В частности, делается попытка доказать, что план похода
1829 года был разработан немцами. Прусский генерал Мюфлинг
утверждал, что именно он составил планы русского похода и что
но его совету Дибич перешел за Балканы L Дипломат Д. Г] Ро-
зен, восхваляя полководческую деятельность Дибича, приписы-
вал ему разработку плана забалканского похода1 2. Стремление
выпятить роль немцев в войне с Оттоманской Портой характер-
но и для тех из них, которые служили в русской армии. Так, гене-
рал Ф. К. Гейсмар, участвовавший в войне 1828—1829 гг., пи-
сал: «...Эго я 35 дней спустя после Адрианопольского мира пере-
шел Балканы, разбил в ущелье турок, взял город Софию и этим
только поддержал мир, который турки решились нарушить»3.

Восхваление роли иностранцев в разработке плана и в осуще-
ствлении забалканского похода не получило должного отпора в
русской дворянско-буржуазной историографии. Приоритет рус-
ской военной мысли в разработке плана перехода за Балканы
не нашел желаемого освещения и в советской исторической лите-
ратуре. Даже в капитальном труде «История военного искусст-
ва» вопрос о забалканском походе русской армии совершенно не
затронут 4. Пе освещен этот вопрос и в других трудах по истории
военного искусства 5.

В 1953 году в журнале «Вопросы истории» была опубликова-
на статья П. К. Фортунатова «Две Шипки», в которой забалкан-
ский поход русской армии в 1829 году изображается как событие
случайное, вызванное безнадежностью крепостной войны. «Яв-
ная безнадежность затяжной осады турецких крепостей, — пишет
П. К. Фортунатов, — натолкнула главнокомандующего Дибича
на мысль форсировать горный хребет на наиболее низком его
участке — через Малые Балканы (в 10 км от Черного моря, юж-
нее Варны), что и было исполнено 35-тысячным русским войском
в июле 1829 года»6.

Балканский хребет, являясь южной границей Дунайской Бол-
гарин, тянется на 550 км с запада на восток от реки Тимок до

1 К. М а р кси Ф. Э н гель с. Соч., т. 34, стр. 250.

2 Д. Г. Роз ей: История Турции с 1826 по 1856 г. СПб., 1872, стр. 90.

3 В. Гейсмар. Барон Федор Клементьевич Гейсмар. Биографический
очерк. «Русская старила». 1881, т. 32, № 12, стр. 760—761.

4 История военного искусства, т. 1, под общей редакцией П. А. Ротмист-
рова. М., 1963.

5 Военное искусство капиталистического общества (1789—1917 гг.), вып. 2.
М.,1953. История военного искусства. М., 1970.

6 И. К. Ф о р т у и а т о в. Две Шипки. «Вопросы истории», 1953, № 1, стр. 90.
Черного моря и может быть разделен па грн части: Западную,
Центральную и Восточную. Северный склон хребта полоний и
спускается к Дунаю террасами; южный — круг и обрывист.

В кампании 1829 года основные военные действия происходи-
ли на участке Восточных, или Малых Балкан — от Сливепского
торного узла до Черного моря у мыса Эмина (140 км). Малые
Балканы состоят из трех отдельных кряжей, высотой 500—700
метров, покрытых лесами. Климат Восточной части Балкан в
июле и августе отличается знойной жарой днем и пронизываю-
щим холодом ноныо. Население Балкан состояло из болгар и ту-
рок, а в некоторых районах—из греков.

В XVIII—начале XIX века многие военные деятели считали
Балканы почти непреодолимой преградой. Этого мнения придер-
живались и турецкие военачальники. Надеясь па неприступность
Балканских гор, они мало заботились о строительстве укрепле-
ний. На участке наступления русской армии, кроме крепости
Шумлы и небольших укреплений, никаких оборонительных соо-
ружений не было.

Забалканский театр представлял собою гористую местность,
перерезанную несколькими реками, в том числе Марицей и ее
притоком Тунджей. Долина реки Марицы — одна из самых бога-
тых областей Турции. Наи'боле крупные города: Адрианополь и
ФилИ.НПО1ЮЛь. Население смешанное: болгары, турки и греки.

Во внутренние районы Турции через Балканы вели 8 прохо-
дов, из которых главными были 4: западный —из Тыриова в Ад-
рианополь, средний, главный — из Шумлы в Кариабат и два во-
сточных: один — из Привод на Айдос и далее на Адрианополь,
другой—-из Варны через Месемврию в Бургас.

Для русского командования наибольшее значение имели два
восточных прохода — из Привод на Айдос и далее на Адриано-
поль, и из Варны на Бургас. Следуя но этим путям, войска могли
взаимодействовать с флртом, что иугело огромное значение.

Приоритет в разработке планов форсирования Балкан вой-
сками принадлежит русской военной школе. Большую роль при
этом сыграл богатый опыт, накопленный русскими военачальни-
ками во время русско-турецких войн второй половины XVIII и
начала XIX века. Особенно велик вклад в разработку планов
похода за Балканы А. В. Суворова и М. И. Кутузова.

В 1795 году А. В. Суворов представил Екатерине II записку о
ведении войны против Оттоманской Турции: «План, поданный
графом Суворовым на утверждение ея Величества русской импе-
ратрицы в 1795 году» L Этот план представляет большой интерес.
Он был положен в основу организации взаимодействия армии и
флота в войне 1828—1829 годов.

Подчеркивая, что взаимодействие армии и военно-морского
флота будет иметь решающее значение для успешного похода

1 «Русский ар хит», 1914, № 6—7.
русской армии за Балканы, Суворов указывал: «Необходимо,
чтобы па море чаш флот имел решительный перевес .над неприя-
тельским, действуя в согласии с сухопутными войсками» 5

Во время русс ко-турецкой войны 1806—1812 гг. главнокоман-
дующий русской армией генерал II. ЛА. Каменский, овладев в
конце августа 1810 года Систо'вым и Тырновым, планировал пе-
реход за Балканы из Тырнова па Адрианополь1 2.

В основе плана перехода русских войск через Балканы лежа-
ли мысли М. И. Кутузова, высказанные им в 1811 году в плане
войны с Турцией. Ввиду важности этого документа, мы приве-
дем почти полностью раздел о «легчайшем и верном способе пе-
рейти за Балканы»:

«1-е. Разделить всю армию на два или на три корпуса отдель-
ные, которые не должны озабочиваться иметь сношение между
собою, но всякий должен действиями своими располагать по об-
стоя тельствам к преодолению всех могущих представиться пре-
пон. 2-е. Первый корпус... составить из 25 тыс. человек, вести
его через Приводы и, пройдя горы, поворотить направо к Адриа-
нополю. Переход сей по местоположению есть легчайший, ибо в
два марша можно будет пройти большие дефлеи. Сим движени-
ем Шумла и Челиковак с их крепчайшими деф идеями будут
отрезаны. 3-е. Второй корпус, также составленный из 25 тыс. че-
ловек, должен расположиться пред Шумлою на дорогах из Сили-
стрии и Разграда. Ежели по многочисленности гарнизона в Шу-
мле он не в состоянии будет занять ее силою, то прилежно долж-
но наблюдать не упустить время игти за неприятелем, коль скоро
движение первого корпуса принудит его поспешать к Адрианопо-
лю. 4-е. Третий корпус до 10 тыс. человек, хотя не может много
содействовать главному намерению, но не малую принесет поль-
зу демонстрациям от Никополя через Софию на Адрианополь-
скую дорогу»3.

Таким образом, по плану М. И. Кутузова при форсировании
Балкан русские войска должны были действовать тремя корпу-
сами: первый переходит Балканы но дороге Приводы—Адриано-
поль; второй — блокирует Шумлу; третий — действует в Малой
Валахии, прикрывая фланг первого корпуса со стороны Софии.

В кампании 1829 года русские 'войска, действоншие на бал-
канском театре, также делились на три корпуса-отряда: корпуса
Рога, Рндигера и Палена предназначались для форсирования
Балкан по до зоне Приводы — Адрианополь; корпус Красовского
6 л о к и । ).о в а л Ш у м л у, к о pi i ус К и се л е в а, на ход и в ш и йся в Малой
Валахии, блокировал дорогу от Софии на Адрианополь, прикры-
вая фланг главных сил, форсировавших Балканы. Мы видим ту

1 «Русский архив», 19.14, № 6—7, стр. 170.

2 «О театре войны, славно кончившейся миром Адрианопольским», «Вест-
ник Европы», 1829, № 18, стр. 148. А. Б а и о в. Курс истории русского воен-
ного HiOKyiciCTBa. Выл. 7. СПб., 1913, стр. 363.

3 «М. II. Кутузов», Сборник документов, т. 3. М., 1952, стр. 352.
же группировку войск и то же направление главного наступле-
ния, что и в плане Кутузова.

Еще до прибытия иод Шум л у корн уса Красовского Дибич от-
дал распоряжение, которое называлось «Общий обзор движения
войск при предназначенном переходе через Балканы, как войск,
имеющих следовать за оными и тем, кои остаются но сю сторону
Балкан, для наблюдения наших сообщений». В это время 1 в дей-
ствующей армии было 169ту-батальонов, 100 эскадронов, 18 нол-

ков и 2 сотни казаков, 496 орудий, пионерные и саперные части,
итого 65 тысяч пехоты, 22 тысячи конницы, а всего 88 тысяч чело-
век 1 2. Для похода за Балканы назначались 40 тысяч пехоты, 6 ~
тысяч конницы и 148 орудий3.

В начале июля турки могли противопоставить русским вой-
скам: от 15 до 20 тысяч на реке Ка>м>чи к, иа подступах к Балка-
нам, от 8 до 10 тысяч в окрестностях Бургаса и около 18 тысяч в
Шумле.

Русские войска, назначенные для забалкапского похода, были
разделены на две колонны и резерв. Левая колонна, состоявшая
из войск VI корпуса генерала Рота, насчитывавшая 18 батальо-
нов, 16 эскадронов, 2 казачьих полка, 44 орудия, всего около
16 тысяч человек4, должна была следовать по дороге Приводы—
Дервиш — Иована, берегом моря на Месемврию, Бургас и да-
лее па Адрианополь.

Правая колонна, состоявшая из войск VII корпуса генерала
Рндигера, в которой было 14 батальонов, 2 уланских и 2 казачьих
полка и 44 орудия, всего около 12 тысяч человек5, следовала по
маршруту Приводы—Дервиш—Айвадж.ик, затем на Бургас и Ад-
рианополь.

Войска II корпуса генерала Палена, насчитывавшие 22 ба-
тальона, 8 эскадронов, 2 (казачьих полка и 60 орудий, всего око-
ло 18 тысяч человек6, составляли резерв и следовали вместе с
Главной квартирой.

Под Шумлой у генерала Красовского оставалось 23 баталь-
она, 44 эскадрона, 3 казачьих полка, 74 орудия, всего 15^2 тысяч
человек7. Кроме того, Красовскому были подчинены отряды, рас-
полагавшиеся в Праводах, Девно и Гебедже.

В Малой Валахии находился корпус генерала Киселева, на-
считывавший 24 тысячи пехоты, 7 тысяч конницы и 76 орудий8,
прикрывавший тыл и фланг главных русских сил.

ич писал Пико-

О своем плане перехода через Балканы Диб

1 В (начале июля.

2 II. Епанчин. Указ, соч., ч. 3, стр. 28.

3 Там же, стр. 22.

4 Н. Л у к ь я л «о .в и ч. Указ, соч., ч. 4, стр. 10—11.

5 Там же, стр. 10.

6 Там же, стр. 11.

7 Н. Е п а,н ч и и. Указ, соч., ч. 3, стр. 24.

8 Там же, стр. 26.
лаю I: «Начиная с 30-го числа (июня.-—В. Л.) начнут движение
головные части колонны Рота. Я останусь здесь (под Шумлой.—
В. Л.) с Паленом вероятно до 4-го и если Бог нам поможет и

если нам удастся скрыть наше движение в продолжение двух
дней, то я надеюсь, что главные затруднения будут преодолены
между 8 и 10 июля» Г

В другом письме царю Дибич излагал свой план более подроб-

но: «Если «против моего ожидания визирь двинется против гене-
рала Красовского, тогда я пойду к нему на помощь со вторым

корпусом, если же, напротив, он поторопится также перейти че-
рез Балканы, чтобы предупредить нас xo'ih бы в Айдосе, тогда
2-й корпус, не задерживаясь, идет за колоннами Рота и Ридиге-

ра, и я буду иметь за Балканами около 40 тыс. человек, в том

числе 28 гыс. пехоты. В этом случае Красовский двинется к Щум-

ле, чтобы по возможности помешать движению визиря через Эс-
кн-Стамбур! или чтобы его понудить к оставлению в Шумле
значительных сил для защиты этого пункта» 1 2.

В «Общем обзоре движения войск при предназначенном пе-
реходе через Балканы» были заранее, на девять дней вперед,
подробно, вплоть до мелочей, расписаны маршруты следования

войск; указывалось, кто и когда занимает тот или иной населен-
ный пункт. Левая колонна должна была 30 июня выступить в
Таушан — Козлуджи, 1 июля прибыть в Девно, 5 июля перейти
реку Камчик и атаковать Дервишкиой, 6 июля пройти до Аснро,
7 июля достигнуть Эмина, 8 июля занять Монастыркиой. За 9
дней войскам Рота предстояло но труднопроходимым дорогам
пройти 150 верст3 и форсировать реку Камчик.

Правая колонна выступает из-под Шумлы на четыре дня поз-
же левой, 3 июля она приходит в Марковну, 4 июля следует в
Кадыкиой, 5 июля форсирует Камник и атакует Кепрдкиой,
6 июля идет правым берегом в Дервишкиой, 8 июля доходит до
Келл ел ер а 4. За 6 дней колонне предстояло пройти 120 верст5.

5 июля колоннам Рота и Ридигера предстояло переправиться
через реку Камчик незначительной ширины, но с быстрым тече-

нием п весьма значительной глубиной в районе переправы рус-
ских войск. Левая колонна должна была форсировать реку у
Дервиш — Повала, правая — у Кеирикиоя. Если учесть, что у
этих селений турки построили укрепления, а между войсками
Рота и Ридигера было расстояние в 28 верст, то станет понятно,
что войскам предстояла трудная задача, и расписывать все зара-
нее, как это делали Дибич и Толь, было абсурдно.

Разработку плана форсирования Камчика двумя колоннами
одновременно Дибич 'Приписывал себе. «Главный мой план,-—

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4851, ч. 1. Письмо Дибича Николаю 1 от 25 июня
1829 года, л. 79 об.

2 Там же, л. 81.

3 II. Е и а и ч и н. Указ, соч., ч. 3, стр. 410.

4 Там же, стр. 21.

ь Там же, стр. 410.
писал он Николаю I, — состоял в том, чтобы перейти Камчик дву-
мя колоннами, имея к ним в резерве корпус графа Палена, п
оставить корпус генерал-лейтенанта Красовского, как наблюда-
тельный против Шумлы» !.

Па самом же деле идея форсирования реки Камчик двумя
колоннами была заимствована Дибичем из записки М. И. Ку-

тузова «Подробное описание возвратного пути Российского
Чрезвычайного посольства (генерал-поручпка князя М. И. Куту-

зова-Смоленского) от Араб

Бургаса через город Айдос до Га-

лаца в 1794 году: с нужными для военного искусства замечания-
ми». Этот документ, опубликованный в 1828 году в журнале
«Славянин», был, конечно, известен Дибичу. Во втором раздело
своей записки М. И. Кутузов характеризует переход от Кенрп-
киоя до Привод и высказывает мысль о переправе через Камчик
двумя Колоппами. «Войскам, имевшим свой стан против озера
Камчи, — указывал он,— при выходе из лощины Делидже, преж-
де, нежели идти, должно будет сделать два моста на Камче...
Войска пойдут двумя колоннами, имея только две дороги, по
коим идти можно»1 2.

Важную роль в забалканском походе русской армии призван
был сыграть Черноморский флот. Ему предстояло обеспечить ле-
вый фланг русской армии. Ближайшая же задача, которая была
поставлена перед флотом, заключалась в том, чтобы в боевом

крепостями

взаимодействии с войсками овладеть приморскими
Месемврией, Бургасом и Ахеоло. Так, например, 8 июля войска
Рога должны были прибыть в Месемврию, и Грейгу предпнсыва-

лось оказать им содействие в овладении этой крепостью.

Большое значение jpin забалкапского похода русских войск
имело снабжение их продовольствием и боеприпасами. В этом
деле важную роль должен был сыграть Черноморский флот.
В самом начале забалкапского похода Дибич писал Николаю I:

линейные

корабля Черноморского флота с адмиралом

Грейг-ом уже 8-го числа вошли в залив Месемврии, имея за со(-
бою множество транспортных судов с разным для армии продо-
вольствием; так что с переходом нашим за Балканы новый источ-
ник продовольствия представился нам заблаговременным от-
правлением в Сизополь в большом количестве всякого рода за-
пасов» 3.

Для обеспечения войск было приказано заготовить в Приво-
дах 10-дневный запас продовольствия на 30 тысяч человек и фу-
ража па 10 тысяч лошадей-—25 тысяч четвертей сухарей, 352
четверти крупы, 5 тысяч четвертей овса и т. д.4

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4841, ч. 1. Рапорт Дибича Николаю 1 от 9 июля
1829 года, л. 177 об.

2 Журнал «Славянин», 1828, ч. 7, № 31, стр. 164.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4841. Рапорт Дибича Николаю I от 12 июля 1829 го-
да, л. 252 об.

4 И. Е и а и ч и и. Указ, соч., ч. 3, стр. 32.
Враждебно относясь к болгарскому национально-освободи-
тельному движению, Дибич был не прочь использовать болгар-
ских повстанцев. «Соображая все сии обстоятельства, — писал
Дибич Николаю 1, — я должен... открыться, что столь важная
диверсия, которую мы ожидать можем от содействия за Балка-
нами болгар, 01 кроет нам врата в Румелию и Балканы... С пере-
ходом нашим за Балканы найдем мы сильную опору нашим дей-
ствиям в сем народе воинственном и готовом жертвовать жизнью
для спасения себя и своего имущества. Он приготовит намIпо
возможности продовольствие, и мы найдем в нем искреннего со-
юзника, а он в нас своего избавителя»

2. ПЕРЕХОД РУССКОЙ АРМИИ ЧЕРЕЗ БАЛКАНЫ

В соответствии! с диспозицией вечером 30 июля левая колонии
генерала Рота двинулась в Таушан-Козлуджи1 2. Совершив ноч-
ной марш, Рот .п.рибыл в Таушан-Козлуджи, а днем 2 июля3 дос-
тиг Девно. Выступив 3 июля из Девно, Рот через Гебед ж и дви-
нулся к реке Камчик, куда и прибыл 5 июля. Переход проходил
в трудных условиях. Участник похода рассказывает: «...солдаты
изнемогали под тяжестью амуниции; кро-ме тяжелого ружья и
сумки с патронами, они должны были тащить на себе ранец, мун-
дир, толстую шинель, манерку с водой, провиант на 10 дней, т. е.
20 фунтов сухарей. Многие из них не в состоянии были идти и
падали; другие выбрасывали свои сухари, иные просто ложи-
лись в кусты и догоняли пас уже ночью. Целый день вплоть до
вечера все фуры, полковые и госпитальные, были наполнены от-
сталыми. Много солдат умерло в дороге. Дела было много, а
толку выходило мало»4 5.

Следует сказать, что все передвижения русских войск проис-
ходили в ночное время. Это делалось для того, чтобы скрыть от
визиря поход за Балканы. Войска, уходившие в поход, заменя-
лись другими, прибывшими из-под Силистрии. 2 июля поздно ве-
чером в направлении Марковчи выступил авангард корпуса Ри-
дигера ь. Чтобы 'ввести противника в заблуждение, палатки ушед-
ших войск оставили па месте. 3 мюля Ридигер е остальными вой-
сками корпуса выступил «с позиции перед крепостью Шумлою,
но дороге через Марковну в Кадыкиой»6, куда и прибыл поздно

1 ЦГВИА, ф. 1, оп. И, д. 3853, л. 10.

2 Рит -выступил с частью войск. Остальные присоединились -во время следо-
вания. ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, лл. 262 и 262 об.

3 Епанчин пишет, что Рот прибыл в Девно 1 июля. Указ, соч., ч. 3, стр. 35.
Мы руководствуемся «Журналом военных действий 2-й армии», в котором го-
ворится, что Рот прибыл в Де,вию 2 июля. ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1,
лл. 262 и 262 об.

4 К. К. 3 е й д л и ц. Воспоминания о турецком походе 1829 года. «Рус-
ский архив», 1878, кн. 1, ч. 4, стр. 428.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4817, л. 1

11 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 263 об.
вечером 4 июля. На другой день колонии Р.идигера в полном со-
ставе двинулась к реке Камчику, переправу через которую могла
начать лишь в ночь на 6 иноля или днем этого числа.

Войска Палена, составлявшие резерв армии, выступили из-
под Шумлы вечером 5 июля 1 в направлении Таушаи—Козлуджи
и далее в Девно, куда прибыли вечером 6 июля1 2. Тогда же в
Девно прибыла и Главная квартира3. Следует признать удач-
ным расположение резерва в Девно. Находясь между войска-ми
Рота и Ри,дигера, в 25—30 верстах от того и другого, Пален -имел
возможность оказать им поддержку.

О движении главных сил русской армии к Камчику вшзирь
узнал только 6 июля, когда войска Рота и Ридигера достигли
Камчика. В ночь на 6 июля Красовский в соответствии с приказа-
нием Дибича отвел свои войска к Епибазару4, что и позволило
визирю обнаружить наступление главных сил русской армии! к
Камчику. Отвод войск к Епибазару следует признать ошибкой.

7 июля Красовский направил конный отряд через Марковну
к Камчику с задачей разведать, не выступили ли войска визиря
из Шумлы в низовья этрй реки5. У Дибича, да и у Николая I бы-
ли серьезные основания беспокоиться — вдруг визирь оставит
Шумлу и атакует русские войска, когда они будут форсировать
Балканы. Николай I в начале июля 1829 года писал Дибичу:
«Меня очень интересует вопрос, что сделает визирь»6.

Разведка, однако, показала, что визирь никаких активных
действий не предпринимает. Причина заключалась не в отсутст-
вии храбрости у визиру, и не в то-м, как пишет Мольтке, что с
ним: «случилось то, что и следовало от него ожидать, а именно:
он не предпринял ровшр ничего»7.

В. И. Шеремет передает содержание донесения визиря в Кон-
стантинополь, датированное серединой июля 1829 года, в кото-
ром он писал, что его армия находится в бедственном положении
и не может -противостоять русским войскам. Он писал о настоя-
тельной необходимости заключить перемирие8. Положение Отто-
манской Порты было настолько серьезным, что в 20-х числах
июля состоялось -специальное заседание Дивана, на котором об-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4861, л. 105.

2 Во время следования в Девно войска Палена были задержаны Дибичем
на несколько часов, так как было получено сообщение Красовского, что против
него появился 5-тысячный отряд турецкой пехоты,-вышедший из Шумлы. В слу-
чае необходимости Пален должен был поддержать Красовского. Однако
неприятель удалился в Шумлу и Пален продолжал движение в Давно.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 266.

4 Там же, л. 265.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, л. 54.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4851, л. 25.

7 Г/Мольтке. Указ, соч., «Военный сборник», 1883, № 5, стр. 9.

8 В. И. Шеремет. Турция на заключительном этапе восточного кризи-
са 20-х годов XIX века. Адрианопольский миф. Диссертация па сопок анте уче-
ной степени кандидата исторических паук. ЛГУ, 1968.
суждался вопрос о войне и мире с Россией. 23 августа 1829 года
в «Сапк гпетербургских Ведомостях» было опубликовано сообще-
ние о заседании Дивана, па котором стоял вопрос о посылке ту-
рецких представителей в Главную квартиру русской армии1.

По плану переправа через реку Камчпк должна была совер-
шиться 5 июля в двух местах: войск Рндигера — у Кеприкноя,
войск Рога—у Дервиш-Иована.

Первым .переправлялся у Кеприкноя и Чалы-Малы 6 июля
корпус Рндигера. План переправы заключался в следующем.
Авангард, состоявший из 3-й бригады 19-й пехотной дивизии,
6 орудий, 7-го пионерного батальона и казачьего Чериушкина
полка, должен был следовать по правому берегу реки Кадыкиой-
дсре. За авангардом должны были двигаться главные силы кор-
пуса в составе 2-й и 3-й бригад 18-й пехотной дивизии и 18 ору-
дий. Этим войскам предстояло действовать против Чалы-Малы.

Для отвлечения внимания и сил противника от Чалы-Малы к
Кеприкиою направлялся отряд генерала Жирова — Вятский пе-
хотный полк, казачий полк и (взвод пионер. После того, как глав-
ные силы переправятся у Чалы-Малы и1 двинутся к Кеприкиою,
Жиров должен был форсировать реку у ртого селения.

Стремясь прикрыть войска Рндигера во время их переправы
через Камчпк со стороны Шумлы, откуда можно было ожидать
нападения турок, Дибич приказал генералу Куприянову с 3-й
б) ига доп 10-й нехотиой дивизии и казачьим полком перейти из
Привод к Кеприкиою1 2. Куприянов почти дошел до Кеприкноя и,
ле встретив противника, 6 июля вернулся в Приводы3.

Па участке, где должны были переправляться войска Риди-

гера, противник располагал следующими силами: у Кеприкноя
на укрепленной позпщии расположился 3-тысячный отряд Юсуф-
иаши, а несколько ниже Кеприкноя, у Чалы-Малы, также па ук-
репленной позиции, находился отряд численностью около 1000
человек4. Этим четырем тысячам турецких войск Ридигер мог
противопоставить 5287 человек пехоты, 561 конницы и 30 орудий5.

Вечером 5 июля авангард Рндигера, разделенный на три ко-
лонны, двинулся к Чалы-Малы. Правая колонна, обойдя, а сред-
няя, пройдя селение, открыли артиллерийский и ружейный огонь
по позициям противника. '

В это время пионеры навели мост с левого берега на остров
па середине реки. Перешедший па остров батальон выбил оттуда
противника. Выбит оп был и с острова, находившегося против
Чалы-Малы. Вскоре здесь навели мост, и 3-я бригада, перейдя
па правый берег, овладела укреплениями противника, который

1 «CaiiiKTiiicTep6yprcKiie Ведомости», 1829, 23 августа, № 101.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4825, лл. 54 и 54 об.

3 Гам же.

4 Г. Мольтке. Указ, соч., «Военный сборник», 1883, № 5, стр. 10.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4843. лл. 13 об п 14.
отступил к Кеприкиою. Остальные, силы корпуса подошли к Ча-
лы-Малы и соединились с авангардом.

