Автор: Франс А.  

Теги: роман   художественная литература   французская литература   фантастический роман  

Год: 1937

Похожие

Восстание Ангелов

Собрание сочинений. Том 7

Боги жаждут

Собрание сочинений. Том 6

Текст 
                    ACADEMIA


АНАТОЛЬ
ФРАНС
ВОССТАНИЕ
АНГЕЛОВ
Пе рев од
с
французского
Н,
Рыковой
и
3.
Шпиталъ
н иковой
Под
редакцией
И.
С.
Татар
ино
в
ой
ACADEMIA
Мо ск в а—Ле нинг рад
1937


Рис ун ки
Карлегля
Переплет
А.
Н.
С афро ново й


Глава
I,
содержащая
в
немногих
строках
и сторию
одной
ф ран цуз ской
семьи
с
1789 года до наших дней
О
собняк
д’рпарвье
подымает
три
суровых
сво их
э тажа
под
сенью
церкви
святого
Сульпиция,
между
д воро м,
зе лен ым
от
моха,
и
садом,
ко то рый
с
годами
все
более
теснят
в ысо кие
и
ближе
над виг аю щие ся
строения
и
в
котором
два
бо ль ших
каштана
еще
тянутся
вверх
по блекш ими
кронами.
Здесь
с
1825 по 1857 год жил
вел икий
человек
э той
семь и,
Александр
Бюссар -д’Эп арв ье,
вице-
президент
Государственного
совета
при
Июльском
пр ав итель ств е,
5


чл ен
Академии
моральных
и
политических
наук,
автор
„Опыта
о
гражданских
и
религиозных
учреждениях
народов^
в
трах
томах
in octavo,—
труда,
к
сожалению,
незаконченного.
Этот
почтенный
теоретик
либеральной
монархии
оставил
на­
следником
своего
род а,
сост оян ия
и
сл авы
Фульгенцця-Адольф а
Бюс -
сара-д’Эпарвъе,
который
был
се на тором
при
Второй
импе рии,
значи­
тельно
увеличил
сво ю
родовую
недвижимость,
скупив
участ ки ,
где
должно
бы ло
пройти
авеню
Императрицы,
и
прои з нес
замечательную
речь
в
защиту
светской
власти
пап.
У
Фульгенция
было
три
сына.
Старший,
М ар к-Ал ександр ,
посту­
пив
на
военную
службу,
сдела л
блестящую
карьеру:
он
был
красно­
баем.
Второй,
Гаэтан,
не
проявивший
никаких
особых
дарований,
жил
по
большей
час ти
в
деревне,
охотился,
держал
ло шад ей,
за­
нимался
му зыко й
и
живописью.
Третий,
Рене,
с
детства
предназна­
ченный
к
м а гис трат уре,
подал
в
чи не
адъюнкта
в
отставку,
чтобы
не
принимать
участия
в
пр им ене нии
д ек ретов
Ферри
о
конгрегациях;
позже,
ви дя,
что
в
пр ези дент ст во
Ф алье ра
возвращаются
дни
Дец ия
и
Диоклетиана,
он
положил
все
св ои
знания
и
усердие
на
служение
преследуемой
цер кви.
Со
времени
Кон ко рда та
1801 года до последних лет Второй
империи
все
д’Эпарвье
ходили
к
обедне,
ради
примера.
Скептики
в
душе,
они
с чита ли
р елиг ию
средством
управления.
Но
Марк
и
Рене
первыми
в
роде
про яв или
искреннее
благочестие.
Ге нера л,
еще
в
бытность
полковником,
посвятил
св ой
по лк
„сердцу Иисусову“
и
с толь
ревностно
испо лн ял
обряды ,
что
выделялся
даже
с реди
военных,
а
между
тем,
как
известно,
набожность,
рта
д очь
небес,
и зб рала
своим
любимым
местопребыванием
на
земле
сердца
г ене­
ралов
Т рет ьей
республики.
Вера
также
зн ает
превратности
судьбы.
При
старом
режиме
веровал
нар од,
но
не
веровали
ни
дв орян ств о,
ни
образованная
буржуазия.
Во
время
Первой
империи
армия
сверху
донизу
была
безбожной.
В
наши
дни
народ
не
верует
ни
во
что.
Буржуазия
же
стремится
в ери ть,
и
иногда
это
ей
удае тс я,
как
уд алос ь
Марку
и
Рене
д’Э пар вь е.
Наоборот,
брат
их
Гаэтан,
сельский
дворянин,
этого
не
достиг;
он
был
агностиком,
как
гов орят
в
свете*
дабы
не
уп отре блят ь
неприятного
слова
„вольнодумец^.
И
он
объ­
яв лял
себя
агностиком
открыто,
вопреки
доброму
обычаю
скрывать
такие
ве щи.
В
наш
век
есть
ст ольк о
способов
верить
или
не
верить,
что
грядущим
историкам
не
так-то
легк о
будет
распутать
О


все
это.
Но
лучше
ли
разбираемся
мы
в
’верованиях эпохи Симмаха
и
Амвросия?
Ревностный
христианин,
Рене
д’Эпарвье
был
весьма
привер­
жен
либеральным
идеям,
к отор ые
предки
передали
ему
как
свя­
щенное
насл едие.
Пр ину жденн ый
б ороть ся
с
республикой,
безбож­
ной
и
як оби нск ой,
он
все
же
провозглашал
себя
республиканцем.
Н езав иси мос ти
и
суверенитета
церкви
он
требовал
во
имя
свободы.
В
эпоху
великих
дебат о в
об
отделении
церкви
от
государства
и
споров
о
ко нфис ка ции
церковного
имущества,
епис к опск ие
сове­
щания
и
собрания
верующих
происходили
у
него
в
доме.
К огда
в
большой
зел ен ой
гостиной
со бир ал ись
наиболее
вл ия­
тельные
вожди
католической
партии,
прелаты,
г енер алы, ,
сенато р ы,
депутаты,
журналисты,
и
ду ши
всех
пр ису тство ва вш их
о бра щалис ь
к
Риму
с
нежной
покорностью
или
сдержанным
послушанием,
а
г-н
д’ Эпар вь е,
облокотись
на
мраморный
ка мин,
противопоставлял
граж­
дан ско му
пр аву
право
кано нич еско е
и
красноречиво
протестовал
против
разграбления
фр ан цуз ской
цер кв и,
два
старых
портрета
молча
и
непо движ но
взирали
на
современное
собрание;
справа
от
камина
ви сел
написанный
Давидом
Ро мен
Бю сс ар,
земледелец
из
Эпар вь е,
в
куртке
и
ка нифа с овых
шт ан ах,
с
лицо м
г рубым ,
хитр ым
и
слегка
насмеш ливым .
У
нег о
бы ли
основания
смеяться:
это
он
пол ож ил
нач ало
благосостоянию
семьи,
скупая
церковные
земли.
Сл ева
был
написанный
Жера ром
сын
этого
крестьянина,
в
парадном
костюме,
сп лошь
покрытом
орденами,—барон
Эмиль
Бюссар-д’Эпарвье,
пре ­
фе кт
Империи
и
главный
докл адчи к
министерства
юстиции
при
Ка рле
X, умерший в 1837 году церковным старостой своего прихода,
со
стишками
из
Вольтеровской
,, Девственницы “
на
устах.
Рене
д’Эпарвье
женился
в
1888 году на Марии-А нту анетте
Купелль,
д очери
барона
Купелля,
горноз ав одчи ка
в
Бленвилле
(Верх­
няя
Луара); г-жа
Рене
д’Эпарвье
с
1903 года председательствует
в
асс оц иаци и
христианских
матерей.
Эта
примерная
супружеская
п ара
выдал а
с тар шую
до чь
за муж
в
1908 году;
тро е
детей
—д ва
сы на
и
дочь
—
про долж а ли
жи ть
при
родителях.
Леон,
мл адший ,
шести
ле т,
занимал
комнату
рядом
с
спаль­
ня ми
матери
и
сест ры
Берты.
Морис,
старший,
помещался
в
ма­
ле нь ком
павильоне
из
двух
комнат
в
гл уби не
сада.
Там
молодой
челов ек
чувствовал
себя
на
свободе,
что
дел ало
жизнь
в
семье
вполне
сно сно й.
ЭTM
был
довольно
красивый
юноша,
элегантный
7


без
вычурности;
его
легк ая
улыбка,
приподнимавшая
только
уго ­
лок
рта,
был а
не
ли шена
приятности.
В
двадцать
пя ть
лет
Морис
обла да л
мудростью
Екклезиаста.
Сомневаясь,
ч тобы
че лов ек
получал
какую-либо
пользу
от
земных
трудов
своих,
он
не
от ягоща л
себя
за ботам и.
С
самого
раннего
детства
этот
любимый
с ынок
занимался
тем,
что
ув ил ивал
от
за­
нятии,
и,
так
и
не
вкусив
школьной
пре м удрос ти,
он
с тал
доктором
прав
и
адвокатом
судебной
па лат ы.
Он
ни ког да
не
выступал
защитником
и
не
вел
про цесс ов .
Он
ничего
не
знал
и
не
хотел
ничего
знать,
с ооб раз уясь
в
ртом
со
своими
дарованиями
и
не
перегружая
их
п рият ную
ограничен­
ность,
ибо
сч аст ли вый
инстинкт
внушал
ему,
что
лучше
понимать
мало,
чем
понимать
плохо.
По
выражению
г- на
абба та
П ат уля,
Морис
пол уч ил
в
дар
от
не ба
бл ага
христианского
воспитания.
С
де тс тва
он
видел
при ­
ме ры
б лагоче сти я
у
себя
в
доме,
а
когда
окончил
коллеж
и
посту­
пил
на
ю р идич еский
фа кул ь тет,
то
у
родительского
оч ага
об рел
ученость
докторов,
добродетель
испо ведн ик ов
и
постоянство
твер­
дых
духом
женщ ин.
Приняв
участие
в
общественной
и
политической
жизни
в
п ору
великого
гон ен ия
на
фра нц узс кую
церковь,
он
но
пропустил
ни
одной
манифестации
ка толиче с кой
молодежи:
во
вре мя
конфискации
церковного
имущества
он
п отр уди лся
над
сооружением
баррикад
у
с ебя
в
приходе,
выпряг
вместе
со
своими
товарищами
л оша дей
архи еп ис коп а,
изгнанного
из
своего
дв ор ца.
Однако,
он
выказал
при
эт их
обстоятельствах
довольно
умеренное
рвение:
его
ни
разу
не
виде ли
в
первых
ряда х
это го
ге роичес кого
воинства,
призывающим
со лдат
к
славному
непо вин ов ению
и
забрасывающим
правительственных
чиновников
гряз ью
и
оскорблениями.
Он
ли шь
выполнял
сво й
долг ,—не
больше;
и
е сли
во
время*
великого
паломничества
1911 года он отличился в Лурде,
перенося
на
носилках
немощных,
то
су ществ уе т
по до зрен ие,
что
дел ал
он
это
р ади
г-жи
де- ла-В е рдел ье р,
ко торой
нравятся
сильные
муж­
чины.
Аб бат
Пату л ь,
друг
семьи
и
глубокий
знаток
человеческой
души,
по нимал,
что
Морис
не
оче нь- то
стремится
к
мученичеству.
Он
упрекал
его
в
недостатке
рвения
и
трепал
за
ух о,
называя
бездельником.
Все
же
Морис
был
верующим.
Среди
заблуждений
юности
вера
его
сохранилась
в
неприкосновенности,
ибо
к
ней
он
не
прикасался.
Ни
разу
не
заду мал ся
он
ни
над
одним
из
ее
догма-
8


ТОВ.
Он
не
прис ма тр ивал ся
в нимат ел ьнее
к
нравственным
идеалам,,
господствовавшим
в
обществе,
к
которому
принадлежал.
Он
прини­
мал
их
та ки ми,
какими
они
дошли
до
н его:
поэтому
при
всех
обстоятельствах
он
выказывал
себя
вполне
порядочным
ч ело ве ком,,
чего
не
мог
бы
сделать,
ес ли
бы
стал
размышлять
об
основах
н ра вов.
Он
был
вспыльчив,
горя ч,
обладал
чувством
чес ти
и
тща ­
тельно
развивал
его.
Он
не
был
ни
чест ол юб ив,
ни
тщ еслав ен .
Как
большая
часть
французов,
он
не
л юбил
тра тить
деньги;
он
ничего
не
дарил
бы
женщинам,
ес ли
бы
они
не
вынуждали
к
этому.
Думая,
что
презирает
женщин,
он
обожал
их
и
был
по
пр ир оде
слишком
чувственным,
чт обы
замечать
это.
Че го
никто
не
знал
и
о
чем
он
сам
не
подозревал,
но
чт о,
бы ть
может,
угадывалось
по
легкому
влажному
блеску,
к оторы м
сияли
иногда
его
красивые
свет ло -
ка рие
глаза,
это
—его
нежность
и
способность
к
дружбе;
во обще
же,
в
обыденной
жизни,
он
был
достаточно
резок.
Глава
П,
в
которой
можно
найт и
полезные
сведения
об
одн ой
библ иоте ке ,
где
в
скором
вр емен и
прои­
зойдут
удивительные
с обы тия
Ст рем ясь
охватить
ве сь
круг
человеческих
знаний
и
желая
да ть
св оему
э нцик*®опедическому гению конкретный символ и внеш ­
нее
о фор мл ение,
соответствующее
его
денежным
с редст вам ,
барон
Александр
д’Эпарвье
собрал
библ ио теку
в
триста
ше стьд еся т
тысяч
то мов
кн иг
и
рукописей,
в
большинстве
принадлежавших
ранее
бенедикт инцам
из
Лиг юж е.
Особым
пунктом
своего
завещания
он
вменял
в
обязанность
насл едн ик ам
пополнять
по сле
его
смерти
биб ли отеку
всем
наиболее
Значительным,
что
будет
поя влят ьс я
в
обл ас ти
естествознания,
со­
циологии,
политики,
философии
и
религии.
Он
определил
су ммы
из
нас ледст в а,
к оторы е
был и
предназначены
для
этого,
и
по ру чил
ст ар шему
сыну,
Фульгенцию-Адольфу,
заня тьс я
расширением
библио­
теки.
Фульгенций-Адольф
с
сыно вне й
п очтит ел ьн остью
выполнил
последнюю
волю
знам енито г о
своего
отца.
Пос ле
не го
огромная
библиотека,
представлявшая
со бою
боле е
чем
це лую
д олю
в
насл едс т ве,
о стал ась
неразделенной
между
тремя
&


сыновьями
и
двумя
дочерьми
сенат ора;
и
г-ну
Рене
д’Эпарвье,
ко торы й
получил
ос обн як
на
ул ице
Гарансьер,
было
поручено
хран ен ие
этого
богатейшего
собрания.
Обе
его
се стры ,
г-жа
По ле-
де- Сен -Ф ен
и
г- жа
Кюиссар,
неоднократно
требовали
л иквидации
имущества
стол ь
значительного,
но
не
приносящего
дохода.
Но
Рен е
и
Гаэтан
выкупили
д оли
обеих
со нас ледниц ,
и
библиотека
был а
спасена.
Рене
д’Эпарвье
занялся
да же
ее
расширением,
со отв ет­
ственн о
намерениям
основателя.
Но
с
каждым
годом
юн
ум еньш ал
число
и
ценн ость
своих
при обр етен и й,
утверждая,
что
интеллек­
туальная
продукция
в
Европе
понижается.
Наоборот,
Гаэтан
из
сво их
сре дс тв
обогащал
библио т еку
новыми
трудами,
которые
выходили
как
во
Франции,
так
и
за
границей
и
которые
он
считал
хорошими,
ибо
спо со бно сть
зд рав ой
оценки
у
него
был а,
хотя
братья
не
приз на ва ли
за
ним
и
кр упиц ы
так ой
способности.
Благодаря
этому
праздному
и
любознательному
чело­
в еку
собрание
барона
Александра
более
или
м енее
не
отставало
от
век а.
Библиотека
д’Эпарвье
по
богословию,
юриспруденции
и
истории
еще
и
понын е—
од на
из
лучших
частных
библиотек
Европы^
Там
вы
можете
изучать
физи ку,
или,
лучше
сказать,
все
отр ас ли
фи зи­
ческих
нау к,
а
ес ли
за бл агора сс удит ся,
то
и
метафизику
или
.мета­
физические
науки,
т.
е.
вс е,
что
примыкает
к
физике
и
не
имеет
др угог о
названия,
ибо
нев озм ож но
обозначить
каким-либо
су ще­
ствительным
то,
что
не
и меет
существа
и
яв ляет ся
лишь
мечтой
и
илл юзи ей.
Там
вы
мо жете
наслаждаться
фил ос офам и,
занимаю­
щимися
утверждением,
отрицанием
и
разрешением
абсолюта,
уста­
но вл ением
неустановимого
и
определением
н еопр ед еленно г о.
Все
можно
отыскать
в
этой
груде
кн иг
и
книжечек,
духовных
и
светских,
вс е—
вп лоть
до
самоновейшего
и
изящнейшего
прагматизма.
В
других
библиотеках
найдутся
в
большем
количестве
пере­
пле ты,
почтенные
своей
древностью,
знаменитые
происхождением,
прия т ные
ат ласист ост ь ю
и
оттенками
кожи ,
дра го ценные
искусством
золотильщика,
п окр ыв шего
их
тиснением
в
ви де
сеточек,
кр уже в,
зав итко в,
цветочков,
эм бле м,
гербов,—переплеты,
кото р ые
сво им
н еж­
ным
блеском
чаруют
ученые
взоры;
иные,
быт ь
может,
хранят
бо л ьшее
числ о
рукописей,
которые
венецианская,
фламандская
или
туренская
кист ь
укр аси ла
тонкими
и
яркими
мин иат юр ами.
Но
ни
10


о дна
из
них
не
превосходит
эту
богатством
прекрасных
и
ценных
изданий
писател ей
д р евних
и
новых
—
д уховны х
и
светских.
В
ней
можно
найти
все,
что
сохранилось
от
старины,—
вс ех
отцов
церкви,
апологетов
и
декреталистов,
всех
гу ман ист ов
Возрожде­
ния ,
всех
энц икло пе дист о в,
всю
философию,
всю
науку.
Им енно
это
и
побудило
кардинала
Мерлена,
когда
он
соизволил
посетить
библи от еку ,
сказать:
—
Нет
человека,
у
которого
голова
был а
бы
достаточно
кр епка ,
что бы
вместить
всю
ученость,
собранную
тут
на
полках.
По
счастью,
в
эт ом
и
нет
н ик акой
необходимости.
Монсеньер
Кашпо,
который
часто
занимался
там,
когда
был
в
Париже
викарием,
имел
обыкновение
гово рить :
—
Здесь
мог
бы
возрасти
не
о дин
Фом а
Ак винск ий
и
не
од ин
Арий,
ес ли
бы
дух
человеческий
не
утратил
своего
прежнего
рвения
к
д обру
и
зл у.
Рукописи,
бесс пор но ,
составляли
г лав ное
богатство
эт ого
колос­
сал ьно го
соб рани я.
А
именно,
в
нем
бы ли
неизданные
пись ма
Гас­
сенди,
отц а
Мерсенна,
П аскал я,
которые
бро сают
новый
свет
на
дух
семнадцатого
в ека.
Нельзя
также
не
отметить
еврейские
библии,
талмуды,
раввинские
трактаты,
печатные
или
ру ко пис ные,
арамей­
ские
и
самаритянские
тексты
на
бара нь ей
к оже
или
на
дощечках
сикоморы,
наконец
—
д ре вние
и
д раг о ценные
экземпляры,
соб р анные
в
Египте
и
Сирии
зна мен ит ым
Мо исе ем
из
Дин ы
и
купленные
Александром
д’Эпарвье
за
бесценок,
когда
в
1836 году ученый
гебраист
умер
в
Париже
от
нищеты
и
стар ост и.
Библиотека
д’Эпарвье
заним ала
третий
э таж
ст арого
особняка.
Труды,
признанные
мало ва жн ыми,
как,
например,
произведения
про­
тест ан тск ой
экзегетики
девятнадцатого
и
двадцатого
век ов,
подарен­
ные
г-н ом
Гаэтаном,
были
засу ну ты
непереплетенными
в
бесконеч­
ные
глубины
ч ерда чн ого
по меще ния .
Ка талог
с
дополнениями
со­
ставлял
не
менее
во сем надцат и
то мов
in folio.
Ка талог
был
доведен
до
самых
посл ед них
приобретений,
а
библиотека
хранилась
в
образ­
цовом
пор ядке.
Г-н
Жюльен
Сарьетт,
архивариус-палеограф,
кото­
рый
по
бедности
и
скро мн ост и
жил
уроками,
стал
с
1895 года,
по
ре комен даци и
епископа
Агрского,
воспитателем
юного
Мориса
и,
почти
о д нов ременн о,
х ра нител ем
библио т еки
д’Эпарвье.
Одар енный
способностью
к
методическому
труду
и
упорным
т ер пени ем,
г-н
Сарьетт
сам
рассортировал
по
о тде лам
все
части
этого
огромного
И


