ч

илипповъ.

(Некрологъ)

M О С К В A.
Тииографія

ИМИЕРАТОРСКІГО

Москоыскаго Университета

1912.

Проф. h

H. Филипповъ.
TSTW

Д. Я. Самоквасовъ
{Некрологъ).

м о С к, в

А.

Тинографія ЙМПЕРАТОРСКАГО Московскаго Уеиверситѳта.
1912.

Дмитрій Яковлевичъ Самоквасовъ.
(Н ѳ к р 0

(Изь Отчета Имшраторскаго Московскаю Уншерситета
за 1911 іодъ).

Л

0 г ъ ).

5 августа 1911 г., въ 5 часовъ вочсра, послѣ тяжелой и
продолжитѳльной болѣзіш, скончался въ Москвѣ заслуженный ординарный профессоръ Императорскаго Московскаго
Университета, по каѳедрѣ исторіи русскаго права, Дмитрій
Яковлевичъ Ссімоквасовъ. В ъ лидѣ почившаго, какъ занимаемал
имъ каѳедра, такъ равно русская архсологія и археографія
поторяла неутомимаго работника, въ течоніо сорока слишкомъ лѣтъ трудивпгагося, не ітокладая рукъ, на избранномъ
имъ ученомъ поприщѣ.
I.
Дмитрій Яковлевичъ родился 15 мая 18-13 г. и происходилъ изъ дворянъ Чсрннговской губерніи. IIо окончаніи
въ 186S г., со степсныо кандидата, юридическаго факультета
С.-Пѳтербургскаго Университета, Совѣтомъ послѣдняго Дмитрій
Яковлевичъ былъ оставленъ, со стипендіею, гіри Университетѣ для прнготовленія къ профессорскому званію и со временм этого оставленія, послѣдовавиіаго 1 октября вышеуказаннаго года, до весны 1871 г. занимался снеціально пзученіемъ государствсннаго ирава; съ 23 іюля 1873 г. былъ
утв ржденъ исправляющимъ должность доцента Варшавскаго
Университста по каѳедрѣ исторіи русскаго ирава и в ъ томъ
жо году,—послѣ публичной защиты в ъ Университетѣ своего
сочиненія „Древніѳ города Россіи" (С. П., 1873 г.),—признанъ
былъ магистромъ государствсннаго ирава и назначенъ 14 дѳ1

2011123984

кабря того жо года экстраординарнымъ профессоромъ Варшавскаго Университста. Ужо въ укозаниомъ сочиненіи опредѣлился характсръ научныхъ занятій молодаго ученаго. По
его собствоннымъ словамъ, „будучи тоги мнѣнія, что только
личное знакомство съ первичны.ѵги источниками даетъ твсрдостг» убѣждсніямъ въ отношояіи историчоскихъ вопросовъ,
и желал ігровѣрить путемъ лмчнаго изслѣдованія городищъ
воззрѣвія на этп памятнмки, висказаниня въ наінсй литературѣ", авторъ въ 1871 и 1872 гг. ггредпринялъ путешествіо
по Россіи, осмотрѣлъ въ цѣломъ рядѣ мѣстностой земллнші
насыпи H городища и хотя нс имѣлъ возможности раскопатц
во всей дѣлости, ни одного городиіца, но сдѣлалъ пробныя
ямы на нѣкоторыхъ изъ нихъ, a затѣмъ, утвердившись во
взглядѣ на городиіца, „какъ на мѣста древнпхъ народныхъ
поселеній", приступилъ „къ собранію матѳріаловъ для составленія общей гсографической карты сохранившихся городищъ';
(Древніо города Россіи, стр. 109 и сл.). В ъ послѣдующіе
годы, Дмитрій Яковлевичъ продпринималъ неоднократно поѣздки для раскопокъ, при чемъ ужо въ 1875 г., ио всеподданнѣйшему докладу Управляющаго Мішістерствомъ Нариднаго Просвѣпцзнія, 27 августа, Государемъ Импораторомг.
повелѣно было ассигиовать, изъ средстпъ государственнаго
казначейства, 3 т. рублей (съ выдачею оныхъ въ тѳченіе
6 лѣтъ, за каждый годъ впередъ по 5 0 0 p.), на гіроизводство
Дмитріемъ Яковлевичемъ изслѣдованія о древнихъ земляныхъ
насыгтяхъ и на печатаніе трудовъ его по этому изслѣдовавію; в ъ свою очередь, Совѣтъ Варшавскаго Университета
назначилъ ему пособіе на напечатаніѳ сочиненія подъ заглавіемъ „Очеркъ политическихъ учрежденій и обычнаго права
древнѣйшаго періода". В ъ 1877 г. Дмитрій Яковлевичь,—нозависимо отъ иснолненія должности профессора, производства
раскопокъ и командированія въ Еазань на 4-ый археологическій съѣздъ,—избирается секретаремъ юридическаго факультета, a в ъ слѣдующомъ году,—по публичной защитѣ
диссертаціи „Исторія русскаго права. Томъ I. Начала цоли-

тичсскаго быта древне-русскихъ славянъ. В . I. Литература.
Источниіш. Методы ученой разработки источниковъ" (Варшава, 1878 г.).—утверждается 10 -іюня Совѣтомъ Варшавскаго
Университета въ степени доктора іюсударственнаго права.
В ъ промсжуткѣ времени между иолученіомъ магистерской и
докторской степени, Д. Я . награждаотся 15 окт. 1870 г.
именною золотою медалью Обществомч. любителей естествознанія, антропологіи и этнографіи нри И. М. У-тѣ „въ уваженіе заслугъ по собранію черегюігь и скелетовъ въ курганахъ Курской и Черниговской губерній и въ выраженіе
признательности за принесеніс въ даръ Обществу антропологическихъ коллекцій"; S марта слѣдующаго года избирается
дѣйствительнымч» членомъ Императорскаго Русскаго Архѳологическаго Обіцества, командируется J 5 іюля на 4-ый археологическій съѣздъ въ Ііазани. В ъ 1879 г. (14 окт.) ОбщеЧ І Т В О М Ъ любителей остсстпознанія, антронологіи
и этнографіи
избирается почетнымъ членомъ „за замѣчательные труды ио
>русской археологіи и антропологіи, имѣвшіе рсзультатомъ
богатѣйшія коллекціи по славлнскому доисторическому быту,
за постоянное содѣйствіе Обществу и комитету археологичѳской выставки". В ъ началѣ слѣдующаго года, Д. Я. командирустся въ С.-ІІетербургъ на съѣздъ русскихъ естествоиспытателей и врачой. По всегюдданнѣйшему докладу управляющаго Мин. Народ. Ііросвѣщонія, Государомъ Императоромъ
10 сент. 1880 г. Высочайше соизволено было на отпускъ въ
1881 г. 500 p., изъ суммъ государственнаго казначойства, въ
пособіе для продолженіл научныхъ изслѣдованій Дмитрія Яковлевича и на изданіе соотвѣтствующихъ трудовъ. Лѣтомъ того
же года Д. Я. командированъ ыа археологическій съѣздъ въ
г . Тифлисѣ; въ 1882 г. изъ средствъ государственнаго казиачейства Д. Я. назначено 1000 p., на пособіе для продолжонія его научныхъ изслѣдованій, въ цѣляхъ которыхъ онъ
•отправился лѣтомъ того же года на Кавказъ и въ Крымъ,
для изслѣдованія древнихъ земляныхъ насыпей. В ъ 1883 г.
мы видимъ Д. Я. командированнымъ на 7-ой съѣздъ русг

скихъ естествоиспытателсй и врачсй, бывшій в ь Одессѣ;
3 0 ноября 1883 г. онъ утвержденъ ординарнымъ ирофессоромъ по занимаемой имъ каѳодрѣ въ Варшавскомъ Университеіѣ. В ъ 1884 г. Министръ Народнаго Просвѣщенія разрѣшаетъ Д. Я. командировку съ учоною дѣлью во внутреншя
губѳрніи Россіи для архоологичсскихъ изслѣдованш; эта
командировка повторяотся въ I88U г.; въ томъ же году
Д. Л . утворждается члономъ-корроспондентомъ Императорскои
\рхеологнческой Комиссіи; 13 января 1887 г., Д. Я. утверждастся деканомъ юридическаго факультета Варшавскаго > нчверситота на 3 года, командируется лѣтомъ на Археологическій съѣздъ в ъ г. Ярославль, являясь дѣятѳльнымъ участиикомъ какъ указанныхъ выше, такъ и бывшихъ чозднѣе,
архѳологичеекихъ съѣздовъ, на которыхъ нмъ, обычио, то
дѣлаются доклады о произведенныхъ раскопкахъ, то возбуждаются вопросы, относящіеся къ археологіи, архивовѣдѣнію и пр.; 3() августа того же года, Д. Я. „произведекъ
за отличіе, внѣ правилъ, въ дѣйств. стат. совѣтники^ В ъ
качествѣ представителя Варшавскаго У-та, Д. Я . командчруется 4 іюля 1888 г. въ Шовъ на прсдстоявшее тогда торжество девятисотлѣтія крещенія Руси. В ъ слѣдуюгцѳмъ году
мы видимъ Д. Я. командированиымъ за границу, a именио
въ Краковъ, Вѣну, Будапештъ, Аѳины, Константнноиоль и
особонно Неаиоль для осмотра археологическихъ музеевъ;
13 января 1890 г. вновь утверждается деканомъ юрид, факультета Варшавскаго Университота на 3 года. В ъ 1891 г.,
8 февраля, Государь Имчераторъ,-по всечолданнѣишему ю кладу Министра Народнаго Иросвѣщонія о выраженной
Дмитрісмъ Яковловичемъ готовности иоредать въ иезусловноѳ расчоряженіо Его Импсраторскаго Величества его коллекцію древностѳй",—Высочайше повелѣть соизволилъ благодарить его за означенное намѣреніе и изволилъ выразить,
что лучгае всего было бы помѣстить коллекцію въ Императорскій Россійскій Исторччсскій Музсй". В ъ томъ же году
назначается сверхштатнымъ члономъ Императорскои Архео-