Одновременно с наступлением русских войск у Чалы-Малы
генерал Жиров выступил к Кеприкиою. Отбросив турецкий от-
ряд, находившийся па левом берегу реки, Жиров вышел к Кам-
чику. Когда главные силы русских атаковали турок у Кеприкноя,
Жиров обстреливал противника с левого берега Ка-мчика, а за-
тем направил вплавь на правый берег казачий полк Ильина. Ра-
йо утром 6 июля Ридигер, оставив для прикрытия моста у Чалы-
Малы Уфимский полк, направил главные силы к Кеприкиою.
Впереди шел авангард, включавший третью бригаду 19-й диви-
зии, 7-й пионерный батальон, 14 орудий и казачий Чернушкипа
полк, а за ним следовали главные силы, состоявшие из 3-й брига-
ды 18-й пехотной дивизии, Пермского пехотного полка и 16 ору-
дий. Из-за плохой дороги войска подошли к Кеприкиою только
около 8 часов утра. Разделив авангард на две колонны, Ридигер
направил его в обход правого фланга противника. Главные силы
двинулись прямо к деревне Кеприкиой, за которой находилась
позиция турок.

Пройдя Кеприкиой, русские войска решительно атаковали
редут турок, находившийся на горе. Противник атаки не принял
и поспешно отступил. Попытка авангарда отрезать туркам путь
к отступлению окончилась неудачей.

В бою у Чалы-Малы и Кеприкноя русские потеряли 14 чело-
век убитыми и 93 ранеными. Весь неприятельский лагерь, обоз,
4 орудия и 3 знамени достались победителям.

Восстановив мост у Кеприкноя и оставив для его прикрытия
4 батальона и 10 орудий под начальством генерала Роговского ',
Ридигер двинулся к селу Дервишкиой1 2, чтобы оказать поддерж-
ку Роту. Располагая мостом у Кеприкноя, войска получили воз-
можность прямого сообщения с корпусом Красовского.

Колонна Рота достигла левого берега Камчика у дер. Подба-
ши 5 июля. При подготовке к переправе войска встретились с
серьезными трудностями. Река Камчпк имела значительную глу-
бину, быстрое течение и протекала по широкой болотистой доли-
не, ширина которой доходила до 3—4 верст. У дер. Подбаши че-
рез Камчпк турки построили плавучий мост. Подступы к перепра-
вам у Подбаши и Дервиш-Иована турки укрепили, разместив
здесь трехтысячный отряд3, при 18 орудиях4. Основные силы это-
го отряда располагались на укрепленных позициях па правом
берегу Камчика, у Дервиш-Иована, а часть находилась па ле-
вом берегу реки у деревни Подбаши.

Переправа у Подбаши была сопряжена с большими трудно-
стями. Попытка сбить турецкий отряд с позиции у этой деревни

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4817, л. 4 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, л. 266 об.

3 Г. Мольтке. Указ, соч., «Военный сборник», I883, № 5, стр. I0.

4 И. Л у к ь янов и ч. Указ, соч., ч. 4, стр, 15.
окончилась неудачен и стоила потери 100 человек. Тогда решили
обойти эту позицию с ее левого фланга и двинулись вверх но
Камчику к дер. Дюльгер-юрду, находившуюся па левом берегу
реки, в 7 верстах от Дервиш-Иована. У Дюльгер-юрда Камчик
разветвляется на несколько рукавов, между которыми лежат три
небольших острова. Здесь решили строить мост и форсиро-
вать реку.

Первой к Дюльгер-юрду двинулась 16-я пехотная дивизия 1
генерала Вепьямипова, имея при себе батарейную № 1 и легкую
№ 2 роты 16-й артиллерийской бригады, полуроту горной артил-
лерии, казачий Ежова полк и две роты пионер 6-го батальона,
всего 2955 человек пехоты, 366 конницы и 523 артиллеристов и
пионера1 2. Во время следования к Дюльгер-юрду войскам Веиья-
мино-ва приходилось буквально прорубать дорогу через гус-
той лес.

За войсками Вепьямипова выступили Симбирский полк, ба-
тальон Муромского полка, 3-я бригада 7-й пехотной дивизии и
артиллерия, всего 2600 человек пехоты, 2051 человек конницы и
224 артиллериста 3.

Для того, чтобы отвлечь внимание и силы противника от мес-
та переправы у Дюльгер-юрда, а возможно и форсирования реки
в другом месте, Рот оставил против Дервиш-Иована генера-
ла Фролова с 9-м и 10-м егерскими полками и Нижегородским пе-
хотным полком, легкой ротой № 3 5-й артиллерийской бригады,
4 орудиями батарейной, № 2 роты горной артиллерии, ротой пио-
нер и казачьим Бакланова полком, всего 3043 человека пехоты,
134 казака и 431 артиллерист и пионер 4.

При подходе к Дюльгер-юрду русские войска подверглись
сильному огню из укреплений противника, находившихся на пра-
вом берегу Камчика. Только поздно вечером 6 июля удалось по-
строить три моста, четвертый навели ночью. На рассвете 7 июля
под прикрытием 12 орудий первыми перешли реку батальон Му-
ромского полка, Якутский и 32-й егерский полки. Эти полки под
личным предводительством генерала Вепьямипова решительной
атакой овладели неприятельскими укреплениями. Бросая оружие
и имущество, турки бежали к Дервиш-Иована и в другие сторо-
ны. Войска Рота двинулись вниз по Камчику, к Дервиш-Иована,
где противник имел укрепленный лагерь. Впереди следовал аван-
гард генерала Набеля, состоявший из 32-го егерского полка, -ба-
тальона Муромского полка. Харьковского уланского полка и 4-х
орудий легкой № 2 роты артиллерийской бригады. В пути к этим
войскам присоединились другие уланские полки.

С трудом прокладывая дорогу через лес и ручьи, русские
войска подошли к Дервиш-Иоваиу. Навстречу выступил только

1 Селелгипский, Якутский, Охотский и 32-й егерский полки.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4843, л. 13 об.

3 Там же.

4 Там же, л. 14.
что сформированный неприятельский уланский полк. Выставив
ники, турецкие уланы остановились и стали ждать русских. Ата-
ка казачьего Ежова полка окончилась неудачей. Тогда неприя-
тельскую конницу атаковал Петербургский уланский полк. Гу-
рецкие уланы были опрокинуты и разбиты.

Развивая успех, русские войска подвезли 16 орудий и откры-
ли сильный огонь по турецкому лагерю. 32-му егерскому полку н
батальону Муромского полка приказано было атаковать против-
ника с обоих флангов, а остальные войска должны были насту-
пать с фронта.

Перешел в наступление и отряд генерала Фролова, оставлен-
ный па левом берегу у Подбаши. Поскольку мост через Камчик
был турками разведен, 9-й и 10-й егерские полки и казачий Бак-
ланова полк перешли реку в'брод, а 200 человек охотников пере-
правились вплавь. Турки отступили. В этот момент турок настиг-
ли сначала Харьковский и Курляндский уланские полки, а затем
и пехота, атаковавшая их лагерь у Дервиш-Иована.

Турки потерпели полное поражение, потеряв только пленными
более 200 человек1. Всего же в боя,х у переврав через Камчик
они потерями пленными около 300 человек1 2. Трофеями русских
были 5 орудий, 35 боченков пороху, 6 знамен и весь неприятель-
ский лагерь3. Потери русских в боях на Камчике простиралнсь
до 300 человек убитыми и ранеными4.

После победы при Дервиш-Псвана генерал Рот, дав войскам
кратковременный отдых, отправил генерала Завадского с 3-й
бригадой 7-й пехотной дивизии, Петербургским уланским и
Ежова казачьим полками и 6 орудиями к деревне Аспро для пре-
следования противника 5.

Генерал Ридигер, следуя на помощь Роту, не особенно торо-
пился и даже приказал войскам сделать привал, в результате
чего было потеряно несколько драгоценных часов. Только после
трех часов дня 7 июля Ри гидер двинулся к Дервиш-Поваиа, по
вскоре узнал, что Рот уже форсировал Камчик. Достигнув Буюк-
Дербента, Ридигер расноложиится па ночлег, выслав в сторону
Арнаутлара казачий полк.

Таким образом, войска Ридигера и Рота, сломав сопротивле-
ние турок, 6 и 7 июля форсировали Камчик. Оценивая это как
несомненный успех, следует сказать, что войска не выполнили
«графика», составленного Дибичем и Толем. Ход военных дейст-
вий показал всю несостоятельность кабинетных расчетов.

7 июля русские войска занимали следующее положение: ко-
лонна Рота у Дервиш-Иована; колонна Ридигера у Буюк-Дер-
бента; корпус Палена, составлявший резерв, около Усмапджи,

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, л. 2.67,

2 II. Лукьянович. Указ, соч., ч. 4, стр. 19.

3 ЦГВИА, ф. 'ВУА, д. 4587, л. 267.

4 II . Л у к ь я п о л .и ч. Указ, соч., ч. 4, стр. 19.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, л. 267.
в 20 верстах севернее, войск Рота и Рид,игера; войска Красовско-
го у Епибазара. Согласно же плану Дибича, колонна Рота долж-
на была дойти до Эмине, колонна Ридигера — за Айваджик, кор-
пус Палена — за Арпаутлар.

Турки на Камчике, у Кеприкиоя и Дервиш-Иовапа не сумели
оказать сопротивление русским войскам, хотя и занимали вы-
годные позиции. Верховный визирь ничего не сделал для того,
чтобы помешать русским войскам форсировать Камчик. Между
тем за Камчиком, на Балканских горах, турки не имели сколько-

нибудь значительных сил, которые могли бы остановить русских.

8 июля русские войска двинулись через Балканские горы.
В этот день войска Ридигера заняли Арпаутлар, а па рассвете
9 июля его авангард овладел Айваджиком Б

Авангард левой колонны под начальством генерала Завадско-
го, совершив ночной марш, прибыл в дер. Аспро, «где, открыв
неприятеля пред рассветом, взял 100 человек в плен... После чего
казачий Ежова полк занял хребет больших Балканов по дороге
па Пал иобано»1 2. 8 июля Рот с главными силами пробыл в Ас-
про, а его авангард в Палиобапу, «господствующий пункт Боль-
ших Балканов, па береговой дороге»3.

В этот день корпус Палена находился па варнской дороге,
па левом берегу реки Камчик, а главная квартира армии при-
была в Дервиш-Иовап 4. i

Таким образом, левая колонна генерала Рота двигалась при-
морской дорогой через Аспро, Палиобапу и Эмине, а правая ко-
лонна генерала Ридигера — через Арпаутлар, Айваджик и Эр-
кечь. Особенно большое значение имело наступление войск Рота,
которые, выйдя к Черному морю, установили тесное взаимодей-
ствие с флотом. 8 июля адмирал Ppenij' прибыл с тремя линейны-
ми кораблями, тремя фрегатами, пароходом и другими судами,
нагруженными военными и продовольственными припасами для
армии к приморской крепости Месемврии, «имея в виду скорей-
шим покорением означенного города приготовить твердую точку
на берегу моря для войск генерала Рота»5.

Во время перехода русских войск через Балканы болгарское
и греческое население встречало их, как писал Дибич Николаю I,
«с величайшей радостью и молилось Богу в церквах за их счаст-
ливое прибытие». Болгары и греки выходили навстречу русским
войскам и просили мх защиты и покровительства. Войска Рога
жители болгарской деревни Аспро встретили с торжеством 6.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, л. 250 об.

2 Там же, л. 250.

3 И. Л у к ь я и о л л ч. Указ, соч., ч. 4, стр. 20.

4 ЦГВИА, о. ВУА, д. 4587, л. 250 об.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806. Рапорт Грейга Дибичу от 11 июля 1829 года,
л. 150.

6 Г. Мольтке. Указ, соч., «Военный сборник», 1883, № 5, стр. 12,
. В диспозиции на 9 июля 1 перед войсками и Ридигера и Рота
была поставлена задача подняться до вершины Эмипедага: «Ко-
лонна генерал-лейтенанта Ридигера идет до Айваджика, выдви-
гает авангард свой до Эркечи, что на самой вершине Балкан.
Колонна генерала Рота идет в Ерекли и посылает два авангарда
также на вершину Балкан, один в Палио'бано ,и другой в Эмине».
Корпус Палена был оставлен на левом берегу Камчика, в 25-—30
верстах от войск Рота и Ридигера. Такое расположение резерва
едва ли можно считать целесообразным. Целесообразнее было
бы переправить его на правый берег Камчика и оставить у Дер-
виш-Иована, откуда шли дороги на Аспро и Айваджик.

В соответствии с диспозицией корпус Ридигера двинулся к
Айваджику, куда и прибыл на рассвете 9 июля. Авангард Риди-
гера выступил к Эркечи, при спуске с гор в долину Падир-дере
были замечены турецкие войска. В тот же день колонна Рота до-
стигла Ерекли. Следует сказать, что дороги были труднопрохо-
димы и на небольшой переход в 15—20 км пришлось затратить
много сил и времени.

9 июля войска Палена достигли Дервиш-Иовапа. Оставив
здесь бригаду гусар для разведки 1 2, Пален двинулся к Фундук-
лы-дере, куда прибыл поздно вечером. В тот день Главная квар-
тира армии находилась у Арнаутлара3, а 10 июля рано утром
выступила в Эркечь, «на хребет Большого Балкана» 4, где сое-
динилась с 7-м корпусом.

Главные силы колонны Ридигера достигли Эркечи утром 10
июля, а авангард под начальством генерала Жирова, состоявший
из 37-то егерского и казачьих Ильина и Чернушкипа полков с 2
орудиями и команды пионер, двинулся «для занятия выхода, ве-
дущего из Балкан» 5.

Во время спуска о гор авангард был встречен неприятелем,
насчитывавшим «более 2 тыс. человек, но решительным отпором
неприятель был опрокинут и преследуем за деревню Копорап по
дороге к Бургасу более 10 верст» 6. Во время этого боя и пресле-
дования противника егери и казаки действовали с исключитель-
ной отвагой и мужеством 7, заняли деревню Келлелер, захватили
два знамени и взяли в плен 12 офицеров и 121 солдата8. Потерн
турок убитыми и особенно ранеными были значительны 9.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4861. Диспозиция общего движения за Балканы,
лл. 116 и 116 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4861, лл. 147 и 117 об.

3 Там же.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, лл. 252 и 252 об.

5 Там же, лл. 253 об. и 254.

6 Там же, л. 254.

7 Г. Мольтке ошибочно утверждает, что якобы «турки не оказали
никакого сопротивления; все дело ограничилось одним пистолетным выстрелом».
Указ. соч. «Военатый обсрлик», 1883, № 5, стр. 13.

8 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 254.

9 Там же.

I1
Таким образом, 10 июля главные силы Рндигера располага-
лись у Эркечи, авангард Жирова занимал деревню Кел л ел ер.

Войска Рота 10 июля беспрепятственно преодолели вершину
Балканских гор и начали спускаться в долину. Во второй поло-
вине дня авангард Рота выбил турецкий отряд с позиции у селе-
ния Мопастыркиой. Продолжая марш к Месемврии, колонна
Рота встретила на правом берегу реки Инжакиой, впадающей в
Черное море, противника «в числе 7 тыс. человек пехоты и кава-
лерии с несколькими орудиями» 1 под начальством Абдурахман-
пашп. Имея в своем распоряжении 3-ю бригаду 7-й пехотной
дивизии, 4-ю уланскую дивизию, казачьи полки Ежова и Бакла-
нова, русское командование решительной атакой улан и казаков
и действием орудий сбило неприятеля с позиции, обратив его в
бегство1 2. Русская конница энергично преследовала турок, бе-
жавших в сторону Бургаса и Месемврии. Русские захватили 3
орудия, 9 знамен и взяли в плен 800 человек3. Трофеями победи-
телей были также 4 орудия, предназначавшиеся для охраны ко-
рабельной верфи, и только что построенный корвет4.

Преследуя турок, три уланских полка приблизились к Месем-
врии, а вскоре подошли и другие силы корпуса, в том числе ар-
тиллерия. Расположенный на полуострове, город Месемврия был
связан с материком через узкий перейеек, обороняемый редутом.
Город окружала степа, за которой находился 2-тысячный гарни-
зон с 15 орудиями.

Огонь русской артиллерии заставил гарнизон редута сложить
оружие. После этого артиллерия заняла удобные позиции для
обстрела города. С моря город был блокирован флотом. Русское
командование предложило коменданту Осман-паше сдаться в
идеи со всем гарнизоном. Осман-паша попытался добиться для
гарнизона права свободного выхода из города, по «будучи угро-
жаем положением флота,—писал Грейг, — готового при малей-
шем упорстве разрушить город до основания, и тем, что войска
•паши пресекли ему всякое покушение к побегу и к получению се-
курса и продовольствия, сдался всем гарнизоном»5 утром 11 ию-
ля. В плен сдалось 2 тысячи солдат и офицеров, трофеями были
19 орудий, значительное количество пороха и снарядов и 10 зна-
мен6. Так, сразу же после перехода через Балканы при взятии
Месемврии сказалась важность взаимодействия армии и флота.

К вечеру 10 июля па правом фланге у Эркечи находилась
часть корпуса Палена, в центре, у Келлелера, стоял авангард ко-
лонны Рндигера, а основные ее силы-—у Эркеча, на левом флап-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 252 об.

2 Там же.

3 Там же, л. 253 об.

4 Там же.

5 ЦГАВМФ, ф. 243, on. 1, д. 3161. Рапорт Грейга Николаю I от 12 июля
1829 года, л. 72 об.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч, 1, л. 255.
ге войска Рота занимали район Месемврии. Длина фронта со-
ставляла 25 верст ’. Главные силы резерва Палена находились у
Айв аджик а.

На 11 июля перед русскими войсками были поставлены сле-
дующие задачи: войскам Рота занять Месемврию* 2 и Лхеоло и
выслать бригаду улан к Бургасу; авангард Рндигера должен был
выдвинуться к Румеликиою, а главные силы — занять Алакарпю;
резерву следовало остановиться у Келлелера и Ннжакиоя.

11 июля десантом, высаженным с фрегата «Орфей», была
взята приморская крепость Лхеоло, где трофеями оказались 14
-пушек, 1 мортира, 3 пороховых погреба и значительные запасы
соли3. С суши против крепости действовал уланский полк4.
Большую услугу русским при взятии этого города оказали его
жители—греки и болгары.

Адмирал Грейг рассказывает, что на фрегат прибыли «из
Ахеоло на двух лодках до 15 греков и объявили, что в 2 часа но-
чи турки оставили совершенно город сей и бежали в Бургас, что
в нем осталось их только до 40 человек, и потому просили от име-
ни всех граждан занять оный с уверениями, что малого числа
русских достаточно, да’бы воспламенить в жителях, до 5000 чело-
век простирающихся, дух решительности к поднятию оружия
нротиву неприятеля». Командир брига капитан-лейтенант Кол-
товский «с 75 человеками вооруженных людей из вверенной ему
команды отправился в Ахеоло, где встречен был митрополитом
и всем духовенством» 5.

Оценив всю важность содействия флота, Дибич посетил Грей-
га на флагманском корабле «Париж». Дальнейшее наступление
главных сил русской армии происходило вдоль моря. Вообще за-
балканский поход 1829 года с точки зрения взаимодействия ар-
мии и флота представляет значительный интерес.

В то время, когда был взят Лхеоло, Рот со своим корпусом
оставался у Месемврии. Главные силы корпуса Рндигера совер-
шили переход из Эркечи к селению Ллакария, где захватили 2
орудия и большое количество военных припасов6.

Главная квартира армии с частью войск Палена заняла Ип-
жакиой 7, а остальные силы резерва находились в Келлелере8.

12 июля авангард корпуса Рота, состоявший из полков улан
под командованием генерала Па'беля, двинулся к Бургасу. Ту-
рецкий гарнизон вышел навстречу Набелю и занял позицию пе-
ред городом. Стремительной атакой улан турки были сбиты с по-

’’ И. Е п а п ч и и. Указ, соч., ч. 3, стр. 66.

? Месемврия была уже взята русскими утром 11 июля.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 255 об.

4 Там же, л. 255.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4806. Рапорт Грейга Дибичу от 12 июля 1829 года,
лл. 153 и 153 об.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 254 и 254 об.

7 Там же, л. 254 об.

8 Там же.

I
зицни и бежали. Преследуя противника, уланы вошли в город и
овладели им. Победители захватили 12 орудий и большое число
запасов1. Рот с главными силами корпуса перешел в Ала-
кар пою 1 2.

После взятия Бургаса армия Дибича установила связь с вой-
сками генерала Пансета, занимавшими Сизополь, что имело
важное значение для дальнейших наступательных действий.

Па рассвете 12 июля авангард корпуса Ридигера под началь-
ством генерала Жирова двинулся из Алакарии в Румеликиой, а
через два часа туда же выступили и основные силы. Целью это-
го наступления являлся Айдос, взятие которого открывало рус-
ским войскам дорогу на Адрианополь, так как он лежит па до-
рого Приводы — Адрианополь.

Около 9 часов утра авангард достиг Румеликиоя. Оставив
здесь пехоту и артиллерию, Жиров с казачьими полками Ильина
и Чернушкина двинулся к Айдосу, па подступах к которому
встретил неприятельский отряд, численностью до 1000 человек.
Завязав с турками перестрелку, Жиров сообщил об этом Ридиге-
ру. Вечером того же дня колонна Ридигера прибыла к Руме-
Л И К'ною.

Хотя по диспозиции па 13 июля Ридигер должен был действо-
вать осторожно и «отнюдь не атаковать города Айдоса, буде не-
приятель там в силах находиться», рн решил наступать. Гарни-
зон Айдоса ожидал подхода подкреплений из Шумлы и надо было
спешить со взятием города.

Для наступления Ридигер располагал 8 батальонами, 8 эс-
кадронами, 2 казачьими полками, 24 орудиями и 3 ротами пи-
онерного батальона, а всего несколько более 5 тысяч человек3.
У турок в Айдосе было около 9 тысяч пехоты, 2 тысячи конницы
и 4 орудия 4.

Как только колонна Рота в первой половине дня прибыла к
Румеликиою, Ридигер двинулся к Айдосу. Шедшие впереди ко-
лонны казачьи полки Ильина и Чернушкина, были атакованы
многочисленной турецкой конницей и вынуждены были отсту-
пить. Тогда двинулась 2-я бригада 4-й уланской дивизии с 4 кон-
ными орудиями под командованием генерала Шереметева. Не-
смотря па численное превосходство противника, уланы после
упорного боя сломили его сопротивление и заставили отступить в
Айдос. Однако турки решили удержать город во что бы то ни
стало. Их пехота заняла Айдос и позицию па высотах западнее

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, лл. 256 и 256 об.

2 Там же, л. 256 об.

3 Пехоты 3288, улан -И 57 и казаков 583, всего 5028, в том числе:I пять рот
Уфимского пехотного полка, Пермский пехотный полк, 36-й и 37-й егерские
молки, 2-я бригада 4-й уланской дипинями (Смоленский и Курляндский полки),
(казачьи полки Ильина и Чернушкина, батарейная № 1 и легкая № 3 роты 18-й
артиллерийской бригады и др. См. ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4817, л. 10 об; д. 4843,
лл. 15 об. п 16; д. 4808, лл. 13 об. и 14.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4817, л. 10 об.
его, между карпабатской и шумлинской дорогамчг Ридигер на-
правил против этой позиции части 36-го и 37-го егерских полков,
18-й пехотной дивизии и артиллерию, всего 5 батальонов и 16
орудий, под командованием генерала Горчакова. В обход право-
го флаша турок с целью отрезать им путь отступления к Карна-
бату была направлена 2-я бригада 4-й уланской дивизии. В ре-
зерве находились батальон 37-го егерского полка, 5 рот Уфим-
ского полка, пионерный батальон и 4 орудия батарейной роты
18-й артиллерийской бригады Г

Успешные действия артиллерии и пехоты генерала Горчакова
и обходное движение конницы принудили турок к отступлению.
Тогда последовала общая атака русских войск, в результате ко-
торой противник был смят и после трехчасового ожесточенного
боя «совершенно разбит и обращен в бегство, город же Айдос
занят российскими войсками»* 2. Преследование противника, бе-
жавшего по шумлинской и карпабатской дорогам, происходило
на расстоянии 6—7 верст.

В бою за Айдос «отбито у неприятеля 4 орудия, 4 знамени;
7 офицеров, 220 человек нижних чинов взяты в плен»3. Потери
турок убитыми и ранеными простирались до 1000 человек4. В го-
роде найдено значительное количество запасов: «600 палаток, 448
бочонков пороху, 236 ящиков с патронами, 10 орудийных лафе-
тов, более 3000 ядер, бомб и гранат, большой запас сена, мага-
зин с сухарями (И 3000 шинелей»5 6. В Лйдосе была отбита русская
пушка, захваченная турками в сентябре 1828 года иод Варной.
Потерн русских составили 20 человек убитыми и 81 ранеными Г

Занятие Айдоса имело важное стратегическое значение. Буду-
чи узлом многочисленных дорог, он, с одной стороны, открывал
русской армии путь на Адрианополь, а с другой, находясь па
прямой дороге в Шумлу, позволял установить ближайшую связь
с корпусом Красовского. Красовский 9 июля сделал попытку вы-
манить визиря в поле, для чего перешел к Шумле, но турки ос-
тались па своих позициях, и Красовский вернулся в Еппбазар.
14 июля Красовский вновь двинулся к Шумле с целью начать
осаду крепости. На другой день, когда русские войска располо-
жились на высотах левого берега реки Стражи, из Шумлы вы-
шел 10-тысячный отряд регулярной пехоты и конницы с 6 оруди-
ями. Произошел бой, после которого противник отступил к Шум-
ле, Красовский возвратился в Енибазар.

Красовский стремился удержать визиря в Шумле. Однако
полностью решить эту задачу ему не удалось. Он плохо организо-
вал разведывательную службу: не заметил, как в Шумлу вошли

|1 ЦГВИА, ф. ВУА, д, 48117, лл. 8 об. и 9.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4'587, ч. 1, л. 258 об.

3 Там же, лл. 258 об. и 259.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4841, ч. 1. Рапорт Дибича Николаю 1 от 18 июля
1829 года, л. 399.

5 Там же.

6 ЦГВИА, ф. ’ВУА, д. 4817, л. 10 об.
войска Гусейн-паши, как из Шумлы вышел 10-тысячный отряд,
который должен был задержать -русские войска при переходе че-
рез Балканы. Не успев сделать этого, отряд двинулся к Айдосу.
Вскоре визирь отправил за Балканы еще один отряд, численно-
стью до 15 тысяч человек.

