Текст
                    РАЗРЕШЕНИЕ
СОЦИАЛЬНЫХ
КОНФЛИКТОВ


Kurt Lewin Resolving Social Conflicts New York: Harper
Курт Левин Разрешение социальных конфликтов 6) РЕЧЬ Сангг-Петербург 2000
Перевод с английского: И. Ю. Авидон Научный редактор, вступительная статья «Курт Левин: жизнь и судьба»: Н. В. Гришина Курт Левин Л36 Разрешение социальных конфликтоа/Пер. с англ. — СПб.: Издательство «Речь», 2000. — 408 с, ил. ISBN 5-9268-0008-0 Данная работа объединяет теоретические и практические исследования Курта Левина по самым острым социальным проблемам современности — это проблемы культуры и массового сознания, возможность позитивных социальных изменений и межличностные конфликты, влияние перспектив будущего на моральное состояние людей и этнические проблемы, и, может быть, самый главный вопрос общества — как влиять на ценности общества, как сделать современный мир более демократическим. Хотя этим работам более пятидесяти«-лет, они и сегодня могут служить образцом подлинно научного исследования таких проблем, которые кажутся «трудноуловимыми» для изучения и тем более практической работы с ними. © ООО ♦Издательство „Речь"», 2000. © И. Ю. Авидон, перевод, 2000. © Н. В. Гришина, вступительная статья ISBN 5-9268-0008-0 «Курт Левин: жизнь и судьба», 2000.
СОДЕРЖАНИЕ Курт Левин: жизнь и судьба. Н. В. Гришина . . 6 Предисловие. Гертруда В. Левин 100 Часть I. ПРОБЛЕМЫ ТРАНСФОРМАЦИИ КУЛЬТУРЫ 1. Некоторые социально-психологические различия между Соединенными Штатами Америки и Германией 106 2. Реконструкция культуры 148 3. Германия: особый случай 160 4. Модели поведения, понимание и принятие новых ценностей 179 Часть II. КОНФЛИКТЫ В КОНТАКТНЫХ ГРУППАХ 5. Эксперименты в социальном пространстве . . . 198 6. Предпосылки супружеских конфликтов 215 7. Временная перспектива и моральное состояние 239 8. Разрешение затяжного производственного конфликта 269 Часть III. МЕЖГРУППОВЫЕ КОНФЛИКТЫ ^ И ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ К ГРУППЕ 9. Психо-социологические проблемы меньшинств 292 10. Перед лицом опасности 310 11. Воспитание еврейского ребенка 324 12. Ненависть к самим себе в еврейской среде .... 346 13. Действенное исследование и проблемы меньшинств 366 Послесловие. Гений Курта Левина. Г. Оллпорт . 386 Приложение. Библиография работ Курта Левина. А. Марроу 401
КУРТ ЛЕВИН: ЖИЗНЬ И СУДЬБА Вы держите в руках перевод первого издания работ Курта Левина, осуществленного его коллегами после его смерти в 1948 году. Оно объединяет его теоретические и практические исследования по самым острым социальным проблемам современности — это проблемы культуры и массового сознания, возможность позитивных социальных изменений и межличностные конфликты, влияние перспектив будущего на моральное состояние людей и этнические проблемы, и, может быть, самый главный вопрос общества — как влиять на ценности общества, как сделать современный мир более демократическим. Хотя этим работам более пятидесяти лет, они и сегодня могут служить образцом подлинно научного исследования таких проблем, которые кажутся «трудноуловимыми» для изучения и тем более практической работы с ними. Для тех, кто знает и ценит творчество Курта Левина, это издание является долгожданным сооы-
Курт Левин: жизнь и судьба 7 тием, поскольку в течение долгого времени он оставался едва ли не единственным великим психологом, чьи работы были практически не известны или мало известны отечественным психологам. Курт Левин, безусловно, является одной из выдающихся фигур в мировой психологии XX века. Крупный теоретик, тонкий и оригинальный экспериментатор, первооткрыватель области групповой динамики, создатель парадигмы «действенного исследования», человек, на десятилетия определивший развитие психологии, — этим далеко не исчерпывается все многообразие творчества Левина. Он опережал свое время, и лишь сегодня мы в полной мере можем оценить его истинную роль в развитии психологии XX века. Курт Левин не нуждается в рекламе. Представить его книги отечественному читателю — честь для любого психолога. «Клиницист Фрейд и экспериментатор Левин — имена этих двух людей будут стоять впереди всех остальных в истории нашей психологической эры. Именно их контрастирующие, но дополняющие друг друга инсайты впервые сделали психологию наукой, приложимои к реальным человеческим существам и реальному человеческому обществу». Так написал о Курте Левине Э.Толмен (Tolman, 1948), и даже если сделать поправку на то, что эти слова были сказаны по случаю кончины Левина, они звучат весьма впечатляюще. Но если имя Фрейда знает каждый психолог, начиная с первокурсников, то в связи с Левином наши студенты, как правило, вспоминают — и не без труда — о гештальт-психологии и групповой динамике, в лучшем случае — что-то о теории поля. Впрочем, восполнить пробелы в своих представлениях о нем не так-то просто. В книге Д. и СШуль- цов «История современной психологии» Левину посвящены четыре страницы в главе о гештальт-психологии, одна из которых скромно отмечает его работы американского периода в области социальной
8 Курт Левин: жизнь и судьба психологии. Впечатляющим контрастом к этому лаконичному описанию звучит его заключительная фраза, принадлежащая С.Ашу: «Среди иммигрантов- психологов Курт Левин оказался почти что единственным, кто сделал успешную карьеру и одновременно создал школу последователей в Америке» (Шульц Д., Шульц С, 1998, С.379). Каждый, кто хоть немного знаком с историей психологии и масштабами эмиграции европейских психологов в США в XX веке, не может не оценить это высказывание. Русская ученица Левина, Б. Зейгарник (вошедшая в историю психологии благодаря проведенным под его руководством экспериментам, в которых был получен эффект незавершенных действий, названный ее именем), хотя и замечает, перефразируя известное высказывание, что «вся американская социальная психология «вышла» из учения Курта Левина», тем не менее категорично утверждает: «У каждого ученого есть пора «своего цветения». Для К. Левина этой порой был берлинский период его творческой деятельности» (Зейгарник, 1981, с. 12). К. Холл и Г. Линдсей в своей книге «Теории личности» посвятили специальную главу теории поля Курта Левина. Авторы другой популярной у нас книги с тем же названием — Хьелл и Зиглер — даже не упоминают его имени, как, впрочем, и другие популярные американские учебники по теориям личности (по свидетельству Д.Леонтьева, специально проведшего этот анализ). Во втором издании известного учебника по социальной психологии Г. Линдсея и Аронсо- на (1968) теории поля Левина посвящена 60-странич- ная статья М. Дойча, а в том же учебнике 1985 года издания ей отведено всего две страницы. Однако практически в то же самое время (1984) создается Общество развития теории, поля (Society for the Advancement of Field Theory), которое проводит несколько конференций, посвященных этой теории и возможностям ее использования для решения социальных проблем.
Курт Левин: жизнь и судьба 9 По свидетельству коллег и учеников, к моменту своей смерти Курт Левин считался выдающимся психологом своего времени, одной из важнейших фигур в современной психологии. Разработанная им теория поля распространялась на многие аспекты психологии и обеспечивала систему принципов, концептов и методов, полезных для построения психологической теории и ее приложения к социальным проблемам (Bargal, Gold, Lewin, 1992, p. 3-4). Сегодня имя Курта Левина меньше известно молодым поколениям психологов, чем прежде. Однако авторитетные американские психологи Л. Росс и Р. Нисбетт, оценивая его научный вклад, указывают, что он «во многом переопределил сам предмет социальной психологии и вплоть до настоящего времени продолжает оказывать глубокое воздействие на ее главнейшие теоретические и прикладные направления» (Росс, Нисбетт, 1999, с 42). Это мнение не является единичным: Д. Бергел, М. Голд и М. Левин также подчеркивают, что психология сегодня развивается в гораздо большем соответствии с взглядами Левина, чем это было при его жизни. Жизни, главным делом которой была психология. «ОН ЖИЛ ПСИХОЛОГИЕЙ...» (М. Левин) По свидетельству дочери Курта Левина, Мириам, события жизни ее отца оказали огромное влияние на его профессиональную вовлеченность в психологические и социальные проблемы и в целом определили его общую теоретическую позицию в психологии. События детства, образование, опыт солдата Первой мировой войны, личное столкновение с проявлениями антисемитизма сформировали его личность и его ценности и привели к сдвигу его профессиональных интересов из области общей психологии к социальной психологии и изучению социальных проблем. Курт Левин родился в 1890 году в небольшом немецком городке Могильно (ныне Польша), в кото-
10 Курт Левин: жизнь и судьба ром жило около пяти тысяч жителей. В семье было четверо детей, одна старшая сестра и трое мальчиков, старшим из которых был Курт. Отец занимался торговлей, семья была среднего достатка. Как и во всей остальной Германии того времени, жизнь городка строилась в соответствии с жесткой иерархической структурой общества. К его высшим слоям относились христиане, особенно их аристократическая часть, фамилии которых начинались с «фон». На тех, кто не принадлежал к ним, смотрели как на людей второго сорта. Сталкивались с этим и Левины. Мириам Левин пишет, что ее отец с ранних лет находился в двойственной, маргинальной позиции. С детства он ощущал благоприятную атмосферу своей семьи и ее высокий статус в общине, за пределами которых он становился аутсайдером. Фактически, отмечает Мириам, в социологическом смысле ее отец всю жизнь оставался частичным аутсайдером в большинстве своих социальных структур. В Берлинском университете он был евреем, в Америке — немецким еврейским иммигрантом, в сельском регионе штата Айова он был интеллектуалом, среди бизнесменов — профессором. Однако независимо от того, насколько маргинальным был его формальный статус, он всегда создавал свой собственный круг добрых друзей и соратников. Когда Курту исполнилось 15 лет, семья переехала в Берлин для того, чтобы дать мальчикам хорошее образование. В гимназии Курт получил классическое образование, изучая математику, историю, естественные науки, латынь, греческий и французский языки (но не английский, к его последующему сожалению). Особенно он увлекался греческой философией. В 1909 году Курт Левин, намереваясь получить медицинское образование, поступает во Фрайбургский университет, однако почти сразу же переводится в университет Мюнхена, а затем в 1910 году— в Университет Фридриха-Вильгельма в Бер- лине. Он все еще занимается медициной, но посте-
Курт Левин: жизнь и судьба 11 пенно теряет к ней интерес, и с 1911 года слушает большинство курсов сначала по философии, методологии науки, а затем по психологии. У него образуется круг друзей, с которыми они проводят время, как все студенты: устраивают вечеринки, танцуют (Курт любит танцевать) и ведут бесконечные разговоры, в том числе на актуальную тогда тему свободы женщин. Закончив университет, Левин решает избрать карьеру преподавателя. Руководителем его докторской диссертации был профессор Штумпф. Он предоставлял своим ученикам полную свободу действий, которую, впрочем, можно было счесть и недостатком внимания. Несмотря на то что Левин прослушал у него более десятка лекционных курсов, ему не удавалось поговорить с Штумпфом. Он подает свой план диссертационного исследования в письменном виде, и ассистент относит его профессору. Левин ждет в соседней комнате, пока тот возвращается и сообщает, что Штумпф принимает его план. В течение последующих четырех лет Левин ни разу не обсуждал свою диссертацию с профессором до самого дня ее заключительной сдачи. Таким был опыт работы Курта Левина со своим научным руководителем. Он не был исключением для немецкой иерархической культуры академической среды того времени, но стал тем образцом отношений, который Левин отвергал всю свою последующую жизнь. В то время экспериментальные процедуры казались безнадежно далекими от реальных психологических проблем. Доминировали представления, в соответствии с которыми такие явления, как воля, эмоции, чувства, были скорее уделом поэтического рассмотрения и не могли быть предметом научного, и тем более экспериментального, изучения. Левин выступает категорически против этого и решается преодолеть сложившуюся традицию, введя в научную лабораторию темы, которые рассматривались как находящиеся за пределами науки.
12 Курт Левин: жизнь и судьба Начинается Первая мировая война. Как и его братья, Левин идет на войну. Не разделяя милитаристских настроений, он испытывал чувство патриотизма, и ему казалось, что война создает сильное чувство общности среди всех немцев и уменьшает классовую враждебность и этнические предрассудки довоенного времени. Этим надеждам Левина, впрочем, не суждено было сбыться, и в этом отношении война принесла ему много разочарований. В августе 1918 года Левин был ранен и провел около восьми месяцев в госпитале. Даже на фронте Левин остается ученым. Как пишет его коллега и биограф А. Марроу, от скуки однообразия, ужасов и отчаяния четырех лет войны Левина спасало неутомимое любопытство. Как ученый он анализирует свой собственный опыт, который, в частности, отразился в его работе о военном пейзаже (опубликована в 1917 году). Уже в этой работе Левин вводит многие из концептов («границы», «направление», «регионы»), которые впоследствии станут предметом его пристального внимания. Здесь же впервые появляется концепт жизненного пространства, изучение которого станет темой профессиональной деятельности Левина на протяжении всей его жизни. Он пишет о различиях между «мирными вещами» и «военными вещами», о том, как одни и те же объекты по-разному воспринимаются в контексте войны и мира. Пейзаж видится солдату сквозь призму его нужд и потребностей безопасности, удобной позиции и т.д. Именно они заставляют солдата воспринимать окружающую обстановку тем или иным образом, ее элементы приобретают разный смысл в контексте войны и мира. В этой ранней работе Левина отчетливо проступают не только идеи «фигуры и фона», но и принцип необходимости субъективной интерпретации ситуации, жизненного пространства как психологически воспринимаемого и переживаемого окружения. После войны Курт Левин возвращается в Берлинский психологический институт. Годы работы в этом
Курт Левин: жизнь и судьба 13 институте фактически стали периодом его становления как ученого и началом его блестящей профессиональной карьеры. Именно здесь были заложены основы его теоретических представлений и экспериментальных методов. Работающие в это время в Психологическом институте Келер и Вертгеймер создают новую психологию, формулируя свою гештальт- теорию. Левину казалось, что они как будто открыли двери, долго державшиеся закрытыми старой психологией, это вдохновляло его и стимулировало его собственную работу. Здесь же у него появляются первые (впоследствии знаменитые) ученики. Их состав поистине интернационален: американцы, двое японцев, стажерка из Финляндии и наши соотечественицы — Б. Зейгарник, Т. Дембо, М. Овсянкина и Г. Биренбаум. Они приехали из России изучать литературу, но филологический факультет в Берлине — это было не то, что им хотелось. Они выбрали Психологический институт как единственное место в Университете, где изучается человеческая личность. Так они попали к Курту Левину. Ему немного за 30, и его отношения с ними скорее напоминают товарищеские, чем отношения старшего с младшим. Впрочем, это был не только вопрос возраста. Левин терпеть не мог типичный для Германии того времени дух субординации и акцент на иерархии. Было ли это следствием незабытого им опыта собственного детства и, возможно) пережитых обид? Или — скорее — позицией истинного ученого, не способного к иному стилю существования в науке, кроме как в атмосфере поиска и дискуссий, которой противопоказано доминирование иерархии, неизбежно порождающей интеллектуальный конформизм? Те, кто вспоминает Курта Левина или пишет о нем, непременно упоминают его личный стиль в науке. Это прежде всего увлеченность. Он жил психологией. Будучи человеком широкой эрудиции, «всецело он был поглощен психологией. Своими идеями
14 Курт Левин: жизнь и судьба он был увлечен, захвачен. Он мог рассуждать на темы психологии в любой момент и в любой обстановке* (Зейгарник, 1981, с 14). Еще одно, что также неизменно отмечается, — это его отношения с учениками и коллегами. Он всегда был окружен своими студентами, молодыми сотрудниками, коллегами, с которыми был готов беседовать часами, сохраняя доброжелательность и интерес и проявляя терпимость к их не всегда зрелым суждениям. В воспоминаниях учеников Левина нередко упоминается его манера чтения лекций. Он, похоже, не был блестящим лектором в традиционном смысле этого слова, но аудитория замирала, как только он начинал развивать свои идеи. Он захватывал слушателей процессом своего творчества, происходившего на их глазах, и сам вовлекался в него настолько, что, казалось, забывал о своей аудитории, прерываясь на середине фразы и замолкая. Регулярно встречался со своими учениками Левин и за пределами учебных аудиторий. Еженедельно они собирались на встречи, где обсуждали свои работы. В этот период у Левина было от 12 до 15 учеников, находящихся на разных стадиях подготовки своих диссертаций. Свобода дискуссий, в которых подвергались сомнению самые казавшиеся незыблемыми основы тогдашних психологических представлений, была весьма необычным явлением для того времени. В этой атмосфере формировались теоретические подходы не только учеников Курта Левина, но и его самого. Эти бесконечные дискуссии продолжались и за пределами Института, в том числе и за столь же бесконечными чашками кофе в кафе. Здесь Левин получает возможность продемонстрировать реальное действие лабораторно изучавшихся ими феноменов. В историю психологии вошед официант, к которому Левин обратился с вопросом о том, что заказывали его посетители: те, кто еще ждет заказа, и те, кто уже уходит. Официант с трудом вспоминает уже выполненный заказ, хотя он сопровождался более
Курт Левин: жизнь и судьба 15 длительной цепочкой его действий, и легко воспроизводит еще не выполненный заказ, что, по мнению Левина, является подтверждением действия феномена незавершенных действий. Лабораторно установленные феномены для него имели смысл как отражение реального поведения людей в естественных условиях их повседневной жизни. Идеи и деятельность Курта Левина становятся известными англоязычным психологам благодаря статье Брауна, одного из американских коллег, с которым он вместе работал в Берлине. Она была посвящена прежде всего экспериментальному методу и методологии исследований Левина. В этой статье Браун пишет, что, подобно всем новаторским работам, работа Левина не диктует окончательные законы, а указывает направления и открывает новые возможности экспериментирования, из которого следуют законы. Эта статья привлекла внимание к последующему вскоре появлению Курта Левина на Йельском международном конгрессе по психологии. Левин был приглашен прочесть доклад и имел возможность показать свой научный фильм, в котором полуторагодовалая девочка Ханна пытается сесть на камень. Она кружится вокруг него, хлопает по нему ручками, трогает и даже лижет камень, но не может отвернуться от него, чтобы сесть. С помощью этой демонстрации Левин проиллюстрировал свои представления о действии сил поля и валентности. Марроу пишет о том впечатлении, которое произвел на участников Конгресса Курт Левин, фактически предлагавший новую психологию. Большинство психологов того времени разделяли традиционное представление о том, что с помощью психологических концептов можно описывать психологические феномены, но если вы хотите объяснить их — вы должны обратиться к чему-то более основательному. И тогда такие психологические явления, как вос- ириятие и поведение, должны объясняться в терминах физиологических и нейрологических концептов,
16 Курт Левин: жизнь и судьба что фактически если и не уничтожает психологию как науку, то по меньшей мере принижает ее статус Левин утверждал, что психологические концепты можно научно объяснить с помощью чисто психологических терминов. И он действительно делал это. По воспоминаниям МакКиннона, он не был уверен, что большая часть того, что говорил Левин, была понята аудиторией в Йеле, поскольку он говорил по- немецки, а многие из его слушателей плохо знали этот язык. Но стоило посмотреть на него, на то, как он говорил, и становилось совершенно ясно, что перед вами оригинальная личность и возбуждающий умы психолог, с которым хотелось работать. Мак- Киннон пишет далее, что, занявшись психологией, в конце концов в ней разочаровался, потому что то, что тогда называлось психологией, ничего не говорило ему о человеческой природе, мотивации, характере или личности. Конечно, психоаналитики имели дело с реальными человеческими проблемами, но их методы казались сомнительными и неадекватными. МакКиннону хотелось соединить экспериментальную психологию и психоанализ. Впервые услышав о Курте Левине, он понял, что ему удалось сделать это, занимаясь динамическими проблемами человеческой мотивации, хотя он и обошелся без психоанализа. МакКиннон был первым американцем, приехавшим в Берлин, потому что ему хотелось работать именно с Левином. Но, конечно же, он был не последним. Итоги работы Левина в Берлинском психологическом институте были впечатляющими. Марроу суммирует их следующим образом: «За годы работы в Психологическом институте Берлина Левин заложил целое новое направление изучения человеческих существ — продемонстрировав то, в какой степени восприятие и память зависят от мотивации, сделав акцент на поиске причин поведения, используя прошлое как средство понимания факторов, присутствующих в актуальных интеракциях, а не как первичные причины поведения, и настаивая на том, что сложные
Курт Левин: жизнь и судьба 17 проблемы человеческих взаимодействий могут быть помещены в экспериментальные рамки» (Marrow, 1969, р.54). В 1932 году Курт Левин в качестве приглашенного профессора едет в Калифорнию. (Кстати, во время этого визита он встречается с Альбертом Эйнштейном, с которым у него состоялось несколько бесед.) В течение шести месяцев он работает в Стан- фордском университете, и хотя у него возникают большие проблемы с языком, ему удается найти контакт с аудиторией. Одна из его слушательниц охарактеризовала Левина как «великого коммуникатора». Его английский ужасен, но его речь эмоциональна, он помогает себе жестами, рисует на доске и настолько сильно хочет, чтобы его поняли, что его действительно начинают понимать. Но проблемы были связаны не только с языком. Р.Баркер вспоминает, что идеи Левина в то время были столь новыми и непривычными для многих его слушателей, что они не всегда понимались и разделялись не только студентами, но даже и его коллегами по факультету. Кроме того, у Левина была основательная база философских знаний и своя теория науки, а большинство его слушателей были просто не подготовлены к восприятию таких тем. Они слушали то, что он говорил, но во многом были не в состоянии полностью понять и оценить оригинальность его идей и масштаб его теории. Уезжая из Америки, Левин по приглашению одного из своих бывших студентов посещает Японию, откуда возвращается в Германию через Россию. В дороге он узнает о новостях на родине — Гитлер стал канцлером. Из японских газет трудно понять происшедшее. В Москве благодаря возможности узнать подробности из разговора с Б. Зейгарник и А. Лурия, он полностью осознает значение этого события. Левин не испытывает ни малейших сомнений относительно природы нацизма. Еще до отъезда в Америку он видел в Берлине демонстрации «корич-
18 Курт Левин: жизнь и судьба невых», убийство студента-еврея, разгромленные магазины, принадлежащие евреям. Первые слова, которые он говорит жене, едва сойдя с поезда: «Мы должны покинуть Германию». В этот момент (это был второй брак Левина) у них уже было двое детей и они ждали третьего. Начинается поиск работы за границей. Левин ведет интенсивные переговоры с Иерусалимским университетом, однако их финансовые возможности невелики, а попытки Левина найти дополнительные деньги для продолжения своих исследований не увенчались успехом. Более успешными оказались параллельные поиски в Америке, в которых активную роль сыграли бывшие коллеги Левина. В 1934 году он принимает приглашение Корнельского университета и уезжает в Америку. Впрочем, Левин едва не опоздал в свою эмиграцию: по дороге в Америку он останавливается в Англии, чтобы повидать в Кембридже профессора Бартлетта, и в свойственной ему манере так втягивается в психологическую дискуссию, что чудом успевает на нужный ему поезд до Лондона. В Корнельском университете Левин проработал всего лишь около двух лет. Это приглашение имело временный характер: Америка переживала экономические трудности, не хватало денег на финансирование как научных программ, так и деятельности ученых. Тем не менее Левин активно берется за работу и проводит серию экспериментов по проблемам социального влияния на привычки в еде. Убедившись в том, какое большое значение в Америке придается публикациям, он занимается переводом своих многочисленных работ, подавляющее большинство которых были опубликованы только в Германии на немецком языке. Сам он не может сделать этого, и ему помогают друзья и студенты. О трудностях Левина в изучении английского языка и о его ошибках в нем ходят легенды. Вскоре после приезда в Америку он присутствовал на семинаре, где один из психологов подверг критике его теорию поля.
Курт Левин: жизнь и судьба 19 В конце Левину предложили ответить на прозвучавшие замечания. Левин встал и с сильным акцентом смог сказать только одно: «Я думаю иначе». (Вспоминая об этом, Мириам Левин письменно воспроизводит его акцент, но на русском языке это трудно сделать.) Другой эпизод, который приводит дочь Левина, связан с тем, что однажды он спросил одну из коллег, почему бы ей не поработать над новой интересной темой «гупп». Та согласилась, от смущения не решившись признаться, что она понятия не имеет, что такое «гуппы». И лишь через несколько дней она поняла, что Левин имел в виду «группы». Однако трудности с языком не были для Левина препятствием в общении. Переехав в 1935 году в Университет штата Айова, где он проработал девять лет, Левин любит устраивать многочисленные встречи и пикники, на которые собираются его коллеги и аспиранты со своими семьями и детьми. Поют песни, чаще американские, но также и европейские, шутят и говорят о психологии. Мириам Левин, сама человек из академической среды, пишет, что никогда впоследствии не сталкивалась с такой атмосферой, сочетавшей в себе неформальность, доброжелательность и энтузиазм в отношении проблем психологии. Д. МакКиннон, описывая атмосферу, царившую среди коллег и учеников Курта Левина в Айове, сравнивает ее с отношениями вгруппе первых последователей Фрейда. В отличие от Фрейда, Левин никогда не требовал от своих учеников преданности и подчинения. Люди, по каким-либо причинам покидавшие его кружок, продолжали поддерживать отношения с ним и другими членами его профессионального окружения. МакКиннон ссылается на слова Левина о том, что он никогда не стремился к созданию своей школы в психологии, он просто пытался развить новый язык описания психологических феноменов (Marrow, 1969, р. 89). Превращение психологии в подлинную науку, по представлениям Курта Левина, требовало развития
20 Курт Левин: жизнь и судьба формальной системы концептов, согласованных определений и законов, совокупность которых могла бы обеспечить адекватное рассмотрение эмпирических фактов психологии. Одна из тем его семинаров и была посвящена этому. Левин считал, что математика, особенно те ее области, которые работали с концептом пространства, является незаменимым инструментом для психолога-теоретика. Первая встреча «топологической группы» состоялась в 1933 году. Ее основу составили коллеги, знавшие Левина еще по Берлину. Они собрались, чтобы неформально обсудить теоретические проблемы психологии, но успех этой дискуссии привел к тому, что эти встречи стали ежегодными. Одни люди уходили, приходили другие, но на каждую встречу собиралось от 35 до 40 человек. За исключением военных лет и еще двух в начале 60-х эти ежегодные дискуссии продолжались до 1965 года. Марроу называет их «топологическими встречами», хотя речь шла о широком круге проблем теоретической психологии. Топологическая психология была хотя и любимым, но, пожалуй, все же самым несчастливым детищем Курта Левина. Сама по себе идея необходимости применения математики в психологии как возможность использования более строгого языка не вызывает сомнений. Однако попытки самого Левина в этом направлении оказались не слишком удачными. К. Бек считает, что это в немалой степени связано с тем, что топология во времена Левина была неразвитой областью математики. По его утверждению, интуиция все же не подвела Левина, поскольку современные приложения топологии (в частности, в области теории катастроф) подтверждают ее возможную продуктивность и для психологической теории. Однако сегодня, по свидетельству того же Бека, топологическая психология Курта Левина, в отличие от других его работ, практически забыта или, как он пишет, «в лучшем случае вспоминается с улыбкой» (Back, 1992).
Курт Левин: жизнь и судьба 21 Курт Левин любил созданную им в Айове группу и любил свои семинары с ними. Уходя на них, он со счастливым видом говорил своему секретарю: «Никто не должен беспокоить меня, кроме моей жены и Президента университета ». Тем не менее такое кардинальное изменение своей жизненной ситуации, как переезд в другую страну, не является простым. В своих работах по проблемам групп Курт Левин писал, что неопределенная групповая идентичность крайне деструктивна для психологического здоровья. Однако свой собственный опыт заставлял его думать, что общность судьбы становится более важным фактором формирования группы, чем сходство ее членов. Стала ли Америка действительно второй родиной для Левина? Она неизмеримо больше, чем Германия, отвечала тому духу демократизма, который был присущ Левину. Но он никогда не забывал ни пережитое им, ни проблемы своих соплеменников. Социальные вопросы, групповые процессы и явления, проблемы межгрупповых отношений и предрассудков становятся для него неизменной темой его профессионального интереса и повседневной жизни. Университет в Айове в то время был крупным центром психологических исследований и образования. И хотя в период своего временного пребывания в Корнельском университете Левин вынашивает планы организации Психологического института при университете в Иерусалиме, в Айове он погружается в область новых актуальных проблем, относящихся к тогдашней ситуации в Америке. И это становится новым поворотом в теории и практике поведенческих наук. Марроу так пишет об этом периоде в жизни Курта Левина. Ему 45 лет. Он прошел через подъемы и кризисы в жизни Германии между Бисмарком и Гитлером. Он был офицером армии, которая была мощнейшей милитаристской машиной своего времени и, тем не менее, потерпела жестокое поражение.
22 Курт Левин: жизнь и судьба На него оказали глубокое влияние политические беспорядки и экономическая катастрофа в Веймарской республике. Он сталкивался с насилием и ростом антисемитизма в гитлеровской Германии. Это, в сочетании с его сильной вовлеченностью в проблемы и ценности науки, обострило осознание им взаимосвязей между знанием и практикой, необходимости внимания к политическим проблемам, если мы хотим, чтобы человеческое общество и культура выжили и развивались. Таким образом, замечает Марроу, подобно Токвилю ста годами ранее, Левин смотрел на американскую жизнь, используя свой европейский опыт как постоянную и неизбежную точку отсчета. Он посвятил годы своей жизни глубокому интересу к проблемам демократического лидерства и условиям эффективного индивидуального и группового роста и решению вопроса о том, как знание о человеческом поведении может быть использовано для работы с социальными проблемами. МакКиннон философски замечает по этому поводу, что в определенном смысле было хорошо, что Левин эмигрировал и оказался в совершенно новой среде, поскольку это побудило его направить свою энергию на проблемы, которыми он, возможно, никогда бы не стал заниматься. В 1938—1939 гг. Левин проводит два семестра в Гарварде в качестве приглашенного профессора, где ведет свои семинары в Гарвардской психологической клинике, и еще один семестр в Университете Беркли в Калифорнии. Во время короткого отдыха после его окончания Левин узнает о нападении гитлеровской Германии на Польшу. Это повергает его в состояние глубокого пессимизма. С того времени, когда он покинул Германию, он часто говорил о слепоте тех интеллектуалов, которые не хотят видеть надвигающуюся угрозу. Курт Левин и его жена отдают много сил и времени помощи эмигрантам, их выезду из нацистской Германии и устройству в Америке. Тем не менее им не удалось, даже несмотря на корот-
Курт Левин: жизнь и судьба 23 кую поездку Левина в Германию, вывезти оттуда его старую мать, которая была убеждена, что с нею, матерью солдата, погибшего за Германию в Первую мировую войну (это был один из братьев Курта), ничего не случится. Только к концу войны Левин узнал, что его мать и ее сестра погибли в лагерях смерти в Германии. Та же судьба постигла еще нескольких родных Курта Левина и его жены. К 1940 году, по свидетельству Марроу, Левин был одним из крупнейших ученых в области экспериментальной и теоретической психологии. Он опубликовал свою топологическую и векторную психологию с новаторскими идеями об использовании математики в психологической теории. Он ввел в словарь психологической теории такие концепты, как силы поля, уровень притязания, жизненное пространство, напряжение и валентность. Он создал экспериментальные схемы для изучения таких «неудобных» феноменов, как гнев, конфликт, решение, фрустрация, намерение и др. Айова, куда Левины переехали в 1935 году, располагалась в наиболее типичном американском регионе, среднем Западе, жители которого чувствовали себя защищенными Тихим и Атлантическим океанами от потрясений, происходящих в Европе. В противоположность их изоляционистской позиции Левин посвящает все больше и больше времени социальным проблемам. Направление его мысли меняется: он начинает заниматься социальной психологией. Левин переходит к практике «действенного исследования» (action research), соединяющего тип теоретической академической работы с практикой решения социальных проблем. По мнению дочери Левина, это было частью его ответа на трагедию гибели матери. Однако решение реальных жизненных проблем требовало как их точной диагностики, так и работы по оценке эффективности подобных решений. Левин решает создать исследовательский центр по проблемам групповой динамики. По его замыслу, он должен был преодолеть разрыв между академичес-
24 Курт Левин: жизнь и судьба кими исследованиями психологических явлений в университетских лабораториях и реальными социальными проблемами общества. Как считал Левин, Айова была не самым подходящим местом для развития его исследований в об' ласти динамики групп и действенного исследования. Активная работа Левина в военное время, его частые вынужденные отъезды, а главное — его теоретический подход к исследованиям, столь отличный от распространенных тогда подходов, ориентированных на широкомасштабные тестирования и сбор статистических данных, вызывали у некоторых его коллег несогласие и упреки в пренебрежении повседневными академическими обязанностями. Было необходимо найти новое место для исследовательского центра, и Левин активно принимается за его поиски. Массачусетский технологический институт принимает предложение Левина об организации подобного Центра. В 1945 году он с семьей переезжает на новое место жительства. К ним присоединяются некоторые коллеги из Айовы, среди которых А Фес- тингер, Д. Картрайт, Р. Липпит, а в небольшую группу учеников среди прочих входят М. Дойч и С. Шехтер (впоследствии ставший научным руководителем Л. Росса и Р. Нисбетта). Уже с начала 40-х годов Левин почти целиком посвятил свою работу исследованию групп и групповых процессов. Он был убежден, что возможно создание общей теории групп, приложимой к их разные типам: семье, рабочим группам, религиозным и общественным объединениям. Для сбора данных по таким разным группам он планировал экспериментальные исследования того, как выбираются лидеры, как формируется групповая атмосфера, как принимаются групповые решения,, как члены группы поддерживают коммуникацию друг с другом, как устанавливаются групповые стандарты. В различных областях профессиональной деятельности и исследований — это относилось прежде все-
Курт Левин: жизнь и судьба 25 го к социальной групповой работе, групповой психотерапии, образованию и менеджменту — к этому времени уже был накоплен достаточный опыт, убеждавший в необходимости более систематического изучения группового функционирования. В решении вопросов, которые ставил перед собой Левин, были заинтересованы руководители, специалисты по групповой психотерапии, учителя и педагоги, сталкивавшиеся с проблемами организацией группового самоуправления. Формулируя цели и идеологию нового Центра, Левин говорил, что его создание определено как научными, так и практическими потребностями. Вновь повторяя свое любимое «нет ничего практичнее хорошей теории», он говорил о необходимости научного изучения разных областей повседневной жизни людей. Главной задачей Центра, по его мнению, должны быть экспериментальные исследования развития и особенно процессов изменения групп. Проведение экспериментальных лабораторных и полевых исследований должно было подкрепляться использованием психологических, социологических и антропологических методов. В результате коллективного обсуждения были обозначены темы, ставшие «программными областями» исследований Центра: групповая продуктивность, коммуникация и влияние, социальная перцепция, область межгрупповых отношений, групповое и индивидуальное членство, тренинг лидеров и улучшение группового функционирования. Особое внимание Левин уделил подбору штата Центра. Среди них были, как уже отмечалось, и его прежние коллеги Липпит, Фестингер, Картрайт, и молодые сотрудники из Айовы, все не старше 35 лет. Специализируясь на разных темах: развитие личности, межгрупповые отношения, лабораторные методы, действенные исследования, техники наблюдения — они разделяли общий теоретический и экспериментальный подход Левина к исследованию психологических и социальных явлений.
26 Курт Левин: жизнь и судьба По свидетельству Марроу, Массачусетский технологический институт обеспечил Левину идеальные условия для работы. Он работал в тесном контакте с другими коллегами из института. Были налажены и связи с Гарвардом, из которого многие студенты приезжали для стажировки у Левина. Для Исследовательского центра групповой динамики была характерна атмосфера необыкновенного интеллектуального энтузиазма и открытости новому в области как теоретических идей, так и их практического использования. При этом для его сотрудников была характерна крайне низкая личная конкурентность. Студенты Курта Левина легко становились коллегами, а затем превращались и в добрых товарищей. По мнению Липпита, именно сочетание лидерского стиля Левина и сплоченности, вызываемой ощущением важности их миссии, становилось решающим фактором, уменьшавшим частоту и интенсивность интерперсональных и ролевых конфликтов. Дойч, младший коллега и ученик Левина, свои воспоминания о нем озаглавил так: «Курт Левин — ученый строгого ума и мягкого сердца». Он пишет о нем как об оригинальном ученом, теоретике и исследователе с глубоким интересом к философии и методологии науки, энтузиазм и творчество которого вдохновляли его учеников на поиск в новых областях психологии. Однако, специально подчеркивает Дойч, он был и психологом с добрым сердцем, глубоко вовлеченным в развитие психологического знания, относящегося к самым важным психологическим проблемам человека. Дойч вспоминает свою первую встречу с Куртом Левином. Это было в августе 1945 года, и, несмотря на жару, по случаю встречи с выдающимся ученым Дойч был одет сугубо официально — в пиджаке и галстуке. Опоздавший на полчаса Левин был без пиджака и без галстука, и из-за этого их не пустили в ресторан того отеля, где у них была назначена встреча. Неофициальности внешнего облика Левина
Курт Левин: жизнь и судьба 27 соответствовала и его неформальная манера поведения. Дойч пишет, что Левин вел себя с ним как с равным. Дойч говорил о своем образовании, опыте, интересах, а Левин рассказывал ему о своих планах, связанных с организацией Центра. Дойч испытал своего рода интеллектуальное потрясение и озарение, слушая этого блестящего, исполненного энтузиазма и доброжелательности человека. После этой встречи у него не оставалось никаких сомнений относительно своего дальнейшего профессионального выбора. (Любопытно, что до этой беседы Дойч встречался с Карлом Роджерсом, поскольку он первоначально ориентировался на психоаналитическую работу, имел соответствующий опыт работы и интересовался клинической психологией.) Существование Центра при жизни Левина было недолгим. И после его смерти Центр просуществовал менее двух лет. Однако за этот короткий период Центр сумел оказать огромное влияние на развитие современной социальной психологии, которое сохраняется и до сих пор. Возможно, в связи с теми задачами, которые стоят перед отечественной практической психологией, любопытно прислушаться к тем факторам эффективной деятельности Центра, которые упоминает работавший там с момента его основания М. Дойч. Это, по его мнению, прежде всего эффективный лидерский научный стиль самого Левина. Ко всему тому, что уже говорилось о его энтузиазме и личной увлеченности, стоит добавить, что благодаря ему те, кто работал с ним, чувствовали, что они участвуют в важном и перспективном деле, которое может дать ценные результаты как для социальной науки, так и для общества. Левин рассматривал их как коллег, предоставляя своим студентам свободу и ответственность и создавая у них чувство индивидуальной и коллективной причастности к созданию нового научного направления. Он поощрял столкновение мнений и конфликты идей в стремлении достичь более глу-
28 Курт Левин: жизнь и судьба бокого понимания. Во время этих дискуссий он чаще всего занимал позицию наблюдателя, лишь в конце предлагая глубокую интегративную перспективу объединения противоречивых точек зрения. Помимо личного лидерского стиля Левина огромное значение, конечно, имели его идеи, обеспечивающие эффективную деятельность Центра. Это его метатеория, его концептуальный язык, его конкретные теоретические идеи. Концепт «группы», так же как и другие концепты, связанные с социально-психологическими феноменами, не пользовались популярностью у психологов 1930—40-х годов, когда Левин начинает заниматься социальной психологией. Он считает, что реальность этих концептов может быть подтверждена только если «с ними что-то делать», а не просто говорить о них. Проводилось много экспериментов, чтобы показать, что можно «уловить» для науки такие феномены, как «стили группового лидерства», «социальное влияние», «кооперация и конкуренция», «групповая согласованность», «давление к единообразию», «социальное сравнение» и др. При этом речь шла не просто об экспериментировании. «Делать с ними что-то» означало показать, как эти концепты могут использоваться для изменения существующей социальной реальности, например, для улучшения группового функционирования, уменьшения предрассудков, подготовки эффективных лидеров. В последние годы жизни Левин практически все свое время отдает работе над социальными проблемами. Он сотрудничает с Комиссией по общественным взаимоотношениям, занимаясь проблемами социальных предрассудков и отношений разных этнических и расовых групп. Кроме этого, несмотря на огромную занятость в Центре и Комиссии, Левин строит новые планы, и включается в деятельность по новым проектам. Один из них — это проблема психологической реабилитации бывших узников лагерей перемещенных лиц. Другой был связан с обращением к Левину руководителей Тавистокского Институ-
Курт Левин: жизнь и судьба 29 та в Лондоне о совместном с Исследовательским центром групповой динамики издании журнала. Их партнерство выразилось в появлении журнала «Human Relations», для которого Левин написал две статьи по проблемам групповой динамики. В этих статьях проявился его растущий интерес к процессам социальных изменений. Он пишет о групповом экспериментировании как о форме социального управления и видит свою практическую задачу в достижении понимания причин готовности людей к переменам или сопротивления им. И хотя дальнейшим планам сотрудничества Левина с Тавистокским институтом не суждено было сбыться, он> по отзывам руководителей института, оказал большое влияние на формирование их будущих проектов и в целом на британскую науку. Кажется, интенсивность его творческой жизни никогда не была так велика. В Центре царил дух интеллектуального новаторства. Его сотрудники чувствовали, что они работают на самых передовых рубежах социально-психологической науки, создают новые методы и «добывают» новые феномены для науки. Это вдохновляло их и преисполняло чувством гордости. Левин проявил незаурядную проницательность и организаторские способности в подборе своей команды. Она состояла из более старших сотрудников, имевших опыт работы и жизненный опыт, и молодых студентов, которые на равных участвовали в дискуссиях, теоретических семинарах и исследованиях и сохраняли дух товарищества и взаимной поддержки, несмотря на острые интеллектуальные споры и разногласия. Впрочем, возможно соединение столь ярких индивидуальностей в единой команде в какой-то мере впоследствии создало и проблемы. Левин был мощным интегрирующим началом, как в интеллектуальном, так и в административном смысле. После его смерти фундаментальные разногласия, существовавшие между его
JO Курт Левин: жизнь и судьба главными последователями — Фестингером и Липпи- том, обострились. Фестингер был теоретиком, экспериментатором от «чистой» науки, а Липпит — практиком, сторонником прикладной социальной психологии. Картрайт пытался сохранить единство, но безуспешно. А больше уже некому было их объединить. Левин жил в Америке уже 13 лет. Он много работал, и его дни становились все длиннее. Помимо собственно исследовательской работы он вынужден был много заниматься организационной работой, равно как и финансовым обеспечением Центра. Ему приходилось много ездить, вести бесконечные переговоры, и теплые неформальные встречи в Айове с разговорами о психологии остались лишь воспоминанием. Проведение «действенных исследований», разнообразных встреч, семинаров требовало его присутствия в самых разных местах. Левин постоянно находился в пути между Вашингтоном, Нью-Йорком, собственным Центром и еще многими местами. Однажды он сказал коллеге, что когда был на войне, то иногда так уставал, что умудрялся засыпать, маршируя в колонне солдат. После одного из напряженных организационных дней в Нью- Йорке он едва не повторил этот «боевой подвиг». Поздним вечером 11 февраля 1947 года Левин почувствовал себя плохо. Доктор констатировал сердечный приступ, но решил подождать с госпитализацией до утра. Через несколько часов сердечный приступ повторился. Курт Левин не пережил его. Он умер в возрасте 56 лет. «ПСИХОЛОГИЯ... БУДЕТ НАКОНЕЦ ВЫНУЖДЕНА ОБРАТИТЬСЯ К ИСПОЛЬЗОВАНИЮ... КОНЦЕПТА ПРОСТРАНСТВА» (К.Левин) В своем письме к В. Келеру, предпосланном книге «Принципы топологической психологии», К.Левин пишет: «Чрезвычайно интересуясь теорией науки, я
Курт Левин: жизнь и судьба 31 уже в 1912 году, будучи студентом, защищал тезис, что психология, имея дело со множеством сосуществующих фактов, будет наконец вьшуждена обратиться к использованию не только концепта времени, но и концепта пространства» ( Lewin, 1936, р.VII). Эта идея и дала психологической науке теорию Курта Левина с ее центральным концептом «психологического жизненного пространства». Описывая теорию поля, Левин отмечает, что ее основные положения сводятся к выведению поведения из всей совокупности сосуществующих фактов, пространство которых имеет характер «динамического поля», что означает, что состояние любой части этого поля зависит от любой другой его части (Lewin, 1940). При этом ситуации и ее адекватному описанию отводится важнейшее место в построении научной психологии. Формулируя ее задачи, 1СЛевин указывает: «Необходимо найти законы, которые контролируют психологические события. Это означает, что нужно определить, в каких условиях различные типы психологических событий происходят и какие эффекты они дают. Но знание законов само по себе не дает ответа на вопрос о том, почему в конкретном случае данный индивид ведет себя так, а не иначе. Даже если бы все законы психологии были бы известны, предсказание относительно поведения человека можно было бы сделать только в том случае, если бы в дополнение к законам была известна и специфическая природа конкретной ситуации. Законы определяют функциональные отношения между различными характеристиками события или ситуации. Применение законов предполагает понимание отдельных случаев. Можно приложить закон, только если знаешь природу конкретного случая, с которым имеешь дело. Рассмотренные с этой точки зрения законы — не более чем принципы, в соответствии с которыми происходящее событие может быть выведено из динамических факторов конкретной ситуации.