це ло го.
Система,
им
выработанная
и
примененная,
б ыла
столь
сложна,
си гна туры ,
которые
он
ставил
на
книгах,
состояли
из
такого
коли­
чества
больших
и
ма лых
букв,
латинских
и
греческих,
такого
кол и­
чества
арабских
и
римских
цифр,
сопровождаемых
звезд о чк ами
про­
стыми,
зв ездо чкам и
двойными/
зв ездо ч ками
тройными
и
теми
зн а­
ками,
к ото рые
выражают
в
арифметике
степени
и
кор ни,
что
усвое­
ние
всего
этого
потребовало
бы
больше
в рем ени
и
труда,
чем
осно­
вательное
изу ч ение
алг ебр ы;
и
так
как
не
нашл ос ь
никого,
кто
бы
сог л асил ся
затратить
на
ур азу мение
эт их
темных
символов
время,
которое
с
большей
п ольз ой
можно
был о
бы
у по тр ебить
на
открытие
Законов
ч исел,
то
г-н
Сарьетт
оставался
тем
единственным
человеком,
которы й
был
способен
разбираться
в
своих
классификациях,
так
что
раз
навсегда
ст ало
нев озмо жны м
найти
без
его
помощи
нужную
книгу
ср еди
трехсот
шестидесяти
тысяч
вверенных
ему
томов.
Тако в
был
результат
его
стараний.
Он
же
не
только
не
жаловался
на
это,
но,
наоборот,
испытывал
жи вейш ее
удовлетворение.
Г-н
Сарьетт
лю бил
свою
библиотеку.
Он
любил
ее
рев нив ой
любовью.
Ежедневно
отправлялся
он
туда
в
се мь
часов
утра
и
там,
За
большим
столом
красного
де рева,
работал
над
каталогами.
Кар­
точки,
исп исанн ые
его
рукой,
наполняли
монументальный
справоч­
ный
шкаф,
который
стоял
пер ед
ним,
увенчанный
гипсовым
бюсто м
Ал ександр а
д’рпарвье
с
развевающимися
волосами,
вдохновенным
взо ро м,
мал ень к ими
бакенбардами
около
уха ,
как
у
Шатобриана,
округлым
ртом
и
обнаженной
гр уд ью.
Ров но
в
пол ден ь
г-н
С арье тт
шел
завтракать
на
узкую
и
темную
у лицу
Канетт,
в
ресторанчик
„Четырех
Епископов“,
который
нек ог да
пос еща ли
Бодлер,
Теодор
де-Банвиль,
Шарль
Асселино,
Луи
Менар
и
неки й
и спан ский
гр анд,
п ер евед ший
„Тайны
Парижа“
на
яз ык
конквистадоров.
И
утки,
которые
так
славно
плещутся
в
гр язи
на
старой
к аме нной
выв еске,
давшей
улице
ее
н азв ание,
узнавали
г-на
Сарьетта.
Ров но
в
час
без
четверти
он
возвращался
в
библиотеку
и
по кидал
ее
только
в
семь
часов,
чт обы
воссесть
у
„Четырех Епископов“
за
скромную
тра пе зу,
к отора я
увенчивалась
чер но сливо м.
Каждый
вечер,
после
обеда,
его
приятель
Мишель
Гин ар дон,
все ми
им ену емый
„папаша Гинардон“,
худо жни к- д екора тор
и
реставратор
картин,
р або тавш ий
по
цер ква м,
приходил
к
„Четырем
Епископам“
со
своего
ч ерд ака
на
улице
Принцессы
выпить
кофе
с
ликером,
и
оба
дру га
играли
партию
в
домино.
Папа ша
Гина рдо н,
крепкий
здоровяк,
еще
в
соку,
выг л ядел
12


моложе
своих
лет:
он
знавал
Шенавара.
Сурово-целомудренный,
он
беспр ест ан но
громил
бесстыдство
нового
язычества
чудовищно
не­
пристойным
яз ыком.
Он
любил
поговорить.
Г-н
С арье тт
слушал
охотно.
Папаша
Гинардон
больш е й
частью
рассказывал
своему
прия­
телю
о
пр иде ле
Ангелов
в
церкви
святого
Сульпиция,
где
местами
начала
луп и ться
живопись,
кот орую
он
собирался
реставрировать,
ко гда
это
будет
угодно
богу,
так
как
со
времени
о тделе ния
церкви
от
государства
храмы
принадлежат
только
богу
и
ни кто
не
берет
на
себя
заботы
о
самом
необходимом
ремонте.
Но
папаша
Гинардон
не
требовал
вознаграждения.
—
Михаил
—
мой
патрон,—
говорил
он,—
и
я
особенно
почитаю
святых
ан ге лов.
Окончив
пар тию
в
до мин о,
г-н
Сарьетт,
совсем
крошечный,
и
папаша
Гинардон,
кре пкий ,
как
ду б,
волосатый,
как
лев ,
высо­
кий,
как
святой
Х рис тоф ор,
шли
рядом,
беседуя,
через
п лощ адь
святого
Сульпиция
под
покровом
ночи,
то
благоприятной,
то
не­
настной.
Г-н
Сар ь етт
шел
прямо
к
себе
домой,
к
великому
огорче­
нию
художника,
любителя
посудачить
и
побродить
но чью.
13


Наутро,
с
семи
часов,
г-н
С ар ьетт
вод в орялся
на
обычном
месте
в
библиотеке
и
принимался
за
каталог.
Из-за
своего
стола
он
бросал
на
каждого
входящего
взгляд
Медузы,
опасаясь,
что
пришли
за
книгами.
Он
готов
был
эти м
вз гля дом
обрати ть
в
к амень
не
только
чиновников,
политиков,
прелатов,
к оторы е,
пол ьз уясь
дружескими
о тн ошения ми
с
хозяином,
при хо дили
за
как ой- ли бо
книгой
для
чтения,
но
и
г-на
Гаэтана,
благодетеля
би блио т еки,
который
брал
иногда
ч т о- нибудь
старенькое,
легкомысленное
или
безбо ж но е,
на
случай
дождливых
дней,
в
деревню,
или
г-жу
Рене
д’Эпарвье,
когда
она
приходила
за
книгой
для
больных
своего
гос­
пи таля,
и
даже
самого
г-на
Рене
д’Эпарвье,
хотя
по след ний
до­
вольствовался
обыкновенно
„Гражданским
код е кс ом**
и
Даллозом.
Всякий,
уносивший
с
собой
саму ю
пустячную
книж ку ,
вырывал
у
г-на
Са рьет та
душу.
Ч тобы
не
дават ь
книг
даже
тем,
кто
имел
на
них
больше
всего
пр ав,
он
изобретал
ты сячи
хитрос те й,
то
удач ных ,
то
грубых,
не
боялся
даже
клеветать
на
себя
и
вызывать
со мнени е
в
своей
бдительности,
за явл яя,
что
кни га
затерялась
или
пропала,
х отя
за
минуту
до
того
он
не
сводил
с
нее
гл аз
и
прижимал
к
сер дц у.
Ес ли
же,
в
конце
концов,
все-таки
приходилось
выдать
книгу,
он
раз
двадцать
бр ал
ее
из
рук
п ос ети теля,
прежде
чем
вр учи ть
окончательно.
Он
бесп рест ан но
трепетал
от
страха,
как
бы
не
пропал
ка кой -,
ли бо
из
д о верен ных
ему
предметов.
В
качестве
хра ните ля
т ре хсот
шестидесяти
тысяч
томов,
он
постоянно
обладал
тре м яста ми
ш естью ­
десятью
тысячами
поводов
для
беспокойства.
Иногда,
по
ноч ам,
он
просыпался
в
холодном
поту,
с
тревожным
воплем,
так
как
видел
во
сне
пустое
мест о
на
одной
из
полок
в
шка фа х.
Ему
казало сь
чудовищным,
несправедливым
и
ужасным,
если
кни га
поки дала
свое
место.
Его
бла город на я
скупость
приводила
в
отчаяние
г-на
Рен е
д’ Эп арв ье,
который,
не
це ня
достоинств
с во­
его
образцового
библ иот е кар я,
счи тал
его
старым
маньяком.
Г-н
Сар ье тт
не
зн ал
об
этой
несправедливости;
но
он
выдержал
бы
самую
жестокую
неми лост ь ,
вынес
бы
бесч естие
и
оско р бление ,
лиш ь
бы
сохранить
н етрон уты м
с вое
книгохранилище.
Благодаря
его
преданности,
бдительности
и
усердию,
словом,
благодаря
любви
к
делу,
би блио т ека
д’Эпарвье
не
потеряла
ни
одного
листа
за
все
шестнадцать
лет
его
заведывания,
которые
истекли
9 сентября
1912 года.
14


Глава
III,
начинается
непонятное
Вечером
э того
дня ,
в
семь
часов,
по ст авив,
как
обычно,
на
полки
все
те
книги,
которые
бы ли
выну т ы,
и
убедившись,
что
все
при ведено
в
полный
порядок,
он
вышел
из
би блио т еки
и
дважды
повернул
клю ч
в
замке.
Он
от о бедал
по
обыкновению
в
ресторанчике
„Четырех Епи-
скопов“,
прочитал
газету
„Крест“
и
к
десяти
ч асам
ве рнул ся
во­
свояси
в
квартирку
на
ул ице
Ре гар.
Это т
простодушный
человек
не
испытывал
ни
душевного
волнения,
ни
предчувствий;
сон
его
бы л.
спокоен.
Наутро,
войдя
ровно
в
семь
часов
в
прихожую
библ ио те ки^
он
снял,
как
обычно,
парадный
сюртук,
затем
достал
и
н адел
ст ар ый^
висевш ий
в
ст енн ом
шкафу
над
умывальником.
Пот ом
он
прошел
в
рабочий
кабинет,
где
в
т еч ение
шестнадцати
лет
он
шесть
дне й
из
се ми
составлял
к атало г
под
вдохновенным
взглядом
Ал екса ндр а
д’ Эпа рв ье,
и,
намереваясь
совершить
о быч ный
осмотр
помещения,,
вошел
в
первый
и
самый
боль шой
за л,
где
Теология
и
Религияг
занимали
вместительные
шкафы,
на
кото р ых
по
карнизу
стояли
бронзированные
гипсовые
бюсты
поэтов
и
ора торов
древности.
Два
огромных
глобуса
украшали
ам бр азуры
окон,
изображая
землю
и
небо.
Но
при
первом
же
ша ге
г-н
Сарьетт
остановился,
оторопев,
не
смея
сомневаться
в
то м,
что
видел,
и
вместе
с
тем
не
сме я
Этому
ве ри ть.
На
син ей
скатерти
рабочего
сто ла
были
в
беспорядке
ра зб роса ны
книг и,
одни
плаш мя ,
другие
вверх
кор еш кам и.
Несколько
in quarto образовали неустойчивую стопку.
Два
греческих
лексикона,,
сцепив шис ь
между
собой,
составляли
од но
существо,
более
чудо­
вищное,
чем
человеческие
па ры
божественного
Платона.
Один
том
in folio с золотым обрезом был развернут,
и
был и
видны
три
без­
божно
за гнут ых
листа.
Оправившись
спустя
несколько
мгновений
от
глуб ок ого
изумле­
ния,
библиотекарь
приблизился
к
столу
и
пр из нал
в
это м
беспо­
рядочном
н агром ожде ни и
самые
драгоценные
еврейские,
греческие
и
латинские
би бл ии,
талмуд-уникум,
раввинские
трактаты,
печатные
и
рукописные,
арамейские
и
самаритянские
тексты,
тор ы
из
си на­
гог,—
словом,
наиболее
др аг оцен ные
памятники
Израиля,
с валенные
в
кучу,
растрепанные
и
з ия ющие.
15


Г-н
Сар ь етт
стоял
пер ед
вещ ью
непостижимой,
и
тем
не
менее
юн
си ли лся
объяснить
ее.
С
какой
готовностью
ухватился
бы
он
За
мысль,
что
г-н
Гаэтан
д’Эпарвье,
ли шенн ый
всяческих
принципов
и
позволявший
се бе
пагубные
вольности
по
отношению
к
библиотеке,
черпая
из
нее
обеими
руками
во
время
своих
пребываний
в
Париже,—
был
вин ов ник ом
этого
ужасающего
беспорядка.
Но
г-н
Гаэтан
п уте­
шествовал
в
то
время
по
Италии.
После
н еско льки х
мгновений
размышления
г-н
Сарьетт
предположил
было,
что
поздно
веч ер ом
г-н
Рене
д’Эпарвье
взя л
ключи
у
сво его
камердинера
Ипполита,
который
уже
в
те чение
двадцати
п яти
лет
убир ал
ко мн аты
тр ет ьего
£тажа и чердачного помещения .
Но
г-н
Рене
д’Эпарвье
никогда
не
ра бот ал
по
ночам
и
не1
чита л
по-еврейски.
„Но может быть,—
ду мал
г-н
Сарьетт,—может
быть,
он
провел
или
разрешил
доступ
в
этот
зал
какому-нибудь
священнику,
какому-нибудь
иер ус алимск о му
монаху,
проездом
остановившемуся
в
Париже,
ученому
ориенталисту,
зан има ющем у ся
толкованием
священных
текстов^.
Г-н
Сарьетт
по­
думал
также,
не
господин
ли
а ббат
Патуль,
человек
любознательный
и
им евши й
привычку
заг и бать
страницы,
н аб росилс я
на
эти
библей­
ские
и
та лму дич еск ие
тексты,
ощутив
внезапное
рв ение
постигнуть
д ушу
Сима.
Он
запо дозр ил
на
мгновение,
что
старый
каме рдине р,
Эт от
с амый
Ипполит,
который,
в
течение
четверти
ве ка
подм ета я
и
убирая
библиотеку
и
п ост епенно
отравляясь
ученой
пылью,
стал
из ли шне
любопытным
и
это й
ночью,
при
лунном
свете,
терял
зрение
и
разум
и
гу бил
душу
св ою
над
неразборчивыми
пись мен ами.
Г-н
Са рьет т
дошел
даже
до
мысли,
что
молодой
Морис,
вернувшись
из
кл уба
или
с
соб рани я
на цио нал исто в,
мог
стащить
с
по лок
и
разбросать
эти
евр ейск ие
книги
из
ненависти
к
древнему
Иакову
и
его
новому
п ото мс тву,
так
как
эт от
чл ен
семьи
д’Эпарвье
за я влял
с ебя
ан тисеми том
и
им ел
д ело
только
с
те ми
евреями,
которые
б ыли
антисемитами
подобно
ему.
Эт0
о знач ало
далеко
зайти
в
гипотезах;
но
мысль
г-н а
Сарьетта
не
знала
п окоя
и
путалась
в
самых
не­
вероятных
предположениях.
Го ря
нетерпением
узнать
истину,
рев­
нос тны й
хранитель
книг
позв ал
камердинера.
Ип по лит
ничего
не
знал.
С пр ош енный
привратник
не
мог
да ть
ник аких
у каза ний.
Прислуга
ничего
не
слыхала.
Г-н
Сарьетт
спу­
стился
в
рабочий
кабине т
г- на
Рене
д’Э пар в ье,
принявшего
его
в
халате
и
ночном
колпаке,
выслу шав шег о
его
рассказ
с
видом
серьезного
человека,
кот ором у
надоедают
со
всякими
пустяками,
16


й
отпустившего
со
словами,
в
кот о рых
сквозило
жестокое
с ост ра­
дание:
—
Не
тревожьтесь
и
будьте
уверены,
мой
мил ый
гос по дин
Сарьетт,
что
кн иги
лежали
сег одня
утром
там ,
где
вы
их
вчера
оставили.
Г-н
Са рье тт
раз
дв ад цать
повторил
сво й
опрос,
но
не
обнаружил
ничего
и
пришел
в
тако е
волнение,
что
лишился
сна.
На
следующее
утро,
в
семь
часов,
войдя
в
зал у
Бюстов
и
Сфер,
он
наш ел
все
в
поряд ке
и
вздохнул
с
облегчением.
Пот ом
вдруг
его
сердце
заби­
лось
так,
словно
готово
б ыло
разорваться;
он
заметил,
что
на
до ске
камина
лежит
томик
in octavo, без переплета,—
нова я
книга,
з ало­
женная
самшитовым
ножом,
которым
бы ли
разрезаны
страницы.
Это
была
диссертация,
где
сличались
две
противоречивые
редакции
Книги
Бытия,—
работа,
отправленная
г-ном
Са рьет т
на
чердак
и
н ико гда
оттуда
не
извлекавшаяся:
до
сих
пор
никто
из
окружающих
2 Восстание ангедож
17


Г-на
д^Эпарвье
не
интересовался
выяснением
того,
йайа й
д оля
у йаст йй
в
образовании
первой
из
священных
книг
принадлежит
редактору-
монотеисту
и
какая
—
редактору-политеисту,
рта
книг а
нос ила
ш ифр
R
3214.
И
в незапн о
м ысль
Са рье тта
поразила
та
прискорбная
истина,
что
сам ая
мудрая
нумерация
не
по мо жет
отыс кат ь
книгу,
ес ли
она
не
на
месте.
Все
последующие
дни,
в
теч ени е
м еся ца,
ст ол
был
завален
кни­
гами.
Греческие
и
латинские
сочинения
лежали
вперемежку
с
еврей­
ск ими.
Г-н
Сарьетт
зад авал
себе
во пр ос,
не
яв ляю тся
ли
эти
ночные
перестановки
делом
зло у мышл еннико в,
проникавших
через
черд ачн ые
о кна,
что бы
похитить
редкие
и
ценные
экз емп ляры .
Но
он
не
о бна­
руж ил
сле дов
взлома
и,
несмотря
на
с амые
тщательные
розыски,
ни
ра зу
не
заме тил
како й- ли бо
пропажи.
Тогда
им
овладело
у жас­
ное
смятение,
и
он
нач ал
подумывать,
уж
не
спускается
ли
с
к рыши
через
каминную
трубу
какая-нибудь
обезьяна,
живущая
по
соседству,
и
не
под раж ает
ли
она
ученым
занятиям.
„Обезьяны, — ду мал
о н,—
очень
ловко
передразнивают
действия
человеческие**. 3HaK0MbTMснра­
вами
этих
животных,
главным
обр азо м,
по
картинам
Ватто
и
Шардена,
он
в оображ ал ,
что
в
искусстве
подражания
жестам
и
пе рени мани и
характерности
они
подобны
Ар лекин ам,
Скарамушам,
Церлинам
и
Докторам
итальянской
комедии;
он
представлял
их
себе
то
вооружен­
н ыми
палитрой
и
кистями,
то
толкущими
различные
сн а добья
в
ступке,
то
перелистывающими
возле
атано р а
старинный
трактат
по
алхимии.
И
вот,
в
одно
злополучное
ут ро,
зам ет ив
бо льш ую
чер ­
ни ль ную
кляксу
на
странице
третьего
тома
многоязычной
библии
в
голубом
сафьянном
переплете,
с
гербом
г рафа
Мирабо,
он
перестал
сомневаться,
что
вин овн и ком
пре ст упле ния
была
обезьяна.
Она
делала
в ид,
что
пишет,
и
опр о кину ла
чернильницу.
Вероятно,
это
была
обезьяна
какого-нибудь
ученого.
Проникшись
этой
мыслью,
г-н
С арье тт
тщ атель но
изучил
топо­
графию
квартала,
чтобы
точно
огра н ичи ть
ту
группу
домов,
сре ди
которых
находился
ос об няк
д’Эпарвье.
Затем
он
принялся
об ходи ть
четыре
прилегающие
ул ицы,
спрашивая
у
каждого
подъ езда,
нет
ли
в
до ме
обезьяны.
Он
обраща лс я
к
привратникам
и
привратницам,
прачкам,
служанкам,
к
сапож ни ку,
фрук тов щи це,
стекольщику,
к
пр и­
казчикам
книжного
м аг азина,
священнику,
пер епл етчи ку ,
к
двум
блю стит ел ям
порядка,
к
детям
и
испытал
на
себе
различие
харак­
те ров
и
многообразие
настроений
в
одном
и
том
же
народе,
так
18