логической Комиссіи, награждается, „во вниманіе къ ровпостной службѣ и отличнымч» трудамъ" орденомъ св. Станислава I степени, исполняетъ съ 20 іюня по 24 ноябрл
должность роктора Варшавскаго Ушворситета, a 23 января
слѣдуюгцаго года увольнясіся, согласно чроиюнію, отъ службы, съ дозволеніемъ носить въ отставкѣ мундирный нолукафтанъ. яислѣдной должности присвоенный, получаетъ пенсію
въ полномъ окладѣ, назначается 29 яиваря того жс 1892 г.
управляющимь Архивомъ Министерства ІОстиціи въ Москвѣ,
въ каковой должиости и остается до споей кончины. Съ
октября того же года Д. Я. является представителемъ Мияистерства Юстиціи въ Высочайше утворждснной комиссіи
І;О прсобразованію централыіыхъ архивовъ въ Кіевѣ, въ
Вильнѣ ч Внтебскѣ. ІТредложеніемъ ІІоиочителя Московскаго
Учебнаго Округа отъ 4 января 1894 v., Д. Я. былъ допущенъ къ чтѳнію лекцій въ Императорскомъ Московсвомъ
Университстѣ въ качсствѣ приватъ-доцента, въ коомъ званіи
H состоялъ до времени назначенія ого сверхштатнымъ экстраординарнымъ профессоромъ по каѳедрѣ исторіи русскаго чрава
съ 24 мая 1894 г.; 23 соитлбря 1895 г. назначснъ свѳрхштатны.мъ ординарнымъ чроіІ>ессоромъ Московскаго Унивсрситета по точ же каѳѳдрѣ. ] январл 1897 г., согласно положеиія Комитета о службѣ чпиовъ і-ражданскаго вѣдомсгва и
наградахъ, Всемилостивѣйию пожаловачъ въ тайныо совѣтнмкіі. В ъ 1899 г., Д. Я. былъ комаидированъ Министорствомъ
Юстиціи за границу для ознакомленія съ организацісю и дѣятельиостью архивовъ древнихъ актовъ възападію-ѳвропѳйскихъ
государствахъ; 17 іюня слѣд,уіоіи,аго года утвѳрждень в ь званіи
заслуженнаго ординарнаго чрофессора, і января 1901 г. награждонъ орденомъ Св. Анны I сточени; 1 января 1904 г . —
Св. Владиміра II степени. Во вниманіс къ учоиымъ своимъ
заслугамъ Д. Я. иылъ избранч» 17 мая 1907 г. въ почетяыо
члоны Московокаго Археологичоскаго Института; въ уваженіе
тѣхъ же заслугъ Д. Я. неоднократно выбирался чочетнымъ
членомъ различнихъ ученыхі. архішиыхъ комиссій (Тавриче-

ской, Тамбовской, Калужской, Симбирской, Черниговской
и лр) Когда въ 1908 г. возникла мысль объ устроиствѣ в ъ
Мооквѣ военно-историчѳскаго музоя въ память отсчѳственнои
войны 1812 г., Д. Я . явился иредставителсмъ Министерства
Юстиціи въ комитѳтѣ, образованномъ при Московском-ъ гонералъ-губернаторѣ, для разработки вопроса объ означенномъмузеѣ. В ъ томъ жо году онъ былъ утворжденъ дѣиствмтельнычъ членомъ попечитольнаго совѣта студенчсскихъ общежигій въ Москвѣ, избранъ почстнымъ членомъ Императорскаго Историческаго Музея въ Москвѣ имени Императора
Алѳксандра III, 1 января 1909 г. пожалованъ, „во вниманю
къ отличному усердію и особымъ трудамъ", ордѳномъ Ь ѣ лаго Орла", 5 декабря того жо года избранъ почетнымъ
членомъ Общества исторіи и дрѳвностсй Ирибалтшскаго края.
Таковъ краткій очорісъ оффидіальныхъ свѣдѣній о прохожденіи Д. Я. Самоквасовымъ его службы въ Универсчтетахъ
Варшавскомъ и Московскомъ, a равно и въ качествѣ управляющаго Архивомъ МшшстерСтва Юстиціи въ Москвѣ, вмѣстѣ
съ Нѣкоторыми данными о его ученой дѣятѳльности. Но,
конечно, эти оффиціальныя, на формулярномъ спискѣ осно^
ванныя, свѣдѣнія нс даютъ сколько-нибудь полнаго иредставлѳнія о его учоныхъ трудахъ и дѣятслыюстн. Хотя
всесторонняя оцѣнка зтихъ трудовъ и дѣятельности едва ли
„озможна нынѣ, таісъ какъ многія работы Д. Я. Самоквасова
еще ждутъ своихъ изслѣдователой, однако мы не считаемъ
возчожнымъ обойти молчаніемъ нѣкоторыс общю результаты
его ученыхъ трудовъ, чѣмъ и отдадимъ посильную дань era
неутомимой дѣятельности въ теченіе долгаго времени.
II.
Ученые труды Д. Я . Самоквасова начинаются еще съ 1869 г м
когда нмъ были помѣщены въ ноябрьскомъ и декабрьскомъ
Л-Л» Жѵрнала Министерства Народнаго ІІросвѣщенія'-—„замѣтки но исторін русскаго государственнаго устройства н
уиравленія" и продолжаются,-перемежаясь съ работами по

археологіи, архивовѣдѣнію и а р х о о г р а ф і и д о нослѣдняго
времени, а именно до 1910 г., когда имъ была издана бровпора 0—государственныхъ цвѣтахъ дрепнсй Россіи", т.-е.
обнимаютъ собою болѣе 40 лѣтъ. Первымъ обширнымъ трудомъ являотся, впрочемъ, его магистерская диссортація: „Древніѳ города Россіи. Историко-юридичссісос изслѣдованіе" (Варвіава, 1873 г.). В ъ этой работѣ авторъ касаотся, во „введеніи". вопроса о совре.менномъ его труду состояніи въ ваукѣисторическихъ вопросовъ о русскихъ городахъ и объясняетъ
нричиііы „разномыслія ученыхі," ио данному вопросу, устанавливая въ то же время, что подразумѣваотся, но его мнѣнію,
иодъ словомъ юродъ въ историческихъ памятникахъ. „Всо
разнообразіс значенія слова городъ въ историчоскихъ памятникахъ", говоритъ Д. Я., „можетъ быть сведено къ двумъ
группамъ: во-первыхъ—значенія прямыя н мѣстныя, во-вторыхъ—значенія ііереносныя или личныя. В ъ первомъ случаѣ
названіе „города" отиоснтся къ опрсдѣленной мѣстности, во
второмъ—къ лидамъ, занимающимъ эту мѣстность, къ горожанамъ, къ городскимъ обывателямъ. В ъ каждой изъ этихъ
групнъ различается нѣсколыш иодраздѣленій. Значенія прямыя
могутъ быть сведены къ четыремъ группамъ: 1) городъ въ
смыслѣ ограды, укрѣпленіл, городскихъ стѣнъ; 2) городь въ
с.чыслѣ укрѣпленной мѣстности вообще и ук.рѣнленнаго пункта
народнаго иосоленія въ частиости; 3) гиродъ въ смыслѣ
торриторіалыіаго дѣленія политичсскаго п адмішистративнаго
характера; 4) городъ въ смыслѣ административнаго н про.мышленнаго дентра. Значепія слова юродъ іюреносныя могутъ
быть сведены къ двумъ группамъ: 1) городъ въ смыслѣ
обіцествсниаго союза, не имѣющаго сословнаго характора, и
2 ) городъ в ъ смыслѣ мѣстной, сословной корпорадіи, юриднческаго лмда, созланнаго правитольствомъ черезъ припиеку
нзвѣстныхъ лидъ къ данному нромышленному центру". Исходя
изъ того положенія, что „историческоо изученіе должно быть
начато съ дрсішсй эпохи", почему „предметомъ исторіи
древне-русскаго города должны быть не исключнтельные донтры

администраціи н не исключитедьиые дентры городской промышленности, съ соотвѣтствующими имъ псреносными, a города
въ смыслѣ укрѣпленныхъ пунктовъ народнаго поселенія",
a также полагая, что „въ этомъ смыслѣ древно-русскіе города
оставались, до новѣйшаго времени, внѣ ученыхъ спедіальныхъ
взслѣдованій, хотя играли первенствуіощую роль въ исторіи
образованія и развитія русскаго государства" (стр. 1—73),
авторъ въ дальнѣйшемъ іізученііі вонроса касается, въ главѣ
шзрвой, количсства городовъ в ъ Россіи до-татарскаго вромени il историческаго зиачедія сохраиившихся городищъ
( С Т р. 74—124). ІІо общему выводу Д. Я. Самоквасова, „сѣверные, западные, южныс и восточные писатели одиногласно
свидѣтелLствуютъ 0 множествѣ городовъ, сущоствовавшихъ
y русскихъ славянъ въ до-татарскоо врсмл" (стр. 93); это
жс подтверждастся, какъ выражаетсл авторъ, „нашими домашними источниками" и, наконедъ, „въ существованіи нѣсколькихь тысячъ городовъ до-татарскаго времени, убѣждаютъ насъ", говоритъ авторъ, „свпдѣтельство веществснпыхъ
иамятниковъ—сохранившіяся юродищаТакъ
какъ „иодъ
юродищпми il городтми" иодразумѣвались отдѣлышми учеными совсршеино различныя понятія, то Дмитрій Яковлсвичъ, привсдя ихъ, подвергаетъ важнѣйшія изъ ішхъ подробномy разбору и Іірнходитъ къ заключеиію, что въ городиідахъ надо признать „остатки городовъ, суіцествовавшихъ в ъ
Россіи до-татарскаго времоші" (стр. 94—9ь), при чомъ разборъ теоріи Ходаковскаго „о городшцахъ, какъ памлтникахъ
імиѳологін", даетъ Дмитрію Яковлевнчу иоіюдъ ііритти къ тому выводу, что, еслн эта теорія н нс можотъ быть принята,
то указаніе ея автора „на огромное количсство этихъ памятниковъ" заслуживаетъ полнаго вниманія (стр. 100—109). „Будучі! того мдѣнія, что только ліічнос зиакомство съ иервичныии источниками даетъ твердость убѣжлеиілмъ въ отношоніп
исторіічсскихъ воиросовъ, I I - жолая проиѣрить нутемъ личнаго
изслѣдоваиія городищ-ь воззрѣпія па эти ігамятникп, высказаиныя въ нашей учоной литературѣ", молодой учеимй

предпринимаетъ два пугошествія но Россіи, одно въ 1871 г.,
a другоѳ въ 1872 г., и эти путешествія надолго иредопредѣляютъ направленіе его послѣдуюпі,ихъ работъ, какъ въ
области археологіи вообще, такъ и въ области исторіи русскаго права въ частности. Нравда, порвоначалъно авторъ
,.не имѣлъ возможности расконать, во всей цѣлости, нп
одного городища", но „пробныл ямы", имъ сдѣланпыя, привели сго къ тому заключенію, что „городища"—„памятники
древнихъ народныхъ поселеній, укрѣпленныя жилища, или
города древнихъ обитателей Россіи" (стр. 109—117), что
иообходимо ирнступить „къ сосіавлоиію обідей географиче•ской карты сохранившихся городитдь" (для осуществленія
чего Дмитрій Яковлош.чъ разослалъ въ 8 иосѣпі,онііыхъ губерній особыя программн), a загЬмъ „ІІ оотановиться на
іюпросѣ, какое количество сохранмвшихся городищъ пред•сгавляегь собою памятвики городовъ, существовавшихъ въ
Россіи до татарскаго нга" (стр. 118 п сл.) '). Послѣдняя
(вторая) глава изслѣдовапія Дмитрія Яковловича ставнтъ на
разрѣшоніо вопрось „о врсмени первоначалыіаго гюявленія
городовъ въ Россіп H о ихъ значснім въ древнѣйшемъ
иеріодѣ русской нсторіи" (стр. 1 2 6 — 1 4 2 ) и даетъ обзоръ
„теоріи историческаго развитія ііародныхъ поселеній въ Россіи, принимаюпі,ей три историческихъ стуиени, въ норядісѣ—
дноръ или хуторъ, село и городъ". Авторъ по соглашаотся
•съ этою тѳоріею и думаетъ, что y насъ „незасолсчшыя
мѣстности, или заоолешіыя не-русскими народами, заселялись
русскимъ народомъ, прн посредствѣ городовт», позже которыхъ возникали села н хутора". ІІринявъ выводъ о засолоніп Руси славянами „ири мосродствѣ городовъ"; можно,
no автору, объясиить дѣлый рядъ фактовъ, остававшихся
необъяснимыми доныдѣ, a именно „прообладаиіо славянскаго

') Какь видію
юродовъ
<о.гр. 163).