32 Курт Левин: жизнь и судьба ...Определение законов является поэтому только одной стороной задачи объяснения психической жизни. С другой стороны, что имеет не меньшее значение и неразрывно связано с определением законов, встает задача репрезентации конкретных ситуаций таким образом, чтобы конкретное событие могло быть выведено из них в соответствии с принципами, данными в общих законах. Обычное описание ситуации не дает такой возможности. Это может быть сделано только средствами конструктивной репрезентации ситуации» (Lewin, 1936, р. 10-11). Известная методологическая работа Курта Левина «Переход от аристотелевского мышления к гали- леевскому» была написана им в 1927 году. За этим образным названием стоит призыв к принципиальному изменению теоретического подхода в психологической науке. Аристотелевский способ мышления Левин отождествляет с описательным подходом, который, в сущности, сводится к собиранию эмпирических фактов, их классификации и выделению на основе этого средних статистических характеристик. Этот «классификаторский» подход означает, что концепты рассматриваются как абстракции от конкретных объектов к идеальным. Левин настаивает на ином пути — не от отдельных фактов к их обобщению, не от эксперимента к теории, а от теории к эксперименту. Это должен быть конструктивный, «гали- леевский» подход, в соответствии с которым задачей психологической науки становится не обобщение конкретных повторяющихся событий и формулирование на основе этого законов, а построение достоверных теоретических основ, дающих возможность предсказания индивидуальных явлений. В конструктивном подходе значение специфического феномена базируется на его существенных элементах. Феноти- пические данные, т. е. данные, в которых подобие определяется в терминах скорее внешних, чем психологических характеристик, должны быть трансформированы в язык психологических конструктов, если
Курт Левин: жизнь и судьба 33 мы хотим получить общие психологические законы, которые могут быть применимы к индивидуальным случаям. Но психология должна изучать не фенотипы, а генотипы. Мы должны найти такие психологические конструкты, которые помогут объяснить индивидуальное поведение или индивидуальные различия между подростками, а не просто описать гипотетического типичного подростка. Левин не отрицает пользы дескриптивной статистики о группах индивидов, но такая статистика является не лучшим основанием для конструирования психологической теории, на которой могло бы быть основано понимание индивидуальной психологии. Как пишет Зейгар- ник, по Левину, «критерием научной достоверности является не повторяемость единичных фактов, а, наоборот, единичные факты обретают научную достоверность лишь в контексте теории» (Зейгарник, 1981, с. 16-17). В соответствии со своим пониманием принципов построения «новой» психологии Левин считал, что «переход от аристотелевских к галилеевским концептам требует, чтобы мы не искали «причину» событий не в природе одиночного изолированного объекта, а во взаимоотношениях между объектом и его окружением. Не следует думать, что окружение индивида просто способствует проявлению или торможению тенденций, которые раз и навсегда упрочены в природе личности. Надеяться на понимание сил, управляющих поведением, можно только при включении в рассмотрение психологической ситуации в целом. В психологии начало описанию целостной ситуации может быть положено грубым различением человека (Р) и его окружения (Е). Каждое психологическое событие зависит от состояния человека и в то же самое время от окружающих условий, хотя их относительное значение различно в различных случаях. Таким образом, мы можем выразить нашу формулу В = f(S) для каждого психологического события как В = f(PE). Экспериментальные работы
34 Курт Левин: жизнь и судьба последних лет в различных областях психологии все более подтверждают эту двойную связь. Каждая научная психология должна принимать во внимание целостную ситуацию, то есть состояние как человека, так и среды. Это предполагает, что необходимо найти методы описания человека и окружающих условий в общих терминах как частей одной ситуации. В психологии нет понятия, которое объединяло бы и то, и другое. Слово «ситуация» обычно используется для обозначения среды. В дальнейшем мы будем использовать термин «психологическое жизненное пространство» для обозначения всей совокупности фактов, которые детерминируют поведение индивида в конкретный момент» (Lewin, 1936, р. 11-12). Введение в понятия психологического жизненного пространства и созданная Левином теория поля по праву рассматриваются как одно из его наиболее значительных достижений, роль которого усиливается тем очевидным влиянием, которое как само понятие поля, так и теория поля оказали на идеи и последующие исследования в различных областях психологии. В основу построения своей теории поля Левин кладет принципы, которые считает обязательными для научной психологии. В работе 1942 года в качестве наиболее важных характеристик теории поля он указывает на использование конструктивного метода в противоположность классифицирующему; динамический подход, объясняющий изменения как результат действия психологических сил; психологический подход, описывающий ситуацию на языке той совокупности фактов, которые существуют для человека в данный момент времени; опора на целостный анализ ситуации; использование систематического концепта причинности; математическое представление поля (Lewin, 1942). Понятие психологического поля основано на представлении, что окружающий человека мир наделен определенной, позитивной и негативной, валентностью. Этот тезис не остался теоретическим постула-
Курт Левин: жизнь и судьба 35 том. Левин предпринимал разнообразные попытки экспериментальной проверки существования этого явления и его описания. В своем научном фильме, который уже упоминался в связи с выступлением Левина на Йельском международном психологическом конгрессе, он интерпретирует поведение восемнадцатимесячного ребенка, который кружится вокруг камня и пытается сесть на него, с точки зрения действия сил притяжения-отталкивания. Окружающий человека мир и составляющие его объекты приобретают валентность только благодаря потребностям человека. Как пишет Зейгарник, «...для К. Левина было важно установить, что окружающее психологическое «поле», окружающая ситуация таят в себе возможность вызвать действие в направлении предмета с положительной валентностью или уйти от предмета с отрицательной валентностью. Это означает, что субъект с его внутренними заряженными системами и окружающая ситуация («психологическое окружение») составляют единый континуум» (Зейгарник, 1981, с. 46). Левин предлагал рассматривать не отдельно действующего субъекта и отдельно окружающую его среду (ситуацию), а целостное ♦жизненное пространство» индивида, включающее в себя и то, и другое. Тогда поведение человека становится результатом реализации им его актуальных возможностей в данном конкретном жизненном пространстве. Эта идея Левина и зафиксирована в его знаменитой формуле: Поведение есть результат взаимодействия личности и ситуации. Причем еще раз подчеркнем, что личность и ситуация — это не две разные сущности, а единое целое, потому что ситуация фактически становится тем, что она есть («психологической ситуацией»), только благодаря личности, а личность в данный момент такова, какова ее ситуация, потому что всякая ее потребность непременным образом связана с ситуацией. Как утверждает Зейгарник, Левин в своих лекциях часто повторял, что «нет потребности без предмета, способного
36 Курт Левин: жизнь и судьба ее удовлетворить» (там же). Сама природа валентности основана на свойстве объектов удовлетворять потребностям человека. Таким образом, поведение человека направляется возникающими у него намерениями, в основе которых лежат его потребности, а с другой стороны, и возникновение самих этих потребностей, и их реализация зависят от ситуации. Что является содержанием психологического жизненного пространства? Левин указывал, что объекты физического мира с его «объективными» характеристиками должны быть включены в репрезентацию психологического жизненного пространства только в той степени и в том виде, в которых они влияют на индивида в его сиюминутном состоянии, а сама ситуация должна быть представлена такой, какой она в действительности является для индивида. Он предложил называть их квазифизическими фактами. Аналогично Левин различает объективные социальные факты и квазисоциальные факты (например, членство в группе — это объективный социальный факт, а то, в какой степени это членство реально имеет влияние на индивида, относится к квазисоциальным фактам). Психологическое жизненное пространство характеризуется Левином как множество возможных событий. И с теоретической, и с практической точки зрения важнейшей характеристикой ситуации, по его мнению, является то, что возможно и что невозможно для человека в данной ситуации. Каждое изменение психологической ситуации человека означает, что определенные события, которые прежде были «невозможны» (или «возможны»), сейчас являются «возможными» (или «невозможными»), И тогда задачей научной психологии становится понимание того, почему именно это поведение имеет место, а фокус интереса смещается от объектов к процессам, от состояний к изменениям состояния. Если жизненное пространство представляет собой совокупность возможных событий, тогда «предметы», которые вхо-
Курт Левин: жизнь и судьба 37 дят в ситуацию, особенно сам человек и психологические «объекты», должны быть охарактеризованы их связью с возможными событиями. Принципиальным для любой психологической системы является вопрос о методах описания ее основных феноменов. Согласно принципам теории поля анализ должен начинаться с рассмотрения ситуации в целом, после чего различные ее аспекты могут подвергаться все более детальному рассмотрению. В связи с необходимостью решения этой задачи Левин пишет: «В настоящее время мы не имеем адекватного научного метода описания психологического жизненного пространства. В соответствии с общими методами психологии исследование влияний окружающих условий начинается с классификации и статистики. Например, этими методами изучается средний уровень достижений «единственного ребенка» или «второго ребенка в семье с тремя детьми». В исследовании медицинских случаев обычно можно найти более конкретные детали психологических условий. Например, они дают превосходные описания домашних условий. Метод описания частично схож с тем, который, например, использует писатель-романист, пытаясь создать возможно более правдоподобную картину ситуации, выбирая экспрессивные выражения и подчеркивая значимые детали примерами. В общем, описания, которые могут быть наиболее ценными для науки, — это не те, которые делаются научными методами. Там, где в конкретное описание вводятся теоретические концепты, они часто выделяются как чуждые. Вместо научного описания они являются не более чем спекулятивной интерпретацией. Наиболее полные и конкретные описания ситуаций — это те, которые дали нам такие писатели, как Достоевский. Эти описания достигают того, чего наиболее явным образом лишены статистические характеристики, а именно создают картину, которая определенным образом показывает, как различные факты в окружающих индивида условиях связаны друг
38 Курт Левин: жизнь и судьба с другом и с самим индивидом. Целостная ситуация описывается ее специфической структурой. Это означает, что отдельные факторы ситуации не являются характеристиками, которые могут быть сомнительным образом объединены «суммированием». Если психология должна делать предсказания относительно поведения, ей необходимо попытаться выполнить эту задачу концептуальными средствами. В выборе методов и концептов мы должны использовать прагматический критерий: мы должны найти концепты, на основе которых могут быть сделаны предсказания. Другими словами, наши концепты должны представлять взаимосвязи условий» (Lewin, 1936, р.9-13). Под психологической ситуацией, по Левину, можно понимать как общую жизненную ситуацию, так и более конкретную, сиюминутную ситуацию. Если мы описываем женщину, в определенный момент времени работающую на станке, огорченную тем, что она мало сделала за сегодняшнее утро, etc. — это будет сиюминутная ситуация. Но когда мы говорим об ее семье, отношениях с мужем, болезни ребенка и т. д., мы описываем ее жизненную ситуацию. Очевидно, что жизненная и сиюминутная ситуация взаимо- связанны. Общая жизненная ситуация образует своего рода основу для сиюминутных ситуаций; прямым или косвенным образом влияя на состояние человека, она в большей или меньшей степени определяет его реакции в сиюминутной ситуации. Например, цель относится к сиюминутной ситуации, но ее содержание предопределено прошлым человека, его целостной жизненной ситуацией. Сам Левин с помощью своих учеников проводит уникальные экспериментальные исследования, которые являются не менее значительными, чем его теоретические идеи, и выполняются на их основе. Поразительно, что многие из первых же, еще берлинских, впоследствии ставших знаменитыми экспериментов, выполненных под его руководством: Зей- гарник — о незавершенных действиях, Хоппе — об
Курт Левин: жизнь и судьба 39 уровне притязаний, Дембо — об аффекте, Биренба- ум — о забывании намерений, Карстен — о пресыщении, — были всего лишь дипломными работами его студентов. Однако описанные ими явления и закономерности были не просто результатом остроумно задуманной и реализованной экспериментальной схемы. Постановка этих экспериментов была не самоцелью, хотя их красота и результативность были бы достаточным для этого оправданием. Заслужив славу экспериментатора, что, заметим, вполне справедливо, Левин, однако, был стопроцентным теоретиком, если понимать под этим не неспособность к экспериментированию или практическим действиям, а строгую приверженность логике академического исследования, где теория предшествует эксперименту, а не становится его последующим обоснованием. Все упомянутые эксперименты, выполненные учениками Левина, были задуманы и спланированы им как проверка его теоретических положений. Получая их подтверждение или опровержение в одном эксперименте, он ставил следующий и двигался дальше, следуя своему знаменитому тезису: «Нет ничего практичнее хорошей теории». Впрочем, существует не меньше оснований назвать Левина и стопроцентным экспериментатором. Дело не только в том, что его эксперименты были тщательно продуманы, спланированы, а данные проверялись и перепроверялись, и даже не в том, что Левин всю жизнь занимался экспериментированием (причем в чрезвычайно разных ооластях психологии и даже социальной науки в целом), но в принципиально ином, необычном для того времени отношении к процессу экспериментирования. В 20-е годы, когда проводились эксперименты в группе Левина, существовал жесткий канон экспериментирования, в соответствии с которым ситуация эксперимента должна быть максимально очищена от любых посторонних влияний, в том числе — или в первую очередь — от влияния самого эксперимента-
40 Курт Левин: жизнь и судьба тора. Молчаливо принимается, что пассивное поведение экспериментатора, его «неучастие» в процедуре обеспечивает стерильную чистоту лабораторной культуры. Однако Левин не только не «выносит за скобки» присутствие экспериментатора, но и честно принимает вызов реальной ситуации, отказываясь от этого сомнительного допущения. Он утверждает, что участие испытуемого в эксперименте само по себе становится механизмом, порождающим у него потребность выполнения задания. Тем самым Левин включает саму ситуацию эксперимента в предмет своего исследования, а возникающие при этом явления — в свои теоретические рассуждения. Если бы эта линия подхода к экспериментированию с человеческими феноменами была продолжена, возможно, лабораторное экспериментирование впоследствии не стало бы объектом столь жесткой критики за свою искусственную природу и нерелевантность реальной жизненной феноменологии. С самого начала своих исследований Левин исходит из уникальности человеческой природы. Его первые же эксперименты по изучению квазипотребностей как детерминант поведения человека исходили из их понимания как чисто человеческих особенностей. Как в связи с этим пишет Зейгарник, «известный психолог Гельб афористично говорил, что, по Левину, «бессмысленное действие может осуществить только человек». Величие человека, его специфическая характеристика и состоит в том, что он может сделать то, что для него биологически безразлично» (Зейгарник, 1981, с. 29). Тем самым Левин входит в открытую оппозицию с типичными для того времени экспериментами бихевиористов на животных и их представлениями о том, что их результаты прямо могут использоваться для понимания и интерпретации поведения человека. Д. Бергел, М. Голд и М. Левин подчеркивают, что «начиная с периода работы в Берлинском университете под влиянием новой школы гештальт-психоло-
Курт Левин: жизнь и судьба 41 гии до его последующих работ в области социальной психологии и групповых процессов Левин отвергал традиционную атомистическую, позитивистскую, редукционистскую, уотсоновскую бихевиористскую философию науки для психологии. В те годы многие психологи по обе стороны Атлантического океана верили, что просто невозможно развивать строгую научную психологию, которая была бы одновременно гуманистической и ценностно ориентированной. Некоторые психологи сомневались, что эти два подхода совместимы. Во времена Левина было принято думать, что вы должны выбирать либо одно, либо другое» (Bargal, Gold, Lewin, 1992, p. 4). Возможно, сегодня молодым психологам нелегко понять, что это практически означало для развития психологии. Фактически речь идет о понимании проблемного поля психологической науки и ее предмета в целом. «Научный» подход исключал саму возможность научного изучения таких явлений, как представления человека или его ожидания, его цели и желания, которые рассматривались едва ли не как эпифеномены. Левин, его коллеги и ученики сделали предметом не просто научного рассмотрения, но экспериментального изучения такие феномены как потребности и интенции человека, его цели, мотивы, когнитивные явления, в том числе когнитивный диссонанс, процессы аттрибуции и т.д., которые сегодня занимают не просто законное, но в известном смысле и почетное место в пространстве психологической феноменологии. Одним из наиболее существенных положений теоретического подхода Левина (вызвавшим, по отзывам его коллег, и наибольшие дискуссии) является предпочтение систематического концепта причинности историческому. Теория поля в физике исходит из того, что состояние поля «здесь и сейчас» зависит от его состояния в непосредственно предшествующий момент времени. Подобно этому Левин подчеркивал, что психологические события, т.е. изменения в жиз-
42 Курт Левин: жизнь и судьба ненном пространстве, могут быть объяснены в терминах свойств поля в момент, предшествующий происходящим событиям. Согласно теории поля поведение не зависит ни от будущего, ни от прошлого, а зависит единственно от поля, существующего в данный момент времени. Это не значит, что жизненное пространство лишено временной перспективы, оно включает в себя «психологическое прошлое», «психологическое будущее» и «психологическое настоящее», являющиеся измерениями жизненного пространства в данный момент времени. «Временной перспективой» Левин называет совокупность представлений индивида о его прошлом и будущем. Но только состояние поля «здесь и сейчас» становится единственной детерминантой поведения в данный момент. Жизненная история человека может быть рассмотрена как последовательность полей, каждое из которых характеризует определенную стадию его жизни. При этом в ходе развития происходит увеличение временной перспективьс у маленького ребенка она ограничена ближайшим прошлым и ближайшим будущим, но по мере взросления на актуальное поведение человека начинают оказывать влияние все более отдаленные события его прошлого и будущего. Таким образом, по Левину, прошлые события занимают определенное место в исторической причинной цепи событий, сплетения которой порождают сегодняшнюю ситуацию; тем самым никак не отрицается значение прошлого в детерминации актуальных условий. Однако данный тезис Левина очевидно оппозиционен психологическим интерпретациям происходящего с человеком через «действие на расстоянии». Курт Левин, по свидетельству Росса и Нисбетта, был интеллектуальным оппонентом Фрейда. Главным объектом его критики, что и нетрудно было бы предположить, зная основные теоретические идеи Левина, являлась недооценка психоанализом ситуационных влияний и соответственно преувеличение роли «исторического» фактора в детерминации психичес-
Курт Левин: жизнь и судьба 43 ких явлений и поведении человека. Интерес Левина к ситуациям никак не означает отрицания им роли личностных факторов, однако его концепт «жизненного пространства» строился на признании динамичного, изменчивого характера детерминации поведения человека за счет действия внешних и внутренних сил. Актуальные ситуационные влияния могут при этом оказывать более мощное воздействие, чем личностные детерминанты. Таким образом, как красиво пишут об этом Росс и Нисбетт, «история — это не обязательно судьба» (Росс, Нисбетт, 1999, с.362). Сегодня, как известно, ни один психологический подход не отрицает совместного влияния личностных и ситуационных факторов на поведение человека. Различия между классическими направлениями психологии в этом вопросе фактически связаны с тем, какую роль играют те или другие факторы в детерминации поведения человека. Так, для классического психоанализа типично представление о бесспорном доминировании личностных особенностей человека, о ведущей роли интрапсихических факторов в детерминации поведения человека, а ситуация часто становится лишь более или менее благоприятным фоном, на котором проигрываются эти личностные особенности и разворачивается «личностный сценарий». Природа человека для Фрейда мало изменчива, а его поведение управляется неосознаваемыми психическими конфликтами. Для классического бихевиоризма, напротив, поведение человека столь сильно может быть подвержено влиянию ситуативных факторов, что его личностные особенности выполняют роль едва ли не промежуточных переменных в их категорической формуле «стимул — реакция». Чего стоит, например, только одно знаменитое высказывание Уотсона о возможности «вылепить» из человека что угодно! Как же на вопрос о соотношении личностных и ситуационных факторов в детерминации поведения отвечает Левин? Его позиция в этом вопросе и развитые им представления могут оказаться чрезвычайно перспектив-
44 Курт Левин: жизнь и судьба ными для такой важнейшей области психологии как психология ситуаций. В своей работе 1941 года Левин, касаясь вопроса о взаимозависимости человека и среды, пишет о том, что маленький ребенок беспомощен перед воздействиями имеющейся ситуации, но чем старше он становится, тем легче ему противопоставить себя этим воздействиям, встать «над» ситуацией. Это является результатом не только расширения временной перспективы, но и увеличения дистанции между «эго» и средой. Чем больше дистанция между ними, тем менее жесткой будет взаимозависимость между психологической личностью и психологической средой. Взрослый человек будет воспринимать конкретную физическую среду как ту или иную психологическую ситуацию в зависимости от своих потребностей, целей, устремлений в данный момент (Lewin, 1941). Зейгарник приводит следующий забавный факт, который может послужить иллюстрацией сказанному. Испытуемый приглашался в лабораторию для изучения тех или иных психических явлений. Под предлогом необходимости срочно позвонить экспериментатор оставлял испытуемого одного в комнате, в которой на столе были разложены книга, карандаш, колокольчик, распечатанное письмо, стоял шкафчик, прикрытый занавеской из свисающих ниток бисера, и другие предметы. За испытуемым наблюдали с помощью зеркала одностороннего видения из другой комнаты. Все без исключения испытуемые (а Зейгарник специально подчеркивает, что среди них были не только студенты, но и сотрудники Берлинского психологического института, преподаватели, профессора, и она сама в том числе) производили какие-то манипуляции с предметами: открывали книгу, трогали бисерную занавеску и все до одного, звонили в колокольчик. Интерпретируя их поведение, Левин говорил, что поскольку участники данного эксперимента оказывались в ситуации, которая не была для них связана с какой-то осмысленной деятельностью,
Курт Левин: жизнь и судьба 45 их поведение становилось «ситуативно обусловленным», «полевым», в котором они фактически подчинялись валентности объектов. В тех же случаях, когда человек идет за своей потребностью, мы имеем намеренное, «личностное» действие. Упомянутая схема использовалась и в других экспериментах, включавших в себя наблюдения за поведением испытуемых, подчинившихся власти «поля», и оценку их способности стать «над полем» и осуществлять намеренные действия. Разнообразные примеры «полевого» поведения объединяет «откликае- мость» человека на внешние воздействия. А способность человека противостоять «силам поля», не действовать под его влиянием характеризует, по Левину, волевое поведение. Но тогда поведение человека становится не просто функцией взаимодействия человека и ситуации, а определяется «силой» ситуации и «силой» человека как в общем, так и в данном конкретном случае. При анализе «полевого» и «волевого» поведения человека необходимо принимать во внимание не только особенности личности и особенности ситуации, но и характеристики данного человека и его ситуации в конкретный момент времени, «здесь и сейчас». Сошлемся на обобщение современных представлений о соотношении личностных и ситуационных детерминант поведения человека. М.Дойч в связи со своими работами о кооперативном и конкурентном поведении человека пишет о сложном переплетении факторов, его определяющих. При этом он суммирует сложившиеся в психологии представления следующим образом. Индивиды заметно отличаются друг от друга по степени проявления последовательности личностных черт в различных социальных ситуациях; те, кто более ориентирован на использование ситуативной информации, обнаруживают меньшее постоянство. Некоторые ситуации обладают «сильными» характеристиками: в этих ситуациях, несмотря на лично-
46 Курт Левин: жизнь и судьба стные различия, проявляются незначительные индивидуальные вариации в поведении; ситуации со ♦слабыми» характеристиками допускают большее проявление индивидуальных различий. Ситуации также различаются с точки зрения их влияния на возникновение у человека соответствующих диспозиций. Возможно также, что существует тенденция к некоторой конгруэнтности между личностными диспозициями и ситуативными стратегиями, приводящая к тому, что люди с определенными типами диспозиций будут выбирать определенные типы социальных ситуаций, соответствующие их диспозициям (Deutsch, 1994). Другой важнейший принцип Левина, вытекающий из его теории поля и являющийся аксиоматичным для современной психологии, — это его методологическое требование к описанию ситуации в интерпретации самого действующего субъекта: описание ситуации должно быть «субъективным», а не «объективным», то есть она должна рассматриваться с позиций самого человека, а не с позиций внешнего наблюдателя. Именно благодаря работам Левина, а также других представителей когнитивного феноменологического подхода в психологии, независимо от приверженности психолога преимущественно «личностному» или «ситуационному» объяснению поведения, фактически общепринятым становится представление о том, что «поведение определяет не ситуация, которая может быть описана «объективно» или по согласованному мнению нескольких наблюдателей, а ситуация, как она дана субъекту в его переживании, как она существует для него» (Хекхаузен, т.1, с.22). ССтрайкер, обсуждая тенденции в развитии социальной психологии в конце 70-х годов, указывает в качестве одной из важнейших тенденций на «общую волну... феноменологического мышления», благодаря которой субъективность обретает законный и респектабельный статус в психологии. По его мнению, на-
Курт Левин: жизнь и судьба 47 иболыпую роль в «прорыве» субъективности в психологию сыграл К.Левин, теория поля которого описывает среду как воспринимаемую и переживаемую субъектом (Stryker, 1977). В сущности, речь идет об одной из фундаментальных методологических проблем, которая берет свое начало в старом вопросе философии о соотношении объективного «внешнего» мира и субъективного «внутреннего» мира человека, об отражении «объективного» в «субъективном». В психологии неоднократно предпринимались попытки терминологического различения объективных и субъективных аспектов ситуации и окружающей среды в целом. Коффка проводит разграничение между географической и поведенческой средой, Мюррей пишет об «альфа»- и «бета»-ситуациях, Рот- тер — о «психологической ситуации» и т.д. Во всех этих случаях речь идет о концептуальном разграничении между объективным «внешним миром», оказывающим влияние на человека, и субъективным «внутренним миром», отражающим то, как человек воспринимает среду и реагирует на нее. И именно в работах Курта Левина было преодолено жесткое противопоставление внутренних (персональных) и внешних (ситуационных) факторов, поскольку его принципиальным убеждением было то, что следует говорить не отдельно о действующем субъекте и его психологическом окружении, а о включающем в себя и то и другое «жизненном пространстве индивида». Так была заложена традиция (поддержанная идеями У.Томаса об «определении ситуации» и Р.Мертона о «самовыполняющемся пророчестве»), в соответствии с которой современный психолог давно уже не считает, что человек просто реагирует на ту или иную ситуацию, а исходит из того, что человек сам создает тот мир, в котором он живет. В своей работе 1943 года Левин пишет, что теорию поля, в сущности, нельзя считать верной или неверной, поскольку будет точнее назвать ее мето-
48 Курт Левин: жизнь и судьба дом— методом анализа причинных связей и построения научных конструктов (Lewin, 1943). Методом, который сам Левин успешно использовал для научных исследований в самых разных областях психологии. «СОЦИАЛЬНЫЕ ПСИХОЛОГИ-ПРАКТИКИ ПРОСТО ОБРЕЧЕНЫ БЫТЬ СИТУАЦИОНИСТАМИ» (Росс, Нисбетт). НЕ ОБРЕЧЕН ЛИ СИТУАЦИОНИСТ СТАТЬ СОЦИАЛЬНЫМ ПСИХОЛОГОМ? Росс и Нисбетт пишут о ситуационизме, субъективизме и теории поля как о трех стратегических и наиболее важных идеях социальной психологии. Первый принцип посвящен ситуационным влияниям. Второй говорит о значении субъективной интерпретации ситуации человеком. Третий предлагает рассматривать явления психической жизни человека и группы в качестве полей, характеризующихся действием побуждающих и сдерживающих сил. Описание всех этих принципов неразрывно связано с именем Курта Левина. Свою книгу авторы предлагают нам «как приглашение воздать должное великой традиции, восходящей к Курту Левину и видящей задачу фундаментальной теории в первую очередь в анализе социально значимых феноменов реального мира, а в конечном счете — в осуществлении эффективных социальных преобразований» (Росс, Нисбетт, 1999, с. 29). Они считают, что представления теории поля К.Левина позволяют сформулировать положения, которые «акцентируют внимание как на динамических процессах, сдерживающих изменения, так и на динамических последствиях самих изменений, которые могут происходить как в рамках социальных систем, так и внутри когнитивной системы отдельного индивида» (там же, с. 28). Тезис о том, что «социальный контекст
Курт Левин: жизнь и судьба 49 пробуждает к жизни мощные силы, стимулирующие или ограничивающие поведение», они называют основным положением ситуационизма Левина. На протяжении всей своей блестящей книги Росс и Нисбетт постоянно подчеркивают роль Левина как основателя традиции ситуационизма. Сами авторы, как известно, немало сделали для развития и упрочения этой традиции и распространения представлений, в соответствии с которыми «социальные психологи-практики просто обречены быть ситуациониста- ми» (Росс, Нисбетт, 1999, с. 328). Перефразируя их замечательное высказывание, можно задаться вопросом: а не обречен ли ситуаци- онист быть социальным психологом? Другими словами, если мы откажемся от академического разделения психологической науки на «отдельные психологии», не ведет ли последовательное развитие идей ситуационного подхода к неизбежному интересу к межличностным и социальным проблемам жизненного пространства человека? Путь Курта Левина был именно таким. В цитировавшихся биографических воспоминаниях о Левине приводилась точка зрения его дочери, в соответствии с которой обращение Левина к социальной психологии и вообще социальным проблемам произошло под влиянием различных событий, в том числе трагического опыта его жизни. Такой взгляд невозможно оспаривать. Однако все же вряд ли такой переход был бы возможен, если бы к нему не вела сама логика научной мысли Левина, логика развития темы всей его жизни — исследования жизненного пространства индивида с его социальными свойствами. Разрабатывая идею жизненного пространства, Левин естественным образом обращается к его социальному содержанию. Человек, пишет он, с самого детства формируется социальной ситуацией, все его поведение, поступки, цели, уровень притязаний, эмоциональные реакции и т.д. определяются социальными влияниями.
50 Курт Левин: жизнь и судьба Именно психология (и по мнению Левина, прежде всего экспериментальная) призвана решить задачу, имеющую особенное значение для всех социальных наук, — задачу описания социального влияния на поведение людей. Социальная психология имеет дело со множеством разнородных фактов социологического (особенности социальных групп, их организации, специфика сообществ разного рода и т.д.), культурного («ценности», «идеологии», «стиль жизни» и др.) и собственно психологического характера (особенности личности). Кроме этого, психологическая теория должна, по Левину, учитывать «физиологические» (например, здоровье человека) и «физические» факты (пространство проживания). Научное рассмотрение всех этих фактов, настаивает Левин, не должно идти по привычному «клас- сификаторскому» пути раскладывания их по разным «полкам». Только конструктивный подход может помочь объединению разнородных фактов. При этом наука должна ориентироваться на описание проблем, а не данных (сегодня мы говорим о том же самом, различая «проблемно-ориентированное» и «предметно-ориентированное» научное знание). Напомним, что свою теорию поля Левин считал не просто набором теоретических положений, но методом научного анализа и исследования. Это в полной мере проявилось при разработке проблем социальной психологии. В своей работе 1939 года, посвященной теории поля и эксперименту в социальной психологии, Левин указывает на следующие основные приложения его теоретических принципов к области социальных исследований. Это, прежде всего, как постоянно указывает практически во всех своих методологических работах Левин, необходимость свести воедино, связать на общей основе разнообразные факты индивидуальной и социальной психологии. Конструкты, которые мо-
Курт Левин: жизнь и судьба 51 гут способствовать решению этой задачи, должны описывать объекты (события, характеристики) с точки зрения их взаимосвязей, взаимозависимости, а не сходства-различия. Научное исследование должно идти не от изолированных фактов к их «синтезу», а наоборот — от «общего взгляда» к конкретности. Поведение человека зависит от состояния поля в целом. Отдельный его элемент, факт или событие, их значение определяются его местом в целостном поле. Все используемые конструкты должны быть опе- рационализированы, т.е. представлены в такой форме, которая позволяет соотносить их с конкретно наблюдаемыми объектами, фактами или событиями. Другой, не менее важный процедурный вопрос — это надежность собираемых данных. Традиционное изучение изолированных объектов и их параметров не совместимо с представлениями теории поля. В частности, говорит Левин, понимание смысла поведения человека не может быть достигнуто вне социального контекста, без наблюдения за группой в целом, ее атмосферой, групповыми явлениями и т. д., через которые только и можно прийти к выяснению позиции и роли в этой группе индивида, что не может быть выявлено наблюдением, сфокусированным только на самом изолированном индивиде. Проблемам методов достоверного изучения социального поведения Левин вообще придает особое значение. Читая его работы, понимаешь, насколько не в его правилах обходить сложные вопросы, которые при желании можно было бы счесть мелочами, а влияние этих неучтенных факторов — погрешностью в пределах допустимого. Бихевиористская традиция с ее требованиями к объективности методов получения психологических данных, казалось, вообще поставила под сомнение возможность строгого научного изучения социальных феноменов. Левин пишет в связи с этим, что если мы не научимся разграничивать «наблюдение» и «интерпретацию» при исследовании социальных явлений
52 Курт Левин: жизнь и судьба (например, наблюдать дружественные или агрессивные действия, а не выводить их на основе интерпретации непосредственно наблюдаемых фактов), научную социальную психологию следует признать невозможной. Однако, замечает он, обыденный опыт заставляет думать, что мы способны понимать социальное значение поведения друг друга. Более того, наше социальное восприятие не может не быть достаточно адекватным в большинстве случаев, в противном случае социальное выживание людей оказалось бы под вопросом. Левин считает методологически ошибочным для психологии выбирать в качестве объектов своего изучения как можно более мелкие единицы. В стремлении к максимальной точности результатов исследователь «упрощает» предмет своего внимания, фактически теряя при этом значение поведения и происходящих событий. Литература по социальной психологии и по сегодняшний день изобилует данными такого «поэлементного» изучения социальных явлений, которое не приводит ни к какому результату. Например, Аргайл, Фернхам и Грахам в своей книге «Социальные ситуации» приводят следующий факт: разнообразные ситуации (поведение маленьких детей, семейное взаимодействие, совещание и переговоры, взаимодействие между доктором и пациентом, поведение в школьном классе, психотерапевтические интервью) наблюдались и описывались по ряду параметров, таких как используемые вербальные категории, содержание речевых высказываний, невербальные коммуникации, действия (физические, телесные). Однако результаты оказались разочаровывающими: несмотря на то что каждая из фиксируемых категорий данных «работала» в каком-то отношении, ситуационная специфичность была утрачена (Argyle, Furnham, Graham, 1981). Левин формулирует эту проблему как выбор адекватной размерности единицы исследования, что означает и выбор самого объекта изучения, и опреде-
Курт Левин: жизнь и судьба 53 ление временного периода этого изучения, достаточного для выявления интересующей исследователя динамики, и выбор ситуации наблюдения. При этом конкретное определение объекта исследования не исключает необходимости соотнесения получаемых данных с более крупными социальными единицами, частью которых он является. Это означает, например, что, изучая группу, важно уточнить, какие элементы ее групповой жизни навязаны ей более широкими социальными условиями или организацией, в которую она входит. В те годы, когда Левин пишет свои работы о методологии социальной психологии, ее возможности были гораздо более развитыми в отношении групп непосредственного общения, чем крупных социальных групп. (Впрочем, похоже, это суждение верно и сегодня). Сложности исследования больших групп понятны, и Левин предлагает использовать для их изучения анкетирование и интервьюирование. Но и тут он не удовлетворяется имеющимися возможностями, напоминая нам, что ответы человека на вопросы — это не констатация факта, а скорее реакция на ситуацию, которая определяется не только задаваемыми вопросами, но и другими факторами (ситуацией этого человека, его особенностями и др.); в этом смысле любые вопросники представляют собой своего рода проективный материал. И поэтому, заключает Левин, нам необходима особая теория анкетирования и интервьюирования. Выход в более широкое пространство социальной жизни требует и перехода от экспериментирования с лабораторными группами к экспериментированию с реально существующими социальными группами. Эксперименты с реальными социальными группами (которые и сегодня еще воспринимаются как нечто исключительное) Левин считал обязательным условием получения надежных данных в ответ на наиболее значимые вопросы социальных наук. А эти ответы становятся тем более необходимыми, если мы
54 Курт Левин: жизнь и судьба не просто развиваем теорию, а заинтересованы в социальных изменениях. В исследовании социальных проблем соединяется его талант теоретика и экспериментатора. Левин верил, что любая социальная проблема может изучаться научными методами с использованием систематических измерений, строгой фиксацией данных, надежным подбором наблюдателей, контрольных групп, сравнения групп и т.д. Он настаивал на тщательном конструировании как операциональных, так и концептуальных определений. В области экспериментов с группами в социальной психологии Курту Левину нет равных. Для американской социальной психологии с ее склонностью к преимущественному изучению индивидуальных психических явлений подход Левина открывал новые перспективы. Первая научная школа, в которой когда-то начиналась его профессиональная деятельность, была традиция гештальт-психологии Келера, Вертгеймера и др. Невозможность рассмотрения групповых феноменов («целого») через совокупность индивидуальных («частей») была для него очевидной. «Целое отличается от суммы его частей», подчеркивает Левин, что, по его мнению, это звучит точнее, чем традиционное «Целое больше суммы его частей». Его неприятие «атомистического» подхода в исследованиях проявлялось в его усилиях по созданию таких концептов, которые относились бы и к индивиду, и к малой группе, и к более широкой культуре. Левин был первым психологом, начавшим работы в области групповой динамики. Г.Оллпорт в предисловии к книге «Разрешение социальных конфликтов» пишет о том, что большинство психологов были настолько поглощены изучением характеристик психической жизни индивида, что забывали о тех основах социальных групп, которые определяют эти характеристики. Он считает выдающимся вкладом Левина его демонстрацию того, что взаимозависимость индиви-
Курт Левин: жизнь и судьба 55 да и группы может быть лучше понята, если мы будем использовать новые подходы и концепты. Левин в соответствии со своими методологическими представлениями исходил из понимания группы как динамического целого, основанного на взаимозависимости ее членов. Нередко используемый для определения групп параметр сходства участников не выдерживает критики. Например, говорил Левин, мужчина, женщина и ребенок из одной семьи могут обнаруживать большие различия между собой, чем мужчина по отношению к другому мужчине того же возраста и социального слоя, или женщина по отношению к другой женщине, или этот ребенок по отношению к другим детям. Более того, для хорошо организованной группы с высокой степенью единства членов, которые отличаются друг от друга или имеют различные функции внутри целого. Не подобие, но определенная взаимозависимость членов создает группу. Существенными характеристиками этой взаимозависимости, по Левину, являются ее вид, степень и возникающая на ее основе групповая структура. Понимая группу как «динамическое целое», он считал, что она определяется не столько подобием индивидов, ее составляющих, сколько «общностью судьбы». (Этот концепт впоследствии использовался, был развит и экспериментально изучен следующими поколениями когнитивистов, в том числе в европейской традиции). V На основе предложенного Левином понимания группы он сам и его ученики разработали такие концепты, как групповая сплоченность, групповая коммуникация, кооперация, групповое принятие решений и др. Психологическое понимание группы естественным образом приводит Левина к формулировке тезиса о влиянии группы на индивида и о необходимости учета этого влияния для лучшего понимания поведения индивида. С самого начала своего социального экспериментирования Левин задается вопросом о методологии
56 Курт Левин: жизнь и судьба и технологии социальных изменений: если мы планируем изменения в тех или иных аспектах группового существования, какие его условия должны быть изменены, чтобы дать нужный результат, и как их следует изменить? Для ответа на этот вопрос необходимо обратиться к анализу поля в целом. Жизнь группы, по Левину, — это результат констелляции сил, действующих в рамках более широких условий или ситуации. Значит, чтобы понять возможные изменения в группе, мы должны проанализировать силы, действующие в поле ее существования, которые позволят нам увидеть возможные цели нашего воздействия, направленного на нужные изменения. В социально-психологических и социальных экспериментах Левина главным предметом его внимания были ситуационные факторы влияния на поведение индивида. Напомним, что в то время поведение традиционно рассматривалось скорее как результат личностных особенностей и личностных диспозиций индивида. Одним из наиболее знаменитых был эксперимент, проведенный Левином вместе с коллегами Липпитом и Уайтом в 1939 году по выяснению влияния авторитарного и демократического климата на отношения членов группы и групповые явления. Используя разные типы лидерства, исследователи показали, как факторы непосредственного окружения человека оказывают влияние на его поведение в группе. Основные вопросы, которые их волновали, были связаны с тем, какова природа демократического лидерства и при каких условиях оно может быть эффективным. В соответствии с этим была сформулирована задача выявления того, в какой степени и каким образом поведение лидеров определяет групповое поведение. Левин подчеркивает, что цель этого эксперимента состояла в том, чтобы создать соответствующую среду — ситуацию с разными условиями. Первоначально использовались два типа лидерства. В одном случае лидер целиком определял
Курт Левин: жизнь и судьба 57 деятельность группы, он должен был говорить, что и как делать, распределять задания, формировать работающие пары, оценивать и критиковать работу; одним словом, доминировать над группой — так создавалась атмосфера авторитарного лидерства. Во втором случае цели и средства их достижения устанавливались в результате группового обсуждения, участники всегда имели право выбора действий, сами распределяли работу и подбирали себе напарников, в своих оценках руководитель стремился к объективности и старался быть скорее членом группы, чем ее руководителем, что в целом, по мнению исследователей, и составляло суть демократического стиля лидерства. Одиннадцатилетние дети, которые собирались после школы и мастерили разные поделки, были разделены на две группы по пять человек в каждой. Они встречались одиннадцать раз, и ими руководил один и тот же человек (Липпит), который в одной группе играл роль демократического лидера и создавал демократическую атмосферу, а в другой — роль авторитарного лидера. Пятеро наблюдателей фиксировали особенности поведения лидера и детей, количество и характер действий лидера и т.д. Анализируя результаты, экспериментаторы пришли к следующему выводу: хотя группы действовали в одних и тех же условиях, между ними быстро возникали различия, а к последним встречам контраст становился разительным. В авторитарно управляемых группах наблюдалось больше ссор и враждебности, тогда как группы с демократическим управлением демонстрировали большую дружественность и для них был характерен дух группы. Далее эксперименты были повторены, использовалось большее количество групп, осуществлялся более строгий контроль за группой и ее деятельностью. С этим экспериментом связан любопытный факт. Вот что рассказывает об этом Рональд Лип- пит: «Во время первой или второй встречи четырех
58 Курт Левин: жизнь и судьба групп одиннадцатилетних мальчиков-добровольцев, Ральф (Уайт — Н. Г.), сначала исполнявший предписанную ему роль демократического лидера, начал вести себя совершенно иначе, чем это предполагалось ролью демократического лидера, как мы ее определили. Он очевидным образом получал другой эффект в терминах ответов детей. У Курта, наблюдавшего за этим, поскольку он стоял за занавеской и снимал происходящее на камеру, появился блеск в глазах, когда он увидел базисное генотипическое различие между демократическим паттерном и тем, что мы назвали «laissez-faire» стилем лидерства. Так, вместо того, чтобы скорректировать стиль Ральфа, мы усилили его до чистого случая «laissez-faire» паттерна и запланировали для других лидеров использование той же роли, чтобы получить более полный анализ динамики различий. Это изменение является хорошим примером креативности Курта» (цит. по: Marrow, 1969, р. 124). Так в схему эксперимента был добавлен третий тип лидерского поведения. Используемый стиль лидерства — как основная переменная в данном эксперименте — оказался значимым фактором, породившим заметные различия в отношениях членов групп друг к другу и других явлениях, возникавших в групповом взаимодействии. Результаты были впечатляющими. Марроу описывает их следующим образом. В атмосфере авторитарной группы мальчики утрачивали инициативу, оставались неудовлетворенными, становились агрессивными и враждовали друг с другом; они действовали поодиночке, не ориентируясь на интересы других членов группы и групповые цели, наблюдалась склонность к поиску «козлов отпущения». Последнее быНо зафиксировано и в группах со стилем «laissez-faire». Исследователи приписывали это явление фрустрации вследствие недостаточного лидерства. Результатом было сильное чувство неадекватности, облегчавшееся насмешками над менее компетентными и предпочитаемыми членами группы. Преимущество демокра-
Курт Левин: жизнь и судьба 59 тического лидерства было явно ощутимо во всех группах. Эксперименты доказали прямую связь между групповой атмосферой и уровнем напряжения отдельных членов групп и показали, как социальная атмосфера может влиять на чувство взаимозависимости и взаимодействие. Так, в группе с демократическим стилем руководства вдвое чаще имели место «мы»-ориентированные высказывания, чем в авторитарной группе, где доминировали «я»-ориентированные заявления. Авторитарная атмосфера делала детей более уступчивыми, фактически конформными по отношению к лидеру и менее уступчивыми по отношению друг к другу. Полученные данные вполне согласовывались с представлениями теории поля. Авторитарное лидерство создает сдерживающее поле, которое, порождая фрустрацию, ведет к росту внутренней агрессии, которая может быть уменьшена, если человек принимает позицию «слепого повиновения». (Левин приводит в качестве примера культуры Германии и Японии, где, по его мнению, такого рода установка довольно сильна) (Lewin, 1947). У Левина результаты исследования вызвали чувство глубокого удовлетворения, поскольку они подтвердили его глубокую веру в преимущество демократической системы. «В целом, — писал он, — я думаю, это является достаточным доказательством того, что различия в поведении в автократической и демократической ситуациях не являются следствием индивидуальных различий. Немногие эксперименты произвели на меня такое впечатление, как наблюдение за выражением на детских лицах во время первого дня автократического лидерства. Группа, которая была дружественной, открытой, кооперативной и полной жизни, в течение какого-нибудь получаса становилась апатично выглядящим безынициативным собранием. Изменения от автократии к демократии, похоже, занимали больше времени, чем от демократии к автократии. Автократия сильнее воздействует
60 Курт Левин: жизнь и судьба на индивида. Демократии нужно учить!» (цит. по: Marrow, 1969, р. 126-127). Несколько экспериментов были посвящены «групповому принятию решений». Именно эта серия экспериментов, по словам Росса и Нисбетта, способствовала рождению «фундаментального открытия Левина, знакомого теперь целым поколениям специалистов по психологии организаций и руководителям «тренинговых групп». Дело в том, что при попытке заставить людей изменить привычные для них способы действия, социальное давление со стороны неформальной референтной группы и налагаемые этой группой ограничения представляют собой наиболее мощную силу (сдерживающую изменения или вызывающую их), которая может быть использована для достижения успешных результатов» (Росс, Нисбетт, 1999, с. 43-44). Один из этих знаменитых экспериментов был направлен на изменение привычек питания. Ему предшествовало исследование того, «почему люди едят то, что они едят». Превосходное описание результатов этого эексперимента Левин приводит в своей работе «Психологическая экология» (1943) в качестве иллюстрации применения полевого подхода к изучению культурных и групповых феноменов. Были описаны каналы, по которым еда попадает на стол, выявлены «контролеры» этих каналов (в подавляющем большинстве случаев женщина-хозяйка), когнитивные установки по отношению к разным видам еды (ее физическая и «культурная» пригодность, специфические требования к еде для детей и мужчин, особенности еды на завтрак, обед и ужин и т.д.), мотивационные факторы (ценностные аспекты, пищевые потребности и др.), проблемы покупки и многие другие аспекты. На основании полученных данных стало возможным поставить вопрос об изменении сложившихся привычек питания. С этой практической проблемой американцы столкнулись во время Второй мировой войны. Попытки влияния на сознание людей привычными спо-
Курт Левин: жизнь и судьба 61 собами — через средства массовой информации, просветительские меры, разные формы агитации — не дали результата. Левин предложил использовать принцип дискуссионных групп. Сама процедура была чрезвычайно простой. После небольшого вступления ведущего участники группы обсуждали между собой, как можно побудить людей к использованию новых продуктов питания. Результаты были ошеломляющими. Росс и Нис- бетт приводят следующие цифры: после весьма информативной лекции лишь 3 процента присутствующих отваживались на пробу хотя бы одного из новых блюд, а из тех домохозяек, которые участвовали в дискуссии, — 30 процентов! Не менее впечатляющие результаты были получены и при проведении экспериментов на предприятии по поиску эффективных процедур внедрения изменений. Традиционное объявление работникам о предстоящих изменениях в технологическом процессе и соответствующей коррекции оплаты труда вызвало немедленную негативную реакцию, возмущение и враждебность работников, а также увольнение части из них, падение производительности труда, которая частично восстановилась лишь через два месяца. В другой процедуре рабочих предварительно информировали о предстоящих изменениях, а затем пригласили их представителей для встречи с руководством и обсуждения новых методов работы. Этот способ оказался безусловно более эффективным: ранее отмеченных негативных реакций (падение морального духа, ухудшение отношений с руководством, увольнения) не наблюдалось, снизившийся поначалу уровень производительности труда восстановился за две недели. Но особенно эффективной оказалась третья процедура, в которой все работники принимали участие в активном обсуждении способов внедрения технологических изменений: незначительный спад производительности труда наблюдался в течение всего лишь одного дня, зато его последующий
62 Курт Левин: жизнь и судьба рост превысил первоначальный уровень на 15%, а проявления негативных реакций со стороны работников не было вообще. Объясняя этот и другие результаты экспериментов по принятию решений, Левин утверждал, что мотивация сама по себе не является достаточным фактором изменений. Эта связь обеспечивается решениями. Процесс принятия решения, который может занимать лишь несколько минут, может повлиять на поведение на многие последующие месяцы. Решение, похоже, имеет «замораживающий» эффект, который частично является следствием индивидуальной тенденции «оставаться верным своему решению», а частично — «обязательств перед группой» (Marrow, 1969, р. 144). Подводя итоги проведенных экспериментов, Левин отмечает, что, несмотря на то, что можно было бы предполагать большую гибкость и податливость к изменениям со стороны отдельных индивидов, результаты выполненных им и его учениками исследований показывают, что изменения гораздо легче достигаются, если объектом воздействия являются индивиды, организованные в группы, чем если это воздействие оказывается на каждого из них в отдельности. Это связано с тем, что индивид сопротивляется изменениям, если они предполагают отход от групповых норм, и наоборот, при изменении групповых норм изменения отдельного индивида достигаются гораздо легче (Lewin, 1947). Практика Левина в области социально-психологического экспериментирования оказалась чрезвычайно плодотворной как в теоретическом, так и в практическом отношении. Его теория поля породила целый класс социально-психологических теорий, среди которой, пожалуй, наиболее известными и влиятельными оказались теория межличностных отношений Хайдера и теория кооперации и конкуренции Дойча. Представление Левина о том, что именно групповой контекст создает наиболее благоприятные возможности для достижения эффективных изменений в установках и поведении личности и имеет несомненные преимуще-
Курт Левин: жизнь и судьба 63 ства по сравнению с индивидуальной работой с человеком, стало фундаментальным положением лежащим в основе различных форм работы с группами. К. Рудестам подчеркивает, что «сторонники групповой динамики признают приоритет Курта Левина в истории развития психокоррекционных групп и считают его «теорию поля» сердцевиной теории групп. Левин как социальный психолог оказал большое влияние на современные исследования малых групп» (Рудестам, 1990, с. 22). Считается, что появление так называемых «Т- групп» («тренинговых групп»), как и всего этого направления, обязано работам Левина. Как утверждает Рудестам, первая Т-группа возникла на основе совместного обсуждения специалистами и участниками группы по решению конкретной практической проблемы, которое дало «первый пример анализа участниками группы своего опыта с помощью получаемой от других обратной связи» и тем самым превратилось в «эффективный метод обучения» (там же, с. 68). Главным открытием Левина и его коллег стало установление того факта, что «участники групп получают пользу от анализа собственных переживаний» (с. 95). Именно поэтому мы вправе считать Курта Левина «открывателем» тренинговых групп и всего направления группового тренинга. Многие современные концепты, используемые в этой области, такие как принцип «здесь и сейчас», обучающая лаборатория, обратная связь и другие, фактически были предложены и применены уже Левиным. Началом «открытия» тренинговых групп стал новый эксперимент Левина. Летом 1946 года Левин начинает эксперимент большой социальной значимости. Комиссия штата Коннектикут обратилась к нему за помощью в подготовке лидеров и проведении исследований по выработке наиболее эффективных мер борьбы с расовыми и религиозными предрассудками в обществе. Деятельность комиссии отличалась недостаточной эф-
64 Курт Левин: жизнь и судьба фективностью, и ее руководство было обеспокоено неспособностью сотрудников перевести скрытые возможности доброй воли в общностях в открытое преодоление различных форм предрассудков. К этому моменту Левин и его сотрудники имели и опыт работы с группами, и идеи, относящиеся к воздействию лидера на групповое поведение, которые заслуживали того, чтобы быть проверенными в «действенном исследовании». Тренинговая программа для Коннектикута предоставила им возможность проведения «изменяющего» эксперимента. В процессе деятельности этой рабочей группы одновременно велось обучение ее участников, собирались данные о том, почему и каким образом у обучаемых происходят изменения, измерялась степень этих изменений и анализировался результат. Короче, рабочая группа одновременно обучала участников и обеспечивала исследовательскими данными по тому, что производит изменения. Вместе с тремя руководителями Левин начал работать с такой группой в июне 1946 года в Учительском колледже штата Коннектикут. Для участия в двухнедельной программе тренинга был отобран 41 участник, большинство из которых были профессиональными педагогами или социальными работниками. Несколько человек были проф- союзыми лидерами и бизнесменами. Около половины участников составляли темнокожие и евреи. Предварительно с помощью интервью уточнялось, чего именно ожидают по отношению к своей работе в группе ее участники. Их ожидания были довольно разными, но, в общем, они надеялись развить свое умение работать с людьми, освоить более надежные методы изменения установок людей, понять причины сопротивления изменениям, получить более научное понимание причин предрассудков и более точно осознать собственные установки и ценности. Начало работы привычно для всех тех, кто сегодня сам ведет группы или принимал в них учас-
Курт Левин: жизнь и судьба 65 тие в качестве рядового члена. Тренеры держатся дружески, в течение нескольких минут идет представление членов группы друг другу, руководители объясняют цель использования записывающей и регистрирующей аппаратуры, и через 15 минут начинается работа группы. Во время проведения этой тренинговой программы большинство ее участников вечером уезжали домой. Тем, кто оставался в кампусе, было нечего делать, и они обратились с вопросом, не могли бы они присутствовать на встречах руководителей и ведущих проекта, на которых обсуждались данные, собиравшиеся с помощью наблюдения за тремя группами тренинга. Большинство из ведущих опасалось, не будет ли вредным, если участники групп будут присутствовать при обсуждении их поведения. Левин, однако, не видел оснований, по которым исследователи должны держать данные при себе, и считал, что обратная связь может быть полезной. По словам одного из ведущих проекта, реакция людей на данные по их поведению была подобна удару электрического тока. Роль обратной связи в тренинговой группе была очевидной, и с тех пор она является неотъемлемой частью сценария этой работы. Липпит так описывает это. Однажды вечером наблюдатель сделал несколько замечаний по поводу поведения одной женщины из трех присутствовавших при обсуждении участников групп тренинга. Она выразила несогласие с ними и объяснила произошедшее со своей точки зрения. Некоторое время шел активный диалог между наблюдателем, тренером и участницей относительно интерпретации события. Левин получал очевидное удовольствие от этих различных данных, которые необходимо было соотнести и интегрировать. В конце вечера участники тренинговой группы спросили, не могли бы они прийти на следующую встречу, где их поведение будет оцениваться. Левин, чувствуя, что это будет скорее ценным вкладом, чем нежелательным вторжением, с энтузиазмом дал согла-
66 Курт Левин: жизнь и судьба сие на их возвращение. На следующий вечер в результате полученной от трех участников информации о состоявшейся дискуссии, на встрече присутствовала по меньшей мере половина участников. Вечерняя сессия с тех пор стала важным обучающим опытом дня с фокусом на актуальных поведенческих событиях и с активным обсуждением различий в интерпретациях и наблюдениях за событиями тех, кто принимал в них участие. Ведущие были преисполнены энтузиазма, поскольку они нашли уникальный путь обеспечения данных и интерпретации поведения. Кроме этого, они находили, что обратная связь делала участников более сенситивными к их собственному поведению и делала критику более открытой, здоровой и конструктивной. В дополнение к этим новым сессиям по индивидуальной обратной связи участники каждой группы проводили около 18 процентов времени, оценивая свое собственное поведение. Эти сессии проходили вечерами и длились около полутора часов. Когда деятельность рабочей группы была завершена, и ведущие, и участники были удовлетворены ее результатами. Однако реальной проверкой эффективности тренинга могло стать только то, насколько хорошо, вернувшись домой, его участники смогут использовать полученные ими новые знания и умения. Спустя шесть месяцев члены этой группы и их коллеги по работе были проинтервьированы. Ответы показали, что 72 процента респондентов использовали новые методы, чаще всего упоминалось проигрывание ролей. Около 75 процентов заявили, что они теперь более эффективны в улучшении групповых отношений. Они также говорили об увеличении собственной сенситив- ности к чувствам других и своем большем оптимизме относительно возможного прогресса в собственной деятельности. Из каждого источника поступали сведения об изменениях в работе с людьми, в планировании действий, в установлении связей между добрыми намерениями и актуальным поведением.
Курт Левин: жизнь и судьба 67 Любопытно, что важным фактором успешности обучающих процедур по изменениям в группе Левин считал изоляцию группы на период обучения. Это, по его мнению, связано с тем, что система ценностей более широкого социального окружения может препятствовать изменению ценностей участников групп обучения. «Субкультура» такого семинара легче создается и будет более сильной, если группа сможет находиться на своем собственном «культурном острове» все время обучения (Lewin, 1947). Применительно к возможности изменений Левин использовал термин «переобразование» (reeducation), означающий такой процесс изменений, который представляет собой не просто приобретение нового знания, привычек и социальных навыков, но процесс изменений в самовосприятии, процесс, помогающий индивиду преодолеть внутреннее сопротивление. По Левину, этот процесс изменений в ценностях, представлениях, в повседневном поведении, в самом индивиде может быть эффективным, только если он идет через группу, в рамках общей жизни индивида в группе. Левин описывал оптимальные условия этих изменений в терминах групповых норм, социального климата и центральной роли тренера. Групповой тренер должен создать сильное чувство «мы», означающее, что «все мы в одной лодке», проходим через одни и те же трудности, говорим на одном и том же языке. Кроме того, в группе должна быть атмосфера свободы и спонтанности. Именно такая атмосфера с неформальностью встреч, добровольным участием, свободой выражения, эмоциональной защищенностью и избеганием давления может обеспечить индивидуальные изменения, включающие в себя изменения в системе ценностей индивида и компонентах его супер-эго. Никакое обеспечение информацией, никакие лекции или семинары не могут дать этого. Только активное участие индивида в групповом процессе, его вовлеченность в него могут действительно привести к изменениям.
68 Курт Левин: жизнь и судьба Результатом деятельности этой рабочей группы стало создание в 1947 году Национальной лаборатории тренинга, которая, по словам У.Бенниса, сказанным по случаю ее 20-летия, выросла в международно признанную и мощную образовательную силу, повлиявшую почти на все социальные институты нашего общества. Созданная лаборатория должна была помочь людям освоить метод более эффективной работы со сложными человеческими отношениями и проблемами. Этот метод обычно называют «тренингом сенситивности». Многие верят, что он является более многообещающим для улучшения социальных проблем, чем любая другая из имеющихся альтернатив. Прежде чем эта лаборатория провела свою первую сессию, Левин умирает. Как пишет Марроу, он так никогда и не узнал, что это его детище стало постоянной организацией национального масштаба и что оно стало одним из наиболее значительных вкладов в научное исследование человеческих отношений. По мнению Росса и Нисбетта, в США наследие Курта Левина «заключается прежде всего в развитии его учениками практики психологических групп (групп общения, «самопомощи», групп, формируемых с целью повышения уровня осознания и самоактуализации), ставших повсеместной приметой современной американской жизни» (Росс, Нисбетт, 1999, с 355). По словам Карла Роджерса, сенситивный тренинг, возможно, является одним из наиболее значительных социальных открытий этого столетия. Это один из наиболее быстро растущих социальных феноменов в Соединенных Штатах. Он распространился на индустрию, пришел в образование, достиг семей, профессионалов в помогающих областях и многих других индивидов. Брэдфорд, один из руководителей рабочих групп 1946 года, директор и вдохновитель Национальной лаборатории тренинга с момента ее создания в 1947 году, верил, что Курт Левин мог бы гордиться масштабным ростом сенситивного тренинга как техники
Курт Левин: жизнь и судьба 69 и Национальной лабораторией тренинга как центра продолжающихся исследований в этой области. Великие концепты Левина о создании данных «здесь и сейчас», об их анализе и использовании обратной связи стали существенными элементами во всех многочисленных вариациях сенситивного тренинга и групп встреч, которые появились на каждом континенте. «ИССЛЕДОВАНИЕ, КОТОРОЕ НЕ СОЗДАЕТ НИЧЕГО, КРОМЕ КНИГ, НЕ БУДЕТ УДОВЛЕТВОРИТЕЛЬНЫМ» (К. Левин) Описание теоретических и экспериментальных исследований Курта Левина может создать представление о нем как об академически ориентированном ученом, чьи работы, благодаря их высокому уровню, приобретали прикладное значение. Это представление было бы глубоко ошибочным, так как на самом деле практическая работа была важнейшей областью деятельности Левина. Еще в 20-х годах в Берлинском психологическом институте Левин пишет две статьи, посвященные организационному поведению, в том числе по критике использования системы Тейлора в индустрии. В конце 30-х годов уже в Америке он занимается проблемами обучения персонала в связи с задачами достижения требуемого уровня производительности. Левин часто бывал на предприятии, и хотя рабочие не очень-то склонны доверять иностранцу, тем более профессору психологии без опыта работы в индустрии, говорившему по-английски с немецким акцентом, он приобрел популярность благодаря своим предложениям и своему обаянию. Главные идеи Левина были связаны с работой с персоналом не как с индивидами, а как с членами малых групп; кроме того, он выступал категорически против принуждения работников.
70 Курт Левин: жизнь и судьба Между 1940 и 1946 годом Левин провел ряд исследований малых групп, связанных с облегчением перехода со старой работы на новую и введением технологических изменений в методы работы без обычных проявлений недовольства и негативизма со стороны работников. Левин сдвигал фокус индустриального менеджмента от механического, инженерного подхода к социально-психологическому. Многие из последующих исследований и нововведений являются следствием идей Левина в области групповой динамики. А те, кто работает в индустрии и никогда не слышали имени Левина и не читали его работ, пользуются преимуществами, достигнутыми благодаря его идеям. И уж совсем фантастичной выглядит история его влияния на японскую систему управления в промышленности. Ученик Левина по Берлинскому институту Сакума учредил в Японии Психологический институт по образцу берлинского. По приглашению Центра гештальтпсихологии, Левин, как уже отмечалось, останавливается в Японии по дороге из Калифорнии домой, в Германию. Как пишет Марроу, репутация Левина опередила его в Японии. Его лекции в Иокогаме и демонстрация его знаменитого фильма о девочке сопровождались оживленными дискуссиями, для изучения его работ в Японии даже была сформирована специальная группа, которую участники называли « Левин- Класс». Эта группа в основном и ответственна за влияние Левина на японскую психологию. По свидетельству японских психологов, визит Левина в Японию в начале 30-х годов «оказал глубокое воздействие на тамошние промышленные и научные круги». Ему было предложено возглавить кафедру производственных отношений в Токийском университете. Однако именно в Америке «Левин впервые создал приемы смягчения конфликта между работниками и работодателями — приемы, основанные не на японской „семейной" модели, а на американском идеале демократического участия» (Росс, Нисбетт,
Курт Левин: жизнь и судьба 71 1999, с. 322). Как отмечают Росс и Нисбетт, только спустя 40 лет после того, как Левин выдвигает идеи участия членов группы в управлении («партисипа- торный менеджмент») и эффективности процедур принятия решений в рабочих группах, они начинают внедряться в Америке, причем уже как «японские» управленческие приемы. В течение многих лет они широко использовались в Японии, однако своим появлением там они обязаны, видимо, тому же Курту Левину. Однако талант практика Левина и его социальная позиция ученого-гражданина особенно проявляются в последние годы его деятельности. «Левин был глубоко убежден, что социальный психолог как гражданин не только должен способствовать решению проблем того общества, в котором он живет, не только как ученый, обладающий специальными знаниями, может это делать, но, что более важно, он не может познать свой объект — социальное поведение иначе, как пытаясь изменить его» (Deutsh, 1968, цит. по: Шихирев, 1999, с. 165). По свидетельству Марроу, когда США вступают во Вторую Мировую войну, к решению мобилизационных задач привлекаются возможности социальных и поведенческих наук. Требования военных и правительственных программ к советам специалистов побудили их к поиску новых путей анализа проблем и подготовки рекомендаций, которые могли бы быть понятны тем, кому предстояло им следовать. Для многих социальных ученых переход от спокойного академического стиля к работе, предполагавшей применение результатов их исследований к принятию важных решений, был радикальным. Но для Левина и его коллег этот переход был логическим следствием основного направления их предыдущей работы. Таким образом, они более других оказались готовы в этих обстоятельствах к исследованию проблем «реальной жизни» с максимальной научной строгостью и надежностью. Вскоре Левин и его коллеги уже пытались ис-
72 Курт Левин: жизнь и судьба кать ответы на самые актуальные вопросы: Каково состояние морали и возможная динамика его развития как в своей стране, так и в странах противника? Какие техники психологической войны могут наиболее эффективно ослабить волю врага к сопротивлению? Какой тип лидерства потенциально более успешен для военных образований? Как таких лидеров можно найти и подготовить? Как человеческие отношения на предприятиях и в организациях могут повлиять на военное производство в американской индустрии? Какие меры могут быть приняты для помощи и психологической реабилитации тех, кто пострадал в боях? По свидетельству тех, кто сотрудничал с Леви- ном в правительственных и военных организациях, он был незаменим, когда речь шла о выявлении тех важнейших проблем, по которым было необходимо проведение исследований. К концу войны за плечами Левина были десять лет продуктивной работы в Айове. За это время он, его коллеги и ученики опубликовали десятки работ, многие из которых — в традиции Левина — были образцами соединения теоретической мысли с ее практическим воплощением в экспериментах и прикладных разработках. Именно в этот период Левин начинает создавать Исследовательский центр групповой динамики. В связи с возникавшими спорами относительно преимущественной ориентации Центра на теоретические исследования или прикладные работы Курт Левин замечает: «Многие психологи, работающие сегодня в прикладных областях, остро осознают необходимость более тесной кооперации между теоретической и прикладной психологией. Она может быть реализована в психологии, так же как в физике, если теоретик не будет смотреть на прикладные проблемы с высокомерным отвращением или со страхом перед социальными проолемами и если прикладной психолог поймет, что нет ничего практичнее хорошей теории» (Bargal, Gold, Lewin, 1992, p. 6). Лабораторные экс-
Курт Левин: жизнь и судьба 73 перименты раннего Левина Берлинского периода были столь результативны и получили такой отклик, что одно их развитие и продолжение с легкостью обеспечило бы ему имя и статус в науке. Однако научная работа, которая не дает ничего, кроме научных теорий и публикаций, по его мнению, немногого стоит. С мужеством, которое трудно оценить тому, кто провел всю жизнь в уютной тиши университетских лабораторий и кабинетов, Левин покидает этот безопасный, но искусственный мир ради изучения и — что еще более значимо и ответственно — решения проблем реальной жизни людей, в том числе самых острых проблем их социальной жизни. Но он не перестает быть ученым, теоретиком, экспериментатором и потому не делает никаких скидок на трудности проведения «чистых» исследований и экспериментирования в «полевых» условиях и все так же озабочен контролированием переменных, подбором сравнимых групп и т.д., иными словами, и в своей практической работе он продолжает оставаться прежде всего профессионалом самой высшей пробы. Психология, утверждал Левин, должна стать чем-то боАшим, чем просто объяснением поведения. Мы должны быть не менее озабочены тем, чтобы найти пути его улучшения, а это требует эксперимента. В качестве иллюстрации он ссылался на то, что люди тысячи лет наблюдали падающие предметы, но это не привело к созданию теории гравитации. Понадобился систематический экспериментальный поиск для того, чтобы мог быть осуществлен переход к более адекватным концептам. То же самое должно произойти и в поведенческих науках — необходимо систематическое экспериментальное исследование социальных проблем в самых разнообразных условиях (Marrow, 1969, р. 158). Напомним, что в качестве основных областей исследований Центра были определены следующие «программные направления»: групповая продуктивность, коммуникация и влияние, социальная перцеп-
74 Курт Левин: жизнь и судьба ция, область межгрупповых отношений, групповое членство и индивидуальное членство, тренинг лидеров и улучшение группового функционирования. Левин отдавал себе отчет, что он ратует за непривычное соединение «чистого» исследования и его практической применимости и что выполнимость этого может вызвать известный скептицизм. В связи с формулировкой целей и задач Исследовательского центра групповой динамики в 1945 году он пишет: «Возникает вопрос, не приведет ли взаимосвязь между теоретической социальной наукой и практическими потребностями общества к снижению научного уровня... Психологи относительно недавно осознали необходимость теоретического подхода и испытывают беспокойство относительно того, что преимущественная ориентация на прикладные проблемы, связанные с войной, задержит это развитие. Изучающий групповую жизнь должен отдавать себе отчет в этой опасности и в еще большей опасности обслуживания чьих- то односторонних социальных интересов. Мы не должны, однако, пытаться повернуть время вспять и задержать научное развитие. Мы должны смотреть вперед, и я убежден, что если ученый будет действовать правильно, тесная связь с практикой станет удачей для развития теории». И далее: «Одно важно осознавать ясно и твердо. Нет индивида, который, сознательно или бессознательно, не пытался бы оказать влияние на свою семью, свою группу друзей, свою профессиональную группу и т. д. И поэтому управление является законной и одной из важнейших функций каждого аспекта социальной жизни. Некоторые аспекты, такие как проблемы лидерства и власти в демократии, особенно затуманивают мозги многих... Мы должны понять, что власть сама по себе является существенным аспектом любой и каждой группы...Не последнее, что могут сделать социальные исследования для общества, — это достижение лучшего понимания законных и незаконных аспектов власти» (цит. по Marrow A, 1969, р. 172).