как
ответы,
к оторы е
он
получал,
не
походили
о дин
на
д руг ой;
попадались
резкие
и
ласковые,
грубые
и
вежливые,
простые
и
и ро­
нические,
пространные
и
краткие,
и
даже
безмолвные.
Но
о
живот­
но м,
которое
он
разыскивал,
не
бы ло
ни
слуху,
ни
духу,
пок а
однажды
под
сводами
старого
д ома
на
улице
Сервандони
рыжая
весн ущ атая
девочка,
сторожившая
шв ейцарс ку ю,
отв етил а:
—
Обезьяна
е сть
у
г-на
Ордоно...
Хотите
п осм отре ть?
И
без
дал ь них
с лов
она
провела
старика
в
глубь
двора,
к
сараю.
Там ,
на
теплой
соломе,
на
разорванном
од е яле,
дрож ала
от
холода
молодая
м акака ,
перехваченная
цепью
п опе рек
туловища.
Ростом
она
была
не
больше
пятилетнего
ребенка.
Ее
посиневшая
мордочка,
наморщенный
лоб,
то нкие
губы
—все
выражало
смерт ель ну ю
тоску.
Она
п одн яла
на
пос ет и теля
еще
живой
взгляд
сво их
желтых
глад.
Потом
сухонькой
ручкой
схв ат ила
морковку,
по днес ла
ее
ко
рту
и
сейчас
же
отбросила.
Поглядев
с
минуту
на
пришельцев,
изг нан ница
отвернулась,
как
бы
не
ожидая
ничего
больше
ни
от
людей,
ни
от
жизни.
Скорчившись
и
охватив
рук ой
колено,
она
более
не
двигалась;
но
временами
сухой
каше ль
с отряс ал
ей
грудь.
—
рто
Эдтар
—
сказала
девочка.—Вы
знаете,—он
продается!..
Но
старый
книжник,
который
вооружился
б ыло
гневом
и
яростью,
ожидая
встретить
насмешливого
врага,
лук а вое
чудовище,
ант и би­
блиофила,
стоял
теперь
удивленный,
грустный,
п од авл енный
перед
Этим
маленьким
созд а нием,
утратившим
сил ы,
радость,
желанця.
Сознавая
свою
ошибку,
взво л нов анн ый
э тим
п очти
человеческим
лицом,
еще
более
о че ло ве ченным
печалью
и
стра да нь ем,
он
с казал :
—
Извините,—и
опустил
голову.
Глава
/К,
в
своей
выразительной
краткости
отбрасываю­
щая
нас
почти
за
пределы
осязаемого
мира
Прошло
два
ме сяца.
Так
как
беспорядок
не
п рек раща лся,
г-н
Сарьетт
стал
подумывать
о
франкмасонах.
Газеты,
которые
он
читал,
б ыли
полны
их
преступлениями.
Г-н
аббат
Патуль
счи тал
их
спосо б ны ми
на
самые
черные
зло дейст ва
и
по лаг ал,
что
вкупе
с
евреями
они
замышляют
гибель
всег о
христианского
мира.
2*
1Q


Достигнув
к
этому
вр емени
п ре делов
могущества,
они
господство­
вали
во
в сех
государственных
органах,
рук ово ди ли
парламентом,
имели
пя ть
представителей
ср еди
министров,
занимали
Е лис ейски й
дворец.
Они
уже
умертвили
одного
президента
ре спу бли ки
за
его
патриотизм
и
затем
скрыли
сообщников
и
свидетелей
своего
гнусного
де яни я.
И
дня
не
прох оди ло,
чт обы
ох вач енный
ужасом
Париж
не
узн ав ал
о
каком-либо
таинственном
убийстве,
подготовленном
в
ло­
жа х.
рто
бы ли
факты,
не
допускавшие
сомнений.
Но
каким
обр азо м
проникали
франкмасоны
в
библиотеку?
Г-н
Сарьетт
н икак
не
мог
се бе
этого
уяснить.
Что
они
там
дел али ?
Почему
ух ват и лись
за
раннее
христианство
и
нач ало
церкви?
Каковы
были
их
нечестивые
замы слы.
Глубокий
м рак
покрывал
это
ужасающее
посягательство.
Архивариус,
правоверный
католик,
чувствуя,
что
око
сыно в
Хирама
у стр емл ено
на
него ,
захворал
со
ст раху.
Едва
оправившись,
он
решил
провести
н очь
в
том
самом
месте,
где
творились
ст оль
таинств енны е
и
жуткие
дела,
и
нак р ыть
хи трых
и
о пасны х
посетителей.
Его
робкому
мужеству
эта
з атея
стоила
дорого.
При
слабом
сл ож ении
и
беспокойном
ум е,
г-н
Са рьетт
был
от
природы
подвержен
страху.
Восьмого
января,
в
девять
часов
вечера,
когда
город
засыпал
под
вой
снежной
в ьюги,
он
развел
ярки й
огонь
в
зал е,
у кра шенн ом
бюстами
древних
поэтов
и
муд­
рецов,
и
ус трои лся
в
кресле
воз ле
камина,
покрыв
но ги
пледом.
Пе ред
ним
с тоял
столик,
на
котором
нахо ди лись
лампа,
чашка
ч ер­
но го
коф е
и
револьвер,
взятый
у
молодого
Мориса.
Он
попытался
читать
газету
„Крест“,
но
с троч ки
прыг ал и
у
н его
перед
г л азами.
Тогда
он
начал
пристально
глядеть
прямо
пер ед
собой,
но
не
увидел
ничего,
кроме
сумрака,
не
услышал
ничего,
кроме
ветра,
и
засну л .
Когда
он
про сну л ся,
ого нь
потух;
п ога сшая
лам па
распростра­
няла
едкое
зловоние;
окружающий
мрак
был
пол он
молочных
от­
светов
и
фосфоресцирующего
сияния.
Ему
почудилось,
будто
на
столе
что-то
движется.
Уж ас
и
холод
пронизывали
его
до
костей,
но
по дст р екаем ый
решимостью,
более
сильной,
чем
с трах,
он
встал,
подошел
к
столу
и
провел
рукой
по
скатерти.
Темно,
ни
зги
не
видать:
да же
отсветы
исчезли;
но
пальцами
он
нащупал
широко
раскрытый
фоли ан т;
он
попытался
его
закрыть;
книг а
не
давалась,
потом
вдр уг
подпрыгнула
и
трижды
уд ари ла
неосторожного
библиоте­
к аря
по
голове.
Г-н
Сарьетт
лиши лс я
сознания.
20


С
этого
времени
дела
пошли
хуж е.
Книги
в
еще
большем
ко­
лич ест ве
по кида ли
св ои
полки,
и
зачастую
был о
нево зм ож но
водво­
рит ь
их
на
место:
они
исч езали .
Каждый
день
г-н
Сарьетт
обна­
руживал
новые
пр оп ажи.
Болландисты
бы ли
разрознены,
тридцати
томов
экзегетики
недоставало.
Сарьетт
ст ал
неу зна ваем ;
лицо
его
сжалось
в
кула чок
и
пожелтело,
как
лимон;
шея
неест ест в енно
вытя­
нулась,
плечи
опустились;
платье
вис ело
на
нем,
как
на
вешалке.
Он
перестал
ест ь
и
в
рес торан чи ке
„Четырех Епископов“
упорно
смотрел,
опу ст ив
голову,
мр ачным,
нев идя щим
взглядом
на
блюдце,
где
в
мутном
сок е
пла вал
ч ер носл ив.
Он
не
слышал,
как
пап аша
Гинардон
соо б щал,
что
принимается,
нако нец ,
за
реставрирование
р оспи сей
Де ла круа
в
церкви
святого
Сульпиция.
Г-н
Ре не
д’Эпарвье
на
тревожные
доклады
злосчастного
хра­
нителя
су хо
отв еча л:
—
К ниги
просто
затерялись,
а
не
пропали;
по ищит е
хоро­
шенько,
г-н
Сарьетт,
по ищи те
хорошенько,
и
они
найдутся.
А
за
спиной
стар ик а
шептал:
„Этот бедняга Сарьетт кончит
плохо“.
—
Я
думаю,—добавлял
аббат
Натуль,—
что
у
н его
голова
не
в
порядке.
21


Глава
V,
в
которой
прид ел
Ангелов
в
церкви
святого
Сулъпиция
дае т
пи щу
для
размышлений
об
ис­
кусстве
и
богословии
Придел
святых
Ангелов,
ко то рый
находится
в
церкви
святого
Сулъпиция
справа
от
входа,
был
скрыт
дощатой
пер ег о ро дкой.
Г-н
аббат
Патуль,
г-н
Гартан,
г-н
Морис,
его
пл ем янни к,
и
г-н
Сарьетт
прошли
т уда
гу сь к ом }, в низенькую дверь,
про д еланну ю
в
перегородке,
и
застали
папашу
Гинар дон а
на
пл о щадке
стремянки,
приставленной
к
„Илиод0ру“ .
Старый
художник,
вооруженный
всевозможными
со­
ставами
и
инст р у мент ами,
шпаклевал
беловатой
зама зкой
трещину,
разделившую
надвое
первосвященника
Онию.
З е фир TM81? любимая
нат у рщица
По ля
Бодри,
ЗеФиРина>
У
которой
не
од на
Магдалина,
Маргари та ,
Сильфида
и
У ндина
позаимствовала
белокурые
волосы
и
перламутровые
плечи,
Зефирина?
как
говорили,
бывшая
во злю бл ен­
ной
имп е рат ора
Наполеона
III, стояла у подножия лестницы,
ра стр е­
па нн ая,
поблекшая,
с
во спа ленными
глазами,
с
длинными
волос ам и
на
подбородке;
она
была
с тарше
папаши
Гинар дон а,
с
к оторы м
разделяла
тяготы
жиз ни
уже
более
полувека.
Она
принесла
в
кор­
зи ночк е
завтрак
художнику.
Хотя
через
оправленное
свинцом
решет ча тое
о кно
пад али
косые
и
холодные
лучи ,
кра ёки
Дел акр уа
сверкали,
а
тела
лю дей
и
ан­
гелов
соперничали
в
ярк ости
с
кра сочн ой
ф изио но мией
папаши
Ги на рдона ,
выделявшейся
на
ко лонн е
храма.
Стенная
р ос пись
пр идел а
Ангелов,
над
которой
так
смея л ись
и
глумились
при
ее
появлении
и
которая
во шла
теперь
в
классическую
традицию,
с тала
столь
же
бессмертной,
как
творения
Рубе нс а
и
Тин то ретто .
Старый
Гинар дон,
обросший
гривой
и
бородой,
напо минал
собою
Время,
стирающее
раб оту
Гения.
Гаэтан
испуг анно
кри к­
нул
ему:
—
Осторожнее,
господин
Гина рдо н,
осторожнее.
Не
со ска бли­
вайте
слишком
много.
Художник
успокоил
его:
—
Не
бойтесь,
господин
д’ р парв ье.
Я
пишу
не
в
этой
манер е.
Мое
искусство
более
возвышенно.
Я
р або таю
в
ду хе
Чи мабу э,
Джотто,
Беат о
Анжелико,
но
не
Делакруа.
Все
это
слишком
пе ре гружен о
22


противопоставлениями
и
контрастами
и
не
со зд ает
впечатления
подлинной
св ятос ти.
Шенавар,
прав д а,
говорил,
что
христианство
любит
живопись,
но
Шенавар
был
проходимцем
без
ве ры
и
совести,
безбожником.
Видите
ли,
господин
д’Эпа рв ье:
я
запо л ню
щели,
п од­
клею
отставшие
кусочки
—
только
и
всего...
Повреждения,
вы зва нные
оседанием
стены
ил и,
что
еще
в еро ятн ее,
легким
землетрясением,
охватывают
весьма
небольшую
площадь.
Эта
живопись
—
м асля ными
и
восковыми
красками
по
очень
сухой
грун тов ке
—
более
про чн а,
чем
можно
б ыло
бы
предположить.
Я
видел,
как
Делакруа
работал
над
этим
пр ои зве дением .
Вдохновенный,
но
беспокойный,
он
лихо­
р адо чно
пис ал,
непрестанно
стирал
сделанное,
перегружал
деталями;
его
могучая
рука
бывала
по-детски
неловкой;
это
на писан о
с
мастер­
ством
гения
и
неопытностью
школьника.
Прямо
чудо ,
что
кра ски
еще
держатся.
Старик
зам олч ал
и
сно ва
принялся
замазывать
трещину.
23


—
Как
эта
композиция,— заметил
Гаэтан,—
классична
и
тради­
цио нна!
Пр ежде
в
ней
видели
только
вызы вавш ие
удивление
нов­
шества.
Теперь
мы
узнаем
в
ней
ряд
старых
итальянских
формул.
—
Я
могу
позволить
себе
роскошь
быт ь
с праве д ли вым,
у
меня
есть
на
то
основания,—отозвался
старик
с
высоты
лестницы.—Дела­
кр уа
жил
во
вр емена
нечестивые
и
богохульные.
Этот
жи во писец
Эпохи
упа дка
не
был
л ишен
гордости
и
величия.
Он
был
вы ше
своего
вр емени.
Но
ему
недо ст ава ло
веры,
сердечной
простоты,
чи стот ы.
Ч тобы
видеть
и
писать
анге лов ,
ему
недоставало
добро­
детели
анг ело в
и
примитивов,
той
выс шей
добродетели,
которую
я
с
божьей
помощью
блюду
по
мер е
сил,—целомудрия.
—
Молчи,
Ми ше ль,
ты
такая
же
свинья,
как
и
все
прочие.
рто
кр ик нула
Зе фир ина?
снедаемая
рев ност ь ю,
потому
что
как
раз
сег о дня
утром
она
вид ела ,
как
сожитель
ее
обнимал
на
лестнице
дочку
разносчицы
хлеба,
молоденькую
Октавию,
грязную
и
сияющую,
как
Р ембр андто вс кие
не вест ы.
В
прекрасные
дав но
прошедшие
дни
Зефирина
безз авет но
любила
Мишеля,
и
любовь
еще
не
угасла
в
ее
сер дце.
Папаша
Ги на рдон
ответил
на
это
лестное
оскорбление
улыбкой,
которую
постарался
ск рыт ь,
и
поднял
гла за
к
небу,
где
ар хан гел
Михаил,
грозящийся
лазурным
панцырем
и
алым
ш лем ом,
воз­
носился
в
сиянии
славы.
Тем
вр ем енем
аббат
Патуль,
заслонившись
шляпой
от
слишком
ре зк ого
св ета,
падавшего
из
о кна,
и
прищурив
глаза,
поочередно
рассматривал
Илиодора,
бичуемого
анг ел ами,
святого
Михаила,
по­
беждающего
демонов,
и
борьбу
Иакова
с
ангелом.
—
Все
это
пре кра сн о,—
п роборм ота л
он
под
ко нец, —
но
почему
художник
изо бр азил
на
стенах
только
г не вных
анг ело в?
Сколько
я
ни
рассматриваю
эт от
при дел,
я
ви жу
только
по сла нцев
небесного
г нева,
исп ол нит елей
божественного
отмщения.
Бога
надо
бояться,
но
надо
также
и
любить
его .
Приятно
бы ло
бы,
если
бы
на
этих
стенах
был и
изображены
вестники
ми л осе рдия
и
мир а.
Хотелось
бы
видеть
серафима,
который
очистил
уста
пророка;
святого
Рафаила,
возвратившего
зрение
старому
Товию;
Гавриила,
в о звест ившег о
Ма­
рии
тайну
воплощения;
ангела,
освободившего
от
уз
святого
Петра;
херувимов,
отнесших
тело
святой
Екатерины
на
ве рш ину
Синая.
Осо б енно
приятно
б ыло
бы
созерцать
здесь
неб есны х
хранителей,
которых
бог
да ет
всем
лю дям,
крещенным
во
имя
его.
У
вся ког о
из


нас
ест ь
сво й
анге л,
который
сопутствует
каждому
нашему
шагу,
уте ш ает
и
поддерживает
нас.
Как
было
бы
сладостно
любоваться
Здесь,
в
при деле,
этими
дух а ми,
пол ны ми
очарования,
эт ими
пр е­
лестными
образами!
—
Ах,
господин
аббат,
ничего
не
поделаешь,—
ответил
Гаэтан.—
Делакруа
не
о тли чался
нежностью.
Старик
Энгр
был
до
некоторой
ст е пени
пр ав,
говоря,
что
живопись
этого
великого
человека
пахнет
серой.
Взгляните
на
великолепную
и
мр ач ную
кра с оту
этих
ангелов,
на
эт их
гордых
и
су ров ых
андрогинов,
на
эти х
жестоких
отроков,
поднявших
над
Илиодором
кар ающ ие
бичи,
на
этого
юного
и
таин­
ственного
борца,
кото р ый
прикасается
к
бедру
патриарха...
—
Тсс...—сказал
аббат
Патуль,—
по
Библии
эт от
ангел
не
похож
на
д руги х,
ес ли
это
ангел
со зидани я ,
предвечный
сын
божий.
Я
уди­
вляю с ь,
как
почтенный
кюре
церкви
с вятого
Сульпиция,
который
поручил
господину
Эжену
Делакруа
ро спись
э того
пр ид ела,
не
пре­
дуп ред ил,
что
си мво л ич еская
борьба
патриарха
с
тем,
кто
не
от­
крыл
ему
своего
имени,
происходила
в
глубокой
ночи
и
что
здесь
не
место
этому
сюжету,
так
как
он
символизирует
в опл о щение
Иисуса
Христ а.
Лучшие
художники
в пад ают
в
заблуждение,
если
не
п олу­
чают
от
авторитетных
д уховн ых
лиц
указаний
по
вопросам
христиан­
ско й
иконографии.
Правила
христианского
искусства
сост авл яю т
пр ед­
мет
многочисленных
трудов,
кот орые
вам,
господин
Сарьетт,
без
со­
мн ения ,
известны.
Г-н
Са рье тт
поводил
ни чего
не
видящими
гл азами.
Это
было
на
тре тье
утро
после
ночного
приключения
в
библиотеке.
Тем
не
менее
он
собрался
с
духом
и
ответил
на
воп рос
почтенного
а бба та:
—
По
этому
пр ед мету
можно
найти
полезные
указания
у
Мола-
н ус а: „De historia sacrarum imaginum et pictararum“ в издании
Но эля
Пако,
Лу вен,
1771,
или
у
кардинала
Федерико
Борромео,
„Pictura sacta“, а
также
з агля нуть
в
иконографии
Дидрона;
но
Этим
последним
трудом
сл еду ет
польз ов атьс я
с
осторожностью.
Произнося
эти
слова,
г-н
Сарьетт
вновь,
п огру зи лся
в
молчание.
Он
думал
о
своей
ра зоре нн ой
библиотеке.
—
С
другой
стороны,—
продолжал
а ббат
Патуль,—
раз
в
этом
п риде ле
надо
б ыло
изобразить
пример
с в ятого
ангельского
гнева,
художник
поступил
правильно,
когда,
по
примеру
Ра фаэ ля,
пр ед став ил
неб есных
п осл анцев ,
покаравших
Илиодора.
Илиодор,
кот оро му
Се-
ле вк,
царь
сир ийски й,
поручил
похитить
сокровища
храма,
был