Взятием Бургаса и Айдоса завершился переход русской ар-
мии через Балканы. Сильные естественные преграды, Дунай и
Балканы, па которые турецкое командование возлагало большие
надежды, были преодолены русскими войсками. Выйдя к морю,
они установили тесное взаимодействие с флотом. Большое значе-
ние для дальнейшего хода войны имел рост освободительной
'борьбы болгарского народа, который видел в русских войсках
избавителей от гнета Оттоманской Турции ,и оказывал им под-
держ ку.

Таким образом, после перехода Балкан для русской армии
сложились благоприятные условия для похода па Адрианополь.

3. ЗАБАЛКАНСКИЙ ПОХОД РУССКОЙ АРМИИ

После перехода Балканских гор и( взятия Бургаса и Айдоса
начался забалканский поход русской армии.

14 июля к войскам Ридигера присоединился 6-й корпус, а вой-

ска Палена заняли Румеликпой. В Айдосе была отдана диспози-
ция, в которой перед войсками ставились следующие задачи

1. Корпусу Ридигера следовать к Карнабату, и, если предста-
вится возможность, запять его. Первым к Карнабату на рассве-
те 15 июля должен был выступить отряд казаков под командо-
ванием генерала Жирова. В случае необходимости его должна
была поддержать 2-я бригада 4-й уланской дивизии с 4 конными
орудиями. Остальные войска Ридигера выступали из Айдоса во
второй половине дня и также следовали к Карнабату.

2. Корпус Рота оставался в Айдосе, по вечером 15 июля дол-
жен был выдвинуть на шумлиискую дорогу 3-ю бригаду 7-й пе-
хотной дивизии.

3. Корпус Палена, к которому присоединился 5-й Черномор-
ский конный полк 1 2, оставался в Румеликиое и высылал разъезд,
в Руссо-Кастро.

4. Главная квартира располагалась в Айдосе. Таким образом,
на 15 июля ставились две основные задачи: сосредоточить в рай-
оне Айдоса основные силы армии и, если представится возмож-
ность, овладеть Кар-набатом.

Рндигер направил утром 15 июля к Карнабату отряд конни-
цы, 2-ю бригаду 4-й уланской дивизии с 4 орудиями и казачьи
полки Ильина и Чернушкииа под начальством генерала Жирова.

1 Ц1 ВИА, ф. ВУА, д. 4 864. Д|Ц|С1юз11иция па 15 июля 1829 года, лл. 122 и
122 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 270.
Отряд занял город1, оставленный противником, отступившим в
Сливен и Ямболь.

По диспозиции на 16 июля Ридигеру было приказано высту-
пить из Айдоса утром того же числа, занять Карпабат и выслать
разъезды по дорогам к Шумле, Адрианополю, Карабупару и Ка-
зану. 6-й корпус и Главная квартира оставались в Айдосе1 2, 2-й
корпус — в Румелпкиое.

16 июля корпус Ридигера перешел из Айдоса в Карпабат3,
оставленный противником. Из состава 2-го корпуса был выде-
лен отряд генерала Моптрезора, состоявший из 5-то Черномор-
ского казачьего и гусарского полков с двумя конными орудиями,
который 16 июля занял местечко Руссо-Кастро4 и установил
связь с войсками генерала Ридигера, находившимися в Кариа-
бате.

18 июля корпус Палена выступил из Румеликиоя и через Рус-
со-Кастро прибыл в Карабупар. Отсюда Палеи направил генера-
ла Моптрезора с 5-м Черноморским казачьим полком к Факи и
разъезды по дорогам в Аидрианополь, Кирк-'Кл'исе и Тыриов.

Теперь сложились благоприятные условия для наступления
па Андриаиополь. Мольтке, оценивая положение па забалкан-
ском театре в середине июля, писал, что «в случае решения пред-
принять движение к Адрианополю со слабыми силами, нельзя
было избрать для подобного предприятия более благоприятного
момента» 5.

Дибич писал начальнику Главного штаба Чернышеву: «...нич-
то не могло бы мешать мне идти прямо па Адрианополь, я мог бы
даже иметь необходимые для этого продовольственные средства;
я уверен, что, вследствие полной деморализации турецкой армии
и парода неприятель... не может собрать значительных сил; но я
считаю более благоразумным и верным ожидать прибытия ре-
зервов и в начале будущего месяца двинуться в обход Адриано-
поля на Кирк-Клису, вместо того, чтобы поступать теперь»6.

Дибич не отличался храбростью, это хорошо известно. По де-
ло не только и не столько в этом. Сказывалась порочность стра-
тегии и тактики Ди'бича, его боязнь решительного сражения с
противником, стремление не разбить его живую силу, а оттес-
нить, действовать на его сообщения. Будучи воспитанником прус-
ской военной школы, Дибич руководствовался стратегической си-
стемой, разработанной Г. Д. Бюловым, который считал, что ис-
ход войны может быть решен искусным маневрированием, без
сражения. В работе «Дух новейшей военной системы» Бюлов ут-

1 ДИВНА, ф. ВУА, д. 4667, ч. 1, л. 270 об.

2 TaiM же, лл. 27il и 271 об.

3 Там же, л. 271.

4 TaiM же, л. 27il об.

5 Г. Мольтке. Указ, соч., «Военный сбор-пик», 1883, № 5, стр. 20.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4850, ч. 1. Письмо Дибича А. И. Чернышеву от 18
июля 1829 года, л. 74.
всрждал, что «надо избегать сражении и полагаться иа маневри-
рование» 5 Оп уверял, что войну можно выиграть без полевого
сражения, одними действиями на сообщения и магазины про-
тивника.

Эго стремление избежать решительного столкновения с про-
тивником и действовать на его сообщения и характеризует стра-
тегию Дибича. Оп все время действует осторожно, оглядывается
иа свой тыл и па правый фланг и собирается идти на Адриано-
поль не прямо, а в обход через Кирк-К.лису. Здесь уместно вспом-
нить приказание Дибича Ридигеру, «чтобы отнюдь ие атаковать
города Айдоса, б уде неприятель там в силах находиться»1 2.

В письме к Николаю I Дибич, говоря о своих планах, сооб-
щал, что собирается направить главные силы армии через Кирк-
Клнсу, в обход Адрианополя, «чтобы отрезать ему сообщение с
столицей» (т. с. Константинополем. — В. Л.). Царь ответил, что
мысль идти па сообщения Адрианополя с Константинополем
ему «очень правится» 3.

Стратегия Дибича и царя шла вразрез с обстановкой, сложив-
шейся па театре, и была опровергнута успешными наступатель-
ными действиями русских войск.

18 июля генерал Шереметев с отрядом, состоявшим из 2-й
бригады 4-й уланской дивизии, четырех конных орудий и сотни
казаков4, всего около 1000 человек, выступил из Карнабата к
Ямболю, «для делания форсированно^ рекогносцировки»5. На
другой день Шереметев подошел к Ямролю и послал в город три
эскадрона улан, которые были встречены крупными силами ту-
рок и отступили. При выходе из города уланы были атакованы
большими силами турецкой конницы, которая, выйдя из лагеря,
расположенного па противоположной стороне Ямболя, и обойдя
его с обеих сторон, пыталась их окружить. Но эскадронам уда-'
лось отойти, затем их поддержали другие части русской конни-
цы. Произошел ожесточенный бой, в котором 900 русских конни-
ков сражались с 5000—6000 турецких6. Полк регулярной не-
приятельской конницы пытался овладеть русской батареей, по
был отбит картечным огнем.

Разведка боем показала, что Ямболь занят крупным отрядом
турецкой конницы и пехоты, насчитывавшим около 15 тысяч че-
ловек7, о присутствии которого Дибич не подозревал. Этими вой-
сками командовал Галиль-паша, в июле вышедший с крупным

1 Г. Д. Б ю л о в. Дух новейшей военной системы. Стратегия в трудах воен-
ных клаоси;кю1В. М., 1926, т. 2, стр. 58.

2 II. Епанчин. Указ, соч., ч. 3, стр. 91.

3 ЦГВ14А, ф. ВУА, д. 4851. Письмо Николая I Дибичу от 4 августа 1829
года, л. 31 об.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 273 об.

5 Там же.

с ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4817. Исторический журнал действий 7-го пехотного
корпуса, л. 13 об.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 273 об.
отрядом из Шумлы. Между тем Красовский сообщил Дибичу 22
июля: «По показанию переметчиков из Шумлы, Галиль-паша
выступил из сей крепости с знатным числом войск от 8000 до
10 000 человек, возвратился в оную тому несколько дней назад с
столь малою частью таковых, что выходцы говорят, что будто бы
он привел с собою только 115 человек» Г Теперь оказалось, что
Галиль-паша в Ямболе и у него 15 тысяч человек.

Ночью Шереметев отошел от Ямболя5 оставив для наблюде-
ния за ним 100 казаков, in 20 июля прибыл в Карнаба г, где нахо-
дился 7-й корпус. В бою под Ямболем русские потеряли 28 че-
ловек убитыми, 36 ранеными и 8 пленными1 2.

Противник, несмотря на значительность своих сил и некото-
рый успех в бою с Шереметевым, опасаясь, вероятно, атаки глав-
ных сил русских, в ночь па 20 июля оставил Ямболь и отступил
но дорогам к Адрианополю и Сливену. В Карпабате об этом
узнали лишь 21 июля и не от казаков, оставленных Шереметевым
у Ямболя, а от болгарина, явившегося в Главную квартиру. Ди-
бич приказал Шереметеву занять город, что он и сделал па рас-
свете 23 июля3. Дибичу и Ридигеру потребовалось три дня для
того, чтобы занять Ямболь, оставленный противником. В городе
русские нашли большое количество сухарей, пшеницы, муки п
мелкого рогатого скота и 100 тысяч патронов 4.

Дибича беспокоила возможность появления визиря у него в
тылу и на фланге. Чтобы обеспечить себя со стороны Шумлы,
Дибич направил из Айдоса и Карнабата несколько отрядов к
Балканам. 21 июля из Карнабата к Балканам выступил отряд
генерала Роговского5, состоявший из 3-й бригады 19-й пехотной
дивизии, 6 орудий и 30 казаков, занявший па другой день
Добр о ль.

Через Доброль проходила дорога, но которой визирь мог вый-
ти в тыл войскам Дибича, располагавшимся по линии Бургас,
Айдос, Кар паб ат и Ямболь. Эта дорога имела значение и для со-
общения с корпусом Красовского и северной Болгарией. Поэто-
му было решено занять проход Чалыковак.

С этой целью Дибич 23 июля отдал диспозицию Г), но которой
общее командование войсками возлагалось на Рндигера, а пе-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4722. Рапорт Красовского Дибичу от 22 июля 1829
года. л. 84 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4817. Исторический журнал действий 7-го пехотного
корпуса, л. 13 об.

3 Л. Лукьянович и Г. М о л ь т к е ошибочно считают, что Шере-
метев занял Ямболь 21 июля. И. Л у к ь я -и о в и ч. Указ, соч., ч. 4, стр. 31.
Г! Мольтке. Указ, соч., «Военный сбор,ник», 1883, № 5, стр. 21.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 276; Г. Мольтке. Указ, соч., «Воен-

ной сборник», 1883, № 3, стр. 21.

5 Роговский прибыл в Карпабат 20 июля
л.[277).

(ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1,

G ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4861. Диспозиция для занятия Чалыковака, 23 июля
1829 года, лл. 127—128.
посредственное 'руководство было поручено генералу Набелю.
В распоряжение Набеля было назначено 8 батальонов, 14 ору-
дий, 4 эскадрона и 1-й казачий полк. Войска должны были дейст-
вовать двумя колоннами. Левая под командованием Набеля, в

составе 3-й бригады 19-й пехотной дивизии, Петербургского улан-
ского полка и казаков должна была наступать через Доброль па
Чалыковак. Правая колонна под начальством генерала Завадско-
го, состоявшая из 14-го егерского .полка, батальона 13-то егерско-
го полка и казаков должна была действовать через Надыр-Дер-
бспт, Ченге к Чалыковаку.,

Диспозиция «для занятия Чалыковака»— типичный образец
кабинетного руководства боевыми действия войск. В пей по-
дробно, по дням и даже по часам, расписаны действия обеих ко-
лонн па три дня вперед, вплоть до того, что они должны были
подойти к Чалыковаку 25 июля «в 6 часов пополудни, дабы та-
ким образом атаковать неприятеля в одно и то же время с двух
сторон общими силами»1. Это в условиях гористой, пересечен-
ной местности и при первоначальной удаленности одной колонны
от другой па расстояние до 40 верст.

Овладев Чалыковаком, На’бель должен был направить отряд
через Балканы для связи с Красовским, которому было предло-
жено 25 июля двинуться к Шумле со стороны Марата, выдвинув
конницу к Эски-Стамбулу, «чтобы пресечь путь неприятелю, мо-
гущему отступить от Чалыковака»1 2.

Выступив из Айдоса 23 июля, отряд Набеля 24 числа прибыл
в Доброль, откуда в тот же день генерал Роговский с 3-й брига-
дой пехотной дивизии и артиллерией Двинулся к Чалыковаку3.
24 июля из Ченге к Чалыковаку выступил отряд генерала Завад-
ского 4.

25 июля генерал На’бель, присоединив к своему отряду вой-
ска генерала Роговского, переправило^ через реку Дели-Кам-
чик и, следуя по направлению к Чалыковаку, был встречен силь-
ным ружейным огнем пехоты противника, занявшей дефеле.
Огнем двух орудий вдоль дороги турки были опрокинуты. Следо-
вавшие впереди Петербургский улаискйй полк, батальон пехоты
и 2 конных орудия были встречены в Чалыковаке отрядом про-
тивника, численностью в 300 человек с 3 орудиями. Турки не
приняли боя и, взорвав пороховой погреб, отступили. К вечеру
отряд Набеля находился в Чалыковаке и соединился с отрядом
Завадского, прибывшим из Ченге5. В Джумае отряд Набеля
встретил отряд генерала Горчакова, вместе с которым дошел до
Эс к и-Стам бул а.

1 ЦГВИА, о. ВУА, д. 4861, л. 128.

2 Ц1 ВИА, о. ВУА, д. 4587, ч. 1, лл. 279 и 279 об.

3 Там же, л. 279.

4 Там же.

5 Там же, лл. 279 об. и 280.
Установив связь с Красовским и оставив в Чалыковаке гене-
рала Завадского с батальоном 13-го егерского полка, дивизио-
ном Петербургского уланского полка, двумя орудиями и казака-
ми полка Ежова, Набель 28 июля прибыл в Доброль '.

Обезопасив тыл и правый фланг, Дибич начал думать над
планом дальнейших действий. В письмах к Николаю 1 от 18 и
25 июля 1829 года1 2 Дибич, оценивая материальное и медицин-
ское состояние армии, изображал все в розовом свете. Он писал,
что войска обеспечены продовольствием3, а «санитарное состоя-
ние армии не представляет ничего угрожающего»4. Па самом де-
ле войска испытывали! острый недостаток в самом необходимом,
в том числе в хлебе и сухарях. Как писал участник похода, они
вынуждены были питаться плодами и ягодами: «Мы собирали не-
спелые шишки кукурузы, мелкие арбузы, дыни и ели их в виде
овощей или варили кислый суп из неспелого винограда и туто-
вых ягод»5. Другой участник войны указывал, что начальство не
исполнило свой долг перед войсками6.

На почве недоедания, изнурительных маршей и плохого меди-
цинского обслуживания в войсках свирепствовали болезни, в
том числе, дизентерия и чума. Это вынужден был, хотя и с ого-
ворками, признать са-м Дибич. Он писал царю, что «среди огром-
ного числа больных большинство заболело в течение зимы и вес-
ны, а умершие похищены главным образом чумою»7.

Серьезное беспокойство у Дибича вызвала задержка с при-
бытием резервов. Об этом он писал царю в письма,х и 18, и 25
июля8.

К письму от 25 июля Дибич приложил записку9 * 11, в которой
изложил «Предположение относительно последующего хода вой-
ны» ,0. Убедившись, что па пути к Адрианополю турецких войск
пет, а в самом городе «всего несколько тысяч»1', Дибич решил
идти не на Кирк-Клису, как он об этом писал 18 июля, а прямо
«к степам второй столицы Турции» 12, т. е. на Адрианополь.

В своих «Предположениях» Дибич предлагает не ограничи-
ваться занятием Адрианополя. Если после того, как русские
войска овладеют этим городом, «султан еще не будет склоняться

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 280 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4850, ч. 1. Письмо от 18 июля 1829 года, лл. 71 об.—
72 об. Письмо от 25 июля 1829 года, лл. 88, 88 об. 92 и 92 об.

3 Там же, л. 72 об.

4 Там же, л. 92.

5 К- К- 3 е й д л и ц. Указ, соч., «Русский архив», 1878, кн. 4, стр. 434.

G Ф. И. Фо ито и. Воспоминания. Письма из Главной квартиры Дунай-
ской aipiMiHii в 1828—1829 гг., т. 2. Лейпциг, 1862, сгр. 176.

7JЦГВИА, ф. ВУА, д. 4850, ч. I, лл. 92 и 92 об.

8 Там же, л. 92.

9 Там же. «Всеподданнейшая записка гр. Дибича от 25 июля 1829 года из
АйдоСа», лл. 89—91 об.

,(! Там же, л. 89 об.

11 Там же.

Там же.
к миру, я думаю, что наиболее выгодным будет быстро насту-
пать к Дарданеллам и запять весь европейский берег пролива,
чтобы паша средиземноморская эскадра могла войти в Мрамор-
ное море и установить с этой стороны строгую блокаду Констан-
тинополя, который с сухого пути был бы блокирован моими вой-
сками по линии от Мидии до Родосто или Силиври, в то время
как адмирал Грейг запер Босфор» 1.

Изложив эти далеко идущие «предположения», в которых,
как видим, большое внимание уделено взаимодействию армии с
Черноморским флотом и Средиземноморской эскадрой, Дибич

писал, что этот план кажется ему «предпочтительнее, чем прямое
наступление на Константинополь»1 2, ввиду малочисленности
войск, которыми он располагает.

Предлагая наступать к Дарданеллам, Дибич оставался верен
стратегии 'маневрирования па сообщениях противника. «Когда
мы, — писал он, — установим такую общую блокаду, мы можем
оставаться в нашей позиции, так сказать, совершенно оборони-
тельно, до самого позднего времени года, между тем как отто-
манская столица, и теперь|уже сильно страдающая от недостатка
припасов, вынуждена будет в короткое время сдаться или сде-
латься свидетельницей заключения блистательного для нас
мира»3.

Предложенный план Дибич считал «самым выгодным» для
достижения цели. Выполнение его «ге встретило бы особенных
препятствий, если бы даже расположение одного из наших союз-
ников внезапно сделалось враждебным для нас» 4.

Дибич просил у Николая I указаний: «Можно ли воспользо-
ваться для прохода через Дарданеллы и для занятия Мраморно-
го моря всей эскадрой графа Гейдена»5. Понимая, вероятно, что
рассчитывать па всю эскадру Гейдена трудно, он писал: «Во вся-
ком случае, я думаю, что эскадра контр-адмирала Рикорда, в на-
стоящее время блокирующая Дарданеллы,., может быть, будет
достаточно сильна, чтобы запять Мраморное море, держать в по-
чтении наличные морские силы, находящиеся в Константинопо-
ле, и обложить с южной стороны эту столицу»6.

В заключение Дибич заявлял: «Я надеюсь, что время моего
наступления па Дарданеллы не так далеко»7.

По наступать к Дарданеллам не пришлось. Турция проиграла
войну, и достаточно было русским войскам подойти к Адриано-
полю, чтобы султан «склонился к миру».

По прежде чем двинуться к Адрианополю, Дибич решил ов-
ладеть городом Сливепом, в котором Галиль-лаша собрал зпа-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4850, ч. 1. л. 89 об.

2 Там же, л. 90.

3 Там же, лл. 90 *и 90 об.

4 Там же, л. 90 об.

5 Там же.

6 Там же, л. 91.

7 Там же, л. 91 об.
чительпые силы— 13 полков регулярной пехоты, два полка кава-
лерии и 20 орудий, всего более 10 тысяч человек1. Ходили слухи,
что в город ожидают самого верховного визиря.

Такое внимание турецкого командования к Сливепу не было
'Случайным. Оп являлся важным стратегическим пунктом, через
который проходили дороги на Андрианотюль, в Шумлу, в Карпа-
бат, Айдос и Варну. Дибич не решился оставить Сливеи в руках
сильного отряда противника, который мог угрожать правому
флангу и тылу русских войск. Было решено «выбить турок из
этой позиции и отбросить в горы» 1 2.

29 июля 6-й и 7-й пехотные корпуса и Главная квартира выс-
тупили из Карна'бата по направлению к Сливепу и имели ночлег
в селении Драгоданово3. В ночь на 30 число к этому же селению
из Доброля прибыл отряд генерала Набеля4.

Вечером 30 июля войска 7-го пехотного корпуса двинулись из
лагеря при селении Драгоданово к Сливепу и ночевали в 8 вер-
стах от Драгоданово5. В этот же день Палеи с 5-й пехотной ди-
визией, гусарским и Бакланова казачьим полками прибыл в се-
ление Драгоданово, а затем направился к Сливепу6.

В ночь на 31 июля 6-й пехотный корпус и Главная квартира
выступили из селения Драгоданово к Сливепу и соединились с
7-м корпусом 7.

В это время Дибич получил письмо верховного визиря, дати-
рованное 25 июля8, в котором он отвечал па предложение, сде-
ланное Дибичем после сражения при Кулевче. Объяснив свое
долгое .молчание отсутствием у него указаний из Коисгаптипоно-
ля, визирь предлагал заключить перемирие и просил указать
место, куда могли бы выехать турецкие представители для пере-
говоров. Визирь многозначительно подчеркивал, что возвраще-
ние в Константинополь послов Англии и Франции создает бла-
гоприятные условия для переговоров.

Мольтке ошибочно утверждает, что Дибич оставил письмо ви-
зиря «совершенно без ответа»9. Русское командование понима-
ло, что предложением заключить перемирие визирь стремился
остановить продвижение русской армии к Адрианополю и выиг-
рать время для усиления защиты этого города. Поэтому Дибич
написал визирю, что, не получив ответа на свое предложение по-
сле победы при Кулевче, он вынужден был предпринять переход
через Балканы. Теперь, когда оп овладел побережьем Черного

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4826. Реляция дела бывшего против неприятеля при
г. Сливене 31 июля 1829 года, л. 114.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4850, ч. 1. л. 93.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 281 об.

4 Там же, л. 283 об.

5 Там же, л. 284.

6 Там же, лл. 284, 286.

7 Там же, л. 286 об.

8 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4850, ч. I, лл. 93—96.

9 Г. Мольтке. Указ, соч., «Военный 'сборник», 1883, № 5, стр. 23.
.моря, а передовые русские войска находятся на подступах к Ад-
рианополю, долг службы не позволяет ему остановиться, если
ему не дадут гарантий, соответствующих теперешнему положе-
нию русской армии, но он готов начать переговоры и предлагал
выслать уполномоченных в Бургас пли Ахеоло

Хотя письмо визиря свидетельствовало о том, что война бли-
зится к концу, Дибич, соглашаясь на переговоры, решил продол-
жать 'Наступление п силой оружия добиться заключения такого
мирного договора, который, как оп писал, соответствовал бы «на-

шему теперешнему положению».

Вечером 30 июля русские войска находились в 12—20 верстах
от Сливена. В соответствии с диспозицией на 31 июля войска
должны были приблизиться к Сливену. Об атаке ничего не гово-
рилось, вероятно, предполагалось действовать по обстоятель-
ствам * 2.

Город Сливеп расположен у подошвы крутых уступов Балкан.
Каменистые горы, покрытые густым колючим кустарником, ок-
ружали его с трех сторон, и только с рго-'восточной стороны, по
направлению к Ямболю, местность была ровная. Понимая, что
русские будут наступать на этом направлении, турки возвели
здесь укрепления. На этой’ позиции о ти расположили основные
силы регулярной пехоты и кавалерии.

31 июля, в 7 часов утра, войска Рндигера двинулись к Сливе-
пу. В авангарде шли казачьи полки Чер-пушкипа и Ильина под
общим командованием генерала Жиррва, затем — полки улан и
гусар и конная артиллерия. За конницей следовали полки 18-й
и 19-й пехотных дивизий с их артиллерией3, за ними — 6-й кор-
пус и 5-я пехотная дивизия. Корпус Палена остался в резерве.
Отряду генерала Шереметева, следовавшего из Ямболя к Сли-
вспу, было приказано запять дорогу из Сливена в Енисару4.

Из сообщений пленных стало известно, что в Казани якобы
находится верховный визирь. Желая [обезопасить свой правый
фланг от внезапного появления противника, Ридигер направил

по казанской дороге 6-й Черноморский полк, а Дибич приказал
13-му егерскому полку5 занять «твердый пост» в Балканских го-
рах. В резерв этим частям была -назначена 2-я бригада Бугской
уланской дивизии.

В связи с тем, что основные укрепления противника находи-
лись на правом фланге его позиции и здесь были сосредоточены
его силы, /Дибич решил атаковать левый фланг. План атаки за-
ключался в том, чтобы выйти в тыл основным укреплениям и

’ 11,1 ВИА, ф. ВУА, д. 4850, ч. 1, лл. 93—96.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4861. Диспозиция на 31 июля 1829 года, лл. 184 и
184 об.

3 Ц1 ВИА, ф. ВУА, д. 4826. Реляция дела бывшего против неприятеля при
пароде Сл-ноене 31 июля 4829 года, л. 114.

4 И. Лукьянович. Указ, соч., ч. 4, стр. 38.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4843, л. 18.

I
силам турок и нанести главный удар там, где они меньше всего
его ожидали.

Против левого фланга противника Дибич направил всю пехо-
ту 6-го и 7-го корпусов. Коннице было приказано сделать флан-
говое движение влево. В реляции о бое у Сливена говори гея:
«Не доходя до города Сливно двух верст, кавалерия, за исклю-
чением казаков, приняв влево, пошла по дороге, лежащей через
поле, а пехота — по дороге, идущей у подошвы гор к лесу, зани-
маемому неприятелем» !.

Для атаки были назначены пехотные и артиллерийские части
7-го корпуса, которые построились в следующий боевой порядок:
в первой линии — 36-й егерский полк, имея 8 орудий легкой № 3
роты 18-й артиллерийской бригады между батальонами; во вто-
рой линии — Уфимский полк, 8 орудий батарейной роты 18-й ар-
тиллерийской бригады, Пермский полк, 4 батарейные орудия ро-
ты № 1 19-й артиллерийской бригады, Вятский полк; в третьей
линии — 3-я бригада 19-й пехотной дивизии* 2, всего 12 батальо-
нов и 20 орудий3. За этими войсками должны были наступать
войска 6-го корпуса. Когда Ридигер приблизился к неприятель-
ской позиции, он получил приказание передвинуть свои войска
влево. Это было вызвано тем, что на правом фланге противника
было замечено скопление конницы и пехоты. Рядом с войсками
Рндигера и правее его должна была действовать 18-я пехотная
дивизия генерала Горчакова.