Курт Левин: жизнь и судьба 75 Левин становится одним из основателей «Журнала социальных проблем» (Journal of Social Issues) и Общества психологических исследований социальных проблем (Society for the Psychological Study of Social Issues). Теоретическим основанием создания прикладной социальной науки для Левина становится его парадигма «действенного исследования», представляющая собой особый метод экспериментального исследования и эффективного решения социальных проблем. П.Н.Шихирев называет «исследования в действии» Курта Левина «первым в США примером деятельности ученого-гражданина» (Шихирев, 1999, с. 305), значение которого несомненно усиливается, если учесть, что традиционная точка зрения во времена Курта Левина исходила из необходимости беспристрастной позиции учАого, обязанного позаботиться о том, чтобы даже методы его исследования не оказали косвенного влияния на изучаемые явления. Систематическое, предпочтительно экспериментальное исследование социальных проблем и попытки их решения Левин объединил в парадигму «действенного исследования». По замыслу автора, она характеризуется следующими чертами: 1) циклический процесс планирования, действия и оценки; 2) продолжающаяся обратная связь исследователей со всеми вовлеченными сторонами, включая клиентов; 3) кооперация исследователей, практиков и клиентов через весь процесс с самого начала; 4) использование принципов, управляющих социальной жизнью и групповым принятием решений; 5) принятие во внимание различий в ценностных системах и структурах власти всех сторон, вовлеченных в исследование и 6) одновременное использование активного исследования для решения проблем и порождения нового знания. Левин писал: «Исследование, необходимое для социальной практики...это тип исследовательского действия, сравнительного исследования условий и эффектов различных форм социального действия и иссле-
76 Курт Левин: жизнь и судьба дования, ведущего к социальному действию. Исследование, которое не создает ничего, кроме книг, не будет удовлетворительным». Метод «действенного исследования» включает в себя треугольник действия, исследования и тренинга (обучения). В работе над социальными проблемами сотрудники Левина, работавшие под его руководством, использовали четыре типа «действенного исследования»: диагностическое, участвующее, эмпирическое и экспериментальное. Диагностическое действенное исследование необходимо, чтобы выработать план действий, выявить проблемы и рекомендовать коррекционные меры. Участвующее исследование предполагает, что члены группы, которая является объектом влияния, с самого начала привлекаются к исследовательскому проекту. Это ведет к более сильному осознанию ими необходимости действий, а их личностная вовлеченность обеспечивает поддержку коррекционных программ. Данный тип исследования рассматривался как эффективный применительно к определенному типу проблем, в частности он считался полезным для выявления специфических и конкретных фактов (а не общих принципов), которые могут быть образцом для других общностей. Эмпирическое действенное исследование преимущественно ориентировано на сбор данных и накопление опыта, в идеальном случае на основании последовательной работы с подобными группами. Слабостью этой процедуры является то, что выводы основываются на опыте отдельной группы или нескольких групп, во многих отношениях отличающихся друг от друга, без дополнительного контроля. Несмотря на это эмпирические исследования могут вести к постепенному развитию общих валидных принципов. Экспериментальное действенное исследование является контролируемым изучением относительной эффективности различных техник в относительно идентичных социальных ситуациях. Из всех типов
Курт Левин: жизнь и судьба 77 действенного исследования, по мнению авторов, именно экспериментальное обладало наибольшим потенциалом для получения научного знания. При благоприятных обстоятельствах оно позволяло окончательно проверить конкретные гипотезы, но, однако, было и наиболее трудным типом действенного исследования для его успешной реализации. Парадигма «действенного исследования» была описана Левином в ет4Ш последних работах, и он стремился к ее активному внедрению в различных областях. Однако, по свидетельству его учеников, она не получила широкого распространения при жизни Левина, вероятно, в силу канонов позитивистской «нормальной науки», доминировавшей в академическом мире. Как отмечает Шихирев, несмотря на то, что социально ответственная позиция Левина импонировала американским исследователям, после его смерти усиливается разрыв между теорией и практикой, и в течение 20 лет до конца 60-х годов «исследования в действии» не проводятся, несмотря на растущие в СШЛ ассигнования на социальную психологию (Шихирев, 1999, с. 166). Однако впоследствии картина меняется, и интерес к идеям Левина начинает возрастать. По оценке Арджириса, в период с 1980 по 1989 год в «Psychological Abstracts» было опубликована около 110 статей, отражающих «исследование в действии» или «активную науку», и это, возможно, неполный перечень (Bargal e.a., 1992). Левин был реалистом и отдавал себе отчет в том, что работа с социальными проблемами поднимает ряд этических вопросов. После Второй мировой войны остро встает проблема предотвращения нового подъема фашизма. Необходимо было всячески способствовать развитию демократии, демократическому просвещению и движению широких слоев населения по пути демократии. В 1943 году Левин пишет работу «Реконструкция культуры», в которой обсуждает, воз-
78 Курт Левин: жизнь и судьба можно, самый злободневный вопрос современности — как обеспечить демократические изменения в будущем послевоенном устройстве мира. Он, может быть, больше многих других, осознает, до какой степени ценности общества нуждаются в изменениях. Как психолог он отдает себе отчет в том, что одних просветительских или пропагандистских усилий недостаточно. Основные препятствия к изменению в демократическом направлении, по мнению Левина, связаны с включенностью понятия демократии в разный культурный контекст, позволяющий понимать и трактовать его по- разному. Кроме того, пишет он, дело не может ограничиться только трансформацией официально признаваемых ценностей: демократия — это совсем не только политика, это элемент повседневной жизни людей. Как матери обращаются со своими маленькими детьми, как осуществляют свои функции руководители, как воспринимаются людьми статусные различия — эти и многие другие проявления обычной жизни также являются компонентами демократических или недемократических представлений и паттернов поведения. Теоретические и экспериментальные исследования Левина привели его к убеждению, что трудно ожидать победы демократии в результате постепенного развития общества и роста его культуры. Человек невольно приспосабливается к авторитарной культуре, пытаясь адаптироваться к навязываемой ему извне ситуации. Переход от авторитаризма к демократии куда как более сложен, поскольку демократия должна быть внутренне принята личностью. Но как сделать это демократическим образом, как учить демократии без влияния, без того, чтобы говорить людям, что делать? Или — в более широком плане — как оказывать на людей влияние, не прибегая к уловкам или обману? Необходимость развивать демократию и свободы человека и в то же время оказывать на людей влияние в этом направлении Левин называл «парадоксом демократии». Его ответ на этот «парадокс» был следующим: «Чтобы побудить
Курт Левин: жизнь и судьба 79 к демократическим переменам, в течение определенного периода времени должна быть создана ситуация, которую лидер достаточно контролирует, чтобы исключить нежелательные влияния и в необходимой степени управлять ситуацией. Цель демократического лидера в этот переходный период та же, что и любого хорошего учителя, а именно, сделать себя ненужным, чтобы быть замененным лидерами из самой группы» (1948, с. 39). Как известно, сам Левин, последним детищем которого был Исследовательский центр групповой динамики, не успел этого сделать. ♦ПОСТРОЕНИЕ ЛУЧШЕГО МИРА» Тема конфликта и сопряженная с ней проблематика была одной из ключевых для научного творчества Курта Левина на протяжении всей его жизни. Левину всегда была свойственна «проблемно-ориентированность», он не способен был замыкаться внутри границ какой-то одной области или специализации. Левин был первым психологом, исследовавшим конфликт. Это относится и к его описаниям конфликта в теории поля, и к его изучению проблем интерперсональных отношений в американский период его деятельности, и к его работам более широкого характера, обобщенным в предлагаемой читателю книге «Разрешение социальных конфликтов». В свое время эта книга считалась первой научной работой по проблеме психологии конфликтов не только в психологической науке, но и в конфликтологии. Содержание этой книги, однако, не ограничено собственно конфликтной проблематикой. Она включает в себя, как это следует из подзаголовка, избранные работы Курта Левина в области групповой динамики, которые относятся к широкому кругу социальных и психологических проблем — культурологического, этнического, социально-психологического и собственно психологического характера. Однако эта
80 Курт Левин: жизнь и судьба книга была издана уже после смерти Левина силами его коллег и близких, поэтому ее название не принадлежит ему самому. Точнее, возможно, было бы говорить о социальных проблемах и их разрешении. Напомним некоторые исходные представления Левина, связанные с конфликтами. Как известно, конфликт является одной из базисных категорий в психодинамических концепциях человека. Наибольшее внимание к описанию личностных конфликтов проявляли сторонники психоанализа, который исходит из того, что они являются следствием, результатом действия внутренних процессов самой психики. С их точки зрения конфликт является фактически постоянным элементом душевной жизни человека, изначальным в силу противоречивости самой природы человека. Конфликт в психоаналитической традиции — это интрапсихический феномен, который может быть понят и объяснен только в рамках законов самой внутренней психической жизни человека. Левин с его выходом за пределы сугубо интрапси- хической интерпретации в жизненное пространство индивида, естественно, не мог принять эту доминировавшую в те времена точку зрения. Левин выводит конфликты человека из анализа проблем, возникающих в жизненной ситуации индивида, и именно его традиция описания внутриличностных конфликтов человека стала наиболее влиятельной в психологии, а само описание конфликтов — хрестоматийным, упоминаемым в психологических словарях и энциклопедиях. Предметом его внимания стали конфликты, возникающие в результате одновременной актуализации противоречащих друг другу или несовместимых мотивов. В теории поля конфликт «психологически характеризуется как ситуация, в которой на индивида действуют противоположно направленные одновременно воздействующие силы примерно равной величины» (Lewin, 1935, р. 122). Случаи, когда индивид находится между двумя позитивными или двумя негативными валентностями,
Курт Левин: жизнь и судьба 81 или же когда один и тот же объект оказывается одновременно наделенным как позитивной, так и негативной валентностью, описывают основные виды вну- триличностного конфликта. В первом случае речь идет о ситуациях, когда человек оказывается перед необходимостью выбора между двумя равнопривлекательными, но взаимоисключающими альтернативами. Непременным условием конфликта является то, что мотивы несовместимых действий актуализируются одновременно и имеют равную силу, в противном случае конфликта бы не было, так как выбор был бы само собой разумеющимся. Второй случай конфликта близок по своей природе, но он предполагает выбор между двумя в равной степени непривлекательными возможностями. Наконец, третий тип конфликта возникает, когда один и тот же объект (цель, возможность) наделен в равной степени и позитивной, и негативной валентностями, является в равной мере и привлекательным, и непривлекательным (имеет «и плюсы, и минусы»). Межличностные конфликты интерпретируются как «конфликты между собственными и вынуждающими силами», т.е. как противоречие между собственными потребностями человека и внешними силами. Анализируя, в частности, положение ребенка, оказывающегося в такой ситуации, Левин пишет: «Сила, побуждающая ребенка Р со стороны человека Л может быть представлена как результат поля власти этого человека над ребенком», которая означает ни что иное как то, что «Л в состоянии создавать побуждающие или ограничивающие силы» (Field Theory..., 1952, p. 267-268). Напомним, что «воздействующие силы» и «валентности» в рассуждениях Левина являются не объективными характеристиками внешней ситуации, а представляют собой результат наделения индивидом внешних объектов субъективными значениями, их субъективного восприятия. В работах, объединенных составителями под названием «Разрешение социальных конфликтов», ос-
82 Курт Левин: жизнь и судьба новное внимание уделяется социально-психологическим и социальным проблемам конфликтов — интерперсональным конфликтам в группах, этническим и «культурным» конфликтам. В принципе, по мнению Левина, законы развития конфликта едины для всех его разновидностей, однако эти типы конфликтов являются конфликтами между собственными и внешне вынуждающими силами и имеют специфическую возможность разрушения этой внешней власти. В частности, эти теоретические построения использовались в уже описывавшихся экспериментальных исследованиях групповой атмосферы в ситуации автократического руководства, которая интерпретировалась именно как противоречие между вынуждающими и собственными силами. Вспоминая это исследование в работе «Эксперименты в социальном пространстве» 1939 года, Левин приводит следующую иллюстрацию. Ребенок говорит, что он думал, что нужно делать другую ноделку, но руководитель настаивает на своем варианте, ссылаясь на принятое им единоличное решение. Это означает, пишет Левин, что ребенок сам в состоянии поставить перед собой цель и стремится достичь ее, но внешняя сила — в данном случае авторитарный лидер — ставит препятствия на пути его действий и вынуждает его действовать в другом направлении. Важнейшим компонентом жизненного пространства индивида, по Левину, является группа, к которой он принадлежит. Сначала это семья, где происходит становление личности человека, став взрослым, он участвует во многих социальных группах, которые обладают разной значимостью для него в разные периоды его жизни и в разных жизненных ситуациях. Такая разновидность межличностного конфликта как супружеский конфликт является предметом описания и анализа в работе Левина 1940 года. Как малая группа, семья, по Левину, отличается такими специфическими свойствами как малый размер, связь с витальными проблемами, общее физическое и социальное
Курт Левин: жизнь и судьба 83 существование На основании проведенных исследований Левин считает наиболее важным фактором частоты возникновения конфликтов общий уровень напряжения, в котором существует человек или группа. Общий вопрос адаптации индивида к группе, в том числе и семейной, может быть, по Левину, сформулирован следующим образом: Как может индивид найти достаточное пространство свободного движения для удовлетворения своих собственных персональных нужд внутри группы, не затрагивая интересы группы? Любое членство в группе, пишет он, это неизбежный отказ от определенной части своей свободы. Если тем самым человек приносит в жертву какие-то свои интересы, он будет переживать фрустрацию. Конструктивным выходом становится принятие своих отношений в группе как значимых, принятие их таким образом, что это ограничение не воспринимается как вынужденное и вообще как ограничение; оно становится естественной позицией человека в группе, для которого кроме «я» в контексте этих отношений существует и «мы>>. Эта проблема достаточно трудно решается в супружеской группе, так как ее специфические свойства делают обеспечение адекватного приватного пространства особенно сложной задачей. Прежде всего, природа потребностей, удовлетворяемых в браке, весьма разнообразна. Супруги имеют по отношению друг к другу целый комплекс ожиданий, связанных с их ролями, как-то: возлюбленный, товарищ, поддерживающий, защищающий, распоряжающийся доходами и т.д. Кроме того, конфликты становятся более серьезными, если затрагивают наиболее значимые потребности человека. Брак же очевидным образом связан с витальными потребностями людей. Неудовлетворенность потребностей создает напряжение. Условием удовлетворения индивидуальных потребностей является достаточное пространство свободного движения. Левин приводит пример описания жизненного пространства мужа (пространства профессиональной и соци-
84 Курт Левин: жизнь и судьба альной жизни, дома, детей и т.д.), показывая, что фактически свободными для него остаются только зоны «жизнь в офисе» и «игра в гольф». Исходной посылкой Левина является его представление о том, что большую часть своей жизни взрослый человек действует не просто как индивид, но как член социальной группы. В качестве наиболее важного фактора, определяющего частоту конфликтов в группе, Левин называет общий уровень напряжения, в котором существует человек или группа Приведет или не приведет конкретное событие к конфликту — в решающей степени зависит от уровня напряжения или социальной атмосферы в группе. Особое значение, по его мнению, приобретают: 1) Степень удовлетворенности-неудовлетворенности потребностей человека, особенно базисных, например, потребности в безопасности. Конфликты будут более серьезными, если вовлекаются центральные потребности. Однако Левин напоминает, что неудовлетворенные потребности имеют тенденцию становиться доминирующими, что объективно увеличивает вероятность конфликтов. 2) «Количество пространства свободного движения» человека Достаточное пространство свободного движения является условием удовлетворения индивидуальных потребностей и адаптации к группе. Напротив, ограниченность «свободного движения» ведет к росту напряжения. Левин ссылается на свои эксперименты с демократической и автократической атмосферой в группах: в автократических группах напряжение выше и результируется в апатии или агрессии. 3) Внешний барьер: наличие или отсутствие возможностей выйти из неприятной ситуации. Напряжение или конфликт часто ведут к тенденции покинуть эту ситуацию. Если это возможно — сильное напряжение не будет развиваться. Напротив, отсутствие такой возможности как результат внешнего барьера или внутренних препятствий провоцирует развитие сильного напряжения и конфликта.
Курт Левин: жизнь и судьба 85 4) Степень совпадения или расхождения целей членов группы. Левин отмечает, что в групповом взаимодействии конфликты зависят от степени, в которой цели участников группы противоречат друг другу и от их готовности учитывать точку зрения другого. Эти соображения Левин приводит в работе по супружеским конфликтам, но они, безусловно, могут рассматриваться как относящиеся к любым конфликтам в группах людей. Практической иллюстрацией работы с конфликтами может служить описанный им случай анализа и разрешения хронического производственного конфликта в статье 1944 года. Левин анализирует его с позиций принципов групповой динамики, как всегда пытаясь увидеть «работу» своих теоретических концептов в реальной жизни людей. Читая эту статью, забываешь, что она, как и все другие работы в этой книге, написана более полувека назад, настолько она соответствует нашим сегодняшним представлениям. От интерперсональных и внутригрупповых отношений интересы Левина естественным образом смещаются в область межгрупповых отношений. Последние годы его жизни были отмечены интенсивной вовлеченностью в изучение и практическую работу с социальными проблемами. Так, применительно к проблеме борьбы с предрассудками и улучшения межгрупповых отношений в целом Левин сформулировал три приоритетные исследовательские зоны: 1) Факторы повышения эффективности общественных лидеров, пытающихся улучшить межгрупповые отношения. Каковы наиболее эффективные и практические методы тренинга таких лидеров? Какие принципы должны лежать в основе подбора лиц, проходящих подготовку? и др. 2) Влияние условий, в которых происходит контакт между представителями разных групп. Какие условия ведут к улучшению установок и дружеским отношениям и какие ведут к обратному? Какие условия ведут к формированию устойчивых позитивных
86 Курт Левин: жизнь и судьба установок в противоположность тем, которые легко изменяются под влиянием предрассудков среды? и др. 3) Влияния, которые оказываются наиболее продуктивными в стимулировании у членов групп меньшинства чувства принадлежности, улучшении индивидуального приспособления и лучших отношений с членами других групп (Marrow, 1969, р. 192). Одной из главных тем деятельности Курта Левина последнего периода становится проблема социальных предрассудков в связи с отношениями разных этнических групп, в том числе и с расовыми взаимоотношениями. Занимаясь этой проблемой, Левин делает акцент не столько на возможностях изменений их установок относительно друг друга, сколько — и это он считает более важным — на изменении установок членов группы меньшинства в отношении самих себя. По свидетельству Марроу, в беседах, а также в неопубликованных работах на эту тему Левин указывает, что поведение американских «черных» основано на образе себя, сформированном тремя столетиями их коллективной истории и первыми тремя годами, или возможно даже меньше, личной истории каждого из них. Этот образ себя, считает Левин, мог бы быть изменен, если бы коллективная и личная история «черных» приняла бы новое и позитивное направление. Именно изменению самовосприятия членов групп меньшинства Левин придавал особенное значение. Бессмысленно, говорил он, сталкиваясь с ограничениями, кричаты «Предрассудки!». Многие из «черных» удовлетворяются невысокими достижениями, апатично относятся к самосовершенствованию, имеют высокий уровень криминальности (особенно преступлений, связанных с насилием), часто создают дисциплинарные проблемы в школах, недостаточно поддерживают свои собственные организации и часто слишком зависят от «белых» — поскольку эти представления, по крайней мере отчасти, верны, «черные»
Курт Левин: жизнь и судьба 87 имеют заниженную самооценку. Важно было бы понять причины, по которым это оказывается частично справедливым, и справиться с ними. Левин исходил из убеждения, что люди должны сами помочь себе, сами «протянуть себе руку», а не быть «спасаемы извне». В этом отношении его взгляды вполне созвучны представлениям современной практической психологии. Левин считал, что социальные ученые могут выступать в роли консультантов или своего рода инструкторов, но главная работа должна делаться самими людьми. Необходимо преодолеть эмоциональные барьеры, препятствующие изменениям. Самопомощь такого рода должна основываться на личном достоинстве, доверии и ощущении личностного роста. У Левина есть несколько работ, посвященных проблемам отношений большинства и меньшинства в обществе. Как уже отмечалось, психологические трудности меньшинства он знал не понаслышке. Целый раздел в его книге «Разрешение социальных конфликтов» посвящен теме межгрупповых конфликтов и групповой принадлежности. Многие введенные им концепты сохраняют свое значение как базовые, теоретические представления социальной психологии. Бергел и Бер суммируют эти обобщения, касающиеся этнической идентичности и отношений большинства-меньшинства, следующим образом: 1) Групповое членство психологически является основной детерминантой индивидуального поведения во множестве условий. 2) «Не сходство или несходство индивидов конституируют группу, но общность судьбы» (Lewin, 1948, р. 165). 3) Члены групп меньшинств имеют меньшее пространство свободного движения, чем члены групп большинства. 4) Будущая временная перспектива социальной группы способствует ее идентичности и сохранению ее морали. 5) Повышение низкой самооценки группы меньшинства является необходимым условием улучшения межгрупповых отношений (Bargal D., Ваг D., 1992, р. 142). В соответствии с Левином, групповая принадлежность ин-
88 Курт Левин: жизнь и судьба дивида является важнейшим компонентом социальной идентичности, а самовосприятие всегда опосредуется категориями группового членства. Комментируя его концепты, Бергел и Бер указывают, что «общая судьба» накладывает отпечаток на членов одной и той же группы, она содержит их коллективную память об исторических событиях и их влиянии на них вместе с мифами, метафорами и часто языком и религией. А «временная перспектива» помогает группам меньшинств проходить через кризисы и бороться за лучшие времена. Причем, по Левину, улучшение межгрупповых отношений требует работы с обеими сторонами — и с группами меньшинства, и с группами большинства, а одним из наиболее жестких препятствий на пути этого улучшения он считал недостаток уверенности и самоуважения большинства групп меньшинства. Бергел и Бер рассказывают о своем опыте применения принципов и концептов теории поля Курта Левина в работе по управлению конфликтами в группах арабо-палестинской и еврейской молодежи. За время существования этой школы в ее работе приняло участие около пяти тысяч молодых людей, представляющих обе стороны. Трехдневная работа группы начинается с сессии, на которой участники высказывают свои пожелания и вместе с тренерами создают программу занятий. Используются разнообразные игры и приемы, объединяющие участников разных национальностей. Второй день работы посвящен знакомству с культурой друг друга, например с такими вопросами, как взаимоотношения между родителями и детьми, юношами и девушками. На третий день предметом основного внимания становится проблема формирования идентичности. Обсуждаются политические и социальные аспекты самоидентичности, предрассудки, стереотипы, дискриминация. Благодаря уже сложившимся отношениям между членами группы возможна коррекция ошибочных и разрушающих установок. Теоретическую опору этой работы авторы видят в трудах Левина, посвященных этнической идентичности и отношениям больший-
Курт Левин: жизнь и судьба 89 ства и меньшинства, в его теории индивидуального изменения в группе, а также в принципах «действенного исследования» (Bargal, Bar, 1992). Краткость обсуждения этой части творчества Левина, безусловно, не соответствует тому — теоретическому и практическому — значению, которое эта проблематика занимала и в его работе, и в его жизни. Однако о большинстве упомянутых именно здесь исследований можно прочесть в книге «Разрешение социальных конфликтов». Практически все включенные в это издание статьи превосходны по своим идеям и так просто написаны, что не нуждаются в комментариях. В предисловии жена Левина Гертруда Вайсе Левин пишет, что его энергия и мужество (которые, как мы знаем, всегда поражали окружающих) поддерживались двумя основными целями; и эти цели — усовершенствование концептуального представления социально-психологического мира и использование этих теоретических выводов для построения лучшего мира В этом легко убедиться, познакомившись с опубликованными в этой книге работами. «ИСТОРИЯ - ЭТО НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО СУДЬБА» (Росс, Нисбетт) На встрече памяти Курта Левина, организованной Американской психологической ассоциацией в 1947 году, его бывший ученик и будущий биограф Мар- роу говорил, что целью Левина было открытие того, что вызывает изменения в человеческих отношениях. Такая декларируемая им цель была идеалом ученого, который интегрирует свою роль ученого с ответственностью гражданина демократического общества. Паттерны действенного исследования были развиты первоначально как способы реализации этого идеала, развитые потому, что Левин был социально сознательным индивидом, который верил, что только наука обеспечивает надежный путеводитель к эффективным действиям, и хотел, чтобы его работа имела
90 Курт Левин: жизнь и судьба максимальную социальную полезность, так же как и теоретическое значение. По его мнению, три области деятельности определили карьеру Левина. Первое — его независимый стиль жизни, постоянная вовлеченность в общие дела и продолжающееся сотрудничество с бывшими студентами. Второе — его настойчивая интеграция теории и практического действия, соединение теории с остроумным экспериментированием, и даже более того тесная координация кажущихся трудно понимаемыми гипотез с делами повседневной жизни — нечто, достигаемое только немногими учеными. Третье — успешная комбинация научной с личной и гражданской озабоченностью, сочетание, которое Левин реализовал в высшей степени своими идеями и развитием метода действенного исследования. Левин оказал влияние на мышление целого поколения социальных ученых. Его работы наложили отпечаток на целую область, дав ей имя (групповая динамика), размах (действенное исследование) и цель, которая изменила психологию саму по себе, установив, что ее цель не только в изучении человека, но в улучшении общества. Р.Уайт, профессор Университета Джорджа Вашингтона, в прошлом ученик Левина, так определяет его важнейший вклад в науку. Это прежде всего прямое и непрямое влияние на развитие творческого мышления самого высокого порядка у разных людей. Уже упоминалось множество известных в психологии имен людей, так или иначе связанных с Левином. В течение 14 лет после его смерти многие из них ежегодно собирались на «Встречи Левина», сохраняя приверженность созданному им духу интеллектуального содружества. Далее, это его огромная роль в «низвержении» теории «стимул-реакция» как главной объяснительной модели поведения в целом! Речь идет не о прямой критике бихевиористских построений, а прежде всего о том, что благодаря работам Левина в психологию возвращаются «субъективные» концепты. Уайт иллюстри-
Курт Левин: жизнь и судьба 91 рует этот тезис изучением принятия решений, основанном на субъективной оценке возможных последствий тех или иных действий, тогда как Скиннер, например, в принципе отвергал даже саму идею намерения. Несомненным вкладом Левина в психологию Уайт считает и то, что многие введенные им термины, являясь компонентами его теоретической системы, широко используются и за пределами этой системы. Наконец, что часто отмечается, огромное число экспериментов, проведенных под руководством Левина, посвящены таким объектам, которые многими тогдашними психологами рассматривались как в принципе недоступные экспериментальному изучению. Справедливости ради Уайт пытается говорить и об ограничениях теоретического подхода Левина. Два из них касаются не того, что он делал, а того, что он не делал. Во-первых, недостаточное внимание к бессознательному. Левин признавал роль бессознательных факторов в детерминации поведения, но никогда не занимался ими специально. Второй объект, оставшийся, по мнению, Уайта за пределами рассмотрения Левина, — это искажения и ошибки социального восприятия. Еще один упрек, обращенный Уайтом (и он не одинок в этих своих претензиях) к Левину, — это то, что ему не удалось достичь той строгости в своих построениях и использовании математики, к которой он призывал и стремился. Пожалуй, любому ученому, даже самому выдающемуся, было бы трудно избежать упреков в том, что он что-то не доделал, чему-то не уделил достаточного внимания. И возможно, скорее сомнительным комплиментом прозвучало бы то, что все что он мог, он сделал. Вероятно, замечания Уайта справедливы, однако они не обнаруживают какие-то скрытые слабости теоретической системы ученого, которые заставляют сомневаться в устойчивости всей остальной теоретической конструкции. Масштаб личности в науке измеряется в первую очередь сделанным, и тут Курту Левину мало равных.
92 Курт Левин: жизнь и судьба Приведем лишь несколько суждений о Левине и его роли в развитии науки XX века. После смерти Курта Левина его работа продолжала оказывать влияние на работу его коллег и учеников. Фестингер считает, что «95 процентов современной социальной психологии — это Курт Левин и его исследования по групповой динамике». Оллпорт откровенно заявляет, что «из всех психологов, которых я знал лично, в моем представлении Курт Левин самый живой и выдающийся». М. Мид утверждает, что «Левин и его группа сделали нечто весьма действенное и значительное для целой страны, целой социальной науки». Мандлер пишет, что «социальная психология, психология развития и экспериментальная психология изменились в значительной степени потому, что Курт Левин писал, потому, что Курт Левин учил, потому, что Курт Левин был в Соединенных Штатах» (цит. по: Marrow, 1969, р. 232). Влияние Левина сохраняется и в тех поколениях психологов, которые не знали его лично. Один из них, Арджирис, пишет, что работа Левина вдохновляла его, потому что тот предложил модель, соединяющую теорию, эмпирическое исследование и жизненную релевантность, и он решил работать в направлении этой цели. Воодушевленные Левином молодые ученые и сегодня борются за то, чтобы сделать свои дисциплины более релевантными острым жизненным проблемам. Фестингер считает важнейшим вкладом Левина идею исследования через изменения и наблюдаемые эффекты. Этот принцип — для понимания процесса необходимо произвести изменения и наблюдать его разнообразные эффекты и новую динамику — проходит через все творчество Левина. Для Левина жизнь не была статичной, она была меняющейся, динамичной, текущей. Его понимание важности изменений было частью философского подхода к науке и базисным компонентом его «метатеории». Как таковое, оно помогло превратить многое в социальной психологии из искусства в науку.
Курт Левин: жизнь и судьба 93 Картрайт считает, что наиболее сильным развитием теории и метода Левина является «ответ общества... на групповую динамику. Сильное влияние групповой динамики ощущается в образовании, индустрии, правительстве и почти в каждом аспекте групповой жизни — социальной работе, религии, индустрии, общественном здоровье, психиатрии, уходе за детьми, групповой терапии и военном истэблишменте». Теория интерперсональных отношений Хайдера, теория когнитивного диссонанса Фестингера, работы Картрайта и других испытали на себе влияние связи их авторов с Левином. Толмен, сам известный теоретик, говорит, что «впитал идеи Левина в свою кровь». Идеи Курта Левина нашли свое наиболее сильное применение в области организационной психологии, практике менеджмента и развития организаций. В самое последнее время они, по мнению специалистов, находят отражение в развивающейся практике «групп поддержки» и «систем поддержки». В своих работах Левин немало внимания уделял вопросам детского развития, воспитания и образования. Маккоби считает, что исторические корни исследований «демократического» и «авторитарного» отношения родителей к детям и его влияния на них восходят к работам Левина, к его исследованиям групповой атмосферы. Его идеи изменили взгляд на социализацию, эффективность которой определяется не столько следованием родительским указаниям, сколько сформированной у детей способностью к саморегуляции и ориентацией на позитивное отношение к усилиям родителей (Maccoby, 1992). Напомним, что первая работа Левина после его приезда в Америку была связана именно с детской психологией, и он продолжал исследования, начатые им еще в Берлинском психологическом институте. По свидетельству Маруяма, его идеи, основанные на теории поля, повлияли на мышление многих исследователей в области образования. В частности, речь идет о таких кон-
94 Курт Левин: жизнь и судьба цептах Левина как «жизненное пространство», «силы поля», «пространство свободного движения», «конфликт», «социальный климат» и другие, не говоря уж о его идеях и исследованиях в области межкультурных отношений. Как считает автор, «поскольку образование смотрит в XXI век, и его цель — сделать выпускников способными эффективно функционировать на работе, дома и в свободное время в этом сложном и гетерогенном мире, работы Курта Левина по социальным силам и конфликтам особенно своевременны» (Maruyama, 1992, р.155-156). Этот впечатляющий, хотя и неполный, перечень может навести на мысль о длительной и спокойной жизни ученого, позволившей ему сделать в науке так много. Напомним, что Левин умирает в возрасте всего лишь 56 лет, при этом в Америке, где и реализованы все его основные проекты в области социальной психологии, групповой динамики, социального экспериментирования, он прожил всего лишь 13 лет. И хотя эта его вторая родина дала ему возможности, пусть, скорей всего, и не в полной мере, осуществить свои творческие замыслы, его путь не был легким. Марроу пишет, что жизнь Левина была отмечена последовательностью иронических контрастов. Как ученый он достиг выдающихся успехов и международной известности. Он был центром широкого круга энтузиастов — коллег и сотрудников, которые испытывали к* нему высочайшее уважение. Он был приглашен к участию в некоторых особенно известных исследовательских проектах как в силу своих человеческих качеств, так и из-за блестящего ума. Тем не менее психологический «истэблишмент» всегда сохраняя в отношениях с ним определенную дистанцию. Престижные университеты не предлагали ему должностей. Он не приглашался Американской психологической ассоциацией к участию в деятельности ее комитетов, хотя был основателем и президентом Общества психологических исследований социальных проблем.
Курт Левин: жизнь и судьба 95 Сотрудники и студенты Левина считали его веселым и доброжелательным. Его личная жизнь, однако, прошла через серию кризисов: испытания Первой мировой войны, борьба за возможность академической карьеры в 1920-х годах, неудачный первый брак, катастрофы Третьего рейха в 1930-х годах, гибель его матери и других родных от рук нацистов. Даже эти тяжелые испытания не поколебали его веру в лучшее будущее. Он встречал их со стойкостью, мужеством и неугасимой надеждой. «Он был столь же милосерден в своих страданиях, сколь и молчал об этом. Его поиск правды о сердцах и умах людей заставлял его подчинять свой собственный путь служению другим страдальцам». Оллпорт пишет о том, что гений и величие, похоже, всегда рождают противоречия. Работа гения всегда отмечена определенным интеллектуальным одиночеством. Это может прозвучать странно, что Курт Левин в каком-либо отношении был одинок. Тем не менее, его избегание хорошо известных дорог в психологической науке и его вынужденная импровизация были знаками определенного интеллектуального одиночества. В тоже время, более чем многие оригинальные мыслители, он посвятил себя делу социального улучшения — и неизбежно приобрел круг последователей. По мере того, как его собственные интересы расширялись на области индустриальной психологии и социальной службы, и его студенты занимали важные позиции в военных исследованиях, в клиниках и в общественной жизни, мы, пишет Оллпорт, слышали все меньше о «внутреннем круге» и ощущали более явно общее широкое влияние его работы в нашей национальной и профессиональной жизни. Едва ли не первым «официальным» признанием Левина стало учреждение после его смерти памятной награды Курта Левина. Общество психологического исследования социальных проблем учредило эту награду за выдающийся вклад в традицию «действенного исследования», заложенную Левином и его учени-
96 Курт Левин: жизнь и судьба ками. Среди удостоенных ее за прошедшие десятилетия такие замечательные и известные психологи, как Э.Толмен, Г.Оллпорт, М.Мид, Ф.Хайдер, Т.Ньюкомб, МШериф, М.Дойч, Ч.Осгуд, Д.Кэмпбелл, Д.Картрайт, Т.Дембо (1981), Б.3ейгарник (1983), М.Рокич, Г.Келли и многие другие. Эта премия стала признанной национальной наградой в социальной психологии. Если в конце этой работы вернуться к теории поля Курта Левина и его интерпретации поведения человека, то можно сказать, что правильность своих теоретических идей он доказал примером своей собственной жизни. Внешние обстоятельства его жизни были таковы, что если бы жизнь человека была простым ответом на эти объективные обстоятельства, Левина ждала бы совсем иная судьба. Психологические проблемы, на которые, казалось бы, обрекал его опыт его жизни вечного «маргинала», с детства испытывавшего на себе влияние самых низких предрассудков и предубеждений, могли бы сделать из него постоянного посетителя психотерапевтических кабинетов. Вспомним вывод, который сделал Левин в своих экспериментах о тех, кто, испытывая на себе власть «поля», подчинялись ему и не могли совершить намеренного, волевого действия, и о тех, кто мог стать «над полем», не подчиняясь ему и реализуя свои сознательные, намеренные действия. Это — в контексте всей его жизни — и о нем самом, Курте Левине. Он встал «над полем». P.S. Занимаясь межличностными конфликтами, я не могла не проявить интерес к социальным ситуациям. Как пишут Росс и Нисбетт, социальный психолог не может не быть ситуационистом. В поиске ответов на возникающие у меня вопросы я все чаще стала возвращаться к Курту Левину, работы которого читала еще в студенческие годы. Фигура этого удивительного человека захватывала меня все больше. Я была рада предоставившейся мне возможности написать предисловие к переводу его работ. Мне хоте-
Курт Левин: жизнь и судьба 97 лось передать величие этого, безусловно, гениального ученого, масштаб и многогранность его личности, его человеческое обаяние и те теплые чувства, которое он вызывал у тех, кто с ним соприкасался. И сейчас, когда эта работа закончена, я не уверена, что мне это вполне удалось. Кажется, что многое осталось недосказанным. Надеюсь, что среди читателей этой книги появятся новые последователи и почитатели Курта Левина, работы которого захватывающе интересны и просто не могут оставить равнодушными. И, может быть, кто-нибудь из молодых психологов еще захочет написать о нем и его работе. Н, В. Гришина, доктор психологических наук Работы Курта Левина, упомянутые в тексте: The Dynamic Theory of Personality. N.Y.-L, 1935. Principles of Topological Psychology. N.Y.-L., 1936. Psycho-sociological problems of a minority group (1935) // Resolving Social Conflicts, 1948. Field theory and experiment in social psychology: concepts and methods (1939) // Field Theory in Social Science / Ed. by D.Cartwright, 1963. Experiments in social space (1939) // Resolving Social Conflicts, 1948. The background of conflict in marriage (1940) // Resolving Social Conflicts, 1948. Time perspective and morale (1942) // Resolving Social Conflicts, 1948. Defining the «field at a given time» (1943) // Field Theory in Social Science / Ed. by D.Cartwright, 1963. Psychology and the process of group living (1943) // Field Theory in Social Science / Ed by D.Cartwright, 1963. Cultural Reconstruction (1943) // Resolving Social Conflict, 1948. Constructs in psychology and psychological ecology (1944) // Field Theory in Social Science / Ed. by D.Cartwright, 1963.
98 Курт Левин: жизнь и судьба The solution of a chronic conflict in industry (1944) // Resolving Social Conflicts, 1948. Frontiers in group dynamics (1947) // Field Theory in Social Science / Ed by D.Cartwright, 1963. Patterns of aggressive behavior in experimental created « social climates» (совместно с Lippitt R., White R.) // Organization Theory / Ed. by D.S.Pugh. L, 1971. P. 230-260. Цитированные источники: Зейгарник Б. В. Теория личности Курта Левина. М.: Изд-во МГУ, 1981. Росс Л., Нисбетт Р. Человек и ситуация. Уроки социальной психологии. М.: Аспект Пресс, 1999. Рудестам К. Групповая психотерапия. М.: Прогресс, 1990. Хекхаузен X. Мотивация и деятельность. М.: Педагогика, 1986. Шихирев ILH. Современная социальная психология. М.: Академический проект, 1999. Шульц Д., Шульц С. История современной психологии. СПб: Изд-во * Евразия», 1998. Argyle M., Furnham A., Graham J. Social Situations. Cambridge, 1981. Back K. This Bussiness of Topology // Journal of Social Issues, 1992. Vol. 48. No. 2. P. 51-66. Bargal D., Bar H. A Lewinian Approach to Intergroup Workshops for Arab-Palestinian and Jewish Youth // Journal of Social Issues, 1992. VoL 48. No. 2. P. 139-154. Bargal EX, Gold M., Lewin M. The Heritage of Kurt Lewin // Journal of Social Issues, 1992 VoL 48. No. 2. P. 3-14. Deutsch M. Kurt Lewin: The Tough-Minded and Tender-Hearted Scientist // Journal of Social Issues, 1992. VoL 48. No. 2. P. 31-44. Deutsch M. Constructive conflict resolution: principles, training, and research // Journal of Social Issues, 1994. VoL 50. No. 1. P. 13-32.
Курт Левин: жизнь и судьба 99 Gold M. Metatheory and Field Theory in Social Psychology. Relevance or Elegance? // Journal of Social Issues, 1992. Vol 48. No. 2. P. 67-78. Maccoby E. Trends in the study of socialization: is there a Lewinian heritage? // Journal of Social Issues, 1992. Vol 48. No. 2. P. 171-185. Marrow A. The Practical Theorist. The Life and Work of Kurt Lewin. N.Y.-L., 1969. Maruyama G. Lewin's impact on education: instilling cooperation and conflict management skills in school children // Journal of Social Issues, 1992. Vol. 48. No. 2. P. 155-166. Stryker S. Developments in «two social psychologies»: toward an apprecation of mutual relevance // Sociometry, 1977. Vol 40. P. 145-160. Tolman E. Kurt Lewin // Psychological Review, 1948. Vol. 55. No. 1. P. 1-4.
ПРЕДИСЛОВИЕ Это — первый из двух томов избранных работ Курта Левина, в котором собраны воедино некоторые статьи, опубликованные им за пятнадцать лет жизни в Соединенных Штатах. В это время его научные интересы все больше и больше склонялись к проблемам социальной психологии и групповой динамики. Эти два тома не представляют собой исчерпывающее собрание его работ, но мы предполагаем, что они дадут читателю адекватное представление о его интересах и тех целях, которые он ставил перед собой при изучении общества. Во второй том включены в основном теоретические работы, тогда как в первом томе обсуждается ряд практических вопросов, касающихся культуральных различий и возможностей переобучения, конфликтов в малых контактных группах, таких как семья или отдел на предприятии, а также проблем меньшинств.
Предисловие 101 Анализ природы и причин социальных конфликтов и поиск методов, пригодных для их предотвращения или разрешения, — вот содержание этих работ. В определенном широком смысле тема первого тома может быть определена как «прикладная психология». Курт Левин был так долго и глубоко увлечен задачей усовершенствования концептуальной репрезентации социально-психологического мира (и в то же время ему очень хотелось использовать эти теоретические выводы для построения лучшего мира), что довольно сложно понять, какой из этих двух источников мотивации придавал ему больше энергии и мужества. В своей ранней работе1, не вошедшей в этот двухтомник, он сформулировал основные идеи экспериментальных исследований, которые затем были проведены под его руководством в Германии, и описал то, как, по его мнению, должны быть связаны теория и реальность. Он сравнивал эту задачу с построением моста через ущелье, разделяющее теорию и реальность «частного случая». Исследователь может добиться решения этой задачи лишь в том случае, если благодаря «постоянному интенсивному напряжению» он сможет не упускать из вида ни теорию, ни практику. Сейчас, после того как прошло более двадцати лет, я читаю эту программу его работы с повторяющимся снова и снова образом моста, который должен быть построен, и вспоминаю ту исключительную радость, почти эйфорию, которую испытывал мой муж, когда вел машину через великие американские мосты, через Гудзон, через залив Сан-Франциско. Он никогда не уставал восхищаться этим достижением инженерной мысли. И несомненно, он считал, что и его исследования помогут соединить столь разбросанные ныне отдельные территории. Связь теории и насущнейших социальных вопросов нашей реальнос- 1 Kurt Lewin. Vorsatz, Wille und Bedürfnis, Berlin: Jilius Springer (1926).
102 Предисловие ти — вот что заставляло его переживать это интен- сивное, постоянное * напряжение». С самого начала своей научной деятельности он пытался применить свои теоретические выводы к ряду практических областей, к методам обучения, к работе с проблемными детьми, к «психологическому насыщению» работников текстильной фабрики. Позже, с приходом Гитлера, опыт быстрого перехода целого общества под тоталитарное силовое поле, впечатления от жизни и работы в Соединенных Штатах, возможность сравнения аналогичных ситуаций в разных социальных условиях и, наконец, его глубокая личная заинтересованность как либерала и как еврея — все это существенно усилило его стремление (и соответствующее напряжение) к практической работе социального психолога, к использованию теоретических выводов на практике, к расширению своего теоретического представления о том, что происходит в социальном поле. Центр по исследованию групповой динамики, который был создан в Массачусетсом технологическом институте, был задуман и организован им как лаборатория, в которой можно было бы совмещать теорию и экспериментальные исследования. Таким образом, все представленные в данном двухтомнике работы объединены упорным поиском законов и принципов динамики человеческого поведения с четкой теоретической точки зрения. Собирая воедино все, что изначально было написано для различных категорий читателей, мы столкнулись с проблемой того, как избежать отдельных повторений. В некоторых статьях используются одни и те же примеры и цитаты, но любая попытка исключить все повторения означала бы искажение хода мысли, разбиение целого на фрагменты. Мы чувствовали, что разрушения были бы слишком велики и что сжатый стиль позволяет пойти на определенное количество повторений. Мы хотели бы, чтобы читатель принял их, как принял бы одну и ту же музыкальную тему, повторяющуюся в разном контексте и в различных
Предисловие 103 вариациях. И хотя в некоторых работах присутствует упоминание о фактах, ныне являющихся достоянием прошлого, основные проблемы еще не решены. События прошлых лет только подтвердили правильность сделанных ранее выводов и предсказаний, и понимание динамических сил, анализируемых в данных работах, сегодня, как и всегда, существенно и необходимо. Мы благодарны издателям статей за разрешение привести их в этом сборнике. Для того чтобы читатель знал, какие социальные события имели место в момент написания той или иной статьи, мы указали после заглавия год ее первой публикации. Более подробная информация о том, где и когда была опубликована та или иная статья, приведена ниже: «Psycho-Sociological Problems of a Minority Group». Character and Personality, (1935), III, с 175—187. «Some Social-Psychological Differences Between the United States and Germany». Character and Personality, (1936), IV, с 265-293. «Time Perspective and Morale». Civilian Morale, Second Yearbook of the Society for the Psychological Study of Social Issues, ed. Goodwin Watson, Chapter IV. Boston: Houghton Mifflin, (1942), Henry Holt and Company, present publishers. «Self-Hatred Among Jews». Contemporary Jewish Record, (1941), IV, с 219-232. «Experiments in Social Space». Harvard Educational Review, (1939), IX, с 21—32. «When Facing Danger». Jewish Frontier, September, (1939). «Cultural Reconstruction». Journal of Abnormal and Social Psychology, (1943), XXXVIII, с 166-173. «Conduct, Knowledge, and Acceptance of New Values». Journal of Social Issues, (1945), I, c. 53—63 (написана совместно с Полом Граббе). «Action Research and Minority Problems». Journal of Social Issues, (1946), II, с 34—46.
104 Предисловие «Bringing up the Jewish Child». Menorah Journal, (1940), XXVIII, с 29—45. «The Background of Conflict in Marriage». Modern Marriage, ed. Moses Jung, Chapter. New York: F. S. Crofts, (1940). «The Solution of a Chronic Conflict in Industry». Proceedings of Second Brief Psychotherapy Council, Chicago: Institute for Psychoanalysis, (1944), с 36—46. «The Special Case of Germany». Public Opinion Quarterly, Winter, (1943), с 555—566. Я глубоко признательна д-ру Дорвину Картрайту (Dorwin Cartwright) за его компетентные советы и помощь в планировании и издании этого сборника. Полезными советами и критическими замечаниями помогли также м-р Саймон Н. Герман (Mr. Simon N. Herman) и м-р Бенджамин Виллерман (Mr. Benjamin Willerman). И мне бы хотелось поблагодарить также мисс Дороти Саусмейд (Miss Dorothy Southmayd) за ее неоценимую и вдумчивую помощь в подготовке этой рукописи. Гертруда Вайсе Левин Ньютонвилль, Массачусетс
Часть I ПРОБЛЕМЫ ТРАНСФОРМАЦИИ КУЛЬТУРЫ
1 НЕКОТОРЫЕ СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ РАЗЛИЧИЯ МЕЖДУ СОЕДИНЕННЫМИ ШТАТАМИ АМЕРИКИ И ГЕРМАНИЕЙ (1936) Образование само по себе — это социальный процесс, в который иногда бывают включены маленькие группы, такие как мать и ребенок, а иногда группы большего размера, подобные школьному классу или отряду летнего лагеря. Как правило, результатом обучения является формирование определенных моделей поведения либо определенных типов установок у детей или взрослых — тех, кто обучается. Однако следует иметь в виду, что модели поведения и типы установок, на развитие которых направлено обучение, как и используемые при этом средства, ни в коем случае не представляют собой некие абстрактно-философские либо научно-теоретические построения; они, по сути своей, производные от социологических характеристик группы, в которой обучение имеет место. Анализируя влияние социальной группы на образовательную систему, мы обычно обращаем внимание
Проблемы трансформации культуры 107 на эталоны, принципы и установки, бытующие в данной группе. И действительно, эталоны и принципы играют важную роль в образовании. Но нам необходимо четко осознавать различие между «официально» признаваемыми стандартами и теми правилами, которые на самом деле определяют ход событий в этой социальной группе. Образование зависит от действительного положения вещей в социальной группе, от ее реальных характеристик и особенностей. Процессы обучения, даже внутри маленькой образовательной структуры, такой, например, как семья, в значительной степени зависят от общего настроя, от идеологии более широкой социальной общности, к которой принадлежат представители этой группы. Любые изменения в политической, экономической или социальной структуре этой большей общности (возьмем в качестве примера нацию) принципиальным, глубинным образом влияют не только на организацию процесса обучения, но и на саму его сущность, равно как и на используемые в обучении методики. Конечно, взгляды на образование внутри каждой национальной культуры разнятся от семьи к семье, от школы к школе. И тем не менее, мы можем говорить о существовании некоей общей культурной атмосферы, являющейся как бы фоном для всех частных ситуаций. В социологии, как и в психологии, состояние и событие в любой области зависят от той целостной ситуации, к которой относится эта область. И общая атмосфера, таким образом, оказывает непосредственное влияние на процесс образования, происходящий внутри любой социальной структуры. Степень этого влияния зависит главным образом от того, насколько данная структура (конкретная семья или школа) независима в своем функционировании от более широкой социальной общности. За последние десятилетия мы стали свидетелями ярчайших примеров того, сколь кардинальным образом изменение расстановки политических сил меняет цель и методы обучения. Те, кому выпала воз-
108 Проблемы трансформации культуры, можность непосредственно наблюдать поведение школьных учителей (например, в Германии в период с 1917 по 1933 год и особенно в 1931—1933 годах), не могли не заметить, как малые изменения в общей политической ситуации приводили к изменению не только тех идей, которые учителя старались донести до детей, но также и используемых ими принципов обучения (таких, как тип и частота наказаний, количество материала, который нужно было вызубрить, и степень предоставляемой детям свободы и независимости), причем надо заметить, что образовательная ситуация изменялась буквально с каждым днем. Периоды политических трансформаций общества являют собой весьма показательные образцы того, насколько образование, практически во всех своих аспектах и плоскостях, зависит от социальной структуры группы. По-видимому, легче социуму изменить образовательную систему, чем образованию изменить систему общественных отношений. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ СООБРАЖЕНИЯ Сколь бы очевидным ни было влияние социаль- нойой ситуации на образование и сколь бы чувствительной ни была образовательная система к малейшим изменениям в обществе, тем не менее, довольно сложно точно определить, в чем заключаются эти изменения, и найти понятия, достаточно адекватно их отображающие. Влияние, оказываемое изменяющейся социальной ситуацией на образовательный процесс, не может быть корректно описано через описание изменений в учебных программах и в самих образовательных учреждениях, поскольку они, эти изменения, не определяют содержание динамических факторов образования, иными словами, тех факторов, которые определяют влияние обучения на поведение, личность и идеалы развивающегося ребенка. То, насколько сильно окружающая среда в це-
Проблемы трансформации культуры 109 лом давит на ребенка, имеет гораздо большее значение, чем любая частная методика обучения или отдельный воспитательный эпизод. Можно возразить, однако, что такие общие понятия, как «свобода», «власть» и «социальная атмосфера», слишком расплывчаты и неуловимы, чтобы к ним можно было апеллировать при построении реально работающих четких концепций. И тем не менее, мы вынуждены принимать в расчет тот факт, что эти абстрактные термины не только повсеместно используются при описании образовательных систем, но и, по сути своей, являются наиболее важными динамическими характеристиками любой социально- психологической ситуации. До некоторой степени «человеческая природа» универсальна, и определенные социальные характеристики весьма схожи во всех капиталистических государствах, принадлежащих к так называемой «западной культуре». НАБЛЮДАЕМЫЕ РАЗЛИЧИЯ Пространство свободного движения Если мы пытаемся подойти к описанию ситуации в терминах ее динамики (иными словами, если наш подход делает возможным выдвижение некоторых предположений относительно развития и исхода событий), нам необходимо рассматривать ситуацию как целостную совокупность возможных событий или действий. Каждое изменение в социальной позиции, такое, например, как переход в следующий класс, знакомство с новыми друзьями или болезнь кого-то из членов семьи, означает, что какие-то определенные вещи, люди или виды деятельности становятся доступными или, наоборот, перестают быть таковыми. И в этом случае мы можем говорить о пространстве свободного движения и его границах. Под движениями мы понимаем не только физическое передвижения тела
110 Проблемы трансформации культуры в пространстве, но также (и прежде всего) и «движения» социальные и ментальные. Эти три типа движений значительно разнятся между собой, и в то же время все они безусловно признаются в психологии и социологии как реальные события. Пространство свободного движения личности или социальной группы может быть представлено как топологическая область, окруженная другими областями, которые для этой личности или группы недоступны. Существует два основных фактора, препятствующих доступу в эти области. Первый из них — это недостаток способности, например, недостаточное владение каким-либо навыком или недостаточное интеллектуальное развитие. Второй фактор — это социальный запрет либо любого рода табу, являющиеся динамическим «барьером» между человеком и его целью. Ребенок вполне может достать со стола яблоко, но мать может запретить ему сделать это. Если же мы анализируем ситуацию обучения, то степень свободного движения является наиболее важной, фундаментальной ее характеристикой. В учебном заведении, например, свободное движение личности ограничено гораздо больше, чем в семье. И если мы говорим, что все прогрессивные направления в образовании за последние двадцать пять лет делали особый акцент на идее свободы, мы имеем в виду главным образом два момента: во-первых, признание того, что у ребенка существуют и воля, и его собственные потребности, и во-вторых, тенденцию к снижению количества ограничений. Подобный подход увеличивает пространство свободного движения ребенка. Достаточно сложно сравнить актуальное пространство свободного движения среднего ребенка в Соединенных Штатах и в догитлеровской Германии. Так, например, оказывается малопродуктивным сравнение базовых требований, предъявляемых к учителям, поскольку одни и те же слова могут иметь совершенно различное значение в разных странах; кроме того, разрыв между эталоном, на который ориентируется
Проблемы трансформации культуры 111 та или иная образовательная система, и реальным положением вещей зачастую просто огромен. Нам представляется, что более адекватным предметом исследования могут стать те методики, которые использует учитель, или такие, например, параметры, как частота вмешательства в деятельность школьника и условия, при которых происходит это вмешательство: тон и громкость голоса учителя в разговоре с учеником и так далее. Вторая сложность при сравнении заключается в том, что в обеих культурах можно обнаружить семьи и образовательные учреждения, которые предоставляют детям очень мало свободы, тогда как дети в других семьях и школах пользуются свободой почти неограниченно. Более того, существуют различия между образовательными учреждениями как внутри Соединенных Штатов, так и внутри Германии, а также различия между социальными классами. Таким образом, тому, кто сравнивает две страны, следует, насколько это возможно, рассматривать положение детей, принадлежащих к одному и тому же социальному классу, и школы равного статуса и профиля. Поскольку мой личный опыт в Соединенных Штатах основан преимущественно на общении с представителями среднего класса, при анализе я буду ссылаться главным образом на эту группу. И тем не менее, вполне возможно, что подобные различия были бы обнаружены и между другими социальными стратами в этих двух странах. На того, кто приезжает из Германии, степень свободы и независимости, которой пользуются дети и подростки в Соединенных Штатах, производит неизгладимое впечатление. Особенно поразительным представляется отсутствие подобострастия у маленьких детей перед взрослыми или у студентов перед профессорами. И взрослые гораздо чаще обращаются с детьми, как с равными, тогда как в Германии является нормой ситуация, где взрослый устанавливает правила, а ребенок должен им беспрекословно
112 Проблемы трансформации культуры подчиняться. Естественные отношения между взрослым и ребенком в Соединенных Штатах не рассматриваются в терминах начальника (Herr) и подчиненного (Untergebener)\ скорее, это отношения между двумя индивидуальностями, имеющими принципиально равные права. Родители, как правило, обращаются с детьми с большим, чем в Германии, уважением. Обычно, обращаясь к ребенку с какой-либо просьбой (например, принести какую-то вещь), они делают это вежливо и ненавязчиво. Они дают ребенку возможность почувствовать, что он оказывает им одолжение, тогда как немецкий родитель в аналогичной ситуации скорее выскажет свою просьбу в форме краткого требования. И в Соединенных Штатах гораздо более привычно слышать благодарность родителя в ответ на выполненную просьбу. Более того, родители, возможно, поблагодарят ребенка даже тогда, когда им пришлось оказать на него определенное давление, прежде чем он выполнил их просьбу; в Германии такая ситуация чаще всего закончится родительской фразой о том, что «в следующий раз ты сделаешь это, не дожидаясь моих уговоров». В Германии взрослый, как правило, предпочтет видеть ребенка покорным и повинующимся, тогда как американец постарается наладить с ребенком взаимоотношения «на равных» как можно раньше. Американцы часто говорят детям фразы типа «если бы я был на твоем месте, я сделал бы так-то и так-то»; немцы же при аналогичных обстоятельствах скажут «ты должен сделать это немедленно». Конечно, подобные различия могут быть просто следствием грамматических и стилистических правил языка. Однако в целом американцам более свойственно использовать в речи вежливые обороты. Но и сами по себе эти различия в языке имеют важное значение (к этому тезису мы еще вернемся чуть позже). В любом случае, по всей вероятности, существуют реальные различия в степени уважения к правам и воле ребенка, понимание того, что ребенок, как и
Проблемы трансформации культуры 113 взрослый, имеет свою точку зрения. В Америке взрослому, путешествующему с ребенком, гораздо реже приходится защищать его от ласк и поцелуев посторонних людей. То же самое различие в основополагающих отношениях между ребенком и обучающим его взрослым мы можем наблюдать в школах и детских садах. Тот, кто приехал из Германии, обязательно отметит, как медленно и неохотно воспитательница будет реагировать на сцену яростного спора между двумя мальчиками. На первый взгляд может показаться, что педагог попросту не проявляет к ситуации никакого интереса. Однако в действительности воспитательница просто обучена так реагировать на происходящее. И если педагог хочет прервать какую- то деятельность ребенка, то он делает это осторожно и постепенно. Если существует вероятность того, что ребенок сам справится со стоящей перед ним задачей, воспитательница просто не будет вмешиваться в процесс. В прогрессивных немецких школах догитлеровского периода идея независимости ребенка тоже пользовалась популярностью, особенно в детских садах Монтессори. Однако нужно признать, что различие между реально бытовавшими способами обращения с детьми было огромно; его нельзя не заметить даже тогда, когда речь идет о самых продвинутых немецких учебных заведениях для воспитателей детских садов. Подобное яркое различие существует и в отношении второго правила американских воспитателей, а именно: быть дружелюбными с детьми и разговаривать с ними, не повышая голоса, независимо от того, как настроен и как реагирует сам ребенок. В Германии вмешательство взрослого в дела ребенка не только более привычно, но и, как правило, происходит внезапно и сопровождается повышением голоса. Очень часто это вторжение происходит в форме команды, как требование подчинения. Мне стало известно, что при нацистском режиме ведущим учебным заведениям для вое-
114 Проблемы трансформации культуры питателей была направлена директива, в которой содержалась следующая рекомендация: даже если ребенок не может понять причины поступка взрослого, взрослый не должен ничего объяснять. Таким образом детей приучают к слепому и безоговорочному подчинению, подчинению не вследствие веских причин, а в силу любви или веры. Такой принцип вполне соответствует основному правилу тоталитарного государства, декларируемому снова и снова, но особенно часто раздававшемуся в первые годы правления режима: командуй тем, кто ниже тебя; подчиняйся тому, кто выше тебя. Естественно, что подобные советы воспитателям при Гитлере стали гораздо более жесткими, чем это было в донацистский период. И тем не менее, такую ситуацию можно рассматривать как крайнее выражение отношений между взрослым и ребенком, которое в Германии, по сравнению с Соединенными Штатами, всегда было весьма характерным. Борьба тоталитарного государства против разума и интеллектуальной дискуссии как проявлений «либерализма» представляется довольно логичной, поскольку вдумчивый обмен мнениями предполагает отношения равенства. Точно так же и объяснение причин в педагогике считается «демократической процедурой». Тесно связана с уважением к правам ребенка и тенденция американской образовательной системы всеми возможными способами помогать ребенку как можно раньше стать максимально независимым. Особое внимание уделяется тому, чтобы разработать средства и приспособления, которые позволяют ребенку самостоятельно одеваться, питаться и обслуживать себя, которые дают ему возможность независимо от взрослых справляться с требованиями повседневной бытовой жизни. Аналогичный подход разрабатывается в прогрессивных системах обучения во всех странах, однако истинная свобода выбора и реальная степень независимости, предложенная взрос-
Проблемы трансформации культуры 115 лым и достигнутая ребенком, представляются гораздо большими в Соединенных Штатах, нежели в соответствующей немецкой среде. Все эти факты вроде бы убедительно доказывают, что пространство свободного движения ребенка в американской образовательной системе больше, чем оно было в донацистской Германии. И тем не менее, существует ряд обстоятельств, которые заставляют усомниться в подобном выводе. Американская образовательная система может в большей степени, чем немецкая, признавать права ребенка, и тем не менее, американского учителя едва ли можно назвать более уступчивым и покладистым. Время от времени меня поражает удивительная негибкость, с которой те же самые воспитатели, столь неукоснительно следующие правилам, речь о которых шла выше, соблюдают некоторые процедуры. Несмотря на большую независимость, американские студенты, и даже выпускники, вынуждены подчиняться правилам, напоминающим школьные; у немецких студентов в этом плане гораздо больше свободы. И, таким образом, различие в образовательной ситуации в этих двух странах не может быть описано только лишь через специфику и степень пространства свободного движения, поскольку существуют и структурные различия. Степени свободы и отчетливость границ В жизненном пространстве следует выделять не только те области, в которых личность чувствует себя абсолютно свободной, и те, что являются запрещенными; существуют также области промежуточного типа: определенная активность может и не быть полностью запрещенной, и, тем не менее, личность будет сталкиваться с препятствиями и запретами внутри этой области. Различные социальные группы, к которым принадлежит ребенок, атмосфера на уроках различных учителей, различная социальная деятельность, в
116 Проблемы трансформации культуры которую включен ребенок, — все это часто являет собой области с различной степенью свободы. Мы можем обнаружить между соседствующими областями как плавные, так и резкие переходы. Жизненное пространство в целом характеризуется определенной степенью гомогенности. Существуют образовательные ситуации, в которых, скажем так, всем областям присуща средняя степень свободы. В одних случаях ребенок, воспитываемый в пансионе, может пользоваться достаточной свободой, и при этом его обязывают поступать в соответствии с какими-то ограничениями. В других случаях жизненное пространство может включать в себя области с очень высокой и очень низкой степенями свободы. К примеру, школа для ребенка представляет собой область с жесткой дисциплиной и почти полным отсутствием свободы, тогда как дома, в семье, отношения могут быть очень теплыми и ребенок будет пользоваться полной или почти полной свободой. Подобный контраст областей может существовать и внутри самой семьи, скажем, в ситуации, где отец деспотичен, а мать мягка и нерешительна. Степень гомогенности жизненного пространства, без сомнения, оказывает большое влияние как на формирование моделей поведения, так и на развитие личности ребенка. Также следует обратить особое внимание на то, какого рода переходы между соседствующими областями — резкие или плавные — преобладают в жизненном пространстве. Пространство свободного движения двух детей может быть сходным по протяженности и структуре; и в то же время для одного ребенка границы между дозволенными и запрещенными областями могут быть в высшей степени отчетливыми, практически непреодолимыми, и ребенку будут постоянно напоминать об этих ограничениях. Для второго ребенка эти границы более гибки, они могут меняться в зависимости от ситуации (хотя в самом общем виде они могут быть такими же, как и для первого ребенка); кроме того, они могут быть не столь
Проблемы трансформации культуры 117 отчетливо определены. Его распорядок дня, например, будет не слишком жестким. В то время, когда ему положено отправляться в постель, ему могут с легкостью разрешить еще послушать пластинку, потом еще одну, потом он будет тянуть время, долго и старательно желая всем спокойной ночи, отвлекаясь на какие-то шутки, и только после этого удалится наконец в спальню. Частота и тип исключений из обычного дневного распорядка весьма разнится в зависимости от семьи. Реакция одних родителей на подобную просьбу ребенка может заключаться как в категорическом «нет», так и в определенном «да», тогда как другие родители в аналогичной ситуации будут демонстрировать различную степень решительности ответа. Иными словами, степень отчетливости границ варьирует в зависимости от обстоятельств. Образовательная атмосфера в Соединенных Штатах, если сравнивать их с Германией, будет, по-видимому, характеризоваться существованием областей с весьма разнящимися степенями свободы и четко определенными границами этих областей (рис. 1). В детском саду в Германии ребенок испытывает большее давление со стороны воспитателя, контролирующего его игры и прогулки, чем в аналогичном американском детском саду. С другой стороны, в американских детских садах, как правило, обращается пристальное внимание на неукоснительное выполнение жестких правил быта, например во время еды. В целом создается впечатление, что образовательная атмосфера в немецких учебных учреждениях, как и в немецких семьях, более гомогенна: там нет областей с очень высокой степенью свободы, а существующие ограничения менее жестки, чем в сходных семьях и школах Америки. В новой тоталитарной Германии, несомненно, предприняты решительные шаги на пути увеличения гомогенности системы образования, так же как и любой другой жизненной сферы; тем самым создается всеобъемлющая жесткая система правил и ограничений.