иаъ V іюложенія

до-татарскаго

къ

илслѣдоиапію, авторъ,

врешени, ласчіпываетъ

няѣсто 3 5 0

ихъ „нѣсколько

тысячъ"

племсни надъ туземными ііломеиами—финскими, существованіо
множоства городовъ в ъ Россіи нервыхъ Рюриковичей, молчаніе нашей лѣтониси о солахъ до конда X I вѣка и возникновѳиіе зависимыхъ отношоній иригородовъ къ городамъ
отарѣйшимъ, возникшихъ, по слову лѣтониси, „изначала".
Наконсдъ, no автору, „еслн Россія засолялась славянамн при
носродстрѣ городовъ, то о родовомъ бытѣ славянъ въ Роосш
но можстъ быть рѣчи. В ъ самомъ началѣ колонизадіи славянъ въ Россіи должны были образоваться политическіе
союзы, въ осиованід которыхъ ложали не естестденныя связи,
a искусствоннші, не родовыя начала, a общвнно-договорныя,
какія мы видимъ въ позднѣйшео время в ъ городахъ казадкихъ. Этимъ объясвястся, ночему въ древнѣйшихъ изъ дошѳдшихъ до насъ иамлтникахъ гражданскаго быта русскихъ
славлііъ, нѣтъ никакихъ слѣдовъ существованія рода, в ъ
•гомъ значеніи, какоо дридаютъ этому слову новѣйшю иослѣдователи Шлецера, Карамзина и Эверса" (стр. 1 4 3 — 1 6 5 ) 1 ) .
III.
Оригиналыюсть основного взгляда молодого автора на
іородища и на хараютрь
разселенгя русскаго иарода, ,.при
носрѳдствѣ городовь", съ одиой стороиы, весьма отрицательное отношвніо его ісъ работамъ своихъ продшествонншгов ь
110 исторіи городовъ, съ другой 3 ), не могли но обратпть вни1) Къ изслѣдованію Д.
жены: указатель

Я.

Самоквасова

сохранившнхся

о древнихъ

городищъ в г

городахъ

Черниговской

карта городиіцг той же губерніи.
2) Приведл рядъ мнѣпій ученыхъ о городахъ,

авторъ

придо-

губериш

говорвтъ:

и

„вогь

какъ запутанно разрѣшены въ совреиен.юй ученой лвтѳратурѣ элемонтарнѣйшіе воироси исторіи русскаго города. T o же безконечное
между учеными

вядимъ

ыы и огносителыю

разногласіе

другихъ вопросовъ: политиче-

свой систомы древие-русскихч. городовъ, ихъ устройства,
става городсісого иаселенія и т. д.„ (стр. 21);

уиравленія, со-

затѣяъ, „изучая

всторико-

юридцческіе труды ігашихъ ученыхъ", авторъ иришелъ къ убѣжденш,
„значительнѣйшая часть встрѣчающвхсл въ нихъ недоразумѣній,

что

противо-

манія ученой критики. Какъ бы предвидя возможность оснариванія своихъ выводовъ, Дмитрій Яковлевичъ още до напечатанія своего изслѣдованія, сдѣлалъ о немъ доклады въ
ІІетербургскомь Географическомъ и Московскомъ Архсологическомъ Общестнахъ. Самъ авторъ говоригь объ этомъ слѣдующее: „въ 1872 г. я читалъ запиеку въ Петербургскомъ
Географическомъ и Московскомъ Археологическомъ Общсствахъ о количествѣ городовъ въ Россін до-татарскаго вромени, в ъ которомъ, изложивъ факты, доказывающіе, что въ
Россіи до-татарскаго времони существовало нѣсколько тысячъ городовъ, въ смыслѣ укрѣолониыхъ цеитровъ иародныхъ селидьбъ, высказалъ воззрѣніе на городища, какъ на
остатки такихъ городовъ. Изъ присутотвовавшпхъ въ засѣданілхъ ученыхъ въ пользу моего воззрѣнія на городища высказался толысо графъ Уваровъ; г.г. Погодинъ, Срезновскій,.
Бычковъ, Калачовъ и Саваитовъ (замѣти.мъ кстати; ученые,
не занимавшіеся спеціалыю изслѣдованіомъ городовъ въ натурѣ) говорили противъ ного, мотивируя овои воззрѣнія основаніями, приводенными въ токстѣ" '). Такое отрицательное
отнощеніс ученыхъ къ осиовнымъ выводамъ молодого автора
не смутило его, однако, и онъ не только вскорѣ обнародорѣчій, оомнительныхъ выводовъ,

заблужденій. являлась wo столько вслѣд-

ствіе недостатка ясточивковъ къ изученію древняго быта иародовъ, сколько всіѣдствіе невѣрнаго пониманіл сввдѣтельствъ имѣющихся нсточниковъ,
вслѣдствіе

трудности

отрѣшитьоя

отъ

совреыенныхъ

авторамъ

вленій и усвоить понятія древиихъ народовъ 1 ' (стр. 2 3 и сл.).
и другіе, взгляды Д . Я . на мнѣиія учеиыхъ

о городахъ

предста-

Ути,

вызвалн

какъ

справед-

ливое замѣчаніе 0 . И. Леонтовнча, что „авторъ сляшкомъ рѣзко отаывает* с я о трудахъ своихъ предшеотвенниковъ. Е д в а ли справедливо поголовное
осужденіе ихъ работъ, будто бы отличающихся лвшь противорѣчіяыи, неустойчивостью

и иутаивцею

ПОІІЯТІЙ.

ІІО

большей

частв,

исторвкв

въ

своихъ выводахъ и з а о ю ч е н і я х ъ , основываются здѣсь ira ф а к т а х ъ , точно
и въ большинствѣ вѣрно п о н я т ы х ѵ . Сборникъ

государственныхъ

зианій,

т. Il (C.-1L, 1 8 7 5 г . , стр. 37 в сл.).
і ) Д. Я. Самоквасовъ,, Нсторія

русскаго

1 8 7 8 г.), иримѣчанія аъ 3-ей главѣ, стр. 6 5 .

права",

т. I, В .

I (Варшава,

валъ ихъ, но и эноргично защищалъ затѣмъ въ отвѣтахъ своихъ на многочисленныя роцензіи о „Древнихъ городахъ Poocm" *). Отдавая дань стойкости автора въ отстаиваніи своихъ
ученыхъ мнѣній, коснемся кратко нѣкогорыхъ изъ этихъ роцѳнзій, поскольку на нихъ отвѣтилъ самъ Дмитрій Яковловичъ. Наиболѣе обширною и обстоятольною была рѳцонзія
Ѳ. И. Леонтовича 2 ). В ъ этой роцонзіи, Ѳ. И. Лѳонтовичъ
ставитъ, между прочимъ, Дмитрію Яковловичу въ упрекъ, что
онъ напрасно изобрѣтаетъ такія нроизвольныя понятія, какъ
„городъ — провинція", „городъ — волость — зомля—государство", „городъ—пригородъ—уѣздъ - провинціи" и пр. Всеэто
только вводитъ путаниду въ простыя научныя нонятія, нисколько но объясняя самой сущности дѣла". Упрекаетъ автора
рѳцонзентъ н въ слишкомъ рѣзкомъ отзывѣ о трудахъ его
предшественниковъ. На первоо, авторъ изслѣдованія о городахъ возражаѳтъ: „я ne изобрѣталь произвольныхъ понятій
города—земли, города—нровинціи и пр., a доказывалъ только, что въ иеточникахъ слопо городъ имѣотъ смыслъ сказанннхъ понятій". Находя, что авторъ редѳнзіи то пропускаетъ доказательства, приводимыя въ изслѣдованіи „Древніс
города Россіи", то ихъ искажаетъ, или продписываетъ изслѣдователю такіл гипотезы, какихъ въ немт» нѣтъ (по воиросу о городахъ Московокаго періода и др.)> Дмитрій Яковлевнчъ заключаетъ свой отвѣтъ 0 . И. Леонтовичу такимъ
характернымъ залвленіемъ: „Критика Леонтовича не указываетъ на дѣйствительныя ошибки въ моемъ сочиненіи; оя

аргументаціи я ne могу устутть

ни одіто

юшги« :і ). Намъ это заявленіе прсдставляется

положенія моеы
слишкомъ ка-

1) Оводъ указаній на нѣкоторыл и»ъ рецензій см. въ „Систематическомъ '
указателѣ русской литературы ио гражданскому ираву"

скаго (C116.,

А. Ф. Ііоворѵн-

1904 г.). изд. 2, стр. 159 и сл.

2) Сборникъ государствсиныхъ знаній, т. II, стр. 3 5 — 9 1 .
і ) Сбори. Госуд. знаній, т. Ш , стр. 2 4 и сл.; также отвѣтъ Ѳ. И. Леонтовича, стр. 29 "и сл.; срав.

нри этомъ

подробное возраженіе Д. Я . Оа-

моквасова 0 . И. Дсонтовичу въ „Журналѣ Мвн. Народ. иросвѣщ.", 1877 г.,
апр., отд. I I , стр. 250—30G.

тегоричнымъ. Авторъ, несомнѣнно. могъ нс уступать въ
основномъ своемъ опредѣлоніи понятія городища, но онъ должент> бы быль признать, что вовсо но всѣ ого опредѣлвнія
понятія города опрандываются ^источниками, какъ и согласитьоя съ тѣмъ, что его отзывы о работахъ своихъ предшественниковъ по исторіи городовъ должны быть смягчены, что
ииъ частію и дѣлается позднѣо, при чемъ нѣкоторыя положенія ихъ о городахъ прииимаются самимъ Д—мъ Я—чемъ
(напр., положеніо Ходаковскаго о городахъ, какъ о мѣстахъ
свягденныхъ, имь ігринимаётся потомъ, хотя и съ нѣкоторыми
оговорками
В ъ частности, положонія Ходаковскаго приндмаются также И. Е. Вабѣлинымъ, который при этомъ находмлъ до послѣдняго вромени, что „заслугиХодаковскаго были
умалоны (Д. Я. Самоквасовымъ) до послѣднѳй крайности. Однако, новая система (т.-е. систома Д. Я.) выдержала еіце меньшо критику, чѣмъ система Ходаковскаго. Она вполнѣ опровергнута г. Леонтовичемъ". Нѣсколькими строкамн раньпго,
И. Е. Забѣлинъ замѣчаетъ, что, „въ послѣднее время, взамѣнъ
снстемы Ходаковскаго, явилась попытка доказать, что существующіе нѣсколько тысячъ городковъ остаются памятниками
доюворно-общитшго быта руссвихъ славянъ, вполнѣ онровергаюіцими теорію родоваго быта, что это суть укрѣпленныя
мѣста народныхъ поселеній, учрежденія общественныя, посредствомъ которыхъ н изъ которыхъ распространилось вообще
заселеніе русской страны" 2 ). На это Д. Я. отвѣчалъ такими
строками: „во-первыхъ, каждый читатель можстъ самъ убѣ1) Б ъ своей „Исторіи русскаго права", вышедшей въ 1878 г., Д. Я. Самоавасовъ, оставаясь при мнѣнін, чго городища—остатки древнихъ городовъ и пр.,

говоритъ,

что

„этотъ

выводъ

найти въ массѣ сохранившихсл городищъ
уіфѣпленій,

а,

можеть

быть,

не

исключаетъ

остатки древішхъ

и языческѵхъ капищъ"

(стр.

