/
Автор: Розанов В.В.
Теги: исторія исторія среднихъ вѣковъ философія исторія христіанства издательство санктъ-петербургъ
Год: 1913
Текст
В. В Розановъ
ЛЮДИ ЛУННАГО СВѢТА
МЕТАФИЗИКА ХРИСТІАНСТВА
ВТОРОЕ ИЗДАНІЕ
С.-ПЕТЕРБУРГЪ
І9И
СОДЕРЖАНІЕ.
СТРАН.
Предисловіе................................. I—III
Лунный свѣтъ.................................. I
«Бородатыя Венеры» древности ... 3
Подвижники ранняго христіанства . и
Третій полъ.................................. 27
Полъ какъ прогрессія нисходящихъ
и восходящихъ величинъ................. 29
Сотвореніе «лица»................. 30—31
Вибрированія пола.............• . . . . 32—37
Типичное въ самцѣ и типичное въ самкѣ . 37—39
Гдѣ и какая «душа» у человѣка..... 39—40
Наибольшее половое притяженіе..... 41—45
«Вѣчная женственность»............. 46
«Заіпіе ргозіііиёе» Египта ......... 47—50
Линія безразличія въ полѣ.......... 51
Мужское въ женскомъ................ 52
Женское въ мужскомъ................ 53
Муже-дѣвы и человѣческая культура . . . 54—55
Духовныя «содружества»............. 56
VI
СОДЕРЖАНІЕ.
ИРАН.
Праведность «блаженныхъ»............... 57
Абсолютный половой покой............... 58
Безсѣменность и «духовное рожденіе» • . . 59
Колеблющіяся напряженія въ полѣ . 6о
Отъ наибольшаго къ наименьшему . . . . . 6і—74
Корневая близость религіознаго и полового . 67—68
Родникъ идеи «конца міра»................... 69
Не «конецъ», а вѣчное обновленіе....... 70
«Благословенное» рожденіе................... 71
Организмъ есть и физика и метафизика . . 72—73
Умѣренныя степени полового влеченія ... 74
Важность половой сдержанности.......... 75
Половой расцвѣтъ............................ 76
Безконечность утробной жизни................ 77
Ростъ прямой или линейный .................. 78
Ростъ боковой или размноженіе............... 79
Божескій планъ размноженія.................. 8о
Разрушеніе плана размноженія........... 8і—82
Совокупленіе у насъ и на Востокѣ . . ; . 82—84
Повтореніе родительскаго акта............... 85
О «чертогѣ брачномъ»........................ 86
«Суббота» и утренніе «тамиды»............... 87
«Субботній» возрастъ юныхъ.................. 88
«Многоженство» и «священныя блудницы» . 89—90
Линія безразличія въ полѣ........................ 91
Разрушеніе домоводственности и хозяйствен-
ности ........................... 91—93
Бракъ какъ только душевная дружба ... 94
Дѣво-образные мужья.................... 95—9б
Дѣва въ мужчинѣ............................ 97
Вѣчное отрочество...................... 98—99
СОДЕРЖАНІЕ. ѴП
СІРЛН.
Само-отрицаніе пола; духовная содомія и
аскетизмъ...................................99 — 102
Муже-дѣвы и ихъ ученіе.....................102—150
Прослойки содоміи у Л. Толстого.......105—иг
Прослойки содоміи у Влад. Соловьева . . . 112— пі'
Ученіе содомлянъ о супружествѣ........114—125
Содомъ рождаетъ идею, что соитіе есть
«грѣхъ».............................126—150
Передвиженіе пола изъ положительныхъ въ
отрицательныя тяготѣнія..................... 151
Самоотрицаніе пола; вѣчное отрочество. . . 152
Колебанія пола въ индивидуумѣ и въ чело-
вѣчествѣ .............................153—154
Случай перерожденія юноши въ дѣвушку . 154—173
Случай перерожденія женщины въ мужчину 173—176
Вѣчное дѣвство іп паіига гетит; само-оско-
пленіе..............................177—178
О преподобномъ Моисеѣ У гринѣ.........178—195
Безсупружное супружество.................... 196
Міровая безсѣменность нѣкоторыхъ живыхъ 197
Перемѣна типа исторіи.................198—199
Царство безсѣменныхъ святыхъ..........200—205
Приложенія для медиковъ и юристовъ . . 207—297
Еще случаи лунной аномаліи............207—220
Невольность и невинность людей луннаго
свѣта............................... 220—221
Совокупленіе какъ прививка (въ растеніяхъ) 222
Оплодотвореніе бываетъ и безъ органовъ . 223
ѴПІ
СОДЕРЖАНІЕ.
С1Р1И.
Возможное безъ органа—оно ищется и при
ошибочномъ органѣ. Содомія................224—227
Ученая дѣвушка-урнингъ...................227—260
<Все въ Церкви сотворено монахами» . . . 260—272
Заповѣдное дѣвство......................272—280
Поправки и дополненія Анонима...........280—297
Дрожа отъ страха, семилѣткомъ, «у насъ на кухнѣ»,
въ Костромѣ, я слушалъ какъ говорилъ дѣдъ:
— Старые люди говорятъ, что кто Божественное Пи-
саніе все до конца пойметъ, тотъ ума лишится!
И брезжилось что-то страшное. Какой-то запретъ,
зарокъ. «Вѣдь кто сошелъ съ ума, тотъ уже никому
не разскажетъ, чтд-же онъ понялъ», допытывался я въ
своемъ умѣ. «Боже мой, Боже мой! к?по-же это постигъ?
и отчего-же этого постигнуть нельзя?»... «Хоть бы
однимъ глазкомъ заглянуть—и потомъ умереть».
Съ вытянутыми губами, съ лицомъ, сжатымъ въ одно
страданіе, съ глазами полными слезъ — стояла передъ
Чудотворнымъ образомъ Богородицы прекрасная жен-
щина, не молодая, но и не старая... Она была въ пальто,
въ шапкѣ (зима), и видно было, что все это ей тя-
жело, но на эту минуту сна вся поднялась, какъ-бы
стараясь достать глазами до глазъ Иконы, войти ли-
цомъ своимъ въ Ея Лицо...
X
Полное, большое, привѣтное Лицо,—спокойное-спо-
койное и величавое-величавое—глядѣло на нее сверху...
Словъ не было. Ничего не было.
«Помоги, Владычица-Богородица!» шепталъ голосъ
возлѣ...
Но не больной: больная вся слилась въ безграничное
хотѣніе, безграничную мольбу,—въ надежду, сильнѣе
которой нѣтъ... и плакала, плакала.
Но народъ ждалъ: надо было кончать. Блѣдной ху-
дой рукой больная взяла другую руку—она висѣла какъ
не живая — и поднесла ее къ пунцовой лентѣ... Но ей
хотѣлось обернуть больную руку въ ленту, а она могла
только дотронуться: возьметъ ленту, чтобы обернуть, и
рука падаетъ,—и тогда лента вовсе не достаетъ до руки.
Быстро я взялъ руку и поднялъ: съ живостью она здо-
ровой рукой обернула ее лентой... И смотря на свою
руку, парализованную, рыдала, рыдала.
«Нужно-же уходить, народъ ждетъ».
Неуклюже, опираясь на палку, больная стала повер-
тываться...
Сейчасъ на ея мѣсто всталъ другой. Люди текли,
текли...
Твердый, прекрасный русскій голосъ (съ провин-
ціальнымъ оттѣнкомъ), читая, произносилъ:
«...Не имамы иныя помощи, Владычица наша! Иного
заступленія не имамы!..»
И такъ твердо, какъ тысяча лѣтъ сзади...
Больная подошла къ ступенькѣ солеи: надо было
сдѣлать шагъ внизъ, и этого она не могла...
«И не надо, не надо иной помощи! Ничего не надо!
Самой медицины не надо: чтб цѣлить тѣло—надо душу
исцѣлитъ».
XI
Боже: да вѣдь эти толпы, здѣсь, вездѣ, ихъ тысячи,
милліоны... они непремѣнно помѣшались-бы отъ страха,
безнадежности, отъ несчастья, отъ дѣйствительнаго горя
и дѣйствительной боли, если-бы имъ не добрести вотъ
сюда... И если бы они не знали, что есть мѣсто, куда —
добредутъ, и—Богъ услышитъ. Если бы вдругъ передъ
ними ...закрылось все!!!
Какой ужасъ!!!
Тьма, ночь и отчаяніе.
И да сіяютъ Образа эти вѣчно. Ибо уже лучше
пусть померкнетъ умъ, нежели чтобы погасла жизнь.
И если даже мы все «поймемъ», то самое это «пони-
маніе» бросимъ въ огонь.
Такъ вотъ для чего Богъ сдѣлалъ, чтобы «нельзя было
понять»; или чтобы «всякій понявшій сходилъ съ ума»,
и уже тогда не могъ ничего разсказать,—какъ шепталъ
старый дѣдъ-приживальщикъ...
В. Р.
Спб., іб Апрѣля 1911 г.
Предисловіе ко 2-му изданію.
Второе изданіе печатается безъ перемѣнъ въ текстѣ книги.
Но въ концѣ ея привожу нѣсколько иллюстрирующихъ разска-
зовъ о себѣ лицъ «луннаго свѣта», съ каковыми (разсказами)
мнѣ пришлось ознакомиться послѣ напечатанія книги.
Спб., іо сентября 1910 г.
В. Р.
ЛУННЫЙ СВѢТЪ
„Бородатыя Венеры" древности
...«Кедеши Молоха и Астарты обязывались къ жертвамъ
иного рода. Богъ разрушенія и врагъ жизни умилости-
влялся самоистязаніями и требовалъ уничтоженія той
силы, которая служила къ продолженію существованія на
землѣ человѣческаго рода,—половой силы. Извѣстны были
огненныя очищенія1) или прохожденія черезъ огонъ, въ
’) «Они (раскольники ХѴИ вѣка) все разспрашивали о гари,
ужасно интересовались гарью, прислушиваясь, не горятъ-лн гдѣ
люди; сколько, когда и пр.»,—говорить проф. Сикорскій въ изслѣ-
дованіи о самозакопавшихся Терновскихъ старообрядцахъ (см.
книгу «Темный Ликъ» и въ ней главу — «Русскія могилы»). Въ
этихъ разспросахъ уже чувствуется любящая страсть: «—И
страшно, а какъ хорошо'.» «—У, какъ боюсь, а испробыватъ-бы».
Тутъ влечетъ, тянетъ. Что? Какой ужасъ! Мнѣ приходилось чи-
тывать въ медицинскихъ книгахъ, что нѣкоторыя женщины лю-
бятъ оперироваться (о мужчинахъ этого извѣстія нѣтъ). «Женщины
особенно религіозны, женщины дали все религіозное на землѣ», какъ-то
обмолвилась въ разговорѣ со мною грустная Л. И. Веселитская
(Микуличъ). И объ «операціяхъ», и о «религіозности» можно сопо-
ставить. Есть какая-то религія грусти, есть какая-то религія ужаса
и грусти, «далекая отъ земли», «саеіезііз»... Тутъ какой-то дру-
гой корень, совсѣмъ иной, чѣмъ на какомъ держатся цвѣты,
плоды, радость міра. Другой и сильный, другой и необоримый. Въ
«Молохѣ-Астартѣ» древніе и схватили, и уловили этотъ другой
корень, и въ трепетѣ поклонились и ему. «Ваалу—соитія, дѣто-
рожденіе! Молоху—смерть, самосожженіе, гарь (у русскихъ), мо-
гила!». Я хочу, однако, обратить вниманіе на то, что ощущеніе
4
лунный свѣтъ
честь Молоха; жрецы его рѣзали себѣ тѣло и бичевали себя.
Еще болѣе распространено было скопчество. Кедехпи, т. е.
Молоха (и Астарты) не присуще сплошь человѣческому роду, а нѣ-
которымъ какъ-бы вкрапленнымъ въ человѣческую породу части-
цамъ, индивидуумамъ, душамъ, которые врожденно неспособны къ
браку и никогда не будутъ имѣть дѣтей, хотя и имѣютъ дѣтород-
ную систему внѣшне правильно выраженную. Это—«тѣ, которые
не осквернились съ женами: ибо они—дѣвственники», и которые
«послѣдуютъ за Агнцемъ всюду, куда онъ ни пойдетъ» (Апока-
липсисъ). Чтобы знать, за какимъ «Агнцемъ» послѣдуютъ дѣв-
ственники, нужно раскрыть громадный (12 фоліантовъ) атласъ
научнаго путешествія Лепсіуса въ Египетъ, и обратить внима-
ніе на сфинксы-бараяы (овны, «агнцы»), какіе рядами стояли при
входѣ въ египетскіе храмы: форма головы ихъ нѣсколько удли-
нена и отступаетъ отъ натуры настолько, что даетъ почувство-
вать желаніе сказать ея фигурою о чемъ-то другомъ. Съ дру-
гой стороны, перелиставъ весь атласъ, мы встрѣтимъ «это дру-
гое», изваяя которое художникъ-жрецъ отступилъ отъ натураль-
наго его вида и сблизилъ съ головою барана, особенно черезъ по-
средство спускающихся внизъ и закругляющихся роговъ. Хотя,
впрочемъ, и рога отвѣчаютъ нѣкоторой линіи въ натурѣ вещи
(«этой другой вещи»). На всѣ эти сближенія я не имѣлъ-бы права,
если-бы наблюденія новыхъ біологовъ не показали, что абсо-
лютные, врожденные дѣвственники, иногда уничтожающіе у себя
дѣтородные органы, или сводящіе ихъ къ «нѣтъ», посредствомъ
бандажей особаго рода — у другихъ... «во всемъ послѣдуютъ
агнцу», какъ объ этомъ разсказалъ,—по собственнымъ словамъ
«въ диѳирамбахъ», т.-е. поэтически и патетичееки,—Платонъ въ
«Федрѣ».—«И не опасайся (такой «дъвственникъ») показаться бе-
зумнымъ,—онъ зажигалъ-бы (передъ отрокомъ-любимцемъ) лам-
пады-» (религія, обожествленіе за-живо, на землѣ еще). Все зто
неясно въ отрывкахъ, но становится совершенно ясно, если
годы продумать надъ темою, и много читать о ней. Египетъ и
его бармы-сфинксы были еще натуральной очевидностью въ
эпоху написанія Апокалипсиса. Замѣтимъ также, что египетскія
божества, культъ и изображенія (см. монеты) были распростра-
нены во всей Малой Азіи и въ Сиріи, гдѣ былъ написанъ «Апо-
калипсисъ». В Р—въ.
ЛУННЫЙ СВѢТЪ
5
«святые», «священники» Молоха и Астарты, были кастри-
ровавшіе себя такъ называемые даііі. Сцены этого обряда,
сопровождавшіеся неистовствомъ, поразительны. Греческіе
писатели передаютъ, что среди раздирающихъ (печаль-
ныхъ? грустныхъ? В. Р.) звуковъ музыки и пѣнія они
рѣзали себѣ руки и бичевали себя; а юноша, которому
приходила очередь оскопиться, срывалъ съ себя одежды1)
и, что-то неистово выкрикивая2), хваталъ ножъ и отсѣ-
калъ свой дѣтородный членъ. Вслѣдъ затѣмъ онъ бѣ-
жалъ по улицамъ города, держа въ рукѣ отрубленный
дѣтородный удъ, и, войдя въ первый попавшійся домъ,—
потрясая, показывалъ его найденной тамъ женщинѣ и бро-
салъ къ ея ногамъ3) (Моѵегз: «ГГеЪег б. Веіід. б. РЬое-
пІ2». 8. 684—685). Женщины въ честь Небесной Дѣвы,
’) Вѣроятно—блестящія, «мірскія», веселыя, нарядныя. И во-
обще все это весьма похоже на нашъ постригъ въ монашество,
но лишь выражено жёстко и рѣшительно, «до конца», какъ это
соотвѣтствуетъ наивной и откровенной тогдашней культурѣ.
В. Р—овъ.
2) Вѣроятно—подобное нашимъ «обѣтамъ отреченія»: что онъ
«никогда не взглянетъ на женщину, не соблазнится женщиною»,
и, можетъ быть, что «отнынѣ, сверхъ цѣломудрія, будетъ хра-
нить и смиреніе, послушаніе» и проч. и проч. Зерно дерева, ко-
нечно, не похоже на дерево, но оба—одно: какъ безспорно имѣетъ
что-то одно въ себѣ зта исторія съ «галлами» у древнихъ и у насъ
постриженіе въ вѣчное дѣвство... Хотятъ одного («не оскверниться
съ женами»), значитъ—од«о! В. Р—въ.
3) Съ презрѣніемъ, какъ бы сдѣлали теперешніе (неискрен-
ніе и непослѣдовательные монахи), будь они физически вѣрны ду-
ховному обѣту. «Вотъ — это твое (женщины), мнѣ его — не надо!
Возьми снре добро и наслаждайся имъ: а я —другой! святой!*
(«кедешъ», «священникъ»; какъ у насъ «монахъ» всегда кажется
«святымъ» сравнительно съ семейнымъ священникомъ. «Самый
худой монахъ все-же лучше самаго добродѣтельнаго священ-
ника»—аксіома монастырей). В. Р—въ.
6
ЛУННЫЙ СВѢТЪ
Астарты,—также обрекали себя на всегдашнее безбрачіех).
Въ связи съ такого рода посвященіемъ * 2) мужчинъ и жен-
щинъ на служеніе Молоху и Астартѣ, и сопровождавшими
его обрядами, находился преслѣдуемый Моисеемъ 3) обы-
’) Совершенная аналогія посвященію у насъ въ монашествѣ
обоихъ половъ! «Аналогія» потому, что здѣсь и тамъ это рели-
гіозно, тамъ и здѣсь это—культъ, религіозный обрядъ, религіозная
церемонія, «церковное торжество» (какъ у насъ всякое «постри-
женіе»). Торжество чею? Ясно видно, вслухъ сказано (у насъ —
съ оговорками, ибо, уже по Нестору, «греки издревле льстивы
суть», т. е. уклончивы, неправдивы, не прямы, любятъ ласковыя
слова, облекая въ нихъ жёсткую или ужасную дѣйствитель-
ность). Это — «торжество», т. е. достигнутая цѣль, давнишняя
мечта «не имѣть ничего общаго съ женщипами», не касаться ихъ,
не скверниться съ ними... «Гадко! мерзость!» — вотъ суть Федра-
Платона, древняго «галла» и нашего монаха. Это неодолимое фи-
зіологическое (и психическое) отвращеніе и есть ргішит всего дѣла,
тотъ атоуеюѵ, элементъ, атомъ,—изъ какового и выросло все «де-
рево» тогдашняго и послѣдующаго аскетизма. В. Р—овъ.
2) Вотъ,—«посвященіе», а но фактъ; религія, а не исторія. Не
«нравы дикихъ», какъ, вѣроятно, уже изготовились сказать по-
пики. В. Р—въ.
®) Религія плодородія, только плодородія,—уМоисея, у евреевъ,
у Израиля. Историки не догадываются и законоучители не ста-
раются объяснить въ классѣ «на урокахъ Закона Божія» (_за-
кона чадородія), что уклоненія древнихъ евреевъ въ сторону
поклоненія Молоху и Астартѣ были постоянныя попытки вторг-
нуться къ нимъ монашеству, дѣвственному духу, безбрачію; на
что Израиль и пророки, увлекая и царей, говорили:—«Нѣтъ!» У
насъ на урокахъ Закона Божія все это представлено такъ, что
«пророки» и «благочестивые цари» Израиля были чуть не мона-
хами, все постились и все молились, по примѣру Филарета Москов-
скаго или «въ предтечу» Филарета Московскаго: а «гнусный
культъ Молоха» отвлекалъ ихъ отъ этого ветхозавѣтнаго еще
монашества въ сторону «оскверненія съ женами»... Забываютъ
Законоучители, что святому Давиду, до того старому, что онъ
ничъмъ не могъ согрѣться, яко-бы «монашествующіе» священ-
ЛУННЫЙ СВѢТЪ
7
чай, по которому мужчины одѣвались въ платье женщинъ,
и—наоборотъ х). Юноши какъ-бы обращались въ дѣвушекъ,
послѣ посвященія ихъ божеству, т. е. послѣ того, какъ
они лишались дѣтородныхъ органовъ. Быть можетъ, въ
этомъ, отчасти, выражалась и мысль о томъ, что божество
есть нѣчто безразличное по отношенію къ поламъ а). На
это указываетъ свидѣтельство древнихъ: согласно имъ,
богиня Венера представлялась иногда андро-гиномъ (аѵіцрЦ-
уі>ѵ»і) и называлась и «Марсомъ» и «Венерою». Особенно
въ мистеріяхъ признавалась она иігіизцие зехиз 3). Ее па * 1
ники Іеговы подложили двухъ молоденькихъ дѣвущекъ! То-то ка-
толики не велятъ мірянамъ самимъ читать Библію, а наши оза-
бочены изданіемъ «учебной Библіи», съ пропускомъ такихъ и
аналогичныхъ мѣстъ! Но неизвѣстно, гдѣ «духъ святый», въ Би-
бліи или въ семинаріяхъ и духовной цензурѣ. Послѣдніе еще
никого не «спасли», а Библія выучила молиться весь родъ чело-
вѣческій. В. Р—въ.
1) Т. е. не то, что мужчина надѣнетъ платье, которое сняла
съ себя женщина, и обратно; а мужчины одѣвались, въ женскія,
женоподобныя платья, въ платья женскаго покроя (теперешнія наши
духовныя одежды); а женщины-«кедеши» одѣвали платье мужского
покроя. Здѣсь и выступаетъ (у мужчинъ-кедешей) «Агнецъ, за
которымъ вы будете всюду слѣдовать»... Но не будемъ преду-
преждать біологическихъ наблюденій. В. Р—въ.
а) Тупая мысль автора книги. Впрочемъ, естественная: про-
водитъ свою «духовность», что «Богъ есть духъ» и что все «рели-
гіозное» есть только духовное, безплотное, (яко-бы) безполое. О
томъ, что самый духъ имѣетъ полъ, и духовныя явленія и та-
ланты явно распадаются на мужественные и женственные, на
мужскіе и женскіе — зтого ему, конечно, не приходить на умъ
В. Р—въ.
в) Обоюдо-полою, дву-нолою: такъ неужели-же обладаніе въ
одномъ «я» обоими полами, такая «черезъ край»—пдлость,—есть
тоже чтб вад>-полость, бм-полость, сухое дерево или «чистая духов-
ность». До чего духовные не понимаютъ даже «релиты тѣхъ пред-
метовъ, о которыхъ пишутъ; и все, между тѣмъ, стараются «изъ-
яснять». В. Р—въ.
8
ЛУННЫЫЙ СВѢТЪ
вывали поэтому «Бенз Ѵеппз», какъ и сирійскую богиню
луны «БепзЬппиз» и «Беа Ьипа». На островѣ Кипрѣ была
даже «бородатая Венера», «Ѵеппз ЬагЪаІиз». Молохъ пре-
вращался въ Мелитту и наоборотъ. Вотъ почему мужчины
передъ Венерою приносили жертву въ одеждѣ оюенщинъ,
а женщины передъ Марсомъ въ мужской одеждѣ ‘). «Іп-
ѵепіез іп ІіЪго та§ісо ргаесері», говоритъ Маймонидъ о
религіи сирійцевъ, «и! ѵезіітепіит тиІіёЬге іпдиаі ѵіг,
диапііо зіаі согат зіеііа Ѵепегіз, зітіШег еі тиііег іп&иаі
Іогісат, диапйо зШ согат зіеііа Магііз». (Архимандритъ
Хрисанѳъ: «Религіи древняго міра», т. III (стр. 302—303).
*
* *
«Въ Сидонѣ, столицѣ Финикіи, Астарта—или «Великая
Астарта», какъ здѣсь называли ее,—была верховнымъ бо-
жествомъ и покровительницею города. Самыя свойства этой
финикійской богини, по общему значенію сходной съ
Ваалитъ и Ашерой, были, въ существѣ, совершенно отличны.
3) Характерно... Мужчины, подходя къ женскому божеству, не
осмѣливаются быть одѣтыми въ свое мужское одѣяніе, къ ко-
торому, очевидно, богиня питаетъ отвращеніе, а должны пере-
одѣться въ женщину, въ каковомъ видѣ «пилигримъ» уже до-
пускается богинею передъ свое лицо... Но пусть (духовные
объяснятъ) богиня-Дѣва не хочетъ, застѣнчива быть увидѣнною
мужчинами, отвращается увидѣть мужчинъ. Но тогда зачѣмъ-же
женщины передъ зіеііа Магііз являются мужчинами? Марсъ и
вообще «мужской полъ» уже не пренебрегаютъ женщинами и
не избѣгаютъ ихъ встрѣчъ. Неправдоподобное въ Марсѣ, — оче-
видно зто и въ Венерѣ невѣрно. Дива-богиня, зіёііа Ѵепиз, «Лё-
бесная Дѣва» говоритъ: «я хочу только женщинъ, мужской родъ
мнѣ ненавистенъ»; муоег-Марсъ, іНебесный (зіеііа) Марсъ» гово-
ритъ: «мнѣ угодны только мужчины, юбокъ и корсетовъ не выношу».
Все зто глубоко связано съ оскопленіемъ («галлы»); — и вообще
поклоненіе объясняетъ культъ и, въ свою очередь, разъясняетъ
себя и свою метафизику въ культѣ. В. Р—въ.
ЛУННЫЙ свитъ
9
Эта аатроар/т)—какъ, по своему, переводили ея имя греки—
была Дѣвственница, Ѵіг§о Саеіевѣів,—въ противоположность
Ашерѣ. Характеръ ея—суровый и мрачный, а культъ тре-
бовалъ воздержанія и самоистязаній, и соединялся обыкно-
венно съ культомъ Молоха. Ея поклонники обязывались
къ цѣломудрію и должны были приносить ей въ жертву
свою страсть и свои чувственныя пожеланія *). Санхоніа-
тонъ и ее, какъ Ваалитъ и Истаръ, называетъ «звѣздою
Венеры», но большинство греческихъ писателей признаютъ
ее богинею луны * 2). Нѣтъ сомнѣнія, что Астарта предста-
Если бы не обычный «двоящійся языкъ» духовныхъ авто-
ровъ, какъ было-бы все ясно, какимъ свѣтомъ залилась-бы Би-
блія. «Служительницы Астарты были монахиню, «нечестивые цари
Израиля и царицы, какъ Іезавель,—наполнили дворецъ свой мо-
нахами и монахинями»,—каковыхъ стоятель Божій «порубилъ при
потокѣ Кедронскомъ», когда они взывали къ глухому богу о
дождѣ, какъ и теперь онъ такихъ-же не очень слушаетъ «о
дождичкѣ»... И все было бы ясно! О, какъ все ясно! Изъ Фини-
кіи, изъ Сиріи, уже за-долго до христіанства возникшее тамъ
монашество, «§а!1і», силилось прорваться къ храму Іеговы, съ
золотою виноградною гроздіею въ немъ, гдѣ все было плодоро-
діе и плодородіе, чадородіе и чадородіе! Но не удалось тогда;—
пока «камня на камнѣ не осталось отъ храма» Іеговы, и вотъ
тогда все «удалось»... Меланхолическіе звуки полились въ исто-
ріи, а темныя монашескія тѣни забѣгали во всѣхъ храмахъ,
отъ Рима до Вологды, отъ Іерусалима до Аранжуэца. В. Р—въ.
2) Миѳологамъ и историкамъ давно-бы пора оставить такія
ничего не значущія выраженія, какъ «богиня луны», «божество
солнца» и пр. Это какъ-бы объ Иверской Божіей Матери кто
сказалъ: «божество дерева» или «извѣстное божество городскихъ
вратъ Китай-города» (въ Москвѣ). Разумѣется, въ древности го-
ворилось о божествѣ лунныхъ свойствъ, о божествѣ луннаго харак-
тера, вотъ этого не рождающаго и свѣтящаго, грустнаго, маня-
щаго, нѣжнаго, влюбляющаго въ себя и какъ-бы ласкающаго влюблен-
ныхъ, но именно только влюбленныхъ,—до сближенія. Всѣ женихи
и невѣсты почему-то «смотрятъ на луну», чего и на умъ не при-
10
ЛУННЫЙ свътъ
вляетъ собою женскую половину Молоха, какъ Ашера —
Ваала. Первоначально, конечно, она была тдже, что и Ваалить
и Ашера; но впослѣдствіи, параллельно Молоху, который
присоединился къ Ваалу, въ сидонской Астартѣ воплоти-
лась сторона этого Молоха—элементъ, враждебный жизни
и ея развитію. По крайней мѣрѣ, типъ этой вѣчной Небесной
Дѣвы, суровой, услаждавшейся кровавыми жертвами, ближе
всего подходитъ къ типу Молоха... По всей вѣроятности,
за нею оставалось значеніе не планеты Венеры, какъ за
Ашѳрою, а луны»... (Тамъ-же, стр. 284—285).
ходитъ супругамъ, даже самымъ любящимъ, очень любящимъ.
Совсѣмъ другой колоритъ любви! Супруги любятъ солнышко.
Почему? Кто разгадалъ? Луна запрещаетъ «очень любиться»,
вотъ «сближаться»; «грозитъ съ неба пальчикомъ». — «Полюбуй-
тесь, помечтайте, но—и довольно». Это—монашеская любовь,
прогулки по полю влюбленныхъ монахинь, грустныхъ, молчали-
выхъ, не знающихъ, чтб дѣлать со своею любовью, не нашед-
шихъ тогда еще «предмета»... Это—несчастная или преступная
любовь, не нормальная, ничѣмъ не кончающаяся, которой по-
ложены роковые предѣлы. Мечтательное начало съ тѣмъ вмѣстѣ
есть и жестокое: вѣдь сентиментализмъ Руссо родилъ фурій тер-
рора, какъ былъ сантименталенъ и Робеспьеръ... Въ мечтахъ ро-
дится идеалъ: а идеалъ всегда бываетъ и особенно ощущаетъ
себя оскорбленнымъ дѣйствительностью. Идеалъ и «луна» не
знаютъ компромиссовъ... Луна и ночь—уединенны: опять—это мо-
нашескій зовъ! Все это совершенно обратно горячему солнышку
(Ваалъ и Ашера), ясному, пекущему, выгоняющему изъ земли
траву, выгоняющему изъ стволовъ древесныхъ сладкую камедь
(сокъ), отъ котораго цвѣты расцвѣтаютъ, пестики цвѣтовъ опы-
ляются, а тычинки и околоплодникъ цвѣтовъ наполняются
нектаромъ. И, наконецъ, все зрѣетъ къ августу, когда тяжелыя
гроздья, яблоки, всякіе плоды склоняютъ почти до земли вѣтки
деревъ. Солнце — супружество (совокупленіе), солнце — фактъ,
дѣйствительность. Луна —вѣчное «обѣщаніе», грёза, томленіе,
ожиданіе, надежда: что-то совершенно противоположное дѣйстви-
тельному, и—очень спиритуалистическое! В. Р—въ.
Подвижники ранняго христіанства.
«Иночество глубоко коренится въ духѣ и сущности хри-
стіанства, и чтобы убѣдиться въ этомъ — стоитъ только
раскрыть правдивыя сказанія лѣтъ древнихъ. Тамъ мы
увидимъ, что оно появилось вмѣстѣ съ проповѣдью Еван-
гелія, что съ самаго начала христіанства души, наиболѣе
вѣрныя Евангелію, избирали путь отреченія отъ міра и
мірскихъ привязанностей. «Преподобные» явились на землѣ
въ лицѣ тѣхъ, кто всѣми силами души стремился уподо-
биться Сладчайшему Іисусу.
«Вотъ почему еще въ Ветхомъ Завѣтѣ встрѣчаются
слѣды монашества. Таковы были Назореи1), посвящавшіе
*) Черезъ всю богословскую и «святоотческую» письменность
и литературу проходитъ желаніе, притомъ искреннее и наивное,
основанное на невѣжествѣ, — связывать «наши пожеланія» и
«нашу увѣренность» съ ветхозавѣтными примѣрами, какъ пре-
цедентами. Такъ и здѣсь. «Назореи суть ветхозавѣтные монахи»—
это вамъ ткнутъ въ спорѣ и малоученые міряне, и многоученые
богословы-академисты. На вопросъ, «почему»,—отвѣтятъ: «Какъ-
жѳ, въ дни назорейства своего они воздерживались отъ сикера и
вина».—«Ну?»—«Воздержаніе есть постъ, а постничество есть суть
монастыря: слѣдовательно, назореи были тоже, что теперешніе
монахи. Воздержанники, постники»... Между тѣмъ, стоило-бы не
только глазами читать буквы Ветхаго Завѣта, но и душою вник-
нуть въ его музыку, чтобы понять, что «назореи» были «святые»,
«угождающіе» Богу, но именно въ духѣ плодороднаго Ветхаго
12
ЛУННЫЙ СВѢТЪ
себя Богу по особенному обѣту, на время или на всю
Завѣта: т.-е. они были противоположностью монашества! Съ чего
начиналось назорейство? Великій этотъ законъ учредилъ Моисей,
имѣвшій двухъ женъ (Сепфору и Эѳіоплянку) и ужъ, конечно,
о монашествѣ не помышлявшій. Онъ ввелъ или, точнѣе, разлилъ
въ народѣ обычай, обыкновеніе, которое привилось съ страстною
горячностью, какъ, впрочемъ, естественно должно сладко при-
виться все, что помогаетъ чадородію и увеличиваетъ его, —уве-
личиваетъ не въ моментахъ разрѣшенія отъ бремени, беремен-
ности, а въ зачинающемъ его моментѣ, поднимая его энергію.
Назорейство было обыкновеніемъ, но не обязательнымъ, не все-
общимъ и пассивнымъ, а поставленнымъ подъ законъ внутрен-
ней у всякаго прихоти, фантазіи, позыва. «Есть охотка, становись
назореемъ». Ужъ это должно-бы обратить на себя вниманіе
нашихъ богослововъ и заставить ихъ спросить себя: «для чею
оно?» «Хорошее дѣло» это «назорейство»,—ну, пустъ бы испол-
няли всѣ. Вѣдь оно длилось недолго, вотъ какъ наши посты, и
подъ силу было-бы и народу. Но Моисей сказалъ: «пусть по
фантазіи». Въ чемъ же тутъ дѣло? Да въ чемъ суть назорей-
ства? Къ зтому можно подойти, всмотрѣвшись въ обрядъ его.
Вотъ я хочу быть назореемъ. «Тогда»,—учитъ Моисей,—«ты поди
въ Скинію свидѣнія («свиданія», «встрѣчи» съ Богомъ: ибо она
была вѣчно наполнена «Славою Господнею», какъ бы мы ска-
зали теперь: «полна Св. Духа», «полна благодати»). Тамъ, купивъ
жертвенное животное (не дорогое, овцу, т.-е. обыкновеннѣйшее у
пастушескаго народа, — это въ видахъ доступности всѣмъ),
сними одежды съ себя: и священникъ, служившій при храмѣ, поло-
живъ къ ногамъ твоимъ зто животное, обреетъ кругомъ твое тѣло,
такъ, чтобы срѣзанные волосы падали въ шерсть этого живот-
наго и смѣшивались съ волосами его». Послѣ того животное за-
калывалось и сжигалось на жертвенникѣ всесожженій, вмѣстѣ
съ волосами новаго назорея, «въ сладкое благоуханіе Господу»
(обычное прикладное слово о всѣхъ жертвахъ). Затѣмъ, «назо-
рей» возвращался въ домѣ свой, къ женѣ и дѣтямъ (безъ жены
и дѣтей не было евреевъ), обязанный на дни «назорейства»,
срокъ коего онъ самъ для себя опредѣлялъ, «воздерживаться
отъ сикера и вина», какъ извѣстно расхолаживающаго (разжижаю-
щаго) кровъ и разслабляющаго половыя силы. Срокъ назорейства,
ЛУННЫЙ свѣтъ
13
жизнь. Таковы были Илія, Елисей, и ученики пророческіе,
избираемый обыкновенно на 30, или немного больше дней (по
«фантазіи»),—былъ темпомъ изощренно-чистыхъ, глубоко-ясныхъ
въ сознаніи, совокупленій: конечно, ни малѣйше не преувеличен-
ныхъ въ числѣ (что всегда ведетъ къ слюнявости и пакости,
къ частымъ слабенькимъ совокупленіямъ), но безспорно болѣе, такъ
сказать, полновѣсныхъ, зернистыхъ, содержательныхъ. Это какъ
рожь набираютъ «на сѣмена»,—всегда лучшую, крупнѣйшую,
свѣжую. На это указываетъ бритье волосъ около половахъ орга-
новъ; какъ мы, готовясь дѣлать визиты — «бреемся», къ празд-
нику—«бреемся», такъ бритье дѣтородныхъ органовъ ясно зна-
менуетъ «праздникъ» ихъ, «торжество» ихъ. А что Моисеево:
«обрей все тѣло кругомъ», имѣло въ виду именно особенно поло-
вые органы, зто ясно само собою: потому что, безъ обращеніи на
нихъ вниманія, не надо-бы новичку-назорею раздѣваться и свя-
щенникъ могъ бы просто обривать ему голову. Наконецъ, вы-
бривать мѣсто «подъ мышками» можно было тоже лишь слегка
откинувъ не тяжеловѣсную южную одежду. Въ ритуалъ входитъ
и въ мысль Моисееву явно входило это: чтобы въ Скиніи сви-
дѣнія «назорей», т. е. въ концѣ концовъ (въ теченіе года) весь
народъ, всѣ зрѣлые евреи и еврейки, показались нагими, съ
органами открытыми, видимыми, обвѣваемыми «благодатнымъ
воздухомъ» Скиніи. Назорейство было воздушною миквою Из-
раиля. И какъ миква имѣетъ отношеніе къ вотъ-вотъ сейчасъ
вслѣдъ за нею имѣющему совершиться совокупленію, — также
точно и назорейство. Это было храмовое «посвященіе», «благо-
словеніе», «напутствіе» въ совокупленія. Съ монашествомъ оно
имѣетъ только то подобіе, что «назорей» также чувствовалъ
себя «посвященнымъ Богу», «посвятившимся»: но «черезъ сово-
купленія, угодныя Богу», «посвященныя Богу», какъ и Богомъ
указанныя, предписанныя («плодитесь, множитесь»), а не черезъ
«постъ, скопчество и молитву» (монахи). Въ Талмудѣ, который
есть «ограда закона»,—исчислены яства и питія, понижающія и
повышающія половую силу, половую предрасположенность,
жажду. Между прочимъ, отъ чеснока и щуки—жаждутъ: отчего
это и есть любимѣйшія, всегдашнія блюда плодовитыхъ евреевъ;
отъ сикера и вина сила увядаетъ, какъ это подтвердила въ
наши дни и наука. Мнѣ гдѣ-то пришлось прочитать въ стати-
14
ЛУННЫЙ СВѢТЪ
соблюдавшіе цѣломудріе1) и нестяжательномъ и жившіе
въ пустыняхъ; таковы были всѣ тѣ, которые, по слову
Апостола, скитались въ милотяхъ и козьихъ кожахъ, терпя
недостатки, бѣдствія, озлобленія2),—тѣ, которыхъ весь міръ
стической книгѣ, касавшейся при-уральскихъ нашихъ губерній,
что вотъ въ такое-то время уменьшенія акцизнаго дохода, т.-е.
сокращенія пьянства,—пропорціонально увеличилось число изна-
силованій, т.-е. нетерпѣливыхъ, неудержимыхъ совокупленій.
Нѣтъ пьянства—половой напоръ становится сильнѣе. И съ силь-
нымъ половымъ напоромъ народы не имѣютъ предрасположенія
къ пьянству (евреи, мусульмане}. В. Р—въ.
') Не помню, которому изъ пророковъ (богословы знаютъ)
Богъ сказалъ: «Поди къ блудницѣ и зачни съ нею». Пророкъ испол-
нилъ:—«Поди и еще зачни», повторилъ Іегова. И такъ до трехъ
разъ. Да и вообще нужно ли объяснять, когда это говоритъ
каждая страница Библіи, что на томъ самомъ мѣстѣ, гдѣ обра-
зовалось голое скопчество потомъ, пресловутое дѣвство, «святое дѣв-
ство», на этомъ самомъ мѣстѣ въ Ветхомъ Завѣтѣ росла, зеленѣла
и вѣчно поливалась свѣжею водою («омовенія») густая-густая,
высокая-высокая трава совокупленій! И та самая «святость»,
которая отнесена была потомъ къ дѣвству, она ранѣе принадле-
жала совокупленіямъ. Многоженство гораздо священнѣе счита-
лось, чѣмъ одноженство: что видно изъ того, что, напримѣръ,
одноженный Исаакъ былъ «такъ себѣ» у Бога, безъ знаменій,
безъ посѣщеній, безъ особенныхъ ему обѣтованій,—многожен-
ныхъ же Авраама и Іакова Онъ посѣщалъ, говорилъ съ ними,
и точно всячески лелѣялъ и ласкалъ. Да и понятно: если «жён-
ность» хорошо, то ««огожённость лучше одаджённости, какъ
«пять» больше, лучше «единицы», какъ полководецъ, выигравшій
«три сраженія», лучше выигравшаго «одно», и учитель, обучив-
шій «толпу» дѣтей, лучше, угоднѣе Богу и нужнѣе въ міру, чѣмъ
обучившій единственнаго ученика. В. Р—въ.
а) Гдѣ зто въ Ветхомъ Завѣтѣ культъ «недостатковъ, бѣд-
ствій, озлобленій?» Терпишь, когда приходится: а искать—грѣшно.
Это ужъ въ Новомъ Завѣтѣ стали «изъязвлять себя», и чтб
отчаяннѣе, горше—«испытывать сладкую муку язвъ»... Когда это
пришло,—со «счастьемъ человѣческимъ» было кончено, и дверь
въ Эдемъ, обѣщанный вторично человѣку (Апокалипсисъ) — на-
глухо заколотилась. В. Р—въ.
ЛУННЫЙ СВѢТЪ
15
не былъ достоинъ, скитались по пустынямъ и горамъ, по
пещерамъ и ущельямъ земли (Евр. XI, 37, 38). Таковъ
былъ и Предтеча Господень.
«Но въ полномъ совершенствѣ иночество раскрылось
только въ Новомъ Завѣтѣ. По словамъ аввы Піаммона,
новозавѣтное иночество ведетъ свое начало отъ самихъ Апо-
столовъ. Такимъ въ началѣ было и все множество первыхъ
увѣровавшихъ во Христа. Св. Василій Великій въ самомъ
обществѣ Господа Іисуса Христа и Апостоловъ видитъ перво-
образъ иночества1)... Дѣйствительно, нѣкоторые изъ Апо-
*) Все это и такъ, и не такъ... «Община Іисуса уже была ино-
ческою*, «была образомъ и примѣромъ иночества*. Дѣйствительно, все
въ этой общинѣ и она сама была «не отъ похоти мужскія рожден-
ною, ни—отъ похоти женскія». Уже въ ней ничего не было «отъ
плоти»: всѣ устремленія—«духовныя», всѣ интересы—«духовные»;
и община эта была, конечно, зачаткомъ и прообразомъ «духо-
венства», греко-россійскаго, латинскаго, германскаго. Кой-кто
изъ нихъ былъ женатъ: но какимъ-то боковымъ способомъ, не
центрально, не главнымъ образомъ. Какъ и духовенство все-
мірное съ тѣхъ поръ имѣетъ семью «какъ сбоку-припёку»,
«дозволенную» (у насъ), замѣненную «экономками и служанками»
(у католиковъ). Вездѣ отъ семьи остались «поскрёбыши», хламъ:
сердцевина была выѣдена. Сердцевина величія, сердцевина яр-
каго признанія, сердцевина вѣрности и доблестей. Точно вокругъ
семьи, этого «райскаго дерева», этого «дерева жизни», походилъ
больной, калѣка: и заразилъ ее калѣчествомъ своимъ, «убогимъ
видомъ». Но это былъ именно только видъ убогости: на самомъ
дѣлѣ подъ убожествомъ скрывался Сильный, Сильнѣйшій. Пере-
давъ семьѣ «убожество» свое, самъ онъ началъ расти,—о, тоже
въ этомъ идеалъ «убожества», но въ сущности—кяко-бы убоже-
ства»: поднялась сатанинская гордость «смиренныхъ видомъ»,
и не даромъ 1-й основатель папства опредѣлилъ себя «зегѵив
аегѵогит Пеі», крабъ рабовъ Господнихъ». Въ «рабскихъ чертахъ»,
«прихрамывая», «сгибаясь», — всѣ они занесли голову свою за
облака. Вернемся къ темѣ: да, женаты были нѣкоторые Апостолы;
но чтобы у котораго-нибудь изъ нихъ родился ребеночекъ — этого
16
ЛУННЫЙ СВѢТЪ
столовъ, не вступившіе въ бракъ до своего призванія къ
апостольству, остались навсегда дѣвственниками: св. Іа-
ковъ, братъ Господень, сыны Зеведеевы—Іоаннъ и Іаковъ,
и апостолъ Павелъ. Ученики св. апостола Павла, Титъ и
Тимоѳей, подобно своему наставнику оставшись безбрач-
ными, всецѣло посвятили себя на служеніе Господу. Дщери
перводіаконовъ Филиппа и Николая пребывали въ дѣвствѣ1).
Климентъ, ученикъ апостольскій, писалъ уже окружныя
посланія къ дѣвственницамъ2')... Съ самыхъ временъ апо-
не только нигдѣ не сказано въ Евангеліи, но какъ-то и пред-
ставить себѣ нельзя, чтобы объ этомъ было на его страницахъ
сказано. Весь духъ ею измѣнился бы. «Плотская радость», «плот-
ское счастье» — зто «древо жизни» растетъ; тогда какъ въ
Евангеліи оно нигдѣ уже не растетъ... Какъ съ пришествіемъ
Христа прекратились жертвоприношенія, — т.-е. та древнѣйшая
часть всѣхъ религій, тотъ ея первый камень, который уже описанъ
подробно у сыновъ перваго человѣка, Адама, — такъ самъ Хри-
стосъ явился какъ-бы послѣдній рожденный со славою женами чело-
вѣческими, послѣ Котораго прекратились настоящія рожденія,
и осталась лишь тѣнь ихъ, схема ихъ, даже смрадъ ихъ, безъ
сока и сладости. В. Р—въ.
’) Вотъ! Начинается этотъ культъ «старыхъ дѣвъ», маринадъ
изъ «похоти мужскія и женскія», который квасится въ собствен-
номъ уксусѣ, вмѣсто того, чтобы давать лозу. В. Р—въ.
а) Вотъ! И такое величественное это слово: «дѣвственницы»,
«дѣвственники». Но это хорошо — безсемейнымъ: а горькіе ста-
рики-семьянины, видя, какъ взрослыя дочери ихъ, и одна, и
другая, и шестая, оставляются «безсѣменною эпохою» за фла-
гомъ, горько плачутся про себя, а вслухъ называютъ ихъ «ста-
рыми дѣвками». Климентъ поэтому написалъ не «Посланіе къ
дѣвственницамъ», а «Посланіе къ старымъ мухоморамъ», отъ
яда коихъ — черезъ мглу вѣковъ—произошли теперешніе наши
«бульвары» и «городскіе сады», гдѣ такіе-же мухоморы, на
исходѣ увядающей, никому не нужной, никому не потребовав-
шейся ихъ молодости, бѣгаютъ, высунувъ языкъ, за гимнази-
стами, за столоначальниками, за кѣмъ-нибудь, за кѣмъ угодно.
ЛУННЫЙ СВѢТЪ
17
сяголъстит идетъ почти непрерывный рядъ свидѣтельствъ
церковныхъ писателей о дѣвственникахъ и дѣвственницахъ.
О, Боже: да вѣдь и жизнь изжита, и какъ ихъ осудить! Это уже
не человѣколюбивый Талмудъ, по одному изъ правилъ коего
если у отца есть дочь особенно непривлекательная, то отецъ
все-таки обязанъ, хоть за деньги, ей пріобрѣсти временнаго
мужа. На вѣки-то, на нашъ «вѣчный бракъ»—и «за деньги» на
многихъ нельзя жениться; ну, а временно—при свободѣ хоть на
завтра развода — конечно уже не было такого урода изъ дѣву-
шекъ, которую «познать» рѣшительно отказалоя-бы всякій. При
заповѣди «плодородія» естественно вытекло эту мудрое правило,
что, какъ только у дѣвушки лобокъ началъ покрываться воло-
сами (см. у пророка Іезекіиля),—такъ отецъ и мать обязаны были
привести ей на ложе, кто-бы «вошелъ» къ ней и зачалъ въ ией.
И ужъ, конечно, нельзя было ожидать отказа, когда сестра упра-
шивала своего брата, холостого или женатаго—все равно, сово-
купиться съ ея дочерью, хотя-бы сколько-нибудь разъ, хотя-
бы до первой беременности, когда (въ случаѣ нестерпимаго ея
безобразія) онъ могъ быть замѣненъ другимъ мужемъ (механизмъ-
развода, законъ родственныхъ браковъ), опять не вѣчнымъ,
опять какимъ-нибудь. Вотъ ужъ тамъ и «ленъ курящійся» не
«загащивался», и «трость надломленная» — не переламывалась.
Замѣтимъ, что великая есть доблесть, великое служеніе Богу
(вотъ гдѣ настоящее «монашество», какъ «жертва Богу») заклю-
чается въ женитьбѣ на тѣхъ дѣвушкахъ, вдовахъ, вообще жен-
скихъ существахъ, которыя «никому не понадобились», «никому
не нравятся», некрасивенькихъ, слабенькихъ, иевидненькихъ: но
«тяжкихъ бременъ» не надо возлагать, и, конечно, можно на-
дѣяться на охотную женитьбу на такихъ лишь при многожен-
ствѣ, которое да будетъ благословенно между прочимъ именно и
за ато, что при многоженствѣ возможно брать некрасивыхъ, кос-
мическихъ «сиротъ», космическое «убожество», производя отъ
него иногда красивѣйшія лозы: ибо «убогія» съ лица своего, въ
полѣ бываютъ часто геніальны, воспріимчивы, страстны, «похот-
ливы». Увѣренъ, что доля избранничества Богомъ Магомета
объясняется любовью и вѣрностью его, еще въ 17 лѣтъ, къ
40-лѣтней милой Хадиджѣ: только на небесахъ извѣстно, а не у
пустыхъ людей, какъ было отрадно Богу, что онъ такъ любилъ и
18
ЛУННЫЙ св-ьтъ
Св. Игнатій, св. Іустинъ мученикъ, апологеты Аѳинагоръ
и Минуцій Феликсъ, Оригенъ, Тертулліанъ, св. Меѳодій
Тарскій, св. Кипріанъ — говорятъ намъ о существованіи
въ древней Церкви подвижниковъ и подвижницъ, отрекав-
шихся отъ міра для нераздѣльнаго служенія Господу 1).
«Послѣ Апостоловъ изъ подвижниковъ и подвижницъ
перваго вѣка намъ извѣстны святыя: Ѳекла, Зинаида и
Филонида, Евдокія и Телесфоръ.
«Св. Ѳекла, послѣ проповѣди Апостола Павла и Вар-
навы въ Иконіи, увѣровавъ въ Господа оставила своего
жениха й). Послѣ чудеснаго избавленія отъ огня въ Ико-
ніи и звѣрей въ Антіохіи, съ благословенія Апостола Павла
«иде въ Селевкію и вселися въ пустѣмъ мѣстѣ на нѣкоей
горѣ близъ Селевкіи, и тамо живяше въ постѣ и молит-
никогда—уже женившись на другихъ—не обидѣлъ свою Хидиджу,
бывшую тогда «беззубою старухою», какъ ее ревниво называла
младшая изъ Магометовыхъ женъ, прекрасная Аиша. Хотя онъ
безумно любилъ ее, послѣднюю, но не переставалъ и въ это
даже время любить, ласкать и нѣжить Хадиджу. За Хадиджу
ему и послалъ Богъ побѣды и успѣхъ и далъ Свои слова про-
рочества. В. Р—въ.
Читай: <для угожденія Богу отрекавшихся отъ исполненія
воли Божіей, заповѣди Господней». В. Р—въ.
2) Вотъ... Начались эти «оставленія жениха», «ухожденія въ
монастырь», прообразъ скорбныхъ Лизъ Калитиныхъ... Но оста-
вимъ уродство. Или—вотъ оно произошло: то и пусть осталось бы
въ молчаніи, какъ эмпирическій фактъ, не переходя ни въ прин-
ципіальное да, нн въ принціальное нѣтъ. Но этого не случилось:
о немъ записали, его прославили, прославили «оставленіе жениха»,
т.-е. безмужество. О, по-истинѣ, какъ «благочестиво есть въ Пу-
стынной Аравіи посадить хотя одно въ жизни дерево», — такъ
въ нашей цивилизаціи старыхъ дѣвъ и безпутныхъ холостяковъ
«благочестиво есть» бросить въ огонь хоть одну изъ этихъ
старо-печатиыхъ книжонокъ, въ кожаныхъ переплетахъ и съ
мѣдными застежками. В. Р—въ.
ЛУННЫЙ св-ьтъ
19
вахъ и богомысліи»—до 90 лѣтъ своей жизни. Память ея
24 сентября.
«Святыя Зинаида и Филонида быля сродницами Апо-
стола Павла. «Оставлыпе своя стяжанія и всего отрек-
шеся міра»,—онѣ пришли въ Ѳиваиду и тамъ, близъ го-
рода Димитріады, «въ нѣкоемъ вертепѣ житіе свое про-
вождаху».—Язычники, «нощію нападше, каменіемъ побита
ихъ, и тако блаженнымъ сномъ успнули»... Память ихъ
11 октября.
«Святая Евдокія прежде была блудницей въ Иліополѣ
и обладала огромнымъ богатствомъ. Ее обратилъ ко Хри-
сту «инокъ нѣкій, именемъ Германъ», который въ своей
обители «имяше братій семьдесятъ иноковъ». Искренно
раскаявшись, св. Евдокія въ святомъ крещеніи возроди-
лась (въ 96 году) къ новой жизни и, раздавъ всѣ свои
сокровища, вступила «въ монастырь дѣвическъ, въ пу-
стыни». Скончалась мученическою смертію уже въ 162 году,
проживъ царствованія Домиціана, Нервы, Траяна, Адріана
и Антонина. Память ея 1-го марта.
«Святый Телесфоръ проводилъ, до своего избранія въ
папы, отшельническую жизнь. Скончался мученическою
смертію (128—139 г.).
«Изъ второго вѣка извѣстны своею подвижническою
жизнію: святый Фронтонъ, имѣвшій подъ своимъ руко-
водствомъ до 70 иноковъ и построившій монастырь въ пу-
стынѣ Нитрійской, св. Параскева, раздавшая по кончинѣ
родителей все имущество и принявшая иноческій чинъ,
впослѣдствіи пострадавшая за Христа, св. Наркисъ, епи-
скопъ Іерусалимскій. Оставивши престолъ, онъ удалился
въ пустыню, гдѣ и пробылъ до конца дней своихъ въ
подвигахъ иноческихъ. Св. Евгенія, римлянка, дочь на-
мѣстника александрійскаго, въ царствованіе императора
Коммода обратившись ко Христу чтеніемъ Свящ. Писанія,
20
ЛУННЫЙ СВѢТЪ
тайно удалилась изъ дома родительскаго и по дорогѣ встрѣ-
тила обитель. Ее сопровождали евнухи Протасій и Іакинѳъ.
«Слышу, яко Елій, епископъ христіанскій», сказала она
слугамъ, «созда здѣ монастырь, въ немже черноризцы не-
престанно во дни и нощи хвалятъ Бога пѣсньми». Уви-
давъ Елія, построившаго монастырь, она приняла св. кре-
щеніе вмѣстѣ съ евнухами. Переодѣтая въ мужскую одежду,
Евгенія принята была въ мужской монастырь, «юношѣ
подобна одѣяніемъ и остриженными власыъ. «Въ мона-
стырѣ живяше,—добрѣ иночествуя и работая Богу». Из-
бранная по смерти аввы въ настоятели, она подверглась
низкой клеветѣ. Явившись на судъ къ намѣстнику Фи-
липпу, своему отцу, она открыла ему свой полъ и проис-
хожденіе. Впослѣдствіи основала женскій монастырь, въ
которомъ была настоятельницею. Жизнь свою окончила
мученически. Память ея 24 декабря.
«Въ Ш вѣкѣ прославился своими подвигами св. Ни-
конъ. Родомъ изъ Неаполя, онъ послѣ св. крещенія от-
плылъ на островъ Хіосъ, гдѣ на горѣ Ганосъ былъ кре-
щенъ епископомъ Кизическимъ Ѳеодосіемъ, укрывавшимся
въ пещерахъ отъ гоненія со множествомъ иноковъ. «По
пріятіи крещенія святаго, блаженный Никонъ живяще въ
пещерномъ томъ монастырѣ, учася божественнымъ кни-
гамъ и иноческому присматриваяся житію: тоже и самъ
облеченъ бысть во иноческій образъ кротости ради своея».
«Св. Галактіонъ и Нпистима—изъ г. Емеса въ Фини-
кіи. Св. Галактіонъ, будучи христіаниномъ, по волѣ родите-
лей былъ обрученъ съ язычницею Епистимою. Обративъ
ее ко Христу, онъ убѣдилъ ее вести дѣвственную жизнь 1).
Ночью они удалились изъ дома и пришли къ Синаю, и
тамъ, близъ горы Публіона, Галактіонъ вступилъ въ муж-
Вотъ!.. В. Р—въ.
ЛУННЫЙ СВѢТЪ
21
ской монастырь, а Епистима—въ женскій. «Подвиги его
и труды кто изрещи можетъ? Никогда не видѣнъ бысть
празденъ, но или дѣлаше что монастырю потребно, или
моляшеся: постъ его бѣ безмѣренъ,, иногда бо во всю сед-
мицу не вкуси. Толикій же цѣломудрія и чистоты своея
бѣ хранитель, яко во вся лѣта постничества своего соблю-
дашеся опасно, да не видитъ лица женска» 1)„. Впослѣд-
ствіи Галактіонъ и Епистима сподобились мученическаго
вѣнца. Память ихъ 5 ноября.
«Се. Пансофій, родомъ изъ Александріи, по смерти отца
своего Антипата раздавъ все свое имущество, удалился
въ пустыню. Скончался мученикомъ въ царствованіе Декія.
Память его 15 января. Въ то же царствованіе пострадалъ
за Хріста инокъ діаконъ Авивъ. Память 6 сентября».
«Се. Анастасія Римляныня. Близъ Рима, на уединен-
номъ и незнаемомъ мѣстѣ,—находился женскій монастырь.
Круглой сиротой Анастасія, трехъ лѣтъ, была взята на
воспитаніе игуменіей Софіей. Она выросла красавицей, но
«вся уметы вмѣнивши, уневѣстися Хрісту, и день и нощь
въ молитвахъ служаше». На 21 году отъ роду скончалась
мученически. Память ея 28 октября».
«Изъ переводнаго творенія Руфина:
«Жизнь пустынныхъ отцовъ»).
’) Вотъ! «Не надо Евы». До чего явенъ бунтъ противъ Бога,
не со стороны откуда-то, но изъ Адама-же извлекшаго жену ему,
Н тѣмъ показавшаго, какое это внутреннее существо вещей, не
придуманное, не постороннее, не случайное. «Уже въ тебѣ,
Адамъ — есть Ева: которая и выходитъ во-благовременіи»
(— бракъ). Б. Р—въ.
22
ЛУННЫЙ свьтъ
Благочестивому читателю.
«Послѣ плачевнаго отпаденія отъ Бога въ человѣкѣ
произошла печальная перемѣна: въ немъ образовалась тай-
ная, безмолвная сила, непреодолимо влекущая его къ землѣ,
къ благамъ и наслажденіямъ міра сего. Это было вполнѣ
естественно: не направляясь болѣе вверхъ къ живому,
святолюбящему Богу, какъ къ высочайшей цѣли желаній,
духъ человѣческій по необходимости низвергается внизъ,
въ міръ земныхъ благъ, съ безпокойно-страстнымъ жела-
ніемъ наполнить образовавшуюся, съ удаленіемъ отъ Бога,
пустоту. И вотъ—нѣтъ конца, нѣтъ насыщенія... Не на-
сытится око зрѣніемъ; не наполнится ухо слышаніемъ; и
вотъ—«все суета и томленіе духа» (Еккл. 1, 8, 14). Мно-
жество конечныхъ цѣлей никогда не удовлетворитъ духа
съ его безконечными стремлешями х).
«Ни у одного народа это всецѣлое увлеченіе внѣшнимъ
міромъ не выразилось въ такой яркой, вполнѣ закончен-
ной—до художественности—формѣ, какъ у древнихъ гре-
ковъ. Всѣми силами души, всѣми своими стремленіями
они погружены были во внѣшній чувственный міръ, смотря
на земную жизнь, какъ на законченное цѣлое, и почти
совсѣмъ не задумываясь о жизни вѣчной. Какъ дивно
прославляли они блага земной жизни! Какая чудесная
картина развертывается предъ нами въ пѣснопѣніяхъ Го-
мера. Земная жизнь человѣческая во всѣхъ ея проявле-
ніяхъ предстаетъ здѣсь предъ нами, вся облитая лучами
чарующей поэзіи.
«Никогда земля и небо не сіяютъ столь лучезарнымъ
блескомъ, какъ послѣ грозы, бури и проливного дождя.
х) О, семинарщина, о глупая семинарщина! И еще туда же
философствуетъ... В. Р—въ.
ЛУННЫЙ СВЬТЪ
23
Такъ и въ пѣсняхъ Гомера «мы ощущаемъ какъ въ цѣ-
ломъ, такъ и въ частяхъ—свѣжую, цвѣтущую юность
человѣчества» (Шеллингъ). Весь міръ полонъ дивной гар-
моніи! Нигдѣ нѣтъ разлада—ни въ жизни природы, ни въ
жизни человѣческой. Даже несчастій, даже слезы—не пор-
тятъ того жизнерадостнаго ощущенія, которое ощущается
при чтеніи Гомера. Они лишь не болѣе, какъ игра свѣта
и тѣни въ чудно-прекрасной картинѣ. Все божественно и
человѣчно! Смыслъ жизни—въ самой жизни, въ наслажде-
ніи ея дарами.
Сладко вниманье свое намъ склонить къ пѣснопѣвцу, который —
Слухъ нашъ плѣняя, богамъ вдохновеньемъ высокимъ подобенъ.
Я же скажу, что великая нашему сердцу утѣха
Видѣть, какъ цѣлой страной обладаетъ веселье, какъ всюду
Сладко пируютъ въ домахъ, пѣснопѣвцамъ внимая, какъ гости
Рядомъ по чину сидятъ за столами, и хлѣбомъ и мясомъ
Пышно покрытыми, какъ изъ кратеръ животворный напитокъ
Льетъ виночерпій и въ кубкахъ его оцѣненныхъ разноситъ.
Думаю я, что для сердца ничто быть утѣшнѣй не можетъ!»
«Но вотъ—пришло Евангеліе. Оно открыло міру новый,
невѣдомый язычеству, смыслъ жизни. Передъ очами міра
засіяла новая красота, передъ которою поблекла красота
міра сего. Въ міръ явилась Божественная Мудрость, на-
учившая людей житъ для смерти и умирать для жизни.
Огонь, низведенный Спасителемъ на землю,—попалилъ
прежнюю и воспламенилъ новую жизнь на ней...
«...Вмѣсто героевъ, увлекавшихся борьбою, вмѣсто го-
стей, увѣнчанныхъ миртомъ и розами х), вмѣсто веселыхъ
*) Да, психологическое основаніе для перелома, конечно, было,
но не было основанія религіознаго, т. е. относящагося <до вѣч-
ности» и въ себѣ самомъ заключающаго «вѣчность». Вся древ-
няя цивилизація износилась, истерлась... Стрѣляли, стрѣляли изъ
2 — В. В. Розанов
24
ЛУННЫЙ СВѢТЪ
хороводныхъ пѣсенъ—явились другіе люди, съ другими
стремленіями. Не чарующія дубравы, не свѣтлоструйные
ручьи, не изумрудное море, не очаровательные ландшафты
пушки—и она обратилась въ «кувалду»: нарѣзы сгладились,
стволъ измялся, вся она «деформировалась»... Вчера сытъ, се-
годня сытъ, всегда былъ сытъ: нужно и поголодать, хочется по-
голодать. Но это — феномены, психическія состоянія, перемѣны
бытія, жизнь! Нѣтъ жизни, гдѣ нѣтъ перемѣнъ, пульса. Вотъ въ
смыслѣ «пульса» покаяніе и постъ, пустыня и молитва были
нужны. Но, повторяемъ—это феноменъ, который никогда не
смѣлъ переходить въ религію, въ которомъ не было содержанія для
религіи! Въ этомъ все дѣло. Но и затѣмъ вопросъ: гдѣ «изна-
чальная правда» и гдѣ «первородный грѣхъ», въ свѣтломъ ли
взаимодѣйствіи съ природою, или «въ облачкахъ» души чело-
вѣческой, которыя тоже есть, есть онѣ извѣчно, прорѣзываютъ
самую чистую радость, самый безмятежный, казалось бы, покой?
Здѣсь, не въ силахъ разгадать, я передамъ, что чувствую: хотя
я вѣчно, казалось бы, «защищаю язычество», но на свѣтломъ
пиру Эллады и я выбралъ бы, сѣлъ бы рядомъ и заговорилъ
бы съ той, которую такъ хорошо очертилъ поэтъ:
Но, въ разговоръ веселый не вступая,
Сидѣла тамъ задумчиво одна,
И въ грустный сонъ душа оя младая
Богъ знаетъ чѣмъ была погружена...
Интереснѣе! Да не только интереснѣе,—лучше! Монашеская
красота извѣчно побѣдитъ внѣшнюю, плотскую, мясную, тѣль-
ную: какъ Рафаэль побѣдилъ же Рубенса... и «суровая» Астарта-
Дѣвственница побѣлсдала юную, полно-бедренную, грудистую
Венеру. Удивленъ я былъ, разсматривая карѳагенскія монеты
(см. Мйііег: «Монеты Африки») съ изображеніемъ на нихъ
Астарты-Таниты. Это очень рѣдкія монеты, выбитыя въ эпоху
Цезаря и Августа въ самомъ Карѳагенѣ, тогда какъ болѣе древ-
нія карѳагенскія монеты, чеканившіяся въ сицилійскихъ коло-
ніяхъ, всѣ носятъ на себѣ изображенія другихъ божествъ. Я
былъ не только удивленъ, но пораженъ: на монетѣ изображена
голова теперешней, нашей монахини, не только съ чертами пожи-
лого и суроваго лица «ханжи-игуменьи», но голова и покрыта
ЛУННЫЙ СВѢТЪ
25
веселой Эллады,—нѣтъ,—ужасающія египетскія пустыни,
одинокія пещеры—вотъ чтд теперь привлекало взоры и
вниманье цѣлаго свѣта. Суровые подвиги воздержанія,
умерщвленія плоти, страшныя лишенія, слезы сокрушенія,
неустанная молитва, отреченіе отъ суетныхъ радостей
міра—вотъ чтд вдохновляло этихъ новыхъ людей»...
Предисловіе священн. М. I. Хитрово къ пере-
воду: «Жизнь пустынныхъ отцовъ» Руфииа.
какимъ-то монашескимъ куколемъ, некрасивымъ узкимъ покры-
валомъ. Весь стиль—монахини! Вдобавокъ и прямо къ ужасу—
позади головы стоитъ крестъ, длинный латинскій <крыжъ», т. е.
«крестъ на крестъ» двѣ прямыхъ линіи, поперечная ближе къ
верхнему концу, и безъ всякихъ нашихъ «православныхъ» пе-
рекладинокъ! Между тѣмъ это—подлинная языческая монета,
внѣ всякаго вѣдѣнія христіанства вычеканенная и посвященная
Танитѣ-Астартѣ, «женской половинѣ» Молоха,— въ честь коей,
какъ и Молоха, сожигали дѣтей! Значитъ, эта «меланхолія»—
извѣчна! И краткій «рай», конечно, долженъ былъ смѣниться
«грѣхопаденіемъ». Душа человѣческая, сама душа его, а не об-
стоятельства его жизни, рождена съ «облачкомъ»... которое мы
или видимъ, или ждемъ, или воспоминаемъ. Въ «Астартѣ-Мо-
лохѣ» древніе, повидимому, отнесли это «облачко души человѣ-
ческой» къ извѣчному, къ небесному: провидѣли въ самомъ
Богѣ-Творч» это «облачко», или уже въ Немъ-то—цѣлую «тучу»...
«грозы и молніи»... Мы тутъ, конечно, ничего не можемъ ска-
зать, гдѣ «да» гдѣ «нѣтъ». Мой окончательный взглядъ заклю-
чается въ томъ, что все должно быть введено въ свою мѣру:
должна быть размѣрена и радость и грусть, свой чередъ и за-
конъ-одному, чередъ и законъ—и другому, безъ «диктованія
условій» которымъ-нибудь, и къ абсолютно свободному выбору
человѣка. Почтимъ монастыри; но почтимъ и того, кто никогда
въ монастырь не заглядываетъ. И только скажемъ ему: «братъ
нашъ, будь въ удовольствіяхъ прекрасенъ какъ эллинъ, и не
переходи нигдѣ въ свинство» (способъ веселиться у христіанъ);
а монастырю скажемъ: «не наводи ірижь скорби на лицо свое и
не разыгрывай театръ скорби съ комедіей въ душѣ»... В. Р—въ.
2 *
ТРЕТІЙ ПОЛЪ.
Полъ какъ прогрессія нисходящихъ
и восходящихъ величинъ.
Во всѣхъ фактахъ, которые мы привели, христіан-
скихъ и до-христіанскихъ, мы имѣемъ въ зернѣ дѣла
какое-то органическое, неодолимое, врожденное, свое
собственное и не внушенное, отвращеніе къ совокупле-
нію, т. е. къ соединенію своего дѣтороднаго органа съ
дополняющимъ его дѣтороднымъ органомъ другого пола.
«Не хочу! не хочу!»—какъ крикъ самой природы, вотъ
что лежитъ въ основѣ всѣхъ этихъ, казалось-бы—столь
противо-природныхъ, религіозныхъ явленій. Крикъ...
«самой природы»: и мы должны предположить, что въ
томъ какъ-бы міровомъ котлѣ, гдѣ замѣшивалась каша
всемірной насущности, всемірной наличности, уже со-
держались какіе-то элементы этого противоборства, этой
противоприродности; что уже тамъ, въ этомъ перво-
зданномъ или, вѣрнѣе, до-мірозданномъ котлѣ бурлили
теченія и противотеченія, ходили круги кипящей ма-
теріи туда, сюда, винтомъ, кругообразно, а отнюдъ не
по прямой линіи: и когда она застыла и родился оформлен-
ный міръ, — мы такъ и видимъ въ немъ эти застывшія
и переданныя намъ, т. е. вложенныя въ природу существъ—
движенія «туда», «сюда», «винтомъ» и, словомъ, не по
прямой линіи. Полъ былъ-бы совершенно ясное или
довольно ясное явленіе, если-бы онъ состоялъ въ періо-
30
СОТВОРЕНІЕ «ЛИЦА»
дически совершающемся совокупленіи самца и самки
для произведенія новой особи: тогда это было-бы то-
же, чтб стихіи кислорода и водорода, образующія «въ
соединеніи» третье и «новое существо»—воду. Но кисло-
родъ и водородъ «противотеченій» не знаютъ: и если-
бы мы увидали, что вдругъ не частица кислорода, жад-
но соединяясь (какъ всегда въ химическомъ сродствѣ)
съ частицею водорода—порождаютъ каплю воды, а, на-
противъ, частица водорода, которая-нибудь одна и
исключительная, вдругъ начинаетъ тоже «съ жадностью»
лѣзть на себѣ подобную чатицу водорода-же, убѣгая съ
отвращеніемъ отъ дополнительной для себя частицы
кислорода, мы сказали-бы: «чудо! живоеі индивидуально-
отличное! ли^оі!» Индивидуумъ начался тамъ, гдѣ вдругъ
сказано закону природы: «стопъ! не пускаю сюда!» Тотъ,
кто его не пустилъ, — и былъ первымъ «духомъ», не-
«природою», не-«механикою». Итакъ, «лицо» въ мірѣ
появилось тамъ, гдѣ впервые произошло «нарушеніе
закона». Нарушеніе его какъ единообразія и постоян-
ства, какъ нормы и «обыкновеннаго», какъ «естествен-
наго» и «всеобще-ожидаемаго».
Тогда намъ понятны будутъ «противоборства» въ
«котлѣ», какъ такой процессъ, въ которомъ «отъ вѣка»
налагалось такое важное, универсально-значительное
для космоса, универсально-нужное міру начало какъ
лицо, личность, индивидуализмъ, какъ «я» въ мірѣ. «Я»
борется со всякимъ не-«я»: суть «я» и заключается въ
томъ, чтобы вѣчно утверждать о себѣ: — «не вы», «не
они». Суть «я» именно въ я. Это и не добро, и не зло:
точнѣе, «добро» я заключается въ обособленіи, въ не-
смѣшиваніи, въ противоборствѣ всему, а «зло» я заклю-
чается въ слабости, въ уступчивости, въ томъ, что оно
хотя-бы ради «гармоніи» и для избѣжанія «ссоры» ми-
СОТВОРЕНІЕ «ЛИЦА»
31
рится съ другимъ, сливается съ нимъ. Тогда есть «мо-
раль», но нѣтъ лица: ну, а важно или не важно «лицо»
для міра—объ этомъ будутъ судить уже не одни мора-
листы. Безъ «лица» міръ не имѣлъ-бы сіянья,—шли-бы
«облака» людей, народовъ, генерацій... И, словомъ, безъ
«лица» нѣтъ духа и генія.
Когда міръ былъ сотворенъ, то онъ конечно былъ
цѣлъ, «законченъ»: но онъ былъ матовый. Богъ (боги)
сказалъ: «дадимъ ему сверканіе\» И сотворили боги —
лицо.
Я все сбиваюсь говорить, по-старому, «Богъ», когда
давно надо говорить Боги; ибо вѣдь ихъ два, Эло-гимъ,
а не Эло-агъ (ед. число). Пора оставлять эту навѣянную
намъ богословскимъ недомысліемъ ошибку. Два Бога—
мужская сторона Его, и сторона—женская. Эта послѣд-
няя есть та «Вѣчная Женственность», міровая женствен-
ность, о которой начали теперь говорить повсюду. «По-
образу и подобію Боговъ (Элогшиг) сотворенное» все
и стало или «мужемъ» или «женою», «самкою» или
«самцомъ», отъ яблони и до человѣка. «Дѣвочки»—ко-
нечно въ Отца Небеснаго, а мальчики—въ Матерь Все-
ленной! Какъ и у людей: дочери —въ .отца, сыновья—
въ мать.
Но я нѣсколько отвлекся въ космологическую сто-
рону отъ изысканія первоначальнаго зерна, которое
лежитъ въ основѣ «безбрачныхъ» явленій. Міровое «не
хочу» самца въ отношеніи самки, и самки въ отношеніи
самца, не было подвергнуто до послѣдняго времени на-
блюденію, и только ХІХ-ый вѣкъ началъ собирать въ
этомъ направленіи факты. Факты эти приводятъ къ .без-
спорному заключенію, что «полъ» не есть въ насъ,—
32
ВИБРИРОВАНІЕ ПОЛА
въ человѣчествѣ, въ человѣкѣ,—такъ сказать «постоян-
ная величина», «цѣльная единица», но что онъ принад-
лежитъ къ тому порядку явленій или величинъ, кото-
рую Ньютоно-Лейбницевская математика и философія
математики наименовала величинами «текущими», «флю-
ксіями» (Ньютонъ). Обращеніе вниманія на эти величины
привело одновременно Ньютона и Лейбница къ откры-
тію «исчисленія безконечно-малыхъ» (дифференціаль-
ное исчисленіе), —; которое, между прочимъ, интересно
въ томъ отношеніи, что черезъ него впервые мертвая
математика, или какъ-бы мертвая, мертвая въ ариѳме-
тикѣ и вообще пока она занимается «постоянными
величинами»—получила доступъ, получила силу дотро-
нуться, коснуться и живыхъ (органическихъ) явленій,
«вѣчно текущихъ»... Вотъ такая-то «вѣчно текущая»
величина въ насъ или, точнѣе, существо въ насъ есть
полъ нашъ, какъ наша «самочность», что мы суть или
«самецъ» или «самка». Вообще — это такъ: мы суть
і) самцы, 2) самки. Но около этого «такъ» лежитъ и
не такъ-, противоборство, противотеченіе, «флюксія»
(Ньютонъ), «я» отрицающееся всякаго «не я». И, сло-
вомъ—жизнь, начало жизни; лицо, начало лица...
Предположеніе, что полъ есть «цѣльная величина»
и вообще не «текущее», породило ожиданіе, что всякій
самецъ хочетъ самки и всякая самка хочетъ самца; ожи-
даніе, до того всеобщее, что оно перешло и въ требо-
ваніе: «всякій самецъ да пожелаетъ своей самки» и
«всякая самка да пожелаетъ себѣ самца»... «Оплодотво-
ряйтесь и множитесь» конечно это включаетъ. Но на-
всегда останется тайною, отчего-же при универсальномъ
«оплодотворяйтесь, множитесь», данномъ есей природѣ,
одинъ человѣкъ былъ созданъ въ единичномъ лицѣ—
Адама! Изумленіе еще увеличится, если мы обратимъ вни-
ВИБРИРОВАНІЕ ПОЛА
33
маніе, что позднѣе изъ Адама вышла Ева, «мать жизни»
(по-еврейски — «мать жизней», яйценосная, живородя-
щая «агі тГіпіъиш»): т. е. что въ существѣ Адама скрыта
была и Ева, будившая въ немъ грезы о «подругѣ жизни»...
Адамъ, «по образу и подобію Божію сотворенный», былъ
въ скрытой полнотѣ своей Адамо-Евою, и самцомъ и
(іп роіепііа) самкою: кои раздѣлились, и это — было со-
твореніемъ Евы, которою, какъ мы знаемъ, закончилось
твореніе новыхъ тварей. «Больше новаго не будетъ».
Ева была послѣднею новизною въ мірѣ, послѣднею и
окончателною новизною.
Лишь въ силу всеобщаго ожиданія: «всякій самецъ
хочетъ самки» и т. д., образовалось и ожиданіе, что
самыя спариванія самцовъ и самокъ имѣютъ течь «съ
правильностью обращенія луны и солнца», или по типу
«соединяющихся кислорода и углерода», безъ исключенія.
Но все живое, начиная отъ грамматики языковъ, имѣетъ
«исключенія»: и полъ, т. е. начало жизни, былъ-бы
просто не живъ, если-бы онъ не имѣлъ въ себѣ «исклю-
ченій», и, конечно, тѣмъ болѣе, чѣмъ онъ болѣе живъ,
жизненъ, жизнеспособенъ, животворящъ... Не всѣ зна-
ютъ, что уже въ животномъ мірѣ встрѣчаются, но лишь
въ болѣе рѣдкомъ видѣ, рѣшительно всѣ или почти
всѣ «уклоненія», какія отмѣчены и у человѣка: у чело-
вѣка-же, можно сказать, нельзя найти двухъ самочныхъ
паръ, которыя совокуплялись-бы «точка,въ точку» оди-
наково. «Сколько почерковъ—столько людей», или на-
оборотъ: и совершенно дико даже ожидать, что если
ужъ человѣкъ такъ индивидуализированъ въ столь ни-
чтожной и не представляющей интереса и нужды вещи,
какъ почеркъ,—чтобыонъ не былъ индивидуализированъ
также въ совокупленіяхъ. Конечно, «сколько людей—
столько лицъ, обособленій въ теченіи половой жизни».
34
ВИБРИРОВАНІЕ ПОЛА
Это не только всеобщее «такъ»: но было-бы порочно,
преступно, «нищелюбиво» и «нищеобразно», и совер-
шенно уродливо, если бы это не было «такъ». Всякій
«творитъ совокупленіе по своему образу и подобію»,
рѣшительно не повторяя никого и совершенно не обя-
занный никому вторить: какъ въ почеркѣ, какъ въ чер-
тахъ лица...
«Всеобщее ожиданіе» въ области, гдѣ вообще нѣтъ
и не должно быть «всеобщаго», породило ропотъ, осу-
жденіе, недовольство, пересуды: «отчего та пара сово-
купляется не такъ, какъ есѣъ, причемъ разумѣется соб-
ственно—«не такъ, какъ Я».,. Отвѣтъ на это многообра-
зенъ: «да вы-то точь-ли въ точь живете такъ, какъ всѣЪ
или: «я не живу какъ вы по той причинѣ, по которой
вы не живете такъ, какъ я». Но, въ итогѣ, эти «все-
общія ожиданія», присмотрѣвшись къ которымъ можно-
бы замѣтить, что самыхъ-то «ожиданій» столько, сколько
людей, но только это особенное въ каждомъ затаено
про себя, — они породили давленіе моральнаго закона
тамъ, гдѣ въ общемъ его не можетъ быть, такъ какъ
вся-то область эта — біологическая, и не «моральная», и
не аняш-кморальная», а просто — своя, «другая»1). Мо-
ральный законъ, неправо вторгнувшись въ не свою об-
ласть, разслоилъ совокупленія на «нормальныя», т. е.
ожидаемыя, и «не нормальныя», т. е. «не желаемыя»,
причемъ эти «не желаемыя» не желаются тѣми, кото-
рые ихъ не желаютъ, и въ высшей степени желаются
тѣми, которые ихъ желаютъ и въ такомъ случаѣ испол-
няютъ. Все возвращается собственно къ тому, «что есть»,
’) Единственный изъ богослововъ, ясно это понявшій и послѣ-
довательно и пламенно выразившій, — М. М. Тарѣевъ. См. его
«Основы христіанства», т. IV, «Христіанская свобода».
ВИБРИРОВАНІЕ ПОЛА
35
какъ и естественно въ біологіи: но около того, что
«есть»—съ тѣхъ поръ приставился рабъ, бѣгущій за
торжественною колесницею жизни, хватающійся за спицы
ея колесъ, обрызгиваемый изъ-подъ нея грязью, падаю-
щій въ грязь, вновь встающій, догоняющій, опять хва-
тающійся за спицы и неумолчно ругающійся. Онъ пред-
ставляетъ собою тѣ «ожиданія всѣхъ», которыхъ въ
наличности нѣтъ съ абсолютнымъ тожествомъ, но къ
которымъ равнодушно присоединились и тѣ, которые
далеко отступили отъ нормы: равнодушно по интимно-
сти самой этой области, о которой каждый думаетъ про
себя, что ее не уконтролируетъ «общее правило», и по
стыдливости этой области, гдѣ каждый «свое особое»
хоронитъ особенно глубоко, и нѣтъ лучшаго средства
схоронить это «особое», какъ присоединясь къ «общему
правилу» и осуждая все «особое». Отъ совокупности
этихъ обстоятельствъ и условій вытекла необыкновен-
ная твердость, можно сказать «незыблемость» мораль-
наго закона въ половой сферѣ, которая въ дѣйстви-
тельности не только всегда была «зыбка», но, можно
сказать, ни въ одной точкѣ своей и ни на одну минуту
не переставала волноваться, и представляла вѣчный
океанъ, съ величественными въ немъ теченіями, съ бу-
рями, водоворотами, съ прибоемъ и отбоемъ у всякой
отдѣльной скалы... «Незыблемость» правила шла парал-
лельно совершенной «зыбкости» того, къ чему оно от-
носилось; и, собственно,«зыбкость »-то и была единствен-
нымъ внутреннимъ правиломъ, изъ самой сущности сти-
хіи вытекающимъ... Семейныя добродѣтели восхвалялись
И содомитами, о вредѣ онанизма писали и онанисты, а
отшельники пустынь, совокуплявшіеся съ полевою пти-
цею и лѣснымъ звѣремъ, не умѣли допустить, чтобы
мужчина могъ имѣть сношенія на протяженіи своей
36
ВИБРИРОВАНІЕ ПОЛА
жизни болѣе, нежели съ тремя женщинами, и женщина
болѣе, чѣмъ съ тремя мужчинами тоже на протяженіи
всей жизни (недопустимость 4-го брака у христіанъ, т.-е.