поражен
ангелом
в
з оло тых
доспехах,
сидевшим
верхом
на
коне
в
роскошной
сбруе.
Два
других
ангела
избили
его
лозами.
Он
пал
на земь ,
как
рто
изо бр ажает
Делакруа,
и
был
окут ан
тьмою.
Уместно
и
полезно
предложить
рту
историю
в
качестве
примера
для
пол иц ейски х
комиссаров
р есп убли ки
и
богохульных
фискальных
чи­
новников.
Илиодоры
не
переведутся,
но
да
буде т
известно:
всякий
раз ,
как
они
наложат
ру ку
на
це рков ное
достояние,
которое
яв­
л яется
достоянивхМ
бедных,
они
будут
избиты
и
о слепл ены
анг елам и.
Я
хотел
бы,
чтобы
рта
картина,
или,
пож ал уй,
бо лее
возвышенная
композиция
Ра фа рля
на
ту
же
тем у,
была
отп еч атан а
в
небо л ь­
шом
формате,
в
крас ках ,
для
раздачи
при
надлежащих
о казия х
в
школах.
—
Дядя,—за м ет ил
молодой
Морис,
зевая,—все
рти
махины
нудны.
Я
предпочитаю
Матисса
или
М еценж е.
Его
слов
не
р ас слыш али,
и
папаша
Гинардон
продолжал
вещать
с
лестницы:
—
Только
пр имит и вам
и
приоткрылось
небо.
Ис т инно
пр ек рас­
ное
встречается
лишь
между
XIII и XV* веками.
Античность,
нечи­
стая
античность,
которая
в
XVI веке распространила свое гибельное
во зд ейст вие
на
умы,
внушила
портам
и
художникам
пре сту пн ые
мысли,
непристойные
обр азы,
ужа сающ ие
мерзости,
словом,
всякое
свинство.
Все
художники
Возрождения
бы ли
свиньями,
не
искл юч ая
Микель-Анджело.
Зат ем,
вид я,
что
Гартан
собирается
уходить,
папаша
Гина р-
дон
принял
добродушный
вид
и
шепнул
ему
кон фиденц иаль ны м
топом:
—
Господин
Гар т ан,
ес ли
вы
не
боитесь
подняться
ко
мне
на
пятый
рта ж,
загляните-ка
в
мою
к онур у;
у
ме ня
ес ть
два-три
не­
больших
холста,
от
которых
я
не про чь
избавиться
и
которые
могут
вас
заинтересовать.
Они
написаны
хорошо,
откровенно,
чес тно .
Между
прочим,
я
покажу
вам
небольшого
Бодурна,
такого
аппетитного
и
острого,
что
прямо
слюнки
текут.
После
ртой
р ечи
Гартан
поспешно
вышел.
Спускаясь
со
ст у­
пеней
па пе рти
и
заворачивая
на
улицу
Принцессы,
он
изливал
ока ­
завшемуся
под
рукой
Сарьетту,
так
же,
как
и злил
бы
всякому
д ру­
го му
чело веч еск о му
существу,
дереву,
фонарному
столбу,
собаке
или
собс т венно й
тени,
все
те
негодования,
кот оры е
выр ыва ли
в
нем
р стетич еские
теории
старого
живописца.
26


—
Папаша
Гинардон
с
его
христианским
искусством
и
пр и­
митивами
издевается
над
нами.
Все
неб есное ,
что
замышляет
худож­
н ик,
взято
на
земл е:
бог ,
дева,
ангелы,
му ч еники,
мученицы,
свет,
о блак а.
Когда
старик
рнгр
ра списыв ал
ст екла
в
ч асо вне
Дре,
он
сделал
св инцо вым
кар ан дашо м;
с
натуры
изящный
и
тонкий
рисунок
нагой
женщины;
его
можно
в
числе
прочих
рисунков
видеть
в
музее
Бонна,
в
Байонне.
И
чтобы
не
за быть ,
старик
ЭНГР
нап исал
внизу
л ист а: „Мадемуазель Сесиль,
дивные
но ги
и
бедра“.
А
дабы
сделать
из
мад ему азел ь
Сесиль
святую,
он
на дел
на
нее
пл ат ье,
ман тию,
покрывало,
и
этим
поз ор но
униз ил
ее,
потому
что
все
лионские
и
ге­
ну эзс кие
ткани
ничего
не
стоят
в
сравнении
с
живой
и
юно й
тканью,
порозовевшей
от
св ежей
крови;
потому
что
самая
красивая
др апи­
ровка
ничтожна
в
сравнении
с
лини я ми
пре кра сн ого
тел а;
и,
наконец,
потому
что
всякие
одежды
—
незаслуженное
унижение
и
худшее
оскорбление
для
цветущей
и
желанной
плоти.
И
Гаэтан,
небрежно
шагая
по
замерзшей
канаве
на
улице
Га ранс ьер,
п родолж ал:
—
Папаша
Г ин ардон
—зловредный
идиот.
Он
хулит
античность,
свят ую
античность,
время,
ког да
боги
были
благими.
Он
пр ево зно сит
Эпоху,
когда
и
художник
и
скульптор
принуждены
бы ли
в сему
учи тьс я
заново.
В
дейст ви тел ь ност и
христианство
было
враждебно
искусству,
так
как
не
поощряло
изучения
нагого
тела.
Искусство
е сть
изображение
природы,
а
п рирод а—
это
главным
образам
че­
ловеческое
тело,
наг от а.
—
Позвольте,
позвольте,—пробормотал
старик
Сарьетт.—Есть
кра с ота
духовная
и,
так
сказать,
внутренняя,
которую
от
Фр а-Ап -
желико
до
Ипполита
Фландрена
христианское
искусство...
Но
не
жел ая
ничего
слушать,
Гаэтан
обращал
свои
пылкие
речи
к
камням
старой
улицы
и
к
снеговым
тучам,
которые
п лыли
у
него
над
голо вой .
—
О
примитивах
нельзя
говорить
как
о
чем-то
едином,
потому
что
они
весь ма
различны,
ртот
стар ый
глупец
путает
вс е.
Чимабуэ
—
испорченный
византиец.
В
Джот то
чувствуется
м огуч ий
гений,
но
он
не
умеет
рисовать
и,
как
дети,
приставляет
одну
и
ту
же
голову
в сем
сво им
персонажам.
Итальянские
примитивы
пол ны
веселья
и
прелести,
потому
что
они
и тальян цы .
У
венецианцев
—
прекрасное
чу вст во
краски.
Но
все
же
эти
изысканные
ремесленники
больше
расцвечивают
и
з олотя т,
чем
пишут.
У
вашего
Бе ато
Анжелико,
на
27


май
вкус,
чере с чур
нежн*ы
и
сер дце
и
палитра.
Что
касается
фла­
мандцев,
тут
ино е
дело .
Они
набили
себе
руку
и
бл еск ом
мастерства
сравнялись
с
мастерами
кита йских
лаков.
Тех ника
бра тьев
Ван-
рйков
изумительна.
И
все
же
я
не
ви жу
в
„Поклонении агнцу
очарования
и
таинственности,
к оторы е
так
п рев озн осят.
Все
здесь
написано
с
беспощадным
совершенством,
но
все
вульгарно
по
чувству
и
жестоко
ур одли во.
Ме мли нг,
быть
может,
трога тел е н;
но
он
со зда­
вал
только
заморышей
да
кал ек,
и
под
тяжелыми,
богатыми
и
безо­
бразными
одеяниями
его
дев
и
мучениц
чувствуются
жалкие
те ла.
Я
не
стал
ждать,
пока
Рожьер
ван-дер-Вейден
буд ет
называться
Рож е
де-ла-Патюр
и
превратится
во
француза,
чтоб ы
предпочесть
его
Мемлингу.
Этот
Рожьер
или
Роже
м енее
п ростов а т,
за то
он
бол ее
мрачен,
и
твердость
рисунка
на
его
картинах
лишь
подчерки­
вает
убожество
форм.
Странное
заблужденье
—
любоваться
этими
пост­
ными
фигурами,
когда
существует
живопись
Леонардо,
Ти циан а,
Корре джо ,
Веласкеса,
Ру б енса,
Рембрандта,
Пу ссена,
Прюдона.
В
этом,
право,
ес ть
какой-то
садизм!..
А
всл ед
за
эстетом
и
библ ио текар ем
медленно
шагали
г-н
аббат
Патуль
и
Морис
д’Эпарвье.
Г-н
аббат
Патуль,
обычно
не
скло нный
к
богословским
разговорам;
с
мирянами
и
д аже
с
духовными
лицами,
на
это т
ра з,
ув леч енн ый
прелестью
темы,
изъяснял
юному
Морису
святое
служение
ангелов-хранителей,
котор ых
Делакруа,
к
сожалению,
не
включил
в
сво и
р оспи си.
И,
чт обы
лу чше
выразить
свою
мысль
о
столь
возвышенном
пр едмет е,
г-н
аббат
Патуль
черпал
у
Бос-
сюэта
обороты,
выражения,
целые
фразы,
кот орые
он
неко г да
за­
уч ил
наизусть,
да бы
вставлять
их
в
проповеди,
ибо
был
весьма
привязан
к
традиции.
—
Да,
ди тя
мое,—говорил
он,—да,
господь
бог
приставил
к
нам
опекающих
нас
д ухов.
Они
прин ос ят
нам
да ры
ег о;
ему
пер едают
они
наши
моления.
Таково
их
назначение.
Каждый
час ,
каждое
мгновение
эти
усер дн ые
и
неу т ом имые
хра ни тели ,
эти
неу сы пные
стр ажи
готовы
подать
помощь
нам.
—
Совершенно
правильно,
господин
аббат,—бормотал
Морис,
обдумывая,
каким
бы
ловким
способом
растрогать
ма ть
и
вытянуть
у
нее
известную
сумму
де нег,
которая
был а
ему
чрезвычайно
необ ­
ходима.
2$


Глава
VI,
в
котор ой
старик
Сарьетт
обретает
свои
со-
кровища
На
след ую щее
утро
г-н
Сарьетт
вошел,
не
постучавшись,
в
ка­
бинет
к
г-ну
Рене
д’ Э парв ье.
Ру ки
его
был и
в о здеты
к
небу;
редкие
волосы
с тояли
дыбо м.
Глаз а
бы ли
расширены
от
ужаса.
За"
плетающимся
язы ком
он
возвестил
о
великом
несчастии:
очень
древний
манускрипт
Иосифа
Фл авия ,
шестьдесят
томов
разного
фор­
мата,
затем
бесценная
р едко сть
—
„Лукреций “
с
гербом
Фили ппа
Вандомского,
великого
приора
Фра нции ,
с
собственноручными
по­
метками
Вольтера,
манускрипт
Ришара
Симона
и
переписка
Га ссенди
с
Габр ир лем
Ноде,
заключающая
сто
тридцать
восемь
неизданны х
писем,—все
исч езл о.
На
э тот
раз
владелец
би блио т еки
забил
тревогу.
Он
спе шно
под нялс я
в
з алу
Философов
и
Сфер
и
там
воочию
у бе­
дился
в
размерах
поте ри .
На
многих
полках
зияли
пу стые
места.
Он
приня лс я
искать
н ауг ад,
откр ыл
несколько
стенных
шка фов ,
об­
на руж ил
метлы,
тр япк и,
огнетушители,
лопаткой
поме шал
уголь
в
ка­
мине,
потряс
парадный
сюртук
г-на
Сарьетта,
висящий
над
у мыва ль­
ником,
и
обескураженно
взглянул
еще
раз
на
пустое
место,
оставлен­
ное
пачками
писем
Гасс енди .
В есь
ученый
мир
в
течение
полувека
громко
требовал
о пу бли кова ния
эт ой
пер епи ск и.
Г-н
Рене
д’Эпарвье
оставался
г лух
к
этому
общему
желанию,
не
согл аш а ясь
ни
взять
на
се бя
столь
тя жел ую
зад ач у,
ни
п оручи ть
ее
другим.
Обнаружив
в
этих
письм ах
слишком
бо льш ую
смелость
мысли
и
множество
ме ст,
более
вольных,
нежели
могло
тер пе ть
благочестие
двад ц ато го
века,
он
предпочел
оставить
эти
страницы
неизданными;
однако
он
чу в­
ств ов ал
свою
ответственность
за
эти
собрания
перед
отечеством
и
вс ей
цивилизацией.
—
Как
мо гли
вы
допустить
исч ез нове ние
такого
со кр ови ща?
—
строго
с прос ил
он
г-на
Сарьетта.
—
Как
я
мог
допустить
исч езн овен ие
такого
со кр ов ища!
—
по­
вторил
несчастный
библиотекарь.—Если
бы,
суда рь ,
мне
рассекли
гр удь,
то
нашли
бы
этот
вопрос
начертанным
в
мо ем
сердце.
Не
рас тр ога вш ись
эт им
сильным
выражением,
г-н
д’Эпарвье
продолжал
со
сд ержа нн ым
гневом:
29


—
И
вы
не
обнаружили
никаких
ука зани й,
способных
нав ест и
на
с леды
вор ов,
господин
Сарьетт?
У
вас
нет
ник ак их
подозрении,
ни
малейшего
представления
о
то м,
как
все
эт0
про из ош ло?
Вы
ни­
чего
не
видели,
ничего
не
слыш али,
ничего
не
замет ил и,
ничего
не
узнали?
Согласитесь,
что
это
н еп оня тно.
Подумайте,
господин
Сарьетт,
подумайте
о
возможных
последствиях
этого
неслыханного
хищения,
совершённого
у
вас
на
гл азах .
Документ,
бесценный
для
и ст ории
человеческой
мысли,
вд руг
исч езает .
Кто
его
украл?
Для
че го
украли?
В
чьих
интересах?
З авл адевш ие
им,
раз ум еетс я,
прекрасно
понимают,
что
не
могут
сбыть
его
с
рук
во
Франции.
Они
п ро дадут
его'
в
Аме­
рику
или
в
Г ер манию.
Германия
падка
на
под о бные
литературные
па­
мятники.
Е сли
пе ре писка
Г ассенди
с
Габриэлем
Ноде
по пад ет
в
Бе р­
ли н,
ес ли
нем ец кие
уч еные
опубликуют
ее,—какой
это
будет
удар,
какой
скандал,
ск азал
бы
я
даже!
Господин
Сарьетт,
подумали
ли
вы
об
этом?
Под
тя жест ью
выговора,
тем
более
жестокого,
что
он
уже
и
сам
себе
его
делал,
г-н
Сарьетт
обалдело
молчал.
А
г-н
д’Эпарвье
ум нож ал
горькие
упреки:
—
И
вы
не
пытаетесь
ничего
предпринять,
вы
не
из обрета ет е
никаких
способов
вернуть
это
н еоце нимо е
сокровище!
Ищите
же,
дей­
ствуйте,
господин
Сарьетт,
придумывайте
что-нибудь.
Д ело
сто ит
того.
И
г-н
д’рпарвье
вышел,
бросив
л едян ой
взгляд
на
библиотекаря.
Г-н
Сарьетт
приня лс я
искать
затерянные
книг и
и
рукописи
во
вс ех
местах,
где
он
уже
искал
их
сто
раз?
и
даже
там,
где
они;
никак
не
мо гли
быть:
и
в
ведре
с
углем,
и
под
кожаной
подушкой
у
себя
на
кр есл е,
а
когда
пробил
полдень,
он
ма шиналь но
спустился
вниз.
На
нижней
площадке
встретил
своего
бывшего
у ч еника
Мориса
и
поздоровался
с
ним.
Но
он
видел
людей
и
вещ и
словно
скво зь
туман.
Ого рчен ны й
хранитель
библ ио теки
был
уже
в
вестибюле,
когда
Морис
окликнул
его :
—
Кс тати ,
господин
Сарьетт,
чт обы
не
за бы ть,
велите
же
за бра ть
старые
книги,
которые
сва лены
в
мо ем
павил ь он е.
—
Какие
книги,
Морис?
—
Право,
не
мо гу
сказат ь ,
господин
Сарьетт,
но
там
ес ть
ка­
кая-то
изъеденная
червями
гебраистика
и
еще
цел ый
во рох
старых
бумаг.
Я
за в ален
ими.
У
ме ня
в
передней
повернуться
невозможно.
—
Кто
их
туд а
принес?
—
Чор т
его
знает,
кто!
30


И
молодой
че ло век
быстро
прошел
в
столовую,
так
как
за
минуту
пере д
тем
доложили,
что
завтрак
подан.
Г-н
Са рье тт
бросился
к
па виль ону .
Морис
сказал
пра в ду.
Ок оло
сотни
томов
валялись
на
с тола х,
на
стульях,
на
полу.
Уви дя
их,
об у ре ваемый
радостью
и
страхом,
полный
уди вл ения
и
смятения,
сч астл ивы м,
что
нашлось
его
пропавшее
сокр о вищ е,
и
тр епещ а
от
боязни
вновь
потерять
его,
пораженный
неожиданностью,
ста рый
книжник
то
лепетал
как
ребенок,
то
хрипло
в скри кива л,
как
су ма­
сшедший.
Он
приз нал
сво и
еврейские
библии,
св ои
старые
талмуды,
свой
дре вн ей ший
манускрипт
Иосифа
Фл ави я,
письма
Гассенди
к
Габриэлю
Но де
и
главную
драгоценность—„Лукреция^
с
гербом
великого
приора
Франции
и
собственноручными
пометками
Вольтера.
Он
смеялся,
плакал,
целовал
с аф ьян,
телячью
к ожу,
пергамент,
веленевую
бумагу,
деревянные
доски,
украшенные
гвоздиками.
По
мере
тог о
как
камердинер
Иппо л ит
переносил
в
библиотеку
одн у
охапку
за
другой,
растроганный
г-н
Сарьетт
благоговейно
ра с­
ставлял
их
по
местам.
31


Глава
Vil,
Представляющая
до во льно
бо льшой
ин терес
и
со­
держащая
мо ра ль,
которая,
надеюсь,
прид ется
по
вкусу
большинству
ч и тат елей,
ибо
она
фор ­
мулируется
следующим
горьким
восклицанием:
„Куда влечешь ты меня,
мыс лъ !“ А ведь всеми
призна но,
что
мыс ли ть
вредно
и
что
подлинная
мудрость
заключается
в
то м,
ч тобы
не
думать
ни
о
чем
Все
книги
воссоединились
оп ять
в
благоговейных
руках
г-на
Сарьетта.
Но
этот
счастливый
союз
длился
не д олго.
В
следующую
же
ночь
исчезло
двадцать
книг,
и
ср еди
них
—„Лукреций“
приора
Вандомского.
В
течение
нед ели
древние
тексты
Ветхого
и
Нового
Завета,
как
еврейские,
так
и
гре чес ки е,
вновь
очутились
в
пав иль оне .
И
в
продолжение
следующего
месяца,
покидая
каждую
н очь
сво и
полки,
они
таинственно
отправлялись
по
тому
же
пути.
Некоторые
же
книги
и сче зали
не изв естн о
куда.
Освед ом ленны й
об
эт их
за гадочн ы х
происшествиях,
г-н
Рене
д’Эпарвье
ог ран и чился
те м,
что
без
всякой
благожелательности
ск а­
зал
биб ли отекар ю :
—
Все
это
весь ма
странно,
мой
милый
господин
Сарьетт,
по­
ист ине
весьма
странно.
А
ког да
г-н
Сарьетт
посоветовал
подать
жалобу
или
уведомить
комиссара
по лиции,
г-н
д’Эпарвье
воз м ути лся:
—
Что
вы
мне
предлагаете,
господин
Сарьетт?
Обнаружить
наши
домашние
тайны,
над елат ь
шу му !..
Как
это
вам
пришло
в
голову?
У
ме ня
ест ь
враги,
и
я
горжусь
эти м:
я
полагаю,
что
за служи л
их
не прия знь .
Но
на
что
я
могу
д ействи тел ь но
п ожа лов атьс я,—э то
на
неслыханно
резкие
нападки
внутри
моей
же
партии,
со
ст орон ы
ревностных
роялистов,
которые,
бы ть
может,
прекрасные
католики,
но
весь ма
дурные
христиане...
Сл ов ом,
за
мной
шпионят,
следят,
наблюдают,
а
вы,
господин
Сарьетт,
предлагаете
мне
выдать
злостным
журн али ста м
комичную
тайну,
н елеп ое
приключение,
сл ово м,
историю,
в
которой
мы
с
вами
играем
довольно-таки
жалкую
роль.
Вы
хотите
выставить
меня
на
пос мешищ е?. .
К
концу
беседы
они
решили
переменить
все
зам ки
в
библиотеке.
32