Ридигер приказал открыть огонь из орудий. Турки отступи-
ли, но, когда русские двинулись за ними, они открыли огонь из
укреплений своего правого фланга 4.

Батальоны 18-й пехотной дивизии овладели высотой, господ-
ствовавшей над городом, и заставили турок отступить па окраи-
ну города.

После этого войска Рндигера и Горчакова «беглым шагом во-
шли в город, и очистив оный от неприятеля, преследовали его...
первоначально по эскисарской, а потом но казанлыкской доро-
ге»5,— говорится в реляции о победе при Сливепе. Конница и
часть пехоты 6-го корпуса преследовали турок «по хребту Бал-
кан, на расстояние 9 верст до 6 часов пополудни»6.

В результате трехчасового боя противник был «опрокинут,
обращен в бегство и принужден оставить нам город»7, сказано в
Журнале военных действий 2-й армии. Трофеями русских были

’ ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4826. Реляция дела при Сливепе 31 толя, л. 114.

2 Там же, лл. 114 и 114 об.

1 3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4817. Исторический журнал действий 7 го пехотного
корпуса, л. T9.

, 4 Г. Мольтке. Указ, соч., «Воепиный с бортник», 1883, № 5, стр. 24.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4826, л. 115.

6 А. В е р и г и и. Указ, соч., стр. 70.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. I, л. 286 об.
9 орудий, 4 замени 1 и большие военные и продовольственные
запасы. Во время боя и преследования турки потеряли около 200
человек пленными1 2. Потери русских убитыми и ранеными соста-
вили G3 человека 3. При вступлении в Сливен русские войска бы-
ли встречены болгарским населением с хлебом и солью. «Сии
чувства, — писал современник, — изливались из сердец болгар,
преданных нам не только по единоверию, ио и по доброму обхож-
дению наших войск» 4.

Бой при Сл'ивепе был последним значительным сражением за
Балканами. Под Айдосом, Ямболем и Сливепом были разбиты и

рассеяны все отряды, которые верховный визирь направил с це-

лью остановить наступление русской армии. Теперь на пути к
Адрианополю у турок сколько-нибудь крупных сил не было.

Взятие Сливе-па открывало русским войскам дорогу па Адри-
анополь. О решении наступать па Адрйанополь Дибич сообщил
Николаю I па другой день после овладения Сливеиом: «завтра
(2 августа. — В. Л.) я рассчитываю ид|и в Ямболь, где я оста-
новлюсь, чтобы взять часть сухарей 5, которые туркам угодно бы-
ло нам оставить. Через два перехода я буду в Буюк-Дербенте,
где я сосредоточу все мои силы и все резервы, прежде чем дви-
нуться на Адрианополь»6.

По и теперь Дибич опасался за свой тыл. I августа он прика-

зал генералу Моптрезору: «На личную ответственность Вашу

возлагается тщательное наблюдение дорог из Сливпо в Казань и
из Карпабата в Доброль, Чалыковак и Казань ведущих, так как

по си-м двум направлениям только можно ожидать прибытия
верховного визиря из Шумлы»7.

По подсчетам Епанчина перед наступлением на Адрианополь
у Дибича было: 44 батальона, 138 орудий, 40 эскадронов и 3 ка-
зачьих полка8. По часть войск пришлось оставить в Слпвепе9 и
Ямболе и фактически па Адрианополь можно было двинуть 35
батальонов, 110 орудий и конницу. В ведомости, показывающей
численность русских войск во время «движения к г. Адрианопо-
лю и занятия оного», приводятся следующие данные: пехота —

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 286 об.

2 Ц1 ВИА, ф. ВУА, д. 4826, л. 146 об. У Лукьяновича сказано: взято в плен
300 человек. См. ч. 4, стр. 40. Эта цифра названа и в Журнале военных дейст-
вии 2-й а^мны. ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4'587, ч. 1, л. 286 об.

3 И. Епанчин. Указ, соч., ч. 3, стр. 129.

* Последняя воина с Турцией. СПб., 1830, стр. 54.

Примечательно, что Дибич собирается брать трофейные сухари и для
этого .Н|Д'ет в Ямболь, в то время как он утверждает, что «продо1В'Ольст1ве1И1ная
часть у пас обставлена отлмчпо». См. письмо Дибича Николаю 1 от 1 августа
1829 года. ЦГВИА, ф. ВУА, д. 485'0, лл. 93—96.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4850. Письмо Дибича Николаю I от 1 августа 1829
года, л. 95 об. I

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4841, ч. 2. Предписание Дибича Моптрезору от 1 ав-
густа 1829 года, л. 25 об.

8 II. Е п а н ч п и. Указ, соч., ч. 3, стр. 419.

9 В Слпвепе был оставлен 37-й егерский полк.
14235 человек, кавалерия—4332 человека, артиллерия—110 ору-
дий и 1754 человека, казаки — 814 \ всего 21135 человек.

2 августа 2-й, 6-й и 7-й пехотные корпуса и Главная квартира
выступили с позиции при Слпвепе и расположились при Ямболе,
где 3 числа имели дневку1 2. 4 августа войска продолжали движе-
ние двумя колоннами: левая, состоявшая из войск 2-го и 6-го пе-
хотных корпусов и Главной квартиры, следовала через село Чиф-
тлик па Буюк-Дербент и имела ночлег у Папаскпоя; правая со-
стояла из войск 7-го пехотного корпуса и шла правым берегом
реки Тунджи к селению Гассан-бейли, где и ночевала3. Колон-
ны разделяла река Тунджа и расстояние в 25 верст.

Движение войск происходило в очень тяжелых условиях, бо-
лее трудных, «нежели в самих Балканах»4. Многие колодцы бы-
ли испорчены отступавшими турками, ручьи пересохли. Жара,
дурные дороги и плохое питание усилили заболеваемость среди
солдат. Особенно свирепствовала малярия. Участник похода пи-
тал, что, проезжая по дороге к Буюк-Дер бейту, но которой прош-
ли русские войска, он встретил множество отставших солдат, ко-
торые в изнеможении лежали на обочине дороги. «Душа содро-
гается от ужаса, когда я припоминаю эту плачевную картину»5.

5 августа обе колонны соединились па левом берегу реки
Тунджи6 и остановились на ночлег между Кучук-Дербентом и
Буюк-Дербепто'М. В этот день генерал Жиров с авангардом, со-
стоявшим из казачьих полков Бакланова, Ильина и Чернушкн-
па, занял селение Хаплы-Энеджи в 10 верстах от Буюк-Дербепта
по дороге в Адрианополь7. Бригада генерала Будберга была на-
правлена к Кирк-Клисе. 6 августа главным силам русской армии
был дан отдых.

7 августа главные силы русской армии, оставив позицию близ
Буюк-Дербента, продолжали наступление к Адрианополю от Бу-
юк-Дербента через Хаплы-Энеджи прямой нагорной дорогой, ос-
тавляя вправо дорогу, идущую на Акбунар; 6-й пехотный кор-
пус, пройдя Ханлы-Энеджи, направился па Акбунар и Эпикиой;
7-й корпус остановился для отдыха при Хаплы-Энеджи. Не дохо-
дя трех верст до Арианополя, войска заняли позицию па левом
берегу реки Тунджи. Первую линию составляли войска 2 го кор-
пуса, вторую — 6-й корпус, третью — 7-й корпус, при котором
находилась и Главная квартира 8.

Генерал Жиров с казачьими полками занял высоты, окружа-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4808, лл. 18—20. Епанчин приводит другие данные,
а именно, около 15'000 человек пехоты и 5500 — кошницы. Указ, соч., ч. 3.
cTipi 420.

!2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, л. 288 об.

3 Там же.

4 II. Лукьянович. Указ, соч., ч. 4, стр. 65.

5 Ф. П. Фонтом. Указ, соч., т. 2. Ленгщпг, 1862, стр. 176.

6 ЦГВИА, ф< ВУА, д. 4587, ч. 1, лл. 289 и 289 об.

7 Там же, л. 289 об.

8 Там же, лл. 289 об. и 290.
Ю'щпе город и дороги, ведущие в Кирк-Клису и Констапт.ино-
ноль

Таким образом, русской армии потребовалось всего 4 недели,
чтобы совершить переход через, казалось бы, неприступные Бан-
капы и достигнуть Адрианополя, под степами которого русские
не были со времен Киевского князя Святослава.

Местность вокруг Адрианополя, расположенного при слиянии
трех рек —Тупджи, Мари цы и Арды, была пересеченная: овраги,
рвы, насыпи, сады. Реки, и пересеченная местность способствова-
ли упорной обороне города, при наличии, конечно, достаточного
гарнизона. Древнюю часть Адрианополя окружала степа, по ее
закрывали дома позднейшей постройки. Вокруг города находи-
лось несколько высот, па которых турки стали возводить бата-
реи, по не успели их закончить. В Адрианополе проживало около
60 тысяч человек, из которых от 10 до 15 тысяч были вооружены.
Гарнизон города насчитывал около 10 тысяч пехоты, конницы и
до двух тысяч ополчения 1 2.

Наличие 12-тысячного гарнизона <и большого числа вооружен-
ных жителей позволяло Галиль-паше и другим турецким воена-
чальникам оказать русским войскам хотя бы некоторое сопро-
тивление. Но этого не произошло. Неудачная война до крайнос-
ти обострила все противоречия отсталой Оттоманской Турции.
Экономика, государственный аппарат и вся военная система бы-
ли охвачены глубоким кризисом. Прнимая бессмысленность
сопротивления, когда война была проиграна, турецкие воена-
чальники решили сдать город.

Между тем положение русской армии под стенами Адриано-
поля было не из легких. В ее рядах насчитывалось не более 17 ты-
сяч штыков и сабель. Опа зашла далеко в глубь неприятельской
территории, удалилась от своих баз и портов. Дибичу и его ок-
ружению было над чем задуматься. Рассчитывать па успех штур-
ма, а тем более блокады большого города наличными силами бы-
ло трудно. Долгое пребывание под Адрианополем было чревато
серьезными последствиями. Войска буквально таяли от болезней,
а турки могли подтянуть новые силы. Сложной была междуна-
родная обстановка. Тем не менее мы не можем согласиться с ут-
верждением Мольтке, что под Адрианополем русскую армию
ожидали или «конец войны или начало собственной гибели»3.

Мир се ожидал, по о гибели не могло быть и речи.

Все сомнения и тревоги русского командования рассеялись

самым неожиданным образом. Вечером 7 августа

•квартиру явились уполномоченные от Галиль-паши

в Главную
и Ибраг.им-

наши и городских старшин для выяснения условий сдачи Адриа-
нополя. В Журнале военных действий 2-й армии говорится: «Вой-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 290.

2 А. Веригин. Указ. соч., стр. 71.

3 I . Мольтке. Указ, соч., «Военный сборник», 1883, № 5, стр. 30.
ска неприятельские и жители города Адрианополя быстрым дви-
жением наших войск приведены были в такое смятение, что нр.и
самом приближении оных к сей второй столице Оттоманской По-
рты высланы были... парламентеры для заключения капитуляции,
хотя все пути для отступления неприятеля еще были открыты» ’.

Командование русской армии предъявило следующие условия
сдачи Адрианополя: гарнизон получает право выйти из города,
но не по Константинопольской дороге, как хотели турки, а в на-
правлении к Филишюполю или Демотико; оружие, артиллерия,
знамена и военные запасы должны быть сданы русским войскам.
Для принятия 'предъявленных условий туркам было дано 14 ча-
сов, до 9 часов утра 8 августа. Если до этого времени условия
не будут приняты, русские войска начнут штурм города.

Всю ночь на 8 августа происходили переговоры. Желая пре-
кратить колебания турок и заставить их сдать город, Дибич в 5
часов утра 8 августа двинул войска к городу. Одну колонну со-
ставляли пехотные части 2-го и 6-го корпусов, другую — конни-
ца, в резерве находился 7-й корпус. Движение русских войск вы-
звало смятение среди жителей города, и они, не ожидая ответа
Галиль-паши и Ибрагим-паши, вышли из города навстречу рус-
ским колоннам. Турецкие войска стали оставлять позиции и бро-
сать оружие. Русские войска вступили в Адри а поволь.

Таким Образом, 8 августа, -меньше чем через месяц после на-
чала забалканского похода, 'русские войска без боя заняли один
из самых крупных городов Оттоманской империи. «Вследствие
сей капитуляции, — говорится в Журнале военных действий 2-й
армии, — неприятель... положил оружие, оставя нам артиллерию,
знамена и военные снаряды» 1 2 и безоружный удалился из города.
Русским достались: 56 орудий, 25 знамен, 5 бунчуков3, несколь-
ко тысяч ружей и большое количество военных снарядов и запа-
сов продовольствия 4.

В тот же день, 8 августа, отряд генерала Будберга приблизил-
ся к Кирк-Клисе и «принудил неприятеля, находившегося там в
числе более 3 тысяч пехоты и кавалерии, оставить нам сей
пункт» 5. В бою за Кирк-Клису противник потерял около 80 чело-
век убитыми и ранеными и 3 человека пленными, (русские — 8 че-
ловек убитых.6 На другой день Будберг занял Люле-Бургас, от-
сюда ему было приказано продвинуться на Визу и Мидию, куда
должны были подойти «корабли Черноморского флота.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 291.

2 Там же.

3 Там же, л. 291 об.

4 II. Лукьянов и ч. Указ, соч., ч. 4, стр. 70.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4587, ч. 1, л. 291 об.

6 ЦГВИА, ф. ВУА,Ti. 4587, ч. 1, л. 292.
Г Л Я В Я 8

КАМПАНИЯ 1829 ГОДА
НА КАВКАЗСКОМ ТЕАТРЕ

Успехи, достигнутые русскими на кавказском театре в 1828
году, заставили султанское правительство принять решительные
меры по подготовке к новой кампании. Прежде всего были сме-
щены высшие начальники азиатских областей Галиб-паша и Ки-
ос-паша. Эрзерумским сераскиром с неограниченными полномо-
чиями был назначен Хаджи-Салех-паша майданский, а главно-
командующим войсками —• Гагки-паша'. Перед ними были пос-
тавлены задачи не только остановить Дальнейшие успехи рус-
ских, по и вернуть все территории, потерянные в прошедшую

кампанию.

Чтобы опередить русских] использовать элемент внезапности
и захватить инициативу в свои руки, турки решили начать насту-
пательные действия раннею весною1. А еще раньше, зимою —
10—15-тысячпый отряд Ахмед-бека должен был сделать «экспе-
дицию па Ахалцих»1 2 и взять его «во что бы то ни стало»3.

Па подготовку войск к кампании султан отпустил из собст-
венной казны, помимо местных доходов, большую сумму денег
(около 2 млн. руб.) и объявил поголойный набор в армию по
всей Азиатской Турции. Всех войск «полагают будет собрано
вновь в главной армии от 80 до 100 тысяч»4. Уже в начале янва-

ря 1829 года в Эрзеруме было собрано «до восьми тысяч регу-
лярной пехоты, вновь формируемой» 5 и до пяти тысяч конницы6.
Только в этом городе орудий «разного калибра считают бо-
лее 200» 7.

13 Эрзеруме турки занимаются, говорилось в журнале Кав-

казского корпуса, «усилением городских укреплений, углубляют
рвы, поправляют стены, делают палисады и строят во многих

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 47/16. Журнал Гл1а,вню1коман!дующего Отдельным Кав-
казским KOpinyicoM, 1829. (В дальнейшем «Журнал Отд. Ка/в. кор/пуса») л. 12 об.

2 Там же, л. 4 об.

3 Там же. Подробное описание осады и обороны крепости Ахалциха,
1829, л. 51.

4 Та/м же, Журнал Отдельного Катеавюкого кор/пуса, л. 25 об.

5 Там же, л. 4.

° Там же.

7 Там же, л. 25 об.
местах батареи» Г В Эрзеруме, Гассан-кале и Хорасане были
устроены большие хлебные магазины.

Не надеясь на собственные силы, правящие круги Турции
решили поднять восстание в тылу русских войск. В начале 1829
года новый эрзерумский сераскир через тайную агентуру напра-
вил воззвание к азербайджанскому и дагестанскому народам,
призывая их восстать против «неверных врагов», т. е. России* 2.
Однако, сколько ни старалась реакционная феодальная верхуш-
ка Азербайджана и Дагестана, преследовавшая собственно ко-
рыстные цели, ей не удалось спровоцировать широкие круги
населения к выступлению против русских. Наоборот, азербайд-
жанцы и дагестанцы с оружием в руках выступили как союзники
русских войск против Оттоманской Порты.

Азербайджанцы «вызвались поднять оружие против турок..,—
писал современник. — Успех формирования конных полков
в мусульманских (азербайджанских. — В. Л.) провинциях был
необыкновенный, и в короткое время сверх назначенного числа
всадников записалось весьма много охотников» 3.

Потерпела провал и попытка турок организовать при помощи
жалкой кучки изменников — грузинских феодалов — антирус-
ские выступления в Грузии.

Большие надежды правящие круги Оттоманской Турции воз-
лагали на поддержку Англии и вовлечение в войну против Рос-
сии Персии.

Английская буржуазия, которая, по словам К. Маркса, раз-
вернула наступление «на внутреннюю Азию одновременно с двух
сторон с Инда и с Черного моря»4, ни за что не хотела прими-
риться с тем, что «русский медведь» прочно расположился в За-
кавказье.

Обеспокоенные успехами русского оружия на Кавказе в кам-
пании 1828 года дипломатические и военные круги Англии раз-
вернули активную деятельность с целью ие допустить утвержде-
ния русского влияния в Закавказье. Особенно усердствовал анг-
лийский посланник в Персии Д. Макдональд. Стремясь восста-
новить общественное мнение Англии против России, он в свои,х
письма, умышленно искажая и фальсифицируя факты, сообщал,
что русские войска, овладев Эрзерумом, двинутся прямо к гра-
ницам Индии5.

Под лозунгом обороны Индии от мнимой угрозы «русского
вторжения» определенные английские дипломатические и воен-
ные круги делали все для того, чтобы еще больше разжечь вой-

’ ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716, л. 20.

2 X. М. И б р а г и м б е й л и. Россия и Азербайджан в первой трети XIX ве-

ка. М., 1969, стр. 237.

3 История военных действий в Азиатской Турции, ч. 2, стр. 48.

4 К. М а р к с п Ф. Энге л ь с. Соч., т. 9, стр. 383.

5 А. В. Фадеев. Россия и восточный кризис 20-х годов XIX в., стр. 277.
пу на границах Закавказья. Особое внимание уделялось Персии.
Один из руководящих деятелен «Ост-Индской компании» лорд
Элленборо заявил: «В Персии, как и повсюду, я приложил бы
старания к тому, чтобы найти средства поднять при первом
удобном случае весь свет с оружием в руках против России»1.

Стремясь поднять протцв России если не «весь свет», то хотя
бы Персию, Макдональд и его помощники прилагали все усилия
к тому, чтобы околотить антирусский турецко-персидский союз.
Персии были отпущены значительные суммы денег, доставля-
лось оружие. Английские офицеры обучали и во многих случаях

командовали персидскими войсками. Так английский майор Гарт
руководил формированием и боевой подготовкой регулярных
персидских войск1 2. Очевидец рассказывает, что обучение пер-
сидских солдат (сарбазов) «делалось ио английскому уставу»3.

Английские агенты тайно и явно старались проникнуть в рай-
он военных действий, совершали «путешествия» в глубинные рай-
оны Кавказа. О подозрительных «экскурсиях» английских дип-
ломатов Паскевич сообщал в Петербург.] Он писал: «Влияние ан-
гличан в Персии нам очень неблагоприятно»4. Особенно большие
усилия английские дипломаты прилагали к тому, чтобы вызвать
русско-персидский конфликт, а еще лучше войну.

Русский посол в Тегеране А. С. Грибоедов старался парали-

зовать подрывную, провокационную деятельность англичан. «Я...

чрезвычайно занят, — писал Грибоедов.Наблюдаю, чтобы от-

сюда не произошла какая-нибудь предательская мерзость во
время пашей схватки с турками» 5.

Грибоедову пришлось бороться не только с происками анг-
лийских дипломатов, но и с интригами Фттоманской Порты, ко-

торая, играя на реваншистских настроениях правящих кругов
Персии, стремилась привлечь ее к войне с Россией. В Журнале
Отдельного Кавказского корпуса говорился: «Сношения персиян

с турками продолжаются с большою деятельностью. Турки уве-
рены, что персияне объявят нам ’войну»6

Твердая и умная политика Грибоедова в значительной степе-

ни помогла парализовать англо-турецкие происки и сохранить
мир с Персией, а это избавило войска Кавказского корпуса от
необходимости вести войну сразу с двумя противниками. «Гри-
боедов в Персии, — писал генерал Муравьев, — был совершен-

но па своем месте... заменял нам там единым своим лицом двад-
цатптысячпую армию» 7.

1 Цпт. по кп.: Л. В. Фадеев. Россия п Кавказ первой трети XIX века.
М., I960, стр. 212.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 47(16, л. 101.

3 Ф. Ф. Б а-р т о л о iM е и. Посольство князя Мепьш.и1кова в Персию, «Рус-
ская старина», 1904, апрель, стр. 83.

71 1Ц с р б а т о в. Указ, соч., т. 3, стр. 110.

5 А. С. Грибоедов. Сочинения. Л., 1945, стр. 545.

R ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4644, л. 78.

7 II. II. Муравьев. Указ, соч., «Русский архив», 1894, ки. 1, стр. 43.
Большую помощь и покровительство оказывал Грибоедов
армянам, изъявившим желание переселиться в пределы России.
Только из окрестностей Тавриза сразу же после Туркманчайского
мира переселилось около 1000 семейств армян.

Миролюбивая, гуманная и в то же время твердая политика
русского посла вызвала острое недовольство дипломатических
и военных представителей Англии и лютую злобу реакционных,
проанглийских кругов Персии. 30 января 1829 года толпа наем-
ных убийц и религиозных фанатиков-мусульман ворвалась в зда-
ние русской миссии в Тегеране и учинила зверскую расправу над
Грибоедовым и сотрудниками посольства. Погибло 54 человека.

Организаторы неслыханного злодеяния в Тегеране приняли
все меры, чтобы отвести от себя подозрения. Английский посол
Макдональд писал Паскевичу, что причиной нападения па мис-
сию была свирепая и внезапная вспышка «народного неистов-
ства», которую якобы вызвал своим поведением Грибоедов Та-
кая же фальшивая версия приводилась в фирмане шаха Персии.
Несмотря на всю нелепость такого объяснения тегеранской тра-
гедии, оно получило распространение в английской буржуазной,
персидской и турецкой историографии.

Но в России понимали, кто является вдохновителем и органи-
затором нападения на русскую миссию. Паскевич писал, что, по
имеющимся сведениям, происшествия в Тегеране случились с
согласия шаха но замыслу шахских сыновей и не без участия
англичан 1 2.

В русских дипломатических и военных кругах понимали про-
вокационный характер тегеранских событий. Заинтересованные
круги хотели разжечь русско-персидскую войну. Паскевич пи-
сал, что в связи с убийством Грибоедова распространяются слу-
хи о «предстоящем разрыве с Персиею» 3.

Советские историки убедительно показали, что вдохновите-
лями и организаторами кровавой тегеранской провокации были
реакционно-реваншистские круги Персии и стоявшие за и,х спи-
ной некоторые дипломатические и ’Военные представители
Англии 4.

1 АКАК, т. 7, № 650. Письмо Макдональда к Паскевичу от 8 февраля
1829 г., стр. 671.

2 ЦГВИА. ф. ВУА, д. 47.16, л. 39.

3 Там же.

4 С. В. Шостакович. Дипломатическая деятельность А. С. Грибоедо-
ва. М., 1969. Его же. Происхождение «реляции» о гибели Грибоедовской
mihiccih’h. «Труды Иркутского государственного универюитета», т. 16, вын. 3,
1956; А. В. Фадеев. Россия и Кавказ первой трети XIX века. М., 1960;
В. Т. И a hi у т о. Дипломатическая деятельность А. С. Грибоедова. «Истори-
ческие записки», 1947, № 24; И. К. Ениколопов. Грибоедов и Восток.
Ереван, 1954; Г. М. Петров. Новые материалы об убийстве А. С. Гри-
боедова. «Ученые записки Института востоковедения», т. 8. ДА., 19>5i3;
А. А. Тихонова. Из истории ainrHiiniciKoro проникновения в Персию.
«Ученые записки Ярославского государственного педаго1пического института»,
вын. 22, 1957.
В связи с тегеранскими событиями активизировала свои про-
иски в Персии султанская Турция. Генерал Панкратьев сообщал
Паскевичу, что «доверенные чиновники Аббас-Мирзы проехали
через Ваи к сераскиру арзерумскому с тайным поручением и что
вообще происходят частые сношения правительства персидского
с турками» Г Султанское правительство при поддержке дипло-
матов Англии делало все для того, чтобы вовлечь Персию в но-
вую воину с Россией. В марте 1829 года разведывательные орга-
ны русской армии получили сообщение: «Порта отправила одно-
го из почетнейших мусульманов в Персию для употребления всех
средств к склонению державы сей па войну с Россией» * 2.

Оценивая обстановку на кавказском театре, сложившуюся к
концу марта 1829 года, Паскевич писал: «Персеяне вооружают-
ся, турки в больших силах собираются около Арзерума»3.

Нападение на русскую миссию послужило сигналом к акти-
визации турецких войск на кавказском театре. Считая, вероятно,
вопрос о вступлении Персии в войну с Россией решенным и,
стремясь захватить инициативу в свои руки, турецкое командо-
вание намеревалось начать наступление зимой.

К продолжению войны готовилось, и командование Отдель-
ным Кавказским корпусом. Однако и в новой кампании силы
корпуса не соответствовали задачам. После выделения отрядов
и частей для охраны границ, занятых крепостей и гарнизонов
внутренних районов, у Паскевича для наступательных действий
оставалось 16—17 тысяч штыков и сабель4 при 68 орудиях5.
Ожидаемые для пополнения около 20 тысяч рекрутов могли при-
быть не ранее июля. Вот почему Паскевич несколько раз повто-
ряет свою просьбу «о присылке двух пехотных бригад с одной
или двумя ротами артиллерии» 6.