по требованію «святыхъ» христіанства). Все это не такъ
безразлично. Конечно, всѣ таятся—и потому никто осо-
бенно не страдаетъ отъ «общаго правила»; но выпада-
ютъ случаи объявленія, обнаруженія: и тогда подня-
тые камни побиваютъ «отступника» отъ того, къ чему
рѣшительно никто «не прилежитъ». Между тѣмъ полъ—
именно океанъ: и въ немъ не зародится «водоворотъ»
тамъ, гдѣ ему «не указано быть», вѣковѣчныя теченія
его не перестанутъ и не спутаются, не расширятся и не
съ узятся; и все останется такъ «какъ есть» и «преду-
казано» и въ томъ случаѣ, если правило исчезнетъ подъ
давленіемъ истины, что оно вмѣшалось въ область, су-
щественно не свою.
Здѣсь все принадлежитъ наблюденію и ничто испра-
вленію.
*
* *
«Свое» у каждаго выражается прежде всего въ силѣ,
въ напряженіи. Здѣсь мы имѣемъ рядъ степеней, кото-
рыя удобно выражаются рядомъ натуральныхъ чиселъ:
•••+7 + 6+/5 + 4 + 24-1^0— і—2 — 3 — 4-5
- 6- 7...
Наибольшая напряженность въ смыслѣ возможности
удовлетворить и въ смыслѣ постоянной жажды удо-
влетворенія указываетъ на наибблыпую степень самоч-
ности,—самца въ противолежаніи его самкѣ и самки въ
противолежаніи ея самцу. Наибольшій самецъ есть наи-
чаще, наиохотнѣе и наимогущественнѣе овладѣвающій
самкою; и наибольшая самка есть та, которая томи-
тельнѣе, нѣжнѣе и кротче другихъ подпадаетъ самцу
ТИПИЧНОЕ ВЪ САМЦѢ И ТИПИЧНОЕ ВЪ САМКѢ 37
Подъ наслоеніемъ суевѣрій, страховъ, въ особенности
предположеній и пересудовъ, у человѣчества образова-
лось совершенно невѣрное представленіе образа «на-
стоящаго самца» и «настоящей самки»; т. е. человѣче-
ство,—народы и единичные люди,—совершенно непра-
вильно осложнили наибольшую половую силу второ-
степенными, добавочными чертами, и притомъ не только
психическими, но даже и физическими. Въ общемъ пред-
ставленіи романистовъ, драматурговъ, мѣщанъ и «об-
щества»—это что-то огромное, шумное, голосъ громкій,
манеры наглыя, оскорбительныя; «онъ» и «она» стучатъ,
гремятъ, никому не даютъ покоя; что-то неудобное для
всѣхъ, смущающее. «Нахалъ» и «разухабистая баба»—
вотъ предполагаемо люди, отъ которыхъ матери и отцы
должны уберечь дочекъ, прятать подростающихъ сыно-
вей. Такіе-то будто-бы «соблазняютъ» и «совращаютъ»,
насилуютъ и растлѣваютъ. Но было-бы печальное потом-
ство отъ сихъ пустыхъ стучащихъ бочекъ; тогда какъ родъ
человѣческій, «плодящійся», «множащійся», вовсе однако
не таковъ: живъ, энергиченъ, неутомимъ, неистощимъ.
Настоящія силы—не стучатъ. Настоящая сила скорѣе
стелется, ползетъ. Не буйволъ, ревущій въ степи, есть
господинъ степи, а ягуаръ, прячущійся въ тростнцкѣ.
Скорѣй полу-испугъ, полу-догадку выразила народная
мудрость, русская и китайская. Русскіе говорятъ: «въ
тихомъ омутѣ черти водятся», а о китайцахъ мнѣ при-
велось прочитать, что у нихъ будто-бы есть поговорка:
«когда женщина походитъ на ангела, то берегись и
знай, что въ ней сидитъ дьяволъ». Въ обоихъ случаяхъ
старые люди, сложившіе поговорку, какъ-бы преду-
преждаютъ молодыхъ, указывая имъ не довѣряться на-
ружнымъ признакамъ, предполагать за ними обратное
внутреннее содержаніе. Поговорки эти, конечно, сло-
38
ТИПИЧНОЕ ВЪ САМЦѢ И ТИПИЧНОЕ ВЪ САМКѢ
жены не въ отношеніи только пола: но онѣ едва-ли
бы сложились въ этой общей формѣ, если-бы половая
жизнь, половые образы, фигуры, играющія такую выда-
ющуюся роль во всякой народной, общинной и частной
Жизни, стояли въ рѣзкомъ противоположеніи тезисамъ
этихъ поговорокъ. Очевидно,—нѣтъ! И китайцы, и рус-
скіе указали, что половая страсть не «реветъ въ іюлѣ»,
а скорѣе крадется въ лознякахъ; что это что-то на видъ
«тихое» и иногда даже «ангелоподобное»,—по крайней
мѣрѣ у женщинъ. Но здѣсь мы должны войти въ не-
большое разсужденіе. Съ перваго же взгляда очевидно,
что «наибольшій самецъ» долженъ выглядѣть, долженъ
имѣть всѣ сопутствующія вторичныя качества совсѣмъ
иныя, чѣмъ «наибольшая самка»,—именно уже потому,
что онъ противостоитъ ей, что онъ есть другой ея по-
люсъі У очень мужественныхъ мужчинъ растетъ боль-
шая борода: неужели-же изъ этого мы заключимъ, что
совершеннѣйшая женщина должна тоже имѣть бороду,
или хоть тѣ маленькіе усики, которые иногда появля-
ются у женщинъ?! Между тѣмъ предположеніе, что
Женщина-самка должна быть «разухабиста», — именно
подобно предположенію, что у Жанны д’Аркъ или Дез-
демоны, у Офеліи и Татьяны росли усики. Конечно,
это глупо, и въ такой мѣрѣ, что можно, отмѣтивъ ее,
и не останавливаться на опроверженіи.
Нѣтъ, самецъ и самка — они противоположны, и
только! Отсюда—всѣ выводы, вся философія и истина.
Наибольшая противополооюность мужчины и женщины и
выразитъ наи&илънѣйшій въ нихъ полъ! Т.-е. чѣмъ менѣе
«мужеподобна» женщина — тѣмъ она самочнѣе; какъ
чѣмъ менѣе «женоподобенъ» мужчина—тѣмъ наиболѣе
онъ самецъ. Паллада-Аѳина, «воительница» и «мудрая»—
не замужня, не мать, и вообще очень мало самка. Въ
ГДѢ И КАКАЯ ДУША у человѣка
39
ней возраста нѣтъ; она не знала дѣтства, не будетъ
бабушкой. Ей, мужеподобной—параллеленъ только же-
ноподобный Ганимедъ, который никогда не будетъ от-
цомъ, мужемъ и дѣдушкой. Явно, что въ противостоя-
ніи своемъ, наибольшій самецъ и наибольшая самка суть:
і) герой, дѣятель;
2) семьянинка, домоводка.
Одинъ будетъ:
і) дѣятеленъ, предпріимчивъ, изобрѣтателенъ, смѣлъ,
отваженъ, и, пожалуй — дѣйствительно «топаетъ» и
«стукаетъ»; другая-же:
2) тиха, нѣжна, кротка, безмолвна или мало-молвна.
«Вѣчная женственность»—прообразъ одной.
«Творецъ міровъ»—прообразъ другого.
Есть какое-то тайное, невыразимое, никѣмъ еще не-
изслѣдованное не только соотношеніе, но полное то-
жество между типичными качествами у обоихъ половъ
ихъ половыхъ лицъ (дѣтородныхъ органовъ) съ ихъ
душою въ ея идеалѣ, завершеніи. И слова о «сліяніи
душъ» въ супружествѣ, т.-е. въ половомъ сопряженіи,
вѣрны до потрясающей глубины. Дѣйствительно, —
«души сливаются» у особей, когда они сопряжены
въ органахъ! Но до чего противоположны (и отъ
этого дополняютъ другъ друга) эти души! Мужская душа
въ идеалѣ—твердая, прямая, крѣпкая, наступающая, дви-
жущаяся впередъ, напирающая, одолѣвающая: но между
тѣмъ вѣдь это все—почти словесная фотографія того,
что стыдливо мужчина закрываетъ рукою!.. Перейдемъ
Къ женщинѣ: идеалъ ея характера, поведенія, жизни и
вообще всего очерка души—нѣжность, мягкость, подат-
ливость, уступчивость. Но это только—названія качествъ
ея дѣтороднаго органа. Мы въ однихъ и тѣхъ же словахъ,
40
ГДѢ И КАКАЯ ДУША У ЧЕЛОВѢКА
терминахъ и понятіяхъ выражаемъ ожидаемое и желае-
мое въ мужчинѣ, въ душѣ его и біографіи его, въ ка-
кихъ терминахъ его жена выражаетъ наединѣ съ со-
бою «желаемое и ожидаемое» отъ его органа; и, вза-
имно, когда мужъ восхищенно и восторженно описы-
ваетъ «душу» и «характеръ» жены своей,—онъ употре-
бляетъ и не можетъ избѣжать употребленія тѣхъ словъ,
какія употребляетъ мысленно, когда—-въ разлукѣ или
вообще долго не видавшись—представляетъ себѣ поло-
вую сферу ея тѣла. Обратимъ вниманіе еще на слѣ-
дующую тонкую особенность. Въ психикѣ женской есть
то качество, что она не жестка, не тверда, не очерчена
рѣзко и ясно, а, напротивъ, ширится какъ туманъ, за-
хватываетъ собою неопредѣленно далекое-, и, собственно—•
не знаешь, гдѣ ея границы. Но вѣдь это-же все преди-
дикаты увлажненныхъ и пахучихъ тканей ея органа и во-
обще половой сферы. Домъ женщины, комната жен-
щины, вещи женскія—все это не то, что вещи, комната
и домъ мужчины: они точно размягчены, растворены,
точно вещи и мѣсто превращены въ ароматистость, эту
милую и теплую женскую ароматистость, и душевную
и не только душевную, съ притяженія къ которой на-
чинается «влюбленность» мужчины. Но всѣ эти каче-
ства — лица, біографіи и самой обстановки, самыхъ ве-
щей—суть качества воспроизводительной ея сферы! Муж-
чина никогда «не наполнитъ ароматомъ» весь домъ: пси-
хика его, образъ его, дѣла его—шумны, но «не распро-
страняются»- Онъ—дерево, а безъ запаха; она—цвѣтокъ,
вѣчно пахучій, далеко пахучій. Каковы—души, таковы
и органы! Отъ этого-то въ сущности космогоническаго
сложенія (не земного только) они и являются изъ всего
одни плодородными, потомственными, сотворяютъ и
далѣе, въ безконечность, «по образу и подобію своему»...
НАИБОЛЬШЕЕ ПОЛОВОЕ НАПРЯЖЕНІЕ
41
Душа—отъ души, какъ искра—отъ пламени: вотъ дѣто-
рожденіе!
*
* *
Въ европейской литературѣ есть книжка, и даже, по-
жалуй—книжонка, изъ которой, какъ это ни непріятно,
только и можно почерпнуть нѣкоторые факты половой
жизни: такъ какъ Европа, проникнутая христіанскимъ
гнушеніемъ къ полу, не допустила ни философовъ, ни
поэтовъ заняться собираніемъ здѣсь любопытныхъ фак-
товъ, и только «грязные медики», все равно копающіеся
во всякихъ экскрементахъ, во всякой вони, болѣзняхъ,
нечистотахъ, не брезгающіе ничѣмъ, не побрезгали «и
этимъ». Но, въ сущности, даже и они поберезгали! О диф-
теритѣ, который убиваетъ дѣтей, все же они говорятъ
не этимъ отталкивающимъ тономъ, не съ этимъ оттал-
кивающимъ чувствомъ, какъ о дающихъ жизнь поло-
выхъ органахъ и о самой половой жизни, половой дѣ-
ятельности. Напримѣръ, мнѣ было передано объ одномъ
парижскомъ свѣтилѣ медицины, который въ сочиненіяхъ
своихъ серьезно проводилъ ту мысль, что «женатые и
замужнія, если они, не довольствуясь имѣющимся у нихъ
удовлетвореніемъ половой страсти, обращаются на сто-
рону, т.-е. измѣняютъ—мужъ женѣ или жена мужу,—то
они суть явно ненормальные люди: душевно-больные;
и что, какъ таковые, они не могутъ быть оставляемы на
свободѣ въ благоустроенномъ обществѣ, а должны за-
пираться на замокъ, въ психіатрическихъ лечебницахъ
или-же просто въ тюрьмахъ». Любопытно, что кажется
ни одного не было случая, чтобы съ медицинской сто-
роны предложено было такъ поступить съ сифилити-
ками: и зто нельзя объяснить только тѣмъ, что они
даютъ хлѣбъ врачамъ, а уже Фурье замѣтилъ, что «док-
42
НАИБОЛЬШЕЕ ПОЛОВОЕ НАПРЯЖЕНІЕ
тора очень любятъ, когда страну посѣщаютъ хорошіе
лихорадки, тифы ит.п.»; нѣтъ, тутъ больше и печаль-
нѣе: медицина, «христіанская медицина» дѣйствительно
не видитъ «ничего особеннаго» въ сифилисѣ, считаетъ
его картиною здоровой структуры общества; а совоку-
пленія, и особенно когда они счастливы, обильны, когда
они «приливаютъ» какъ океаническій приливъ—они счи-
таютъ «вырожденіемъ» и «патологіей», и предлагаютъ
запереться отъ нихъ обществу. Есть «крещеные люди»;
но вѣдь есть и «крещеныя профессіи» и даже, наконецъ,
есть «крещеныя науки»: въ ихъ обществѣ очутилась и
медицина, и это ничего, что ея столпами были тоже со-
вершенно «крещеные», даже до погруженія семи разъ
въ купель, Фохты, Молешоты и Бюхнеры, не опознав-
шіе себя младенцы...
Книжка или книжонка, о которой мы говоримъ —
Крафтъ-Эбинга: «Половая психопатія». ПаѲос значитъ
«страданіе»: то, отъ чего кричатъ, на чтб имѣющіе ее—
жалуются. И хотя никто изъ описываемыхъ въ книжкѣ
лицъ не «кричалъ» и не «жаловался» Крафтъ-Эбингу,
но онъ собралъ ставшіе извѣстными ему факты въ
книжку «о страданіяхъ пола», не имѣя для этого даже
того основанія, какое имѣлъ-бы механикъ, занятый да-
вленіями, толчками и вообще дѣйствіями на вещественныя
массы, наименовать «патологическою физикою» явленія
электричества, гальванизма, или явленія свѣта, гдѣ эти
массы отсутствуютъ.
Мнѣ лично половая жизнь ни изъ разсказовъ, ни изъ
книгъ не извѣстна въ большей степени, чѣмъ какъ это
узнаешь случайно. Но я предпошлю извлеченіямъ изъ
Крафтъ-Эбингакое-что,что мнѣ, однако, пришлось узнать,
ибо, всегда этою жизнью интересуясь, я дополнитель-
ными разспросами, когда было можно, а также и смо-
НАИБОЛЬШЕЕ ПОЛОВОЕ НАПРЯЖЕНІЕ 43
трѣніемъ куда слѣдуетъ, открывалъ подробности, опу-
щенныя у «испуганнаго» Крафтъ-Эбинга. Первый разъ
мнѣ пришлось прочесть о наибольшей самочности лѣтъ
20 назадъ въ извѣстныхъ «Запискахъ» о своей жизни
Н. И. Пирогова, нашего великаго хирурга. Тамъ, опи-
сывая разные свои переѣзды и поѣздки въ началѣ слу-
жебной дѣятельности, онъ между прочимъ упоминаетъ
о встрѣчѣ—сколько помнится гдѣ-то въ западномъ краѣ,
около Риги или Пскова,—должно быть съ университет-
скимъ своимъ товарищемъ. Именно, онъ у него оста-
новился на перепутья. Товарищъ оказался женатымъ,
недавно,—и на совершенно молоденькой женщинѣ, лѣтъ
іб-ти. Въ мимолетной встрѣчѣ онъ ему жаловался, что
хотя очень любитъ свою жену и доволенъ ея характе-
ромъ, но чувствуетъ себя изнеможеннымъ отъ ея по-
стояннаго желанія совокупляться. Здѣсь нужно отмѣ-
тить и то, что самъ онъ былъ очень молодъ, и, слѣдо-
вательно, не изношенъ; и то, что въ ту пору 30-хъ или
40-хъ годовъ «развращающаго чтенія» еще не было;
или, по крайней мѣрѣ, на него еще не могла натолк-
нуться женщина, столь юная, что она, очевидно, только
что вышла «изъ подъ крыла матерняго». Здѣсь мы имѣ-
емъ такимъ образомъ естественное, не возбужденное,
глубоко природное влеченіе въ такой силѣ и напряженіи,
какому, во всякомъ случаѣ, не отвѣчало тоже природное
и молодое влеченіе молодого мущины, но какъ сямпя—
обыкновеннаго. Это наблюденіе показываетъ, что «са-
мочность» не есть постоянная величина, приблизительно
одинаковая у всѣхъ, но что она варіируетъ: въ одномъ
«самца» болѣе, «самки» болѣе, чѣмъ въ другомъ, и это
не есть ни плодъ развращенія, ни плодъ возбужденія,
или дурного воспитанія. О слѣдующемъ случаѣ мнѣ
пришлось слышать: однажды въ кружкѣ женщинъ изъ
44
НАИБОЛЬШЕЕ ПОЛОВОЕ НАПРЯЖЕНІЕ
«общества», средняго и скромнаго, зашли «суды и пе-
ресуды» о дѣвицахъ и женщинахъ ихъ круга; и нѣко-
торыя очень осуждали такихъ-то и такихъ-то лицъ сво-
его пола «за ихъ выдающееся нескромное поведеніе,
развязность манеръ, рѣчей» и пр. Тогда ихъ прервала
одна изъ слушавшихъ, замужняя женщина: «вообразите,
всѣ, о комъ вы говорите, — скромныя дѣвушки, ни мало
не заслуживающія вашего порицанія; но вотъ эти»—и
Она назвала нѣсколько скромнѣйшихъ дѣвушекъ и жен-
щинъ—«сущія подлюги: я знаю отъ мужа своего, что тѣ,
о комъ вы говорите дурно, — были и остаются невин-
ными, несмотря на всяческое ухаживаніе мущины, на
всѣ его усилія, а эти скромницы совсѣмъ напротивъ...»
Мнѣ позднѣе привелось узнать два случая, когда жены
не только не удерживали своихъ мужей отъ ухаживанія
«съ послѣдствіями», но толкали ихъ на такое ухажива-
ніе, какъ бы любопытствуя черезъ нихъ о полѣ окружа-
ющихъ женщинъ и дѣвицъ; и разразившаяся гнѣвомъ
или, во всякомъ случаѣ, порицаніемъ—была очевидно или
можетъ быть изъ такихъ женщинъ. Здѣсь, однако, слѣ-
дуетъ принять во вниманіе слѣдующее. Очевидно, что
эти «падавшія» женщины и дѣвицы не «заготовили»-же
себѣ «скромности» на случай ухаживанія, въ предполо-
женіи, что она понравится или привлечетъ: въ общемъ—
она вѣдь отпугиваетъ, предупреждаетъ самое начало
ухаживанія; очевидно, онѣ ничего не думали, ничего не
ожидали, но были дѣйствительно скромны и именно
скромнѣе остальныхъ; онѣ были ихъ женственнѣе, добро-
дѣтельнѣе, и въ мѣру этого самочнѣе; были, такъ ска-
зать, болѣе нѣжны, ароматисты, болѣе содержали въ себѣ
сладкаго нектара; и... «упали» не отъ того, что менѣе
хотѣли сопротивляться, но отъ того, что приближеніе и
видимое желаніе мущины возбудило въ нихъ отвѣтный
НАИБОЛЬШЕЕ ПОЛОВОЕ НАПРЯЖЕНІЕ 45
токъ такой силы и напряженія, который повалилъ ихъ: какъ
мучнистость колоса тянетъ стебель его къ землѣ, какъ
отрывается и падаетъ на землю самое налитое, сладкое,
сахаристое яблоко, а не яблоко-сморчокъ, неотрываемо
сидящее на своемъ стеблѣ, кислое, жесткое, безвкусное.
«Нахально вели себя», по укоризнѣ собесѣдницъ, без-
полыя, почти безполыя женщины и дѣвушки; у нихъ вѣрно
были и «усики» на губѣ, и «разухабистыя» манеры, какъ у
писарей; громкій и жесткій голосъ, мужицкая походка.
Тѣ же сидѣли тихо въ уголкѣ; не ходили—а плыли, или
скользили по полу; были застѣнчивы, конфузливы, стыд-
ливы... Онѣ были добродѣтельны: какъ героизмъ въ муж-
чинѣ конечно есть добродѣтель,—такъ главная добро-
дѣтель въ женщинѣ, семьянинкѣ и домоводкѣ, матери
и женѣ, есть изящество манеръ, миловидность (другое,
чѣмъ красота) лица, ростъ небольшой, но округлый,
сложеніе тѣла нѣжное, не угловатое, умъ проникно-
венно-сладкій, душа добрая и ласковая. Это — тѣ, ко-
торыхъ помнятъ; тѣ, къ которымъ влекутся; тѣ, кото-
рыя нужны человѣку, обществу, націи; тѣ, которыя
угодны Богу и которыхъ Богъ избралъ для продол-
женія и поддержанія любимаго своего рода человѣче-
скаго. Часто онѣ бываютъ и не красивы, но какъ со-
ловей: ибо за то «поютъ, какъ никто»...
О слѣдующемъ случаѣ я имѣлъ случай разспросить:
мнѣ и еще одному писателю передавала пожилая жен-
щина, что ея молодой другъ испытываетъ то несчастіе,
на какое жаловался Н. И. Пирогову его университет-
скій товарищъ. «Онъ недавно женатъ, самъ молодъ,
военный —и почти боленъ отъ жены, до бѣгства, до
Желанія развестись. Говоритъ, что ее могли-бы насы-
тить только три мужа. И удивительно, —это такая ми-
лая дама. Онъ ничего не можетъ сдѣлать, потому-что,
46
ВѢЧНАЯ ЖЕНСТВЕННОСТЬ
ненасытная сама, она вѣчно его возбуждаетъ, и онъ
не въ силахъ уклониться отъ исполненія ея желаній.
— Вы говорите, она пріятная женщина?
— Чрезвычайно. Наблюдая ее въ обществѣ, никакъ
нельзя предположить, что у нея такой... исключитель-
ный аппетитъ. И какой голосъ: такого нѣжнаго, глу-
бокаго голоса я ни у одной женщины не слыхала!
«Голосъ»... но вѣдь это то, чего не поддѣлаешь! Это
уже не «кокетство скромностью», которую еще можно
поддѣлать: это—сама душа, вѣрнѣе говорящая о сокро-
вищницѣ сердца, о характерѣ, чѣмъ взглядъ, чѣмъ улыбка.
Все поддѣльно, кромѣ голоса. «Задушевный голосъ»... И
вотъ у такой женщины, которая, судя по отзыву мужа,
носила въ себѣ утроенную самочность — голосъ былъ
«нѣги, какой я ни у кого не слыхала»: и шелъ явно
отъ «души»—утроенно человѣчной, небесной...
«Вѣчная женственность».., какъ совершенно другой
полюсъ, какъ діаметрально противоположная вещь не-
сокрушимому мужеству, напору, смѣлости, упругости,
твердости самца... она есть только сердечная, умствен-
ная, бытовая, манерная, нравная фотосфера, распро-
страняющаяся около утроенней, удесятиренной самочно-
сти ея. Молчаливая: но съ какимъ говоромъ въ душѣ!
«Вѣчная молчальница»: какъ кто-то сказалъ и о муж-
чинахъ-герожсз, что «они—прежде всего молчальники».
Эта-то «вѣчная женственность», какъ проявленіе по-
вышенной самочности, и лежитъ объясненіемъ въ основѣ
древняго факта, неразгаданнаго историками,—такъ на-
зываемой «священной проституціи». «Еа еаіпіе еаі іои-
]оигэ ргоеіііиёе», пишетъ объ египтянахъ въ большой сво-
ей «Исторіи Востока» Масперо. Что за загадка? Какимъ
образомъ глубокому и серьезному народу, каковы были
египтяне, по свидѣтельству всѣхъ древнихъ наблюда-
«заігйе ргозіішёе» Египта
47
телей и новыхъ историковъ,—какъ имъ пришло на умъ
религіознымъ именемъ «ѳаіпіе» наименовать тѣхъ осо-
быхъ существъ, тѣхъ рѣдкихъ и исключительныхъ су-
ществъ, которыя неопредѣленно и безпредѣльно отда-
вались мужчинамъ, были «ргозбіиёе»?!. Неужели имя
«заіпіе» мы могли-бы кинуть толпящимся у насъ на
Невскомъ «проституткамъ»,—этимъ чахлымъ, намазан-
нымъ, пьянымъ, скотски ругающимся и хватающимъ
васъ за рукавъ особамъ? Ну вотъ передъ человѣче-
ствомъ впервые стоятъ два понятія, два признака: «свя-
тая»—это понятіе небеснаго, Божьяго; и простой фактъ,
что «всѣмъ отдаетъ себя». И невинный человѣкъ, пер-
возданнымъ глазомъ взглянувъ на оба факта, долженъ
сотворить ихъ соединеніе или разъединеніе, т.-е. сказать
или: «ргозіііиёе езі заіпіе», или «ргозіііпёе езі §гашіе
ресЬеигеззе», «великая грѣшница!» Вообразите: первый на-
родъ сказалъ—«ргозіііпёе езі заіпіе»... Чтд-же это такое?
Не имѣлъ онъ вкуса, глаза? Не умѣлъ обонять, ничего
не понималъ въ характерахъ человѣческихъ? Но тогда
«совокупность цивилизаціи египетской», сумма «всѣхъ
прочихъ ея качествъ» разила-бы... какъ наша Невская
проститутка, и тогда едва-ли бы Масперо, Бругшъ, Ле-
норманъ стали изучать эту вонючую гадость. «Очень
интересно»... Тутъ можетъ покопаться медикъ, но чтд
тутъ дѣлать историку культуры?! Египетская культура
приковала къ себѣ вниманіе безчисленныхъ ученыхъ,
этихъ скромныхъ и добродѣтельныхъ тружениковъ, сво-
имъ безпримѣрнымъ изяществомъ, соединеннымъ съ
глубиною и торжественностью:
Выхожу одинъ я на дорогу.
Сквозь туманъ кремнистый путь блеститъ:
Ночь тиха. Пустыня внемлетъ Богу
И звѣзда съ звѣздою говоритъ.
48
«заіпіе ргозііШёе» Египта
Въ двухъ послѣднихъ строчкахъ написана какъ-бы
эпитафія надъ всею могилою Египта. Что-то пустын-
ное... молчаливое... устремленное къ Небу, религіозное...
и, какъ тонко замѣчаетъ Бругшъ, «не меланхолическое,
но глубоко радостное въ себѣ, восторженно счастливое
при этой сдержанности языка и скромности движеній!»
Такъ это и есть на рисункахъ Египта: въ необозримыхъ
изданіяхъ, въ необозримыхъ фоліантахъ, гдѣ воспроиз-
ведено все нарисованное ими за четыре тысячи лѣтъ
Жизни, культуры, я встрѣтилъ только одинъ рисунокъ
сбора винограда, гдѣ одинъ, очевидно полупьяный, муж-
чина повисъ, обнявъ за шею двухъ тоже не весьма
трезвыхъ своихъ друзей, и «пишетъ мыслете» съ ними.
Сценка — полная реализма, какую я не встрѣчалъ въ
рисункахъ греческой живописи; но и она—скорѣе ми-
лая, чуть-чуть смѣшная, но нисколько не нахальная.
Сала, грязи—я не встрѣтилъ нигдѣ въ этихъ безчислен-
ныхъ фоліантахъ, — грязи «сальнаго анекдотца», кое-
чего «во вкусѣ Боккачіо». Ничего, ни разу: и между
тѣмъ сколько повторяющихся, какъ стереотипъ, фигуръ,
гдѣ и «они» и «онѣ» съ плодами и цвѣтами, съ жер-
твами идутъ къ громадной статуѣ Озириса, «Судіи мер-
твыхъ»—статуѣ «всегда сит Гаііо іп зЬаіи егесНопіз», какъ
грустно замѣчаетъ архимандритъ Хрисанѳъ въ «Исто-
ріи древнихъ религій».
И вотъ—«заіпіе ргозіішёе»... Есть и рождаются ино-
гда исключительныя, рѣдкія младенцы - дѣвочки, вотъ
именно съ этою «вѣчною женственностью» въ себѣ, съ
голосомъ неизъяснимо глубокимъ, съ рѣдкою задумчи-
востью въ лицѣ, или, какъ описалъ Лермонтовъ —
...въ разговоръ веселый не вступая,
Сидѣла тамъ задумчиво одна,
И въ грустный сонъ душа ея младая
Богъ знаетъ чѣмъ была погружена.
«заіпіе ргояНіиёе» Египта 49
И она расцвѣтаетъ въ заіпіе ргозйіиёе... какъ вѣч-
ную податливость на самый слабый зовъ, какъ нѣжное
эхо въ отвѣтъ на всякій звукъ...
Есть вѣдь «всемірные педагоги»,—ну, въ желаніяхъ,
ну—въ поэзіи; есть «всемірные воины», какъ древніе скан-
динавы; всемірные мудрецы—Сократъ, Спиноза: какъ-же
не быть, естественно быть кому-то и «всемірною женою»,
всемірною какъ-бы «матерью», всемірною «невѣстою»...
Она «невѣстится», передъ всѣмъ міромъ, для всего міра,—
какъ вѣдь.и всѣ вообще дѣвушки въ 14—15 лѣтъ «не-
вѣстятся» неопредѣленно передъ кѣмъ, передъ всякимъ, пе-
редъ всѣми (чуть-чуть «заіпіергозШиёе» проглядываетъ).
Изъ такой врожденной дѣвочки-дѣвушки-женщины какъ
бы истекаютъ потоки жизни,—и ей мерещится, «будто
я всѣхъ родила», «все родила»... И волосы ея, и очи, и
сосцы, и бедра, и чрево... таковы, что первозданный не-
винный взглядъ египтянина уловилъ и назвалъ, и тор-
жественно воскликнулъ, или скорѣе богомольно про-
шепталъ—«заіпЬе». Масперо договариваетъ: «египтянки
изъ лучшихъ семействъ, дочери жрецовъ и .знатныхъ
военачальниковъ, достигнувъ зрѣлости — отдавались
кому хотѣли и сколько хотѣли, и такъ проводили много
лѣтъ, что не вредило будущему ихъ замужеству: такъ
какъ по минованіи этой свободной жизни ихъ охотно
брали въ жены лучшіе и знатные изъ воиновъ и свя-
щенниковъ». Почему не взять, если опа «заіпіе»? Какъ
не прельститься, если она «геіі^іеизе еі заіпіе»? Какъ не
надѣяться, что она будетъ вѣрною женою и предан-
ною материнству матерью, если она уже испила все и
насытилась всѣмъ, ни мало однако не истощившись—
ибо истощаются торопясь, напр. «наши», а этимъ куда
же было спѣшить?—и въ естественные годы спокойствія
и равновѣсія, безбурности и тихости, она выбрала себѣ
50
«заіпіе ргозіііпёе» Египта
лучшаго и одного. Онъ также ее не ревнуетъ, какъ она
его; къ тому возрасту молодости, когда онъ проводилъ
жизнь какъ и она: хотя навѣрное къ этимъ «заіпіез» влек-
лись и пылкіе, совершенно невинные юноши, первоздан-
нымъ взглядомъ своего возраста подмѣчая въ нихъ под-
линную «заіпіеіё», за которую все отдаютъ. Однако, Мас-
перо не договорилъ (или не зналъ), что этихъ «заіпіез
ргозіііпёе» было немного въ каждомъ городѣ и всей
странѣ: ибо вообще немного рождается въ странѣ и
городѣ, въ годѣ и десятилѣтіи, Василіевъ Блаженныхъ,
Спинозъ, Малебраншей, Кольцовыхъ, Жуковскихъ. «Не
всѣ вмѣщаютъ слово сіе, но кому дано» (природно, отъ
Бога). Огромное большинство египтянокъ, безъ сомнѣ-
нія, имѣли инстинктъ какъ и наши: т.-е. сразу-же вы-
бирали себѣ мужа—одного и на всю жизнь, или вы-
ходя за второго, третьяго, четвертаго... седьмого (бе-
сѣда Іисуса съ селш-мужнею самарянкою), въ случаяхъ
смерти или разлада, не болѣе. Женщина, познавшая
только семерыхъ мужчинъ, когда ни законъ, ни рели-
гія, ни родители ей не ставили предѣла и хотѣли и
ждали отъ нея большаго—конечно есть умѣреннѣйшая
въ желаніяхъ женщина, врожденно тихая и спокойная!
Какъ наши «всѣ».
Нужно только имѣть въ виду эту нумерацію:
...-|-8-К7+64-5+4+з+2+і±0-1—2—3—4—5“6—7—...
«Заіпіе ргозіііпёе» есть -ф- 8ф- 7 -ф 6... По мѣрѣ при-
ближенія къ низшимъ цифрамъ, къ -{- 3, -р 2, -{- і, —
тембръ голоса грубѣетъ, взглядъ становится жёстче,
манеры рѣзче, «нахальства больше», какъ сказали-бы се-
минаристы.Появляются типичныя ихъ «поповскіядочки»,
которыя выходятъ въ замужество съ мѣшкомъ опредѣ-
ЛИНІЯ БЕЗРАЗЛИЧІЯ ВЪ ПОЛЬ
51
леннаго приданаго, и всю жизнь счастливы, составляя
«приданое къ своему приданому», не весьма сладкое
для попа и діакона, но «ничего себѣ», «терпится». На-
конецъ наступаетъ «=Ьо». Обратите вниманіе на знаки
и «-(-» и «—». Такія не мертвы; хотя абсолютно никогда
не «хотятъ». «Кое-что» по части «-[-» въ нихъ есть: но
оно связывается «кое-чѣмъ» по части «—». Такимъ обра-
зомъ въ нихъ нѣтъ однолинейнаго тяготѣнія—къ «самцу»:
но двѣ какъ-бы стрѣлки, обращенныя остріями въ раз-
ныя стороны: къ «самцу»—одна, а другая?.. Законъ про-
грессивности, какъ и то, что здѣсь все происходитъ
только между двумя полами, указываетъ, что вторая
стрѣлка и не можетъ быть ни къ чему еще направлена,
кромѣ какъ Къ сам/кѣ-же. Самка ищетъ самки; въ пер-
вой самкѣ значитъ соприсутствуетъ и .самецъ: но пока
онъ такъ слабъ еще, едва рожденъ, что совершенно свя-
зывается остатками самки, угасающею самкою; которая,
однако, тоже связана вновь народившимся здѣсь сам-
цомъ. «Ни туда, ни сюда». Голосъ страшно грубъ, ма-
неры «полу-мужскія», куритъ, затягиваетъ и плюетъ,
баситъ. Волосы растутъ дурно, некрасивы, и она ихъ
стрижетъ: «коса не заплетается»; нѣтъ дѣвицы, а ка-
кой-то «парень». Гдѣ здѣсь «вѣчная женственность»?
...Сидѣла тамъ задумчиво одна,
И въ грустный сонъ душа ея младая,
Богъ знаетъ чѣмъ была погружена!
Нѣтъ, ужъ объ такой этого не скажешь: ходитъ на
курсы, на митинги, споритъ, ругается, читаетъ, перево-
дитъ, компилируетъ. «Синій чулокъ» съ примѣсью по-
литики, или политикъ съ. претензіями на начитанность.
«Избави Богъ такую взять въ жены»: и ихъ инстинк-
тивно не берутъ (хотя берутъ дурнушекъ, некрасивыхъ,
52
МУЖСКОЕ ВЪ ЖЕНСКОМЪ
даже уродцевъ), ибо дѣйствительно «какая-же она жена»,
когда въ ней едва-едва «-|- і» самки, а то и. вовсе
«±о». Если бы, «паче чаянія», у нея и родился ребе-
нокъ—она не съумѣетъ вынуть грудь и накормить его;
«не Мадонна, а вахмистръ». И мужа ей совсѣмъ не
нужно, она скучаетъ съ нимъ, убѣгая неудержимо въ
«общественныя дѣла», въ разныя «организаціи», при-
творную «благотворительность»,въосновѣ-же—въ шумъ,
бѣганье, возню, суету. Мужчина, «воинъ и гражданинъ»
(стрѣлка самца),—уже полу-пробужденъ въ ней; и только
вотъ не растутъ усики. И она не умѣетъ нести на себѣ
по настояще-женскому женское платье: оно на нее не
такъ надѣто, неуклюже, и все какъ-то коротитъ, безъ
этихъ длинныхъ и красивыхъ линій,, волнующихъ муж-
чину. Ихъ и не любятъ мужчины. Но ужъ начинаютъ
любить женщины: «какой славный товарищъ эта Маша».
И, наконецъ, все переходитъ въ чисто минусовыя ве-
личины: «она» волнуется между своимъ поломъ, бро-
саетъ страстные взгляды, горячится, чувствуетъ себя
разгоряченною около . женщинъ, дѣвушекъ. Косы ихъ,
руки ихъ,—шея ихъ... и, увы, невидимыя перси, и, увы!
увы!—вовсе скрытыя части, вся «женская тайна» — все
ихъ неизъяснимо волнуетъ и тянетъ, тѣмъ сильнѣе, до
муки, до страдальчества, что это такъ навѣки закрыто
для нихъ,—именно, именно для нияга-то и закрыто, от-
крываясь только для мужчины, мужу. Танталовы муки:
такъ близко, постоянно вокругъ, даже и видится при
небрежномъ раздѣваньи, при купаньи; но невозможно
внимательно взглянуть, не умеревъ сейчасъ-же со стыда.
Міровая преграда—въ самомъ устроеніи вещей, въ планѣ
міра! «Ничего нѣтъ ближе локтя, своего: но невозможно
укусить!»...
Муки Тантала!—безконечно отодвинутое исполненіе!
невозможно оно, не будетъ!—никогда!...
ЖЕНСКОЕ ВЪ МУЖСКОМЪ
63
Слезы, тоска, мечты. Грезы. Стихи, много стиховъ.
Философія,—длинная философія! Кстати, и нѣкоторое
призваніе къ ней. «Вахмистръ въ юбкѣ» усваиваетъ
легко и Маркса, и Куно-Фишера,—и вообще умственно,
духовно, идейно, словесно, рабочв куда выше «слабаго
пола».
Законъ этотъ конечно примѣнимъ и къ мужскому
полу. Какъ онъ здѣсь выразится?
Тамъ «пробиваются усики», здѣсь — укорачивается
борода—все это не въ физическомъ, а преимущественно
въ духовномъ, нравномъ, бытовомъ, сердечномъ отно-
шеніи, но отчасти также и физическомъ. Сѣверные
норманы, какъ ихъ описываетъ Иловайскій, — пожалуй
лучше всего живописуютъ первоначальнаго самца,«—|-8»,
«4-7» мужской прогрессіи. «Въ мирное время, когда не
было ни съ кѣмъ войны, они выѣзжали въ поле, и,
зажмуривъ глаза, бросались впередъ, разсѣкая воздухъ
мечами, какъ-бы поражая враговъ; а въ битвѣ они безъ
всякаго страха кидались въ самую сѣчу, рубили, нано-
сили раны и гибли сами, думая перейти по смерти въ
Валгаллу, которую также представляли наполненною
героями, которые вѣчно сражались». Неукротимая энер-
гія,—какъ и у турокъ, потрясшихъ Европу храбростью
и войнами. Раннія войны латинянъ и вѣчная «междоусоб-
ная борьба» раннихъ эллиновъ тоже имѣетъ въ основѣ
себя вѣроятно этого-же самца, который не знаетъ, куда
ему дѣваться отъ сжигающаго жара,—и кидается туда
и сюда, въ битвы, въ приключенія, въ странствія (Одис-
сей и эпоха Генриха Мореплавателя). Все это первона-
чальное грубое ворочанье камней’ культуры. Вулканъ
ворочаетъ землю, повидимому безобразя ее, разбивая
ее, разрывая ее: но на самомъ дѣлѣ это уже начало
культуры, ибо это уже не есть недвижность мертваго
54
МУЖЕ-ДЬВЫ и человѣческая культура
материка. Островокъ культурнѣе материка, «маленькая
землица» всегда принимаетъ первый лучъ Божій, раз-
битость, расшибленность чего-либо вообще есть первый
шагъ къ культурѣ.
Но одно — разбить косную массу на куски; и дру-
гое—начать обрабатывать куски. Бой и шлифованье—
разные фазисы одного процесса, но требуютъ они со-
всѣмъ разныхъ качествъ.
Вотъ эдѣсь-то, во всемірной потребности шлифо-
ваться, и выступаетъ роль 2, 4- і, о пола, — і, — 2
его.
Борода начинаетъ укорачиваться, пылъ—опадать, а
въ характерѣ, дотолѣ жёсткомъ, грубомъ, непереноси-
момъ для «ближняго», начинаетъ проступать мягкость,
дѣлающая удобнымъ и даже пріятнымъ сосѣдство. Явля-
ются «ближніе», и въ территоріальномъ и въ нравствен-
номъ смыслѣ; является «родство», въ смыслѣ духовномъ
и переносномъ, а не въ одномъ кровномъ. Все это по
мѣрѣ того, какъ самецъ, отъ высокихъ степеней «-)—8»,
«-фу» переходитъ къ умѣреннымъ и совсѣмъ низкимъ:
«-}- з», «4-2», «4-і». Въ этихъ умѣренныхъ степеняхъ
зарождается бракъ, какъ привязанность одного къ од-
ной, какъ довольство одною1, и, наконецъ, появляется
таинственный «±о», полное «не-воленье» пола, отсут-
ствіе «хочу». Нѣтъ жажды. Гладь существованія не воз-
мущена. Никогда такой не вызоветъ «на дуэль», не
оскорбится, — и ужъ всего менѣе «оскорбитъ». Сократъ,
сказавшій, что онъ легче перенесетъ обиду, чѣмъ нане-
сетъ ее—тутъ, въ этихъ гранкахъ; какъ и міровое: «Боже,
прости имъ — не вѣдятъ-бо что творятъ». Вообще вы-
ступаетъ начало прощенія, кротости, міровое «непро-
тивленіе элу». Платонъ Каратаевъ—тутъ-же, около Со-
крата; какъ и Спиноза, мирно писавшій трактаты и на-
МУЖЕ-ДЬВЫ И ЧЕЛОВѢЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА 55
блюдавшій жизнь пауковъ. Все — выразители мірового
«не хочу». «—Не хочется»... Созерцательность страшно
выросла, энергія страшно упала, почти на нулѣ (Аміель,
Маркъ Аврелій). Мечты длинны, мечты безконечны...
Все существованіе — кружевное, паутинное, точно сол-
нышко здѣсь не играетъ, точно это зародилось и су-
ществуетъ въ какомъ-то темномъ, не освѣщенномъ
углѣ міра. Тайна міра. Въ характерѣ много луннаго,
нѣжнаго, мечтательнаго; для жизни, для дѣлъ—безплод-
наго; но удивительно плодороднаго для культуры, для
цивилизаціи. Именно—паутина, и именно—кружево, съ
длинными нитями изъ себя, завязывающимися со всѣмъ.
Въ характерѣ людей этихъ есть что-то меланхолическое,
даже при ясности и спокойствіи вида и жизни; мелан-
холическое безотчетно и безпричинно. «Міровая скорбь»,
«Ѵ/еѢсЬтегг» — здѣсь коренится, въ этомъ таинствен-
номъ «не хочу» организма. Здѣсь цвѣтутъ науки и
философія. И наконецъ «г+го» разлагается въ «фо» и
«—о»: первый отмираетъ, — въ немъ вѣдь ничего и не
было? И остается «—О», который быстро переходитъ'
въ «—і», «—2», «—з» и проч.
На низкихъ, первоначальныхъ степеняхъ, «—о»,
«—і»,мы наблюдаемъ это въ формѣ извѣстныхъ двой-
ныхъ содружествъ; не въ формѣ товарищества, шумнаго
и обширнаго, съ забавами и «предпріятіями», но всегда—
дружба только двухъ, тихая, безшумная. Если вы при-
смотритесь, то эти «два» стоятъ всегда въ контрастѣ,
духовномъ, бытовомъ, характерномъ и даже физиче-
скомъ: и одинъ какъ-бы дополняетъ другого. Есть вза-
имная дополняемость, и отсюда получается житейская
гармонія и сліянность. Жизнь, можно сказать, перепол-
нена этими странствующими и стоячими діадами (сцѣ-
пленіе двухъ), которыя вообще всегда образуютъ кра-
56
ДУХОВНЫЯ «СОДРУЖЕСТВА»
сивое явленіе, привлекая взоръ всѣхъ тишиною, неза-
мутненностыо своею,—тѣмъ, что никому не мѣшаютъ
и явно довольны спокойнымъ довольствіемъ,—довольны
своимъ существованіемъ. Гоголь первый далъ намъ та-
кую діаду въ извѣстномъ сосѣдствѣ знаменитыхъ «Ивана
Ивановича и Ивана Никифоровича». Злой Гоголь ихъ
поссорилъ: но обыкновенно они не ссорятся, и одинъ
хоронитъ другого. Изъ-за чего имъ ссориться? Еще за-
мѣтите это въ живописи Тургенева: онъ нарисовалъ
цѣлый рядъ такихъ діадъ—«Хорь иКалинычъ», «Чертоп-
хановъ и Недоюскинъ», отчасти Лежневъ и Рудинъ
(вода и огонь), кажется еще нѣсколько, много. Чаще
всего одинъ покровительствуетъ, другой—покровитель-
ствуемъ, одинъ—жёстокъ, жестокъ, грубъ, рѣзокъ, дру-
гой—нѣженъ, мягокъ, податливъ. «Точно мужъ и жена,
мужчина и женщина». Но ничего нѣтъ, еще ничего нѣтъ.
У Достоевскаго это выражено въ идиліи «Честнаго вора»,
гдѣ этому слабому и безхарактерному человѣку, къ
тому-же запивающему, покровительствуетъ трезвый, ти-
хій и милый портной. Перефразируя наблюденіе пер-
выхъ христіанъ: «у язычниковъ самыя добродѣтели
ихъ суть только красивые пороки», можно сказать, что
у этихъ діадъ «самые пороки становятся какъ-то не-
винны». У другихъ людей въ воровствѣ сказалась-бы
хищность, безсовѣстность; и на него отвѣтили-бы боемъ.
Но у этихъ самое воровство добродѣтельно: «Честный
воръ». Да и въ самомъ дѣлѣ «честный»: до того крот-
кій, что его и обругать не придетъ въ голову никому,
не то что побить; но самъ онъ до того милъ и праве-
денъ, что отъ одного тихаго укора—повѣсился. Во-
истину, «таковыхъ есть царство небесное»... Дѣлаютъ-
ли что они — добро имъ, не дѣлаютъ — добро-же. Не
воруютъ—хорошо, а украли—тоже хорошо. Какъ-то без-
ПРАВЕДНОСТЬ «БЛАЖЕННЫХЪ»
67
вредно, безъ «послѣдствій». И любодѣйствуютъ они—
тоже хорошо, и не любодѣйствуютъ—хорошо-же. Впро-
чемъ, они почти никогда не любодѣйствуютъ. «Не хо-
чется». Ни Хоря, ни Калинина, ни Чертопханова, ни
Недоюскина, ни «Лишняго человѣка» (см. «Дневникъ
лишняго человѣка») мы не умѣемъ представить себѣ
«съ бабою» или «около дѣвицы». Эти діады, или пас-
сивныя одиночки,—до такой степени есть начинающіеся
праведники, линіи начинающейся христіанской праведно-
сти, такой особенной, такой типичной, съ кроткими
глазами, съ опущенными руками, съ тихимъ взоромъ,
взоромъ—длиннымъ, задумчивымъ, что невозможно усо-
мниться въ томъ, что уже задолго до христіанства въ
нихъ началось христіанство, или что Евангеліе, само
въ этой-же категоріи явленій существующее, встрѣтив-
шись съ этимъ теченіемъ—слилось съ нимъ, «обнялось»
съ нимъ, и они-то соединеннымъ русломъ своимъ и
произвели то, что мы именуемъ «исторіею христіанства»,
«исторіею христіанской цивилизаціи», «исторіеюЦеркви».
Я сказалъ: «и Евангеліе въ этомъ ряду». И въ самомъ
дѣлѣ, это—его откровенный глаголъ. «Безсѣменное за-
чатіе»—вотъ съ чего оно начинается, съ требованіемъ
признать его — оно выступило. Это есть То чудо, то
«неизреченное», «не вмѣщающееся въ разумъ», не бы-
вающее и невѣроятное, о чемъ услышавъ всѣ засмѣ-
ются, такъ какъ это есть «дважды-два—пять» пола: и,
между тѣмъ, безъ согласія на это «чудо» и «безсмыс-
лицу»— вы не христіанинъ, «не крещеный». А какъ
только это приняли и этому покорились, какъ только
увѣровали въ это половое «дважды два — пять», такъ
вы «христіанинъ», «крещены», «въ сынахъ спасенія» и
«Царствія Божія».
«—Въ Православную Святую Церковь вѣруешь?
3 — В. В. Розанов
58
АБСОЛЮТНЫЙ ПОЛОВОЙ ПОКОЙ
«— Вѣрую.
«— И въ Божію Матерь тоже вѣруешь?
«— Вѣрую.
«—А ну, сынку, перекрестись.
«Приходившій крестился. Тогда кошевой говорилъ
ему:—«Ступай».
Такъ совершался, по Гоголю, пріемъ въ Православ-
ную Сѣчь, эту азбучную общину мужиковъ-рыцарей.
«Безсѣменноезачатіе»...но чтб оно такое?—Это«-|-О»
пола, «—о» пола, или «=±:О» пола, какъ хотите опредѣ-
ляйте, принимайте: но какъ только въ половомъ мѣстѣ
вы поставили значущую величину, все равно единицу
или дробь, поставили что-нибудь—вы отвергли, ниспро-
вергли Евангеліе и христіанизмъ. Самая его суть и есть
«±О» пола. Въ этомъ не «что-нибудь» его, а все оно.
Церковь до такой степени на этомъ яростно настаиваетъ,
что ее невозможно ничѣмъ такъ оскорбить, какъ и
дѣйствитйльно нельзя-бы ничѣмъ ее такъ ниспроверг-
нуть, какъ утвержденіемъ, намекомъ, предположеніемъ,
что въ I. Христѣ или Божіей Матери было что-нибудь
настояще-половое, а не только «схема», «очеркъ», да
и то лишь словесный, «дѣвы-женщины», «учителя-муж-
чины». «У Іисуса были братья»—сказано въ Евангеліи;
«она не знала Іосифа, дондеже не родила (т.-е. пока не
родила) Іисуса».—«Нѣтъ! нѣтъ!» восклицаетъ Церковь:
«Божія Матерь была монахинею, монахинею въ существѣ
и только безъ формы, и ничѣмъ инымъ она и не могла
быть, потому-что иначе и не началось-бы христіанство,
какъ что-то совсѣмъ новое въ мѵрѣ»! «И эти братья
Іисуса суть его двоюродные братья, или что-то другое,
а. не родные братья: ибо у Божіей Матери не могло
быть дѣтей, она—монахиня». Открывая Евангеліе, ко-
нечно, видимъ, что какъ будто оно опрокидываетъ этотъ
БЕЗСЬМЕННОСТЬ И «ДУХОВНОЕ РОЖДЕНІЕ» 69
крикъ Церкви: сказано «братья Господни» и «дондеже
не роди Іисуса». Но вчитываясь глубже, больше, вчи-
тываясь годы, «до сѣдыхъ волосъ», «до посѣдѣнія»—
видимъ, что втайнѣ, не въ буквальномъ смыслѣ, а
въ духѣ своемъ Евангеліе поддерживаетъ этотъ крикъ
Церкви, и даже именно оно и породило его собою,
какъ вопль, какъ неистовое и страшно-і/втъренное въ себѣ
утвержденіе!! Конечно, Божія Матерь—монахиня, какъ
и рожденный Ею — монахъ-же; безъ пострига, безъ
формы, безъ громкихъ словъ, безъ чина исповѣданія,
но въ существѣ — таковы именно! Иначе зачѣмъ-бы и
* говорить о «безсѣменномъ зачатіи», и подчеркивать по-
томъ, страстно и мучительно: «не отъ похоти мужскія
и не отъ похоти женскія» (зачатъ Іисусъ). Итакъ, «без-
сѣменное зачатіе»—это разъ; и затѣмъ, зачатый такъ
и Самъ былъ безсѣмененъ: это-то и есть новое и ори-
гинальное, почему Его и нарекли «сыномъ Божіимъ»,
«богочеловѣкомъ», и приняли, и поклонились Ему —
какъ таковому именно. Какъ только въ образъ Его, въ
Ликъ Его вы внесете сѣменность, сѣме-несеніе: такъ вы
и разрушили, раскололи, уничтожили этотъ Ликъ. Со-
гласились вы на него — вы приняли Христа, «новаго
Бога»; нѣтъ—и вы отвергли Его, вы—не христіанинъ.
Но «безсѣменность» въ видимомъ, ясномъ, признан-
номъ очеркѣ мужчины, въ какомъ ходилъ Іисусъ, это
и есть «±о» пола, то таинственное явленіе, какое не
неизвѣстно въ біологіи. Понятенъ глубочайшій инте-
ресъ,. глубочайшее волненіе, съ какимъ мы должны-бы,
ученые обязаны-бы давно начать къ нему пригляды-
ваться.
з*
Колеблющіяся напряженія въ полѣ
Дабы у читателя не могло остаться сомнѣнія въ
объективной вѣрности моихъ наблюденій-размышленій,
я приведу факты изъ медицины.
Наибольшее половое напряженіе.
«В. Ь., купецъ 86 лѣтъ, былъ консультируемъ мною
въ апрѣлѣ 1899 г., по поводу частыхъ возбужденій и слѣдо-
вавшихъ иногда за этимъ сѣмяизверженій среди дня, безъ
всякаго повода. Родители были вполнѣ здоровы. Ь.—нормаль-
наго, достаточно крѣпкаго тѣлосложенія, съ 29 лѣтъ же-
натъ. Сурово воспитанный въ своей юности, уже съ 12
лѣтъ сталъ тайно предаваться онанизму, считая въ
среднемъ одинъ—два раза въ день. 16 лѣтъ имѣлъ первое
соитіе и съ той поры имѣлъ весьма много половыхъ сно-
шеній съ самыми различными женщинами. Онъ допускаетъ
число половыхъ сношеній съ одною женщиною, съ кото-
рой былъ въ связи, около 250—300 въ годъ. Въ брачной
жизни его половой аппетитъ, если можно такъ выразиться,
былъ настолько великъ, что жена его неотступно просила
его для ея облегченія гдѣ-либо въ иномъ мѣстѣ удовле-
творять свою похоть. Половое возбужденіе особенно вспы-
хивало у него при работѣ. Во время занятій въ конторѣ
ОТЪ НАИБОЛЬШАГО КЪ НАИМЕНЬШЕМУ
61
у него внезапно, моментально наступало, безъ какого-либо
повода, состояніе возбужденія, сопровождавшееся силь-
нымъ волненіемъ и дрожаніемъ всего тѣла. Похоть была
такъ велика, что онъ долженъ былъ бросать занятія, чтобы
какъ можно скорѣе имѣть соитіе съ первымъ встрѣчнымъ
женскимъ субъектомъ. Холодные души (ручнымъ аппара-
томъ Моозйогі НосЬЬанаІег’а), примѣнявшіеся по моему
совѣту, лишь весьма рѣдко могли ослабить его ваіугіааіа,
порою отдаляя лишь на нѣкоторое время приступы. Не-
сравненно лучше дѣйствовалъ бромъ въ соединеніи съ лу-
пулиномъ, «геср. шипучая бромистая соль» (Проф. Рол-
лендеръ: «Половое влеченіе», стр. 80—81).
Наблюденія надъ половымъ влеченіемъ высокихъ
степеней у женщинъ очень многочисленны. Я приведу
слѣдующія:
«Д-ръ Гарнье сообщаетъ слѣдующій фактъ:
«Генріеттѣ С. 31 годъ. Съ самаго ранняго возраста
одинъ видъ мальчиковъ дѣйствовалъ на нее съ непонят-
ной возбуждающей силой. Выйдя замужъ очень молодою,
она не могла найти въ супружескихъ отношеніяхъ удовле-
творенія своей почти безпрестанной потребности въ поло-
вомъ актѣ. Она обзаводилась множествомъ любовниковъ
и приводила въ глубокое отчаяніе своего мужа, такъ-какъ
безнравственное поведеніе ея получило огласку.
«Когда ее вдругъ охватывала непреодолимая потреб-
ность полового акта, она пыталась бороться со своимъ
желаніемъ, но вскорѣ оказывалась до того всецѣло въ его
власти, что выбѣгала на улицу и принималась охотиться
за самцомъ.
«Но помимо такихъ непреодолимыхъ импульсивныхъ
припадковъ,— и въ нормальномъ своемъ состояніи ей до-
статочно встрѣтить крѣпкаго, хорошо сложеннаго мужчину,
62
ОТЪ НАИБблЫПАГО КЪ НАИМЕНЬШЕМУ
чтобы почувствовать себя охваченной жаждой совокупленія,
одно представленіе о которомъ способно, впрочемъ, вызвать
у нея сладострастный спазмъ; такія спазмы бываютъ у
нея по шести и по семи разъ въ одинъ и тотъ же день».
«Вотъ другой поразительный случай. Женщина съ дѣт-
скаго возраста испытывала необычайное влеченіе къ поло-
вымъ наслажденіямъ.
«Когда ей было всего 8 лѣтъ, на нее дѣйствовалъ воз-
буждающе видъ совокупляющихся животныхъ, при чемъ ее
неудержимо влекло дотрагиваться до нихъ.
«Въ 17 лѣтъ она вышла замужъ за человѣка 36 лѣтъ,
очень крѣпкаго, объятія котораго по нѣсколько разъ сряду
оставляли ее все-же неудовлетворенной; случалось даже
часто такъ, что послѣ троекратныхъ естественныхъ сно-
шеній ей необходимы были лесбійскіе пріемы для того, чтобы
чувственность ея вполнѣ насытилась.
«Въ 49 лѣтъ, будучи уже матерью восьмерыхъ дѣтей,
она овдовѣла. Послѣ двухъ мѣсяцевъ абсолютнаго воздер-
жанія, желанія снова начали неотступно осаждать ее. Умомъ
ея непрерывно владѣло одно—по ночамъ самые эротическіе
сны, въ бодрствующемъ состояніи самыя сладострастныя
мысли и представленія.
«Побѣжденная ими, она поддалась рукоблудію и только
такимъ образомъ могла бороться со своими безпрестанно
томившими ее желаніями, не давая подозрѣвать никому объ
этомъ половомъ возбужденіи своемъ». (Скромность, В. Р.).
«Д-ръ Трэла сообщаетъ очень интересный случай силь-
наго полового влеченія.
«Г-жа V., средняго роста, но очень сильнаго сложенія,
обладавшая очень приличнымъ выраженіемъ лица, большой
учтивостью въ обращеніи и разговорѣ, большой сдержан-
ностью въ манерахъ, поступила ко мнѣ въ пріютъ 17 ян-
варя 1854 года.
ОТЪ НАИБОЛЬШАГО КЪ НАИМЕНЬШЕМУ 63
«Будучи спрошена обо всемъ необходимомъ, она пре-
восходно отвѣчала на всѣ вопросы, принялась за работу
и, не смотря на свои 69 лѣтъ, дѣлала все очень быстро и
хорошо; всегда спокойно и ровно настроенная, всегда усид-
чиво работающая, она послушно отправлялась, когда ее
звали, за столъ или на прогулку.
«Рѣшительно ничто ни въ наружности ея, ни въ по-
ступкахъ не могло внушить, за все время ея пребыванія
въ лечебницѣ, ни малѣйшаго подозрѣнія о ея ненормаль-
ности.
«Въ теченіе цѣлыхъ 4 лѣтъ ни одного непристойнаго
слова, ни одного жеста, ни малѣйшаго движенія, которое
обнаружило бы волненіе или раздражительность, или нетер-
пѣніе. Она превосходно сознавала, что она въ заключеніи,
но злоупотребить свободой была абсолютно неспособна.
«Всю свою жизнь, отъ ранней юности, она отыскивала
мужчинъ и отдавалась имъ. Молодой дѣвушкой она при-
водила въ отчаяніе своихъ родителей, подвергая ихъ сво-
имъ поведеніемъ позору и униженію.
«Отличаясь самымъ послушнымъ, самымъ привѣтливымъ
и самымъ веселымъ характеромъ, она краснѣла при всякомъ
обращеніи къ ней, опускала глаза каждый- разъ, когда ока-
зывалась въ многолюдномъ обществѣ: но стоило ей очутиться
наединѣ съ мужчиной — старымъ-ли или молодымъ, или
даже съ ребенкомъ,—она внезапно и мгновенно преобра-
зовывалась, подымала юбки и нападала съ самой дикой
энергіей на того, кто сдѣлался предметомъ ея изступлен-
ной любви. Въ такіе моменты это была настоящая Месса-
лина, но всего за нѣсколько мгновеній до того ее можно
было принять за невинную дѣвушку.
«Иногда ей случалось натолкнуться на сопротивленіе и
даже на серьезное внушеніе, но гораздо чаще она встрѣ-
чала добровольное согласіе.
64
ОТЪ НАИБОЛЬШАГО КЪ НАИМЕНЬШЕМУ
«Не смотря на неоднократныя приключенія такого пе-
чальнаго рода, ея родителямъ удалось выдать ее замужъ,
при чемъ они надѣялись, что это положитъ конецъ ея раз-
стройству. Но для нея замужество явилось только лиш-
нимъ скандаломъ.
«Она любила своего мужа неистовой любовью, но такъ
же неистово она любила всякаго мужчину, съ которымъ
случай приводилъ ее остаться наединѣ,—и обнаруживала
въ такихъ случаяхъ столько предусмотрительности и лов-
кости, что сбивала съ толку всякій надзоръ и очень часто
добивалась, чего хотѣла.
«Подъ первымъ попавшимся п тутъ же на мѣстѣ при-
думаннымъ предлогомъ, она зазывала къ себѣ то рабочаго,
отрывая его отъ работы, то случайно прохожаго на улицѣ,
то молодого мастерового, то слугу, то мальчика, возвра-
щающагося изъ школы.
«Разговоры, которые она съ ними заводила въ подобныхъ
случаяхъ, были до такой степени невинны, что всякій напра-
влялся за ней вполнѣ довѣрчиво, нисколко не задумываясь.
«Неоднократно случалось, что такой гость билъ или об-
крадывалъ ее, — но это не мѣшало ей снова зазывать къ
себѣ.
«Этотъ образъ жизни она продолжала вести даже тогда,
когда сдѣлалась бабушкой.
«Однажды она зазвала къ себѣ мальчика 12 лѣтъ, увѣ-
ривъ его, что мать его должна придти къ ней. Она дала
ему конфектъ, цѣловала его, ласкала; но потомъ, когда
она хотѣла раздѣть его и начала непристойно прикасаться
къ нему, инстинктивная нравственность ребенка возмути-
лась: онъ ее ударилъ и убѣжалъ. Дома онъ все разска-
залъ своему брату, молодому человѣку 24 лѣтъ; тотъ по-
шелъ въ указанный мальчикомъ домъ и безжалостно по-
билъ скверную женщину, сказавъ ей на прощанье:
ОТЪ НАИБОЛЬШАГО КЪ НАИМЕНЬШЕМУ 65
— «Въ подобныхъ случаяхъ слѣдуетъ расправляться
своимъ судомъ, чтобы не пачкать оглаской свое имя, имѣя
дѣло съ подобными особами. Надѣюсь, что этотъ урокъ
отобьетъ у васъ охоту продѣлать еще разъ подобное съ
кѣмъ-нибудь другимъ.
«Во время этой сцены зашелъ зять женщины; онъ сразу
догадался обо всемъ раньше, чѣмъ услышалъ слово, и самъ
сталъ на сторону того, кто учинилъ этотъ быстрый самосудъ.
«Ее заточили въ монастырь. Тамъ ее нашли такой до-
брой^ такой кроткой и послушной, — розовой и невинной,
какъ молодая дѣвушка,—что никто не хотѣлъ вѣрить воз-
можности того, чтобъ она когда-нибудь могла совершить
малѣйшій проступокъ; ее рѣшили освободить отъ искупле-
нія, такъ она завоевала симпатіи и довѣріе всего населе-
нія монастыря ревностью, съ которой она предавалась ре-
лигіознымъ обрядамъ.
«Но, едва очутившись на свободѣ, она снова начала
попрежнему скандалить. Итакъ проходила вся ея жизнь.
«Она отравила всю жизнь своего мужа и своихъ дѣтей.
Но они надѣялись, по крайней мѣрѣ, что на помощь ей
явится время, что когда она постарѣетъ, умѣрится пожи-
равшее ее пламя. Они ошибались, однако. Чѣмъ болѣе она
предавалась этимъ излишествамъ и чѣмъ болѣе она туч-
нѣла, тѣмъ неудержимѣе становилось ея разстройство.
«Непостижимо, какимъ образомъ, при такихъ низмен-
ныхъ склонностяхъ и такихъ позорныхъ привычкахъ, могла
уцѣлѣть такая кротость въ выраженіи лица, такое спокой-
ное достоинство манеръ, — какъ могъ сохраниться такой
молодой голосъ и такая прозрачная ясность взгляда.
«Когда она овдовѣла, дѣти не могли ее оставить жить
у себя,—для нихъ она была предметомъ ужаса; они назна-
чили ей пенсію и предоставили ей устроиться отдѣльно.
66
ОТЪ НАИБОЛЬШАГО КЪ НАИМЕНЬШЕМУ
«Когда она стала старухой, она вынуждена была опла-
чивать благосклонность, которую ей оказывали; и, такъ
какъ маленькой пенсіи, которую она получала, ей для этихъ
надобностей не хватало, то она работала съ неутомимой
энергіей, чтобы имѣть возможность заводить много лю-
бовниковъ.
«При взглядѣ на эту женщину, вѣчно бодро трудя-
щуюся надъ иголкой, обходящуюся безъ очковъ въ 70
слишкомъ лѣтъ, всегда чисто и опрятно одѣтую, съ про-
стой и честной наружностью, съ открытымъ лицомъ,—
никто никогда не догадался бы обо всѣхъ продѣланныхъ
ею гадостяхъ. Когда намъ все это разсказали, мы совер-
шенно не повѣрили бы, если бы не получили вскорѣ не-
сомнѣнныхъ доказательствъ.
«Мы видѣли нѣкоторыхъ изъ этихъ жалкихъ негодяевъ,
получавшихъ отъ нея плату за свое мерзкое ремесло. Они
являлись къ намъ разсказывать, какъ она трудолюбива,
увѣряли насъ въ ея безупречной нравственности, — и все
это въ надеждѣ, что ее освободятъ и они снова будутъ
получать свою плату.
«При всемъ отвращеніи, которое намъ внушали эти
проходимцы, мы не могли удержаться, чтобы не вырвать
у одного изъ нихъ признаніе о подробностяхъ ихъ без-
стыдной любви.
«Эта презрѣнная женщина, это чудовище сохранило до
послѣдняго дня жизни-свое спокойствіе, свою неизмѣнную
кротость и честную наружность. Она умерла 27 мая
1853 г., 73-хъ лѣтъ отъ роду».
Разсказъ вполнѣ поразительный, достойный долгихъ,
многолѣтнихъ размышленій. Что такое этотъ субъектъ?
Несла въ себѣ какъ-бы трехъ человѣкъ, имѣла тройной
запасъ жизни! Если «человѣкъ» есть зло, если «жизнь»
КОРНЕВАЯ БЛИЗОСТЬ РЕЛИГІОЗНАГО И ПОЛОВОГО 67
есть зло,—осудите ее. Другого мотива для осужденія
она не дала замѣтить въ себѣ.
Всѣ приведенные случаи заимствованы изъ книги
доктора Жаффъ Кофей лона. Наблюденія свои онъ со-
провождаетъ еще слѣдующимъ, которое повторяется и
въ другихъ книгахъ о томъ-же предметѣ:
«Въ числѣ подобныхъ женщинъ нерѣдко встрѣчаются
такія, у которыхъ сильнѣйшія половыя стремленія соеди-
няются съ проявленіями религіознаго восторга. Онѣ то по-
свящаютъ себя чрезмѣрнымъ подвигамъ благочестія, при
самомъ строгомъ аскетизмѣ; то разыскиваютъ мужчинъ,
потерявъ сонъ, и произносятъ рѣчи, въ которыхъ сквер-
нословіе смѣшано съ мистическими идеями. Онѣ напомина-
ютъ, по своимъ манерамъ, богомолокъ,—но при этомъ же-
стикуляція ихъ бываетъ часто непристойна.
«Бредъ ихъ,—говоритъ Бушеро,—бываетъ то религіоз-
ный, то эротическій’, безъ малѣйшаго перехода это слѣ-
дуетъ одно за другимъ».
«Въ томъ самомъ случаѣ, въ которомъ одинъ наблю-
датель нашелъ-бы религіозную манію,—другой наблюдатель,
если онъ явится свидѣтелемъ слѣдующаго припадка, будетъ
имѣть основанія признать эротическую манію».
Послѣднее наблюденіе не объяснимо никакъ съ ме-
дицинской точки зрѣнія: ибо отчего-бы женщинамъ
сильнѣйшаго полового возбужденія не бредить: і) ви-
номъ, 2) картами, з) базаромъ, толпою, улицей, 4) ба-
нями, трактиромъ, кабакомъ? По бытовой близости этихъ
предметовъ должно бы быть такъ. Но этого никогда
нѣтъ. И оттого нѣтъ, что, сближенные въ быту, онѣ
корнями лежатъ какъ бы въ противоположныхъ полу-
шаріяхъ. Бредъ какъ явленіе, гдѣ наименѣе участвуетъ
68 КОРНЕВАЯ БЛИЗОСТЬ РЕЛИГІОЗНАГО И ПОЛОВОГО
преднамѣреніе и сознанье, всегда указываетъ корневую
близость вещей, соединяетъ космологически-родствен-
ное, метафизически-родственное. Также точно совер-
шенно необъяснимы эти феномены и съ аскетическо-
христіанской точки зрѣнія, —съ точки зрѣнія безтѣлесно-
духовной, скопческо-религіозной: ибо, очевидно, если-бы
дѣйствительно религія заключала въ себѣ плото-умерщ-
вляющіе идеалы, если-бы она съ поломъ не имѣла ничего
общаго и даже была-бы противоположна ему, исключала-
бы его,—то повышеніе половой импульсивности сопро-
вождалось-бы безбожіемъ, голизной и опустошенностью
религіознаго чувства, паденіемъ религіи, неупоминаніемъ
о ней, въ бреду-ли, на яву-ли, никогда! Разное религія
и полъ—и нѣтъ ихъ соединенія въ бреду, въ словахъ,
въ мысли! Но если мы допустимъ то, что полъ и дѣй-
ствительная истинная религія имѣютъ не только кор-
невую близость, но и корневое тожество, единство,
сліянность или, точнѣе, цѣлость одного и того-же су-
щества, то всѣ эти феномены не только объяснятся,
но мы о нихъ скажемъ, что «иначе и не могло быть»...
При этомъ я совершенно допускаю, что «половой
бредъ» въ этихъ медицинскихъ случаяхъ есть «ерунда»,
какъ «ерундою» же является и религіозный бредъ этихъ
субъектовъ: это уже не мѣняетъ дѣла и ничего не измѣ-
няетъ въ заключеніяхъ. Вѣдь и обычный бредъ обычныхъ
сумасшедшихъ есть, однако-же, психическій бредъ или
логическая нелѣпость: все-таки тѣмъ не менѣе—логическій,
все-таки тѣмъ не менѣе—психическій, изъ этого моря, изъ
этого океана взятый. Поэтому какъ только «эротиче-
скій бредъ» путается съ «религіознымъ бредомъ» — мы
заключаемъ съ неизбѣжностью, что «та капля» и «эта
капля»—изъ одного моря! Иначе нельзя: вѣдь никто-же
лепетъ идіота не отнесетъ къ кожнымъ явленіямъ, маніа-
РОДНИКЪ ИДЕИ «КОНЦА МІРА» 69
кальныя идеи не назоветъ феноменомъ перерожденія му-
скульной ткани, и проч. Такой «абдекарабды» никто не
скажетъ: но значитъ и разъединить полъ и религію
было-бы научною «абдекарабдою». Если «бредовыя»,
т.-е. нелѣпыя явленія, лежатъ тѣмъ не менѣе рядомъ:
то, очевидно, ясныя и спокойныя явленія двухъ этихъ
порядковъ текутъ не только рядомъ же, но это есть
даже одна текущая рѣка, однѣ воды, дающія въ одной
части спокойную и ясную религію, какъ наше отношеніе
къ Богу, какъ связь съ Небомъ, какъ чувство Судьбы и
Провидѣнія, какъ мистику и трепетъ передъ «міромъ
Инымъ», «міромъ Еще», поверхъ эмпирической, налич-
ной дѣйствительности; и въ другой части влекущія къ
сближенію, къ совокупленію, къ рожденію дѣтей, къ
жизни безконечной здѣсь на землѣ... Только христіан-
ство могло отвернуться, или, какъ теперь очевидно, по-
пыталось отвернуться отъ этого, и черезъ это потря-
сти очаги рожденія, разрушить нѣдра міра, какъ-бы
проколоть иглою міровой зародышъ, зародышевое начало
міра, зародышевую сущность міра. Попыталось и не ус-
пѣло: ибо люди все-таки рождали, «во грѣхѣ» (съ идеею
грѣха) рождали, «въ сквернѣ»—но рождали. «Рождали»,
«рождали»... ихъ проклинали, звали къ другому (дѣв-
ство, монашество, аскетизмъ) — но все-таки они ро-
ждали и рождали: и въ этомъ одномъ христіанство, какъ
выразился Достоевскій, и «не удалось». А «не удалось»
оно въ этомъ одномъ, то «не удалось»—и во всемъ: ибо
это-то и есть «все» его,—сущность, основаніе и цѣль.
Но уже постановка этой цѣли естественно вела къ идеѣ
«конца міра», къ распространенію чувства, что «конецъ
пришелъ», «конецъ близокъ» и даже «у дверей стоитъ»:
ибо цѣль эта именно включала «конецъ міра», но не
КаДъ существо и истину, а какъ зовъ, какъ пожеланіе,
70 НЕ «КОНЕЦЪ», А ВЪЧНОЕ ОБНОВЛЕНІЕ
какъ черный идеалъ! Такимъ образомъ «безсѣменное за-
чатіе», поставленное какъ «А» въ Евангеліи, уже содер-
житъ его «Ѳ»—конецъ, катастрофу, «падающія звѣзды»
и «сѣрный огонь съ неба», и «возстаніе мертвецовъ»,
сихъ «гражданъ новаго вѣка», и «страшный судъ».
«Чѣмъ началось, тѣмъ и кончится»... Наоборотъ, «свя-
тое рожденіе» воскрешаетъ древнія, до-христіанскія Не-
беса: «мертвымъ» совершенно незачѣмъ исходить изъ
могилъ, потому-что земля не пустынна, на могилахъ
выросли новые цвѣты, съ памятью первыхъ, съ благого-
вѣніемъ къ первымъ, даже въ сущности повторяющіе въ
себѣ тѣхъ первыхъ. Смерть есть не смерть окончатель-
ная, а только способъ, обновленія: вѣдь въ дѣтяхъ въ
точности я живу, въ нихъ живетъ моя кровь и тѣло, и,
слѣдовательно, буквально я не умираю вовсе, а умираетъ
только мое сегодняшнее имя. Тѣло-же и кровь продол-
жаютъ жить', и въ ихъ дѣтяхъ — снова, и, затѣмъ
опять въ дѣтяхъ—вѣчно! Только-бы, значитъ, «рожда-
лось», и—«я никогда не умру». Точно «снимаются са-
поги»: «одни сапоги», «другіе сапоги»... а «ходитъ въ
нихъ—одинъ». Этотъ «одинъ нѣкто» и есть «Адамъ» —
«Я»—« безконечный потомокъ нашъ »,мѣняющій паспортъ,
мѣняющій лица, ремесла и обитаемыя страны, учащійся
или хлѣбопашествующій, несчастный или счастливый,
но—«одинъ». Такимъ образомъ, смерть—у правильныхъ
субъектовъ и при правильной жизни безболѣзненная
(склерозъ артерій, лопнувшій сосудъ и смерть даже
безъ крика, безъ вздоха, безъ всякаго ощущенія)—есть
просто способъ вѣчно обновленнаго и, слѣдовательно, вѣчно
молодого, юнаго лица земли въ сущности при томъ-же
ея обитателѣ, при одномъ жителѣ... При этомъ зачѣмъ-
же покойникамъ «выходить изъ могилъ», когда они
преспокойно продолжаютъ жить на ней, но не въ ста-
«БЛАГОСЛОВЕННОЕ» РОЖДЕНІЕ
71
ромъ и тягостномъ для себя самихъ состояніи, а въ
чрезвычайно счастливомъ состояніи полнаго мужества,
цвѣтущей юности и беззаботнаго дѣтства! Что за
счастье прожить і.000.000 лѣтъ старикомъ: лучше про-
жить «во лѣтъ 4- [6о X 31+ [6о X 3 X 3] + [6°Х 3 X 3 X 31
и т. д. Т. е. жить «цѣлымъ рядомъ» семей — уже на
своихъ глазахъ, цѣлой колонійкой—черезъ 200 лѣтъ,
цѣлымъ селомъ—черезъ 400 лѣтъ, цѣлымъ народцемъ—
черезъ і.ОООІ При этомъ взглядѣ—праведны усилія къ
накопленію земныхъ сокровищъ, обезпечивающихъ суще-
ствованіе: больше скота, больше земли, больше плодо-
родія, жатвы, посѣвовъ, больше домовъ, крѣпче города,
больше труда и запасовъ (денегъ); и еще другое съ
равнымъ напряженіемъ усиліе—воспитаніе: ибо только
воспитанный человѣкъ живетъ хорошо, есть «счастли-
вое я», «хорошее я».
При этомъ сліяніи религіи и пола только и является
«благословенное рожденіе»: не въ томъ поддѣльномъ и
фальшивомъ видѣ, что оно «разрѣшено Попомъ», а въ
томъ, что оно «угодно Богу», и притомъ изъ существа
своего, по существу своему. Тогда неудержимость ро-
жденія становится понятною, какъ исполненіе воли
Всемогущаго, Всеволящаго. Тогда удерживать его никто
не станетъ: рождается столько, сколько «хочется», и
волна рождаемости есть волна этого «хочется», то по-
дымающаяся, то опускающаяся, не сдерживаемая въ
одномъ, не сдерживаемая въ другомъ, —какъ молитва въ
чередованіяхъ съ отдыхомъ. Много рождается—хорошо,
одинъ рождается—хорошо, ни одного не рождается (у
кого-нибудь)—это его индивидуальное несчастіе, какъ
скинутаго со счетовъ человѣчества; но въ общемъ и
для самого человѣчества—и это хорошо! Все — хорошо,
12 ОРГАНИЗМЪ—И ФИЗИКА, И МЕТАФИЗИКА
ибо все—безопасно: «нѣтъ» у одного возмѣщается «оби-
ліемъ» у другого; примѣры, приведенные изъ нашего
яко бы «истощеннаго» поколѣнія, показываютъ, до чего
волна временами подымается высоко. Не надо стати-
стики населенія, ничего не надо: никакой заботы! Только
бережнымъ взоромъ надо слѣдить, истинные священ-
ники истинной вѣры должны бы слѣдить, чтобы ни одна
щепочка, ни одна соринка, ни одна злоба, ссора, нена-
видѣніе, случайное несчастное совпаденіе (неудачный
бракѣ, недостаточное число формъ брака) не мѣшало
чистымъ волнамъ этого «хочется», чтобы никто не
нудилъ себя и ни къ чему не нудилъ...
Душа, ея неземныя предчувствія, ея метафизическія
тревоги, ея томленіе по Богѣ—все объясняется какъ
врожденные дары, врожденныя сокровища, если самая
душа, вложенная въ 7й изъ матери и въ х/2 изъ отца,
черезъ ихъ половое сліяніе, есть въ то же время «капля
метафизическаго существа», капнувшая въ земныя усло-
вія черезъ этотъ мигъ ихъ сліянія. Тогда, очевидно, есть
два Неба: внѣшнее—на которое мы смотримъ, и вну-
треннее—которымъ мы живемъ’, и оно, тоже со звѣз-
дами и солнцемъ, какъ бы выстилаетъ внутренность
насъ, соприсутствуетъ каждой частицѣ нашего орга-
низма,—физической въ то же время какъ и метафизи-
ческой. Тогда есть два глаза — физическій, такого-то
устройства и изъ такихъ-то веществъ, и метафизиче-
скій—который видитъ. «Видитъ», «слушаетъ», «живетъ»
въ насъ метафизика,—запутанная вся въ физику, въ
соки, кости, мускулы, нервы. Это и одно и не одно
Одно—въ раздѣленіи, не одно—въ сліяніи. Нѣтъ кру-
пинки въ насъ, ногтя, волоса, капли крови, которые
не имѣли бы въ себѣ «духовнаго начала». И какъ я,
ОРГАНИЗМЪ—И ФИЗИКА, И МЕТАФИЗИКА
73
умеревъ, раздѣляюсь на смертную половину—вотъ чтб
положатъ въ могилу, и чтб во мнѣ при жизни было
«персть» и прахъ, ничто и могила, и на часть живую—
вотъ чтб останется въ дѣтяхъ: такъ во всякомъ воло-
скѣ и кровинкѣ есть «гробъ» и «персть», чему—умереть, и
эта часть кровинки меня не живитъ, а тянетъ къ низу,
если-же она въ глазу — то я ею не вижу и даже отъ
нея происходятъ болѣзни; и есть въ этой-же кровинкѣ
часть, которая «къ жизни», чѣмъ глазъ видитъ, чтб по-
правляетъ начавшееся заболѣваніе, чтб помогаетъ врачу ле-
чить: это ея «духъ» и «жизненность», ея подъемъ -и
«вставаніе»... Какъ полъ «встаетъ» и «опускается» и это
его суть: такъ, по типу этого, «встаетъ» и «опускается»
все въ насъ, въ организмѣ нашемъ, въ душѣ нашей, въ
жизни нашей, даже въ судьбѣ нашей! Так. об. человѣкъ
весь есть только трансформація пола, только модификація
пола, и своего и универсальнаго; чтб, впрочемъ, и понятно,
иначе и быть не можетъ: такъ-какъ онъ весь вѣдь и
составленъ только изъ двухъ половинокъ, отъ матер-
няго тѣла, отъ отцовскаго тѣла, отдѣлившихся въ по-
ловыхъ ихъ органахъ и въ страстномъ половомъ актѣ.
Ничего третьяго, ничего не полового тамъ не было: и,
слѣдовательно, неоткуда взяться ничему третьему въ
насъ, ничему не половому... И даже когда мы что-нибудь
дѣлаемъ или думаемъ, хотимъ или намѣрены яко-бы внѣ
пола, «духовно», даже что-нибудь замышляемъ противо-
полое—это есть половое-же, но только такъ закутанное
и преображенное, что не узнаешь лица его. Такъ
гусеница ползаетъ, а бабочка летаетъ, но обѣ —
одно существо; куколка-же и совсѣмъ лежитъ какъ мер-
твая,—однако и это тб-же существо. Человѣкъ, изъ по-
лового акта вышедшій и изъ страстно-половыхъ ча-
стицъ сложенный, есть во всемъ своемъ «я», «цѣломъ»
74 ОРГАНИЗМЪ—И ФИЗИКА, И МЕТАФИЗИКА
и «дробномъ»—половое-же существо, страстно-дышащее
поломъ и только имъ, въ битвахъ, въ пустынѣ, въ от-
шельничествѣ, въ аскетизмѣ, торговлѣ, но въ самомъ
чистомъ и святомъ видѣ, въ самомъ нормальномъ —
въ семьѣ. Торговля и политика—куколки и гусеницы;
а мотылекъ, «душа» — семья, отецъ-мать, сынъ-дочь,
братъ-сестра, свекоръ-сноха, сквекровь-невѣстка, тетки-
дяди, дѣды-внуки, родъ, кругъ, родной народецъ.