118 Проблемы трансформации культуры Рис. 1. Типичные ситуации образовательной атмосферы в США и Германии: а — США: жизненное пространство с четкими границами и выраженными качественными различиями между соседними областями; б — Германия: жизненное пространство с нечеткими границами и относительно незначительными различиями между соседними областями. Интенсивность штриховки отражает жесткость ограничений. А — личность; з — запрещенная область Помимо большей гетерогенности, жизненное пространство американской образовательной системы, по- видимому, характеризуется большей отчетливостью границ между областями. Я уже упоминал, что основной целью американского образования является формирование у ребенка привычки к неукоснительной пунктуальности в повседневной жизни. А это предполагает четкое отграничение ряда значимых ежедневных обязанностей в жизненном пространстве ребенка. Аналогичная временная структура характеризует и жизнь американских студентов. Студент американского университета, как правило, составляет четкое и подробное расписание на длительный промежуток времени; немецким студентам это свойственно в гораздо меньшей степени. Американский студент может решить, сколько часов в неделю он будет посвящать своему исследованию на протяжении предстоящих шести месяцев. Он значительно чаще, чем немецкий студент с аналогичным социальным и научным стату-
Проблемы трансформации культуры 119 сом, определяет жесткие временные рамки своей работы. И более вероятно, что именно немецкий, а не американский, студент отвлечется от работы и выбьется из графика (однако не стоит связывать этот факт с большим финансовым давлением на американского студента). Играет важную роль и неизвестная в немецких университетах традиция проводить экзаменационные сессии как минимум раз в полгода; именно благодаря этому правилу работа в американских университетах столь четко может быть разбита на определенные фазы и этапы. СТРУКТУРА АМЕРИКАНСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ КАК ОТРАЖЕНИЕ АМЕРИКАНСКОГО СТИЛЯ ЖИЗНИ Я уже упоминал, что образовательная ситуация и процедура обучения в значительной степени детерминированы социальной ситуацией в стране в целом. Безусловно, любой прогрессивный учитель знает педагогические основы тех методик, которые он будет использовать; предполагается, что они благотворно влияют на развитие ребенка. На мой взгляд, детские воспитательные учреждения в Америке лучше, чем в любой другой стране. И тем не менее, следует осознавать тот факт, что методика обращения с детьми в американских садах, по крайней мере в общем виде, не является результатом соответствующего научно- психологического исследования; скорее ее следует считать отражением американского стиля жизни, прагматического подхода американцев к пониманию человеческого существования в целом. И обязательно нужно отметить, что основные характеристики образовательной системы мы, по всей вероятности, в том или ином виде обнаружим и во всех прочих областях американской жизни. Наиболее часто используемая фраза, к которой прибегают европейцы, говоря о Соединенных Штатах, такова: «Америка — это страна контрастов,
120 Проблемы трансформации культуры страна неограниченных возможностей». Существующие перспективы предоставляют американцам большую свободу, дают им шанс покинуть не полюбившееся место. И сегодня американские граждане гораздо более склонны оставить свой дом, переехать в новый район, чем к этому расположены немцы, принадлежащие к схожей социальной категории. Эта склонность к перемене ситуации очень ярко отличает, к примеру, американского фермера от крестьянина из относительно небольшой и густо заселенной Германии. Существуют обширные области активности, в которых средний американец чувствует себя достаточно свободно. И тем не менее, если он переступает некоторые четко очерченные границы, он может столкнуться с довольно резким противодействием. Тот же самый резкий переход, который мы наблюдаем в американской образовательной системе, нетрудно заметить и в других областях социального бытия. К примеру, можно предположить, как поведет себя американский полицейский в зависимости от создавшейся ситуации: его поведение может варьировать от максимально вежливого до крайне резкого и жесткого (так называемая «третья степень»). Как и вся американская среда, американская экономика и общественная жизнь характеризуются двумя полюсами (и даже криминальная сфера страны демонстрирует нам те же крайности). И в личной жизни американец не возражает против этих крайностей; можно сказать, что он предпочитает их всем промежуточным формам. В бизнесе американцы более склонны к риску, чем европейцы, их торговые сделки осуществляются с большим размахом. Американцы привыкли к тому, что человек может внезапно резко разбогатеть или так же внезапно резко обеднеть. Некоторые области активности в сфере общественной жизни Америки представляются гораздо более четко разграниченными и отчетливо выделенными, нежели в Германии. В Америке двое политиков
Проблемы трансформации культуры 121 или ученых могут стоять на совершенно разных идеологических или теоретических позициях и конфликтовать по этому поводу друг с другом, оставаясь при этом хорошими друзьями в частной жизни. В Германии для большинства людей расхождение по политическим или даже научным вопросам неизбежно сопряжено с соответствующим моральным неодобрением оппонента. Поздравления, которые направляет проигравший на выборах кандидат тому, кто стал президентом, в Германии выглядели бы в высшей степени нелепо. И это можно рассматривать как обратную сторону того же самого разграничения областей активности: определенные социальные группы воспринимают друг друга как равных в политике и бизнесе, но едва ли их будут связывать какие-либо частные отношения. Если мы обратимся к восприятию американцами времени, мы непременно обнаружим отчетливую тенденцию разделять временное поле на отдельные, отчетливо разграниченные области: жители Соединенных Штатов более пунктуальны, чем европейцы. Совершенно немыслимой кажется в Германии ситуация, когда все приглашенные к семи часам вечера на неофициальный ужин гости прибывают между 7:00 и 7:08, а для Америки такая точность — вполне обычное явление. Утренние лекции и прочие мероприятия, столь популярные в Америке и практически не встречающиеся в Германии, едва ли были бы возможны, если бы американская публика не была привычной к следованию четкому временному расписанию. Американцы обычно говорят так: «Эта работа заняла у меня столько-то минут»; для немца же подобное заявление маловероятно: там люди, занятые работой или развлечениями, часто вообще забывают о времени. В Америке же некоторые популярные журналы в начале каждой статьи даже пишут то время, которое аудитория затратит на ее прочтение. В целом, дифференциацию образовательной сферы на отчетливо разграниченные области с жестко
122 Проблемы трансформации культуры фиксированными границами можно считать характеристикой больших полей социальной жизни. И снова имеет смысл провести параллели между большим уважением к ребенку в Америке и американским образом жизни в целом. Средний американец чувствует себя неловко, если он вынужден вмешиваться в ситуацию, в которой задействован кто-то еще. Если в немецком магазине много посетителей, продавец будет стараться перебегать от одного к другому и покупатель может задавать ему вопросы, несмотря на то что он в тот момент будет занят с другим покупателем. Американский продавец даже в такой ситуации обычно предоставляет каждому покупателю время для неспешного принятия решения, а все остальные посетители магазина будут терпеливо ждать своей очереди. Такую же «справедливость» по отношению к другим мы увидим и в банке, и на почте — даже при большом скоплении народа. Сходная установка определяет и поведение американского водителя: он оудет пропускать пешехода, решившего перейти дорогу, и не будет стараться любым способом обогнать идущую впереди машину. В любой подобной ситуации немцы, по всей вероятности, быстро потеряют всякое терпение, начнут эмоционально или даже агрессивно реагировать на сложившиеся обстоятельства. Если водитель не останавливает машину, видя, что пешеход намерен перейти дорогу, то в Соединенных Штатах его сочтут безответственным или, по крайней мере, невежливым; в Германии же такое поведение — в порядке вещей. Человек, сидящий в машине, в Германии всегда чувствует превосходство над пешеходом; подобное положение кажется ему совершенно естественным, и он будет абсолютно уверен в том, что именно пешеход должен пропустить проезжающую машину. Пешеход, в свою очередь, тоже будет воспринимать такое отношение к себе как естественное и подождет, пока машина проедет. Американский же пешеход поступит совершенно иначе.
Проблемы трансформации культуры 123 Такие ситуации — маленькие, но значимые примеры того более уважительного отношения, которое проявляет американец к любому человеку. Они показывают, что нежелание воспитателей вмешиваться в деятельность ребенка, уже отмеченное нами выше, является выражением целостного, основополагающего принципа отношения между людьми; того самого отношения, которое так разнится в Соединенных Штатах и в Германии. Очевидно, что это различие тесно связано с американским идеалом демократии, с лежащей в основе всего идеей о том, что каждый человек обладает одним и тем же набором прав, независимо от того, беден он или богат, президент ли он или обычный гражданин. И то же самое отсутствие требования покорности, свойственное отношениям между взрослым и ребенком, характеризует и взаимодействие американского работодателя и служащего, профессора и студента. В качестве иллюстрации я мог бы описать ситуацию некоего немецкого служащего, работающего в одном из немецких консульств в Соединенных Штатах на небольшой должности. После войны он вернулся в Германию и занял аналогичный по статусу пост в правительственной структуре. Его коллеги часто обращали его внимание на то, что он ведет себя «не должным образом» по отношению к вышестоящим лицам. И несмотря на всю его старательность, такие промахи, свидетельствующие о «невежливости», случались снова и снова. И в конечном счете он вернулся в Соединенные Штаты на свою прежнюю работу, заявив следующее: «Здесь, как и в Германии, мы подчиняемся правилам, и все же, несмотря на все ограничения, мы не чувствуем себя столь неполноценными». (Нелишне заметить, что эта история произошла в догитлеровский период.) Если немецкий ребенок в автобусе сидит, то при появлении взрослого он должен уступить свое место— таково правило; от современных американских детей никто ничего подобного не ожидает. И такая
124 Проблемы трансформации культуры ситуация — тоже всего лишь одно из множества проявлений этого отличительного основополагающего принципа межличностных отношений. Немцы, даже в очень короткий промежуток времени между монархией и фашизмом, испытывали на себе сильное влияние этих традиционных отношений властного и подчиняющегося; в Америке ничего подобного никогда не было. Демократическая идея о равенстве прав настолько прижилась в Соединенных Штатах, что иногда кажется, что людям приписывают еще и равенство возможностей и способностей, а любой неуспех рассматривают как свидетельство моральной неполноценности. Имея в виду тот же самый базовый принцип, можно объяснить и идеал независимости и самостоятельности каждой личности. Американские подростки стремятся как можно раньше обрести независимость гораздо сильнее своих сверстников в Германии. И это мы можем рассматривать как одну из причин, по которой состоятельные американские отцы семейств тратят гигантские суммы на благотворительность. Щедрость такого масштаба немыслима в Германии, где отцы стараются любым способом сохранить свое состояние для подрастающих детей. ОЧЕВИДНЫЕ ПРОТИВОРЕЧИЯ Особенности образования и социальной жизни в целом, описанные мною выше, вполне согласуются друг с другом; по крайней мере, мы не наблюдаем очень уж явных противоречий. Однако было бы ошибкой не остановиться на нескольких тенденциях, как в области образования, так и в социальной сфере, которые явно вступают в конфликт друг с другом. Несмотря на демократическую идею о равенстве людей, провозглашенную в американской конституции в качестве одного из основополагающих принципов, едва ли существует еще хоть одна нация, столь же сильно, как американцы, заинтере-
Проблемы трансформации культуры 125 сованная в индивидуальном успехе*, в спорте, в кинематографе, в любой другой области — и столь же охотно воздающая неслыханные почести знаменитостям. Внимание к индивидуальным различиям в американских школах гораздо пристальнее, чем в немецких. Тесты, направленные на диагностику этих индивидуальных различий, в Америке разрабатываются и применяются со значительно большим размахом, чем в любой другой стране. Этот факт можно считать следствием того неподдельного интереса, который испытывает образовательная система и общество в целом к «личности». Любая газета полна светских сплетен, фотографий новобрачных и девиц из высшего общества, известных политиков, выдающихся деятелей науки и образования. Газеты в маленьких городах публикуют заметки об успехах школьников в чистописании и арифметике. Все это практически никогда не встречается в Германии. Можно со всей определенностью утверждать, что интерес к персональным достижениям связан с развитием американской психологии; его следует рассматривать как одну из причин того, что социальный статус психологии в Соединенных Штатах гораздо выше, нежели в Германии (даже в догитле- ровский период), где философия признается неизмеримо более значимой, чем психология. Второй момент, который, на мой взгляд, противоречит описанным выше фактам, — это гомогенность американской социальной жизни. Мы уже обсуждали разделение образовательных и общих социальных ситуаций на контрастирующие области с четко зафиксированными границами. И тем не менее, в некоторых аспектах социальная сфера в Соединенных Штатах представляется более гомогенной, чем в Германии. Любой может заметить, что архитектурный стиль немецких городов и деревень представлен множеством направлений; американская же архитектура гораздо более однообразна. И несмотря на меньшие размеры Германии и вливание в американское обще-
126 Проблемы трансформации культуры ство все новых и новых групп эмигрантов, в языке и привычках мы наблюдаем значительно больше разнообразия именно в Германии, а не в Америке, где различия между регионами страны невелики. Я уже отмечал, что различия между социальными классами и другими исторически сложившимися социальными группами в Германии выражены гораздо отчетливее. В самых разных частях Америки вы найдете магазины одной и той же фирмы. Все американские отели похожи друг на друга. Стандартизация стала привычной: все сферы социальной жизни Соединенных Штатов отличает определенная степень единообразия. ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ Историческое и системное объяснение Можно попытаться объяснить специфику американской и немецкой социальных сфер историческими условиями. Это вполне оправданная и важная задача — проследить все этапы исторического развития, приведшего к формированию общества, обладающего такими характеристиками. Но для того чтобы рассматривать, к примеру, такие проблемы как результат влияния культуры на личность, необходимо изначально иметь в виду еще одно обстоятельство. Каждый, кто обращается к анализу такого рода, должен воспринимать образовательную ситуацию во всех ее социальных и культурных плоскостях как единое конкретное динамическое целое. Необходимо иметь четкое представление о динамических взаимоотношениях между различными частями и характеристиками ситуации, в рамках которой и как часть которой существует ребенок. Другими словами, от исследователя требуется системное, а не только историческое объяснение того, как эти различные части и характеристики могут существовать внутри единого конкретного социального целого. Как и в психологии, в социоло-
Проблемы трансформации культуры 127 гии важны оба вопроса «почему?» — и исторический, и системный; но ни на один из них невозможно получить ответ, не имея при этом ответа на второй. Однако, если рассуждать логически, сначала стоит обратиться именно к системному объяснению. Если мы хотим понять взаимосвязь между частями и характеристиками ситуации, условия их совместного существования и возможное влияние на различные аспекты ситуации (например, на развитие ребенка), необходимо подойти к рассмотрению ситуации аналитически. Но этот анализ должен быть «гештальт-теоретическим», поскольку социальная ситуация, как и ситуация психологическая, — динамическое целое. А это означает, что изменения в одной части этого целого предполагают наличие изменений и в других частях. Я считаю вполне возможным проанализировать взаимосвязи между характеристиками американской и немецкой социальной жизни, используя в качестве отправной точки допущение о том, что немцы и американцы как представители различных социальных общностей отличаются друг от друга. В этом случае при анализе различия между группами логическим образом будут отделены от тех индивидуальных различий, которыми характеризуются люди в пределах одной и той же группы. Мне бы очень хотелось предотвратить неверное понимание данной процедуры. Утверждение относительно индивидуальных различий — это логическое основание для деления, не предполагающее, что различия между людьми являются причиной различий между группами и различий в их социальном функционировании. Напротив, я убежден в том, что различия в структуре личности немцев и американцев сами по себе представляют собой результат существования этих наций в специфической социальной среде, обусловленной историческим развитием стран. И я думаю, что доказательств этого утверждения будет предостаточно.
128 Проблемы трансформации культуры СОЦИАЛЬНАЯ ДИСТАНЦИЯ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ АМЕРИКИ И В ГЕРМАНИИ Рассматривая структуру личности и ее обусловленность социумом, мы непременно отметим следующие различия между типичным американцем и типичным немцем. Средняя «социальная дистанция* (мы используем этот термин в традиционном социологическом толковании) между двумя людьми в Соединенных Штатах меньше, чем в Германии, поскольку речь в данном случае идет о поверхностных областях или, как мы еще можем их назвать, «периферических областях* личности. Это означает, что американцы более охотно идут на контакт и вступают в различного рода взаимодействия с другими людьми, чем это свойственно немцам. В Америке довольно часто можно видеть, как совершенно незнакомые люди приветствуют друг друга улыбкой, встречаясь взглядами; в Германии же это крайне маловероятно. Люди, стоящие на остановке в ожидании автобуса, могут вступить в разговор и обсудить, например, прогноз погоды, да и случайные попутчики в поезде тоже чаще беседуют во время путешествия, тогда как в Германии такое не принято. (Конечно, следует иметь в виду, что, как в Германии, так и в Соединенных Штатах, существуют определенные различия между жителями маленьких и больших городов. Англичанин, по крайней мере, за пределами Англии, может быть даже еще более сдержан в общении, чем немец.) Американцы более дружелюбны, они с большей готовностью помогают посторонним людям. В Соединенных Штатах является довольно обычным делом пригласить в гости или на ланч человека, не являющегося близким другом; в Германии же подобные приглашения не приняты. Практически у каждого немца, посещающего Соединенные Штаты, вызывает восхищение искренняя забота и готовность помочь визи-
Проблемы трансформации культуры 129 теру в решении его, пусть даже маленьких, затруднений, с которыми ему приходится сталкиваться в новой обстановке. В любом пансионе вы увидите, что многие комнаты не закрыты: жильцы специально оставляют двери открытыми, чтобы любой проходящий по коридору мог войти туда. Создается впечатление, что американцы гораздо менее нуждаются в частном пространстве в определенных областях жизни. Зачастую и двери офисов колледжа, и даже кабинета президента колледжа, открыты целыми днями, чтобы каждый мог видеть, кто сейчас находится в кабинете и что там происходит. Подобная манера поведения немыслима для немецкого чиновника, занимающего пусть даже невысокий пост, одна из наиболее распространенных уловок, предназначенная для того, чтобы вызвать уважение к своей персоне и подчеркнуть собственную значимость, — заставить человека длительное время ждать аудиенции, сидя перед закрытой дверью кабинета. В Соединенных Штатах считается признаком дурного вкуса заставлять других ждать, сколь ни велика была бы разница в их социальном статусе. Эта отличительная особенность Соединенных Штатов по сравнению с Германией поразительна, она — яркое проявление демократической установки на признание равных прав всех людей и общей готовности американцев к контакту. Средний американец разговаривает не так громко, как немец, будь то частная беседа или публичное выступление. Это вполне может быть следствием того факта, что периферические области представителей U-типа1 более доступны Кроме того, представителям G-типа, как мы увидим, свойственно более эмоциональное и агрессивное поведение. (См. рис. 3, с. 133) 1 Тип, соответствующий личности немца, обозначается литерой G (по первой букве английского слова «Germany» (Германия)), а американский тип — литерой U (по первой букве английского названия Соединенных Штатов — ♦ United States»). — (Прим. перев.)
130 Проблемы трансформации культуры И тем не менее, средняя «социальная дистанция» между людьми в Соединенных Штатах меньше немецкой не во всех отношениях, а только там, где дело касается периферических областей личности. Более интимные, центральные, области личности U-типа, по крайней мере, не менее закрыты и недоступны окружающим, чем у личностей G-типа Например, отношения между юношами и девушками в Соединенных Штатах могут быстро развиваться до определенного этапа, тогда как переход к более интимным отношениям будет более различимым, чем в Германии, Для немцев в социальных отношениях характерны более плавные переходы от поверхностного общения к интимному. Немцы, приезжающие в Соединенные Штаты, обычно отмечают, что у них гораздо быстрее устанавливаются дружественные контакты с окружающими и что эти контакты гораздо более эмоциональны, чем это могло бы быть в Германии. По сравнению с немцами, американцы гораздо быстрее переходят от приятельских отношений к тесной дружбе, и они дружат с большим числом людей. При этом развитие отношений часто прекращается на определенном этапе — быстро обретенные друзья, после многих лет достаточно теплых отношений, могут очень легко перейти к такому общению, как если бы они были всего лишь случайными знакомыми. ЧТО СЛЕДУЕТ ПОНИМАТЬ ПОД СОЦИАЛЬНОЙ ДИСТАНЦИЕЙ Если мы хотим отразить все факты с использованием топологических и динамических концепций, необходимо уяснить, что же такое межличностная социальная дистанция, и дать этому термину четкое определение. Для такого определения «социальной дистанции» можно использовать два подхода: 1. Можно начать с установления различия между более периферическими и более центральными областями личности, позаимствовав их определение из
Проблемы трансформации культуры 131 множества экспериментов, в которых была доказана исключительная важность связи активности личности с этими областями (эксперименты по психологическому насыщению, эмоциям, квазипотребностям). Более центральные области определяются как более интимные, частные. Когда дело касается этих областей, личность становится гораздо более чувствительной, нежели в тех случаях, когда затронуты области периферические. 2. Можно использовать то значение термина «социальная дистанция», которое обычно подразумевается в социологии: личность А спрашивают, хотела ли бы она в определенных ситуациях, таких как путешествие в одной машине, спортивные игры, танцы, брак, взаимодействовать с конкретной личностью В. В этом случае социальная дистанция измеряется степенью интимности ситуации, в которой человек готов взаимодействовать с другим человеком. Таким образом, с позиций второго динамического подхода социальная дистанция — это либо готовность личности А взаимодействовать в определенных ситуациях с личностью В, либо ее нежелание контактировать с этой личностью в более значимых ситуациях. Эта доступность ситуаций или видов деятельности конкретного характера эквивалентна возможности для личности В вступать во взаимодействие с определенными, но не самыми центральными областями личности А. Также следует иметь в виду, что если социальная дистанция между личностями А и В меньше дистанции между А и С, то это означает, что для личности В открыты более центральные области личности А, чем для личности С. И говоря о межличностной социальной дистанции, характерной для немцев и для американцев, мы имеем в виду, что при прочих равных условиях периферические области личности американца менее закрыты для окружающих. Мы можем продемонстрировать эту большую «открытость», определив периферические области личности или их границы как менее закрытые для проникновения туда других людей. На рисунке 2 пред-
132 Проблемы трансформации культуры ставлены модели структуры личности типичного американца и типичного немца. На рис. 2 степень затрудненности проникновения окружающих в определенные области личности представлена более толстыми линиями областей. Одинаковое количество областей на обеих частях рисунка выбрано мною произвольно. Рис. 2. Структура личностей: а — личность U-типа; б— личность G-типа. Толщина границ между областями личности отражает различие в степени их доступности. Заштрихованный участок соответствует частным областям личности Пользуясь такого рода моделями, мы могли бы охарактеризовать личность U-типа, скажем, наличием четырех периферических областей с довольно открытыми границами. И только самая центральная (пятая) область практически всегда закрыта от проникновения. В структуре личности G-типа только самая периферическая (первая) область легко доступна. Более центральные области относительно недоступны, и основная граница пролегает уже между областями 1 и 2 (см. рис 26). Имеющиеся у нас факты не позволяют с достаточной степенью надежности определить, насколько доступна та или иная область. Однако у нас не возникает никаких сомнений относительно того, какие из областей закрыты от внешнего вмешательства.
Проблемы трансформации культуры 133 Для того чтобы понять, будет ли достаточно усилия, предпринимаемого в некоей ситуации для проникновения в первую область личности G-типа и для проникновения в четвертую область личности U-типа, мы должны использовать следующее уравнение: W(l + 2+3)„- W(1)G, где W — интенсивность резистентности области, U — житель Соединенных Штатов, G — житель Германии. Кроме того, мы можем установить, что W(l + 2)и < < W(î + 2)G. Это означает, что резистентность данной периферической области в структуре личности U-типа меньше, чем в структуре личности G-типа. |роница-1 емостъ высокая низкая | 1 Nr- F 1 I Ч ■ 1 Ч ^^^^^ ■\u' 1 ^ Л ^^^^^^^^1 Область личности Рис. 3. Проницаемость границ областей личности
134 Проблемы трансформации культуры У нас есть доказательства того, что наиболее частная (пятая) область в структуре личности U-типа в целом менее доступна, чем соответствующая область в структуре личности G-типа. В этом случае W(l + 2 + + 3 + 4)и > W(l + 2 + 3 + 4)G, однако в наших дальнейших рассуждениях мы не будем принимать в расчет это неравенство. В любом случае, даже если степень доступности наиболее частной (пятой) области будет приблизительно одинаковой, динамическая граница между 4-й и 5-й областями, по всей вероятности, будет менее проницаемой, чем граница между 1-й и 2-й областями. В целом, снижение проницаемости границ по мере продвижения от периферических областей к центральным для жителей Германии может быть выражено кривой, обозначенной на рис. 3 буквой G, a для жителей Соединенных Штатов — кривой, обозначенной буквой U. ЧАСТНЫЕ И ОБЩЕДОСТУПНЫЕ ОБЛАСТИ ЛИЧНОСТИ Переходя к анализу доступности различных областей личности для изучения различий между группами, а не между индивидами, нам необходимо соотнести открытую, общественную, публичную активность индивида с более периферическими областями, а частную, закрытую сферу жизни — с более центральными областями. Как можно заключить на основании нашего базового принципа, это будет означать, что в Соединенных Штатах, по сравнению с Германией, большее количество областей личности представляет общественный интерес. Это утверждение я могу проиллюстрировать некоторыми фактами. Американские газеты полны описаний нарядов, которые были надеты на известных людях во время публичных церемоний, сплетен о том, кто к кому был приглашен на обед и каким было
Проблемы трансформации культуры 135 оформление стола. Как мы уже отмечали, в США зачастую большое внимание уделяется тем сторонам жизни, которые в Германии считаются частными, т. е. не представляющими общественного интереса, и не освещаются в газетах. Даже неофициальные мероприятия в Америке часто носят менее приватный характер, чем это свойственно аналогичным событиям в Германии. Даже приемы макияжа описываются в Америке гораздо чаще и в гораздо более мелких подробностях, чем в Германии. ЭМОЦИИ, ДРУЖБА И РАЗНОГЛАСИЯ С теми же структурными различиями связан и еще один факт, о котором стоит упомянуть. Американцы, как правило, гораздо реже агрессивно реагируют на происходящие с ними мелкие повседневные неприятности; по крайней мере, они не склонны открыто проявлять свое негодование. И в этой связи мы отметим несколько фактов. Американцы обычно реагируют на подобные неурядицы с позиций действия (анализируют, что нужно сделать для устранения помехи), немцы же обращаются в первую очередь к рассуждениям морального порядка (ищут, кто виноват). Кроме того, у американцев подобные происшествия реже затрагивают центральные области личности. Иными словами, для представителей американского общества существует гораздо больше ситуаций, которые соотносятся с периферическими, общедоступными, а не с частными областями личности. И это свойство целиком и полностью согласуется с нашим исходным утверждением. Поскольку частная сфера личностей G-типа включает в себя большее количество областей (рис 4), они с большей вероятностью будут эмоционально реагировать на происходящее, чем личности U-типа. Этот факт крайне важно иметь в виду, если мы анализируем взаимоотношения между несколькими
136 Проблемы трансформации культуры Рис. 4. Две взаимодействующие личности (А и В): а — личности U-типа; б — личности G-типа людьми. Мы можем обратить внимание на то, сколько областей личности каждого из двух взаимодействующих людей (А и В, рис. 4) могут вступить в контакт, не нарушая при этом неприкосновенности закрытых для внешнего доступа областей. Взаимодействие между областями может быть представлено на рисунке либо их наложением, либо совместной границей данных областей. Из нашего исходного утверждения следует вывод о том, что в структуре личности U-типа может быть затронуто большее количество областей, чем в структуре личности G-типа, прежде чем взаимодействующие доберутся до закрытых областей. Например, пересечение трех внешних областей не предполагает взаимодействие между частными областями для структуры личности U-типа (рис 4а), тогда как подобное пересечение для G-типа уже открывает доступ к частным областям (рис. 46). Из этого положения можно вывести два следствия. Во-первых, среди личностей U-muna возможно развитие достаточно тесных взаимоотношений, не переходящих при этом в личную дружбу. Во-вторых, личности этого типа менее склонны вступать в разногласия с окружающими, поскольку усугубление отношений более вероятно в тех случаях, когда затрагиваются частные области. И рассмотренные нами факты вполне согласуются с предложенными вашему вниманию выводами.
Проблемы трансформации культуры 137 ПОСТУПКИ И ИДЕАЛЫ Тот факт, что американцами меньшее количество областей воспринимается как «частные», вовсе не означает, что эти периферические области кажутся им менее важными. Напротив, если мы будем рассматривать структуру личности в целом, то нам необходимо вернуться к нашему исходному утверждению, предполагающему, что относительный вес общедоступных областей больше для личности U-типа, чем для личности G-типа. И описанные нами ранее факты целиком соответствуют этому утверждению. В этой связи следует упомянуть еще один момент. Периферические области личности включают и ту, которую мы называем «двигательной» или «исполнительной» областью личности. Эта область — самая внешняя, она теснее всего соприкасается с окружающей средой. Она соотносится и с действиями личности. Мы уже отмечали, что относительная значимость внешних проявлений гораздо выше для личности U-типа. Американцы, по сравнению с немцами, придают достижениям больше значения, чем идеологии или статусу. В науке американцы ориентируются преимущественно на практику, а не на теорию. Личность U-типа предпочитает заниматься подбором большого количества «эмпирических» фактов. Для немцев характерен больший относительный вес центральных областей (а следовательно, идеалов и прочих «нереальных» материй), и это непременно стоит иметь в виду, когда мы рассуждаем о так называемом немецком идеализме, противопоставляя его американскому прагматизму. Сходное различие в установках немцев и американцев становится особенно поразительным в сфере политики и религии. СТЕПЕНЬ ГОМОГЕННОСТИ ГРУППЫ Если центральные области больше соотносятся с более частными сферами жизни, а периферические — с открытой для общества, публичной жизнью, то у
138 Проблемы трансформации культуры членов одной и той же группы периферические области будут более схожими, тогда как центральные будут варьировать в гораздо большей степени. В противном случае, если эти области не будут в достаточной степени гомогенными, взаимно доступными для членов определенной группы, то коммуникация и общая социальная жизнь этих людей едва ли представляется возможной. (Хотя и это утверждение имеет свои ограничения.) Вполне может быть, что самые интимные области содержат ряд универсальных характеристик личности, а следовательно, и они во многом похожи у совершенно разных людей. В этом случае наибольшее разнообразие среди представителей одной и той же группы будет существовать в отношении областей средней частности. Количество областей с такой степенью сходства для выборки из 1000 американцев будет в целом больше, чем для такой же по величине группы немцев. Это утверждение можно подтвердить следующими подсчетами. Средняя степень сходства (СС) областей (1+2+3) среди членов U-группы (рис. 5л) имеет обозначение ССЗи. Средняя степень сходства областей (1 + 2+3) для группы G-типа будет меньше, поскольку эта область уже отчасти включена в Рис. 5. Гомогенность групп а — U-типа; б — G-типа
Проблемы трансформации культуры 139 частную зону личности этого типа (рис. 56). Иными словами, такой степенью сходства у личности U-типа обладают области более частные, чем это присуще личности G-типа. Сумма областей (г), не превышающих эту степень сходства (г00) в группе в целом, для выборки U-типа больше, чем для выборки G-типа: 2г£с > 5>£с. Это означает, что группа U-muna более гомогенна, чем группа G-muna в отношении большего количества областей личности. Можно отметить, что подобное утверждение относительно гомогенности членов группы не позволяет сделать какие-либо определенные выводы об организации группы как целого. Тот же самый вывод можно сделать и на основании нашего исходного постулата о различиях в структуре личности, не тратя энергии на детальные вычисления: достаточно обратиться к геометрическому выражению (рис. 5), и мы увидим, что для данного количества отличающихся друг от друга индивидов а, Ь, с, d... количество частных областей внутри группы как целого больше для U-группы. Этот вывод вполне согласуется и с непосредственным наблюдением этой большей однообразности, о которой мы уже упоминали выше. СТЕПЕНЬ СХОДСТВА ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ РАЗЛИЧНЫХ ГРУПП Рассмотрим две группы, представляющие одну и ту же страну. Каждая из них будет достаточно однородна внутри себя и в то же время будет отличаться от другой. Возникает следующий вопрос: где эти группы будут более схожими при прочих равных условиях — в Соединенных Штатах или в Германии? Наиболее точно можно ответить на этот вопрос, проанализировав крайний случай полной гомогенности внутри каждой группы. В этом случае члены одной группы (av a^ а3, ...) будут одинаковыми (а^
140 Проблемы трансформации культуры = а2= а3=...). То же самое мы можем сказать и в отношении членов другой группы (Bj= в2= в3=...). На рис. 6 представлены две такие идеальные группы в Соединенных Штатах и в Германии. И в то же время, этот рисунок показывает, что различий между представителями двух групп будет оольше в Германии, а количество областей личности, аналогичных в одной и другой группе, будет больше в Соединенных Штатах. Иными словами, возможных различий между двумя гомогенными группами в Германии будет больше, чем в Соединенных Штатах. Наблюдений, подтверждающих правомочность такого вывода, достаточно много. Так, часто утверждают, что различные «классы» с общепризнанным и жестко закрепленным статусом чаще встречаются в Германии, нежели в Соединенных Штатах. РАЗМЕР ГРУППЫ С этим рассуждением тесно связан еще один вывод о характеристиках группы, основанный на знании личностной структуры ее представителей. Вероятно, мы не сможем сделать какое-либо общее заключение, касающееся оптимальной степени сходства между членами социальной группы. Эта степень может быть различной: сравним, к примеру, клуб по интересам со свободным членством и военное подразделение под командованием офицера. И тем не менее, существуют группы первого типа, предполагающие при этом достаточно высокую степень сходства. Если индивидуальные различия внутри такой группы становятся слишком большими, группа разваливается; если же слишком велико отличие потенциального новичка от среднего члена группы, он так и не будет включен в группу. Из нашего исходного постулата вытекает еще одно следствие: количество людей, которые могут быть членами такого рода группы, в Соединенных Штатах
Проблемы трансформации культуры 141 б Рис. 6. Степень сходства между членами групп А и Б: а — U-типа; б — G-типа будет несколько больше, чем в Германии. Вступление в клуб или политическую партию означает, что некто стремится к совместному взаимодействию с членами этой группы. В соответствии со сделанным нами ранее утверждением, среди личностей U-типа в случайной выборке будет большее количество людей, готовых к кооперации в некоторых (но не самых интимных) сферах жизни, чем в выборке людей с G-типом
142 Проблемы трансформации культуры личности. И в соответствии с рис 6 мы можем утверждать следующее: прибавление нового члена повышает (в среднем) общее количество индивидуальных различий для данной группы (для G-группы эта закономерность выражена в большей степени, чем для U- группы). И таким образом, если общий объем рассогласования, приемлемый для группы, ограничен, то этот предел быстрее достигается в группе G-типа. Этот вывод целиком и полностью совпадает с реальными фактами. В Соединенных Штатах практически существуют только две политические партии, тогда как на политическую жизнь Германии влияют более десятка партий. Эти индивидуалистические тенденции часто преувеличиваются («Где бы ни собрались вместе трое немцев, они тут же образуют четыре группы»). Вторая причина разделения немцев на относительно маленькие и дифференцированные группы кроется в их большем внимании к идеям, нежели к действиям (речь об этой особенности немецкого характера шла выше). Небольшое количество голосов, отданных за социалистов на американских президентских выборах 1932 года, объясняется, помимо всего прочего, и желанием самих социалистов «не тратить свои голоса» на того кандидата, который обречен на проигрыш. Подобные проявления «практичной» установки гораздо чаще можно встретить в Соединенных Штатах, нежели в Германии. Личность G-типа при подобных обстоятельствах, скорее всего, будет голосовать в соответствии со своими убеждениями. Мы уже отмечали, что подобные индивидуалистические тенденции личности G-типа наблюдаются и в отношении общественных мероприятий. Этот факт имеет еще одно объяснение: он может быть результатом большего количества индивидуальных различий в пределах области (1+2+3 + 4) в структуре личности G-типа. Большее количество индивидуальных различий внутри областей (1 + 2+3+4) и их малая проницаемость уменьшает количество людей, среди которых личность G-типа чувствует себя комфортно.
Проблемы трансформации культуры 143 ЛИЧНОСТИ В РАЗЛИЧНЫХ СИТУАЦИЯХ Мы можем задаться вопросом о том, насколько на личность того и другого типа влияют изменения ситуации, в которой они пребывают. Эта проблема также связана с теми вопросами, которые мы рассматривали в начале главы. Однако в этом случае обращение к нашему исходному постулату не даст столь впечатляющих результатов. Личность А может перейти из ситуации 1 к ситуации 2 (рис. 7). То, насколько изменение ситуации повлияет на личность, зависит не только от выраженности различия между двумя ситуациями, но и от типа этих ситуаций, а также, не в последнюю очередь, и от того, что мы понимаем под этим пресловутым «изменением личности». Учитывая накладываемые этими соображениями ограничения, мы можем утверждать следующее: поскольку в структуре личности U-типа существует, в среднем, большее количество относительно доступных областей, то и, соответственно, большее количество этих областей будет подвержено влиянию изменяющейся ситуации (рис 7а). Это означает, что поведение личности U-типа будет более разнообразным, будет в большей степени зависеть от ситуации, чем поведение личности G-типа (рис 76). И действительно, немецкий тайный советник будет вести себя имен- Рис 7, Изменение ситуаций
144 Проблемы трансформации культуры но как советник в любой ситуации. (Карикатура Гроша на двух чиновников, повстречавших друг друга в купальных костюмах, но ни на йоту не отступивших при этом от официальной церемонии, была бы не к месту в Соединенных Штатах.) Мы уже приводили выше несколько замечаний одного и того же плана: более обширная площадь частных областей в структуре личности G-типа означает, что в каждой ситуации она будет демонстрировать больше своих специфических индивидуальных характеристик, чем личность U-типа. Таким образом, ее поведение в различных ситуациях будет модифицироваться в гораздо меньшей степени. Мы уже отмечали тот факт, что для поведения личности U-типа характерно более жесткое разграничение сфер жизни. Ее большая «изменчивость» и тенденция бросаться из одной крайности в другую могут быть во многом объяснены ее большей зависимостью от ситуации, поскольку изменения в поведении обусловлены главным образом реакцией на изменения ситуации. Еще одним проявлением той же самой закономерности можно считать так называемый принципиальный индивидуализм американского народа. Мы уже отмечали очевидное несоответствие между большей открытостью личности U-типа и ее большей готовностью, с одной стороны, идти на контакт, а с другой — избежать любого вмешательства в деятельность другого человека. При более пристальном анализе мы заметим, что это несоответствие может быть объяснено как реакция на ситуацию: если А находится вне ситуации, которую он воспринимает как частную для В, он с меньшей, чем личность G-типа, охотой будет в нее включаться. Мы уже отмечали в начале главы, что в структуре личности U-типа существует большее количество более доступных областей, но области частные, центральные могут быть доступными в меньшей степени. Подобное уважение к ситуациям, относящимся к сфере частной жизни другого человека, а также ригидность
Проблемы трансформации культуры 145 и ревность, с которой охраняется своя собственная личная жизнь, показывает, сколь велики различия, связанные с ситуациями, объектами и событиями, принадлежащими к этим сферам. Мы еще вернемся к этой проблеме, когда будем обсуждать распределение властных полномочий в обеих странах. Итак, социальная жизнь в Соединенных Штатах представляется, с одной стороны, более однородной, но, с другой стороны, различные ее области гораздо более дифференцированы друг от друга. Эти факты, которые на первый взгляд кажутся противоречивыми, могут быть поняты в своем единстве и взаимозависимости: социальные группы в Соединенных Штатах более гомогенны. Это означает, что между подгруппами или членами групп наблюдается меньше различий. Однако поведение этих американских подгрупп или индивидов будет не таким постоянным, оно будет сильнее изменяться в зависимости от ситуации, что не очень-то свойственно для немцев; общественная жизнь, таким образом, в Соединенных Штатах более «изменчива». И тем не менее, это утверждение имеет ряд ограничений. Представляется более вероятным, что периферические области личности U-типа более подвержены влиянию ситуации. Но из нашего исходного постулата следует также и то, что частные области личности U-типа с меньшей вероятностью будут вовлечены в ситуацию, чем аналогичные области личности G-типа. В действительности личность U- типа, как мы увидели, реже будет демонстрировать эмоциональный отклик на ситуацию; ей чаще будет удаваться удержать ситуацию на том уровне, где в нее оказываются вовлечены лишь периферические области личности. Личности U-типа проще удержать себя от вступления в глубокие, тесные отношения; ей удается оставлять недоступной свою центральную, интимную область и тем самым оставаться «над» ситуацией. Вполне может быть, что большая пунктуальность американцев и их более качественная тех-
146 Проблемы трансформации культуры ническая организация деятельности также отчасти являются следствием этого факта. Представляется целесообразным сделать особый акцент на том, что не следует смешивать два таких понятия, как отчетливость и динамическая ригидность границ. Поле может быть разделено на высококонтрастные, однако непосредственно соседствующие друг с другом области (как показано на рис. 2). В этом случае мы имеем дело с четкими границами. И тем не менее, учитывая ту легкость, с которой само поле может быть изменено, его можно назвать подвижным: в некоторых случаях необходимо лишь незначительное усилие, чтобы изменить эти границы и всю структуру поля. В некоторых случаях четкие границы резистентны по отношению к передвижениям, в некоторых случаях нет, иными словами, они могут быть, а могут и не быть ригидными. С другой -стороны, поля с менее контрастными областями и не столь четкими границами (рис 1, б) могут быть в то же время менее изменчивыми. И при всем этом нечеткие границы могут быть труднопроходимыми и ригидными. Но они, конечно же, могут быть и подвижными. Американцы гордятся своей способностью «быть сильнее обстоятельств». И немцы, в свою очередь, также уверены в том, что сильный человек, борец, должен уметь противостоять любой ситуации, сколь бы трудной она ни была. И тем не менее, способ этого противостояния в двух культурах различается кардинальным образом: личность G-типа способна выходить победителем в тех случаях, когда достижению победы нужно посвятить всего себя без остатка. Личность U-типа, напротив, старается как можно менее вовлекать в ситуацию свои центральные области, иными словами, «отнестись к этому проще», «смотреть на это с улыбкой», воспринимать это как разновидность спортивного состязания. Это различие связано с различием в установках относительно прав и обязанностей в каждом из обществ.
Проблемы трансформации культуры 147 Чтобы не допустить неправильного толкования, мы считаем необходимым еще раз сформулировать те цели, которыми мы руководствовались при написании этой статьи. Различные характеристики, приписываемые американцам и немцам, следует рассматривать как экспериментальные, пробные описания. Все упоминавшиеся нами характерные отличия значительно варьируют в каждой из стран и могут оказаться истинными лишь в отношении определенных групп. Кроме того, мы не обращаемся к рассмотрению негритянской проблемы и проблем других меньшинств. Наше описание касается только актуальной ситуации, мы не делаем никаких допущений относительно прошлого и будущего данной социальной группы. Наша попытка проанализировать некоторые логические взаимозависимости между определенными характеристиками социальных групп и их представителей не предполагает ответа на вопрос о причинах; мы имеем дело только с «системной» составляющей этой динамической взаимосвязи.
2 РЕКОНСТРУКЦИЯ КУЛЬТУРЫ (1943) Построение мира без войн, который был бы достоин, по крайней мере, эпитета «лучше, чем прежний», предполагает решение множества проблем: политических, экономических, культуральных. Каждая из них сопряжена с рядом затруднений. И все же, если мы хотим достичь поставленной цели, нам следует рассматривать эти проблемы в совокупности, как взаимозависимые составляющие единого динамического поля. В особенности неясными представляются аспекты культуральной составляющей. Какова вероятность того, что представители какой-то культуры — немецкой, японской, британской, китайской — развяжут войну либо будут определенным образом противостоять агрессии? Играют ли культуральные различия какую-то роль в межкультурном сотрудничестве? Обсуждение этого вопроса затрудняется еще и соображениями философского и политического ха-
Проблемы трансформации культуры 149 рактера. Различия между народами либо были крайне преувеличены и рассматривались как имманентно присущие им национальные характеристики, либо их значение недооценивалось, что зачастую являлось ошибочным следствием демократической доктрины о равенстве прав всех людей. Реалистический, научный подход должен основываться на учете различий между современными культурами, причем необходимо четко осознавать, что эти различия — того же порядка, что и различия между культурами «примитивными». И если мы придерживаемся такого подхода, мы не можем говорить о принципиальной неизменяемости культурных характеристик. Напротив, перед нами встает задача их эмпирического исследования: нам необходимо установить, насколько легко и с помощью каких методов может быть осуществлено то или иное изменение в культуре и сколь стойким будет подобное изменение. Однозначные ответы на такого рода вопросы можно дать лишь в том случае, если мы встанем на позицию «экспериментальной культуральной антропологии», в рамках которой изучается влияние специально смоделированных условий на те или иные параметры культуры, а сами культурные изменения рассматриваются как система. К сожалению, культу- ральная антропология все еще находится на «описательной» стадии своего развития; в распоряжении антропологов — множество адекватных и надежных методов наблюдения и описания современных культур. И в то же время у них имеется лишь отдаленное представление о том, каковы должны быть условия эксперимента, в ходе которого можно было бы изменить культуральную составляющую в нужном направлении. И тем не менее, нам придется приложить все усилия и сделать все от нас зависящее. По окончанию войны культурная реконструкция того или иного плана будет необходима большинству стран; народам этих стран придется переключаться от представлений военного времени к «культуре»
150 Проблемы трансформации культуры мирного существования. Большинство наций вполне способно справиться с этой задачей без внешнего вмешательства. Этот переход от войны к мирному существованию в действительности будет не так уж сложен, как это может показаться сейчас, при том состоянии ненависти, которое царит в обществе; особенно простым это будет в том случае, если в результате восстановления добрососедских отношений в мире будет сформирована высокоэффективная политическая организация. После окончания последней войны значительная часть населения в большинстве стран резко перешла на позицию радикального пацифизма. Подобный опыт должен удержать нас от того, чтобы говорить о силе национальных чувств, не обращая при этом внимания на глубину и неизменность этого чувства. Упадок, воцарившийся в нашей стране после окончания последней войны, быстро перерос в изоляционизм, тем самым создав благоприятные предпосылки для развязывания нового конфликта. (Опасность такого рода реакции после завершения данной войны достаточно велика, и вероятность формирования подобной установки значительно выше, чем вероятность создания атмосферы перманентного империалистического милитаризма.) Даже в Германии сразу после прошедшей войны процент населения, склонявшегося к пацифизму, был несколько выше, чем процент тех, кто сразу же начал вынашивать планы мести и в качестве первого ее этапа изобрел Dolchstosslegende1. Тот факт, что поверхностные, хотя и сильные, национальные чувства могут довольно быстро меняться, не опровергает, однако, мнения тех историков, которые утверждают, что ничто не является столь неизменным, как глубинные культуральные характеристики народа. И именно эти глубинные черты нам 1 Тезис об «ударе ножом в спину», объяснявший поражение Германии в первой мировой войне вспыхнувшей революцией. — (Прим. ред.)
Проблемы трансформации культуры 151 следует проанализировать, если мы хотим разобраться в том, что собой представляет культуральная составляющая стабильного мира. В Германии, несмотря на пацифистские устремления населения после первой мировой войны и задолго до появления Гитлера, каждый ребенок играл с оловянными солдатиками — играл в войну. И вскоре, в соответствии с этой давно устоявшейся традицией, милитаристы вновь набрались сил. С другой стороны, Муссолини более десятка лет пытался воспитать в итальянцах эти военные настроения, которых так не хватало нации во время первой мировой. И несмотря на все его усилия, несмотря на то, что он пытался воздействовать на умы своего народа — начиная с самых младших его представителей, — ему, по всей видимости, так и не удалось изменить эту особенность национальной культуры. Подобным образом характер русских или британцев также менялся лишь незначительно. То, что эти неизменные характеристики имеют скорее культуральную, нежели национальную, основу, подтверждает и тот факт, что дети, чьи родители переехали из одной страны в другую, достаточно быстро и глубоко перенимают отличительные особенности жителей своей новой родины. Демократическое устройство мира вовсе не предполагает единообразия культур. И аналогом демократической свободы личности на уровне функционирования групп является культуральный плюрализм. Но любое демократическое общество должно препятствовать тому, чтобы гангстеры или, пользуясь другим термином, «нетерпимые» граждане пользовались неограниченной личной свободой. И до тех пор, пока в каждом обществе не будет провозглашен принцип терпимости и равенства прав, демократический миропорядок будет находиться в опасности: ему будут угрожать «нетерпимые» культуры. Нетерпимость к существованию таких «нетерпимых» культур — вот необходимое условие для воцарения мира между народами.