возможности
времснныхъ
190;

срав.

„Древиіе города", стрі 101).
2)

И. Е. Забгълинъ.

„Исторія русской

жизни" (М., 1876 г.), стр. 5 5 1 ;

то же повторяется авторомъ и во второыч>, нсправ.іенномъ и доиолнешіомъ,
изданіи (М., 1 9 0 9 г.), стр. 594 и сл.

днтЬся, что я никогда и нигдѣ не доказывалъ договорно-общиинаго быта русскихъ славянъ и нс умалялъ заслугъ Ходаковскаго. Во вторыхъ, самъ авторъ въ новѣйшемъ своемъ
сочииеніи въ основаніе своихъ воззрѣній на значеніе древнеславянскаго города положилъ выводъ моихъ изслѣдованій:
„городокъ, въ сущности, былъ военною защитою, ноэтому въ
немъ первое мѣсто должно принадлежать людямъ боевого п с ш г ,
т.-е. повторяетъ то самое, что я старался доказать моими изслѣдованіями и что противорѣчитъ тому воззрѣнію надревніе
горолки, которые авторъ высказалъ въ прежнихъ своихъ
сочиненіяхъ, подъ вліяніемъ теоріи Ходаковскаго" 1)* Намъ
кажется, что Д. Я . былъ правъ постольку, поскольку дѣло
ніло объ опродѣленіи понятія городка y И. Е . Забѣлина, но
въ остальномъ, несомнѣнио, указанный авторл» какъ былъ,
такъ и остался до конца привсрженцемъ теоріи Ходаковскаго,
т. е., иначе говоря, ничего не взялъ y Д. Я. В ъ свою очередь, И: Е . Забѣлинъ былъ ітравъ, говоря, что Д. Я. сдѣлана попытка доказать, что существующіе нѣсколько тысячъ
городковъ остаюгся памятнпками договорно-общиннаго быта
русскихъ славянъ, какъ это съ ясностыо видно изъ X I положенія, приложеннаго къ изслѣдованію о „Древнихъ городахъ Россіи" (стр. 164 и сл.).
Остановимся еще на одно.чъ разборѣ указаннаго изслѣдованія о древнихъ городахъ, a именно на разборѣ M. М.
Ковалевскаго, такъ какъ въ этомъ разборѣ авторъ касается,
между ирочимъ, другого
важнаго вопроса, поставленнаго
д . Я. въ его сочиненіи о древнихъ городахъ, a именно вопроса о порядкѣ заселеиія
русскимъ народомъ земель „при
лосредсгвѣ городовъ". Авторъ разбора начинаетъ съ указанія на важность иривлечснія архсологическаго матеріала къ
изученію древнѣйшей исторіи учрежденій, что именно и было
сдѣлано Д. Я. „Изслѣдователь ранняго періода въ исторіи
I)

Д. Я. Самоквасовъ

„Исторія

стр. 6 7 , примѣч. жъ 3-ей главѣ.

р.

права",

т. I, в.

I

(В.,

1678

г.),

учрежденій не имѣетъ права игнорировать нітолнѣ още
восьма скудный, правда, матеріалъ, добытый археологическимн раскопками no воігросу о раннихт» формахъ общественной жизнн. Я не могу отнсстись иначе, какъ съ нолнымъ сочувсгвіемъ къ дѣлаемой г. Самоквасовымъ попыткѣ
пополнить путомъ раскопки кургановъ отрывочныя и ненолныя свѣдѣнія напгихъ лѣтописсй о характерѣ дрешіѣйшихъ
поселеній, съ тою, однако, лишь оговортсою, еели нсключительное увлеченіе архоологическими соображеніями не будетъ
мѣшать сму въ будущемъ, какъ это, къ сожалѣнію, имѣло
мѣсто до сихъ поръ, обращаться и ici» другимъ методологи•ческнмъ пріемамъ".... Апторъ находитъ вообще опаснымъ одностороннес увлеченіе гпріемами археологіи", проявившееся в ъ
послѣднее времл въ русской исторической науісѣ и въ частности, въ подтвсржденіе своей мысли, останавлнваясь на
„Древнихъ городахъ Россіи" Дмитрія Яковлевича, говоритъ
слѣдуюідое: „прншедши нутемъ самостоятельной раскопки
кургановъ къ констатиропанію факта существованіл въ древнѳй Руси огромнаго множеетва городигцъ, ироф. Самоквасовъ счелъ себя въ правѣ заключить отсюда о нреобладанін
y насъ въ древній періодъ нашей жизни числа городовъ
надъ числомъ селъ н даже о возннкновеніи послѣднихъ путемъ разновременнаго выселенія части городского населенія
внѣ предѣловъ городской черты. Безъ предвзятаго нгнорированія результатовъ, полученныхъ благодаря приложенію
историко-сравнительнаго метода, г. Самоквасовъ никогда бы
не могъ притти къ такому странному заключевію. Интересъ
добытыхъ его личными изысканіями выводовъ нисколько ие
уменьшился отъ сопоставленія послѣднихъ съ историческими
свидѣтельствами хотя-бы, напр., Юлія Цезаря объ укрѣпленныхъ лагоряхъ y Кельтовъ. Только вмѣсто того, чтобы притти къ построенію фантастическаго положенія объ образованін
селъ изъ городовъ, г. Самоквасовъ пришелъ бы къ констатированію и в ъ бытовыхъ условіяхъ славянъ, при рѣшитель«омъ преобладаніи, господствѣ, какъ и на Занадѣ, сельскаго

бита надъ городскимъ, обычая укрѣплять нѣкоторыя выгодно
расположенныя въ географическомъ отношеніи мѣстностн и
иекать в ь нихъ убѣжища на случай возможныхъ набѣговъ
еосѣднихъ племѳнъ" ' ) . Д. Я., отвѣчая M. М. Ковалевскому,
говоритъ, что „совокупность доказательствъ", нмъ приводимыхъ, „приводитъ" къ убѣжденію, что городища представляютъ собою мѣста, на которыхъ въ древностл стояли города въ дрсвнемъ смыслѣ, т.-о. укрѣпленныя сслидьбы. Выводъ этотъ возбудилъ сомнѣніе только потому, что городнща встрѣчаются слишкомъ часто, a размѣры ихъ малы; но
это множество городищъ и эта величина ихъ вполнѣ соотвѣтствуетъ собраннымъ (авторомъ) фактамъ о количествѣ и
воличинѣ укрѣвлѳнныхъ селидьбъ-городовъ древнѣйшой Россіи". Что касаѳтся провѣрки вывода автора „путемъ сравнительиаго изучснія историческихъ явленій", то Д. Я. „ничего
противъ этого не имѣотъ", но только находитъ, что „такая
провѣрка должва опираться не на единичномъ фактѣ, какомъ-ннбудь извѣстіи Юлія Цезаря или другого писателя,
нроизвольно понятомъ, a на массѣ несомнѣнныхъ историческихъ фактовъ, позволяющихъ сдѣлать научноо обобщеніе и .
Д. Я. указываетъ затѣмъ, что „всѣ народы такъ называемаго
сидячаго и первобытнаго осѣдлаго земледѣльческаго состоянія, живущіѳ автономически, неподчиненные народамъ высшихъ расъ, жили и живутъ въ укрѣплснныхъ селидьбахъ.
подобныхъ русски.чъ городамъ н городкамъ эпохи призвавія
Рюрика" -).
Черезъ три года иослѣ своихъ столь нашумѣвшихъ , ; Древнихъ городовъ" Д. Я. издалъ въ евѣтъ „Сборникъ обычнаго права сибирскихъ инородцевъ" (Варшава, 1876 г.).
Исторія этого „Сборника", разсказанная Д. Я. самимъ, въ
нсмногихъ словахъ такова. В ъ 1874 г. Юридичоскій факультетъ Варшавскаго Университѳта поручилъ Д. Я-чу
') Юридич. Вѣстн., 1878 г., № 1, стр. 22 и сл.
Исторія русскаго праиа, т. I, в. I (Варш., 1878 г.), стр. 253.

дать заключеніе о звачсніи для науки рукописей, которня
хотѣла пріобрѣсти отъ сонатора Губѳ библіотока Университета. ІІо разсмотрѣніи рукописой, оказалось, что онѣ представляютъ собою сборникъ обычнаго ирава сибирскихъ инородцевъ, составленный въ двадцатыхъ гоаахъ X I X столѣтія,
по распоряженію правительства, подъ надзоромъ ген.-губернатора Сибири и спеціальной комиссіи, самими инородцами,
на собственныхъ ихъ языкахъ. Свои иоказанія инородцы
обязаны были утверждать собственноручными подписями или
ириложеніемъ печатей и фамильныхъ зпаковъ. Сборники этн
порсшли потомъ къ Сперанскому, при чемъ предполагалось,—
прн составленіи во II отдѣленіи Собственной Его Величества
Канделяріи Свода мѣстныхъ законовъ и обычаевъ имперіи,—
пздать такжо и Сводъ для сибирскихъ инородцевъ. Сенаторъ
Губо сдѣлалъ съ сборника обычнаго іграва послѣднихъ копіи,
ігредполагая ихъ наігсчатать, если сборникъ не будетъ обнародованъ правитольствомъ. Такъ какъ этотъ сборникъ не былъ
обнародованъ, то Губе хотѣлъ затѣ.мъ ириступить къ издалію ихъ, ітродварительно свѣривъ ихъ съ ігодлинникамн. Но
ихъ нигдѣ но оказалось, и коніи, сохраненныя сенаторомъ
Губо, являлись ихъ единственнымъ воспроизведсніемъ. Д. Я.
сираведливо напюлъ, что онѣ ігредставляютъ большой интересъ для нознанія инородческаго іграва н ихъ напочаталъ,
снабдивь предисловіемъ, въ которомъ указалъ вообщо на
значеніе обычнаго права при изученіи древняго права, a въ
частности—отмѣтилъ, въ какихъ доиолненіяхъ нуждаотся издаваемый имъ, по коиіямъ Губе, сборникъ. Позднѣе, въ курсахъ но исторін русскаго права, Д. Я. но разъ обращался къ
обычному праву для разъясненія древнѣйшихъ юридичоскихъ
нормъ н такимъ образомъ вводилъ, наряду съ обширными
архоологическими даннымн, еще новый матеріалъ для нознація нервоначальныхъ стадій нраворазвитія. Правда, этотъ маторіалъ вводился имъ не въ такомъ обиліи, какъ любимыя
нмъ дашіыя, добытыя путомъ раскопокъ, но во всякомъ слу
чаѣ сознаніѳ важности этого матеріала,—какъ это видно, между