Умѣренныя степени полового влеченія.
Это—тѣ обычные, какія мы знаемъ и испытываемъ.
Примѣровъ ихъ не для чего приводить. Лютеръ пред-
полагалъ и предлагалъ двукратное или троекратное въ
недѣлю совокупленіе: но полагая, что не безъ причины
«день седъмый суббота — Господу Богу твоему», я бы
предложилъ или посовѣтовалъ всякой семьѣ удержи-
ваться въ предѣлахъ одного недѣльнаго совокупленія:
дабы для другихъ трудовъ жизни, для тренія жизни,
для скорбей и тягостей ея, всегда имѣть бокалъ жиз-
ненности въ себѣ наполненнымъ до краевъ, и такъ имен-
но, чтобы влага была дугою надъ краями. Пусть изли-
вается, что не можетъ держаться, что «черезъ край».
«Небо» должно быть именно въ насъ, густое, темно-
синее, съ налившимися звѣздами, съ жгучимъ солнцемъ,
полною луною: «вотъ-вотъ» просыплется и упадетъ; но
не просыпай его, береги его. Тогда будешь нѣженъ къ
людямъ, привязчивъ, памятливъ, милосердъ, словоохот-
ливъ, дѣлоохотливъ, труженикъ безъ усталости, работа
будетъ не тяжела, скорбь не будетъ переходить въ
отчаяніе и меланхолію, люди станутъ нравиться, при-
рода—нравиться, будешь путешествовать, торговать,
увеличивать имущество. И дѣти будутъ очень здоровы
74 ОРГАНИЗМЪ—И ФИЗИКА, И МЕТАФИЗИКА
и «дробномъ»—половое-же существо, страстно-дышащее
поломъ и только имъ, въ битвахъ, въ пустынѣ, въ от-
шельничествѣ, въ аскетизмѣ, торговлѣ, но въ самомъ
чистомъ и святомъ видѣ, въ самомъ нормальномъ —
въ семьѣ. Торговля и политика—куколки и гусеницы;
а мотылекъ, «душа» — семья, отецъ-мать, сынъ-дочь,
братъ-сестра, свекоръ-сноха, сквекровь-невѣстка, тетки-
дяди, дѣды-внуки, родъ, кругъ, родной народецъ.
Умѣренныя степени полового влеченія.
Это—тѣ обычные, какія мы знаемъ и испытываемъ.
Примѣровъ ихъ не для чего приводить. Лютеръ пред-
полагалъ и предлагалъ двукратное или троекратное въ
недѣлю совокупленіе: но полагая, что не безъ причины
«день седъмый суббота — Господу Богу твоему», я бы
предложилъ или посовѣтовалъ всякой семьѣ удержи-
ваться въ предѣлахъ одного недѣльнаго совокупленія:
дабы для другихъ трудовъ жизни, для тренія жизни,
для скорбей и тягостей ея, всегда имѣть бокалъ жиз-
ненности въ себѣ наполненнымъ до краевъ, и такъ имен-
но, чтобы влага была дугою надъ краями. Пусть изли-
вается, что не можетъ держаться, что «черезъ край».
«Небо» должно быть именно въ насъ, густое, темно-
синее, съ налившимися звѣздами, съ жгучимъ солнцемъ,
полною луною: «вотъ-вотъ» просыплется и упадетъ; но
не просыпай его, береги его. Тогда будешь нѣженъ къ
людямъ, привязчивъ, памятливъ, милосердъ, словоохот-
ливъ, дѣлоохотливъ, труженикъ безъ усталости, работа
будетъ не тяжела, скорбь не будетъ переходить въ
отчаяніе и меланхолію, люди станутъ нравиться, при-
рода—нравиться, будешь путешествовать, торговать,
увеличивать имущество. И дѣти будутъ очень здоровы
ВАЖНОСТЬ ПОЛОВОЙ СДЕРЖАННОСТИ
75
и очень талантливы. Мы должны помнить, что ко всему
въ мірѣ мы привязываемся черезъ сѣмя свое; какъ
всѣмъ въ мірѣ мы пользуемся для сѣмени своего.
Однако, чтобы не впадать «въ постъ», мы не должны
выпускать изъ виду, что въ мірѣ до человѣка совоку-
пленія происходятъ рѣдко, между тѣмъ ласки совер-
шаются все время, — и что въ природѣ нѣтъ ничего не-
цѣлесообразнаго.. Слабѣетъ и холодѣетъ человѣкъ, когда
его бокалъ не полонъ: итакъ, пусть онъ и будетъ по-
стоянно полонъ, т. е. совокупленію должно быть дано
мѣсто тогда, когда внутреннее вино и геній вотъ-вотъ
поднимается черезъ край.-Но все остальное и на все
остальное въ прелести мужской для женщины-жены и
въ прелести женской для мужчины-мужа—сохраняетъ
свое мѣсто и имѣетъ свое право. Остальные шесть су-
токъ дневной трудъ все-таки долженъ имѣть себѣ на-
граду въ обаятельности, нѣжности, поцѣлуяхъ, взорахъ,
прикосновеніяхъ, ласкахъ, и болѣе всего, конечно, въ
словахъ, въ рѣчахъ: и носимое въ чревѣ дитя можетъ
получить полноту даровъ только тогда, когда мужъ
лелѣетъ и ласкаетъ чрево жены, такъ, чтобы истома и
сладкое волненіе въ немъ никогда не прекращалось,
никогда-бы оно не замирало и не костенѣло, не мерт-
вѣло.. Можно такъ сказать, что какъ мать кормитъ
ребенка по выходѣ изъ чрева молокомъ и даетъ тѣло
ему изъ молока своего, такъ до родовъ она еще непо-
средственнѣе и прямѣе, «изъ кишки въ кишку», кор-
митъ все его существо, кровь его, кости его, нервы его
и присущую всему этому метафизику (вторая духовная
половина всякой частицы тѣла) совокупленіями своими
и вообще чревными трепетаніями; и по участію въ нихъ
мужа можно даже продолжить и сказать, что эти девять
мѣсяцевъ оба они совмѣстно питаютъ ребенка, притомъ
76
ПОЛОВОЙ РАСЦВѢТЪ
питаютъ такими частицами внутренняго существа своего,
которыя несравненно драгоцѣннѣе, значущѣе и могу-
щественнѣе, чѣмъ молоко, это сравнительно раціональ-
ное и земное вещество. Изъ молока цѣльнаго человѣка не
выходитъ, а изъ сѣмени—выходитъ; молоко не растетъ,
не выростаетъ, а росинка сѣмени растетъ въ полнаго
человѣка и живетъ въ немъ до 70 лѣтъ. Такъ природа
расположила свои цѣли и средства. Полу-импотентная,
полу-содомическая (по отвращенію къ совокупленію)
мысль, что: і) совоКупленіе-де должно ослабить силы ма-
тери, 2) когда эти силы нужны ребенку, — должна чи-
таться наоборотъ: і) когда матери такъ нужны силы
для вынашиванія плода,—2) тогда мужъ долженъ дать
ихъ ей черезъ совокупленіе. Ибо кому-же, кромѣ совер-
шенныхъ лгуновъ и лицемѣровъ, не извѣстно, что въ со-
вокупленіи, если оно предварительно желается женщиною,
если она къ нему предрасположена,—она получаетъ силы,
получаетъ новую свѣжесть, получаетъ расцвѣтъ въ себя!
Кому неизвѣстны анемичныя, блѣдныя, съ хлорозомъ,
нервныя дѣвицы до замужества.’ и что за фантазія по-
вергать въ нѣкое подобіе всего этого беременную жен-
щину?! А между тѣмъ женщина 30-ти лѣтъ, съ пре-
рванными привычными совокупленіями,—есть что-то еще
болѣе страдальческое и несчастное, нежели «дѣвица
17 лѣтъ до совокупленій»: ибо извѣстно, что вдовы стра-
даютъ отъ недостатка совокупленій еще гораздо сильнѣе,
чѣмъ дѣвицы; а всякая беременная, покинутая ласками
мужа, есть «соломенная вдова» на девять мѣсяцевъх).
х) Проф. Роллендеръ, на стр. 78, закончивъ объясненіе побоч-
ныхъ дѣйствій совокупленія на всю сѣть органовъ женскаго тѣла
и, между прочимъ, на питаніе, на отправленіе кишокъ (важнѣй-
шее, на кровь, онъ пропустилъ по невинному медицинскому невѣ-
дѣнію), говоритъ, впрочемъ, всякому извѣстную, истину: «Этимъ
БЕЗКОНЕЧНОСТЬ УТРОБНОЙ ЖИЗНИ
77
Что такое совокупленіе?
Боковой ростъ человѣка. Въ утробной жизни своей
младенецъ, проживая въ земныхъ измѣреніяхъ девять мѣ-
сяцевъ, въ измѣреніяхъ абсолютныхъ проживаетъ вѣка...
Абсолютными измѣреніями мы называемъ тѣ единственно
значущія для всякаго измѣряемаго существа мѣры, ка-
кія проистекаютъ изъ его собственнаго существа, изъ.вели-
чины и количества перемѣнъ въ немъ. Земныя мѣры —
это мѣры по явленіямъ на землѣ: обернулась земля около
оси—сутки, обошла земля около солнца — годъ. Явно,
что для утробнаго младенца, который не видитъ ни
солнца, ни земли, этихъ мѣръ нѣтъ, потому что нѣтъ
этихъ, для насъ существующихъ, перемѣнъ. Для него есть
перемѣны въ себѣ: и вотъ то, что изъ маковой росинки
онъ превращается въ 7-ми фунтовое существо, изъ пу-
зырька въ человѣка — есть какъ-бы билліонъ лѣтъ! Въ
первый годъ жизни ребенокъ лишь удваивается: сосчи-
таемъ прогрессирующія удвоенія маковой росинки (зача-
тіе) до 7~ми фунтоваго вѣса и объема (роды), и мы полу-
чимъ число «оборотовъ» этой росинки около себя, число
лѣтъ ея! Не будетъ преувеличеніемъ сказать, что въ
утробной жизни своей младенецъ проживаетъ столько
лѣтъ, сколько вся природа прожила до его рожденія: не
менѣе! Но вотъ онъ родился. Темпъ развитія сейчасъ-
всѣмъ объясняется извѣстный фактъ, что весьма часто случается,
когда дѣвушекъ, вступившихъ въ замужество блѣдными, истощен-
ными, уже черезъ нѣсколько недѣль нельзя бываетъ узнать: онѣ пре-
вращаются въ цвѣтущихъ, дышащихъ здоровьемъ женщинъ, тогда
какъ раньше всѣ примѣнявшіеся, самые разнообразные, методы
леченія ничего не могли подѣлать противъ ихъ жалкаго вида и
худощавости». Вотъ такую-то гадость, такой опіумъ и мертве-
чину,—совѣтуютъ «лекарственно» принимать беременной женщинѣ
моралисты (Толстой въ «Крейцер. Сонатѣ», и за нимъ цѣлыя толпы
писакъ).
78 РОСТЪ ПРЯМОЙ ИЛИ ЛИНЕЙНЫЙ
же замедляется, но все еще очень быстръ: въ двѣнад-
цать мѣсяцевъ ребенокъ удваивается, въ слѣдующіе
двѣнадцать онъ увеливается еще на Ѵз, потомъ въ двѣ-
надцать на 1/і, на 1/в и т. д.: чѣмъ далѣе—тѣмъ онъ мед-
леннѣе растетъ. Вѣдь продолжай онъ развиваться съ
быстротою утробной жизни, и къ 20-ти годамъ онъ
поднялся-бы выше Страсбургскаго собора, а къ старо-
сти касался-бы головою облаковъ!
Этого нѣтъ. Отчего?! Чтд-же происходитъ? Вѣроятно
съ того момента еще утробной жизни младенца, когда
у него обозначаются половые органы, когда вообще
выдѣляется въ немъ полъ, въ немъ начинаютъ на счетъ
удлиненія или линейнаго (вверхъ) роста отлагаться за-
логи для будущаго воспроизведенія: и чѣмъ ихъ отлагается
болѣе — тѣмъ все замедляется^ и замедляется ростъ. Но
залоги есть, потенціи есть,—капиталъ накопленъ; но еще
процентовъ не приноситъ, т.-е. размноженія нѣтъ. Есть
только «позывы» къ нему, мечты, грезы, наступающая влю-
бленность, но безъ принудительнаго толчка. Однако, от-
лаганіе «залоговъ» происходитъ тѣмъ интенсивнѣе, чѣмъ
болѣе замедляется ростъ. Если размноженіе искусственно
задержатъ—то отрокъ необыкновенно сильно вытяги-
вается кверху, проявляетъ «сильный ростъ», тотъ опас-
ный «сильный ростъ», который въ нѣкоторыхъ случаяхъ
заканчивается чахоткою, а во всякомъ случаѣ сильнѣй-
шимъ разслабленіемъ организма. Это едва-ли происхо-
дило «въ доброе старое время», когда дѣдушки и ба-
бушки наши женили нашихъ отцовъ въ 15—16 лѣтъ, и
выдавали дочерей замужъ 13-ти лѣтъ. Тогда «хлороза»,
«блѣдной немочи», «угрозъ чахотки» не происходило,
ибо линейный ростъ «во благовременіи» переходилъ въ
ростъ боковой: черезъ половую систему проценты отло-
женныхъ залоговъ, какъ и все новыя, ежедневно новыя
РОСТЪ БОКОВОЙ ИЛИ РАЗМНОЖЕНІЕ 79
отлаганія — переходили приблизительно въ еженедѣль-
ныя, или по два лзъ недѣлю, совокупленія: являлись
дѣти, т.-е. тотъ-же самый человѣкъ, тотъ-же индиви-
дуумъ, но отдѣленный въ частицахъ своего существа,
которыя теперь самостоятельно ползаютъ по землѣ,
по полу (дѣти). Что такое дѣдъ, отецъ и внучекъ?
Переломившійся на три части великанъ ростомъ
въ домъ, одной части котораго 6о лѣтъ, другой 30 лѣтъ,
третьей 2 года; и всѣ эти части — разной свѣжести и
одаренности. Обиліе чрезвычайно возросло здѣсь: и
прекраснѣйшимъ способомъ, гораздо лучшимъ, чѣмъ если-
бы землю наполняли два-три милліона тысячелѣтнихъ
старцевъ высотою въ колокольню Ивана Великаго.
Размноженіе и вотъ теперешній видъ земли и человѣче-
ства есть чудодѣйственное, мудрое, необыкновенно
хитрое по тайнѣ его и всемогущее преобразованіе не-
эстетичной картины великановъ-стариковъ—въ картину
всевозможныхъ возрастовъ, и оживленную, и медлен-
ную, въ одномъ мѣстѣ медленную и въ другомъ мѣстѣ
оживленную. Глядя на размноженіе, мы должны
повторятъ библейское изреченіе, какимъ Богъ сопро-
вождаетъ дни творенія Своего: «и увидѣлъ, что все
—хорошо, и сказалъ:—хорошо!»
Очевидно отсюда, какой метафизическій и божескій
смыслъ влитъ въ размноженіе; аскеты—во-истину пошлые
аскеты—также мало въ немъ понимающіе, какъ они не
знаютъ астрономіи и теченія звѣздъ, не только говорятъ
позорную дурь со своимъ противодѣйствіемъ ему,—но
еще и творятъ великій и страшный грѣхъ, отвергая Бо-
жескій Промыселъ, перепутывая планы творенія, отри-
цаютъ Бога, противятся Богу. Только по его великой
глупости нельзя назвать его преступленіемъ; ибо глу-
пые—невинны; но въ содержаніи своемъ и безотноси-
80 БОЖЕСКІЙ ПЛАНЪ РАЗМНОЖЕНІЯ
тельно къ глупости,—аскетизмъ есть не только грѣхъ,
но до нѣкоторой степени—весь грѣхъ, полный грѣхъ,
цѣлый грѣхъ. Что ложь, злоба, зависть, наши личные
грѣхи въ личныхъ дѣлахъ—сравнительно съ этимъ всо-
вываніемъ палки въ колесо божественной колесницы,
которая, конечно, палку ломаетъ или ее переѣзжаетъ...
Но все-таки зачѣмъ это хотя-бы и безсильное желаніе?
Законы о бракѣ у христіанскихъ народовъ, всѣ про-
диктованные аскетами, — или, когда они и свѣтскаго
происхожденія, то все-же несущіе историческій привкусъ
этихъ монашескихъ диктовокъ, остатокъ этихъ дикто-
вокъ, уклонъ ихъ, планъ ихъ—всѣ суть обобщенныя, кол-
лективныя, нормированныя преступленія, и даже не мо-
гутъ быть ничѣмъ инымъ, какъ родившіеся отъ грѣха.
«Боковой ростъ» нельзя у человѣка, остановившагося
въ вертикальномъ ростѣ, удерживать болѣе, чѣмъ на
недѣлю: аскетизмъ говоритъ—«удерживай на три года»
(эпитимьи), «удерживай навсегда» (монашество), «удер-
живай у солдатъ», «удерживай у студента», удерживай
(.(всегда, когда тебѣ (государству, свѣтской власти) нужно
или нравится».
Что привкусъ этого перешелъ даже въ науку, даже
въ безстрастную медицину, наконецъ даже къ лютера-
намъ, якобы «возставшимъ противъ католичества и из-
вращеній его», можно видѣть напр. изъ удивительнаго
медицинскаго спора о томъ, что лучше—проституція или
онанизмъ? на чемъ практически слѣдуетъ останавли-
ваться «благосклоннымъ читателямъ» ихъ совѣтодатель-
ныхъ книжекъ? Причемъ всѣ въ одинъ голосъ кричатъ,
что «бракъ слѣдовало-бы запретить мужчинамъ до 25-ти
и дѣвушкамъ до 20-ти лѣтъ», хотя сами-же, въ скот-
ски глупыхъ книжонкахъ своихъ, всюду передаютъ, что
начинается онанизмъ обычно около 14—16 лѣтъ и рѣдко
РАЗРУШЕНІЕ ПЛАНА РАЗМНОЖЕНІЯ
81
позже1)... Какъ морозъ стоитъ въ крѣпкую зиму, такъ
стоитъ этотъ столпъ христіанской цивилизаціи: «бракъ—
это скверно, это—оскорбительно для всего чистаго и
невиннаго, гнусно для гимназиста и гимназистки, гнусно
для студента, помѣха солдату, помѣха учёбѣ, разореніе
для рабочаго и бѣдняка: а проституція для всѣхъ этихъ
состояній, для гимназистовъ, солдатъ, студентовъ, для
разведенныхъ, для вдовцовъ есть естественная и ни-
сколько не зазорная, къ тому же дешевая и удобная
форма полового общенія».—«Вѣдь по-тихоньку»... И со-
глашаясь, что «потихоньку» —стоятъ на этомъ попъ,
пасторъ, ксендзъ, ученый профессоръ и обычный врачъ,
одинъ «отпуская грѣхъ на исповѣди», а другой «пропи-
сывая ванны» сифилитику, кто за пять рублей, а попъ
обычно за $0 копѣекъ. И этому вторятъ государствен-
ные мужи, «уже тайные совѣтники» и «гофраты», по-
мавая сѣдѣющими главами:—«Какъ, неужели-же вы хо-
тите допустить, чтобы гимназистъ въ мундирѣ (лѣтъ
і8-ти дѣтина, давно брѣющій бороду) носилъ на пальцѣ
обручальное кольцо и... и... имѣлъ дѣтей!—какое неприли-
чіе! !!ж «Или чтобы гимназистка іб—17-ти лѣтъ отвѣ-
чала урокъ математики у доски, имѣя на глазахъ всего
класса и передъ учителемъ беременный животъ?!! О, по-
зоръ!!!-»... И невозможно сихъ старцевъ убѣдить, что
вѣдь законъ же (даже нашъ несовершенный законъ) по-
зволяетъ бракъ і8-ти-лѣтнему и іб-тилѣтней, и чтб
же за «позоръ», въ чемъ позоръ гимназисту и гимна-
!) См. д-ръ Форель: «Половой вопросъ»;—да и во множествѣ
книжекъ, просмотрѣнныхъ мною для этой главы, мелькаетъ этотъ
совѣтъ. Совѣтъ онанировать (вмѣсто проституціи, угрожающей за-
раженіемъ), давали «ех саіЬегіга», на лекціяхъ, нѣкоторые профес-
сора Петербургской медицинской академіи студентамъ-слушате-
лямъ, о чемъ мнѣ сообщилъ отецъ одного студента, С. В. Б-хъ.
82
РАЗРУШЕНІЕ ПЛАНА РАЗМНОЖЕНІЯ
зисткѣ быть въ «узаконенномъ состояніи»? А забота о
дѣтях^, забота о будущемъ заработкѣ, и пробужденіе
всѣхъ сокровищъ отцовскаго и материнскаго сердца,
сдѣлали бы изъ юноши и отроковицы—людей прекрас-
ныхъ, съ чувствомъ долга въ себѣ, съ отвѣтственностью
въ себѣ...
Нельзя ни въ чемъ убѣдить. Оставимъ эти темы.
Разъ бракъ 69-тилѣтняго старца не «оскорбляетъ» юри-
ста, попа, медика, не есть грѣхъ для церкви, не есть
вредъ для государства и общества, а бракъ цвѣтущихъ
невинностью и силами іб-лѣтняго и 14-лѣтней есть
«грѣхъ», «вредъ» и «отвратительная безнравствен-
ность» для всѣхъ ихъ, то тутъ—могила, все кончено,
«дважды два = семь» и проч. Тутъ надо пройти и уме-
реть цивилизаціи, культурѣ (культурѣ аскетизма), пройти
цѣлому циклу человѣчества; и начаться совсѣмъ новому
лѣтосчисленію, чтобы люди вдругъ начали слышать,
понимать и видѣть, что 2Х2 —4-
Оставимъ это.
Очевидно, сила бокового роста соотвѣтственна всегда
силѣ вообще роста, силѣ крѣпости и внутренней дѣя-
тельности, организма. Она у отдѣльныхъ субъектовъ
не одинакова,—и происходитъ эта неодинаковость, вѣ-
роятнѣе всего, отъ энергіи зачатія. Какъ-то вѣрится,
думается, что оно даетъ импульсъ всему; и тутъ при-
мѣнимъ стихъ Майкова о «стрѣлѣ летящей далеко», когда
предварительно лукъ былъ «туго натянутъ». Высокое
здоровье и красоту древнихъ грековъ, палестинскихъ
евреевъ и теперешнихъ мусульманъ можно, между про-
чимъ, объяснить тѣмъ, что мужъ посѣщаетъ жену свою,
Живущую отдѣльно въ своемъ шатрѣ: тутъ совокупленіе
происходитъ такъ нѣжно, ласкаясь, такъ свѣжо и, въ
СОВОКУПЛЕНІЕ У НАСЪ И НА ВОСТОКѢ
83
заключеніе, такъ сладко и напряженно, съ такой боль-
шой активностью въ себѣ, какъ у насъ случается, когда
мужъ съ заработка въ недалекомъ городкѣ или съ ям-
щичьей поѣздки возвращается въ домъ «на побывку».
А нѣсколько обломовскій характеръ вообще русскихъ,
какъ племени, какъ массы, происходитъ едва-ли не отъ
«родительскихъ кроватей», еженощнаго спанья вмѣстѣ
жены и мужа. При этомъ условіи привычно все слёжи-
вается, формы приспособляются одна къ другой,—дѣтей
рождается очень много въ населеніи, но съ невысокой
жизненностью, вялыхъ, анемичныхъ, безталантныхъ,
склонныхъ къ заболѣванію. Извѣстно, что дѣтская смерт-
ность въ Россіи велика, какъ нигдѣ. Нѣтъ бури, а все
дождичекъ. Между тѣмъ только изъ бури выходитъ—
талантъ, красота, сила, жизненность. При «побывкахъ
домой» или при «посѣщеніяхъ шатра» (одной изъ женъ),
какъ и въ священное установленіе «субботы», —какъ из-
вѣстно, начинающейся у евреевъ съ появленія первыхъ
вечернихъ звѣздъ пятницы и, слѣдовательно, централь-
но вмѣщающей въ себя ночь съ пятницы на субботу,
когда «старое благочестіе каждаго еврея требовало ро-
дительскаго совокупленія» (признаніе мнѣ одного еврея),—
во всѣхъ этихъ трехъ случаяхъ разыгрывалась гроза
страсти, и естественно она разыгрывалась во всѣхъ кра-
сотахъ своихъ,такъ запечатлѣнныхъ въ «ПѣсниПѣсней»:
«Да лобзаетъ онъ меня лобзаніемъ устъ своихъ»... У
насъ все это проходитъ сонно. Нѣтъ священства,а только
«нужда». Праздникъ не окружаетъ совокупленія, какъ
у евреевъ ихъ Суббота и у мусульманъ Пятница... Ме-
жду тѣмъ совокупленіе должно быть именно не «ну-
ждою», «сходилъ» и заснулъ... вовсе нѣтъ: оно должно
быть средоточіемъ праздничнаго, легкаго, свѣтлаго, без-
работнаго, не отягченнаго ничѣмъ настроенія души, по-
84 СОВОКУПЛЕНІЕ У НАСЪ И НА ВОСТОКѢ
слѣднимъ моментомъ ласкъ, нѣжности, деликатности,
воркованья, поцѣлуевъ, объятій. Но какъ у насъ въ
старо-московскую пору новобрачныхъ, даже незнакомыхъ
другъ другу, укладывали въ постель и они «дѣлали»,
такъ и до сихъ поръ русскіе «скидаютъ сапоги» и проч.,
и улегшись—«дѣлаютъ», и затѣмъ — засыпаютъ, безъ
поэзіи, безъ религіи, безъ единаго поцѣлуя часто, безъ
единаго даже другъ другу слова! Нѣтъ культуры, какъ
всеобщаго,—и нѣтъ явленій, единичностей въ ней, нѣтъ
единичныхъ праведныхъ, благочестивыхъ зачатій (кромѣ
счастливыхъ рѣдкихъ случаевъ).
Бракъ и семья въ Европѣ органически, окончательно
испорчены, и не расцвѣтутъ, пока не отцвѣтетъ Европа.
Весь цвѣтокъ Европы—черный, и бѣлая роза выростетъ
только на ея могилѣ.
Замѣчательно, что единственная надежда здѣсь оста-
лась въ свободной любви: и какъ она гонится, какое
противъ нея озлобленіе! Дѣти, рождаемыя среди един-
ственныхъ сохранившихся цвѣтовъ,—выкидываются всею
массою въ воспитательные дома, и среди вообще-чело-
вѣческихъ дѣтей — они имѣютъ тоже положеніе, какъ
наши проститутки среди женщинъ.
Отчего не сознаться, что надъ мусульманами, евре-
ями и надъ древнею Греціею, и еще болѣе надъ Егип-
томъ, горѣло небо дорогого «вѣдовства» и «колдовства»—
чудное небо другихъ звѣздъ, другой луны и солнца:
откуда что-бы ни исходило, а только тамъ рождались
лучезарнѣйшіе младенцы, какихъ видѣлъ міръ. Что-что
другое—а ужъ дѣти тамъ были хороши... Полновѣсны,
полновидны, полножизненны, полнодарственны.
Великое учрежденіе «субботы» желательно къ испол-
ненію каждому: вслѣдъ за «помни день субботній», и
ПОВТОРЕНІЕ РОДИТЕЛЬСКАГО АКТА 85
сказано поэтому—«чти отца и матерь твою», каковыхъ
главнѣйшее почитаніе только и можно выразить черезъ
родительство-же, новый родительскій актъ, черезъ по-
втореніе въ себѣ того акта, черезъ который мои роди-
тели стали именно моими родителями. Они суть «мои
родители» не потому, что пьютъ, ѣдятъ, путешеству-
ютъ, гражданствуютъ: а отъ того, что мое «я» изошло
изъ совокупленія ихъ. И какъ «почитаніе» напр. свя-
щенника естественно есть «духовное», ибо онъ «духов-
ная особа», какъ «почитаніе» полководца естественно
есть тріумфъ: такъ точно «почесть» или «почитать» ро-
дителей только и можно, совокупившись въ память ихъ
(если умерли), въ честь ихъ, въ славу ихъ, въ имя ихъ, въ
радость имъ (если живы). Только лживо-«духовныя»
отношенія христіанства свели всякое «почитаніе» къ
низкимъ поклонамъ и цѣлованью ручки, къ льстивому
заглядыванію въ глаза и говоренью приторныхъ любез-
ностей. Конечно, древній Ветхій Завѣтъ, съ живыми
костями и живой кровью въ себѣ, съ животными въ
себѣ жертвами, зналъ почитаніе совсѣмъ другое. Если
Бога «чтили» ягненкомъ или теленкомъ,—какъ могло
придти въ голову «почесть» отца словомъ? Конечно—
жертвою-же: и родителей почесть, или, тѣснѣе, почесть
ихъ родительскій актъ, произведшій, меня—и можно было
только возрадовавшись въ новомъ своемъ родительскомъ
актѣ. Что это правильно, можно видѣть и изъ того,
что не такъ родители радуются, отдавая дѣтей въ ученье,
не такъ веселы, видя начало ихъ службы, не такъ счаст-
ливы—-полнымъ колоритомъ счастья—ихъ успѣхамъ въ
Жизни, славѣ ихъ, молвѣ о нихъ, какъ эти родители
радовались и радуются всемирно, во всѣхъ странахъ и
во всѣ времена вступленію дѣтей въ супружество, т. е.
въ сонмъ родительской же жизни, вновь родительской,
86
О «ЧЕРТОГѢ БРАЧНОМЪ»
повторно родительской. Церковь очень хорошо сдѣлала,
что устранила присутствіе родителей на своемъ вѣнча-
ніи: такъ-какъ эта казенная припись молодыхъ къ кон-
систоріи никакого отношенія къ родительству и браку
не имѣетъ; въ бракѣ настоящую обрядовую функцію
имѣетъ только устроеніе «чертога брачнаго», т. е. ноч-
ной свадебный пиръ;—хотя теперь это уже остатокъ
древности, безъ мысли, безъ пониманія, безъ красоты
и торжественности; безъ традиціонныхъ линій въ себѣ,
въ распорядкѣ своемъ, въ ходѣ своемъ. Но пиромъ вы-
ражалась встрѣча брака юныхъ ихъ родителями и всею
общиною. Пиръ—всегда есть радостное. Итакъ, супру-
жество дѣтей есть радость и родителямъ: и, слѣдова-
тельно, «почитаніемъ» родителей является, главнымъ
образомъ, вступленіе самихъ въ супружество] и въ немъ,
понятно, его центральныя, существенныя минуты.
Вотъ что означало собою древнее и священное за-
повѣданіе: «чти отца и матерь твою». Значило: «не
оставайся безбрачнымъ», «не оставайся безплоднымъ»,
«радуйся съ молодою женою своей, съ молодымъ му-
жемъ своимъ».
Законъ—-это всегда берегъ; но и берегъ заливается
наводненіемъ, освѣжается наводненіемъ: и законъ былъ
бы слишкомъ пассивенъ, былъ бы безжизненнымъ въ
безжизненномъ, если бы иногда онъ не нарушался. Было
у евреевъ великое учрежденіе — утренніе тамиды при
Храмѣ, т. е. «жертвы за грѣхъ»,—по утреннему часу
жертвыі очевидно за грѣхъ въ ночные часы. Будь суб-
бота мертвымъ закономъ, и она развратила бы уста и
сердце израильскаго народа, какъ развратили сердце и
уста христіанскихъ народовъ мертвые законы о бракѣ,
данные канономъ: принудила бы уста ко лжи, сердце
«СУББОТА» И УТРЕННІЕ «ТАМИДЫ».
87
къ лукавству, лицо—къ лицемѣрію, а волю вызвавъ на
дерзкое противленіе себѣ. Воздержаніе до ночи съ пят-
ницы на субботу было идеаломъ, звавшимъ къ себѣ:
но «затоплялись берега» субботы, и израильская моло-
дая чета шла въ храмъ и приносила въ жертву двухъ
горлинокъ въ «очищеніе отъ грѣха». И грѣхъ очищался.
Дѣти Іеговы —какъ звали и чувствовали себя всѣ из-
раильтяне-были опять невинны передъ своимъ Небес-
нымъ Отцомъ; и если они нетерпѣніемъ и въ слѣдую-
щую ночь нарушали субботу, умаляли субботу: опять
—жертва, и опять — ничего. Въ Талмудѣ сказано, что
частота совокупленій зависитъ: і) отъ здоровья, 2) мо-
лодости и з) работы. «Въ молодомъ возрастѣ супруги,
если въ то же время они имѣютъ не занятымъ свое
время (не устаютъ на работѣ), совокупляются ежесу-
точно», сказано тамъ. А благочестивый обычай евреевъ,
установленный ихъ равви, указалъ въ первый годъ брака
не брать молодого мужа въ военную службу, т.-е. если
даже есть война, и принимать прокормленіе молодыхъ
на счетъ родителей три года: т.-е. избавлять ихъ отъ
труда, работы, заботы. Такимъ образомъ каждая роди-
тельская семья, какъ и учрежденія государственныя (въ
Старой Палестинѣ), предусматривала и такъ устрояла
силы молодого мужа, дабы всякія сутки ему хотѣлось
войти и онъ могъ войти въ лоно ихъ дочери. Ибо, по
обычаю, первый годъ супружества проводился еще въ
родительскомъ гнѣздѣ молодой женщины (приближен-
ность жертвоприношеній, магическая и физическая, че-
резъ умъ, слухъ, изрѣдка и случайно, черезъ увйдѣнье,
къ лицамъ, этихъ жертвъ желающимъ, и на алканіи,
которыхъ трансцендентно все въ бракѣ и держится,
основывается). Каждый пойметъ, что одинъ этотъ за-
конъ мудрѣе и любящѣе, чѣмъ всѣ христіанскіе за-
88
«СУББОТНІЙ» ВОЗРАСТЪ ЮНЫХЪ
коны о бракѣ, впрочемъ вытекшіе изъ ненавидѣнія мо-
лодого и невиннаго счастья. Ибо всѣ законы евре-
евъ — отъ обрѣзанія и въ духѣ обрѣзанія, всѣ законы
христіанъ—отъ скопчества и въ духѣ оскопленія.
Умалять субботу не слѣдуетъ: но у евреевъ былъ и
«субботній годъ»; вотъ молодые въ возрастѣ 13—16 лѣтъ
и проходили, при обезпеченіи отъ родителей, такой въ
своемъ родѣ «субботній годъ» брака, безпечально раз-
множаясь. Столько именно отлагается въ этомъ возра-
стѣ «залоговъ» въ организмѣ, что каждый день для
юныхъ становится «субботою»; это какъ-бы «субботній»
возрастъ, «субботнія» силы. Объ обиліи сѣмени: нельзя
нина минуту забывать,чтокакъростг не останавливается,
такъ не останавливается никогда, ни на часъ, ни на ми-
нуту, отдѣленіе въ организмѣ сѣмени, разъ что онъ пере-
сталъ вертикально расти или замедлился въ ростѣ: и въ
теченіе 6 дней (по идеѣ «субботы»), въ 3—2 дня (по Лю-
теру) или въ і сутки (у молодыхъ и безъ дѣла), или,
наконецъ, въ теченіе нѣсколькихъ часовъ (въ приведен-
ныхъ изъ медицины случаяхъ) сѣмени выдѣляется вну-
тренно столько, что совокупленіе становится невольнымъ,
томительно желательнымъ, и угнетало-бы душу, если-бы
не совершилось. Тогда конечно оно должно быть совер-
шено, хотя «утренняя жертва» тоже должна быть прине-
сена, потому-что все-же нѣчто отнято у субботы. Нако-
нецъ, именно въ медицинѣ разсказанные случаи, которые
не укладываются въ норму никакого вѣрнаго супружества
(а нѣтъ супружества — безъ вѣрности), для избѣжанія
лукавства и лжи въ народѣ, чтобы не привить народу при-
вычки ко лжи—вызвали у евреевъ два великіе института:
чрезмѣрное напряженіе половой силы у мужа находило
себѣ разрѣшеніе въ благословенномъ по закону много-
женствѣ, а чрезмѣрное напряженіе половой силы у жен-
«МНОГОЖЕНСТВО» И «СВЯЩЕННЫЯ БЛУДНИЦЫ» 89
щинъ разрѣшилось въ институтъ священныхъ блудницъ,
жившихъ при Храмѣ, вѣроятно въ тѣхъ комнаткахъ }-хъ
этажнаго зданія, которое окружало Храмъ, и которое по
христіанскимъ комментаріямъ (Олесницкій— «Ветхоза-
вѣтный храмъ») служило «для храненія священныхъ
сосудовъ»... Можно представить себѣ такое множество
металлическихъ щипчиковъ (для углей), чашъ и ков-
шей (для жертвенной крови), что они заняли собою
столько-же помѣщенія, сколько всѣ товары, — всѣ то-
вары!—въ Московскомъ или Петербургскомъ пассажѣ!!!
Ибо зданіе въ три этажа, свободно облегавшее Храмъ,
было даже больше Пассажа! Но, надѣемся, въ Ветхомъ
Завѣтѣ не было столько камилавокъ, эфодовъ, столько
ложечекъ и чашъ. О камилавкахъ упоминаю потому,
что остроумные христіанскіе комментаторы, не зная,
чѣмъ наполнить эти комнатки, предполагаютъ еще, что
въ нихъ хранились «священническія одежды». Ихъ
языкъ обжигаетъ сознаться, ихъ перо безсильно пере-
писать въ христіанскую книгу изъ Библіи то свѣдѣніе,
что при Храмѣ постоянно обитали, какъ у насъ жи-
вутъ при церквахъ «просвирни» (старушки)—юницы из-
раильскія, не пошедшія какъ всѣ прочія въ замужество
по неспособности къ нему, а обрекшія въ супружество
себя не лицу, а всему священному народу. Все было изъ
обрѣзанія, все въ духѣ обрѣзанія. Съ этими-то блуд-
ницами, по повелѣнію Божію, зачиналъ дѣтей одинъ
изъ пророковъ, какъ объ этомъ онъ разсказываетъ въ
книгѣ пророчества своего,—беря въ «свидѣтели» двухъ
священниковъ храма. «Свидѣтели» были—какъ у насъ
при бракѣ. Подобное совокупленіе съ блудницами, ри-
туально обставленное («свидѣтели-священники»), не
было очевидно порицаемо въ пророкѣ, «человѣкѣ Бо-
жіемъ» по взляду народа и по дѣйствительности, а слѣ-
\4 — В. В. Розанов
90 «МНОГОЖЕНСТВО» И «СВЯЩЕННЫЯ БЛУДНИЦЫ»
довательно таковое-же съ блудницею совокупленіе не
порицалось и не могло порицаться и въ какомъ-бы то
ни было израильтянинѣ; оно не «марало» ни блудницу,
ни приходившаго къ ней, какъ не мараетъ никого нашъ
бракъ: чтб видно именно изъ краткаго ритуала («свя-
щенники-свидѣтели»).
Черезъ эти великія, величайшія учрежденія, давшія
бархатное и вмѣстѣ каменное русло чрезмѣрнымъ по-
ловымъ напряженіямъ въ обоихъ полахъ, — навсегда
было обезпечено здоровье народное отъ половыхъ за-
болѣваній, залившихъ христіанскій міръ и неустрани-
мыхъ при христіанской формѣ брака. Вода течетъ въ
ручьѣ, въ рѣкѣ и въ водопадѣ; и всѣ три прекрасны,
если каждый стоитъ особо й они не смѣшиваются вмѣстѣ.
Но при христіанскомъ узкомъ, скопческомъ бракѣ, во-
допадъ сталъ падать въ ручей и разбилъ ручей: нѣко-
торые мужья пошли къ проституткамъ, многія жены
стали проституировать, сохраняя положеніе и лживое
лицо и имя. Границы всего перемѣшались. Старцы же-
нятся, юношамъ запрещенъ бракъ. Водопадъ все за-
лилъ... А отдѣленно, какъ избытокъ силъ у нѣкоторыхъ,
этотъ водопадъ (со стороны женской) поилъ всякаго
усталаго израильтянина, приходившаго по торговымъ
дѣламъ въ Іерусалимъ, всякаго странника изъ чужой
земли, воина безъ жены, купца внѣ семьи, и, наконецъ,
вотъ самого пророка: который при свидѣтельствѣ двухъ
священниковъ и по повелѣнію Іеговы вошелъ къ блуд-
ницѣ,—не для сожительства, не для брака въ нашемъ
смыслѣ, но чтобы имѣть съ нею одно сношеніе, у насъ
именуемое тгтично-проституціоннымъ.
И у насъ отъ таковыхъ заболѣваютъ: ибо на него
нудитъ себя раба, нищая, кляча, торговка. У иэраиля-же
никто отъ этого не могъ заболѣвать, такъ какъ изъ
ЛИНІЯ БЕЗРАЗЛИЧІЯ ВЪ ПОЛѢ
91
дѣвушекъ, изъ разведённыхъ и изъ вдовъ въ «блуд-
ницы» безпорицаемо шла наиболѣе полнокровная, у ко-
торой вино не доползало до краевъ чаши (типъ всякаго
человѣка, типъ супруга, супруги), но чудеснымъ обра-
зомъ играло и ежечасно выкидывалось вонъ. Таковъ
на островѣ Исландіи есть чудодѣйственный Гейзеръ,
на который ѣздятъ смотрѣть путешественники, и никто
въ этотъ Гейзеръ не плюетъ. И израиль не «плевалъ»
на эту силу: но назвалъ таковыхъ «супругами израиля»
и помѣстилъ ихъ въ Храмъ.
Сопщпх іоііиз рориіі, засга согуих рориіі засгі—вотъ
и все.
Все было отъ обрѣзанія, все—въ духѣ обрѣзанія.
Линія безразличія въ полѣ.
Т.-е. линія абсолютнаго покоя, ±0 напряженія.
Я ограничусь слѣдующими фактами, сообщенными
д-ромъ Августомъ Форелемъ въ его книгѣ «Половой
вопросъ», Спб., 1906 г., выпускъ I.
«Молодой человѣкъ, надѣленный довольно сильнымъ
половымъ влеченіемъ, въ то-же время весьма положитель-
ный и серьезный, женился, не имѣвъ до того никогда сно-
шеній съ женщинами, на дѣвушкѣ очень доброй, спокой-
ной, интеллигентной и порядочной. Жена искренно и сер-
дечно любитъ своего мужа, но совершенно равнодушна въ
половомъ отношеніи,—хотя его ласки доставляютъ ей боль-
шое удовольствіе. При половомъ актѣ она не испытываетъ
никакихъ ощущеній', онъ кажется ей лишь грязнымъ при-
даткомъ любви. Не смотря на это, жизнь ихъ протекала
вполнѣ счастливо» (стр. 160, случай 3).
92
ЛИНІЯ БЕЗРАЗЛИЧІЯ ВЪ ПОЛѢ
«Ласки доставляютъ удовольствіе», т.-е. впечатли-
тельность наружной половой системы есть: и кто-бы
эти ласки ни совершалъ, мужчина или женщина, оче-
видно удовольствіе будетъ одинаковымъ. Этой важной
стороны не отмѣчаетъ Форель, — тогда какъ въ ней
ясенъ переходъ къ расширеннымъ возможностямъ. Но
вполнѣ отсутствуетъ позывъ къ мужскому сѣмени: и
этотъ-то біологическій изворотъ парализовалъ удоволь-
ствіе полового акта, въ которомъ это сѣмя восприни-
мается. Женщина обладаетъ органомъ совокупленія,—
но не для совокупленія: оно не нужно, потому-что сѣмя
не нужно. Поразительно и достопримѣчательно, что это
біологическое «не нужно мнѣ» перешло, или, лучше ска-
зать, отразилось во вкусѣ: «отвратительно для меня».
На это нужно очень расшйрить глаза: мы вездѣ будемъ
встрѣчать это «отвратительно» по отношенію къ поло-
вому акту въ обоихъ линіяхъ: въ содоміи, въ аскетизмѣ.
Поразительно, но вполнѣ понятно и вполнѣ ожи-
даемо, что съ паденіемъ полового инстинкта падаетъ,
такъ сказать, «домоводственность». Половой актъ—без-
различенъ, мужъ—не нуженъ. Тогда зачѣмъ-же домъ,
хозяйство, въ обширномъ смыслѣ — «гнѣздо»? Явно,
что ихъ и «не нужно». Умерла или какъ-то внутренно
парализована, еще точнѣе — чѣмъ-то связана половая
страсть въ женщинѣ: и какъ въ женѣ въ ней разрушена
хозяйка и домоводительница.
«Второй случай.
«Нормальный мужчина, съ нормальнымъ половымъ чув-
ствомъ, женился по любви на дѣвушкѣ изъ хорошей семьи,
но нѣсколько нервной. Невѣста разговорчива, оживлена и,
повидимому, очень влюблена. Наступаетъ свадьба, а съ
нею и первый холодный душъ для новобрачныхъ. Моло-
РАЗРУШЕНІЕ ДОМОВОДСТВЕННОСТИ И ХОЗЯЙСТВЕННОСТИ 93
дая жена видитъ въ половомъ актѣ грубое оскорбленіе сво-
ихъ чувствъ', супружескія сношенія ей противны. Для мужа
это большое разочарованіе, но онъ спокойно разсудителенъ
и потому рѣшаетъ вооружиться терпѣніемъ. Чтобы избѣг-
нуть огласки, обѣ стороны мирятся со своими разочаро-
ваніями и стараются кое-какъ приспособиться другъ къ
другу. Жена соглашается на половыя сношенія, а мужъ при-
миряется съ ея холодностью. Появляются дѣти. Жена
оказывается неспособною ни къ веденію хозяйства, ни воспи-
танію дѣтей. Мужъ, будучи очень занятъ, вынужденъ за-
ботиться и объ этомъ, но ему все труднѣе скрывать свое
недовольство такимъ положеніемъ вещей, хотя для посто-
ронняго глаза это еще и незамѣтно. Онъ много зарабаты-
ваетъ, такъ что хватаетъ на все» (стр. 148).
Такимъ образомъ субъекты съ половымъ безразли-
чіемъ бываютъ не только бранны, но даже у нихъ и
рождаются дѣти! Это нужно помнить, слыша иногда
голоса даже брачныхъ людей объ отвращеніи ихъ къ
половому акту: такой голосъ всегда звучитъ со стороны
лицъ, которыя уже вошли въ линію передвиженія къ
содоміи. Они выступили изъ категоріи своего пола, но
пока остановились на чертѣ безразличія!
«Третій случай.
«Мужчина совершенно нормальнаго крѣпкаго тѣлосло-
женія, высокообразованный, очень даровитый и этически
развитый-, по странной случайности (?! В. Р.) смолоду
лишенъ всякаго полового чувства. Только отъ поры до вре-
мени у него во время сна появляются поллюціи, которыя
онъ замѣчаетъ проснувшись. Эрекція тоже бываетъ во
время сна, но безъ всякихъ эротическихъ представленій,
которыхъ у него, такъ сказать (?! В. Р.), никогда не бы-
94 БРАКЪ КАКЪ ТОЛЬКО ДУШЕВНАЯ ДРУЖБА
вало. Несмотря на высокое образованіе и зрѣлый возрастъ,
этотъ человѣкъ не имѣетъ понятія о половыхъ отноше-
ніяхъ, и все, что онъ слышалъ или читалъ объ этомъ
предметѣ, превратно понималось имъ или проходило для
него незамѣченнымъ. Когда мнѣ пришлось говорить съ
нимъ объ этомъ, получилось впечатлѣніе, какъ если-бы че-
ловѣка, страдающаго дальтонизмомъ (неспособностью раз-
личать цвѣта), учили отличать цвѣта. Въ супружествѣ онъ
видѣлъ лишь интеллектуальный и сердечный союзъ *), и во-
ображалъ, что когда люди женятся, то дѣти появляются
сами собой. Женился онъ на очень образованной дѣвушкѣ,
не очень интеллигентной, но въ высшей степени стыдли-
вой и скромной. Отношенія, конечно, получились стран-
ныя. Жена вскорѣ замѣтила недостатокъ мужа, а такъ
какъ ей очень хотѣлось имѣть дѣтей, то это сильно огор-
чало мужа и она жестоко упрекала мужа* 2). Тогда ему
мало-по-малу стало ясно, что бракъ, пожалуй, и не со-
*) Основная точка зрѣнія исторической церкви на бракъ («ради
духовныхъ цѣлей», «ради духовной гармоніи душъ», «ради со-
вмѣстнаго стремленія къ нравственному совершенству»). Этотъ
взглядъ такъ упоренъ и, традиціонно, такъ давно установился,
что духовные писатели, даже подъ напоромъ полемики, не въ
силахъ выговорить, написать: «бракъ ради страстно-любовнаго
совокупленія»,—что составляетъ очевидность для 999 изъ 1.000
человѣкъ, ибо составляетъ наличный фактъ жизни этихъ 999 изъ
1.000 человѣкъ. В. Р—въ.
2) Поразительно,—и соотвѣтствуетъ тому, что мы выше го-
ворили о вѣчной женственности: «стыдлива и скромна» до сте-
пени, что это отмѣчается въ медицинскомъ документѣ («что ему
Гекуба?»), и параллельно этому, точнѣе въ основѣ этого,—въ ней
лежитъ сильнѣйшій инстинктъ материнства, плодоношенія, чре-
вонаполненія, и, слѣдовательно, предварительнѣе всего — сово-
купленія! «Стыдлива и скромна, потому-что похотлива»; «рвется,
молча и застѣнчиво, къ фаллу пропорціонально цѣломудрію» —
вотъ формула! В. Р—въ.
ДЪВО-ОБРАЗНЫЕ МУЖЬЯ
95
всѣмъ то, что онъ себѣ представлялъ. Но никакіе совѣты
на счетъ полового акта, разумѣется, не помогли, и ника-
кими способами не удалось въ немъ возбудить ни малѣй-
шаго полового чувства.. Тѣмъ не менѣе къ женѣ онъ все-
гда относился съ большимъ вниманіемъ и любовью; хотя
при всемъ своемъ желаніи не могъ проявить къ ней по-
ловой, т.-е. чувственной, любовной страсти. Не желая огла-
ски, она предпочитала терпѣть.
«Другой мужчина, тоже образованный, хотя и односто-
ронне, отличался необыкновенной застѣнчивостью х) и велъ
уединенную жизнь. Въ половомъ отношеніи онъ былъ со-
вершенно равнодушенъ, и только изрѣдка у него происхо-
дили ночныя поллюціи. Хотя половыя отношенія не были
совершенно чужды его пониманію, но у него отсутствовало
всякое желаніе ихъ: и бракъ, подобно предыдущему, онъ
представлялъ лишь въ видѣ чисто интеллектуальной связи.
Женился онъ на интеллигентной, довольно страстной дѣ-
вушкѣ. Съ самаго начала онъ сталъ вести с ебя съ женой
необыкновенно сдержанно, что до глубины души возмущало
и огорчало ее. Правда, что такое поведеніе вытекало, глав-
нымъ образомъ, изъ его застѣнчивости и чисто дѣвичьей
конфузливости2'). Жена явилась ко мнѣ за совѣтомъ. Родные
совѣтовали ей развестись, на что она не могла рѣшиться,
жалѣя мужа. Пришелъ и мужъ ко мнѣ. Я основательно
просвѣтилъ его и въ довершеніе прочелъ ему порядочную
нотацію за его поведеніе въ отношеніи жены3)... Спустя нѣ-
которое время я сказалъ женѣ его, что ей придется ду-
ховно взять на себя роль мужа, и, въ виду его застѣн-
чивости, сдѣлать первый шагъ въ половомъ отношеніи.
*) и 2) Впервые появляется качество дѣвушки! Какъ это инте-
ресно,—просто содрогаешься читать! Міровая тайна, колодезь
міровыхъ секретовъ. В. Р—въ.3) Совершенный дуракъ, т. е. докторъ.
96
ДѢВО-ОБРАЗНЫЕ МУЖЬЯ
Къ сожалѣнію, мнѣ не удалось дальше прослѣдить этотъ
случай» (стр. 151—153).
Д-ръ Форель не подчеркиваетъ здѣсь появленія «не-
одолимой застѣнчивости», «чисто дѣвической стыдли-
вости»,—симптомовъ вовсе не кажущихся только, но со-
вершенно реальныхъ — дѣвушки. Между тѣмъ этотъ
фактъ проливаетъ свѣтъ на весь рядъ этихъ явленій,
опредѣляя его какъ переходъ мужчины въ дѣвичество,
изъ «4- о» пола въ «— О» его. Онъ, слѣдовательно,
выражается:
і) въ молчаніи полового аппетита,—вѣчной сытостью
собою и въ себѣ’,
2) въ чувствѣ отвращенія къ половому акту;
3) въ неспособности совершить его, полной или почти
полной (степени, рядъ оттѣнковъ).
4) въ сохраненіи вторичныхъ (дополнительныхъ) ка-
чествъ супруга: влеченія къ психологическому или
интеллектуальному общенію съ женщиною, по-
стоянному и тѣсному,—что и бываетъ причиною
заключенія брака, въ этомъ случаѣ не плотскаго,
а духовнаго, спиритуалистическаго;
$) въ появленіи вторичныхъ же, дополнительныхъ ка-
чествъ дѣвушки, выраженныхъ болѣе или менѣе,
и при необращеніи въ эту сторону вниманія на-
блюдателя — не отмѣчаемыхъ вовсе (застѣнчи-
вость, но встрѣчаются и другія).
Касательно «сытости собою и въ себѣ» я долженъ за-
мѣтить, что бракъ, супружество и даже половой актъ,
конечно, происходитъ у этихъ субъектовъ, но протекаетъ
не въ половыхъ ихъ органахъ, а во всей организаціи, въ
ДѢВА ВЪ МУЖЧИНѢ
07
общей организаціи, преимущественно же въ крови. Бракъ
и даже актъ супружества есть прониканіе другъ въ
друга и другъ другомъ мужской природы и женской
природы. Въ данномъ субъектѣ, какъ и въ каждомъ че-
ловѣкѣ, обѣ эти природы есть: такъ какъ онъ произо-
шелъ не отъ одной матери и не отъ одного отца, но
отъ соединенныхъ матери и отца, отъ клѣточки мужской
и женской. До и—13 лѣтъ обѣ эти стороны или, точ-
нѣе, части бываютъ связаны одна другою, и отъ этого не-
дѣятельны: но съ перваго-же дня зачатія и во все
время утробной жизни и потомъ во внѣ-утробной, до
пробужденія полового инстинкта,— совершается половая
вибрація, какъ-бы нажимъ и разжимъ гармоники, одна
половина которой—женская, а другая—мужская, внутри
самого организма; откуда и происходитъ его жизнен-
ность, живость, сила, сіяніе (младенчество, дѣтство,).
Но съ іі — 13 лѣтъ та половина, которая соотвѣт-
ствуетъ наружнымъ половымъ органамъ, получаетъ
перевѣсъ, противоположная-же подсыхаетъ, изсякаетъ,
малится (хотя никогда вовсе не исчезаетъ, ибо тогда
человѣкъ ?/л«ер^-бы): и женщину, которую ранѣе от-
рокъ находилъ внутри себя—онъ теперь ищетъ внѣ себя,
находитъ ее, и вступаетъ съ нею въ бракъ; и является
внѣшнее половое сліяніе. Такъ бываетъ обыкновенно въ
995 изъ і.ООО. Но въ немногихъ случаяхъ, въ пяти
изъ тысячи, ни которая половина до конца жизни не
перевѣшиваетъ, — и. внѣшній бракъ невозможенъ. Чело-
вѣкъ остается, въ сущности, до конца жизни отрокомъ.
Наконецъ, въ і случаѣ изъ 10.000 (приблизительно)
получаетъ перевѣсъ не сторона, отвѣчающая наруж-
нымъ половымъ органамъ (которые въ такомъ случаѣ
являются напрасно и не нужно данными этому субъ-
екту, ни къ чему у него не пригодными, подлежащими
98
ВѢЧНОЕ ОТРОЧЕСТВО
собственно полному, напр., хирургическому удаленію),
а сторона другая: именно, дѣвушки, несмотря на муж-
скіе половые органы, и мужчины — несмотря на жен-
скую дѣтородную систему.
Разсказанные случаи всѣ и относятся къ моменту
этого перехода, суть начало этого перехода. Они обра-
мужѳ лѣво
3УЮТЪ дѣвство и ^-гомосексуальность или по-
.М/-СОДОМІЮ, иначе могущую быть названною, за отсут-
ствіемъ физическаго общенія, духовною содоміею или
духовною гомосексуальностью. Хотя, долженъ при-
знаться, оба эти термина мнѣ противны и не точны, и
употребляю я ихъ единственно для того, чтобы обо-
значить явленія, о которыхъ говорю. Это есть то удивляв-
шее еще въ древности состояніе людей, когда они не
отяжелены общимъ бременемъ всѣхъ людей, общею за-
ботою всѣхъ людей, всемірною рода человѣческаго
нуждою — найти себѣ самку, «соотвѣтственную себѣ»
(Бытіе, II), самца «соотвѣтственнаго себѣ»,—«супругу»,
«супруга». Это — отъ вѣка не «обрученные» люди, ко-
торые или не будутъ «супружиться», или и посупру-
жась—будутъ вести жизнь, какъ дѣвственные. Это «тѣ,
которые не осквернились съ женами, понеже дѣвствен-
ники суть», и число ихъ исчислено въ небольшую для
судебъ всего человѣчества цифру 144.ООО; «скопцы отъ
чрева матери», предназначенные для «царства небеснаго»
гдѣ «не посягаютъ и не женятся» и «не будутъ имѣть
дѣтей». Отвратительными медицинскимъ терминами и
фантастическими, совершенно глупыми представленіями
и сплетнями общества, истина этого явленія глубоко
погребена подъ соромъ; и въ то время какъ общество,
ничего не знающее о такомъ субъектѣ лично, любуется
имъ какъ какимъ-то спокойнымъ«ангеломъ»,не знающимъ
САМООТРИЦАНІЕ ПОЛА
99
самыхъ томительныхъ человѣческихъ заботъ, и вмѣстѣ
съ тѣмъ самыхъ унизительныхъ, ибо «отысканіе» самки
(или самца) себѣ всегда сопряжено съ само-порабоще-
ніемъ, съ заискиваніемъ, «ухаживаніемъ»,—тоже самое
общество, не зная глубины явленія и не догадываясь,
что къ категоріи этой принадлежатъ всеобще-любимыя
и почитаемыя лица,— рисуетъ вообще и шаблонно, ме-
ханически и машинно, всю эту категорію людей «извра-
щенными», «развратными», «больными», «уродами»,чему,
главнымъ образомъ, способствовала ремесленная меди-
цина и ремесленная юрисдикція. Врачъ съ. кли-
стирной трубкой и пластыремъ и судья, всегда судив-
шій кражи, убійства и подлоги, встрѣтясь съ явле-
ніемъ, для котораго недостаточно всѣхъ умственныхъ
силъ Пастёра, Шарко и друг., стали—одинъ брызгать
на него изъ клистирной трубки, а другой приговорилъ
его въ тюрьму; обои — «по профессіи своей», по при-
вычкѣ своей, по традиціи своей; проще-же — оттого,
что они никогда ничего другого и не умѣли дѣлать ни
съ чѣмъ. Все это разсказано еще въ баснѣ о пѣтухѣ,
который
Навозну кучу разрывая
нашелъ зерно особой породы, вида и, спросивъ у него
свойствъ ячменнаго зерна, и не найдя ихъ—разразился
извѣстнымъ глубокомысленнымъ разсужденіемъ-бранью.
Само-отрицаніе пола; духовная содомія и аскетизмъ.
Между тѣмъ это рѣдкое явленіе, но совершенно есте-
ственное въ текущемъ полѣ, явленіе + полового вожде-
лѣнія, оно-то и лежитъ малымъ горчичнымъ зерномъ,
изъ котораго выросло дерево, затѣнившее вѣтвями
своими цѣлую землю, и отъ плодовъ котораго духовно
питаются всѣ народы.
100
ДУХОВНАЯ содомія
Спѣшатъ-ли въ далекія страны вновь открытой Аме-
рики или древняго Китая посланцы папы, прозелиты
вѣры, возможные мученики: знайте, это—дѣвственники.
Они никогда не женятся.
Спѣшитъ-ли въ духовную академію загасить лиш-
нюю свѣтскость, лишніе земные интересы, излишнее увле-
ченіе наукою, а не святостью—строгій судія: и не спра-
шивая можно знать, что это есть лицо, никогда не
осквернившее себя прикосновеніемъ къ женщинѣ!
Кто слагалъ дивныя обращенія къ Богу?—Они!
Кто выработалъ съ дивнымъ вкусомъ всѣ ритуалы? —
Они!
Кто выткалъ всю необозримую ткань нашей рели-
гіозности?—Они, они!
«Особыя силы духовныя!..»
«Особая, небесная помощь!»
=!= пола и есть та свѣча, о свѣтѣ которой сказано,
что «тьма никогда его не обниметъ». Тьма чего? «Грѣха»,
«похоти», «вожделѣнія къ женщинѣ», «скверны».
Это имя «скверна», какъ только оно гдѣ-нибудь про-
звучало, до Р. X. или послѣ Р. X., въ Элладѣ или въ
Германіи, въ книгѣ свѣтской или въ книгѣ духовной,
оно выразило обоняніе осязаніе вкусъ пред-
ставленіе ~, воображеніе Только это одно ощущеніе
и кладетъ водораздѣлъ между 4~ пола и ± пола, раз-
множеніемъ и содоміею. Ничто еще! Или все другое —
побочно, второстепенно, не непремѣнно. «Вкусно!»—«Не
вкусно!» И—больше ничего. Это—главное, почти—все!
«Все» это,— «вкусно» и «не вкусно»—проницаетъ
человѣка до глубины костей, до послѣдней кишки, до
самой малой артеріи; объемлетъ мозгъ его, зрѣніе его,
слухъ его, обоняніе его. У духовнаго содомита это
ДУХОВНАЯ СОДОМІЯ
101
все—уже другое, нежели у размножающагося, у много
дѣтнаго самца.
Глазъ у содомита—другой!
Рукопожатіе—другое!
Улыбка—совсѣмъ иная! Обращеніе, манеры, все, все—
новое!
Если хотите—онъ третій человѣкъ около Адама и
Евы; въ сущности—это тотъ «Адамъ», изъ котораго еще
не вышла Ева; первый полный Адамъ. Онъ древнѣе того
«перваго человѣка, который началъ размножаться». Онъ
смотритъ на міръ болѣе древнимъ глазомъ; несетъ въ
натурѣ своей болѣе древніе залоги, помнитъ болѣе
древнія сказки міра и болѣе древнія пѣсни земли. Въ
космологическомъ и религіозномъ порядкѣ онъ пред-
шествуетъ размноженію; размноженіе пришло потомъ,
пришло позднѣе, и покрыло его, какъ теперешніе пласты
земли покрыли девонскую или юрскую формацію. Онъ—
девонская формація; размноженіе—теперешняя.
Отъ этихъ «болѣе древнихъ сказокъ» и «болѣе
древнихъ пѣсенъ», какія онъ несетъ въ своей натурѣ,
помнитъ и не помнитъ ихъ, забылъ и не совсѣмъ за-
былъ,—все существо его какое-то терпкое, сопроти-
вляющееся, устойчивое, необоримое. «И мгла (размно-
женія) его не поглотитъ». Какъ ни мало ихъ на землѣ
во всякое время,—такъ мало, что даже къ «свѣтопре-
ставленію» наберется всего 144.000, — творчество ихъ,
начиная Съ двухъ мудрецовъ Греціи, Сократа и Пла-
тона, необозримо по величинѣ, и не только устойчиво,
но и совершенно вѣчно. «Девонская формація въ чело-
вѣчествѣ заговорила». Почти всегда они консерваторы
(«девонская формація»), не любятъ новаго, точнѣе—но-
венькаго, «современнаго». Все тянутъ назадъ, въ глубь
вѣковъ. Это говоритъ въ нихъ древняя пѣсня, зоветъ
102
МУЖЕ-ДѢВЫ И ИХЪ УЧЕНІЕ
къ себѣ древняя пѣсня,—ихъ «рай» метафизическій,
«рай» въ костяхъ ихъ, въ крови ихъ, во вкусовомъ ихъ
ощущеніи. Будетъ-ли онъ композиторомъ—музыка его
будетъ особенная; будетъ ли онъ живописцемъ—картина
его будетъ особенная; что философія ихъ была особен-
ная—объ этомъ говорятъ Сократъ и Платонъ, неудачный
мужъ Ксантипы и вѣчный дѣвственникъ, инокъ-старецъ
античнаго міра. До него были дьячки и діаконы фи-
лософіи: но вотъ изъ садовъ Академіи, точно съ трики-
ріями и въ полномъ облаченіи, исшелъ великій архіерей
метафизики. И все умолкло, преклонилось и восхи-
тилось.
Муже-дѣвы и ихъ ученіе.
Какъ человѣкъ съ 4- і 4-2 + 3 и т. д. полового при-
тяженія чувствуетъ въ половомъ актѣ і) здоровое, 2)нрав-
ственное, 3) полезное, 4) благородное, $) прекрасное,—
и отцы и матери чистѣйшихъ дѣвушекъ, въ случаѣ вы-
хода ихъ замужъ за неспособнаго, гнѣвно требуютъ
расторженія такого брака, какъ гнилого и мерзкаго, чтобы
отдать вторично дочь свою за способнаго мужчину, ко-
торый могъ бы ее растлить и забеременить, — а когда
у дочери родится первый младенецъ, то, какъ я два раза
наблюдалъ, дѣды трогательно носятъ при себѣ фотогра-
фію *) этого младенца (въ одномъ случаѣ младенецъ былъ
*) Объ Д. И. Менделѣевѣ мнѣ было передано, очень трогатель-
но,—что когда одна изъ дочерей его, выйдя замужъ, первые годы
не беременѣла, то отецъ выражалъ крайнее смущеніе, нервность
и безпокойство, исчезнувшее съ беременностью ея. Въ «Семейной
хроникѣ» С. Т. Аксакова это-же разсказывается объ отцѣ женив-
шагося молодого человѣка. Одна замужняя и бездѣтная дама,
супруга высоко-интеллигентнаго доктора и сама высоко-интелли-
гентная женщина, передала мнѣ, что годъ на 5-ый замужествѣ
МУЖЕ-ДѢВЫ И ИХЪ УЧЕНІЕ
103
снятъ голенькимъ),—такъ духовные содомиты «и вообра-
зить себѣ не могутъ» этотъ актъ иначе, какъ позорнымъ,
глупымъ, сквернымъ, грязнымъ, обобщенно и отдаленно—
грѣховнымъ, противнымъ Богу, безнравственнымъ. То
ожесточенное—«я дѣвица», которымъ отвѣчаютъ пол-
ные, физическіе содомиты, когда медикъ и судья на-
зываютъ ихъ мужскимъ именемъ, даннымъ при креще-
ніи, это самое ожесточенье и полная увѣренность, будто
съ ними солидаренъ и весь свѣтъ, будто всѣ люди
«также чувствуютъ», выражается у полу-содомитовъ въ
въ ощущеніи гнусности полового акта. И это понятно.
Вся та степень гнушенія, какую нормальный человѣкъ
(съ «-}- і» пола) испытываетъ къ воображаемому или
дѣйствительному, къ видимому или читаемому такъ на-
зываемому извращенному половому сближенію, мужчины
и мужчины или женщины и женщины, весь этотъ-же
ужасъ и мистическій страхъ чувствуетъ человѣкъ съ
<с±» полового притяженія къ естественному, т.-е. во-
обще къ бывающему совокупленію, къ браку: «нельзя
представить, чтобы кто-нибудь не гнушался», «нельзя
повѣрить, чтобы кто-нибудь это дѣлалъ безъ ощущенія
грѣха!» Никто не можетъ перескочить черезъ свою
кровь: и что для насъ—содомическій актъ, то для нихъ—
нормальный. Содомія есть «извращеніе» для насъ: но и
обратно—«наше» есть «извращеніе» для содомита. Въ
отецъ прошепталъ ей какъ-то: «что-же, Н (ласкательное имя), ты
не родишь намъ съ матерью внука». Вообще потомства всѣ ждутъ
не спокойно, а жадно: и какъ мы—«по образу и подобію Божію», то
также ожидаетъ, именно нетерпѣливо ожидаетъ Богъ отъ вся-
каго юноши и отъ всякой дѣвушки дѣтенышей. Этому-то Боже-
скому ожиданію и отвѣчаетъ волна страсти въ насъ. Всѣ бого-
словскія книги не могутъ опровергнуть этой строки. А въ ней—
гробъ монашества. В. Р—въ.
104
МУЖЕ-ДЬВЫ И ИХЪ УЧЕНІЕ
безчисленныхъ сочиненіяхъ, свѣтскихъ и философскихъ,
но главнымъ образомъ — въ духовныхъ, они убѣжда-
ютъ, увѣряютъ, клянутся, что это «гнусно», хотя всѣ
другіе говорятъ, что это—«хорошо»; увѣряютъ, что «ни-
кто этого не чувствуетъ какъ хорошее», что «всѣ этого
стыдятся», когда никто этого не стыдится (открытое
семейное положеніе, «откровенное» выдаванье дочерей
въ замужество, «откровенная» женитьба родителями
сыновей); твердятъ, будто «Богъ запретилъ это», «не
хочетъ этого», хотя «плодитесь, множитесь» стоитъ на
первой страницѣ Библіи. «Чувствуемъ какъ дѣвы», го-
ворятъ длинноволосые, съ дѣвичьими волосами субъ-
екты; и, по крайней мѣрѣ въ духовной литературѣ, нѣтъ
ни одного голоса, который разрушилъ-бы это согласіе,
это единогласье, — почему можно заключить, что вся
духовная литература течетъ отъ этого источника, ему
одному обязана своимъ происхожденіемъ; и, словомъ,
что «суть духовнаго» есть Ьъ то же время «суть содом-
скаго». Не говорю, что всѣ духовные писатели искренни
въ этомъ утвержденіи, такъ какъ они множатся во-
обще какъ и мы, и вообще сословіе не можетъ принад-
лежать къ этой рѣдкой категоріи: но кто внутренно и
не согласенъ съ этимъ содомскимъ вкусомъ, — вынуж-
денъ уже закономъ и традиціею повторять тоже; «при-
личіе требуетъ» не измѣнять духовному содому и хотя-
бы слово сказать въ пользу библейскаго, естественнаго,
всеобщаго совокупленія и ощущенія этого совокупле-
нія. «И намъ не нравится», говорятъ десяти-дѣтный
протоіерей и восьми-дѣтный діаконъ; «и мы стыдимся,—
чувствуемъ противоестественность и грѣховность»,—го-
воритъ пріискивающій спѣшно и жадно для своей до-
чери мужа соборный настоятель.
Замѣчательно, что у двухъ нашихъ писателей, ко-
ПРОСЛОЙКИ СОДОМІИ У Л. ТОЛСТОГО 105
торые «съ ума-бы сошли», если-бы кто-нибудь ихъ за-
подозрилъ въ содоміи (духовной), тѣмъ не менѣе встрѣ-
чаются слова, выраженія, описанія, безспорно говоря-
щія о присутствіи у нихъ обоихъ этого начала, этой
стихіи, по крайней мѣрѣ въ качествѣ прослойки души,
вѣянія, горчичнаго зерна...
Вотъ любопытные отрывки:
«Нехлюдовъ, хотя и скрывалъ это отъ себя, хотя и
боролся съ этимъ чувствомъ, ненавидѣлъ своего зятя.
Антипатиченъ онъ ему былъ своей вульгарностью чувствъ,
самоувѣренной ограниченностью, и, главное, антипати-
ченъ былъ ему за сестру, которая могла такъ страстно,
эгоистично-чувственно любить эту бѣдную натуру, и
въ угоду мужу могла заглушить все то хорошее, что
было въ ней»... Доселѣ—мораль; хотя гдѣ-же набраться
все «даровитыхъ» зятьевъ?... Можно любить и «кой-ка-
кихъ»: вѣдь любилъ-же и оттѣнилъ всѣ качества самъ
Толстой у Ник. Ростова («Война и Миръ»). Но вотъ
слушайте дальше: выступаетъ физіологія, и Толстой
произноситъ слова типичнаго урнинга, какихъ не при-
шло-бы на умъ написать, не «написалось-бы» по натурѣ
ни у какого автора,—только-самца: «Нехлюдову всегда
было мучительно-больно думать, что Наташа — жена
этого волосатаго съ глянцевитой лысиной самоувѣреннаго
человѣка. Онъ даже не могъ удерживать отвращенія къ
его дѣтямъ. И всякій разъ, когда узнавалъ, что она го-
товится быть матерью, испытывалъ чувство, подобное со-
болѣзнованію, о томъ, что опять она чѣмъ-то дурнымъ за-
разилась отъ этого чуждаго имъ всѣмъ человѣка». («Вос-
кресенье» Л. Н. Толстого, гл. XXIX).
Эти слова о беременности, какъ «.заразѣ чѣмъ-то»,
до того новы и необычайны во всемірной литературѣ
во всемірной мысли, и вмѣстѣ они до того ярки, страстны,
106
ПРОСЛОЙКИ, СОДОМІИ У Л. ТОЛСТОГО
что и безъ моего подсказыванія всякій читатель по-
чувствуетъ, что тутъ въ фундаментѣ лежитъ какое-то
міровое извращеніе, «поворотъ земной оси на другой
градусъ»..
Тамъ-же, въ «Воскресеніи», въ части 3-й, гл. III,
описана содомитянка, безъ всякаго подозрѣнія автора
о томъ, что онъ именно рисуетъ: но портретъ такъ по-
лонъ, что просится къ Крафтъ-Эбингу. Вѣрнѣе, Эбингъ
никогда не написалъ-бы своей глупой книжонки, узнай
онъ это описаніе Толстого и догадайся въ неповорот-
ливомъ умѣ своемъ, что дѣло тутъ идетъ о его (мни-
мыхъ) «паціентахъ»:
«Она (Катюша Маслова) восхищалась всѣми своими
новыми сотоварищами (политически-ссыльными). Но
больше всѣхъ она восхищалась Марьей Павловной: и
не только восхищалась ею, но по побила ее особенной
почтительной и восторженной любовью. Ее поражало то,
что эта красивая дѣвушка изъ богатаго генеральскаго дома,
говорившая на трехъ языкахъ, держала себя какъ про-
стая работница *), отдавала другимъ все, что присы-
лалъ ей ея богатый братъ, и одѣвалась и обувалась
не только просто, но и бѣдно, не обращая никакого вни-
манія на свою наружность2). Эта черта: совершенное
х) Параллель этому—легкое, безъ страданія, безъ физической муки
отъ тренія, оставленіе древними христіанками-дѣвами родитель-
скихъ домовъ и всей обстановки богатства и удобства. Полу-со-
домитк-и, т.-е. полу-мужчины,—внутренно жёстки; и потому жёст-
кое, снаружи ихъ не «деретъ» по кожѣ, по вкусамъ и по душѣ.
В. Р—въ.
г) Какая аналогія съ инокинями, съ монастыремъ'. Явно, — одно
вдохновеніе тамъ и здѣсь! Но слѣдите-же, изъ какого однако род-
ника физіологіи бьетъ это вдохновеніе, и вся сумма этихъ вкусовъ,
какъ антипатій и симпатій: въ корнѣ Ѵепив иігіиъуие зехив (см. выше),
отвращающаяся отъ мужской похоти!.. В. Р—въ.
ПРОСЛОЙКИ СОДОМІИ У Л. ТОЛСТОГО 107
отсутствіе кокетства, особенно удивляла и потому
прельщала Маслову. Маслова видѣла, что Марья Па-
вловна знала, и даже что ей пріятно было знать, что
она красива, но что она не только не радовалась тому
впечатлѣнію, которое производила на мужчинъ, но боя-
лась этого и -испытывала прямое отвращеніе и страхъ
къ влюбленію1'). Товарищи ея, мужчины, знавшіе это,
если и чувствовали влеченіе къ ней, то ужъ не позво-
ляли себѣ показывать этого, и обращались съ ней какъ
съ товарищемъ-мужчиной. Но незнакомые люди часто
приставали къ ней, и отъ нихъ, какъ она разсказы-
вала, спасала ее ея большая физическая сила, которой
она особенно гордилась 2). «Одинъ разъ,—какъ она смѣ-
ясь разсказывала:—ко мнѣ присталъ на улицѣ Какой-
то господинъ, и ни за что не хотѣлъ отстать: такъ
я такъ его потрясла, что онъ испугался и убѣжалъ отъ
меня».
«Она разсказывала, что съ дѣтства чувствовала отвра-
щеніе къ господской жизни, а любила жизнь простыхъ лю-
дей, и ее всегда бранили за то, что она—въ дѣвичьей, въ
кухнѣ, въ конюшнѣ, а не—въ гостинной.
*) Поразительно. Толстой чуть-чуть не договорилъ «всего
дѣла»: «своя красота радуетъ, но мужское влюбленіе пугаетъ-». Да
вѣдь это весь очеркъ — Артемиды (богини луны) греческой, охот-
ницы, блуждающей по лѣсамъ. Но «радующая красота» явно ра-
дуетъ въ отношеніи кого-то, п. ч. иначе это была-бы какая-то
онанистическая эстетика. Кого-же? Да дѣвушекъ, женщинъ! Марья
Павловна не дошла немного «до точки», какъ не дошла и Арте-
мида. Еще шагъ—и получилась-бы поэтесса Сафо съ о-ва Лес-
боса. Артемида—недоконченный или вѣрнѣе переходный типъ грече-
ской миѳологіи. В. Р—въ.
2) Полная аналогія «паціенткамъ» Крафтъ-Эбинга! Если бы
Толстой зналъ объ этомъ совпаденіи! Если-бы объ этомъ совпа-
деніи зналъ Крафтъ-Эбингъ! В. Р—въ.
108
ПРОСЛОЙКИ СОДОМІИ У Л. ТОЛСТОГО
«— А мнѣ съ кухарками и кучерами бывало весело, а
съ нашими дамами и господами скучно»,— разсказывала
она. — «Потомъ, когда я стала понимать, я увидала,
что наша жизнь совсѣмъ дурная. Матери у меня не
было, отца я не любила; девятнадцати лѣтъ я съ то-
варкой ушла изъ дому, и поступила работницей на фа-
брику» х).
») Поразительныя подробности... О, сколько аналогій съ пер-
выми инокинями... «Не любила отца-»... Имѣющія сами не рож-
дать, «безсѣменныя» сами,—ничего не чувствуютъ къ вертикаль-
нымъ степенямъ родства: дѣтей—-не будетъ, а родителей какъ-бы
нѣтъ. «Чужія» по направленію внизъ и вверхъ, но за то удвоенно род-
ныя въ связанности съ однолѣтками, съ друзьями (юноши), съ по-
другами (дѣвушки)... Лесбіянство — въ духовной степени — этой
Мар. Пав. выражается въ томъ, что она уходитъ на фабрику не
съ «героемъ-юношею», не съ «женихомъ» (обычная форма, обыч-
ный мотивъ, обычная тяга), а съ подругою... Но уже по-истинѣ
ея «подруга» есть ея тайный «женихъ»... Два шага-бы впередъ,
въ организаціи и жизни; и эта Марія Павловна, какъ древняя
жрица Крита или Египта, пошла бы съ этою «подругою» не на
фабрику, а въ храмъ Парсефены или Плутона («подземные» боги,
боги «Аида»), съ цвѣтами, жертвами и мольбою: «Побрачьтб насъ,
двухъ дѣвушекъ... Ибо мужнинъ мы обѣ ненавидимъ» (Пеа Ьппиз).
Еще замѣтка: такъ вотъ гдѣ родникъ безумной роскоши, утопанія
въ роскоши «напудренныхъ маркизъ» или разныхъ «Клеопатръ»
всѣхъ вѣковъ, обычно окруженныхъ любовниками (самцами).
Близость къ Лесбосу, «мужское въ женскомъ», «вліяніе Луны»
отражается суровостью, «ненужностью вещей», «ненужностью
имущества и обстановки» (всего, что «рождаетъ Солнышко»)...
Обратно: повышенная самочностъ и приближеніе къ «вѣчной жен-
ственности», утончая нервьі, увеличивая пахучесть, увеличивая
«нектаръ» души и физики, порождаетъ тоскливое желаніе весь
міръ обратить въ «кружева и паутуину», или обвить весь міръ
чѣмъ-то «кружевнымъ», роскошью, нѣгою... «Дворецъ не дворецъ»
и «обстановка не обстановка»... Это — другой полюсъ монастыря:
увы, столь естественный полюсъ! До чего разгадывается цивили-
зація! Какъ невозможно цивилизацію постигнуть безъ обращенія
ПРОСЛОЙКИ СОДОМІИ У Л. ТОЛСТОГО 109
«Послѣ фабрики она жила въ деревнѣ, потомъ прі-
ѣхала въ городъ, была арестована и приговорена къ
каторгѣ. Марія Павловна не разсказывала никогда
этого сама, но Катюша узнала отъ другихъ, что приго-
ворена она была къ каторгѣ за то, что взяла на себя
чужую вину1).
«Съ тѣхъ поръ, какъ Катюша узнала ее, она ви-
дѣла, что, гдѣ бы она ни была, при какихъ бы ни было
условіяхъ, Марья Павловна никогда не думала о себѣ, а
всегда была озабочена только тѣмъ, какъ бы услужить,
помочь кому-нибудь въ большомъ или маломъ. Одинъ изъ
теперешнихъ товарищей ея, Новодворовъ, шутя гово-
рилъ про нее, что она предается спорту благотворенія.
И это была правда. Весь интересъ ея жизни состоялъ,
какъ для охотника найти дичь, въ томъ, чтобы найти
случай служенія другимъ. И этотъ спортъ сдѣлался при-
вычкой, сдѣлался дѣломъ ея жизни. И дѣлала она это
вниманія на вѣчную борьбу «полнобедренной» Афродиты (и «Пѣсни
Пѣсней») съ худощавою Ашеррю, которой въ «жертву» сжигали
дѣтей... которой «ничего не надо», кромѣ кельи и ломтя хлѣба,
кромѣ «селедки» нашихъ соціалъ-демократовъ (см. у Степняка,
въ «Подпольной Россіи»: вѣчно ѣдятъ, на «конспиративныхъ пи-
рушкахъ», свою «селедку», не догадываясь, до чего это показуетъ
ихъ связь и съ Ганимедомъ-Лесбосомъ, и съ Ашерою-инокинею).
В. Р—въ.
г) Великодушіе, состраданіе, чисто «христіанскія чувства» и
«христіанскія отношенія»... Между тѣмъ по-исповѣданію она ате-
истка и, вообще, внѣ—всякихъ религій. Мы отсюда можемъ судить,
откуда въ религіяхъ-то взялись всѣ эти ихъ типичныя черты, буд-
то-бы «Богомъ заповѣданныя-» и человѣкомъ только «принятыя
къ исполненію-». Нѣтъ, все отъ матушки-натуры: но только въ
«натуру»-то эту надо вглядѣться и разсмотрѣть всѣ ея разнообраз-
ные слои, «почвы», «подпочвы», «суглинокъ», «песокъ» и «сред-
нее»... В. Р—въ.
110
ПРОСЛОЙКИ СОДОМІИ У Л. ТОЛСТОГО
такъ естественно, что всѣ, знавшіе её, уже не цѣнили,
а требовали этого1).
*) Поразительно: полный очеркъ древней христіанки! Но родникъ
въ томъ, что метафизически перерѣзаны вертикальныя связи (съ
дѣтьми и родителями) и метафизически-тт& отросли такія толстыя
«ручищи» (вмѣсто депііаі’ій) для «связыванія» съ «ближними», съ
«сосѣдями», съ «однолѣтками», что связь эта необорима, неуби-
ваема, неустанна, не тягостна, и прямо «въ пищу», «въ насыще-
ніе» полу-содомитокъ... Она вовсе не устаетъ на помощи «ближ-
нему», «въ услуженіи» ближнему, духовнымъ «братьямъ» и «се-
страмъ»,—и точно также и по той-же причинѣ не устаетъ, какъ
заіпіе ргозіііпёе Египта не уставала, совокупляясь... Разныя «при-
званія», и радость, восторгъ въ исполненіи мірового «служенія»...