152 Проблемы трансформации культуры Для того чтобы установление демократического порядка стало возможным, необходимо изменение ценностей современного общества. Такого рода изменения предполагают, в частности, усиление внимания к ценностям личности в противоположность надличностным ценностям, таким как государство, политика, наука. Подобная трансформация взглядов сместила бы акцент на то, что германский «железный канцлер» Бисмарк еще в 1880 году назвал гражданским мужеством (моральной смелостью граждан) и чего, как он считал, не хватает немцам (которые склонны к слепому безоговорочному подчинению). Тем самым большее внимание уделялось бы не сожалениям о том, сколь различны культуры, а тому, насколько полезным может стать изменение этих характеристик. Й гораздо более важной представлялась бы задача научить детей независимости, а не подчинению. При любой попытке повлиять на культуральные паттерны мы не можем не уделять должного внимания тому, что проблема изменения отдельной личности или маленькой группы людей, вырванных из привычного культурного окружения и попавших в абсолютно новую среду, значительно отличается от тех проблем, которые возникают при изменении культу- ральных особенностей компактной группы, остающейся на родной земле. И в качестве методов, наиболее адекватных для трансформации культурного фона большой группы, мы можем назвать пропаганду во всех возможных ее формах: радио, пресса и т. д. И все же, сколь эффективной ни была бы эта пропаганда (независимо от того, ведется она извне или по инициативе самой страны), ее основной результат будет сводиться лишь к изменениям «вербальных чувств» людей. Говоря о демократии, немец, скорее всего, будет иметь в виду индивидуалистическую свободу. Если американец рассуждает о демократии, то и он будет прежде всего подчеркивать свободу личности и упустит из виду, что руководст-
Проблемы трансформации культуры 153 во — это тот феномен, который при демократическом порядке играет роль ничуть не меньшую, чем при авторитаризме. Но американцам посчастливилось жить в стране, где групповое принятие решений — это отлаженный и привычный процесс, по крайней мере, в небольших группах; где демократическое лидерство безоговорочно принимается как паттерн культуры и где ему обучают детей в школе. И мы не можем ожидать того, что люди, живущие в такой стране, будут понимать демократию иначе, чем в тех концептуальных рамках, которыми они привыкли пользоваться. Мы не можем ожидать от представителя другой культуры принятия культурального паттерна, с которым ему никогда не приходилось сталкиваться, ведь даже те, для кого эта культуральная модель знакома с детства, иногда не могут достаточно точно описать ее. И в этом заключалась одна из трагедий Веймарской республики: демократически настроенные люди, принявшие на себя управление страной сразу после войны, исказили понятие демократии, интерпретировав ее как существование вне политики. Именно это позволило прежним реакционерам сохранить свои официальные «экспертные» посты. И это была настоящая трагедия, поскольку руководителям страны было невдомек, что «нетерпимость к нетерпимым» является принципиальной базой для поддержания и особенно для установления демократии как «терпимости к терпимым»; трагедия крылась прежде всего в том, что они не понимали, что сильное руководство и эффективное позитивное использование политической власти большинства — важнейший аспект любой демократии. Вместо этого Германия гордилась тем, что у нее «самая свободная конституция в мире», поскольку технически даже самое малочисленное меньшинство получало пропорциональное представительство в парламенте. В действительности же это привело к существованию десятков политических партий и к тому, что меньшинство получало перевес над большинством.
154 Проблемы трансформации культуры Второе основное препятствие на пути изменения культур кроется в том факте, что такие паттерны, как демократия, не ограничиваются политическими проявлениями; они переплетаются практически с каждым аспектом культуры. Как мать обращается со своим годовалым ребенком, с ребенком двух или трех лег, как осуществляется руководство предприятием, какие группы обладают высоким статусом, каким образом окружающие воспринимают статусные различия — все эти характеристики представляют собой весьма важные элементы культурального паттерна. Каждое заметное изменение, безусловно, должно осуществляться с учетом этого сложного фона. Невозможно ограничиться только лишь трансформацией официально признаваемых ценностей; необходимо изменять повседневную жизнь группы. Не вызывает сомнений утверждение о том, что изменение ценностей в конечном счете приведет к изменению поведения в социуме; но верно и обратное: трансформация моделей поведения и повседневной жизни непременно отражается на ценностях культуры. Это ненаправленное изменение культурных ценностей, по всей вероятности, проникает глубже и сохраняется дольше, чем те изменения, которых мы можем достичь посредством направленной пропаганды. Очевидно, Гитлер хорошо понимал эту закономерность. Существует ли хоть крошечная надежда на то, что мы можем оказать какое-то воздействие на фашиствующую группу, наставив ее на путь демократии? Хотя научные исследования в этой области и чрезвычайно скудны, они все же позволяют нам сделать по крайней мере пять общих выводов: 1. Было бы ошибкой предполагать, что люди сами по себе будут следовать демократической модели существования. Подобное утверждение неверно даже в отношении людей, живущих в стране с демократическим укладом. (Демократическое развитие некоторых стран, таких как Соединенные Штаты, было результатом уникальных историко-географических
Проблемы трансформации культуры 155 условий.) В демократии, как и в любой другой модели культуры, индивид перенимает культуральные паттерны путем определенного рода ♦научения». Как правило, такое научение происходит в процессе развития личности. 2. В результате экспериментов, касающихся изменения паттернов культуры, было установлено, что авторитарная установка может быть «навязана личности». Это означает, что человек может «выучиться» быть авторитарным, пытаясь приспособиться к навязанной ему извне ситуации. Демократия же не может быть внушена личности извне; ее можно принять лишь путем добровольного и ответственного принятия ее правил. Переход от авторитаризма к демократии — это процесс, который занимает гораздо больше времени по сравнению с обратной процедурой. 3. «Научение» демократии в случае перехода к ней от иных культуральных паттернов представляет собой своего рода парадокс, напоминающий проблему демократического лидерства. Демократический лидер не навязывает группе своих устремлений, как это принято при авторитарном лидерстве: регуляция деятельности группы осуществляется группой как целым. И все же демократический руководитель должен «руководить». И когда речь идет о переориентации общества в демократическом направлении, этот парадокс демократического лидерства становится еще более заметным. К примеру, в экспериментальной ситуации, где лидеру необходимо изменить индивидуалистическую (попустительскую) свободу в группе на демократическую, он не может давать членам группы прямые указания, поскольку такая позиция приведет к авторитарности. Необходимо приложить определенные усилия для того, чтобы обеспечить группе демократические условия работы. Сходная проблема возникает и тогда, когда авторитарная группа должна быть преобразована в демократическую. Ослабление санкций, как правило, поначалу приводит к периоду агрессивной анархии.
156 Проблемы трансформации культуры Чтобы обеспечить переход к демократии, лидеру необходимо в течение некоторого времени контролировать ситуацию и иметь возможность манипулировать ею, не допуская тех или иных отклонений. Цель, которая должна стоять перед демократическим лидером в этот переходный период, аналогична цели, которую ставит перед собой любой хороший руководитель: сделать себя ненужным, чтобы появившийся истинный лидер группы мог встать на его место. 4. Эксперименты по обучению демократических лидеров, например мастеров на заводе, убедительно доказали, что для обеспечения эффективности процессов недостаточно наличия подготовленных лидеров, имеющих дело с малыми группами. Если вышестоящая власть, например администрация завода, не понимает и не применяет на практике демократические методы руководства, то либо наступит серьезный кризис, либо эффект демократического лидерства в малых группах быстро сведется к нулю. И это не удивительно, поскольку культуральные паттерны — это та социальная атмосфера, которая не может быть раздроблена на части. 5. Когда мы говорим о реконструкции культуры в европейских странах, то, учитывая все вышесказанное, было бы ошибкой полагать, что мы можем оказывать помощь Габсбургам в формировании Австрийского легиона, основанного на идее о том, что «каким будут правительства Франции, Германии и балканских государств, будем решать не мы, а сам народ после окончания войны». Нет никакого сомнения в том, что если мы допустим усиление антидемократических сил, у людей не будет возможности принять решение о переходе к демократии. Наша первоочередная задача заключается в том, чтобы обеспечить ту минимальную степень демократии, которая нужна для успешного функционирования международной организации, создание которой нам необходимо; в том, чтобы гарантировать тот минимум, который позволит нам в этом сжимающем-
Проблемы трансформации культуры 157 ся, взаимозависимом мире создать у себя на родине демократию. Для осуществления этой цели нужно создать такую политическую среду, которая была бы достаточно сильной и устойчивой, чтобы, по крайней мере, обеспечить людям возможность «научиться демократии». И если мы подходим к решению этой проблемы реалистически, нам необходимо избегать как американского империализма, претендующего на то, чтобы править этим миром, так и американского изоляционизма, уклоняющегося от ответственности, которая должна быть разделена всеми демократическими государствами. Нам следует избегать наивной веры в то, что народ «сам по себе» выберет демократию. Нам не следует основывать свои планы на «ненависти к врагу», но мы не должны и руководствоваться лишь благими намерениями; мы не можем быть слепцами и отрицать окружающую нас реальность. Следовательно, мы должны отдавать себе отчет в том, что в Германии нам придется иметь дело с системой, где месяц за месяцем, день за днем, свыше семи тысяч «ненужных» женщин и детей погибали в результате массовых убийств на оккупированных территориях и где выросли тысячи людей, привыкших выполнять эту работу. Американские газеты склонны замалчивать большую часть неприятной информации такого рода; возможно, это происходит потому, что они надеются предотвратить установление мира, основанного на ненависти. В действительности, подобный подход ошибочен, поскольку в политике, как и в образовании, успешность научения должна быть основана на истинном представлении о реальном положении дел. Обращаясь к техническим аспектам изменений, необходимо отметить следующее: 1. Совершенно очевидно, что нет ни малейшего смысла пытаться изменить культуральные паттерны миллионов людей, стараясь изменить каждого из них в отдельности. К счастью, методики, которые приня-
158 Проблемы трансформации культуры то называть «групповой работой», позволяют взаимодействовать одновременно с целыми группами и представляются более эффективными в осуществлении глубоких изменений, нежели индивидуальный подход. 2. Представляется возможным обучение демократических лидеров и лидеров более высокого уровня для создания управленческой пирамиды, с помощью которой можно будет достаточно быстро осуществлять взаимодействие с большими группами. 3. Необходимо создать такую систему, которая не допускала бы возникновения ненависти и враждебности, заменяя их на отношения сотрудничества. Если мы будем рассматривать задачу демократизации общества с реалистичной позиции, как процесс, который должен лежать в основе семейной и повседневной групповой деятельности, то поймем, что школы сами по себе не смогут справиться с этой задачей. И нам не следует посылать туда сотни тысяч американских учителей, как иногда предлагают нам в прессе. Эти американцы, в том числе беженцы и те, кто родились за пределами Америки, скорее всего, вызовут лишь чувство обиды и негодования. Однако нам известен исторический прецедент, по крайней мере в Германии, когда американцы, приехавшие в эту страну с целью помочь населению, были с благодарностью приняты и поддержаны немцами. Обеспечение питанием немецких детей после прошлой войны, известное в Германии как «Quakerspeisung» («квакерское питание»), произвело глубокое впечатление на каждую немецкую семью и с благодарностью вспоминается миллионами родителей до сих пор. Представляется вполне выполнимым и естественным начать после войны групповую работу в Европе с обеспечения питанием; эта работа должна быть организована таким образом, чтобы совместная деятельность по реконструкции общества предлагала бы реальный опыт демократического группового взаимодействия. Такая и подобная этой работа по реконструкции общества может затронуть
Проблемы трансформации культуры 159 большое количество самых разнообразных по возрасту и положению групп. Особенно важным представляется тот факт, что в этом случае можно вовлечь в работу подростков. А ведь именно представители этой возрастной категории наиболее безоговорочно и радикально поддерживали Гитлера. (Хорошо известно, что войска СС, задача которых заключалась в подавлении любых волнений в армии, формировались именно из молодежи.) Кроме того, подростковый возраст — это такой период, который определяет, какие культураль- ные паттерны будут доминировать в следующем поколении. Лобовая атака, предпринятая с целью объединения представителей этой возрастной категории (полных энтузиазма и, во многих отношениях, привыкших к сотрудничеству) в группы для осуществления продуктивной реконструкции радикально демократического толка, — это, возможно, один из тех шансов, который позволяет нам надеяться на изменение общества на пути к демократии.
3 ГЕРМАНИЯ: ОСОБЫЙ СЛУЧАЙ (1943) До нападения на Пирл-Харбор в Америке, более чем в любой другой стране, была сильна тенденция рассматривать психологические факторы (такие, как фрустрация или «деструктивные черты») в качестве основной причины войны. И, соответственно, предполагалось, что избегание фрустрации — самый прямой путь к миру. На современном этапе доминирует более реалистичная позиция, подчеркивающая важность политических и экономических составляющих. Этот концептуальный сдвиг был очень кстати, хотя сейчас и существует опасность того, что маятник качнулся слишком далеко и что отныне приниматься во внимание будут только политические аспекты проблемы. Говоря о перспективах мирного сосуществования, думая о том, каким образом следует вести себя другим странам и нашей соб-
Проблемы трансформации культуры 161 ственнои стране, мы должны осознавать также и тот факт, что психологические и в особенности культу- ральные факторы, в конечном счете, имеют принципиальное значение. Нередко можно встретить утверждения о том, что гитлеризм — это всего лишь крайнее выражение традиционной милитаристской прусской культуры, доминировавшей в Германии со времени основания этого государства. В рамках данной работы едва ли представляется целесообразным решать, истинно ли это заявление и насколько оно истинно. Гораздо более важно точно знать, насколько глубоко нацистская культура закрепилась в самосознании народа. И хотя на данном этапе нам не удастся получить исчерпывающий ответ на этот вопрос, мы можем с достаточной степенью уверенности предположить, что нацизм глубоко укрепился в умах немцев, особенно представителей молодого поколения, от которых, собственно, и зависит наше будущее. Это — культура, центрами которой являются власть и сила как высшая ценность и которая отрицает справедливость и равенство людей, рассматривая их как отвратительные пережитки декадентской демократии. Проблема была бы менее серьезной, если бы идеи эгоцентризма и безжалостности власти распространялись только на поведение в условиях войны. К несчастью, те же самые ценности пронизывают все аспекты немецкой культуры, включая и поведение в семье. Миллионы беспомощных детей, женщин и мужчин были погублены в оккупированных странах только за последние два года, и эти убийства не прекращаются по сей день. Десяткам тысяч немцев пришлось привыкнуть к службе в отрядах по истреблению неугодных или к работе в других огромных организациях подобного толка. Это систематическое истребление населения проводится с одной лишь декларируемой целью — обеспечить в будущем господство германской расы на окружа-
162 Проблемы трансформации культуры ющих Германию территориях. Это особенно опасно с точки зрения обеспечения позитивных международных отношений и установления мира, поскольку подобные убийства воспринимаются как естественное право победителя решать судьбу побежденного, как неотъемлемое право Herrenvolk1 распоряжаться «низшими» расами. Прежде чем мы перейдем к обсуждению того, как могут быть осуществлены позитивные изменения, нам необходимо пояснить стоящую перед нами цель. А цель заключается в следующем: жизнь в Германии не может быть копией английского или американского образа жизни. Чем бы ни закончился этот процесс, получившаяся в его результате культура будет специфически немецкой. В ней неизбежно останутся следы истории страны и существующий экстремальный опыт войны и нацизма. И это произойдет в любом случае, даже если новая немецкая культура будет полностью демократичной. Существует и еще одна причина того, чтобы приложить все силы к формированию культуры «демократичной Германии», не копируя при этом американскую или английскую культуру. Демократический принцип толерантности к окружающим имеет одно существенное ограничение: не менее необходимой является «демократическая нетерпимость к нетерпимым». Это право и эта обязанность — быть нетерпимым к проявлениям такого рода — очень важны, если мы хотим построить на нашей планете демократическое общество. Однако следование этому принципу не предполагает конформности граждан; оно лишь ограничивает наши законные интересы определенным набором условий, которые, по всей вероятности, не сильно отличаются от тех, что необходимы для установления мира между народами. Господствующая раса (нем.).
Проблемы трансформации культуры 163 КУЛЬТУРАЛЬНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ ИНДИВИДОВ И НАЦИЙ Трансформация германской культуры в сторону большей демократичности, без сомнения, порождает ряд крайне сложных проблем. Совершенно очевидно, что культура отдельной личности или небольшой группы людей может быть подвергнута глубокому и тотальному изменению в короткие сроки. Ребенок, попавший из Германии или Японии в Америку, как правило, быстро усваивает все требования стиля американской жизни и почти полностью американизируется. Зрелые люди, попавшие в новую культуру, также могут достаточно полно принять и перенять ее; большую роль в адаптации такого рода играет целенаправленное обучение. Эксперименты с участием как детей, так и взрослых, показали, что социальный климат групп может быть кардинально изменен путем использования соответствующих моделей лидерства. Эксперименты по обучению лидеров подтвердили, что при определенных обстоятельствах возможно скорое переобучение в высшей степени авторитарных лидеров в эффективно действующих лидеров демократической ориентации. Однако в этом случае мы имеем дело с изменением отдельных личностей и малых групп, происходящим в соответствии с некоторыми общими базовыми принципами той культуры, в которой эти люди существуют. Трансформация же культуры в целом требует совершенно иного подхода. И в этом случае большое количество участников, вовлеченных в процесс, — всего лишь одна из трудностей. Гораздо более важным представляются определенные динамические отношения между различными аспектами национальной культуры — такими, как образование, нравы, политическое поведение, религиозное мировоззрение, — которые взаимодействуют таким образом, что пресекают любое отклонение от привычного для данной культуры образа мышления и поведения.
164 Проблемы трансформации культуры К сожалению, в рамках данной статьи у меня нет возможности подробно обсудить эту динамику. Я могу лишь вкратце напомнить читателю, что различия, к примеру, между американской и немецкой культурами проявляются более или менее ярко практически во всех областях жизнедеятельности общества: и в том, как мать обращается со своим двух-трехлетним ребенком, и в том, о чем рассуждает отец за обеденным столом, и в том, как общается рабочий с мастером или студент с профессором, и в том, как ведут себя гости по отношению к хозяевам и их детям. Культурные национальные особенности отражены в том, как написаны кулинарные книги, в том, как общаются между собой адвокаты, только что противостоявшие друг другу на судебном процессе; в том, какие фотографии отбирает кандидат в президенты для своей предвыборной агитации, и в том, что означает религия для человека, какого бы вероисповедания он ни придерживался. И если мы намерены подвергнуть трансформации какой-либо аспект культуры, мы должны отдавать себе отчет в том, что существует еще тысяча и один аспект той же самой системы и все они будут оказывать противодействие осуществляемой нами манипуляции, возвращая культуру к прежним, привычным паттернам. Кто-то однажды метко сказал, что «культура — явление водонепроницаемое». Теперь мы можем сформулировать следующий вывод: чтобы обеспечить устойчивый эффект, куль- туральные изменения должны проникнуть во все или почти во все аспекты жизни народа. Короче говоря, это должно быть изменением всего « культурального климата», а не каких-либо отдельных его элементов. ОБЩИЕ АСПЕКТЫ КУЛЬТУРАЛЬНЫХ ИЗМЕНЕНИЙ 1. Культура как равновесие. Культура — это не живописное полотно; это непрекращающийся процесс, состоящий из бесчисленных социальных интеракций.
Проблемы трансформации культуры 165 Подобно реке, чьи форма и скорость детерминированы балансом сил, заставляющих воду бежать быстрее, и препятствий, замедляющих ее бег, культуральные паттерны народа в каждый конкретный момент времени поддерживаются балансом противодействующих сил. Так, некоторые исследования культур более мелкого масштаба показали, что производительность труда или другие аспекты заводского «климата» необходимо рассматривать как равновесие или, если быть более точным, как «равновесие в движении». Когда достигнут определенный уровень функционирования группы, начинают осуществляться процессы саморегуляции, позволяющие поддерживать деятельность группы на этом уровне. Мы можем называть это по-разному — «рабочими привычками», «фиксированными традициями», «принятым способом действия». В особых случаях возможно резкое увеличение объема производства, праздники могут на пару дней создать особую социальную атмосферу, и общение администрации с рабочими будет совершенно отличным от того, к чему все привыкли, но этот стимулированный извне эффект будет кратковременным, и лежащая в основе культуры констелляция основных сил довольно быстро возвратит ход событий в прежнее русло повседневности. Основная проблема, связанная с изменением социального климата, будь то климат одного завода или всей немецкой нации, должна быть переформулирована следующим образом: как нужно манипулировать ситуацией, чтобы обеспечить устойчивые изменения на том уровне, на котором противодействующие силы формируют это квазистабильное равновесие. 2. Изменение констелляции сил. Чтобы осуществить трансформацию любого рода, необходимо нарушить баланс сил, обеспечивающий саморегуляцию системы на данном уровне. И если речь идет о Германии, эта задача предполагает, что определенные глубинные силы должны быть искоренены. Значительная часть немецкого на-
166 Проблемы трансформации культуры рода, от которого, собственно, и зависит демократическая реконструкция общества, живет нынче в состоянии перманентного угнетения и террора. Очень сложно представить себе, как эти люди могут действовать свободно и без опаски, когда на другой стороне улицы живут гестаповцы и другие служители террора, десяток лет исправно исполняющие свои функции. После первой мировой войны реакционные силы в Германии, хотя и ушли в тень на время, но все же не потеряли возможности действовать. Будучи очень сплоченной, социально монолитной группой, они вскоре начали постепенно возвращаться к власти и в конечном счете их идеи восторжествовали в крайней форме — в гитлеризме. И очень трудно надеяться на что-то иное кроме поверхностных, неустойчивых изменений, если немецкому народу не будет предоставлена возможность целиком и полностью избавиться от той немалой группы людей, которые многие годы самым безжалостным и жестоким образом правили страной. Нам известно, что в настоящий момент эта группа готова на время уйти в подполье; и все же, если ее тотальному уничтожению будут препятствовать некие силы за пределами Германии, опасающиеся «хаоса», она будет представлять собой чрезвычайную угрозу. Движение послевоенной Германии в сторону демократии потерпело крах не потому, что так называемая немецкая революция 1918 года была чересчур неорганизованной, а потому, что свержение кайзера оказалось слишком простым делом и это событие не вызвало глубинных изменений. Отсутствие глубинных социальных изменений привело к тому, что определенные социальные силы так и остались у власти, а отсутствие глубинных культу- ральных изменений помешало разделить в умах граждан демократию и индивидуалистическую свободу попустительского характера. Таким образом, революцию в Германии следует считать позитивным, а не негативным фактором, все-таки приблизившим
Проблемы трансформации культуры 167 страну к конечной цели — к демократии и мирному существованию. 3. Формирование новых кулътуралъных паттернов. Рука оо руку с разрушением сил, обеспечивающих прежний баланс, должно идти создание (или высвобождение) сил нового порядка, предназначенных для формирования нового баланса. Существенным условием является не только обеспечение изменения общества, необходимое для осуществления культуральных трансформаций, но и сама их реализация; крайне важно предпринять определенные меры для того, чтобы обеспечить устойчивое функционирование системы на новом уровне. МЕТОДЫ ТРАНСФОРМАЦИИ КУЛЬТУРЫ Давайте предположим, что ситуация в Германии будет в достаточной степени изменчивой. В этом случае чем мы сможем помочь тем силам, которые могли бы обеспечить новый уровень равновесия, более отвечающий требованиям демократии? Из множества ответов на этот вопрос приведу лишь некоторые. 1. «Удовлетворения» основных потребностей недостаточно. Если будут удовлетворены основные потребности немецкого народа, будет ли этого достаточно для того, чтобы немцы стали демократами? Эта идея, бывшая довольно популярной до тех пор, пока Америка не вступила в войну, возможно, снова войдет в обиход с окончанием войны в Германии (хотя едва ли пропагандистские утверждения сходного характера когда-либо будут сделаны в отношении Японии). Подобные предположения базируются на наивном представлении о том, что «человеческая природа» — это ровно то же самое, что «демократическая культура»; и что единственное, в чем нуждается человек, так это в том, чтобы искоренить причины плохой адаптации; тогда демократический мир будет построен незамедлительно.
168 Проблемы трансформации культуры У меня была возможность достаточно пристально понаблюдать за одним молодым человеком, который до прихода Гитлера к власти был активистом немецкого молодежного движения. После смены режима он перешел на сторону нацистов и в течение нескольких лет был помощником молодежного лидера в гитлеровской организации. По какой-то причине он покинул страну и снова поменял политическую ориентацию — стал антинацистом. Этот человек демонстрировал яркие симптомы плохой адаптации, ему были присущи агрессивность и эгоцентризм. Будучи довольно умным, он приспособился к американскому образу жизни, перенял привычки и правила этой культуры; он стал казаться человеком мягк*им и дружелюбным. По прошествии нескольких лет он достаточно хорошо адаптировался к социуму и воспринимался окружающими как милый парень. И только те, кто близко знал его и в течение долгих лет следил за его деятельностью, видели, что он стал еще более хитрым и коварным, чем когда- либо ранее. Будучи чрезвычайно чувствительным к властно-статусным отношениям, он очень четко определял, кто может быть ему другом, а кто будет врагом, в чем сильные и слабые стороны тех, кто встречался на его пути, и какие идеалы были на вершине популярности в тот или иной момент. Он быстро постиг сущность отношений власти и на этой основе мог вести себя совершенно эгоистично, он проявлял чрезвычайную агрессивность, врал без зазрения совести; он так легко и продуманно осуществлял свои деструктивные выходки, что абсолютно сбивал людей с толку. Я был беспомощен, хотя и осознавал, что здесь мы имеем дело с ярчайшим образчиком нацистской культуры. Его агрессивность не исчезла; напротив, она только усилилась и стала еще более опасной, когда этот человек обеспечил собственную личную безопасность, а его культурный фон остался без каких бы то ни было изменений. Я думаю, что это — довольно показательный пример, свидетельствующий о том, что в агрессивной ав-
Проблемы трансформации культуры 169 торитарной культуре агрессию и авторитарное поведение нельзя рассматривать как симптомы плохой адаптивности. Они не могут быть изменены только посредством удовлетворения основных потребностей человека. 2. Некоторые общие позитивные принципы. Исследование жизнедеятельности группы в разных условиях позволяет мне сделать некоторые общие выводы относительно изменения культуры групп: ♦ Эти изменения должны осуществляться в отношении группового климата, общей атмосферы группы, а не отдельных ее элементов, и мы уже касались этого вопроса. Технически это означает, что трансформация не может быть осуществлена через научение членов группы каким-то приемам. Она должна затрагивать более глубинные области, а не останавливаться на вербальном уровне или уровне социальных либо юридических формальностей. ♦ Очевидно, что система ценностей, определяющая идеологию группы, связана с другими аспектами власти, влияющими на жизнедеятельность группы. Это утверждение корректно как с психологической, так и с исторической точки зрения. Любое реальное изменение групповой культуры, таким образом, должно осуществляться в комплексе с трансформацией властных констелляций внутри группы. ♦ С учетом предыдущей позиции становится понятно, почему модификация методов лидерства является, вероятно, наиболее быстрым способом внести изменения в культурный климат группы. Причина кроется в том, что статус и властные полномочия лидера или лидирующей части группы позволяют им манипулировать идеологической и организационной жизнью группы. 3. Переход от авторитарности к демократии. Эксперименты с группами и опыты обучения лидеров позволяют сделать следующие выводы: ♦ Трансформация группового климата из авторитарного или попустительского в демократический бла-
170 Проблемы трансформации культуры годаря лидеру демократического толка предполагает переобучение рядовых членов группы, их переориентацию на демократическое взаимодействие. Любая групповая атмосфера может рассматриваться как модель ролевого поведения. Ни авторитарный, ни демократический лидер не может исполнять свою роль в одиночку, без участия простых членов группы, готовых играть соответствующие их позициям роли. Если члены группы не могут и не хотят взять на себя обязательства, принципиальные для любого сторонника демократии, демократический лидер сам по себе будет беспомощным. Преобразование групповой атмосферы из авторитарной в демократическую путем демократического лидерства, таким образом, означает, что сторонники авторитарности должны переориентироваться на подлинное принятие роли сторонников демократии. ♦ Подобная перестройка ролей не может быть осуществлена путем политики «невмешательства». Следование принципу «индивидуалистической свободы» очень быстро приведет к полному хаосу. Иногда людей следует заставить осознать, что такое демократическая ответственность за группу как целое. Представляется неоспоримым тот факт, что людей нельзя научить демократии с помощью авторитарных методов. Но столь же верно и то, что демократический лидер, который хочет изменить групповую атмосферу на демократическую, должен обладать властью и должен использовать ее для активного переобучения. К сожалению, в рамках данной статьи мы не можем подробно обсудить то, что многим представляется одним из парадоксов демократии. Чем в большей степени члены группы меняют ориентацию на демократическую и научаются играть роли демократических сторонников лидера, тем больше шансов на то, что властные полномочия демократического лидера будут направлены на реализацию других целей, нежели на изменение позиции членов группы. ♦ Из того, что уже было сказано, должно стать очевидным, что лекций и пропагандистских меро-
Проблемы трансформации культуры 171 приятии недостаточно для того, чтобы осуществить необходимые изменения. Несмотря на всю их важность, они станут эффективными лишь в том случае, если будут осуществляться в совокупности с трансформацией властных и лидерских отношений в группе. Для больших групп это означает, что необходимо обучить представителей всех уровней власти, чтобы обеспечить достаточное проникновение демократических идей на все групповые уровни. Сам Гитлер очень хорошо понимал всю необходимость процедур такого рода. Демократическая перестройка этой процедуры, хотя и имеет свою специфику, предполагает ту же глубину и непременно должна принимать в расчет особенности групповой организации. ♦ В целом те же самые принципы работают как в отношении обучения демократических лидеров, так и в отношении обучения рядовых членов групп. Обучение демократических лидеров не может осуществляться авторитарным путем; с другой стороны, представляется чрезвычайно важным, чтобы демократические лидеры были в состоянии завоевать и удержать властные полномочия. А следовательно, крайне важно, чтобы люди, ориентацию которых предполагается изменить на демократическую, были недовольны существующим положением вещей и чувствовали потребность в изменениях. Есть ряд данных, свидетельствующих о том, что проще переориентировать неудовлетворенного авторитарного лидера на использование демократических методов, нежели попустительского либо удовлетворенного своей деятельностью лидера полудемократического толка. Это замечание, возможно, вступает в противоречие с распространенным мнением о том, что изменения более вероятны в том случае, когда имеется сходство между исходной и желаемой ситуацией. Однако если исходить из принципов общей теории куль- туральных изменений, становится понятным, почему после незначительных изменений тенденция к возврату к прежнему уровню равновесия сильнее, чем после кардинальных трансформаций.
172 Проблемы трансформации культуры СУТЬ ГЕРМАНСКОЙ ПРОБЛЕМЫ Итак, основное условие трансформации германской культуры в сторону демократии — это изменение роли лидеров и их сторонников. Тот факт, что граждане Германии не умеют критиковать своих руководителей, отмечался не раз. В немецкой культуре «лояльность» обычно отождествляют с «подчинением». Немцы не видят альтернативы эффективной групповой организации, основанной на подчинении, кроме той, в которой царит атмосфера попустительства и бездействия, базирующихся на индивидуалистской свободе. Гитлеровский режим сделал все возможное, чтобы усилить эту установку и отождествить демократию с упадническим неэффективным беззаконием. После окончания первой мировой войны в либеральных немецких газетах шло широкое обсуждение смысла демократического лидерства и демократической дисциплины с целью показать аудитории другие альтернативы, кроме слепого подчинения или неуважения и отсутствия ответственности. Была использована английская идея «преданной оппозиции Его Величеству», чтобы указать на позитивные функции и ту ответственность, которые оппозиционные партии имеют в парламентской системе. Немецкому читателю такие статьи казались в высшей степени нелепыми и неправдоподобными. Они в корне противоречили немецкому представлению о человеческой природе, поскольку идея честной игры совершенно чужда германской культуре. Очевидно, что подобные статьи практически не влияли на политическую жизнь Германии, и я сомневаюсь в том, что результаты были бы лучше, если бы этих статей было раз в сто больше. Для того чтобы понять, о чем идет речь, человек должен основываться на собственном опыте — детском, подростковом, опыте ежедневного повседневного взаимодействия с окружающими; ему необходимо почувствовать, что такое демократическое лидерство и
Проблемы трансформации культуры 173 демократическая ответственность гражданина. Никакие лекции не могут заменить такого непосредственного опыта. Только путем непосредственного включения в такую жизнь человек может научиться тем особенным демократическим моделям поведения, которые подразумевают: ответственность за группу; способность признавать и принимать существование различных мнений, не считая преступником того, кто подобное мнение высказал; готовность принимать критику как должное и критиковать других, оберегая их чувства. Попытка изменить какой-либо один элемент системы только спровоцирует ситуацию, в которой влияние всех прочих элементов восстановит прежнюю целостную модель. КОГО В ГЕРМАНИИ НУЖНО ИЗМЕНИТЬ? Какие группы людей представляют особую значимость при осуществлении позитивной реконструкции? Что касается социальных классов, то мы уже обсуждали необходимость прекращения деятельности гестапо. Не зная в деталях существующую социальную ситуацию и расстановку сил, довольно сложно утверждать что-либо с достаточной уверенностью. Как говорилось выше, кардинальные трансформации культурной среды бывают гораздо более стойкими, чем незначительные изменения (хотя здесь, конечно же, имеет место феномен маятника, раскачивающегося слишком сильно). Было бы чрезвычайно грустно, если бы все попытки свелись к возвращению к власти той части немецкого общества, чья цель заключается в простом возврате к обстановке догитлеровской Германии и которая боится перехода к демократическим реформам. Подобная ситуация — например, закрепление Габсбургов в Австрии — не будет стабильной; она будет означать возврат к модифицированной форме фашизма или —
174 Проблемы трансформации культуры что еще более вероятно — приведет к мощному революционному восстанию. Нам следует обратить особое внимание на возрастные особенности групп, с которыми нужно будет работать; когда речь идет об изменениях, должны быть приняты в расчет три возрастные категории: 1) люди за сорок, которые, уже будучи зрелыми, успели пожить в донацистском обществе; 2) люди в возрасте между двадцатью и тридцатью, взросление которых пришлось на период фашизма, идеи которого глубоко укоренились в их сознании; 3) дети. Для каждой группы решение проблемы будет иным. Мы вкратце обсудим первую и вторую группы, поскольку именно они будут определять атмосферу, в которой будут приобщаться к культуре дети. Среди людей после сорока много тех, кто имеет сильные либеральные убеждения. И хотя большинство лидеров левого толка были убиты, нет никакого сомнения в том, что все же существует достаточное количество тех, кто готов и намерен создавать новую, «свободную» Германию. Мы вполне можем ожидать, что многие из них многое поняли из ошибок, совершенных обществом после 1918 года, и что на этот раз им удастся лучше справиться со стоящей перед ними задачей. Что касается культураль- ных тенденций, то самое важное для этих людей — лучше понять, как работает эффективная демократическая система. То, что они понимают под демократией на нынешнем этапе, не включает в себя представления о лидерстве и дисциплине как залогах эффективной демократической организации. Люди в возрасте между двадцатью и тридцатью годами, у которых нет иного культурного прошлого, кроме фашизма, куда они с легкостью могут вернуться, и культурно обусловленные привычки которых достаточно устойчивы, рассматриваются некоторыми социологами как «потерянное поколение». Не исключено, что они могут уйти в подполье и подготовить там очередную мировую войну, поскольку она пред-
Проблемы трансформации культуры 175 ставляется единственным идеалом для поколения, у представителей которого устои нацистской культуры пошатнулись, но не изменились. Однако я сомневаюсь, что это единственный их путь. Эта довольно большая категория населения, должно быть, пребывает сейчас в отчаянии. Они знают, что с нацистской идеологией не все в порядке. И таким образом, будет вовсе неудивительно, если эта группа по своим психологическим характеристикам будет не так уж сильно отличаться от авторитарных лидеров, принимавших участие в наших экспериментах — тех, кто был «обращен» и переобучен за довольно короткий срок. И посему не кажется такой уж невероятной ситуация, когда лобовая атака, направленная на изменение специально отобранной группы молодых нацистских лидеров, будет более эффективной (если мы хотим радикально изменить авторитарную обстановку в Германии на демократическую), чем попытка трансформировать модель поведения более взрослых поколений, ориентирующихся главным образом на попустительскую, бездеятельную среду. Эти молодые люди, знакомые с проблемами лидерства и испытывающие сильную потребность в изменении мира, будут являться более серьезными гарантами глубоких и устойчивых изменений атмосферы в обществе, чем представители тех групп, которые стремятся к возвращению к старому или готовы лишь к незначительным изменениям. И конечно же, мы не можем надеяться на то, что молодые люди откажутся от прежних идей, не видя перед собой нового позитивного идеала. СПОСОБЫ ИЗМЕНЕНИЯ НЕМЕЦКОЙ КУЛЬТУРЫ Примитивная пропаганда, и в особенности пропаганда, осуществляемая извне, не могут трансформировать немецкую культуру. Если мы стремимся осуществить достаточно глубокие и устойчивые из-
176 Проблемы трансформации культуры менения, нам необходимо рассматривать отдельного человека как члена социальных групп. Именно как член группы человек становится наиболее восприимчивым к воздействию. В то же время, с помощью подобного группового подхода проще оказывать влияние на относительно большие группы людей, чем это возможно при индивидуальном подходе или с помощью массовой пропаганды. Вполне естественно вспомнить в этой связи о системе образования — от детского сада до университета — используя которую, можно трансформировать культуру нации. И тем не менее, необходимо четко осознавать все ограничения этого способа. Так, например, следует сразу отказаться от идеи использовать сто тысяч зарубежных учителей или возвратившихся беженцев, поскольку единственное, к чему может привести подобная акция, это к возникновению сильной негативной реакции. Предлагалось также, чтобы союзники ограничили свое влияние контролем над составлением учебников для немецких школ, что, без сомнения, не повлечет за собой изменения немецкой культуры. Я думаю, что не следует ни недооценивать, ни переоценивать важность системы образования. Она, безусловно, играет крайне значимую роль в долгосрочном планировании. И тем не менее, образовательный климат — это не что иное, как зеркальное отражение и выражение культуры страны; он меняется с каждым изменением общего социального климата, как достаточно убедительно показала история Германии в период с 1918 по 1933 год. Таким образом, на первом этапе реформ обучение детей играет менее важную роль, чем обучение демократических лидеров. Изменения в культуре требуют изменения методов лидерства во всех аспектах жизни общества. В самом начале особенно важным представляется лидерство в тех сферах социальной жизни, которые играют наиболее значимую роль в плане власти. Идеология и проблемы власти тесно связаны между
Проблемы трансформации культуры 177 собой. Переход политической власти к другим категориям населения и изменения методов лидерства в области политики, законодательства и исполнения законов, а также в экономической сфере, являются фундаментальным условием для перехода к демократии. Только в условиях подобной политической трансформации возможны успешные попытки по изменению культуры. На мой взгляд, не следует ожидать чересчур больших результатов от международного обмена потенциальными лидерами, хотя подобная инициатива в целом заслуживает одобрения. Существуют определенные ограничения того, чему может научиться человек, оказавшийся в роли гостя в незнакомых условиях, не похожих на ту реальность, в которой он пребывал до сих пор и в которой привык работать. Гораздо более эффективным представляется обучение «на рабочем месте». Послевоенная реконструкция общества должна обеспечить широкие возможности сотрудничества между немцами и представителями других наций, возможности, которые можно было бы использовать для обучения или переобучения молодых лидеров Германии. И такой тренинг лидеров не должен восприниматься как обучение, подобное школьному, поскольку это — работа, которую во что бы то ни стало следует выполнить, это совместная работа в интересах немецкого народа. Здесь можно продемонстрировать достоинства демократии и дать людям убедиться на их собственном опыте, что «демократия работает лучше». При хорошо спланированном управлении такой тренинг в процессе работы лидеров и инструкторов, обучающих лидеров, может дать результаты на всех уровнях жизнедеятельности общества. Он может стимулировать также и процесс самостоятельного переобучения. Описанные в данной статье тезисы предназначены для того, чтобы привлечь внимание к процедуре, которая дает хотя бы некоторую реалистичную на-
178 Проблемы трансформации культуры дежду на успех. Будут ли сделаны соответствующие попытки и насколько успешными они будут, — зависит от ситуации в мире. Моисей вел детей Израиля через пустыню сорок лет, чтобы за это время перешло в мир иной поколение рабов, а оставшиеся в живых научились жить как свободные люди. Вполне возможно, что более быстрых или действенных методов для устойчивой культурной переориентации общества просто не существует.
4 МОДЕЛИ ПОВЕДЕНИЯ, ПОНИМАНИЕ И ПРИНЯТИЕ НОВЫХ ЦЕННОСТЕЙ ' (1945) Какова природа процесса переобучения? В чем его сущность и каковы его механизмы? С какими препятствиями мы, скорее всего, столкнемся? Потребность в переобучении возникает тогда, когда человек или группа идет не в ногу с обществом в целом. Если человек болен алкоголизмом, например, или стал преступником, цель процесса переобучения заключается в том, чтобы вернуть его к ценностям и моделям поведения, которые адекватны тому обществу, в котором он живет. Мы могли бы ограничиться этим определением переобучения, если бы общество в целом само всегда существовало в ладу с реальностью. А поскольку это 1 Материал этой главы был подготовлен совместно д-ром Левином и Полом Граббе.
180 Проблемы трансформации культуры не так, мы вынуждены расширить исходную дефиницию: переобучение необходимо также и тогда, когда человек или группа утеряли связь с реальностью. Мы имеем дело с тем феноменом, который может быть описан как отклонение от нормы или от реальности объективных фактов. И тот вопрос, на который нужно получить ответ при рассмотрении этой проблемы, звучит следующим образом: что должно произойти с человеком, чтобы он избавился от этого отклонения и восстановил ориентацию на норму или, в ряде случаев, на контакт с реальностью? ИСТОКИ ОТКЛОНЕНИЯ Представители социальных наук едины в мнении о том, что различия в поведении, существующие ныне среди людей, белых, черных и желтых, не являются врожденными; они — приобретенные образования. Отклонение от социальных норм также носит приобретенный характер. Попытки найти объяснения таким отклонениям в концепции «базовых личностных различий» оказались безуспешными. И нам представляется корректным сформулировать следующую, более четкую гипотезу: 1. Процессы, лежащие в основе научения норме и девиантному поведению, по сути своей аналогичны. Природа механизмов, лежащих в основе научения, например, криминальному поведению представляется принципиально такой же, как и тех механизмов, посредством которых человек, которому не свойственно девиантное поведение, научается вести себя честно. Обязательно нужно принимать во внимание то, какое влияние оказали на человека обстоятельства его жизни и особенности группы, в которой он вырос То, насколько обстановка этой среды соответствует нормам общества, будет влиять на склонность человека к алкогольному или делинквентному пове-
Проблемы трансформации культуры 181 дению, и очевидно, может проявляться и в других типах отклонений от социальной нормы, таких как проституция или даже авторитарность. То же самое, без сомнения, верно и в отношении тех отклонений, которые выражаются в несоответствии убеждений и поведения требованиям реальности. Процессы, лежащие в основе этих отклонений (в качестве примера такой неадекватной установки можно привести гиперпатриотическую веру в то, что все «иностранцы» — «красные»), принципиально ничем не отличаются по своей природе от тех, посредством которых человек приобретает достаточно реалистичное представление о семейных и дружеских отношениях в рамках данного общества. Его неверные социальные стереотипы, касающиеся иностранцев, — это форма социальной иллюзии. Чтобы понять происхождение этих стереотипов, нужно ознакомиться с выводами, сделанными психологами в области пространственного восприятия: механизмы, лежащие в основе создания «неадекватных» зрительных образов (иллюзий), и те, что порождают «адекватные» зрительные образы («реалии»), идентичны по своей природе. Эксперименты по изучению памяти и процессов группового давления на личность показали: то, что индивид воспринимает как «реальность», в действительности в значительной степени обусловлено теми представлениями о реальности, которые распространены в социуме. Это утверждение верно даже в отношении физических явлений: для жителя островов Полинезии земля может быть плоской, тогда как для европейца она круглая. И «реальность», таким образом, не является абсолютом. Она изменяется в зависимости от характеристик группы, к которой принадлежит человек. Подобная зависимость человека от группы в том, что касается содержания его «реальности», представляется не столь удивительной, если мы вспомним, что непосредственный опыт самого человека естественным
182 Проблемы трансформации культуры образом ограничен. Иными словами, вероятность того, что его суждение окажется правильным, увеличивается, если человек больше доверяет групповому опыту, независимо от того, созвучно ли его собственное мнение этому опыту. Это только одна из причин принятия группового суждения, но есть и другая. Какой бы сферы ни касались убеждения и где бы ни применялись те или иные модели поведения, групповая деятельность предполагает согласованность действий ее членов. Мы подвергаемся этому давлению во всех областях жизни: политической, религиозной, социальной, — включая и наши убеждения, касающиеся того, что есть хорошо и плохо, истинно и ложно, верно или неверно, реально или нереально. Учитывая эти обстоятельства, не так уж сложно понять, почему общее принятие факта или мнения может само по себе препятствовать возникновению каких- либо сомнений в истинности этого факта или мнения. ПЕРЕОБУЧЕНИЕ КАК ИЗМЕНЕНИЕ КУЛЬТУРЫ Если механизмы, лежащие в основе формирования предрассудков и иллюзий, по сути своей не отличаются от тех, что определяют корректное восприятие и реалистичные представления о социуме, то процесс переобучения должен быть аналогичен тому, что происходит при изменении культуры. Это — процесс, в котором изменения мнений и убеждений, изменение ценностей и стандартов, эмоциональных привязанностей и потребностей, а также изменение моделей повседневного поведения происходят не изолированно и независимо друг от друга, а в единой системе жизнедеятельности человека в целостной группе. С этой точки зрения, даже переобучение плотника на часовщика не может быть просто передачей плотнику каких-то новых навыков, относящихся к
Проблемы трансформации культуры 183 изготовлению часов. Прежде чем стать часовщиком, плотник, помимо овладения новыми способами действия, обязательно приобретет новую систему привычек, эталонов и ценностей — тех эталонов и ценностей, которые характерны для мышления и поведения часовщиков. И это — тот минимум нового знания, которым ему придется овладеть, прежде чем он сможет стать хорошим часовщиком. Переобучение в этом смысле эквивалентно процессу, в ходе которого человек взрослеет в родной для него культуре, приобретает определенную систему ценностей и знакомится с совокупностью фактов, которые впоследствии будут оказывать влияние на образ его мышления и его поведение. Теперь мы можем сделать важный вывод. 2. Цель процессов переобучения аналогична той, что реализуется в ходе культурных изменений. Придя к такому выводу, проще понять, почему делается такой акцент на «неформальности образования» при переобучении делинквентов. Станет яснее, почему так важна соответствующая групповая атмосфера в организациях по типу Общества анонимных алкоголиков, почему именно она играет решающую роль и помогает алкоголику бросить пить, почему она более эффективна, чем та длительная и тщательная работа, которая проводится с алкоголиком в медицинских клиниках. Только соотнеся свое собственное поведение с чем-то более общим, существенным и надындивидуальным, таким, например, как групповая культура, человек может в достаточной степени стабилизировать свои новые убеждения и обеспечить их необходимую устойчивость и независимость от перемен настроения и тех влияний, которым он, как личность, подвергается во внешнем мире. Нам представляется в высшей степени целесообразным рассматривать переобучение как реализацию задачи аккультурации. Однако это всего лишь исходная точка развития идеи. Чтобы обеспечить эффек-
184 Проблемы трансформации культуры тивное переобучение, мы должны глубже понять динамику этого процесса, ту особую констелляцию сил, с которой нам придется иметь дело при совершенно разных обстоятельствах. ВНУТРЕННИЕ ПРОТИВОРЕЧИЯ ПРОЦЕССОВ ПЕРЕОБУЧЕНИЯ Процессы переобучения влияют на человека в трех направлениях. Во-первых, изменяется когнитивная структура его личности: то, как он воспринимает физическое и социальное окружение, включая все известные ему факты, все представления, убеждения и ожидания. Во-вторых, модифицируются его валентности и ценности: все, что связано с привлекательностью и непривлекательностью для него определенных групп и групповых стандартов, его чувств в отношении статусных различий и его реакций на источники одобрения и неодобрения. В-третьих, происходят изменения в его действиях, включая и степень контроля за своими физическими и социальными проявлениями. Если бы все эти три изменения (и процессы, обусловливающие их появление) были детерминированы одними и теми же закономерностями, практические задачи переобучения представлялись бы гораздо более простыми. К несчастью, это совсем не так, и человеку, занимающемуся переобучением других, приходится сталкиваться с определенными противоречиями. Например, если мы пытаемся отучить ребенка сосать палец посредством определенных круговых жестов руки, чтобы ребенок осознал свою привычку и тем самым смог лучше контролировать эти движения, мы рискуем отдалить ребенка от сверстников и нарушить его эмоциональную безопасность, которая является необходимым условием успешного переобучения.
Проблемы трансформации культуры 185 Поиск тех способов, с помощью которых можно было бы избежать актуализации этих внутренних противоречий, является одной из основных проблем переобучения. Корректная последовательность и длительность этапов работы, а также верно найденная комбинация индивидуальной и групповой работы — вот что представляет особенную важность. Наиболее значимым, однако, является достаточное понимание инструктором того, каким образом каждый из описанных выше психологических компонентов — когнитивная структура, валентности и ценности, действия — влияет на специфику определенного этапа переобучения. Приведенные ниже размышления затрагивают только две основные проблемы, а именно те, что связаны с познанием и с принятием новых ценностей. ИЗМЕНЕНИЯ КОГНИТИВНОЙ СТРУКТУРЫ Те трудности, с которыми мы сталкиваемся при попытке устранить предрассудки или каким-то иным образом изменить представления личности об окружающем мире, привели к осознанию того факта, что переобучение не может быть сугубо рациональным процессом. Мы знаем, что лекции и подобные им прочие абстрактные методы передачи знания оказывают незначительное влияние на изменение поведения и мировосприятия человека. И следовательно, нам необходимо задуматься о том, чего не хватает этим методам, — о непосредственном опыте. Однако печальная правда заключается в том, что даже непосредственный опыт не всегда приводит к желаемому результату. Чтобы постичь причины этого явления, нам нужно проанализировать ряд приведенных ниже факторов, имеющих отношение к данной проблеме. 3. Даже обширный непосредственный опыт не может автоматически создать корректные представления (знания).
186 Проблемы трансформации культуры В течение тысячелетий повседневный опыт человечества, свидетельствующий о том, что предметы падают на Землю, не стимулировал нас к созданию теории гравитации. Для того чтобы изменить наши представления об этом физическом феномене на более адекватные, понадобился ряд крайне необычных, подготовленных самими людьми опытов — так называемых экспериментов. И таким образом, будет совершенно неоправданным утверждать, что непосредственный опыт в социальной сфере автоматически приведет к формированию корректных представлений или адекватных стереотипов. 4. Социальные действия не менее, чем физические, обусловливаются восприятием, В любой ситуации мы ведем себя в соответствии с тем, как мы ее воспринимаем, и наше восприятие распространяется на две различные области этого поля — на факты и ценности. Если мы берем какой-то предмет, то движения нашей руки обусловлены тем, как мы воспринимаем позицию этого предмета по отношению к фону. Сходным образом, наши социальные действия детерминированы тем, как мы воспринимаем окружающих и самих себя в целостном социальном окружении. И таким образом, основную задачу переобучения мы можем понимать как изменение социальной перцепции личности. Только через изменение социальной перцепции могут быть осуществлены изменения в социальных действиях человека. Допустим, что неадекватное знание каким-то образом было заменено на знание более адекватное. Будет ли этого достаточно для изменения нашего восприятия? Для того чтобы ответить на этот вопрос, нам придется вновь обратиться к исследованиям в области восприятия физических объектов и переформулировать нашу исходную проблему следующим образом: как могут быть исправлены неверные образы физического мира, например зрительные иллюзии?
Проблемы трансформации культуры 187 5. Как правило, обладания истинным знанием недостаточно для того, чтобы внести коррективы в неверные представления. Наше понимание тех условий, которые определяют корректность или некорректность восприятия, до сих пор чрезвычайно ограниченно. Известно, что существует определенная связь между зрительным восприятием и знанием. Однако если в результате оптической иллюзии мы видим кривые линии, мы не сможем тотчас же воспринять их как прямые, если нам станет «известно», что в действительности они прямые. Даже непосредственный опыт, например, измерение искомого расстояния, обычно не может устранить иллюзию. Как правило, для того чтобы мы воспринимали эти линии как прямые, необходимо изменение другого типа, такое как увеличение или уменьшение поверхности восприятия или изменение зрительной системы координат. Когда мы задумываемся о том, какие препятствия возникают в процессе переобучения, мы обычно рассуждаем с точки зрения существующих эмоциональных барьеров. Однако мы должны опасаться недооценки трудностей, возникающих вследствие изменения в самих когнитивных структурах. Если мы принимаем в расчет тот факт, что даже обширный опыт взаимодействия с физической реальностью далеко не всегда обеспечивает истинное представление об этой самой реальности, нас не удивят и те препятствия, с которыми мы сталкиваемся при попытке модификации неадекватных социальных стереотипов. Френч и Марроу рассказывают о фабричном мастере и ее отношении к другим работницам. Мастер утверждала, что старые работницы плохо справляются со своими обязанностями, хотя в ее собственном отделе было немало женщин пожилого возраста с высокой производительностью труда. Ее предубеждение абсолютно противоречило всему ее личному опыту.
188 Проблемы трансформации культуры Этот производственный пример вполне согласуется с исследованием отношений между белым и негритянским населением, касающимся совместного обучения в школах и эффектов такого обучения. Было установлено, что позитивный опыт в отношении членов другой группы, даже если подобные контакты достаточно часты, не обязательно приводит к снижению уровня предрассудков, связанных с этой группой. Только в том случае, если будут проведены психологические параллели между образами конкретных людей и стереотипами данной социальной группы, и только когда отдельный человек будет восприниматься как «типичный представитель» этой группы, опыт индивида с большей вероятностью будет влиять на его стереотипы. 6. Некорректные стереотипы (предубеждения) в функциональном плане эквивалентны ошибочным представлениям (теориям). К примеру, мы можем сделать вывод о том, что социальный опыт, который необходим для замены неадекватных стереотипов, должен соответствовать тому редкому и специфическому физическому опыту, который обусловливает модификацию наших теорий и представлений, связанных с физической реальностью. А такого рода эксперименты не могут зависеть от случайного стечения обстоятельств. Чтобы понять те затруднения, с которыми мы сталкиваемся при попытках трансформации поведения, необходимо рассмотреть еще один аспект проблемы. 7. Изменения в эмоциональной сфере не всегда происходят в соответствии с изменениями когнитивных структур. Даже если когнитивная составляющая представления о группе у человека подверглась изменению, его чувства по отношению к этой группе вполне могут остаться неизменными. Анализ результатов опроса общественного мнения относительно пробле-
Проблемы трансформации культуры 189 мы негров, в котором участвовали белые респонденты с различным уровнем образования, показал, что знания и эмоции до определенной степени независимы друг от друга. Чувства индивида по отношению к группе определены не столько его знаниями об этой группе, сколько чувствами, доминирующими в атмосфере окружающего его социума. Так же как алкоголик знает о том, что ему нельзя пить, — и хочет пить, так и белый американский солдат в Англии, знающий об ухаживаниях негра за белой девушкой, может чувствовать, что ему не следует принимать это в штыки, — и может корить себя за то, что у него есть такое предубеждение. И тем не менее, зачастую он будет беспомощен, сталкиваясь с этим предрассудком, поскольку его восприятие и эмоциональная реакция продолжают противоречить тому, как, по его мнению, он должен к этому относиться. Нередко существует опасность, что переобучение затронет лишь официальную систему ценностей, уровень их вербального выражения, а не уровень поведения. Может случиться так, что оно всего-навсего усилит расхождения между супер-эго (то, как я должен чувствовать) и эго (то, что я чувствую на самом деле) и создаст почву для возникновения угрызений совести. Подобное расхождение часто приводит к состоянию сильного эмоционального напряжения, и очень редко — к ожидаемому поведению. Это может отсрочить правонарушение, но когда оно наконец случится, то вполне вероятно, что оно будет еще более серьезным. Есть еще один чрезвычайно важный фактор осуществления изменений в эмоциональной сфере — степень вовлеченности человека в проблему. Если его вовлеченность невысока, то едва ли какие-то новые объективные сведения отразятся в его сознании и изменят его социальное поведение в той или иной области.
190 Проблемы трансформации культуры Природа этой взаимозависимости станет более понятной, если мы будем учитывать связь между изменением восприятия, принятием новых ценностей и принадлежностью к группе. ПРИНЯТИЕ НОВЫХ ЦЕННОСТЕЙ И ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ К ГРУППЕ Поскольку наши действия детерминированы нашим восприятием, для изменения поведения нужно, чтобы были восприняты какие-то новые факты и ценности. Однако они не могут быть просто приняты на словах как официальная идеология, они должны стать идеологией в действии, затрагивающей ту особенную, зачастую не осознаваемую человеком систему ценностей, которая и определяет его поведение. 8. Изменение определяющей поведение человека идеологии, действительное принятие изменений в совокупности фактов и ценностей, изменения в восприятии социального мира — все это различные проявления одного и того же процесса. Одни называют этот процесс изменением культуры личности, другие — трансформацией ее супер-эго. Важно отметить, что переобучение будет успешным (то есть приведет к устойчивым изменениям) только в том случае, если изменения в культуре будут достаточно целостными. Если переобучение приведет только к маргинализации личности, к состоянию неопределенности в отношении к старой и новой системам ценностей, — оно будет совершенно бесполезным. Один из факторов, который, как было установлено, имеет крайне важное значение в детерминации успеха или неуспеха процессов переобучения, — это способ обращения к супер-эго. Самое простое решение — это прямое представление нового набора ценностей и убеждений. В этом случае человеку
Проблемы трансформации культуры 191 представляют нового бога, которому придется бороться с богом старым, т. е. с тем, кто нынче представляется дьяволом. И в этой связи нужно упомянуть о двух моментах, иллюстрирующих ту дилемму, с которой сталкивается переобучение, предлагая новую систему ценностей. а. Преданность старым и враждебное отношение к новым ценностям. Человек, которого насильно увезли с родины в чужую страну с совершенно иной культурой, скорее всего, негативно отнесется к новой для него системе ценностей. То же самое произойдет и с человеком, которого попытаются переобучить против его воли. Чувствуя угрозу, он будет реагировать враждебно. Эта угроза будет восприниматься еще острее, если человек не давал добровольного согласия на переобучение. Данное наблюдение подтверждается и при сравнительном анализе добровольной и принудительной миграции из одной культуры в другую. Можно ожидать, что враждебность будет тем сильнее, чем сильнее была приверженность человека к старой системе ценностей. В соответствии с этой гипотезой, от людей, более включенных в общественную жизнь и менее центрированных на себе, стоит ожидать большего сопротивления переобучению (по той причине, что они крепче привязаны к старой системе). В общем и целом, практически любой процесс переобучения встречается в штыки. б. Переобучение и свобода принятия новых ценностей. Необходимо сделать особый акцент на создании атмосферы свободы и спонтанности как непременном условии процесса переобучения. Добровольное посещение, неформальность встреч, свобода выражения недовольства, эмоциональная безопасность и отсутствие давления — вот составляющие этой атмосферы, и здесь мы можем обратиться к идее Карла Роджерса о самостоятельном принятии решений пациентом в ходе психотерапевтической работы.