прочимъ, il нзъ ігредмсловіл къ вышеуказанному Сборнику,—
y него было, и онъ иногда иользовался этимъ матеріаломъ.
-Изданный „Сборникъ" также вызвалъ рядъ рецензій, отмѣтиошихъ важность его содержанія ').
Черезъ 2 года, послѣ „Сборі.ика обычнаго нрава", Д. Я.
напочаталъ и гащитилъ, какъ докторскую диссертацію, въ
Варшавскомъ Университеіѣ свое сочиненіе подъ заглавіемъ—
„ Исторія русскаго ирава. T. I—Начала политическаго быта
дреішерусскихъ славянъ. Віліускъ I. Лнтература. Источники.
Мегоды ученой разработісн нсточниковъ" (Варшава 1878 г.).
В ъ сочинсніи этомъ авгоръ изложнлъ литературныя воззрѣнія ію вопросу о началахъ нолитическаго быта русскихъ славянъ въ эпоху ігризванія Рюрика, коснувшись мнѣній ученыхъ нашнхъ, начиная съ В. Н. Татищева и кончая соврсменными изслѣдователями вонроса (гл. I), нолвсргъ затѣмъ
критическому анализу важнѣйшія теоріи (гл. IJ) и, наконедъ,
сдѣлалъ обзоръ „лсточниковъ іюзнапія началъ нолитііческаго
быта русскихъ славянъ въ эиоху нризванія Рюрика и методовъ ихъ ученой разработки" (гл. LU). Источниками этого
познанія, авторъ,—какъ и слѣдовало ожидать, судл но указаннымъ нами двумъ нервымъ его ученьімл, трудамъ—считаетъ,
кромѣ лѣтошіси, всідоственные намятники, обычное нраво и
другія извѣстія о иозднѣйшихъ юридическихъ воззрѣніяхъ
русскаго народа, въ конхъ сохраняются указанія на обычаи

1) Указанія на нихъ см. въ „Снстемат. указате^Ь русской лвтературы
по гражд. праву" (С.-П., 1 8 8 6 г.), стр. £6. Отыѣтимъ также, что Д. Я .
принадлежитъ еще нѣсколько статей объ обычноиъ правѣ. Т а к о в а етатья
„о семейной общинѣ въ Курской губерніи", гдѣ онисывается строй большой семьи изъ 42 человѣкъ, управллеыой выборьымъ „большакомг" (Записки Р у с с . Геогр. Общ. по отдѣлу этнографіи, C.-D., 1878 г. JV» 48), a
также статья о „нростѣйшихъ формахъ общсственныхъ отношеній", гдѣ
разсматриваются общественныя и семейныя отиошенія камчадаловг, коряковъ и чукчей; она была доложена на Архео;огическоыъ VI съѣздѣ въ
Одессѣ ( В . И. Якушкинъ „Обычное н р а ю " , Ярославль, 1896 г., выпускъ
П, стр. 412).

тлубокой дрсвности (стр. 215 II сл.). Нивостыо можно счнтать нѣкоторую попытку автора привлочь къ изученію началъ древнеславянскаго нолитическаго быта ,,выводы сравнительнаго изученія историческихъ намятііиковъ различныхъ
народовъ и полнтшсо-юридическихъ отношеній, сущсствующихъ y соврсменныхъ намъ народовъ, стоящнхъ на различныхъ стуненяхъ цивилизаціи" (гл- Ш, отд. IV, стр. 23!» и сл.).
Интерссно также, что авторъ,—говоря объ остаткахъ дрсвнихъ жилищъ и могилъ, какъ самыхъ иервоначалі>ныхъ иещественныхъ памятникахъ,—не разъ снова встунаетъ въ нолемику но вопросу о городищахъ, частію приводмвшуюся нами
уже выше, и входитъ въ разъясненіо многихъ вонросивъ, воз•бужденныхъ въ его изслѣдованіи о древшіхъ городахъ, такъ
что для иолнаго лредставленія о его теорін городнщъ, иорядкѣ разселеніл и ир. необходимо имѣть въ виду обѣ его
диссертадіи (стр. 282 и сл.).
IV.
Изслѣдованіе о „Началахъ іюлитнческаго быта древне-рус«кихъ славянъ", нами выше указанное, вызвало таіше нѣсколько рецензій со стороны историковъ права (сводъ ихъ
см. въ „Систем. указателѣ р. лит. по грашд. праву"—Поворинскаго). Двѣ нзъ этихъ рецензій, принадлсжащія перу И. И.
Дитятина и M. М. Ковалевскаго, относятся совершенно отридатольно къ новому труду Д. Я.
Co свойствснной нашсму
1) Т а к ъ , И. II. Дитятинъ категорически

утверждаегъ, что „книга эта —

« ѳ ученый самостоятельный трудъ, a просто немудрая компиляція"... ( в К р в тическое Обозрѣніе", 1 8 7 9 г., № 8, стр. 10 и сл.); что же касается M. М .
Ковалевскаго, то послѣдній говоритъ, въ заключеніе своего обширнаго р а з б о р а вышеозначеннаго

труда,

слѣдующее: „итакъ, въ концѣ, и по воиросу

ю городахъ въ древней Руси, г. Самоквасовъ

не сказалъ ничего

новаго,

несмотря на «зученіе ииъ 7 2 0 0 городищъ. Если городами были укрѣпленныя селенія, то объ обычаѣ первобытныхъ племенъ седиться въ укрѣпленных-ь, природою вли исвусствомч., ыѣстахъ иы знаемъ до него. Если же, наяротивъ, города отличаются оть деревень чѣмъ-нибудь инымъ, кромѣ суще-

2*

автору горячностью, онъ оченг, рѣзко отвѣчалъ на указанныя
двѣ рецензіи статьею подъ заглавіемъ „Новѣйшіе прісмы научной критики" (Жур. М. Нар. ІГросв., 1880 г., мартъ, стр. 1 6 0 171, отд. II). Между прочимъ, на утворжденіе И. И. Дитятина
что трудъ нашего автора-„просто немудреная комігиляція«,
Д. Я. указываетъ, что „въ литературѣ не существуетъ ни
одного сочиненія, соотвѣтствующаго содержанію его книги
посвящешюй критическому обзору литературныхъ воззрѣШй, источниковъ нашихъ знаній и методовъ ихъ разработки
но вонросу 0 началахъ соціалыіаго быта русскихъ славянъ
до времени призванія Рюрика". „Слѣдовательно", говоритъ
онъ, „можно доказывать невѣрность моихъ классификадій и
несостоятольность выводовъ, но невозможно отказать моѳй
книгѣ въ значеніи работы совершенно самостолтельной"
(стр. 161). По отношенію же къ той и другой рецонзіи вмѣcrfc, Д. Я. утверждалъ слѣдующес: „въ сущности, между нами
нѣтъ ученаго сігора: читатель, конечно. замѣтилъ, что возраженія моихъ роцензентовъ основаны не на добросовѣстномъ
пзученіи научнаго матеріала и ne на желаніи объектшшаго
познанія научной истины, a mi искаженги нодлинника критикуемаго сочиненія и на нодтасовкѣ фактовъ, взятыхъ въ большмнствѣ случаевъ изъ того же сочиненія" (стр. 170 и сл.).
Намч, кажется, что,—говоря словами самого Д. Я.—„читатель замѣтилъ", кромѣ того, что, если рсцензенты были"одноеторонші, когда не нашли ничего иоложительнаго въ трудахъ
разбираемаго ими автора, съ чѣмъ нельзя вполнѣ согласиться,
каісъ мы отмѣтимъ это ішже, то едва ли возможно сташіть ихъ
суровость въ связь „съ искажоніями ігодлинника". ,.съ под-

с т в о в а ш я кругомъ и х ъ заборовъ, то г . Самоквасову н е у д а ю с ы ш указать
н а м ъ

'въ

ч е м ъ

заключается это различіе, і.и нривести иасъ къ огшедѣле..номѵ

з а к л ю ч е н і ю н а с ч е п , то.-о, возвиои-ли, ка.п. о..ъ дуыаетъ, села изъ городовъ, нли,

какъ м ы продолжаемъ утверждать (ла осиованін

м а н с к и х ч . и французскихъ
Ьв

всторнковъ

о іюродахъ

ла

Р ° п ы ) > наоборотъ—города изъ селъ1- (ibidem, стр.

рцботъ

гер-

протлжеліи воей
26;

ср

стр

15

тасовкою фактовъ" и пр. Объектнвный споръ о научныхъ
выводахъ является совершснно новозможнымъ нри такомі»
отношеніи вступившихъ въ иолемиісу сторонъ.
Если мы, однако, отъ этой нерѣдко страстной, а иногда и далеко не бѳзпристрастной, полемики, отойдемъ на одинъ или на
два десятка лѣтъ и попытаемся, хотя кратко, резюмировать, что
признается нынѣ изъ многолѣтнихъ работъ Дмитрія Яковлевича болѣе или менѣе безспорнымъ, то мы можемъ констатпровать, что основной выводъ его о значеніи іородиіцъ считается принятымъ. Такъ, въ 1892 г. Д. Н. Анучинъ писалъ
слѣдующее: „теорія Самоквасова была встрѣчена сначала
возраженіями... но потомъ съ нею примирились, а Пичъ позпакомилъ съ нею западныхъ ученыхъ, подтвердивъ ее, съ
своей стороны, данными и наблюденіями изъ западно-евроиейскихъ странъ". По отношенію къ числу городищъ, тотъ же
авторъ указывастъ, что Д. Я. „допускаетъ для Россіи до 5
т. городищъ" и отмѣчаетъ, что „это число, можетъ быть, не
преувеличено". Конечно, опредѣленіе понятія юродшца, основанное y Д. Н. Анучина на сравіштельномъ изученіи, гораздо
шире, чѣмъ y Д. Я. Самоквасова („городищами называются",
говоритъ Д. Н. Анучинъ, „въ Россіи и въ другихъ славянскихі. странахъ мѣста бывшпхъ городовъ, укрѣпленій, замковъ, евятилищъ, обозиаченныхъ окружающими или защищающими ихъ валами и рвами"), но оно, во всякомъ случаѣ,
если и вноси'1'ъ поправки въ опредѣлоиіе Д. Я., то основывастся, между ггрочимъ, на признаніи его трудовъ по раскопкамъ городищъ и пр. ] ). ІІризианіе выводовъ Д. Я. Самоквасова
какъ относитслыю опредѣленія общагозначенія городищъ, такъ
и по вогіросу о плсменныхъ княженіяхъ находимъ и y историкаюриста H. II Загоскина. В ъ изданномъ имъ въ 1899 г.
сочнненім „Исторія права русскаго народа",—наряду съ суровою критнкою университетскаго курса „Исторіи русекаго
9

См. обширную статью Д. Н. Анучина „Городиіца" въ ..Энциклопеди-

ческомъ словарѣ" Брокгауза—Эфрона, т. I X (17), С.-ІІ., 1802, стр. 305 и сл.
Другой археологъ, а имеішо

В . А. Городцовъ — говорл

о

доводахъ,

права", выпущеннаго Д. Я . въ 1888 г. в ъ Варшавѣ — Н. П„
Загоскмнъ. касаясь воироса о лѣтопнсныхъ извѣстілхъо первоначальномъ бытѣ приднѣпровскихъ славянъ, говоритъ такъ: .,и вотъ на долю археологіи выігало въ этомъ
воиросѣ рѣшаюгцео слово: раскопки въ районѣ разселенія.
древне-славлнскихъ приднѣітровскихъ шгеменъ, — въ особенности же раскопки Д. Я . Самоквасова в ъ мѣстахъ посоленія
плсмени сѣперянъ,—выяснили сутцсствованіе y напіихъ отдаленныхъ предковъ, егце задолго до призванія варяжскихъ
князей, политическихъ союзовъ съ племенными князьями во
главѣ, городовъ, ремослъ, зомледѣльчоской промишленности,.
классовъ населонія, торговли—словомъ признаковъ уже относительно развитаго иолитическаго общественнаго быта. Мы
уже знаемъ, что проф. Самоквасову принадлежитъ починъ
въ дѣлѣ приложенія данныхъ археологіи къ изученію древнѣйшаго русскаго іграва, и что, въ этомъ смыслѣ, онъ является основатолемъ археологическаго метода въ нашей
наукѣ". H. II. Загоскинъ соглашается со взглядами Д. Я.
Самоквасова на значеніе городищъ, какъ
укрѣшгенныхъ
мѣстъ и признаетъ возможнымъ существованіе y древнихъ