Бы ли
со став лен ы
сметы,
выз ван ы
рабочие.
В
тече ние
полутора
ме­
сяцев
о со бняк
д’Эпарвье
с
ут ра
до
вечера
оглашался
стуком
молотков,
свистом
буравов,
скрежетом
пил.
В
зале
Философов
и
Сфе р
зажи­
гались
огни,
и
запах
горелого
масл а
вызывал
тошноту
у
обитателей
особняка.
Старые
мирные
и
под ат лив ые
замки
заменены
бы ли
в
дв е­
рях
и
шкафах
но вым и,
затейл и выми
и
строптивыми.
Всюд у
б ыли
замысловатые
мех анизмы,
вис яч ие
замки
с
литерами,
над ежн ые
за­
совы,
болты,
цепи ,
электрические
си г нали затор ы.
Все
эти
металличе­
ские
штуки
наводили
страх.
Замочные
покрышки
све рка ли,
язычки
скр ипе ли.
Для
каждого
зал а,
каждого
шкафа,
каждого
ящика
нужно
был о
знать
особый
шифр,
изв естный
только
г-ну
Сарьетту.
Он
забив ал
се бе
голову
причудливыми
словами
и
огромными
ч исл ами
и
за пу­
тывался
в
это й
т айн описи ,
в
кв адрат а х,
кубах,
треугольниках.
Он
сам
уже
не
мог
открыть
д верей
и
шк афо в,
а
меж
тем,
каждое
утро
шкафы
был и
настежь,
а
книг и
перевернуты,
разрознены,
п ере ме­
шаны.
Однаж ды
ночью
по л ицейский
подобрал
в
к анаве
на
ули це
Сервандони
брошюру
Соломона
Рейнака
о
тождестве
Ва рав вы
и
Иисуса.
Так
как
на
ней
был
ш т емпель
библио т еки
д’Эп арв ье,
то
он
отнес
ее
владельцу.
Г-н
Рене
д’Э пар вь е,
не
удостоив
даже
предупредить
об
эт ом
г-н а
Сарьетта,
ре шил
обратиться
к
одному
из
своих
друзей,
человеку
дос то йно му
доверия,
г- ну
дез-Обель,
кот орый
был
со вет ник ом
судеб­
ной
палаты
и
расследовал
нес коль ко
важн ых
де л.
Это
был
круглый
человечек,
краснощекий,
очень
лысый,
так
что
его
чер еп
блестел,
как
биллиардный
шар.
Однаж ды
утром
он
зашел
в
библиотеку,
сделав
вид ,
что
явился
т уда
в
качестве
библиофила,
но
сразу
же
обнаружил,
что
в
книгах
не
по ним ает
ничего.
Все
бюст ы
дре вних
философов
кружком
отра жа лис ь
у
не го
в
л ы сине,
а
он
задавал
п ре дат ель ские
вопросы
г- ну
Сарьетту,
к оторы й
запинался
и
краснел,
так
как
не­
винность
легко
смущается.
С
этой
минуты
г-н
де з-Обел ь
сильно
за-
по доз рел
г -на
Са рьет та
в
кр аж ах,
которые
тот
сам
с
ужасом
об на­
руживал;
и
он
тот час
же
приня лс я
разыскивать
соучастников.
Что
же
касается
мотивов
пре ст уплен ия ,
то
о
них
он
не
за бот ил ся:
мотивы
всегда
найдутся.
Г-н
дез-Обель
предложил
г- ну
Р ене
д’Эпарвье
устроить
негласный
надзор
за
особняком
с
пом ощ ью
агента
полиции.
—
Я
распоряжусь,—сказал
он,—назначить
к
вам
Миньона.
Эт0
прекрасный
служащий,
внимательный
и
осторожный.
На
другой
день
с
шести
часов
ут ра
Миньон
уже
прогуливался
U BocClUHUv' 4M! УДОВ
33


пер ед
особняком
д’Эп арв ье.
(Эн отличался весьма примечательной
внешностью:
головой,
втянутой
в
плечи,
завиточками
на
висках,
ви днев шим ися
из-по д
узких
полей
к оте лка,
г л азами,
посаженными
в бок,
огромными
матово-черными
усами,
ги ган тски ми
руками
и
но­
г ами;
он
ме рно
прохаживался
от
ближайшей
из
колонн
с
бараньими
головами,
у кра шаю щих
осо б няк
де-ла-Сордьер,
до
ко нца
ули цы
Га-
рансьер,
к
абсиде
церкви
святого
Сульпиция
и
к
центральной
части
часовни
Де вы
Марии.
Начиная
с
э того
дня,
нельзя
было
ни
выйти
из
особняка
д’Эпарвье,
ни
войти
в
него,
не
чувствуя,
что
сле дят
за
каждым
твоим
движением
и
да же
за
твоими
мыслями.
Миньон
б ыл»
существом
удивительным,
надел енным
св ойс тв ами,
в
кот орых
п рир ода
отказывает
остальным
лю дям.
Он
не
ел
и
не
спал:
во
всякое
время
дня
и
ночи,,
в
дождь
и
в
ветер,
он
дежурил
пе ред
особняком
и
никто
не
мог
избежать
рад иол у чей
его
в згл яда.
Любой
чувствовал
себя
пронизанным
насквозь,
до
мозга
костей,
хуже
чем
голым,—скелетом.
Это
было
делом
одной
се кун ды;
агент
даж е
не
останавливался,
продолжая
сво ю
вековечную
прогулку.
Эт0
ст ало
нев ынос имым .
Мо­
лодой
Морис
угрожал,
что
не
вернется
под
родительский
кров,
если
будет
п родолж атьс я
такое
радиографирование.
Его
мат ь
и
се стра
Бер та
жаловались
на
пр он изыв аю щий
взгляд,
оскорблявший
цело­
мудренную
скромность
их
души.
Мадемуазель
Ка п ораль,
гувернантка
мале ньк ог о
Лео на
д’Эпарвье,
испытывала
н есказа нно е
смущение.
Г-н
Рене
д’Эпарвье
был
изм уч ен
и
не
переступал
порога
своего
д ома,
не
надвинув
шляп ы
на
глаза,
что бы
избегнуть
пыт л ивых
луче й,
и
не
послав
к
чорту
ста ри ка
Сарьетта,
ис точн ик
и
причину
всег о
Зл а.
Т акие
близкие
люди,
как
абб ат
Патуль
и
дя дя
Г аэта н,
стал и
появляться
реж е,
гости
прекратили
визиты,
поставщики
не
ре шал ись
приносить
то вар ы,
фуры
больш их
маг аз инов
едва
осмеливались
подъ­
езжать.
Но
самые
кр уп ные
беспорядки
слежка
породила
сре ди
при­
слуги.
Кам е рдин ер,
боясь
под
бдительным
оком
полиции
навещать
же ну
сапожника,
когда
пополудни
она
раб ота ла
совсем
одна,
находил
службу
невыносимой
и
про сил
расчета;
Одилия,
горничная
г-ж и
д’Эпарвье,
не
решалась
теп ерь ,
уложив
с пать
хозяйку,
впускать
как
обычно
к
себе
в
ман сард у
Октава,
самого
красивого
приказчика
из
соседнего
книжного
магазина,
и
ста ла
печальной,
ра зд раж и тельн ой,
нервной;
она
дер г ала
гос п ожу
за
волосы,
причесывая
ее,
дер зи ла
и
делала
авансы
г- ну
Морису;
кух арк а,
мадам
Мальгуар,
особа
серьезная,
лет
пя тиде ся ти,
не
мо гла
перенести
разлуку
с
Огюсто м,
34


йриказчиком
из
винн ой
лавки
с
улицы
Сервандонй,—лишения
слиш­
ком
тяжкого
для
ее
темперамента,—и
со шла
с
у ма:
она
подала
го спо дам
на
обед
сырого
кро л ика
и
объявила,
что
сам
па па
сделал
ей
предложение.
Нак о нец,
п осле
д вух
месяц ев
нечеловеческого
усер­
дия,
противного
вс ем
изв ест ным
зако нам
органической
жизни
и
не­
обходимым
условиям
сущ ест в ова ния
животного
ми ра,
аг ент
Ми ньо н,
не
обн аружи в
ни чего
нено рм ально г о,
прекратил
свою
сл ежку
и
молча
удалился,
отказавшись
от
всякого
вознаграждения.
А
в
библиотеке
книги
продолжали
св ою
пляску,
как
ни
в
чем
не
бывало.
—
Все
обст о ит
вел ико лепно , —
заявил
господин
дез-Обел ь. —Р аз
никто
не
входит
и
не
выходит,
зло у мышл енник
в
доме.
Этот
суде йский
решил
безо
всяких
допросов
и
обысков
разы­
ска ть
преступника.
В
назначенный
день,
в
полночь,
он
ве лел
покрыть
з*
35


слоем
талька
пол
библиотеки,
ступеньки
лестницы,
вестибюль,
ал­
л ею,
ведущую
к
павильону
г-на
Мо ри са,
и
переднюю
в
пав иль оне .
На
следующее
утро
г-н
дез-О бель ,
в
со пр ов ож дении
фотографа
из
префектуры,
г-на
Рене
д’Эпарвье
и
г-на
Сарьетта,
яв ил ся,
дабы
сфотографировать
следы.
В
саду
не
нашли
ничего:
порошок
сду ло
ветром;
в
павильоне
также
ничего
не
оказалось.
Юны й
Морис,
по
его
словам,
думая,
как
он
пояснил,
что
рто
чья-то
глупая
шутка,
вымел
веником
белую
пыль.
На
самом
же
деле,
он
хотел
ун ичт ожит ь
следы,
о ст авле нные
ботинками
горни чной
Одилии.
На
лестнице
же
и
в
библиотеке
б ыли
обнаружены
на
некотором
расстоянии
о дин
от
другого
весьма
слабые
отпечатки
го лой
ноги,
котора я,
казало сь ,
скользила
по
воздуху
и
ст у пала
очень
легко
и
лишь
че рез
большие
промежутки.
Всег о
было
найд е но
пя ть
таких
следов.
Самый
ч еткий
из
них
находился
в
з але
Бюстов
и
Сфер,
около
стола,
где
был и
навалены
книги.
Фотограф
префектуры
сделал
несколько
снимков
со
следа.
—
Это
страшнее
вс его
остального,—пробормотал
г-н
Сарьетт.
Г-н
дез-Обе ль
не
мог
скрыть
своего
недоумения.
Три
дня
спустя
антропометрический
отде л
префектуры
в оз­
вратил
обратно
пр едст а вле нные
ему
снимки,
сообщив,
что
в
его
материалах
ничего
похожего
не
имеется.
Пос ле
обеда
г-н
Рене
д’Эпарвье
по каз ал
снимки
бра ту
Гаэтану,
который
рассмотрел
их
с
глубоким
вн иманием
и
после
продолжительного
молчания
сказал:
—
Нисколько
не
сомневаюсь,
что
у
них
в
префектуре
ничего
подобного
не
нашлось;
это
но га
античного
атлета
или
бога.
Ступня,
оставившая
эт от
след,
обладает
совершенством,
которое
не
встре­
чается
ср еди
наш их
рас
и
в
наших
широтах.
Большой
пал ец
из ы­
ска нно й
красоты,
а
пятка
божественна.
Рене
д’Эпарвье
крикн ул ,
что
брат
сошел
с
ум а.
—
Он
поэт,—вздохнула
г- жа
д’ Эпа рв ье.
—
Дядя,—заметил
М ор ис,—в ы,
пожалуй,
влюбитесь
в
эту
ногу,
есл и
вам
доведется
увидеть
ее.
—
Так ая
судьба
уже
постигла
В ива н-Ден она,
который
сопро­
вождал
Бонапарта
в
Египет,—ответил
Гаэтан
—
В
Фивах,
в
одной
могиле,
раз грабл е нн ой
ар аб ами,
Денон
нашел
ножку
му мии
изуми­
те льн ой
красоты.
Он
со зерц ал
ее
с
необычайной
пламенностью.
„Это
ножка
молодой
женщины,—мечтал
он,—принцессы,
некоего
прелест­
ного
существа;
никакая
обувь
не
уродовала
ее
со верш енных
форм“.
36


Дено п
любовался
ею,
обожал
ее,
любил.
Рису но к
этой
ножки
им еет ся
в
ат ласе
его
путешествия
по
Египту,
кот орый
можно
бы ло
бы,
не
о т кла дывая
в
дол гий
ящик,
перелистать
там,
наверху,
если
бы
старик
Сар ье тт
позволил
заглянуть
хотя
бы
в
одну
из
книг
своей
библиотеки.
Вр еменами,
когда
Морис
но чью
просыпался
в
постели,
ему
чу дило сь,
буд то
кто-то
в
соседней
комнате
перелистывает
страницы,
а
переплеты
стучат
о
пар кет.
Однажды,
возвращаясь
в
пять
ча сов
утра
из
клуба
после
боль­
шого
проигрыша
и
разыскивая
пер ед
дверью
павильона
запропа­
стившиеся
где -то
в
к ар мане
ключи,
он
я вств енно
расслышал
голос,
который
со
вз д охом
ше пт ал:
—
По зн ание,
куда
ведешь
ты
меня?
Куда
влечешь
ты
меня,
о
мысль ?
Но,
пройдя
обе
ко мн аты,
он
не
ув идел
никого
и
реш ил,
что
Это
зв енело
у
него
в
ушах.
Глава
VIII,
где
г оворитс я
о
любви,
что
должно
понравиться
читателю,
ибо
п ове сть
без
любви
—то
же,
что
к ол баса
без
гор чи цы:
вещь
н ел епая
Морис
не
удивлялся
ничему.
Он
не
пытался
постигнуть
при­
ч ину
вещей
и
спок о йно
жил
в
мире
видимостей.
Не
отри ца я
суще­
ствования
вечной
ис тины,
он
гна лся ,
отдав ая сь
своим
желаниям,
за
с ует ными
образами.
Менее
увлеченный
спортом
и
фи зи ческ ими
упражнениями,
чем
бол ьшая
часть
м олоды х
лю дей
его
поколения,
он
бессознательно
оставался
верен
любовным
традициям
своей
расы.
Французы
всегда
были
с амыми
галантными
из
людей,
и
бы ло
бы
досадно,
если
бы
они
утратили
эт< >
преи мущес тво .
Морис
хранил
его;
он
не
был
влю бл ен
ни
в
од ну
женщину,
но
„любил любовь“,
как
выражается
святой
Августин.
Отдав
должную
дань
неу вя даемым
прелестям
и
тайному
искусству
г-жи
де-ла-Вердельер,
он
вкусил
от
торопливых
ласк
неко ей
лирической
пев ицы
по
имени
Люсио ль ;
теперь
он
без
37


осо бой
ра дос ти
переносил
элементарную
испорченность
Одилии,
гор­
ничной
его
матери,
и
слезливое
обожание
прекрасной
г-жи
Буаттье.
Он
ощущал
вели кую
пустоту
в
сер д це.
И
в от,
в
одн у
из
сред,
зай дя
в
гостиную,
где
его
мать
принимала
знако м ых
дам,
бо льш ею
частью
строгих
и
малопривлекательных,
вмест е
со
стариками
и
очень
м оло­
дым и
людь м и,
он
з амет ил
в
э той
интимной
обстановке
г- жу
дез-Обель,
ж ену
тог о
само го
советника
судебной
па латы ,
с
которым
г-н
Рене
д’Эпарвье
безрезультатно
советовался
относительно
т аинст ве нных
хищ ений
в
библиотеке.
Она
бы ла
м ол ода,
он
наш ел
ее
миловидной,
и
не
без
оснований.
Жильберта
была
вылеплена
Г ением
Же нст вен­
ности,
и
ни како й
др угой
Гений
не
участвовал
в
э той
работе?
По­
этому
все
в
ней
воз буж да ло
желание,
и
ни что,
ни
в
ее
внешности,
ни
в
ее
су щест ве,
не
внушало
ины х
чувств.
Мысль,
ко тора я
движет
мир ами,
побудила
молодого
Мориса
подойти
ближе
к
этому
чу­
десному
созданию.
Поэтому
он
предложил
ей
руку,
чт обы
вест и
к
чайному
столу.
И
когда
Жильберта
в зяла
чашку,
он
сказал:
—
Мы
с
в ами
могли
бы
сг овори тьс я...
Согласны?
Он
гов ори л
так,
следуя
со вр емен ным
пра вил ам,
да бы
избежать
пошлых
комплиментов
и
из бавить
женщину
от
выслушивания
тех
уста релы х
признаний,
которые,
в
с илу
своей
расплывчатости
и
не­
определенности,
не
даю т
возможности
отв ети ть
точно
и
ясно.
И
во с­
пользовавшись
несколькими
мин ут ами,
когда
можно
было
говорить
с
г-ж ой
дез-Обель
незам етно ^
он
обратился
к
ней
с
предложениями,
настойчивыми
и
не
терпящими
промедления.
Жильберта,
наско л ько
можно
суди ть ,
была
созд ана
скоре е
для
того,
чтобы
во збу ждать
желания,
чем
для
того,
ч тобы
их
испытывать.
Тем
не
менее
она
со зн авал а,
что
ее
назн ач ен ие
—
любовь,
и
следовала
этому
охо тно
и
с
удо вольс тви е м.
Морис
не
был
ей
о пред е ленно
неприятен.
Но
она
п ред почла
бы,
чтобы
он
был
сиротой,
зн ая
по
опыту,
сколько
разочарований
приносит
порой
любовь
сы на
почтенных
р одит ел ей.
—
Значит,
решено?
—сказал
он
в
вид е
закл юч ения .
Она
при тв ори лас ь,
будто
не
понимает,
и,
задержав
у
самого
рта
булочку
с
паштетом,
к от орую
держала
в
руке,
вскинула
на
Мориса
удивленные
глаза.
—
Что
именно?—
спросила
он а.
—
Вы
сами
отлично
знает е .
Г-жа
дез-Обель
опустила
глаза,
отпила
гл оток
чая
и
не
ответила
ни
слова,
так
как
ее
целомудрие
не
бы ло
еще
побеждено.
33


Тем
временем
Морис,
бе ря
у
нее
из
рук
пустую
чашку,
п ро­
должал:
—
В
субботу,
в
пять,
ул ица
Ри ма,
126,
нижний
этаж,
две рь
направо
под
аркой;
стукнете
три
р аза.
Г -жа
дез-Обель
подняла
на
сына
почтенных
хозяев
спокойные,
строгие
глаза
и
уверенным
шагом
вернулась
в
кру г
достойных
жен­
щин ,
кот орым
г-н
Ле-Фо ль ,
сенат о р,
объяснял
как
раз
действие
при бор ов
для
иску сст в енно го
высиживания
цыпл ят
в
сельскохозяй­
ственной
колонии
Сент-Жюльенн.
В
следующую
с убб оту,
у
себ я
в
квартире
на
улице
Р има,
Морис
ждал
г-жу
де з-Обель .
Он
п рожда л
ее
напрасно.
М алень кая
ручка
не
постучала
трижды
в
дверь
под
аркой.
Морис
разразился
про кля ­
тиями
по
адресу
отсутствующей,
обзывая
ее
про
себя
к обы лой
39