192 Проблемы трансформации культуры В этой связи перед нами возникает еще один парадокс: именно свобода выбора, как никакой другой аспект переобучения, создает основное препятствие на пути его осуществления. Поскольку целью переобучения является изменение системы убеждений и ценностей человека или группы в соответствии с идеологией общества в целом или с реальностью, было бы нелогичным ожидать, что такая трансформация идей может быть осуществлена этими людьми самими по себе. И тот факт, что эти изменения должны быть навязаны человеку извне, кажется столь очевидным, что часто он воспринимается как сам собой разумеющийся. Многие люди допускают, что создание свободной и неформальной атмосферы как части процесса переобучения означает не что иное, как то, что инструктор должен быть достаточно умен, чтобы заставить людей поверить в то, что они решают все сами. По мнению этих людей, подобный подход — просто уловка, дымовая завеса для того, что кажется им более целесообразным: для силового вмешательства. Однако следует отметить, что если переобучение означает создание нового супер-эго, то это необходимым образом предполагает, что достижение искомой цели не будет осуществлено до тех пор, пока новая система ценностей не будет воспринята человеком как результат его собственного свободного выбора. Если человек больше переживает из-за страха наказания, чем из-за насилия над его свободной волей и совестью, то новая система ценностей, принятия которой от него ожидают, не станет составляющей его супер-эго, и, следовательно, переобучение не достигнет цели. На основании этих рассуждений мы можем сделать вывод о том, что социальная перцепция и свобода выбора взаимосвязаны. Только в том случае, когда новая система ценностей принята добровольно, только тогда, когда она согласуется с супер-эго человека, произойдут те изменения в социальной перцепции, которые, как мы увидели, являются не-
Проблемы трансформации культуры 193 обходимым условием для трансформации поведения и, следовательно, для обеспечения устойчивости результатов переобучения. И теперь мы можем сформулировать ту дилемму, которая возникает в связи с переобучением: как мы можем обеспечить свободное принятие новой системы ценностей, если потенциальный субъект обучения по природе своей, вероятнее всего, будет враждебно реагировать на новые ценности и демонстрировать свою приверженность ценностям старым? 9. Принятие новой системы ценностей и убеждений, как правило, не может производиться поэтапно. Методы и процедуры, предназначенные для постепенного, пошагового изменения убеждений, едва ли обеспечат желаемый результат, и это — один из наиболее основных и важных принципов переобучения. Аргументы, побуждающие человека к логическому переходу от одной позиции к другой, как правило, загоняют его в угол. И обычно он находит какой-либо способ — и этот способ при необходимости может быть крайне нелогичным — остаться при своих убеждениях. Поэтому любые трансформации убеждения, к чему бы они ни относились, будут эфемерными, поскольку человек не избавился от своей изначальной враждебности к новой системе ценностей в целом; ему не удалось заменить свою враждебность хотя бы на открытость к новому опыту. Пошаговые методы действительно играют очень важную роль при переобучении. Эти шаги, однако, следует рассматривать как этапы постепенного перехода от враждебности к позитивному отношению к новой системе в целом, а не как изменение более частных убеждений одного за другим. Безусловно, мнения по отдельным вопросам могут играть чрезвычайно важную роль в процессе конверсии убеждений. Однако для долговременного планирования переобучения важно иметь в виду тот факт, что попыткам изменения общего отношения к культуре в целом от
194 Проблемы трансформации культуры враждебного к открытому и позитивному нужно уделять больше внимания, чем последовательному изменению отдельных элементов системы ценностей. И все же, каким образом может быть обеспечено принятие новой системы ценностей, если не посредством постепенного изменения убеждений? СОЗДАНИЕ ИН-ГРУППЫ И ПРИНЯТИЕ НОВОЙ СИСТЕМЫ ЦЕННОСТЕЙ Одно из самых эффективных средств, используемых на современном этапе для обеспечения принятия новых ценностей в процессе переобучения, речь о котором шла выше, это создание того, что принято называть «ин-группой*, то есть группой, к которой данный человек ощущает свою принадлежность. 10. Человек принимает новую систему убеждений и ценностей вследствие принятия принадлежности к группе. Оллпорт предлагает этот тезис в качестве базового принципа обучения, формулируя его следующим образом: «Можно считать аксиомой, что человек не может ничему научиться, если он чувствует, что в то же самое время ему что-то угрожает*. Нормальная дистанция между преподавателем и студентом, доктором и пациентом, социальным работником и жителем города, таким образом, может являться препятствием на пути принятия предлагаемых моделей поведения. Иными словами, несмотря на все возможные статусные различия между ними, преподаватель и студент должны чувствовать себя членами единой группы, разделяющей одни и те же ценности. Надежда на успешное переобучение возрастает при возникновении сильного чувства «мы». Ощущение того, что все находятся в одной и той же лодке, может оказаться весьма эффективным при устранении ряда трудностей; вот почему в процессе
Проблемы трансформации культуры 195 переобучения так важно говорить на одном языке с алкоголиками и правонарушителями. Когда переобучение предполагает отказ от тех стандартов, которые противоречат стандартам общества в целом (как, например, в случае делинквентно- го поведения, предрассудков в отношении национальных меньшинств, алкоголизма), чувство групповой принадлежности будет гораздо сильнее, если члены группы смогут свободно выражать те чувства, которые предполагается устранить посредством переобучения. Этот принцип можно рассматривать как еще один пример внутренних противоречий процесса переобучения: выражение предрассудков в отношении национальных меньшинств или нарушение правил парламентских процедур сами по себе могут вступать в противоречие с конечной целью. И тем не менее, воспитание чувств полной свободы и сильной групповой идентификации на определенной стадии переобучения часто представляет большую важность, чем научение тому, как не нарушать эти правила. Зная этот принцип вовлечения в группу, мы можем понять, почему полное принятие отвергавшихся прежде фактов легче всего может быть осуществлено в том случае, когда сами члены группы открывают для себя эти факты. Тогда (и зачастую только тогда) знание становится действительно их знанием. Человек будет верить тому, что он сам узнал, точно так же, как он верит самому себе или своей группе. Важность для группы этого группового процесса приобретения нового знания особенно подчеркивается в нескольких недавних исследованиях, касающихся различных областей переобучения. Была выдвинута гипотеза о том, что степень трансляции социального исследования в социальное действие зависит от того, насколько те, кто осуществляет это действие, активны в поисках информации, на которой основано данное действие. Переобучение влияет на поведение только в том случае, когда новая система ценностей и убеждений
196 Проблемы трансформации культуры определяет восприятие человека. Принятие новой системы связано с принятием специфической группы, конкретной роли, определенного источника власти как новой точки отсчета. Для переобучения является принципиальным факт существования тесной связи между принятием новых ценностей или нового знания и принятием новых групп или ролей, а также то, что второе часто бывает необходимым условием первого. Это объясняет те огромные затруднения, которые имеют место при поэтапной конверсии системы убеждений. Данная связь — это основной фактор, определяющий резистентность к переобучению, но это также и эффективный метод успешного переобучения.
Часть II КОНФЛИКТЫ В КОНТАКТНЫХ ГРУППАХ
5 ЭКСПЕРИМЕНТЫ В СОЦИАЛЬНОМ ПРОСТРАНСТВЕ (1939) I Я убежден в возможности осуществления социологических экспериментов, которые могут вполне заслуженно называться научными экспериментами, подобными тем, что проводятся в физике и химии. Я убежден в том, что существует социальное пространство, обладающее всеми существенными характеристиками реального эмпирического пространства, и что оно заслуживает такого же внимания со стороны тех, кто изучает геометрию и математику, как и физическое пространство, хотя оно и не является таковым. Восприятие социального пространства и экспериментальное и теоретическое исследование динамики и закономерностей протекания процессов в социальном пространстве имеют фундаментальное теоретическое и практическое значение. Будучи психологом по образованию, я, возможно, должен извиниться перед социологами за то, что переступаю границы моего профессионального поля.
Конфликты в контактных группах 199 Однако у меня есть оправдание: необходимо стимулировать исследования в этой области. Отчасти социологи виноваты в этом сами, поскольку именно они провозглашают, что подход к человеку только как к биологическому организму с набором физиологических функций в корне неверен. Они борются против идеи о том, что только физические или биологические факты могут называться реальными, тогда как социальные факты — абсолютная абстракция. Некоторые социологи придерживаются мнения о том, что единственная реальность — это социальная группа, а настоящая абстракция — это отдельный человек, и его следует рассматривать только как поперечный срез тех социальных групп, к которым он принадлежит. Какое бы из этих утверждений ни казалось нам верным, нам, безусловно, следует принять то, что психология, особенно в последние десятилетия, осознала ошеломляющую важность социальных факторов практически во всех поведенческих проявлениях человека. Очевидно, что с самых первых дней своей жизни ребенок становится членом группы и может погибнуть в том случае, если группа не возьмет на себя заботу об этом ребенке. Эксперименты по изучению успеха и неудач, уровня притязаний, интеллекта, фрустрации и других феноменов все более и более убедительно доказывают, что те цели, которые ставит перед собой человек, в значительной степени обусловлены социальными стандартами группы, к которой он принадлежит или хочет принадлежать. Современный психолог понимает, что существует не так уж много проблем, более важных для развития ребенка и взросления подростка, чем изучение тех процессов, посредством которых ребенок принимает или отвергает идеологию и стиль жизни, доминирующие в его социальном климате, а также изучение тех сил, которые обусловливают его принадлежность к тем или иным группам, его социальный статус и ощущение безопасности социального окружения. Попытка настоящего экспериментального подхода к этим проблемам — например, к проблемам лидерства
200 Конфликты в контактных группах или социального статуса, — предполагает создание различных типов групп и экспериментальное выявление совокупности факторов, которые могут повлиять на изменение этого статуса. Социальному психологу- экспериментатору придется научиться тому, как экспериментальным путем формировать группы, порождающие определенный социальный климат или жизненный стиль. И я надеюсь, что социолог простит его, если он в своем исследовании затронет так называемые социологические проблемы групп и групповой деятельности. Вполне вероятно, что социальный психолог сможет оказать социологу значительную помощь. Зачастую бывает так, что исследования на стыке двух наук оказываются особенно полезными для развития обеих. Рассмотрим, к примеру, понятие «социальная группа». В литературе широко обсуждалось то, как следует определять группу. Группу часто рассматривали как нечто большее, чем простую сумму отдельных личностей, нечто лучшее и более высокоразвитое. Группе приписывали такую характеристику, как «групповое сознание». Противники этого подхода, в свою очередь, заявляли, что понятие группового сознания — очевидная метафизика, и что в реальности группа не может быть чем-то большим, чем суммой входящих в нее людей. Для того, кто следил за развитием психологических представлений об организме, целостности или гештальте, такая дискуссия наверняка покажется очень знакомой. На первом этапе разработки теории гештальта, во времена Эренфельса, было принято приписывать какому-либо психологическому целому, например мелодии, так называемое качество гештальта, то есть некоторую дополнительную категорию наподобие группового сознания, нечто, что есть у целого, но не является суммой его частей. Сегодня мы уже знаем, что у нас нет необходимости рассуждать в терминах некоего мистического качества гештальта; мы используем понятие динамического целого, обладающего особыми характеристиками. Целое может быть симметричным, несмотря на асимметричность его частей, целое может
Конфликты в контактных группах 201 быть нестабильным, в то время как все его части в высшей степени стабильны. Насколько я понимаю, та же тенденция имеет место и в рассуждениях о группе и личности в социологии. С точки зрения социологии, группа — это целое; единство такого социологического целого может быть операционально определено точно так же, как единство любого другого динамического целого, а именно через взаимозависимость его частей. Подобное определение устраняет мистицизм из наших представлений о группе и переводит проблему на уровень, предполагающий возможность эмпирической проверки. И в то же самое время оно предполагает полное понимание того факта, что особенности социальной группы, такие как организация, стабильность или цели, принципиальным образом отличаются от организации, стабильности или целей включенных в нее индивидов. Как нам следует определять группу в этом случае? Давайте рассмотрим эффекты демократической, авторитарной и попустительской атмосферы клубов, которые создали в ходе экспериментальных исследований Р. Лип- питт и Р. К. Уайт в Айовском центре по исследованию благополучия детей. Представьте себе клуб, где находятся пятеро его членов и пятеро наблюдателей. Можно предположить, что самый простой путь — это приставить по наблюдателю к каждому из членов клуба. Однако в результате мы получим, в лучшем случае, пять параллельных микробиографий пяти отдельных личностей. Подобная процедура представляется неудовлетворительной даже при исследовании таких простых феноменов групповой жизни, как ее структура, подгруппы и отношения между лидером и рядовыми членами группы, не говоря уже о столь важном явлении, как атмосфера в группе. Таким образом, вместо того, чтобы приставлять по наблюдателю к каждому из членов группы, роли были распределены следующим образом: один человек подробно фиксировал разделение группы на подгруппы, второй — социальные интеракции и так далее. Иными словами, вместо того чтобы
202 Конфликты в контактных группах изучать характеристики отдельных личностей, исследователи изучали характеристики группы. Существует и еще один психологический момент, который может оказаться полезным для социологии. Очевидно, что поведение отдельных индивидов, как и групп, зависит от имеющейся ситуации и от того, какую позицию они занимают в этой ситуации. На мой взгляд, последнее десятилетие развития психологической науки показало, что вполне возможно дать четкое развернутое описание специфической структуры конкретной ситуации и ее динамики с использованием специального терминологического аппарата. Более того, такое описание возможно и с использованием математических терминов. Самая молодая геометрическая дисциплина, называемая «топологией», представляет собой прекрасный инструмент, с помощью которого можно определить модель жизненного пространства индивида и установить, какую позицию по отношению друг к другу занимают в этом жизненном пространстве различные области активности, другие люди или группы людей. Стало возможным трансформировать в математические термины даже утверждения, касающиеся повседневной жизни обычных людей, такие как «Он сменил род деятельности», «Он делает успехи на медицинском поприще», «Он присоединился к этой группе». Иными словами, мы можем четко и однозначно, как в геометрии, определить в жизненном пространстве позицию, направление и дистанцию, причем даже в тех случаях, когда позиция личности и направление ее действий имеют не физический, а социальный характер. И теперь, приняв это к сведению, давайте вернемся к анализу социальных экспериментов, проведенных в Айовском центре. II Хорошо известно, что успех учительницы при работе с классом зависит не только от ее навыков, но в значительной степени и от атмосферы, которую она
Конфликты в контактных группах 203 создает в классе. Эта атмосфера — нечто неосязаемое, неуловимое, это характеристика социальной ситуации в целом; и если мы будем придерживаться описанного выше подхода, то вполне можем исследовать ее с помощью научных методов. Для начала Р. Липпитт избрал в качестве предмета своего исследования сравнительные характеристики демократической и авторитарной атмосферы. Цель эксперимента заключалась не в том, чтобы воспроизвести тот или иной стиль, и не в том, чтобы изучить * идеальную» демократическую или авторитарную систему, а в том, чтобы создать среду, анализ которой мог бы пролить свет на закономерности групповой динамики. Из двух классов были отобраны две группы мальчиков и девочек десяти-одиннадцати лет, которых пригласили на занятия в кружок по изготовлению масок. С помощью теста Морено эти группы были выравнены по таким показателям, как лидерство и межличностные отношения. Каждая группа собиралась одиннадцать раз, встречи демократической группы каждый раз проходили на два дня раньше, чем встречи авторитарной группы. Демократическая группа была свободна в выборе своей деятельности. А вот авторитарной группе приходилось заниматься той же деятельностью, которая была выбрана демократической группой. В этом плане занятия двух групп были идентичными. В целом, имело место сходство всех параметров деятельности, за исключением атмосферы в группе. Лидером (руководителем)1 обеих групп был студент, который пытался создать различную групповую атмосферу, используя в своей работе изложенные ниже принципы функционирования групп. 1 Здесь и далее термины «лидер» и «руководитель» употребляются как синонимы, что характерно для западной социально-психологической традиции (тогда как в отечественной социальной психологии принято разводить эти два понятия. — См., напр., Андреева Г. М. Социальная психология. М.: Изд-во Моск. Ун-та, 1980. С. 274-276). — (Прим. перев.)
204 Конфликты в контактных группах Демократическая группа 1. Вся деятельность группы является результатом группового решения, предложенного руководителем. 2 Перспективы деятельности и ее этапы объяснены в ходе обсуждения во время первой встречи (подготовка материала, изготовление гипсовых слепков, работа с папье- маше). В тех случаях, когда требовался совет, касающийся технологии изготовления масок, руководитель предлагал два или три альтернативных варианта и предоставлял детям право выбора. 3. Каждый член кружка мог свободно выбирать себе напарника, распределение заданий между членами группы регулировалось ими самостоятельно. 4. Руководитель пытался быть членом группы по духу и в процессе дискуссий, но не выполнял вместе с группой текущую работу. Его похвалы и критика были объективными. Авторитарная группа 1. Вся деятельность группы осуществляется по решению самого властного ее члена (то есть руководителя). 2. Техники и фазы реализации цели (готовых масок), каждая в свое время, провозглашались руководителем, таким образом, перспективное направление деятельности всегда было относительно неясным. 3. Руководитель обычно авторитарным образом определял, что должен делать каждый член группы и с кем в паре ему предстоит работать. 4. Руководитель критиковал и хвалил работу членов группы, не предлагая объективных критериев оценки, он оставался в стороне от активного участия в группе. Он был равнодушен, избегая открытой враждебности или явного дружелюбия (что было продиктовано методом исследования). Во время встреч двух групп наблюдатели отмечали количество происшествий и действий за единицу времени. Было отмечено, что авторитарный руководитель приблизительно в два раза чаще, чем руководитель демократический, предпринимал какие-то действия в
Конфликты в контактных группах 205 отношении членов группы (соотношение составляло 8,4 против 4,5). Эта разница будет еще больше, если мы примем во внимание только инициированные социальные интеракции (соотношение 5,2 против 2,1). И еще более выразительным становится это различие при анализе властных отношений: авторитарные руководители использовали свои властные полномочия приблизительно в три раза чаще, чем демократические. Что касается тех действий, когда лидер шел на поводу у группы, то здесь было отмечено обратное соотношение, хотя подобные поведенческие проявления были сравнительно редки у обоих руководителей. Аналогичная картина наблюдалась и в отношении объективных, фактических действий: такие действия также чаще встречались у демократического лидера. В целом, мы можем говорить о том, что авторитарный руководитель оказывал на группу значительно более сильное воздействие и что его влияние было более властным и имело меньше отношения к реальному ходу событий. Если мы попытаемся сравнить лидера и обычного члена группы в демократической и авторитарной обстановке, нам придется представить себе некоего идеального среднего члена группы, которого можно рассматривать как статистическую репрезентацию того, что имело бы место в том случае, если бы все задания были равнораспределенными между всеми членами группы, включая и ее лидера. В эксперименте Липпитта было однозначно установлено два факта. Во-первых, в обеих группах лидер действительно занимал лидирующую позицию. Автократический лидер демонстрировал на 118 процентов больше властных действий, чем среднестатистический член группы, а демократический — на 41 процент. Оба руководителя в меньшей степени подчинялись мнению других, чем средний член группы, а именно: авторитарный на 78 процентов, демократический — на 53 процента. Однако если мы рассматриваем такие характеристики, как готовность к уступкам и демонстрация
206 Конфликты в контактных группах власти, то при демократическом стиле руководства различия между лидером и рядовым членом группы выражены в гораздо меньшей степени. Демократического лидера отличает большая, по сравнению с авторитарным, объективность. Какие выводы о ситуации, в которой находятся члены авторитарных и демократических групп, мы можем сделать, исходя из имеющихся данных? Отмечу лишь несколько аспектов. В авторитарной группе направление работы задает руководитель. Например, ребенок говорит: «Я думал, мы решили сделать другую маску». Руководитель отвечает: «Нет, в прошлый раз я решил, что мы должны делать именно эту маску». С точки зрения динамики, такой инцидент означает, что ребенок способен сам поставить перед собой цель и достичь ее, но лидер ставит препятствия на пути этой локомоции. Вместо этого он предлагает ребенку другую цель и вынуждает его действовать в этом направлении. Мы называем такие цели, устанавливаемые властью другого человека, вынужденными. В качестве параллельного примера работы демократической группы можно привести следующий. Ребенок спрашивает: «Мы будем делать большие маски? Они будут из гипса?» Руководитель отвечает: «Ты хочешь, чтобы я рассказал о том, как люди обычно делают маски?» Иными словами, руководитель демократической группы, вместо того чтобы препятствовать детям в достижении их цели, указывает им на то, с какими трудностями они могут столкнуться. Перед демократической группой открыто множество путей; у авторитарной группы есть только один — тот, что определен лидером. Авторитарный лидер определяет не только то, какова будет деятельность, но и то, кто и с кем будет работать. В ситуации нашей экспериментальной демократии вся совместная работа была результатом спонтанного объединения детей в подгруппы. В авторитарной группе 32 процента всей групповой работы было инициировано лидером (против нуля процентов при демократическом стиле).
Конфликты в контактных группах 207 В целом, авторитарная атмосфера предполагает большее и более агрессивное доминирование лидера и сужение свободы действий членов группы, а также ослабление их силовых полей. III Каково влияние подобной атмосферы групповой деятельности на детей? По свидетельству наблюдателей, отношения между детьми в этих двух ситуациях весьма отличались друг от друга. При авторитарном стиле руководства количество проявлений враждебного, доминантного поведения увеличивалось в тридцать раз, так же как и количество требований внимания со стороны коллег, а также недоброжелательной критики. Для демократической атмосферы были гораздо более характерны отношения сотрудничества и одобрения. В демократической группе выдвигалось больше конструктивных предложений, чаще отмечались объективные взаимодействия между детьми и взаимные уступки. Интерпретируя эти данные, мы можем сказать, что «стиль жизни и мышления», навязываемый лидером, определяет взаимоотношения между детьми. При авторитарном руководстве превалирует не установка на сотрудничество, а враждебные, индивидуалистические отношения. Это весьма отчетливо проявляется в формировании чувства «мы». «Мы-ориентированные» заявления в демократической обстановке имели место вдвое чаще, тогда как при авторитарном руководстве преобладали «я-ориентированные» заявления. Что касается отношения детей к руководителю, то статистический анализ показал, что те дети из авторитарной группы, которые были менее уступчивы по отношению друг к другу, были в два раза более уступчивы по отношению к руководителю, чем дети из демократической группы. Обращения к руководителю в демократической группе случались реже, чем в ав-
208 Конфликты в контактных группах торитарной. В авторитарной группе действие ребенка по отношению к руководителю чаще всего носило характер реакции на обращение самого руководителя. Обращение к лидеру в обстановке авторитарности всегда подчеркивало подчиненное отношение ребенка. В целом, стиль деятельности при обоих типах руководства определял специфику взаимоотношений между детьми, а также отношения между детьми и руководителем. В авторитарной группе дети были менее объективными, менее склонными к сотрудничеству и уступкам в отношении равных им по статусу, но более склонными подчиняться власти руководителя, чем в демократической группе. Подобное различие в поведении определяется рядом факторов. В авторитарной атмосфере напряжение больше, и динамика структуры групп при двух стилях руководства различна. В авторитарной группе имеют место два четко разграниченных уровня социального статуса: высоким статусом обладает только лидер, остальные находятся на более низкой (но одинаковой) статусной позиции. Жесткий барьер, созданный руководителем, препятствует повышению статуса кого-то из членов группы путем выхода в лидеры. В демократической группе различие в социальном статусе невелико, и ребенку ничто не препятствует стать лидером. Таким образом, влияние стиля руководства на проявления индивидуальности членов группы достаточно велико. В нашем эксперименте каждый ребенок в демократической группе имел возможность большего выражения своей индивидуальности; несмотря на большее развитие чувства «мы» в этой группе, а может быть, и вследствие существования этого чувства, у него было свое собственное поле. В авторитарной группе, напротив, дети имели более низкий статус, и выражение их индивидуальности было весьма ограниченным. В атмосфере авторитарности чувство «мы» было слабым, и дети крайне редко объединялись в спонтанные подгруппы. Если работа требовала совместных действий четырех-пяти человек, руководителю прихо-
Конфликты в контактных группах 209 дилось давать указания относительно того, кто войдет в ту или иную подгруппу. В демократической атмосфере такие группы организовывались сами собой, и их сотрудничество продолжалось приблизительно в два раза дольше, чем в авторитарной группе, где такие образования распадались гораздо быстрее, будучи предоставлены самим себе. Подобная структура групп в сочетании с высоким напряжением привела в эксперименте Липпитта к ситуации, предполагавшей существование козла отпущения. Дети из авторитарной группы объединялись вместе не против своего лидера, а против одного из детей, и обращались с ним так плохо, что он прекращал приходить в кружок. На протяжении одиннадцати встреч такая ситуация сложилась с двумя детьми (рис. 8). При авторитарном управлении любое повышение статуса посредством выдвижения Группа А Группа Д Адресаты доминантного поведения Рис. 8. Проявления доминантного поведения Количество проявлений доминантного поведения в отношении отдельных членов группы было гораздо большим в авторитарной группе (группа А), чем в демократической (группа Д). В авторитарной атмосфере два ребенка (а и б) воспринимались группой в качестве «козлов отпущения* (во время пятой, шестой и девятой встреч)
210 Конфликты в контактных группах в лидеры было блокировано, и попытки доминирования были обусловлены самим стилем деятельности. Иными словами, каждый ребенок становился потенциальным врагом всех остальных детей, и силовые поля детей ослаблялись за счет друг друга, вместо того чтобы усиливаться вследствие кооперации. Объединяясь в нападках на кого-то из членов группы, остальные дети могли повысить свой статус посредством агрессивного давления, и для них это был единственный способ повышения статуса. Можно задаться вопросом о том, не были ли подобные результаты только лишь следствием индивидуальных различий. Ряд фактов убедительно свидетельствует, что это не так, хотя индивидуальные различия, безусловно, всегда играют важную роль. Особый интерес представляет переход одного из детей из демократической группы в авторитарную, а другого из авторитарной в демократическую. До этого перехода различия между двумя детьми были такими же, как между двумя группами, к которым они принадлежали, а именно: ребенок из авторитарной группы был более доминантным, менее дружелюбным и объективным, чем ребенок из группы демократической. Однако после перехода в другую группу поведение изменилось: прежде «авторитарный» ребенок стал менее доминантным, более дружелюбным и объективным. Поведение ребенка крайне быстро становилось отражением атмосферы той группы, в которую он переходил (рис. 9). Позже Липпитт и Уайт исследовали четыре новых клуба с другими руководителями. Они включили в анализ еще и третью атмосферу, а именно атмосферу попустительства, и ставили детей в ситуации с различным стилем руководства последовательно. В целом результаты совпадали с теми, что были получены ранее. Они показали явное различие между попустительским и демократическим стилями, причем преимущества демократического стиля были очевидны. Кроме того, было выявлено два типа ре-
Конфликты в контактных группах 211 ,101 1 «Г 1« х\п\ 5 si 1 is. el |î- xl" \ЦЦЧ M» Ql 1° ВстАча |wj MO USlJ S *| 15 & BID Im 1 Встреча tl 2 1/ "л" IV il 2 1 * 1 iAi \ц I | 4 Л '\ п \] У 7й"! i/ ,/ / / / т| é [ \\ 1 1 "" 7 1 1 • 1 M г M Л и L/J Г * Л i< 1 Сравнение перешедших члене] Сыо Саре Сара Сыо вгр Члене [в авто [трута* клене [едем. rpynni So китарм |ао крат*' f" -Il ftcxob II 1 ^ПП 1 Рис. 9. Изменение поведения ребенка при переходе из одной группы в другую После восьмой встречи Сью перешла из демократической группы в авторитарную, а Сара из авторитарной в демократическую. Поведенческие проявления обоих детей изменились в соответствии с новой для них групповой атмосферой
212 Конфликты в контактных группах акций, характерных для авторитарных групп: агрессия и апатия. Итак, мы имеем убедительные доказательства того, что различия между авторитарной, демократической и попустительской ситуациями не являются следствием существующих индивидуальных различий между членами разных групп. На меня лично произвело большое впечатление то, как менялись лица детей в авторитарной группе на протяжении первой встречи. Дружелюбная, открытая, готовая к сотрудничеству, полная жизни группа уже через полчаса выглядела апатичной и безынициативной. Переход от авторитарной ситуации к демократической занимает гораздо больше времени, чем обратный процесс. К авторитарным отношениям личность вынуждают. Демократии нужно учиться. IV В целом, эти эксперименты подтверждают результаты наблюдений в культуральной антропологии и хорошо согласуются с другими исследованиями, посвященными анализу влияния ситуации в целом. Социальный климат, в котором живет ребенок, важен для его развития так же, как воздух, которым он дышит. Группа, к которой он принадлежит, — почва, на которой он будет взрослеть. Его отношение к группе и его статус в ней — наиболее важные факторы, обеспечивающие ощущение безопасности. Неудивительно, что та группа, частью которой является человек, и культура, в которой он живет, в значительной степени детерминируют его поведение и характер. Эти социальные факторы определяют, каким будет его пространство свободного движения и насколько ясными будут представляться ему его собственные перспективы. Иными словами, они в значительной степени определяют его личный стиль жизни, а также направление и продуктивность его планов.
Конфликты в контактных группах 213 Сегодня нередко можно услышать сожаления по поводу того, что человек властен над природой и в то же время не может справиться с окружающей его социальной ситуацией. Принято говорить, что это противоречие является следствием того, что развитие естественных наук намного обогнало развитие наук социальных. Нет никаких сомнений в том, что подобное расхождение действительно имеет место и что оно имеет огромное практическое значение. И тем не менее, я убежден, что досужие рассуждения на сей счет верны только наполовину, и есть смысл обратить свое внимание на другую сторону медали. Давайте представим себе, что мы могли бы за одно мгновение повысить уровень развития социальных наук до уровня разработанности естественно-научного знания. К несчастью, этого едва ли будет достаточно, чтобы мир сразу стал безопасным и дружественным. Открытия любых наук — и естественных, и социальных — могут быть использованы и гангстером и врачом, и для развязывания войны и для установления мира, они могут применяться в любой политической системе. Что касается международной ситуации, то мы до сих пор живем в состоянии анархии, подобной средневековому праву меча. И до тех пор, пока не существует международной организации, которая могла бы контролировать выполнение международных законов, национальным группам придется выбирать между международным гангстеризмом и защитой самих себя. Людям, живущим в истинно демократическом государстве, таком как Соединенные Штаты Америки, кажется естественным верить в то, что научное, рациональное знание в конце концов будет принято везде. Однако, как показывает история и еще раз подтверждают эксперименты, подобные тем, которые я только что описал, вера в разум, в рациональность как социальную ценность ни в коей мере не является универсальной; она сама по себе — результат
214 Конфликты в контактных группах определенной социальной атмосферы. Верить в разум — значит верить в демократию, поскольку она обеспечивает равный статус разумных партнеров. И совершенно не случайно, что именно в период расцвета демократии, во времена американской и французской революций, в современном обществе на трон взошла богиня разума. Не случайно и то, что первое, что сделали современные фашисты, придя к власти в нескольких странах, — официально и решительно прогнали богиню разума с трона, сделав эмоции и подчинение всеобъемлющими принципами, управляющими обучением и жизнью человека от самых первых дней его существования и до самой его смерти. Я убежден в том, что научная социология и социальная психология, базирующиеся на тесном взаимодействии экспериментов и теории, могут сделать для развития и улучшения человечества не меньше, если даже не больше, чем естествознание. Однако разработка этой реалистической, далекой от мистицизма социальной науки и возможность ее плодотворного применения предполагают существование общества, верящего в разум.
6 ПРЕДПОСЫЛКИ СУПРУЖЕСКИХ КОНФЛИКТОВ (1940) ГРУППА И ЛИЧНОСТЬ А. Социальная группа как фундаментальная детерминанта жизненного пространства Супружество — это групповая ситуация, и, следовательно, оно обладает всеми существенными характеристиками групповой жизни. Таким образом, проблемы человека как брачного партнера следует рассматривать как производную от отношений между человеком и его группой. 1. Группа и ее отношение к другим группам. Сегодня повсеместно принято считать, что группа — это нечто большее, а если быть более точными, нечто иное, чем сумма ее членов. Она обладает своей собственной структурой, у нее есть свои цели, она вступает в определенные отношения с другими группами. Сущность группы — это не сходство или различия между ее членами, а их взаимозависимость.
216 Конфликты в контактных группах Группу можно охарактеризовать как «динамическое целое»; это означает, что изменения в состоянии любой из частей целого изменяют состояние всех остальных частей этого целого. И степень взаимозависимости членов группы варьирует от неструктурированной «массы» до тесного единства. Это зависит, помимо прочих факторов, от размера и организации группы, а также от степени близости отношений между членами группы. а. Исследуемая социальная группа может быть частью более широкой группы. Супруги С (рис. 10д) обычно являются частью большой семьи Сен, а эта большая семья сама по себе может быть частью общины или народа. б. Человек обычно является членом не одной, а нескольких более или менее пересекающихся друг с другом групп. Он может быть членом профессиональной группы Пр (рис 106), политической партии Пол, клуба Кл, и так далее. Потенциал любой из этих групп, то есть то, насколько поведение человека обусловлено его членством в этой группе, может быть различным у разных групп, к которым он принадлежит. ( (ф Сем) сЛ Рис. 10а. Супружеская группа как часть более "широкой группы: Ж — жена; M — муж; С — супружеская группа; Сем — большая семейная группа; О — община
Конфликты в контактных группах 217 Рис. 106. Человек как представитель нескольких пересекающихся групп: А — личность; Сем — семья; Пр — профессиональная группа; Кл — клуб; Пол — политическая партия Для одного человека бизнес может быть более важным, чем политика; для другого будет иметь более высокий потенциал политическая партия. Потенциал различных групп, к которым принадлежит человек, зависит от имеющейся ситуации. Когда человек находится дома, потенциал семьи обычно выше, чем в тот момент, когда он работает в своем офисе. Супружество обычно имеет высокий потенциал в индивидуальном мире человека, или, как можно еще выразиться, в его жизненном пространстве. 2. Что означает для человека группа. а. Группа как почва для функционирования личности. Направление развития личности и скорость этого развития, ее готовность бороться или же подчиняться, и другие столь же важные характеристики ее поведения зависят от устойчивости почвы, на которой она стоит, и от целостного ощущения безопасности. Группа, к которой принадлежит человек, — это
218 Конфликты в контактных группах одна из наиболее значимых составляющих этой почвы. Если человек испытывает сомнения, связанные с членством в какой-то группе, или же если позиция человека в группе неустойчива, его жизненное пространство будет отличаться нестабильностью. б. Группа как средство для реализации целей. С раннего детства человек привыкает использовать групповые отношения (например, свои отношения с матерью или с семьей) как средство для осуществления каких-то физических или социальных целей. Позднее важным фактором его достижений становится престиж группы (семьи, университета, клуба), к которой он принадлежит; окружающие рассматривают его как часть этой группы. в. Личность как часть группы. Изменение жизненных обстоятельств личности в значительной степени непосредственно зависит от изменений группы, к которой он принадлежит. Нападки на его группу, возвышение или упадок его группы означают и нападки на него самого, улучшение или ухудшение его позиции. Как представитель группы он обычно разделяет те идеи, которые характерны для его группы. г. Группа как жизненное пространства Наконец группа является для человека частью того жизненного пространства, в котором он существует. Достижение или сохранение определенного статуса или позиции внутри группы — одна из жизненно важных целей человека. Его статус в группе, пространство свободного движения внутри ее и тому подобные групповые характеристики имеют важное значение в формировании жизненного пространства личности. И нам хорошо известно, как много значит супружество в жизненном пространстве человека. Б. Адаптация человека к группе L Групповые потребности й индивидуальная свобода. Принадлежность к определенной группе вовсе не означает, что человек должен полностью соответствовать целям, правилам, а также стилю жизни и мы-
Конфликты в контактных группах 219 шления группы. У человека есть и свои собственные цели. Ему необходимо иметь внутри группы достаточное пространство свободного движения, чтобы реали- зовывать эти личные цели и удовлетворять свои индивидуальные желания. Проблему адаптации и эффективного функционирования в группе можно рассматривать с точки зрения отдельного человека следующим образом: возможно ли достаточное удовлетворение личных потребностей без угрозы потерять членство и статус в группе? Если пространство свободного движения личности в группе чересчур мало, иными словами, если его независимость от группы недостаточна, он будет несчастлив; слишком интенсивная фрустрация заставит его покинуть группу или даже постараться разрушить ее, если она слишком жестко ограничивает свободное движение своих членов. 2. Способы совмещения индивидуальных и групповых потребностей. То, каким образом должна быть осуществлена адаптация человека к группе, зависит от специфики группы, от его позиции в группе, от характера человека (и особенно — от степени независимости, которая нужна ему, чтобы чувствовать себя счастливым). Существует множество вариантов того, как можно примирить индивидуальные и групповые нужды. Ограничения, налагаемые группой, могут оставлять человеку мало или много свободы. Ограничения могут быть либо основаны на демократическом соглашении между членами группы, либо навязаны авторитарным режимом. ОСОБЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ СУПРУЖЕСКОЙ ГРУППЫ Специфика супружеской группы в данной культуре зависит от национальности, расы, рода профессиональной деятельности и социального класса. Кроме того, несомненно, существуют значительные вариации
220 Конфликты в контактных группах в структуре супружества. И тем не менее, определенные свойства являются характерными для большинства супружеских групп в нашей культуре. При рассмотрении супружеских конфликтов следует обратить особое внимание на следующие моменты. А. Маленький размер группы Супружеская группа С состоит из двух взрослых членов: мужа M и жены Ж — и, возможно, одного или нескольких детей PI, Р2, РЗ (рис 11). Вследствие малочисленности группы, каждое движение одного из ее членов будет оказывать сильное влияние на всех прочих ее членов, а также на состояние группы. Иными словами, малочисленность группы существенно увеличивает взаимозависимость ее членов. Рис. 11. Супружеские группы: С — супружеская группа; M — муж; Ж — жена; PI, P2, РЗ - дети Б. Группа затрагивает центральные области личности Супружество очень тесно связано с основными жизненными проблемами и центральными областями личности, с ее ценностями, фантазиями, ее социальным и ф
Конфликты в контактных группах 221 экономическим статусом. В отличие от всех прочих способов формирования групп, брак связан не просто с тем или иным аспектом личности, но со всем ее физическим и социальным бытием. С этой характеристикой супружеской группы напрямую связана и следующая. Б. Тесные отношения между членами группы Люди могут устанавливать различные «социальные дистанции» (готовность просто жить в одном городе — это характеристика большей социальной дистанции, чем готовность сидеть вместе за обеденным столом). Готовность вступить в брак можно расценивать как стремление установить минимальную социальную дистанцию. И действительно, брак предполагает готовность допустить партнера в те виды деятельности и ситуации, которые остаются закрытыми для всех прочих людей. Супружеская жизнь подразумевает постоянную физическую близость до момента прекращения сексуальных отношений. Она предполагает тесные отношения в периоды болезни и совместное переживание многих других ситуаций, как правило, скрытых от третьих лиц. Каждая из упомянутых выше характеристик обусловливает высокую степень взаимозависимости. Их объединенное влияние порождает одно из наиболее интегрированных социальных образований. А это означает, с одной стороны, высокую степень так называемой идентификации с группой и готовность оставаться в этой группе; с другой стороны, большую сенситивность по отношению к недостаткам партнера и своим собственным. СУПРУЖЕСКИЕ КОНФЛИКТЫ А. Общие предпосылки конфликта Экспериментальные исследования личности и группы показали, что одним из самых важных факторов частоты конфликтов и эмоциональных срывов являет-
222 Конфликты S контактных группах ся общий уровень напряжения, на котором существует личность или группа. Приведет ли к возникновению конфликта то или иное событие, в значительной степени зависит от уровня напряжения личности или социальной атмосферы группы. Среди причин напряжения следует особо отметить следующие: 1. Степень удовлетворенности потребностей личности. Неудовлетворенная потребность означает не только то, что определенная область личности находится в напряжении, но и то, что человек как целостный организм также пребывает в состоянии напряжения. Это особенно характерно для базовых потребностей, таких как потребность в сексе или безопасности. 2 Величина пространства свободного движения личности. Слишком ограниченное пространство свободного движения обычно приводит к усилению напряжения, что было убедительно доказано в исследованиях гнева и экспериментах по созданию демократической и авторитарной групповой атмосферы. В авторитарной атмосфере напряжение гораздо выше, и его результатом обычно бывает либо апатия, либо агрессия (рис 12). Рис. 12. Напряжение в ситуациях фрустрации и узкого пространства свободного движения: А — личность; Ц — цель; Пр — пространство свободного движения; д, Ь, с, d — недоступные области; С — сила, действующая на личность в направлении достижения цели
Конфликты в контактных группах 223 3. Внешние барьеры. Напряжение или конфликт зачастую приводят к тому, что человек пытается покинуть неприятную ситуацию. Если это возможно, то напряжение будет не слишком сильным. Если же человек недостаточно свободен, чтобы покинуть ситуацию, если ему мешают какие-то внешние барьеры или внутренние обязательства, это с высокой вероятностью приведет к возникновению сильного напряжения и конфликта. 4. Конфликты в жизни группы зависят от того, насколько цели членов группы противоречат друг Аругу, и от того, насколько члены группы готовы принимать позицию партнера. Б. Общие положения, касающиеся супружеских конфликтов Мы уже отмечали, что проблема адаптации человека к группе может быть сформулирована следующим образом: может ли человек обеспечить себе в группе пространство свободного движения, достаточное для удовлетворения его личных потребностей, и при этом не мешать реализации интересов группы? Учитывая специфические характеристики супружеской группы, обеспечение адекватной частной сферы внутри группы представляется особенно сложным делом. Группа имеет маленький размер; отношения между членами группы очень тесные; самая сущность брака заключается в том, что личности приходится допускать другого человека в свою частную сферу; затронуты центральные области личности и само ее социальное бытие. Каждый член группы особенно чувствителен ко всему, что расходится с его собственными потребностями. Если мы представим совместные ситуации как пересечение этих областей, то увидим, что супружеская группа характеризуется тесными взаимоотношениями (рис \Ъа). Группа, члены которой имеют менее тесные, поверхностные взаимоотношения, представлена на рис \Ъб. Можно отметить; что члену группы, представленной на рисунке 135, гораздо проще обеспечить свою свободу
224 Конфликты в контактных группах для удовлетворения собственных нужд, не прекращая при этом достаточно поверхностных отношений с другими членами группы. И мы видим, что ситуация в супружеской группе с большей частотой и вероятностью будет приводить к возникновению конфликтов. И, учитывая тесноту отношений в такого рода группе, эти конфликты могут стать особенно глубокими и эмоционально переживаемыми. Рис. 13. Степени тесноты взаимоотношений между членами различных групп: а — тесные взаимоотношения; б — поверхностные отношения; С — супружеская группа; M — муж; Ж — жена; AI, Л2, A3, A4 — личности, поддерживающие поверхностные взаимоотношения; ц — центральная область личности; с — средняя область личности; и — периферическая область личности В. Ситуация потребности 1. Разнообразие и противоречивость потребностей, удовлетворяемых в браке. Существует множество потребностей, реализации которых люди обычно ожидают от супружеской
Конфликты в контактных группах 225 жизни. Муж может ожидать, что его жена будет ему одновременно возлюбленной, товарищем, домохозяйкой, матерью, что она будет распоряжаться его доходами или же сама зарабатывать деньги для содержания семьи, что она будет представлять семью в социальной жизни сообщества. Жена может ожидать, что ее муж будет ее возлюбленным, товарищем, кормильцем семьи, отцом и рачительным хозяином дома. Эти столь разнообразные функции, исполнения которых ожидают друг от друга брачные партнеры, часто предполагают совершенно противоположные виды деятельности и черты характера. И они далеко не всегда могут быть совмещены в одном человеке. Неспособность к выполнению одной из этих функций может привести к состоянию неудовлетворенности важнейших потребностей, а следовательно, к постоянно высокому уровню напряжения в жизни супружеской группы. Какие именно потребности являются доминирующими, какие полностью удовлетворяются, какие удовлетворяются частично, а какие не удовлетворяются вообще — все это зависит от особенностей личности супругов и от особенностей среды, в которой существует эта супружеская группа. Очевидно, что существует неограниченное количество моделей, соотносящихся с различной степенью удовлетворенности и важности тех или иных потребностей. Манера реагирования партнеров на эти разнообразные сочетания удовлетворения потребностей и фрустрации — эмоции или разум, борьба или принятие — еще больше увеличивают разнообразие условий, имеющих принципиальное значение для понимания конфликтов между конкретными супругами. Есть и еще два момента, касающиеся природы потребностей, которые стоит упомянуть в связи с супружескими конфликтами. Потребности провоцируют напряжение не только тогда, когда они не удовлетворены, но и тогда, когда их реализация привела к перенасыщению. Чрезмерное количество консумма-
226 Конфликты в контактных группах торных действий приводит к перенасыщению не только в сфере телесных потребностей, таких как секс, но также и в том, что касается потребностей собственно психологических — таких как игра в бридж, кулинария, социальная активность, воспитание детей и т. д. Напряжение, возникающее вследствие перенасыщения, ничуть не менее интенсивно и не менее эмоционально, чем то, что является результатом фрустрации. Таким образом, если количество консумма- торных действий, необходимых каждому из партнеров для удовлетворения той или иной потребности, не совпадает, эту проблему решить не так уж просто. В этом случае невозможно ориентироваться на более неудовлетворенного партнера, поскольку тот объем действий, который требуется ему для реализации потребности, может оказаться чрезмерным для партнера, чья потребность не так велика. В отношении ряда потребностей, таких как танцы или иная социальная активность, менее удовлетворенный партнер может начать искать удовлетворения на стороне. Однако зачастую, особенно когда речь идет о сексуальной потребности, это не может не сказаться самым катастрофическим образом на супружеской жизни. Мы уже отмечали, что вероятность серьезных конфликтов возрастает в тех случаях, когда затронуты центральные области личности. К несчастью, любая потребность становится более центральной в том случае, когда она не удовлетворена или же ее удовлетворение привело к перенасыщению; если же она удовлетворена в адекватном объеме, она становится менее важной и переходит в разряд периферических. Иными словами, неудовлетворенная потребность, как правило, дестабилизирует ситуацию, и это, несомненно, увеличивает вероятность конфликта. 2. Сексуальная потребность. Когда речь идет о супружеских отношениях, то общие характеристики потребностей имеют особую значимость в отношении секса. Нередко можно встретить утверждения о том, что сексуальные отноше-
Конфликты в контактных группах 227 ния биполярны, что они одновременно означают и сильную привязанность к другому человеку, и обладание им. Сексуальное желание и отвращение тесно связаны между собой, и одно с легкостью может перейти в другое, когда сексуальный голод удовлетворяется или наступает пресыщение. Едва ли можно ожидать того, что у двух разных людей будут совершенно одинаковыми ритм сексуальной жизни или манера сексуального удовлетворения. Кроме того, многим женщинам свойственны периоды повышенной нервозности, связанные с менструальным циклом. Все эти факторы могут привести к возникновению более или менее серьезных конфликтов, и необходимость взаимной адаптации не вызывает никаких сомнений. Если в этой сфере не будет достигнут определенный баланс, обеспечивающий достаточное удовлетворение потребности обоих партнеров, стабильность брака окажется под вопросом. Если расхождение партнеров не слишком велико и брак для них обладает достаточной позитивной ценностью, то в конечном счете баланс все-таки будет достигнут. Таким образом, наиболее важным фактором, обусловливающим как супружеское счастье, так и супружеские конфликты, является позиция и значение брака внутри жизненного пространства мужа и жены. 3. Потребность в безопасности. Я мог бы особо отметить еще одну дополнительную потребность (хотя у меня есть сомнения относительно того, можно ли считать это «потребностью»), а именно потребность в безопасности. Мы уже говорили о том, что одна из наиболее существенных общих особенностей социальной группы — это обеспечение человеку основы существования, ♦ почвы под ногами». Если эта основа неустойчива, человек будет чувствовать себя незащищенным и напряженным. Люди обычно очень чувствительны даже к малейшему увеличению неустойчивости их социальной почвы.
228 Конфликты в контактных группах Не вызывает сомнения тот факт, что супружеская группа как социальная основа существования играет в жизни человека наиглавнейшую роль. Супружеская группа представляет собой «социальный дом», где человека принимают и защищают от невзгод внешнего мира, где ему дают понять, насколько он ценен как личность. Именно этим можно объяснить, почему женщины так часто воспринимают недостаточную искренность и финансовую несостоятельность мужа как причины несчастья в браке. Даже супружеская неверность не влияет на представление о ситуации и стабильность общей социальной почвы столь же сильно, как отсутствие доверия. Недостаточное доверие к супругу приводит к общей неопределенности ситуации. Г. Пространство свободного движения Достаточное пространство свободного движения внутри группы — необходимое условие для реализации потребностей человека и его адаптации к группе. Недостаточное пространство свободного движения приводит, как мы уже отмечали, к возникновению напряжения. 1. Тесная взаимозависимость и пространство свободного движения. Супружеская группа относительно немногочисленна; она предполагает общие дом, стол и постель; она затрагивает самые глубинные области личности. Практически каждое действие одного из членов супружеской группы так или иначе отражается на другом. А это, естественно, означает кардинальное сужение пространства свободного движения. 2. Любовь и пространство свободного движения. Любовь, по совершенно понятным причинам, обычно бывает всеобъемлющей,, простирается на все области жизни другого человека, на его прошлое, настоящее и будущее. Она влияет на все сферы деятельности, на его успехи в бизнесе, на его отношения с окружающими и так далее. На рис 14 пред-
Конфликты 6 контактных группах 229 ставлено влияние, которое оказывает любовь жены на жизненное пространство мужа за пределами супружеских отношений. Очевидно, что свойство любви быть всеобъемлющей представляет непосредственную угрозу для основного условия адаптации личности к группе, а именно на достаточное пространство частной жизни. Даже в том случае, когда супруг или супруга относится к тем или иным аспектам жизни своего партнера с заинтересованностью и симпатией, он или она лишает его тем самым определенного пространства свободного движения. Рис. 14. Жизненное пространство мужа: Пр — профессиональная жизнь; Мк — мужской клуб; Дх — домашнее хозяйство; От — отдых; Д — дети; Соц — социальная жизнь; Оф — дела в офисе; Иг — спортивные игры Заштрихованная часть рисунка обозначает области, на которые в той или иной степени влияет жена. Пространство свободного движения мужа (незаштрихованная часть) сужено вследствие чрезмерно большого интереса жены к жизни мужа
230 Конфликты в контактных группах В определенном отношении супружеская ситуация только усугубляет проблемы, возникающие вследствие любви. Обычно членство в группе предполагает, что только определенный тип ситуаций будет общим для всех членов группы и что взаимное принятие необходимо только в отношении определенных характеристик человека. Например, если человек вступает в деловую ассоциацию, достаточными качествами будут его честность и определенные способности. Даже в кругу друзей вполне допустимо обеспечивать наличие только тех ситуаций, которые позволяют раскрываться принимаемым сторонам личности членов группы, и избегать тех ситуаций, которые проживать вместе не хочется. История двух семей, которые тесно и крайне дружелюбно общались между собой до тех пор, пока не решили провести летние каникулы вместе, а после этих каникул прекратили всяческие отношения, — это типичный пример того, как среда, лишающая людей уединения, может разрушить дружбу. Супружество предполагает как необходимость принимать и приятные, и неприятные качества партнера, так и готовность к постоянному тесному контакту. То, насколько человек нуждается в уединении, зависит от особенностей его личности. Это зависит также и от значения, которое придается супружеству в жизненном пространстве обоих супругов. Д. Значение супружества в жизненном пространстве личности 1. Супружество как помощь или помеха. Давайте сравним жизнь холостяка и женатого мужчины. Жизненное пространство холостяка определяют конкретные основные цели Ц (рис. 15л). Он пытается преодолеть препятствия, которые мешают ему достичь цели. После женитьбы многие цели остаются без изменения, так же как и те препятствия, которые нужно преодолеть для достижения этих целей. Но теперь, как
Конфликты в контактных группах 231 члену супружеской пары (рис 15£), ответственному, к примеру, за ее содержание, ему приходится преодолевать существующие препятствия, уже будучи «обремененным семьей». А это может только усугублять трудности. И если препятствия станут слишком сложны для преодоления, само по себе супружество может обрести негативную валентность; оно станет лишь помехой на пути мужчины. С другой стороны, семья может оказать серьезную помощь в преодолении препятствий. И это относится не только к финансовой помощи со стороны жены, но и ко всем видам социальной жизни. Можно отметить, что сегодняшние дети, с экономической точки зрения, — скорее тяжкая ноша, чем помощники, хотя, например, дети фермера до сих пор приносят большую пользу в ведении хозяйства. Пр Пр Рис. 15. Различия в преодолении препятствий: а — холостяк; б — женатый мужчина; С — супружеская группа; M — мужчина; Ж — жена; Д — дети; Ц — цель; Пр — препятствие; ПЗ — преодолимая зона; НПЗ — непреодолимая зона; 3 — зона, преодоление которой облегчается после женитьбы; С — сила, действующая на личность в направлении достижении цели
232 Конфликты в контактных группах 2. Домашняя жизнь и активность вне дома. Разница в значении супружества для обоих партнеров может выражаться и в различных ответах на вопрос «Сколько часов в день вы посвящаете домашним делам?» Зачастую муж говорит о том, что проводит вне дома больше времени, чем жена, чьи основные интересы связаны, как правило, с домашним хозяйством и детьми. У женщин часто имеется более глубокий интерес к личности и личностному развитию, чем у мужчин, которые уделяют больше внимания так называемым объективным достижениям. В представленной на рис. 16 ситуации муж стремится уменьшить объем совместной семейной деятельности СД, а жена — увеличить этот объем; в том, что касается объема сексуальных отношений СО, зависимость обратная. Реальное время, затраченное на домашние дела, отражает баланс сил, результирующих интересы Рисунок 16. Конфликты, связанные с объемом совместной деятельности: ДЖ — деятельность жены; ДМ — деятельность мужа; СД — совместная семейная деятельность; ЛЖ — деятельность жены, в которой не участвует муж; AM — деятельность мужа, в которой не участвует жена; СО — сексуальные отношения; Сж — силы, соотносящиеся с желаниями жены; С — силы, соотносящиеся с желаниями мужа
Конфликты в контактных группах 233 мужа и жены. Если расхождение между потребностями партнеров слишком велико, скорее всего, будет иметь место более или менее постоянный конфликт. Подобные расхождения могут возникать и в отношении времени, затрачиваемого на определенную деятельность, например, на развлечения или социальную активность. 3. Гармония и разночтения в оценке значения супружества. Конфликты обычно не становятся достаточно серьезными до тех пор, пока представления супругов о значении супружества являются более или менее согласованными. Как правило, люди совершенно по-разному оценивают супружество. Зачастую для жены брак представляется чем-то более важным или более всеобъемлющим, чем для мужа. В нашем обществе профессиональная сфера обычно более важна для мужа, нежели для жены, и следовательно, удельный вес всех прочих жизненных сфер снижается. Бывает, что для обоих супругов брак — это некая промежуточная, вспомогательная ступень, средство достижения определенной цели, такой как социальное влияние и власть. Или же супружество представляется самоцелью, основой для воспитания детей или просто совместного проживания. К воспитанию детей различные люди также относятся по-разному. И нет ничего страшного в том, что супруги имеют различное представление о значении брака. Само по себе это не обязательно ведет к конфликту. Если жена более заинтересована в воспитании детей, она больше времени проводит дома. Это не противоречит интересам мужа и даже может приводить к большей гармонии в их отношениях. Расхождение интересов порождает проблемы лишь в том случае, когда разные задачи, которые стремится решить каждый из супругов в браке, не могут быть реализованы одновременно.
234 Конфликты в контактных группах Е. Пересекающиеся группы В современном обществе каждый человек является членом множества групп. Муж и жена тоже частично принадлежат к разным группам, которые могут иметь противоречащие друг другу цели и идеологии. Не так уж редко бывает, что супружеские конфликты возникают вследствие принадлежности супругов к этим пересекающимся группам, да и общая атмосфера семейной жизни не в последней степени обусловливается характером этих групп. Очевидно, что эта проблема становится значимой в том случае, когда муж и жена принадлежат к различным национальным или религиозным группам, либо к слишком разным социальным или экономическим классам. Многое из того, что мы обсуждали в связи с потребностями и значением брака, верно и в отношении групповой принадлежности, поскольку многие из потребностей человека обусловлены именно его принадлежностью к определенным группам: деловым, политическим и так далее. Ниже мы подробно рассмотрим лишь два примера. 1. Супруги и родительские семьи. Молодожены нередко сталкиваются с трудностями, возникающими вследствие сильной привязанности партнеров к своим родительским семьям. Теща может воспринимать своего зятя просто как еще одного члена своей семьи, или же каждая из двух родительских семей может попытаться привлечь молодоженов на свою сторону. Такая ситуация может привести к конфликту, особенно в том случае, если с самого начала между семьями не установились достаточно дружественные отношения. Вероятность конфликта между мужем и женой уменьшается, если потенциал их членства в супружеской группе выше, чем потенциал их членства в прежних группах, поскольку в этом случае супружеская группа будет действовать как единое целое. Если же связь с родительской семьей остается достаточно
Конфликты в контактных группах 235 РСЖ Рис. 17. Супружеская группа как единое целое и как часть более крупной семьи: M — муж; Ж — жена; РСМ — родительская семья мужа; РСЖ — родительская семья жены; С — супружеская группа; См — сила, действующая на мужа в направлении его родительской семьи; Сж — сила, действующая на жену в направлении ее родительской семьи сильной (рис. 17), то поступки мужа и жены будут в значительной степени обусловлены их членством в различных группах, и вероятность конфликта возрастет. Именно это, по всей видимости, имеется в виду в расхожем совете для молодоженов «не жить слишком близко к своим родителям». 2. Ревность. Ревность — это одна из самых распространенных проблем, она встречается уже у детей; ревность может быть сильной даже в том случае, когда для нее нет совершенно никаких оснований. Эмоциональная ревность частично базируется на ощущении того, что на чью-то «собственность» претендует кто-то другой. Учитывая большую степень перекрытия сфер (см. рис. 13а) и тенденцию любви быть всеобъемлющей, становится вполне понятно, что это чувство легко возникает между людьми, находящимися в очень тесных отношениях.