Для того, чтобы усилить «действующий корпус», Паскевич
решил организовать воинские части из местного населения. Из
добровольцев были созданы четыре полка азербайджанской
конницы, два армянских полубатальона и Баязетский армянский
батальон7. Азербайджанцы, армяне, грузины и представители
других народов Кавказа с большой охотой, добровольно, всту-
пали в национальные формирования и вместе с русскими герои-
чески сражались с оттоманскими захватчиками. Генерал Попов,

/ ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716, л. 31 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4719, сообщение агента подполковнику Липранди о
«опр-иятеле от 6 марта 1829 г., л. 66.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 17358. Рапорт Паскевича Чернышеву от 23 марта
1829 года, л. 13.

4 19 батальонов пехоты, 12832 человека, 3500 конницы. История военных
действии в Азиатской Турции в 1828 -и 1829 годах, ч. 2, стр. 5.

5 Там же.

6 ЦГВИА, '(]). ВУА, д. 17358. Рапорт Паскевича Чернышеву от 23 марта
1829 года, л. 13.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716, лл. 127—129.
командовавший войсками в Баязете, доносил, что «баязетскне
жители, сверх выставленного ими пятисотного милиционного
батальона, сформировали еще 500 человек милиции, которая
намеревается служить без жалования»1.

Но Паскевича существующий порядок формирования нацио-
нальных частей, в основе которого лежал принцип доброволь-
ности, не удовлетворил. Решив создать дополнительно пятиты-
сячное «земское» ополчение в Грузии, он в марте 1829 года
объявил о принудительном наборе по одному ополченцу от каж-
дого двора крестьян и ремесленников, причем набор должны
были проводить не местные дворяне, как это было раньше, а
представители царской администрации.

Новый порядок набора был воспринят населением как по-
пытка ввести в Грузии рекрутскую повинность. Даже историк
самодержавно-монархического направления Потто вынужден
был признать, что действия царского командования отличались
казенной шаблонностью, не сообразовались «ни с духом, ни с
историческою жизнью народа» и, подорвав его «доверие» к «пра-
вительственному распоряжению» тем, что под видом милиции
набирались постоянные солдаты, породили для «русского прави-
тельства массу хлопот», вызвав «серьезные беспорядки в неко-
торых местностях Грузии»1 2.

Народные волнения произошли в Тифлисе, его окрестностях,
в Горийском уезде, Кахетии и некоторых районах Азербайджа-
на3. Имели место выступления против солдатчины и в уже соз-
данных национальных формированиях. Так, в третьем конно-му-
сульманском полку значительная часть воинов отказалась
выступить в поход, заявив, что их «обманом» хотят «взять в
солдаты» 4.

Следует подчеркнуть, что в дореволюционной России многие
авторы преувеличивали роль Паскевича в создании и использо-
вании национальных формирований во время войны с Турцией.
В одной статье, например, говорилось, что своим обращением
с мусульманскими полками ему удалось привязать их к себе
до такой степени, что они «оказали чудеса храбрости во все,х
последовавших сражениях» 5.

Это утверждение не имеет иод собой никаких оснований.
Делоне в обращении Паскевича, а в том, что грузины, азербайд-
жанцы, армяне и другие народы Кавказа, выступая как союз-
ники России, боролись против своих заклятых врагов — отто-
манских захватчиков.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716, л. 117.

2 В. Котто. Указ. соч., вып. 2, стр. 33'8.

3 X. М. Ибрагимбейли. Россия и Азербайджан.., стр. 233.

4 Там же, стр. 234.

5 «Кавказ», 1890, 6 сентября, стр. 3.
•Попытка Паскевича провести принудительный набор опол-
чения потерпела провал. Оп писал, что вынужден был отказать-
ся от набора милиции, так как «сопротивление народа... дела-
ется явным», ибо он опасался «набора рекрут»1. В другом доку-
менте Паскевич писал: «Я хотел вооружить здесь милицию, но
к несчастью, оная... идет пе совсем успешно»* 2.

•Несмотря на малочисленность сил, командование Кавказско-
го корпуса решило действовать наступательно. Ранней весной
русские войска должны были двинуться на Эрзерум с двух сто-
рон: от Карса и Баязета. Одновременно предполагалось много-
численную куртинскую конницу бросить в наступление на Си-
ваз. Овладев Эрзерумом, Паскевич намеревался задержаться
там на продолжительное время. Эта запланированная, но ничем
пе оправданная, длительная остановка в Эрзеруме не была одоб-
рена’ Петербургом. Николай I требовал, чтобы «военные дейст-
вия со стороны Кавказа имели более решительности»3.

Из Эрзерума Пескевич предполагал двинуться через Сиваз
и Токат к Самсунскому порту (около Синопа) и установить связь
с Черноморским флотом. В связи с этим Паскевич просил, чтобы
Грейг предпринял десантную экспедицию к Синопу4.

Таким образом, Паскевич вынужден был, хотя и с опозданием
па целый год, вернуться к плану Ермолова и начать наступление
на Эрзерум.

Па стратегическое значение Эрзерума неоднократно указы-
вали К. Маркс и Ф. Энгельс. Маркс писал: «Эрзерум является
ключом к Константинополю и центром, где сходятся стратеги-
ческие и торговые пути Анатолии»5.

Во время приготовлений к новой кампании русское командо-
вание получило сообщение, что турки Начали зимний поход и
осадили Ахалцих.

План турецкого командования преследовал далеко идущие
цели. Главные силы турок, так называемая эрзерумская армия,
должны были наступать па Карс, Гумры и далее в русские пре-
делы. Кроме того, предусматривались наступательные дейст-
вия на флангах: войск курдов на Баязет и аджарцев против
Ахалциха. Паскевич писал, что план противника заключался
в том, чтобы, «обойдя Карс, быстро броситься на Гумры»6. О на-

' ЛКЛЦ, т. 7 № 284, стр. 327—328.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 17358. Рапорт Паскевича Чернышеву от 23 марта
1829 года, л. 13.

3 В. Потто. Указ, соч., выл. 2, стр. 287.

4 См. главу 6.

5 К. ЛА арке п Ф. Э н г е л ь с. Соч., т. 11, стр. 637.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716, л. 39 об.
мерении турок раннею весною напасть на Гумры писал Воль-
ховский

Ближайшей задачей турецких войск являлось овладение
Ахалцихом. Выполнение этой задачи было поручено Ахтед-беку
Аджарскому, который «возведен был в достоинство ахалцихеко-
го паши и получил значительную сумму для набора войск»1 2.

Собрав внушительное войско из аджарцев, лазов и других
горских народов, присоединив к нему присланный из Эрзерума
четырехтысячный отряд с четырьмя орудиями3, Ахмед-бек дви-
нулся к Ахалциху.

В ночь с 19 на 20 февраля войска Ахмед-бека, насчитывавшие
до 20 тысяч и 6 орудий, «ворвавшись со всех сторон в форштадт
Ахалциха, бросились на штурм» 4, атакуя одновременно северный,
восточный и западный фасы крепости. Турки «перескочили на-
ружную каменную стенку, заменявшую палисад... и во многих7
местах покушались лезть на стену»5.

Гарнизон Ахалциха, состоявший из двух некомплектных ба-
тальонов Ширванского, одной роты Херсонского гренадерского
полков и сотни донского казачьего полка, общей численностью
около 1200 человек6, мужественно отбивал штурм турок, пора-
жая их артиллерийско-ружейным огнем и «нарочно заготовлен-
ными каменьями»7.

Вместе с русскими солдатами город защищали жители —
армяне и грузины, укрывшиеся в крепости. Представители ахал-
цихских жителей просили генерала Бебутова, руководившего
обороной города, «не оставить их без защиты»8. Декабрист Петр
Бестужев рассказывал, что в крепости укрылись до 1000 хрис-
тианских душ обоего пола и «утешно было видеть, с каким пат-
риархальным гостеприимством солдаты наши, сердца закален-
ные в ужасе сеч и зареве пожаров, делились с ними последнею
краюхой пайка»9.

Потерпев неудачу во время штурма 20 февраля, турки пере-
шли к осаде и «исполнили сие с особенным искусством» |(). Уси-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт оберквартирмейстера Отдельного Кав-

казского корпуса полковника Вольховского генерал-квартирмепстеру Главного

штаба генералу Сухтелену от 9 марта 1829 года, л. 35.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Подробное описание осады и обороны крепости
Ахалциха с 2.0 февраля по 4 марта 1829 года, л. 51.

3 Там же. Рапорт Вольховского Сухтелену от 28 февраля 1829 г., л. 27.

4Цам же, л. 27 об.

5,ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Подробное описание осады и
циха, л. 51.

6 История военных действии в Азиатской Турции в 1828

Расписание войск, лит. А.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Подробное описание осады
циха, л. 51.

8 Там же, Журнал Отд. Кав. корпуса, 1829 г., л. 12 об.

9 «Воспоминания Бестужевых». М., 1931, стр. 411.

'9 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716, Подробное описание осады
циха,' л. 51 об.

обороны Ахал-
н 1829 гг. ч. 2.
обороны Ахал-

оборопы Л хал-
,пенно обстреливая крепость, турки в то же время «повели» под
ее степы три мины и пытались «отнять у осажденных воду» 1. Но
гарнизон мужественно и умело оборонялся.

23 февраля противник, получив «большие секурсы», пред-
принял второй штурм крепости, но «был отражен с большой по-
терею п три дня не появлялся близ оной»1 2.

I и. 2 марта Ахмед-паша дважды требовал сдачи крепости,

заявляя, что подкрепление, шедшее на помощь гарнизону, раз-
бито в Боржомоком ущелье. Бебутов ответил, что русские сол-
даты не только «умеют брать», но и «умеют защищать крепос-
ти»3. Гарнизон продолжал удерживать крепость, приняв меры
к обезвреживанию неприятельских мин.

Па рассвете 4 марта в расположении противника было заме-
чено усиленное передвижение войск, а затем их отступление.

Приказав крепостной артиллерии открыть огонь по туркам,
Бебутов с пятью ротами и двумя орудиями вышел из крепости и
решительной атакой выбил их из города. В три часа дня Ахал-
цих был совершенно очищен от неприятеля, а его разбитые час-
ти, преследуемые русскими войсками, бежали.

В «Описании обороны Ахалциха» говорится, что при возвра-
щении армянского и грузинского населения в город «представи-
лся трогательный пример чувств, одушевляющих русских солдат.
Всякий спешил помогать, чем только мог бедным сим разорен-
ным людям»4.

Защитники Ахалциха мужественно
осаду и отбили два яростных штурма

выдержали 12-дневную
За это время гарнизон
шыми и контуженными5.

потерял 24 человека убитыми и 70 рапе

Потери противника определить невозможно. В «Описании обо-
роны Ахалциха» сказано, что «всего полагают турок убитых и
раненых до 4000 человек»6, по эта цифра преувеличена. Пленных
взято 75 человек7, а трофеи состояли из 6 орудий и 2 знамен8.

Победе ахалцихского гарнизона во многом содействовало

наступление отряда Бурцова. При первом известии о движении
Ахмед-бека Паскевич приказал Бурцову с Херсонским гренадер-
ским полком, квартировавшим в Гори, срочно идти к Лцхуру и
обеспечить проход через Боржомское ущелье отряду Муравьева,
получавшему приказание следовать па помощь Ахалцихскому
гарнизону.

Выступив 24 февраля из Гори и совершив быстрый переход,

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 47il'6, Подробное описание осады и обороны Ахал-
циха, л. 51 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Вольховского Сухтелену от 28 февраля
1829 года, л. 28 об.

3 В. Потто. Указ, соч., вып. 2, стр. 318.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Подробное описание обороны Ахалциха, л. 53 об.

5 Там же, л. 54.

с Там же, л. 53 об.

7 Там же, л. 53.

8 В. II отто. Указ, соч., вып. 2, стр. 220—221.

г
во время которого пришлось форсировать водную преграду,
Бурцов 28 февраля достиг Ацхура. В четырех верстах от этой
крепости, у дер. Цинубани, находился пятитысячный отряд Лв-
ди-бека, собиравшийся запереть Боржомское ущелье. Вскоре
Авди-бек получил подкрепление, к нему подошла конница, пы-
тавшаяся помешать движению Бурцова.

Бурцов должен был ожидать подхода отряда Муравьева, но
он, стремясь быстрее оказать поддержку Ахалциху, и, зная, что
Муравьев прибудет не раньше чем через неделю, решил насту-
пать со своими пятью ротами Херсонского полка, 6 орудиями,
150 человеками грузинской конницы и 100 казаками 1. Посколь-
ку выход из Боржомского ущелья закрывали войска Лвди-бека,
было решено совершить обх-одиый маневр. В ночь с 2 на 3 марта
отряд Бурцова обошел слева по горным тропам лагерь против-
ника у Цинубани и внезапно появился у него в тылу. Авди-бек
полагал, что за Бурцовым следуют главные русские силы и, бо-
ясь быть отрезанным, поспешил отступить в горы.

Овладев без боя «весьма крепкой позицией» противника,
Бурцов немедленно двинулся к Ахалциху. Узнав об отступлении
своего брата Лвди-бека и о подходе отряда Бурцова, Ахмед бек
не решился на полевое сражение и отступил1 2.

Поражение и отступление турецких войск под Лхалцихом ле
только сорвало реваншистские планы султана, но и отрезвило
Фетх-Али-шаха и его воинственных приближенных. Правитель-
ство Персии не решилось нарушить Туркмаичайский мирный
договор и начать новую войну с Россией.

Почти в одно время с обложением Ахалциха, турки предпри-
няли наступление на Гурию. 8-тысячный отряд Осман-Хазандр-
оглы3 4, сосредоточившись в шести верстах от Николаевской кре-
пости, на месте, называемом «Лимани», ожидал десятитысячный
корпус из Трапезунда, чтобы занять Гурию. Должна была при-
быть и бывшая гурийская княгиня София, перешедшая па сто-
рону Турции. Она собиралась поднять восстание гурийцев про-
тив русских и, опираясь на штыки турок, отторгнуть Гурию от
России. Однако эти расчеты на поддержку местного населения
полностью провалились. Гурийцы по собственной инициативе
собрали ополчение численностью более 1300 человек1, которое
вместе с русскими войсками выступило против оттоманских зах-
ватчиков.

Русское командование, желая защитить Гурию и облегчить
положение Ахалциха, в осаде которого участвовали аджарские
войска, приказало генералу Гессе предпринять наступление на
Аджарию.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д .4716, л. 33.

2 Там же, л. 53 об.

3 Там же, л. 47 об.

4 Там же, л. 48; В. Потто. Указ, соч., вып. 2, стр. 326.
Генерал Гессе с отрядом, состоявшим из 1216 человек Мин-
грельского пехотного и 44-го егерского полков, 1315 человек гу-
рийского ополчения и 6 орудий решил атаковать Осман-пашу
в укрепленной его позиции, «дабы не дать ему соединиться с
ожидаемым оекурсом» 1 2.

/Дороге) от Николаевской крепости до лагеря Осман-паши
пролегала узкой полосой: справа — обрывистый берег Черного
моря, слева — крутые горы, покрытые густым лесом. На дороге,

на подступах к лагерю противник сделал три ряда завалов. С
фронта лагерь прикрывал высокий бруствер из деревянных сру-
бов и камней и ров, а с флангов — море и болотистый лес.

5 марта отряд Гессе двинулся в наступление: пехота и артил-

лерия шли берегом моря, а гурийская конница совершала об-
ходный маневр лесом. В то время как пехота и артиллерия ата-
ковали первый завал с фронта, конница, «взяв» противника во

фланг, а затем выйдя ему в тыл, обратила его в бегство3. Быст-
рый натиск конницы так устрашил турок, что «бывшие в после-

дующих дшух завалах, бросили оные и бежали в лагерь»4.

При подходе к лагерю русский отряд был встречен сильным
огнем. Убедившись, что с фронта овладеть лагерем будет трудно,
Гессе решил предпринять комбинированную атаку. После артил-

лерийской подготовки пехота атаковала с фронта, а конница,
совершив обходное движение, обрушит ась с тыла.

«Четыре часа продолжалось весьма жаркое дело»5. Успешно

действовала русская артиллерия, поражавшая противника гра-
натами и картечью6. Не выдержав натиска русской пехоты, ар-

тиллерии и гурийской конницы, сражавшихся смело, решительно
и в тесном взаимодействии, турки обратились в бегство. Их по-
тери убитыми и ранеными составили около 1000 человек7. Рус-
ские и гурийцы потеряли 200 человек убитыми и ранеными8.

Гессе доносил Паскевичу, что после1 победы 5 марта у Лима-
пн он мог бы занять К'ннтршпи и КобуЛети, но не имел приказа-
ния и возвратился в Николаевскую крепость9.

Мы не можем согласиться с утверждением Потто, что победа
при Лпмапи не имела «серьезного военного значения» 10. Разгром
войск Осман-паши предотвратил нашествие турецких захватчи-
ков в Гурию и в какой-то степени парализовал действия Ахмед-
паши и Лвди-бека, заставив их думать, не только о наступлении
па Лхалцих, но и о защите Аджарии.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д, 4716, л. 48.

2 Там же.

3 Там же, л. 55 об.

4 Там же.

5 Там же.

6 Там же, л. 56.

7 Там же, л. 48.

8 Там же.

9 Там же, л. 56.

10 В. Потто. Указ, соч., вып. 2, стр. 332.
В бою при Лимаии еще больше окрепла боевая дружба рус-
ских войск и гурийцев, проявивших «усердие и храбрость»1.

Победы русских войск под Ахалцихом и при Лимаии задер-
жали, но не остановили наступления противника. Его войска
продолжали сосредоточиваться в районе Эрзерума и Ахалциха.

В конце апреля Ахмед-паше вновь приказали сделать с пяти-
тысячным отрядом «покушение на Ахалцих»* 2. Генерал Бебутов
решил предупредить противника и направил против Ахмед-паши
отряд генерала Бурцова 3 с восемью ротами Херсонского и двумя
ротами Ширванского полков, двумя сотнями казаков и пятью
орудиями 4.

Ахмед-паша, ожидая подхода других турецких войск, распо-
ложился на укрепленной позиции у деревня Цурцкаби. Около
двух тысяч неприятельской пехоты занимали гору, господство-
вавшую над селением, конница в числе 600 человек располага-
лась на берегу реки, около двух тысяч пехоты занимали укреп-
ленную позицию в Цурцкабе.

Генерал Бурцов, убедившись, что обойти позицию противни-
ка с флангов трудно, решил атаковать ее с фронта. 1 мая в 2 ча-
са дня батальон херсонцев быстро овладел передовой позицией,
но противник предпринял контратаку. Произошел ожесточен-
ный рукопашный бой. Только вечером неприятельские войска
отошли в деревню.

Храбрость и решительность русских войск и своп значитель-
ные потери произвели на Ахмед-пашу сильное впечатление, ион,
не решаясь дальше испытывать судьбу, до рассвета поспешно
отступил. Бурцов преследовал неприятеля, а затем вернулся
к Ацхуру.

С наступлением весны военные действия активизировались.
Стремясь захватить инициативу в свои руки, турки усиленно
собирали войска. «Главные силы неприятельские, — писал Пас-
кевич,— собираются с поспешностью близ Арзерума»5.

Русское командование, зная, что главный удар турки соби-
раются нанести в направлении КарсТумры, расположило свои
войска между Карсом и Ахалцихом. Отряд генерала Бурцова
прикрывал Ахалцих, отряд генерала Панкратьева располагался
у Карса, а отряд генерала Муравьева, составлявший резерв, на-
ходился под Ахалкалаки.

19 мая в отряд Муравьева прибыла корпусная квартира во
главе с главнокомандующим. В этот день Паскевич писал Нп-

ЦГВИА, ф. ВУА, д. 47il6, л. 56.

TaiM же, л. 87.

3 |П'ОЛ1КО.В1Н1И)К Бурцов произведен в генерал-майоры.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича 11 школю ю 1 от 9 мая 1829 го-
да, л. 95.

ь Там же. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 9 мая 1829 года, л. 102.
кол аю I, что получил известие о сосредоточении неприятеля во
многих местах и что «число войск его уже в сборе... до 60 т.»1.

В это время в корпусе Паскевича, которому предстояло на-
ступать па главном направлении, насчитывалось: пехоты 12 751,
кониины 5115 и 68 орудий.1 2 Всего же на 11 июня 1829 года в
«действующих против турок войсках Отдельного Кавказского
корпуса» было 29706 человек3. Значительную часть этих войск
составляли национальные формирования. Только в четырех так
называемых мусульманских полках был 1901 человек4.

Стремясь усилить корпус за счет местного населения, тифлис-
ский военный губернатор Стрекалов обратился к населению с

призывом о создании новых грузинских ополченческих форми-
рований5. По грузины пе нуждались в призывах. Опи сами, по
собственной инициативе, поднимались на борьбу с оттоманскими

захватчиками. Только население Горийского, Душетского, Телав-
ского и Сигпахского уездов по собственному почину выставило
около двух тысяч ополченцев6.

В 20-х числах мая стало известно, что иа ардагапском направ-
лении активизировался сильный отряд Кягьи-бека7. Паскевич
«направился па встречу одному к Ардагану», но Кягья-бек, узнав
о движении русских войск, «отступил па 80 верст и скрылся»8.
Прибыв к Ардагану 25 мая, ПаскевиН, вместо того, чтобы дейст-
вовать быстро и решительно, простоял здесь несколько дней.

Между тем сераскир, собрав значительные силы, перешел к
активным действиям. 30 мая генералу Панкратьев донес главно-

командующему, что главный неприятельский корпус числен-
ностью в 30 тысяч человек под командованием сераскира высту-
пил из Эрзерума и 1 июня должен быть на Саганлугском хреб-
те, в 60 верстах от Карса9. Туда жеследовал и 20-тысячный отряд
Гагки-паши. Одновременно стало известно, что Кагья-бёк угро-
жает Ахалциху, а ванский паша сосредоточивает войска у Бая-

зет а.

Паскевич решил «не допустить неприятеля» к Ахалциху и
Карсу. Но поставив эту задачу, главнокомандующий затеял со-
вершенно ненужное демонстративное передвижение войск. «Что-
бы произвести больший эффект, —iписал Пущин, — назначено
выступить всему отряду из Карса к Ахалциху, после двух пере-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю I от 9 мая 1829
года, л. 108.

2 Там же, л. 124.

3 Там же, л. 129 об.

4 Там же, л. 127.

5 В. И о т т о. Указ, соч., вып. 3, стр. 373—374.

6 Там же, стр. 374.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю I от 6 июня 1829
года, л. 114.

8 Там же.

9 Там же.
ходов отделить Муравьева, а Паскевичу возвратиться к Карсу,
где ожидать известий от Бурцова и об движении сераскира» ’.
Хотя этот замысловатый план и не был выполнен полностью,
передвижений было много.

30 мая Паскевич с большой частью войск выступил из Лрда-
гана в сторону Посховского ущелья. «Никто не знал цели этого
движения» — писал участник похода1 2. Совершив небольшой
марш, Паскевич остановил войска и приказал Муравьеву сое-
диниться с отрядом Бурцова в районе Дигури и закрыть против-
нику выход из Посховского ущелья. В тот же день Паскевич с
остальными войсками вернулся в Арда гам, а 31 мая с 2’/2 ба-
тальонами пехоты, 6 эскадронами драгун и 14 орудиями высту-
пил к Карсу3, куда прибыл 1 июня.

Генерал Бурцов, не получая от главнокомандующего ника-
ких приказаний, посоветовавшись с генералом Бебутовым, на-
чальником Ахалцихского пашалыка, 30 мая с частью отряда
« и р едприн ял экспед и цию» в Ковб л и я нс кн й с а ид ж а к. Пол у чи в
уже в походе приказание Паскевича соединиться с Муравьевым
и стать «перед Ахалцихом в Посховском ущелье», Бурцов не-
медленно направил к селению Дигур авангард из трех рот Хер-
сонского полка, 200 казаков и четырех орудий под командовати-
ем полковника Гофмана, а сам поспешил к Ахалциху за осталь-
ными войсками.

Полковник Гофман 1 июня утром прибыл к селению Дигур,
где встретил разведку противника. Произведя рекогносцировку,
Гофман установил, что на левом берегу реки Посхов-чай распо-
лагается большой неприятельский лагерь, «от коего толпы кон-
ницы и пехоты спускались быстро к реке, а другие тянулись по
хребту к селению Дигуру» 4.

Около 11 часов дня турки «превосходными силами», насчиты-
вавшими до 6 тысяч5, яростно напали на отряд Гофмана с фрон-
та и с обоих флангов. Проявляя изумительную стойкость, умело
действуя огнем и штыком, малочисленный русский отряд, от-
бив несколько атак, в течение четырех часов сдерживал напор
врага.

К 3 часам дня к месту боя подоспел Бурцов и, введя в бой
еще две роты и установив батарею на возвышенности, «успел
отразить совершенно неприятеля»6. В это время в тылу против-
ника появились передовые войска Муравьева7. Опасаясь быть
отрезанными, турки поспешили отступить в свой лагерь, нахо-
дившийся у деревни Чаборип.

1 М. II. Пущин. Указ, соч., «Русский архив», 1908, кн. 3, стр. 539.

2 И(СТО|р1П|Я (военных действий в Азиатской Турции, ч. 2, стр. 66.

3 ДГВИА, ф. ВУА, д. 47il6. Рапорт IIaciKciBiiria Николаю I от 6 июня 1829 г.,
л. 114 Об.

4 Там же.

5 Там же.

6 Там же, л. 115.

7 Там же.
Подкрепив Бурцова батальоном 40-го егерского полка и дву-
мя орудиями и приказав ему оставаться у Дигура, Муравьев
занял позицию против неприятельского лагеря, на правом бере-
гу Носхов-чая. Войска Муравьева и Бурцова насчитывали: б’/г
батальонов пехоты, 5220 человек, 1140 казаков и воинов местных
кавказских формирований и 22 орудия 5

План русского командования состоял в том, чтобы на сле-
дующий день атаковать лагерь противника с двух сторон: от
Дигура по левому флангу отрядом Бурцова, а со стороны Пос-
хов-чая, войсками генерала Сергеева1 2. Однако трудность пере-

правы через реку и гористая местность задержали движение
Сергеева, и бой произошел не так, как планировали Муравьев и

Бурцов.

Утром 2 июня первым в наступление двинулся отряд Бурцо-
ва. Впереди шел батальон 40-го егерского полка и казаки дон-
ского полка Леонова с одним орудием под командованием майо-
ра Забродского, которому было приказано «занять высоты,
командовавшие левым флангом неприятельского лагеря»3. За-
бродского «подкреплял» батальон Ширваиского полка с двумя
орудиями, за которым следовали два полубатальона Херсонско-
го гренадерского полка с четырьмя орудиями4.

Едва батальон Забродского и казаки достигли назначенных
высот, как былп атакованы с трех сторон большими силами
конницы и пехоты. Построившись в боевой порядок, егери и ка-
заки с трудом отражали атаки противника. Подоспевшие шир-
ванцы с орудиями поддержали егерей казаков.