и
верблюдом.
Напрасные
наде ж ды,
обманутые
же лан ия
делали
его
неспр ав едли вым .
Ибо
г-жа
дез- Обе ль,
не
я вив шись
ту да,
куда
и
не
обещала
п ридт и,
эт их
названий
не
заслуживала.
Но
мы
судим
о
че­
ловеческих
поступках
по
то му
удовольствию
или
огорчению,
которые
они
нам
доставляют.
Морис
появился
в
гостиной
матери
л ишь
две
недели
спустя
после
серенады
за
ча йным
столом.
Он
пришел
п оз дно,
когда
г -жа
дез-
Обель
уже
с
полчаса
нах о дилась
в
гостиной.
Он
покл о нил ся
ей
холод но,
сел
в
отдалении
и
сделал
в ид,
что
слушает.
—
...оба
противника,—говорил
мужественный
и
красивый
голо с ,—
бы ли
достойны
друг
друга,
и
борьба
должна
была
быть
жестокой,
а
исход
нео пр еделен ным.
Ге не рал
Боль
с
бес прим ерн ой
стойкостью
врос,
есл и
так
можно
выразиться,
в
землю.
Генерал
Миль пер т юи,
одаренный
сверхчеловеческой
подвижностью,
производил
вокруг
не­
поколебимого
противника
движения
головокружительной
быс тро ты.
Сражение
вел ось
с
у ж асающей
яростью.
Все
были
в
кра йн ем
на­
пряжении...
Так
генерал
д’Эпарвье
рассказывал
тр епещ ущ им
д амам
о
боль­
ших
о сенних
маневрах.
Он
гов ори л
иску сно
и
ум ел
нравиться:
Пр о­
вед я
затем
параллель
между
методами
французским
и
немецким,
он
в
высшей
ст е пени
беспристрастно
опр едел ил
характерные
черты
обоих,
под черкн ул
достоинства
и
одного,
и
другого,
не
побоявшись
отметить,
что
оба
имеют
известные
преимущества,
и
для
на чала
представил
вз ору
удивленных,
разочарованных
и
смущенных
дам,
лиц а
которы х
омрачились
и
вытянулись,
как
Германия
бе рет
верх
над
Францией.
Но,
по
мере
то го
как
воинственный
муж
об стоят ель­
нее
описывал
оба
метода,
французский
про яв лял
себя
все
более
гибким,
изя щн ым,
полным
сил ы,
грации,
остроумия
и
ве сел о сти,
тогда
как
немецкий
явн о
ст ан ови лся
тяжелым,
неуклюжим
и
робким.
И
мал о-по мал у
л ица
дам
стали
округляться
и
озаряться
радостной
улыбкой.
И,
чтобы
окончательно
успокоить
этих
матерей,
жен,
сестер
и
во зл юблен ных ,
ген ера л
объяснял
им,
что
мы
в
состоянии
применить
и
немецкий
метод,
ко гда
это
нам
выгодно,
тогда
как
немцам
фран­
цуз ский
метод
недоступен.
Когда
ген ерал
кончил,
его
отвел
в
с торон у
г-н
Ле-Трюк-де-
Рюффек,
который
основывал
патриотическое
общество
„Фехтование
для
всех“
в
целях
(он говорил: „в
целя х “) возрождения Франции
и
обеспечения
ее
превосходства
над
всеми
противниками.
В
общество
40


будут
зачисляться
дети
с
колыбельного
возраста,
и
г-н
Ле-Трюк*
де-Рюффек
предлагал
почетное
председательство
генералу
д ’Эп а рвье.
Тем
вр еме нем
Морис,
казалось,
п рис луши ва лся
к
разговору,
который
завязался
между
очень
кроткой
старой
дамой
и
аббатом
Лаптитом,
священнослужителем
общины
сестер
Крови
Иисусовой.
Старая
дама,
измученная
с
некоторых
пор
траурами
и
болезнями,
хотела
знать,
почему
л юди
так
несчастны
в
сем
мире,
и
спр аш ива ла
у
а ббата
Лаптита:
—
Как
объясните
вы
бедствия,
обрушивающиеся
на
человече­
ский
род ?
Зачем
бывают
чума,
голод,
наво днения ,
землетрясения?
—
Нужно
же,
чт обы
время
от
в рем ени
бог
напо ми нал
нам
о
себ е,— отв е чал
аббат
Лаптит
с
неб есн ой
улыбкой.
Морис
притворился,
будто
сильно
заинтересован
этим
разговором.
З атем
он
сделал
вид,
что
у вл екся
г-жою
Филло-Грапден,
довольно
свежей
м олодой
особой,
но
в
своей
прос тов атой
наивности
лишенной
всякой
со ли
и
ос троты .
Одна
очень
старая
д ама,
крикливая
и
рез ­
к ая,
подчеркивавшая
нарочитой
скромностью
те м ного
шерстяного
платья
с вое
высокомерие
свет ск ой
да мы
из
хрис тиа н ского
финансо ­
во го
мира,
закричала
визгливым
голо со м:
—
Итак,
милая
госпожа
д ’Эпар вь е,
у
вас
б ыли
какие -то
не­
приятности?
Газеты
что- то
смутно
сообщали
о
кражах
и
исчезно­
вения х
в
богатейшей
библиотеке
господина
д’Эпарвье,
о
пропавших
письмах.
—
Ах,—сказала
г-жа
д’Эпарвье,—если
верить
всему,
что
пишут
газе ты!. .
—
В
конце
концов,
моя
дорогая,
вы
ведь
разыскали
свои
сокро­
вища?
Все
хорошо,
что
хорошо
конч ае тся .
—
Библиотека
в
полном
порядке,—подтвердила
г- жа
д’ Эпар вь е.—
Все
в
цел ост и.
—
Биб лио те ка
помещается
этажо м
выше,
не
правда
ли?—спро­
сил а
г-жа
дез- Обель ,
проявив
н ео жиданн ый
интерес
к
книгам.
Г-жа
д’Эпарвье
ответила,
что
библ ио т ека
занимает
весь
третий
Эта ж,
а
наименее
цен ные
книг и
с л ожены
на
ч ерда ке.
—
Нельзя
ли
мне
осмотреть
ее?
Хозяйка
до ма
заявила,
что
ничего
не
может
быт ь
проще.
Она
обратилась
к
сы ну:
—
Морис,
покажите
библиотеку
госпоже
дез-Обель.
Морис
встал
с
места
и,
не
говоря
ни
сл ова,
поднялся
за
41


г-жой
дез-Обель
в
трет ий
эт аж.
Вид
у
него
был
рав но душн ый,
но
в
ду ше
он
р адов ался ,
не
сомневаясь
в
то м,
что
г-жа
дез-Обе ль
изъявила
ж е лание
осмотреть
библи от еку
только
для
того ,
чтобы
поговорить
с
ним
наедине.
И,
представляясь
равнодушным,
он
р ешил
повторить
свое
пр едло ж ение,
которое
на
это т
раз
не
должно
был о
встретить
отказа.
Под
романтическим
бюстом
Ал екса ндр а
д’Эпарвье
их
встретила
молчаливая
тень
старичка
с
ввалившимися
глазами,
с
привычно
покорным
выражением
ужаса
на
про зра чн ом
лице.
—
Не
беспокойтесь,
господин
Сарьетт,—
сказал
Мо рис ,—
я
п ока­
зы ваю
библи от еку
госпоже
дез-Обел ь.
Мо рис
и
г- жа
дез-Обель
п рошли
в
б ольш ой
зал,
по
ч етыр ем
стенам
которого
во зв ышали сь
шкафы,
набитые
к ниг ами
и
украшен­
ные
бронзированными
бюстами
поэтов,
философов
и
ораторов
дре в­
ности.
Все
б ыло
в
образцовом
п орядк е,
которы й,
казал ос ь,
не
нару­
шался
с
самого
осн ов ания
библи от еки.
Только
на
том
месте,
где
еще
вчера
нах о дилас ь
неизданная
рукопись
Ришара
С имо на,
виднелась
чер ная
дыр а.
Рядом
с
м олоды ми
людьми
бесшумно
шагал
г-н
Сарьетт,
бледный,
незаметный
и
безмолвный.
Морис
с
упреком
взглянул
на
г- жу
дез-Обель.
—
Право
же,
вы
поступили
нехорошо...
Она
показала
знаком,
что
би блиот ек арь
может
их
слышать.
Но
он
ее
успокоил:
—
Не
обращайте
внимания.
Это
старик
Сарьетт.
Он
окончательно
спят ил.
И
он
повторил:
—
Да,
с
в ашей
стороны,
это
нехорошо.
Я
вас
ждал;
вы
не
пришли.
Из-за
вас
я
страдал...
После
минутного
молчания,
во
вре мя
которого
слышалось
только
тихое
и
печальное
пение
астмы
в
бр он хах
бедняги
Сарьетта,
молодой
Морис
настойчиво
заговорил
снова:
—
Вы
б ыли
не
правы.
—
Не
права?
В
ч ем?
—
Что
не
захотели
сг овори тьс я
со
мной.
—
Вы
все
еще
думаете
об
этом?
—
Разумеется.
—
Эначит,
это
серьезно?
—
Как
нельзя
более
серьезно.
4?


Трон ут ая
его
уверениями
в
столь
и скр еннем
и
пр оч ном
чувстве
и
полагая,
что
оказала
уже
достаточное
сопротивление,
Жильберта
об ещ ала
Морису
то,
в
чем
отказала
две
нед ели
то му
назад.
Они
п роск ользн ули
в
амбразуру
окна
за
огромную
небесную
сферу,
на
к оторой
б ыли
выгравированы
знаки
зоди а ка
и
изображения
со звезд ий,
и
там,
устремив
взоры
на
Ль ва,
Деву
и
Весы,
в
при сутс тв ии
множества
б иб лий,
ср еди
творений
отцов
церкви,
греческих
и
латин­
ских,
пер ед
изображением
Гомера,
Эсхила,
Софокла,
Еврипида,
Ге­
родота,
Фукидида,
Сократа,
Пл ат она,
Аристотеля,
Демосфена,
Ци­
ц ерон а,
Вергилия,
Горация,
Сенеки
и
Эпиктета,
они
дали
обет
вз аим­
ной
лю бви
и
о бменя ли сь
долгим
поцелуем
в
губы.
Немедленно
в след
за
эт им
г-жа
дез- Обель
вспомнила,
что
ей
предстоит
еще
сделат ь
неско ль ко
виз ито в
и
потому
нужно
скорее
бежать:
ибо
лю бовь
не
ме шала
ей
заботиться
о
своей
славе.
Но
не
успели
они
выйти
на
площадку,
как
услышали
хриплый
крик
и
увидели
г- на
Сарьетта,
в
смя т ении
выско ч ивше го
на
лестницу:
—
Держите
ег о!
Д ер жите!
Я
видел,
как
он
ул ет ел!.. Он
сам
снялся
с
полки...
Он
перелетел
через
комнату...
Вон
он!
Вон
он!
Он
спус­
кается
по
лестнице...
Д ер жите!. .
Он
вы лет ел
через
наружную
дверь!..
—
Кто?
—спросил
Морис.
Г-н
Са рьет т
смотрел
с
площадки
в
окно
и
в
уж асе
бормотал:
—
Он
лет ит
че рез
сад!..
Он
уже
в
пав иль о не!..
Держите
его !..
Д ер жите!. .
—
Но
ко го
же?—переспросил
Морис.—Кого,
ра ди
создателя?
—
Моего
Иосифа
Флавия!—вскричал
г-н
Сарьетт.—Держите
его !..
И
он
тяж ело
рухнул
навзничь.
—
Теперь
вы
видите,
что
он
сумасшедший,—сказал
Мор ис
г-же
дез-Обель,
поднимая
несчастного
биб ли оте каря .
Жил ьб ер та,
слегка
побледнев,
сказал а,
что
ей
тоже
показалось,
бу дто
что-то
летело
в
направлении,
которое
указывал
это т
бед няга .
Морис
не
видел
ничего,
но
он
ощутил
сло вно
п орыв
ветра.
Он
оставил
г-на
Сарьетта
на
ру ках
Ипп оли та
и
г ор нич ной,
прибежавших
на
шум.
Старик
пробил
себе
голову.
—
Все
к
лучшему,—заметила
гор нич ная .— Мо жет
быть,
благо­
дар я
этой
ра не
он
спасся
от
кровоизлияния
в
мозг.
Гос пож а
дез-Обел ь
отдала
свой
платок,
чт обы
унят ь
к ровь,
и
посоветовала
по ставить
компресс
из
арн ик и.
43


Глава
IX,
кот о рая
подтверждает
сло ва
од ного
древнегре­
ческого
п о э та : „Нет ничего сладостнее золотой
Афро д ^т пы^
Хотя
он
обладал
г- жою
дез- Обель
уже
шесть
мес яцев,
Мор ис
еще
любил
ее.
Гов оря
правду,
л ето
разлучило
их.
Из-за
н едо статка
денег
он
пр ину жден
был
сопровождать
м ать
в
Швейцарию,
а
зат ем
жить
со
вс ей
семьей
в
имении
д’Эпарвье.
Она
же
пр ов ела
лето
у
своей
ма тери
в
Ниоре,
а
осень
—с
мужем
в
п риб режн ом
нормандском
ме ст ечк е,—и
за
это
время
они
вид е лись
всего
л ишь
четыре-пять
раз .
По
с
тех
пор
как
зима,
благ о скл о нная
к
любовникам,
вн овь
со е­
динила
их
в
городе
под
своим
ту манн ым
покровом,
Морис
два
раз а
в
неделю
при ним ал
Жильберту
—и
только
ее
одну
—у
себя
в
квар­
тир ке
на
улице
Рима.
Ни
од на
женщина
до
сих
пор
не
внушала
ему
столь
прочного
и
постоянного
чувства.
То,
что
он
считал
себя
любимым,
увеличивало
удовольствие.
Он
полагал,
что
она
не
об­
м ан ывает
ег о,— не
потому,
что
у
него
были
основания
верить
этом у,
но
ему
каз ало сь
справедливым
и
естественным,
ч тобы
она
д овол ь­
ствовалась
им
одним.
Бо лее
вс его
сердило,
что
она
всегда
заставляла
себя
жд ать
и
о паздыв ал а
на
свиданья,
то
бол ьш е,
то
меньше,
но
чаще
в сего
—
намного.
Так-то
во т,
в
субботу
30 января,
с
четырех
часов
дн я,
элегантно
одетый
в
пижаму
с
цветочками,
Морис
по дж идал
г-ж у
дез-Обель
в
розовой
комнатке,
пер ед
затопленным
камином,
покуривая
восточ­
ный
т абак.
Сначала
он
мечтал,
что
встретит
ее
пла менными
поце­
луями
и
небыва лы ми
ласками.
Когда
прошло
четверть
ч аса,
он
стал
обдумывать
н еж ные,
но
серьезные
упреки.
Зат ем
после
часа
напрас­
ного
ожидания,
он
дал
се бе
с лово
принять
ее
с
холодным
прене­
брежением.
На кон ец
она
появилась,
свежая
и
надушенная.
—
Не
стоило
приходить
так
поздно,—сказал
он
с
горечью,
пока
она
кла ла
на
стол
муфту
и
су мо чку
и
сним ал а
пер ед
зеркальным
шкафом
вуалетку.
Она
стала
ув ерят ь
возлюбленного,
что
никог да
еще
не
п орти ла
се бе
столько
крови,
спеш а
к
нему,
и
рассыпалась
в
извинениях,
которы е
он
упорно
отвергал.
Но
как
только
она
догадалась
замолчать,
44


он
Прекратил
с вои
упреки:
ничто
уже
не
отвлекало
его
от
желания,
которое
она
выз ыва ла
в
не м.
Она
был а
создана,
чтобы
нравиться
и
восхищать,
и
потому
ра з­
д евал ась
охот но ,
как
ж енщи на,
к отора я
знает,
что
для
нее
вполне
допустимо
и
при ли чно
по каз ыва ть
с вою
наготу
во
всей
ее
красоте.
Сначала
он
проя вил
свою
любовь
с
мр ач ной
пл аменно ст ью
человека,
находящегося
во
власти
Необходимости,
это й
вл адыч ицы
люд ей
и
богов.
Несмотря
на
хруп к ую
вне шно сть ,
Жильберта
была
в
состоянии
выносить
удары
нео твр атим ой
бо гин и.
Затем
он
перешел
к
ме нее
фатальному
род у
любви,
руководствуясь
указаниями
Вен еры
Ученой
и
затеями
Эр о са-и ску сника .
Тепе рь
с
его
при родн ой
с илой
со чет ались
ухищрения
утонченного
ума,
наподобие
того,
как
лоз а
о б вивает ся
вокруг
коп ья
вакханок.
Ви дя,
что
ей
приятны
эти
забавы ,
он
длил
их,
ибо
любовникам
сво йств енно
ст реми тьс я
к
удовлетворению
лю­
бимог о
существа.
Затем
оба
они
погрузились
в
безмолвную
и
сла­
до стн ую
истому.
Занавеси
были
спущены;
комнату
окутывал
те плый
сумрак,
в
котором
пля са ли
отблески
головешек.
Те ло
и
белье,
казалось,
фос ­
форесцировали;
зеркала
в
шкаф у
и
над
камином
нап ол нил ись
таин­
ственными
о тс вет ами.
Теперь
Жильберта,
облокотившись
на
по ду шку
и
по дпере в
голову
рукою ,
размышляла.
Од ин
мелкий
ювелир,
че ловек
па деж ный
и
смет ли вый,
по казал
ей
нео быкно ве нно
красивый
б р аслет
с
жемчугом
и
сапфирами,
ст о ивший
дорого,
но
продававшийся
сейчас
за
бесценок.
Какая-то
коко т ка
в
минуту
нужды
дала
его
ю вели ру
для
продажи.
Случай
был
явн о
редкий,
и
жаль
было
бы
его
упустить.
—
Хочешь
посмотреть
брас ле т,
милый?
Я
попрошу
своего
юве­
ли ра
дать
мне
его
на
время.
Морис
не
отклонил
прямо
эт ого
предложения.
Но
видно
было,
что
он
ниско л ько
не
интересуется
за меч ате льны м
браслетом.
—
Когда
мелким
ювели рам ,— ск аз ал
он,—представляется
выгод­
ный
сл у чай,
они
пользуются
им
сам и,
а
не
п ре длаг ают
клиенткам*
И
кроме
то го
драгоценности
сейчас
не
в
моде.
Приличные
же нщины
их
больше
не
носят.
Все
увлечены
спортом,
а
спорт
—враг
драго­
ценностей.
Морис,
в
противность
истине,
говорил
так
потому,
что
недавно
по дар ил
своей
подруге
меховую
ш убку
и
не
спеш ил
делать
ей
новы й
подарок.
Он
не
был
скуп,
но
знал
с чет
деньгам.
Ро дит ели
давали
ему
не
слишком
много,
и
долги
его
рос ли
с
каж дым
днем.
Чересчур
45