236 Конфликты 6 контактных группах Интимное отношение одного из партнеров к третьему лицу не только делает его «потерянным» для второго партнера, но и у второго партнера, кроме всего прочего, появляется ощущение, что какая-то часть его собственной частной, интимной жизни становится известной этому третьему лицу. Позволив брачному партнеру доступ в свою частную жизнь, человек вовсе не намеревался сделать ее доступной для всех других людей. Отношение партнера с третьим лицом воспринимается как брешь в преграде, закрывающей чью-то интимную жизнь от окружающих. Важно четко понимать, почему ситуации такого рода могут быть по-разному восприняты партнерами. На рис 18л представлено жизненное пространство мужа. Его дружба с третьим лицом (Др) может вырасти из каких- Рис. 18 Различное значение, придаваемое мужем и женой одному и тому же событию в их жизненном пространстве: а — жизненное пространство мужа; б — жизненное пространство жены, С — супружеская область; Б — деловая сфера жизни мужа; К — клубная жизнь мужа; До — домашняя жизнь; Д — общение с детьми; Се — сексуальные отношения между мужем и женой; Со — социальная активность мужа и жены; Др — дружба мужа с третьим лицом В жизненном пространстве мужа область «дружба мужа с третьим лицом» не пересекается с «областью супружества», что является характерным отличием жизненного пространства жены.
Конфликты в контактных группах 237 то деловых отношений. Она может стать довольно важной для него лично, но тем не менее все равно оставаться в его деловой сфере 2>, или, по крайней мере, за пределами его супружеской области С. Таким образом, муж не видит противоречия между своей семейной жизнью и отношениями с третьим лицом: супружество не теряет ни одной из своих областей, и сосуществование этих двух связей не приводит к возникновению конфликта. Ту же самую ситуацию жена может представлять себе совершенно иначе. В ее жизненном пространстве (рис 185) вся жизнь мужа включена в семейные отношения, и особое значение придается как раз области дружеских и интимных отношений. И, таким образом, жене подобная ситуация представляется явным вторжением в ее супружескую сферу. Ж. Супруги как группа в процессе становления Чувствительность супружеской группы к изменению позиции кого-либо из ее членов особенно заметна в раннем периоде брака. Будучи молодым организмом, группа в это время является наиболее гибкой. По мере узнавания мужем и женой друг друга формируется и их способ справляться с трудностями, и с течением времени изменять эту модель становится все труднее и труднее. До некоторой степени в этом виновато общество, предлагающее молодоженам традиционную модель взаимодействия. Однако мы уже обращали внимание на частный характер супружества, который делает атмосферу группы более зависимой не от общества, а от особенностей личности и ответственности партнеров. Супругам, имеющим небольшой стаж совместной жизни, очень трудно определить баланс между своими собственными потребностями и потребностями партнера и попытаться обеспечить его. Это приводит к возникновению типичных конфликтов, хотя в то же время является предпосылкой большей гибкости в их разрешении.
238 Конфликты в контактных группах РАЗРЕШЕНИЕ КОНФЛИКТОВ Ответ на вопрос о том, может ли конфликт быть разрешен, и если да, то до какой степени и каким образом, всецело зависит от специфики конкретной супружеской группы и того значения, которое они придают конфликту. Однако мне бы хотелось обратить особое внимание на один фактор. Мы уже отмечали, что частота и серьезность супружеских конфликтов зависят, главным образом, от общей атмосферы супружества. И в том, что касается разрешения конфликтов, эта атмосфера также представляется наиболее значимым фактором. Супружество предполагает отказ от определенной части своей свободы, причем человек либо жертвует свободой во имя брака, обрекая тем самым себя самого на фрустрацию, либо настолько включает супружеские отношения в свою жизнь, что воспринимает цели партнера как свои собственные. Понятно, что во втором случае говорить о каких-то жертвах не совсем корректно: «ограничение свободы» понимается здесь совершенно иначе. Нет никакой мистической силы за такой «идентификацией» с партнером, и мы не можем рассматривать ее как специфическую особенность любви или супружества. Отказ от определенной части своей свободы — это условие членства в любой группе. И, таким образом, каждой группе очень важно определиться, на какой основе будет обеспечиваться баланс между индивидуальными и групповыми потребностями. Подчинение правилам группы может быть более или менее добровольным, но оно может возникнуть и в результате сильного чувства «мы». Эксперименты показали, что последнее более характерно для демократической, нежели для авторитарной групповой атмосферы. Кроме того, было установлено, что развитие чувства «мы» приводит к уменьшению напряжения и конфликтности. Готовность принять во внимание точку зрения и цели другого человека, готовность к обсуждению личных проблем логично ведет к более скорому разрешению конфликтоа
7 ВРЕМЕННАЯ ПЕРСПЕКТИВА И МОРАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ (1942) Исследования безработицы показали, что долговременное пребывание без работы влияет на все сферы жизни личности. Потеряв работу, человек пытается сохранить надежду. Когда он теряет и надежду, он начинает с гораздо меньшей активностью, чем нужно было бы, предпринимать какие-то действия. Даже несмотря на то, что у него теперь достаточно времени, он начинает пренебрегать своими домашними обязанностями. Он может ограничить сферу своей жизнедеятельности до предела, и все его мысли и желания станут крайне узкими. Подобная атмосфера влияет и на детей, которые, в свою очередь, также начинают мыслить узкими категориями: не претендовать на многое и даже не мечтать о многом. Иными словами, человек и его семья в целом будут представлять собой яркую картину морального упадка. Анализ поведения такого рода доказывает чрезвычайную важность того психологического фактора, который принято называть «надеждой». Когда чело-
240 Конфликты в контактных группах век перестает надеяться, он прекращает активно к чему-то стремиться; он теряет энергию, он не строит планов на будущее, и, в конечном счете, он даже перестает хотеть для себя лучшего будущего. Его жизнь становится пассивной и примитивной. Надежда означает, что «когда-то в будущем ситуация изменится и будет так, как я хочу». Надежда означает сходство между «уровнем ожиданий» личности и ее «уровнем нереалистических мечтаний». Картина, предстающая нашему взору в этом «психологическом будущем», редко соответствует тому, что в действительности случается по прошествии времени. Человек может видеть свое будущее слишком радужным или слишком мрачным; зачастую видение психологического будущего колеблется от надежды к отчаянию и от отчаяния к надежде. Но вне зависимости от того, насколько верными оказываются актуальные представления человека о своем будущем, они глубоко влияют на его настроения и действия в настоящем. Психологическое будущее — это составная часть того, что Л. К. Франк называл «временной перспективой». Жизненное пространство человека вовсе не ограничивается актуальной для него ситуацией; оно включает в себя все его будущее, настоящее и прошлое. Действия, эмоции и, естественно, моральное состояние личности в любой момент времени зависят от его целостной временной перспективы. Поведение безработного, таким образом, это пример того, как временная перспектива может снижать моральный дух. То, как моральный дух может быть сохранен благодаря временной перспективе, иллюстрирует поведение небольшой группы сионистов в Германии вскоре после прихода Гитлера к власти. Большинство евреев в Германии в течение десятков лет были убеждены в том, что погромы, столь типичные для царской России, «просто не могут случиться здесь». Когда Гитлер пришел к власти, социальная почва, на которой они стояли, внезапно начала уходить из-под ног. И естественно, многие впадали в отчаяние и кон-
Конфликты в контактных группах 241 чали с собой; потеряв жизненную почву, они не могли увидеть в будущем ничего, ради чего стоило бы жить. Временная перспектива весьма немногочисленной сионистской группы была совершенно иной. Хотя они и не допускали мысли о начале погромов в Германии, но отдавали себе отчет в том, что это в принципе возможно. Десятки лет они реалистично анализировали свои собственные социальные проблемы, планируя свою деятельность на многие годы вперед, Иными словами, в их временную перспективу были включены психологическое прошлое, в котором им тысячи лет приходилось противостоять враждебным обстоятельствам, а также осмысленная и воодушевляющая цель в будущем. И в результате создания такой временной перспективы моральный дух этой группы был высок — несмотря на настоящее, внушавшее им опасения ничуть не меньшие, чем всем остальным. Вместо того чтобы перестать действовать и замкнуться в себе перед лицом сложной ситуации — результата ограниченной временной перспективы, подобной той, что наблюдается у безработных, — сионисты, имея длительную и реалистичную временную перспективу, продемонстрировали инициативное и структурированное планирование собственного будущего. Следует отметить и то, сколь важный вклад внес высокий моральный дух этой маленькой группы в моральное состояние большой части немецких евреев, не разделявших сионистские взгляды. Здесь, как и во многих других случаях, немногочисленная группа стала вдохновителем широких масс Итак, временная перспектива представляет собой важный фактор морального состояния и заслуживает более детального анализа. ЭВОЛЮЦИЯ ВРЕМЕННОЙ ПЕРСПЕКТИВЫ Ребенок живет главным образом в настоящем. Его цели непосредственны, если его отвлечь, он быстро о них «забудет». По мере взросления, на актуальное
242 Конфликты в контактных группах настроение и поступки человека начинают все больше и больше влиять его прошлое и будущее. Цели школьника могут включать в себя переход в следующий класс в конце года. Много позже, уже в роли главы семьи, тот же самый человек будет планировать свою жизнь на десятилетия вперед. Практически каждая личность, оставившая след в истории человечества — в религии, политике, науке, — руководствовалась временной перспективой, простиравшейся на поколения вперед, и нередко принимала во внимание столь же длительное прошлое. Но длительная временная перспектива присуща не только великим людям. Сто тридцать миллиардов долларов, потраченных американцами на страхование жизни в армии Соединенных Штатов, — весьма впечатляющее доказательство того, сколь сильно влияет относительно далекое психологическое будущее, не связанное с личным благосостоянием, на повседневную жизнь среднего гражданина Кроме широты временной перспективы, есть и еще один немаловажный аспект, принципиальный для поддержания высокого морального духа. Ребенок не может четко разграничить реальность и фантазию. Его желания и страхи серьезно влияют на его представления о настоящем. Когда человек становится более зрелым и более способным к «самоконтролю», он более уверенно отделяет свои желания от своих же ожиданий: его жизненное пространство разделяется на «уровень реальности» и разнообразные «уровни нереальности», такие как мечты и фантазии. ЦЕЛЕУСТРЕМЛЕННОСТЬ И ВРЕМЕННАЯ ПЕРСПЕКТИВА «Целеустремленность, противостоящая неблагоприятным обстоятельствам, — самый верный показатель высокого морального духа». Эта идея повсеместно воспринимается как сущность воинственного морального духа И хотя могут существовать определенные
Конфликты в контактных группах 243 сомнения в том, является ли в действительности способность не пасовать перед трудностями самым характерным признаком морального состояния, несомненно то, что этот аспект морального духа (гражданского или военного) можно рассматривать как достойную стартовую позицию для нашей дискуссии. Если моральный дух означает способность «побеждать», т. е. справляться с неприятными или опасными ситуациями, нам следует прежде всего задаться следующим вопросом: «Какая ситуация представляется человеку неприятной или опасной?» Как правило, мы привыкли рассматривать такие ситуации с точки зрения физической боли или опасности для организма. Однако, этот ответ слишком прост: вспомним о тех, кто для собственного удовольствия занимается альпинизмом или исследует джунгли, слишком быстро водит автомобиль или просто играет в футбол. Неприятности и временная перспектива. При обычных обстоятельствах человек будет всеми силами сопротивляться приказанию собрать ртуть с пола деревянной ложкой или съесть большое количество несоленых крекеров. Однако, приняв участие в эксперименте, те же самые люди справлялись с этими заданиями без колебаний и сопротивления. Иными словами, то, будет ли какое-то действие восприниматься как постыдное или неприятное, в огромной мере зависит от его психологического «смысла», то есть от содержания целостной ситуации, частью которой является это действие. В роли пациента, к примеру, человек позволяет доктору применять такое лечение, которое во всех прочих случаях вызвало бы его сопротивление, поскольку оно является болезненным физически и неприятным социально. Ярким примером того, насколько сильно значение каких-то психологических событий и временная перспектива могут влиять на чувство боли и моральное состояние человека, являются переживания заключенных (М. Л. Фарбер). Оказалось, что ежеднев-
244 Конфликты в контактных группах ная работа, которую приходится делать заключенным, мало связана с тем, насколько сильно они страдают от того, что оказались в тюрьме. Среди заключенных, сильно переживавших свой арест, были как те, кто выполнял относительно привлекательную работу, предполагавшую и власть, и наличие свободного времени (например, редактор тюремной газеты или курьер при надзирателе), так и те, кто выполнял малопривлекательную или неоплачиваемую работу. (Корреляции между силой негативных эмоций и «объективными» преимуществами работы составляли 0,01.) Существовала лишь небольшая отрицательная корреляция между субъективным удовлетворением заключенного от выполнения тюремной работы и силой негативных переживаний. С другой стороны, имела место отчетливая связь между выраженностью отрицательных эмоций и рядом факторов, относящихся к переживаниям прошлого и будущего; сюда можно отнести чувство несправедливости вынесенного приговора (г— - 0,19) и надежду на амнистию (г=*-0,39). Более того, эта тенденция сохраняется даже несмотря на то, что в реальности можно было ожидать освобождения только через несколько лет. Между реальной длительностью срока заключения и количеством времени, уже проведенного в тюрьме, с одной стороны, и силой негативных переживаний, с другой, не было установлено значимых корреляций; однако имела место взаимосвязь между силой переживания и ощущением того, что срок заключения несправедливо завышен (г— 0,66). Не актуальные невзгоды в обычном смысле этого слова, а скорее определенные аспекты психологического будущего и психологического прошлого, в совокупности с ощущением справедливости либо несправедливости положения, в котором оказался человек, являются наиболее важными факторами, определяющими степень негативных переживаний. И еще одна немаловажная детерминанта — это неопределенность в отношении того, когда может произойти
Конфликты в контактных группах 245 досрочное освобождение (г = 0,51). Данный фактор также не связан с той ситуацией, в которой находится личность; он представляет собой составляющую ее временной перспективы. Существует немало сидетельств, что одно из наиболее болезненных переживаний человека, находящегося в одиночном заключении, — это неопределенность в отношении свидетельств времени, прошедшего с начала заключения. И опять мы можем говорить о том, что это не проблема, связанная с условиями содержания, а определенная характеристика временной перспективы, делающая ситуацию столь мучительной. Настойчивость и временная перспектива. Даже больше, чем переживание невзгод, от особенностей временной перспективы зависит такая характеристика личности, как настойчивость. До тех пор, пока существует надежда на то, что трудности могут быть преодолены ценой тех усилий, которые готов предпринять человек, и той боли, которую он готов стерпеть, он настойчиво продолжает стараться. Действительно, если человек считает поставленную перед собой цель стоящей, затраченные усилия не будут восприниматься им как «жертва». И настойчивость в этом случае зависит от двух факторов: важности цели и представлений о будущем. Эта закономерность верна и для детей, и для взрослых, и для военных, и для гражданского населения. В результате экспериментов, проведенных с детьми, был установлен ряд фактов, относящихся к специфике морального состояния; некоторые из них стоит упомянуть. То, насколько быстро человек отступается от поставленной цели перед лицом трудностей, зависит, как показали эксперименты, от трех параметров: 1) величины психологической силы, направленной на цель (настойчивость будет выше, если цель очень значима или если психологическая дистанция до цели невелика); 2) ощущаемой вероятности достижения цели (которая, в свою очередь, зави-
246 Конфликты в контактных группах сит от прошлых успехов и неудач и от интеллектуальных способностей человека); 3) степени инициативности человека. Первый параметр идентичен тому, что мы назвали ощущаемой ценностью причины, вследствие которой были предприняты усилия. Второй связан с психологическим будущим. Средства, с помощью которых можно влиять на психологическое будущее с тем, чтобы создать оптимистичное о нем представление, неоднократно обсуждались в связи с проблемой поддержания морального духа в армии. И всегда особо подчеркивалось влияние прошлого на будущее; поскольку самое сложное — это поддерживать высокий моральный дух после поражения, ибо настойчивость в значительной степени подкрепляется прошлыми победами. И совсем не обязательно, чтобы это прошлое было собственным, непосредственным прошлым личности. Когда человек присоединяется к «Победному Шестьдесят Девятому», традиции и история этого полка становятся частью его жизненного пространства. И только после того, как он продемонстрировал свою причастность к имеющейся традиции, он будет признан одним из своих. Экспериментальные данные показывают, что хотя прошлые успехи наиболее действенны в том случае, когда они имели место в том же виде деятельности, тем не менее, «замещающие успехи» и, в меньшей степени, простая похвала и поощрение тоже увеличивают настойчивость. Человека можно научить быть более настойчивым и менее эмоционально реагировать на трудности, если у него есть позитивный прошлый опыт. Настойчивость тесно связана также с социальной позицией личности, с ощущением своей силы и безопасности. Пассивные личности, в целом, менее настойчивы, чем активные; однако существует ряд исключений. Безынициативные люди иногда демонстрируют своего рода пассивное упорство; встретившись с достаточно серьезным препятствием, они вновь и вновь продол-
Конфликты в контактных группах 247 жают предпринимать попытки достижения цели. А вот некоторые активные личности довольно быстро перестают стремиться к цели: они достаточно инициативны для того, чтобы принять рациональное решение отступить от поставленной цели, когда станет ясно, что данная цель не может быть достигнута. Способность принимать такие принципиальные решения — это одно из основных требований, предъявляемых к военным руководителям. Упрямство в совокупности со слабостью и неспособностью к решительным действиям делают человека негибким, что обусловливает невозможность принятия им новых, более эффективных решений. Конечно, в некоторых случаях готовность принимать «реалистичные решения» может быть просто прикрытием недостатка желания довести начатое до конца Мы еще вернемся к обсуждению этого вопроса. МОРАЛЬНЫЙ ДУХ ГРУППЫ Моральный дух группы зависит от временной перспективы столь же сильно, как и моральное состояние отдельной личности. Убедительные тому доказательства получены в эксперименте Френча; в этом эксперименте группы молодых людей были поставлены в физически неприятные условия. Испытуемым пришлось работать в комнате, которая постепенно наполнялась дымом, просачивающимся из-под двери, причем они знали, что дверь заперта. Через некоторое время дым стал крайне неприятным. Реакция групп варьировала от паники до смеха и зависела главным образом от того, воспринимался ли дым как признак реального пожара или как розыгрыш психолога. Столь различные интерпретации были вызваны различиями во временной перспективе и субъективным мнением о степени реальности опасности. Моральное состояние жителей Франции, Англии и Соединенных Штатов, являющееся достоянием нашей новейшей истории, являет собой ярчайший пример
248 Конфликты в контактных группах того, насколько субъективная оценка вероятности опасности определяет цели группы и ее действия1. Сравнительный анализ групп с различной степенью организованности, находящихся в ситуации страха и фрустрации, показал, что организованные группы демонстрируют большую мотивацию и большую настойчивость. Вероятность того, что группа распадется, снижается, хотя столь сильная мотивация может приводить к большему переживанию фрустрации в случае недостижимости цели. В то же время (хотя эти данные и противоречат тому, чего мы могли оы ожидать) страх быстрее распространяется именно в организованных группах, поскольку члены таких групп в большей степени зависят друг от друга Довольно специфичным образом эти эксперименты подтвердили продиктованное здравым смыслом представление о том, что моральное состояние человека перед лицом опасности в значительной степени зависит от атмосферы той группы, в которую он входит. ИНИЦИАТИВА, ПРОДУКТИВНОСТЬ, УРОВЕНЬ ЦЕЛИ И ВРЕМЕННАЯ ПЕРСПЕКТИВА В нацистской Германии моральный дух рассматривают как * движущую силу, которая стимулирует каждый элемент политической и военной организации прикладывать максимум усилий и способностей»; он «предполагает позитивную настроенность личности и масс по отношению к единой цели». Подобная концепция морального духа соответствует системе воспитания, необходимой для ведения наступательной войны и поддержания тоталитарного единства. Однако данные экспериментальной психологии доказывают, что один элемент этой концепции верен в отношении любого типа морального состояния. Упорство перед лицом препятствий, способность не пасовать перед трудностями — все это просто еще одна со- 1 См. послесловие к этой главе.
Конфликты в контактных группах 249 ставляющая более фундаментального состояния личности, которое можно охарактеризовать как комбинацию инициативности и решимости достичь определенных целей, реализовать определенные ценности. Моральное состояние личности, как и моральный дух группы, могут быть оценены посредством измерения качества и количества достижений, то есть продуктивности. Инициативность и продуктивность, зависящие от соответствующего соотношения ряда факторов, весьма чувствительны к изменениям этого соотношения. И в этой связи важную роль играет физическое благополучие. Сейчас правительство любой страны осознаёт, сколь важным для поддержания высокого морального духа населения является обеспечение его достаточным количеством продовольствия и витаминов. С другой стороны, чрезмерно сытый человек едва ли будет образцом инициативности и продуктивности. Тонкие психологические факторы играют огромную роль в детерминации морального состояния, и гитлеровские планы наступательной военной кампании безусловно учитывали моральное состояние противника как один из наиболее уязвимых и значимых факторов. ПРОДУКТИВНОСТЬ И ВРЕМЕННАЯ ПЕРСПЕКТИВА, СВЯЗАННАЯ С НЕДОСТАТОЧНОЙ БЕЗОПАСНОСТЬЮ И НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬЮ Экспериментальные исследования психологии детей помогают нам выделить ряд факторов, лежащих в основе инициативности и продуктивности, поскольку ситуации, в которых находится ребенок, легко контролируются всемогущим взрослым и дети, по всей вероятности, быстрее, чем взрослые, демонстрируют те базовые реакции, на изучении которых основывается психология больших масс.
250 Конфликты в контактных группах Если свободная игровая активность ребенка будет нарушена, его средний уровень продуктивности может снизиться и он будет демонстрировать не ту продуктивность, что соответствует его пяти с половиной годам, а ту, что соответствует гораздо более младшему возрасту, — например, трем с половиной годам. Эта регрессия тесно связана с временной перспективой ребенка. Поскольку взрослый прервал ребенка в самый разгар интересной и продуктивной игры, ребенок будет чувствовать, что его положение небезопасно; он осознал возможность того, что взрослый, благодаря своей исключительной власти, может в любой момент снова вмешаться в игру. Этот «фон недостаточной безопасности и фрустрации» не только парализующим образом влияет на долговременное планирование; он также снижает инициативность и уровень продуктивности. Эффект вмешательства особенно деструктивен в тех случаях, когда у человека нет ясного представления о характере новой ситуации. Негативное приказание «Не делай этого!» снижает инициативность и продуктивность гораздо больше, чем приказание выполнять какое-то другое, но известное действие. Действительно, один из основных способов снижения морального духа посредством «стратегии страха» заключается именно в этом — держать личность в неопределенности в отношении того, в какой ситуации она находится и чего ей стоит ожидать. Если помимо этого человек будет подвергаться то жестким дисциплинарным мерам, то мягкому обращению, и поступающая к нему информация будет противоречивой, делая «когнитивную структуру» ситуации в высшей степени неопределенной, он не сможет понять даже того, к чему приведет его конкретный план — к скорейшему достижению цели или к удалению от нее. При этих условиях даже те люди, которые имеют четкое представление о своих целях и готовы к риску для их достижения, будут парализованы жесточайшими внутренними конфликтами, связанными с временной перспективой их деятельности.
Конфликты в контактных группах 251 Интересно отметить, что пары друзей демонстрируют меньший регресс в ситуации фрустрации, чем незнакомые друг с другом дети. Их большая толерантность к фрустрации обусловлена, видимо, тем, что ощущение безопасности в кругу друзей — сильнее, что проявляется, например, в большей готовности проявлять агрессивность в отношении экспериментатора, расценивая его как источник фрустрации. Этот факт — яркий пример того, как групповая «принадлежность» может усиливать ощущение безопасности, улучшая тем самым моральное состояние и увеличивая продуктивность личности. Более того, было обнаружено, что инициативность ребенка и его продуктивность выше в совместной игре с другими детьми, чем в игре ребенка с самим собой, причем эта закономерность верна как в ситуации фрустрации, так и в той, где фрустрация отсутствует. Большая продуктивность человека как члена группы — это чрезвычайно важный фактор, определяющий моральный дух гражданского населения. В подтверждение этого заявления можно привести результаты исследования рабочих завода, показавшие, что внимание к личности рабочих усиливает у них не только ощущение безопасности, но и уровень продуктивности; возможно, это происходит вследствие того, что у рабочих возрастает чувство «принадлежности». Эта находка — одна из многих, касающихся того, как возрастные и индивидуальные различия влияют на специфику различных ситуаций, а также на деятельность отдельных людей и групп; все они убедительно доказывают, что продуктивность зависит от ряда различных способностей и потребностей, которые могут быть интегрированы в структурированное, целостное усилие. Именно принцип «разнообразия внутри единства» определяет продуктивность; и этот принцип играет важнейшую роль как в демократическом решении проблем меньшинств, так и в обеспечении демократического сосуществования всех типов групп, начиная от контактных и заканчивая мировой организацией.
252 Конфликты в контактных группах Парадоксально, но в некоторых случаях определенная степень фрустрированности или определенное количество трудностей увеличивает продуктивность; это происходит в том случае, когда человек не был в достаточной степени вовлечен в ситуацию и препятствие послужило катализатором всех сил. Тесно связана с этой закономерностью и одна из самых фундаментальных проблем, касающихся морального состояния, а именно то, где будут располагаться цели человека или группы, каким будет уровень притязаний. УРОВЕНЬ ПРИТЯЗАНИЙ И ВРЕМЕННАЯ ПЕРСПЕКТИВА Трехмесячный ребенок будет одинаково рад и тогда, когда кто-то даст ему игрушку, и тогда, когда он возьмет ее благодаря собственным усилиям. Но ребенок в возрасте двух-трех лет часто отвергает помощь окружающих, предпочитая самостоятельно добывать относительно недоступный предмет. Иными словами, он предпочитает сложный путь и сложную цель легкому пути и легкой цели. Это кажущееся парадоксальным поведение человеческого существа определенным образом противоречит расхожему убеждению (влияющему даже на наше мнение относительно политики) в том, что человеческие существа руководствуются «принципом удовольствия», следуя по наипростейшему пути к достижению наилегчайшей цели. В действительности, уже с детского возраста на цели, которые ставит перед собой человек как в повседневной жизни, так и в долгосрочном планировании, влияют его идеология, группа, к которой он принадлежит, а также тенденция поднимать свой уровень притязаний так, чтобы он соответствовал верхнему пределу возможностей. Эксперименты, связанные с этой проблемой, предоставляют нам огромное количество информации о том, как формируется уровень притязаний в детском
Конфликты в контактных группах 253 возрасте, как успехи и неудачи в одном виде деятельности влияют на уровень, притязаний в других областях, как человек реагирует на «слишком простые» или «слишком сложные» задачи и как групповые стандарты влияют на индивидуальный выбор целей. Определение целей тесно связано с временной перспективой. Цель человека включает в себя его ожидания от будущего, его желания и мечты. То, где помещает человек свою цель, будет определяться сочетанием двух факторов, а именно: отношением человека к определенным ценностям и его чувством реальности в том, что касается достижимости той или иной цели. То, каковы пределы уровня притязаний, какова ценность успехов и неудач, варьирует от личности к личности и от группы к группе. В целом, в нашем обществе имеет место тенденция определять свой уровень притязаний в соответствии с верхним пределом возможности. С другой стороны, чувство реальности предохраняет человека от неудач и удерживает в определенных рамках его амбиции. И это соотношение досягаемости цели и уровня реальности притязаний — один из самых важных факторов, обусловливающих продуктивность и моральное состояние человека. Успешный человек обычно определяет свою очередную цель таким образом, чтобы она ненамного превышала ту, что была достигнута им ранее. Таким образом он постепенно увеличивает свой уровень притязаний. И хотя, в конце концов, он руководствуется некоей идеальной целью, которая может быть относительно недостижимой, цели следующего этапа остаются вполне реалистичными и соответствуют его актуальному положению. Неуспешный человек, напротив, будет скорее всего демонстрировать один из двух типов поведения — он либо будет ставить перед собой совершенно незначительную цель, меньшую, чем его прежние достижения, иными словами, он испугается и откажется от стремления к более значимым целям, либо поставленная им цель будет превышать
2H Конфликты в контактных группах его реальные возможности. Второй тип поведения достаточно распространен. Иногда это проявляется в том, что человек осуществляет какие-то незначительные попытки добиться цели, не предпринимая особых усилий; иногда человек в такой ситуации слепо следует своей идеальной цели, не соотнося свои действия с тем, что действительно он может сделать при данных обстоятельствах. Определение и осуществление важной цели и при этом реалистичное планирование своей деятельности с учетом ограничений ситуации — вот одна из основных задач и критериев высокого морального духа. Масштабность целей, которые ставит перед собой человек, в значительной степени обусловлена стандартами той группы, к которой он принадлежит, а также стандартами групп с более высоким и низким статусом. Эксперименты, проведенные с участием студентов колледжа, показали, что если стандарты группы низки, то человек будет экономить силы и ставить цели гораздо ниже того уровня, которого он в реальности может достичь. Если же стандарты группы высоки, то и цели человека, к ней принадлежащего, будут более масштабными. Иными словами, и идеалы, и действия человека зависят от группы, к которой он принадлежит, и от целей и ожиданий этой группы. Совершенно очевидно, что проблема индивидуального морального состояния — это, в значительной степени, социально-психологическая проблема, связанная с групповыми целями и стандартами; так обстоит дело даже в тех видах деятельности, где человек стремится к достижению не столько групповых, сколько личных целей. И конечно же, в тех случаях, когда человек прилагает усилия для достижения групповых целей, связь между индивидуальным и групповым моральным состоянием представляется еще более тесной. Для того чтобы проиллюстрировать это утверждение, обратимся к эксперименту, который провел А Мар- роу. Исследование им группы рабочих, занятых на
Конфликты в контактных группах 255 производстве швейных машин на новом заводе в одном из сельских районов Юга, наглядно показало, насколько уровень притязаний влияет на обучение и достижения в работе. После недельного обучения производительность труда новичков составляла в среднем 25 процентов минимального стандартного уровня выработки квалифицированных рабочих (см. рис. 19). Затем новичкам было сказано, что этого минимального уровня им необходимо достичь через 10— 12 недель. Разница между уровнем их работы к концу 1-й недели и поставленной целью (стандартным уровнем квалифицированных рабочих) была слишком велика, и поэтому все новички были настроены довольно пессимистично. Поскольку этот завод был только Минимальный уровень для квалифицированного работника 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 Недели Рис. 19. Влияние уровня притязаний и степени реальности цели на достижения рабочих завода
256 Конфликты в контактных группах что создан, на нем еще не было рабочих, выполняющих свою работу на должном профессиональном уровне с ожидаемой скоростью; и поэтому цель представлялась слишком сложной, почти недостижимой. Но ввиду того, что заработок новичков был гораздо выше того, к которому они привыкли, то ни внутри завода, ни вне его не было группы, имеющей более высокие социальные стандарты. И в результате эти люди были удовлетворены своим прогрессом, несмотря на неудовольствие их наставников; прогресс был небольшим, обучение шло с трудом и после 14 недель производительность труда рабочих составляла лишь около 66 процентов нормы. Для второй группы новичков, начавшей с того же уровня производительности труда, новая цель определялась каждую неделю, и рабочие также были информированы о том, каков стандарт выработки. За прошедшее время многие из более опытных рабочих завода достигли стандартных показателей. Такая комбинация непосредственной цели ближайшего будущего и принятия окончательной цели как реального группового стандарта обусловила гораздо больший прогресс части этой группы новичков. За исключением нескольких отстающих, рабочие второй группы к концу 14-й недели вырабатывали продукцию в количествах, превышающих минимальный стандарт. МОРАЛЬНЫЙ ДУХ, РЕАЛИЗАЦИЯ ГРУППОВЫХ ЦЕЛЕЙ И ВРЕМЕННАЯ ПЕРСПЕКТИВА К сожалению, нам известно лишь несколько исследований, результаты которых позволяют сделать научные выводы о специфике связи между моральным духом группы и временной перспективой. Однако определенные выводы можно сделать на основе сравнительного анализа групп с демократической и
Конфликты в контактных группах 257 авторитарной структурами. Так, например, эти группы совершенно по-разному ведут себя в отсутствие руководителя. Если рабочее состояние демократической группы остается на прежнем высоком уровне, то производительность авторитарной группы резко снижается. По истечении весьма короткого времени вторая группа практически перестает работать. Мы можем проследить связь этой тенденции с соотношением личных и групповых целей и с некоторыми аспектами временной перспективы. Ответственность за организацию работы, как и за любой другой аспект организации авторитарной группы лежит на руководителе. Именно он определяет направление деятельности группы, именно он устанавливает цели деятельности каждого из членов группы. Это означает, что цели отдельного человека, как и его действия в качестве члена группы, «навязаны» ему руководителем. Именно поле власти лидера стимулирует членов группы к действию, детерминирует их рабочее состояние и делает группу организованным единым целым. В демократической группе, напротив, каждый ее член вносит свой вклад в определение направления деятельности группы, каждый способствует разработке планов. В результате все члены группы становятся более «мы-ориентирован- ными» и менее «я-ориентированными», чем члены авторитарной группы. Поскольку группа движется вперед без посторонней помощи, то ее рабочее состояние не сходит на нет при устранении поля власти руководителя. «Признание» групповых целей членом авторитарной группы означает подчинение его собственной воли высшей власти. В демократической же группе «признание» групповой цели членом группы означает принятие этой цели как своей собственной. Готовность к этому членов демократической группы частично основывается на временной перспективе человека; в прошлом он сам участвовал в определении этой цели и теперь чувствует свою личную от-
258 Конфликты в контактных группах ветственность за ее осуществление. Не менее существенными являются различия в восприятии временной перспективы в обеих группах в том, что касается планирования будущего. Очевидно, что в отношении далекого будущего авторитарный лидер нередко определяет для своих подчиненных какую-то высокую, идеальную цель. Но когда дело доходит до непосредственных действий, то авторитарный лидер, как правило, ставит своих сотрудников в известность только о следующем этапе своих актуальных планов. И в результате он не только обладает возможностью держать будущее членов группы в своих руках, но еще и вынуждает их зависеть от него; в любой момент он может отдавать указания, руководствуясь лишь своим мнением. У члена демократической группы, который принимал участие в разработке долговременных планов, временная перспектива совершенно иная. Условия его деятельности гораздо яснее, и он может независимо осуществлять не только очередной этап задания, но и тот, что будет после. Поскольку ему известны его позиция и действия в рамках более общего группового плана, он может модифицировать свои собственные поступки в соответствии с меняющимися требованиями ситуации. В отличие от демократических и авторитарных групп, в группах с попустительской атмосферой, где руководитель устраняется от дел, групповое планирование и формирование долгосрочных индивидуальных проектов носит случайный характер. Рабочее состояние такой группы, если сравнить его с состоянием группы демократической или авторитарной, крайне низко, что еще раз доказывает важность наличия четко определенных целей для детерминации морального духа группы. Не цели сами по себе, реализация которых не составляет труда, а психологическое будущее с преодолением препятствий на пути достижения важных целей — вот что оказывает благоприятное воздействие на моральный дух группы.
Конфликты в контактных группах 259 Некоторым группам лиц, отказывающихся от несения военной службы, которые, как правило, сами оплачивают свое содержание в рабочих лагерях, при осуществлении стоящих перед ними задач часто дозволяется работать по своему собственному плану. И если отчеты об их деятельности верны, то самоорганизующиеся группы производят в несколько раз больше продукции, чем те, кто работает под обычным надзором. Одним из факторов, обусловливающих такое различие в производительности труда, является долгосрочная временная перспектива в сочетании с определенностью цели: те, кто предпочел альтернативную службу, пытаются подготовиться к решению такой сложной задачи, как реконструкция Европы после окончания войны. РУКОВОДСТВО, МОРАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ И ВРЕМЕННАЯ ПЕРСПЕКТИВА В эксперименте Бэйвласа, касающемся проблем обучения руководителей, была убедительна показана важность временной перспективы как для морального состояния самих руководителей, так и для группового морального духа, влияние руководителя на который очевидно. Кардинальное изменение морального состояния руководителей от «низкого» (до начала обучения) до «высокого» (после трехнедельного обучения) связано с изменением целей: если сначала это были кратковременные попытки сохранить свою работу, то впоследствии цель стала более сложной и менее индивидуальной и заключалась в том, чтобы показать детям преимущества истинной демократической групповой жизни. Такое изменение уровня цели и временной перспективы произошло, до некоторой степени, вследствие опыта членства в демократической образовательной группе, которая
260 Конфликты в контактных группах сама ставила определенные цели и разрабатывала планы; отчасти это было обусловлено прошлым опытом существования в депрессивном и бессмысленном прошлом, ограниченном лишь думами о будущем, которое, несмотря на всю его неопределенность, ставило достаточно значимую цель. Позитивная временная перспектива, т. е. временная перспектива, определяемая значимыми целями, — это одна из базовых составляющих высокого морального духа. В то же время, этот процесс носит двусторонний характер: благоприятное моральное состояние само по себе создает долгосрочную временную перспективу и формирует значимые цели. По окончании обучения уже упоминавшиеся нами руководители ставили перед собой цели, выходившие за рамки того, о чем раньше они едва осмеливались мечтать. И здесь мы имеем дело с одним из циркулярных типов зависимости, которые довольно часто встречаются в социальной психологии. Так, например, человек с высоким уровнем интеллекта, в отличие от человека с менее высоким уровнем, более способен к тому, чтобы создавать ситуации, которые подвластны контролю. В результате человек с невысоким уровнем интеллекта гораздо чаще оказывается в затруднительных ситуациях. Плохо адаптированный в социальном плане человек создает для себя самого более запутанные и сложные ситуации, чем хорошо адаптированный, и, действуя в этих ситуациях неэффективно, только ухудшает свое состояние. К тому же плохое моральное состояние приводит к формированию плохой временной перспективы, которая, в свою очередь, приводит к еще большему ухудшению морального состояния; тогда как человек с позитивным моральным состоянием не только ставит перед собой важные цели, но и создает такие ситуации, которые благоприятно влияют на его моральное состояние. Этот циркулярный процесс мы можем наблюдать и тогда, когда речь идет о моральном духе группы в целом. Взаимозависимость членов группы делает цир-
Конфликты 6 контактных группах 261 кулярный характер процесса еще более выраженным. Так, например, был проведен эксперимент с группой детей, которые вместе провели час в демократической обстановке, а потом им было сообщено, что они и дальше будут работать как отдельная группа. И когда им сказали, что у них не будет взрослого руководителя, они организовались самостоятельно. Иными словами, их моральное состояние было достаточно высоким, чтобы расширить временную перспективу; они поставили перед собой групповые цели, реализация которых занимала несколько недель, а затем даже разработали полугодичный проект. РЕАЛИСТИЧНОСТЬ, МОРАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ И ВРЕМЕННАЯ ПЕРСПЕКТИВА Еще один аспект временной перспективы, имеющий важное значение для морального состояния, это реалистичность. И здесь мы опять имеем дело с тем же парадоксом, который уже обсуждался нами в связи с продуктивностью: один из критериев высокого морального состояния — это тот уровень целей, которого готов достигнуть человек. В случае высокого морального состояния цели, которых предполагается достичь, представляют собой большой шаг вперед по сравнению с текущим положением дел. «Реалистичный» политик, всегда крепко стоящий на земле и стремящийся лишь к популярности, это яркий представитель неблагоприятного морального состояния. Однако, «идеалистичный» человек, т. е. человек, имеющий высокие идеалы, но не предпринимающий никаких усилий для их достижения, также едва ли может быть назван человеком высокого морального духа. Высокий моральный дух предполагает не только постановку цели, выходящей за рамки непосредственной активности личности, но и по-
262 Конфликты в контактных группах пытки достичь этой отдаленной цели путем осмысленных и достаточно реалистичных шагов, обеспечивающих неуклонное продвижение вперед. Можно сказать, что этот парадокс реалистичность и следование высоким целям одновременно — лежит в самом сердце проблемы морального духа, по крайней мере там, где дело касается временной перспективы. СЛИШКОМ БЛИЗКИЕ ИЛИ СЛИШКОМ ОТДАЛЕННЫЕ ЦЕЛИ То, каким образом слишком близкие или слишком отдаленные цели влияют на реалистичность планов и как это связано с временной перспективой личности или группы, мы можем проиллюстрировать наилучшим образом, если обратимся к рассмотрению некоторых аспектов развития человека. Нормальный здоровый младший школьник находится в группе детей, чьи стандарты и ценности, чья идеология и цели имеют чрезвычайную важность для формирования его собственных целей и для построения его собственного поведения. Если ему повезло родиться в Соединенных Штатах, есть большая надежда на то, что его школьная группа будет достаточно демократичной и ему удастся на непосредственном собственном опыте понять, что значит быть лидером или членом демократической группы, что такое «честная игра»; он научится признавать расхождения во мнениях и разницу в способностях без нетерпимости и чувства собственного превосходства, но и без излишней мягкости и безволия. Лишь очень немногие дети в своей жизни испытали нечто похожее на совершенную демократию, и все же многим детям удалось погрузиться в групповую атмосферу, которая была достаточно демократичной, чтобы привить им больший вкус к демократии, чем это когда-либо удавалось гражданам какой-либо европейской страны. Исследования показали, что восьмилетние дети более альтруистичны, чем взрослые, а десятилетние
Конфликты в контактных группах 263 дети стараются во всем поступать с точки зрения справедливости. Короче говоря, поведение среднего ребенка этих лет в высшей степени соответствует стандартам и ценностям группы, к которой он принадлежит, но эти группы — группы контактного типа: семья, школа, уличная компания. И период времени, в течение которого эти стандарты и цели представляются достаточно реалистичными, исчисляется неделями, месяцами, в лучшем случае — несколькими годами. Идеологические же веяния и то положение, которое занимает национальная политика в жизни взрослых, представляются ребенку чем-то слишком обширным и слишком глобальным; как правило, он имеет об этих материях либо крайне абстрактное, либо слишком наивное представление. Переход от подросткового возраста к возрасту ранней зрелости означает расширение пространственной и временной перспективы психологического мира. До известной степени это означает или уход из малых контактных групп, таких как семья, или же оттеснение этих групп на второй план в более широком социальном мире, в котором ему придется существовать. Критиковать стандарты и ценности окружающего мира прежних поколений — вечное право каждого нового поколения. И чем лучше и чем демократичнее было образование людей нового поколения в детстве, тем более серьезной и честной будет эта критика. Для молодого человека, вникающего в проблемы такого масштаба, — в принципе, для любого человека, в первый раз сталкивающегося с проблемами нового уровня, — типичными можно считать две реакции. Во-первых, человек может уклониться от принятия решений такой важности, ограничив свою временную перспективу теми рамками, из которых он фактически уже вырос. Его не слишком благоприятное моральное состояние приведет к тому, что он будет уделять все свое внимание маленьким бытовым повседневным целям. Приведу в качестве примера
264 Конфликты 6 контактных группах студентку колледжа, которая была так расстроена этой войной «там, в Европе», что никогда не заглядывала в газеты и не слушала радио1. Во-вторых, человек может отказаться принимать в расчет временную перспективу, менее длительную, чем пара тысяч лет. Он рассуждает только о том, что обязательно «должно быть»; его цели как таковые сами по себе превосходны, и он отказывается предпринимать хоть что-то, что идет вразрез с его принципами. Поскольку его цели характеризуются огромным расхождением между тем, «что есть», и тем, «что должно быть», т. е. между желаемым уровнем будущего и уровнем существующей реальности, его временная перспектива противоположна той, речь о которой шла выше, а именно удовлетворенности имеющимся статус-кво. Но сама значимость той отдаленной цели, которую человек столь серьезно воспринимает, сам факт того, что наличная ситуация чрезвычайно неудовлетворительна, мешает ему трезво оценивать актуальную структуру ситуации и реалистично планировать те незамедлительные шаги, которые следует предпринять для достижения этой цели. Тому, кто впервые сталкивается с проблемами, связанными с новым масштабом временной перспективы, поначалу сложно отличить циника (считающего, что цель оправдывает средства) от человека высокого морального духа, серьезно относящегося к своим целям и готового предпринимать определенные усилия для того, чтобы изменить существующее положение вещей. ДВА ТИПА ДЕТЕРМИНАЦИИ ДЕЙСТВИЙ Убеждение в том, что определенное действие приведет человека к той цели, которой он намерен достичь, а не в обратном направлении, частично основано на том, 1 См. послесловие к этой главе.
Конфликты в контактных группах 265 что принято называть техническим знанием. Но поскольку знание человека всегда носит ограниченный характер, его действия всегда отчасти базируются на определенного рода «вере». Существует множество типов этой веры, с которыми связан принцип реалистичности морального духа. Назову лишь два из них. Нужды современной войны заставляют армии обеспечивать определенную степень независимости частной жизни личности. Мы можем сказать, что в некоторых аспектах армия нацистской Германии демонстрирует большую демократию в статусных отношениях между офицерами и солдатами, чем это практиковалось ранее в армии кайзера. Однако, в целом и в особенности в том, что касается гражданской жизни и гражданского образования, Гитлер создал отношения между лидером и массой, основанные на слепом подчинении, причем степень этого подчинения является неслыханной для современного мира, за исключением разве что некоторых монастырей. Так, после того, как Гитлер пришел к власти, воспитательницы детских садов получили инструкции никогда не объяснять ребенку приказаний, даже если он не понимает их причин, поскольку ребенок должен научиться слепому подчинению. «Есть множество вещей, которые можно простить, и неважно, какое зло они несут. Но нелояльность фюреру нельзя простить ни при каких условиях». В такой атмосфере вера в то, что чье-то действие осуществляется в правильном направлении, основывается главным образом, если не исключительно, на доверии к лидеру. Область, в которой разрешено самостоятельное принятие решений, крайне мала; она более или менее ограничена выполнением непосредственно следующего этапа реализации действий. Слепое подчинение означает отказ от формирования собственного мнения, касающегося всех важных областей жизни, которое было нормой в Германии до тех пор, пока к власти не пришел Гитлер, и которое (правда, в значительно большем объеме)
266 Конфликты в контактных группах является одним из традиционно признаваемых гражданских прав в Соединенных Штатах. И отнюдь не случайно, что борьба против разума с последующим замещением разума чувствами была одним из наиболее бесспорных симптомов политически реакционных движений во все исторические эпохи. Признание разума означает принятие веских аргументов независимо от их источника; оно означает основополагающее равенство всех людей. В авторитарном обществе только лидер должен обладать информацией; при демократическом устройстве общественное планирование деятельности может существовать лишь там, где все люди, участвующие в определении целей, имеют реалистичное представление об актуальной ситуации. Иными словами, ориентация на правду, готовность предоставить людям информацию о сложностях имеющейся ситуации и возможных ошибках является не следствием абстрактной «любви к правде», а политической необходимостью. И именно в этом кроется одна из ключевых особенностей демократической морали, которая, безусловно, способна победить мораль авторитарную. Гораздо более стабильную основу для высокого морального духа предлагает не вера в способности лидера, а сама по себе правда. ПОСЛЕСЛОВИЕ Эта статья была написана до 7 декабря 1941 года; сейчас мы находимся в состоянии войны. Влияние ее на моральный дух нации было незамедлительным и чрезвычайным — и это подтверждает некоторые из предложенных нами тезисов. Нападение на Пирл-Харбор показало, что Япония представляет собой гораздо более серьезную угрозу, чем многие предполагали. Но ощущение увеличивающейся и приближающейся опасности скорее возвысило моральный дух, чем сломило его, а это под-
Конфликты в контактных группах 267 держивает наше мнение о том, что моральное состояние изменяется не столько параллельно, сколько вопреки степени сложности ситуации, по крайней мере до тех пор, пока есть стремление к реализации определенных планов. Нападение на нашу страну за одну ночь изменило наши представления — война более не является некоей туманной возможностью, она стала реальностью. И хотя студентка колледжа, о которой я уже упоминал, все еще далека от полного осознания того, что такое война, война теперь не является чем-то непонятным «там, в Европе». Она — здесь. И поскольку мы вступили в войну, желание победить стало нашей ясной и несомненной целью. До 7 декабря то, что было реальностью для одного, подвергалось сомнению вторым и воспринималось третьим как немыслимая нелепость. Теперь же ситуация прояснилась. Бесчисленные конфликты — как среди различных групп населения, так и внутри отдельной личности — изменили определенные ранее аспекты временной перспективы. Существование в этой новой и ясной ситуации означает, что некоторые базовые цели и необходимые действия «предопределены». В подобной ситуации нет нужды в специальных усилиях по поддержанию высокого морального духа. Комбинация очевидных целей, веры в окончательный успех и реалистичного подхода к огромным трудностям — все это само по себе и есть высокий моральный дух. Человек, предпринимающий все усилия и готовый к большому риску ради достижения значимых целей, не считает, что он совершает какую-то жертву; напротив, он чувствует естественность всех своих поступков. Когда основное решение уже принято, часто случается так, что человек или группа людей будут демонстрировать высокий моральный дух в новых обстоятельствах вследствие осознания целей своей деятельности в общем. Однако по мере осуществления усилий, как правило, возникает и становится
268 Конфликты в контактных группах крайне актуальным множество мелких проблем и сложностей. Существует опасность того, что группа, начавшая работу с энтузиазмом, может растерять свой «порыв», когда ясность ситуации в момент принятия решения затуманится множеством деталей, проблем и непосредственных препятствий. Моральный дух группы во время осуществления длительной попытки решения проблемы весьма сильно зависит от того, насколько ясными остаются в сознании ее членов общая задача и окончательная цель. В течение последующих месяцев и лет моральный дух гражданского населения, скорее всего, будет в огромной степени зависеть от ясности и значимости наших военных целей, а также от того, насколько эти цели будут приняты каждым отдельным человеком.
8 РАЗРЕШЕНИЕ ЗАТЯЖНОГО ПРОИЗВОДСТВЕННОГО КОНФЛИКТА (1944) Цель, которую преследуют авторы, представляя вниманию читателей изложение конкретных эпизодов из своей практики, состоит в том, чтобы описать и проанализировать частные случаи. Анализ такого рода крайне редко может быть использован как доказательство теории. Однако с его помощью можно проиллюстрировать взаимозависимость некоторых скрытых факторов и раскрыть сущность некоторых общих проблем. Предлагаемое вашему вниманию исследование конфликта на швейной фабрике представляет собой иллюстрацию некоторых аспектов групповой динамики и их теоретическую интерпретацию. Речь пойдет о затяжном конфликте, который периодически разгорался с новой силой, но каждый раз тем или иным образом улаживался. Эта история — часть обширного исследования, предпринятого Алексом Бэйвласом, и она представлена в
270 Конфликты в контактных группах том виде, как была написана им самим, а именно как последовательность актов, каждый из которых состоял из нескольких сцен. Персонажи: Паулсон, механик; Сулинда, мастер; Эланби, директор; Бэйвлас, психолог и рассказчик; швеи-мотористки. Обстановка: фабрика, в штате которой состоят около 170 швей, пять уборщиц, один мастер и один механик. АКТ I. Сцена 1 Однажды после обеда, когда я возвращался в свой офис, я случайно заглянул в кабинет директора и увидел Паулсона и Сулинду, стоявших у его стола. Все трое выглядели враждебно настроенными, и я предположил, что что-то случилось. И меня не удивило, что Эланби почти сразу вызвал меня к себе. «Вы тот самый человек, которого мы ждали», — были его первые слова; двое других выглядели при этом смущенными. Я сделал какое-то шутливое замечание и закурил сигарету, чтобы выиграть время. Я предложил сигареты присутствующим, но взял только директор, остальные отказались. Я присел на краешек его стола, но и это не улучшило ту тягостную атмосферу, которая царила в кабинете. «Ну, и что же происходит?» — спросил я у директора. Мне нужна была информация о том, что случилось, но я не рискнул спрашивать Паулсона или Сулинду, потому что они казались весьма взвинченными, и поэтому адресовал свой вопрос ему, АКТ I. Сцена 1 Эланби объяснил, что у Паулсона и Сулинды возникли некоторые проблемы, поскольку они не смогли сойтись во мнении относительно того, какие машины следует отремонтировать в первую очередь, а одна из швей
Конфликты 6 контактных группах 271 еще подлила масла в огонь, насплетничав им друг про друга. Пока директор рассказывал, глаза Сулинды увлажнились, и я с удивлением отметил, что и Паулсон был близок к тому, чтобы заплакать. Я сказал, что такое поведение работниц довольно обычно, и описал сходный случай, который был в моей практике, когда я работал на другой фабрике. Я подчеркнул, что не так уж важно, что и кем было сказано во время спора, важнее то, что такие слова могут обидеть людей, принимающих это слишком близко к сердцу. Я сказал, что любая сплетня так меняется в ходе многочисленных пересказов, что нет никакой надежды выяснить, что же имел в виду первый рассказчик. Затем я взглянул на часы и сказал, что у меня назначена встреча с одной из швей, и я должен немедленно на нее пойти, но это займет всего лишь несколько минут, и я хотел бы более подробно обсудить этот вопрос с каждым из них и с девушкой, которая любила посплетничать. Я пытался создать у них впечатление, что я считаю сплетницу источником всех проблем. АКТ I. Сцена 3 Повернувшись к Сулинде, я спросил ее, найдется ли у нее время зайти ко мне сразу после окончания моей «встречи»; если же она занята, не могу ли я увидеть ее позже этим вечером. Я добавил, что, насколько я знаю, ее сейчас ждут наверху. Она сказала, что может зайти ко мне в любое время, и мы договорились, что встретимся сразу после моей встречи со швеей. Затем я обратился к Паулсону и спросил его, могу ли я поговорить с ним в его мастерской. Он сказал, что это было бы лучше всего. Акт I. Сцена 4 Я поднялся в цех вместе с Сулиндой. Она начала с того, что ее злит тот факт, что Паулсон сочиняет про нее всякие небылицы и что девушка пытается выста-
272 Конфликты в контактных группах вить сплетницей ее саму. Я ответил, что понимаю, что она сейчас чувствует, потому что и сам оказывался в подобной ситуации; к тому же мне хорошо известно, как неправильно может быть истолкована любая ситуация. И чтобы избежать развития разговора в этом направлении, я отправился на свою «встречу». АКТ I. Сцена 5 В течение следующих нескольких минут я разговаривал с директором, у которого не было больше никакой информации об этом инциденте; он сказал мне, что я пришел как раз в тот момент, когда Су- линда была готова «хлопнуть дверью», да и Паул- сон говорил, что больше не намерен здесь работать. Эланби надеялся, что мне удастся исправить положение; он сказал, что вообще-то такие стычки между ними случаются нередко, но в этот раз дело обстоит хуже, чем обычно. По его мнению, проблема возникла из-за того, что Паулсон слишком независим, а Сулинда слишком быстро выходит из себя - и к тому же они всегда недолюбливали друг друга. [Читатель, возможно, уже заметил, что психологу довольно быстро удалось развести Паулсона и Сулинду в разные стороны, отправив одного в мастерскую, а вторую — в цех.] АКТ II В разговоре со мной Сулинда описала ситуацию следующим образом. Паулсон — не такой уж квалифицированный механик. Иногда он не может понять, в чем состоит неисправность машины, он только тянет время и, в конечном счете, машина так и не работает. Он обвиняет работниц в том, что они неправильно обращаются с машинами, или говорит, что материал некачественный, или придумывает еще какие- нибудь отговорки.