„UO которымъ вознпкновеніе большого числа городовъ объясняется особымн условіями славлнской колонизаціи" — замѣчаета, что ..колонизація
совершалась въ областяхъ, у ж е ранѣе занятыхъ чуждымя п несомпѣнно
вралсдебными плсмеиамг', почему „кагкдое новое поселеніе прежде всего
необходимо было обезиечить отъ враждебныхъ носягательствъ аборигеновъ, что и заставляло вокругъ его сооружать крѣпостныя ограды, т.-е
иридавать поселенію видъ города. В ъ пользу тахого взгляда на ігрвчину
возникновеиія славяно-русскихъ городовъ особенно сильные доводы приВ О Д И Г І І Д. Л. Самохвасовъ. Основываясь
на историческихъ документахъ,
онъ указываетъ, что первоиачалыіая колонизація южно п восточио-руссаихъ окрапнъ, совершавшаяся на виду исторіи, велась не открытыми селами, a городами, около которыхъ и отчасти изъ которыхъ впослѣдствіи,
съ замиреиіемъ враждебішхъ племенъ, возникали села и х у т о р а " (Бытовая
археологія", М . 1910 г., стр. 4 5 9 и ол.). Такимъ образомъ, указанный
ученый всецѣло становится на сторону взглядовъ, высааяашіыхъ Д. Я .
Самоквасовымъ о городищахъ.

славянъ „весьма значителт.наго числа городовъ", но онъ
только думаотъ, что—„поднимая вопросъ о городахъ существовавпіихъ y нашихъ далекихъ нредковъ до эпохи и в ъ
эпоху такъ называемаго призванія князей—мы должны co^
вершенно отрѣшиться отъ совроменнаго намъ понятія города, в ъ смыслѣ корпоративнаго цѳнтра населенія, съ особымъ муниципальнымъ сгроемъ жизни, неприсуіцимъ ногород*
скимъ классамъ населонія, отграиичоннаго отъ послѣднихъ
и самымъ родомъ занятій сго нассльниковъ. Такихъ городовъ долгоо время не буцотъ знать древняя Г у с ь и послѣ
основанія государства"
Намъ кажетсл, что слѣдовало
бы— при разсмотрѣніи вопроса о дрсвнихъ городищахъ, городкахъ и тому подобішхъ мѣстахъ поссленій въ доисторическое время — не только отрѣшиться отъ совроменнаго намъ
понятія городіі, но и отъ самаго нпимтовапія
дровнѣйшихъ
поселеній іородсіми. Какъ бы ученый нн оговаривалъ свос'
словоупотробленіе, что дѣлаетъ неразъ и Д. Я. Самоквасовъ, какъ бы онъ ни рисовалъ ярко противоположности нашего понятія „города" древнѣйшему городу, утверждоніе,
что въ древнѣйшее время Русь была поісрыта тисячами. городовъ вызываогь представленіе о поразіггелыіомъ, позднѣе
исчезнувтемъ, прѳобладаніЧі особаго городскаго уклада жизни
надъ сельскимъ г ). Мсжду тѣмъ древніо города были ничто
иное, какъ укрѣплрнныя, прпродою или людьми, мѣста селидьбы людей. жизнь коихъ ничѣмъ яо отличалась отъ жизни
въ селахъ, дерсвняхъ, весяхъ и т. п., кромѣ только лучиіей
ея заіцищенности отъ враговъ. Городки и городипы, какъ

') 0. П.

Загоскинъ—..ІІсторія

1899 г.), ( т р .

ирава

русскаго народа",

т. I

(Казань,

138.

•-) Если в ь древнѣйшей

Россіи

было нѣсколько тысячъ

городоиъ укрѣ-

пленныхъ, говоритъ Д. Я., то въ настояідее время, на поверхности Россіи,
должио быть видимо нѣсколько тысячъ

остатковъ укрѣпленій, и

дѣйстви-

тельно, нѣсколько тысячъ сохранившихся городищъ должны быть признаны
памятниками

городовъ

древнѣйшей Р о с с і и " . (Древніе города, стр. 163 и сл.).

остатки этихъ укрѣпленйыхъ мѣотъ, являются ничѣмъ инымъ,
какъ показателями осѣдлой земледѣльческой жизни дровнихъ
славянъ. Такъ ихъ и понимаетъ, напр., маститый русскін
историкъ В . С. Иконниковъ, говорящій слѣдующое; „несомнѣнно, что ужо на первыхъ страницахъ лѣтописи мы встрѣчаемся, по крайней мѣрѣ, въ центральной области (поляне,
древляне, вятичи), съ сплошнымъ зѳмледѣльчоскимъ населеиіемъ. Свидѣтельствомъ этой осѣдлой жизни являются также
городки, число которыхъ оказываетсл довольно значительішмъ. Соловьевъ насчитывалъ въ Кіевской области болѣе
40, въ Чорниговской (или Сѣвсрской) 71», въ Перояславской
до 40, a во всей Руси до 400, но вхъ было гораздо больШѲ. Городки эти тянулись по всей славянской областп вгілоть
до Дуная (хотя и не въ такомъ широкомъ смыслѣ, добавляетъ авторъ въ примѣчаніи, какъ донускалъ Д. Самоквасовъ" '). Если мы, повторяемъ, но только отрѣішшся оть
нашихъ продставленій о городѣ, прешдо всого, какъ о носелѳнш, противоположномъ деревнѣ, но и не будомъ называть
городиіцъ и городковъ иначе, какъ остатками укрѣплешшхъ
мѣстъ житѳльства русскихъ славянъ въ доисторическое времл h на зарѣ исторіи, то теорія городищъ, выдвинутая Д. Я .
Самоквасовымъ,
тѣ.чи поправками, которыл ввесены въ
нее критикою явигся вполнѣ пріомлемой. Кажстся, что товда и слова почтенныхъ учоныхъ (какъ, напр., А. Ѳ. Кмстлковскаго), утверждавнгихъ, что „на городища профѳссоръ
Самоквасовъ думалъ смотрѣть, какъ на города въ нашемъ
смыслѣ слова" 2 ), были бы невозможны. Вообще, осли-бъ
Д. Я. совсѣмъ нѳ прилагалъ къ древнѣйіяимъ укрѣпленнымъ
поселеніямъ, остатки коихъ онъ нашелъ въ городпщахъ, нанменованія „городовъ", утвержденіо его о тысячахъ городовъ
до татаръ не звучало бы такъ странно...

Ч Опытъ русской исторіографіи, т. I I , к . I СКіеиь, 1908 г.;, стр
-) Іѵіен. УІІИВ. Извѣстія, 1878 г., № 1, стр. 22 и сл.

171

V.
Мы касались до спхъ главнымъ образомъ трудовъ Д. )!.
по археологіи, въ связи съ исторіою русскаго ирава. Но,
наряду съ курганами, хранящими вещественныо иамятнпкн
древнѣйшаго быта русскихъ славянъ, этими „могилами русской земли", какъ образно называлъ ісурганы Д. Я., y нась
есть также могилы юридичсскихъ памятниковъ нашей старины стародавней, носящія оффиціально наименоваиіо „архнвовъ". Эти могилы ещо болѣе богаты остатками юридичоскихъ дрсвностей, чѣмъ курганы, городмща и прочія хранилища бытовыхъ дрсвностой, но онѣ еіцо меяѣо ихъ изслѣдованы, a нерѣдко и менѣе, чѣмъ вурганы, доступны, по разнымъ причинамъ, для изслѣдованія. Одною изъ самыхъ зваменитыхъ могилъ юридическихъ намятникоіп, являетея, какъ
нзвѣетно, Архивъ Министерства Юстиціи въ Москвѣ. Во
главѣ этого Архива, въ качествѣ Управляющаго, стоялъ
много лѣтъ Д. Я. Самоквасовъ. Хотя раскопки, a равно и
лріпіеденіе въ порлдокъ и описаніе прсдметовъ, найденныхъ
при раскопкахъ, въ связи съ постолнішмъ занятіемъ любимою археологіею, должно было отнимать y Д. Я. много времени il доставлять ему много всячесішхъ хлогготъ, но ноукротимая его энергія и громадная трудооітособность сказалась
и въ томъ, что онъ успѣвалъ работать но только въ области
археологіи и исторіи права, но и въ облаоти архивовѣдѣнія
м археографіи. ІІо отношеиію къ архивовѣдѣнію и архивному дѣлу, ему принадлежитъ рядъ изданій. Такъ, въ 1889 г.
онъ нздалъ свой порвый трудъ въ данной области подъ заглавіемъ „Централизація Государственныхі» Архивовъ Западной Евроны, в ъ связи съ архивной різформою въ Россіи"
(М., 1889 г.). В ъ этомъ трудѣ даѳтся „обозрѣніо архивной
роформы въ 3 . Европѣ", обозрѣніо, явивпіееся результатомъ
заграничной командировки Д. Я., въ качествѣ Уітравляющаго
Архивомъ Министерства Юстиціи, во врсмя которой онъ
осмотрѣлъ 25 государственныхъ архивовъ и репістратуръ

разныхъ овропѳйскихъ городовъ и собралъ многочисленныя
литѳратурныя пособія для всесторонняго ознакомленія съ
заграничной постановкой архивнаго дѣла. Послѣ краткаго
обозрѣнія проектовъ архивной реформы въ Россіи, слѣдуетъ
y автора обозрѣніе происхожденіл и организаціи архивнаго
уігравленія и архивной службы во Франціи, Бѳльгіи, Италіи,
Ватиканѣ и Гѳрманіи, съ указаніомъ сравнительныхъ достоинствъ и недостатковъ архивныхъ учрождсній различныхъ
типовъ.
За этимъ трудомъ послѣдовали въ 1902 г. двѣ книги, посвященныя архивному дгълу въ Россіи, въ которыхъ авторъ
касаотся причинъ „архивнаго нестроенія" y насъ и обрисовывастъ постановку архивнаго дѣла въ прошломъ н настоящемъ, дѣлая въ то жо время рядъ предложеній, на какихъ
основаніяхъ, no мнѣнію Д.Я.,должно бы было покоиться въ
Россіи архивноо дѣло" '). Прсдіголоженія Д. Я. о щштрализаціи y насъ государствѳнныхъ архивовъ были, въ общемъ,
пршшты на архоологическомъ съѣздѣ въ Кіевѣ въ 1899 г.,
но вызвали, однако, какъ в а самомъ съѣздѣ, такъ и въ ли' ) В ъ обозрѣніи „изданій Московскаго А р х и в а

Миішстерства Юстиціи

(до 1 лнваря 1 9 0 9 г ) , содержащемг, между прочимъ,
вѣйшія изданія, сдѣланныя

самимъ

и указаі.ія

Д. Я. Самоквасовымъ,

мы

такое краткое, но точное изложеніе содержанія указаігныхъ книгъ:

ѵое і)гьло вь Россіи. Книга первая.
отрооніе, Д. Я . Самоквасова. M

Совреиениое русское

на

ио-

находимъ

„Архив-

архивное і.е-

1 9 0 2 г. Стр. I — I V , 1 — 1 3 1 , 1—37, in 8«.