Но изъ этого ясно, до чего «дѣво-мужи» и «муже-дѣвы» необхо-
димы въ цивилизаціи, какую колоссальную роль въ жизни игра-
ютъ эти «никогда не выходящія замужъ», какая толща работы
принесена ими на алтарь человѣчества. Между тѣмъ чтб такое
«содомъ» по-оцѣнкѣ юриспруденціи, полиціи? по оцѣнкѣ религіи?
наконецъ, «безстрастной науки»?! Предметъ «сѣрнаго огня», ку-
тузки и дома умалишенныхъ!!! И только отъ того, что незамѣ-
чены были переходныя формы къ содоміи, да и она сама была по-
стигнута не въ психологіи своей, не въ талантѣ и чести, но подъ
угломъ единственно и одною асіпз’а зоботісиз’а котораго въ 9/ю
случаевъ и не бываетъ вовсе, а при «духовныхъ содружествахъ»,
хотя они сопровождаются уже тѣлесною любовью, иногда—тѣлес-
нымъ влюбленіемъ (тутъ — миріады степеней) этотъ асіпз отсут-
ствуетъ и въ 10/ю случаевъ... Все было проклято изъ-за дѣйстви-
тельно гнуснаго соііпз’а рег аппт: котораго или нѣтъ, или онъ
есть только одна жилка, который-то «нервъ», не главный и даже
не значущій, въ необозримомъ организмѣ содоміи, какъ необыкно-
венной близости, какъ «проницанія лучами другъ друга», какъ
«щупанье небесными щупальцами» душъ другъ друга, какъ лю-
бовь и наконецъ (лунная) влюбленность особей съ тѣми же §епі-
іаі’іями, одинаковыми у обоихъ влюбленныхъ. Стоило-бы меди-
цинѣ и юриспруденціи плюнуть на эти «ёепііаі’іи», какъ «плевали»
на свои ^епііаііа «паціенты», подавляли ихъ, хотѣли-бы отрѣзать,
они имъ были «не нужны», «не интересны», «мертвы», и никогда
«не возбуждались»: и тотчасъ-бы они поняли это явленіе, и сами
ПРОСЛОЙКИ СОДОМІИ У ВЛАД. СОЛОВЬЕВА 111
«Когда Маслова поступила къ нимъ, Марья Павло-
вна почувствовала къ ней отвращеніе, гадливость; Ка-
тюша замѣтила это. Но потомъ также замѣтила, что
Марья Павловна, сдѣлавъ усиліе надъ собой, стала съ
нею особенно добра и ласкова. И доброта, и ласка та-
кого необыкновеннаго существа такъ тронули Маслову,
что она всей душой отдалась ей, безсознательно усво-
ивая ея взгляды и невольно во всемъ подражая ей.
Эта преданная любовь Катюши тронула Марью Павло-
вну, и она также полюбила Катюшу.
«Женщинъ этихъ сближало еще и то отвращеніе,
которое обѣ онѣ испытывали къ физической любви. Одна
ненавидѣла эту любовь потому, что извѣдала весь
ужасъ ея; другая—потому, что, не испытавъ ея, смо-
трѣла на нее, какъ на что-то непонятное и вмѣстѣ съ
тѣмъ отвратительное и оскорбительное для человѣческаго
достоинства» *).
обольщенно залюбовались-бы роскошью плодовъ, приносимыхъ
имъ на столъ всемірной цивилизаціи! Добавлю то, что все время,
на всемъ пространствѣ этой книги, хотѣлъ сказать: что уже са-
мая обыкновенная дружба,—между «Иванъ Ивановичемъ» и «Петръ
Иванычемъ», между «Ольгой Семеновной» и «Варварой Петров-
ною»,—простое ихъ «симпатизированье» другъ другу, но отличаю-
щееся отъ безразличія или равнодушнаго отношенія къ прочимъ окру-
жающимъ, есть содомія въ дроби 1/іоо, Ѵ1000- Но все-таки, именно
«безкорыстное», «не утилитарное» отношеніе близости на почвѣ
любви, на почвѣ «почему-то нравится», и «нравится особенно и
больше всѣхъ» — есть содомія, т. е. дробь содоміи. Какъ только мы
это признаемъ или объ этомъ догадались, такъ поймемъ, что
въ сущности вся жизнь залита содоміею, проникнута ею какъ
сахаръ, опущенный въ стаканъ чаю, тающій и еще не растаяв-
шій... И что какъ сахаръ придаетъ вкусъ чаю, такъ еззепііа зосіо-
тіса сообщаетъ сладость, пріятность, легкость, облегченность,
связанность и «соціальность» всей жизни... В. Р—въ.
х) Ну, вотъ—и больше ничего не надо! Полное опредѣленіе
112 ПРОСЛОЙКИ СОДОМІИ У ВЛАД. СОЛОВЬЕВА
Влад. Соловьевъ, въ сумбурномъ, спутанномъ пре-
дисловіи къ своимъ стихамъ, высказываетъ нѣсколько
сужденій, не связанныхъ и несвязуемыхъ между со-
бою, но въ которыхъ слышится этотъ же крикъ «свя-
щеннаго галла»:
«Стихотворенія «БазЕхѵі^-дѵеіЫісІіе» и «Три свиданія»
могутъ подать поводъ къ обвиненію меня въ пагубномъ
лжеученіи, не вносится ли здѣсь женское начало въ са-
мое Божество? Въ отвѣтъ На это я долженъ сказать
слѣдующее: і) перенесеніе плотскихъ животно-человѣ-
ческихъ отношеній въ область сверхъ-человѣческую есть
величайшая мерзость и причина крайней гибели (потопъ,
Сотомъ и Гоморра, «глубины сатанинскія» послѣднихъ
временъ), 2) поклоненіе женской природѣ самой по себѣ,
т. е. началу двусмыслія и безразличія, воспріимчивому
ко лжи и злу не менѣе, чѣмъ къ истинѣ и добру—есть
величайшее безуміе (оба курсива С—ва) и главная при-
чина господствующаго нынѣ размягченія и разслабле-
нія; з) ничего общаго съ этой глупостью и съ тою мер-
зостью не имѣетъ истинное почитаніе вѣчной женствен-
ности («Вѣчнаго Дѣвства»? «Вѣчной Дѣвы»,—мерцав-
шей древнимъ въ ихъ Лунѣ-Астартѣ? В. Р.), какъ дѣй-
ствительно отъ вѣка воспріявшей силу Божества, дѣй-
ствительно вмѣстившей полноту добра и истины, а
черезъ нихъ—нетлѣнное сіяніе красоты».
содоміи по Крафтъ-Эбингу и друг. «Имъ это (половое сношеніе)
непонятно и отвратительно» и кажется чѣмъ-то «оскорбительнымъ
для человѣческаго достоинства». Ретроспективно бросая взглядъ
на споры, изложенные въ моей книгѣ «Въ мірѣ неяснаго и нерѣ-
шеннаго», только теперь понимаешь ихъ источникъ и пафосъ, и
что спорившіе о дѣвствѣ и бракѣ «никакъ не могли согласиться»:
да спорили-то полу-содомиты,—сами этого о себѣ не знавшіе, - и
обыкновенные люди. В. Р—въ.
ПРОСЛОЙКИ СОДОМІИ У ВЛАД. СОЛОВЬЕВА
113
Замѣтимъ, что «внесеніе женскаго начала въ при-
роду Божества», страстно отвергаемое, вызываетъ, какъ
продолженіе свое, столько же страстное отверженіе въ
Божествѣ и мужского начала. Но тогда, во-первыхъ,
что же намъ дѣлать съ выраженіемъ Слова Божія:
«по образу Нашему сотворимъ его» (человѣка), «муж-
чину и женщину сотворили ихъ» (Адама и Еву)?... и, 2) не
останется-ли тогда Божество совсѣмъ безъ сущности,
безъ содержанія, отвлеченнымъ именемъ и понятіемъ?—
примѣнительно къ которому нельзя не вспомнить спора
средневѣковыхъ номиналистовъ и реалистовъ, что «по-
нятія бываютъ всякія» и всѣ онѣ «суть плодъ ума чело-
вѣческаго»... Богъ не станетъ-ли тогда уже слишкомъ
безвиденъ?.. Во всякомъ случаѣ на иконахъ Правосла-
вія «Ветхій деньми» изображается въ видѣ Старца, т. е.
въ опредѣленно-мужскомъ образѣ... И это никого не ос-
корбляетъ, ни у кого не вызываетъ недоумѣнія или
спора. Будемъ продолжать цитату изъ Соловьева.
«Но чѣмъ совершеннѣе и ближе откровеніе настоя-
щей красоты, одѣвающей Божество и Его силой веду-
щей насъ къ избавленію отъ страданія и смерти (КВ.,—
конечно цѣною избавленія и отъ «зачатій и рожденій»,
ибо что рождается — умираетъ, а чтб умираетъ — то
раньше родилось. В. Р.), тѣмъ тоньше черта, отдѣляю-
щая ее отъ лживаго ея подобія,—отъ той обманчивой
и безсильной красоты, которая только увѣковѣчиваетъ
царство страданій и смерти (т. е. отъ обыкновенной
красоты женщинъ, которая, соблазняя мужчинъ, опло-
дотворяется ими, вѣчно продолжаетъ рожденія и съ ними,
заготовляетъ жатву смерти. В. Р.)... Изъ вѣчной кра-
соты нѣкогда выйдетъ спасеніе міра... выйдетъ, когда
ея обманчивыя подобія (обычная женская прелесть) ис-
чезнутъ, какъ та морская пѣна, что родила простона-
114
УЧЕНІЕ СОДОМЛЯНЪ О СУПРУЖЕСТВѢ
родную Афродиту (по Платону — «простонародная Аф-
родита» рождаетъ дѣтей, а Небесная Афродита, Афро-
дита-Уранія — безплодна, но зато рождаетъ образы,
фантазіи, философіи, молитвы; т. е. это есть АрЬгосііи
Зосіошіса въ томъ особомъ сліяніи сіяній, какъ я здѣсь
объясняю). Этой (курс. С—ва) мои стихи не служатъ
ни единымъ словомъ»...
Рожденію — ничего, ноль! Никакого зернышка вдох-
новенія! Это и есть крикъ Содома. «О, если-бы я мо-
гла разбитъ дѣтей твоихъ о камень», говоритъ Афро-
дита-Уранія земной Афродитѣ:—-и въ этомъ вся ея суть.
Мнѣ только-что принесли съ почты брошюру «Бракъ
и нравственная личность» нѣкоего О. Фози, печатаю-
щагося въ «Мирномъ трудѣ», нравственно-просвѣти-
тельномъ журналѣ, издающемся въ Харьковѣ. На об-
ложкѣ написано насмѣшливое: «В. В. Розанову—какъ
спеціалисту брачныхъ вопросовъ, отъ автора». Я, дѣй-
ствительно «какъ спеціалистъ» въ этомъ дѣлѣ, ото-
гнувъ гдѣ нужно, моментально учуялъ разсужденье ти-
пичной тасіетоізеПе въ сюртукѣ, мыслящей о половомъ
актѣ точь-въ-точь такъ, какъ судятъ съ паѳосомъ въ
безчисленныхъ изліяніяхъ субъекты, исповѣдывавшіеся
Крафтъ-Эбингу, Форелю и другимъ. И такъ-какъ на
обложкахъ своихъ трудовъ авторы не пишутъ своихъ
фамилій,—какъ слѣдовало-бы—съ женскимъ окончаніемъ
а, а удерживаютъ мужское ъ, не пишутъ М. Иванова
(Маша Иванова), а пишутъ М. Ивановъ (Михаилъ Ива-
новъ), то публика, ни о чемъ не догадываясь, все слу-
шаетъ и все внушается ихъ разсужденіями, какъ чѣмъ-
то о&/{е-челойѣческимъ, оби^е-философскимъ, обі^е-рели-
гіознымъ!
Авторъ съ рѣдкою для тасІетоізеПез твердостью го-
воритъ, что сущность брака состоитъ конечно, въ по-
УЧЕНІЕ содомлянъ о супружествѣ
ЦБ
ловомъ общеніи, въ совокупленіи, а не въ придаткахъ
къ нему. «Нужно взять бракъ такъ, какъ онъ есть, и
каковымъ по самымъ естественнымъ условіямъ своего
существованія всегда долженъ бытъ’ и притомъ взять его
не въ отношеніи различныхъ земныхъ благъ, которыхъ
черезъ него можно достигнуть, а взять бракъ въ его
непосредственномъ фактическомъ отношеніи къ чело-
вѣку, какъ непреходящей личности, и къ осуществле-
нію этою личностью своего понятія о цѣли жизни». И
далѣе (тутъ рѣчь автора показываетъ сама себя, и въ
своей духовной разумности, и въ ясномъ органиче-
скомъ извращеніи, которое лежитъ подъ нею и напра-
вляетъ ее):
«Нужно взять неизмѣняемую часть брака, которая
заключается, во-первыхъ, въ актѣ чувственнаго едине-
нія супруговъ, и, во-вторыхъ въ поддержаніи рода, какъ
естественномъ значеніи брака, какъ его внутренней цѣ-
лесообразности. И нужно взять человѣка, какъ носи-
теля идеальнаго нравстеннаго начала въ самой своей при-
родѣ, и непосредственное отношеніе человѣка къ рас7
крытію себя въ мірѣ по этому началу,—какъ нравствен-
ной личности. Взявъ такъ все дѣло, только и можно
будетъ получить догматическое рѣшеніе вопроса. Ибо
здѣсь бракъ съ самаго перваго-же момента долженъ
фактически оказаться или въ совершенно отрицатель-
номъ положеніи; или, наоборотъ, онъ будетъ всѣмъ
своимъ содержаніемъ только утверждать истинныя на-
чала жизни. Въ первомъ случаѣ онъ • уже имѣлъ-бы
право на безусловное существованіе; во второмъ случаѣ,
т.-е. если задача каждой человѣческой личности заклю-
чается въ томъ, чтобы раскрыть въ міровомъ бытіи
себя, какъ нравственную личность, — явить въ себѣ об-
разъ Бога, — тогдд естественный бракъ какъ въ самой
116 УЧЕНІЕ СОДОМЛЯНЪ О СУПРУЖЕСТВА
половой функціи, такъ и въ необходимыхъ слѣдствіяхъ
ея—есть дѣло, фактически несоотвѣтствующее истинѣ х).
Здѣсь чрезъ родовой актъ общенія идеально нравствен-
ное начало природы человѣка всецѣло поглощается без-
смысленнымъ чувственнымъ матеріальнымъ процессомъ орга-
низма * 2), и человѣкъ изъ своей разумной всегдашней
жизнедѣятельности сводится на степень простого оюи-
вотнаго существованія3 * * * * 8).
«Все это необходимо должно быть именно такъ,
если только не принимать бракъ въ понятіи христіан-
скаго таинства, гдѣ онъ является орудіемъ борьбы чело-
вѣка съ его нравственнымъ несовершенствомъ,—школой воз-
т) Природа превозмогаетъ! Авторъ, конечно, знаетъ, что яа
той-же страницѣ Библіи, гдѣ сказанъ радостный глаголъ о чело-
вѣкѣ, что онъ есть «подобіе и образъ Божій», сказана ему и запо-
вѣдь: «плодись, множись, наполни землю». Но тас!етоі$е11е кричитъ
изъ него: «не вижу, не читаю, не знаю!», «образъ Божій и нрав-
ственный законъ» несовмѣстимъ съ «плодитесь, множитесь», ибо я—
нравственъ, и не могу, отвращаюсь размножаться». Б. Р—въ.
2) Да вовсе не «безсмысленнымъ», а прекраснымъ и духовнымъ,
этическимъ и метафизическимъ. Не пора-ли сказать философствую-
щимъ табетоізеііез, что половая дѣятельность, которая никѣмъ
(кромѣ совершающихъ) не зрима, никѣмъ не осязаема, о которой
не говорятъ, не пишутъ (сознаютъ дурное и грѣхъ въ писаніи), явно
и есть умопостигаемая область, чисто духовная область, носящаяся
какъ паръ и свѣтъ только въ мысли, воображеніи и желаніяхъ-, что
это есть, такимъ образомъ, самый спиритуалистическій міръ.
В. Р—въ.
8) Вотъ дуракъ: да чѣмъ животныя плохи?! Египтяне ихъ по-
читали за святыхъ, и мы тоже считаемъ ихъ безірѣшнѣе людей.
Между тѣмъ у животныхъ самецъ и самка не могутъ даже встрѣ-
титься, чтобы сейчасъ-же самецъ не началъ особеннымъ образомъ
ласкать и нѣжить самку, т.-е. они находятся въ постоянномъ, не-
прерывномъ половомъ возбужденіи. И— невинны. Урокъ мудрецамъ
п мудречихамъ. В. Р—въ.
УЧЕНІЕ СОДОМЛЯНЪ О СУПРУЖЕСТВѢ
117
держанія *) и полнаго освобожденія супруговъ изъ-подъ
власти матеріальныхъ началъ,—хотя* 2), конечно, и хри-
стіанское таинство не уничтожаетъ собственнаго посто-
яннаго качества брака, и его фактическаго значенія для
нравственнаго начала, ибо никто не можетъ измѣнить
природу вещи. А потому, если гдѣ-либо въ мірѣ суще-
ствуетъ зло, не какъ простой естественный недостатокъ
добра, т. е. несовершенство, а какъ активная злая сила,
какъ прямое отрицаніе нравственнаго добра, а вмѣстѣ съ
симъ и вѣчнаго смысла бытія и Бога: то бракъ есть со-
средоточіе, центральный пунктъ для этого зла3). Здѣсь
дьяволъ борется съ Богомъ, добро и зло враждуютъ за свое
значеніе въ мірѣ человѣка. Кто побѣдитъ?
«Въ сужденіяхъ по вопросу о бракѣ нерѣдко указы-
ваютъ въ качествѣ дѣйствительнаго его основанія на тѣ
’) Скажите, пожалуйста! Писалъ-бы ужъ прямо: мы настоя-
щіе христіане—табетоізеПез, и мужчинъ-язмчммтоеа намъ вовсе не
надо». В. Р-въ.
2) Хорошо это «хотя»... Логика говоритъ: «нѣтъ брака безъ со-
вокупленія», а натура кричитъ: «не хочу совокупленія, не могу».
В. Р—въ.
3) Ну, вотъ это хорошо, потому-что прямо. Попики такъ рѣ-
шительно не говорятъ, все виляютъ. И «таинство» и «скверна».
Г-нъ Фози не виляетъ, и говоритъ, что бракъ есть борьба съ Богомъ,
т. е. конечно съ христіанскимъ Богомъ, съ I. Христомъ; и что ужъ
если въ немъ есть «таинство», то—сатанинское. Но вѣдь отсюда
уже прямой выводъ у автора и авторовъ такой мысли, что Ветхій
Завѣтъ, благословляющій чадородіе, есть завѣтъ человѣка съ Са-
таною, а Библія—сатанинская книга: съ чѣмъ согласно тѣхъ
христіанъ, которые дозволяли себѣ обрѣзываться, пріобщались
какъ къ братьямъ своимъ къ состоящимъ въ Ветхомъ Завѣтѣ
евреямъ — сжигали на кострѣ, какъ служителей Сатаны и дѣтей
дьявола. У насъ, въ Россіи, былъ одинъ случай такого сожже-
нія, въ Византіи — множество такихъ случаевъ, цѣлая эпоха.
В. Р—въ.
118
УЧЕНІЕ СОДОМЛЯНЪ О СУПРУЖЕСТВѢ
поставленныя задачи и часто весьма высокія намѣренія,
которыя будущіе супруги желаютъ видѣть и думаютъ
осуществить въ своей совмѣстной супружеской жизни.
Но тотъ наличный фактъ, что бракъ существуетъ и
всегда можетъ существовать помимо какихъ бы то ни
было постороннихъ цѣлей, съ ясною очевидностью по-
казываетъ, что онѣ не только не служатъ для брака
его естественнымъ основаніемъ, но даже можно ска-
зать, что съ чисто внѣшней стороны дѣла онѣ вовсе и
не обязательны для него. Никакія благородныя начина-
нія человѣка сами по себѣ никогда не были-бы въ состояніи
создать никакого брака въ точномъ смыслѣ этого слова,
если-бы не было дано въ дѣйствительности фактической
возможности брака (мой курс.). Но независимо отъ всѣхъ
подобныхъ мотивовъ и вообще различныхъ цѣлей, ко-
торыя могутъ преслѣдовать вступающіе въ бракъ, по-
слѣдній самъ по себѣ всегда долженъ имѣть какое-
либо основаніе по отношенію къ самой возможности
его существованія, какъ такового. И бракъ, дѣйстви-
тельно, имѣетъ это свое основаніе, и именно въ зало-
женномъ въ физическую природу организма инстинктѣ
рода, безъ котораго какъ не могло бы никогда возникнуть
никакого брака, такъ и заключенный помимо его бракъ
потерялъ бы для человѣка всякое значеніе, ибо оказался-бы
не имѣющимъ никакого смысла содружествомъ двухъ, а не
трехъ, четырехъ, десяти и т. д. лицъ. Пусть чисто фи-
зическая сторона брака будетъ играть совсѣмъ незна-
чительную роль въ супружеской жизни, а при заклю-
ченіи брака пусть ей отводится самое послѣднее мѣ-
сто, или даже пусть она умышленно совсѣмъ игнори-
руется — все это, однако, ничуть не измѣняетъ и не
можетъ измѣнить того положенія, что основу всякаго
брака въ дѣйствительности составляетъ все-таки родо-
УЧЕНІЕ СОДОМЛЯНЪ О СУПРУЖЕСТВѢ 119
вой актъ, а не что-либо другое, ибо только чрезъ него
получаетъ свою реальность инстинктъ рода * *). «Бракъ
на всѣхъ ступеняхъ органической лѣстницы, начиная
водорослью и кончая человѣкомъ, представляетъ одно
и тоже явленіе: это сліяніе двухъ существованій, въ
ближайшемъ смыслѣ двухъ клѣточекъ, въ одну»8). И
если какъ въ исторіи, такъ и въ настоящее время встрѣ-
чаются иногда неумныя попытки создать для чело-
вѣка бракъ на другихъ фантастическихъ началахъ, а
именно на началахъ простого содружества мужчины и
женщины, то такія попытки всегда признавались и при-
знаются аномаліями: ибо единственная, самой приро-
дой осуществляемая цѣль всякаго брака, есть поддер-
жаніе жизни своего рода, каковая цѣль здѣсь положи-
тельно отрицается. Только дѣти даютъ исключительно
возможный разумный смыслъ брака для естественнаго
человѣка. А такъ какъ этотъ разумный смыслъ брака
не можетъ быть осуществленъ никакимъ инымъ пу-
темъ, кромѣ супружескаго сожительства, то поэтому-
то всѣ попытки создать бракъ на иныхъ началахъ и
нужно признать аномаліями3).
«Что касается брака, какъ опредѣленной внѣшней
нормы жизни, которую иногда по недоразумѣнію4) также
указываютъ въ Качествѣ истинной его сущности, то,
хотя она и связана непосредственно съ родовымъ актомъ,
однако находится въ постоянной зависимости совсѣмъ
*) Какъ все точно и вѣрно. Эта—самое строгое разсужденіе о
бракѣ, какое я читаю за много лѣтъ. В.Р—въ.
а) «Жизнь растеній», К« Тимирязевъ.—Примѣч. г-на Фози.
®) Классическое, по точности, разсужденіе. Его надо прямо
переписывать въ трактаты о бракѣ, — отстранивъ виляющія семи-
нарскія тетради. В. Р—въ.
*) Вотъ! В. Р—въ.
120 УЧЕНІЕ содомлянъ о СУПРУЖЕСТВѢ
отъ другихъ побочныхъ причинъ: соціальныхъ, мораль-
ныхъ, отъ высокой или низкой степени нравственнаго,
умственнаго и даже физическаго развитія человѣка.
Для человѣка напр. на первой ступени его развитія
бракъ положительно не связанъ ни съ какою, тою или
другою, обязательною для него формою жизни; тогда-
какъ для современныхъ культурныхъ народовъ, и тѣмъ
болѣе для христіанъ, бракъ является не только не-
расторгаемою связью двухъ лицъ, но и обставленъ
массою всевозможныхъ обязанностей, налагаемыхъ и
поддерживаемыхъ соціальными законами и современной
жизнью.
«Вслѣдствіе такой своей измѣнчивости и совершенно
условной зависимости, вообще никакая форма брачной
жизни, сама по себѣ, не составляетъ и не можетъ со-
ставить дѣйствительной основы брака.
«Итакъ і) данный въ самой природѣ организма ин-
стинктъ рода, который является начальнымъ момен-
томъ всякаго брака или непосредственнымъ побужде-
ніемъ къ нему, 2) дѣти—которыя служатъ конечнымъ
завершеніемъ, послѣднимъ моментомъ въ бракѣ, и, на-
конецъ, з) физическое единеніе супруговъ, родовой актъ,
который связываетъ между собою начальный и послѣд-
ній моменты и, такимъ образомъ, какъ бы даетъ воз-
можность браку перейти изъ потенціи въ дѣйствитель-
ность,—вотъ всѣ три момента, изъ синтеза которыхъ
слагается все реальное содержаніе брака, какъ такового.
Причемъ, уничтоженіе одного изъ этихъ моментовъ
непосредственно влечетъ за собою разрушеніе всего
брака х), если не въ фактѣ его бытія, то во всякомъ
’) Какъ все точно. Но авторъ долженъ согласиться со лною,
что у христіанъ никакого брака нѣтъ; ибо і) ни бездѣтность,
УЧЕНІЕ СОДОМЛЯНЪ О СУПРУЖЕСТВѢ 121
случаѣ въ фактѣ его естественннаго значенія.—И если,
теперь, мы хотя немного вдумаемся въ это трехъ-момент-
ное реальное содержаніе брака, то увидимъ лишь одно,
что онъ по своему существу является чудеснымъ фоку-
сомъ1) всей живой физической природы. Именно здѣсь—
самое естественное, а не искусственно вызванное, при-
родное органическое влеченіе; и, вмѣстѣ; самое интен-
сивное, доступное для физическаго организма, чувствен-
ное раздраженіе, которое одно только и бываетъ при-
чиной всѣхъ животныхъ дѣйствій въ формѣ ощущенія
пріятнаго и непріятнаго; наконецъ, въ потомствѣ, въ
поддержаніи жизни рода, какъ- исключительно въ по-
слѣдствіи только родового акта, бракъ становится по-
ложительно полезенъ и необходимъ для существованія
ни отсутствіе родового акта (когда одинъ супругъ бросилъ другого)
у христіанъ не расторгаетъ брака. «.Была форма: что-же отъ нея
отломалось, если супруги не совокупляются и не могутъ совоку-
пляться? Бракъ остался». У христіанъ, по строжайшему ученію
Церкви, бракъ есть форма; а міряне договорили: «формальность».
Эта-то суть и разрушаетъ или растлѣваетъ европейскую семью.
В. Р—въ.
г) Вотъ, сказалъ-же истину: что «христіанство разсѣкло чудес-
ный фокусъ всей живой физической природы». Только это одно,—и
можно закрыть всѣ книги и не читать больше, какъ можно было
бы и всѣмъ писателямъ бросить перо, и сосредоточиться только
на этомъ одномъ вопросѣ: «мы исповѣдуемъ религію, разсѣкающую
узелъ .бытія;—съ Богомъ мы? или противъ Бога?» Но тотъ же по-
слѣдовательный авторъ говоритъ: «узелъ этотъ борется съ нашимъ
Богомъ, и утверждаетъ злое начало въ мірѣ». Только крупинка
отдѣляетъ его отъ сознанія: «Боже, прости мнѣ грѣхъ мой: всю
Жизнь я положилъ на борьбу съ Тобою и на служеніе злу»... Не
даромъ мерещилось съ начала нашей эры, что когда-нибудь на-
станетъ «свѣто-преставленіе», т. е. «.переставленіе (источниковъ)
свѣта», истины. В. Р—въ.
5 — В. В. Розанов
122 УЧЕНІЕ СОДОМЛЯНЪ О СУПРУЖЕСТВѢ
человѣчествах). Въ этомъ именно фактическомъ содер-
жаніи брака и заключается все его дѣйствительное
значеніе для естественнаго человѣка, и внѣ этого зна-
ченія бракъ лишенъ для него всякаго смысла.
«Но если одного органическаго начала и одного
самой природой осуществляемаго значенія брака было
бы вполнѣ довольно для человѣка, какъ живого орга-
низма, чтобы онъ могъ вступать въ бракъ, то для чело-
вѣка новой духовности это явилось уже недостаточнымъ.
Особенно эта недостаточность ощутилась въ сознаніи
христіанскихъ народовъ, и побудила ихъ стремиться
измѣнить самую физическую природу дѣйствительной
основы всякаго брака—родового акта. Они начали оты-
скивать и выдвигать на первое мѣсто все то, что такъ
или иначе можетъ обнаружить въ содержаніи брачной
жизни идеально нравственную природу личности и, на-
оборотъ, — подавитъ то, что свидѣтельствуетъ о чело-
вѣкѣ какъ грубомъ, чувственномъ животномъ. Въ част-
ности, въ качествѣ истиннаго содержанія этой новой
жизни человѣка, указывается преимущественно на лю-
бовь супруговъ, которую и выставляютъ какъ необхо-
димое условіе всякаго нормальнаго брака. Вмѣстѣ съ
тѣмъ значительно умаляется въ собственныхъ глазахъ
супруговъ самостоятельное значеніе физическаго обще-
нія ихъ, и даже наивно мечтаютъ свести въ будущемъ
это отправленіе организма если не на положительное
«нѣтъ», то, по крайней мѣрѣ, поставить по. отношенію
къ нему самого человѣка какъ бы въ страдательное,
*) Вотъ сказалъ-же истину: «мы отрицаемъ полезное и необ-
ходимое для существованія человѣчества», «мы враги человѣка и
человѣчества». Если-бы такъ точно говорили, споръ давно былъ
бы оконченъ. В. Р—въ.
УЧЕНІЕ СОДОМЛЯНЪ О СУПРУЖЕСТВѢ 123
неизбѣжное для него положеніе1).—И, поистинѣ, стран-
но: люди какъ будто никакъ не хотятъ понять, что все
это весьма прекрасное, высокое само по себѣ и цѣнное
въ жизни человѣка, относится вовсе не къ самому су-
ществу брака, не къ его матеріальной органической
основѣ, которую хотятъ измѣнить, а имѣетъ всегда въ
виду только извѣстное содержаніе возникшей новой
брачной жизни супруговъ. А потому, если здѣсь и про-
исходитъ какое-либо измѣненіе по отношенію къ основѣ
брака, то исключительно чисто внѣшнее, — именно со
стороны отношенія къ нему человѣка, какъ нравствен-
наго существа, а не просто какъ живого организма.
Самъ же по себѣ бракъ, по всему своему фактическому
содержанію—какъ всегда и раньше, такъ и теперь —
остается по прежнему исключительно матеріаленъ.
Совершенно вѣрно, что человѣкъ можетъ, конечно до
нѣкоторЪй степени, умалить для себя значеніе физиче-
скаго общенія, но изъ этого вовсе не слѣдуетъ еще
того, чтобы вся основа брака—родовой актъ—въ суще-
ствѣ своей природы необходимо тотчасъ же измѣни-
лась. И совершенно справедливо то мнѣніе, что содер-
жаніе брачной жизни всегда можетъ быть поставлено
каждымъ человѣкомъ на нравственныя начала жизни,
но совершенно ложна та надежда, что будто бы отсюда
должно неизбѣжно измѣниться и все фактическое отно-
г) Каково чудовищное давленіе содоміи! давленіе на совер-
шенно уже нормальный бракъ, на совершенно нормальныхъ су-
пруговъ! «Пріятно» и «есть чудесный фокусъ всей живой физиче-
ской природы»: коему мы ѵ.насчастно подчинены», закономъ «.неиз-
бѣжности обречены исполнять его»!!! О, духовно-содомская циви-
лизація: и она смѣетъ свой паѳосъ возводить въ законъ! въ «нрав-
ственное правило»! въ «нравственность и святость», наконецъ!
В. Р—въ.
5 *
124 УЧЕНІЕ СОДОМЛЯНЪ О СУПРУЖЕСТВА
шеніе брада къ нравственному началу природы чело-
вѣка. Супруги только могутъ выработать себѣ извѣст-
ный идеалъ своихъ нравственныхъ отношеній другъ къ
ДРУГУ» къ дѣтямъ, вообще къ окружающимъ ихъ лю-
дямъ, но перемѣнить фактическое содержаніе брака и
его фактическое значеніе для нравственнаго начала —
это не въ ихъ власти, какъ и вообще ни въ чьей вла-
сти. Само подобное ожиданіе будетъ точно такъ же
наивно, какъ то, если-бъ люди, измѣняя, улучшая налич-
ное содержаніе соціальной жизни человѣка, черезъ то
самое надѣялись въ существѣ измѣнить и самый орга-
низмъ человѣка, какъ единственно реальную основу
всего соціальнаго строя жизни, такъ что въ концѣ
всего соціальнаго развитія организмъ человѣка могъ-бы
обходиться, напр., совсѣмъ безъ пищи. Но, очевидно, что
всѣ таковыя надежды могутъ существовать только въ
мышленіи человѣка, а достигнуть ихъ практическаго
осуществленія возможно не иначе, какъ въ разстроен-
номъ воображеніи самого же человѣка. Но если люди
часто упорно не хотятъ понимать и различать всего
этого сами добровольно, то тогда ихъ заставитъ и
дѣйствительно заставляетъ принять истину о бракѣ
жестокая въ этомъ случаѣ правда дѣйствительной жизни.
Эта правда дѣйствительности, а не воображенія, всякій
разъ каждому индивидуальному сознанію черезъ горь-
кій опытъ собственной его жизни опредѣленно и рѣши-
тельно показываетъ, что никто и ничто не измѣнитъ
реальной органической основы брака.
«Сколько бы люди ни фантазировали и ни идеали-
зировали относительно условій возможности существо-
ванія брака въ будущемъ, въ частности сколько бы ни
возвышали нравственное содержаніе брачной жизни —
они все-таки съ роковой неизбѣжностью именно горь-
УЧЕНІЕ СОДОМЛЯНЪ О СУПРУЖЕСТВѢ 125
Кимъ своимъ опытомъ всякій разъ будутъ вынуждены
всегда признавать одно: что бракъ фактическимъ сво-
имъ содержаніемъ, внѣ какихъ-либо условныхъ цѣлей—
всецѣло покоится на одномъ матеріальномъ началѣ. И
самая любовь супруговъ, которая выставляется въ ка-
чествѣ истиннаго< мотива къ браку и истиннаго его со-
держанія, и которая вытекаетъ непосредственно изъ
привязанности, расположенности одного лица къ дру-
гому, есть ничто иное, какъ въ точномъ смыслѣ инди-
видуализированное органическое же влеченіе, или, лучше,
она есть просто опоэтизированная половая страсть.
Идеализируя бракъ, она представляетъ его для чело-
вѣка не въ дѣйствительномъ его видѣ и значеніи:
это безусловно должно отразиться однимъ вредомъ
какъ на внутренней жизни самихъ супруговъ, такъ и
на всемъ историческомъ теченіи жизни. Это хорошо и
подтверждаютъ многіе литературные типы, которые въ
большинствѣ случаевъ оказываются совершенно неспо-
собными къ жизни именно потому, что слишкомъ да-
леко ушли въ своихъ мечтахъ отъ дѣйствительной правды
и приняли миражъ любви за истинную любовь. Послѣд-
няя нисколько не нуждается собственно въ бракѣ
своей реализаціи, и могла бы остаться въ формѣ со-
дружества, знакомства, духовной связи. Ибо истинная
идеальная любовь вытекаетъ не изъ привязанности или
расположенія лица къ другому, а изъ нравственнаго
самоопредѣленія человѣка дѣйствовать именно такъ, а
не иначе, и имѣть своимъ предметомъ не одно или
нѣсколько лицъ, а всѣхъ людей—безъ различія и при
всѣхъ условіяхъ ихъ жизни. Мало этого, идеальная лю-
бовь даже никогда и не можетъ создать никакого
брака, ибо она имѣетъ своимъ основаніемъ-источникомъ
то самое высшее нравственное начало природы человѣка,
126 СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ»
которое фактически въ корнѣ отрицается всѣмъ содер-
жаніемъ бракаг).
Замѣчательное 2 *) и достойное глубокаго вниманія
явленіе, что когда люди хотятъ показать самое тяже-
лое преступленіе человѣка противъ себя же самого, какъ
нравственной личности, то они обыкновенно такое пре-
ступленіе пріурочиваютъ къ акту полового общенія,
т. е. къ тому, что по природѣ своей представляетъ со-
вершенно естественное отправленіе физическаго живого
организма. И психологически такое понятіе оказывается1
вполнѣ вѣрнымъ, ибо позоръ преступленія этого отпра-
вленія дѣйствительно бываетъ для личности самымъ
тяжелымъ, и, что особенно важно, не совнѣ налагается
на человѣка, а износится человѣкомъ изъ-нутри же са-
мого себя8). Если же къ этому часто прибавляется
еще жестокая кара со стороны общества 4 * * *), то она
*) Типичное разсужденіе дѣво-мужнины: какъ они восторженно
любятъ, въ тоже время гнушаясь всѣмъ половымъ! Читатель, отвернувъ
назадъ нѣсколько страницъ, прочтетъ медицинскіе примѣры этого
которыхъ я взялъ малую крупицу. В. Р—въ.
а) Отсюда начинается «святое святыхъ» духовныхъ содо-
млянъ, отъ Платона до нашего времени: «грѣхъі преступленіе!»
Точь-въ-точь это то ощущеніе къ нашему, какое всемірно у и«сг
существуетъ къ ихнему, «противоестественно! грѣхъ, беззаконіе!»
Ну, кто же можетъ перешагнуть черезъ свою организацію: труд-
нѣе, чѣмъ перепрыгнуть черезъ свою тѣнь! В. Р—въ.
8) Здѣсь вездѣ вмѣсто «нравственная личность» надо читать
«наша содомско-дѣвственная природа». Я тоже нравственный че-
ловѣкъ: но отъ юности, отъ 17 лѣтъ, когда впервые совершилъ
этотъ актъ, и затѣмъ въ двухъ супружествахъ, какъ и въ актахъ
(немногихъ) внѣ супружества, не чувствовалъ ни малѣйшаго угры-
зенія совѣсти, никакого грѣха, ничего позорнаго! Просто, не могу
этого понять. В. Р—въ.
*) То-то: вотъ происхожденіе дѣтоубійства у христіанъ! Изъ
СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ» 127
можетъ служить здѣсь только подтвержденіемъ спра-
ведливости г) личнаго собственнаго суда человѣка надъ
самимъ собою. Между тѣмъ на первый взглядъ въ
высшей степени странна какая бы то ни была возмож-
ность самаго появленія у человѣка мысли, что имъ
совершается здѣсь какое-то преступленіе, или вообще
что-то такое недолжное для него: потому что родовой
актъ, при совершенной своей естественности, даже
можно сказать иногда нѣкотораго рода потребности
физическаго организма2 * * * * *), есть въ тоже время дѣло
чисто интимное, личное. Оно совершается всегда тайно,
скрытно, а слѣдовательно какъ по отношенію къ себѣ
никакого чужого вмѣшательства не допускаетъ, такъ и
само въ свою очередь ничьихъ чужихъ интересовъ не-
посредственно не затрагиваетъ8). И отъ такого созна-
безсѣменности, изъ муже-дѣвства. Авторъ, очевидно, имѣетъ въ
виду не вѣнчаныя сожитія и рождающихся отъ нихъ дѣтей.
Кратко и рѣзко: каждый «духовный отецъ» за недоданные ему
(за вѣнчаніе) 25 рублей повелѣваетъ несчастной матери умертвить
своего ребенка, и заставляетъ общество заставитъ ее привести въ
исполненіе свою волю. В. Р—въ.
*) «Справедливости»... Справедливо дѣтоубійство! О, какая
правда, что на такихъ, какъ вы, когда-то былъ просыпанъ сѣр-
ный огонь съ неба. В. Р—въ.
а) Слышите признаніе содомлянина: шноіда нѣкотораго рода по-
требности организма», и то съ убавкою: «можно сказать даже»...
Просто онъ не вѣритъ, что это всѣхъ насъ потребность, и описы-
ваетъ родовой актъ какъ (ему) неоткрытую Америку. В. Р—въ.
8) Вотъ! какую-же надо имѣть подлость, какой грѣхъ въ себѣ
носить, какое злодѣяніе, чтобы осудить этотъ «никого не касаю-
щійся актъ и никого не затрагивающаго» младенца отъ него! Но
проклятые содомляне, содомляне юриспруденціи и содомляне клира,
пустили борзыхъ собакъ, чтобы растерзать этихъ невиннѣйшихъ
дѣвушекъ и невинныхъ дѣтей! О, до чего глупо сюсюкалъ До-
стоевскій о помѣщикѣ, затравившемъ собаками мальчика: какъ-
128 СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ»
нія человѣкомъ преступности родового акта ничуть не
спасаетъ его ни гражданскій институтъ брака, ни даже
церковное таинство брака: они только ограждаютъ чело-
вѣка отъ покора передъ людьми, но не спасаютъ и не
могутъ спасти человѣка отъ покора передъ самимъ со-
бою, какъ нравственной личностью *). Въ законномъ супру-
жествѣ нѣтъ только юридическаго суда общества, ибо
юридическая правда здѣсь вполнѣ удовлетворена; и
потому возмущенный матеріальнымъ процессомъ поло-
выхъ отправленій нравственный духъ человѣка зна-
чительно умиротворяется, но только именно умиротво-
ряется, нравственныя же мученія личности въ формѣ
стыда все равно, какъ и внѣ брака, сопровождаютъ и
теперь каждый родовой актъ общенія. Собственно при
законномъ супружествѣ въ сознаніи каждаго чело-
вѣка происходитъ совершенно тождественное тому, что
долженъ былъ бы переживать каждый солдатъ, убиваю-
щій непріятеля на войнѣ* 2): вѣдь сознаніе солдата, что
онъ убиваетъ людей ради защиты своей родины, или
защищая добро, вовсе не уничтожаетъ въ немъ нрав-
ственнаго сознанія того, что онъ все-таки совершаетъ
преступленіе, ибо убиваетъ человѣка—личность; и что
будто все населеніе Воспитательнаго Дома въ благочестивой
Москвѣ—не есть «затравленныя собаками дѣти», но только соба-
ками, выпущенными не отъ помѣщика и не со псарни, а изь
подъ золотыхъ маковокъ Москвы и отъ духовныхъ нашихъ отцовъ.
Д. Р -въ.
2) Вотъ! «И при церковномъ таинствѣ — позоръ». Что-жъ это
«таинство» дѣлаетъ и для чего оно нужно?! В. Р—въ.
2) Договорился: совокупиться («интимный, никого не касаю-
щійся актъ»)—тоже что убитъ (другого! отца чьего-то, сына, мужа!).
Нѣтъ, на головы этихъ содомитовъ конечно надо изливать сѣрный
огонь. В. Р—въ.
СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ» 129
гораздо лучше было бы, если бы возможно было со-
всѣмъ избѣжать этихъ кровопролитій. И никакіе выс-
шіе интересы, оправданія, не въ силахъ измѣнить «убій-
ство въ себѣ», т. е. сдѣлать его не убійствомъ, не пре-
ступленіемъ, а положительно добромъ. Точно также
никакія исполненія гражданскихъ постановленій отно-
сительно брачной жизни и никакія церковныя освяще-
нія брака никогда не въ силахъ измѣнить фактическаго
значенія физіологическаго акта брака для человѣка,
какъ нравственной личности. Самъ по себѣ родовой актъ
останется навсегда такимъ жеу какимъ онъ данъ и внѣ
законнаго супружества. А потому исполненіе его все
равно всегда будетъ вызывать у человѣка «стыдъ»,—
и не у отдѣльныхъ только личностей, а вообще у всѣхъ
людей. Какъ самый дикій человѣкъ, живущій исключи-
тельно матеріальными интересами жизни, такъ и самый
культурный, обосновывающій свою жизнь и дѣятель-
ность на высшихъ началахъ бытія, какъ развратникъ,
такъ и высоконравственная личность—всѣ безъ исклю-
ченія здѣсь уравниваются. Всѣ они одинаково—будутъ-
ли нѣкоторые состоять въ законномъ супружествѣ, а
другіе въ незаконномъ сожитіи, или предаваться тай-
нымъ порокамъ—безразлично всѣ скрываютъ это орга-
ническое отправленіе и стыдятся его, какъ недостой-
наго для себя дѣйствія. Наркотическія вещества упо-
требляются между прочимъ съ этою цѣлью — само-
забвенія нравственной личности, чтобы все происходило
болѣе нечувствительнымъ образомъ для нравственнаго
сознанія человѣка х). Вообще же нравственный стыдъ
’) То-то христіане напиваются до пьяна передъ совокупле-
ніемъ (разсказъ мнѣ о купцахъ въ Ельцѣ), и то-то у христіанъ
столько наслѣдственнаго алкоголизма! Все плоды «нравственнаго
130 СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ»
не уничтожается ни при какихъ условіяхъ родового
акта.—Ни тогда, когда онъ является въ видѣ допол-
ненія и реализаціи любви, ни въ томъ случаѣ, когда
процессъ его становится цѣлью самъ по себѣ, какъ
наслажденіе. Стыдъ одинаково присущъ обоимъ момен-
тамъ и тотчасъ слѣдуетъ за отправленіемъ, въ видѣ
реакціи на то нервное и психическое возбужденіе, ко-
торое предшествуетъ ему. И снова человѣкъ, какъ только
совершитъ этотъ позорный для него актъ, чувствуетъ
всѣмъ своимъ существомъ, что «онъ нагъ», и спѣшитъ
«прикрыть наготу свою», и старается «спрятать куда-либо
лицо свое отъ Бога», ходящаго въ нравственномъ сознаніи
человѣка. «И открылись глаза у нихъ обоихъ», въ мо-
ментъ грѣхопаденія, «и узнали, что наги они; и сорвали
листьевъ смоковницы и сдѣлали себѣ опоясаніе. И услы-
шали голосъ Предвѣчнаго Бога..., и скрылись человѣкъ
и жена его отъ лица Предвѣчнаго Бога среди деревьевъ
сада. И воззвалъ Предвѣчный Богъ къ человѣку и
сказалъ ему: «гдѣ ты?» И сказалъ (человѣкъ): «голосъ
Твой услышалъ я въ саду и убоялся, ибо нагъ я, и
скрылся». И сказалъ (Богъ): «кто возвѣстилъ тебѣ, что
ты нагъ?»... Вотъ слово Библіи. И въ моментъ грѣхо-
паденія въ глубинѣ каждой человѣческой души раз-
дается высшій голосъ, спрашивающій: «гдѣ ты? гдѣ
твое нравственное достоинство?» «человѣкъ — владыка
природы и образъ Божій,—существуешь ли ты еще?»
И тутъ же дается отвѣтъ: «я услышалъ Божественный
голосъ, и убоялся возбужденія и обнаруженія своей
закона личности». Да провалитесь вы съ вашей «нравственной
личностью», которая несетъ убійство, пьянство и развратъ! Сово-
купленіе всегда должно быть въ трезвомъ видѣ и при пустомъ желудкѣ,
т. е. не ранѣе 2-хъ часовъ послѣ ѣды. Въ другомъ видѣ совер-
шать его безнравственно. В. Р—въ.
СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ» 131
низшей природы: я стыжусь, слѣдовательно существую,
не физически только существую, но и нравственно;—я
стыжусь своей животности, слѣдовательно я еще суще-
ствую, какъ человѣкъ» *).
«Вступающіе въ бракъ безусловно хотятъ, конечно,
смотрѣть на себя, какъ на высшія существа, подобно
тому, какъ прародители, вкушая отъ запрещеннаго
древа, черезъ то самое думали пріобрѣсти себѣ всевѣ-
дѣніе Бога. Но въ дѣйствительности оказывается, что
какъ тѣ, такъ и другіе находятъ въ себѣ только одну
физическую природу животныхъ, и вслѣдствіе этого у
нихъ тотчасъ же открываются глаза и «узнаютъ, что они
наги», и спѣшатъ «прикрыть наготу свою», желая этимъ
внѣшнимъ способомъ скрыть отъ себя обнаруженное
ими теперь свое несомнѣнное родство со всѣмъ осталь-
нымъ животнымъ міромъ, ибо физическая нагота только
можетъ увеличить тяжесть ихъ обманутаго ожиданія и
черезъ то усиливать ихъ душевную муку. Стыдъ охва-
тываетъ всего человѣка, и онъ уже не смѣетъ откры-
тыми глазами взглянуть въ лицо другого человѣка,
хотя бы и своего сообщника, и потому они прячутъ
свои взоры даже другъ отъ друга,—избѣгая смотрѣть
г) Авторъ хитритъ, притворяясь незнающимъ, что сопутство-
вавшія грѣхопаденію слова и дѣйствія никакой связи съ родо-
вымъ актомъ не имѣли. Адамъ и Ева застыдились еще не сово-
купившись, дѣвственные] Но вотъ что надо замѣтить: пожалуй, кро-
шечная застѣнчивость (не стыдъ, не «грѣхъ») и появляются по
окончаніи акта, рѣшительно и абсолютно отсутствуя въ теченіе
его и передъ нимъ. Что же означаетъ застѣнчивость послѣ"? Есте-
ственную жажду покоя, составную часть котораго составляетъ
скрытость, неосязаемость и невидимость. «Отдохни, усни» въ от-
ношеніи половыхъ органовъ,—и только. Сами-же супруги послѣ
этого пожимаютъ другъ другу руку, или ласково проводятъ ру-
кой по щекѣ, или крестятъ другъ друга. В. Р—въ.
132 СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ»
другъ на друга1), и тотчасъ становятся другъ другу въ
тягость 2 *). Въ тягость дѣлаются имъ теперь и всѣ другія
лица8), отъ которыхъ они спѣшатъ тоже укрыться,чтобы
не узнали объ ихъ паденіи, ибо во взорахъ каждаго чело-
вѣка 4 * * *) они слышатъ тотъ же голосъ Бога (нравственнаго
2) Что за низкое подозрѣніе! ничего подобнаго не- бываетъ.
В. Р—въ.
2) Что за клевета на бракъ. О, психика содомства! В. Р—въ.
8) Клевета, клевета! Напротивъ, всѣ радуются, поздравляютъ,
новобрачные дѣлаютъ визиты, т. е. всѣхъ хотятъ видѣть, и сознаютъ,
что ихъ также всѣ другіе люди желаютъ видѣть. Поэзія новобрачія
(первыхъ и естественно частыхъ совокупленій) и обычаи новобрачія
трогательны и всемірны; и, конечно, говорятъ совершенно обрат-
ное изложенному содомскому ощущенію! Какъ бы слѣдовало со-
брать эти лучшіе человѣческіе обычаи; для нихъ не нашлось ни
Кирѣевскаго, ни Рыбникова, ни Шейна! В. Р—въ.
4) Года три назадъ въ «приложеніяхъ» къ «Новому Времени»
былъ напечатанъ разсказъ Вильде: въ немъ, въ первой же главѣ,
описывалось, какъ новобрачные ѣдутъ на пароходѣ,—и что <всѣ
пассажиры его старались чѣмъ-нибудь услужить имъ, быть имъ полез-
ными/» Вотъ правда! Я знаю родителей, которые, получивъ со-
общеніе о беременности замужней дочери,—сейчасъ писали по-
здравленіе зятю. Что же, упрекали они его, какъ за стыдное, за
совокупленіе, получившее результатъ? Или онъ имѣлъ причины
«убѣгать отъ лица Господа и отъ людей» за плодоносное совоку-
пленіе? Конечно, ничего подобнаго,все—напротивъ! Д. И. Менделѣевъ
волновался, тосковалъ и тревожился, пока его замужняя дочь не
забеременѣла. Да и весь родъ человѣческій такъ чувствуетъ, испыты-
ваетъ, говоритъ. Особенную и глубокую сторону родового акта со-
ставляетъ то, что онъ вовсе ждется духомъ человѣческимъ, серд-
цемъ человѣческимъ, воображеніемъ человѣческимъ, гаданіемъ
человѣческимъ не для себя одного (соііиз а<1 ше), но и для ближ-
нихъ, родныхъ, сосѣдей, отдаленно—для всѣхъ, или, ласкательнѣе,
«для всѣхъ-быъ', Богомъ же онъ восхотѣлся и потому «благосло-
вился» для всѣхъ высшихъ и лучшихъ его созданій, для всего
одушевленнаго міра! Вотъ—истина, и прямо ощущаемая, и изваян-
ная въ Библіи! Но посмотрите, съ какой настойчивостью и какъ
СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ» 133
сознанія). Вмѣстѣ съ тѣмъ, каждый изъ сообщниковъ родо-
вого акта, если только онинеимѣли въ виду грубаго физи-
ческаго наслажденія, но внесли въ него хотя небольшую
долю чистоты своей нравственной личности, тотчасъ же по
совершеніи его теряютъ все то уваженіе и благоговѣніе,
какимъ раньше они были проникнуты другъ къ другу х).
Это тяжелое чувство стыда ощутительно и продолжается
цѣлые дни, мѣсяцы и даже годы2), и много надо чело-
вѣку усилій, чтобы привыкнуть къ этому отправленію
организма; однако, совершенно безразличнаго отношенія
увѣренно содомиты-дѣвы проводятъ свое извращенное вранье о
дѣлѣ, фактически имъ вовсе неизвѣстномъ! Точь-въ-точь, какъ увѣ-
ренно «духовные отцы», древнихъ временъ и нынѣшнихъ, тоже
проводили эту несчастную мысль, и, наконецъ, вдолбили ее несчаст-
ному человѣчеству! В. Р—въ.
Что за подлая мысль: «благоговѣніе и уваженіе» (очень точ-
ныя слова) увеличиваются послѣ этого! Читай трогательное письмо
г-жи Гончаровой, вышедшей замужъ за Дантеса, въ мѣсяцы ея
беременности, къ мужу. Это благородно и нѣжно, какъ сонеты
Петрарки къ Лаурѣ. Характерное одно слово я услыхалъ отъ
простолюдинки, которую скорѣе растлилъ, чѣмъ соблазнилъ, купе-
ческій сынокъ:- «Меня подруги уговаривали, ему отдаться, но я не
хотѣла, потому что онъ былъ мнѣ противенъ. Я ненавидѣла его
(слова буквальны). А когда случилось и онъ сдѣлалъ со мной,—то
потомъ я за нимъ бѣгала». ЕЙ въ эту пору было 15 лѣтъ. Вотъ
факты: да и всякій бракъ распадался бы черезъ годъ-два, если
бы половой актъ не связывалъ мужчину и женщину взаимнымъ
«благоговѣніемъ и уваженіемъ», сейчасъ же сказывающимся на
пятый-седьмой-десятый день. В. Р—въ.
а) См. выше факты изъ Крафтъ-Эбинга о самоощущеніяхъ со-
домитовъ въ бракѣ: эти самыя признанія и они дѣлаютъ! Не нужно
дополнять и говорить читателю, что бракъ вовсе исчезъ бы съ
лица земли при этомъ «многолѣтнемъ стыдѣ» супруговъ отъ сво-
его совокупленія. Да повѣрьте-же, г.г. содомиты, пожалуйста по-
вѣрьте, что рѣшительно ничего подобнаго и ни съ кѣмъ не бываетъ,—
кромѣ однихъ васъ. В. Р—въ.
134 СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ»
къ нему онъ никогда не достигаетъ. Послѣднее, собствен-
но, и невозможно для человѣка по самой его природѣх),
какъ нравственной личности, и по самой природѣ родо-
вого акта, какъ чисто животно-органическаго отправле-
нія, которое въ самомъ своемъ процессѣ является не
только отрицаніемъ, но и даже, пожалуй, временнымъ
убійствомъ нравственнаго начала личности; ибо нрав-
ственная личность человѣка совершенно теряетъ себя
здѣсь, въ высшей степени чувственномъ матеріальномъ
процессѣ органической природы! Человѣкъ добровольно
сходитъ здѣсь съ трона своей божественности, и погру-
жается и даже положительно отождествляется съ слѣ-
пой неразумной матеріей* 2); и, вслѣдствіе этого, неиз-
бѣжно теряетъ въ себѣ образъ Бога, нравственное
начало своей природы,—и какъ бы дѣлается исключи-
тельно просто физическою живою вещью міра. Это
безусловно справедливо, что образъ Божій въ человѣкѣ,
который состоитъ въ свободѣ и разумности3), а выра-
жается во всегдашней активной дѣятельности—въ осу-
ществленіи человѣкомъ себя, какъ нравственной лич-
сти,—здѣсь, въ родовомъ актѣ, во время страсти, уничто-
жается. Въ родовомъ актѣ личность поглощается орга-
ническимъ процессомъ, и происходитъ сліяніе лично-
сти человѣка съ стихійными началами природы4). И
’) Прямо—крикъ природы содомской! «Нѣтъ! невозможно! не
вѣрю!» В. Р—въ.
2) То-то и хорошо: дѣлается какъ цвѣтокъ, дерево и звѣзда,
какъ ягненокъ или кроткій телецъ. Чего же тутъ стыдиться?! Даже
I. Христа католики символизируютъ въ видѣ ягненка, а мы Свя-
того Духа—въ видѣ голубя. В. Р—въ.
8) «Свободна и разумна» алгебра: но образъ Божій не похожъ
на алгебру. В. Р—въ.
4) Какъ прекрасно! такъ же, какъ обоняніе цвѣтка, какъ вку-
шеніе отъ виноградной лозы, Какъ любованіе на звѣздное небо,—
СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ» 136
если вѣрно, что все высокое получаетъ свое начало изъ
идеальной природы личности, а злое заключается пре-
имущественно въ подчиненіи нравственной личности
матеріальнымъ началамъ жизни, то здѣсь, въ родовомъ
актѣ, зло торжествуетъ свою полную побѣду1). Бракъ
въ самой своей основѣ является центральнымъ пунктомъ
всей борьбы2) между чисто-матеріальными грубыми
интересами жизни, плотью, и идеальными запросами и
стремленіями нравственной личности человѣка; и нигдѣ
еще нравственная личность человѣка не можетъ совер-
шить столь глубокаго акта своего паденія3). И потому-
то именно съ половымъ актомъ связано непосредствен-
ное чувство стыда, какъ реакціи духовнаго начала про-
тивъ ея порабощенія и приниженія со стороны живот-
ной матеріи. Это чувство стыда есть ничто иное, какъ
отрицательное отношеніе нравственной личности къ по-
рабощенію ея матеріальнымъ началамъ. Человѣку стыд-
но подчиняться матеріальному влеченію организма,
ему стыдно быть тождественному простому живот-
но только глубже и внутреннее. Все, все, что сказалъ Лермонтовъ
въ стихотвореніи «Когда волнуется желтѣющая нива»—все это
дѣйствіе на душу цѣлостной природы повторяется, но глубже, въ
дѣйствіи на человѣка родового акта и его сопутствающихъ об-
стоятельствъ, любви и семьи. Да и понятно, ибо актъ этотъ есть
узелъ природы. В. Р—въ.
х) Какое безуміе! В. Р—въ.
2) Напротивъ, центромъ гармоніи^ Родовой актъ есть столько
Же матеріальный (сѣмя, яйцо), сколько и духовный (сѣмя съ ду-
шою въ себѣ, яйцо съ душою въ себѣ, съ талантомъ, съ геніемъ!).
Въ родовомъ актѣ увѣнчивается любовь, и онъ есть первый ка-
мень хозяйства, дома, экономки. Чудное и святое соединеніе муж-
чины и женщины! В. Р—въ.
3) Безуміе и богохульство! Вотъ гдѣ и какъ подрывается Вет-
хій Завѣтъ. В. Р—въ.
136 СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ»
ному *). Сама по себѣ животная матерія не можетъ быть
зломъ, какъ не можетъ быть и добромъ: она именно без-
различна съ точки зрѣнія чистой нравственности. А по-
тому и сходство человѣка со всѣмъ остальнымъ живот-
нымъ міромъ, которое всегда было очевидно для него,—
ничуть не могло бы само по себѣ служить къ уничтоже-
нію человѣческаго достоинства. Сознаніе своего сходства
съ животными, какъ въ различныхъ отправленіяхъ орга-
низма, такъ и вообще въ наличныхъ условіяхъ физиче-
ской жизни, всегда, конечно, присуще человѣку. Однако
это сознаніе никогда не можетъ оскорблять человѣка, и
именно потому, что все то, въ чемъ, собственно, по
самой природѣ заключается сходство человѣка съ жи-
вотными, представляетъ изъ себя ничто иное, какъ
только необходимыя условія для существованія чело-
вѣка, какъ нравственной личности* 2). И человѣкъ, не-
смотря на свое очевиднѣйшее внѣшнее сходство по
конструкціи своего организма со всѣмъ животнымъ
царствомъ, тѣмъ не менѣе все-таки въ то же самое
время всегда сознаетъ себя стоящимъ несравненно выше
животнаго міра и совершенно даже отличнымъ отъ
него: ибо онъ одинъ, будучи нравственною личностью,
можетъ властвовать надъ стихійной частью своей при-
роды. Вотъ эта грань, которая лежитъ между человѣ-
комъ и животнымъ, и уничтожается въ родовомъ актѣ,
гдѣ человѣкъ не только не осуществляетъ себя, какъ
особое идеальное начало въ мірѣ, а, наоборотъ, стано-
вится совершенно на противоположную сторону: онъ
*) Добавляйте: «стыдно человѣку дышать—стыдно, что у него
есть кровообращеніеъ. В. Р—въ.
2) Очень все точно и разумно. Но, по-истинѣ, и въ фунтѣ земли
или песку уже есть добро,—ибо, какъ сказалъ какой-то схоластикъ,
«нѣтъ ничего прискорбнѣе небытія». В. Р—въ.
СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ» 137
утверждаетъ себя — какъ животное, подобное всѣмъ
прочимъ животнымъ1). И у человѣка теперь, вмѣсто
прежняго сознанія возможности своего превосходства
предъ животнымъ, возникаетъ мысль уже о своемъ
положительно осуществившемся духовномъ родствѣ съ
животнымъ царствомъ2). Раньше это родство только
мыслилось, или заключалось какъ бы въ потенціи.
Теперь же человѣкъ реализировалъ его, и именно чрезъ
ощутительную для него потерю своей разумности въ
страсти полового акта, а чрезъ эту потерю своей разум-
ности—и въ фактическомъ отождествленіи себя со всѣмъ
остальнымъ неразумнымъ животнымъ міромъ. Переве-
денное при посредствѣ полового общенія изъ потенціи
въ дѣйствительность, родство человѣка съ животнымъ
міромъ и даетъ о себѣ знать самымъ чувствительнѣй-
шимъ образомъ въ фактѣ стыда, какъ о явленіи недо-
стойномъ человѣка и не должномъ бытъ. Человѣку те-
перь стыдно не за свое просто внѣшнее сходство съ
животнымъ міромъ, а за положительное родство съ
нимъ. Стыдъ, сопровождающій всякій разъ родовой
*) И хорошо. Хорошо уже потому, что смиренно. Авторъ кри-
читъ: «нравственная личность! нравственная личность!», но вѣдь
она сама—изъ нервовъ и мозга, а мозгъ и нервы—отъ звѣздъ, отъ
стихій; и, словомъ, Космосъ есть великая утроба, въ которой и изъ
которой родилась «нравственная личность». Все связано «шестью
днями творенія». Да и, затѣмъ, у какого разбойника нѣтъ «нрав-
ственной личности»: ибо онъ и разбойникомъ могъ стать по «нрав-
ственной свободѣ» въ себѣ, по сей «божественной, одному человѣку
присущей, свободѣ». Чтб-же, авторъ прикажетъ мнѣ больше лю-
бить мазуриковъ и шулеровъ, чѣмъ овецъ, козъ и коровъ? Да ни-
когда! В. Р—въ.
2) Тутъ только поэзія. Не понимаю, зачѣмъ автору выходитъ
изъ природы? Этою-то онъ нигдѣ и не доказываетъ, а потому только
стучитъ словами. В. Р—въ.
138 СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ»
актъ, яснымъ образомъ показываетъ человѣку, что хотя
онъ сходенъ въ своей жизни, какъ организмъ, со всѣми
животными организмами природы, однако никогда не
долженъ дѣлать этого сходства положительнымъ род-
ствомъ, а, наоборотъ, долженъ строить свою жизнь на
началахъ себя какъ нравственной личности. Человѣкъ
не просто животный организмъ, но плюсъ еще нѣчто
другое, высшее содержаніе, образъ Богах) и если чело-
вѣкъ отдаетъ себя во власть матеріальнаго процесса,
природы, то и это высшее его начало смѣшивается съ
нимъ и какъ бы уничтожается. Думать же, что поло-
вой актъ можно хотя бы чрезъ милліонъ лѣтъ одухо-
творить * 2), сдѣлать не плотскимъ, а проявленіемъ выс-
шаго начала въ человѣкѣ, возможно только въ наив-
ной фантазіи человѣка.
«Человѣку хочется вѣрить, что нравственный стыдъ,
обнаруживаемый въ актѣ супружескаго сожительства,
зависитъ вовсе не отъ природы его, а отъ того психи-
’) Все это—забвеніе, что тамъ же, гдѣ сказано объ «образѣ и
подобіи Божіемъ», сказано и «оплодотворяйтесь, размножайтесь».
Несчастная книжность, несчастная интеллигентность сдѣлала тд,
что человѣкъ мыслитъ себя «подобіемъ Божіимъ», когда строчитъ
газетную статью или брошюру, а не когда носитъ на рукахъ
больного ребенка, не когда мать кормитъ его грудью, не когда
родители зачинаютъ его. Проклятое скопчество, родитель сухой
и суетной интеллигентности. Нѣтъ, явно надо перемѣнить всѣ мо-
тивы религіозности, всю мотивировку отношеній къ Богу и связи
съ Нимъ. Б. Р—въ.
2) Да онъ вполнѣ духовенъ и сейчасъ: половой актъ рождаетъ
изъ себя море мысли и воображенія (младенца съ душою), и оно-
же, т. е. воображеніе и мысль, обволакиваетъ этотъ актъ -въ поэзіи,
между тѣмъ какъ физическій глазъ и физическое слово (голосъ) не
смѣютъ его коснуться. Совокупленіе есть наиболѣе духовный
актъ,—не то что пошлая, базарная политика. Б. Р—въ.
СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ» 139
ческаго настроенія человѣка, съ которымъ онъ отно-
сится къ браку. Въ силу такого хотѣнія человѣкъ
надѣется, что съ теченіемъ времени люди настолько
внутренне-нравственно возвысятся, что уже никакого
стыда супружескихъ общеній тогда быть не можетъ, а
слѣдовательно прекратится и та нравственная мука са-
михъ супруговъ, которая необходимо связана съ этимъ
стыдомъх). Въ частности, самъ по себѣ актъ сожи-
тельства, согласно этимъ мечтаніямъ человѣка, долженъ,
съ теченіемъ времени, если ужъ не превратиться въ
какое-то таинство, отъ выполненія котораго человѣкъ
будетъ получать только одно чувство глубокаго нрав-
ственнаго удовлетворенія, то, во всякомъ случаѣ, по
отношенію къ родовому акту супруги станутъ въ пол-
ное безразличіе его для нихъ, какъ нравственныхъ-лич-
ностей, и онъ будетъ совершаться, въ крайнемъ слу-
чаѣ, точно такимъ-же образомъ, какъ напр. совершается
пищевареніе въ желудкѣ 2). Однако осуществленіе по-
Содомскія мечты, намъ вовсе ненужныя. И теперь во всѣхъ
своихъ составныхъ частяхъ актъ этотъ прекрасенъ. Чтобы его сдѣ-
лать привлекательнымъ для человѣка, ради обезпеченія размно-
женія, природа и ея Создатель соединили въ немъ все самое луч-
шее, какъ разнообразно прекрасное соединено и въ цвѣтахъ ра-
стеній. Что онъ для всѣхъ, кромѣ шадешоізеііез въ сюртукахъ, пре-
красенъ, видно изъ воображенія человѣческаго, которое его лю-
битъ и представляетъ не въ другомъ, нежели какъ онъ существуетъ)
видѣ,—не трансформируетъ его, а беретъ въ реальности. Онъ бы
никогда не воображался, не мечтался, если бы хоть въ какой ни-
будь части былъ дуренъ, отталкивающъ. И въ этомъ направленіи
единственное «нравственное совершенство» должно заключаться
въ томъ, чтобы не лгать болѣе, а сказать ту правду, какую всякій
носитъ въ себѣ. В. Р—въ.
2) Какое гадкое сравненіе: кто же мечтаетъ или воображаетъ
о кишкахъ и ихъ движеніи? Между тѣмъ, благородные и изящные
140 СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ»
добной, хотя и благородной, надежды человѣка воз-
можно лишь въ построеніяхъ богатой, фантазіи самого
человѣка, и ни коимъ образомъ не въ дѣйствительной
жизни. Супружеское физическое единеніе, до какого бы
минимума мы ни доводили его чувственную сторону1)
для себя, всегда необходимо требуетъ и будетъ тре-
бовать для возможности своего осуществленія высшаго
подъема животнаго начала, и, обязательно, на счетъ при-
ниженія жизнедѣятельности духа—нравственнаго на-
чала2). Мало этого, оно всегда требуетъ для своего осуще-
греки въ религіозныхъ процессіяхъ носили изображеніе небольшой
фигурки мальчика съ очень большимъ органомъ, который несшая
его жрица приводила въ движеніе, поднимала (Геродотъ). Имѣли
же греки вкусъ и эстетику? В. Р—въ.
3) Ну, вотъ, договорился: «импотентный бракъ есть нашъ
идеалъ»; «наилучшій бракъ есть тотъ, въ коемъ супруги не хо-
тятъ другъ друга, гдѣ чувственность отсутствуетъ». Но медицина под-
стерегаетъ философа-моралиста, и съ хохотомомъ комментируетъ
«да это и бываетъ—у содомлянъ! Они не хотятъ или почти не хо-
тятъ другого супруга». Я же говорю, что весь этотъ «идеалъ нрав-
ственнаго супружества» коренится въ ямѣ Содома. Побочно сдѣ-
лаемъ замѣтку, что на этомъ-то содомо-дѣвственномъ идеалѣ
брака коренится и европейская теорія развода: «они не живутъ
другъ съ другомъ, жена сбѣжала отъ мужа, мужъ кинулъ жену»,—
жалуется міръ. «Тѣмъ лучше*, отвѣчаетъ Содомъ: «ибо они теперь
не совокупляются*. Или: «они ненавидятъ друга друга, дерутся».—
«И отлично», успокаивается въ душѣ содомитъ: «если дерутся—
значитъ не совокупляются, а совершенствуютъ въ себѣ нравственную
личность». В. Р—въ.
а) Изображенія,—сперва, въ видѣ опыта, животныхъ, а затѣмъ
И человѣка,—въ этомъ сліяніи должны составить одну изъ важныхъ
проблемъ искусства. Рѣшительно, человѣкъ не бываетъ въ этомъ
сліяніи отталкивающъ: иначе нельзя понять глубокой, до гроба,
привязанности другъ къ другу супруговъ. Но у насъ встрѣчаю-
щіяся изображенія этого акта («порнографическія картинки») вбѣ
еп тавзе — гнусны, подлы, отвратительны до непереносимости для
СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ» 141
ствленія такого нервнаго органическаго возбужденія,
которое необходимо дблжно закончиться оскорбитель-
ной для личности потерей себя,—иначе говоря, оно
необходимо должно быть страстнымъ] и уничтожить
эту страсть въ родовомъ актѣ—значитъ уничтожить
весь актъ. А потому какой бы таинственностью, мистич-
ностью ни обставляли люди физическую сторону брака,
и какими бы благородными порывами души ни объ-
глаза. Почему это?! Только потому одному, что изображаемые —
всегда мужскіе и женскіе проституты и проститутки, — люди по-
слѣдняго и подлаго состоянія, люди сотворяющіе этотъ актъ безъ
нѣжности и любви, кощунники акта, а не праведники акта. Лѣтъ
12 назадъ мнѣ пришлось случайно видѣть и долго разсматривать,
въ одномъ дорогомъ изданіи, снимки рисунковъ въ атомъ поло-
женіи, снятыя со стѣнъ Помпеи: гдѣ изображенные—очевидно сі-
ѵез и таігопае. Прекрасныя и вдохновенныя лица ихъ—сча-
стливы невиннымъ счастьемъ, и все зрѣлище не включаетъ въ
себя ничего отталкивающаго, на что было-бы тяжело смотрѣть.
Я былъ пораженъ зрѣлищемъ, какъ чѣмъ-то совершенно новымъ
для себя и неожиданнымъ. Красоту здѣсь составляла невинность.
Вотъ передача невиннаго совокупленія, которое конечно есть, и безъ
него бракъ былъ-бы метафизически невозможенъ, оно составляетъ его
метафизическій корень, метафизическое основаніе (сравни проблему
Канта: «.какъ возможны синтетическія сужденія а-ргіогі» съ моею
проблемой: «.какъ возможны совокупленія безъ укора, стыдливости
и грѣха,—совокупленія какъ правда?»)—составитъ великую задачу
геніевъ кисти, рѣзца и музыки. Я думаю, первое придвиганіе
сюда заключалось бы въ собираніи эмпирическаго матерьяла.
При развитіи теперь фотографіи «для себя» возможно было-бы
юнымъ супругамъ сохранять на будущее, на старость, изображе-
нія своего счастья въ молодости,—въ ласкахъ, въ приближеніяхъ
къ акту, въ самомъ актѣ. Наивность, чистота и непосредствен-
ность этого іп Гасіо—передалась бы іп ітадіпет. Мы-бы стали
привыкать, мы-бы стали признавать, мы-бы перестали удивляться
невинному здѣсь. Мы-бы имѣли ітадіпез таігітопіае, когда (до
сихъ поръ) имѣемъ одни только ітадіпез ргозіііиіае. В. Р—въ.
142 СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ»
ясняли необходимость сожительства, все равно-—въ соб-
ственныхъ глазахъ самого человѣка родовой актъ на-
всегда останется недолжнымъ, ибо онъ, какъ всякая
другая страсть1), всегда совершается и можетъ совер-
шаться на счетъ приниженія моей свободно-разумной
нравственной личности. Думать-же, чтобы супруже-
скія отправленія были проявленіемъ духовнаго начала,
и являлись, напримѣръ, только осуществленіемъ мечта-
нія о будущемъ ребенкѣ, конечно, можно,—но чело-
вѣку суждено будетъ въ самомъ благопріятномъ случаѣ
остаться при однихъ мечтаніяхъ. Онъ вмѣстѣ съ этими
мечтаніями долженъ допустить раздраженіе организма
или чрезъ воображеніе, или еще какимъ-либо инымъ
образомъ, и тѣмъ возбудить въ себѣ страсть полового
чувства. Мечтанія, которыя предшествуютъ родовому
акту, служатъ незамѣтнымъ къ нему переходомъ, п они
или вовсе не вызовутъ половой страсти, или (непре-
мѣнно и неодолимо. В. Р.) сами будутъ (яко-бы В. Р.)
грязны. Здѣсь можно говорить не о переменѣ природы
котораго-либо начала, а только о границахъ того и
другого, причемъ, если бы для матеріальнаго начала
оставленъ былъ всего одинъ пунктъ его самостоятельной,
а не служебной жизнедѣятельности, то и тогда онъ
остался бы со всѣми своими характерными чертами, и
ни чуть не измѣнился бы въ своемъ содержаніи отъ
того, что сфера идеальнаго начала гораздо обширнѣе.
х) О, дубинное разсужденіе: да развѣ можно «безъ страсти»
написать стихотвореніе? Развѣ «безъ страсти» писалъ Шекспиръ
«Лира», Пушкинъ—«Годунова»,Лермонтовъ—«Мцыри»? «Безъстра-
сти» писалъ только Херасковъ; и даже эта брошюра написана не
«безъ страсти», не «безъ жара», и только грустно, что не съ су-
пружескимъ жаромъ, но съ дѣво-содомскимъ. В. Р—въ.
СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ» 143
Чѣмъ больше человѣкъ употребляетъ энергіи на рас-
крытіе себя, какъ носителя идеальнаго высшаго нрав-
ственнаго бытія, изъ котораго только единственно и
можетъ выходить все чистое, идеально-разумное: тѣмъ
болѣе онъ съуживаетъ самостоятельное активное зна-
ченіе органическаго начала—плотиг); но само по себѣ,
въ самомъ своемъ существѣ, матеріальное начало ни
чуть не измѣняется въ духовное, или, наоборотъ, при
обратномъ значеніи— духовное измѣнялось бы въ плот-
ское. Жизнедѣятельность плотскаго начала только мо-
жетъ насильственно подавлять такую-же жизнедѣятель-
ность нравственнаго, идеальнаго начала природы чело-
вѣка, что особенно и замѣтно въ кульминаціонномъ
пунктѣ жизни плоти — плотскомъ соединеніи двухъ
лицъ. Здѣсь органическое животное начало требуетъ
отъ человѣка, нравственной личности, чтобы онъ не
только пересталъ жить высшими своими интересами, но
и положительно забылъ, что онъ разумно-свободное
существо, имѣющее своею цѣлью раскрыть себя, какъ
нравственную личность. И человѣкъ, дѣйствительно,
подъ давленіемъ половой страсти теряетъ самооблада-
ніе, самосознаніе, и всецѣло какъ бы отождествляется
съ чисто матеріальнымъ отправленіемъ своего орга-
низма. Иначе и не можетъ быть: ибо при малѣйшемъ
возбужденіи сознанія личности къ его постоянной
активной разумной дѣятельности,—необходимо тотчасъ
убивается страсть, а вмѣстѣ съ нею и самый родовой
2) Комическая дилемма: или «идеальное начало» и—импотенція,
или-же потенція, и тогда—крушеніе идеальнаго начала. Конечно,
міръ не могъ-бы существовать, еслибъ эта дилемма была реальна.
Очевидно, «образъ Божій» извращенно чувствуется дѣвственни-
ками. В. Р—въ.
144 СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРЪХЪ»
актъ1). А потому, и фантазировать о полномъ пода-
вленіи страсти въ супружескихъ сношеніяхъ всегда воз-
можно, но только достигнуть этого въ дѣйствительно-
сти, по самой природѣ вещей, невозможно. И для того,
чтобы ребенокъ появился въ дѣйствительности, а не
въ воображеніи только,—человѣку необходимо нужно
на время подавить всѣ свои возвышенныя благородныя
чувства, мечтанія, и спуститься въ наличныя условія
его происхожденія, и неизбѣжно перенести на себѣ ту
нравственную муку, которую влечетъ за собой родовой
актъ. Только человѣкъ съ извращенной внутренней
природой, и который фактически живетъ въ развратѣ,—
только такой человѣкъ можетъ спокойно переноситъ
(хотя только сравнительно спокойно) актъ половыхъ
отправленій2). Иначе говоря, въ дѣйствительности про-
х) Удивительно все по точности мысли, по строгости разсу-
жденія: это лучшій трактатъ о бракѣ, какой я читалъ, единствен-
ный научно-правильный. Но «натура взяла свое»: и всѣ идеалы
автора извращены. Въ добавленіе и объясненіе вѣрныхъ наблюденій
автора, скажу, что та «потеря сознанія», которая происходитъ въ
послѣдній моментъ родового акта, не есть конечно исчезновеніе
«куда-то» души, ума, нравственной личности и идеализма (тогда
человѣкъ у меръ-бы}, а есть всего этого переходъ—въ сѣмя. Весь духъ
человѣка, все его личное «я» проницаетъ сіяніемъ сѣмя: отъ чего
въ дитяти и отражается весь «духъ» его родителей, ихъ таланты,
геній, благородство. Изъ этого объясняется пониженная духов-
ность у дѣтей «преизбыточествующихъ» геніевъ: они не способны
совершить акта съ требующимся «забвеніемъ себя», съ «потерей
сознанія», т. е. во время акта душа ихъ остается въ головѣ-же, и
сѣмя въ утробу матери переходить обездушеннымъ, только живот-
нымъ, только ферментомъ біологическаго зачатія. В. Р—въ.
2) Подобный образъ намъ данъ Достоевскимъ въ Лицѣ отца
братьевъ Карамазовыхъ. Примѣч. г. Фози.—Авторъ можетъ подо-
зрѣвать, что я теперь &. П. Карамазовъ: но не былъ-же я имъ въ
17 лѣтъ, не былъ имъ, когда писалъ «Мѣсто христіанства въ исто-
СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ» 145
исходитъ какъ разъ совершенно обратное тому заблу-
жденію, по которому чѣмъ нравственнѣе личность—тѣмъ
менѣе ею чувствуется недолжность половыхъ отправле-
ній. Дѣйствительность говорить намъ совершенно
обратное, т. е., что развитіе нравственнаго сознанія
человѣка, въ силу котораго онъ уже теперь не можетъ
приступать къ родовому акту съ грубою цѣлью физи-
ческихъ наслажденій, оно-то и служитъ единственною
причиною нравственныхъ мученій человѣка въ бракѣ.
Стыдъ въ болѣе сильной степени появляется именно
только у людей не развращенныхъ, и, наоборотъ, пол-
ное отсутствіе стыда можетъ свидѣтельствовать вовсе
не о высокой степени нравственнаго развитія человѣка,
а только о полномъ его нравственномъ паденіи.
«На потерѣ стыда и высшаго нравственнаго созна-
нія собственно и держится половая функція организма,
тогда какъ развитіе нравственнаго сознанія человѣка
ведетъ къ полному его уничтоженію1). «Я стыжусь,
слѣдовательно существую не физически только, но и
нравственно, — я стыжусь своей животности, слѣдова-
тельно, я существую еще какъ человѣкъ»а). Отсюда—
надежда человѣка, что съ теченіемъ времени люди пе-
рестанутъ стыдиться акта физическихъ общеній, есть
въ существѣ дѣла надежда на то, что придетъ время,
ріи»: но и въ то время и вообще никогда я «муки», «позора» и
«грѣха» въ половомъ соединеніи не чувствовалъ, а, наоборотъ, чув-
ствовалъ всегда, что «все зѣло, добро сотворилъ Богъ»,—согласно
всѣмъ православнымъ. В. Р—въ.
’) Вотъ! чВмпонтенція и скопчество есть нашъ христіанскій
идеалъ*. «И съ прекращеніемъ рождаемости—мы успокоимся». Но
чѣмъ человѣчеству сходить въ могилу, лучше вы, содомитяне, въ
нее сходите. В. Р—въ.
2) В. С. Соловьевъ: «Оправданіе добра». Примѣч. ». Фози.
] 46 СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ»
когда люди будутъ жить исключительно по физическому
опредѣленію жизни, т. е. будутъ заключать весь интересъ
жизни въ органическихъ отправленіяхъ ихъ животной
природы, а не въ нравственномъ развитіи человѣка, какъ
свободной и разумной личности, а слѣдовательно—это
надежда на полное его нравственное паденіех). Только
тогда, когда человѣкъ съ теченіемъ времени обратится
въ простую, физическую, хотя и живую вещь наличной
дѣйствительности, онъ можетъ спокойно переносить
актъ полового общенія, который въ этомъ случаѣ явится
полнымъ выраженіемъ подлинной природы человѣка,
какъ преходящей вещи, какъ животнаго. Но эта наде-
жда въ отношеніи ко всему человѣчеству въ его сово-
купности представляетъ сущій абсурдъ, ибо если въ
нравственномъ отношеніи отдѣльные люди, хотя бы и
большинство, идутъ по пути регресса, то весь-то исто-
рическій процессъ развитія человѣчества, независимо
отъ случайныхъ уклоненій, идетъ по пути прогресса
нравственнаго развитія человѣка; и на основаніи этого
съ полною основательностью можно предположить, что
бракъ съ теченіемъ времени, если не для большинства,
то для нѣкоторыхъ личностей, не только потеряетъ по-
ложительное значеніе, но и сдѣлается для нихъ совсѣмъ
нравственно невозможнымъ2)... Въ совершенномъ бракѣ,
і) Ну, а какъ-же это у евреевъ, добрый авторъ? У евреевъ,
которые, приступая къ акту, т. е. въ самую секунду «входа» въ
жену, совершаютъ ритуально исповѣданіе: «Се, исполняю Твою
святую заповѣдь». Неужели всѣ евреи находятся въ «безконечномъ
нравственномъ паденіи»?! В. Р—въ.