Конфликты 6 контактных группах 273 Как сказала Сулинда, днем к ней подошла одна девушка и сказала, что Паулсон отказывается настраивать ее машину. Сулинда пошла к Паулсону и сказала ему, что он должен выполнять свою работу и что девушка рассказала ей о том, что он отказывается заниматься своими обязанностями. Паулсон пошел к девушке и спросил ее, почему она сказала Сулинде, что он отказался настраивать ее машину, хотя на самом деле он сказал, что займется ею чуть позже. Девушка ответила, что она вообще ничего такого Сулинде не говорила и что та лжет. После этого Паулсон и девушка пошли к Сулинде и спросили, почему она сказала Паулсону неправду. Сулинда схватила халат и отправилась к директору с заявлением об уходе. Эланби выслушал ее рассказ и вызвал Паулсона. [Девушки, работавшие под началом Сулинды, зависели главным образом от нее, но в том, что касается ремонта машин, они зависели и от Паулсона. И именно проблема властных полномочий Сулинды и Паулсона обусловила то, какое значение придавалось неправде. Для Сулинды обвинение во лжи означало потерю лица и могло значительно ослабить ее положение среди работниц. Кроме того, Сулинду особенно огорчил тот факт, что девушка восприняла как «ложь» поступок Сулинды, который она совершила для блага самой этой девушки; она хотела, чтобы девушка не теряла времени и зарплату в ожидании того, когда будет отлажена ее машина. Для Паулсона основная проблема заключалась в угрозе его честному имени, его властной позиции по отношению к работницам, а также его статусу, который был столь же высоким, как и у Сулинды.] АКТ III. Сцена 1 Я начал с того, что задал Сулинде ряд вопросов о том, как часто случаются поломки оборудования, почему некоторые машины ломаются чаще, чем дру-
274 Конфликты в контактных группах гие, и т. д. В ходе разговора стало понятно, что нагрузка Паулсона была очень большой, ведь ему приходилось постоянно следить за 170 машинами. Сулинда согласилась с тем, что если бы у него было больше времени и его не так часто отвлекали бы от работы, значительная часть источников раздражения была бы устранена. Я спросил, не кажется ли ей целесообразным опросить работниц, чтобы узнать, что они думают об этой проблеме. Она согласилась с тем, что мне следует поговорить с ними, потому что некоторые девушки постоянно жалуются на такую ситуацию и склоняют на свою сторону всех остальных, Я сказал Сулинде, что займусь этой проблемой, и спросил, хочет ли она узнать результаты моего опроса. Она сказала, что хотела бы быть в курсе. Я закончил разговор замечанием о том, что она совершенно верно определила одну из причин натянутых отношений между механиком и девушками, отнеся ее на счет напряженного графика работы механика, и похвалил ее за столь объективное мнение о существующей проблеме. АКТ III. Сцена 2 Затем я отправился разговаривать с Паулсоном. Он начал с того, что рассказал, как тяжело ему работать, что у него только две руки и что он не может чинить две машины одновременно. Я попытался разрядить обстановку парой шутливых замечаний, и Па- улсон пришел к выводу о том, что самые большие проблемы — нетерпеливость девушек и недостаток времени. Он тоже был согласен с тем, что мне следует поговорить с девушками и что было бы полезно узнать их мнение по этому поводу. Его особенно интересовало, что они думают о нем как о человеке. [Разговор с механиком развивался по такому же сценарию, что и разговор с мастером. Как и Сулинда, Паулсон рассматривал ситуацию в терминах «прав—
Конфликты в контактных группах 275 не прав». Он считал, что не права в данном случае Сулинда. И опять психологу удалось обратить внимание Паулсона на объективные характеристики ситуации. Был сделан акцент на нехватке у механика рабочего времени, и в этом случае особое внимание было уделено естественному недовольству девушек. Эта попытка изменить восприятие ситуации путем «интервью о действиях» (в противоположность «интервью по сбору фактов») может быть расценена как основной элемент решения проблемы. Вследствие переориентации внимания Сулинды и Паулсона с личных эмоциональных отношений в область объективных фактов, жизненное пространство этих людей, определявшее их поступки, стало более схожим, хотя сами по себе эти двое еще не осознавали сходства своих позиций. Следует упомянуть еще несколько моментов: 1. Психолог не пытался переструктурировать взгляды Сулинды и Паулсона, предлагая их вниманию какие-то факты, хотя подобное «вмешательство» в когнитивные структуры в принципе было возможно. Вместо этого Паулсону и Сулинде помогли взглянуть на объективную ситуацию и тем самым «принять» ее, расценив как «факт». Однако в случае с Сулиндой эта уловка сработала не совсем эффективно. 2. Уделяя особое внимание властным отношениям, психолог постарался заручиться согласием Сулинды на разговор с девушками от ее имени. Сулинда была довольна этим предложением, поскольку некоторые девушки создавали определенные проблемы, угрожая тем самым и ее позиции. И мы можем отметить определенный прогресс в ряде отношений. Бэйвлас обратился к девушкам при полной поддержке мастера. Спросив Сулинду о том, хочет ли она узнать результаты его разговора, он подготовил следующий шаг работы. Это действие носило характер совместного начинания и способствовало установлению хороших отношений между Бэйвласом и Сулиндой. Тем самым Сулинда была активно вовлечена в планирование действий и поэтому
276 Конфликты в контактных группах с большей готовностью могла идентифицироваться с тем решением, которое было предложено позже. 3. Та же самая процедура была осуществлена и в разговоре с Паулсоном, хотя и с некоторыми вариациями. Бэйвлас уделил особое внимание личным мотивам Паулсона. К примеру, Бэйвлас безоговорочно принял желание Паулсона узнать, нравится ли он девушкам. Поскольку психолог сумел наладить совместную работу и с механиком, и с мастером, они стали участниками одного и того же плана, хотя на этой стадии лишь номинально и без принятия совместного решения.] АКТ III. Сцена 3 Затем я пригласил каждую из работниц для короткого интервью. Я спросил их, не кажется ли им, что ремонту машин на фабрике уделяется недостаточное внимание. Все они согласились с тем, что Паулсон вполне годится для этой работы, но он слишком перегружен, чтобы все успевать. Я спросил каждую из девушек, стоит ли собрать вместе тех девушек, у которых чаще всего возникают проблемы с оборудованием, и посмотреть, что можно сделать, чтобы уменьшить время, которое они теряют в ожидании ремонта. Все они горячо поддержали эту идею. АКТ IV. Сцена 1 Девушки были собраны в группу, и я рассказал им суть проблемы. Все они, как ранее Сулинда и Паулсон, согласились с тем, что иногда, а именно в тех случаях, когда ломаются сразу несколько машин, ощущается недостаточность ремонтных услуг. Поскольку было маловероятно, что будет принят на работу еще один механик (фабрике с трудом удалось получить отсрочку от армии для одного только Паулсона), вопрос заключался в том, как наиболее эффективно использовать возможности Паулсона. Я
Конфликты в контактных группах 277 организовал обсуждение того, каким образом можно поступить в каждой из следующих ситуаций: когда ломается одна машина; когда одновременно ломаются две машины, причем поломка одной из них причиняет больший ущерб, поскольку мешает работе нескольких девушек; когда ломается несколько машин сразу и ремонт одной из них признается самым важным. В результате обсуждения группа работниц выработала следующий план: 1) если машины одинаково важны для производственного процесса, правило должно быть таким: «заявка на ремонт поступила первой — первой эта машина и будет отремонтирована»; 2) если какая- либо машина более важна, чем другие, ее следует чинить в первую очередь; 3) этот план будет представлен Паул- сону и Сулинде, и я сообщу группе, что они сказали. [Таким образом, результаты работы, проделанной психологом, могут быть представлены следующим образом: ♦ Механик и мастер, которые были близки к тому, чтобы попросить расчет, остались на фабрике. ♦ Восприятие ситуации всеми тремя сторонами: механиком, мастером и наиболее важной, активной группой, а именно работницами, которых прежде более всего занимали вопросы «лжи» и престижа, — было переориентировано на анализ объективных сложностей производственного процесса. ♦ Без организации непосредственного контакта между тремя сторонами был установлен тот факт, что все они имеют приблизительно сходное представление о сложностях производства. ♦ Все заинтересованные лица свободно и независимо выразили свое согласие с намеченными действиями. ♦ Контакт всех трех сторон с психологом был хорошим и дружественным. Процедура, которой воспользовался психолог, основывалась на той гипотезе, что постоянный конфликт хотя бы отчасти должен являться следствием
278 Конфликты в контактных группах плохой организации производственного процесса. Таким образом, для того чтобы принять верное решение, необходимо было выявить источник проблем, реалистично и достаточно глубоко проанализировав процесс выпуска продукции. Группа, занимающая самую низкую ступеньку в фабричной иерархии, послужила основой для выявления фактов, возможно, вследствие того, что швеи были самым непосредственным образом вовлечены в процесс и лучше других представляли себе, по крайней мере, некоторые аспекты проблемы. И опять же, поскольку работницы были самым низшим звеном иерархии фабрики, каждое правило, вводимое руководителями, и даже точка зрения, представленная им как «факт», скорее всего, была бы воспринята работницами как навязывание чужой воли. Чтобы добиться их искреннего соучастия в осуществлении планов, лучше всего было начать с подробного выяснения фактов, и было столь же необходимо, чтобы исходные предложения, касающиеся новых правил производственного процесса, были выработаны самими работницами. Не все швеи, а только те, кто проявлял самое большое недовольство, были приглашены к разговору. Это может показаться странным, если мы будем исходить из предположения о том, что те швеи, которые менее всех склонны раздувать проблему, скорее всего, будут предлагать более объективную картину ситуации. Наиболее проблемные работницы стали объектом исследования потому, что они представляли огромную важность для групповой динамики на фабрике. Более того, если бы те швеи, которые не были источником проблем, приняли участие в выработке исходного решения, то жалобщики, скорее всего, стали бы сопротивляться этому решению, поскольку чувствовали бы, что их сначала изолировали от принятия решения, а затем это решение им навязали. Психолог как лидер дискуссионной группы представил существующую проблему как объективную фазу
Конфликты в контактных группах 279 рабочего процесса. Тот факт, что ему с легкостью удалось привлечь внимание группы к этому аспекту ситуации, показывает, что предварительные интервью способствовали эффективному развитию событий. В ходе групповой дискуссии было выявлено, что существующие затруднения представляют собой одну из составляющих проблемы производства. То, что эти факты всплыли в групповом обсуждении, а не в индивидуальных интервью, дало некоторое количество дополнительных преимуществ. Как правило, в результате групповой дискуссии вырисовывается более объективная и подробная картина ситуации. Атмосфера открытости, которая может возникнуть в ходе группового обсуждения, в противоположность обстановке секретности, характерной для индивидуальных интервью, является весьма важным фактором, обусловливающим готовность к сотрудничеству. Предполагалось, что правила, сформулированные в результате обсуждения, будут способствовать разрешению объективной производственной проблемы. Безличные факты в большей степени, чем властные конфликты, детерминируют действия, предпринимаемые в определенных ситуациях. Эти правила аналогичны тем, которые могли бы быть предложены администрацией фабрики для достижения максимальных результатов. Психолог мог бы спросить девушек, какая последовательность ремонта и наладки машин была бы оптимальной для производственного процесса. Вполне возможно, что девушки предложили бы те же самые правила, но при этом они чувствовали бы, что делают что-то «для Хозяина», ими двигало бы «великодушие» или патриотизм. Психолог не пошел таким путем, он просто попросил работниц прийти к справедливому решению. Это касалось проблемы взаимоотношений между девушками и, поскольку подразумевало еще и снижение заработка в результате простоя, было тесно связано с их личными интересами. Следует отметить, что справедливость как руководящий принцип, лежащий в основе пра-
280 Конфликты в контактных группах вил социального поведения в группе, несомненно, является одним их самых сильных мотивов американской культуры. Поскольку эти правила были выработаны самими работницами, их принятие было легким и согласованным. Остаются две проблемы: во-первых, принятие выработанных правил остальными швеями и руководством цеха: Сулиндой и Паулсоном; во-вторых, определение тех лиц, которые будут нести ответственность за выполнение этих правил.] АКТ IV. Сцена 2 Я рассказал Паулсону о результатах встречи с группой, особо подчеркнув тот факт, что девушки ничего не имеют против него лично и что, напротив, они понимают, что существующая нагрузка не по силам одному-единственному механику. Я показал ему план, выработанный девушками, и он сказал, что это как раз то, чего он хочет, если только «каждый» перестанет им командовать. Я сказал ему, что он вовсе не должен принимать решение о том, какая из машин более важна в тот или иной момент. Он механик, и ему совершенно не нужно брать на себя еще и эту ответственность. С этим он горячо согласился. Я предположил, что ответственность за такого рода решения должна взять на себя Сулинда, и если девушки будут не согласны с предлагаемой последовательностью ремонта, им придется выяснять отношения с нею. С этим он также согласился, но выразил сомнение в том, что Сулинде это понравится. Я сказал ему, что собираюсь встретиться с ней и что мне кажется, что она будет только рада такому решению, если, конечно, он не будет расценивать ее действия как приказы. [Сначала психолог пошел к механику. Страхи Паул- сона исчезли, когда психолог в самом начале разговора подчеркнул, что девушки ничего против него не имеют. Это улучшило настроение Паулсона и обеспечило его
Конфликты 6 контактных группах 281 готовность к объективному анализу ситуации. В такой атмосфере договариваться было гораздо проще. Вторая часть разговора свелась к попытке психолога предложить долгосрочное разрешение этого конфликта. Эффективное решение проблемы предполагало подход к ситуации с точки зрения производительности труда. Кроме того, конфликтующие стороны приняли бы во внимание объективные факторы и тем самым вышли из затяжного конфликта. В нашем случае источником конфликта было нечеткое разделение функций, связанных с обеспечением ремонта оборудования. Теперь же правила были установлены и обязанности распределены. Психолог чувствовал, что единственно разумным и эффективным решением было бы сделать Сулинду ответственной за определение последовательности ремонта машин, поскольку именно в ее обязанности (а не в обязанности механика) входит обеспечение максимальной производительности работы. То, как Бэйвлас представлял проблему механику, очень напоминало то, как он вел себя в предыдущей сцене с работницами: существующее положение вещей было представлено совершенно объективно, но акцент был сделан на тех его аспектах, которые были непосредственно связаны с психологической ситуацией вовлеченной в конфликт личности; тем самым была сформирована устойчивая положительная мотивация. Психолог предпочел говорить не о разграничении властных полномочий, а о том, как можно избавить механика от принятия тех решений и той ответственности, которые в общем-то и не входили в сферу его компетенции. У нас не останется сомнений в том, что подобный подход был верен и реалистичен, если мы более глубоко проанализируем ситуацию, с которой сталкивался механик в том случае, когда ремонт требовался нескольким машинам одновременно. Для Па- улсона мастерская — это довольно приятное место, это его убежище, где в работе он сам себе началь-
282 Конфликты в контактных группах ник. Он пытается оставаться в мастерской как можно дольше. Когда же ему приходится выходить в цех для ремонта оборудования, он там чужак, вдобавок попадающий под власть мастера. Если не в порядке, например, сразу три машины, механик сталкивается с конфликтной ситуацией, поскольку ему приходится иметь дело с тремя силами, соответствующими его желанию починить все три машины. И все три силы действуют в совершенно разных направлениях. В этих разных направлениях действуют и параллельные силы, источником которых являются разные работницы; причем мощность каждой из сил зависит еще и от степени вздорности и крикливости той или иной швеи. Кроме того, существует и сила, индуцированная Су- линдой, причем она может либо заставить Паулсона угадывать ее желания, либо четко выразить свое мнение на сей счет. Подобные обстоятельства типичны для ситуации принятия решения, и для нее характерны две причины возникновения большого эмоционального напряжения: а) силы, препятствующие принятию решения, довольно велики, поскольку любое неверное решение с большой вероятностью приведет к конфликту между механиком и мастером; б) когнитивная структура поля нарушена, поскольку механик не знает, какая очередность ремонта машин поставит его в более затруднительное положение. Совокупность этих факторов делает ситуацию принятия решения более неприятной для Паулсона, поскольку негативной валентностью характеризуется не только непосредственный момент принятия решения, но и сам факт пребывания в цеху. И, следовательно, механик с большой охотой примет любой план, который давал бы ему надежду на то, что ему удастся избавиться от этой травмирующей ситуации. Можно отметить, что подобным образом спланированное психологом представление проблемы Паулсону было нацелено на то, чтобы склонить механика к согласию (и вынудить подчиниться влас-
Конфликты в контактных группах 283 ти мастера). То, как психолог представлял ситуацию, полностью соответствовало реальным фактам. Новый план предполагал установление фиксированных и общих для всех правил, имеющих под собой объективные основания и касающихся того, что должно быть сделано. К тому же должен быть указан человек, который в каждой конкретной ситуации будет определять порядок действий. Кому-то придется принимать решения в том случае, когда будут возникать сомнения в том, какая последовательность ремонта оборудования приведет к наименьшей потере времени. Но все это входит в компетенцию мастера. Она не может безапелляционно диктовать механику, что он должен делать. Фактически, она не может отдавать ему распоряжения. Все, что она может, это сообщать ему необходимую информацию относительно того, какова относительная важность той или иной машины для производственного процесса. На основе этой информации он будет готов следовать тем правилам, относительно которых существует общая договоренность. В заключение разговора психолог специально подчеркнул этот факт, чтобы избежать неправильной интерпретации предложения, которая нанесла бы ущерб гордости механика. Основное содержание данной сцены — это постепенное принятие механиком нового плана действий. Его сомнения в том, что Сулинда согласится с этим планом, еще раз доказывают, что напряжение между ними существует. Кроме того, они свидетельствуют и о том, что он не чувствует себя проигравшей стороной на этих переговорах.] АКТ IV. Сцена 3 Я показал план работниц Сулинде, и она решила, что точно так и должно быть, добавив, что именно это она и пыталась сделать, но Паулсону невозможно ничего объяснить. Я сказал, что Паулсон готов
284 Конфликты в контактных группах принимать ее решения относительно приоритетов в починке оборудования. Я также сделал акцент на том, что и девушки готовы работать с учетом этих правил. Она согласилась попробовать, однако по-прежнему была настроена довольно скептически. [Разговор с Сулиндой развивался по тому же сценарию, что и разговор с Паулсоном. Она с готовностью приняла план, как если бы и раньше хотела чего- то подобного. Она не могла поверить в, то, что Паул- сон готов принимать к сведению ее «решения о приоритетах»; это свидетельствовало о том, что она не хочет чувствовать себя лишенной власти. С другой стороны, психолог дал понять, что ее компетенция будет ограничена принятием решения об оптимальной последовательности ремонта оборудования.] АКТ IV. Сцены 4-6 Сцена 4. Я сказал Паулсону, что Сулинде понравился план и что она готова следовать ему. Сцена 5. Затем я снова собрал девушек на короткую встречу, в ходе которой мы еще раз обсудили план и тщательно разработали процедуру его выполнения. Сцена 6. После этого я сообщил Сулинде и Паулсону, что разработка плана завершена, что он начинает претворяться в жизнь и что появление новых идей на этот счет всеми приветствуется. [Последние сцены очень коротки. Каждая из сторон: механик, мастер и швеи-мотористки — проинформирована о согласии двух других сторон с принятым решением, а также о том, что оно незамедлительно вступает в силу. Психолог особо подчеркнул свою готовность рассмотреть любые новые идеи, что создало своего рода клапан безопасности для последующего внесения в план каких-то необходимых изменений.]
Конфликты в контактных группах 285 ЭПИЛОГ Спустя несколько недель Эланби спросил меня, не замечаю ли я каких-нибудь изменений в Паулсоне. Я сказал, что нет. Он объяснил, что у Паулсона, кажется, стало гораздо меньше работы и гораздо больше времени для того, чтобы слоняться по заводу. Его отношения с Сулиндой стали хорошими, и между девушками тоже больше не возникает никаких конфликтов. Неделю спустя Паулсон по своей собственной инициативе установил на фабрике громкоговорители и два раза в день устраивал музыкальные трансляции. Это всем понравилось, и отношения между сотрудниками стали еще более благоприятными. Через три месяца после этого инцидента — и надо отметить, что за все это время никаких проблем больше не возникало, — сторонний наблюдатель провел интервью с механиком. Вот отчет об этом интервью. Паулсон сказал, что у него стало на треть меньше работы; если раньше у него было от 15 до 20 вызовов в день, то теперь их около 10. Уменьшение объема работ произошло главным образом за счет снижения количества мелких поломок; что касается серьезных неполадок, то их осталось приблизительно столько же. Он списывал чрезмерное количество незначительных вызовов в прошлом на счет «раздражения» — «девушкам просто хотелось создавать проблемы». Паулсон также отметил, что и раздражения по поводу действий Сулинды тоже стало меньше. Когда его спросили, почему это стало возможно, он ответил: «Я думаю, это во многом благодаря музыке», имея в виду те громкоговорители, которые он установил. Это сделало девушек более дружелюбными. Также оказалась полезной и помощь Бэйвласа. Он поговорил с некоторыми девушками, представил им точку зрения Сулинды и объяснил, чего им следует ожидать и что предпринимать.
286 Конфликты в контактных группах Одно изменение помогло значительно уменьшить общее раздражение. Почему-то сначала создалось впечатление, что Сулинда и Паулсон — злейшие враги, хотя в действительности вне работы они были лучшими друзьями. Ситуацию на фабрике он описал так: «Ну, мы препирались по пустякам, как и все, но не придавали этому значения. Но у них создалось впечатление, что мы просто ненавидим друг друга». Кроме того, и некоторые девушки подливали масла в огонь. Когда же всем стало ясно, что между Сулиндой и Паулсоном нет вражды, девушки осознали, что сплетни их больше не задевают, и общее раздражение уменьшилось. Итак, короткое вмешательство психолога действительно разрешило затяжной конфликт. В прежде враждующем треугольнике, состоящем из механика, мастера и работниц, установились хорошие отношения. И это неожиданно привело к снижению объема ремонтных работ на фабрике. По всей вероятности, ведущие принципы, которые лежали в основе действий психолога, можно обобщить следующим образом: реальные условия высокой производительности труда должны обеспечиваться таким образом, который не противоречил бы природе групповой динамики. Для устойчивого разрешения этого конфликта недостаточно лишь установления дружеских отношений. Описанный конфликт является следствием производственной ситуации, когнитивная составляющая которой была ясна не до конца, четкое разграничение полномочий сторон было невозможным. Процедура разрешения этого конфликта в равной степени должна была учитывать и производственные требования, и проблему социальных отношений. Что касается деталей, to здесь можно отметить следующее. Работу на фабрике можно рассматривать как процесс, скорость которого определяется соотношением сил, побуждающих и замедляющих его.
Конфликты в контактных группах 287 Производственный процесс осуществляется посредством разных «каналов», обусловленных спецификой физической и социальной среды, в частности, определенными правилами и представителями власти (администрацией). Для того чтобы повысить производительность труда, можно попытаться увеличить мощность побуждающих сил посредством определенной стимуляции либо давления, или же ослабить те силы, которые вызывают снижение производительности. Описанная выше процедура использует вторую возможность. Она предназначена для того, чтобы устранить определенные конфликты внутри группы и определенные психологические силы, воздействовавшие на центрального персонажа (механика), который отказывался прилагать должные усилия. Попытка долговременного улучшения основывается на изучении реальной ситуации, связанной с конкретным участком (ремонт оборудования) производственного канала. Благодаря выработке новых правил и инструкций производственные каналы были объективным образом модифицированы. Даже самый лучший план реорганизации производственных каналов не будет реализован, если он не подходит тем людям, которым приходится жить в этой среде и реагировать на ее изменения. Описанная нами процедура была спланирована на основе тщательного анализа закономерностей групповой динамики. И действительно, каждый этап работы был осуществлен с учетом этих закономерностей. Важно и то, что даже самый первый этап ознакомления с ситуацией, который в принципе можно было бы рассматривать не как социальный акт, а как экспертную, научную задачу, был сделан составной частью социальной процедуры. И одной из самых ярких особенностей данного случая (которая, по всей видимости, достаточно типична для методов, используемых этим психологом) является то, что объективное выяснение условий работы стала ключевой точкой предлагаемых изменений.
288 Конфликты в контактных группах Использование работниц как основных действующих лиц при выяснении обстоятельств конфликта было продиктовано тем, что они самым непосредственным образом связаны с производственным процессом. Если мы хотим создать общую атмосферу дружелюбия и сотрудничества, а не жесткую авторитарную систему, если мы хотим обеспечить успешное сотрудничество, то на первом этапе планирования должна быть задействована та группа, которая занимает самое низшее положение в иерархии, поскольку ее представители могут расценить любой другой способ принятия решения как попытку навязать им мнение руководства. С другой стороны, человек, обладающий властью (скажем, механик или мастер), не будет реагировать подобным образом, если его попросят одобрить план, разработанный его подчиненными, поскольку, располагая властными полномочиями, он может отвергнуть этот план. То, что в выяснении условий производственного процесса были задействованы не все работницы, может быть следствием описанных выше факторов. Может быть, и имело бы смысл подключить к делу и других работниц. Однако для адекватности выяснения обстоятельств и обеспечения сотрудничества среди швей-мотористок было достаточно задействовать лишь самую проблемную часть этой группы. Даже само установление интересующих исследователя фактов в работе такого типа предполагает анализ как производственного процесса, так и групповой динамики. Понятно, что «достаточно объективная» картина производственных взаимоотношений и проблем должна основываться на тщательном исследовании. Но столь же важно понимать и значение «субъективных» точек зрения заинтересованных сторон. Надо сказать, что установление фактов — это наилучший способ изменить восприятие ситуации отдельными людьми. Мы с достаточной степенью уверенности можем утверждать, что действия человека непосредственно зависят от того, как он воспринима-
Конфликты 6 контактных группах 289 ет ситуацию. И мы можем предположить следующее: влияние изменения идей или ценностей на действия человека зависит о того, изменилось ли его восприятие. Справедливость этой теории подтверждается опытом в самых разных областях, включая лечение заикания и психопатологию. Одной из основных характеристик этого метода является изменение действий вследствие трансформации восприятия. В данном случае, установление фактов совершенно сознательно было выбрано в качестве первого этапа работы. Знание фактов психологом или экспертом не оказывает никакого воздействия на ситуацию до тех пор, пока сами члены группы не примут эти данные «как факты». И именно в этом кроется основное преимущество выяснения фактов в ходе групповой работы. Совместное обсуждение фактов и разработка планов — это уже попытка совместного действия, открывающая путь к установлению атмосферы сотрудничества, открытости и уверенности в поставленных целях. И хотя механик и мастер сами не участвовали в групповой дискуссии работниц, психолог очень осторожно обеспечил их активную вовлеченность в процесс выяснения фактов и планирования деятельности. Мы уже подчеркивали тот факт, что групповые встречи нельзя воспринимать как панацею. Они должны быть тщательно спланированы с учетом психологической ситуации личности, причем сама личность на каждом этапе работы рассматривается с точки зрения своей позиции в группе. При учете личностного фактора следует иметь в виду два его аспекта. Во-первых, мотивация к изменению восприятия и действий должна быть, насколько это возможно, основана на реалистичном представлении данной личности о ситуации. Во-вторых, необходимо прило^ жить максимум усилий к тому, чтобы снизить эмоциональность участников на каждом этапе работы. При каждом удобном случае людей нужно хвалить, нужно минимизировать их тревогу и способствовать
290 Конфликты в контактных группах возникновению ощущения безопасности (Паулсон и работницы); необходимо прилагать все усилия к тому, чтобы человек представал перед окружающими в выгодном (но, тем не менее, реалистичном) свете. Как правило, снижение уровня эмоциональности осуществляется косвенным образом. Вспомним, к примеру, то, как вовлечение в конфликт одной работницы (проблема лжи) было деперсонализировано путем выявления проблемы группы работниц, провоцирующих появление конфликтных ситуаций. Очевидно, что посредством включения одной швеи в группу ей подобных проблема становится менее личностной и, в то же время, связывается с объективными групповыми проблемами. Стоит также отметить, что исходная проблема — а именно ложь и последовавшая за ней угроза ухода с фабрики механика и мастера — растворилась в воздухе еще до начала серьезной работы. По всей вероятности, с изменением восприятия ситуации, с переключением внимания от проблем власти к проблемам производства, вопрос о лжи, поначалу блокировавший нормальный ход производственного процесса, перестал быть «фактом». И это само по себе может рассматриваться как симптом того, насколько глубоки и реальны изменения в восприятии и в психологической ситуации всех вовлеченных в конфликт сторон.
Часть HI МЕЖГРУППОВЫЕ КОНФЛИКТЫ И ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ К ГРУППЕ
9 ПСИХО-СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ МЕНЬШИНСТВ (1935) Высокая чувствительность, проявляемая людьми к любым изменениям, которые могут повлиять на их безопасность, до некоторой степени может быть объяснена их страхами — они просто боятся не заработать себе на жизнь; и все же эта чувствительность, скорее всего, связана с чем-то еще более фундаментальным, чем страх голода. Каждое действие, предпринимаемое человеком, имеет свой собственный «фон» и этим фоном определяется. Утверждения или действия, которые могут быть вполне приемлемыми среди друзей, проводящих время в бассейне, будут совершенно неуместными и даже оскорбительными на званом обеде. Мышление, понимание, восприятие невозможны без соответствующего фонового основания, и значение любого события также напрямую зависит от этого фона. Эксперименты показали, насколько важен этот фон для любого акта восприятия. Также было установле-
Межгрупповые конфликты 293 но, что фон сам по себе редко осознается, поскольку основное внимание уделяется «фигуре» или «событию». Точно так же все действия человека обусловлены той ситуацией, в которой он существует. Уверенность его действий и ясность его решений в значительной степени зависят от стабильности той «почвы», на которой человек стоит, хотя сам он может и не осознавать ее особенностей. Каковы бы ни были поступки или желания человека, у него должна быть под ногами какая-то «почва». И человек весьма болезненно реагирует, когда эта «почва» уходит из-под его ног. Одной из наиболее существенных составляющих этой «почвы», на которой стоит человек, является социальная группа, к которой он принадлежит. Когда в семье растет ребенок, семейная группа зачастую и является его основной «почвой». Мы знаем, что нестабильность ситуации в детском возрасте приводит к нестабильности поведения взрослого человека. И если ребенок не уверен в принадлежности к своей группе, это приводит к возникновению серьезного конфликта. Каждый человек, как правило, в одно и то же время принадлежит к множеству групп. Например, человек может с экономической точки зрения принадлежать к верхушке среднего класса (Век); возможно, этот человек — преуспевающий торговец. Он может быть членом небольшой семьи (С), состоящей из трех человек, которая, в свою очередь, является частью большой семьи (Бе), проживающей в нескольких городах. Эта большая американская семья может быть третьим поколением ирландских иммигрантов (ИЗп). Что касается политических пристрастий, то этот человек может быть республиканцем (Р). Кроме этого, он может придерживаться католической веры и занимать лидирующую позицию в церковной общине. И, ко всему прочему, он может быть членом какого-то клуба (Кл). На рис 20 топологическим образом представлена социологическая ситуация: группы, к которым человек
294 Межгрупповые конфликты ^^-1 ~~* Рис. 20. Принадлежность человека к разным группам: А — личность; С — семья; Бс — большая семья; И — американец ирландского происхождения; In — первое поколение иммигрантов; 2п — второе поколение иммигрантов; Зп — третье поколение иммигрантов; Век — верхушка среднего класса; Р — республиканцы; Д — демократы; Со — социалисты; Кл — члены клуба принадлежит, изображены как области, частью которых он является. Различные группы, к которым принадлежит этот человек, могут соотноситься друг с другом одним из двух способов. Одна группа может быть подгруппой другой группы, как, например, в случае групп С и Бс, или же две группы будут частично перекрывать друг друга, как, например, группы Бс и Кл. На протяжении большей части своей жизни взрослый человек действует не столько как отдельная личность (Л), сколько как член социальных групп. Однако различные группы, к которым человек при-
Межгрупповые конфликты 295 надлежит, представляют для него различную важность в тот или иной момент времени. Иногда доминирующей является его принадлежность к одной группе, иногда — к другой. Он может, например, в одной ситуации чувствовать себя и поступать как член своей политической группы, при других обстоятельствах на первый план выйдет его принадлежность к семейной, религиозной или деловой группе. Как правило, в любой ситуации человек отдает себе отчет в том, к каким группам он принадлежит, а к каким нет. Он более или менее отчетливо представляет себе, где находится, и эта позиция в значительной степени определяет его поведение. И тем не менее, существуют отдельные случаи, когда принадлежность к той или иной группе вызывает у человека сомнения или кажется ему не вполне очевидной. Например, человек, пришедший на какое-то собрание, может на секунду засомневаться в том, принадлежит ли он к собравшейся группе. Или возьмем для примера не столь кратковременную ситуацию: новичок, вступивший в клуб, может в течение нескольких месяцев быть не вполне уверенным в том, что он окончательно принят. Такая неопределенность ситуации, неопределенность той «почвы», стоя на которой он действует, как правило, приводит к возникновению неопределенности и в поведений. Человек чувствует себя не в своей тарелке и посему становится застенчивым, заторможенным или же заходит в своих действиях слишком далеко. В обоих приведенных выше примерах неопределенность принадлежности вызывается тем, что человек пересек границу одной группы, вступив в другую (придя из внешней группы на собрание или в клуб). Существуют люди, чья целостная жизненная ситуация характеризуется такого рода неопределенностью принадлежности, приводящей к тому, что человек занимает позицию на границе группы. Это довольно типично, например, для нуворишей или других людей, пересекающих границы своего преж-
296 Межгрупповые конфликты него социального класса. Кроме того, это типично и для представителей любого религиозного или национального меньшинства, пытающихся примкнуть к большинству. Характерной особенностью лиц, пересекающих границу между социальными группами, является то, что они испытывают неопределенность не только в отношении принадлежности к группе, к которой они готовы присоединиться, но и в отношении принадлежности к той группе, которую они покидают. Это, к примеру, одна из самых больших теоретических и практических сложностей еврейской проблемы: представители еврейского народа довольно часто не уверены в том, что являются его частью. Они не уверены в том, действительно ли они принадлежат к еврейской группе, каким образом они к ней принадлежат и до какой степени. Одна из причин того, что человеку сложно понять, насколько и каким образом он принадлежит к еврейской группе, связана с общей тенденцией множественного пересечения групп, к которым человек принадлежит. Несомненно, что любой человек (и даже тот еврей, который отчетливо осознает свою национальную принадлежность) принадлежит одновременно ко многим социальным группам. Существует немало ситуаций, в которых на первый план выходит не национальная принадлежность человека, а его принадлежность к какой-то иной социальной группе. Как и в нашем примере с американцем ирландского происхождения, еврей, владеющий, например, магазином, нередко вынужден поступать как представитель своей деловой группы, как член определенной семьи, как член клуба. Он может, к примеру, как представитель конкретной семьи вступать в конфликт с представителем какой-либо другой еврейской семьи или же конфрон- тировать с другим евреем, принадлежащим к другой профессиональной группе. Существует естественная связь между спецификой той или иной ситуации и спецификой группы, кото-
Межгрупповые конфликты 297 рая определяет поведение человека в этой ситуации. В различных ситуациях будет доминировать чувство принадлежности к различным группам. Если человек всегда поступает только как представитель какой-то одной определенной группы, это, как правило, свидетельствует о своего рода личностном дисбалансе, поскольку человек попросту не способен к естественным и спонтанным реакциям на актуальную ситуацию. Он слишком сильно ощущает свою принадлежность к конкретной группе, и это является показателем дис- функциональности его отношения к этой группе. У некоторых евреев можно наблюдать такое поведение, которое является следствием именно этого преувеличенного осознания принадлежности к еврейской группе. Такой чрезмерный акцент —всего лишь одна из форм выражения того же самого типа отношения, которое у людей с другими личностными особенностями ведет к недостаточному акцентированию своей национальной принадлежности. Существуют люди, которые в тех ситуациях, где было бы совершенно естественным реагировать и поступать так, как это характерно для евреев, не делают этого; они подавляют или скрывают свою национальную принадлежность. Пересечение многих социальных групп, к которым принадлежит один и тот же человек, — одна из основных причин того, почему многие люди снова и снова не могут ответить самим себе на вопрос о том, нужно ли им поддерживать свое членство в еврейской группе. Они нередко думают, что более не принадлежат к этой группе, особенно если они пытаются избежать тех неприятностей, которые связаны с членством в ней. Среди представителей меньшинств или других социальных групп, находящихся в неблагоприятной позиции, существуют отдельные люди или подгруппы, которые очень хотят пересечь ту грань, которая отделяет их группу от других. Они надеются либо перейти эту границу самостоятельно, либо просто
298 Межгрупповые конфликты полностью ее разрушить. И в этом случае можно говорить о тенденции к «ассимиляции». Имеет смысл задаться вопросом о том, каким образом эта индивидуальная тенденция связана с групповой ситуацией и положением самого человека в этой группе. Поскольку евреи живут в диаспоре, еврейские группы во всех странах являются меньшинством с точки зрения численности населения. Это означает, что они представляют собой относительно небольшую составную часть общества. Более того, характер группы определяется жесткостью границ, которые отделяют эту группу от всех прочих. И, наконец, еще один важный параметр — это степень сходства или различия между группами. Жесткость и характер границ еврейской группы существенно менялись в ходе истории. В период существования гетто границы между еврейской и другими группами были отчетливыми и жесткими. Тот факт, что евреи тогда вынуждены были жить на ограниченных территориях либо в отдельных городах страны, либо в каких-то конкретных районах города, делало границы очевидными и несомненными для любого человека (рис. 21). По крайней мере в течение нескольких часов в сутки границы гетто препятствовали коммуникации евреев с другими социальными группами. Наряду с этими физическими ограничениями, существовали и социальные границы; и несмотря на то, что для некоторых отдельных людей или подгрупп они были чуть менее жесткими, в целом все же этот разрыв был глубок и со всей определенностью отмечался обеими сторонами: как евреями, так и представителями других групп. Одна из наиболее важных характеристик всей социальной жизни, как нам представляется, это степень того, что можно назвать «Пространством свободного движения». Границы гетто навязывали жесткие ограничения «физических локомоций» евреев. Столь же жесткие ограничения существовали и в отношении про-
Межгрупповые конфликты 299 Рис. 21. Наличие жестких границ во времена существования гетто: Е — еврейская группа; нЕ — нееврейская группа; Г — граница между еврейской и нееврейскими группами; К, Л, М, Н, О — географические территории или виды профессиональной деятельности странства «социальных локомоций». Существовало множество видов профессиональной деятельности, заниматься которыми евреям запрещалось; следовательно, если мы представим все возможные профессии как совокупность областей, то пространство свободных «социальных локомоций» евреев было ограничено лишь несколькими частями этой совокупности. Во времена гетто существовали следующие характеристики границ: 1. Еврейская группа была компактной как пространственно, так и социально. И поэтому можно представить эту группу как одну «связанную» область или несколько компактных областей, причем эти области крайне редко включали в себя какие-то инородные элементы. 2. Принадлежность к группе имела отчетливые индикаторы. Желтая эмблема, навязанная группе извне, или особенная форма поведения (либо специфическая манера одеваться и разговаривать), появив-
300 Межгрупповые конфликты шаяся во внутренней среде группы, делала любого еврея узнаваемым всеми. И поэтому ни у кого: ни у самих евреев, ни у представителей всех прочих групп — не возникало сомнений в принадлежности человека к еврейской группе. 3. Границы между еврейской и другими группами были жесткими и практически непреодолимыми. Как доказано множеством фактов, жесткость границ поддерживалась самой еврейской группой не меньше, чем группами по ту сторону границы. 4. Влияние ситуации на жизнь еврейской группы менялось в зависимости от социальных сил, действующих на группу. Жесткие ограничения пространства свободного движения создавали сильное напряжение как для группы в целом, так и для отдельных ее представителей. Экспериментальная психология располагает немалым количеством фактов, демонстрирующих уровень напряжения, возникающего при таких, сходных с тюремными, обстоятельствах. Если на группу оказывалось слишком сильное воздействие извне, то это могло привести к недостаточному ее развитию; данная закономерность подобна той, которую мы наблюдаем в случае чрезмерного давления на развитие детей. Такие изолированные группы, находящиеся под внешним давлением, как правило, крайне консервативны и даже иногда отстают в развитии. С другой стороны, этот консерватизм обеспечивает целостность группы. Имея представление о том, как жили евреи во времена существования гетто, мы можем в общих чертах сравнить с этой жизнью ситуацию еврейской группы, которая была характерна для Германии перед первой мировой войной. Положение евреев в довоенной Германии можно охарактеризовать следующим образом: 1. Еврейская группа уже не может рассматриваться как компактно проживающая. Евреев не заставляют жить в отдельных, предназначенных только для них районах. (Хотя верно и то, что даже в наше
Межгрупповые конфликты 301 Рис. 22. Отдельные части еврейской группы время они часто селятся в каком-то одном районе города.) И они более или менее рассредоточены по всей стране. Топологически мы можем представить эту группу состоящей из нескольких отдельных частей (рис. 22). Буквенные обозначения на этом рисунке аналогичны обозначениям на рисунке 21. Даже там, где еврейские семьи селятся в непосредственной близости друг от друга, еврейская область может включать в себя инородные группы. Эти области более не являются гомогенными. Если мы будем сравнивать этот период с временами существования гетто (см. рис. 21), то нам придется иметь дело с более рассредоточенной и менее компактной группой (рис. 22). Та же картина наблюдается и в отношении видов профессиональной деятельности. Вследствие семейных традиций и ряда других факторов, в Германии имела место ситуация, когда некоторые профессии оставались преимущественно еврейскими, хотя евреев можно было встретить среди представителей практически любой профессии. Топологическая структура профессионального поля представляет собой картину, аналогичную той, что мы наблюдали в отношении географического поля.
302 Межгрупповые конфликты 2. Менее тесные связи между частями группы и более широкое рассредоточение этих частей привели к изменению характера границ между еврейской и другими группами. После предоставления евреям большей свободы эта граница перестала быть границей, зафиксированной законом (то есть относительно жесткой, четко определенной и легко ощутимой); барьер между социальными группами стал гораздо менее очевидным и осязаемым. Граница, хотя и не перестала существовать, утратила значительную часть своей жесткости и конкретности. По крайней мере, для некоторых людей эта граница стала вполне преодолимой. 3. Аналогичным образом расширилось и пространство «социальных локомоций», связанное с социальными действиями. Хотя некоторые ограничения и были сохранены (в основном те, что навязывались извне), но в целом для евреев появилось гораздо больше возможностей в плане социальной активности. Давление на группу значительно ослабло. В результате произошел заметный скачок в культурном развитии: как и любая освободившаяся группа, евреи стали гораздо менее консервативными. Можно было наблюдать прогрессивные и даже радикальные тенденции со всеми сопутствующими достоинствами и недостатками. 4. Ослабление границ между группами и расширение этих границ всегда предполагает появление большего количества точек соприкосновения между данной и всеми прочими группами. В результате более тесного контакта различия между группами становятся менее выраженными. Принадлежность человека к группе больше не отмечается такими очевидными ярлыками, как, например, желтая эмблема. Также практически исчезают явные отличия в одежде и привычках. 5. С расширением пространства свободного движения и с ослаблением внешнего давления уровень напряжения еврейской группы, несомненно, уменьшился. Однако сколь странным ни показалось бы на первый взгляд, это снижение напряжения социальной
Межгрупповые конфликты 303 группы в действительности не сделало жизнь отдельных евреев более спокойной; напротив, в некоторых областях жизни напряжение только увеличилось. Этот парадоксальный факт представляет собой не только научную проблему, но также и один из элементов современного еврейского бытия, вызывающий крайнее беспокойство. Мы сможем лучше понять, что означает этот парадокс и почему он имеет место, если обратимся к анализу не всей еврейской группы, а отдельного человека, и попытаемся понять, какие силы влияют на него как на личность, а также то, каким образом влияют на интенсивность и направление этих сил изменения в социальной позиции группы. Если мы сравним позицию отдельной личности во времена существования гетто (рис. 23а) и ее позицию в наше время (рис 2Ъб), то обнаружим, что сейчас она гораздо больше зависит от самой себя. В результате расширения и рассредоточения еврейской группы отдельная еврейская семья стала в функциональном плане гораздо более изолированной. Используя термины динамической психологии, мы можем сказать, что человек в том, что касается его еврейства, в большей степени стал «изолированным целым», чем это было свойственно человеку, жившему в период существования гетто. В то время он чувствовал, что внешнее давление оказывается исключительно на еврейскую группу как целое (рис. 23а). Теперь, вследствие дезинтеграции группы, он гораздо больше подвергается давлению внешних сил как отдельная личность. Ослабление давления на евреев как социальную группу по истечении периода существования гетто сопровождается такой динамикой, которая переместило точку приложения внешних сил с группы на отдельную личность. Соответственно, сложилась такая ситуация, когда при ослаблении внешнего давления на группу в целом давление на отдельного еврея несколько возросло. Во времена существования гетто евреи могли подвергаться особо сильному давлению, когда какая-то
304 Межгрупповые конфликты \ Рис. 23. Внешние силы, воздействующие на отдельную личность и социальную группу: а — период существования гетто; б — после уменьшения внешнего давления на социальную группу; А — отдельная личность; Е— еврейская группа; нЕ — нееврейская группа; ——— действующая на личность сила, связанная с ее желаниями; — — — — внешняя сила, действующая на отдельную личность; ————— внешняя сила, действующая на социальную группу
Межгрупповые конфликты 305 их деятельность осуществлялась за пределами группы, однако, с другой стороны, существовало некоторое количество областей, где они чувствовали себя «как дома», где они могли свободно действовать как представители своей группы и где у них не было нужды постоянно противостоять внешнему давлению. Иными словами, несмотря на то, что давление было велико, существовали области, в которых оно не носило характера дифференцированного давления на еврея как отдельную личность. В результате смешения еврейской и нееврейских групп евреям пришлось гораздо чаще сталкиваться с давлением на них как на конкретных представителей своего народа. Есть и еще один фактор, объясняющий этот парадокс. Как и в психологии, в социологии необходимо четко разграничивать два типа сил, воздействующих на личность: те, что связаны с желаниями самой личности, и те, что «навязаны» социумом или направлены на личность из какого-то внешнего источника. Второй тип сил был более характерен для периода существования гетто и обусловливал большее давление. С другой стороны, в то время практически не существовало сил, связанных с желаниями личности, направленными в сторону нееврейских групп. Если даже у кого-то и было тайное желание пересечь границу группы, специфика этой границы, ее жесткий и фактически непреодолимый характер, разом разрушали все надежды такого рода. Еврею того времени области, внешние по отношению к его группе, скорее всего, не казались достаточно привлекательными, т. е., если использовать психологический термин, не обладали сильной «позитивной валентностью». Если же такая валентность и имела место, она могла быть реализована только лишь в мечтах и не приводила к каким-либо действиям на «уровне реальности». На современном этапе личность оказалась в совершенно иной ситуации. Существует множество контактов между членами еврейской группы и предста-
306 Межгрупповые конфликты вителями других групп. Барьеры утратили свою конкретность и жесткость. Границы представляются вполне проницаемыми, поскольку различия в привычках, культуре и образе мыслей во многих сферах стали минимальными. Зачастую дистанции между группами не существует или, по крайней мере, кажется, что ее нет. Психологические эксперименты с детьми и взрослыми дают нам немало свидетельств того, сколь велико влияние «почти достигнутой» цели на силы, управляющие поведением личности. В качестве одного из множества примеров можно отметить тот факт, что заключенные, чей срок (к примеру, три года) уже практически подошел к концу, могут совершить побег всего за несколько дней до освобождения. Аналогичным образом подростки, которых через несколько недель должны отпустить домой из исправительного учреждения, довольно часто начинают вести себя столь же плохо, как они вели себя в самом начале пребывания там. Более тщательное наблюдение показало, что в подобной ситуации, т. е. когда цель уже практически достигнута, человек оказывается в состоянии жесточайшего внутреннего конфликта, который возникает вследствие того, что чрезвычайная близость цели порождает очень мощную силу, действующую в направлении этой цели. Более того, заключенный или подросток, чье освобождение вот-вот наступит, уже чувствует себя членом той группы, к которой он намерен присоединиться. До тех пор пока он ощущает себя членом своей прежней группы, он ведет себя в соответствии с ее правилами; но как только он начинает ощущать иную групповую принадлежность, он чувствует право и необходимость получения всех прерогатив, присущих этой новой группе. С момента прекращения жизни в гетто в подобной ситуации оказалась и значительная часть еврейского народа. Как представитель группы, которая во многих отношениях обладала меньшим количеством прав и возможностей, чем другие группы, человек
Межгрупповые конфликты 307 естественно стремился к тому, чтобы стать членом этих групп, поскольку его принадлежность к первой группе с некоторых пор стала не такой очевидной. Каждое ослабление границ между его группой и другими группами увеличивало силу, действующую на него в этом направлении. Иными словами, по достижении полного освобождения и соответствующего растворения группы среди других, отдельные представители этой группы при данных обстоятельствах могут оказаться в ситуации конфликта. И их поведение может объясняться как раз этой конфликтной ситуацией. Любой конфликт порождает напряжение, приводящее к беспокойству, поведенческому дисбалансу и повышенному вниманию к той или иной сфере. И действительно, евреев часто характеризуют как людей беспокойных. Наиболее продуктивный тип беспокойства — это активное погружение в работу. Некоторые из самых лучших образцов деятельности еврейского народа прошлого века отчасти являются результатом именно этой чрезмерной активности. Такое беспокойство не может считаться врожденной чертой евреев, скорее ее стоит рассматривать как следствие ситуации. По мнению многих наблюдателей, одной из самых отличительных черт евреев в Палестине является именно отсутствие беспокойства. И особенно интересен тот факт, что даже взрослые меняются в эту сторону спустя несколько месяцев после иммиграции, несмотря на все сложности, связанные с адаптацией к совершенно новой стране. Это свидетельствует о том, насколько их прежнее поведение было обусловлено прежней ситуацией, ситуацией, в которой человек не мог с уверенностью решить, почему так низко ценилась его работа: потому, что он недостаточно способен, или потому, что он еврей. И даже несмотря на то, что подобные инциденты могли быть достаточно редкими, они оказывали длительное влияние на личность, поскольку препятствовали определению стандартов оценки ее потенциалов, тем самым ставя под сомнение саму ценность личности.
308 Межгрупповые конфликты Конфликт, в результате которого многие евреи, живущие в диаспоре, не чувствовали себя уверенно, тесно связан с чувствами личности относительно ее принадлежности к еврейской группе. Как правило, те, кто пытается пересечь границу более высокого социального класса, неизбежно попадают в ситуацию внутреннего конфликта. Представители более привилегированного социального класса горды принадлежностью к своей группе и не испытывают затруднений, рассуждая и поступая в соответствии с идеалами и стандартами этой группы. А вот человек, пытающийся примкнуть к более статусной группе, должен особенно тщательно следить за тем, чтобы не показать связь с идеями той группы, к которой он принадлежал ранее. И его поведение становится неуверенным еще и по этой причине. Ахад-Гаам1 назвал такую ситуацию освобождения «рабством внутри свободы». По всей видимости, особенно сильно переживают этот конфликт молодые люди из благополучных семей. Это вполне согласуется с нашим предположением о том, что сила конфликтной ситуации возрастает с увеличением слабости границ между вовлеченными группами: на этом социальном уровне границы между еврейскими и нееврейскими семьями функционально относительно слабы; с другой стороны, молодому человеку может и не представиться возможности добиться успеха, соответственно, он не сможет стать достаточно уверенным в себе. Мы рассмотрели еврейскую проблему как пример типичной ситуации, в которой оказывается меньшинство. Однако мы не можем игнорировать специфику той или иной группы. Существуют принципиальные различия между религиозными, национальными и расовыми группами; кроме того, эти группы значительно различаются в том, что касается выраженности их 1 Ахад-Гаам — литературный псевдоним (означающий «один из народа») публициста и философа Ашера Гинц- берга (1856—1927). — (Прим. перев.)
Межгрупповые конфликты 309 тенденции к ассимиляции. Данная тенденция зависит не только от характерных особенностей групп самих по себе, но также и от специфики окружающих их групп и от структуры социальной ситуации в целом. Евреев иногда определяли как религиозную группу, иногда — как национальную, и сами они не могли окончательно определиться в характере своей собственной группы. Чувство принадлежности к стране рождения в некоторых странах (например, в Германии) у среднего еврея было выражено гораздо сильнее, чем чувство принадлежности к еврейской группе. В отличие от многих подобных меньшинств, у евреев на протяжении тысячелетий не было собственной географической территории, которую они могли бы назвать «родиной». Очевидно, что этот факт в значительной степени повлиял на восприятие группы, сделав ее неким «абстрактным» и нереальным образованием, обусловливая еще большую неуверенность членов группы и делая ее образ «ненормальным» в глазах окружающих ее групп. Вполне вероятно, что если формирование еврейского государства в Палестине будет завершено успешно, то и все еврейские диаспоры будут восприниматься в мире как более типичные. В данной статье мы применили понятия топологической и векторной психологии к анализу социологических проблем. Помимо прочих преимуществ этого метода, он еще позволяет рассматривать социологическую группу как целостность там, где в этом есть смысл; кроме того, метод позволяет учитывать различную степень единства социальных групп, различия в их структуре и в положении относительно других групп; и, наконец, мы можем перейти от анализа групповых проблем к изучению проблем отдельной личности (или в обратном направлении) в тех случаях, когда это необходимо, используя при этом ту же самую терминологию.
10 ПЕРЕД ЛИЦОМ ОПАСНОСТИ (1939) I Мировое сообщество балансирует между миром и войной. Иногда кажется, что есть надежда на то, что в конечном счете война будет предотвращена; иногда создается впечатление, что война вот-вот начнется. Большинство людей ненавидит войну, потому что она деструктивна и бессмысленна. С другой стороны, те люди, которых интересуют проблемы демократии, осознают, что сейчас существуют лишь две альтернативьс либо рабское существование при фашизме, либо готовность умереть за демократию. И поэтому сердце любого свободолюбивого человека, и в особенности еврея, мечется между двумя этими крайностями. Если еврей не мечтатель, он осознает, каких угроз он вынужден ждать и от войны, и от мира. В каждой европейской войне евреи боролись и умирали за свои страны, и тем не менее с ними плохо обходились как враги, так и друзья. Я боюсь,
Межгрупповые конфликты 311 что эта дополнительная еврейская проблема на этот раз будет гораздо губительнее, чем когда бы то ни было. Едва ли можно сомневаться в том, что немецкие евреи, которые лишены всех средств к существованию и теперь полностью исключены из общества, тем не менее имеют реальные шансы умереть за эту самую немецкую «родину» в грядущей войне, как они сделали в прошлой. Уже сейчас немецкие газеты (иными словами, немецкое правительство) призывают начать формирование специальных еврейских батальонов, которые предполагается использовать в самых опасных точках фронта. Ситуация, в которой окажутся евреи в Италии и Венгрии, едва ли будет принципиально иной, и нет никакого сомнения в том, что именно евреи будут первыми, кому придется страдать от недостатка продовольствия. Я опасаюсь того, что ситуация с большой еврейской общиной в Польше — стране, которая сейчас находится по другую сторону баррикад, будет немногим лучше. Но каким представляется еврею мирное существование? Неужели это такой мир, где страны одна за другой будут переходить на орбиту нацистского господства или фашистской идеологии? Сегодня нацистская Германия, несомненно, представляет в Европе самую мощную силу, уже подчинившую себе Австрию и Чехословакию. Добавим сюда еще и Италию, которая практически управляется немецким гестапо. Во всех этих странах, включая Венгрию, объявление евреев вне закона уже фактически свершилось. Не менее разрушительным представляется распространение нацистской идеологии, которая в мирные времена не достигла бы такого расцвета. Сегодня в каждой стране мира не только влиятельные нацистские агенты, но и обладающие властью группы граждан проповедуют фашистскую идеологию; и чем более сложным является экономическое положение страны, тем больше приверженцев становится у этой доктрины. Что касается евреев, то фашизм неизбежно ведет к их преследованию и к организации гетто. Евреев признали
312 Межгрупповые конфликты за полноценных человеческих существ только после того, как в обществе набрали силу идеи американской и французской революций и, в особенности, идея принципиального равенства прав всех людей. Права евреев неразрывно связаны с этой философией равенства, в то время как основополагающий принцип нацизма — это неравенство людей. Размышляя таким образом о войне и мире, на что стоит надеяться еврею? Должен ли он уповать на мир, в котором велика вероятность распространения фашизма, предполагающего насилие над евреями и полное их уничтожение, или ему следует возлагать надежды на разрушительную войну? Евреи — это всего лишь маленький островок в этом беспокойном мире; их судьба решается всемогущими силами, которые, как может показаться, находятся вне сферы их влияния. И евреи могли бы спросить себя: что нам нужно делать? Может быть, нам стоит пасть ниц и воскликнуть «Шема Израэль», как всегда поступали наши отцы, сталкиваясь со смертью и разрушениями? Похоже, что в некоторых европейских странах евреям уже не остается ничего другого. Но для всех остальных евреев еще есть время на размышления и действия. Мне кажется, что сейчас многие, так же как и я, убеждены в том, что действовать — это то, что нужно сегодня евреям. Мое поколение в Европе вынесло сначала четыре года тяжелейшей войны, а затем годы сильнейших экономических потрясений и революций. И не похоже, что следующие десять лет будут спокойнее и благополучнее. Нет никакого сомнения в том, что еврейская проблема останется столь же серьезной. И если кто-то все еще задает себе вопрос о том, является ли еврейская проблема индивидуальной или социальной, то ответ на этот вопрос, причем совершенно определенный, предложили нам солдаты на улицах Вены, избивавшие стальными прутьями всех евреев, независимо от их прошлого, поведения или статуса. Евреи во всем мире сейчас признают, что
Межгрупповые конфликты 313 еврейская проблема — это проблема социального уровня. И поэтому, если мы хотим принимать решение, основанное на научных данных, нам следует обратиться к социологии и социальной психологии. С научной точки зрения, еврейскую проблему стоит рассматривать как частный случай ситуации меньшинства с низким статусом. В диаспоре евреи не пользуются тем же широким спектром возможностей, который есть у представителей большинства. Степень и тип навязываемых им ограничений варьируют в разных странах и в разные времена. Иногда евреи фактически находятся вне закона, иногда эти ограничения носят только социальный характер и не предполагают каких-либо значительных препятствий в профессиональном и политическом планах. Зачастую некоторые группы еврейского населения живут в более благоприятных условиях, чем какие-то группы населения нееврейского. В общем и целом, однако, еврейская группа имеет статус непривилегированного меньшинства. Необходимо помнить о том, что низкий статус любого меньшинства поддерживается более привилегированным большинством. Выход евреев из гетто не был результатом действий самих евреев, он произошел вследствие изменений потребностей и чувств самого бо