Книга посвящена изслѣдованію првчипъ недостатковъ организаціи а р х и в наго дѣла въ Россіи, правигельстввнной архиві.ой
архивястовъ, вслѣдствіе чего обнаруживаются

службы и

маогочисленныя

подготовки
уче-

ныхъ архиввыхъ комиссівхъ, приводящія къ расхвщенію в разрушенію не

Кпига второя. Прошеогиая, ішстоящая и будущая постаиоока архивнаго дѣм вг Россіи, Д. Я. Самоквасова. 31. 1902 г. Сгр. I — I V , 1 — 1 2 5 1 — X X I 1 — 1 8 1
только архиввыхъ фондовъ, но и цѣлыхъ а р х в в о в ъ .

in 80. Книга заключаѳтъ в ъ себѣ обозрѣвіе

исторіи

русскаго архивнаго'
осі.овы буду-

щеи постановки архивваго дѣла въ Россіи, касаясь (въ приложеніи) между
прочпмъ я „царскаго контроля ириказной службы въ X V I I вѣкѣ" при посредствѣ

приказа

Тайвыхъ

Дѣлъ

VI.

„нестрое-

іня , какъ въ праввтельственныхъ архивахъ, такъ и въ губернсЕахъ

закоиодательства и архивнаго дѣла въ Россіи и намѣчаегь

тературѣ номало возраженій 2;« Подверглись разбору и его
книги„— Архивноо дѣло въ Россіи" 3 ). Нс находя возможнымъ
входить здѣсг. въ разсмотрѣніе спедіальныхъ вопросовъ объ
архивахъ и ограничиваясь лишь вышсприведенными указаніями на рецензіи, вызванныя работами Д. Я. въ данной обдасти, ne можемъ, однако, не остановиться на одиой мысли
Д. Я. Указывая, какая масса дрсвнихъ актовъ хранится и
ігь архивахъ и остастся иеизвѣстною „для рѣшенія пужныхъ
вопросовъ", Д. Я. говоритъ: „пора намъ, по примѣру западноевропейскихъ і-осударствъ, хотя бы въ двухл. унпверситегахъ
учредить профессуры архивовѣдѣпія, a прп двухъ архивахъ
древнихъ акговъ—институты архивоведенія для подготовкн
ученыхъ архивистовъ, потому что не можстъ быть фактическаго зпапія и полезнаго университетскаго преподаванія
историко-юриднческихъ доктринъ вт, томъ государствѣ, гдѣ
первоисточники наукп остаются въ неизвѣстности: ne разобрапы, не описапы, ne систематизировапы, ие напечатапы въ
сводныхъ изданіяхъ спсціалистами"... („ІІронехо/кдоніс помѣстпаго права и общпннаго крестьянскаго землевладѣнія Московскаго Государства" (М., 1909 г., стр. G7; срав. „Архивный матеріалъ", вып. I, М., 1904 г., гл. I). Съ этимн мыслями нельзя не согласиться: какъ нельзя ие пожелать, чтобы
указанныя каѳедры были основаны, тагеъ нсльзя не стремиться къ бблыпему, чѣмъ нынѣ, озпакомлснію съ архивными
историко-юридическими источниками нашихъ знаній прошлаго.

(стр. 1 0 3 - 1 2 5 ) . І Ь дополненіи помѣ-

В ъ трудахъ своихъ Д. Я. Самоквасовъ отдалъ въ послѣдніе годы своей жизнн немало тагсже вниманія изцанію архивщены „ЗІатеріалы для русской архивной статистики", яаключающіе въ себѣ
свѣдѣнія объ архивахъ при канцеляріяхі. дѣйствующпхъ учрежденій и представляющіе сводъ результатовъ анкетыМосковскаго АрхеологическагоОбщества". (Изданія ЗІосковскаіо Архива Министерства Юстиціи. ЗІосава 1 9 0 8 г . ) .
2

) См.,

напр.,

статью

Е . С. Шумигорскаго—„Департаментъ

(Исгорич. Вѣстн., 1900 г., февраль).
о) См. ихъ разборъ въ „Историч. В ѣ с т н . " , 1 9 0 3 г., янв.

бумагь".

ныхъ матѳріаловъ. Такъ, въ 1905 г. имъ былъ наігечатанъ I томъ
„Новооткрытыхъ докумонговъ ггомѣстно-вотчинныхъ учрежденій Моековскаго государства Х У - Х У І І столѣтій"; за нимъ въ
1909 г. послѣдовалъ ІІ-ой томъ (оба тома носятъ общоѳ sai s i e „Архивный матѳріалъ" '); приготовлялся къ ігечати и
Ш - й томъ означенныхъ документовъ, но, насколько извѣстно,
остался недоконченнымъ. Какъ видно изъ „ігредисловіл« къ
І-му тому указаннаго изданія, исторія нахожденія этихъдокументовъ была такова: нри осмотрѣ хранвлища документовь
II отдѣленія Архива М. Юстиціи въ 1892 г. архиваріусъ сообщилъ Д. Я., что „наиболѣе древніе помѣстно-вотчинные документы хранятся въ отдѣлѣ книгъ Вотчинной конторы но г.
Новгороду, гдѣ имѣются книги времени царствованія Іоанна
Гр., но эти документы не выдаются для снравокъ и научныхъ
занятій, іготому что онн еще нсразобраны и неоішсаны.
В ъ наігечатанныхъ исторіп Вотчиинаго архива и обозрѣніяхъ его докумонтовъ и описсй но оказалось свѣдѣній о
книгахъ вромени Ивана Грознаго, a равно и но вопросу о
томъ, когда и почему книги Х У І вѣка получили именованіе

документовъ Вотчинной конторы—учрежденія ХУІ1І в ѣ к а " .
Д. Я., иослѣ этого сообщеніл, предпринялъ самъ поросмотръ
кннгъ и столбдовъ по г.г. Новгороду, ІІскову, Торопцу, Воликимъ Лукамъ, a также другихъ архивнихъ отдѣловъ. Пересмотръ показалъ, что „многія группы документовъ и даже
цѣлые архивы учрежденій Московскаго дарства сокрыты подъ
ишибочными названіями, a потому нсизвѣстна археографіи и
историко-юридичсской наукѣ" «), т.-е. являются настояідими
могильниками юрпдическихъ древностей первостепенной важHOCT1J. Тогда Д. Я. приступилъ къ описанію, a затѣмъ и къ
изданію этихъ документовъ. Несомнѣнно, что напечатанныо
два тома „Архивнаго матеріала" представляютъ болыную научпую важность, какъ для исторіи помѣстнаго права, такъ
и для исторіи крестьянъ, такъ какъ норѣдко освѣщаютъ
иначе, чѣмъ извѣстіше въ наукѣ документы, многіе воиросы
помѣстнаго земловладѣнія, юридическаго положовія крестьянъ

кииги, во второмъ отдѣлѣ иомѣщены „Сборники актовъ помѣстнаго права
X V I нѣка", имешіо:

1) Архивиый матер/алг. Новсокрытые докуменшы помгъстно-вотчинпы^ учрефдвній Московскаго государства ХѴ-ХѴІІсталѣтій.-,
А; Я. Самоквасова ( М , 1905 г.), Въ I т о м ѣ и а з в а . ш а і о издаиія.за всгунле-

н.емг, с о д е р ж а щ и м ъ и с т о р і ю „ р а з б о р а и о п и с а ш л п о м ѣ с т н о - в о т ч и н н ы х ъ
а р х и в о в ъ в ъ Х У Ш и X I X с т о л ѣ т і я х ъ , слѣдуютъ г л а в ы , п о с в я щ е . п ш я : 1) о б о зрѣн.ю документовъ Новгородскихъ а р х и в о в ъ э.юхи М о с к о в с к а г о Д а р с т в а
Д в о р ц о а а г о и а р х и в а П о м ѣ с т н а г о с т о л а Н о в г о р о д с к о й с ъ ѣ з ж е й избы'

1)

Жалованныя,

грамоты, восходящія къ 6 0 9 0 году, 2)

отдЪлыіыя, послушиыя
Приказное

в1;ка по отдѣлу помѣстій, выдачѣ ввозныхъ
баіл,. -

В о ІІ-мъ томѣ, нзданноыъ

подъ

грамотъ

1909 г.), въ части І-ой м ы находимъ изслѣдованіо самого Д. Я .
постномъ правѣ древней Россіи

по новооткрытымъ

тѣмъ „документы по исторіи крестьянъ

Московскаго

Я - ч е ы г и было иредпрянято ихъ изданіе.

лешшхъ

подлишшхь

°ВЪ

(ГЛ

-

Х І

~

актовъ, нллюстрирующихъ

Х І П

Ь

текстъ

>

м ѣ

перваго отдѣла

„Крѣ-

документамі.",

a за-

періода", съ толко-

ІІомѣстпаго стола Новгородской съѣзжей избы X V I в ѣ к а " . Эти дохументы

ленныхъ

ВѢК

(Москва,
о

каніями н х ъ , даваемыми нздателемъ; во ІІ-ой части содержатся „довументы

тернстики названныхъ докуыентовъ, съ топки зрѣнія

Ѵ И

ввоэныя

и номѣстнымъ тяж-

тѣмъ же нозваніемь

* '
v . ' . , п р о и с х о ж д е н і ю двсрЦОВЫХЬ ГШСЦОВЫХЬ К.ШГЪ И ПИОЦОВОМѴ
Дѣлу в ъ XVI в ѣ к ѣ ( г л . IV и V), 3) в ы д ѣ л е н і ю н о м ѣ с т н а г о з е м л с в л а д ѣ и і я
и з ъ д в о р ц о в а г о , в ъ силу р а я д а ч и д в о р ц о в ы х ъ з е м е л ь ( г л . VI), 4 ) о б о з р ѣ в і ю
исполнительиаго дѣлопроизводства ІІомѣстнаго стола, касающагося различныхъ в и д о в ъ п о м ѣ с т н ы х ъ о т н о ш е н і й ( г л . VII а VIII), 5) о б о з р ѣ н і ю ф о р м ъ
зеылевладѣнія, уаравлеиія (намѣстникъ и намѣстничесаій кориъ) и финанс о в а г о х о з я и с г в а « ъ Н о в г о р о д с к о й о б л а с т и XV u XVI в ѣ к о в ъ ( г л . IX и
X), Ь ) и р о и с х о ж д е н і ю и с о д е р ж а н і ю с о ш н ы х ъ і ш с ц о в ы х ъ к я и г ь , з е м л я и ы х ъ
сошыхъ с і н с о в ъ и „ е р е ч и е й XV н XVI в ѣ к о в ь и з е м л я н ы х г и „ереполли>ВЪ

и

дѣлопроизводство X V I

иненуются, по замѣчанію Д. Я. Самоквасова, „въ описяхъ X V I I и X V I I I
столѣтій вообще „отказными книгами", a въ частности—.кпигами
ныыв, отписными,

приказными,

сталыіыми, ыежевыми,

отдѣльными,

обыск-

росписныыи, дѣловыми, вер-

мѣрильными, размежевальныыи, отводными,

писдо-

выми, переписными, дозорными, сыскными, отвозными, отдаточпыми, оброчныхя, платежнымв, праведчиковыми, ужвиными, уыовотиыми н одѣночлыыи"
( , Архивный матеріалъ", т. II, стр. 3 и сл.). В ъ цѣляхъ паглядпой
и содержаиія",

a

равно

для

выясненія

I) „Архивный матеріалъ'', т. II, стр. 88.