б ыс трое
удовлетворение
ж ел аний
любовницы
грозило
породить
ещё
б олее
сил ь ные
прихоти.
Случай
представлялся
ему
не
столь
подходя­
щим,
как
Жильберте,
и
ему
хотелось
сохранить
за
собой
ини циат иву
щедр о сти.
Наконец,
он
полагал,
что
ес ли
станет
делать
сл ишк ом
много
пода рко в,
то
лиши тс я
уверенности,
что
его
л юбят
ради
нег о
самого.
Такое
отношение
не
в ызв ало
в
г- же
дез-Обель
ни
досады,
ни
уди в лени я:
она
б ыла
кроткой
ц
умеренной,
знала
мужчин
и
полагала,
что
их
нужно
брать
такими,
каковы
они
есть;
знала
также,
что ,
в
большинстве
случаев,
они
дарят
не
очень
охотно,
и,
женщина
долж на
уме ть
добиваться
того,
чтобы
ей
д ар или.
Вне запно
газовый
фонарь,
зажегшийся
на
улице,
о свет ил
щелку
между
з анав ескам и.
—
Половина
седьмого,—сказала
она,—пора
одеваться.
Возбужденный
взмахом
к рыль ев
у лет ающ его
вр емени,
Морис
почувствовал
возвращение
желания
и
прилив
новых
си л.
Б елая
и
лучезарная
же ртв а,
Жильберта,
за прок и нув
голову,
закатив
глаза,
полуоткрыв
рот,
вздыхала
в
глубок ой
истоме,
но
вдруг,
быстро
пр и­
по дня вш ись,
она
крикнула
в
ужасе:
—
Что
это
там
такое?
—
Да
ле жи
ты
спокойно,—сказал
Морис,
не
выпуская
ее
из
объятий.
В
своем
т епер еш нем
состоянии
он
не
потревожился
бы,
даже
ес ли
бы
н ебо
упало
на
землю.
Но
она
вырвалась
от
не го
од ним
прыжком.
Забившись
за
кровать,
с
ужасом
во
взоре,
она
указывала
па ль цем
на
фиг ур у,
появившуюся
в
у глу
ком наты,
между
камином
и
зеркальным
шкафом.
Затем,
не
в
силах
вынести
этого
зрелища
и
б лиз кая
к
обмороку,
она
закрыла
лицо
руками.
Глава
X,
далеко
превосходящая
по
смелости
вым ыс лы
Дан те
и
Мильтона
Повернув,
н ак онец,
голову,
Морис
увидел
фигуру
и,
заме ти в,
Что
она
двиг ает ся ,
испугался
в
св ою
очередь.
Тем
временем
Жиль­
берта
стала
приходить
в
себя;
она
ре ши ла,
что
замеченная
ею
фигура
был а
одной
из
лю бовн иц
ее
возлюбленного,
которую
тот
46


спрятал
у
се бя
в
комнате.
При
мысли
о
подобной
измене,
о хва чен­
ная
гневом
и
досадой,
кипя
негодованием
и
вызывающе
глядя
на
пр ед полаг аем ую
соп ер ницу ,
она
закричала:
—
Же нщ ина ...
Же нщ ина,
да
еще
голая!..
Ты
при ним аешь
меня
в
комнате,
ку да
приводишь
своих
же нщин ,
и
они
даже
не
успевают
одеться
к
моему
приходу!
И
ты
еще
смеешь
упрекать
меня,
что
я
запа зд ыв аю!
Как ая
наглость!
Ну,
жи во,
выш выр ни
с вою
девку...
Зн ае шь,
если
ты
хотел
иметь
нас
обеих,
следовало
бы
хоть
спр осит ь
меня,
согласна
ли
на
это
я...
Морис,
вытаращив
глаза,
ощупью
ис кал
на
ночном
столике
револьвер,
которого
там
никогда
не
было,
и
шептал
на
ухо
подруге:
—
Да
з ам олчи
же!
рто
не
женщина...
Ни
зги
не
видно...
но
мне
кажется,
что
это
скорее
мужчина.
Она
снова
зак ры ла
глаза
руками
и
завизжала
изо
всей
мочи:
—
Мужчина!
Как
он
по пал
сюда?
Вор! ..
У бийц а!..
На
помощь!
На
пом ощ ь!
Морис,
уб ей
его!
Убей!
Зажги
свет...
Нет,
не
зажигай!
Она
мы сленн о
д ала
обет
поставить
свечку
святой
деве,
если
спасется
от
г ибели.
Зубы
у
нее
ст уча ли.
Фигура
сде лал а
движение.
—
Не
под ходи те !
—крикнула
Жильберта.—Не
подходите!
Она
обе щала
вору
бросить
ему
все
деньги
и
драг о ценно­
сти,
кот оры е
лежали
на
столике,
есл и
он
с огла си тся
не
двигаться
с
места.
Несмотря
на
ст рах
и
во лне ние,
ей
п ришло
в
голову,
что
ее
муж,
скрыв
подозрения,
уст рои л
за
ней
слежку,
подослал
свидетелей
и
прибег
к
помощи
ком исс ара
по лиции.
В
о дно
мгновение
она
пред­
ставила
себе
долгую
и
печ аль ную
будущность,
шум
светского
скан­
дала,
об ^ее
п одчеркн утое
презрение,
трусливое
отступничество
при­
ятельниц,
справедливые
насм ешки
общества,
ибо
в
самом
деле
смешно
так
п опа сть ся.
Ей
стал
ри сов а ться
разв о д,
потеря
общественного
положения,
замкнутая
и
унылая
жизнь
у
матери,
где
н икто
не
станет
за
ней
уха жи ва ть,
так
как
мужчины
и збег ают
ж е нщин,
если
супружеское
положение
последних
не
гарантирует
б езоп асно ст и.
И
из-
за
чег о
все
это?
Из-за
че го
это
несчастье,
это т
крах?
Из-за
глупости,
из-за
пус тяк а!
Так
во
в незапн ом
озарении
говорила
сов ест ь
Жиль-
берты
д ез-О бел ь.
—
Не
бойтесь,
сударыня,—произнесла
фи гура
очень
кротко.
Жильберта
немного
успокоилась
и
нашла
в
себе
сил ы
спросить:
47


—
Кто
вы?
—
Я
ангел,—ответил
голое.
—
Что
такое?
—
Я
ангел,
ангел-хранитель
М ор иса.
—
Повторите!..
Я
схожу
с
ума...
Я
ничего
не
понимаю.
Морис,
понимавший
не
больше
ее,
при шел
в
негодование.
Обла­
чившись
в
пиж аму ,
весь
покрытый
цв ето ч ками,
он
сос коч ил
с
пост ели.
Правой
рукой,
вооруженной
туфлей,
он
сделал
угрожающий
же ст
и
сказал
р езким
голос ом:
—
Вы
нахал...
Будьте
лю безны
у брат ься
отсюда
тем
же
способом,
как
пришли.
—
Морис
д ’Эпар вь е,—в но вь
раздался
кр отк ий
голос.—Тот,
кому
вы
поклоняетесь
как
своему
со зд ате лю,
приставил
к
каждому
верую­
щему
доброго
ангела,
кот орый
должен
помогать
ему
советами
и
охр ан ять
е го;
таково
определенное
м нение
отцов
церкви:
оно
по д­
тверждается
многими
местами
из
свя щ енног о
писания;
це рков ь
при­
ня ла
его
единодушно,
не
предавая,
впрочем,
анафем е
те х,
кто
при­
держивается
противоположного
взг ля да.
Вы
видите
перед
собой
одного
из
таких
ангелов,
вашего
анг ел а,
Мо рис.
Мне
было
п оручен о
на­
блюдать
за
вашей
н евинно ст ью
и
охра ня ть
ваш у
чистоту.
—
Возможно,—ответил
Морис,—но
во
всяком
случае
вы
—не
св етский
человек.
Светский
человек
не
позволил
бы
се бе
^ойти
в
комнату
в
ту
минуту,
ко гда.. .
Словом,
какого
чорта
вам
здес ь
надо ?
—
Я
пр инял
образ,
кот оры й
вы
видит е,
Морис,
чтобы
стать
похожим
на
лю дей,
так
как
с
этого
времени
я
должен
жить
и
тру­
диться
среди
них.
Небесные
духи
обладают
способностью
облекаться
во
вн ешние
формы,
которые
делают
видимыми
и
ося заем ыми.
Эти
формы
вполне
реальны,
потому
что
они
видимы,
а
единственная
ре ально сть
на
свете
—это
видимость.
Жильберта,
окончательно
усп око ив шись ,
пр иг лади ла
волосы
на
лбу.
Ангел
продолжал:
—
Н ебес ные
духи
по
собственному
ж елани ю
становятся
суще ­
ст вами
мужского
или
женского
пола
или
даже
обоих
сразу.
Но
они
не
м огут
воплощаться
в
любое
время
по
своей
п ри хоти
и
фантазии.
Их
превращения
по дч инены
тв ерды м
з ако нам,
которых
вы
не
мо­
жете
постигнуть.
Таким
образом,
не
в
моей
воле
и
не
в
моих
силах
превратиться
у
вас
на
глазах^
для
в ашей
или
соб ст венно й
своей
за-
«8


бавы,
в
тигра,
льва,
муху,
кусок
сикоморового
д ерева ,
по
примеру
тог о
египетского
юноши,
история
которого
была
найдена
в
гробнице,
или
же
в
осла,
как
это
сделал
Луций,
прибегнув
к
ма зи
юн ой
Фо ти ды.
Моя
мудрость
заранее
о пр едели ла
час
мо его
появления
среди
людей;
ничто
не
могло
его
приблизить
или
отдалить.
Жела я
добиться
большей
я сно сти,
Морис
спросил
еще
раз :
—
Скажите,
нако нец ,
какого
чор та
вам
здес ь
надо?
Г-ж а
дез-Обель
присоединила
свой
г олос
к
голос у
возлюблен­
ного:
—
Правда,
что
вам
зд есь
нужно?
Ангел
отв ети л:
—
Мужчина,
преклони
ухо;
женщина,
услышь
мой
голос!
Я
от­
крою
вам
тайн у,
от
которой
зависит
судьба
вселенн ой.
Восстав
против
того,
кого
вы
считаете
творцом
мира
видимого
и
невидимого,
я
п од­
го то вляю
восстание
ангелов.
—-
Пожалуйста,
без
шуток,—сказал
Морис,
к оторы й
был
верую­
щим
и
не
выносил
н асмешек
над
св яты ми
вещами.
Но
ангел
с
упреком
ответил:
—
Почему
вы
думаете,
Морис,
что
я
легкомыслен
и
в еду
пустые
речи?
—
Бросим
это ,—
сказал
Морис,
по жим ая
плечами.—
Не
ста н ете
же
вы
во сстав ать
против...
Он
указал
на
потолок,
не
см ея
докончить.
Но
анг ел
возразил:
—
Разве
вы
не
знаете,
что
сы ны
божии
уже
восставали
однажды
и
что
в
небесах
разыгралась
ве ли кая
битва?
—
3TQ было так давно, —с казал
Морис,
натягивая
носки.
Ангел
ответил:
—
Эт0
бы ло
до
сот во рени я
мира.
Но
с
тех
пор
на
небесах
ничто
не
изм енил ось .
Теперешняя
п рирод а
ангелов
не
от лич аетс я
от
то й,
какою
она
б ыла
в
начале
времен.
То,
что
они
мо гли
сделать
тогда,
они
могут
возобновить
теп ер ь.
—
Нет,
этого
не
может
бы ть:
это
противно
вере.
Есл и
бы
вы
были
ангелом,
добрым
ангелом,
как
вы
утверждаете,
вам
не
пришла
бы
в
го лову
мысль
ослушаться
с оздат еля .
—
Вы
ошибаетесь,
Морис,
авторитет
отцов
церкви
против
в ас.
Ори ген
утверждает
в
своих
поу ч ения х,
что
добрые
ангелы
по д­
вержены
з аблу жде ния м,
что
они
постоянно
грешат
и
падают
с
не ба,
4 Восстание ангелов
И


как
мухи.
Впрочем,
быт ь
может,
вы
склонны
отвергать
этого
отца
церкви
(если можно так выразиться),
несмотря
на
его
познания
в
священном
писании,
потому
что
он
не
сопричтен
к
святым.
В
та­
ком
случае
я
напомню
вам
вторую
г лаву
„Апокалипсиса^, где ан­
гелы
Эфеса
и
Пер гама
строго
порицаются
за
то,
что
не
убе ре гли
церковь
свою.
Но
тут
вы,
пожалуй,
заметите,
что
ан ге лы,
о
кото р ых
говорит
апостол,
со б ств енно
говоря,
означают
епископов
этих
двух
го род ов,
которые
и
названы
а нге лами
по
своему
служению.
Возможно,
что
так ,
и
я
готов
с
э тим
согласиться.
Но
что
вы
противопоставите,
Морис,
мнению
стольких
ученых
бог ос лово в
и
пап,
которы е
учат,
что
ангелы
спо собн ы
склоняться
от
добр а
к
злу?
Так,
по
крайней
мере,
утверждает
святой
Ие ро ним
в
сво ем
„Послании к Дамазию“. ..
—
Милостивый
государь,—
сказала
г-жа
дез-О бель , —
я
прошу
вас
удал ит ься.
Но
ангел
не
слышал
ее
и
п род олжа л:
—
...святой
Августин,
„О правой вере“,
гл ава
XIII; святой Гри ­
горий,
„Нравоучение^, глава XXIV; Исидор...
—
Дайте
же
мне
о детьс я;
я
тороплюсь.
—
...„О
выс шем
благе“,
книга
1, глава XII; Бэда, „ О б
И ове “...
—
Я
вас
очень
прошу...
—
...глава
VIII; Дамаскин,
„О
вере“,
книга
11,
глава
III.
Я
полагаю,
все
это
достаточно
веские
авторитеты;
и
ва м,
Морис,
остается
только
признать
свое
заблуждение.
Вас
обмануло
то,
что
вы
пр иня ли
во
внимание
не
при ро ду
мою,
свободную,
действенную
и
и зменч иву ю,
как
у
вс ех
ангелов,
а
только
благодать
и
блаженство,
которыми
вы
сч итаете
ме ня
на дел ен ным.
Люцифер
обладал
ими
не
в
ме нь шей
ст епени,
однако,
он
во сста л.
—
Но
к
чему
восставать?
К
че му?
—
сп роси л
Морис.
—
Исайя,—ответил
сын
света,—Исайя
спрашивал
уже
раньше
ва с : „Quomodo cecidisti de coelo, Lucifer, qui mane oriebaris?“ ,
Узнайте
же
вс е,
Морис!
До
начала
времен
ангелы
восстали,
чтобы
властвовать
на
небесах.
Прекраснейший
из
сер афим ов
во зму т ился
из
гордости.
Что
касается
мен я,
то
благородную
жажду
свободы
мне
внушило
зн ани е.
Находясь
под ле
вас
в
доме,
где
помещается
одна
из
обширнейших
библиотек
в
мире,
я
пр ист раст илс я
к
чтению
и
по­
лю бил
науку.
Пока
вы,
уст ав ая
от
дел
грубой
жи зни,
спал и
глу бок им
*ЯКак 'упал
ты
с
неба,
Люцифер,
р ано
ту да
попавший?
50


сном,
я,
обложившись
книгами,
занимался,
раз мы шлял
над
текстами
то
в
одно м
из
библиотечных
зал ,
под
изображениями
великих
мужей
древ но сти,
то
в
глубине
сада,
в
той
комнате
пави ль он а,
что
пред­
шествует
вашей.
Ус лыш ав
эти
слова,
молодой
д’Эп арв ье
рас хохотал ся
и
принялся
н а гражд ать
т ум аками
подушку,
что
являлось
несо мне нным
приз на­
ком
самой
безу дер жно й
веселости.
—
Ха,
ха,
ха!
Так
это
вы
перевернули
вв ерх
дном
отцовскую
библиотеку
и
с вели
с
ума
несчастного
старика
Са рье тта?
Знае т е>
он
стал
окончательно
идиотом!
—
Заиятый,—отвечал
ангел,—воспитанием
в
себе
выс ше го
ума,
я
не
обр ащ ал
внимания
на
это
су щест во
низш ег о
порядка;
но
когда
он
попытался
воспротивиться
мо им
изысканиям
и
помешать
работе,
я
наказал
его
за
назойливость.
Однажды,
зимн ей
ночью,
в
зале
Философов
и
С фер
я
обрушил
ему
на
голо ву
очень
тяжелую
книгу,
кот ор ую
он
п ыт ался
вырвать
из
моих
невиди мых
рук .
А
недавно,
сх ват ив
мощной
дланью,
образованной
из
с толба
сгущенного
воздуха,
др аг оц енный
манускрипт
Иосифа
Фл авия ,
я
так
н апуг ал
это го
дурака,
что
он
с
во плем
выбежал
на
пло щад ку
и
(выражаясь яркими словами
Данте
Алигьери)
пал ,
как
пад ает
мертвое
т ело.
Впрочем,
он
был
вознагражден
с
ли хвой ,
так
как
вы,
сударыня,
чт обы
остановить
кровотечение,
да ли
ему
свой
над у шен ный
платок...
Эт°
произошло
в
тот
ден ь,
если
пр ипо мнит е,
к огда
вы
с
Морисом
обменялись
за
небесной
сферой
поцелуем
в
губы.
—
Мил ос тивый
государь!—
воскликнула,
нахмурив
брови,
воз­
му щенн ая
г- жа
дез-Обель.—Я
не
могу
допустить...
Но
она
тотчас
же
остановилась,
решив,
что
сейчас
не
вр емя
быть
слишком
щепетильной.
Ангел
продолжал
нево зму тимо -спо к ойно :
—
Я
решил
исследовать
основания
веры.
Сначала
я
за нялс я
па мятн иками
и удаи зма
и
пе рече л
все
еврейские
тек сты .
—
Вы
знаете
еврейский
язык!
—воскликнул
Морис.
—
Это
мой
родной
язык:
в
раю
мы
долгое
время
говорили
только
на
нем.
—
Ага,
вы
—ев ре й.
Об
этом
можно
б ыло
до г адат ься
по
вашей
бестак тно с ти.
Ангел,
не
удостоивая
его
вниманием,
п родол жал
своим
мелодич­
ным
голосом:
51


—
Я
постиг
д ре вние
памятники
Востока,
Греции
и
Рима ,
я
пр о­
гло тил
богословие,
философию,
физику,
геологию,
естествознание.
Я
по зна л,
я
мыслил,
я
пот е рял
в еру.
—
Ка к,
вы
не
веруете
в
бог а?
—
Верую,
ибо
от
его
существования
зависит
мое
собственное,
и
ежели
бы
его
не
было,
то
и
я
обратился
бы
в
ничто.
Я
верую
в
него,
как
сил ены
и
мен ады
веровали
в
Диониса,
и
по
тем
же
причинам.
Я
ве рую
в
бог а
евреев
и
христиан.
Но
я
от р ицаю,
что
он
сотворил
мир;
он
—самое
большее
—
лиш ь
организовал
не зна чи­
тельную
его
часть,
и
все,
чего
он
коснулся,
носит
печать
его
грубого
и
непредусмотрительного
ума.
Не
думаю,
чтобы
он
был
предвечным
и
б езг рани ч ным,
так
как
н елепо
мыслит ь
существо,
которое
не
имеет
конца
во
времени
и
пространстве.
Я
считаю
его
ограниченным,
и
даж е
ве сьма
ограниченным.
Я
так же
не
ве рю,
что
бог
един;
очень
долг ое
время
он
и
сам
в
это
не
верил:
сначала
он
был
политеистом.
Позже
собственное
тщеславие
и
лесть
поклонников
сдел али
из
нег о
монотеиста.
У
нег о
мало
последовательности
в
мы с­
ля х;
он
менее
могуч,
нежели
пр иня то
думать.
Короче
говоря,
он
с ко­
рее
су етный
и
нев ежеств ен ный
демиург,
нежели
бо г.
Те,
кто
подобно
мне
п озн али
его
истинную
природу,
называют
его
Иалда ваофо м.
—
Как
вы
сказали?
—
Иалдаваофом.
—
Что
это
такое
—
Иалдаваюф?
—
Я
уже
вам
ск аз ал:
это
демиург,
которого
в
своем
о сле плени и
вы
почитаете
за
ед ин ого
бога.
—
Вы
сошли
с
ума.
Не
советую
вам
рассказывать
такую
ерунду
аббату
Патулю.
—
Я
не
надеюсь,
милый
Морис,
озарить
глубокий
мр ак
вашего
раз ум а.
3Ha®Te только,
что
я
н аме рен
б орот ься
с
Иа лдав ао фом
и
над ею сь
его
победить.
—
П ов ерьте
мн е,
это
вам
не
уда ст ся.
—
Люцифер
поколебал
его
п рес тол,
и
одно
время
исход
борьбы
был
неясен.
—
Как
вас
зовут?
—
Абдиилом
—
сре ди
ангелов
и
с вя тых,
Аркадием
—
среди
людей.
—
Так
во т,
бедный
мой
Ар кадий,
мне
очень
жаль,
что
вы
всту­
пили
на
дурной
путь.
Признайтесь
лучше,
что
вы
над
нами
смеетесь.
На
худой
конец,
я
бы
понял,
если
бы
вы
бросили
неб о
р ади
же нщи ны.