Но Кягья-бек, выдвинув из лагеря орудия и открыв огонь по

ширванцам, послал войска, чтобы обойди правый фланг русских
и отрезать им отступление. Хотя роты Херсонского полка пре-
дотвратили обход противником правого фланга, положение
войск Бурцова было трудным. Им приводилось сдерживать на-
пор почти всего неприятельского корпуса. Но вот на поле боя
прибыл третий конно-мусульманский полк, который вместе с
казаками стремительно ударил во фланг противника. Атакован-
ный конницей и пехотой, «неприятель бежал стремглав со всех
высот и был с большою потерею сильно преследуем до самого
лагеря»5. В это время в тылу турок появилась колонна войск
Сергеева.

Хотя «весьма дурные дороги и высокие подъемы не позволи-
ли»6 Сергееву произвести атаку в положенное время, появление
его войск сыграло свою роль. Не выдержав атаки казаков и

1 История военных действий в Азиатской Турции, ч. 2, стр. 70.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4746. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 6 июня
вода, л. 115.

3 Там же.

4 Та»м же.

1829

5 Там же, л. 115 об.

G Там же.
азербайджанской конницы на левом фланге и увидев у себя в
тылу войска Сергеева, противник поспешно оставил лагерь и бро-
сился в беспорядочное бегство1.

В бою под Дигуром 15-тысячный корпус Кягьи-бека был раз-
бит и рассеян* 2. Убитыми и ранеными противник потерял около
1200 человек, а пленными — до 4003. Русский отряд потерял 66
человек4. Победителям достались богатые трофеи: весь неприя-
тельский лагерь, орудия, снаряды, провиант, скот5. В брошенной
Кягьи-беком палатке нашли оставленное письмо, начинавшееся
словами: «В то время, как я пишу, русские, разбитые наголову,
бегут...»6 7

Победа при Дигури — еще один яркий пример доблести и
отваги русских войск и кавказских национальных формирова-
ний, их тесного взаимодействия в борьбе с оттоманскими за-
хватчиками. Она была одержана благодаря талантливому руко-
водству генералов Муравьева и Бурцова. Победа при Дигурп
еще одно убедительное свидетельство того, что там, где войска-
ми командовали бывшие декабристы, как правило, была победа.

Пущин рассказывает, что когда Муравьев прислал Паскевичу
реляцию о победе при Дигури, то главнокомандующий «разра-
зился необыкновенным гневом на Сакена и Вольховского, упре-
кая их в том, что они своей интригою вырвали у пего победу, а
когда возвратились Муравьев и Бурцов, он вместо солдатского
им «спасибо», стал критиковать их маневры и выговаривать им
значительную потерю людей, которая напротив была ничтож-
ная» 1.

Потто напрасно полемизирует с Пущиным и пытается оправ-
дать Паскевича8. Вся военная деятельность Паскевича характе-
ризует его как мелкого завистника, который очень болезненно
переносил чужие успехи.

Разгром объединенными силами Муравьева и Бурцова войск
Кагья-бека у Дигури имел важное стратегическое значение: бы-
ла ликвидирована угроза Ахалциху и всему пашалыку.

Обезопасив свой правый фланги усилив действующий корпус
за счет войск, находившихся на Ахалцихском направлении, рус-
ское командование стало готовиться к походу па Эрзерум.

9 июня русский 18-тысячный корпус, предназначенный для
похода на Эрзерум, сосредоточился у деревни Катаплы. Здесь
были войска Муравьева, Бурцова, Раевского, Панкратьева и
кавказские формирования, в том числе «три мусульманские пол-

’ ЦГВИА, ф ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 6 июня 1829
года, л. 115 об.

2 Там же.

? Там же.

5 Там же.

6 В. Потто. Указ, соч., вып. 3, стр. 384.

7 М. И. Пущин. Указ, соч., «Русский архив», 1908, кн. 3, стр. 539—540.

8 В. Потто. Указ, соч., вып. 3, стр. 385.

18*
ка и 4-й сводный из мусульман нахичеванских и части 1-го Чер-
номорского полка»1. Эти национальные полки, писал Паскевич,
«составляют прекрасную конницу», и они «будут хорошо драть-
ся и в погоне за неприятелем могут быть весьма полезны»* 2.

Большую и полезную службу проводила разведка корпуса,
воз гл авляемая поручиком Пущиным. «Паскевич всегда знал от
меня, — писал Пущин, — где находится сераскир и когда оп
может с ним встретиться» 3. Главнокомандующего «очень заботил
переход через Саганлугские горы, отделяющие Карс от Арзеру-
ма», и Пущин быстро и умело изучил возможные пути движения
русских войск и расположение сил противника. «Накануне наше-
го движения через Саганлуг, — рассказывал он, — я ночью объ-
ехал позиции сераскира, проехал по лагерю Гагки-паши»4.

Из Катаплы в Эрзерум через Саганлугский хребет вели две
дороги: левая, протяженностью 80 верст, шла через Миллидюз на
Меджиигерт, и правая — на Капилы и Зевин, протяженностью
100 верст. Обе дороги, поднимаясь по горам, заросшим на боль-
шом пространстве лесом, пересекали множество глубоких и бо-
лотистых оврагов. У Хорасана обе дороги соединились и выходи-
ли на эрзерумский путь.

Турецкое командование, считая, что русские пойдут по крат-
чайшей меджипгертской дороге, расположило на ней у Миллидю-
за корпус Гагки-паши, насчитывавший 20 тысяч человек и 17 ору-
дий5. Он должен был преградить Паскевичу меджингертскую
дорогу, а если бы русские двинулись по зевинскому пути — дейст-
вовать им во фланг и тыл. На зевинскую дорогу должен был вый-
ти с 30-тысячным корпусом сераскир. Т^рки надеялись окружить
и разбить русские войска.

Участник похода писал, что «турки имели непреклонную цель
и твердую надежду не пропустить нас ч4рез Саганлугский хребет.
Они уверены были, что на высотах его российское войско обретет
гроб свой»6.

Русское командование, зная о расположении войск Гагки-па-
ши, решило предпринять наступление по правой, зевинской доро-
ге, «дабы стать на фланге неприятеля (Гагки-паши. — В. Л.) или
даже зайти оному в тыл, если дозволят дороги»7. Чтобыскрыть
это движение и отвлечь внимание противника, по меджипгертской
дороге должен был наступать отряд Бурцова8.

13 июня в 5 часов вечера отряд. Бурцова и весь корпус высту-

।

года,

ЦГВИА, ф. ВУА, д.4716. Журнал Отдельного Кавказского корпуса, л. 126.

TaiM же.

М. И. Пущин. Указ, соч., «Русский архив», 1908, кп. 3, стр. 540.

TaiM же.

ДИВИЛ, ф. ВУА, д. 4643, л. 172 об.

Там же, л. 173 об.

ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 16 июня 1829

л. 131. г

Там же.
пили из лагеря «совокупно»1. Потом в долине, закрытой от не-
приятеля, Бурцов «потянулся» влево, а главные силы следовали
но зевинской дороге. Отряд Бурцова насчитывал 2086 человек
пехоты, ИЗО конницы и 10 орудий1 2.

Отряд Бурцова с наступлением ночи остановился на отдых
около деревни Карагамзы. Желая показать своп «большие силы»
и их нахождение на меджипгертской дороге, Бурцов приказал
зажечь «множество костров». В то же время он послал к лагерю
Гагки-паши всю свою конницу иод командованием полковника
Карпова. Достигнув леса, Карпов направил к неприятельскому
лагерю подполковника Фомина с полком казаков и частью кон-
но-мусульманского полка с задачей проникнуть в расположение
противника и вызвать тревогу.

Фомин скрытно прошел по лесу и почти приблизился к само-
му неприятельскому лагерю, вызвав в нем невероятное смятение.
Турецкая конница, числом до 5 тысяч сабель3, напала на каза-
ков и стала их преследовать. Бурцов послал на поддержку Фо-
мина остальную конницу Карпова, но едва она приготовилась
контратаковать турок, как они повернули в сторону зевинской
дороги.

«Фальшивая атака» конницы Бурцова «совершенно отвлекла
внимание неприятеля от правой эрзерумской дороги»4 5. Поль-
зуясь этим, главные силы русского корпуса, разделенные на аван-
гард, основные силы и резерв, всего 13966 человек и 60 орудий
совершив беспрепятственно в одну ночь 39-верстный марш, утром
14 июня достигли вершины Саганлуга и расположились лагерем
на левом берегу реки Инджа-су. Высланная Паскевичем конница
Сергеева появилась около 8 часов утра на высотах перед левым
флангом неприятельских войск, атаковавших конницу Бурцова.
Появление конницы Сергеева заставило турок отказаться от
дальнейшего преследования казаков Фомина. Они были неве-
роятно удивлены появлением русских войск на гребне Саганлу-
га. «Откуда взялось это войско? С неба упало или выросло из
земли?» — спрашивали турецкие пленные6.

Таким образом, Саганлугский хребет, на который как на важ-
ную стратегическую преграду турки возлагали большие надеж-
ды, был взят русскими войсками.

Заняв вершину Саганлуга, русские войска оказались перед
левым флангом лагеря Гагки-паши. Можно было ожидать, что
Паскевич будет действовать быстро и решительно, но он, обозрев
укрепленный лагерь и убедившись, что оп находится «па самой

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 16 июня 1829
года, л. 134 об.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д._ 4643, л. 176.

3 Там же, л. 177.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Вольховского Сухтелепу от 18 июня
1829 года. л. 133 об.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 176.

6 Там же, л. 178 об.
крепкой позиции, прикрытой с фронта и левого своего крыла глу-
боким оврагом и густым лесом» приказал войскам «варить ка-
шу и отдыхать»* 2. Здесь Паскевич простоял в бездействии четыре
дня. Ушаков пытается объяснить это задержкой огромного обо-
за 3. По Вольховский писал, что вагеибург присоединился к кор-
пусу 15 числа4.

Паскевич действовал настолько нерешительно, что даже Уша-

ков, правда, с намеком на какой-то особый замысел, вынужден
был признать, что в русском лагере «не более того постигали
действий главнокомандующего» 5.

Между тем обстановка была сложной. С часу на час можно
было ожидать появления со стороны Эрзерума главных сил сера-
скира, авангард которых находился в Зевнне. Активизировался
и Гагки-наша. Па дороге к Зевину, около селения Бордусе, укре-
пился отряд Осман-пашп, насчитывавший 1200 человек пехоты
и 400 конницы. 17 июня отряд полковника Фридирикса разгро-
мил войска Осман-наши, который потерял около 300 убитыми и
ранеными и более 100 пленными6. Особенно отличился первый
копно-мусульманский полк, командир которого подполковник
Усков был награжден орденом Георгия 4-й степени.

Только 18 июня русский корпус двинулся в сторону Зевниа,
Паскевич решил обойти Миллидюзскую позицию Гагки-паши и
атаковать ее с тыла. Чтобы скрыть обходное движение от Гагки-
паши, генерал Панкратьев с отрядом бъ’гл выдвинут левее до-
роги 7.

Выполнив задачу, Панкратьев ночью соединился с корпусом.

Утром 19 июня русские войска достигли спуска с гор Чахир-
баба, перед которым расстилалась долина, изрезанная несколь-
кими оврагами. В начале долины дорога разделяется на две: од-
на идет К развалинам крепости Загни, а Крутая подымается к де-
ревне Каинлы.

О,колю 10 часов утра па эрзерумской! дороге появились раз-
ведывательные отряды, а затем на противоположной стороне до-
лины из оврага вышли две колонны неприятельских войск. Это
были передовые части корпуса сераскира, ио Паскевич считал,
что перед ним войска Гагки-паши.

Из-за бездарности и нерешительности Паскевича русские вой-
ска оказались в трудном положении: они могли быть атакованы

’ Ц1 ВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевмна Николаю I о г 16 июня
1829 года, л. 132.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 178 об.

3 История действий в Азиатской Турции, ч. 2, стр. 90.

4 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4746. Рапорт Вольховского Сухтелену от 18 июня
1829 гада, л. 134.

5 История военных действии в Азиатской Турции, ч. 2, стр. 94.

п ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Вольхожжогю Сухтелену от 18 июня
1829 год а, л. 134.

7 Там же, Рапорт Па ок свича Николаю I от 23 июня 1829 года, л. 137 об.
6

’Пятидесятитысячною армиею с трех сторон: с фронта, с фланга
и с тыла X

йойскам было приказано спуститься в долину и строиться в
боевой порядок. Колонна Муравьева в составе Грузинского гре-
надерского, Эриваиского карабинерного, трех полков иррегуляр-
ной конницы и 20 орудий заняла позицию в долине, примыкая
правым флангом к подошве гор, а левым — к болотистому ручью.
В первой линии стали четыре полубатальона Грузинского полка
в колоннах, а между ними — орудия. На правом фланге располо-
жился казачий полк Фомина, а на левом — 3-й конно-мусульман-
ский. Во второй линии таким же образом построились четыре но-
лубатальона Эриваиского полка.

Левее войск Муравьева, небольшим уступом назад, на левом
берегу речки Загин-Кала-су был построен несколькими каре Хер-
сонский полк с 12 орудиями2 под командованием Бурцова. В ты-
лу войск Муравьева был поставлен резерв, включавший два ба-
тальона 42-го и батальон 41-го егерских полков, батальон пионер,
кавалерийскую бригаду Раевского, казачий и два копно-мусуль-
манских полка и 20 орудий3.

Генералу Панкратьеву с семью батальонами пехоты, двумя
казачьими и одним конно-мусульманским полками и 24 орудия-
ми4 было-приказано охранять вагепбург и «наблюдать левое
крыло наше от неприятеля» 5.

Едва русские войска успели построиться в боевой порядок,
как большие массы турецкой конницы, выступившие со стороны
Каинлы, атаковали их правый фланг. Сначала туркам удалось
потеснить казаков Фомина, но затем при поддержке прибывшего
из резерва 2-го конно-мусульманского полка и артиллерии они
были отбиты.

Одновременно разгорелся бой в центре и на левом фланге
русских войск. В трудном положении оказался Бурцов. Отрезан-
ный от главных сил речкой и не имея резерва, он с трудом сдер-
живал напор войск сераскира. В это время из лагеря Гагки-па-
ши, находившегося в 8 верстах от места боя, скрытно глубоким
оврагом двинулся отряд конницы, который также атаковал Бур-
цова, стремясь выйти ему в тыл6. «Здесь турки нападали на на-
ших с неимоверною дерзостью» 7.

Но атакуя фланги русских войск, турки ослабили свой центр,
чем не замедлило воспользоваться русское командование. Четыре
полубатальона Грузинского гренадерского полка при поддерж-

года,

ЦГВИА,
л. 140.

Там же,
Там же,
Там же.
Там же.
Там же,
Там же.

ф.

л.

ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю

138.

137 об.

138.

1 от 23 июни

1829

7
ке 8 орудий прорвали центр турецких войск и разъединили их на
две части 1. Для развития успеха и преследования противника
была направлена конница под командованием Раевского и Са-
кена 1 2. Тогда же на помощь Бурцову был послан Муравьев с тре-
мя батальонами пехоты и 8 орудиями3. Поддержал Бурцова и
Панкратьев, направив во фланг противнику конницу Сергеева4.

Сергеев, совершив обходное движение но высоте, атаковал
во фланг турок, обходивших уже отряд Бурцова. «Сей удар ре-
шил нашу победу», — писал участник войны5. Атакованный кон-
ницей с высоты, а херсонцами снизу, противник пришел в заме-
шательство и стал отступать в лагерь Гагки-пашц6.

К 4 часам дня противник был отбит на всех участках, и, каза-
лось, что бой закончился. Но в это время стало известно, что про-
тив правого фланга русской позиции, у деревни Капилы, на скате
горы сераскир сосредоточил около L2 тысяч пехоты и конницы.
Он намеревался укрепить позицию и, дождавшись подхода
остальных войск из Эрзерума, совместно с Гагки-пашой атако-
вать русских.

Русское командование решило атаковать сераскира немедлен-
но, не давая ему возможности укренитьср и усилиться. Приказав
Бурцову с отрядом занять дорогу, ведущую в лагерь Га гки-па-
ши, и охранять вагепбург, и, обеспечив таким образом свой левый
фланг, Паскевич начал наступление на [позицию сераскира.

Русские войска наступали тремя колоннами7. Первая под ко-
мандованием Муравьева, состоявшая из юл ков Грузинского гре-
надерского и Эриваиского и 16 орудий, получила задачу обходить
левый фланг противника.

Вторая под начальством Панкратьева, состоявшая из егер-
ских полков и 8 орудий, должна была обводить правый фланг ту-
рок, и если они будут разбиты, отрезать им путь отступления.
Третья под командованием Раевского, включавшая всю конницу
и 16 орудий, наступала на центр и должна была, «коль скоро об-
ходящая фланги пехота произведет в неприятеле замешательст-
во, быстро атаковать его и преследовать^.

-Наступление русских войск увенчалось успехом. Атакованные
в центре конницей, в рядах которой успешно действовала артил-
лерия подполковника Полякова, и видя, что русская пехота об-
ходит их с флангов, турки пришли в замешательство и, сделав
несколько беспорядочных выстрелов из орудий, стали поспешно
отступать в сторону Эрзерума.

1 Ц1 ВИЛ, ф. ВУА, д. 4746. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 23 июня 1829
года, л. 138.

2 Там же, лл. 138 и 138 об.

3 Там же, л. 138 об.

4 Там же.

5 ЦГВИА, ф. ВУЛ, д. 4643, л. 194.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю I от 23 июня 1829
года, лл. 138 об. и 139.

7 Там же, л. 139 об.
Русская конница и конно-мусульманские полки энергично
преследовали противника. «С отличною быстротою и мужеством»
действовали казачий полк Карпова и первый конпо-мусульман-
ский полк, отбившие у неприятеля 8 орудии и 2 знамени» Г

В сражении у Каинлы русские войска и кавказские нацио-
нальные формирования разгромили главные силы сераскира, за-
хватив 12 орудий, снаряды, продовольственные запасы и около
300 пленных i 2.

Л. С. Пушкин, бывший свидетелем сражения при Капилы, так
описывает его заключительный этап. «Около шестого часу войска
опять получили приказ идти па неприятеля. Турки зашевелились
за своими завалами, приняли нас пушечными выстрелами и вско-
ре зачали отступать. Конница наша была впереди... Едва выбра-
лись мы па широкую дорогу, идущую горами, как вся паша кон-
ница поскакала во весь опор. Турки бежали; казаки стегали на-
гайками пушки, брошенные па дороге, и неслись мимо...

Вечером я узнал, что в сем сражении разбит сераскир арзе-
румский, шедший на присоединение к Гагки-паше с 30000 войска.
Сераскир бежал в Арзерум; войско его, переброшенное за Саган-
лу, было рассеянно, артиллерия взята, и Гагки-иаша один оста-
вался у пас на руках»3.

В рапорте Николаю I Паскевич, не замечая этого, сам призна-
ет, что в результате его нерешительности и медлительности при
переходе через Саганлугский хребет русские войска 19 июня ока-
зались в трудном положении. «Предприятие мое атаковать се-
раскира— было единственное и необходимое условие будущих
успехов; если бы я пропустил один сей день, то корпус его мог бы
стянуться и соединиться с Гагки-пашою, и тогда я был бы ата-
кован пятидесятитысячною армиею с трех сторон с фронта, с
фланга и с тыла» 4.

Победа над главными силами сераскира имела большое зна-
чение. Она открывала дорогу в тыл лагеря Гагки-паши, а в слу-
чае его поражения -—в Эрзерум.

На рассвете следующего дня русские войска выступили к ла-
герю Гагки-паши и в 9 часов утра были па высотах в двух-трех
верстах от него. Появление русских войск в тылу лагеря заста-
вило турок переменить фронт и построиться в боевой порядок
следующим образом: в центре густой толпой располагалась пе-
хота, на флангах конница, артиллерия расставлена была на
флангах и в центре5.

i1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Пацкевича Николаю I от 2'3 июня
1829 года, л. 139 об.

2 Там же.

3 А. С. Пушкин. Путешествие в Арзерум во время похода 1829 года.
Поли. -собр. соч. в десяти томах, 1957, т. 6, стр. 680—682.

f ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю I ог 23 июня
1829 года, л. 140.

i5 Там же, л. 140 об.
В 10 часов русские войска, построившись в боевой порядок,
приготовились к атаке. Гагки-паша, видя решительные намере-
ния русских, узнав «о совершенном разбитии сераскира» 1 и «не
находя средств ни к отступлению, пи к сопротивлению»2, заявил
о готовности сдаться всем своим корпусом. Паскевич потребовал
безоговорочной капитуляции. Но турки, не дождавшись ответа,

открыли огонь.

Тогда русские войска, разделенные на пять колонн 3, двину- }
лись с барабанным боем в наступление. Главная колонна, при
которой находился Паскевич, атаковала противника с фронта,
колонна Панкратьева двинулась влево с задачей обойти и от-
резать турок от Ханского ущелья, а три другие колонны Сакена,
Муравьева и Леонова, направлены были вправо, чтобы обойти
левый фланг неприятеля и отрезать ему дорогу в Меджингерт» 4.

Войска главной колонны быстро поднялись на высоту и, не-
смотря на огонь неприятельских батарей, решительной атакой

овладели укреплениями и орудиями турок, заставив их поспешно
отступить.

Колоппа Панкратьева прорвалась в укрепления правого флан-
га неприятельской позиции, овладела батареей и, преследуя про-
тивника, нанесла ему «ужасное поражение» 5. Здесь подполковник
Верзилин с казаками взял в плен Гагки-пашу. Только эта колон-
на отбила у турок 15 орудий и 2 знамени*6.

По замыслу русского командования, отступающего противни-
ка у меджипгертской дороги должна была встретить конница Са-
кена, Раевского и Леонова. Однако из-за глубоких оврагов и гус-
того леса она не успела «совершенно перерезать дорогу неприя-
телю». Кроме того, значительная часть турок обратилась в
бегство в сторону Аракса.

Тем не менее русская и азербайджанская конница преследо-
вала турок как по дороге в сторону Аракса, так и по меджингерт-
ской дороге.

Победа русских войск при Миллидюзе была полная. 20-тысяч-
ный корпус Гагки-паши был разбит и обращен в бегство. Убиты-
ми противник потерял около 2 тысяч человек, а пленными —
12007. Русским войскам достались богатые трофеи: 19 орудий,
16 знамен, большое количество боеприпасов и продовольствия8.

Таким образом, в течение одних суток, в двух сражениях —
19 июня при Каинлы и 20—у Миллидюза, русские войска разгро-
мили главные силы Оттоманской Порты на кавказском театре,

ЦГВИА, ф. ВУА, д. 471G. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 23 июня 1829
года, л. 140 об.

2 Там же.

3 Там же.

4 Там же.

5 Там же, л. 141.

6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 204.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю I от 23 июня
1829 года, л. 14'1.

8 Там же.
насчитывавшие около 50 тысяч человек. Победители овладели
двумя лагерями неприятеля, отняли у него всю артиллерию
(31 орудие), 19 знамен1, большие запасы снарядов и продоволь-
ствия и взяли в плен 1500 человек1 2* Потери русских за два дня
не превышали 100 человек убитыми и-ранеными3.

Победы при Каинлы и Миллидюзе были одержаны русскими
войсками, благодаря воинскому искусству и решительности
командиров. Нельзя не согласиться с метким замечанием совре-
менника, что русский корпус «представлял совершенное подобие
движущейся крепости» 4.

Доблестно сражались копно-мусульманские полки. Очевидец
писал: «Надо видеть сии полки в сражении, чтобы судить о них:
это молния, это огонь раздраженного бога, упавший вдруг с не-
ба в середину неприятелей и рассыпавший смерть и ужас. Я видел
их 19 июня 1829 года на высотах Саганлуга в том знаменатель-
ном бою, где сам сераксир Арзерумский и храбрый Гагки-паша
(главнокомандующий всеми турецкими войсками в кампании
1829 года) с 50 000 воинами не устояли против горсти русских...
и до сего времени с восторгом вспоминаю чудеса храбрости, со-
вершенные перед моими глазами полками мусульманскими»5.

На важную роль национальных формирований в разгроме ар-
мии сераскира указывал Паскевич. «Не должен умолчать, — пи-
сал оп Николаю I, — о похвальном усердии... полков мусульман-
ских: службою их я совершенно доволен. Во всех сражениях они
дрались... храбро, в атаках были всегда впереди, бросались даже
мужественно и твердо на неприятельскую пехоту; большая часть
пушек, знамен и пленных отбиты им/1»6.

Разгром главных сил армии сераскира не только открыл рус-
ским войскам дорогу на Эрзерум, но предопределил весь даль-
нейший ход военных действий на кавказском театре. Стратеги-
ческая инициатива полностью перешла в руки русского командо-
вания.

Развивая успех, русское командование рано утром 21 июня
натравило для преследования и «усиления смятения» неприятеля
три отряда.

Отряд под начальством генерала Бековича, состоявший из 6
батальонов пехоты, одного казачьего полка, трех копно-мусуль-
манских полков и 11 орудий, следовал через Меджнпгерт, .на Хо-
расан, где имелись большие запасы продовольствия. Приближе-

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю I от 23 июня 1829
года, л. 141.

f Там же.

г3 Там же.

f ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 207.

5 П. Зубов. Шесть писем о Грузии и Кавказе, написанных в 1833 году.
М., 1833, стр. 92.

;6 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 23 июня
1829 года, л. 141 об.
пне этого отряда к баязетской дороге могло «произвести желае-
мое влияние па пашей мушского и папского» Г

Второму отряду полковника «Симонича было приказано очи-
щать от неприятеля окрестности Миллидюза.

Отряд генерала Бурцова, включавший в свой состав три ба-
тальона пехоты, казачий полк и 12 орудий, был выдвинут вперед
по большой э.рзерумской дороге к деревне Адрос, «дабы увели-
чить смятение» неприятеля и «произвести влияние на самый Ар-
зерум» 1 2.

Заняв 21 июня деревню Ардос, Бурцов направил полковника
Басова с 80 казаками для «открытия сообщения» с отрядом Бе-

ковича. Разбив по дороге небольшой отряд турецкой 'пехоты,

шедший в Эрзерум, Басов занял Хорасан, где нашел 800 четвер-
тей хлеба, запасы снарядов и пороху3. 22 июня в Хорасан при-
был отряд Бековнча, «не открыв нигде неприятеля»4.

21 июня выступили к Эрзеруму главные силы русского корпу-

са. Па другой день к корпусу присоединились войска Бурцова и
Симоннча, а 23 июня — Бековнча. 'Со всех сторон к русским вой-
скам шли армяне «с прошением покровительства» 5.