®) Вотъ! Хороша мечта. «Наши семинарскія тетради и нашъ
содомскій идеалъ мы сбережемъ и осуществимъ цѣною погубленія
всего человѣческаго родат>. Да это, конечно, и есть завѣтъ и стимулъ
монашества. Не правъ-ли я, давно начавъ крикъ: смотрите, это
СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ» 147
въ которомъ до конца осуществляется внутренняя пол-
нота человѣческаго существа... дѣторожденіе дѣлается
и не нужнымъ1), и невозможнымъ... Совершенный бракъ
есть начало новаго процесса, не повторящаго жизнь
во времени, а возстановляющаго ее для вѣчности2)...
«Внѣшнее физическое дѣторожденіе является какъ
естественное послѣдствіе недостигнутаго въ настоящемъ
совершенства, и какъ необходимый путь для его буду-
щаго достиженія» (В. С. Соловьевъ). «Вѣдь не даромъ
же сама природа сдѣлала такъ, что это дѣло и мерзко
и стыдно, а если мерзко и стыдно, то такъ и нужно
понимать» (Л. Н. Толстой)8). Между тѣмъ люди пи-
таютъ странную надежду, что если и не теперь, то, по
крайней мѣрѣ, въ будущемъ, это по природѣ мерзкое
и стыдное не уничтожится совсѣмъ, а только сдѣлается
чистымъ, возвышеннымъ4 * * *).
идутъ погубители человѣчества, злодѣи въ образѣ ангеловъ, пан-
теры въ образѣ овецъ! В. Р—въ.
*) Хорошо! Какая прелесть!! В. Р—въ.
2) Для могилы. В. Р—въ.
8) У Л. Толстого есть какая-то личная и семейная тайна, на
которую намекъ содержится въ разговорахъ его съ г. Тенеромо.
Когда зашла рѣчь о дѣтяхъ его, и что они—неспособны, то Л. Тол-
стой привелъ нѣкоторую философію, и, сославшись на одного
своего ребенка, сказалъ, что ему есть что сказать о его рожде-
ніи, но онъ развѣ скажетъ это въ секунду смерти,—вотъ передъ
тѣмъ, какъ юркнутъ подъ крышку гробаи. Слова не оставляютъ со-
мнѣнія о чрезмѣрной постыдности этихъ словъ (міровая застѣн-
чивость), этого признанія, — и я опасаюсь, не по части-ли это
«дѣвственныхъ идеаловъ» великаго писателя земли русской. Во
всякомъ случаѣ «Крейцерова соната» есть сплошь рыдающая на-
тура муже-дѣвы, «осквернившейся съ женщиною» лишь по поло-
женію «женатаго» человѣка, когда «поЫеззе оЫі§е»... В. Р—въ.
*) Нельзя не поблагодарить добраго, патетическаго и честнаго
архим. Михаила (нынѣ старообрядческаго епископа), — единствен-
148 СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ»
«Въ оправданіе брака весьма нерѣдко можно слы-
шать указаніе на рожденіе дѣтей, въ которыхъ, дѣй-
ствительно, заключается весь естественный смыслъ брака;
но въ то же самое время сама по себѣ эта ссылка на
дѣтей все-таки едва ли не болѣе, чѣмъ странна. Оправ-
дывать бракъ дѣтьми для человѣка будетъ рѣшительно
все равно, какъ если бы какой-нибудь морфинистъ
сталъ оправдывать свою привычку тѣмъ болѣзненнымъ,
ненормальнымъ, но пріятнымъ состояніемъ организма,
которое непосредственно вызываетъ морфій въ чело-
вѣкѣ1). Если бы подобное разсужденіе и было бы
вполнѣ убѣдительно-состоятельно для самого морфи-
ниста, и могло бы для него служить дѣйствительнымъ
основаніемъ въ пріемѣ морфія, то оно оказалось бы
совершенно несостоятельнымъ для нормальнаго здоро-
ваго человѣка, ибо кому же въ самомъ дѣлѣ жела-
тельно быть, хотя можетъ быть и въ пріятномъ, но
все-таки въ болѣзненномъ состояніи? Точно то же са-
мое нужно сказать и относительно дѣтей, какъ есте-
ственномъ слѣдствіи родового акта: можетъ быть и они
суть нѣчто, если не ненормальноеа), то во всякомъ слу-
чаѣ и не соотвѣтствующее истиннымъ цѣлямъ жизни
человѣка.—И дѣйствительно, если мы возьмемъ чело-
вѣка не какъ только простой живой организмъ й не
наго монаха, который по переводѣ изъ Казани въ Петербургъ, на-
чавъ разсуждать въ печати о бракѣ, сказалъ громко: «половое
сліяніе все и до дна чисто*. За это дѣти, нынѣшніе и будущіе,
должны воспѣть ему хвалу. Онъ—не въ дѣтоубійцахъ, хотя и мо-
нахъ. В.Р—въ.
») О, гады, о, дѣтоубійцы, Ироды, Скублинскіе... Приравнять
дѣторожденіе къ морфинизму!.. В. Р—въ.
2) Дѣти—ненормальность!.. Но это, конечно, неодолимое убѣжде-
ніе содомита. «Натура кричитъ». В. Р—въ.
СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ» 149
въ физическомъ опредѣленіи его временной земной
жизни, а человѣка, какъ носителя высшаго идеальнаго
начала и въ его абсолютномъ вѣчномъ содержаніи
жизни, то дѣти здѣсь окажутся не только нежелатель-
нымъ явленіемъ, но положительно фактически неотвѣ-
чающимъ истиннымъ задачамъ жизни человѣка. И,
прежде всего, они всякій разъ отрицаютъ за человѣ-
комъ всякое абсолютное, вѣчное содержаніе его соб-
ственной индивидуальной жизни1), обращая человѣка
въ простое средство осуществленія невѣдомыхъ ему ка-
кихъ-то міровыхъ цѣлей общаго бытія. Потомство не-
обходимо заставляетъ человѣка разсматривать себя уже
не подъ точкою зрѣнія его личной цѣнности, а подъ
точкой зрѣнія его временныхъ условій существованія
въ предѣлахъ наличной дѣйствительности. Фактически
въ появленіи каждаго слѣдующаго поколѣнія человѣ-
ческаго рода свидѣтельствуется не о чемъ другомъ,
какъ именно о томъ, что я, какъ опредѣленная инди-
видуальна^ личность, самъ по себѣ не имѣю ровно ни-
какой безусловной цѣны, и не имѣю никакого своего
личнаго вѣчнаго содержанія жизни, которое я могъ бы
осуществить во всей своей жизни; и потому-то и яви-
лось это слѣдующее поколѣніе, которое должно замѣ-
нить меня и въ которомъ я думаю хотя немного смяг-
чить нелѣпость моего личнаго бытія2). Но это новое
*) Да индивидуальная - то жизнь украшается дѣтьми. «Честь
отца» — палладіумъ для дѣтей; онъ благороднѣе, нежели палла-
діумъ государства—чслава гражданина». Гордость матери сыномъ—
выше, священнѣе, чѣмъ слава его передъ толпою. Богатство отца
лучше, благороднѣе, чѣмъ богатство скопца-финансиста. В. Р—въ.
2) Такое-же глупое разсужденіе, какъ слѣдующее: «Я ѣмъ въ
пятницу пирогъ съ грибами, а въ понедѣльникъ ѣлъ съ капу-
стой. Отчего я не остановился на пирогѣ съ капустой? Увы мнѣ:
150 СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ»
поколѣніе само, въ свою очередь, обречено на такое же
безсмысленное временное существованіе, какъ и мое
личное существованіе, въ чемъ оно и не замедлитъ
быть обличено слѣдующимъ за нимъ поколѣніемъ. И
жизнь всего человѣческаго рода теперь представляетъ
собою картину лишенной въ своемъ существованіи вся-
каго смысла смѣны однихъ поколѣній другими, среди ко-
торыхъ отдѣльное самостоятельное «я» совершенно исче-
заетъ. Въ естественномъ слѣдствіи брака—потомствѣ—
послѣдующее поколѣніе прямо и непосредственно упраз-
дняетъ своихъ предшественниковъ; и обличаетъ ихъ въ
безсмысленности ихъ временнаго существованія и обна-
руживаетъ предъ ними всю иллюзорность ихъ личной
жизни, каковою они всегда живутъ въ своемъ собствен-
номъ сознаніиг). Потомство именно реальнѣйшимъ
образомъ свидѣтельствуетъ сознанію каждаго человѣка»
уже самимъ фактомъ своего появленія, о безцѣльности
личнаго существованія своихъ предшественниковъ, обна-
ѣда пирога съ грибами обращаетъ въ совершенное ничто пирогъ
съ капустой, и тогда для чего-же его пекли?!» В. Р—въ.
*) До чего все глупо! Былъ Авраамъ и угрщалъ Бога, въ
видѣ трехъ странниковъ посѣтившаго его. И родился отъ него
Исаакъ. Отъ Исаака—Іаковъ, котораго опять посѣтилъ Богъ и
боролся съ нимъ въ ночи! Вѣдь это не одно! Съ потомствомъ при-
ходитъ разнообразіе и обиліе моего отношенія къ міру: лично я не
въ силахъ охватить науку и войну, культуру и религію, хоть
живи вѣчно, хоть будь семи пядей во лбу! Но я размножился: и
въ дѣтяхъ, внукахъ, въ сотомъ поколѣніи я тысячею рукъ работаю
въ человѣчествѣ, я обоняю всѣ запахи міра, дѣлаю всѣ профессіи,
я рабъ и царь, геній и безумецъ. Какое богатство сравнительно
съ какимъ бы то ни было личнымъ существованіемъ! Да и вообще
неужели виноградная лоза бѣднѣе виноградной ягодки? Неужели
яблоня, приносящая ежегодно плоды, не богаче и не лучше еди-
ничнаго яблока? А священное «Древо Жизни» въ Апокалипсисѣ
приноситъ плоды 12 разъ въ годъ!!. В. Р—въ.
СОДОМЪ РОЖДАЕТЪ ИДЕЮ, ЧТО СОИТІЕ ЕСТЬ «ГРѢХЪ» 151
руживая каждому человѣку, что онъ по своей жизни
вовсе не безусловная личность, а простая физическая
вещь міра, ограниченная въ своемъ бытіи наличнымъ
физическимъ существованіемъ и предназначенная слу-
жить только средствомъ всеобщаго процесса жизни...
Никакого иного значенія для человѣка, какъ личности,
бракъ имѣть не можетъ». Фози.
Все это разсужденіе г-на Фози, представляя вообще
квинтъ-эссенцію Платоновой мудрости, дѣвственной муд-
рости, христіанской мудрости, церковной мудрости, въ
высшей степени драгоцѣнно точностью языка и рѣши-
тельностью искреннихъ сужденій. «Яблочко дозрѣло»,—
и чѣмъ возиться съ семинарскими тетрадками, лучше
было разобрать его одного. Въ «тетрадкахъ» ничего
другого нѣтъ, кромѣ здѣсь изложеннаго,—но все лишь
запудрено, замалевано, подслащено. Мышьякъ съ са-
харомъ. Но лучше имѣть съ нимъ дѣло безъ сахара.
Передвиженіе пола изъ положительныхъ въ отрицатель-
ныя тяготѣнія.
Противо-родовыя идеи не могутъ возникнуть безъ
противо-родовыхъ инстинктовъ; а таковые единственно
встрѣчаются, и притомъ безспорно встрѣчаются, на той
точкѣ текущаго пола, гдѣ онъ изъ влеченія къ гармо-
низаціи съ противоположнымъ анатомически поломъ (со-
пряженіе, супружество) переходитъ во влеченіе къ слія-
нію со своимъ поломъ. Въ этой точкѣ перехода является,
всего на .моментъ, полное отрицаніе пола; полъ, и свой
и чужой, ощущается какъ совершенно ненужное, лишнее,
придаточное; чему не отвѣчаетъ внутри никакой психо-
логіи, никакихъ идей. Это глубоко спокойное состояніе
152 самоотрицаніе пола; вѣчное отрочество
можно сравнить съ состояніемъ дѣтства и ранняго отро-
чества; или, точнѣе, дѣтство и раннее отрочество суть
фаза въ жизни каждаго человѣка, когда онъ переходитъ
этотъ поясъ, названный нами духовною содоміею1), чтобы
затѣмъ вступить или въ обширное поле сопряженности
съ противоположнымъ поломъ, или въ необширное, но
глубокое, терпкое, старое озеро сліянія со своимъ по-
ломъ. Д-ръ Форель («Половой вопросъ», стр. 282) при-
водитъ результатъ опроса, произведеннаго у 3.916 муж-
чинъ, причемъ оказалось, что изъ нихъ 94,в°/о чувство-
вали влеченіе къ противоположному полу, з,9°/° чувство-
вали совмѣстное или періодически мѣняющееся влече-
ніе къ обоимъ поламъ, и і,5°/<>—къ сліянію со своимъ
поломъ. Эта послѣдняя категорія получила въ наукѣ
названіе «урнинговъ». Обычная теорія, что это суть
особи «съ мужскимъ тѣломъ и женскимъ мозгомъ и
душою», есть болѣе имя и описаніе, нежели объясненіе.
Очевидно, объясненіе этого явленія лежитъ въ недо-
стающей полной теоріи пола, которая наравнѣ съ этою
аномаліею объяснила бы и прочія. Но совершенно
очевидно, что для выработки, или, лучше сказать, для
открытія этой теоріи, этого объясненія, изученіе урнин-
2) Совершенно тупоголовое предположеніе Шопенгауэра, что
содомія устроена самою природою въ интересахъ рожденія силь-
наго потомства, и потому встрѣчается въ возрастѣ отроческомъ,
когда сѣмя не созрѣло, и въ возрастѣ дряхломъ, когда оно полу-
сгнило, опровергается: і) тѣмъ, что сущность содоміи заключается
въ поглощеніи, положимъ старцами, сѣмени именно самаго цвѣту-
щаго возраста, отъ котораго родились-бы наилучшія дѣти, и 2) что
активная содомія, кромѣ случаевъ личной порочности, не очень
частыхъ, встрѣчается какъ врожденный фактъ, обнимающій жизнь
человѣка во всѣхъ его возрастахъ. Впрочемъ, эта гипотеза знамени-
таго философа до того не отвѣчаетъ всѣмъ фактамъ, что нѣтъ
нужды усиливаться ее опровергать. В. Р—въ.
КОЛЕБАНІЕ ПОЛА ВЪ ИНДИВИДУУМѢ И ВЪ ЧЕЛОВѢЧЕСТВѢ 153
говъ и особенно исповѣданія ихъ представляютъ страшно
важный матерьялъ. Какъ есть электричество положи-
тельное и отрицательное, какъ въ математикѣ есть
положительныя и отрицательныя величины, съ «о» между
ними, какъ есть движеніе впередъ и назадъ и точка
покоя,—такъ явленіе пола, въ зачатіи сплетеннаго изъ
двухъ половъ, изъ материнскаго т. е. женскаго, и изъ
отцовскаго т. е. мужского, есть непремѣнно въ каждомъ
организмѣ и въ каждый моментъ его жизни муже-жен-
ское, и отъ этого текущее, вибрирующее, лучащееся, при-
чемъ і) ни индивидуумъ на протяженіи своей жизни
не остается тождественнымъ себѣ самому все время,
2) ни всѣ индивидуумы сходными между собою. Полъ
въ насъ дрожитъ, колеблется, вибрируетъ, лучится. То
материнская сторона преобладаетъ, то отцовская, то
обѣ стороны въ гармоніи (дѣтство), то которая-нибудь
въ подчиненіи, исчезаніи, умираніи (время нормальной
половой дѣятельности, когда человѣкъ ищетъ попол-
нить въ себѣ замирающую сторону пола). Старческое
влеченіе къ полу, иногда выражающееся въ безумныхъ
проступкахъ-припадкахъ, есть поглощеніе жизни и ея
источниковъ почти умирающимъ: это тотъ глотокъ
воздуха, который дѣлаетъ утопающій, вынырнувъ на
секунду изъ воды. Это глубоко жалкія явленія, едва ли
наказуемыя, отъ которыхъ просто надо беречься каждому
и беречь, охранять другихъ. Это —сіетепііа поп іпсііѵісіиі,
зесі ^епегіз Ьитапі. Оставимъ, однако, это все. Мы
здѣсь не строимъ теоріи пола. Но чтобы показать
читателю, что полъ есть именно текущее, и притомъ
перетекающее изъ положительныхъ величинъ въ отри-
цательныя, мы должны указать на одинъ случай раз-
сказа Крафтъ Эбингу паціентомъ и вмѣстѣ врачемъ
факта перерожденія, имъ испытаннаго уже въ зрѣломъ
6 — В. В. Розанов
154 КОЛЕБАНІЯ ПОЛА ВЪ ИНДИВИДУУМѢ И ВЪ ЧЕЛОВѢЧЕСТВѢ
возрастѣ, изъ мужчины въ женщину. Такимъ образомъ
здѣсь міровой процессъ передвиженія, совершающійся
во всемъ человѣчествѣ, случайно задѣвъ и совмѣстив-
шись началомъ и результатомъ въ одномъ субъектѣ—далъ
полную свою картину, которая могла быть разсказана.
Случай этотъ я считаю болѣе удивительнымъ, чѣмъ
всякая «Вавилонская башня», и могущимъ для фило-
софіи и науки дать болѣе результатовъ, чѣмъ раскопки
Ниневіи или Персеполя. Вотъ этотъ разсказъ объ уди-
вительномъ превращеніи:
«Я родился въ Венгріи, въ 1844 г. Долгое время я
былъ единственнымъ сыномъ своихъ родителей, такъ
какъ остальныя дѣти оказывались нежизнеспособными'1).
Дишь впослѣдствіи родился братъ, который жилъ до-
вольно долго.
«Я происхожу изъ семьи, въ которой часто явля-
*) Вообще разительно и любопытно индивидуальное происхожденіе
аномалій пола. Вотъ-бы поработать наукѣ... Хоть-бы начать со-
бирать кой-какія наблюденія. Я раньше думалъ, что напр. во
время беременности родители допустятъ между собою содомиче-
скій актъ, какъ случай и забаву,—и тогда родится содомитъ. Но
это, очевидно, поверхностно: происхожденіе «урнинговъ» безпро-
свѣтно глубоко и таинственно. Скорѣе, оно происходитъ отъ при-
летанія уже родителей по тому отсѣкгу мірового круга или міро-
вого эллипсиса, по коему движется весь полъ, зшпта зехиз (ко-
лесо Іезекіиля). Содомія — въ афеліѣ и перигеліѣ этого эллипсиса,
въ его съуженіяхъ, въ «носикѣ» мірового яйца; а рожденіе («норма»)
въ боковыхъ длинныхъ его сторонахъ. Всякій человѣкъ — есте-
ственно въ «какой-нибудь» точкѣ эллипсиса; родители «содомита»—•
въ его боковыхъ длинныхъ линіяхъ,—но тамъ, гдѣ линія начинаетъ
склоняться къ «носику». Сами родители, поэтому, плодородны:
но уже въ нихъ есть неощутимый «толчокъ» къ содоміи, который
въ дѣтяхъ продолжается далѣе и реализуется. Но и это только
«можетъ быть». Темь, темь и темь... В. Р—въ.
СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ юноши въ дѣвушку
165
лисъ нервныя и психическія страданія1). Въ дѣтствѣ я
былъ очень красивъ, съ роскошными свѣтлыми локонами
и прозрачной кожей. Я былъ послушный, тихій, скром-
ный мальчикъ, и меня охотно брали въ любое дамское
общество, не опасаясь, чтобы я чѣмъ-либо его шоки-
ровалъ.
«При весьма богатой фантазіи—этого постояннаго
врага моего — довольно быстро развились мои способ-
ности. Въ 4 года я уже читалъ и писалъ; память моя
простирается до 3-хъ лѣтняго возраста. Я игралъ
всѣмъ, что попадало мнѣ въ руки,—оловянными солда-
тиками, камушками, ленточками. Лучше всего я чув-
ствовалъ себя въ домѣ матери, гдѣ все было—мое. У
меня были два-три товарища, къ которымъ я относился
хорошо, но также охотно встрѣчался и съ ихъ сестрами,
которыя относилась ко мнѣ, какъ къ дѣвочкѣ, что сна-
чала не стѣсняло меня.
«Я былъ на пути къ тому, чтобы совершенно превра-
титься въ дѣвочку. Я зналъ, однако, что это не подо-
баетъ мальчику. И я старался поэтому играть съ
мальчиками, подражалъ во всемъ своимъ товарищамъ,
старался перещеголять ихъ удальствомъ, что и удава-
лось мнѣ. Не было такого высокаго дерева, на кото-
рое я не взобрался бы. Дѣвочекъ я старался избѣгать,
такъ какъ мнѣ не слѣдовало заниматься ихъ играми,
и меня злило, что онѣ считали меня равнымъ себѣ.
«Въ обществѣ взрослыхъ я былъ, однако, всегда оди-
наково скроменъ и одинаково желаннымъ гостемъ. Меня
’) Можно предположить, что не страданія были основою и
причиною послѣдующаго феномена пола: а что этотъ феноменъ,
бурно пробиваясь къ осуществленію, сотрясалъ «нервными и пси-
хическими страданіями» ту органическую среду, въ которой по-
явился. Ибо полъ—всегда центръ, всегда—зерно. В. Р—въ.
6 ♦
156 СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ ЮНОШИ ВЪ ДѢВУШКУ
часто тревожили фантастическія сновидѣнія: мнѣ сни-
лись дикіе звѣри, которые однажды заставили меня
бѣжать съ постели, при чемъ я не проснулся. Я всегда
былъ одѣтъ просто, но красиво, и поэтому полюбилъ
вообще красивую одежду. Мнѣ помнится, съ дѣтства у
меня явилась склонность къ женскимъ перчаткамъ, кото-
рыя я одѣвалъ часто какъ могъ. Однажды, когда мать
кому-то отдала пару своихъ перчатокъ, я очень сердился.
На ея вопросъ,—я отвѣтилъ, что лучше бы она мнѣ ихъ
подарила. Меня подняли на смѣхъ, и съ тѣхъ поръ я
остерегался говорить о своемъ пристрастіи къ жен-
скимъ вещамъ ').
«Особенно радовала меня маскарадная одежда, т. е.
женская. При видѣ таковой, я завидовалъ его облада-
тельницѣ 2). Я съ наслажденіемъ смотрѣлъ на двухъ
молодыхъ людей, замаскированныхъ женщинами. И, тѣмъ не
менѣе, самъ не рискнулъ бы одѣть женскаго костюма,
боясь насмѣшекъ. Въ школѣ я былъ весьма прилеженъ,
учился лучше всѣхъ 3). Родители всегда внушали мнѣ,
что первое въ жизни—это долгъ *), и показывали сами
примѣръ. Посѣщеніе школы было для меня удоволь-
ствіемъ, такъ какъ учителя были снисходительны, а
старшіе ученики прекрасно относились къ младшимъ.
«Въ это время мы покинули родину, такъ какъ
отцу пришлось уѣхать. Мы отправились въ Германію.
Здѣсь господствовалъ строгій режимъ, отчасти среди
’) Вещи, и особенно платье, человѣкъ создаетъ по натурѣ сво-
ей, въ сущности — изъ натуры своей: и мальчикъ съ дѣвичьимъ
сложеніемъ невольно ищетъ женскихъ вещей. В. Р—въ.
2) Какъ все незамѣтно, какъ невольно, какъ «мало-по-малу».
В Р—въ.
3) Высокія способности, никакого пониженія ихъ. В. Р—въ.
*) Нравственная, не распущенная семья. В. Р—въ.
СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ ЮНОШИ ВЪ ДѢВУШКУ 157
учителей, отчасти среди учениковъ, и надо мной снова
стали смѣяться вслѣдствіе моей женственности 1).
«Мои товарищи дошли до того, что они назвали
моимъ именемъ дѣвушку, похожую на меня, а ея именемъ
меня назвали. Такъ что я ненавидѣлъ эту дѣвушку, съ
которой подружился потомъ, когда она вышла замужъ.
Моя мать продолжала красиво одѣвать меня, и это
было мнѣ противно, потому что это вызывало вѣчно
насмѣшки. Я очень обрадовался, наконецъ, когда меня
одѣли въ настоящую куртку и настоящія брюки. Но и
тутъ начались новыя терзанія. Костюмъ стѣснялъ меня
у половыхъ частей, въ особенности когда сукно оказы-
валось влажнымъ. А когда портной примѣрялъ мнѣ
брюки и прикасался къ половымъ частямъ, дрожь про-
бѣгала у меня по тѣлу. Это ощущеніе было для меня
невыносимо2). Затѣмъ приходилось дѣлать гимнастику, и
я не могъ продѣлывать упражненій, которыя и дѣвушкамъ
не легко даются. Во время купанья меня мучила стыдливость;
мнѣ стыдно было раздѣваться, хотя я это дѣлалъ очень
охотно', въ то же время это доставляло мнѣ удовольствій.
«До 12-ти лѣтъ я чувствовалъ слабость въ крестцѣ.
Плавать я научился поздно, но за то настолько хо-
рошо, что могъ совершать большіе туры. До і8-ти
лѣтъ у меня было женоподобное лицо, и лишь съ этого
*) Все невольно и мало-по-малу. Какая-же «патологія» (стра-
данія, болѣзнь)?! В. Р—въ.
2) Мнѣ случайно пришлось узнать, что экземпляры содоміи
въ брюкахъ и экземпляры содоміи въ юбкахъ, абсолютно не пере-
носятъ дотрогиванія до органовъ, по крайней мѣрѣ лицами противо-
положнаго пола, и именно дрожжатъ при этомъ и чрезвычайно стра-
даютъ; какъ равно и сами они никогда до нихъ не дотрагиваются.
Отъ этой непереносимости касанія — у нихъ никогда не возникаетъ
онанизма. В. Р—въ.
158 СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ юноши ВЪ ДѢВУШКУ
времени начался у меня ростъ бороды, такъ что я нѣ-
сколько успокоился. Пріобрѣтенная на 12-мъ году и
излѣченная на і8-мъ году паховая грыжа очень стѣс-
няла меня, особенно при гимнастикѣ. Сюда съ 12-ти
лѣтъ присоединились, при долгомъ сидѣніи и въ осо-
бенности при вечерней работѣ, зудъ, треніе и дрожаніе,
начиная съ репіз’а до крестца. Это затрудняло сидѣ-
ніе и стояніе, усиливаясь при простудѣ. Но я рѣши-
тельно не предполагалъ, чтобы это имѣло связь съ
половой сферой.
«Такъ какъ никто изъ моихъ товарищей этимъ не
страдалъ, то я ничего на этотъ счетъ не зналъ, и мнѣ
приходилось напрягать до высшей степени терпѣніе,
чтобы переносить это, тѣмъ болѣе, что животъ вообще
часто стѣснялъ меня.
«Въ половыхъ вопросахъ я еще вообще былъ совер-
шенно несвѣдущъ, но уже на 12-мъ, 13-мъ году я чув-
ствовалъ, что мнѣ пріятнѣе было бы бытъ женщиной.
Мнѣ гораздо больше нравилась ея фигура, ея спокойная
походка, въ особенности ея одежда 1); но я опасался ду-
’) Мнѣ пришлось знать одну дѣвушку, по крайней мѣрѣ полу-
содомитянку,—которой очень нравились вообще красивыя дамы, и она
волновалась и наслаждалась этою красотою, распрашивала о
такихъ дамахъ, покупала «примѣрныя карточки». Все это было
начиная отъ 14-ти лѣтъ; когда же у нея самой начали выростать
груди, образовался бюстъ, то вотъ у себя этихъ признаковъ, жен-
щины она не выносила. И когда разъ она была внезапно снята (въ
домашней фотографіи) въ домашнемъ платьѣ, безъ корсета и съ
замѣтнымъ выдѣленіемъ грудей,—то, отказавшись взять снимокъ,
съ отвращеніемъ произнесла: «не могу видѣть у себя эти отвра-
тительные куски мяса-» (о грудяхь). Вотъ родникъ, чтосодоми-
тянки-хлыстовки-скопчихи отнимаютъ (вырѣзываютъ) у себя
груди. Тутъ не религія родила физіологическій фактъ, а физіологиче-
скій фактъ содоміи родилъ изъ себя религіозную секту—хлыстовство
и скопчество. В. Р—въ.
СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ юноши въ дѣвушку 169
мать объ этомъ, хотя зналъ, что не убоялся бы кастра-
ціоннаго ножа для достиженія своей цѣли. Если бы мнѣ
пришлось отвѣтить, почему я предпочиталъ женскую
одежду, я сказалъ бы: меня неодолимо влечетъ къ этому,
быть можетъ, я и казался самому себѣ скорѣе дѣвушкой,
съ виду удивительно нѣжной кожи, осбенно лица и рукъ.
Среди дѣвушекъ я былъ желаннымъ гостемъ. Хотя и мнѣ
нравилось ихъ общество, но я избѣгалъ ихъ, потому
что мнѣ приходилось пересиливать себя, чтобы самому
не казаться женственнымъ. Однако въ душѣ я завидо-
валъ имъ. Особенную зависть вызывала у меня под-
руга, которая получила длинное платье 1) и ходила
въ перчаткахъ и со шлейфомъ.
«Когда я на 15-мъ году совершилъ путешествіе,
одна дама предложила мнѣ переодѣться дѣвушкой и
выйти съ нею погулять. Не смотря на все желаніе
сдѣлать это, я не согласился, потому что эта дама
была не одна. Я съ удовольствіемъ смотрѣлъ въ это
время- какъ въ одномъ городѣ мальчики ходятъ въ
блузахъ съ короткими рукавами и обнаженными руками.
Одна разодѣтая дама показалась мнѣ прямо богиней; я
былъ-бы счастливъ, если-бы она прикоснулась ко мнѣ своей
рукой', я съ завистью думалъ о томъ, съ какой радо-
стью одѣлся бы въ эту прекрасную одежду.
«Тѣмъ не менѣе я прилежно занимался, окончилъ
реальное училище и гимназію въ 19 лѣтъ, хорошо вы-
держалъ экзаменъ на аттестатъ зрѣлости. Я помню, на
*) Поразительно! Вотъ врожденный §а11пв древности. Но до
чего тупы медики (см. Пеликана: «Медицинское изслѣдованіе о
скопчествѣ»), которымъ ни разу не пришло на умъ соединять скоп-
чество религіозное съ этимъ фактомъ въ натурѣ человѣчества,
что нѣкоторые въ немъ рождаются предназначенными къ оскопленію,
суть ех пазсепіе религіозные ^аііі. В. Р—въ.
160 СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ ЮНОШИ ВЪ ДѢВУШКУ
15 году я впервые высказалъ своему другу желаніе быть
дѣвушкой. На вопросъ, почему именно, я ничего не могъ
отвѣтитъ. На 17-мъ году я попалъ въ общество ку-
тилъ; я пилъ много пива, курилъ, заигрывалъ съ про-
давщицами. Послѣднія охотно знакомились со мною,
но относились всегда ко мнѣ такъ, словно и я самъ былъ
въ юбкѣ. Уроковъ танцевъ я не могъ посѣщать.
«Я мечталъ о томъ, какъ счастливъ я былъ-бы, если-
бы я былъ дѣвочкой. Я вспоминаю съ чувствомъ нѣжно-
сти о красивомъ другѣ съ женоподобнымъ лицомъ и тем-
ными локонами г). Мнѣ помнится, я очень желалъ, чтобы
мы оба были дѣвушками.
«Будучи студентомъ, я, наконецъ, добился однажды
соіШз’а. Нос тосіо зепзі, те ІіЬепІіиз зиЪ риеііа сопси-
Ъиіззе еі репет теит сит сиппо тиіаіит таіиіззе. Дѣ-
вица, къ своему изумленію, должна была обходиться
со мною, какъ съ дѣвушкой, на что она охотно со-
гласилась (она, видимо, была еще неопытна и не смѣя-
лась надо мною).
«По временамъ я бывалъ дикъ, но чувствовалъ
всегда, что я, при этомъ, только маскируюсь. Я пилъ,
буянилъ, но все же на уроки танцевъ не могъ являться,
*) Къ исторіи литературы и вообще культуры. Кто-же не
обращалъ вниманія, что лицо Рафаэля, безбородое и такое нѣж-
ное, есть прекраснѣйшее лицо дѣвушки', и почти также прекрасно,
какъ лицо Рафаэля, лицо, ѣеггіЬіІе йісіп, Чернышевскаго (см. чуд-
ный его портретъ въ «Вѣстникѣ Европы», октябрь 1909 г.), про-
водившаго въ «Что дѣлать» теорію о глупости ревнованія своихъ
женъ: на самомъ-же дѣлѣ, конечно, теорію о полномъ наслажде-
ніи мужа при «дружбахъ» его жены, при чемъ мужъ втайнѣ, въ
воображеніи, уже наслаждается красотою и всѣми формами же-
нинаго «друга». Значеніе Чернышевскаго въ нашей культурѣ, ко-
нечно, огромно. Онъ былъ 1/2~УРнинг'ъ, Ѵ«-урнингъ, Ѵіо-урнингъ.
В. Р—въ.
СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ юноши въ дѣвушку 161
боясь выдать себя. Дружба моя была искренняя, безъ зад-
нихъ мыслей. Особено радовался я, когда товарищъ ма-
скировался дамой, или когда я могъ оцѣнивать дамскіе
костюмы на балу. Я отлично понималъ въ этомъ дѣлѣ и
постепенно начиналъ даже чувствовать какъ женщина.
«Два раза я покушался на самоубійство вслѣдствіе
несчастныхъ связей. Однажды я безъ всякой причины не
спалъ 14 дней, много галлюцинировалъ, говорилъ въ бреду
съ живыми и мертвыми.
«Была у меня и подруга, знавшая мои склонности;
она одѣвала мои перчатки; но обходилась со мною, какъ съ
дѣвушкой. Я понималъ оісенщинъ лучше всякаго мужчины,
и когда онѣ узнавали это, со мною обходились какъ съ по-
другой. Я не переносилъ сквернословія. Вѣчно мнѣ оста-
валось непонятнымъ одно: я зналъ, что у меня жен-
скія наклонности, но зналъ, вѣдь, и то, что я—муж-
чина; я сомнѣвался лишь, нравилась ли мнѣ когда-нибудь
женщина, помимо моего желанія быть таковой, и помимо
попытокъ къ совокупленію, которое, между прочимъ,
не доставляло мнѣ удовольствія.
«Изученіе акушерства давалось мнѣ съ трудомъ (я
стыдился за дѣвушекъ-паціентокъ и сочувствовалъ имъ). Во
многихъ случаяхъ я выказывалъ себя опытнымъ вра-
чемъ. Совершилъ въ качествѣ вольнопрактикующаго
врача походъ. Верховая ѣзда, которая была мнѣ про-
тивна уже во время студенчества, тяготила меня, такъ
какъ половыя части вызывали при этомъ болѣе женствен-
ное чувство.
«Я постоянно полагалъ еще, что я—мужчина съ не-
опредѣленными чувствами. Я никогда не чувствовалъ себя
удовлетвореннымъ, испытывалъ вѣчныя огорченія, виталъ
между сантиментальностью и дикостью, которая по боль-
шей части была аффектирована.
162 СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ юноши въ ДѢВУШКУ
«Своеобразно шло дѣло съ моей женитьбой. Охот-
нѣе всего я вообще не женился бы. Но этого требовали
мое семейное и общественное положеніе. Я женился на
прекрасной, энергичной женщинѣ изъ семьи, гдѣ процвѣ-
тало женское господство. Я былъ влюбленъ въ нее
настолько, насколько можетъ нашъ братъ: то, что онъ
любитъ—онъ всѣмъ сердцемъ любитъ; невѣсту любитъ
со всей свойственной ему женственной глубиной, почти
какъ жениха. Я разсчитывалъ, что бракъ излечитъ меня.
Но уже въ первую брачную ночь я чувствовалъ, что я функ-
ціонирую какъ женщина съ мужскимъ строеніемъ.
«Въ общемъ мы жили счастливо и въ мирѣ, около
двухъ лѣтъ были бездѣтны. Затѣмъ, послѣ тяжелой бе-
ременности, родился мальчикъ, который и до сихъ поръ
меланхоличенъ. Потомъ второй—вполнѣ здоровый, потомъ
третій, четвертый, пятый. Всѣ расположены къ неврасте-
ніи1). Такъ какъ я не находилъ себѣ нигдѣ мѣста, то я
часто посѣщалъ веселое общество, много работалъ,
дѣлалъ эксперименты, оперировалъ. Свои супружескія
обязанцосши я во всякомъ случаѣ выполнялъ, но безъ
всякаго удовлетворенія. Съ перваго соііпа’а и до сихъ
поръ мужское положеніе при этомъ мнѣ противно и
слишкомъ тягостно.
«Охотнѣе я занималъ бы положеніе жены. Мы жили
вмѣстѣ, пока сильное заболѣваніе ревматизмомъ не заста-
вило меня разъѣзжать по различнымъ курортамъ. Одно-
временно я сталъ до того анемиченъ, что почти каждые
два мѣсяца мнѣ приходилось принимать желѣзо. Часто
меня мучила стенокардія, затѣмъ развились односторон-
Худо выходятъ дѣти. Внѣ «предназначенія»... Но случай
особенно важенъ тѣмъ, что полу-«дѣвушка» даже зачала вгь дѣ-
вушкѣ: слабо и почти съ отвращеніемъ. В. Р—въ.
СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ юноши въ дѣвушку 163
нія судороги въ подбородкѣ, шеѣ, носу,—гемикранія, су-
дорожныя сокращенія грудныхъ мышцъ и діафрагмы.
Три года тому назадъ меня поразилъ чрезвычайно силь-
ный припадокъ артрита.
«Еще до этого припадка я принималъ горячія ванны.
При этомъ случилось разъ, что я вдругъ почувствовалъ
перемѣну, словно я былъ близокъ къ смерти. Я собралъ по-
слѣднія силы, выскочилъ изъ ванны, но почувствовалъ себя
совершенно женщиной съ ІіЫсІо. Позднѣе, когда явился
Ехіг. саппаЬіз іпсі., — я принялъ три-четыре дозы, по-
тоімъ принялъ дозу гашиша, — у меня явился судо-
рожный смѣхъ, своеобразное чувство въ мозгу и гла-
захъ, милліарды искръ, проникающія отъ мозга черезъ
всю кожу. Но я все же еще могъ заставить себя го-
ворить.
«Я вдругъ увидѣлъ себя съ ногъ до груди женщиной;
я чувствовалъ, какъ раньше въ ваннѣ, что половыя части
видоизмѣнились, что тазъ расширился, груди увеличились,
ненасытная похоть поработила меня. Тутъ я закрылъ
глаза и, по крайней мерѣ, не видѣлъ измѣненнымъ
лица. Врачъ, казалось мнѣ при этомъ, имѣетъ вмѣсто
головы гигантскую картошку, у моей жены была на
туловищѣ луна. Но все же я былъ еще настолько крѣ-
покъ, что, когда оба они вышли на нѣсколько минутъ
изъ комнаты, я тотчасъ записалъ въ свою книжку мою
послѣднюю волю.
«Кто опишетъ мой ужасъ, когда я на слѣдующее
утро почувствовалъ, что совершенно превратился въ жен-
щину, когда я при хожденіи и стояніи чувствовалъ вульву
и груди!...
«Когда я, наконецъ, всталъ съ постели, я чувство-
валъ, что со мной произошло полное превращеніе... За
время этой болѣзни у меня была масса галлюцинацій
164 СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ юноши ВЪ ДѢВУШКУ
слуха и зрѣнія *), я говорилъ съ мертвыми и т. д., я ви-
дѣлъ и слышалъ духъ родныхъ* 2), чувствовалъ себя двой-
ственной личностью, но все-таки не замѣчалъ еще, что
мужчина угасъ во мнѣ. Измѣненіе моей психики было
счастьемъ, такъ какъ меня поразилъ ударъ, который
при прежнемъ моемъ настроеніи оказался бы для меня
смертельнымъ.
«Такъ какъ я часто еще смѣшивалъ явленія невра-
стеніи съ ревматизмомъ, то я не оставилъ пользоваться
ваннами, пока кожный зудъ усилился до того, что я
бросилъ всякую наружную терапію (я становился все
анемичнѣе отъ ваннъ), и закалялъ себя, насколько воз-
можно было. Но женская внѣдрившаяся въ меня мысль
осталась и до того окрѣпла, что я носилъ только маску
мужчины, въ дѣйствительности же во всѣхъ отношеніяхъ
чувствовалъ себя женщиной, а воспоминанія о прежнемъ
исчезли. Окончательно подорвала мое здоровье инфлу-
энца.
«Зіаіиз ргаезепз. Я высокаго роста; сѣдая борода;
становлюсь сутуловатымъ; послѣ инфлуэнцы утратилъ
четверть своей силы. Лицо, въ виду порока клапановъ,
нѣсколько покраснѣвшее; хроническій конъюнктивитъ;
скорѣе мускулистъ, чѣмъ тученъ; лѣвая нога имѣетъ
варикозныя расширенія, часто нѣмѣетъ; утолщенія не
замѣтно еще, но склонность къ этому есть.
*) Все это—не причина, а послѣдствіе громаднаго преобразо-
ванія! «Звенитъ въ ушахъ», «искры изъ глазъ сыплются», когда
человѣкъ, въ сущности, пролетаетъ,—но внутренно, организаціонно—
билліоны миль, межъ-звѣздныя пространства!! В. Р—въ.
2) Поразительно! И прямо чудо! Вѣдь онъ, въ самомъ дѣлѣ
«умеревъ» и «воскреснувъ», слышалъ голосъ мертвыхъ, и чувство-
валъ все, и женское, родство. «Во мнѣ будто легіоны ходятъ и про-
летаютъ звѣзды», могъ бы онъ о себѣ сказать. В. Р—въ.
СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ юноши въ дѣвушку 165
«Маммилярная область замѣтно выдается; животъ
имѣетъ форму женскаго живота, ноги имѣютъ женствен-
ное строеніе, икры—также, то же самое надо сказать о
рукахъ. Могу носить женскіе чулки и перчатки 73/<—
^/г. Также безъ труда ношу корсетъ. Вѣсъ колеблется
между і68 и 164 фунтами. Въ мочѣ нѣтъ ни бѣлка, ни
сахара; мочевая кислота выше нормы; цвѣтъ мочи про-
зрачный. Стулъ по большей части правильный; если
же стула нѣтъ, наступаютъ всѣ женскіе припадки запора.
Сонъ плохой, подчасъ недѣлями сплю кряду лишь 2—3
часа. Аппетитъ хорошъ, но въ общемъ желудокъ пере-
носливъ не больше, какъ у здоровой женщины, и на
острую пищу реагируетъ тотчасъ кожными высыпями и
жженіемъ въ мочеиспускательномъ каналѣ. Кожа бѣлая,
гладкая; невыносимый зудъ въ ней явился около двухъ
лѣтъ назадъ, за послѣднія недѣли ослабѣлъ, обнаружи-
вается еще въ колѣнномъ суставѣ и въ мошонкѣ.
«Склонность къ потѣнію. Испаренія, которыхъ раньше
почти не было, носятъ теперь характеръ довольно силь-
ныхъ женскихъ испареній, особенно внизу живота, такъ
что мнѣ приходится еще больше женщины слѣдить за
чистотой (душу платокъ, пользуюсь душистыми мылами,
одеколономъ ).
((Общее самочувствіе. Я чувствую себя женщиной въ
образѣ мужчины. Если я иногда и чувствую еще форму
мужчины, то данный членъ все же чувствуется женскимъ,
напр. репіз какъ клиторъ, мочеиспускательный каналъ
какъ уретра и входъ во влагалище (онъ кажется мнѣ по-
стоянно влажнымъ, хотя и сухъ); мошонка—какъ ІаЫа
та]ога. Словомъ — я всегда чувствую вульву. А что это
значитъ, можетъ знать лишь тотъ, кто самъ это испы-
талъ. Вся кожа на всемъ тѣлѣ воспринимаетъ ощущенія,
какъ у женщины; я не могу ходить безъ перчатокъ, по-
166 СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ ЮНОШИ ВЪ ДѢВУШКУ
тому что руки не переносятъ ни холода, ни жары. Въ
такое время, когда не принято, чтобы мужчины носили
зонтикъ, я чувствую крайне непріятное ощущеніе въ
кожѣ лица.
^Просыпаясь по утрамъ, я нѣсколько минутъ не могу
очнуться, я словно ищу самого себя, а затѣмъ является
насильственная мысль, что я—женщина. Я чувствую вульву.
И я встрѣчаю день глубокимъ вздохомъ, зная, что пред-
стоитъ опять все то же. Не шутка чувствовать себя
женщиной, а вести себя какъ мужчина. Я все долженъ
снова изучать. Ножи, аппараты,—все, все рѣшительно—
я чувствую года три совершенно иными, и, при измѣнив-
шемся мышечномъ чувствѣ, долженъ заново знакомиться
съ ними х).
«Все мнѣ удалось, за исключеніемъ нѣкоторыхъ де-
талей. За то острой ложкой работаю гораздо лучше.
Противно мнѣ то, что при изслѣдованіи женщинъ я
слишкомъ сочувствую имъ. Нѣкоторое время меня му-
чило насильственное чтеніе мыслей у обоихъ половъ, съ
чѣмъ и теперь приходится бороться.
«Три года тому назадъ я еще безсознательно смо-
трѣлъ на міръ женскими глазами. Такое измѣненіе
явилось почти внезапно въ отношеніи п. орНспз къ
мозгу и сопровождалось сильной головной болью.
*) Поразительно!—измѣнилась душа съ измѣненіемъ пола. Не
ясно-ли, что душа есть только функція пола, что полъ есть ноу-
менъ души, какъ своего феномена. Точнѣе, полъ—невидимый, без-
цвѣтный, неосязаемый—есть сотворяющій душу и тѣло съ его фор-
мами. И пошлые медики пропустили этотъ случай, это «открытіе
радія», которое они описали равнодушно, какъ полицейско-судеб-
ный случай, или какъ «курьезъ». Болваны, —при встрѣчѣ съ Сокра-
томъ они записалигбы только: «вѣситъ 4 пуда іо фунтовъ». В. Р—въ.
СЛУЧАИ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ ЮНОШИ ВЪ ДѢВУШКУ 167
«Я былъ у женщины, страдавшей половымъ извра-
щеніемъ. Тутъ-то я вдругъ увидѣлъ, что въ ней прои-
зошло такое же превращеніе, какъ и во мнѣ, т.-е. что
она чувствуетъ себя мужчиной. И въ сравненіи съ ней
я чувствовалъ себя женщиной. Она не знала еще о
своемъ состояніи.
«Съ тѣхъ поръ всѣ мои чувства проявлялись въ жен-
ской формѣ. Къ церебральной системѣ почти непосред-
ственно присоединилась вегетативная, такъ что всѣ при-
падки носили женскій характеръ. Чувствительность всѣхъ
нервовъ, особенно слухового, обонятельнаго и тройничнаго,
возросла до нервозности. Стукъ окна заставлялъ меня со-
дрогнуться; не абсолютно свѣжая пища вызывала у меня
трупный запахъ.
«Но за то со времени этого превращенія я легче пе-
реносилъ зубную боль и мигрень, и меньше страдалъ при
стенокардіи. Удивительно: я чувствовалъ себя робкимъ,
слабымъ существомъ, но въ случаѣ угрожающей опасно-
сти былъ хладнокровенъ и спокоенъ, какъ и при тя-
желыхъ операціяхъ.
«Какъ ни малы были мои грудные соски, но я все
Же чувствовалъ ихъ женскими грудями, — и сорочка,
сюртукъ, блуза стѣсняли меня и производили теперь
неловкость. Тазъ казался мнѣ совершенно женскимъ.
Я чувствовалъ давленіе въ таліи. Каждый мѣсяцъ у
меня въ теченіе б дней были всѣ тоіітіпа (сопутствую-
щія регуламъ недомоганія), какъ у оіеенщины; только
кровей не было, хотя было ясное ощущеніе, будто отхо-
дитъ жидкость, будто половыя части опухаютъ. Въ по-
слѣдующіе затѣмъ два дня является весьма сильное ощу-
щеніе: все тѣло охвачено чувствомъ потребности въ опло-
дотвореніи, оно пропитано имъ, какъ сахаръ пропитывается
168 СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ юноши въ дѣвушку
водой, или какъ мокрая губка. Очевидно, сначала нуждаю-
щаяся въ любви женщина, а ужъ затѣмъ — мужчина;
оттого, мнѣ кажется, скорѣе имѣется стремленіе къ
зачатію, чѣмъ къ совокупленіюх). За послѣдніе три
года я чувствую себя во время совокупленія пассивно,
какъ женщина, иногда даже съ женскимъ ощущеніемъ
эякуляціи. Чувствую послѣ этого себя утомленнымъ и опло-
дотвореннымъ, какъ женщина,—иногда даже не хорошо,
чего не бываетъ у мужчины. Нѣсколько разъ совоку-
пленіе доставило мнѣ такое наслажденіе, что я ни съ
чѣмъ не могу это сравнить. Это—пріятнѣйшее, наибо-
лѣе сильное чувство, которому все можетъ быть при-
несено въ жертву. Въ этотъ моментъ женщина есть
одна лишь ѵиіѵа, поглотившая всю личность...
«За послѣдніе три года я ни на одну минуту не пе-
реставалъ чувствовать себя женщиной. Теперь я уже
привыкъ, и мнѣ не такъ тяжело. Но это въ спокойное
время. Когда же является потребность въ половомъ удо-
влетвореніи, положеніе становится невыносимымъ. Чув-
ствуется жженіе, теплота, напряженность въ половыхъ
частяхъ (при отсутствіи эрекціи, половые органы какъ
бы выходятъ изъ своей роли). Въ это время крайне
трудно работать, невозможно ни сидѣть, ни лежать,
ни ходить.
«Бракъ нашъ, за исключеніемъ минутъ совокупле-
нія, производитъ такое впечатлѣніе, будто совмѣстно
*)’ Вотъ глубокій отвѣтъ всѣмъ моралистамъ, которые, судя дѣ-
вушекъ за дѣтей, всегда кричатъ, что онѣ родили по «разврат-
ному влеченію» къ совокупленію: тогда какъ, наоборотъ, онѣ со-
вокупляются въ силу неодолимой потребности къ зачатію! -Совсѣмъ
разная оцѣнка факта: изъ имморальнаго онъ переходитъ въ глу-
боко моральный, въ исполненіе воли Божіей и закона природы.
В. Р—въ.
СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ ЮНОШИ ВЪ ДѢВУШКУ 169
живутъ двѣ женщины, изъ которыхъ одна маскируется
мужчиною. Когда у меня не являются описанныя пе-
ріодическія тоіітіпа, то является чувство беременности
или полового пресыщенія, котораго мужчина не знаетъ.
При эротическихъ сновидѣніяхъ преобладаютъ явленія,
какія снятся женщинамъ. Все это ужасно тяготитъ, и
ужъ лучше быть или сдѣлаться безсильнымъ. Будь я хо-
лостой, я давно кастрировалъ бы у себя яички, мошонку и
дѣтородный органъ *). Къ чему все это женское ощуще-
ніе удовольствія, когда зачатіе невозможно? Къ чему всѣ
эти побужденія женской любви, когда для удовлетворе-
нія опять необходима женщина? Какъ тягостны эти
женскія испаренія! Какъ унижаетъ мужчину пристрастіе
къ одеждѣ и украшеніямъ! Да и вообще, какъ тяжело,
когда прежнюю индивидуальность приходится чувство-
вать лишь какъ маску, чувствовать себя всегда женщи-
ной! Когда мужчина, пользующійся общественнымъ
довѣріемъ и авторитетомъ, долженъ возиться со своей,
хотя бы только воображаемой, вульвой!
«Помимо того приходишь въ замѣшательство, когда
кто-либо случайно замѣтитъ женское проявленіе чувства.
Я помню, какъ испугался однажды, когда моя жена ска-
зала знакомой дамѣ, что я отлично понимаю въ женскихъ
туалетахъ. Помню, какъ была поражена одна свѣтская
дама, когда я указалъ ей на неправильное воспитаніе
’) Какое поразительное признаніе, до конца и глубины объяс-
няющее религіозное оскопленіе («галлы» древности, наши «скоп-
цы», «бѣлые голуби»)! И медики, коимъ правительственно предла-
галось, объяснить скопчество (см. монографію д-ра Пеликана), не
воспользовались этимъ и такими фактами. Впрочемъ, въ меди-
цинѣ кажется вовсе нѣтъ литературы объ «андрогинахъ», не
помню ни одной- диссертаціи. Полное невѣдѣніе, но совершенно
младенческое. В. Р—въ.
170 СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ юноши въ дъвушку
дочери, и при этомъ письменно и устно изложилъ ей
все, что можетъ чувствовать женщина (впрочемъ, я ска-
залъ, что узналъ все это изъ писемъ). Теперь, когда
дочь оказалась дѣйствительно хорошо воспитанной,
эта дама питаетъ ко мнѣ еще большее довѣріе.
«Надо еще замѣтить, что я съ тѣхъ поръ сталъ чув-
ствительнѣе къ температурнымъ колебаніямъ, къ эластич-
ности кожи у паціентовъ, къ напряженію внутренностей
у нихъ, и что во время вскрытій и операцій разныя
жидкости легче проникаютъ у меня черезъ кожу. Каждое
вскрытіе причиняетъ мнѣ боли, каждое изслѣдованіе
проститутки или женщины, страдающей болями, тя-
гостно мнѣ. Я вообще нахожусь теперь подъ сильнымъ влія-
ніемъ симпатіи и антипатіи. Духи вліяютъ на меня раз-
но. Такъ, напр., фіалка и роза причиняютъ мнѣ безпо-
койство, другіе запахи противны мнѣ, илангъ вызываетъ
у меня непреодолимое половое возбужденіе. Прикосно-
веніе женщины кажется мнѣ гомогеннымъ; соііиз воз-
моженъ потому, что жена моя нѣсколько мужественнѣе
меня, обладаетъ болѣе плотной кожей, и все же это ско-
рѣе лесбосская любовь.
«При этомъ я чувствую себя всегда пассивно. Если я
ночью не могу спать отъ возбужденія, то мнѣ удается
заснуть лишь, зі Гешога шеа сііз^епза ЬаЪео, зісиі тиііег
сиш ѵіг сопсишЬепз, или если я ложусь на бокъ; но
при этомъ ни рукавъ, ни постель не должны касаться
груди, иначе я не засну, точно также и животъ не
долженъ быть прижатъ. Лучше всего я сплю въ женской
сорочкѣ и въ перчаткахъ, ибо у меня легко зябнутъ
руки. Пріятно мнѣ также въ женскихъ панталонахъ,
такъ какъ они не прикасаются къ половымъ органамъ.
Больше всего мнѣ нравилась женская одежда во времена
кринолиновъ.
СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ ЮНОШИ ВЪ ДѢВУШКУ 171
«Наибольшее удовольствіе я получилъ отъ знаком-
ства съ дамой, которая страдала неврастеніей и кото-
рая послѣ послѣднихъ родовъ стала чувствовать себя
какъ мужчина.
«Съ тѣхъ поръ, какъ я объяснилъ ей значеніе этого
чувства, она старается воздерживаться отъ соііиз’а.
Глядя на нее, мнѣ легче переносить свое состояніе.
Будь она мужчиной, а я молодой дѣвушкой, то именно
она была бы избранницей моего сердца. Но теперь она
была не то, что раньше; она—элегантно одѣтый господинъ,
не смотря на груди, прическу и т. д. ’). Она говоритъ
кратко и отчеливо; ей не нравится все, чтб меня за-
бавляетъ. Свое горе она переноситъ съ достоинствомъ,
находитъ утѣшеніе въ религіи и выполненіи долга; она не
любитъ женскаго общества и женскихъ бесѣдъ, а также не
любитъ сладостей.
«Что касается основныхъ измѣненій, какія я замѣ-
тилъ въ себѣ со времени полной еНетіпаііопіз (превра-
щенія въ женщину), то они таковы:
«і. Постоянное чувство, что я—женщина съ головы
до ногъ.
«2. Постоянное чувство, что у меня женскіе половые
органы.
«3. Періодичность ежемѣсячныхъ тоіітіпа.
«4. Правильно возникающая женская похотливость,
но безъ влеченія къ опредѣленному мужчинѣ.
«5. Пассивное женское ощущеніе присовокупленіи.
«6. Женское ощущеніе при воображеніи совокупленія.
*) Удивительно! Прямо прилагать въ видѣ картинки къ «Исто-
ріи религій», какъ иллюстрацію финикійской Ѵепи<> ЬагЬаіиз. И
поразительно, что здѣсь преобразованіе наступило послѣ родовъ.
В. Р—въ.
172 СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ ЮНОШИ ВЪ ДѢВУШКУ
«7. При видѣ женщинъ чувство принадлежности къ
нимъ.
«7. При видѣ мужчинъ женское отношеніе къ нимъ.
«8. При видѣ дѣтей—тоже.
«Ю. Измѣнившееся настроеніе, значительно большее
терпѣніе.
«и. Удавшаяся мнѣ, наконецъ, покорность судьбѣ,
чѣмъ я обязанъ только церковной религіи, — иначе я
давно наложилъ бы на себя руки»...
«У меня не все сказано, но я не въ силахъ здѣсь про-
должать свои размышленія и углубиться еще болѣе
въ самого себя... Я надѣюсь, что разъ я выполняю
свои обязанности врача, гражданина, отца и мужа, то
я вправѣ причислить себя къ разряду людей, заслужи-
вающихъ не одного лишь презрѣнія. Наконецъ, я хо-
тѣлъ изложить результатъ моихъ воспоминаній и мо-
его размышленія, чтобы доказать, что при женскомъ
образѣ мыслей и чувствъ можно быть врачемъ. Я счи-
таю крайне несправедливымъ закрывать женщинѣ путь
къ медицинѣ. Женщина подчасъ угадываетъ чутьемъ
тамъ, гдѣ мужчина, не смотря на діагностику, бродитъ
въ потьмахъ, особенно въ женскихъ и дѣтскихъ болѣз-
няхъ. Если-бы зависѣло отъ меня, то каждый врачъ
долженъ былъ-бы нѣсколько мѣсяцевъ продѣлать ейе-
тіпаііо. И тогда онъ лучше понималъ бы ту половину
человѣчества, отъ которой онъ происходитъ. Онъ умѣлъ
бы цѣнить величіе женской души и постигалъ бы же-
стокость судьбы ея»...
«Спустя три года», пишетъ Крафтъ-Эбингъ, «этотъ
субъектъ прислалъ мнѣ новый зіаШз ргаезепз своего об-
раза мыслей и чувствъ. Онъ существенно соотвѣтствуетъ
прежнему. Физически и душевно онъ чувствуетъ себя
СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ ЮНОШИ ВЪ ДѢВУШКУ 173
совершенно какъ женщина, но его мыслительная спо-
собность осталась нетронутой и предохраняетъ его отъ
рагапоіа. Фактически не произошло существенныхъ пе-
ремѣнъ въ состояніи этого, все еще практикующаго,
врача до 1900 года».
Такой-же случай превращенія изъ одного пола въ
другой,—такъ сказать физіологическій кусокъ религіоз-
ныхъ культовъ Сиріи,—Крафтъ-Эбингъ разсказываетъ
относительно женщины:
«Госпожа X., дочь важнаго чиновника. Будучи дѣвоч-
кой, X. имѣла рѣшительныя наклонности къ спорту
мальчиковъ. Пока она носила короткія платья, она бѣ-
гала по полю, взбиралась на скалы. Ее рѣшительно не
интересовали наряды и украшенія. Только разъ, когда ей
сдѣлали платья мужского покроя, она испытала большую
радость. Она также была чрезвычайно довольна, когда
ей пришлось разъ въ спектаклѣ изображать мальчика.
Въ остальномъ, однако, ничто не обнаруживало йошо-
еехиаі’наго предрасположенія. До свадьбы (21-го года)
она не запомнитъ случая, когда у нея явилась бы
склонность къ особѣ собственнаго пола. Также без-
различны были для нея и субъекты мужского пола.
Когда она стала взрослой, у нея было много поклон-
никовъ, которые льстили ей, но тѣмъ не менѣе она ни-
когда не задумалась о различіи половъ. Различіе для нея
состояло только въ одеждѣ. На единственномъ балу, ко-
торый она посѣтила, ей нравились лишь остроумныя бе-
сѣды и хорошее общество, но не танцы и не танцующіе1).
Менструаціи безъ боли явились на 18-мъ году. Госпо-
х) Прямо наши бо-ые годы! Вся тогдашняя «буря» вышла изъ
стакана Ьошозехиаі’ности. См. выше о Чернышевскомъ. В. Р—въ.
174 СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ юноши въ дѣвушку
жа X. чувствовала, что менструаціи нѣчто ей несвой-
ственное, тягостное. Обрученіе со статнымъ, богатымъ го-
сподиномъ, рѣшительно не знавшимъ женской натуры,
было для нея дѣломъ совершенно безразличнымъ. Къ
браку она не чувствовала ни симпатіи, ни антипатіи.
Супружескія обязанности сначала причиняли ей страда-
нія, затѣмъ стали тягостны. Никогда у нея не явля-
лось при этомъ чувства сладострастія, но она съ тече-
ніемъ лѣтъ родила 6 дѣтей. Когда супругъ, во избѣжа-
ніе дальнѣйшаго дѣторожденія, пользовался соіШ іпіег-
гпріо, она чувствовала себя оскорбленной въ своемъ
моральномъ и религіозномъ чувствѣ.
«X. становилась все неврастеничнѣе, грустнѣе, чувство-
вала себя несчастной. Гинекологическое леченіе и раз-
личныя ванны не доставили ей никакого улучшенія.
На 36-мъ году у нея однажды явился апоплексическій
ударъ, и она пролежала два года, испытывая тяжелыя
неврастеническія страданія (безсонница, давленіе въ го-
ловѣ, сердцебіеніе, психическая подавленность, чувство
нарушенія физическаго и умственнаго равновѣсія до
чувства угрожающаго умопомѣшательства, и т. д.).
Въ теченіе этой болѣзни произошло удивительное пре-
вращеніе въ ея душевномъ и физическомъ чувствова-
ніи. Разговоры навѣщавшихъ ее дамъ о любви, туале-
тахъ, модахъ, хозяйствѣ, слугахъ—бъигі ей противны. Ее
даже угнетало то, что она сама—женщина. Она не
могла рѣшиться взглянуть на себя въ зеркало. Прическа и
туалетъ ужасали ее. Къ удивленію окружающихъ, ея
нѣжныя и красивыя женскія черты лица получили муж-
ское выраженіе, такъ что она скорѣе производила впе-
чатлѣніе мужчины въ женской одеждѣ. Она жалова-
лась своему домашнему врачу, что менструаціи стали
ей чужды, вызываютъ у нея тяжелое настроеніе, что за-
СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ ЖЕНЩИНЫ ВЪ МУЖЧИНУ 175
пахъ менструальной крови сталъ ей отвратителенъ, но
она не можетъ прибѣгнуть къ духамъ, потому что и
они противны ей.
«Она почувствовала теперь удивительное превраще-
ніе во всемъ своемъ существѣ. Она замѣтила притокъ
физической силы, и, продѣлавъ гимнастическія упражне-
нія, ей казалось, что она помолодѣла. Она поражается
тому, какъ измѣнилась ея мыслительная способность; у
нея явился совершенно новый способъ выражаться, сообра-
жать быстро и мѣтко, самый выборъ словъ совершенно не
женскій. У нея, столь набожной и строго нравственной
женгцины, явилась даже наклонность ругаться.
«Она упрекала себя въ томъ, что ведетъ себя, ду-
маетъ, чувствуетъ совсѣмъ не какъ женщина.
«Затѣмъ она почувствовала превращеніе въ тѣлѣ.
К?ь своему изумленію, она почувствовала, что груди
исчезаютъ у нея, что тазъ ея съузился, что кости
становятся массивнѣе, кожа грубѣе и плотнѣе. Она
не могла уже носить ни браслетовъ, ни колецъ, ни се-
регъ, ни вѣера. Камеристка и швея замѣтили, что отъ
г-жи X. чувствуется какъ-бы другой запахъ, что голосъ
ея сталъ ниже, грубѣе, мужественнѣе.
«Когда паціентка встала, наконецъ, съ постели, ока-
залось, что она совершенно утратила женскую походку',
она буквально должна была принуждать себя къ
извѣстнымъ жестамъ и движеніямъ въ своемъ женскомъ
Костюмѣ; она больше не въ силахъ была переносить
шлейфъ. Прежняя жизнь въ качествѣ женщины каза-
лась ей теперь чуждой, несвойственной ей, и она не
могла больше играть роль женщины. Черты лица ста-
новились все мужественнѣе. Въ животѣ явились совер-
шенно чуждыя ощущенія. Она жаловалась врачу, что
не чувствуетъ больше внутреннихъ половыхъ органовъ. Об-
176 СЛУЧАЙ ПЕРЕРОЖДЕНІЯ ЖЕНЩИНЫ ВЪ МУЖЧИНУ
ластъ срамныхъ частей, казалось ей, увеличилась, она
часто ясно чувствовала, что у нея имѣется репіе и
зсогіит. Также ясно обнаружилась мужская похоть.
«Все это сильно угнетало ее и ея грусть доходила до
того, что она боялась помѣшаться. Врачу удалось успо-
коить ее, и паціентка постепенно снова достигла равно-
вѣсія въ своемъ новомъ, чуждомъ состояніи. Она стара-
лась исполнять свои обязанности матери и хозяйки. Инте-
ресна была по-истинѣ мужская сила воли, которую она
при этомъ обнаружила; прежняя слабохарактерность
совершенно исчезла.
«Для своего мужа X. была неразрѣшимою загадкой.
«Врачу она жаловалась, что время отъ времени у
нея является животная, мужская похоть, и это повер-
гаетъ ее въ уныніе. Половое сношеніе съ мужемъ каза-
лось ей ужаснымъ и невозможнымъ 1).
«.Порой паціентка испытывала еще женское возбу-
жденіе, но это становилось все рѣже2). Она тогда снова
чувствовала женскіе половые органы, прежнія груди.
Но такіе моменты были ей противны, и ей казалось,
что это второе превращеніе сведетъ ее съ ума.
«Она покорилась судьбѣ, въ чемъ много помогла ей
глубокая религіозность.
«Самое непріятное во всемъ этомъ для нея то, что
ей, подобно актеру, приходится играть чужую роль
передъ людьми, именно роль женщины». (Крафтъ-Збингъ,
стр. 312—330).
і) Типичное представленіе о нормальномъ половомъ актѣ
г. Фози и въ аскетической литературѣ. В. Р—въ.
а) Поразительно! Колебанія пола въ одномъ индивидуумѣ!
Точно переливы септа въ гейслеровыхъ трубкахъ. В. Р въ.
вѣчное дѣвство іп паіпга гегит; самооскопленіе 177
Самоотрицанія пола.
Выраженіе врача и акушера: «я кастрировалъ-бы
у себя органы воспроизведенія, болѣе не нужные»,
объясняетъ съ такою полнотою первоначальныя и ори-
гинальныя явленія самооскопленія, что ничего другого,
кромѣ разсказа этого врача, не нужно прибавлять, не
нужно ничего искать. Очевидно, эти и близкія къ этому
явленія въ текущемъ полѣ и вызвали всѣ древніе и но-
вые случаи оскопленія. Съ тѣмъ вмѣстѣ нельзя не по-
чувствовать, что такой носитель живого чуда въ себѣ,
который чувствуетъ въ себѣ тб, чего не видитъ и не
осязаетъ, а что видитъ и осязаетъ—того не чувствуетъ,
долженъ быть глубочайше потрясенъ, взволнованъ,
испуганъ вѣчнымъ испугомъ. И, какъ каждый человѣкъ
въ подобномъ положеніи, онъ не можетъ не обра-
титься къ Тому, Кто вѣковѣчно служилъ человѣчеству
и опорой и утѣшеніемъ; не можетъ не обратиться въ
этомъ по преимуществу метафизическомъ состояніи къ
Первоисточнику всѣхъ метафизикъ, всего непости-
жимаго.
Подобныя-то обращенія къ Богу людей, такъ или
иначе аномальныхъ въ полѣ, въ большей или въ мень-
шей степени аномаланыхъ, не могущихъ вести нормаль-
ную семейную жизнь, не могущихъ нормально супру-
жествовать,—и образовали весъ аскетизмъ, какъ древній,
такъ и новый, какъ языческій, такъ и христіанскій.
Только въ то время, какъ въ другихъ религіяхъ онъ за-
нималъ уголокъ, образовывалъ цвѣточекъ,—христіанство
собственно состоитъ все изъ него одного, съ прибав-
ками терпимыми, снисходимыми, полузаконными, и,
въ сущности, по строгой внутренней его мысли—безза-
конными.
178
ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА
Есть явленія оригинальныя и подражательныя: вто-
рыя могутъ происходить по примѣру, по ученію. Но
первыя всегда происходятъ по природѣ. «Не могу иначе!»—
вотъ крикъ натуры, лежащій въ основѣ и безмолвнаго
житія, и ученія, и пропаганды.
Мы приведемъ одно такое «житіе» изъ Кіевскаго
Патерика. Въ немъ сказывается это неодолимое «не
могу», которое составителями «житій» было принято за
«не хочу». Такимъ образомъ фактъ природы, неизвѣст-
ный составителямъ житій, былъ принятъ за особенно
глубокое, за особо чистое исповѣданіе религіи дѣвства,
или, точнѣе, — за исповѣданіе религіи, проистекшей отъ
Вѣчнаго Неразрушимаго н Ненарушимаго Дѣвства
(«присно-дѣвства »).
Вотъ это «Житіе» текстуально:
«О преподобномъ Моисеѣ Угринѣ».
«Вотъ что узнано было объ этомъ блаженномъ Моисеѣ.
Онъ былъ родомъ У гринъ, любимецъ святаго Бориса и
братъ того Георгія, на котораго этотъ князь надѣлъ золо-
тую гривну, и котораго убили съ нимъ на Альтѣ и отру-
били голову изъ-за золотой гривны. Этотъ же Моисей
одинъ избавился тогда отъ горькой смерти и пришелъ къ
Предиславѣ, сестрѣ Ярославовой. И какъ въ то время
нельзя было никуда выдти,—онъ, крѣпкій душою, остался
здѣсь и пребывалъ въ молитвѣ къ Богу. Потомъ благо-
честивый князь нашъ Ярославъ, побуждаемый горячей
любовью къ братьямъ-мученикамъ, пришелъ на безбож-
наго и гордаго и окаяннаго Святополка, и побѣдилъ его.
Но этотъ бѣжалъ къ Ляхамъ (полякамъ), пришелъ опять
съ Болеславомъ и изгналъ Ярослава, а самъ сѣлъ въ
Кіевѣ. Болеславъ-же, возвращаясь въ Ляшскую землю,
ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА
179
захватилъ съ собой обѣихъ сестеръ Ярославовыхъ и мно-
гихъ бояръ его.
«Между ними былъ и этотъ блаженный Моисей. И вели
его закованнаго по рукамъ и по ногамъ въ тяжкія же-
лѣза, и крѣпко стерегли его, потому что былъ онъ крѣ-
покъ тѣломъ и прекрасенъ лицемъ. И увидѣла его, пре-
краснаго и юнаго, одна молодая женщина. Была-же она
изъ великихъ земли той, имѣла большое богатство и власть.
И залегла ей въ душу красота его, и уязвилось сердце
ея страстнымъ желаніемъ. Чтобы склонить къ тому-же и
Преподобнаго, она стала увѣщевать его льстивыми сло-
вами, говоря:
«—Зачѣмъ ты напрасно переносишь такія муки, когда
имѣешь разумъ, который могъ бы избавить тебя отъ этихъ
мукъ и страданій?
«Моисей же сказалъ:
«— Такъ Богу угодно.
«Она же сказала ему.
«— Если покоришься мнѣ, я избавлю тебя и сдѣлаю
великимъ во всей землѣ Ляшской. И будешь ты владѣть
мною самою и всею областью моей.
«Понялъ блаженный желаніе ея нечистое1) и сказалъ ей:
*) Почему «нечистое»? Совершенно чистое,—какъ у Евы при
взглядѣ на Адама. Все взято изъ «Кіевскаго Патерика», собра-
нія житій «святыхъ» Кіевскихъ Пещеръ. Все съ XIII—XV вѣка
давалось въ поученіе, въ «просвѣщеніе», русскому народу мла-
денцу, который жевалъ ту пищу, какую ему вкладывали въ
ротъ. Между тѣмъ пища эта вся отравлена ядомъ скопчества
и бунтомъ противъ заповѣди Господней: «оплодотворяйтесь!
размножайтесь!» По духу этого отрицанія, «святые» Пещеръ
были хоть и наивные (и невинные), однако богоборцы. А «Па-
терикъ» былъ и остается книгою богоборческою. И онъ писанъ
Урнингомъ-безбрачникомъ, и въ немъ писано объ урнингахъ-же,
каковымъ несомнѣнно былъ этотъ Моисей. В. Р—въ.
180 ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА
«— Но кто же, взявши жену и покорившись ей, сохра-
нилъ х) законъ? Покорился женѣ Адамъ первозданный и
изъ рая изгнанъ а) былъ. Самсонъ всѣхъ превзошелъ си-
лою, войска противниковъ одолѣвалъ, а послѣ женою
преданъ былъ иноплеменникамъ. И Соломонъ постигъ
глубину премудрости, а повинуясь женамъ—идоламъ покло-
нился. И Иродъ многія побѣды одержалъ, а поработился
женѣ—и умертвилъ Іоанна Предтечу 3). Такъ какъ же мнѣ,
х) Да Исаакъ, сынъ Авраама, былъ не только женатъ, но и
«покоренъ женѣ», и—сохранилъ законъ. Женатый Авраамъ былъ
одинъ изъ человѣчества избранъ Богомъ въ завѣтъ съ Собою, чего
еще не случалось ни съ однимъ монахомъ. Но смотрите, какъ са-
моувѣренно пишетъ монахъ-урнингъ: выражаетъ натуру свою,
и хотя въ каждомъ словѣ отрицаетъ и порицаетъ все Св. Писа-
ніе, но ему кажется, что онъ пишетъ что-то «божественное».
В. Р—въ.
2) Да онъ «изгнанъ» былъ ни въ какомъ случаѣ не за
жену, которую далъ ему Богъ, а за преслушаніе заповѣданія Бо-
жія о невкушаніи плода отъ древа познанія добра и зла. Если
Ева, жена,—дала ему этотъ плодъ, и подъ перомъ монаховъ это
обращено въ аргументъ противъ женитьбы, то вѣдь доказали-ли
они, что Змій не соблазнилъ-бы одного Адама, и безъ его жена-
тостиЪ Если передъ Евою не устоялъ Адамъ, то почему онъ
устоялъ-бы передъ Зміемъ? Змій похитрѣе Евы,—а Адама онъ
все равно сталъ-бы искушать, потому что ему надо было скло-
нить и не Адама, п не Еву, а—человѣка. Продолжи монахи глу-
пую мысль свою, и они дошли-бы до необходимости доказывать
«грѣховность земледѣлія»: ибо первый убійца на землѣ, Каинъ-
быль земледѣлецъ, и Богъ даже опредѣленно отвергъ жертву его,
какъ и принесенную отъ плодовъ земледѣлія* В. Р—въ.
8) Какая ненависть къ женамъі И не взято ни одного при-
мѣра обратнаго, ни Агарь, ни Ревекка, ни Рахиль. Все—забыто,
все—закрыто ладонью отъ читателя, которымъ былъ цѣлый на-
родъ! И еще Церковь, пропитавшая народъ этимъ жёноненави-
дѣніемъ, постоянно учила, подводя глазки къ небу, что она-то
и есть «мать брака» (свящ. Филевскій въ письмахъ ко мнѣ),
что «только христіанство вывело женщину изъ унизительнаго
ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА
181
свободному, самому сдѣлать себя рабомъ жены? Я не по-
зналъ ея отъ рожденіяѵ).
«Она же сказала:
«— Я тебя выкуплю, сдѣлаю знатнымъ, господиномъ
надъ всѣмъ домомъ моимъ поставлю, и будешь ты му-
жемъ моимъ. Только исполни мою волю, удовлетвори
страстному желанію души моей, дай мнѣ насладиться твоей
красотой * 2). Для меня довольно твоего согласія. Не могу я
сносить, что гибнетъ даромъ твоя красота 3). Пусть же
утихнетъ сердечный пламенъ, сжигающій меня, и переста-
нутъ мучить меня помыслы 4), и успокоится страсть моя.
положенія, въ какомъ она находилась у язычниковъ и находится
у масульманъ» (С. А. Рачинскій), что оно «подняло положеніе
женщины». Монахини и игуменьи—да: но на жену и мать она только
подняла мужнины кулаки. То-то церковь «м разу противъ этихъ
кулаковъ не подняла протеста: не было примѣра. «Свое добро
хорошо пахнетъ»,—даже когда это и есть каиново «добро».
В. Р—въ.
2) Аналогія приведеннымъ у Крафтъ-Эбинга примѣрамъ
урнинговъ: которые вообще съ молодости не совокупляются, «до
брака—дѣвственны», и, вступивъ въ бракъ (случайно и нелѣпо),
дивятся на совокупленіе, какъ на встрѣченнаго въ лѣсу медвѣдя.
В. Р—въ.
2) Совершенно нормальное желаніе, естественное, святое, какъ
Евы. В. Р—въ.
3) Какъ основательно! Прямо—законъ Божій:—«ты молодъ и
прекрасенъ, и я не стара еще и не безобразна—давай, размно-
жимся по слову Божію, зачнемъ прекрасныхъ дѣтей». Просто,—
какъ и все было открыто и просто въ первобытныя тѣ времена.
На что-же злится монахъ? Ненавидя человѣка, замѣчаете-ли,
какъ ненавидитъ онъ Бога? В. Р—въ.
4) «Помыслами», какъ извѣстно, страдаютъ всѣ монахи («По-
каянный канонъ» Андрея Критскаго, «Требникъ»). Благочести-
вая жена, пожелавшая себѣ мужемъ Моисея У грина, и пере-
даетъ ему о «помыслахъ», этомъ началѣ грѣховныхъ извраще-
ній пола: и если-бы онъ сколько-нибудь имѣлъ въ сердцѣ своемъ
182 ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА
И ты насладишься моей красотой, и будешь господиномъ
всему имѣнію моему, наслѣдникомъ моей власти, стар-
шимъ между боярами.
«Блаженный же Моисей сказалъ ей:
«— Будь же увѣрена, что я не исполню твоей воли. Я
не хочу ни власти твоей, ни богатства; для меня лучше
любви къ человѣчеству, сожалѣнія о братьяхъ своихъ, если-бы
онъ имѣлъ заботу о спасеніи души ея, то онъ прггнудилъ-бы даже
себя стать ея мужемъ въ предупрежденіе развращенія ея (мыс-
леннаго). Въ Ветхомъ Завѣтѣ неоднократно передано, какъ отцы
взрослыхъ дочерей, видя чрезмѣрное половое возбужденіе муж-
чинъ города или села, говорили имъ: «вотъ подождите,—у меня
есть дочь (чаще—дочери), еще не познавшая мужа, и я вамъ
вышлю ее». Въ громадной странѣ со сложнымъ населеніемъ,
съ подвижными заработками («отхожіе промыслы»), церковь,
государство и общество должны-бы любовно и согласно, безъ
всякой сЪоппе тіпе», разсмотрѣть вопросъ: какъ удовлетво-
рить половую нужду этого вынужденно-бродячаго населенія? И
поставивъ этотъ вопросъ, конечно чиновники и мудрецы должны-
бы передать его въ «комиссію изъ женщинъ», или хотя-бы всему
женскому скопищу. Женщины, которымъ врожденъ инстинктъ
материнства (верхней заботы, заботы сверху внизъ) не въ отно-
шеніи однихъ собственныхъ дѣтей, а вообще,—безъ сомнѣнія
не отвергли-бы абсолютную необходимость какъ-нибудь отвѣ-
тить на эту «жажду». Теперь это разрѣшилось въ прости-
туцію, въ ужасный промыселъ, который обрекъ толпы ничуть
не плохихъ дѣвушекъ на невѣроятное униженіе, позоръ, несча-
стіе и болѣзни, связанныя исключительно съ удовлетвореніемъ этой
бродячей нужды. Но чѣмъ эти дѣвушки хуже другихъ, что на нихъ
однѣхъ это пало’? Несомнѣнно, это должно быть совершенно пе-
реработано—И именно въ смыслѣ болѣе правильнаго и равномѣр-
наго распредѣленія полового налога. Съ полнымъ паденіемъ всѣхъ
суевѣрій противъ дѣторожденія и совокупленія, брезжится, что
это разрѣшилось-бы въ свободную (своеохотную) преданность
этому всѣхъ «езамужнихъ и зрѣлыхъ женщинъ. Вообще, бытіе у
нѣкоторыхъ и даже у многихъ женщинъ проституціоннаго
инстинкта, на разныхъ степеняхъ его напряженія, и полная неспособ-
ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА 183
всего этого чистота душевная, а также и тѣлесная1). Не
погублю я труда пяти лѣтъ, которые Господь сподобилъ
меня терпѣть въ этихъ оковахъ. Я не заслужилъ такихъ
мукъ и потому надѣюсь избавиться за нихъ отъ мукъ
вѣчныхъ.
«Когда Ляхиня увидѣла, что лишена такой красоты,
то, по дьявольскому внушенію, пришла къ такой мысли:
«— Если я выкуплю его, онъ поневолѣ покорится мнѣ.
«И послала она къ тому, кто держалъ Моисея, чтобы
тотъ взялъ у ней денегъ, сколько хочетъ, только передалъ
бы ей юношу. Онъ же, видя удобное время для пріобрѣ-
тенія богатства, взялъ у ней около тысячи, и отдалъ ей
Моисея. И насильно безъ всякаго стыда повлекла блажен-
наго на дѣло небогоугодное. Теперь эта женщина получила
власть надъ нимъ, и вотъ она велитъ ему сочетаться съ
собой. Она освобождаетъ его отъ оковъ, одѣваетъ въ много-
ность всѣхъ такихъ женщинъ къ вѣрному и цѣломудренному сожи-
тію съ однимъ, не можетъ быть лишена всякаго смысла въ при-
родѣ, не можетъ не играть какой-то тайной для насъ роли въ
Космосѣ, въ цивилизаціи, въ исторіи. «ТГолу-то и онѣ нужны»,
«<Ж-то и у нихъ есть мѣсто»., «Мѣсто» это и падаетъ именно на
двигаемостъ и смѣшиваемость человѣчества; то, что оно не сидитъ,
какъ два попугайчика въ клѣткѣ, на одномъ мѣстѣ, не можетъ
этого и не должно этого. А между тѣмъ каждые пять дней уже
«нужна женщина мужчинѣ». Для этихъ Ьотіпез еггапіез іп ге-
Ъиз §ае5ііз и сдѣланъ міровой запасъ въ Гетіпае еггапіез іп зехи.
В. Р—въ.
:) Видите оклеветаніе брака у монаха? «Бракъ есть наруше-
ніе чистоты душевной и тѣлесной», «бракъ оскверняетъ душу и
тѣло», «бракъ есть скверна*. И все это, въ безчисленныхъ «Жи-
тіяхъ», они подсказываютъ, шепчутъ народу,—въ то же время
крича наружу: «Бракъ честенъ и ложе не скверно* (текстъ изъ
ап. Павла), «мы благословляемъ бракъ», «вѣнчаемъ», — приходите
только и заплатите деньги; «бракъ—церковное таинство*. И нашли
же глупое государство, которое этому повѣрило. В. Р—въ.
184
ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА
цѣнныя одежды, сладкими кушаньями кормитъ, объятіями
и всякими любовными обольщеніями понуждаетъ на свою
похоть. Преподобный же, видя ея неистовство, сталъ еще
прилежнѣе молиться, еще крѣпче держать постъ. Онъ же-
лалъ лучше, Бога ради, есть сухой хлѣбъ и пить воду съ
чистотою, нежели многоцѣнное кушанье и вино съ сквер-
ною х). И не только одну сорочку, какъ Іосифъ, онъ всю
одежду сбросилъ съ себя, избѣгая грѣха, и ни во что
вмѣнилъ жизнь здѣшняго міра. И въ такую ярость пришла
Ляхиня, что хотѣла голодомъ уморить его. Но Богъ не
оставляетъ рабовъ своихъ, надѣющихся на Него. Онъ пре-
клонилъ на милость одного изъ слугъ ея, и тотъ тайно
подавалъ Моисею пищу. Другіе же увѣщевали Преподоб-
наго, говоря:
«— Братъ Моисей! что мѣшаетъ тебѣ жениться? Ты
еще молодъ, и она вдова, жившая съ мужемъ только одинъ
годъ. И красотой она лучше другихъ женщинъ, и богатство
имѣетъ безчисленное, и власть великую въ Ляшской землѣ.