ихъ

харак-

ихъ „видовъ, формъ

научнаго

значеиія, Д—ыъ

въ X V - X V I в.в. il up. Документы эти дадутъ болыіюй толчокъ къ новымъ изслѣдованіямъ, a выводы, сдѣланные ихъ
издатслсмъ, возбудятъ рядъ возраженій, такъ какъ нѳрѣдко
расходятся съ общепринятыми въ наукѣ. Самъ издатель
„новооткрытыхъ докумонтовъ" полагалъ даже, чтотеиерь „вопросъ о вроменн и условіяхъ происхожденія крѣпостного
права требуетъ научнаго пересмотра" (т. II, стр. 13). He
знаемъ, согласятсл ли съ этимъ мнѣніемъ всѣ историки mimera крѣпостноги права, но что новыс документы, изданные
Д. Я., заслуживаютъ большого вниманія, съ этимъ едва ли
кто будетъ спорить, и въ ихъ изданіи прежде всего лежитъ
заслуга Д. Я. передъ исторіею иашего права по указаннымъ
вонросамъ.
Что каеается общихъ выводовъ автора по отношенію къ
неторіи крестьянъ, то, не входя въ ихъ разборъ, нельзя ихъ
но о-гмѣтить, въ виду того, что онн расходятся съ общепринятыми. Такъ, напр., Д. Я. утперждаетъ, что „въ Россіи крѣностноо право возниісло ирн первыхъ князьяхъ Рюриковпчахъ, объединившихъ подъ евоею завоевательною властію
разрозненныя русскія племенньія княженія и обложившихъ
ітокоренное населеніе русскихъ земледѣльческихъ городскихъ
общинъ отъ сохи и двора въ пользу завосвателей". Авторъ,
очевидио, понимаетъ здѣсь подъ крѣпоетнымъ правомъ нѣчто совершенно иное, чѣмъ русскіо ученые. Д. Я. думаетъ
также, что „госнодствующая въ учебникахъ по русской исторіи и исторін русскаго права тоорія свободы землсвладѣльцевъ въ Россіи X — X V I столѣтій основана на невѣрныхъ
толкованіяхъ отрывочныхъ и темныхъ выраженій источниковъ—жалованныхъ, договорныхъ и духовныхъ княжескпхъ
грамотъ и статьи Судсбниковъ „о христьянскомъ отказѣ".
Сказанныя грамоты воснрещаютъ всѣмъ владѣльцамъ принимать на свои земли крестьянъ тяглыхъ, численныхъ, письменныхъ, вытныхъ, старыхъ, черныхъ, дворцовыхъ, яомѣстныхъ и вотчинныхъ и разрѣшаютъ имъ принимать только
вольныхъ людей, не тяглыхъ—зарубежниковъ н вольноотпу-

щонныхъ; статья же Судебниковъ о крестьянскомъ переходѣ
въ юрьевскій срокъ не давала права всѣмъ крестьянамъ
отказываться отъ своихъ господъ и псреходить по споей
волѣ изъ волости въ волость, изъ ссла въ село, отъ одного
землевладѣльца къ другому. Но новооткрытымъ архивнымъ
документамъ, законъ Судебниковъ о крестьянскомъ отказѣ
дозволялъ въ юрьевскій день вывозъ и выводъ только н о в о
порядныхъ крсстьянъ изъ вольныхъ людей, за плату „отказа
и выхода" владѣльцу и „пошлины" въ казну, т.-е. дозволялъ
отпускать и выкупать ноіюнорядныхъ крестьянъ подоговорнымъ сдѣлкамъ, со внесеніемъ въ казну установлеішой пояілины за удостовѣреніе и укрѣнленіе юридическихъ сдѣл о к ъ " . (Архив. матер., т. II, стр. 88).
Являясь лишь въ послѣдніс годы своей жизнп издателемъ
и изслѣдователемъ важныхъ новыхъ докумонтовъ, извлеченвыхъ нзъ Архива Министерства Юстидіи, Д. Я . почти въ
теченіе дваддати лѣтъ направлялъ дѣлтельность служебнаго
персонала названнаго учрежді нія по описанію его докумеіітовъ. Такъ, уже въ 1892 г. на общихъ совѣщаніяхъ,—организованныхъ Д. Я., въ качествѣ Управляющаго Архивомъ, — съ
иачальниками архивовъ и ихъ помощниками, Д. Я. задумывалъ установить общій планъ дѣятельносги „описатсльнаго
•отдѣленія" Архива
ІІослѣ того, какъ было выяснено, что
„опііси документовъ учрожденій Московскаго дарства, содтавленныя коллежскпми и канцелярскими чиновниками X V I I I
и X I X столѣтій но удовлетворяютъ архивнымъ и научнымъ
потребностямъ, a на нровѣрку и нсправленіе старыхъ описей
потребуотея болѣе труда и вроменн, нежели на составленіе
новыхъ", было рѣшено „прмступить къ составленію новыхъ
описей, начиная съ архивныхъ отдѣловъ, составлявшихъ содержаніе архива Разряднаго приказа, по ішструкціи, выработанной на сказанныхъ совѣщаніяхъ и одобренной Выеочайшѳ
утвержденною спедіальноюкомиссіею 1892 г., по преобразованію

1) Архивный матеріалъ, т. 1, стр. 13 и сл.

дѣятельности цснтральныхъ архивовъ древнихъ актовъ" (ibid ).
° Р И Т Ъ с а м ъ Д. Я . о направлѳніи описательной дѣятельностп Архива, ноуклонно ведшойся съ 1894 г. по опрсіѣленному плану и давшей въ окончательномъ розультатѣ цѣЛЫЙ рядъ томовъ „ Описанія докумонтовъ и бумагъ, хранящихся
въ Московскомъ Архивѣ Министерства Юстидіи« (томы X I В Ъ К 0 Т ° Р Ы Х Ъ описаны нриводенныс въ порядокъ столбцы
р
азряднаго приказа. Работа по эгому описанію требовала
громаднаго напряженія силъ личнаго порсонала Архива, a
равно и большой настойчивости со стороны сго Управляющаго в ъ доведеніи оя до конца, тѣмъ болѣе, что самый
нланъ работъ не всѣми одобрялся и нерѣдко слышались голоса и противъ него. Топерь, когда послѣ 17-ти лѣтъ упорнои и тяжелой работы по описанію столбдовъ Разряда, розультаты работы y в с ѣ х ъ передъ глазами, со всѣми пхъ достоинствами и иедостатішш, должно будстъ наступить и
время для ихъ безпристрастной оцѣніш •). Но, какъ бы нн
судить объ этой работѣ, неизмѣнность еяплана въ значительной мѣрѣ обусловливалась взглядами самого Дмитрія Яковлевича на оя общую цѣлесообразность; признавъ эту дѣлссообразность, онъ ужо настойчиво добивалоя продолженія раКЪ

Г0В

В ъ предыдущемъ очеркѣ трудовъ Я. Д. Самоквасова, діьг касались кратко лишь работъ сго въ области исторіи русскаго
права и архивовѣдѣнія, предоставляя архоологамъ высказаться
о результатахъ его дѣятольности по изученію вещественныхъ
памятниковъ нашей сѣдой первобытной древности. Должно
при этомъ замѣтить, что именно его работы в ъ области исторіи русскаго права и вызывали наибольшее число роцензій.
Такъ, нс говоря уже о Д р е в н и х ъ городахъ Россіи", рлдъ
Обзоръ этяхъ результатовъ,

исключнтельно съ точки зрѣнія ихъ

стоинствъ, иаходимъ въ книгѣ I i . Я . Н о в о М б е р г с к а г о - я С л о в о и
сударевы", т. I ( М . , 1911 г.), „введеніе". Срав. весьма
іиюру

г.

II.

Шмелева

„Теарія

и

практика

д і л о го-

любоаытную

архивішхъ

до-

описей"

броQL,

1 9 0 0 г.), гдѣ дается рядъ соображеній по даніюму весьма важному вопросу!

рецснзій вызвала и его „Исторія русскаго іграва", появившаяся в ъ Варшавѣ в ъ 2-хъ выпускахъ въ 1 8 7 8 и 1884 г.г.;
вызывалъ возражѳнія и его унивѳрситетскій курсъ, впѳрвые
начатый в ъ 1 8 8 8 г. ') и затѣмъ неоднократно переиздававіпійся и видоизмѣнявшійся въ отдѣльныхъ частяхъ. Кажѳтся,
по крайней мѣрѣ, нѣкоторая часть возражѳній можетъ быть
отнесена на счетъ того „археологическаго метода", ревностнымъ сторонникомъ коего являлся Дмитрій Яковлевичъ,
усердно пытавшійся прилагать сго къ изучѳнію дрѳвнѣйшихъ
юридичесвихъ институтовъ. Но, однако, археологическій методъ, оперирующій поеродствомъ вещественныхь
остатковъ
пѳрвобытной культуры, неприложимъ, говоря вообще, кч.
изученію чисто-абстрактныхъ идей права. Лишь тогда, когда
эти идѳи выражаются къ какихъ-либо символахъ, ихъ матѳ
ріализирующихъ, онѣ могутъ найти ссбѣ нѣкоторое объясненіе в ъ вѳщественныхъ памятникахъ древнѣйшей культурн,
буде послѣдніе, конечно, по своему назначенію, имѣли какоелибо каоательство къ праву. Сч. указанною оговоркою, привлечѳніе археологическихъ данныхъ, добытыхъ при раскопкахъ
и пр., къ изслѣдованію древнѣйшихъ стадій нраворазвитія
(о которыхъ мы мало имѣемъ другнхъ извѣстій), можетъ быть
допускаемо; Дмитрій Яковлевичъ, какъ иниціаторъ по приложенію археологическихъ данныхъ къ изученію названныхъ
стадій, иногда заходилъ, однако,— какъ намъ представляется—
слишкомъ далѳко въ своихъ поныткахъ, чѣмъ и вызывалъ
возраженія, но положительныя стороны его трудовъ, отмѣченныя выше, остаются внѣ сомнѣнія.

1) См., напр., И. II. З а г о с к и и а — , И с т о р і я нрава русскаго н а р о д а " , т.
(Каз., 1 8 9 9 г.), стр. 1 2 4 и сл.,
Д. Я . о происхожденіи славянъ

a

равно

обширную

въ „ Р у с с к о й

рецензію

Мисли"

стр. 8 3 — 3 9 ) ; ср. ibidem, 1 8 8 8 г , ноябрь; указанія на другія
и

Сиотѳматическомъ

указателѣ

ІІоворинскаго (изд. 2 ) .

русской

литер.

по

на

( 1 8 8 4 г.,

теорію
августі.,

рецензіи—въ

гражданскомѵ

праву"