23 июня русские войска достигли деревни Кепри-Кева. Здесь
было получено сообщение, что турецкие войска, собранные в кре-

пости Гассап-кале, узнав о наступлении русских войск, «пришли

в волнение и предаются бегству», а «сераскир удалился в Арзе-
рум»6 7. Вечером того же дня Паскевич с авангардом выступил к
Гассап-кале и занял оставленную противником крепость, где бы-
ло найдено 29 орудий, запасы хлеба и пороха 1.

Взятие 24 июня крепости Гассап-кале имело важное значение.
Расположенная иа «весьма крепком ’месте», опа являлась «клю-
чом к Арзеруму» и средоточием дорог из Карса и Баязета8.

Из Гассап-кале преследовать противника были направлены
копно-мусульманские полки. Тогда же Паскевич направил в Эр-
зерум прокламацию, рассчитанную на то, чтобы «склонить народ
сдаться без сопротивления»9. Вскоре стало известно, что жители

города находятся в «сильном волнении» и склоняются к сда-
че, но «сераскир и мятежные войска» настраивают их против
сдачи 10.

1 Ц1 ВИА, (|ь ВУА, д. 474 6. Рапорт Пяскевлча Николаю I от 28 июня
1829 года, л. 159.

2 Там же, л. 159 об.

Там, же.

'• ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Журнал Отд. Каш. корпгуса, 1829 г., л. 150 об.

5 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 47(16. Рапорт Па-оковта Николаю I от 28 иютя
182.9 г., л. 159 о-б.

6 Там же.

7 Там же, л. 160.

8 Там же.

9 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Журнал Отдельного Кавказского корпуса, л. 151.

10 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716; Рапорт Паскевича Николаю I от 28 июня
1829 вода, л. 160 об.
25 июня, в 5 часов вечера, Паскевич, оставив в 1 ассан-кале
вагенбург, выступил к Эрзеруму. На другой день в русскую квар-
тиру прибыли из Эрзерума два парламентера. Представитель
от населения предъявил '«письменное удостоверение от городских
старшин о совершенной покорности всех жителей»1. Парламен-
тер сераскира заявил о согласии едать крепость, по не советовал
приближать русские войска к Эрзеруму. Было ясно, что сераскир
ведет двойную игру.

Чтобы сломить сопротивление гарнизона, русское командова-
ние двинуло войска на Эрзерум, и к вечеру 26 июня они остано-
вились в 5 верстах от пего. В город был направлен генерал Бе-
кович с требованием сдачи его до 3 часов дня 27 июня1 2. По исте-
чении указанного срока должен 'был начаться штурм.

Поскольку сераскир затягивал ответ, ожидая подхода под-
крепления, русское командование стало действовать более реши-
тельно. Около 4 часов войска Панкратьева, построившись в бое-
вой порядок, с музыкой и распущенными знаменами двинулись к
высотам Топ-Дата, господствовавших над городом, па которых
турки установили батарею.

Сделав несколько беспорядочных выстрелов, турки оставили
высоты и укрылись в городе3.

Заняв Топ-Даг и захватив там неприятельские орудия, рус-
ские дали несколько артиллерийских залпов по городу. Залпы
вызвали в .городе «замешательства», и вскоре депутация жителей
вручила Паскевичу ключи от крепости и цитадели4.

27 июня в б’/з часов вечера русские боевые знамена были вне-
сены в цитадель Эрзерума5. Так пал главный административный,
торговый и военный центр Азиатской Турции.

Победителям достались 150 орудий, 6 знамен, «множество за-
пасов артиллерийских и провиаптских»^были взяты в плен се-
раскир и 4 паши6.

X. М. Ибрагимбейли утверждает, что Эрзерум был взят рус-
скими войсками в результате штурма 7. Как мы видим, такое
утверждение является ошибочным — штурма пе было, турки сда-
ли город раньше, чем он мог начаться.

Участник похода Пущин в своих воспоминаниях писал: «...по-
дойдя к Эрзеруму, мы знали, что город пе будет защищаться»8.

1 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 28 июня
1829 года, л. 160 об.

II 2 Там же, л. 161.

3 Там же, л. 161 об.

4 Там же.

5 Там же, л. 162.

। 6 Там же, л. 162 об.

7 X. М. Ибрагимбейли. Россия и Азербайджан в первой трети
XIX века, стр. 247. Его же. К вопросу участия азербайджанцев
в pyicoKO-турецк'ОЙ войне 1828—1829 годов в союта/ве Отдельного Кавказского
корпуса. Известия АН Азе(рб. ССР, серия общественных наук, 1964, № 1,

68.

8 М И. Пущин. Указ, соч., «Русский архив», 1908, кн. 3, стр. 543.
Л. С. Пушкин, бывший свидетелем взятия Эр'зерума, расска-
зывал: «С восточной стороны Арзерума, на высоте. Тон-Дата, на-
ходилась турецкая батарея. Полки пошли к пей, отвечая па ту-
рецкую пальбу барабанным боем и музыкою. Турки бежали, и
Топ-Даг был взят. Я приехал туда с поэтом Юзефовичем...

С высоты горы в лощине открывался взору Арзерум со своею

цитаделью, с минаретами, с зелеными кровлями, наклеенными од-
на на другую. Граф (Паскевич. — В. Л.) был верхом. Перед ним

па земле сидели турецкие депутаты, приехавшие с ключами от го-
рода»

При вступлении русских войск в Эрзерум население соблюда-
ло спокойствие. Пушкин писал, что если турки «угрюмо смотрели
па нас», то'«армяне шумно толпились в тесных улицах. Их маль-
чишки бежали перед нашими лошадьми, крестясь и повторяя:
«Христиан! Христиан!» 1 2.

О том, что армянское население Эрзерума радостно встречало
русские войска, рассказывал и другой свидетель: «армяне от ду-
ши желают принадлежать России, и «здесь, как в Эривани, ма-
лютка, едва начинающий лепетать, видя наших, кричит по-рус-
ски— «Здравствуй.»3. Об этом же говорит участник похода
Бриммер: ар-мяне '«плакали, смеялись, поминутно крестились, це-
ловались с солдатами»4.

Вступление русских войск в Эрзерум,' один из древнейших
центров армянской культуры, оказало большое влияние па ар-
мянское население Оттоманской Турции и способствовало укреп-

лению его связей с русским пародом.

В то время, как главные силы Кавказского корпуса громили
сераскира и занимали Эрзерум, важные события произошли на
левом фланге. Вначале июня в наступление перешел ванский па-
ша, имевший задачу овладеть Баязетом и. отвлечь па себя часть
русских войск, действовавших на эрзерумёком направлении. Пот-
то считает, что в Ване было собрано 15 тысяч войск и 12 орудий5.

6 июня трехтысячный отряд конницы врнекого паши напал на
предместье Топрах-кале, по удачным действием крепостной ар-
тиллерии был отражен.

18 июня 10-тысячный отряд вапского паши приблизился к
Баязету, гарнизон которого, после ухода отряда генерала Пан-
кратьева к главным силам корпуса, состоял из трех батальонов
пехоты 6 (1482 человека), полка казаков (339 чел.), отряда ар-
мянского ополчения (500 чел.), 10 полевых и 7 трофейных ору-

1 А. С. П У hi к и п. Путешествие в Арзерум во время похода в 1829 го-
ду. Поди. собр. соч. в десяти томах, т. 6. стр. 689.

2 Там же, стр 690.

3 Е. Л а ч и п о в. Указ, соч., стр. 186.

d Э. В. Бриммер. Записки. Тифлис, 1894, вып. 2, стр. 83.

5 В. Потто. Указ, соч., вып. 3, стр. 487.

° Петербургский полк и батальон Козловского полка.
дий ’. С этими малочисленными войсками генералу Попову пред-
стояло оборонять город, имевший в окружности до 5 верст1 2.

20 июня рано угром турки -начали наступление па Баязег. Хо-
тя атака велась с разных сторон, главный удар противник нано-
сил по восточной части города, где находилась одна из русских
'батарей. Здесь завязался ожесточенный бой, во время которого
батарея пять «раз переходила из рук в -руки. Из 250 защитников
•батареи в строю осталось всего 60 человек. Русские солдаты, ка-
заки и армяне-ополченцы плечом к -плеч}' героически отбивали
напор противника. Мужественно, умело руководили обороной ге-
нерал Попов, прошедший ермоловскую школу3, и его помощник
генерал Панютин. Раненый Пашотин приказал положить себя на
носилки и продолжал командовать войсками.

Одновременно с -боем за восточную батарею ожесточенная
борьба происходила на улицах города. Несмотря ла стойкость
и отвагу защитников, к полуночи в руках турок, оказались важ-
нейшие пункты города. Трудно сказать, чем бы кончился этот
бой, если бы турки продолжали наступать и ночью.

Па рассвете 21 числа противник возобновил наступление,
стремясь овладеть, прежде всего, Красной батареей :и Новым
замком. Как и накануне, русские и армяне стойко и смело отби-
вали ожесточенные атаки. Успешно действовала русская артил-
лерия.

Около 11 часов дня атаки противника несколько ослабли, этим
воспользовался Попов и перешел в контрнаступление. Роты Иа-
тебургского и Козловского полков под командованием полков-
ника Боровского атаковали турок у восточной батареи п после
жестокого боя отбили у ншх потерянные орудия. В то же время
армяне нанесли поражение туркам в мусульманском квартале.

Около часу дня противник был отбит на всех пунктах, оставил
городи расположился в 10 верстах от цего.

В ожесточенном бою, продолжавшемся 32 часа4, русские по-
теряли убитыми и ранеными 475 человек5, т. е. около одной тре-
ти гарнизона. Противник потерял около 2 тысяч человек6.

Ванский паша простоял под Баязетом до начала июля. Узнав
о падении Эрзерума, он поспешно ушел в свои владения.

Оборона Баязета— одна из самых ярких страниц кампании
1829 года.

Отважно действовало армянское ополчение. «Армяне, — пи-
сал Попов Паскевичу, — столько показали приверженности к нам
i

1 История военных действий в Азиатской Турции, ч. 2;, стр. 173.

f Там же.

| Попов был адъютантом Ермолова, командовал Херсонским полком.

ЦГВИА, ф. ВУА, 4716. Журнал Отдельного Кавказского корпуса, л. 188.

5 В. Потто. Указ, соч., вып. 3, стр. 474.

? ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Журнал Отдельного Кавказского корпуса,
л. 202 об.
в опасное время, что я долгом поставляю себе ходатайствовать
за них!» 1 Паскевич писал Николаю I,. что защитники города про-
явили «непоколебимое мужество» 1 2.

Успешная оборона Баязета, будучи в значительной степени
обусловлена победами Кавказского корпуса на эрзерумском на-
правлении3, обезопасила его левый фланг, что имело важное зна-
чение для дальнейших наступательных действий.

Взятие Эрзерума открывало перед русским командованием
большие возможности для новых наступательных действий. Нель-
зя не согласиться с автором, который писал, что «Арзерум есть
стратегическая точка, обеспечивающая прежний завоевания и
утверждающая за победителями новые»4.

Многие офицеры Кавказского корпуса думали, что Паскевич
выступит к Трапез унду. Выход к этому приморскому городу, до
которого было около 250 верст, позволял Кавказскому корпусу
установить взаимодействие с Черноморским флотом, а возможно,
и с армией Дибича, наладить снабжение войск по морю и изоли-
ровать от Турции Аджарию и Лазистап.

Еще в Гассап-кале Пущий, па обязанности которого лежало
составление карт движения войск, представил Паскевичу «марш-
рут в Трапезунд». Пущин доказывал, что наступление к Трапе-
зу иду необходимо для выхода к морю и для того, «чтобы иметь
сообщение с армнею Дибича»5.

Однако Паскевич и на этот раз остался верен себе и целый
месяц бездействовал в Эрзеруме. Пущин рассказывал, что когда
он принес главнокомандующему маршрут движения войск к Тра-
пезупду, то тот в резкой форме заметил': «Кто вам приказывал
составлять этот маршрут? Я знать не хочу о нем и прошу, чтобы
об этом никто в армии не знал»6.

Свое бездействие Паскевич пытался оправдать малочислен-
ностью корпуса и ожиданием подхода резервов. Также объясня-
ют долгое 'пребывание Паскевича в Эрзеруме официозные воен-
ные историки Ушаков, Потто и др. «Бездействие главных сил на-
ших,— писал Ушаков,—-продолжавшееся по взятии Арзерума
почти целый месяц, было неизбежно»7. А Потто утверждал, что
«нерасчетливо было с горстью людей еще далее углубляться в
сердце Анатолии, покинув па произвол судьбы, посреди фанати-
ческого населения, двухсотверстпую операционную линию без
должного обеспечения» 8.

1 В. Потто. Указ, соч., вып. 3, стр. 497.

2 Там же, стр. 498.

3 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю I от 9 июля
1829 года, л. 178 об.

4 Валентини. Обозрение главнейших действий генерал-фельдма-рша-

ла

543.

Паакевпча-Еревапского. СПб., 1836, стр. 70.

5 ДА. И. Пущин. Указ, соч., Русский архив, 1908, ки. 3, стр. 542—

6 Там же, стр. 542.

7 История военных действий в Азиатской Турции, ч. 2, стр. 197.

8 В. Потто. Указ, соч., вып. 3, стр. 513.
Советский историк А. В. Фадеев убедительно показал всю не-
состоятельность таких объяснений1. У Паскевича после занятия
Эрзерума'было около 18 тысяч человек, тогда как противник па
трапезупдском направлении располагал 7—8 тысячами1 2. Что ка-
сается населения занятых русскими войсками районов, то оно
пребывало в полном спокойствии. Это «признает даже такой клев-
рет Паскевича, как Ушаков: «Умы мусульман казались успокоен-
ными; армяне и греки с своей стороны показывали к нам истин-
но братскую преданность»3.

Многие участники войны считали, что после разгрома главных
сил сераскира, в условиях растерянности противника, Паскевич
с наличными силами смело мог идти па Транезупд. Полковник
Родожицкий писал: «... пользуясь паническим страхом, наведен-
ным на турок, мы, казалось, могли бы с одной пехотой и артил-
лерией дойти до Трапезупда и взять его»4.

Но Паскевич'не спешил начинать наступление и после того,
как 15 июля в Эрзерум прибыл Ширваиский полк и стали подхо-
дить рекрутские пополнения.

Поведение Паскевича можно объяснить тем, что он не хотел
рисковать славой победителя сераскира. Паскевич знал, что в
это время армия Дибича наступала на Адрианополь, война бли-
зилась к концу, и он решил переждать. Лукьянович писал, что
«главнокомандующий, предвидя скорое окончание войны, не хо-
тел уже начинать новых предприятий»5.

Однако, как признавал Потто, «продолжительность бездей-
ствия успела сказаться»6. Противник стал постепенно активизи-
роваться, особенно со стороны Трапезупда. В «Байбурте, распо-
ложенном в 118 верстах от Эрзерума на траиезуидской дороге,
находился пятитысячный отряд Кягья-бека7.

Стремясь «утвердить» свой правый фланг8, Паскевич 1 июля
направил для занятия Бай'бурта отрЯД генерала Бурцова, состо-
явший из Херсонского гренадерского, 2-го конно-мусульманского
полков, сотни казаков и G орудий9.

Приближение отряда Бурцова вызвало в войсках Кягья-бека
панику, и они поспешно ушли в горы. 7 июля Бурцов почти без
боя овладел медным заводом, а затем и Байбу ртом, где нашел 4
орудия, знамя и большие запасы пороха и провианта 1().

1 А. В. Фадеев. Россия и восточный кризис 20-х годов XIX века,
стр. 308—310.

2 История военных действий в Азиатской Турции, ч. 2, стр. 194.

3 Там же, стр. 197.

? И. Родожицкий. Записки. «Военный журнал», 1857, кн. 6, стр. 57.

6 И. Л у к ь я н о в и ч. Указ, соч., ч. 4, стр. 156.

£ В. Потто. Указ, соч., вып. 3, стр. 514.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю I от 8 июля
1829 года, л. 175.

3 Там же. Рапорт Паскевича Николаю 1 от 7 июля 1829 года, л. 174.

9 Там же. Рапорт Паскевича Николаю I от 9 июля 1829 года, л. 180.

110 Там же.
4 июля в Эрзерум прибыли представители из Хпы-са, которые
вручили Паскевичу ключи от города и просили о покровитель-
стве ’.

Между тем противник продолжал сосредоточивать войска па
трапсзупдской дороге. Вскоре под командованием Осмап-Чатыр-
оглы, руководившего в 1828 году обороной Анапы, насчитывалось
7—8 тысяч пехоты, часть которой занимала сильную позицию у
Гюмюш-Хапе.

17 июля разведка Бурцова обнаружила крупные силы против-
ника у деревни Харт, в 20 верстах от Байбурта. «Желая преду-
предить неприятеля», Бурцов решил «напасть на него ночью
врасплох»1 2. Оставив в крепости две роты Херсонского полка, оп
вечером 18 июля двумя колоннамл двинулся к Харту. Главная
колонна — три роты херсопцев, -рота э-риваицев, 2-й конно-му-
сульманский полк, 50 казаков и 4 орудия— под начальством Бур-
цова следовала по большой дороге па Х,арт; другая — две роты
херсопцев и 3 орудия — под командой майора Засса двинулась
окольным путем через горы, с задачей Атаковать противника с
тыла 3.

Перед рассветом 19 июля Бурцов приблизился к Харту, где в
укреплениях засел неприятель, и предпринял решительное на-
ступление. Завязался «ужасный и кровоп эолитпый бой»4. Вскоре
па высотах, на фланге и в тылу русских войск появились турки.
Бурнов приказал отступать. Противник яростно наседал со сто-
роны Харта и высот, и положение -русских становилось все более

критическим.

Ji это время в тылу хартского отряда появилась колонна Зас-
са. Решительной атакой с трех сторон: с фронта, левого фланга
и тыла—русские сбили турок с позиций и стали преследовать.
В этот момент был смертельно ранен Бурков. Принявший коман-
дование подполковник Линденфельд не решился продолжать ата-
куй отвел войска в Байбурт.

В бою под Хартом, продолжавшемся 12 часов, русские поте-
рялп убитыми и ранеными около 300 человек, а турки — до 10005.
1яжелой утратой была смерть Бурцова, одного из талантливых
военачальников Кавказского корпуса, с именем которого связа-
ны многие победы6.

Паскевич, получив сообщение о хартском бое, немедленно по-
слал в Байбурт весь отряд Муравьева, стоявший в АпнКале, а за-
тем направил туда из Эрзерума остальные войска под комапдо-

1 В. Потто. Указ, соч., вып. 3, стр. 508.

2 Ц1 ВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю I от 25 июля
1829 года, л. 216 об.

3 'Гам же.

4 Там же.

5 Там же, л. 217.

г’ Бурдов похоронен в Гори.

вапием генерала Потемкина 7 26 июля в 10 верстах за Банбуртом
на трапезу и декой дороге собрались все главные силы Кавказско-
го корпуса1 2. В Эрзеруме остался Панкратьев с Кабардинским и
Севастопольским полками, тремя батальонами егерей, тремя пол-
ками казаков и 24 орудиями.

Установив, что Осман-паша, главная квартира которого нахо-
дилась в Балахоре, расположил свои войска в укрепленных де-
ревнях вокруг Байбурта, Паскевич 27 июля в два часа дня дви-
нул войска к Харту3. Совершив обходное движение, русские вой-
ска окружили и разгромили противника, прикрывавшего
подступы к Харту4. Но само селение осталось в руках турок.
Ночью Осман-паша, прибывший с отрядом из Балахора, атако-
вал русские войска с тыла, по был отбит5.

Одновременно противник сделал вылазку из Харта, но рус-
ские, отразив ее, ворвались на плечах турок в селение и овладели
им 6.

28 июля генерал Раевский с полками 11ижнегородским дра-
гунским, Сводным уланским, двумя копно-мусульманскими и 4
орудиями преследовал противника «докуда было возможно».

При селении Балахор Раевский разгромил трехтысячный от-
ряд Осман-паши и овладел его лагерем.

В бою при Харте и во время преследования противник поте-
рял «весьма много убитыми и ранеными»7, более 150 человек
пленными8, 4 знамени, большое количество оружия и боеприпа-
сов9. Потери русских убитыми и ранеными составили около 70
человек 10.

4 августа весь русский корпус сосредоточился у селения Бала-
хора. Па другой день произведена была рекогносцировка по гю-
мюш-хаиской дороге, а 6 августа Паскевич двинулся по енваз-
ской дороге и 8 числа прибыл к местечку Килкит-Чнфглпку, от
которого до Сиваза было около 15(7верст. Здесь стало известно,
что па крутых склонах реки Шеи-су расположился сильный ту-
рецкий отряд, прибывший из Трапезупда.

Паскевич решил его атаковать, но он под покровом ночи по-
спешно отступил.

1 Потемкин был назначен Николаем I помощником Паскевича.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт и. о. обер-квартирмейстсра

го Кавказского корпуса полковника Степанова Сухтелену от

1829 года,

3 Там

4 Там

5 Там

6 Та-м

л. 220 об.

же. Рапорт Паскевича Николаю I от 28 июля 1829 года,

же. Рапорт Степанова Сухтелену от 3 августа 1829 года,
же.

же.

7 Там же, л. 221.

8 Там же.

9 История военных действии в Азиатской Турции, ч. 2, стр. 210.

,(] ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Степанова Сухтелену от

О гделыю-
3 августа

л. 258 об.

л. 220 об.

3 августа

1829

года, л. 22/1.
12 августа Паскевич приказал полковнику Симопичу с отря*
дом запять город Гюмюш-Хапе, лежащий в 75 верстах от Трапе-
зу и.да. Па другой день около города русские войска были торже-
ственно, с хоругвями и иконами, встречены греческим населени-
ем. Турецкие войска оставили Гюмюш-Хап, и оп был занят рус-
скими ’.

Путь к Сивазу был свободен, по Паскевич, ссылаясь па тре-
вожное положение в тылу и па флангах, отказался от наступле-
ния. Были получены известия, что -неприятельские войска «наме-
реваются запять паши сообщения и напасть на Байбурт»* 2. Про-
двинувшись несколько вперед до селения Темля, Паскевич 17 ав-
густа с .главными силами повернул к Балахору3. Симопичу было
приказано оставить Гюмюш-Хап 4 и соединиться с главными си-
лами корпуса «на трапезундской дороге, в 15 верстах от селения
Бал а хор а» 5.

20 августа войска Симопича на Балахорских горах соедини-
лись с Паскевпчем. Вместе сними в русский лагерь пришли сотни
христианских семей из Гюмюш-Хана. «Русские солдаты, смешав-
шиеся с жителями, заботливо ухаживалр за малолетними детьми
и участливо делили с ними свой черствый сухарь»6.

В это время Паскевич сделал еще одну попытку угрожать
Грапезунду. 21 августа он «без тягостей» выступил «вперед по
трапезундской дороге» через Каракабанский перевал7.

Однако, быстро убедившись в «трудности дороги», Паскевич
«изволил предписать с действующими вЬйсками 23 числа обрат-
ный путь к Байбурту, куда главная квартира и прибыла»8 на
другой день9. Взорвав укрепления Байбурта, русские войска вы-
ступили в Эрзерум, и прибыли туда 27 августа.

Трамсзупдско-сивазский поход Кавказского корпуса, при всей
нерешительности и непоследовательности Паскевича, имел ог-
ромное политическое и стратегическое значение. Оп убедительно
показал неспособность Оттоманской Порты продолжат!. войну на
кавказском театре, полный провал ее далеко идущих реванши-
стских планов.

Правда, в сентябре турецкое командование сделало послед-
нюю попытку перейти в наступление. Около 20 сентября стало из-
вестно, что султан прислал новому сераскиру фирман с требова-
нием «отнять у русских Арзерум» 10. Из Константинополя морем
была, доставлена артиллерия. Центром подготовки наступления

’ ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716, л. 272 и 272 об.

2 Там же, л. 274.

’’ Там же.

4 Там же, л. 274 об.

5 Там же.

6 В. Лотто. Указ, соч., вып. 3, стр. 539.

7 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 474 6, л. 274 об.

8 Там же, л. 275 об.

9 Там же, л. 301.

10 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 243.
стал Байбурт, где под командованием Осман-паши находилось
около 10 тысяч пехоты и 2 тысяч конницы *. В Чифтлике распо-
лагалось до 6 тысяч, а сераскир с 4 тысячами находился в I ю-
мюш-Хаие.

Тогда, чтобы «уничтожить план сей», русское командование
предприняло наступление к Байбурту2. Оставив в Эрзеруме ге-
нерала Панкратьева сбу батальонами пехоты, Паскевич с ос-
тальными войсками 24 сентября двумя колоннами, разными до-
рогами двинулся к Байбурту. 26 числа у Мис-Майдаи колонны
соединились и двинулись дальше. В 6 верстах от Байбурта в
ущелье русский авангард был встречен отрядом неприятельской
конницы, насчитывавшим до 1000 человек3. Конница противника
была опрокинута и отступила к городским укреплениям.

Между тем были получены сведения, что сераскирский отряд
находится в окрестностях Балахора, откуда па следующий день
собирается прибыль в Байбурт4. Это заставило русское командо-
вание ускорить штурм города. Учитывая, что турки, ожидая на-
ступление русских войск с фронта, со стороны Эрзерума, не обра-
тили должного внимания па западные высоты, русское командо-
вание решило обойти город слева и штурмовать его с этих высот.
Западные высоты «командовали всем городом па пушечный вы-
стрел», и русские «став на оных, ...отрезывали Байбурт от всяко-
го сообщения» с отрядом сераскира и пресекали нуги отступле-
ния гарнизону5.

Построившись в боевой порядок, русские войска в 5 часов уг-
ра 27 сентября начали обходное движение. В авангарде шли три
казачьих полка, первая и .вторая линии состояли из пехоты и ар-
тиллерии, третью составляла конница, а резерв— пехота и артил-
лерия. Авангардом командовал генерал Сергеев, пехотой — гене-
рал Муравьев, колпицей—генерал Голицыщ а артиллерией
генерал Гиллепшмит.

Противник, заметив обходное движение русских войск, вы-
слал из Байбурта отряд конницы численностью до 1000 человек,
который в трех верстах от города, у деревни Арузга, встретил
авангард Сергеева. Но казаки опрокинули противника, овладели
деревней, а затем и высотой, которая «заключала в себе важные
выгоды, командуя всею окрестностью города с запада и севера па
несколько верст6.

Вскоре к авангарду присоединились пехотные части первой и
второй линий. Одновременной противник .выдвинул па этом уча-

1 ЦГВИА, ф. ВУА,;д. 4716. Рапорт Паскевича

1829 года, л. 361.