Если бы она захотѣла выдти за какого нибудь князя, и
тотъ бы не погнушался ею. А ты, плѣнникъ, не хочешь
исполнить ея волю. Если же скажешь: «не могу престу-
пить заповѣди Христовой», то не говоритъ ли Онъ въ
Евангеліи: «оставитъ человѣкъ отца своего и мать, и при-
лѣпится къ женѣ своей, и будутъ два одною плотію; такъ
что они уже не двое, а одна плоть» (Матѳ. XIX, б, 6).
А Апостолъ говоритъ: «лучше вступить въ бракъ, нежели
*) Опять «скверна»... «Жена»—скверная,«женщина»—скверна,
ласка ея или отъ нея—«скверна». Этимъ пропитано все «свято-
отеческое»; «святость» церковная и опредѣляется этою «-раздѣли-
тельною отъ женщинъ» чертою. Мы уже указали выше, въ ка-
комъ вкусовомъ ощущеніи лежитъ всего этого источникъ. «По плоду
узнается дерево»... Но и обратно: «взглянувъ на дерево, уже
узнаемъ, какой оно принесетъ плодъ...». В. Р—въ.
ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА 186
разжигаться» (1 Коринѳ., VII, 9). Вдовамъ же велитъ всту-
пать во второй, бракъ. Зачѣмъ же ты предаешь себя на
злыя и горькія муки, изъ-за чего страдаешь, когда ты не
инокъ и свободенъ? Если придется тебѣ умереть въ этой
бѣдѣ, какая тебѣ похвала будетъ? Да и кто же отъ пер-
выхъ людей и до-нынѣ гнушался женъ... какъ Авраамъ,
Исаакъ, Іаковъ?.. Никто, кромѣ нынѣшнихъ чернецовъ.
Іосифъ сначала побѣдилъ, а потомъ и онъ женился. И ты,
если теперь живъ останешься, то самъ взыщешь жены.
И кто не посмѣется твоему безумію? Лучше уже тебѣ по-
кориться этой вдовѣ, и будешь ты свободенъ и господинъ
надъ всѣмъ.
«Онъ же говорилъ имъ:
«— Ей, братья и добрые друзья мои!—добро вы мнѣ со-
вѣтуете! Понимаю я, что это лучше того, что нашептывалъ
змѣй въ раю Евѣ г). Вы убѣждаете меня покориться этой
*) Какіе свѣдущіе монахи: даже знаютъ и то, что Змій на-
шептывалъ въ раю. Тамъ вслухъ, въ словахъ, записанныхъ въ
Библіи, даже слова нѣтъ о плотскомъ соединеніи Адама съ Евою,
для чего Ева и дана была Адаму: но въ монастыряхъ твердо
распространено убѣжденіе, что Змій «нашептывалъ» Евѣ плот-
ски повлечь Адама къ соединенію, съ собою, а самое «яблоко»
толкуется иносказательно, какъ «женская прелесть», «чувствен-
ность». Помогаетъ этому то, что въ раю, до грѣхопаденія совоку-
пленія еще не было; но если-бы Церковь заботилась о чистотѣ
пониманія Св. Писанія, она взяла-бы изъ Талмуда то простое
объясненіе этого, что райская жизнь первой четы продолжалась
только одинъ день. Прежде всего, Адамъ былъ уже не «дебѣлый
мужчина», каковымъ нелѣпо рисуютъ его на иконахъ, а отрокъ
на переходѣ въ юношество. Сонъ его и сотвореніе Евы совер-
шилось въ отвѣтъ на первое его чувственное пожеланіе: не могъ
же допустить ему Богъ «разжигаться» въ раю, чтб есть грѣхъ
даже и въ падшемъ состояніи (слова ап. Павла). Подготовлен-
ный чувственностью къ ней, Адамъ произноситъ извѣстное лю-
бящее восклицаніе при первомъ взглядѣ на дѣву-жену. Онъ уже
7 — В. В. Розанов
186 ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА
женщинѣ, но я никакъ не приму вашего совѣта. Если и
придется мнѣ умереть въ этихъ оковахъ и страшныхъ му-
кахъ, я совершенно увѣренъ, что приму за это милость
отъ Бога. Пусть всѣ праведники спаслись съ женами, я
знаетъ, что она—его, что она—жена, и произносить величайшую
формулу брака, какая когда-либо была дана. Бракъ совершился-
бы и исполненіе его въ раю-же послѣдовало-бы съ первыми
сумерками, какъ у всей твари, у всѣхъ людей,—если-бы, вѣро-
ятно въ предвечерній часъ, не произошло соблазненіе Евы Зміемъ.
Судя по словамъ Божіимъ, что «сѣмя женщины живородящей
станетъ стирать главу Змія» (слова эти перевраны и въ рус-
скомъ и въ славянскомъ переводахъ Библіи),—если и позволи-
тельно влагать какой-нибудь иносказательный смыслъ въ слова
Змія, абсолютно отъ насъ сокрытый, то Мфжно только думать, что,
вопреки волѣ Божіей, давшей Еву въ совокупленіе Адаму, Змій заду-
малъ поманить ее новымъ путемъ, вотъ этимъ путемъ урнинг-
ства, ненарушимаго дѣвства, монашества, какъ-бы путемъ Моисея
У грина и подобныхъ. Такъ какъ разсказъ Библіи объ Адамѣ
и Евѣ въ то же время есть образъ всякаго возрастанія юношей
и дѣвъ и ихъ сочетанія,—то мы можемъ отмѣтить, что и отроки
передъ самымъ пробужденіемъ чувственности (Адамъ до Евы), и дѣвы
въэтотъ-же предъ-брачный возрастъ, всѣ испытываютъ узенькій,
короткій по времени, поясокъ гомосексуальности: это наши
«влюбленія институтокъ въ подругъ своихъ», и подобныя же
чувства въ мальчикахъ лѣтъ 15—16. Все, что въ отношеніи къ
полу могъ нашептывать Змій, то вотъ такое дѣво-мужнее: «не
плодитесь, не множитесь—но живите, какъ ангелы на небесахъ,
любя другъ друга дѣвственною любовью». Нельзя, въ параллель,
не отмѣтить, что гости Лота и были почувствованы содомлянами
какъ «ангелы», и вообще муже-дѣвы утверждаютъ и настаиваютъ
(Платонъ въ «Федрѣ»), что ихъ чувства по высотѣ духовности и
чрезвычайному даваемому счастью подобны «ангельскимъ», даютъ
имъ «ангельское состояніе и блаженство». Все это надо отмѣ-
тить. Но такъ или этакъ,—Адамъ и Ева были къ ночи уже из-
гнаны изъ Рая, и совокупленіе ихъ произошло внѣ его. Все, что
можно думать объ этомъ, это—что, исполнивъ заповѣдь Божію
о размноженіи въ раю-же, т. е. поспѣшно—они, по всему вѣроя-
ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА 187
одинъ грѣшенъ и не могу съ женой спастись1). Да если бы
Іосифъ покорился женѣ Пентефрія, то не царствовалъ бы
онъ послѣ; а видѣлъ Богъ терпѣніе его и далъ ему цар-
ство2), и въ роды прошла слава о немъ, какъ цѣломуд-
ренномъ, хотя онъ и дѣтей прижилъ. Я же не царства
хочу и не власти; не хочу быть великимъ между Ляхами,
почитаемымъ по всей Русской землѣ: для Вышняго Цар-
ства я пренебрегъ всѣмъ этимъ 3). Если я живой избавлюсь
отъ руки этой женщины, то пойду въ монастырь4). А что
Христосъ говоритъ въ Евангеліи? «Кто оставитъ отца
своего и мать, и жену, и дѣтей, и домъ5 6),—тотъ есть Мой
тію, избѣжали бы и изгнанія изъ Рая. Но они замедлили и были
изгнаны: и только здѣсь, уже претерпя за отлаганіе выполненія
Божьей воли, поспѣшили начать «стирать главу Змія». Въ по-
длинной Библіи сказано: «И сказалъ Богъ Змію: вражду положу
между тобою и женщиною, и между потомствомъ твоимъ и дитя-
тею ея... И сѣмя женщины сотретъ главу тебѣ». В. Р—въ.
х) Вотъ голоса урнинга..., вотъ все исповѣданіе, цѣльное исповѣ-
даніе муже-дѣвства: «не могу съ женщиною быть», «грѣхъ»,
«скверна для меня»; «и не ссылайтесь на святыхъ, на примѣры, на
тексты: все равно, не могу! не хочу! Моей природѣ это противно
враждебно, гадко!» В. Р—въ.
2) Все вѣдь это сочиненіе, фантазія: но такъ увѣренъ урнингъ,
когда и вретъ («природа кричитъ»)! См. выше аналогичное
вранье,—и тоже какое упоенное!—Вл. Соловьева, Л. Толстого и
Фози о «дѣвствѣ». В. Р—въ.
3) Прямо — знаменитыя слова о скопчествѣ. Такъ вотъ въ
какомъ мѣстѣ ихъ корень... В. Р—въ.
*) Вотъ, вотъ! Такъ вотъ гдѣ корень всѣхъ монастырей и всею
монашества... Наивно и чистосердечно расказанная исторія Мои-
сея Угрина, съ его столь ясно выраженной физіологической при-
родой, поднимаетъ завѣсу надъ всѣмъ дѣломъ. «Исторію» эту надо-бы
выгравировать на мѣди и прибить къ воротамъ всѣхъ мона-
стырей. В. Р—въ.
6) Да, все отношеніе Іисуса къ браку уже было двойственно—
и сперва ап. Павелъ, а затѣмъ и Церковь только продолжали
7 *
188 ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА
ученикъ» (Лук. XIX, 26). Кого же мнѣ больше слушаться,—
Христа или васъ? Апостолъ же говоритъ: «женатый за-
ботится о мірскомъ, какъ угодить женѣ, а неженатый за-
ботится о Господнемъ, какъ угодить Господу» (1 Кор. VII,
32, 33). Спрошу я васъ: кому больше слѣдуетъ служить,—
Христу или женѣ? «Рабы должны повиноваться господамъ
эту двойственность. На переднемъ фасѣ—Бракъ въ Канѣ Гали-
лейской... «первое чудо»... «съ людьми»... «на бракѣ ихъ». Затѣмъ,
у Матѳ. 19, какъ будто подтвержденіе всего Ветхаго Завѣта:
«Сотворившій вначалѣ мужчину и женщину сотворилъ ихъ» и
пр.,—хотя эти послѣднія слова и заключаются какимъ-то не-
нужнымъ скопчествомъ, этою малостью фактическою, о которой-бы
и упоминать не стоило, высказывая такой универсальный за-
конъ. Но упомянуто. Случайно? Въ какихъ цѣляхъ? Неразга-
данно.—И затѣмъ говорится, какъ особенное Христово, какъ новое
Христово, «христіанское», вотъ это противоположеніе «Христова
ученичества»—отцу, матери, женѣ, дѣтямъ... Такъ сильно сказано:
«ие можетъ быть Моимъ ученикомъ, кто не отрекся»... Какъ-бы:
«по сему (отреченію) будутъ узнавать, Мои-ли. вы» (ученики, по-
слѣдователи). И, наконецъ, совсѣмъ непостижимо это пламенное:
«Огонь пришелъ Я низвесть на землю: и какъ желалъ-бы, чтобы
онъ уже возгорѣлся! Крещеніемъ долженъ Я креститься: и какъ
Я томлюсь, пока сіе совершится! Думаете-ли вы, что Я пришелъ
дать миръ землѣ? Нѣтъ, говорю вамъ, но—раздѣленіе. Отнынѣ
пятеро въ одномъ домѣ станутъ раздѣляться, трое противъ
двухъ и двое противъ трехъ. Отецъ будетъ противъ сына и
сынъ противъ отца; мать противъ дочери и дочь противъ ма-
тери; свекровь противъ невѣстки своей и невѣстка противъ све-
крови своей» (Луки, XII). Все это слишкомъ подробно, раздѣли-
тельно и такъ настойчиво, притомъ лично настойчиво, новозавѣтно
(«новый и другой завѣтъ»), что и у ап. Павла и у Церкви не
могло остаться сомнѣнія, что тутъ нужно между чѣмъ-то выби-
рать: между вѣрностью Ветхому Завѣту или вотъ этому Новому
Завѣту, между «Плодитесь! Множитесь!» и «Если вы станете
плодиться и множиться—не можете быть Моими учениками»... Еван-
геліе тѣмъ именно ни на какую книгу не походитъ, что оно, будучи
человѣчно, въ то же время не есть ни мужское, ни женское (харак-
ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА
189
стоимъ на благое, а не на злое» (Еф. VI, б). Пусть же
будетъ извѣстно вамъ, держащимъ меня, что никогда не
прельститъ меня красота этой женщины, никогда не
отлучитъ отъ любви Христовой.
«Услышала это вдова та, и вотъ, съ помысломъ лука-
вымъ въ сердцѣ, сажаетъ она Преподобнаго на коня, ве-
теръ «мужского» и «женскаго» мы можемъ открыть въ каждой
строкѣ, всякомъ жестѣ, въ каждомъ тонѣ человѣческаго слова
и движенія). Уже слова Евангелія суть всѣ до единаго «какъ
Ангелы на небеси»... «Любовь»-же евангельская, эта особая без-
полая любовь, небесно-спокойная, всѣмъ помогающая, «и до-
брымъ и злымъ», и отъ всѣхъ вмѣстѣ съ тѣмъ далекая, ни съ
кѣмъ опредѣленно не сливающаяся (бракъ), и есть внѣ-полое и
обоюдо-полое чувство, духовно-физическое, но страшно тонко-
физическое. «Живутъ какъ Ангелы»... Все «какъ у Ангеловъ».
Въ соотвѣтствіи этому, Іисусъ и могъ только (Матѳ 19) сослаться
формально на заповѣдь Ветхаго Завѣта: «плодитесь» и проч.,
но именно съ этимъ «и прочее», равнодушно; когда-же дѣло
дошло не до отвѣта пристававшимъ на улицѣ {Матѳ. 19), а до
личнаго Его отношенія, то Онъ и воскликнулъ: «ни—жены, ни—
дѣтей, ни—невѣстокъ и свекровей. Мой огонь—другой! О, если-бы
онъ возжегся!!!-». Такова была Его небесная природа... И взгляните
на изображенія его, всѣ рѣшительно, безъ исключенія... Въ слегка
склоненномъ лицѣ, обрамленномъ длинными прядями волосъ, во
взорѣ задумчивомъ, кроткомъ и нѣжномъ,—особенно нѣжномъ,—мы
не увидимъ сходства ни съ однимъ извѣстнымъ намъ, факти-
чески или исторически, лицомъ... Такого нѣтъ—мужа, ни—героя...
*Не то, не то!» * *Не тотъ! Не тотъ!» Но будемъ вглядываться
дольше, будемъ вдумываться года. Нѣжное, прекрасное лицо,
прекраснѣйшее на землѣ... Ничего мужского, мужественнаго;
ничего Геркулесовскаго (беремъ типъ, идеалъ, образъ, предѣлъ, грань).
Станемъ еще смотрѣть, думать, сравнивать... Погрузимся въ
это гбды... Станемъ изучать всевозможныя Его изображенія,
всѣхъ эпохъ... Во всѣхъ эпохахъ «геркулесовскаго»—ничего. Но
нѣтъ-ли, не попадется-ли обратное? Да,—вѣковой наклонъ живо-
писи все показываетъ намъ одно и одно: дѣвство, нѣжность,
женственность, просвѣчивающую сквозь мужскіе признаки, почти
190
ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА
литъ возить его со множествомъ слугъ по городамъ и
селамъ, принадлежащимъ ей, и говорить ему:
«— Тутъ все, что тебѣ угодно,—твое; дѣлай со всѣмъ
этимъ, что хочешь.
«Людямъ же говорила:
«—Вотъ господинъ вашъ, а мой мужъ. Чтобы всѣ,
встрѣчая его, кланялись ему.
«А въ услуженіи у ней было множество рабовъ и рабынь.
«Посмѣялся блаженный безумію этой женщины и ска-
залъ ей:
«— Напрасно трудишься: не можешь ты прельстить
меня тлѣнными вещами этого міра, ни украсть у меня ду-
ховнаго богатства. Пойми это и не трудись напрасно.
«Она же сказала:
«— Или ты не знаешь, что ты мнѣ проданъ? Кто изба-
витъ тебя отъ рукъ моихъ? Я никакъ не отпущу тебя жи-
ваго; послѣ многихъ мукъ, смерти тебя предамъ.
только сквозь налетъ ѵхъ, слабый, нетвердый. Но откуда-же
живописцы взяли свой наклонъ? Да изъ слова! Они линіями разъ-
яснили то, что казалось невѣроятнымъ и неправдоподобнымъ въ
разсказѣ...; они утвердили разсказъ и вмѣстѣ догматъ. «Отца вовсе
нѣтъ, и въ сына могли перейти единственно черты матери-дѣвы»
(разъясненіе мнѣ, на мой вопросъ «почему», М. П. Соловьева,
великаго знатока церковной живописи, о «дѣвообразности» всѣхъ
изображеній Спасителя;. «Двѣ природы» въ Немъ... и «полнота
въ Немъ человѣчности», закругленная, завершонная, чего и не
можетъ быть только въ одномъ мужскомъ или только въ одномъ жен-
скомъ. Такимъ образомъ и тайная поэзія евангельскаго слова,
слога, и твердый церковный догматъ, повелѣли такъ рисовать,
содѣлали «сладкимъ» такое рисованье... С. А. Рачинскій мнѣ
указывалъ въ своей Татевской церкви совершенно безбородый
Ликъ Спасителя, особенно имъ любимый, такъ какъ онъ несетъ
въ себѣ память самой древней традиціи (живописной). Но когда
все такъ нарисовалось, тогда все и разъяснилось... Мы поклоняемся
Дѣвѣ въ Мужѣ. В. Р—въ.
ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА
191
«Онъ же безъ страха отвѣчалъ ей:
«— Не боюсь я того, что ты говоришь. Но на предав-
шемъ меня тебѣ—больше грѣха. Съ этихъ поръ я буду
инокомъ,—Богу такъ угодно.
«Въ тѣ дни пришелъ со Святой Горы одинъ инокъ, са-
номъ іерей. По наставленію Божію, пришелъ онъ къ Бла-
женному и облекъ его въ иноческій образъ. Много поучалъ
онъ его о чистотѣ, —о томъ, какъ бы избавиться отъ
этой скверной женщины, чтобы не предать себя во власть
врага; и когда онъ ушелъ, стали искать его и нигдѣ не
нашли. Тогда Ляхиня, потерявъ всякую надежду, пришла
въ отчаяніе и подвергла Моисея тяжкимъ истязаніямъ: ве-
лѣла растянуть его и бить палками, такъ что и земля на-
питалась кровью. Бьющіе же говорили ему:
«— Покорись госпожѣ своей и исполни волю ея. Если
ты не послушаешься, мы на куски раздробимъ твое тѣло.
Не думай, что избѣжишь этихъ мученій; нѣтъ, во многихъ
и горькихъ мукахъ предашь душу свою. Помилуй самъ себя!
Сбрось эти ветошки, и надѣнь многоцѣнныя одежды, избавь
себя отъ ожидающихъ тебя мукъ, пока мы еще не косну-
лись твоего тѣла.
«И отвѣчалъ Моисей:
«— Братья! не медлите,—дѣлайте, что вамъ велѣно. А
мнѣ никакъ нельзя отречься отъ иноческой жизни и отъ
любви Божіей. Никакое томленіе, ни огонь, ни мечъ, ни
раны не могутъ отлучить отъ Бога и отъ великаго ангель-
скаго образа. А эта безстыдная и помраченная женщина
явно показала свое безстыдство; не только Бога не побоя-
лась, но и человѣческій срамъ презрѣла, безъ стыда при-
нуждая меня къ оскверненію и прелюбодѣянію т). Не поко-
рюсь я ей, не исполню волю окаянной!
*) См. выше у г. Фози... «Ляхиня» склоняла его не къ сожи-
тію съ собой, а къ форменному, законному, къ церковному браку.
192 ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА
«Сильно печалилась вдова о томъ, какъ бы отомстить за
свой срамъ. И вотъ посылаетъ она сказать князю Болеславу:
«— Ты самъ знаешь, что мужъ мой убитъ въ походѣ
съ тобою, и ты далъ мнѣ волю выходить, за кого хочу. И
полюбился мнѣ одинъ красивый юноша изъ твоихъ плѣн-
ныхъ. Я, заплативши за него много золота, выкупила его,
взяла къ себѣ въ домъ; и все, что было у меня,—золото,
серебро и всю власть свою отдала ему. Онъ же все это ни
во что вмѣнилъ. Много и ранами и голодомъ томила я его,
но ему и того мало. Пять лѣтъ пробылъ онъ въ оковахъ
у плѣнившаго его, отъ которого я его выкупила; и вотъ,
шестой годъ остается у меня, и много мукъ принялъ отъ
меня за свое непослушаніе, самъ на себя навлекъ это же-
стокосердіемъ своимъ. А теперь какой-то чернецъ постригъ
его. Что же велишь мнѣ дѣлать съ нимъ?
«Князь велѣлъ ей пріѣхать къ себѣ и привезти съ собою
Моисея. Она пришла къ нему и Моисея привела. Увидавъ
Преподебнаго, Болеславъ много принуждалъ его взять за
сббя эту вдову, но не уговорилъ, и тогда сказалъ ему:
«— Можно ли быть такимъ нечувствительнымъ, какъ тыі
Столькихъ ты благъ и такой чести лишаешь себя и отдаешься
на горькія муки! Отнынѣ будь тебѣ вѣдомо: передъ тобой
на выборъ—жить или умереть; или волю госпожи своей
исполнить, отъ насъ въ чести быть и великую власть имѣть,
или, ослушавшись, послѣ многихъ мукъ смерть принять.
«Ей же сказалъ:
«— Пусть никто изъ купленыхъ тобою плѣнныхъ не бу-
детъ свободенъ. Дѣлай съ ними, что хочешь, какъ госпожа
Но онъ отвѣчалъ, какъ г. Фози и всякій урнингъ: «все равно—
это есть скверна и прелюбодѣяніе». Изъ этихъ «.обмолвокъ» на разсто-
яніи тысячи лѣтъ, у простеца и ученаго, какъ мы распознаемъ
одинъ корень дѣла, одинъ вкусъ, одну физіологію} В. Р—въ.
ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА
195.
съ рабами. И чтобы никто не осмѣливался ослушаться го-
сподъ своихъ.
«И сказалъ Моисей:
«— А что говоритъ Богъ: «какая польза человѣку, если
онъ пріобрѣтетъ весь міръ, а душѣ своей повредитъ; или
какой выкупъ дастъ человѣкъ за душу свою» (Марк. VIII,
36). Что ты мнѣ обѣщаешь славу и честь? Самъ ты скоро
лишиться ея, и гробъ приметъ тебя, ничего ни имѣющаго.
Эта же скверная женщина въ злыхъ мукахъ убита будетъ.
«Такъ и было, какъ предсказалъ Преподобный.
«Теперь вдова эта взяла надъ нимъ еще большую власть
и безстыдно влекла его на грѣхъ. Однажды она велѣла на-
сильно положить его съ собой на постель, цѣловала и обни-
мала его; но и этой прелестью не могла привлечь на свое
желаніе г). Блаженный говорилъ ей:
«— Напрасенъ трудъ твой. Не думай, что я безумный,
или не могу * 2) этого сдѣлать: я изъ страха Божія гнушаюсь
тебя какъ нечистой 3).
«Услышавъ это, Ляхиня велѣла давать ему по сто
ударовъ каждый день, а потомъ обрѣзать тайные члены,
говоря:
’) Исторія, только другими словами разсказанная, попытокъ
совокупить такихъ юношей съ дѣвами. «Ничего не выходило»,—
разсказываетъ Крафть-Эбингъ. В. Р—въ.
2) Нужно замѣтить, что «могу» здѣсь всегда не отдѣлимо
отъ «хочу», притомъ сладко «хочу». Моисею только казалось,
что онъ «можетъ»: но какъ это длилось годъ и онъ не «захотѣлъ»,
ни разу кровь его не заиграла при взглядѣ на молодость,
на красоту, наконецъ въ отвѣтъ на осязательныя ласки, то со-
вершенно очевидно, что кровь его была безъ игры въ этомъ от-
ношеніи, т. е. находилась въ томъ вѣчномъ покоѣ, какой присущъ
индивидуумамъ съ «±0» полового притяженія. См. выше о жена-
тыхъ и не совокупляющихся урнингахъ. В. Р—въ.
3) Совсѣмъ г. Фози. В. Р—въ.
194 ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА
«— Не пощажу его красоты, чтобы не насытились ею
другія.
«И лежалъ Моисей, какъ мертвый,, истекая кровью, едва
дыша.
«Болеславъ же, устыдясь величества этой женщины, и по
прежней любви къ ней, потакалъ ей: онъ поднялъ великое
гоненіе на черноризцевъ и всѣхъ ихъ изгналъ изъ своей
области. Но Богъ скоро отомстилъ за рабовъ своихъ. Въ
одну ночь Болеславъ внезапно умеръ, и сдѣлался великій
мятежъ по всей землѣ Ляшской: поднялся народъ и побилъ
своихъ епископовъ и бояръ, какъ и въ Лѣтописцѣ разска-
зано. Тогда убили и эту вдову. Преподобный же Моисей,
оправившись отъ ранъ, пригнелъ къ пресвятой Богородицѣ,
въ святой Печерскій монастырь, нося на себѣ мученическія
раны и вѣнецъ исповѣданія, какъ побѣдитель и храбрый
воинъ Христовъ. И далъ ему Господь силу противъ стра-
стей. Нѣкто изъ братій, одержимый нечистой страстью,
пришелъ къ этому преподобному и молилъ его помочь ему,
говоря:
«—Даю обѣтъ сохранить до смерти все, что ты велишь
мнѣ.
«Блаженный же сказалъ ему:
«— Никогда въ -жизни ни съ одной женщиной слова
не говори.
«Братъ обѣщался исполнить совѣтъ Преподобнаго съ лю-
бовью. У Святого же въ рукѣ была палка, безъ которой онъ
не могъ ходитъ отъ тѣхъ ранъ. Этой палкой онъ ударилъ
въ грудь пришедшаго къ нему брата, и тотчасъ омертвѣли
члены его, и съ тѣхъ поръ не было ему искушенія.
«Это вписано въ Житіи святого отца нашего Антонія,
такъ какъ въ его время пришелъ блаженный Моисей. И
скончался онъ о Господѣ въ добромъ исповѣданіи, пробывши
въ монастырѣ десять лѣтъ. Въ плѣну же страдалъ онъ —
ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНАГО МОИСЕЯ УГРИНА 195
пять лѣтъ въ оковахъ, шестой—за чистоту*). Я упоминалъ
объ изгнаніи чернецовъ изъ Ляшской земли, за постриже-
ніе Преподобнаго, отдавшагося Богу, Котораго возлюбилъ.
Это вписано въ Житіи святаго отца нашего Ѳеодосія. Когда
святый отецъ Антоній былъ изгнанъ княземъ Изяславомъ
за Варлаама и Ефрема, жена князя, бывшая Ляхиня, удер-
живала его, говоря:
«— И не думай дѣлать этого. Тоже было нѣкогда въ на-
шей землѣ: изгнаны были черноризцы изъ предѣловъ земли
нашей, и великое зло сдѣлалось тогда въ ней!
«Это было за Моисея, какъ мы написали прежде, говоря
о Моисеѣ Угринѣ и Іоаннѣ Затворникѣ,—о томъ, что сдѣ-
лалъ черезъ нихъ Господь во славу Свою, прославляя ихъ
за терпѣніе и обогащая дарами чудотворенія. Слава ему
нынѣ и присно и во вѣки вѣковъ».
(Изъ «/.Кіевскаго Патерика»').
Вся эта исторія, въ картинѣ своей, до поразитель-
ности совпадаетъ съ тѣмъ, что намъ передаютъ біологи
о попыткахъ слить муже-дѣвъ съ женщиною. Непобѣди-
мое отвращеніе,—тоже, что асіиз зосіотііісиз для насъ, нор-
мальныхъ, обыкновенныхъ. И нельзя въ сторону законо-
дателей, медиковъ, родителей не замѣтить, что попытки
«женить» (или выдать въ замужество) этихъ субъектовъ
«третьяго пола», совершенно равняются преступнымъ
и ужаснымъ попыткамъ содомировать ихъ. Ибо для
*) Знаменитый терминъ Кондратія Селиванова — «чистота».
Онъ этимъ терминомъ называлъ «отсѣченіе удовъ срамныхъ»,
главный признакъ сектантовъ-скопцовъ. Но совершенно ясно,
что все сообщество монашества есть безкровное скопчество; не
отдѣлимое отъ него по духу, оно невольно употребляетъ порою
и термины скопческіе. Б. Р—въ.
196 БЕЗСУПРУЖНОЕ СУПРУЖЕСТВО ВЪ ДРЕВНЕЙ ЦЕРКВИ
нихъ наше-то поло-сочетаніе и есть «содомъ», «гадость»,
«невозможное».—«Выйти замужъ—это для меня равня-
лось-бы сойти съ ума, но не умомъ, а всѣмъ существомъ^,
сказала мнѣ, опустивъ голову, одна совсѣмъ молодень-
кая дѣвушка, о которой я зналъ, что она —урнингъ,
а она полу-знала, что я зналъ, и не открывала этого
и не скрывала.
Къ этому порядку явленій должны быть отнесены
всѣ случаи безсупружнаго супружества, т.-е. когда двое
супруговъ, вступивъ между собою въ бракъ, или вполнѣ
удерживали дѣвство, или очень скоро прекращали по-
ловое отношеніе,—живя десятилѣтія послѣдующей жизни
безъ всякаго полового общенія. «Особый видъ аскети-
ческаго подвижничества, встрѣчаемый среди мірянъ», го-
воритъ русскій переводчикъ къ творенію Іоанна Мосха
«Лугъ духовный», «это—воздержаніе (читай—«отсут-
ствіе половыхъ сношеній») въ бракѣ. Этотъ обычай мы
встрѣчаемъ (читай: «это явленіе мы наблюдаемъ») съ
первыхъ временъ существованія Христіанской Церкви.
Таковую жизнь вели: преподобный Аммонъ съ супру-
гою, св. Магна анкирская (г. Анкира въ Галатіи), благо-
честивый Малхъ, Анастасій и Ѳеогнія, Пелагій Лаоди-
кійскій съ супругою, Юліанъ и Василисса (285 г.), Ко-
нонъ Исаврійскій и Марія (II вѣкъ), Цецилія и Валеріанъ,
римскій аристократъ (230 г.), Захарія башмачникъ и
Марія (III вѣкъ)». Судя по неупоминанію противъ нѣ-
которыхъ именъ даже вѣка, въ которомъ они жили,
явно, что всѣ черты ихъ подробной біографіи затерялись
во времени: но въ памяти потомства сохранилась цѣпь
ихъ именъ и образовала уже не фактъ, а зовъ и при-
мѣръ, который дѣйствовалъ во всю исторію христіанства
и дошелъ даже до холодной Россіи ХІХ-го вѣка (время
МІРОВАЯ БЕЗСЪМЕННОСТЬ ЖИВЫХЪ 197
перевода Іоанна Мосха). Такъ образуется ученіе, такъ
образуется традиція, такъ образуется школа. Такъ нить
за нитью выткана была «Церковь», — не въ нелѣпомъ
опредѣленіи «собранія вѣрующихъ», а въ глубокомыслен-
номъ значеніи единой традиціи и единаго духа, вырос-
шаго изъ одного зерна.
Зерно это — безсѣменность. Если формированіе и
жизнь сѣмени и формированіе и жизнь яйца сообщаютъ
каждому своему носителю, въ одномъ случаѣ мужчинѣ
и въ другомъ женщинѣ, такую необозримую богат-
ствомъ, сложностью и обособленностью психику, то и
представить себѣ нельзя, до какой степени странна и
и необычайна будетъ психологія, вытекающая изъ
этого вѣчнаго и неразрушимаго дѣвства, гдѣ мы имѣемъ
субъекта, о которомъ не можемъ сказать, что это
«мужчина», и не можемъ сказать, что это «женщина»,
и самъ онъ не знаетъ этого, и даже этого нѣтъ, а есть
что-то третье, кто-то третій! Можно было-бы сказать
«третій полъ», если-бы все-таки мы не имѣли въ на-
личности мужского и женскаго, но страннымъ образомъ
перемѣшаннаго и раздробленнаго! Во всякомъ случаѣ
непремѣнно появится третья психика, — не мужская и
не женская.
Какова будетъ она?
Никогда не будетъ дѣтей. Никогда не будетъ дома,
«хозяйства»,—иначе какъ въ смыслѣ помѣщенія, стоянки,
логова, квартиры, кельи, пещеры, палатки. Одна вино-
градинка и нѣтъ лозы,—и помѣщеніе виноградинкѣ со-
всѣмъ другое, чѣмъ лозѣ. Такимъ образомъ глубочайше
будетъ разрушенъ типъ соціальной жизни,—разрушенъ
198
ПЕРЕМѢНА ТИПА ИСТОРІИ
не въ бытовомъ, а въ психологическомъ корнѣ, т.-е. бо-
лѣе глубоко. Это есть то разрушеніе, на мѣстѣ котораго
ничего не выростаетъ. Не менѣе разрушается типъ исто-
ріи. У него оставляется голова и отсѣкается туловище.
Будущее не нужно тому, у кого не будетъ потомства,—
будущее полное, всеобщее. Судьба послѣдующаго чело-
вѣчества представится подъ угломъ зрѣнія не интере-
совъ этого человѣчества, а интересовъ группы этихъ
одиночекъ, ихъ — за неимѣніемъ родового — духовнаго
союза, духовной преемственности и связи. Эта группа лю-
дей будетъ жить и развиваться среди человѣчества, но
противъ человѣчества, отрицая самый его корень. На-
конецъ, въ каждомъ племени и народѣ эта группа не
будетъ имѣть связывающихъ боковыхъ скрѣпъ въ видѣ
горячо лелѣемаго родства. «Что братья и сестры мнѣ?
Мнѣ важны—ученики», это типичный голосъ, типичное
самоощущеніе каждаго подобнаго одиночки и всѣхъ ихъ.
Племени, народа, рода—нѣтъ. Будущаго—нѣтъ. Про-
грессъ— не нуженъ. Что-же остается, и особенно что
остается для очень высокихъ способностей, для большого
горѣнія духа? для той живости его, какая и вообще
отличаетъ младенца и ранняго отрока (обоюдо-полыхъ,
см. выше) отъ дебѣлаго мужа и уставшей супруги?
Взрывъ духовныхъ интересовъ, — всего того, что
г. Фози назвалъ «нравственною личностью». При одина-
ковомъ количествѣ воды всякій потокъ тѣмъ глубже,
чѣмъ онъ уже. Отщепленіе, притомъ органическое, внутри
самого субъекта, отъ такихъ огромныхъ областей, какъ
народность и прогрессъ,—закрытіе для ока человѣка
этихъ частей горизонта,—не можетъ не вызвать исклю-
чительной ясности взгляда, исклю штельнаго удлиненія
зрѣнія, исключительной высоты мысли у такого субъ-
екта. Повторяю, что все это—не извнѣ, а внутри, не
ПЕРЕМѢНА ТИПА ИСТОРІИ
199
«заперто», а «не хочется». Того, чего «хочется»,—при
этихъ условіяхъ уже хочется со страстью, съ огнемъ,
геніемъ. «Дебѣлые супруги», будь ихъ сотни, тысячи,—
не могутъ бороться съ десятками таковыхъ. У «дебѣ-
лыхъ супруговъ» есть своя сила—но не въ духовномъ
царствѣ; есть свое благочестіе: но это не «праведность»
келій, не ихъ экстазъ и ночныя молитвы. Какъ ни
странно сказать, но европейское общество, въ глубокой
супранатуральности своей, въ глубокомъ спиритуализмѣ,
въ глубокомъ идеализмѣ, въ грезахъ, мечтахъ—до Вер-
тера и Левина—создано иночествомъ: ничего подобнаго,
ничего похожаго не было никогда въ античномъ мірѣ,
въ античной общинѣ, на античной ауора и Гогшп’ѣ; какъ
нѣтъ этого и на Востокѣ* въ Азіи. Ароматъ европей-
ской цивилизаціи, совершенно даже свѣтскій, даже
атеистическій и анти-христіанскій,—все равно весъ и вся-
кій вышелъ изъ кельи инока. Это—инока безграничный
субъективизмъ, его безпредметныя грезы, предчувствія,
ожиданія, тревоги, страхи, смущенія, нерѣшительность,
пересѣкшіяся въ діалогахъ гостинной и литературы.
Робкіе глаза, тайная улыбка, слабое тѣло—все, все изъ
кельи. Все то, что такъ отрицаетъ, такъ похоронило
Агамемнона, Одиссея, крикуна-Демосѳена и римскихъ
самодовольныхъ патриціевъ. Самые пороки древности,
перейдя въ новый міръ съ тѣми-же названіями, получили
новый колоритъ; самые добродѣтели древняго міра въ
новомъ мірѣ пропитаны другимъ запахомъ. Патріотизмъ
Гизо или Мишле не имѣетъ ничего общаго съ патріо-
тизмомъ Геродота или Ѳукидида, и славолюбіе Байрона
совсѣмъ не то, что славолюбіе Цицерона. Все стало
нервознѣе, болѣзненнѣе, нѣжнѣе, хрупче. И все это —
отъ нетвердыхъ ногъ (подлиннаго) монаха, тонкой его
шеи, длинныхъ волосъ, женоподобнаго голоса.
200
ЦАРСТВО БЕЗСѢМЕННЫХЪ СВЯТЫХЪ
Душа не та! Душа новая.—Какая?—Безсѣменная. Без-
ствольная, гибкая, ползучая или парящая за облаками;
въ отрицательныхъ случаяхъ — не прямая, лукавая,
хитрая, злопамятная, мстительная, «бабья». «Мужествен-
ность», костяное, твердое начало на-половину хруст-
нуло, когда умеръ древній міръ; женственность, «вѣч-
ная женственность», страшно возрасла и облила собою
душу даже мужчинъ. Мужеподобность страшно пони-
зилась въ Европѣ сравнительно съ классическимъ міромъ,
гдѣ жены были храбрѣе и мужественнѣе христіанскихъ
мужчинъ. «Христіанскій мужчина» — даже какъ-то не
выговаривается. «Какой онъ мужчина?» хочется насмѣш-
ливо переспросить; переспросить о Руссо, о Толстомъ,
о Достоевскомъ, о многомъ множествѣ людей, геніально
творившихъ во вкусѣ христіанской Европы. Совпаденіе
«.женскаго въ мужскомъ» съ основнымъ тономъ европей-
ской цивилизаціи—до того поразительно, что не надо
ничего другого еще знать, чтобы сказать: «да въ основѣ
своей эта цивилизація вышла и не изъ головы Зевса и не
изъ бедеръ Афродиты, а какъ отсвѣтъ натуры Паллады
и Ганимеда».
Мы отвлеклись отъ предмета и вновь возвращаемся къ
нему. Наша тема—не цивилизація, а тѣснѣе, ^же—Церковь.
Лютеранство, отвергшее монашество, потеряло съ нимъ
и всякую метафизику: потому-что одно иночество и со-
ставляетъ всю метафизику въ христіанствѣ. Все прочее—
раціонально, объяснимо, обыкновенно. Совершенно не-
объяснимо, со стороны-ли опоры въ Первомъ Завѣтѣ,
или со стороны пониманія, разума—одно иночество; и
оно одно составляетъ поворотъ въ исторіи отъ древняго
къ новому, оно есть виновникъ и создатель «новой эры».
Безъ него—просто ничего нѣтъ; есть штундисты, паш-
ЦАРСТВО БЕЗСѢМЕННЫХЪ СВЯТЫХЪ
201
ковцы, благонамѣренные люди, чистоплотные люди, бла-
гонравные люди, добрые, либеральные и т. п. и т. п.; есть
Свѣтловы, Петровы, «добрые пастыри», трезвые священ-
ники. Но непонятно, почему это образуетъ Церковь какъ
спеціальное. Это просто «общество добрыхъ людей», или
«общество благородныхъ людей», съ которыми пріятно
имѣть дѣло. Спеціальное Церкви начинается съ монаха,
пусть нечесанаго, пусть злого, совершенно невѣжествен-
наго. Все равно,—онъ несетъ въ себѣ метафизическое
зерно, которое ошеломляетъ насъ новизной и стран-
ностью, которому мы удивимся и передъ которымъ, какъ
передъ всякимъ дивомъ, можемъ преклониться. Эта «див-
ность» его заключается въ глубочайшемъ, трансцендент-
номъ разобщеніи со всѣми нами, въ совершенной непо-
хожести на насъ, въ силу которой—смотря по располо-
женности и подготовленности—мы назовемъ его «демо-
номъ» или «богомъ» (въ простонародьи), стоящемъ выше
или ниже человѣка, но во всякомъ случаѣ—въ сторонѣ
отъ него. Разобщенность эта и дивность эта заклю-
чается въ оригинальной или подражательной, правдивой
или притворной, потерѣ вкуса къ женщинѣ, потерѣ
интереса къ женщинѣ, которое у подражательной и не-
оригинальной группы выражается во враждѣ къ жен-
щинѣ, бѣгствѣ отъ нея и страхѣ передъ нею. Одинъ
инокъ училъ и это на всегда нужно запомнить, какъ суть
всего: «Чадца! Соль изъ воды берется, но соединяясь
съ водою растворяется и исчезаетъ. Такъ и монахъ: отъ
женщины произойдя, онъ, когда приближается къ жен-
щинѣ, то ослабѣваетъ и обращается въ ничтоъ (Іоаннъ
Мосхъ, стр. 265)... «Поэтому великіе подвижники, какъ
Пахомій Великій, Іоаннъ Каламитъ, Ѳеодоръ, Маркіанъ,
Пименъ, Руфъ, Симеонъ Столпникъ и др., не допускали
на глаза себѣ не только сестеръ, но даже родныхъ ма-
202
ЦАРСТВО БЕЗСѢМЕННЫХЪ СВЯТЫХЪ
терей!».. Въ случаѣ, если это было оригинальное явленіе,
можно судить по этому о степени отвращенія отъ жен-
щины; а если продражательное, «по заповѣди», то мы
можемъ по этому судитъ о паѳосѣ заповѣди!
— Нѣтъ супружества, семьи! И не надо!
Въ этомъ состоитъ не «что-нибудь» въ христіанствѣ,
а все оно. Подобно тому, какъ сотни предписаній Вет-
хаго Завѣта можно-же было свести къ двумъ: «люби Бога
и ближняго, ибо въ этомъ весъ законъ и пророки»,—такъ
точно всѣ поученія, притчи, образы, сравненія, обѣщанія
и правила Новаго Завѣта можно свести къ одной: «не
тяготѣй къ женщинѣ». Извѣстно, что, отдавая вновь
постриженнаго отрока въ подчиненіе и руководство
старцу, ему говорятъ: «вотъ, онъ будетъ тебѣ какъ Богъ,
повинуйся ему паче Бога». Почему такъ, истина-ли въ
этомъ? Полная! Суть старца, уже вывѣренная, уже оче-
видная монастырю, заключается въ безсѣменности, въ
невожделѣніи къ женщинѣ. А въ этомъ «законъ и про-
роки». Поэтому вмѣсто длиннаго богословія и простран-
ныхъ наставленій, отроку и говорятъ: «вотъ старецъ,
повинуйся ему»,—и это совершенно тоже, что «испол-
нить всѣ законы и пророковъ». Свѣтъ безсѣменный: и
ужъ кто взялъ зерно его—получитъ и весь свѣтъ. Но
старецъ—безсѣмененъ, и «повиноваться ему—все равно,
что Богу повиноваться». Очевидно.
Отъ этого не по злоупотребленію, а по глубокому
предчувствію истины и по сознанію всего объема ея,
монахи согласны скорѣе на допущеніи всякихъ злоупо-
требленій въ своей черной братіи, на невѣжество всего
духовенства, на отреченіе отъ науки, на подавленіе
ЦАРСТВО БЕЗСѢМЕННЫХЪ СВЯТЫХЪ 203
всякой свободы, наконецъ даже готовы терпѣть чудо-
вищный половой развратъ въ самомъ монашествѣ, хотя
непремѣнно тайный, необъявленный, — чтобы цѣною
всѣхъ этихъ потерь, несчастій и униженія, однако со-
хранить самый принципъ монашества, притомъ не уни-
женный, а сколь можно возвышенный, прославленный. Въ
этомъ все дѣло!!! Скажите, объясните и докажите са-
мому праведному «святому» христіанскаго міра, живу-
щему, положимъ, въ самую развратную монашескую
эпоху, какъ было въ католичествѣ въ XVI вѣкѣ и въ
Х-мъ вѣкѣ, что «упразднить-бы монастыри и монаше-
ство, а пусть будетъ каждый семейнымъ—и тогда по-
роки прекратятся», и онъ, при всемъ сознаніи и вну-
треннемъ согласіи, тѣмъ не менѣе отвергнетъ это мо-
ральное спасеніе ради сохраненія метафизическаго зерна!
Съ глубокой тоской, съ глубокимъ трепетомъ сердеч-
нымъ—и все-таки отвергнетъ, сказавъ про себя: «лучше
я повѣрю Христу, чѣмъ всему обвиненію міра и оче-
видности глазъ своихъ: ибо зачѣмъ-же Онъ пришелъ?
Тогда настанетъ нравственность: но гдѣ-же будетъ соб-
ственное Царство Христово? — Оно разрушится». Пока
есть хотя одинъ праведный монахъ среди тысячи раз-
вратныхъ, наконецъ, даже если всѣ іооі монахъ раз-
вратенъ, но принципъ монашества не отвергнутъ: до
тѣхъ поръ Царство Христово, хотя умаленное и пода-
вленное, засоренное и почти разрушенное — однако
остается. А ІООІ счастливыхъ семьянина, будь они хоть
добродѣтельны какъ Авраамъ, составляютъ только Цар-
ство Ветхаго Завѣта и ни одной крупинки Новаго. «А
меньшій въ Царствѣ Новаго Завѣта больше самаго боль-
шого праведника Ветхаго Завѣта», сказалъ пришедшій
не нарушить «іоты» въ этомъ Завѣтѣ. Поэтому пока
держится принципъ безспменности, то хотя-бы ни одного
204
ЦАРСТВО БЕЗСЪМЕННЫХЪ СВЯТЫХЪ
его исполнителя не нашлось — держится вся Церковь:
ибо придетъ еще, придетъ новый, придетъ когда ни-
будь, и исполнитъ этотъ принципъ—и тогда возстано-
вится разомъ вся Церковь въ главной мысли своей, въ
главной задачѣ своей, въ великой темѣ, въ великомъ
мотивѣ. Возстановится въ особливомъ духѣ, котораго
нѣтъ въ тысячахъ и милліонахъ счастливыхъ семей. Ни-
гдѣ нѣтъ, кромѣ—келъи, монаха.
Суть этой мысли, или общѣе—этого духа, лежитъ
въ неодолимой увѣренности:
— Отъ безсѣменности спасеніе!..
Семейныя добродѣтели суть «немножко не тѣ» до-
бродѣтели; а если и есть пороки въ безсѣменныхъ и
безсѣменности—то «какіе-то преходящіе и вообще ни-
чего»... Тутъ именно сонмъ «своихъ людей», одной ка-
тегоріи. «Самыя добродѣтели противоположныхъ намъ—
не нужны, и самые пороки наши—извинительны». Глав-
ное, чтобы «торжествовали мы» и «наше начало». «Міру
предстоитъпогибнуть...» Добродѣтели семейныя потому—
ничто, что самая семья должна исчезнуть, переродиться
въ что-то духовное: и тогда естественно былыя добро-
дѣтели ея перестанутъ быть образцами-ли, правилами-ли,
и вообще обратятся въ ничто. Какой интересъ, что нѣ-
которыя деревья очень хороши въ лѣсу, который завтра
сгоритъ? Если-же безсѣменные и оказываютъ недоста-
токъ, напр. участливости къ людямъ, чёрствости къ
семьѣ, порой жестокости,—тюрьмы, казни, инквизиція-
то вѣдъ это исправится тѣмъ общимъ идеализмомъ, ду-
ховнымъ царствомъ, въ выработкѣ котораго состоитъ
самая суть безсѣменности. «Все исправится», — какъ
только мы «успокоимся»: а «успокоимся мы» тогда,
ЦАРСТВО БЕЗСѢМЕННЫХЪ СВЯТЫХЪ
205
когда «всѣ къ намъ придутъ». «Пусть всѣ согласятся на
безсѣменности: и мы растворимъ тюрьмы, и никогда,
во-истину никогда болѣе не зажжемъ костровъ»! «Мы
отпустимъ всякій грѣхъ чрезмѣрный,—какъ отпускали
всегда своимъ, безъ наказанія, по одному разсказу,
развѣ съ легкимъ выговоромъ. Мы будемъ кротки: во-
истину, мы кротчайшіе изъ людей! Ни казни, ни суда,
ни наказанія—ничего не будетъ. Но не будетъ, когда
всѣ придутъ къ намъ. И станутъ какъ ангелы на землѣ,
въ земныхъ еще условіяхъ, но въ небесномъ состояніи,
въ которомъ не посягаютъ, не женятся, не вожделѣютъ,
не имѣютъ дѣтей. Мы предвозвѣстники этого новаго
состоянія, преображенной земли и Новаго Неба. Аминь
и борьба. Конецъ и начало. Геена и скрежетъ зубов-
ный или вѣчная тишина Райскаго блаженства»...
Вотъ Церковь.
Вотъ Христіанство.
Вотъ христіанскіе народы.
Въ серединѣ всего этого лежитъ:
— Иночество!
Какъ кристалъ внутри Церкви: и этотъ твердый
Кристалъ нерастворимъ въ Христіанской цивилизаціи,
и медленно ведетъ христіанскіе народы, какъ племена
и кровь, какъ землю, и ведетъ само христіанство, какъ
что-то слишкомъ сложное, состоящее изъ языческихъ
и евангельскихъ началъ — къ разодранію, разрушенію
и оставленію на землѣ «немногихъ избранныхъ»:
— Царства безсѣменныхъ святыхъ.
ПРИЛОЖЕНІЯ.
Не будетъ излишнимъ, если я здѣсь приложу нѣ-
сколько ставшихъ мнѣ извѣстными фактовъ свое-полаго
влеченія. На первомъ мѣстѣ я поставляю тетрадку
«Воспоминаній одного послушника Ы-скаго монастыря»,
которыя были написаны имъ по желанію своего ду-
ховника, повидимому, дивившагося невѣдомому для него
явленію и пожелавшаго его точнѣе узнать. Написана
тетрадь безграмотно, и я, насколько возможно, сохра-
няю въ печати эти слѣды безграмотности. Они важны
какъ яркое опроверженіе распространенной мысли, будто
влеченіе это возникаетъ какъ плодъ половой пресыщен-
ности, или еще—богатой пресыщенности] будто содомія
есть извращенное удовольствіе, появляющееся у людей
на концѣ испытанія ими всѣхъ нормальныхъ удоволь-
ствій. Это интеллигентное, литературное и даже ученое
«съ жиру бѣсятся»—совершенно падаетъ въ прахъ при
чтеніи смиреннаго и слезнаго исповѣданія юноши. Далѣе,
возрастъ его, совершенно цвѣтущій, испепеливаетъ ги-
потезу Шопенгауэра, будто она присуща «старичкамъ».
И, наконецъ, въ изложеніи важна слѣдующая подроб-
ность: нормальное совокупленіе (т.-е. съ противополож-
нымъ поломъ) имѣетъ силу отклонять человѣка отъ не-
нормальности, ослаблять врожденный порокъ (съ нашей
точки зрѣнія)—и, вообще, соііиз сиш Еетіпа езі зетрег
гетесішпі сопіга зоботіат ѵігі. Явно, какой это могу-
чій рычагъ въ рукахъ медика и психолога, какая это,
съ другой стороны, опорная точка для новыхъ иска-
ній въ области этого важнаго явленія. Но умный чи-
татель самъ извлечетъ все, чтб нужно, изъ этихъ за-
210 ЕЩЕ СЛУЧАИ ЛУННОЙ АНОМАЛІИ
писокъ, попавшихъ (черезъ два года по написаніи) въ
мои руки, къ сожалѣнію, въ недостаточно полномъ видѣ:
«Батюшка! вѣдь не легко же мнѣ открыть то, чего и
подумать ужасно. Вечеромъ я услышалъ, что у васъ Все-
нощная и пѣвчіе посторонніе. Я поспѣшилъ, только больше
не для молитвы, а послушать пѣвчихъ г). Когда я стоялъ
и смотрѣлъ, мнѣ прямо представилось: всѣ смѣло стоятъ
въ храмѣ, а я только одинъ какъ Каинъ трясущійся, и
я порѣшилъ скорѣе идти и показать вамъ то, чтЬ у меня
вотъ написано. Когда вышелъ изъ церкви и шелъ домой,
душа моя стала тужить и скорбѣть такъ, какъ я никогда
еще не чувствовалъ. Когда подходилъ къ башнѣ, въ которой
живу (монастырская башня. В. Р:), то глаза мои были полны
слезъ, и мнѣ хотѣлось плакать, и душа прямо говорила:
«плачь! плачь!» А о чемъ—и самъ не знаю, и не къ Богу
мои слезы относились. Только хорошо помню, что душа
моя такъ скорбѣла, какъ никогда. Уже поздно вечеромъ,
часовъ въ 11, мнѣ чувства сказали:—О томъ плакала и
изнывала душа, что образъ Божій потеряла, исказила все.
Очень грустно кончаю вечеръ».
Слогъ этотъ, стиль, хорошо показываетъ обычное
настроеніе содомита, далекое отъ «веселящагося» и «сы-
таго собою», отъ «празднаго» и «балующагося» (вуль-
гарное о нихъ представленіе самцовъ и самокъ). На-
противъ,—настроеніе постоянно грустное, жалующееся,
покаянное; склонное къ слезамъ, оюенское (женщины вѣдь
чаще плачутъ мужчинъ). Вообще въ настроеніи чрезвы-
чайно много типичнаго, что намъ хорошо извѣстно изъ
Художественный вкусъ,—рѣшительно всегда замѣчаемый у лю-
дей «закругленной природы* {полно полость, содомія). В. Р—въ.
ЕЩЕ СЛУЧАИ ЛУННОЙ АНОМАЛІИ
211
большихъ книгъ въ кожаныхъ переплетахъ съ мѣд-
ными застёжками. Будьте увѣрены, ни одной строки
такимъ слогомъ не скажетъ мясной торговецъ, лабаз-
никъ, господинъ прикащикъ; бравый унтеръ или офи-
церъ, помѣщикъ. Это—слогъ врожденнаго монаха...
Затѣмъ слѣдуетъ «исповѣданіе»,—разсказъ о своей
жизни, на 6 страничкахъ. Первыя двѣ странички имѣютъ
срѣзанный правый край, и я ихъ возстановляю кое-какъ.
Затѣмъ—дневникъ въ цѣлости. Особо важныя мѣста я
буду подчеркивать.
«Вотъ жизнь моя, которою загубилъ себя».—Онъ встрѣ-
тилъ «13 или 14-ти лѣтъ парня, который его научилъ»
взаимному рукоблудію. Ему онъ и началъ предаваться, ино-
гда по нѣсколько разъ въ день. «Никуда я не ходилъ, жен-
щины меня не влекли совершенно». Въ такомъ положеніи
«доживаю до 19-ти лѣтъ. Вду потомъ въ Питеръ, посту-
паю на мѣсто: къ женщинамъ такое отвращеніе, что и под-
тащитъ трудно». Онъ много сокрушался надъ собою,
«видя, что погубилъ не только свою душу, но и тѣло, а
остановиться—нѣтъ силъ. Но еще ужаснѣе новую пропасть
увидѣлъ надъ своею головою: одно время захожу я въ
часовню, которая находилась недалеко отъ того мѣста,
гдѣ я служилъ. Вслѣдъ за мною туда же вошелъ человѣкъ,
повидимому торговецъ. И говоритъ что-то, чегоясейчасъ хо-
рошо не помню; только помню, что и самыя слова, которыя онъ
мнѣ сказалъ, были для меня не понятны. А одно знаю, что рѣ-
шительно я какъ будто притягиваюсь къ нему невидимою
силою х). Выхожу на улицу, и идемъ вмѣстѣ. Онъ гово-
*) Поразительно! Вотъ гдѣ центръ дѣла! Но и въ нормаль-
ныхъ половыхъ отношеніяхъ мы никогда не должны опускать
изъ виду этой великолѣпно сказавшейся формулы: «притяги-
ваемся къ другому полу будто невидимою силою»! В. Р—въ.
212
ЕЩЕ СЛУЧАИ ЛУННОЙ АНОМАЛІИ
ригъ мнѣ опять что-то, что я понялъ, какъ предложеніе
рукоблудія. Тутъ мы зашли въ уединенное мѣсто»... (Ото-
рванъ кусокъ рукописи)... «Долго этого отыскивать не при-
шлось. Попадается человѣкъ, который съ удовольствіемъ
выдаетъ себя мнѣ за женщину; и я дѣлаюсь, какъ я по-
томъ это названіе узналъ, прямымъ п...... Съ этого вре-
мени я сталъ рѣже предаваться рукоблудію: только тогда,
когда не удавалось выполнить послѣдняго (асіиш воботіае).
И стремленія стали къ тому. Я еще пропустилъ вамъ ска-
зать, что тотъ человѣкъ сталъ желать, чтобы и я ему за-
мѣнилъ тоже женщину, отчего я отказался и никогда этого
потомъ не дѣлалъ, ибо чувствовалъ къ тому отвращеніеа)
Такъ и продолжалось до самого призыва (т. е. въ воен-
ную службу. В. Р.). Т. е. всю жизнь такимъ образомъ. Охъ,
еще не знаю, —утаить ли. Вѣдь я хочу все открыть, а очень
страшно. Находились, только очень рѣдко, именно раза 3
или 4, не болѣе, такіе люди, которые брали шешп рЬаІІпт
іп огет, п я этого не устрашился2). Ужасно. Я не знаю,
какъ переживалъ то время. Я сознавалъ, что мнѣ грозитъ
казнь Содома. Но такъ страсти мои поднялись, что я не
могъ держаться. И чуть самъ себя не лишилъ жизни. И
эта страсть такъ развилась, что на женщинъ не возста-
вала страсть, а на ѵігпш, и въ какомъ же видѣ: проще ска-
зать, іп рЬаІІпт, или при воспоминаніи о немъ. Я задался
цѣлью во что-бы то ни стало, но освободиться отъ этого,
’) Слѣдовательно неправильно заявленіе Крафть-Эбинга и
другихъ физіологовъ, будто подобные люди мѣняютъ пассивное
на активное положеніе, и наоборотъ. Можетъ быть у нѣкоторой
группы это и есть: но несомнѣнно есть группы съ влеченіемъ
только къ одному пассивному положенію, и только къ одному активному.
В. Р—въ.
а) Нѣсколько случаевъ этого напечатаны въ книгахъ Крафть-
Эбинга. В. Р—въ.
ЕЩЕ СЛУЧАИ ЛУННОЙ АНОМАЛІИ 213
и подумалъ, ради страха, въ монастырь уйти. Нѣтъ, еще
ожидаетъ гибель! Пріѣхалъ домой, о, Господи пощади, со-
вершаю сой. сшп апішаіі въ полномъ видѣ, чего и раньше
пытался сдѣлать. Этого мало: пытаюсь совершить,—хотя
слава Богу не пришлось, а старанія мои были,—ас. аойо-
іпіс. надъ кѣмъ?—племянникомъ, да и крестникъ онъ мнѣ,
которому было пять лѣтъ. Кто же я есть и что же мнѣ дѣ-
лать? Это происходило за нѣсколько недѣль, за 3 или за 4,
до отъѣзда въ монастырь въ 1906 году. Прямо, сынъ по-
гибаемый; за чтб земля носила. Поступаю въ монастырь.
Долго держался, т. е. нѣсколько мѣсяцевъ. Неожиданно по-
падается человѣкъ, который изъ числа какъ и я. Совер-
шаю то, что въ Питерѣ. Вотъ гдѣ отчаяніе. Отъ чего бѣ-
жалъ, отъ того не могу нигдѣ укрыться; но въ монастырѣ
только гораздо рѣже; и онанировалъ—тоже самое, только рѣже;
живу также. Въ концѣ осьмого года ѣду къ старцу Але-
сѣю, исповѣдую грѣхи. Тотъ удивленно смотритъ на меня
и просилъ не повторять; далъ легкую эпитемью *). Два
года правда провелъ, и только разовъ не болѣе 6-ти за
весь годъ совершилъ рукоблудіе; но боролся противъ того,
къ чему мои страсти были направлены, какъ я разсказалъ
выше,—и, можетъ, еще потому, что не было человѣка. Я
думаю самъ съ собою во что бы-тб ни стало, а надо
испытать женщинъ чтобы бороться (т. е. въ монастырѣ.
В. Р.)—тб хотя противъ естества, а не противъ этого. Въ
*) Это интересно сопоставить съ тяжелыми эпитеміями, тянув-
шимися отъ 2-хъ до 7-ми лѣтъ, налагаемыми на разводящихся
-супруговъ, по винѣ нормальнаго совокупленія не съ женою или не
съ мужемъ. Утяжелѣніе эпитемій въ этомъ случаѣ есть выра-
женіе общихъ антипатій къ мужьямъ и женамъ, къ браку вообще,
идущія параллельно легкому и извиняющему отношенію ко
всѣмъ вообще аномаліямъ въ полѣ. В. Р—въ
214 ЕЩЕ СЛУЧАИ ЛУННОЙ АНОМАЛІИ
послѣдней половинѣ текущаго, т. е. 1909-го года, совер-
шаю сношеніе съ женщиною. Я думалъ, что не способенъ
буду; нѣтъ, все какъ слѣдуетъ совершилъ. И тутъ же по-
чувствовалъ отклоненіе отъ перваго (т. е. отъ войошіае);
п раза три въ томъ году было мною совершено. Я почув-
ствовалъ небольшое влеченіе къ женщинамъ, и вотъ и въ
этомъ году тоже совершилъ; и одна женщина недалеко
отъ меня находится, т. е. я ее могу видѣть. Я знаю, что
это не хорошо, но, думаю, она мнѣ необходима какъ ради
избавленія и исправленія моего искаженія. Теперь я уже
того не испытываю, что раньше; не имѣю ай ѵігоз жела-
нія, а болѣе ай Іетіпаш склонности имѣю; но хотѣлъ бы
исправиться совершенно. Кажется мнѣ, что отъ этого не
далеко. Вотъ теперь что мнѣ желается: какъ бы прими-
рить совѣсть съ Богомъ, и также поправить здоровье;
очень я его утратилъ.
«21-го января 1910-го года. Цѣль моя состоитъ въ томъ,
чтобы очистить себя отъ мерзкихъ богопротивныхъ дѣлъ.
Грѣшить—грѣшу такъ, какъ мало кто; молиться—молюсь
очень мало; а въ монастырь пришелъ, то отчего бы не мо-
литься больше, развѣ кто можетъ воспретить. Нѣтъ, этого
не хочу, а богопротивное продолжаю; вотъ и скорблю ду-
шою, хотя безъ сомнѣнія увѣренъ, такою скорбію бѣсовъ
только радую и гнѣвъ Божій на себя подвигаю.
«Двѣ мысли: одна говоритъ—«дѣлай то», а другая—«дѣ-
лай тб». Вотъ и происходитъ неурядица душевная. На
чемъ остановиться, на какой мысли, какомъ чувствѣ и
желаніи? Говорятъ — «на той, которая не противна волѣ
Божіей». А, — нѣтъ, отчего и самъ не знаю, но большею
частью останавливаешься на грѣховной мысли; а если не
остановишься, то она всетаки давитъ, не даетъ свободно
работать мысли надъ дѣломъ. Вотъ и скорблю душою.
«22 января. Смотрю на себя, да и думаю: «довелъ себя
ЕЩЕ СЛУЧАИ ЛУННОЙ АНОМАЛІИ 215
до того, что тѣло такъ ослабло; почти неспособно стало
ни къ чему хорошему». А когда вспоминаю, что мнѣ всего
24 года, то невольно приходится сказать себѣ,—что же бу-
детъ далѣе? Опять болитъ душа, а все безполезно.
«23-го января. Сегодня я былъ назначенъ въ домъ
странно-питательныхъ пѣть молебенъ; тамъ священникъ
сказалъ рѣчь, а затѣмъ показывали (туманныя? В. Р.)
картины о воспоминаніи Смутнаго времени. Съ какимъ же
я настроеніемъ вышелъ оттуда: душа настолько была пе-
чальна, что не могу выразить. Я чувствовалъ себя жал-
кимъ, несчастнымъ человѣкомъ. Смотрю на людей, живу-
щихъ въ міру—они пользуются міромъ разумно; они, бы-
ваетъ иногда, прямо забываютъ про худое, грѣховное, что
Богу противно, а я? Я пришелъ въ монастырь, и мой умъ,
моя голова всегда занята одною думою, этимъ несчастнымъ
моимъ грѣхомъ; а если и хочу когда-либо подвигнуть себя
на доброе—воли нѣтъ. Голова ли къ ученью неспособна,
не смотря на то, что ученье у меня (т. е. «на мою оцѣнку»,
В. Р.) не замѣнимо на свѣтѣ ничѣмъ. И вотъ терзаюсь
душою; да какъ же не терзаться: то, что дорого—того не
дѣлаю; а то, что вредно, не то что только для души, но
и для тѣла—то дѣлаю. Вотъ и скорблю душой; не знаю,
какъ поступить.
«24-го января. Очень, очень хотѣлъ бы быть я уче-
нымъ (я не говорю про высшее ученіе). Я ограничился бы
ученіемъ такимъ, если бы мнѣ постигнуть столько науки,
сколько требуется для сельскаго учителя. Я увѣрилъ себя:
тогда бы конецъ скорбямъ моимъ. Я не пошелъ бы на тд
мѣсто, гдѣ мнѣ предложили бы 50 или 70 руб., а съ ду-
шевною радостью пошелъ бы учителемъ и на 20 руб. А
монастырскую жизнь оставилъ бы; потекла бы милая и же-
ланная для меня жизнь. Но бѣденъ и несчастенъ я, не
придетъ такое время.
216
ЕЩЕ СЛУЧАИ ЛУННОЙ АНОМАЛІИ
«25-е января. Сегодня я вышелъ за монастырскія ворота.
На встрѣчу попались два сѣдые отъ старости старика.
Завидя меня, они начали величать меня «батюшка, —
такой - этакій, — подай на пропитаніе». Вздрогнуло мое
сердце: «за чтб же такого молокососа, какъ меня, за убо-
гую помощь, за одну копейку такъ величаютъ? Знать
она для нихъ такъ дорога». Долго не могъ я забыть
этихъ стариковъ. И послѣ этого я такую почувствовалъ
легкость, радость сердечную. Но, о горе, скоро это исчезло,
и опять противная вялость, уныніе, скорбь. Отчего это,
не могу и порѣшить самъ съ собою. Опять наполняется
душа разною пошлостью, скверностью. Ужасно. Чтд же сдѣ-
лать, когда такія противныя гости носятся въ головѣ.
«27-ое января. Ну, какъ-же тутъ жить, какъ довольному
быть? Какъ добрые люди живутъ! Сегодня не знаю, какъ
переживаю день. Прошедшею ночью я спалъ болѣе семи
часовъ, и еще днемъ часъ спалъ. Вечеромъ посмотрѣлъ,
сколько учебныхъ книгъ: а я ни одной не бралъ въ руки,
а если и бралъ, то не надолго. И другихъ книгъ читать—
тоже не читалъ. Вотъ и не знаю, что происходитъ. Себя
понять не могу. Кажется, совершенно лѣниться, не распо-
ложенъ къ дѣлу; точно какая-то слабость или просто при-
вычка къ лѣни; не знаю. А какъ посмотрю,—зима прохо-
дитъ, а я ничего себя не подвинулъ относительно ученья:
ни—русскій языкъ, ни—Законъ Божій, ни — ариѳметика.
А какъ нужны то они мнѣ. Вотъ несчастье,—какой я
вялый; а время, время золотое, 25 лѣтъ. Что же будетъ
далѣе? Ужасно. Не знаю, что такое: успокоюсь мыслью,
не разстраиваюсь грѣховными мыслями, — и такъ легко
бываетъ, прямо—свѣтъ вижу; а какъ только явилась при-
чина, грѣховный помыслъ — все пропало; хотя бы впереди
и ожидаю очень дурное—все равно. Ну, вотъ приходитъ то
время, и если грѣхъ совершёнъ—страхъ, тоска и терзаніе
ЕЩЕ СЛУЧАИ ЛУННОЙ АНОМАЛІИ
217
души; а желалъ бы я быть мужественному. А если не со-
вершаю грѣха—еще хуже: я мысленно отдаюсь ему. Вотъ
считаю себя несчастнымъ, что слабъ противъ всего ху-
дого. Не могу держаться.
«29-е января. Вотъ мои мысли о монашествѣ. Все то,
что налагаетъ «Уставъ монашескій» на монаха, онъ долженъ
исполнить; если же не исполняетъ, то хотя и носить ман-
тію буду—но монахомъ не могу себя назвать. Потому дѣла
не таковы, какія должны быть у монаха. Думаю—не важно,
что дадутъ мантію; дать ее—можетъ быть и скоро дадутъ.
Дорого было-бы то, если бы я былъ монахомъ въ душѣ.
А поступать такъ по «Уставу» Антонія Великаго и другихъ
Отцовъ — не могу вмѣстить при такихъ мысляхъ, какъ у
меня. Вотъ и не могу покойно жить въ монастырѣ. А въ
міръ неохотно поступать. И какой же тогда образъ жизни
взять? Супружескій,—но тогда черезъ немного времени бу-
детъ семейство, и чѣмъ же существовать съ нимъ. Я ни
къ чему не способный, и по этой причинѣ. (Т. е. своего
«грѣха»? В. Р.). Жить въ монастырѣ тоже страшно: развѣ
пріятно Богу? Тогда выходитъ такъ, что большую часть,
и почти совсѣмъ, жить въ монастырѣ ради тѣла или ма-
терьяльности.
«Вотъ почему я и задался цѣлью, если бы Господь
благословилъ, кончить экзаменъ на учителя; а потому
именно—на учителя, что я науку, въ особенности Бого-
словіе, очень полюбилъ. Если бы и болѣе чему могъ на-
учиться, то все равно никуда больше не поступлю, какъ
только учителемъ. Потому я могъ бы, мнѣ кажется, лучше
исправлять душу (ученическую? свою? В. Р.), и больше
не для своего благополучія, а для того, что съ учителя не
то требуетъ Богъ, что съ монаха. Я тогда готовъ терпѣть
всѣ скорби, а душу исправлять мнѣ необходимо; потому
она у меня особенная отъ другихъ; такую душу какъ моя
218
ЕЩЕ СЛУЧАИ ЛУННОЙ АНОМАЛІИ.
немногіе, очень немногіе имѣютъ1)', отъ искренняго сердца
говорю. Охъ, про свою душу, —про тѣ дѣла, которыя я
совершалъ,—боюсь, вспомнить страшно.
«О, Господи! — за грѣхи-ли, не знаю, попущеніе-ли —
тоже не знаю: только знаю одно, какъ я живъ и живу
на свѣтѣ, какъ не поглотитъ меня земля. Развѣ я ищу
какой-либо особенной жизни, или—святости? Нѣтъ, мнѣ не
до этого. А про монашескую жизнь—это, правда, думаю,
что тогда только буду прогнѣвлятъ Бога, а не очищать
душу,—т. е. если сдѣлался монахомъ не исполняя Устава.
Развѣ я могу описать то, что дѣлается въ моей душѣ
сейчасъ, когда я все вспомнилъ, что было такъ еще не-
давно.
«30-е января. Сейчасъ я очень трогательно задумался
надъ собою, потому настаетъ время такое для меня ужас-
ное: раскрывается та змѣя, которая жалитъ меня. День
провелъ неблагопріятно; невольныя какія-то желанія блуд-
ныя, — страсти какія-то, и для самого непонятныя. Но
мысли давили и на женщинъ и на мужчинъ. Представля-
лись только не въ томъ видѣ, чтобы въ усладительномъ.
И такія, правда, пробѣгали мысли, но я не придаю имъ
значенія, и они скоро уходятъ. Сейчасъ мысли на муж-
чинъ являются, но только такія: «почему я не такой,
какъ тотъъ. И тутъ-же сердце защемитъ; отвѣчаю самъ
себѣ: «потому, что утратцлъ свою и молодость, и красоту;
и—потому еще, что тѣ люди молодые, сильные, красивые,
а я—какъ тряпка». А кто виноватъ? Самъ себя чуть съ
ума не свелъ; да и не остановлюсь (въ «грѣхѣ»? В. Р.)
никакъ.
*) Вотъ—самоощущеніе! Не тотъ, какъ у другихъ, полъ—и со-
всѣмъ иная, нежели у прочихъ людей, душа. «Иное осязаніе, иной
глазъ, рукопожатіе, ходъ мыслей, идеалы, все* (см. мой текстъ
выше). В. Р—въ.
I.
ЕЩЕ СЛУЧАИ ЛУННОЙ АНОМАЛІИ 219
«31-е января. Сегодня день для меня желанный, кото-
раго я давно ждалъ. Оч'ень радъ, что дождался такого
дня. Если-бы этого не дождался, то другой-бы былъ для
моей жизни важный день. Живя въ Питерѣ, было двѣ
цѣли: оставить такой гадкій образъ жизни непремѣнно.
Чѣмъ больше я имъ увлекался, тѣмъ сильнѣе я имъ
отчаивался.* Я себѣ назначилъ два исхода: или открыть
свою душу такъ, какъ вамъ; и — думалъ, что найду себѣ
въ этомъ утѣшеніе. Но не допускалъ до этого страхъ и
стыдъ, и, еще самое главное, не находилъ такого чело-
вѣка. Духовнику я говорилъ, а онъ меня исповѣдовалъ,
налагая нетяжелыя эпитемьи, — и я уходилъ отъ него и
больше не видѣлъ. Зато я съ удовольствіемъ буду теперь
цѣловать не руки только Ваши, а то мѣсто, гдѣ стояли
ноги Ваши. Особеннаго сегодня не замѣчаю возбужденія;
есть, но не основательныя; смотря ма мужчинъ, отра-
жается старое; но больше побѣждаетъ склонность къ
женщинамъ,—и чувства и желанія.
«1-го февраля. Сегодня день провелъ благополучно;
возбужденія—на сторонѣ женщинъ; а первое возбужденіе,
которое Вамъ извѣстно, мнѣ подчинилось почти совер-
шенно;* только проносятся въ мысляхъ, но я оставляю
ихъ безъ вниманія, а новая (т. е. мысль о женщинахъ? В. Р.)
замѣняетъ ее. Круженіе въ головѣ, вѣроятно отъ разстрой-
ства. Былъ сегодня у Васъ, и не знаю, какъ подходилъ
къ Академіи. Добраго ничего не могу замѣтить душой, по-
тому она занята одною мыслью: какъ открыть Вамъ все.
Батюшка! не знаю, что со мной происходитъ: я боюсь* и
страшусь, и стыжусь объ открытіи сего Вамъ. Сегодня не
замѣчаю особеннаго ничего; душою также отравленъ; съ
нетерпѣніемъ жду, какую резолюцію наложете. Я теперь
весь отдался Вамъ, а вотъ сегодня чувствую себя очень
нехорошо: такой праздникъ, а я имѣлъ случай и не удер-
8 — В. В. Розанов
220 НЕВОЛЬНОСТЬ И НЕВИННОСТЬ ЛЮДЕЙ ЛУННАГО СВѢТА
жался, совершилъ грѣхъ съ женщиной. Утѣшаюсь только
тѣмъ, что я дѣлалъ это для того, чтобы окончательно за-
быть первое.
«2-ое января 1911 г. Сегодня я былъ у одного послуш-
ника и увидѣлъ у него книгу о покаяніи, составленную
Дьяченкою. Я съ удовольствіемъ прочиталъ ее, и она
успокоила меня, указавъ, что необходимо открыть свою
душу. Теперь я еще рѣшительнѣе приступаю къ зтому.
Особеннаго (чего-либо въ душѣ, В. Р.) не имѣю. Одна мысль,
что какъ я долженъ буду вести себя по совѣту Вашему,
т. е. какой будетъ Вашъ совѣтъ.
«5-е февраля. Съ утра до самаго вечера день шелъ
обычнымъ порядкомъ. Пробѣгали всякія мысли, только ни
одна не могла занять меня. Это я замѣчаю потому, что я
занятъ тою мыслью, что вотъ скоро новое для меня
совершится это лѣто. Вотъ и занятъ я тѣмъ».
*
* *
Здѣсь есть чтб отмѣтить медику, юристу и даже
моралисту. Потеряна-ли личность въ человѣкѣ, совѣсть?
исправимъ-ли онъ? Странно и спрашивать: онъ только
объ исправленіи и думаетъ, сюда—вся его воля, помыслы.
Но если онъ не можетъ одолѣть себя, то явно можно
только помогать ему: ибо всякій сгітеп есть сгітеп
злой воли, безъ злой воли нѣтъ преступленія. Можно
было-бы поднять «заднимъ числомъ» одинъ большой,
даже огромный судебный процессъ, притянувъ къ отвѣту
медиковъ, какъ и юристовъ, сословно, профессіонально,
научно: неужели-же имъ не попадались признанія, раз-
сказы, исповѣданія, аналогичныя этому? неужели можно
повѣрить, что я, никогда не занимавшійся этимъ пред-
метомъ, и обратившій въ историческихъ цѣляхъ вниманіе
НЕВОЛЬНОСТЬ и НЕВИННОСТЬ ЛЮДЕЙ ЛУННАГО СВЬТА 221
на него всего года три, лѣтъ семь, узналъ въ самомъ
дѣлѣ что-то новое сравнительно съ медиками и юристами,
которые по этой части «огонь и мѣдныя трубы прошли»?!!
Конечно,— нѣтъ!!I Но у меня открылось ухо\ а у нихъ
ухо было закрыто, и они просто жевали жалованье,
слушали разсказы и дремали., видѣли факты—и спали:
и повинны въ великомъ уголовномъ преступленіи, что
тысячи людей въ. Германіи, Франціи, вездѣ были по-
сланы въ каторгу, въ Сибирь, въ тюрьму... Какихъ лю-
дей?—Да вотъ какъ этотъ разсказчикъ, съ его поры-
вомъ къ свѣту, къ ученью, къ доброму наставленію
чужой души, съ плачемъ о себѣ, со всѣми великими и
рѣдкими добродѣтелями скромности и самоосужденія! Вы-
бросьте наружный фактъ или какъ нибудь его сокройте,
и передъ вами стоитъ образцовый человѣкъ! Ибо такъ-ли—
ведутъ свою жизнь, объ этомъ-ли думаютъ и заботятся
«самоувѣренные молодые люди», проводящіе дни въ
ресторанахъ и соблазненіи дѣвушекъ-прислугъ, — безъ
всякаго о томъ «покаянія»? Здѣсь—все цѣло, весь чело-
вѣкъ— полоны душа, совѣсть, сердце, умъ. Не забудьте,
что это—еле-грамотный. Но постоянная его мысль—о
книгахъ! Исповѣданіе необыкновенно важно потому, что
здѣсь мы имѣемъ «своею рукою написанный» полный
портретъ содомита, — абсолютно не сходный съ тѣмъ,
какъ это предполагалось; портретъ вмѣстѣ съ тѣмъ
не поддѣльный, подлинный и вмѣстѣ документальный, какъ-
бы «у нотаріуса засвидѣтельствованный»; и съ которымъ
ничего не можетъ подѣлать «наука». Всѣ эти «размы-
шленія» патологовъ, клиницистовъ, «психіатровъ» (!!)
яко-бы о «больныхъ» своихъ «паціентахъ» падаютъ въ
прахъ, ибо имъ говорятъ: «вы не понимаете пола — и
отсюда не понимаете вообще половыхъ явленій, не только
а-нормальныхъ, но и совершенно нормальныхъ».
8 *
222
СОВОКУПЛЕНІЕ КАКЪ «ПРИВИВКА»
Выраженіе исповѣдующагося: «пробѣгаютъ мысли»,
«опять пробѣжали мысли»—говоритъ о совершенной не-
вольности—объ, такъ сказать, автономности отъ ума, ло-
гики, совѣсти, вѣры, всѣхъ этихъ половыхъ теченій, поло-
выхъ эмоцій. Каковы-же они? Къ женщинѣ—въ высшей сте-
пени ослаблены, но однако—есть, и увеличиваются отъ
каждаго новаго сношенія съ женщиною. Чтб такое «сношеніе
съ женщиною»? Всегда—прививка, принятіе въ себя
«почки» новаго роста. Черезъ совокупленіе мужчина при-
виваетъ (какъ бываетъ въ «садоводствѣ») себя женщинѣ,
женщина прививаетъ себя мужчинѣ: откуда —• вытекаю-
щее отсюда сліяніе, любовь, покорность совокупившагося
тому, съ кѣмъ было совокупленіе, всегда—двойная, все-
гда—обратная, всегда—взаимная. Пользуясь аналогіями,
можно-бы сказать, что совокупленіе есть физіологическій
гипнозъ, происходящій черезъ жидкости и всасываніе
ихъ тканями, нѣжными и увлажненными. Это «пріемъ
душевной ванны», изъ которой совокупившійся выхо-
дитъ «обновленнымъ» и «другимъ», именно--«другимъ»
черезъ эту прививку. Поэтому совершенно понятна
часть разсказа, гдѣ говорится о первоначальномъ пол-
номъ отвращеніи къ сношенію съ женщинами, и о по-
слѣдовавшемъ пробудившемся влеченіи къ нему. Дѣй-
ствительно,—единственно, чему можетъ поддаться со-
домія въ смыслѣ леченія, исправленія (всегда естественно
не полнаго)—это леченіе черезъ нормальный актъ; или,
если онъ невозможенъ, если къ нему уже существуетъ
абсолютно-непобѣдимое отталкиваніе, черезъ какую-бы
то ни было аналогію «прививкѣ» выдѣленій другого
пола; у женщинъ напр. (содомитянки) — черезъ искус-
ственное впрыскиваніе мужского сѣмени; у мужчины —
черезъ искусственное покрытіе органа женскими выдѣ-
леніями. Если вообще это нужно, еслибъ «паціентъ»
ОПЛОДОТВОРЕНІЕ БЫВАЕТЪ И БЕЗЪ ОРГАНОВЪ
223
захотѣлъ, еслибъ врачу пришлось разрѣшать проблему,
не имъ поставленную, а ему поставленную. Явно, впро-
чемъ, что все это возможно и допустимо, что все это
пожелается лишь въ слабыхъ степеняхъ содоміи,—при
которыхъ, какъ указываетъ практика, «браки еще заклю-
чаются», нечаянно и не нечаянно, и бываютъ естественно
«не очень счастливы», и тогда врачъ зовется, чтобы
«помочь счастью». Но обратимся теперь къ этой не
полной содоміи: разсказъ въ высшей степени важенъ
тѣмъ, что опять непререкаемо убѣждаетъ насъ, что
полъ есть не вещь, не бытіе (зеіп, сіаз Віп&), а скорѣе
всего какое-то волненіе въ насъ, что-то волнующееся въ
насъ, какой-то свѣтъ и жаръ, разсѣкающійся на «муж-
ское»— къ самкѣ, и «женское»—къ самцу, но въ этомъ
волненіи — спутывающееся, переплетающееся, «отражаю-
щееся на себя», «идущее вспять», и т. д. и т. д. Обма-
нутые тѣмъ, что вотъ «есть органъ» и «онъ явно для
самки», ибо отвѣчаетъ анатоміею ея влагалищу, мы за-
бываемъ, что органъ—только придаточное къ полу, а не
есть весь полъ, и даже не есть суть пола', что это есть
чисто внѣшняя часть,—тоже чтб «стволъ» въ отношеніи
«растенія». Конечно — «растенія» самымъ именемъ вы-
зываютъ представленіе «дерева» и «лѣса», и, пожалуй,
«дровъ» и «дровосѣка». Но столь-же «конечно» это
есть вообще скверная ботаника. «Мужского органа»
совсѣмъ нѣтъ у рыбъ', и «совокупленія», какъ соединенія
органовъ /— у нихъ тоже нѣтъ; а оплодотвореніе и между
прочимъ бѣшеная, ревнивая страсть къ нему — есть.