2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 246.

ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича
года, л. 361 об.

ЦГВИА, ф. ВУА, д. 4643, л. 252,

Там же, л. 253.

Там же, л. 255.

Николаю 1 о г 6 октября

Николаю I от 6 октября
стке из укреплений до трех тысяч человек1. Русское командова-
ние решило воспользоваться выходом турок из укреплений <и, раз-
громив их, ворваться у них на плечах в город. С этой целью рус-
ские войска были построены в боевой порядок тремя колоннами.

Первая колонна под начальством генерала Муравьева, состо-
явшая из пехоты и 10 орудий и построенная в две линии, должна
была атаковать противника с центра1 2.

Вторая колонна под командованием генерала Голицына со-
стояла из полков регулярной конницы и 6 орудий и, действуя па
правом фланге пехотной колонны, получила задачу ударить по
неприятелю в то время, когда пехота опрокинет его3.

Третья колонна Сергеева включала казачьи полки и, действуя
па левом фланге, должна была перерезать неприятелю пути от-
ступления па транезундс'кую дорогу, заставив его «обратиться»
на испирскую дорогу4.

В соответствии с этой диспозицией, пехота, активно поддержи-
ваемая артиллерией, двинула.сь вперед через лощину к высоте,
занимаемую турками. «Усиленный огонь орудий и приближение
штыков наших»5 привели противника в смятение, и он отступил
на другую высоту, но и оттуда был выбит и бежал в свои укреп-
ления. В это время с правого фланга турок стремительно атако-
вала конница Голицына. В тесном взаимодействии с пехотой и
артиллерией опа овладела укреплениями и двумя батареями и
на плечах бегущих турок ворвалась в город. Бой па улицах Бай-
бурта продолжался недолго. Атакованные со всех сторон турки
бежали по испирской дороге, на которой их преследовали рус-
ская конница и пехота.

В байбуртском бою противник потерпел полное и окончатель-
ное поражение. Он потерял 800 человек убитыми -и 1-236 пленны-
ми, лишился 6 орудий и 12 знамен6. Русские потеряли около 100
человек убитыми и ранеными7.

В этом бою, который был поеледним й войне, войска Кавказ-
ского корпуса еще раз 'Продемонстрировали высокие морально-
боевые качества. Правильно были выбраны время и направление
главного удара, хорошо организовано взаимодействие всех родов
войск л преследование противника.

В этот день сераскир находился на пути из Балахора в Бай-
бурт, а его передовые отряды приближались уже к городу. Но
узнав о поражении Ооман-паши, сераскир поспешил отступить к
Балахору.

1 Ц1 ВИА, ф. ВУА, д. 4746. Рапорт Паскевича Николаю I от 6 октября
1829 года, л. 362.

2 Там же, л. 362 об.

3 Там же.

4 Там же.

5 ЦГВИА. ф. ВУА, д. 4643, л. 257 об.

6 Ц1 ВИД, ф. ВУА, д. 4716. Рапорт Паскевича Николаю I от 6 октября
1829 года, л. 363 об.

7 Там же.
Байбуртский бой произошел почти месяц спустя после подпи-
сания Адрианопольского мирного договора. Случилось это по ви-
не турецкого командования, надеевшегося выиграть этот бой и
добиться пересмотра договора. Разгром под Байбуртом оконча-
тельно похоронил все реваншистские планы султанского прави-
тельства и его иностранных покровителей.

29 сентября сераскир известил Паскевича о заключении мира.

Успешные действия Отдельного Кавказского корпуса оказали
огромное влияние на весь ход и исход русско-турецкой войны.
Они сковали па кавказском театре войны значительные силы От-
томанской Порты, чем в значительной степени способствовали
успеху забалкапского похода армии Дибича.

За четыре месяца кампании 1829 года, по трудным дорогам,
с боями, русские войска прошли около 600 верст, приблизились к
Трапезунду, разгромили .многочисленную армию сераскира, ов-
ладели несколькими крепостями и Эрзерумом, взяли богатые тро-
феи, в том числе 262 орудия и 65 знамен Эти успехи были до-
стигнуты 18-тысячным действующим корпусом, потери которого
за кампанию составили всего 3900 человек1 2. Кавказский корпус
добывал победы не только умением, но и малой кровью.

1 Н. Лукьянович. Указ, соч., ч. 4, стр. 159.

2 В кампании 1829 года ни один русский офицер
не был взят в плен. См. История военных действий
в 1828 и 1829 годах, ч. 2, стр. 294—295.

Кавказского корпуса
в Азиатской Турции
ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Носле того как русские войска заняли Адрианополь, стало
очевидно, что Оттоманская Порта войну проиграла полностью и
бесповоротно. Султанское правительство заявило о готовности
приступить к мирным переговорам.

2 сентября 1829 года в старинном султанском дворце Эски-Са-
рае был подписан Адрианопольский мирный договор1.

В России Адрианопольский мир был воспринят с чувством
удовлетворения. Он укрепил экономические, политические и воен-
ные позиции России на Балканах и Кавказе, обеспечил автоно-
мию Греции, Дунайских княжеств и Сербии и завершил присое-

)ии и завершил присое-

динение к России Закавказья.

Но в Европе, как писал К. Маркс, Адрианопольский мир вы-
звал сенсацию, а в Англии возмущение1 2. Как только в Лондоне
получено было сообщение о заключении Адрианопольского до-
говора, состоялась два экстренных заседания кабинета мини-
стров. Затем министр иностранных дел Дбердин пригласил рус-
ского посла в Англии графа Ливена и заявил ему, что, «по мнению
британского кабинета, Османская империя более не существует»3.

Абердин отметил, писал К- Маркс, «опасность, таившуюся в
каждом отдельном условии мирного договора»4. Особенное воз-
мущение английского кабинета вызвала 1б-я статья Адрианополь-
ского мира, предоставлявшая автономию Греции. Глава англий-
ского кабинета Веллингтон заявил, что «поджог и взятие Кош
стантипополя в тысячу раз менее затруднили бы английское пра-
вительство, нежели такой результат»5.

Недовольно было британское правительство и 4-й статьей Ад-
рианопольского договора. Оно считало, что присоединение к Рос-
сии Ахалцихского пашалыка и восточного побережья Черного
моря «нарушает европейское равновесие». Конечно, «равновесие»

1 См. статью: В. А. Ляхов. Адрианопольский мир и его историческое зна-
чение. Сб. научных работ Ярославского гос. лед. ин-та. Вопросы истории, вып.
88. Ярославль, 1972.

2 К- ЛА а р к с и Ф. Энге л ь с. Соч., т. 34, сгр, 252.

3 АВПР, ф. Канцелярия, 1829, д. 7003, Ливен — Нессельроде от 9 октября
1829 г, л. 197 об.

* К- М а р к с и Ф. Эи г е л ь с. Соч., т. 34, стр. 252.

5 «Собрание трактатов и конвенций», т. 11, стр. 417.
было лишь ширмой, а настоящая причина заключалась в том,
что английская буржуазия сама зарилась на Кавказ.

В ответе на английскую ноту по поводу пересмотра Адриано-
польского договора Министерство иностранных дел России, го-
воря о «равновесии», едко заметило, что «если присоединением
некоторых турецких городов с окрестностями... Россия нарушила
европейское равновесие, то английское правительство своими за-
воеваниями в Индии с 1814 года систематически его 'Нару-
шало» Г

Когда английское Министерство иностранных дел стало на-
стаивать на пересмотре мирного договора, Ливен заявил реши-
тельный протест и отказался ог всяких дальнейших переговоров
по этому вопросу.

Австрийское правительство считало Адрианопольский ми))
«несчастием». Меттерних писал: «Оттоманская империя поколеб-
лена в своей основе. Она прекратила свое независимое? сущест-
вование. Несчастье произошло. Потери невозместимы. Будущее
существование Оттоманской империи проблематично»1 2. По мне-
нию австрийского военного министра, графа Радецкого, «Адриа-
нопольский мир угрожает самому существованию Габсбургской
монархии, низводя ее на степень второстепенных государств и ли-
шая всякой надежды на возможность распространить пределы
своего могущества и влияния па Балканском полуострове пли
присоединить его к своим владениям в будущем»3.

Положение Австрии было действительно поколеблено в том
отношении, что победа России над Оттоманской Портой и Адри-
анопольский мир усилили освободительное движение балканских^
народов, в том числе и тех, которые находились или могли ока-
заться под властью монархии Габсбургов.

Но, как правильно отметил Татищев, «Австрийская монархия
находилась в состоянии полного бессилия политического, военно-
го и финансового, при которых ей нельзя было помышлять, без
союзников, без войска и без денег, о вооруженном сопротивлении
России» 4.

Поэтому австрийский император Франц, поздравив Николая!
с заключением Адрианопольского мира, поручил Меттерниху
искать союзников. Предложение Меттерниха о создании антирус-
ской коалиции нашло полное понимание в Лондоне.

Однако дальше обмена мнениями о создании коалиции дело
не пошло. Австрия была бессильна, а Англия привыкла воевать
чужими солдатами. Обе эти державы к открытой войне с Росси-
ей не были готовы.

1 «Собрание трактатов и конвенции», т. 11, стр. 422.

2 Цит. по книге: Н. С. Кин я пи на. Внешняя политика России пер:
вой половины XIX века. М., 1963, стр. 150.

3 С Жигарев. Русская политика в Восточном вопросе, т. I. М.»

1896,

стр 365

С. С. Татищев. Внешняя политика Николая 1, стр. 218-219.
Таким образом, Адрианопольский мир позволил греческому
народу после многолетней борьбы сбросить ненавистный инозем-
ный гнет и добиться широкой автономии. Решающая роль в ос-
вобождении Греции принадлежала самому греческому народу,
его трудящимся массам. Вместе с тем нужно сказать, что в усло-
виях международной обстановки того времени греческий народ
мог добиться освобождения только при поддержке России и рус-

ских вооруженных сил, нанесших решительное поражение сул-
танской Турции. На эту историческую роль России в освобож-
дении Греции указывал А. С. Пушкин: «В 1829 году внимание
Европы было обращено на Адрианополь, где решалась судьба
Греции, целые восемь лет занимавшей помышления всего просве-
щенного мира. — Греция оживала, могущественная помощь Се-
вера возвращала ей независимость и самобытность» Г

При оценке роли России и других европейских держав в ос-
вобождении Греции принципиальное значение имеет мнение
Ф. Энгельса. «Л кто решил исход борьбы во время греческого вос-
стания? — писал оп.— Не япнпский наша Али со всеми его загово-
рами и мятежами, не битва при Наварине, не французская армия
в Морее, не лондонские конференции и протоколы, а русская ар-
мия Дибича, перешедшая Балканы и вступившая в долину Ма-
рины» I 2.

Благодаря помощи России Греция получила и полную незави-
симость. В феврале 1830 года па очередной Лондонской кон-
ференции Россия, Англия и Франция подписали протокол, со-
гласно которому Греция была признана независимым государст-
вом.

В великое дело освобождения Греции Россия внесла большой
вклад. Греческий историк Кордатос писал: «Русско-турецкая
война независимо от целей и побудительных мотивов царской
России явилась нежданным даром для греков. Без русской по-
беды Греция пс стала бы независимой»3.

Большое влияние оказала русско-турецкая война на болгарское
национально-освободительное движение. Юно проявлялось в са-
мых различных формах, но всегда имело одну характерную осо-
бенность— стремление к дружбе с русскими, к совместной с ни-
ми борьбе против Оттоманской Порты.

Болгары с радостью и надеждой на освобождение встречали
русские войска. «Посел яны с крестами, со хлебом, и с солью, со

священникам1,и... толпами навстречу выходят, — рассказывал оче-
видец...— Везде веселое приветствие и клики, и слезы искренней
радости...» 4.

1 А. С. II у ш к и II. Поли. собр. соч., т. 7, стр. 262.

2 К. М а р к с и Ф. Энге л ь с. Соч., т. 9, стр. 32.

3 Цит. по статье: Г. Л. Арш. Восстание 1821 года в освещении гре-
ческого историка. «Новая и новейшая история», 1961, № 2, стр. 167.

4 Ф. II. Фонтом. Указ, соч., т. 2, стр. 65.
Хотя русский царизм и делал все для того, чтобы не допустить
перерастания выступлений болгар во всенародное, а тем более
антифеод альное движение, борьба болгарского народа ста пови-
лась все более массовой, часто принимала антифеодальный ха-
рактер. Главной социальной силой движения являлось болгар-
ское крестьянство.

Несмотря на такую политику царизма по отношению к Болга-
рии и захватнические цели, которые он преследовал, русско-ту-
рецкая война 1828—1829 годов имела для болгарского народа
объективно прогрессивное значение. Оттоманская Порта потер-
пела тяжелое поражение, ее господство на Балканах было зна-
чительно подорвано, а это создавало более благоприятные усло-
вия для дальнейшей освободительной борьбы болгарского наро-
да. В Болгарии глубоко верили, что настанет такое время, когда
братский великий русский народ поможет их родине освободить-
ся от ненавистного оттоманского владычества.

Адрианопольский мир имел большое значение для Молдавии
и Валахии. Была подтверждена и расширена их автономия.

Адрианопольский договор был важной вехой на пути нацио-
нального освобождения сербского народа. Оттоманская Порта
подтвердила свои обязательства в отношении Сербин, взятые по
Аккерманской конвенции. Она обязалась немедленно предоста-
вить Сербии автономию и возвратить ей шесть пахни (округов).

Таким образом, Адрианопольский договор заложил основы
независимости Молдавии, Валахии и Сербии.

Историческое значение Адрианопольский мир имел для паро-
дов Кавказа. Он завершил присоединение к России основной тер-
ритории Закавказья, что было для его народов, независимо от
колониальной политики царизма, актом огромного прогрессшйю-
го значения. С присоединением к России Закавказья там была
ликвидирована феодальная раздробленность и прекратились фео-
дальные распри. Грузия, Армения и Азербайджан были защище-
ны от иноземных захватчиков, что позволило их населению
вернуться к мирному труду. Передовые люди России выступали
горячими сторонниками развития производительных сил Закав-
казья. В 1828 году А. С. Грибоедов составил проект создания
Российской Закавказской кампании, который предусматривал
широкое развитие производительных сил края.

Большое значение для народов Закавказья имело общение с
прогрессивными представителями русской общественно-нолпти-
ческой мысли (декабристами) и такими деятелями русской куль-
туры, как А. С. Пушкин, А. С. Грибоедов, М. IO. Лермонтов и
многие другие.

Хотя война с Оттоманской Турцией и окончилась для цар-
ского правительства успешно, она обнажила серьезные недостат-
ки в развитии военного дела. В. И. Ленин указывал, что в войне
«все Политические и социальные учреждения подвергаются нро-
верке и испытанию «огнем и мечом» ’. Разложение феодалыю-
крепостпнческого строя царской России, гнилость ее социальных
и политических учреждений, режим внутриполитической реакции
являлись помехой развитию военного дела и военной теории.

Война обнажила все рутинные каноны военной системы цар-
ской России. Николай I и его военные советники делали все, что-
бы превратить армию в оплот самодержавно-крепостнического
строя, насаждали прусские военные порядки, пытались возродить
отжившую кордонную стратегию и линейную тактику.

Несмотря на то, что к вооруженной борьбе с Оттоманской Тур-
цией царское правительство готовилось несколько лет, в войну
Россия вступила плохо подгото’влептой. Феодальная система
комплектования вооруженных сил (рекрутские наборы и военные
поселения) нс обеспечивала создания больших резервов, мешала
созданию массовой армии. На протяжении всей войны русские
армия и флот испытывали большой недостаток «личного состава».

Много было других недостатков и упущений в подготовке ар-
мии к войне: неудовлетворительное состояние значительной части
ружей, нехватка шанцевого инструмента', плохое снабжение про-
довольствием и обмундированием, неудовлетворительное состоя-
ние медико-санитарной службы и др.

Несостоятельной оказалась официальная система воспитания
и обучения войск, основанная па парадности и шагистике. Война
показала, что войска обучались не тому что они должны делать в
бою. Исключение составлял Кавказский корпус и в какой-то сте-
пени Черноморский флот, где бережно хранили традиции Суво-
рова и Ушакова.

Характерной особенностью стратеги^ таких русских воена-
чальников, как Румянцев, Суворов, Кутузов, Ушаков, Синявин,
являлась се исключительная активность. Стратегия служила
одной цели — уничтожению, разгрому живой силы противника.
«Никто не покорял города, не разделавшись прежде с силами,
eio защищающими»,-—писал П. А. Румянцев1 2. Важно подчерк-
нуть, что стратегия этих военачальников учитывала военно-по-
литическое положение своей страны, обстановку иа театре вой-
ны, свои силы и возможности противника.

В связи с активным, решительным характером русской стра-
тегии, большое значение имел выбор направления главного уда-
ра и сосредоточение на этом направлении основных сил. По-
скольку в то время сплошных фронтов не было, «выбор направ-
ления главного удара сводился к определению операционной ли-
пин, на которой необходимо было сосредоточить основные уси-
лия»3. От правильного выбора операционной линии во многом
зависел исход операции, а иногда и всей кампании. Так, в 1828 го-

1 В. И. Л с н и и. Поли. собр. соч., т. 20, стр. 245.

2 «Чтения в Обществе истории и древностей Российских...», 1865, кн. 1,
стр. 199.

3 И. Л. Ж'Плип. Гибель наполеоновской армии в России, стр. 335.

।
ду на балканском театре главные силы русской армии были на-
правлены к Шумле, где, ввязавшись в крепостную борьбу, поте-
ряли много времени и сил и не добились никаких результатов.

' Это в свое время отметил Мольтке: «Направление же, данное
главному корпусу, было такое, от которого никогда нельзя было
ожидать какого-либо результата» ’. Во всем этом сказалась по-
рочность плана войны, составленного Дибичем, и ошибочность
выбора операционной линии.

Наряду с выбором операционной линии и сосредоточением
главных сил на решающем направлении, важное место в русском
военном искусстве конца XVIII — первой трети XIX века зани-
мала проблема организации стратегического взаимодействия.
При тогдашнем транспорте и примитивных средствах связи орга-
низация взаимодействия была делом исключительной сложности,
по Суворов и Кутузов искусно оправлялись с этим.

Но Дибичу, как начальнику Главного штаба, а затем сменив-
шему его Чернышеву решение задачи организации стратегиче-
ского взаимодействия было просто не по плечу. Например, почти
совершенно не координировались действия войск 2-й армии и
Кавказского корпуса.

Исключением является боевое взаимодействие Черноморского
флота и войск 2-й армии. Только благодаря активной поддержке
флота русская армия смогла совершить забалканский поход. Но
заслуга в этом деле принадлежит не Дибичу, а командованию
Черноморского флота, где прогрессивные традиции русской во-
енно-морской школы были особенно сильны.

Прогрессивные представители русской военно-теоретической
мысли рассматривали тактику «как служанку» стратегии. Глав-
ной целью тактики являлся разгром живой силы противника.
Важными особенностями тактики русской армии были та<же со-
средоточение основных сил на решающем направлении сраже-
ния, маневрирование ими на поле боя и выделение значительно-
го резерва.

Русско-турецкие войны второй половины XVIII — начала XIX
века и Отечественная война 1812 года показали всю несостоя-
тельность линейной тактики. Основной формой боевого построе-
ния русских войск стало сочетание каре и колонн с рассыпным
строем стрелков. Такой боевой порядок отличался значительной
глубиной, позволял вести бой на любой местности, днем и ночью
и маневрировать по полю боя.

Однако реакционные военные круги игнорировали и замал-
чивали боевой опыт русских вооруженных сил и усиленно насаж-
дали прусские военные порядки. Правящие круги царской Рос-
сии боялись новых способов ведения войны и военных действий,
так как они требовали перестройки всей системы комплектова-
ния, обучения и воспитания и могли угрожать феодально-мопар-

1 Г. Мольтке. Указ, соч., ч. 2. СПб., 1877, стр. 356.
хическим порядкам. Делались попытки возродить линейную так-
тику. Хотя в программу тактической подготовки войск входило
обучение пехоты рассыпному строю и прицельной стрельбе, это
обучение не пользовалось сочувствием высшего начальства и ему
уделяли мало внимания и времени.

Войска обучались действовать большими каре, которые успеш-
но применялись в прежних войнах с Турцией. Но тогда военные
действия происходили на придунайских равнинах и такие боль-
шие каре были целесообразны, так как позволяли вести борьбу
с многочисленной турецкой конницей. Теперь же предстояло дей-
ствовать наступательно на пересеченной гористой местности и та-
кие громоздкие каре были непригодны. Тем более, что турки уже
не имели многочисленной лихой конницы. В этих условиях це-
лесообразным было обучать войска рассыпному строю и действи-
ям в небольших каре и колоннах.

Кампания 18.28 года на балканском театре показала непри-
годность больших каре, а тем более линейных построений. В те-
чение зимы 18'28—>1829 годов войска 2-й армии стали срочно
учить «рассыпному строю и стрельбе в цель». Так еще раз проя-
вилась жизненность прогрессивных традиций и боевого опыта
русских вооруженных сил и безжизненность реакционной военной
системы.

Война показала слабую обученность (конницы и прежде всего
неумение ее нести разведывательную и сторожевую службу. Во
2-й армии все время ощущался недостаток в коннице, и особенно
в легкой. Лучше обстояло дело на Кавказе, где с большой поль-
зой и отважно помогали русским войскам конные формирования
Азербайджана, Грузии и Армении.
♦

Россия войну выиграла, и заслуга в эргом принадлежит преж-
де всего русским солдатам, которые, как писал Ф. Энгельс, во
всех битвах XIX столетия были отличными1.

Победа над Оттоманской Турцией стала возможна еще и по-
тому, что среди русских военачальников было много таких, ко-
торые, несмотря на аракчеевщину, продолжали хранить и раз-
вивать прогрессивные традиции русской военной школы, дейст-
вовали в духе Суворова и Ушакова. В русской армии, говорил
М. И. Калинин, постоянно имелись искренннепатриоты и талант-
ливые военачальники, которые честно служили Родине, улучша-
ли боевые качества войск, поднимали их авторитет на полях сра-
жений 1 2.

•В армии такими военачальниками были А. П. Ермолов, М.’Ф.
Орлов, П. И. Пестель, IT. II. Муравьев, И. Г. Бурцов, А. Д. Засяд-

1 К. Маркс н Ф. Энгельс. Соч., т. 10, стр. 565.

2 М. И. К а л и и и п. О коммунистическом воспитании
М., 1962, стр. 666.

воинском долге.

I
ко, а во флоте — Д. И. Сенявии, В. М. Головнин, М. П. Лазарев,
В. И. Мелихов, П. С. Нахимов и др.

Следует подчеркнуть, что после Отечественной войны 1812 со-
да генерал А. Д. Засядко создал первую русскую боевую ракету
и станок для стрельбы ракетами. Боевые ракеты Засядко впер-
вые были применены в русско-турецкой войне 1828—1829 годов.

Боевые действия Черноморского флота и эскадры Гейдена
на Средиземном море убедительно свидетельствуют, что передо-
вые представители русской военно-морской школы продолжали
хранить и развивать традиции Ф. Ф. Ушакова. Адмиралы Д. II.
Сеиявин, В. М. Головнин и другие прогрессивные адмиралы и
офицеры многое сделали, чтобы сохранить боеспособность фло-
та Они занимались вопросами ’ стратегии и тактики,
воспитания и обучения. Руководствуясь тактическими принципа-
ми Ушакова, русская военно-морская теоретическая мысль счи-
тала, что главной целью морского боя является разгром против-
ника. Яркий пример русской морской тактики — активное уча-
стие русской эскадры в разгроме турецко-египетского флота в
I I ан а р и и с к о м сражен и и.

Моряки Черноморского флота продолжали хранить и разви-
вать ушаковские принципы осады и штурма приморских крепо-
стей. Свидетельство тому — успешные действия флота против хо-
рошо укрепленных крепостей Анапы и Варны.

Большой интерес представляет боевое взаимодействие Черно-
морского флота с войсками в кампании 1829 года, особенно во
время забалканского похода. Впервые за всю историю русско-
турецких войн так широко проводились совместные действия су-
хопутных войск и военно-морского флота. В. И. Мелихов, являв-
шийся во время войны 1828—1829 годов начальником штаба
Черноморского флота, писал, что по операционному плану «дей-
ствия флота тесно связывались с действием сухопутных войск» 1 2.
Исследования широкого круга источников показали, ио дейст-
вия Черноморского флота в значительной степени способствова-
ли успехам русской армии. Особенно ярко об этом свидетельст-
вует штурм Анапы, осада с суши и моря Варны, завоевание Спзо-
поля, боевое содействие флота русской армии в переходе через
Балканы, овладении Месемврией, Василико и другими крепо-
стями. Большую роль сыграл флот в снабжении армии оружием,
боеприпасами и продовольствием.

Настоящее заключение не претендует на подведение всех ито-
гов войны 1828—1829 годов с точки зрения истории военного ис-
кусства. Это тема для особого исследования. Кроме того, многие
вопросы организации вооруженных сил, стратегии и тактики

1 Мичман Мореходов. О состоянии российского флота в 1824 году.
СПб., 1861.

2 В. И. Мелихов. Описание действии Черноморского флота в про-
должение войны с Турцией в 1828—1829 годах. «Морской сборник», 1850, т. 3,
№ 1, cip. 26.
были рассмотрены при описании -важнейших операций и
сражений.

В заключение следует подчеркнуть, что в 20—30-х годах XIX в.
в русской военной мысли, так же, как и ib-общественной политиче-
ской жизни, шла борьба между прогрессивным и реакционным
направлениями. Передовые представители русской военной шко-
лы, и в первую очередь декабристы, боролись против прусских
военных порядков, насаждавшихся в русской армии и флоте,
за самостоятельный путь развития русского военного искус-
ства, па основе боевого опыта войн и в том числе русско-турец-
кой войны 182’8—1829 годов.

Особенно большое влияние на развитие русской военной мыс-
ли оказали декабристы. «Лучшим доказательством этого поло-
жения,— справедливо писал автор, — является то, что их про-
грессивные взгляды почти целиком были проведены в жизнь
спустя даже несколько десятилетий», т. е. во время буржуазных
военных реформ 70-х годов XIX века 1.

Таким образом, в результате русско-турецкой войны 1828—
1829 годов Россия укрепила свои экономические, политические
и военные позиции на Балканах и Кавказе, на Черном и Среди-
земном морях. Объективно война способствовала освобождению
балканских и кавказских народов из-под власти Оттоманской
Турции и оказала определенное влйяние на развитие русской во-
енной мысли, строительство армии и флота.

1 М. Соколовский,
мощь», 1907, № 8, Стр. 108.

Военные взгляды декабристов. «Братская по-