Явно, «органъ» — побочное; у рыбъ — нѣтъ, но и у
теплокровныхъ, у человѣка — не показуетъ сути вещей,
«Содомія» какъ «ошибка въ появленіи такого-то ор-
гана» отъ того и возможна, что возможно въ органиче-
скомъ мірѣ полное его отсутствіе, а слѣдовательно и во
224 ВОЗМОЖН. БЕЗЪ ОРГАНА, ВОЗМ. ПРИ ОШИБОЧН. ОРГАНЪ
всемъ органическомъ мірѣ не первенствуещее органовъ значеніе
для половой жизни. Полъ—весъ организмъ, и—душа, и—тѣло.
Но—«организмъ» опять-же не какъ существо, не—«зеіп»
и «<іаз Эіп^», а вотъ какъ это «волненіе и пылъ», какъ
«пульсъ и ритмъ», чему органы только подчинены. Вѣдь
можно задать проблему, чтд первѣе, сердце или крово-
обращеніе? Конечно, не было-бы «безъ сердца»—крово-
обращенія; но столь же достовѣрно, что безъ крово-
обращенія, безъ нужды въ немъ и его сущности, не
появилось бы сердце. И во всякомъ случаѣ изъ двухъ
идей, «сердце» и «кровообращеніе»—первенствуетъ крово-
обращеніе. Такъ-же вотъ и «жизнь», также и «полъ въ
насъ»: «жизнь» выше и раньше, она идейно предсуще-
ствуетъ организму, а полъ конечно предшествуетъ
органу половой дѣятельности. Не потому «хочется сово-
купляться», что есть половой органъ: а «хочется сово-
куплятся» раньше его и независимо отъ него, и уже
вопросъ идетъ—«есть-ли органъ для желаемаго»?Содомія
и есть случай, когда «нѣтъ органа для желаемаго». Но
какъ «желаніе»-то раньше органа, ему предшествуетъ
метафизически,—то естественно и остается, пылаетъ въ
человѣкѣ, каковъ-бы ни былъ органъ. «Нечѣмъ», — а
пылъ есть: это и есть суть содоміи. «Жажда томитъ»,—
а «горла, рта нѣтъ»: вѣдь это возможно, такъ какъ
«жажда» не производится ртомъ и горломъ, а выте-
каетъ изъ крови, изъ отношенія въ ней жидкихъ и
твердыхъ частицъ.Послѣдній примѣръ долженъ быть осо-
бенно понятенъ медикамъ. «Ну, что дѣлать—тогда произ-
водится питаніе бульономъ рег апит». Это и есть содомія:
потребность даннаго организма, «крови» его, «души»
его — непремѣнно въ мужскомъ сѣмени, въ мужскомъ
органѣ, въ мужской страсти, въ характерномъ муж-
скомъ жарѣ; но обычнаго для всего этого воспріемника,
РОДНИКЪ ТАКЪ НАЗЫВАЕМЫХЪ ИЗВРАЩЕНІЙ
225
обычнаго, но однако не абсолютнаго, именно влагалища
и матки—нѣтъ; и тогда происходитъ «питаніе мужскимъ
жаромъ» такъ, этакъ, иначе, еще иначе—чтб и произво-
дитъ чрезвычайную множественность образовъ содоміи,
способовъ содоміи, какъ это и свидѣтельствуется меди-
цинскими-же показаніями, медицинскими разсказами,
«всею клиникой извращенія» (яко-бы). Все однако сво-
дится — къ прикосновенію. Вотъ этого нигдѣ не отсут-
ствуетъ, разсказовъ объ этомъ нѣтъ. Какъ-бы «прикос-
нуться», «получить прививку» («садоводство»), «зажечься
жаромъ мужчины». Вотъ еще аналогія «оплодотворенія»:
вѣдь въ немъ дѣйствительно одинъ организмъ «вспы-
хиваетъ» отъ другого. А необходимость этихъ «вспы-
хиваній», міровая необходимость, вытекаетъ изъ того,
что «міръ вообще горитъ», что «жизнь вообще пожаръ».
Какъ это остановитькакъ этому сказать «не будь»?
И такимъ образомъ какъ вы скажете содомиту «не
зажигайся мужскимъ огнемъ», когда зажечь его женщиною
не можетъ медикъ, безсильна медицина? А «не горѣть»
онъ не можетъ, ибо жизнь есть огонь и теплота. Вотъ
куда заходятъ всѣ эти вопросы: медицина (и юриспру-
денція) хочетъ, чтобы нѣкоторыя тѣла «оставались сы-
рыми», «не загорались»; но этого они также не могутъ,
какъ птицу обратить въ ящерицу, человѣка—въ рыбу,
и вообще теплокровное — въ хладнокровное. Пока не
найдено средства пробудить въ содомитѣ влеченіе къ жен-
щинѣ (вотъ — пусть работаютъ юристы и медики)—
оставьте имъ совокупленіе, какое они имѣютъ: это —
«зажиганіе», «прививка», а безъ зажиганія—нѣтъ огня,
безъ огня—жизни, безъ прививки и оплодотворенія—
нѣтъ всего вообще растущаго. Оплодотвореніе раньше
«вотъ этого совокупленія»; ему предшествуетъ. «Хочу
оплодотвориться» —крикъ всей природы, котораго никто
226 РОДНИКЪ ТАКЪ НАЗЫВАЕМЫХЪ «ИЗВРАЩЕНІЙ»
не въ правѣ вырвать у существа. Теперь: какъ? Медикъ го-
воритъ: «какъ всѣ». Содомитъ отвѣчаетъ: «хорошо, сдѣ-
лайте мнѣ какъ всѣмъ». Чтб «пропишетъ» медикъ? Нёчего
прописать, нѣтъ средствъ: ну,—напр. у пассивнаго содо-
мита вообще не происходитъ никогда эрекцій и не вы-
дѣляется никакого сѣмени. Что-же тутъ «прописать»?
«Третьей ноги» не выраститъ медикъ!! Тогда содомитъ,
опрокидывая баночки, реторты, откидывая пластыри и
микстуры, говоритъ: «оставьте меня въ покоѣ, вы—са-
пожники въ собственной наукѣ, и я дѣлаю то, что
мнѣ дано природою, что мнѣ оставлено природою, беру ту
милостыню—въ которой она, благая, мнѣ не отказала».
И прибѣгаетъ къ своимъ «прикосновеніямъ-привив-
камъ» съ ихъ тысячею модусовъ, съ «влюбленностью» и
«романами» (тысяча свидѣтельствъ, примѣровъ, раз-
сказовъ).
Полъ—волнующееся, волненіе; полъ — текущее, отъ
«О» до «безконечности» (у рыбъ — миріады рожденій
въ годъ, сколько икринокъ въ рыбѣ), отъ « — і» до
«-|-і». Вполнѣ-бы можно сказать, что «мужского» и
«женскаго»—вовсе нѣтъ, а есть «стремленіе по кругу»,
«всѣ возможности» въ каждомъ: но обычно въ каждомъ-
же преобладаетъ которое нибудь одно, и когда преобла-
даетъ къ самкѣ—мы это называемъ «мужскою органи-
заціею» и «мужскимъ влеченіемъ», а когда преобладаетъ
«къ самцу», то мы называемъ это женскою организа-
ціею и женскимъ влеченіемъ. Но «преобладаетъ»—зна-
читъ «совмѣщается еще съ другимъ». Эти «совмѣщенія»
въ каждомъ есть; и какъ въ содомитѣ есть хотя-бы
«милліонная часть» нормальнаго совокупленія, такъ въ
нормальномъ мужчинѣ есть хотя-бы милліонная часть
содомическаго влеченія. Милліонная или тысячная, а
тб можетъ быть сотая, наконецъ можетъ быть десятая,
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
227
и, наконецъ, какъ въ въ приведенномъ разсказѣ —
почти Ѵз; точнѣе—въ приведенномъ разсказѣ содоміи 3/з,
нормы — \/з, случай «излечимый», «исцѣлимый», «попра-
вимый».
Случай этотъ—совершенно темнаго человѣка, едва
умѣющаго (судя по рукописи) писать. Вотъ блестящій
разсказъ о себѣ талантливаго философа - женщины,
не подозрѣвающей ничего о своей природѣ: но какъ ярко
тѣ-же духовныя черты сказались въ разсказѣ! Она сама
чувствуетъ, говоритъ: «я не такъ родилась, какъ всѣ»,
«съ дѣтства я чувствовала въ себѣ что-то странное»,
«не ошиблась-ли акушерка матери, принявъ у нея
дѣвочку, ибо всегда я чувствовала себя мальчикомъ, муж-
чиною». У нея половое притяженіе остановилось яа нулѣ:
высокій талантъ къ наукѣ, къ наукамъ, къ философіи,
и абсолютная безразличность къ кавалерамъ, самцамъ.
Вотъ эта автобіографія безъ всякихъ пропусковъ:
Разсказъ о себѣ доктора философіи, Маріи Влади-
міровны Безобразовой,—дочери автора и редактора
«Сборника государственныхъ Знаній».
«Существуютъ странные люди, къ которымъ я несо-
мнѣнно принадлежу, и потому разсказывать о себѣ я не
могу такъ, какъ это дѣлаютъ другіе; къ тому же не знаю,
стоитъ ли это дѣлать, можетъ ли быть интересно то, что
я могу сказать?
«Потомъ, когда я хочу что-нибудь разсказать, то на-
талкиваюсь на одну большую трудность:—я не умѣю раз-
сказывать или не владѣю той формой, въ которой ведется
обыкновенно повѣствованіе.
228
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
«Тотъ языкъ, который я себѣ выработала, по возмож-
ности кратко передаетъ содержаніе моихъ мыслей; — онъ
прежде всего точенъ и сжатъ *), а съ такимъ языкомъ
нельзя приступать къ повѣствованію. Или пропустишь то,
что съ моей точки зрѣнія не заслуживаетъ вниманія, или
же впадешь въ другую крайность — начнешь размазывать.
«И потому я заранѣе прошу о снисхожденіи всѣхъ
тѣхъ, которые будутъ читать эти строки: — я не родилась
повѣствовательницей.
«Можетъ быть, удивитъ еще больше, когда я скажу,
что не родилась женщиной. Не воскресъ ли во мнѣ пото-
мокъ какой-нибудь современницы матріархата? Или въ
меня не вошло чего-то, что въ теченіе вѣковъ обуслов-
ливало собой тотъ типъ женщины, которую мы всѣ зна-
емъ— итогъ ея порабощенія? Моей натурѣ чужды всѣ
чисто женскіе элементы женщины, чуждо ея порабощеніе.
«Съ самаго ранняго дѣтства я чувствовала, что не
родилась дѣвочкой.
«— Не ошиблась-ли Луиза Христіановна (акушерка
матери), меня принимавшая?—былъ вопросъ, который я не
разъ задавала.
«Но нѣтъ, она не ошиблась.
«Я родилась не только дѣвочкой, но даже красивой
дѣвочкой; и всѣ тѣ знаки вниманія, которые мнѣ ока-
зывали, должны были разубѣдить меня въ возможности
физіологической игры природы...
«Драма была на духовной почвѣ. Всѣ мои, психическіе
задатки и способности не вязались съ тѣмъ, что обы-
кновенно природа даетъ женщинѣ, всѣ мои вкусы шли въ
разрѣзъ съ издавна сложившимся строемъ жизни вообще дѣ-
вочекъ.
г) Мужской, научный слогъ. В. [*—«<>.
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
229
«Я не только никогда не играла въ куклы, но вознена-
видѣла поводъ, по которому ихъ дарятъ — ёлку. На ёлку
пріѣзжали тѣ старшіе родные, для которыхъ мои молодые
родители не были законодателями и не могли имъ ска-
зать: «не дарите». Эти старшіе заваливали меня, какъ
первенца, аршинными куклами, ихъ кроватками, шкапи-
ками и другой дребеденью, а я была несчастна не потому
только, что все это было мнѣ не нужно, а по совсѣмъ
другой причинѣ. Мнѣ надо было показать благодарность,
даже радость. Какъ неглупая дѣвочка, я знала, что это
было необходимо, а между тѣмъ для меня всего тяжелѣе
была ложь. Потому-то я искренно радовалась, когда про-
ходилъ этотъ несносный вечеръ, уѣзжали старшіе, прово-
жаемые всѣми знаками почтенія, и я могла забросить или,
лучше сказать, забыть аршинныхъ куколъ, пищавшихъ
«мама». Для меня не было большаго праздника, чѣмъ
когда мы съ братьями принимались опустошать елку, и
я могла поиграть въ ихъ игрушки. Я совсѣмъ не была
выше игрушекъ. До сихъ поръ помню одинъ подарокъ
отца — онъ подарилъ мнѣ его задолго до ёлки такъ же,
какъ и я, сгорая отъ нетерпѣнія. Какъ сейчасъ вижу
эти бѣлыя сани, такія большія, что въ нихъ могли
усѣсться оба брата, съ облучкомъ для меня;—сани, запря-
женныя парой вороныхъ въ серебряной сбруѣ. Сбруя сни-
малась и надѣвалась, и моему блаженству не было конца.
Милый папа зналъ, что подарить.
«Отецъ кончилъ курсъ съ серебряной медалью въ
Александровскомъ лицеѣ и 23 лѣтъ женился на своей
троюродной сестрѣ Масловой. Матери было только 18 лѣтъ.
Она воспитывалась за границей и знала по-французски
лучше, чѣмъ по-русски. Сестры ея даже едва говорили на
своемъ родномъ языкѣ, а вышли обѣ за провинціаловъ.
Двѣ сестры отца всю жизнь провели въ провинціи и ока-
230
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
зались замужемъ за итальянцами,—одна даже за ревни-
вымъ сициліанцемъ, доведшимъ ее до чахотки,—другая
за извѣстнымъ санскритистомъ Де-Губернатисомъ. Отецъ
очень быстро шелъ по службѣ, чуть не 26 лѣтъ былъ
начальникомъ отдѣленія, а 32 лѣтъ дѣйствительнымъ стат-
скимъ совѣтникомъ. И отецъ, и матъ оба писали1).
«Лѣтомъ разыгрывалась фантазія матери. Съ нетерпѣ-
ніемъ ждала я своихъ именинъ, зная, что она готовитъ
мнѣ ч сюрпризъ. Но то, что она дарила, всегда превосходило
мои ожиданія. За деревяннымъ топоромъ слѣдовала малень-
кая соха съ желѣзными лемехами,—соха, въ которую я
впрягала братьевъ; и, наконецъ, явилась коса, въ сооб-
ществѣ бруска въ брусочницѣ и молотка съ бабкой.
«Когда этой настоящей маленькой косой я выкашивала
нашъ, такъ называемый, чистый дворъ, ремешокъ брусоч-
ницы опоясывалъ мою красную кумачную рубашку съ косымъ
воротомъ, а внизу торчали высокія голенища сапоговъ.
Лѣтомъ мать уступала моей слабости и позволила мнѣ
ходитъ еъ рубашкѣ 2). Но за то зимой мнѣ оставалось
только завидовать. У этихъ счастливыхъ мальчиковъ были
такіе красивые синіе кафтаны съ золотыми пуговками,
отороченные сѣрымъ барашкомъ, и, къ довершенію моей
зависти, еще красные кушаки и шапки, а я... ходила въ
салопѣ и капорѣ3).
«Мои прогулки въ городѣ были отравлены этими ат-
3) Пробужденіе лг< тературнаго таланта въ генераціи передъ
тѣмъ, какъ родиться замѣчательному ребенку-урнингу. В. Р—овъ.
2) Т. е. въ мужской крестьянской рубашкѣ. Какія все по-
дробности! См. стр. 105 — 111, въ главѣ «Прослойки содоміи у
Л. Толстого», извлеченіе изъ его «Воскресенія» о подругѣ Ека-
терины Масловой. В. Р—овъ.
3) Поразительно. Полная аналогія примѣровъ Крафтъ-Эбинга.
В. Р—овъ.
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
231
трибутами «дѣвочки». Мнѣ было неловко въ нихъ, и они
казались мнѣ некрасивыми.
«Въ рубашкѣ было такъ удобно вскочить въ телѣгу,
править, лазить на каждое дерево.
«Я ѣздила, правда въ платьѣ, на козлахъ нашего боль-
шого крытаго тарантаса, потому что уговорить меня
сѣсть въ клѣтку было трудно, и править я любила больше
всего на свѣтѣ-, — пока, не стала ѣздить верхомъ, и тогда
править показалось мнѣ уже скучнымъ.
«Кучеръ былъ нерѣдко пьянъ, какъ это подобаетъ
деревенскому кучеру, и я совсѣмъ одна справлялась съ
тройкой. Я изучила всѣ нехитрые пріемы этого управле-
нія, и лошади меня слушались: возжей я не дергала,—для
этого я слишкомъ любила лошадей. Любила и собакъ, и
помню, какъ 4-хъ лѣтъ ничѣмъ не сумѣла угостить со-
баку, кромѣ освященной просфоры, и до чего всѣ пере-
пугались.
«Уже если я завидовала братьямъ, то еще больше ку-
черу, у котораго все было настоящее. Его шляпа съ па-
влиньими перьями и наборный поясъ были лучше того,
что носили мальчики.
«Но хотя у меня не было ни шляпы съ павлиньими
перьями, ни кушака, за то уже въ 13 лѣтъ у меня была
собственная лошадь. Не зная, что мнѣ покупать, отецъ
давно дарилъ мнѣ деньги, и на нихъ-то я купила ло-
шадку.
«Хотя «Каренькую» не только кормила на свой счетъ
бабушка (въ ея имѣніи мы жили всегда лѣтомъ), но моя
лошадка и пахала, и возила навозъ и сѣно1), все же я
*) Рабочіе инстинкты у богатой и знатной дѣвочки, которую
всѣ нѣжатъ. Сравни, какъ полную аналогію, слова Толстого объ
урнпнгѣ-дочери генерала, подругѣ Масловой, въ «Воскресеньи»
232
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
каталась на ней раза два въ недѣлю, а остальное время
заботилась о томъ, чтобъ ее не мучили. Впрочемъ, бабушка
и сама любила лошадей х), и имъ жилось у нея хорошо.
«Мое мальчишество не нравилось старушкѣ. Она пы-
талась иногда читать мнѣ наставленія, хотя и дѣлала это
въ очень мягкой формѣ. «Зачѣмъ мама тебѣ это позво-
ляетъ? Развѣ дѣвочкѣ можно?»
«И я вспыхивала, хотя бабушка была такая добрая и
лабая, что на нее нельзя было сердиться. Къ тому же
«Прослойки содоміи у Толстого и Вл. Соловьева»). И при этомъ
тутъ не просто рабочія влеченія, но названы спеціальныя му-
жицкія работы. Не вытекаетъ ли въ самомъ дѣлѣ «работа» изъ
пола? потому-что ребенокъ Безобразова еще ни о какой куль-
турѣ не задумывалась, ни о цивилизаціи, ни объ исторіи, ни о
классификаціи работъ между полами. Но она беретъ «соху» и
хочетъ «пахать», какъ урнингъ-Деметра «научила жителей
Аттики земледѣлію-». Настоящее призваніе самца—охота, звѣро-
ловство; и «звѣриная», «животная» жертва Авеля-звѣролова
«угодна Богу». Но—аналогія монашескому зову Евы—Каинъ на-
чалъ заниматься земледѣліемъ, и плоды рукъ этого перваго на
землѣ-урнинга были «отвергнуты Богомъ» (какъ и Ева «пала»
въ анти-уранистическомъ Ветхомъ Завѣтѣ). Въ самомъ дѣлѣ,
вглядитесь въ фигуру пахаря, идущаго за сохою, въ этотъ
«мирный трудъ» его, на который хочется «позвать благословеніе
Божіе». Лучшіе въ мірѣ земледѣльцы — китайцы, полу-бабы, «съ
косами». Но и, вообще, идти за сохою, проводить борозду и
бросать въ нее зерна—какъ это близко къ чисто уже женскому
занятію—ткать полотно. По формѣ, по методу, безъ-порывному и
безъ «кулака», земледѣліе есть типичное муже-бабное дѣло, со-
домическое и уранистическое. В. Р—овъ.
*) Вотъ какъ далеко идетъ въ родъ. Женщина любитъ корову,
а если коня начинаетъ любить—то это уже въ 1/ю, въ V100 про-
будившійся въ ней урнингъ. Конь есть столь же мужицкая
вещь, «мужиково хозяйство»,—конь и еще сабака, «песъ»,—какъ
кошка и особенно корова суть домашнія животныя жены и ея
«уголъ», ея «хозяйство». В. Р-—овъ.
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
233
она и сама меня опасалась; то же, какъ я проводила
время, подкупало ее въ мою пользу.
«А именно,—лѣтомъ я вся отдавалась своему садику.
«Бабушка отвела мнѣ лужокъ за домомъ, и на этомъ
лужкѣ я устроила себѣ садъ-огородъ. Были у меня тамъ
и цвѣты, и овощи, и ягодные кусты, цвѣла и поспѣвала
клубника. Очень занимала меня компостная куча, кото-
рую я постоянно перелопачивала, но не помню, чтобъ мои
урожаи отличались обиліемъ. Напротивъ, у бабушки, хотя
и не было компоста, все родилось несомнѣнно лучше.
Мой уголокъ былъ слишкомъ тѣнистъ и не удобренъ из-
давна, какъ бабушкинъ огородъ. Тѣмъ не менѣе я горди-
лась своимъ садикомъ и его не бросала—чуть ли не до
18-лѣтняго возраста. Тутъ стало уже не до него, и какъ
жаль, что стало такъ.
«Мое дѣтство въ деревнѣ неразрывно связано съ со-
сѣдями по имѣнію, именно, двумя дѣвочками однихъ со
мной лѣтъ. Мы проводили два дня въ недѣлю вмѣстѣ и
проводили ихъ неизмѣнно... въ банѣ. Баня изображала
избу, а мы—мужиковъ. Мужики производили всѣ сезонныя
работы. Роли были распредѣлены разъ навсегда: самая
энергичная изъ насъ была хозяиномъ, ея сестра—хозяйкой,
а я—работникомъ. И мы совсѣмъ уходили въ свою кре-
стьянскую жизнь.
«Теперь, когда я вспоминаю эту игру, мнѣ всегда ка-
жется, что мы предугадали въ ней свою судьбу. Хозяинъ
дѣйствительно сталь хозяиномъ, управляетъ образцово
имѣніемъ, тѣмъ самымъ, гдѣ мы играли въ банѣ, хозяйка
также хорошо ведетъ свое городское хозяйство, а я...
такъ и осталась работникомъ, чѣмъ была въ банѣ.
«Хорошо жилось въ деревнѣ и, когда наступала осень,
не хотѣлось въ городъ. Не то, чтобъ я не любила учиться,
234
УЧЕНАЯ ДЪВУПЩА—УРНИНГЪ
но весь складъ городской жизни, заключенной въ стѣнахъ,
и аттрибуты дѣвочки были мнѣ противны.
«Всего менѣе пришлась я ко двору въ пансіонѣ, куда
ходила съ 10 лѣтъ. Это былъ очень приличный нѣмецкій
пансіонъ, гдѣ воспитывалось 3-е поколѣніе дѣвочекъ ти-
хихъ и выдержанныхъ, готовившихся стать со временемъ
добрыми Напз&аиеп и Мйііеге,—а до тѣхъ поръ усердно
зубрившихъ то, что полагалось зубрить. И среди нихъ
вдругъ очутилась я—этотъ русскій сорванецъ, добрый то-
варищъ моихъ братьевъ, для которыхъ я оказывалась очень
часто слишкомъ бойка, когда ихъ муштровала и находила,
что онѣ не умѣютъ войти во вкусы лошадей и плохіе
кучера.
«Что было мнѣ дѣлать въ пансіонѣ! Моей удали не
было никакого исхода, и во все время существованія этого
пансіона, съ тѣхъ поръ, какъ ввелась толстая черная книга,
именуемая «журналъ», ни у кого еще никогда не было
такихъ балловъ за поведеніе. Я оставалась одна и сама по
себѣ въ этомъ отношеніи. Меня такъ много и часто бра-
нили, что я давно перестала слушать и интересоваться
тѣмъ, что мнѣ собственно говорили. Помню, что мнѣ
пророчили адъ, но я не боялась и ада. Когда я была въ
младшихъ классахъ, моя классная дама,—нѣмка, —даже
выдумывали для меня особенныя наказанія, никогда въ
пансіонѣ не существовавшія и вѣрно послѣ меня канув-
шія въ вѣчность. Она отправляла меня завтракать въ
отдѣльную комнату, а я этимъ гордилась.
«Ни баллы, ни наказанія не производили на меня ни
малѣйшаго впечатлѣнія: я такъ же мало обращала на
нихъ вниманія, какъ на слова, и продолжала жить по-
своему. Предосудительнымъ я считала говорить по-фран-
цузски и по-нѣмецки (я недурно уже говорила дома), а,
напротивъ стремилась обучить лучшему выговору своихъ
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
235
товарокъ - нѣмокъ, которыя немилосердно коверкали рус-
скій языкъ. И совершалось то великое чудо, что нѣмочки,
не боясь даже замѣчаній, отвѣчали мнѣ по-русски, и я
отъ души могла радоваться ихъ успѣхамъ, за которые
мнѣ столько доставалось. У нѣмочекъ же я ничему не
научилась.
«Въ классѣ я или читала русскую книгу, или писала
сочиненіе; слушать, какъ по 10-ти разъ отвѣчаютъ то же
самое, казалось мнѣ нестерпимо скучнымъ. И все это дѣ-
лалось на глазахъ учителей, такъ какъ я никогда не скры-
вала того, чѣмъ занималась. Меня оставляли въ покоѣ,
потому что сдѣлать со мной все равно ничего не могли.
«Учителю французскаго языка, возлѣ котораго я имѣла
удовольствіе сидѣть (я была у него второй ученицей, а
мы помѣщались за длиннымъ столомъ по рангамъ и сидѣли
на стульяхъ), я даже сама читала наставленія, когда мнѣ
казалось, что онъ недостаточно внимательно слушаетъ
то, что ему отвѣчаютъ. Онъ мнѣ надоѣдалъ тѣмъ, что
на меня смотрѣлъ,—и на мой вопросъ: «(^пе теге^агсіег-
ѵоиб?» всегда увѣрялъ: «<Т*ёѣшііе ѵоіге сагасіёге».
«Уроковъ дома я никогда не учила, а только въ классѣ.
Дома я читала и со страстью играла на роялѣ, потому
что мнѣ нравилась моя учительница музыки (ученица
Антона Рубинштейна), и хотѣлось доставить ей удоволь-
ствіе. Таланта же къ музыкѣ у меня не было, какъ вообще
не было никакихъ талантовъ.
«Моя жизнь въ пансіонѣ протекала довольно спокойно—
я умѣла избавить себя отъ всѣхъ скучныхъ обязанностей,
которыя на мвѣ лежали, и училась исподволь. Я не знала,
что такое переутомленіе, и не понимала самолюбія хотѣть
быть первой ученицей. Съ удивленіемъ пожимала я пле-
чами, когда меня бранили за то, что я недостаточно хорошо
учусь. «Вѣдь въ числѣ же лучшихъ я», думалось мнѣ, когда
9 — В. В. Розанов
236
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
я постигала наконецъ, за что мнѣ досталось на этотъ
разъ. «А баллы, какое мнѣ дѣло до ихъ балловъ», недоу-
мѣвала я, сидя за Гоголемъ или Тургеневымъ и уносись въ
иной міръ. Все равно умремъ, все суета суетъ и, когда
человѣкъ живетъ на землѣ такъ недолго, стоитъ ли забо-
титься о баллахъ! Въ моихъ глазахъ это было верхомъ
суеты, и отъ этой суеты я была избавлена или избавила
себя сама1).
«Мысль о смерти не давала мнѣ покоя3). Совсѣмъ еще
маленькой дѣвочкой я видѣла страшные сны: себя въ гробу
и пробужденіе потомъ. Это былъ одинъ изъ самыхъ обык-
новенныхъ моихъ сновъ, который развивался во всѣхъ по-
дробностяхъ и, какъ это бываетъ со снами, часто повто-
ряющимися, у него была своя обстановка, и я относилась
къ этому сну, какъ къ чему-то своему и родному3).
«Когда я стала старше, мысль о смерти являлась мнѣ
и наяву и принимала образъ нирваны. Въ любое время дня
или ночи я могла представить себѣ, что болѣе не суще-
ствую, и уничтожались для меня время и пространство.
Ничего болѣе ужаснаго не могу вообразить до сихъ поръ.
Когда нѣтъ времени и пространства, то нѣтъ ничего, и
состояніе безпредѣльной пустоты, чего-то худшаго, чѣмъ
пустота, потому что пустота все еще наше человѣческое
*) Чи'сто мужской образъ мысли, типичныя мысли и отношеніе
къ дѣлу гимназистовъ. В. Р—въ.
2) Вотъ опять направленіе въ сторону мистики и религіоз-
наго, «по-ту-свѣтнаго»: обычное направленіе урнинговъ. Можно
сказать, «тотъ свѣтъ» созданъ урнингами, потому что они ти-
пично сами—«е этого свѣта существа и, до нѣкоторой степени,
дѣйствительно «по-ту-свѣтны» В. Р—въ. ,
3) Поразительно! См. у Крафтъ-Эбинга аналогичное призна-
ніе: «я говорилъ съ давно умершими людьми, съ дальними своими
предками» (случай еГГетіпаІіо врача-мужчины). В. Р—въ.
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
237
понятіе, внезапно меня охватывало. Я. выходила изъ этого
сомнѣнія, произнося обыкновенно одно слово «мама», и
направлялась къ матери ближайшимъ путемъ.
«Разъ я перелѣзла черезъ комодъ, потому что путь
по полу показался мнѣ длиннымъ. Только когда я видѣла
близкаго человѣка, состояніе это проходило *). Въ немъ я
изучила понятія пространства и времени и убѣдилась, что
безъ нихъ человѣкъ не можетъ жить. Все обращается въ
ничто, когда нѣтъ времени и пространства, — было мнѣ
ясно задолго до того, какъ я читала Канта3).
«Рано начала я читать все то, что имѣло какое-нибудь
отношеніе къ философіи. Никто мнѣ этого не говорилъ,
но я чутьемъ знала, что тѣ вопросы, которые меня му-
чаютъ, создали философію, и философы—тѣ люди, которые
одни могутъ меня утѣшить и успокоить3). У нихъ искала
я разрѣшенія вѣчныхъ вопросовъ о происхожденігі міра и
его будущемъ,—разрѣшеніе и разгадку того, что составляло
мою внутреннюю жизнь. Объ этомъ я не говорила даже
съ матерью, хотя была съ ней дружна и разсказывала ей
много такого, чего обыкновенно не говорятъ матерямъ.
«Я еще не была въ пансіонѣ, когда мнѣ попалась въ
дѣтскомъ журналѣ психологія, которую я списала и хра-
нила, какъ святыню. Изъ этого же источника почерпнула
я, вѣрно, правила жизни Франклина — другое мое сокро-
3) Возвращеніе отъ метафизическаго состоянія къ физиче-
скому состоянію, черезъ прикосновеніе къ другому физическому-же,
къ другому конкретному. В. Р—въ.
2) Вотъ гдѣ даны «врожденныя философскія концепціи»,
вотъ какъ и откуда «учатся философіи», и даже объясненіе: гдѣ
лежатъ «наши темныя представленія» ^Лейбницъ). Все—въ полѣ,
и въ его тѣняхъ и оттѣнкахъ, которыя безчисленны («міровой элли-
псисъ пола», «колесо» Іезекіиля). В. Р—въ.
3) Вотъ какъ «рождается философія». В. Р—въ..
9 ♦
238
УЧЕНАЯ ДЬВУШКА—УРНИНГЪ
вище, занесенное въ тетрадку. Когда задавали урокъ исторіи,
я шла въ кабинетъ отца и въ его пространномъ нѣмец-
комъ Веберѣ читала о томъ періодѣ, который у насъ про-
ходился, но читала только то, что дѣлали въ это время
философы. Я. не всегда учила урокъ, — какое мнѣ было
дѣло до войнъ и суеты королей, но я всегда читала въ
Веберѣ о томъ, что составляло для меня содержаніе
жизни.
«Мать рано начала удовлетворять моей страсти къ
чтенію. Въ то же время начались и мои первые литера-
турные опыты, которые были такъ же неудачны, какъ и
многіе послѣдующіе. Помню, какъ я сидѣла надъ первымъ
дѣтскимъ чтеніемъ — сказками, и всѣми своими силами
пыталась выкинуть изъ нихъ волшебный элементъ. Иногда
мнѣ казалось, что я нашла рѣшеніе^ и я долго радовалась,
но потомъ обыкновенно разочаровывалась. Волшебный
элементъ былъ такъ крѣпко вплетенъ въ сказку, что
когда я замѣняла его естественнымъ, то ничего не оста-
валось. Я чувствовала, что ничего не выходитъ и моя
работа пропала.
«Когда сказки замѣнились нравоучительными повѣстями
въ родѣ «Квичи» и «Ье ѵазіе шопйе», я до того сжилась
съ ихъ героинями, что начала проводить въ жизни то,
что дѣлали эти дѣвочки. Въ этихъ повѣстяхъ особенно
часто шла рѣчь о суетѣ мірской, — истинный міръ, міръ
религіи, не имѣлъ ничего общаго съ нашей жизнью. Иногда
я помышляла даже о томъ, чтобы обратиться къ своимъ
близкимъ съ вопросомъ о томъ, почему они такъ мало
думаютъ о будущей жизни и не дѣлаютъ того, испол-
нять что мнѣ казалось просто. Иногда я представляла
себѣ, что придетъ тотъ день, когда я это скажу всѣмъ
людямъ: —они поймутъ меня, увѣруютъ и перестанутъ
грѣшить.
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
239
«Но какъ ни казалось просто то, что надо дѣлать,
насталъ тотъ день, когда я и сама разочаровалась въ
томъ, чему прежде такъ горячо вѣрила.
«Произошло это въ Италіи, гдѣ мы проводили осень.
Былъ ли то переходный возрастъ —14 лѣтъ, вліяніе-ли
католицизма съ его процессіями и мадоннами въ платьяхъ,
или разговоры дяди-атеиста, которые доносились до меня
урывками изъ другой комнаты — вѣрно все вмѣстѣ взятое
заставило меня рѣшить, что религія лишь измышленіе,
иллюзія и фантазія человѣка.
«Вернувшись въ пансіонъ, я стала мучить несчастныхъ
нѣмочекъ и ежеминутно ихъ спрашивала: «Вѣришь ли ты?»
Когда мнѣ говорили, что «да», я скорѣе отвязывалась, чѣмъ
когда слышала «не знаю». Все мое негодованіе изливалось
на произносившую такія глупыя, по моему мнѣнію, слова.
«—Какъ можешь ты говорить «не знаю», когда это
самое важное въ жизни, — громила я несчастную дѣвочку,
и объясняла ей всю важность вопроса.
«Не помню, чтобъ я когда-нибудь говорила, что сама
не вѣрю, а тѣмъ болѣе, чтобъ развивала свои мотивы.
Отъ меня этого никто не требовалъ, и я считала нужнымъ
молчать.
«Только разъ помню, что возбудила споръ въ классѣ,
который долго насъ занималъ.
«Рѣчь шла о томъ, какъ мыслитъ человѣкъ — словами
или не словами. Началось съ того, что я по своему обыкно-
венію приставала къ одной изъ нѣмочекъ, и на этотъ разъ
дразнила ее тѣмъ, что она думаетъ по-нѣмецки. Дѣвочка
эта говорила по-русски лучше всѣхъ, была даже право*
славная, а все же я увѣряла, что она нѣмка, и въ дока-
зательство и привела этотъ свой аргументъ.
«Она отвѣтила мнѣ такъ, какъ я вовсе не ожидала.
«— Совсѣмъ не думаю словами.
240
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
«— Какъ не думаешь!—накинулась я на нее.—Нельзя
думать безъ словъ! Каждый человѣкъ думаетъ словами!»
«— А вотъ, — объясняла она мнѣ,—«придетъ къ намъ
въ классъ Флёри», неужели ты себѣ это говоришь, а я
такъ представляю себѣ его вицмундиръ, лысину...
«Меня осѣнило, что я была неправа. Да, конечно, и я,
когда думаю, что «Флёри придетъ въ классъ», то пред-
ставляю себѣ его, а не говорю слова. Но какъ же это однако?
Есть такія вещи, о которыхъ безъ словъ совсѣмъ нельзя
думать, и я вспоминала свои излюбленныя «добродѣтель,
вѣра, грѣхъ». «Да, нельзя—кто же правъ—Лейшке или я?»
«И кто бы ни входилъ къ намъ въ классъ — былъ ли
то учитель ариѳметики, географіи или рисованія, которая-
нибудь изъ нѣмокъ непремѣнно докладывала, что его про-
сятъ отвѣтить на одинъ вопросъ: «Какъ думаетъ человѣкъ?»
«И учителя путали и путали. Изъ ихъ объясненій я
ничего не вынесла и такъ и осталась съ убѣжденіемъ, что
это трудный вопросъ, пока не узнала, что мы спорили о
понятіяхъ и представленіяхъ, и никакъ не могли прійти
къ соглашенію, что нужны и тѣ, и другія.
«Хотя этотъ споръ имѣлъ мало отношенія къ воззрѣ-
ніямъ Лейбница и Локка на прирожденныя и пріобрѣ-
тенныя идеи, тѣмъ не менѣе ихъ разногласіе было мнѣ
всегда особенно понятно и близко, было чѣмъ-то совсѣмъ
своимъ, благодаря нашему спору.
«У меня была еще мысль, которой обыкновенно не
бываетъ у дѣтей: мнѣ совсѣмъ не хотѣлось сырости1'), даже
*) Поразительно. Мотивъ желанія «скорѣе выроста» не есть-
ли жаръ души «скорѣе заневѣститься» и стать скорѣе «женихомъ»,
инстинкты самки и самца. И у «невѣстъ не невѣстныхъ» какъ и
у «странниковъ въ пустынѣ мірской» естественно это чувство:
оставаться-бы вѣчно такимъ, какъ есть, «не надо выростать». не-
зачѣмъ. В. Р—въ.
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
241
больше того—я страшно боялась того времени, когда буду
большая, не стану больше ходить въ пансіонъ, и мнѣ
придется жить. «Хотя бы теперешнее время никогда не
прошло»,—было единственное, о чемъ я мечтала, шествуя
въ пансіонъ, играя на роялѣ или играя въ карты съ
француженкой, гувернанткой младшихъ.
«Мнѣ было хорошо, и я представляла себѣ, что дальше
будетъ хуже.
«Можетъ быть, иногда потомъ мнѣ было лучше, чѣмъ
я себѣ это представляла, боясь вырости—я слишкомъ уже
боялась.
«Итакъ,, я росла не такой дѣвочкой, какъ многія, и
имѣла право спрашивать Луизу Христіановну—не ошиб-
лась ли она.
«Но я не любила и даже обижалась, когда одна рус-
ская товарка (моя любимая) называла меня чудачкой.
«Несмотря на свою бойкость, я была застѣнчива, и
мнѣ хотѣлось быть, какъ всѣ.
«Когда въ пансіонѣ меня цѣловали чужія дамы, я сго-
рала отъ стыда ’) и готова была провалиться сквозь зе-
млю, только чтобъ не сдѣлать реверанса.
«Дѣтскіе балы смущали меня необходимостью войти въ
залу, хотя я охотно на нихъ ѣздила.
«Застѣнчивость уживалась во мнѣ съ бойкостью и
мальчишество съ мыслью о смерти.
«Много неразгаданнаго въ человѣческой душѣ, и край-
ности не всегда одна другую исключаютъ.
«Мнѣ не было еще 16-ти лѣтъ, когда, просидѣвъ 2 года
въ старшемъ классѣ, чтобъ не кончить 14-ти, я вышла
изъ пансіона и вступила въ жизнь, которой такъ боялась.
х) Вещь совершенно необъяснимая и небывалая, еслибъ она
была только женщиной. В. Р—въ.
242
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
«Во время послѣдняго года, который я проводила въ
пансіонѣ, рѣчь все чаще и чаще заходила объ экзаменѣ
на домашнюю учительницу.
«Въ самомъ пансіонѣ экзаменовъ не существовало.
«Еъ каждомъ классѣ было такъ мало ученицъ (не бо-
лѣе 15-ти), что всѣхъ знали и переводили по годовымъ
балламъ. Иногда оставляли, когда ученье не давалось; слу-
чалось, что оставляли и за способность, т. е. слишкомъ
юный возрастъ.
«Естественно, что вопросъ объ экзаменѣ всѣхъ пугалъ.
Держали его далеко не всѣ, спрашивали же другъ друга
рѣшительно всѣ:
«— Будешь держать экзаменъ?
. «Когда съ этимъ вопросомъ обращались ко мнѣ, то я
неизмѣнно отвѣчала:
«— Книги никогда не возьму въ руки.
«И я говорила чистосердечно. Мнѣ еще совсѣмъ не при-
ходило въ голову, что я буду дѣлать, когда кончу въ пан-
сіонѣ. Менѣе всего было мнѣ ясно то, что я когда-нибудь
заинтересуюсь учебниками. Слишкомъ мало удѣляла я имъ
до сихъ поръ вниманія. Но потому-то именно учебники
мнѣ еще совсѣмъ не надоѣли, и моя работа была впереди.
«Случилось очень скоро то, о чемъ я совсѣмъ не по-
ломы шля ла.
«Въ 16 лѣтъ я была еще слишкомъ молода, чтобъ вы-
ѣзжать: надо было подождать годъ. Братья не были бо-
лѣе моими товарищами, старшій учился въ Лицеѣ, второй
въ гимназіи, и они продолжали быть мальчиками въ то
время, какъ я стала взрослой.
«Что оставалось мнѣ дѣлать?
«Я купила себѣ программы экзаменовъ и русскіе учебники
(въ пансіонѣ всѣ предметы, въ томъ числѣ и ариѳметика,
проходились по-нѣмецки). День былъ у меня правильно
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
243
распредѣленъ, и каждому предмету отведено свое время.
Сколько меня ни отговаривали, я брала всѣ предметы
главными и приводила аргументомъ то, что главный пред-
метъ можно обратитъ въ дополнительный, не выдержавъ
экзамена, но почему не попробовать, и чему это мѣшаетъ?
«Я относиласъ теперь къ экзаменамъ съ такимъ же
легкимъ сердцемъ, какъ бывало въ пансіонѣ къ балламъ,
и совсѣмъ не волновалась. Любимымъ моимъ предметомъ
сдѣлалась ариѳметика, которой я совсѣмъ не знала въ
пансіонѣ. Мнѣ попался очень хорошій учебникъ Назарова,
и я до того увлекалась рѣшеніемъ задачъ, что забывала
даже о распредѣленіи своего дня. Память у меня всегда
была хорошая и, когда я разъ пришла къ матери съ
толстой книгой хронологіи, то оказалось, что я знаю въ
этой книгѣ всѣ событія до одного.
«И вотъ мы садились въ карету и ѣхали въ шестую
гимназію. Я ощущала только радость. Меня не охладилъ
даже первый экзаменъ—французскій, несмотря на то, что
учитель все время ко мнѣ придирался и поставилъ 4.
Тотъ же баллъ получила я изъ нѣмецкаго, всѣ же осталь-
ные экзамены выдержала на 5. Это случалось рѣдко. Во
время послѣдняго экзамена ко мнѣ подошелъ окружный
инспекторъ и меня поздравилъ.
«Этотъ первый успѣхъ произвелъ на меня впечатлѣніе.
Я увѣровала въ свои способности и рѣшила... поступить
въ Цюрихскій университетъ. Одна знакомая барышня дала
мнѣ университетскую программу, и я ее хранила какъ са-
мое дорогое, что у меня теперь было. Въ этомъ только
заключалась вся моя связь съ университетомъ. Долго,
очень долго у меня не было другого отношенія къ Цюри-
ху, какъ эта программа.
«Но когда я попробовала разъ объявить о своемъ рѣ-
шеніи матери, то она только разсмѣялась.
244
УЧЕНАЯ ДЪВШУКА—УРНИНГЪ
«То была мать, сочувствовавшая моему желанію учиться,
но былъ еще отецъ, ему вовсе не сочувствовавшій.
«Ученыя женщины были кошмаромъ отца: онъ ихъ
преслѣдовалъ внѣ дома и могъ-ли примириться съ ними
у себя?
«Отецъ только потому отдалъ меня въ нѣмецкій пан-
сіонъ, что тамъ учили меньше, чѣмъ въ гимназіяхъ, и,
по его словамъ, не учили естественной исторіи. По его
мнѣнію женщинамъ совсѣмъ не надо было учиться, но
такъ какъ не учиться въ XIX в. было нельзя, то онъ
и нашелъ палліативъ въ образѣ нѣмецкаго пансіона.
«Странно, конечно, что, при такомъ отношеніи къ жен-
скому образованію вообще и къ моему въ частности, отецъ
сдѣлалъ изъ меня своего секретаря *), не помню съ какихъ
лѣтъ, но, кажется, когда я еще была въ пансіонѣ. Я раз-
сылала повѣстки и циркуляры, а позже читала корректуру
его изданій. Другой его секретарь, мигистрантъ Петербур-
скаго университета, никогда не оспаривалъ у меня пер-
венства.
«Но хотя я собиралась въ Цюрихъ, тѣмъ не менѣе не
уяснила себѣ вопроса, чему хочу учиться и чѣмъ стать?
Если въ дѣтствѣ меня всего больше интересовала фило-
софія, то въ юности привлекало естествовѣдѣніе. Я по-
прежнему любила деревню, и мнѣ хотѣлось дѣятельности,
гдѣ для женщины будетъ такой же просторъ, какъ и для
мужчины. Л въ сельскомъ хозяйствѣ они равны, и я всего
чаще мечтала о томъ, чтобъ стать агрономомъ.
«Далека была отъ меня мысль, что я могу стать каби-
нетнымъ ученымъ. Въ нашемъ домѣ мнѣ давно надоѣли
*) Конечно, сдѣлалъ вслѣдствіе высокой способности къ этой
мужской формѣ труда, которая, вѣроятно, кидалась у его дочери
въ глаза; и онъ сдѣлалъ для этой дочери «исключеніе» въ си-
лу ея явно «исключительной натуры». В. Р—въ.
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
246
ученые, и та атмосфера, которой я была окружена, каза-
лась мнѣ скучной. Тѣ подробности, о которыхъ мнѣ при-
ходилось постоянно слышать, представлялись мнѣ ненуж-
ными. Сути государственныхъ наукъ я не могла уразу-
мѣть, и онѣ оставались мнѣ чуждыми.
«Когда мать давала мнѣ читать экономистовъ, то я
только удивлялась тому, что такія книги ей нравятся.
Отецъ имѣлъ привычку читать мнѣ свои статьи, и я всегда
радовалась, когда онъ кончалъ. Мнѣ было жаль сказать
ему, что это скучно.
«Матъ до тонкости изучила спеціальность отца—по-
литическую экономію х). Она не только читала Адама Сми-
та {онъ-то и былъ мнѣ особенно противенъ), Рошера,
Молинари, Лоренца Штейна, но переводила и академиче-
скіе мемуары отца на франиузскій языкъ. Мать писала по-
французски лучше, чѣмъ по-русски.
«Ея писательская дѣятельность началась съ фельето-
новъ въ «йоигпаі йе Зі.-РёіегэЪоиг^». То были критиче-
скіе очерки русской литературы, блиставшіе остроуміемъ
и возбуждавшіе постоянныя нападки «Гражданина» бла-
годаря своему либерализму. Еще замѣчательнѣе были ея
корреспонденціи въ «Лбпгпаі йез БёЪаіз». Онѣ обращали
на себя всеобщее вниманіе, и авторомъ ихъ считали одно
время Анат. ‘Леруа-Больё. Она писала ихъ въ теченіе 10-ти
лѣтъ и вела одно время этотъ отдѣлъ въ «Веѵие Зиіззе»
и въ «Сопіешрогагу Веѵіетѵ» (по-англійски). Въ «Віѵізіа
Епгореа» (издавалъ ее Де-Губернатисъ) были помѣщены ея
статьи о Тургеневѣ, и въ «Копѵеііе Веѵие»—о женскихъ
типахъ въ русской литературѣ. Можетъ быть, лучшее, что
*) Очевидно, уже у матери было движеніе къ мужской органи-
заціи, которое выросло въ дочери; отъ 1/ю урнинга—урнингъ въ */*,
и далѣе (если бы продолжалось потомство)—въ 2/з, въ а/*, въ пол-
наго урнинга. В. Р—въ.
246
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
написала мать, — статья въ «Доигпаі Дез Есопотіаіез» о
женскомъ вопросѣ. Она доказываетъ, что ошибаются тѣ
экономисты, которые считаютъ освобожденіе женщинъ
соціалистическою теоріей, и что въ политической экономіи
не существуетъ аргумента противъ свободы женщины.
«Отецъ же, одинаково изучавшій политическую экономію
и преподававшій ее въ Александровскомъ лицеѣ и великимъ
князьямъ, былъ ярымъ противникомъ этой свободы, и не-
далеко ушелъ въ этихъ своихъ воззрѣніяхъ отъ кн. Ме-
. щерскаго.
«И матъ 10 лѣтъ скрывала отъ отца, что она писа-
тельница. Ея псевдонимъ «Татьяна Свѣтова» оставался
глубокой тайной (я была въ числѣ 3—4 посвященныхъ).
«Наконецъ эта тайна раскрылась. Мать написала дѣтскіе
разсказы и подписалась «Е. Васильевская» и показала ихъ
отцу; и вотъ случилось, что онъ первый началъ расхваливать
эти разсказы и написалъ о нихъ рецензію. Особенностью
отца было необыкновенно мягкое сердце, сердце не муж-
ское х), но горячъ онъ былъ, конечно, страшно, какъ всѣ
добрые люди.
«Стоицизмъ матери произвелъ на него глубокое впеча-
тлѣніе. Онъ при своей экспансивности не могъ себѣ пред-
ставить, какъ можно скрывать что-нибудь нѣсколько ча-
совъ а), а не только десять лѣтъ.
«Я мечтала тѣмъ временемъ о чемъ-то большомъ и
захватывающемъ. Мнѣ хотѣлось дѣйствовать и творить
большое и великое. Великое не умѣщалось у меня въ рам-
кахъ писанья. Писать было чѣмъ-то черезчуръ обыден-
г) Мать—мужественная, отецъ—женственъ. Совершенно понятно
«происхожденіе такой дочери», какъ понятна равно талантли-
вость обоихъ родителей. Можно почти дать афоризмъ, что «вся-
кій талантъ—гермафродитиченъ». В. Р—въ.
2) Чисто женская натура—у отца! В. Р—въ.
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ 247
нымъ и прозаическимъ въ нашемъ домѣ, гдѣ всѣ писали,
начиная съ отца и кончая 10-лѣтней сестрой и 9-лѣтнимъ
братомъ, сочинявшими повѣсти.
«А я, напротивъ, никогда не писала и не слыла въ
семьѣ писательницей — слишкомъ много уже всѣ это
дѣлали.
«Твердо рѣшено было у меня лишь одно—попасть въ
Цюрихъ, а для этого надо было пройти, по моему мнѣнію,
курсъ мужской гимназіи. И вотъ я взяла программу—вы-
черкнула то, что знала, и занялась тѣмъ, чего не знала—
математикой и древними языками. Алгебра мнѣ понра-
вилась— я опять увлеклась рѣшеніемъ задачъ, но геоме-
тріи не понимала и никогда не была въ состояній рѣшить
ни одной задачи. Когда же дошла до тригонометріи, то
стала совсѣмъ втупикъ. Мнѣ казалось, что геометрія по-
строена на какомъ-то чудовищномъ недоразумѣніи, — въ
чемъ оно, я не могла разъяснить, но для меня это была
фиктивная наука.
«Древніе языки пошли у меня недурно, только греческій
смутилъ на первыхъ порахъ своей азбукой. Второй братъ,
всегда первый ученикъ своего класса, мнѣ помогъ, время
отъ времени просматривалъ мои переводы и неизмѣнно
ставилъ тройки. Больше я не заслуживала, хотя все же
подвигалась не совсѣмъ медленно и въ два года прочла тѣхъ
авторовъ, которые полагается читать въ гимназіи. Атте-
стата зрѣлости мнѣ, конечно, никто не выдалъ, да я о
немъ и не помышляла.
«Въ теченіе этихъ двухъ лѣтъ я мало читала, за
исключеніемъ спеціальныхъ сочиненій по химіи и ботаникѣ,
такъ какъ слушала лекціи Менделѣева и Бекетова на Вла-
димірскихъ курсахъ. Меня возила на эти лекціи мать,—къ
великому ужасу отца, который, съ своей стороны, усердно
пропагандировалъ манежъ и балы.
248
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
«Я ничего не имѣла противъ манежа, — лошади вѣдъ
были съ дѣтства моей страстью, и, когда я брала первый
урокъ, берейтору и мнѣ казалось, что я провела всю свою
жизнь на лошади.
«Одинаково не имѣла я ничего и противъ баловъ, хотя
танцовала гораздо хуже, чѣмъ ѣздила верхомъ. Въ жизни
барышни балы являлись оазисами. Насколько скучны были
визиты и разговорные вечера, настолько интересны
были балы. Только на балу и чувствовала я себя свобод-
ной. Самая атмосфера бала казалась мнѣ обаятельной:
общее оживленіе, блескъ залы, чудная музыка.
«Но однихъ баловъ для моей жизни было мало, и при-
шелъ тотъ день, когда я вошла въ кабинетъ къ отцу и по-
вела съ нимъ рѣшительный разговоръ.
«Я объявила ему, что хочу учиться. Онъ удивился, по-
тому что никакъ не могъ понять, о какомъ ученьѣ я
говорю.
«Но я твердо стояла на томъ, что хочу поступить на
педагогическіе курсы. Отецъ разсмѣялся. «Ты хочешь
быть учительницей. Но какая же ты учительница?»—объ-
явилъ онъ мнѣ.
«Хотя я давно уже учила и крестьянскихъ дѣтей, и
сестру съ братомъ, и любила учить, но отвѣчала:
«—Я не хочу быть учительницей»,—такъ какъ дѣйстви-
тельно думала о совсѣмъ другомъ. Но я знала, что это другое,
по его воззрѣніямъ, мнѣ еще болѣе недоступно, и потому-то
рѣшила добиваться того, что казалось мнѣ болѣе воз-
можнымъ.
«Давно уже направляла я шаги гувернантки на Горо-
ховую, чтобъ лишній разъ взглянуть на милую мнѣ синюю
вывѣску Женскихъ Курсовъ.
«— Мнѣ только хочется учиться»,—очень краснорѣчиво
убѣждала я отца, такъ какъ долго готовилась къ этому
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
249
разговору и обдумала всѣ его слова. И онъ внимательно
меня слушалъ. Но тутъ явился новый вопросъ.
«— Какъ же ты будешь ходить одна по улицамъ?
«Мнѣ было 18 лѣтъ, но я еще никогда не ходила одна.
Помню, какъ разъ мать послала за мной къ знакомымъ
карету съ лакеемъ, но отецъ нашелъ такую охрану недо-
статочной и посадилъ въ карету еще гувернантку.
«Однако у меня былъ готовъ отвѣтъ. На курсы по-
ступала одна ваша сосѣдка по дому, и я объявила отцу,
что буду ѣздить съ ней. Л. принадлежала къ очень по
чтенному семейству, и отецъ неожиданно согласился.
«Я пошла объявить матери о томъ, что произошло.
«Она была такъ поражена, что мнѣ не вѣрила.
«— Какъ могъ онъ позволить!»—все повторяла она. Но
это невѣроятное случилось, и наступило время конкурс-
ныхъ экзаменовъ.
«Я была увѣрена, что ихъ не выдержу, такъ какъ на
40 вакансій желающихъ поступить оказалось 100, и 40
изъ нихъ были съ медалями. Медали меня всего болѣе
смущали. Мнѣ почему-то казалось, что должны поступить
ихъ обладательницы, а никакъ не я. Мои шансы казались
мнѣ ничтожными.
«И потому трудно себѣ представить мою радость, когда
я была принята и значилась въ спискѣ четвертой. На
этотъ разъ мое мѣсто доставляло мнѣ неописуемое бла-
женство.
«Итакъ, я вступаю въ храмъ науки достаточно под-
готовленною: мое домашнее образованіе ие оказалось ниже
гимназическаго, и блескъ медалей потускнѣлъ въ моихъ
глазахъ. Я перестала взирать на нихъ съ прежнимъ бла-
гоговѣніемъ и скоро убѣдилась, что многія имѣвшія ме-
дали знали гораздо меньше тѣхъ, у которыхъ медалей не
было.
250
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
«Наступило славное время.
«Передо мной открылся новый міръ, — міръ универси-
тетскаго знанія, хотя собственно Курсы не были универ-
ситетомъ, и изъ преподавателей профессоромъ былъ одинъ
В. В. Никольскій. Онъ читалъ въ духовной академіи.
«Педагогическіе Курсы переживали въ 1875—76 гг.
блестящее время: они были преобразованы, и при нихъ
открыта прогимназія взамѣнъ прежней школы; а вѣдь
извѣстно, что въ Россіи метутъ особенно чисто только
новыя метлы.
«Ревностно занимался курсами несомнѣнно талантли-
вый педагогъ, покойный И. Ф. Рашевскій. Мы были пер-
выми слушательницами, учившими въ прогимназіи, и съ
своей стороны одинаково старались — усердно посѣщали
содержательныя лекціи, много читали и писали дѣльныя
сочиненія.
«Но лучшими на курсахъ были для многихъ изъ насъ
лекціи Владиміра Васильевича Никольскаго. Онъ, къ сожа-
лѣнію, слишкомъ рано умеръ, и у него нѣтъ того имени,
которое онъ оставилъ бы, если бы прожилъ дольше. Впо-
слѣдствіи онъ былъ инспекторомъ Александровскаго Ли-
цея, и, кажется, недолго.
«Кто внимательно слушалъ его лекціи, никогда ихъ не
забудетъ. Н. не былъ краснорѣчивъ, но то, что онъ гово-
рилъ, было лучше всякаго краснорѣчія. Каждое его слово
было продумано и взвѣшено, и основная мысль лекціи
была проведена всегда образно и ярко.
«Онъ читалъ намъ исторію русской литературы,—и чего
только не вносилъ въ свои курсы. Впервые постигла я
смыслъ тѣхъ понятій, которыя прежде оставались для
меня мертвой буквой.
«Н. объяснялъ намъ, что такое «народное самосознаніе»,
и какъ оно отражается на литературѣ.
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
251
«Въ литературу, по Никольскому, входили не одни
произведенія словесности,—она охватывала всѣ плоды про-
свѣщенія, выражавшіеся въ словѣ.
«Помню его лекціи объ эпохѣ Екатерины П. Онъ разъ-
яснилъ, чѣмъ былъ «Наказъ», и ввелъ насъ въ науку
о правѣ. По поводу французскихъ энциклопедистовъ Н.
изложилъ вкратцѣ исторію новой философіи.
«Я не согласилась съ тѣмъ, что онъ говорилъ о Де-
картѣ, и когда меня просили какъ-то разъ повторить его
лекцію, я передала собственное мнѣніе. А именно, Н. на-
звалъ «мыслю—слѣдовательно существую» Декарта силло-
гизмомъ. Я же понимала это положеніе въ болѣе широ-
комъ смыслѣ:—для меня оно было не силлогизмомъ, т. е.
чѣмъ-то только формальнымъ, а въ этихъ словахъ заклю-
чалось цѣлое міросозерцаніе. Впослѣдствіи я узнала, что
изложеніе Н. было семинарскимъ, мое же обыкновеннымъ.
«Другой нашъ авторитетъ, Рашевскій, читалъ намъ,
будущимъ учительницамъ языковъ, дидактику и методику
русскаго языка, разъясняя сущность грамматики и связь
русскаго языка съ церковно-славянскимъ. Въ то же время
Р. прививалъ намъ гуманное отношеніе къ учащимся.
«Занятія въ прогимназіи были организованы образцово.
Сначала мы слушали уроки преподавательницъ и разби-
рали эти уроки на особыхъ конференціяхъ. Каждая изъ
насъ представляла письменный отчетъ и имѣла право вы-
сказывать свободно свое мнѣніе. Далѣе надо было соста-
вить программу собственныхъ уроковъ и выбрать себѣ
ассистентокъ. Слѣдовали эти уроки, и за ними опять кон-
ференція, на которой дававшая уроки представляла о нихъ
отчетъ, ассистентки же дѣлали свои замѣчанія.
«Разъ на одну изъ такихъ конференцій пріѣхалъ Оси-
нинъ, начальникъ курсовъ. Многія изъ насъ, въ томъ
числѣ и я, его не любили за высокомѣрное обращеніе, не-
262
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
умѣстное въ высшемъ учебномъ заведеніи. Но Осининъ
считалъ курсы гимназіей, а насъ ученицами.
«На первой же своей лекціи (онъ читалъ педагогику,
излагая психологію по Бенеке, но никогда не называя
источника) онъ объявилъ намъ, что мы не имѣемъ права
пропускать уроки, и насъ будутъ записывать. Этого, ка-
жется, никогда не дѣлалось, да и было некому, а всего
чаще пропускали мы уроки именно самого Осинина. И
часъ былъ ранній, и его манера спрашивать и заставлять
стоять—непріятны. Помню, какъ я и сидѣвшая рядомъ со
мной В. боялись, что онъ насъ вызоветъ, но этого не слу-
чилось съ нами въ теченіе двухъ лѣтъ.
«Но вотъ онъ пріѣхалъ на конференцію и, какъ разъ,
когда я была ассистенткой. Мнѣ пришлось сдѣлать при
немъ гои замѣчанія, и я осталась сидѣть, какъ это было
заведено на конференціяхъ.
«Не знаю, это ли или моя критика не понравилась
Осинину, но когда я кончила, онъ объявилъ:
«— У всякой медали есть двѣ стороны».
«—У насъ здѣсь принято только критиковать, мы никогда
не хвалимъ», быстро возразила я къ всеобщему удивленію.
«Осйнина на курсахъ очень боялись, и странно про-
звучали мои слова начальнику о томъ, что у насъ «принято».
«Мнѣ не приходило, конечно, въ голову, что это дер
зость. Я сказала только то, что знали всѣ, но чего никто
бы не сказалъ.
«Осининъ промолчалъ, но оказалось вскорѣ, что онъ
моихъ словъ не забылъ.
«На своемъ урокѣ онъ задалъ классное сочиненіе.
Когда въ слѣдующій разъ онъ принесъ то, что мы напи-
сали, то въ числѣ первыхъ вызвалъ меня.
«Сосѣдка дергала меня за платье, боясь, что я опять
не встану.
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
253
«Но я стояла и слушала.
«— Вы не умѣете писать, у васъ встрѣчаются ошибки
въ родѣ «не» вмѣсто «ни» (въ одномъ мѣстѣ было дѣйстви-
тельно переправлено, но другихъ ошибокъ не было),—
распекалъ меня начальникъ, и поставилъ 7. Сочиненіе это
относилось къ педагогикѣ, а не къ русскому языку. И
такая месть показалась всѣмъ мелкой, такъ какъ всѣ
знали, что я не могла написать на 7. Осининъ уронилъ
себя въ глазахъ слушательницъ, и промолчала на этотъ
разъ я.
«У него была еще одна черта, которая одинаково не заслу-
живала уваженія. Онъ дѣлалъ выговоры наставникамъ
при слушательницахъ.
«Всего чаще приходилось выносить такое обращеніе
старушкѣ-надзирательницѣ, единственной на всѣ курсы.
Что могла она подѣлать съ бурлившей молодежью? Мы
пользовались большой внѣшней свободой, проводили скуч-
ныя лекціи въ коридорѣ и не всегда входили въ классъ
по звонку.
«Наши бесѣды въ коридорѣ, такъ называемые «журъ-
фиксы», были гораздо полезнѣе скучныхъ лекцій, и ста-
рушка поступала умно, оставляя насъ въ покоѣ.
«Разъ Осининъ набросился на учителя французскаго
языка за то, что на его урокъ мы собрались не всѣ сразу.
«Это былъ тотъ самый Флери, который училъ меня
въ пансіонѣ (лекторъ университета). Здѣсь не онъ не
слушалъ, а не слушали его. Какъ свою бывшую ученицу,
онъ меня особенно отличалъ и читалъ мои сочиненія
вслухъ.
«В. П. Острогорскій, преподававшій иностранную ли-
тературу, поставилъ мнѣ за годовое сочиненіе 11. То былъ
большой ударъ моему самолюбію. Я просидѣла надъ этимъ
сочиненіемъ всю зиму, перечитала не только указанные
254
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
О. десятки источниковъ, го и многое другое, и написала
100 большихъ страницъ. Не мало заставили меня стра-
дать мои «Страданія молодого Вертера». Я ожидала слова
поощренія и не получила даже полнаго балла!
«Итакъ, я—бездарность, полная бездарность», приходило
мнѣ нерѣдко въ голову.
«Не понимаю до сихъ поръ, отчего это случилось?
Неужели причиной служило то, что мои взгляды не
сходились сь воззрѣніями учителя? О. подчеркнулъ тѣ
мѣста, гдѣ не былъ со мной согласенъ. — «А», я думала,
«вотъ чтб».
«Неужели развитіе заключается въ томъ, чтобы по-
вторять сказанное учителемъ? Развѣ нельзя сказать что-
нибудь другое!» Меня поражала такая узость, и я всего
менѣе прощала ее тому, кто былъ на словахъ поборни-
комъ свободы. Какая нетерпимость и непослѣдовательность.
И съ пыломъ молодости я долго помнила, что меня обидѣли!
«На второй годъ я не могла себя заставить заниматься
у О. и даже не прочла того произведенія, которое онъ всю
зиму разбиралъ въ классѣ; кажется, то было «Домби и
сынъ» Диккенса; къ тому же, онъ слишкомъ растягивалъ
свои объясненія, все что-то обѣщая, а на самомъ дѣлѣ
повторяя старыя фразы: то былъ катехизисъ либера-
лизма и, по моему мнѣнію, Острогорскій совершенно на-
прасно опошлялъ хорошее.
«На этотъ разъ я написала два сочиненія — оба въ
одинъ вечеръ прямо набѣло, какъ писала, бывало, въ пан-
сіонѣ. На этотъ разъ я получила 12, и это меня нѣсколько
успокоило. Итакъ, 12 Острогорскаго оказались для меня
величиной достижимой, хотя и не дались за цѣлый годъ
труда. Это все же было несправедливо, а съ несправедли-
востью я какъ-то не мирюсь. Много еще такихъ 11 при-
УЧЕНАЯ ДЪВУІІЩА—УРНИНГЪ
255
шлось мнѣ получить въ жизни,—и всегда, по моему мнѣ-
нію, когда я ихъ не заслуживала.
«Острогорскій считался нашимъ курсомъ преподавате-
лемъ изъ среднихъ (раньше, и можетъ быть—и позже,
его ставили выше всѣхъ), а были совсѣмъ плохіе, въ
особенности историки. Они читали старыя записки и дре-
мали сами, а, подражая имъ, и мы. Я же была занята.
Литографированныхъ записокъ у насъ тогда не существо-
вало, тѣ же, которыя были въ ходу изъ года въ годъ, у
меня недоставало терпѣнія переписывать, потому что въ
нихъ заносилось буквально все отъ слова до слова. И по-
тому я писала только главное и прямо въ тетрадь пе-
ромъ. Мои записки никому не годились, но я пригото-
влялась по нимъ къ экзаменамъ въ нѣсколько часовъ.
«Экзамены я выдержала хорошо и кончила второй.
Первой была моя сосѣдка по скамейкѣ В. Когда мы пе-
реходили на старшій курсъ, Рашевскій назвалъ насъ луч-
шими. Это было удивительно, потому что во время его
уроковъ мы неизмѣнно молчали. Молчали на вопросы: «что
такое подлежащее?» и т. п., ибо понимали, что Р. даетъ
новыя опредѣленія, и старыя уже никуда не годятся. Мол-
чали еще потому, что не любили вставать и слышать,
какъ насъ называютъ просто по фамиліямъ. Когда къ
намъ относились не какъ къ барышнямъ, мы чувствовали
себя неловко.
«Разъ пришлось щегольнуть тѣмъ, что мы—барышни.
«Старшій курсъ былъ приглашенъ на балъ къ принцу
Петру Георгіевичу Ольденбургскому. Это случилось впер-
вые во все время существованія Курсовъ и составляло
событіе. Старушка-надзирательница учила насъ добросо-
вѣстно тому, какъ себя держать, и даже реверансамъ.
«Но мы болѣе, чѣмъ оправдали ея надежды. В. танцо-
вала съ маленькими великими князьями, а я кадриль съ
266
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА—УРНИНГЪ
ненавистнымъ мнѣ Осининымъ. Собственно кавалерами
были приглашены ученики коммерческаго училища, по-
ражавшіе неотесанностью и неумѣньемъ танцовать ря-
домъ съ нами. Наверху о насъ было сказано, что мы
приличнѣе даже институтокъ, и больше Педагогическіе
Курсы никогда уже не приглашались съ коммерческимъ
училищемъ, а всегда съ Лицеемъ и Правовѣдѣніемъ.
«В. и я держались вдали отъ учителей. Мы даже досадо-
вали, когда любимаго Никольскаго мучили послѣ лекцій,—
вѣдь онъ усталъ, и зачѣмъ ему надоѣдаютъ! И въ числѣ
этихъ жаждущихъ поговорить съ учителями была обыкно-
венно Л., съ которой я ѣздила на курсы.
«Отецъ не любилъ, чтобъ опаздывали къ обѣду, и
потому я уѣзжала одна. Теперь уже давно было предано
забвенію, что я не могу ходить одна по улицамъ, хотя
кромѣ курсовъ я нигдѣ и не бывала.
«Вся моя жизнь сосредоточивалась тамъ. Очень хорошо
сложились товарищескія отношенія, такъ какъ было много
развитыхъ дѣвушекъ, съ которыми я сошлась. У меня
существовала, впрочемъ, одна слабость: я не могла видѣть
слушательницу, чтобы съ ней не познакомиться, и, когда
приходила на курсы, то здоровалась со всѣми, потому что
всѣхъ знала. В. не мало трунила надъ «моей популяр-
ностью». А я не прощала ей замкнутости или «аристокра-
тизма», по моимъ словамъ. Когда у насъ затѣвалось какое-
нибудь общее дѣло и нужны были депутатки, выбирали
всегда меня, а я тащила за собой ее. Она сердилась и
соглашалась только, чтобъ отъ меня отвязаться.
«Общественное служеніе не доставляло ей ни малѣй-
шаго удовольствія, толпа пугала. Извѣстная замкнутость
была и во мнѣ—я сторонилась старшихъ, но меня тянуло
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА-УРНИНГЪ
257
къ товарищамъ. Это какое-то органическое чувство, силь-
нѣе меня самойх).
«И сколько я испытала горя отъ того, что меня тянуло
къ людямъ, какъ къ своимъ.
«Но на Курсахъ жилось хорошо, и эти счастливыя
страницы жизни никогда не изгладятся изъ моей памяти.
«Когда первый разъ въ жизни я вошла въ классъ,
чтобъ дать пробный урокъ, то почувствовала себя совсѣмъ
свободной. Моя ассистентка, баронесса К., у которой была
собственная школа, даже попросила меня ее поучить.
«Я разсмѣялась и объяснила, что никогда еще не учила
въ классѣ. Мнѣ кажется, что умѣнье учить нельзя пере-
дать, какъ и многое другое. Это даръ природы.
«Сущность хорошаго преподаванія заключается въ томъ,
чтобъ видѣть въ классѣ цѣлое и всегда имѣть передъ
собой это цѣлое. Тогда классъ будетъ заинтересованъ, и
дисциплина сведется на нѣтъ.
«Мнѣ было предложено мѣсто образцовой учительницы
русскаго языка въ прогимназіи при Курсахъ. Мѣста этого
всѣ добивались, а я должна была отказаться.
«То, что я не буду учительницей, было обѣщано отцу,
и, когда подходило время къ окончанію Курсовъ, онъ даже
*) Замѣчательно. Чувство «товарищества»,—вотъ это ходко и
масляно идущее товарищество,—не такъ просто и раціонально.
Какіе были «товарищи» въ бурсѣ Помяловскаго?!—и тутъ, сверхъ
прочихъ причинъ, не надо упускать и той, что всѣ одноклассники
здѣсь были «жеребячьей породой», т. е. отличными самцами. Все
было дико, безлюбовно, грубо. Лучшіе товарищи—урнинги, ко-
торые около товарищей (незамѣтно для себя) «невѣстятся»
или «жениховствуютъ». Масляно и быстро устанавливается нѣж-
ность, деликатность, внимательность, готовность къ услугѣ и
даже готовность къ жертвѣ. Талантливый авторъ для всего
этого нашелъ прекрасныя выраженія и формулы. Б. Р—въ.
258 УЧЕНАЯ ДѢВУШКА-УРНИНГЪ
увѣрялъ, что уѣдетъ изъ Петербурга, если я буду учитель-
ницей.
«Итакъ, мнѣ пришлось отказаться, а къ Цюриху я не
приблизилась ни на шагъ.
«Когда я читала свѣдѣнія, сообщаемыя о студентахъ
заграничныхъ университетовъ, у меня сжималось сердце.
«Есть же такія счастливицы», думалось мнѣ, и ихъ ста-
новилось съ каждымъ годомъ все больше, а я все сидѣла
въ Петербургѣ и вѣрно просижу тутъ всю жизнь.
«Цюрихъ былъ теперь окруженъ въ моихъ глазахъ не
только ореоломъ,—къ его блеску прибавились острыя иглы.
Давно забросила я программу, такъ какъ одинъ ея видъ
заставлялъ меня страдать еще сильнѣе.
«И, кончивши Курсы, я опять обратилась въ нена-
вистную мнѣ куклу-барышню.
«Разскажу только одинъ эпизодъ, который случился
со мной два года позже.
«Въ 1878 г. былъ открытъ 3-й курсъ, и говорили,
что дадутъ особыя права тѣмъ, которыя его кончатъ. Я
проводила зиму съ бабушкой въ уѣздномъ городѣ, но
мнѣ захотѣлось записаться. Когда пришло время экзаме-
новъ, я достала записки и пріѣхала въ Петербургъ экза-
меноваться.
«Я прекрасно выдержала всѣ экзамены—оставался по-
слѣдній—русская исторія.
«Почему-то 2-й и 3-й курсы были соединены, и мнѣ
пришлось сидѣть нѣсколько часовъ и слушать, какъ отвѣ-
чаетъ 2-й курсъ. Это было нѣчто ужасное. Экзаменаторъ
до невозможности придирался, слушательницы терялись и
отвѣчали плохо вовсе не потому, что не приготовились.
Я переживала всѣ эти муки издѣвательства надъ людьми,
которые не могли собой овладѣть и объявить, что все
знаютъ.
УЧЕНАЯ ДѢВУШКА-УРНИНГЪ
269
«И вотъ дошла очередь до меня. Рѣчь шла о какой-то
войнѣ. Не успѣла я сказать двухъ фразъ, какъ меня
прервалъ экзаменаторъ:
<— Вы же говорили, что война велась изъ-за Аравіи,
а теперь увѣряете, что причиной войны явились курды.
«— Желаніе овладѣть Аравіей было причиной войны,
возмущеніе курдовъ явилось поводомъ къ ней,—объяснила
я спокойно и продолжала прерванный разсказъ.
«Онъ очень скоро меня опять перебилъ.
«— Зачѣмъ были нужны туркамъ нѣмецкіе офицеры?
«— Чтобъ реорганизовать армію.
«— А вы сейчасъ сказали—«чтобы вести войну».
«— Развѣ одно мѣшаетъ другому?» по-прежнему невоз-
мутимо отвѣчала я. «Реорганизованная армія была нужна,
чтобъ воевать».
«— Если вы будете продолжать такъ мнѣ отвѣчать, я
перестану васъ спрашивать»,—вспыхнувъ, объявилъ учи-
тель.
«— Какъ вы хотите»,—спокойно сказала я, положила
на столъ билетъ и ушла изъ класса.
«Когда я пріѣхала домой, меня всѣ спросили, что
случилось и почему я такая счастливая?
«— Выдержала экзаменъ?
«Но выдерживала я ихъ много, и къ этому давно всѣ
привыкли.
«— Не выдержала», — отвѣтила я съ восторгомъ.
Вечеромъ, въ концертѣ, я встрѣтила одну изъ экзамено-
вавшихся со мной, и она мнѣ разсказала, какъ долго не
могъ прійти въ себя П., и что онъ поставилъ мнѣ 7,
«Учитель отказался экзаменовать меня еще разъ и
такимъ образомъ я не получила аттестата объ окончаніи
3-го курса. Все равно,—правъ этотъ аттестатъ не давалъ
никакихъ.
260
«ВСЕ ВЪ ЦЕРКВИ СОТВОРЕНО МОНАХАМИ»
«Отецъ сообщилъ мнѣ, что инцидентъ былъ гдѣ-то
описанъ—учителя бранили, а меня хвалили.
«Какъ я была счастлива, что отомстила. «Можетъ быть,
это остановитъ другихъ», мечтала я.
«Розовое и черное изъ моей жизни». М. В. Безобразовой.
Приведемъ еще слѣдующее разсужденіе чистаго дѣв-
ственника, — ибо познаніе духа дѣвства взрослыхъ людей
содержитъ вообще въ себѣ ключъ къ разгадкѣ всего хри-
стіанства, всей Церкви:
«Вопросъ объ интимныхъ сторонахъ брака предста-
вляетъ большой интересъ для каждаго человѣка, желаю-
щаго жить сознательно и разумно. Едва ли въ какой-ни-
будь другой сторонѣ жизни такъ переплетаются между
собою и сталкиваются, повидимому—въ полномъ противорѣ-
чій, духовныя и тѣлесныя стремленія личности. Поэтому
стремящимся къ внутренней гармоніи личной жизни въ
высокой степени важно объединить все разнообразіе мыс-
лей, чувствъ, желаній, вообще всѣхъ душевныхъ состоя-
ній, вызываемыхъ вопросомъ о бракѣ.
«Читателямъ «Русскаго Труда» извѣстно, что въ по-
слѣднихъ прошлогоднихъ нумерахъ этой газеты вопросу
о бракѣ г. Розановъ посвятилъ свою переписку съ пра-
вославнымъ священникомъ А. П. Устьинскимъ, подъ за-
главіемъ «Бракъ и Христіанство». Эта переписка вызы-
ваетъ у читателя много недоумѣній, особенно въ виду того,
что г. Розановъ желаетъ дать излагаемой тамъ его теоріи
религіозный колоритъ, называя ее «новой концепціей хри-
стіанства».
«Г. Розановъ считаетъ актъ физическаго общенія по-
ловъ «трансцедентальнымъ», «мистическимъ» и даже ви-
«ВСЕ ВЪ ЦЕРКВИ СОТВОРЕНО МОНАХАМИ» 261
дитъ въ немъ религіозное содержаніе. Вотъ съ этимъ по-
слѣднимъ никакъ не мирится мысль, а главное—нравствен-
ное чувство. Кому не извѣстно, что супруги обыкновенно
стыдятся этого акта1), стыдятся въ немъ униженія соб-
ственной духовной личности, какъ бы ни толковалъ г. Ро-
зановъ о «таинственности», о «сведеніи души съ домір-
ныхъ высотъ» и «завиваніи ее въ стихіи». Здѣсь физіо-
логическая потребность и доводы разсудка, основываю-
щіеся на ней, встрѣчаютъ протестъ внутренняго суще-
ства человѣка2 *) и осуществляются, только благодаря вре-
менному подавленію этого протеста. Здѣсь нѣтъ гармоніи
между духомъ и тѣломъ8), да едва-ли ее и можно найти,
если признавать за ихъ стремленіями одинаковую степень
законности. Неудовлетворенность и разладъ въ другихъ
сторонахъ жизни разрѣшаются въ жизненныхъ идеалахъ,
преимущественно религіозныхъ, а для данной имѣется ли
идеалъ въ сознаніи человѣка? Кто разрѣшилъ вопросъ,
какъ должно это происходить, чтобы не возмущался «вну-
тренній человѣкъ»? Поэтому рѣшительно непонятно жела-
ніе г. Розанова придать чисто животному акту религіоз-
ный смыслъ, тѣмъ болѣе, что религіозныя дѣйствія, напр.
молитвы4 * *), вызываютъ у насъ совершенно иныя душев-
ныя состоянія.
*) Никому рѣшительно «неизвѣстно», кромѣ однихъ содоми
товъ. Брачущіеся входятъ въ храмъ съ цвѣтами въ рукахъ, съ
друзьями, съ гостями, хотя всѣмъ извѣстно, что черезъ вѣнча
ніе берется разрѣшеніе на этотъ актъ, а священникъ громогласно
молится о дарованіи плода чреву, т. е. объ успѣшности наступаю-
щихъ актовъ. В. Р—въ.
2) «Протестъ» единственно есть у содомитовъ. В. Р—въ.
а) Есть полная. В. Р—въ.
*) Хорошо,—но вѣдь «молитвы»-же произносятся и поются
на вѣнчаніи, и онѣ не разстраиваютъ предрасположенія вѣн-
чающихся къ этому акту? В. Р—въ.
262
«ВСЕ ВЪ ЦЕРКВИ СОТВОРЕНО МОНАХАМИ»
«Новозавѣтное Откровеніе признаетъ физическую сто-
рону въ человѣкѣ, но оно не придаетъ ей положительной
нравственной цѣнности. Оно говоритъ, что вступающій въ
бракъ только «не согрѣшитъ» (I Кор. VII, 28, 26), а если
въ другомъ мѣстѣ и говорится, что «выдающій замужъ
свою дѣвицу поступаетъ хорошо» (іЪій. 38), то по общему
смыслу главы эти слова нужно понимать такъ: «хорошо,
потому что избѣгается блудъ» (ст. 2), ибо «лучше жениться
нежели разжигаться» (ст. 9). Слѣдовательно, по ученію
Новаго Завѣта, бракъ является дѣломъ хорошимъ только
какъ средство, предохраняющее человѣка отъ блуда х). Тѣмъ
не менѣе, физическая сторона брака есть, всетаки, «по-
хоть плоти», «похоть мужа» (Іоан. I, 13), нѣчто такое,
чего лучше избѣгать: «не выдающій (замужъ дѣвицу) по-
ступаетъ лучше» (I Кор. VII, 38), «кто можетъ вмѣстить,
да вмѣститъ» (Мѳ. XIX, 12), «хорошо человѣку не ка-
саться женщины» (I Кор. VII, 1). Мнѣ кажется, что та-
кое пониманіе Новозавѣтнаго ученія не противорѣчитъ
словамъ Апостола: «(жена) спасется черезъ чадородіе», на
которое особенно упираетъ г. Рцы въ № 2 «Русскаго
Труда» за текущій годъ. Спасется, если пребудетъ «въ
вѣрѣ и любви и въ святости съ цѣломудріемъ» (I Тим. П, 15).
Ясно, что здѣсь имѣется въ виду не розановское «завива-
ніе въ стихіи», а нравственный подвигъ воспитанія дѣтей,
сопряженный для жены по преимуществу со всякими
страданіями и лишеніями.
«Въ подтвержденіе этой мысли можно привести другое
мѣсто изъ Посланія къ Коринѳянамъ, гдѣ Апостолъ со-
всѣмъ и не вмѣняетъ супругамъ чадородіе въ непремѣн-
!) Ужасно, по беззаконію ужасно («Бытіе», 2) это желаніе ав-
тора и многихъ такихъ авторовъ отнять у супружества соб-
ственное и самостоятельное значеніе. В. Р—въ.
«ВСЕ ВЪ ЦЕРКВИ СОТВОРЕНО МОНАХАМИ» 263
ную обязанность: «не уклоняйтесь другъ отъ друга... чтобы
не искушалъ васъ сатана невоздержаніемъ вашимъ. Впро-
чемъ, это сказано мною какъ позволеніе^ а не какъ пове-
лѣніе. Ибо желаю, чтобы всѣ люди были, какъ и я» (т. е.
дѣвственны), I Кор. VII б—71).
«Поэтому напрасно г. Рцы считаетъ «кощунствомъ»
(вѣдь и сказалъ-же!) отношеніе къ женѣ какъ къ сестрѣ.
Если мужъ любитъ свою жену въ духѣ любви Христа къ
женщинѣ2)^ то едва ли у него появится «аппетитъ»,
какъ выражается г. Рцы, ибо это психологически несо-
вмѣстимо съ христіански любовной настроенностью. А
между тѣмъ эта настроенность есть единственная цѣль
нравственной жизни (слѣдовательно вообще жизни) чело-
вѣка3). Г. Рцы сравниваетъ брачную связь половъ съ
таинствомъ Евхаристіи, гдѣ также имѣется сочетаніе вы
сочайшаго духовнаго акта съ грубо физическимъ, каково
пищевареніе во всѣхъ его стадіяхъ. Съ внѣшней стороны,
пожалуй, сравненіе подходящее. Но оно падаетъ, какъ
только мы обратимся къ внутренней жизни человѣка, въ
которой, собственно, вся суть разбираемаго вопроса. Когда
мы «ѣдимъ Бога», по выраженію г. Рцы, мы испытываемъ
особенную душевную радость и миръ, не передаваемые на
словахъ. Эта тихая радость и миръ не оставляютъ насъ
и потомъ, пока мы снова не загрязнимъ своей совѣсти.
Во всякомъ случаѣ моментъ достойнаго причащенія всегда
переживается и воспоминается не иначе, какъ съ благо-
говѣніемъ. То же ли самое переживаетъ каждый супругъ
при воспоминаніяхъ о тайнахъ чадородія со стороны ро-
зановскаго «завиванія въ стихіи»? Пусть каждый супругъ
*) Ср. I Кор. VII, 29. Мірянинъ.
2) Срав. Ефес. 5, 25. Мірянинъ.
8) Мѳ. 5, 48. Филип. 2, 5, 3, 8—27. Колос. 2, 20,3,2,14,19 и пр.
Мірянинъ.
264
«ВСЕ ВЪ ЦЕРКВИ СОТВОРЕНО МОНАХАМИ»
отвѣтитъ себѣ чистосердечно на вопросъ: въ силахъ-ли онъ
приступить къ этому «таинству» въ то время, когда душа на-
полнена мыслію и ощущеніемъ святости перваго? Для того,
чтобы рѣзче различить два предмета, полезно поставить ихъ
рядомъ. А святое со святымъ вполнѣ совмѣщаются въ со-
знаніи, напр. Евхаристія и молитва, трудъ, благотвореніе *).
«Церковныя пѣснопѣнія и уставы суть выраженія ду-
ховнаго самосознанія Церкви: какъ таковые, они служатъ
въ то же время проявленіями самосознанія духа человѣ-
ческаго, наиболѣе соотвѣтствующими его природѣ. А между
тѣмъ, Церковь въ разнообразнѣйшихъ формахъ воспѣваетъ
и ублажаетъ «безсѣменное зачатіе матери безмужныя» * 2),
называетъ иночество «чиномъ ангельскимъ», предписываетъ
новобрачнымъ пребывать въ дѣвствѣ первую ночь изъ ува-
женія къ благословенію Церкви3), не одобряетъ второго
брака, почти не разрѣшаетъ третій и безусловно запре-
щаетъ четвертый. Откуда4) въ Церкви выработалась и
такъ ясно проявилась лишь только «терпимость» къ фи-
зической сторонѣ брака, снисхожденіе къ ней,—и почему
она превозноситъ такія состоянія жизни, которыя брач-
ному общенію половъ не причастны? Какъ могло возник-
нуть въ святой Церкви такое отношеніе къ предмету, если
онъ тоже святъ? Говорятъ: «догматику писали монахи, пѣс-
*) Да, этотъ пріемъ распознаванія очень вѣренъ. Во 2-мъ из-
даніи книги «Въ мірѣ неяснаго и нерѣшеннаго» я отвѣтилъ на
него въ статьѣ: «Изъ міра образовъ и подобій». .3. Р—въ.
2) Да, вотъ въ этомъ коренной пунктъ всего. В. Р—въ.
в) Не чувствуетъ-ли, однако, авторъ странности и противо-
рѣчія: 1) благословить въ чадородіе, 2) удержаться отъ чадоро-
дія «изъ уваженія къ благословенію»? Значитъ, «благословеніе»,
то дано съ какою-то затаенною мыслью, съ какимъ-то умолча-
ніемъ, о которомъ не для чего знать міру. В. Р—въ.
*) Ну, «откуда» — на это отвѣчаетъ вся книга «Люди лун-
наго свѣта». В. Р—въ.
«ВСЕ ВЪ ЦЕРКВИ СОТВОРЕНО МОНАХАМИ»
265
нопѣнія и уставы — тоже». Но вѣдь эти писанія приняты
всею1) Церковію, ибо совпадаютъ по своему смыслу съ
ея духомъ. Поэтому личность авторовъ здѣсь стушевы-
вается и уже не имѣетъ того значенія, какое хотятъ при-
дать ей. Да, наконецъ, почему же это не монахи не сдѣлали
того, что сдѣлано монахами? За 19 вѣковъ существованія
христіанства они могли бы выразить не мало общецерков-
иыхъ идей. Вопросъ въ томъ, могли-ли они? Вѣдь, женив-
шійся во всякомъ случаѣ много тремени, если не большую
часть, удѣляетъ попеченію о мірскомъ, а такое дѣло какъ
быть выразителемъ церковнаго сознанія—требуетъ почти
исключительнаго сосредоточенія на «Господнемъ».
«Едва-ли резонны и ссылки на ветхозавѣтныхъ супру-
говъ. Цѣль ветхозавѣтнаго брака—размноженіе избраннаго
народа въ ожиданіи пришествія Искупителя. Ради этого
каждому израильтянину вмѣнялось въ нравственный долгъ
*) Вотъ это все разсужденіе необыкновенно важно. На него
мы отвѣчаемъ: да монахи-безсѣменники вообще духовно выше,
даровитѣе сѣменныхъ самцовъ; и выше особенно въ философ-
ской и религіозной сферѣ (Платонъ, Сократъ, Кантъ). Такимъ
образомъ, что «оим сотворили*—понятно, по крайней мѣрѣ тому
понятно, кто внимательно прочелъ эту книгу. Теперь,—«почему
приняли и не монахи*, самцы? Да очень просто «почему»: потому-
что всему міру присущи слабѣющія степени безсѣменности, убы-
вающія дроби ея, кромѣ небольшого' количества абсолютныхъ
самцовъ и самокъ; и это также точно, какъ и то, что монахи
тоже влекутся скъ женщинамъ* («Покаянный канонъ» Андрея
Критскаго) и даже доходятъ до «паденія съ ними», ибо и они,
будучи вообще безсѣменными, будучи главнымъ существомъ въ себѣ
монахами, сохраняютъ однако сѣменность какъ убывающую дробь.
Весь плодящійся міръ мечтаетъ о монашествѣ, имѣетъ «пробѣ-
гающія мысли» о немъ (исповѣданіе содомита), какъ и монаше-
скій міръ, обратно, имѣетъ «пробѣгающія мысли» о женщинѣ, и
это ярко и поэтично выразилъ «покаянный канонъ», гдѣ онъ
говоритъ о томленіяхъ смысленною Евою* (какое слово!!). В. Р—въ.
266
«ВСЕ ВЪ ЦЕРКВИ СОТВОРЕНО МОНАХАМИ»
производить дѣтей, и потому не было грѣхомъ, кромѣ нѣ-
сколькихъ женъ, имѣть еще и наложницъ; наоборотъ, счи-
талось позоромъ отказываться отъ возстановленія потом-
ства своего брата (Второзак. XXV, 5 — 10). Въ Ветхомъ
Завѣтѣ супруги могли соединяться и «не для удовлетво-
ренія похоти» (Товит. VIII, 7), ибо самая психологія брач-
ныхъ отношеній была иная, намъ теперь, мало понятная х).
*) Да, «психологія была другая», но не отъ ожиданія Мес-
сіи, ибо ожидался Онъ въ одномъ колѣнѣ Іудиномъ, а множились
радостно, съ многими женами и наложницами, всѣ израильтяне
всѣхъ 12-ти кслѣнъ. «Была другая психологія» и происходила она
отъ обрѣзанія. Разъ открыто было Аврааму и всему потомству
его, что именно здѣсь почилъ завѣтъ Бога съ человѣкомъ,—не въ
словѣ, не въ мысли, не въ исповѣданіи, не въ сѵмволахъ исповѣда-
нія, а въ дѣтородной силѣ человѣка,—явилась всего племени радость
о дѣтородной силѣ каждаго единичнаго израильтянина, и ему да-
вали охотно и еще жену, и третью, и наложницъ, или вотъ
какъ Рахиль свою служанку — въ словахъ такой физіологиче-
ской ясности! Была всеобщая радость объ органѣ и въ ней сли-
валось все племя Израиля, безъ раздѣленія, безъ противорѣчій,
безъ сомнѣній и колебанія: и именно все— отъ обрѣзанія, един-
ственно отъ него, исключительно отъ него; какъ мы тоже радуемся
всѣ о своихъ религіозныхъ символахъ, предметахъ, знакахъ,—
и никогда не находимъ, чтобы ихъ было «лишнее», «много». Ра-
дость эта доходила до того, что когда замужняя сестра у древ-
няго еврея дѣлалась беременною, то еще до родовъ, при видѣ
ея поднявшагося живота, ея родной братъ объявлялъ себя уже
женихомъ будущаго ребенка, если родится дѣвочка; и отъ ро-
жденія ея до зрѣлости онъ былъ ея женихомъ и покровителемъ,
и становился мужемъ, если былъ ей пріятенъ; а если пріятенъ
не былъ, то она должна была формально расторгнуть это стран-
ное «обрученіе», происшедшее еще до рожденія невѣсты. Такимъ
образомъ евреи мыслили всякое существо человѣческое подъ
угломъ заботы, «оплодотворяется-ли оно»,—и безъ этой заботы
не было у нихъ и взгляда на человѣка, мысли о немъ, пред-
ставленія его, ничего—о немъ. Для насъ это что-то невообразимое,
и, можетъ быть, это вообще уже неповторимо въ исторіи,—хотя
«пути Божіи и неисповѣдимы». В. Р—въ.
«ВСЕ ВЪ ЦЕРКВИ СОТВОРЕНО МОНАХАМИ»
267
Кто хочетъ убѣдиться въ этомъ, пусть прочитаетъ хотя
30 главу книги Бытія, а я для примѣра приведу оттуда
3-й стихъ. Рахиль сказала мужу: «вотъ служанка
моя Валла; войди къ ней-, пусть она родитъ на колѣни мои,
чтобы и я имѣла дѣтей отъ нея». Явилось христіанство и
провозгласило, что «хорошо человѣку не касаться жен-
щины» (I Кор. VII, 1), ибо «всѣ во Христа крестившіеся
во Христа облеклись. Нѣтъ уже.., мужескаго пола, ни жен-
скаго: ибо все одно во Христѣ Іисусѣ» (Галат., III, 27—28).
То, что одушевляло ветхозавѣтный бракъ, въ Новомъ За-
вѣтѣ упразднилось, и бракъ, служившій осуществленію мес-
сіанской идеи, здѣсь сталъ средствомъ для удовлетворенія
слѣпого полового влеченія и созданія удобствъ жизни1).
По крайней мѣрѣ, обычная цѣль нашего брака такова.
Если-же внутренній смыслъ брачной жизни различенъ въ
Ветхомъ и Новомъ Завѣтахъ, то, конечно, параллель, про-
водимая протоіереемъ Ус—скимъ между Моисеемъ и ап.
Павломъ и другими—недоказательна.
«Г. Розановъ старается показать, что христіанство не
только не отвергаетъ плотской стороны въ жизни чело-
вѣка, выраженіемъ которой является семья, но наоборотъ:
по Евангелію, будто бы, семья-то и есть истинное и при-
томъ единственное воплощеніе идеала христіанской жизни,
обусловливающее существованіе самого христіанства:
х) Ужасно: сталъ какою-то «удобною вещью», «комфортомъ»...
О, какъ понятно происхожденіе нашей торговой проституціи.
«У кого есть средства— бери жену», «а если бѣденъ — доволь-
ствуйся проходящей женщиной». Какъ понятно, — о, какъ по-
нятно,—что бракъ совершенно и окончательно палъ въ новыя
времена! И это разъясняетъ съ радостнымъ одобреніемъ монахъ по
духу, авторъ! Вотъ гдѣ учитесь, вотъ гдѣ всматривайтесь!! От-
крывается «рѣка временъ»,—и книга «Люди луннаго свѣта» да-
етъ компасъ для распознанія заворотовъ и теченій этой рѣки.
В. Р—въ.
10 — В. В. Розанов
268
«ВСЕ ВЪ ЦЕРКВИ СОТВОРЕНО МОНАХАМИ»
«только этотъ взглядъ, говоритъ г. Розановъ, вводящій
семью ко Христу, спасаетъ отъ колебаній и даже гибели
само христіанство». Аскетизмъ-же — «духовное жонглер-
ство» и есть гибель для Христова ученія, или, по крайней
мѣрѣ, извращеніе его.
«Что христіанство не отвергаетъ семьи —это ясно вся-
кому1), читавшему Новый Завѣтъ, но остальныя разсу-
х) Читающему ваши разсужденія и вѣрящему имъ, — это со-
вершенно ни для кого не «ясно». Мірянинъ (псевдонимъ про-
фессора богословія въ одномъ изъ университетовъ), какъ и
г. Фози, до того колеблютъ «христіанскій бракъ», что отъ него
вообще ничего кромѣ имени и претензіи не остается. «Дѣтей—
не надо! совокупляться—не надо, прилѣпленія мужа и жены —
не надо». Въ особенности, кажется, «счастья» не надо. А что-
же «надо»? Остается вѣнчаніе: и какъ уже понятно сдѣлалось
въ вѣкахъ, что все рѣшительно и полегло въ одномъ вѣнчаніи,
къ нему одному все пріурочилось, все обратилосъ сюда, люди'
смотрятъ только сюда, законъ требуетъ только его. Бракъ сдѣ-
лался только «приличіемъ», и «приличіе» придаетъ ему одно
«вѣнчаніе». Но «рѣка временъ» еще прокатилась, и люди стали
спрашивать: «да зачѣмъ намъ это приличіе, которое и не свѣ-
титъ и не грѣетъ?». Перестали или перестаютъ вообще браниться,
полагая «обойтись какъ-нибудь» съ этими «пустяками»,—съ сими,
по Фози и Мірянину, «дурными физіологическими привычками»,
«зоологической потребностью». Къ чему все имѣть «дома» и
«свое»: можно покушать и въ ресторанѣ, въ кабачкѣ, въ трак-
тирѣ, гдѣ-нибудь. Есть конечно «извѣстныя мѣста»—дбма, но
вѣдь государство и городское благоустройство позаботилось о
томъ, чтобы были—и «на улицѣ, для общественнаго пользованія».
Домъ терпимости вытекъ отсюда самъ собою—изъ «пустяковъ» и
«физіологіи». Спокойно взираетъ на это духовенство, не выходя
изъ обезпеченныхъ своихъ квартирокъ. И только плачутъ тихо и
украдкой дѣвушки, наши возлюбленныя дочери. И никто ихъ
слезъ не слышитъ. Никому онѣ «не нужны» въ цивилизаціи
XIX—XX вѣка, «достигшей послѣднихъ граней совершенства».
Но, я думаю, не можно-ли эту «цивилизацію», съ томящеюся по-
ловиною населенія, невиннаго и кроткаго (дѣвушки, женщины),—
послать «къ чорту на рога», какъ несомнѣнно отъ «чорта» она
и происходитъ. В. Р—въ.
«ВСЕ ВЪ ЦЕРКВИ СОТВОРЕНО МОНАХАМИ»
269
жденія г. Розанова рѣшительно парадоксальны. Въ самомъ
дѣлѣ, какъ примирить съ ними хотя бы слѣдующія слова
Евангелія: «...есть скопцы, которые сдѣлали сами себя скоп-
цами для Царства Небеснаго. Кто можетъ вмѣститъ—да
вмѣститъ» (Мѳ. XIX, 12); «и всякій, кто оставитъ домы,
или братьевъ, или сестеръ, или отца, или мать, или жену,
или дѣтей, или земли — ради имени Моего, получитъ во
сто кратъ и наслѣдуетъ жизнь вѣчную» (Мѳ. XIX, 29).
Этихъ словъ совершенно достаточно, чтобы опредѣлить со-
стоятельность «новой концепціи христіанства», поскольку
она стремится опереться на Евангеліе. Здѣсь утвер-
ждается съ одной стороны духовное скопчество, т. е. до-
бровольное отреченіе отъ брачной жизни, какъ высшій
идеалъ, доступный «могущимъ вмѣстить»; а, съ другой,
отрицается необходимость брака и семьи для спасенія че-
ловѣка,—слѣдовательно, и вообще для его жизни. Семья,
несмотря на высоту и чистоту связей, соединяющихъ ея
членовъ, всетаки заключаетъ въ себѣ элементъ эгоистиче-
скаго отграниченія {«.мои-. жена, сынъ, братъ, а тд—чужіе»)
и потому она не вмѣщаетъ въ себѣ идеала всеобщаго род-
ства въ духѣ словъ Спасителя: «кто будетъ исполнять
волю Божію, тотъ мнѣ братъ, и сестра, и матерь» (Марка
III, 45). Поэтому стремленіе къ осуществленію этого иде-
ала въ жизни неминуемо ведетъ къ постепенному уничто-
женію границы, созданной семьей между «мои» и «чужіе».
А такъ какъ эта граница возникаетъ именно въ силу кров-
ности семейнаго союза, то ясно, что кровность, возведен-
ная въ принципъ жизни согласно г. Розанову, будетъ
только препятствовать духовному развитію человѣка *).
3) Авторъ, совершенно ортодоксальный православный, не за-
мѣчаетъ, какъ ноги сами несутъ его къ хлыстовству. Вотъ тамъ
нѣтъ «сеоеад жены», «своею дома», а все — общее, «братское», «се-
стринское». Вообще идея «духовныхъ женъ» и «общихъ женъ»
10 *
270
«ВСЕ ВЪ ЦЕРКВИ СОТВОРЕНО МОНЛ.ХАМИ»
«Семейныя узы важны не сами по себѣ, а потому, что
на почвѣ кровнаго соединенія мы узнаемъ возвышеннѣй-
шее чувство любви *), источникъ всякаго добра. Но это
святое чувство возникаетъ и между людьми, не соединен-
ными узами кровнаго родства. Нужно только стремленіе
къ этому, нужна внутренняя самодѣятельность.
«Исторія христіанства представляетъ не мало примѣ-
ровъ такой любви, да и что такое сама Церковь, какъ не
союзъ этой же любви? Слѣдовательно, кровность, даже
этихъ «сестричекъ-хлыстовокъ», почти съ исчезнувшею физіо-
логіею и только съ ласканіями, только съ асіогаѣіо всѣхъ чле-
новъ братства въ отношеніи каждаго и каждаго въ отношеніи
всѣхъ, уже содержится (у Фози и Мірянина) въ этой свирѣпой
борьбѣ противъ «анти-евангельскаго эгоизма имѣть свою жену»,
единственную и личную жену. Только не понятно, улыбаемся
мы, отчего это все-таки монастырь имѣетъ «свою обособленную
землицу», какъ и папа тоже имѣетъ и позаботился имѣть «свой
Римъ», «свой удѣлъ на землѣ». Только вотъ «жены» не надо,
и «дѣточки свои не къ чему». Замѣчательно тоже, что получая
себѣ звѣзду къ новому году, архіерей не хочетъ, чтобы ее «но-
сили всѣ», а непремѣнно хочетъ «самъ носить». Вообще, боль-
шія трагедіи въ этой области заканчиваются большими коме-
діями и иногда водевилемъ. В. Р—въ.
*) Ну, какая тамъ «любовь» при такомъ-то бракѣ. Эконо-
мика и приданое. А слыхали-ли вы, чтобы институтъ «христіан-
скаго брака» когда-нибудь дѣятельно вступился и сострада-
тельно склонился къ «молодымъ людямъ, такъ полюбившимъ
другъ друга, что легче имъ умереть, нежели разстаться». Не
разъ въ «Колоколѣ», самомъ теперь дѣятельномъ духовномъ
журналѣ, я читалъ, какъ «двое обнявшись бросились въ Има-
тру», «двое умерли», «женихъ бросился въ могилу за невѣстою»,
«умерли, попросивъ вмѣстѣ похоронить»: но ни разу по поводу
этого въ «Колоколѣ» не прочиталъ—«ахъ!» Да, не «ахающее» и
даже не «чешущееся» духовенство. Ну, Богъ съ нимъ. Господь
разсудитъ. В. Р—въ.
«ВСЕ ВЪ ЦЕРКВИ СОТВОРЕНО МОНАХАМИ»
271
какъ условіе, не необходима для христіанскаго развитія
человѣка *). По этому не «семья спасаетъ отъ гибели хри-
стіанство», а христіанство возвышаетъ и облагораживаетъ
семейный союзъ* 2). Лишите семью христіанской основы,
и она превратится въ сожительство самца, самки и ихъ
дѣтенышей 3). Не изъ семьи возникло христіанство. Пер-
вые проповѣдники его «оставили все» (Мѳ. XIX, 27) и по-
шли за Христомъ. Нѣкоторыхъ Онъ Самъ призывалъ ради
Него оставить кровныя узы. «А другому сказалъ: слѣдуй
за Мною; Тотъ сказалъ: Господи! позволь мнѣ прежде
пойти, и похоронить отца моего. Но Іисусъ сказалъ ему:
предоставь мертвымъ погребать своихъ мертвецовъ, а
ты иди, благовѣствуй Царствіе Божіе» (Лук. IX, 69—60,
см. еще Мѳ. IV, 22). Не семьей живо христіанство и до-
*) Да, вотъ это надо запомнить: «кровность (цѣлая катего-
рія міра!) не необходима для христіанскаго развитія человѣка».
Что объ этомъ скажутъ мои друзья, П. А. Ф—скій, свящ, Фи-
левскій, Н. Г. Дроздовъ. В. Р—въ.
2) Почему же это. «возвышаетъ и облагораживаетъ», если
вынули зерно, оставили шелуху, оставили «приданое и удоб-
ство»,—«такъ и быть прощается»? Что случаются въ христіанствѣ
прекрасныя семьи, то это также мало зависитъ отъ него, какъ
отъ устроенія Сахары, вообще безплодной и сухой, мало зави
сятъ прелестнѣйшіе попадающіеся тамъ оазисы. Но достаточно
вспомнить надгробныя изображенія вѣрности и любви у рим-
скихъ старыхъ патриціевъ, и придвинуть къ нимъ христіанскія
«бракоразводныя дѣла», да и такъ' нравы улицы, пѣсенки, ска-
зочки и сказанія,—чтобы понять, насколько послѣ паденія язы-
чества все это «облагородилось» и «возвысилось». В. Р—въ.
®) Вотъ какъ... А въ Библіи? а Налъ и Дамаянти? Гекторъ и
Андромаха? а сцены привязанности въ старо-германскомъ эпо-
сѣ? Положимъ, «эллинскихъ борзостей не текохъ», говоритъ се-
минаристъ; но нельзя ему забывать, что его слова провѣряютъ
тѣ, кто это «текохъ»... В. Р—въ.
272 «ВСЕ ВЪ ЦЕРКВИ СОТВОРЕНО МОНАХАМИ»
селѣ. Сказавшій «создамъ Церковь Мою, и врата ада не
одолѣютъ ея» (Мѳ. XVI, 18), сказалъ еще: «дана Мнѣ вся-
кая власть на небѣ и на землѣ... идите научите всѣ на-
роды... и се, Я съ вами во всѣ дни до скончанія вѣка»
(Мѳ. XX ѴШ, 18—20). Съ того времени Божественная Лич-
ность Его неотразимо влекла и влечетъ къ себѣ каждаго
ищущаго въ жизни свѣта и истины. Вотъ гдѣ лежитъ
основаніе поразительной жизненности христіанства. ^Хри-
стосъ—моя сила...» поетъ Церковь, и напрасно г. Розановъ
думаетъ видѣть эту «силу» въ плотскомъ союзѣ людей1).
Мірянинъ.
Позволю присоединить еще слѣдующія строки пламенно-
дѣвственнаго духа:
*
* *
«М. Г. Съ ужасомъ я дочитала вашу статью «Природа
и Церковь». Вѣдь вы знаете, что газета «Русское Слово»—
очень популярная и вашу статью прочтутъ не одни люди
университетскаго образованія, знакомые съ различными
направленіями, а масса народа. Именемъ всего святого
умоляю быть осторожнымъ съ вѣковыми святынями, не
заслоняя ихъ своеобразнымъ, вольнымъ сужденіемъ.
«Кто мѣшаетъ людямъ плыть по теченію, по закону
природы! Пусть множатся съ благословеніемъ и Церкви!
Но зачѣмъ вытравлять изъ сознанія человѣческаго высшіе
образы. Бойтесь гнѣва Богоматери, высшаго изъ рожден-
ныхъ женами Іоанна Крестителя, дѣвственника Іоанна Бого-
слова, друга Христа, и многихъ-многихъ дѣвственниковъ.
Графъ Толстой, впадая въ крайности одного сужденія,
Ъ Было напечатано въ «Русскомъ Трудѣ» С. Ѳ. Шарапова
за 1898 г. В. Р—въ.
ЗАПОВѢДНОЕ ДѢВСТВО
273
словно оставилъ вамъ въ наслѣдство другой полюсъ соблазна.
Мильтонъ говорилъ:
Такъ свято предъ очами Неба дѣвство,
Что если искренно душа блюдетъ завѣты —
Тьма ангеловъ на службу ей готова.
«Если вамъ, семейнымъ людямъ, и хочется вознесть на
высоту супружество, то кто-же вамъ мѣшаетъ совершен-
ствоваться?
«У насъ Церковь празднуетъ даже зачатіе Богоматери
и Предтечи, тѣмъ доказывая, что и плоть одухотворяется
до возможнаго предѣла; но Рубиконъ всетаки стоитъ между
парнымъ и одинокимъ человѣчествомъ,—для общаго спасенія
и, быть можетъ, взаимной помощих). Пусть двѣ параллель-
ныя линіи славятъ Единаго Бога. Его воля да ведетъ каж-
даго человѣка своимъ путемъ.
«Старица одна мнѣ говорила, что во взорѣ можно узнать
дѣвственность. Быть можетъ это прирожденная черта.
Всѣмъ—разные дары и способности. О, ради Духа Святого,
будьте осторожны въ словѣ. Горе соблазняющимъ малыхъ».
Вѣра2).
*) Замѣчательно. Послѣ всѣхъ сужденій и всякихъ «да» въ
сторону брака, высказанныхъ мною за много лѣтъ,—долженъ
сознаться, вотъ когда мнѣ открылась теперь особая категорія
людей и организацій луннаго свѣта, что бракъ дѣйствительно
нуждается въ помощи и дополненіи этими людьми луннаго свѣта
(отнюдь не дозволяя руководить собою и устраивать себя).
Нужно спокойно и правильно размежеваться: «тебѣ— Западъ,
мнѣ—Востокъ», съ переплетеніями, съ прослойками, съ оазисами,
нигдѣ не стѣсненными, ни отъ кого не угнетенными. В. Р—въ.
2) Письмо (изъ Москвы) подписано, довольно характерно, од-
нимъ крестильнымъ именемъ. В. Р—въ.
274
ЗАПОВѢДНОЕ ДѢВСТВО
2.
«Ваша статья въ № 195 «Русскаго Слова» еще болѣе
заставила думать о томъ, что волнуетъ меня много лѣтъ
и остается неразрѣшеннымъ...
«Кто-то что-то не позволяетъ мнѣ вступитъ въ бракъ
и заставляетъ хранить сокровище, скрывая, цѣнно ли
оно (? В. Р.). Я прямо недоумѣваю, что отвѣчать людямъ,
вопрошающимъ о моемъ образѣ жизни, который мнѣ про-
диктованъ таинственной силой.
«Знаю, что мой духовникъ называетъ мое состояніе
блаженнымъ и говоритъ: «достоинства твоего у меня нѣтъ,
а недостатки твои и у меня есть». Видимо, я владѣю боль-
шимъ въ его представленіи, но это «что-то» необъяснимо
для меня, когда я вижу—Міръ Божій въ своей природѣ
живетъ по другому. Должно быть Творецъ его не закон-
чилъ и предоставилъ Сыну сказать1): «чада вѣка сего мно-
жатся, а кто достигъ будущаго—пребываютъ какъ ангелы».
«Словно людямъ можно быть предтечами иного суще-
*) Замѣчательная мысль, и нельзя сказать, чтобы она была
неправдоподобна. Да вѣдь это даже такъ и научно: всѣ «зооло-
гіи» знаютъ самца и самку, за этими гранями начиналась ми-
нералогія. Вдругъ—этотъ лунный свѣтъ, явленія луннаго свѣта,
«не хочу» пола! Перевертывается собственно все наше познаніе
міра! «Живое», а «не множится»!!! Пока думали, что это «ненор-
мальность», «извращенность», «случай», «шестипалость»—то не
обращали на это вниманія, и естественно это не затрагивало строя
наукъ, какъ «описка» не затрагиваетъ «правописанія». Напро-
тивъ, міръ органическихъ наукъ въ основѣ колеблется, во всемъ
планѣ своемъ колеблется, разъ намъ открывается, что исчезно-
веніе размноженія въ живомъ отнюдь не есть патологическое явле-
ніе,—не есть и явленіе, имѣющее когда-либо пройти; что оно
также устойчиво и нормально, какъ размноженіе, но лишь
встрѣчается рѣже. По крайней мѣрѣ міръ органическихъ наукъ
ЗАПОВѢДНОЕ ДѢВСТВО
275
ствованія! Меня безконечно умиляетъ, что Сынъ Божій—
сынъ Дѣвы, и не это-ли восхищеніе озаряетъ мою'жизнь’)?
Мнѣ кажется, и семейная имѣетъ свои прелести и достоин-
ства, но она—теплѣй (курс. и далѣе автора письма), при-
косновеннѣй къ напіему организму, а одинокая—свѣтлѣй,
созерцательнѣй, духовнѣй и поэтому прекраснѣе, какъ
чающая чего-то. Ожиданіе— сущность этой жизни. Почему-
то лилія, цвѣтокъ Богоматери, имѣетъ луковичное дѣленіе,
какъ прообразъ дѣвственности, имѣющей своеобразную
семью. Быть можетъ и отъ одинокаго человѣчества что-
нибудь исходитъ. Компактныя личности быть можетъ ско-
пятъ въ себѣ какую-то силу и нужную энергію для міра.
«И такъ Ветхій Завѣтъ дополненъ новымъ и быть мо-
жетъ два образа жизни есть положительное и отрицатель-
ное электричество, оба взаимно нужныя.
«Я лично церковное управленіе предоставила-бы бѣло-
му духовенству, а черному поручила бы святыню—посвя-
щеніе въ санъ.
«Сама я съ рискомъ иду по узкой дорогѣ. Прелесть
міра стоитъ у меня въ образѣ любимаго человѣка, а его
братъ чтитъ Неопалимую Купину; и душа у меня борется
съ сердцемъ, борется долго, долго»... Вѣра.
также колеблется, какъ физика поколебалась съ открытіемъ
электричества,—«рѣдкаго явленія, наблюдающагося въ янтарѣ,
если его потереть сукномъ». Дѣвушка-авторъ хорошо и ярко
это выразила, сказавъ: «Міръ (ветхозавѣтный) не былъ дотворенъ,
и дотворился тогда, когда пришелъ Сынъ и сказалъ: блаженны
не множащіеся» В. Р—въ.
’) Вотъ глубокій личный родникъ основных ъ тайнъ христіан-
ства: что они принесли утѣшеніе и радость совсѣмъ особой ка-
тегоріи людей, какъ-то забытыхъ, да и дѣйствительно забы-
тыхъ и обойденныхъ, ъъ Ветхомъ Завѣтѣ. Но до какой степени
письмо это убѣждаетъ насъ, что христіанство совсѣмъ новая и
другая религія сравнительно съ Ветхимъ Завѣтомъ! В. Р—въ.
276
ЗАПОВѢДНОЕ ДѢВСТВО
Здѣсь, въ послѣднихъ подчеркнутыхъ выраженіяхъ,
почти названъ лунный—свѣтящій свѣтъ, въ отличіе отъ
солнечнаго—грѣющаго, органическаго... Да, еще вотъ слово:
лунный свѣтъ—не органическій. А какой? — Спиритуали-
стическій. Пожалуй, врігйиз въ насъ—отраженіе луннаго
въ каждомъ свѣта «дѣвства», частицы котораго никто
не лишенъ. Въ каждомъ—оба пола (отъ матери, отъ отца);
поэтому каждый вновь хочетъ совокупиться, но не посто-
янно-же совокупляется, а частью и дѣвичествуетъ; и вотъ
это «дѣвичествуетъ»—и рождаетъ въ немъ зрігКиш. Голая
самочность, самочность какъ безконечное—дала бы не-
прерывное, постоянное, вѣчное истеченіе сѣмени и отдѣ-
леніе яйца; въ такой мѣрѣ, какъ нѣтъ и у насѣкомыхъ и
рыбъ. Но этого—нигдѣ нѣтъ, ни у кого нѣтъ; и потому
у рыбъ, и у насѣкомыхъ—уже появился духъ, душа, пси-
хологія. Появилась—насколько они гермофрод ичны, а не
одно-полые самцы или одно-полыя самки.
Нельзя не отмѣтить также высокой даровитости автора,
не говоря объ одушевленіи, почти прозелитизмѣ! Какъ она,
дѣвушка просто только образованная, превосходитъ ясно-
видѣніемъ сужденія профессора богословія въ одномъ изъ
университетовъ (сообщеніе С. Ѳ. Шарапова, въ журналѣ
коего напечатана была статья г. Мірянина).
Мнѣ слѣдовало въ 1-мъ же изданіи книги разсказать
случаи «луннаго свѣта», какіе пришлось встрѣтить въ
жизни. Такъ, собираешь скрупулезно свѣдѣнія по кни-
гамъ, и забываешь, что самъ видѣлъ.
1) Случай въ гимназіи, въ 7-мъ и 8-мъ классѣ. Въ 7-мъ
классѣ я остался на 2-й годъ, и здѣсь вошелъ въ кругъ
новаго товарищества, «догнавшаго меня» (снизу). Между
ними былъ одинъ, коего назову К. Семья: мать—вдова
ЗАПОВѢДНОЕ ДѢВСТВО
277
профессора; у нея три сына, всѣ учились превосходно, съ
призваніемъ: одинъ—къ математикѣ, другой—къ музыкѣ,
третій—къ филологіи, къ народному творчеству и проч.
Средній, музыкантъ, и былъ мой товарищъ. Какъ и его
братья, онъ былъ здоровъ и крѣпокъ нѣсколько больше,
чѣмъ «всѣ мы». Усы и борода пробивались чуть-чуть.
Ростъ хорошій, кожа бѣлая, никогда ничѣмъ не хворалъ.
Пожалуй, при очень упорномъ всматриваніи, можно бы за-
мѣтить у него легчайшій налетъ женственности. Молча-
ливъ, солиденъ, задумчивъ; вѣчно потихоньку (подъ пар-
тою) исписывалъ нотную бумагу (композиція).
Онъ мнѣ передалъ,—и вообще въ ближайшемъ кругу
товарищей ни отъ кого не скрывалъ,—что всегда, когда мо-
жетъ, т. е. почти каждый день, онъ, пообѣдавъ, уходилъ
къ гимназисту 3-го класса, мальчику бѣленькому и хоро-
шенькому, чрезвычайно серьезному и развитому (для сво-
его класса), страшно молчаливому и почти угрюмому.
«Что ты дѣлаешь?» — «Ничего. Сидимъ и молчимъ».—
«Смѣшно».—Онъ пожалъ плечами. Мы всѣ до такой сте-
пени были дѣти въ этомъ отношеніи, что никому и на
умъ не пришло назвать это «влюбленностью» или «лю-
бовью», тогда какъ на самомъ дѣлѣ было конечно это
чувство. Кажется, разъ я видѣлъ ихъ на свиданіи. Оба
не рѣчистые вообще, они и тутъ не разговаривали,—иначе
какъ промямливъ одинъ другому что-либо незначущее.
Но это я не навѣрное помню, но слѣдующее—твердо помню,
ибо съ пріятелями мы какъ-то хихикали надъ этимъ: въ
церкви, куда насъ всѣхъ «водили», мой товарищъ стоялъ
немного сзади «того мальчика», и онъ не отрываясь гля-
дѣлъ на него. «Того мальчика» можетъ быть это чуть-
чуть смущало, но немного. Онъ, кажется, самъ не испы-
тывалъ этого чувства, но могъ гордиться дружбой талант-
ливаго и во всей гимназіи очень цѣнимаго (за успѣхи и
278
ЗАПОВѢДНОЕ ДѢВСТВО
музыку) гимназиста ѴП-го класса. «Дружба» продолжа-
лась все время до окончанія курса, т. е. два года. Затѣмъ,
кажется, все это разсѣялось. Лѣтъ черезъ 18, я встрѣ-
тилъ музыканта. Теперь онъ былъ композиторъ; женатъ;
очень красивая жена его кормила ребенка. «Все испра-
вилось».
Внѣ всякихъ именъ, понятій и проч., это былъ без-
спорно случай Платоновой «тахіЗха». Къ сожалѣнію, какъ
и всѣ подобные факты, онъ пропалъ для науки, безъ вос-
поминаній, безъ описаній. Добавлю, что юноша этотъ (какъ
и братья его) былъ абсолютно цѣломудренъ, не зналъ жен-
щинъ до зрѣлости, и ни одного «скабрезнаго» слова (какъ
часто среди гимназистовъ) я отъ него не только не слы-
халъ, но этого «и вообразить было нельзя».
Кажется, онъ никогда не цѣловалъ мальчика (въ го-
лову не приходило); и наибольшее, что происходило физи-
ческаго, это—кромѣ «неотрывающагося зрѣнія»—прикосно-
веніе руки къ рукѣ, задержаніе руки въ своей (при про-
щаніи). Но абсолютно тѣлеснаго больше ничего не было,
ни какъ дѣла, ни какъ шутки, игры.
2) Преподаватель высшаго учебнаго заведенія, холостой,
живетъ въ одной квартирѣ съ двумя сестрами, будучи
связанъ «духовнымъ супружествомъ» съ одною. Другая
сестра—урнингъ. Урнингъ ли и эта первая, «живущая»—
трудно сказать. Всѣ три на «ты». Всѣ три соединились,
имѣя каждому немного за 24 года. Съ сестрою «въ связи»
я заговорилъ: «почему нѣтъ дѣтей?» Она отвѣтила:
«Здѣсь—другое основаніе. А корень другой—и весь стволъ
другой. Было бы совокупленіе — родиЛись-бы дѣти, роди-
лись дѣти—потребовалось-бы хозяйство. Но съ самаго на-
чала сближенія нашего, семья была исключена какъ воз-
можность и надобность. Она мнѣ также не нужна, какъ
и ему».
ЗАПОВѢДНОЕ ДѢВСТВО
279
Спальни—разныя, хотя безъ всякаго между ними «пре-
пятствія» или «отдѣленія». Совокупленія—нѣтъ, и ничѣмъ
(много друзей, знакомыхъ, родныхъ) не предполагается.
Всѣмъ ясно, что они «мужъ и жена» и столь-же «не мужъ
и не жена». Супружество какъ бы довершено и останови-
лось на степени тѣсной духовной связи, тѣснаго духовнаго
единства, общности быта, жизни, атмосферы, движеній; слы-
шанія словъ другъ друга, походки другъ друга, шуршанія
платья; никто бы (изъ ближнихъ) не осудилъ, если бы они
совокуплялись,—но явно исключено желаніе этого. Однако
ласки, поцѣлуи, объятія и можетъ быть что-нибудь больше,
тѣснѣе—есть; но что именно—сказать невозможно. Опло-
дотворенія нѣтъ.
Обои или, точнѣе, всѣ три—очень ризвиты, талантливы,
вѣчно дѣятельны, всѣ и постоянно много читаютъ и за-
няты. Всѣ трое любятъ искусство и любятъ духовную
жизнь, религіозную жизнь.
3) Меня посѣтилъ, лѣтъ 6 назадъ, оканчивающій курсъ
военнаго учебнаго заведенія (по артиллеріи) юноша,—съ
цѣлью «поговорить о религіозныхъ вопросахъ» и спросить
о Хомяковѣ и вообще о славянофилахъ. Удивившись не-
совмѣстности съ военными науками, я однако отвѣчалъ.
Съ тѣхъ поръ мы не часто видаемся. Видъ: очень крѣ-
покъ; по цвѣту кожи—какъ «налитъ кровью». Мускулистъ.
Ростъ—небольшой. Онъ мнѣ расказалъ, что болѣе всего
влечетъ его церковная жизнь, а умъ занимаютъ предметы
богословія и нравственные. Но около этого—въ сужденіяхъ
огромная твердость, военная твердость. Ничего рыхлаго,
«мямлистаго», бабьяго. Ничего сантиментальнаго, слащаваго.
Года 21/а назадъ тому онъ женился, «по глубокому ува-
женію къ дѣвушкѣ, которую дома (вотчимъ и мать ея)
не понимали, и иногда грубо обходились». Вообще ей «жи-
лось тяжело», а «дѣвушка она прекрасная». Онъ мнѣ раз-
280
ЗАПОВѢДНОЕ ДѢВСТВО
сказалъ однако, со смущеніемъ, горестью и долею гнѣва
на себЯі что «еще не мужъ своей жены» и боится, что
это такъ и останется. «Я ее безконечно люблю какъ сестру,—
но ничего не чувствую какъ къ женщинѣ». «Страстнаго
желанія вовсе нѣтъ»... Между тѣмъ онъ, читавъ статьи
мои о бракѣ,- глубоко проникся благоговѣніемъ и во-
сторгомъ къ библейской и многоплодной семьѣ. «Но—нѣтъ
дѣла». Слова и мысли—есть, «дѣла»—не выходитъ. Мнѣ за-
хотѣлось увидѣть и жену его: высокая, красивая, она
имѣла нѣчто негодующее въ себѣ (она молчалива), въ вы-
раженіи лица и фигуры. «Ну,—нѣтъ, чтд подѣлаешь».
Черезъ 21/2 года все продолжается «нѣтъ», и онъ мнѣ
сказалъ, что жена смирилась съ этимъ, глубочайше любя
и уважая его, какъ и онъ ее безконечно чтитъ и любитъ
какъ братъ и другъ.
«Анормальныхъ» отношеній внѣ всякаго сомнѣнія ни-
какихъ нѣтъ. Здоровье обоихъ—цвѣтуще. Ростъ, силы—
все цвѣтущее (у обоихъ). Это—«духовное супружество»
древнихъ христіанъ,—безъ малѣйшаго идейнаго къ нему
влеченія, при полномъ идейномъ сочувствіи къ плодород-
ной и полной семьѣ.
Поправки и дополненія Анонима.
Мною было послано, въ корректурныхъ листахъ, «До-
полненіе», печатаемое во 2-мъ изданіи «Людей луннаго
свѣта»,—лицу компетентному во всѣхъ этихъ темахъ. Поз-
волю себѣ привести его возраженія, дополненія и по-
правки.
«Вы печатаете своихъ «Лунныхъ людей» 2-мъ изда-
ніемъ. Этотъ циклъ вашихъ идей для меня, скорѣе для
ума моего, — что-то дразнящее, ибо я равно увѣренъ въ
ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА
281
глубокой правильности и въ глубокой учености (? В. Р.)
излагаемаго вами. Что-то говорите вы глубоко правильно;
но глубоко ложно «относите» свое написаніе не туда, куда
слѣдуетъ. Но куда? (слѣдуетъ отнести? В. Р.).—Это-то и'
не вполнѣ ясно. Но вотъ нѣсколько тезисовъ, мотивиро-
вать которые слишкомъ долго, но въ непоколебимости ко-
торыхъ я вполнѣ увѣренъ:
«1) Въ области пола: Ваша схема, выраженная рядомъ
положительныхъ убывающихъ величинъ, переходящихъ въ
«О» и затѣмъ въ рядъ возрастающихъ отрицательныхъ ве-
личинъ (самочность и содомія),—недостаточна, какъ недо-
статочна и родственная ей схема Вейнингера (М-4-Ж=1).
Можетъ быть текучее, промежуточное состояніе пола, —
то, которое вы описываете и которымъ занимается Вей-
нингеръ, а можетъ быть и состояніе высшей мощи и « »
и « —». Это для разсудка, быть можетъ, вздоръ, но
«Невозможно... несомнѣнно...».
«Таковъ всегда геній, если только онъ не психопатъ. Та-
ковъ геній народъ — эллинскій. Насколько отвратительна
была для него ейіетіпаііо (превращеніе въ женщину. В. Р.),
настолько же прекрасны та тсаіЗха. Для кого же въ осо-
бенности? Для мужественныхъ—не спартанцевъ и всѣхъ
лакедолопуфиловъ. Человѣкъ вовсе не всегда половая «1»,
а можетъ быть и «1.000», и «1.000.000», и тогда у него
«Мне=1—Ж»,а «=1 ООО—Ж», 10 000—Ж, «1000000-Ж»,
и т. д.г). У Гете есть совершенно несомнѣнное влеченіе и
къ своему полу (превосходное описаніе сего см. въ «Правда
*) Эти моею схемою не исключены: «....7, 8.» (до «1.000.000»,
съ « > или же съ « — », причемъ крошечный « * или крошеч-
ный « — » противоположнаго—въ томъ же субъектѣ—пола никогда
не исчезаетъ. В. Р—въ.
282 ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА
и поэзія», случай во время купанія). Но онъ—не только
женственъ, но и весьма мужественъ. При этомъ: геніаль-
ность (— дву-полость) даетъ полноту внутренней жизни
и какую-то непрестанную удовлетворенность, внутреннее
кипѣніе и бурленіе, игру, «букетъ»; а ПгеізсЬепСогтеп»,
т. е. ваши, изслѣдуемые вами субъекты, напротивъ, все-
гда недовольны, не могутъ быть довольны. Таковъ и авторъ
приведенныхъ у васъ «Воспоминаній послушника». «Ны-
тики» всегда таковы; въ нихъ не хватаетъ сексуальности,
жизни, соковъ: Изъ нихъ не брыжжетъ ни старое вино
язычества, ни новое—христіанства. О. Уайльдъ—отврати-
тельный типъ изъ вашей коллекціи; но Гете, Платонъ,
Сократъ и др. не изъ нея и въ нее не вмѣстятся1).
«2) Въ области религіи. Явленія, описываемыя и изучае-
мыя вами, существуютъ во всѣхъ религіяхъ и всегда су-
ществовали, даже спеціально культивировались (въ Южной
Америкѣ—путемъ полового истощенія и т. п.; оскопленія
и полу-оскопленія, и т. д.) явленія промежуточныхъ ступе-
ней пола; и въ христіанствѣ, лучше сказать—въ мірѣ хри-
стіанъ, есть они, но безконечно меньше и слабѣе2), какъ
Авторъ, прочитывавшій только одно «Приложеніе» для за-
мѣчаній, едва ли имѣлъ въ виду или свѣжо помнилъ текстъ
остальной книги. Но можетъ быть у автора копошится и кое-
что новое на счетъ пола. Въ такомъ случаѣ это чрезвычайно
важно. Оставляю для читателей слова письма въ томъ полу-по-
нятномъ видѣ, какъ читаю ихъ самъ. Будущее дополнитъ и раз-
беретъ. В. Р—въ.
2) То-есть собственно упомянуты «меньше», — изложены, во-
шли въ «догматическое изложеніе...» Но подспудно какъ-же можно
сказать «меньше», когда собственно по степенямъ отношенія къ
полу все христіанство раздѣлилось на церкви: страстно-отрица-
тельное—у католиковъ, умѣренно-отрицательное—у православ-
ныхъ, индифферентно-положительное—у протестантовъ. Здѣсь я
съ авторомъ письма совершенно не согласенъ. В. Р—въ.
ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА 283
явный привкусъ чего-то иного, чужого, инороднагог). Вы
противопоставляете христіанство (т. е. религію всѣхъ на-
родовъ и менѣе всего евреевъ,—религію «языковъ») и Вет-
хій Завѣтъ (религію евреевъ), но дѣлаете это незаконно, ибо
христіанство можно противопоставлять религіямъ, исповѣ-
дываемымъ тѣми~же или подобными народами, чтб нынѣ
исповѣдуютъ христіанство, т. е. язычникамъ, но никакъ не
еврейскому3 * * * *). Отсюда-то и происходитъ, что вы, весьма углу-
бленно пронюхивая въ христіанствѣ нѣкоторыя струи «8»
(свое-полаго отношенія, гомосексуальности) и вѣрно ква-
лифицируя на природу (?В. Р.), совершенно ложно опре-
дѣляете ихъ источникъ, да и не можете опредѣлить его
точно, ибо не хотите смотрѣть на. язычниковъ. А у нихъ-то,
да и во всякомъ фольклорѣ—это влеченіе къ промежуточ-
нымъ формамъ, это гнушеніе плотью, и т. д. Они, испы-
тавъ всѣ грѣхи плоти, чувствуютъ къ ней омерзѣніе, хотя
(—и именно вслѣдствіе того, что) не могутъ подняться
надъ нею. Я берусь вамъ доказать, если угодно, что то,
что вы считаете особенностью христіанства, было—и было
въ неизмѣримо большей и принципіальной формѣ—въ язы-
чествѣ.
«3) Въ области духовной христіанство, хорошо это или пло-
хо, даетъ совсѣмъ новую стихію (сравнительно?) съ только-что
сказанными: ни—полъ,ни—усиленіе его, ни—смѣшеніе, ни—
что-либо въ этой плоскости, но—подымаетъ въ иныя сферы8).
1) Не согласенъ. В. Р—въ.
®) Совершенно съ этимъ несогласенъ; да и изъ разсужденій
автора, гдѣ онъ опредѣляетъ (далѣе) христіанство какъ религію
яада-полую, вытекаетъ, что оно противоположно юдаизму и еврей-
ству какъ религіи священнаго чадородія, т. е. религіи специфически
половой. В. Р—въ.
я) Ну, если даже и подымаетъ, то всетаки ео ірзо отдѣляетъ
и, слѣдовательно, ослабляетъ, дѣйствуетъ отрицательно, оттал-
284
ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА
Христіанство отвлекаетъ отъ пола?—Да. Но—райскими пѣс-
нями^ вовсе не смѣшеніями. Истинный монахъ вовсе не стано-
вится женщиной,—ничуть; онъ перестаетъ быть мужчиной1).
кивающе въ отношеніи пола. Да авторъ явно и увлекается, въ
виду словъ о возлюбленности «скопчества...» Какъ-то въ конкѣ
я ѣхалъ съ томомъ подаренной мнѣ колоссальной Синодальной
Библіи; тамъ-же былъ и вложенный указатель и перечень «.иист»,
почему-то только къ Новому Завѣту. Скучая конкой, я, открывъ
слово «бракъ»,—перечелъ по Новому Завѣту всѣ мѣста, гдѣупомя-
нуто «бракъ»: и не нашелъ ни одного мѣста, гдѣ, сильно или слабо,
прямо или косвенно, не стояло бы за словами о немъ выраже-
нія, въ которомъ онъ всетаки принижается, отталкивается, по-
рицается сравнительно съ дѣвствомъ. Это было въ 1897 или
1898-мъ году. Я до того былъ пораженъ, что всѣ мѣста таковы,
что у меня защемило на душѣ: «Нѣтъ, напрасно я пытаюсь сцѣ-
пить крючкомъ семью съ Новымъ Завѣтомъ: только терпится, только
допускается,только снисходится. И нужно быть прямо нечестнымъ
и начать подтасовывать, «бѣгать тараканомъ изъ угла въ уголъ»,
чтобы подвести семью, бракъ, дѣтей «подъ Покровъ сюда*. Но
вѣдь отсюда необозримыя практическія послѣдствія, увы — пе-
чальныя. Но као-же авторъ, самъ на это указывающій, гово-
рилъ выше, будто «христіанство еврейству не противолежитъ^}
Совершенно противолежитъ какъ «да» и «нѣтъ» или пожалуй
какъ «любите-ли вы ходить въ баню» и—«о, конечно, я служу въ
департаментѣ неокладныхъ сборовъ». Христіанство и юдаизмъ
взаимно глухи другъ къ другу еі ео ірзіззіто смертельно вра-
ждебны (обрѣзаніе—крестъ, органъ обрѣзанный—адамова голова,
т. е. черепъ, подъ крестомъ изображаемый). В. Р—овъ.
х) Боюсь, что это словесность, а не паіига гегитп. Епископъ
Ѳеофанъ, ректоръ Спб. духовной академіи,—конечно прекрасный
инокъ, и, въ частности, аскетизмъ его простирался до отказа
принимать къ себѣ въ келью-квартиру родныхъ женскаго пола:
но вѣдь лицо его, ростъ его, вся его фигура и, наконецъ, манеры
открываютъ въ себѣ сущую дѣвушку, сокрытую подъ мужскимъ
(небольшая бородка) образомъ. Также, когда печатались въ по-
слѣдніе годы портреты разныхъ «Иванушекъ» - трезвенниковъ,
увлекавшихъ народъ,—все непремѣнно безбрачныхъ,—я поражался
ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА. 285
Что-же онъ?—Ангелъ, существо иныхъ измѣреній г), абсо-
лютно несоизмѣримое съ нашимъ міромъ, ни мужскимъ,
ни женскимъ. Если-же райскихъ пѣсенъ нѣтъ, то онъ—
то, что былъ, или въ родѣ того, т. е. либо мужъ, либо полу-
мужъ, либо дву полый,однимъ словомъ то, чѣмъ онъ былъ-бы
естественно, въ язычествѣ. Но райскія пѣсни не приба-
вляютъ и не убавляютъ въ немъ женственности. Однако,
легко допустить, что бытовыя условія (не онтологія) го-
нятъ въ монастыри тѣхъ, кто не находитъ себѣ мѣста въ
міру, вслѣдствіе неспособности къ браку, т. е. что часто
монастырь служитъ не мѣстомъ подвига, а—убѣжищемъ для
«безполаго».
«Такъ — по существу дѣла. А практически, бытовымъ
образомъ, христіанство уцѣломудриваетъ, т.-е. дѣлаетъ его
(человѣка? всякаго? В. Р. ) цѣльнымъ въ томъ положеніи,
куда онъ имѣетъ метафизическое самоопредѣленіе — къ
браку-ли, къ безбрачію-ли. Оно, если хотите, дѣлаетъ
крѣпкимъ полъ у того, кто «можетъ вмѣстить» его, полъ,
и дѣлаетъ крѣпкимъ безъ-полое у того, кто можетъ вмѣ-
стить послѣднее2). Самое мѣсто («могій вмѣстити»), какъ
этою однотонностью все почти дѣвичьихъ лицъ. Конечно, тутъ нужны,
однако, галлереи портретовъ. И, современемъ, такія галлереи
будутъ собраны и изданы. В. Р— въ.
*) Да вѣдь и я провожу вездѣ въ книгѣ, что монахъ «несо-
измѣримъ» съ остальнымъ человѣческимъ міромъ, но потому несо-
измѣримъ, что у него самецъ и самка «равноденственны», что
онъ «экваторъ» человѣческаго рода, не принадлежащій ни къ
мужскому полу, ни къ женскому, что въ немъ не «М-{-ж», а«М-|-Ж»,
говоря языкомъ Вейнингера. В. Р—въ.
а) Страшимся, не слово-ли это только. Однако кой-что дѣй-
ствительно брежжетъ такое... Бытовымъ образомъ, семействен-
ность и плодородіе вѣдь процвѣтаетъ весьма и весьма у многихъ
истовыхъ крестьянъ, истовыхъ купцовъ; но обратимъ вниманіе
особенно на духовенство. «Антихристіанство» конечно никому
286
ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА.
вы знаете, двузначно и можетъ быть равно относимо къ
браку и безбрачію,—даже по контексту относится скорѣе
къ первому. Но что бракъ въ христіанствѣ безконечно
труденъ,—это такъ, и, мнѣ думается, если говорить что —
такъ это не противъ монашества, а противъ духовной ари-
стократичности всего въ христіанствѣ: оно —для избранныхъ.
Кстати, такъ именно, какъ говорю я, т.-е. въ отношеніи
къ браку, разумѣетъ текстъ смогій вмѣстити» извѣстный
здѣсь и въ голову не приходитъ; но посмотрите на необыкно-
венную крѣпость породы у духовенства, у іереевъ, у діаконовъ, у
прежнихъ дьячковъ; а крѣпость породы и обиліе дѣтей, при-
томъ даровитыхъ,—это уже зі^пиш могучей самочности. Какъ-то,
думая «хоть къ концу обѣдни попасть» и поставить свѣчку, я
торопливо вошелъ въ церковь на Загородномъ, близъ Гороховой,
но опоздалъ, обѣдня кончилась, и церковь (огромная) была
пуста. Громко разговаривая (гулко отдавалось) выходило, въ
осеннихъ рясахъ, нѣсколько лицъ изъ служившаго іерейства и
діаконства. Я быстро подошелъ къ ящику, взялъ 1—2 свѣчи,
поставилъ передъ образами, положилъ поклоны и вышелъ. Но
обомлѣлъ на паперти (очень высокая, почти въ ростъ человѣка,
лѣсенкой): сойдя съ нея, разговаривали—очевидно передъ тѣмъ,
какъ проститься и разойтись—два іерея. Оба были не старѣе
40-ка лѣтъ; оба были очень велики ростомъ; оба были очень
черны, черноволосы, при бѣломъ прекрасномъ лицѣ. Съ волосами,
на плечахъ лежащими, они положительно являли образецъ муж-
ской красоты. Отъ нихъ трудно было глазъ оторвать, — «и гово-
рили-бы вы, говорили» и «глядѣлъ-бы я на васъ, глядѣлъ». По-
томъ вѣдь число дѣтей у духовныхъ, «въ живыхъ», нерѣдко
переваливаетъ за 11, а больше 5-ти —- сплошъ. бездѣтныхъ се-
мей — почти нѣтъ. Если, далѣе, посмотрѣть (въ удачныхъ слу-
чаяхъ) на «матушку», то всегда она являетъ въ самомъ тѣлѣ и
въ достоинствѣ важныхъ манеръ что-то священное. «Не затан-
цуетъ» и не «завертится»... й, конечно, если ужъ въ комъ, то въ
«матушкахъ» просвѣчиваетъ лицо древней «Маіег беогит», «Ма-
Іег Ма^па», и т. д., а никакъ не въ претендующихъ на это де-
каденткахъ, не способныхъ родить даже таракана. Нельзя не
думать, что хоть часть этого относится какъ къ первопричинѣ
ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА 287
профессоръ М. Д. Муретовъ и епископъ Антоній (Фло-
ренсовъ), живущій на покоѣ въ Донскомъ монастырѣ, въ
Москвѣ,—человѣкъ въ высшей степени духовный, мудрый
и прозорливый.
«Но какъ-бы то ни было, есть подозрительность къ
полу въ общечеловѣческомъ сознаніи, у всѣхъ народовъ,
во всѣ времена. «Похабщина», т.-е. цинизмъ въ отношеніи
пола, всегда и всюду существовавшая, доказываетъ со-
своей къ размѣренности у духовенства совокупленій. «Нельзя
въ посты, постные дни, и—наканунѣ церковной службы», т.-е.
можно въ воскресенье, понедѣльникъ, вторникъ, четвергъ. Что-
же получается? Кажется—только дни «запрещеній». Но «запре-
щенное» естественно не осязается: просто — «нѣтъ ничего». По-
этому на самомъ-то дѣлѣ полъ осязаетъ только дни и вечера и
ночи «позволенія», какъ нѣчто «уставо-положенное». Входитъ
въ душу нѣчто отъ ветхозавѣтной субботы, входитъ не какъ
вербальное впечатлѣніе, а какъ дѣловитое повиновеніе за-
повѣди—«оплодотворяйтесь, множьтесь». Этотъ положительный,
ясный, открытый, «по уставу», и вмѣстѣ—разрѣженный (выпали
постные дни и посты) характеръ совокупленій, породилъ все изуми-
тельное здоровье и изумительную житейскую стойкость нашего ду-
ховенства... «Одна на всю жизнь жена», полное (фактически) запре-
щеніе развода, какая-то бытовая неразрѣшимость вдовамъ-матуш-
камъ вступать во второй бракъ, и другія мелочи, хотя индивиду-
ально мучительныя, хотя законно не мотивированныя,—однако
всѣ сошлись въ одинъ уголокъ: что остался хотя гдѣ-нибудь,въ одной
частицѣ христіанскаго населенія, древній іеро{ уар.о«, «священно-
брачіе», не по предшествующему обряду, а по характеру теченія.
Совсѣмъ другое само-осязаніе, само-обоняніе, само-вкушеніе,
само-мышленіе, само-воображеніе!!! Тутъ-бы еще подлить нѣчто
отъ «Пѣсни пѣсней»... нѣчто отъ омовеній. , изъ немного «свя-
щенныхъ куреній»... Но такъ трудно, въ христіанствѣ, изречь
словесно-положительное. Вѣдь и въ духовенствѣ все совершилось
«бытовымъ образомъ», все вошло «фолклоромъ», а не черезъ
«Сводъ законовъ». Въ «Сводѣ законовъ» указаны только «нельзя»
(дни)... Можетъ быть только черезъ 500 лѣгъ зазвучитъ и въ за-
конѣ: «слѣдуетъ», «должно», «желанно». В. Р—въ.
238
ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА
вершенно опредѣленно, что всегда и вездѣ затрагивать
полъ ), хотя-бы въ разговорѣ, было щекотливо, что отъ
этого смущались, что этого стыдились. Вотъ эта сторона
пола, нѣчто для обще-народнаго сознанія темное въ немъ
(какъ въ гоголевской русалкѣ мачихѣ) и послужило источни-
комъ возникновенія общенародной брезгливости къ полу, вы-
разившейся въ созданіи монастырей, безбрачнаго духовенства,
и т. д., внѣ христіанства,—и кое-что отсюда, изъ готЪваго,
бытовымъ образомъ, перешло къ намъ (католическій цели-
батъ и т. п.)* 2).
х) «Трогать его» также нельзя, какъ «трогать», обнажать
выводить «къ свѣту» и «на открытый воздухъ» корни растеній,
деревъ. Вредно, убиваетъ и, наконецъ, «грязно» (копаться въ
землѣ). Отсюда всемірный инстинктъ отвращенія къ такому «ко-
пательству около корней». В. Р—въ.
2) Если бы только такъ, т.-е. не принципіально... Но не бу-
демъ спорить, до того удобна и «спасительна» эта точка зрѣнія.
Слѣдуя ей, нужно-бы стремиться къ справедливымъ и неизбѣж-
нымъ перемѣнамъ въ церкви, особенно касательно брака, и не
юридическимъ способомъ, а бытовымъ способомъ, все погашая
и умягчая вражду и преслѣдованія къ «нарушеніямъ» закона,
слишкомъ отъ древности «жестоковыйныя». Мнѣ напр. извѣ-
стенъ случай, когда одинъ вдовый священникъ никакъ не могь
разстаться съ любимою имъ женщиною, съ которою онъ жилъ.
Тогда епископъ мѣстнаго града,—лицо высокаго (общерусскаго)
авторитета,—узнавъ все отъ священника, пожалѣлъ его, и ска-
залъ:—«Ну, что дѣлать, я васъ переведу въ глухой приходъ, п
тамъ разговоровъ не будетъ». Т.-е. позволилъ епископскою вла-
стью. Другой подобный случай былъ съ однимъ южно-русскимъ
епископомъ: его полюбила одна (увы, замужняя) женщина, и,
оставивъ мужа (чиновника не крупнаго), слѣдовала за еписко-
помъ, куда его ни переводили. Мнѣ передавали о грубыхъ словахъ
(«возите съ собою бабу»), въ которыхъ кричалъ на него Побѣдо-
носцевъ,—уволившій его «на покой». Но другіе епископы мнѣ о
немъ говорили, качая головой: «и какой онъ прекрасный чело-
вѣкъ, воспитанный, деликатный, къ священникамъ былъ мило-
ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА
289
«Мнѣ хочется разсказать вамъ нѣчто объ авторѣ напеча-
танныхъ (стр. 210) у васъ «Воспоминаній», котораго и я зна-
валъ. Это, по наружности, очень неуклюжій, худощавый и
высокій человѣкъ. Но собственно женскаго * *) въ лицѣ ни-
чего особеннаго нѣтъ. Теперь здоровье его весьма пошат-
нулось, память ослабла, вниманіе ему трудно сосредота-
чивать на изучаемомъ; но ранѣе способности его были
превосходны: сообразительность, память, интересъ — все
отлично, и вообще какая-то врожденная (говорю о крес-
тьянинѣ, замѣтьте) интеллигентность. Явное уклоненіе отъ
ручного труда, — мало, думается мнѣ, любви къ природѣ,
но весьма большое стремленіе и вкусъ къ труду умствен-
ному, къ учительскому слову, къ изобрѣтенію и къ чте-
нію книгъ, къ эстетикѣ, искусственной жизни2). Серд-
цемъ онъ весьма добръ, нищелюбивъ (и его любятъ нищіе),
охотно всѣмъ помогаетъ, услужливъ. Не любитъ, не вы-
сердый». Явно, не будь свѣтскаго гоненія, они «товарищескою іерар-
хіею» смежили-бы глаза на «случай» и «исключеніе». Точно также
слѣдуетъ, «не споря съ канонами» и не «нарушая законъ»,—
вообще погружать въ темноту и безмолвіе «случаи», никогда не
расторгать счастливыхъ супружествъ, какъ-бы «неправильно»
они ни были заключены, и расторгать всѣ несчастные; внѣ-брач-
ныхъ дѣтей «привѣнчивать» (какъ было постоянно до Петра Ве-
ликаго)... Вѣка черезъ два тогда картина семьи вовсе бы измѣ-
нилась, и измѣнилась безъ всякаго «консисторскаго скрипа» около
нея. Послѣдній идеалъ, однако, полное возстановленіе библей-
ской семьи, библейскаго многочадія, гладкости и тишины.
Сюда надо внести правило: «надломленной трости не преломи».
В. Р—въ.
*) Вѣдь онъ активный и слѣд. женскаго въ немъ ничего и не
должно было быть. В. Р—въ.
2) Вотъ люди или вѣрнѣе категорія людей, которые и по
Библіи «первые изобрѣли музыкальные инструменты» и мастер-
ство «ковать», и построили «города»... В. Р—въ.
290
ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА
носитъ грубостей1), пошлостей, руготни,—очень терзается
даже однимъ непривѣтливымъ словомъ и нѣсколько дней
не можетъ послѣ успокоиться.
«На свою особенность («8») онъ смотрѣлъ сперва просто,
но чѣмъ болѣе приглядывался къ себѣ самому и къ лю-
дямъ, ему подобнымъ въ половомъ отношеніи, тѣмъ болѣе
отвращался отъ своей организаціи, ужасался своихъ вле-
ченій, и теперь не можетъ говорить о нихъ безъ слезъ и
содроганія. Чувство глубокой оторванности отъ всего чело-
вѣчества, отъ чина природы, отъ естества—не покидаетъ
его, и на лицѣ его всегда какая-то тѣнь, тревога, печать.
Это совсѣмъ не чувство сердечнаго покаянія (есть у него
и оно), но внутренній протестъ и темная тайна. Что есть
что-то за нимъ, это, какъ я замѣтилъ, чуютъ люди; и
многіе, особенно женщины, выражали мнѣ о немъ свое не-
доумѣніе:—«Что-то есть на душѣ»,—«Что съ нимъ такое»,—
«Совѣсть не чиста». А онъ самъ говорилъ мнѣ не разъ,
что посторонній взглядъ сего не усматриваетъ и не усмо-
тритъ, но они, «свои», съ перваго же момента угадываютъ
своего: «какая-то словно искра проходитъ» и неудержимо
начинаетъ влечь къ грѣху, вопреки волѣ, разсудку, убѣж-
деніямъ и даже чувству. Но, по его словамъ, у всѣхъ людей
такой организаціи на лицѣ словно «каинова печать», и по
ней-то онъ и понялъ, что ихъ жизнь—Богопротивная,
мерзкая, преступная, хотя и самъ не можетъ сказать, въ
чемъ именно она такова, или, лучше сказать, его объясне-
нія слишкомъ формальны и заимствованы изъ «нравоуче-
Э Совсѣмъ «начало цивилизаціи»: эй, да ищите-же вы,
историки, начало великихъ городовъ и замѣчательныхъ царствъ
не въ «преимущественномъ географическомъ положеніи рѣки
Тибра», а въ урнингахъ, въ среднихъ формахъ пола, въ стран-
номъ осложненіи ихъ талантомъ, музыкальностью и художе-
ствомъ. В. Р—въ.
ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА
291
нія». Онъ увѣренъ, что съ женитьбою все это пройдетъ,
и, именно изъ за этого, очень хочетъ женитьбы. Но остать-
ся въ тяжеломъ 'Матерьяльномъ положеніи, избалованный
монастыремъ, тоже не рѣшается и мечется, не находя себѣ
покоя, и страдаетъ ужасно. Довольно давно уже послуш-
никъ этотъ рѣшилъ во всякомъ случаѣ отвратиться отъ
тѣхъ своихъ влеченій, и держится на этоліг, кажется,
безъ слишкомъ большихъ усилій.
«Нѣсколько словъ еще о препод. Моисеѣ У гринѣ1')
Увѣрены ли вы въ вашемъ толкованіи? Не слиш-
комъ ли это — не вѣрить прямому свидѣтельству его
самого: «могу, но не стану», и утверждать—«не можетъ»?
Мнѣ думается, прежде всего, что всякій мужчина, —
именно мужчина, а не полу-женщина, — поступилъ бы
такъ, ибо мужчина въ высшей степени не дозволяетъ
женщинѣ звать его и, въ особенности, требовать его2).
Мужчина можетъ бытъ насильникомъ, можетъ быть слегка
’) Со всѣмъ объясненіемъ касательно преп. Моисея Угрина
я глубоко согласенъ. Прежде всего почтимъ его страданіе, вспо-
миная по истинѣ при нихъ припѣвъ къ чтеніямъ 12-ти Евангелій
въ Великій Четвергъ: «Слава долготерпѣнію Твоему, Іисусе»...
Мнѣ было и самому непріятно это писать, и я радъ отказаться
отъ всякаго нареканія или подозрѣнія въ анормальности Пре-
подобнаго. Но одно — онъ, и другое — окружающіе словеса около
него написателя «Житія». Случай естественнаго сопротивленія
мужчины передъ безстыдной бабой переведенъ, благодаря не-
осторожной рѣчи, въ какое-то чисто уранистическое исповѣданіе
вражды вообще къ жёности, къ бабству, къ женственности, и
это положительно несносно, еретично и было исторически глу-
боко вредно. В. Р—въ.
2) Глубоко вѣрно! Даже «звать», именно... И настоящая «жен-
ственность», вотъ нѣжнѣйшая и страстнѣйшая, никогда не «по-
зоветъ», а только тихо ожидаетъ... Но «тихія ожиданія» ея черезъ
воздухъ передаются мужчинѣ: и это сильнѣе всякихъ зововъ.
В. Р—въ.
292 ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА
(мнѣ дѣлали признанія)—всегда насильникъ. Но именно по-
тому онъ, будучи агрессивенъ, не терпитъ ни малѣйшей
агрессивности въ женщинѣ и ищетъ въ ней лишь пас-
сивности, страдательности. Для мужчины не «чистаго»,
съ примѣсью бабоватости, требуется, чтобы не онъ наси-
ловалъ, а его насиловали, насиловала женщина. Онъ хочетъ
не требовать, а лишь сдаваться, быть взятымъ, чуть не
принужденнымъ. Но настоящій мужчина въ высшей сте-
пени оскорбляется даже намекомъ на тд, что иниціативу
можетъ проявить не онъ, а женщина, и, если она будетъ
настойчива, то мужская гордость будетъ прямо пропорціо-
нальна квадрату ея настойчивости. Мужественность тогда
будетъ возрастать гораздо быстрѣе, чѣмъ женское алканіе
и возбуждаемая, тоже усиленно, чувственность, и будетъ
настолько обгонять послѣднюю, что вмѣсто притяженія
будетъ все усиливающееся отталкиваніе. Современная
психопатологія приводитъ поразительные примѣры, какъ
извѣстная идея или чувство, разъ начавъ парализовать
какое-либо естественное влеченіе, крѣпнетъ до такой сте-
пени, что даже голодъ и жажда, сонъ и половое влеченіе
и т. п., оказываются задержанными на долгое время; и
лишь спеціальное уничтоженіе задерживающей идеи или
чувства возвращаетъ въ нормальное состояніе угнетенную
функцію. Однако эта задержка функціи можетъ длиться
мѣсяцы, годы и даже всю жизнь. Такъ у мужчины разъ
мужская гордость затронута, половое влеченіе будетъ пара-
лизовано, и чѣмъ больше будетъ насилія надъ мужчиною,
тѣмъ несокрушимѣе будетъ его отпоръ. У препод. Моисея
было сперва затронуто его религіозное убѣжденіе, что не-
законна связь; была затронута гордость его рабствомъ;
было чувство непристойности состоять въ весьма двусмы-
сленномъ положеніи раба-удовлетворителя похоти взбал-
мошной хозяйки. Если бы она отнеслась къ этому спо-
ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА 293
койно и осторожно и была сама скромнѣе, слегка намек-
нувъ ему, что онъ можетъ жениться на ней, то очень
можетъ быть, что Моисей почувствовалъ бы влеченіе къ
ней и все обошлось бы благополучно. Но когда его хва-
таютъ, требуютъ, подкупаютъ, оскорбляютъ, пытаютъ,—
что,—скажите? — оставалось ему дѣлать, какъ не тд, чтд
сдѣлалъ онъ. Да, именно «могу, но не хочу». «Не стану...
убирайся... Лучше умру, чѣмъ коснусь тебя»... Дивлюсь кро-
тости преподобнаго: этимъ онъ святой, а не воздержаніемъ.
Всякій другой на его мѣстѣ не то бы отвѣтилъ подобной
особѣ. И ничуть не содомитъ Іосифъ, когда жена Пентефрія
искушала его, въ негодованіи вырвался отъ нея; когда же
самъ онъ дѣйствовалъ, тогда онъ былъ силенъ: доказа-
тельство сему— дѣти его. Осмѣлюсь думать, что и В. В.
Розановъ, если бы его схватила на улицѣ какая-нибудь
особа, и, тд предлагая денегъ, тд колотя по головѣ зон-
тикомъ, стала требовать, чтобы онъ легъ съ нею, и это
нахально, громогласно, предъ всѣми,—то В. В. обругался
бы и плюнулъ, предпочитая попасть въ участокъ по наго-
вору навязчивой особы, чѣмъ въ ея будуаръ. Не такъ ли?
«Кровь въ немъ не взыграла», — пишете вы. Да у кого
она «взыграла» бы (если онъ не совсѣмъ потерялъ чело-
вѣческое подобіе), когда его то подкупаютъ, то бьютъ, то
позорятъ, чтобы заставить ее «взыграть» 1).
*) Совершенно основательно; въ статьѣ «Въ мірѣ образовъ
и подобій» (см. книгу «Въ мірѣ неяснаго и не рѣшеннаго») я
самъ же указываю, что если въ дверь постучатъ и спросятъ—
«Гдѣ спички?», — то уже настроеніе у запёршихся въ комнатѣ
падаетъ, и «что было желанно»—становится «невозможно».Вообще
«не будете любовь» — общій канонъ. Отсюда—«покой» субботы,
исключеніе на цѣлыхъ 24 часа всякой заботы, всякой работы,
всякой посторонней мысли... Ну, вотъ, и все хорошо обошлось съ
Моисеемъ Угриномъ, и слава Богу. Праведники суть праведники,
294
ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА
«Я вамъ скажу еще нѣсколько словъ внѣ очереди и
порядка, возникшихъ у меня при чтеніи вашей корректу-
ры. Въ монашествѣ, которое носитъ одну «форму» и по-
винуется тому же «уставу» есть тоны, и тоны, одна душа
и~другая душа. Въ К-ской губ., въ Н-скомъ монастырѣ,
мнѣ привелось знать одного затворника высокой жизни и
подвига. Жилъ онъ верстахъ въ 15 отъ монастыря, и хо-
дило къ нему множество народа, вообще авторитетъ онъ
имѣлъ великій. Но не смотря на этотъ авторитетъ, по су-
ществу онъ вовсе не «изъ монаховъ». Въ своемъ губерн-
скомъ городѣ онъ былъ діакономъ, потомъ священникомъ,
были у него жена и дѣти. Когда дѣти обзавелись соб-
ственными семьями, а жена умерла, онъ въ возрастѣ уже
55 лѣтъ, ушелъ въ «Пустынь», а потомъ и въ затворъ.
Выходитъ, и то вопреки своему желанію, по послушанію
начальству, изъ затвора одинъ день въ недѣлю и испо-
вѣдуетъ и наставляетъ приходящій къ нему народъ цѣлую
ночь на-пролетъ; а потомъ опять на шесть сутокъ ухо-
дитъ въ свой затворъ. Теперь это уже ветхій старецъ, и
нужно серьезно подумать о томъ, какъ великъ его подвигъ.
Но... хотя и все въ немъ безупречно, однако нѣтъ благо-
уханія о. Леонтія и старца Кирилла, въ Н-скомъ мона-
стырѣ. Тѣ, и неважное говоря, сопровождаютъ слова еле-
слышнымъ аккомпониментомъ «гармоніи сферъ», а этотъ
и важное говоритъ безъ музыки. Это непередаваемо. Но
предъ тѣми умиляешься, а этого уважаешь, тѣхъ «обожа-
и «дѣлаютъ» ли что—хорошо, и если «не дѣлаютъ»—тоже хорошо.
И вообще «хорошо» съ ними и вокругъ нихъ и это и есть суть
праведности. По чему-ж.е и какъ «праведность» мы узнаемъ и на-
чинаемъ различать отъ «неправедности», какъ не по лицу пре-
краснаго человѣка, которымъ мы прежде всего восхищены, и уже
потомъ называемъ «праведнымъ» слова его, дѣла его... А Моисей
былъ во истину прекрасенъ. В. Р—въ.
ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА 295
ешь», а этого «обсуждаешь». Въ немъ чувствуется не
плохой и не хорошій монахъ, а превосходный и добродѣ-
тельный мірянинъ. И невольно думается о скучныхъ пѣс-
няхъ збмли.
«Настран. 213 вы говорите:—«Почему прелюбодѣяніе су-
пруговъ карается строго церковью, а извращенныя формы
пола отпускаются на исповѣди легко»? Но вѣдь страдаетъ
въ первомъ случаѣ семья, невинные, а во второмъ случаѣ
только виновные1) или виноватые, которые наказуются
*) Высоко-способный Анонимъ разсуждаетъ тб какъ Пла-
тонъ въ Аѳинахъ, то какъ членъ консисторіи въ Петербургѣ: и
въ сихъ словахъ и ниже онъ, «обожая» предметъ свой, отрица-
етъ, чтобы ему необходимо было умываться поутру. Будемъ
реальны прежде всего'; ибо реальность (въ сей сферѣ) есть прежде
всего жалость. «Прелюбодѣяніе, по винѣ коего расторгается
бракъ» (съ эпитемьею), никогда не бываетъ «случаемъ въ го-
стиницѣ»: это лишь фиктивно и на судѣ, черезъ лжесвидѣтелей;
на самомъ дѣлѣ, эта унизительная фикція прелюбодѣянія про-
дѣлывается, когда семья распалась вслѣдствіе наступленія вновь
могучей любви: и вотъ эпитемія на 7 и даже на 3 года нарѣзы-
ваетъ эту новую любовь на могилѣ прежней любви, гаситъ зарю
новой жизни и повергаетъ людей прямо въ задыханіе, отчаяніе
и иногда въ самоубійство (см. въ «Семейномъ вопросѣ въ Россіи»
письма Ен—лова, гдѣ «разводимыя» 10 лѣтъ ждали, и «уже все
у насъ перегорѣло, и когда женились—родили одного ребенка,
и хотя живемъ вмѣстѣ съ нею, между собою уже не живемъ и
почти не жили*. Это-же ужасно: погребены «задержкой» двое,
и никому не въ радость, потому-что первая жена сама сблизи-
лась у него съ другимъ, а дѣтей у нихъ не было. Но разсуж-
деніе автора въ томъ отношеніи любопытно и важно, что пока-
зываетъ складываніе въ исторіи вообще подобныхъ разсужденій, гдѣ
«языкъ безъ костей не ломится» и «писали чтб хотѣли» только
чтобы закруглить вѣчную въ христіанствѣ формулу «любви» —
но безъ любви, потому-что безъ соотвѣтствія съ дѣйствительностью.
Идеализмъ—жестокъ, даже ксгда это есть идеализмъ любви.
Возвращаясь къ идеѣ, что «надо умываться поутру», скажемъ
296
ПОПРАВКИ И ДОПОЛНЕНІЯ АНОНИМА
ірэа ге. Церковь защищаетъ семью («чтобы другимъ по-
вадно не было»), жену, дѣтей, ибо прелюбодѣяніе есть
всегда родъ убійства ихъ; но Церковь не насилуетъ про-
сто грѣшника: «спасайся о Господѣ» (изъ чина постриже-
нія, по окончаніи пострига), «не спасешься—тебѣже хуже».
Вы можете не соглашаться съ цѣлесообразностью строгихъ
эпитемій прелюбодѣямъ—не стану спорить; но зачѣмъ ви-
дѣть вражду тамъ, гдѣ дѣйствуетъ любовь (гм, гм... В. Р.).
Затѣмъ, развѣ можно сопоставить одбдбигішлъно-назначаемыя
эпитемьи разводящимся съ тайно-назначаемыми за содо-
мію? Тамъ ихъ назначаютъ по закону, а здѣсь по мило-
сти (ну, а плечи-то несутъ одни. В. Р.). Кайтесь въ пре-
любодѣяніи предъ старцемъ, онъ тоже не назначитъ вамъ
7-лѣтней эпитеміи. Заявите о содоміи въ судѣ, и тогда
опять получится суровая кара1).
«На стр. 221 вы пишете о порядочности въ «/5». Да, по
крайней мѣрѣ относительно автора «Воспоминаній», скажу
по личному наблюденію,—весьма порядоченъ, очень любитъ
дѣтей (это противъ васъ) и дѣти его очень любятъ,
умѣетъ обходиться съ ними, ищетъ возиться съ ними,
никакъ и ничуть въ немъ нѣтъ монашеской жестокости.
по адресу Анонима, и сонмовъ такихъ увлеченныхъ, такихъ пы-
лающихъ ревностью къ Церкви, что остается вѣчною заповѣдь—
«не сотвори себѣ кумира», не сотвори его даже изъ церкви... «Ни
на землѣ, ни на верху-горѣ», сказано, — «ни подъ землею, ни на
небесахъ». Ахъ, это ученіе о «кумирахъ»: оно одно защищаетъ
свободу человѣка на землѣ и счастье человѣка въ жизни. Я
понимаю: надо—чтить, наконецъ—прекрасно чтить. Но тутъ какая-
то, иногда въ туманѣ, граница, которую необходимо нащупать,
не нащупавъ которой мы погибли. В. Р—въ.
*) Да, это все такъ... и судовъ-бы въ бракѣ, какъ въ таин-
ствѣ, вовсе не надо: все «начиналъ-бы» и «кончалъ» мѣстный
батюшка въ приходѣ. Тогда бы не было ни волненій, ни язвъ.
В. Р—въ.
В настоящей репрннтном издании
не воспроизводятся чистые страницы оригинала,
располагавшиеся под номерами III, IV, XII, 2, 26, 28,
206, 208