Любовь
толкает
нас
на
величайшие
глупости.
Но
вы
не
заставите
меня
поверить,
что
вы,
созерцавший
бо га
лицом
к
лицу,
зат ем
нашл и
истину
в
к нижка х
старика
Сарьетта.
Нет ,
этого
я
н ик огда
не
смогу
п он ять!
—
Мой
ми лый
Морис,
Люцифер
лицезрел
бога
и
тем
не
менее
отказался
ему
служить.
Что
же
касается
той
истины,
кот ору ю
мы
находим
в
книг ах ,
то
эта
истина
в
не которы х
сл уча ях
д ает
во змо ж­
ность
установить,
как ими
вещи
не
бывают,
но
нико г да
не
раскрывает,
каковы
они
ес ть.
И
э той
скудной,
жалкой
ист ины
бы ло
достаточно,
ч тобы
док аз ать
мне,
что
т от,
в
ког о
я
слепо
верил,
недостоин
веры,
и
что
люди
и
ангелы
был и
обмануты
ло жью
Иалдаваофа.
—
Никакого
Иа лда ва офа
н ет.
Есть
оди н
бог.
Послушайте,
Ар­
кадий,
сделайте
небольшое
усилие
доброй
воли !
Откажитесь
от
своего
безумия,
от
своего
нечестия,
развоплотитесь,
станьте
вн овь
чистым
духом
и
возвратитесь
к
своим
обя зан нос тям
ангела-хранителя.
Вер ­
нитесь
на
пут ь
долга.
Я
вам
про щаю ,
но
чт обы
больше
я
вас
не
видел.
—
Я
хотел
бы
сдел ат ь
вам
приятное,
Морис.
Я
чу вст вую
к
вам
некоторую
нежность,
так
как
сердце
у
меня
мягкое.
Но
отныне
моя
судьба
влечет
меня
к
существам,
способным
мыслить
и
действовать.
—
Гос по дин
Аркадий,—сказала
г-жа
дез-Обель,—удалитесь,
про­
шу
ва с.
Мне
ужасно
неловко
быт ь
в
руба ш ке
в
присутствии
дв ух
муж ч ин.
Пов е рьте,
я
к
этому
не
привыкла*
Глава
XI
о
то м,
как
ангел,
надев
плат ье
самоубийцы,
покинул
молодого
Мо риса ,
лишившегося
своего
неб есно го
хранителя
Она
си дела,
скорчившись,
на
постели,
и
ее
гладкие
колени
бл ест ели
в
темноте
из-под
короткой
и
легкой
рубашки;
прикрывая
скрещенными
руками
грудь,
она
п ред ос та вляла
вз ору
толь ко
полные,
округлые
плечи
и
беспорядочно
сп утанн ые
темнорыжие
воло сы .
—
Успокойтесь,
суд арын я,—•
ответило
видение.—Ваше
положение
не
так
уж
непристойно,
как
вы
думаете:
вы
нах о дит есь
не
в
при­
сутствии
двух
м ужчи н,
а
в
присутствии
мужчины
и
ангела.
S3


Она
окин ул а
незнакомца
пытливым
взо ро м,
стараясь
в
темноте
раз гляд еть
некий
нея с ный,
но
немаловажный
пр из нак,
и
спросила:
—
рто
верно,
сударь,
что
вы
ангел?
Видение
попр оси ло
ее
в
рт ом
не
сомневаться
и
дало
точные
сведения
о
своем
пр о исх ож дении:
—
Ест ь
три
чина
неб есны х
духов,
составляющих
девять
ст у­
пеней:
первый
составляют
Серафимы,
Херувимы
и
Престолы;
вто­
рой
—
Могущества,
Силы
и
Власти;
третий
—
Н ачала ,
Архангелы
и
собст венн о
Анге л ы.
Я
пр ина дле жу
к
девятой
ст упен и
и
к
треть­
ему
чину.
Г-ж а
де з-Об ель ,
у
которой
еще
были
пр ичины
сомневаться,
вы­
с ка зала
одн у
из
них :
—
У
вас
нет
крыльев.
—
А
зачем
они
мне ,
сударыня?
Разве
я
должен
быт ь
подобен
анг ел ам
на
ва ших
кропильницах?
Небесны е
вест ни ки
не
всегда
обременяют
себ е
п лечи
ве сла ми
из
пе рьев ,
кото р ые
мерно
раз ре­
зают
воздушные
волны.
Херувимы
мо гут
быть
бескр ылым и.
Не
имел и
кр ыль ев
и
те
два
слишком
прекрасных
анг ел а,
кото р ые
провели
беспокойную
ночь
в
дом е
Лота,
осажденные
восточной
т олпо й.
Нет,
они
во
всем
походили
на
людей,
и
дорожная
пыль
покрывала
им
ног и,
кот оры е
патриарх
ом ыл
своей
благочестивой
рукой.
ЗамечУ
ва м,
сударыня,
что
согласно
науке
об
орга ни ческ их
превращениях,
со здан­
ной
Ламарком
и
Дарвином,
птичьи
крылья
пос т епен но
видо измен яли сь
в
передние
конечности
у
четвероногих
и
в
руки
у
приматов.
И,
бы ть
может,
вы
припомните,
Морис,
что,
всл едст ви е
довольно
прискорбного
явления
атавизма,
руки
мисс
Ке т,
ваш ей
няни-англичанки,
с
таким
удовольствием
награждавшей
вас
шл епкам и,
весьма
напо мина ли
концы
ощипанных
крыльев
домашней
птицы.
Поэтому
смело
можно
сказать,
что
существо,
зар аз
обладающее
и
руками
и
крыльями,—чудовище
и
относится
к
области
тератологии.
У
нас
в
раю
ест ь
херувимы,
или
керубы.
имеющие
вид
крылатых
быков;
но
это
тяжеловесные
измыш­
ления
бога,
которы й
никогда
не
был
художником.
Пр авд а,
Победы
из
храма
Афины
Ни ке,
на
афинском
Акрополе,
прекрасны,
несмотря
на
свои
р уки
и
крылья;
пр ав да,
Победа
из
Брошии
прекрасна,
несмотря
па
св ои
пр от я нутые
ру ки
и
длинные
крылья,
спадающие
на
м огу чие
бедр а.
Но
га рм о нич еские
чудовища
— это
од но
из
чудес,
созданных
греческим
гением.
Греки
никогда
не
ош ибал ись .
Нынешн ие
л юди
ошибаются
постоянно.


—
В
общем,—
сказала
г- жа
де з-Обель ,—
ваш
вид
далек
от
чис т ого
духа.
—
И
все
же,
сударыня,
я
од ин
из
них ,
если
они
когда-либо
су­
щест вов али.
И
не
вам,
принявшей
крещение,
в
этом
сомневаться.
Многие
отц ы
церкви,
как,
например,
святой
Юстин,
Тертуллиан,
Ориген
и
Климент
Ал ександр ийский,
полагали,
что
ангелы
не
вполне
духовны,
а
обладают
телом,
о браз ов анным
из
весьма
тонкой
материи.
Свя той
Августин
также
считал,
что
а нгелы
имеют
лучистое
те ло.
Это
мнение
отвергнуто
церковью;
следовательно,
я
—д ух.
Но
что
такое
дух
и
что
такое
материя?
Ра ньше
их
прот ив оп ост авля ли
друг
др угу;
теперь
же
ва ша
человеческая
наука
стремится
о бъе ди нить
их
как
две
форм ы
одн ой
и
той
же
сущности.
Она
учи т,
что
все
происходит
йЗ
эфира
и
вновь
в
него
возвращается,
что
только
дв иж ение
превра­
щает
небесные
волны
в
кам ни
и
мет аллы,
что
атомы,
ра збр ос анные
в
без гран ичн ом
пространстве,
образуют
различными
скоростями
своих
орб ит
все
суб стан ц ии
чувственного
мира.
Но
г-жа
дез -Обел ь
не
слушала;
ее
занимала
о дна
мысль,
и,
собравшись
с
духом,
она
спросила:
—
С
каки х
пор
вы
зд есь
находитесь?
—
Я
в ошел
вместе
с
Морисом.
Она
покачала
г оловой .
—
Нечего
сказать,
красивая
история!
Но
ангел
п родол жал
с
небесной
невозмутимостью:
—
Во
все ленн ой
нет
ничего
кроме
кругов,
эл липсо в
и
гипербол,
и
те
же
законы,
что
правят
светилами,
управляют
и
каждой
пы­
л инк ой.
По
первому,
изначальному,
движению
своей
субстанции,
те ло
мое
—дух;
но,
как
вы
видите,
оно
может
прин ят ь
состояние
материальное,
и зменив
ритм
своих
элементов..
Сказав
это,
он
ус елся
в
кр есл о,
на
черные
чул ки
г-ж и
дез-Обель.
Пр обил и
ча сы.
—
Бо же
мой ,
уже
семь
часов!
—во скли кнул а
Жильберта.—Что
я
ска жу
му жу?
Он
думает,
что
я
на
улице
Рив о ли.
Мы
сегодня
обедаем
у
ла-Вердельеров.
Уходите
скорее,
господин
Аркадий.
Мне
нужно
од етьс я,
я
не
мо гу
терять
ни
минуты.
Ангел
ответил,
что
почел
бы
своим
долгом
повиноваться
г- же
дез-Обел ь ,
если
бы
был
в
состоянии
пок а за ться
лю дям
в
приличном
виде,
но
нечего
и
думать
выйт и
на
у лицу
безо
всякой
одежды.
&


—
Ес ли
я
пойду
нагишом
по
улице,—прибавил
он,—я
оскорблю
народ,
привязанный
к
своим
др евним
привычкам,
над
которыми
он
никогда
не
задумывался,
Это
основа
нра во в.
В
с тари ну
анг елы,
во с­
ст а вшие
как
и
я,
являлись
христианам
в
нелепом
и
смешном
в иде:
черными,
рогатыми,
покрытыми
ш ерс тью
или
щетиной,
с
мохнатыми
ногами,
иногда
даже
с
человеческим
лицом
на
заду.
Чистейшая
глупость!..
Они
б ыли
посмешищем
людей
со
вкусом,
нагоняли
стра х
только
на
старух
и
малых
детей
и
ничего
эт им
не
достигали.
—
рто
правда...
он
не
может
вы йти
таким,
как
есть,—заметила
р езо нно
г -жа
дез-Обель.
Мо рис
кинул
небесному
по сл анцу
свою
пижаму
и
туфл и.
В
ка­
честве
выходного
костюма
этого
б ыло
недостаточно.
Жильберта
стала
уговаривать
своего
возлюбленного
сбегать
скоре е
за
пл ат ьем.
Он
предложил
дос тат ь
его
у
привратника.
Она
принялась
возражать
с
большим
жаром.
По
ее
мнению,
бы ло
бы
безумной
неосторожностью
посвящать
швейцаров
в
такое
дело.
—
Вы
хотите,—вскричала
он а,—ч тоб ы
знали,
что...
Она
ук аз ала
на
ангела
и
не
до кон чи ла.
Молодой
д’Эпарвье
отп рав илс я
на
по иски
торговца
готовым
платьем.
Тем
вр ем енем
Жильберта,
которая
не
м огла
больше
медлить,
из
опасения
вызвать
ужасающий
скандал
в
об щест ве,
зажгла
св ет
и
стал а
одеваться
пер ед
ангелом.
Она
делала
это
без
всякого
За­
мешательства,
так
как
умела
применяться
к
о бсто яте ль ствам
и
счи­
тала,
что
при
такой
невероятной
встрече,
которая
удивительнейшим
о бра зом
соче тал а
небо
и
землю,
позволительно
забыть
о
стыдливости.
Кроме
т ого
она
знал а*
что
хорошо
с ложе на
и
что
бе лье
у
нее
модно е.
Так
как
вид ени е
из
деликатности
не
решалось
надет ь
пижаму
Мориса,
Жильберта
не
могла
не
заметить
при
све те
ламп,
что
ее
подозрения
были
основательны
и
что
ангелы,
действительно,
имеют
мужскую
внешность.
Любопытствуя
узн ат ь,
является
ли
рта
внешно ст ь
ка­
жущ ей ся
или
реаль но й,
она
спросила
сына
света,
подобны
ли
ангелы
обе зья нам ,
которым,
чтобы
любить
женщин,
н едо стает
только
денег.
—
Да,
Жильберта,—ответил
Аркадий,—ангелы
с посо бны
любить
смертных
ж енщи н.
Так
учит
писан ие.
В
седьмой
главе
книги
Бытия
ск аз а но: „Когда люда начали умножаться на земле и у них родились
до че ри,
сын ы
божии
замет ил и,
что
дочери
человеческие
красивы,
и
с тали
брать
се бе
в
жены
тех,
кот оры е
им
нравились^.
56


Жильберта
вдруг
ст ада
жаловаться:
—
Б оже
мой,
я
никак
не
могу
за ст егн уть
пл ат ье!
У
нег о
Застежки
сзади.
Когда
Морис
вошел
в
комнату,
он
застал
ангела
на
коленях,
шнурующим
бо т инки
прелюбодейке.
Взяв
со
стола
му фту
и
сумочку,
Жильберта
сказала:
—
Я
ничего
не
забыла?
Нет...
Добрый
вечер,
господин
Аркадий,
добр ый
вечер,
Морис...
Ох,
и
буд у
же
я
помнить
этот
день!
И
она
исчезла,
как
со н.
—
Вот
вам,—
сказал
Морис,
кидая
ангелу
ворох
ст арог о
платья.
Молодой
человек,
зам ет ив
в
витрине
старьевщика
какие-то
жа л­
кие
лохмотья
рядом
с
кларнетами
г
клистирными
трубками,
купил
За
девятнадцать
франков
от реп ья
какого-то
бедняги,
одевавшегося
во
все
черное
и
покончившего
с
собою.
Ангел
с
врожденным
величием
принял
одежду
и
облачился
в
нее .
На
нем
она
приобрела
неожидан­
ное
изящество.
Он
сд елал
шаг
к
двери.
—
Итак,
вы
ме ня
покидаете?—сказал
Морис.—Это
решено?
Боюсь,
что
ког да -ни будь
вы
горько
раскаетесь
в
этом
безрассудном
шаге.
—
Я
не
должен
глядеть
назад.
Прощайте,
Морис.
Морис
застенчиво
су нул
ему
в
руку
пят ь
луидоров.
—
Пр ощай те,
Аркадий.
Но
когда
анг ел
переступил
порог,
в
тот
сам ый
ми г,
когда
в
двери
видна
была
только
его
под нята я
пятка,
Морис
позвал
его
снова.
—
Ар кадий! . .
Я
совсем
з абыл!..
У
меня,
значит,
больше
нет
ангела-хранителя !
—
Да,
Морис,
у
вас
его
больш е
нет .
—
Так
что
же
со
мною
будет?..
Ве дь
надо
же
иметь
анг ел а-
хран и теля!
Скажите,
если
его
нет ,
это
не
грозит
большими
н еуд об­
ствами
или
не
чре ва то
опасностями?
—
Прежде
чем
о тве тить
вам,
Морис,
я
вас
спрошу,
хотите
ли
вы,
чтобы
я
гов ори л
соо т вет ст венно
вашим
верованиям,
которые
бы ли
раньше
и
моими,
а
именно
соответственно
учению
церкви
и
като л иче ской
религии,
или
же
соответственно
натуральной
фи­
лософии?
$7


—
На
чорта
мне
ва ша
натуральная
ф илосо фи я!..
Отвечайте
мне,
сог ла сно
с
р елиг ией,
которую
я
исповедую
и
в
которой
я
хочу
жи ть
и
уме рет ь.
—
Так
во т,
мой
милый
Морис,
утрата
ангела-хранителя
лишит
ва с,
по
вс ем
вероятиям,
некоторой
д уховн ой
поддержки,
некоторых
неб есны х
благ.
Я
излагаю
вам
на
этот
счет
т ве рдое
мне ние
це ркв и.
Вам
будет
нед остав ать
опоры,
совета,
помощи,
котор ые
ру ко води ли
бы
ва ми
и
укре пляли
бы
вас
на
пут и
к
с пасению.
У
вас
будет
меньше
си лы
не
поддав ать ся
греху,
хотя
у
вас
ее
был о
и
без
то го
не
много.
Наконец,
в
духовном
смысле
вы
будете
лишены
сил ы
и
радости.
Прощайте,
Морис.
Когда
увидите
госпожу
дез-Обель,
п ере­
дайте
ей
мой
поклон.
—
Вы
уходите?
—
Прощайте.
Ар кадий
исчез,
а
Морис
пог рузи лс я
в
кресло
и
долго
сидел,
охватив
го лову
руками.
Глава
XII,
где
говорится
о
то м,
как
ангел
Мирар,
несший
благодать
и
утешения
кварталу
Елисейских
по­
лей
в
Па ри же,
увидел
певицу
из
каф еш антана,
по
имени
Бушотта,
и
полю бил
ее
Ангел
направился
по
ул ицам,
тонущ и м
в
рыжеватом
тумане,
прорезанном
полосами
же лт ого
и
белого
света,
в
котором
кл у бился
пар
от
лошадиного
ды хан ия
и
стремительно
проносились
фары
авто­
мобилей;
см ешав шис ь
с
черным,
беспрерывно
те ку щим
пот ок ом
п еше­
ходов,
он
п рошел
весь
го род
от
севера
к
югу,
до
пу ст ынных
буль­
варов
левого
берега.
Неподалеку
от
старых
с тен
Пор-Рояля
неболь­
шой
ресторанчик
каж дый
вечер
брос а ет
на
ул ицу
неясный
свет
своих
запотелых
окон.
Остановившись
здесь ,
Ар кадий
во шел
в
зал у,
пропитанную
те плыми
и
густыми
запахами,
приятными
беднякам,
дрожащим
от
холода
и
голода.
Бегло
оглядевшись
кру гом ,
он
увидел
русских
нигилистов,
и тальян ски х
анархистов,
изгнанников,
заговор­
щиков,
бунтовщиков
вс ех
стран,
живо пи сные
старческие
го ловы ,
с
к отор ых
борода
и
волосы
струи ли с ь,
как
потоки
и
водопады
со
скал,
юные,
девственно
суровые
л ица,
уг р юмые
и
м ра чные
взгляды,
58


бледные,
невыразимо
мягкие
глаза,
изму ч енные
лица
и
в
уголке
двух
русских
женщин,
одну—очень
красивую,
др угую
—
безобразную,
но
похожих
д руг
на
друга
одинаковым
рав нод уш ием,
как
к
уродству,
так
и
к
кр ас оте.
Не
находя
существа,
которое
он
искал,
так
как
в
з але
не
было
ни
одного
ангела,
он
занял
место
за
свободным
мраморным
столиком.
Ангелы,
ко гда
чувствуют
п рис тупы
голода,
едят
так
же,
как
земные
животные,
и
пища,
переваренная
пищеварительной
теплотой,
со еди няет ся
с
их
небесно й
су бст анци ей.
Увидев
трех
ангелов
под
дубом
ма вр ийским ,
Ав раам
предложил
им
пир ог и,
испеченные
Сар ­
рой,
целого
теленка,
масл а
и
молока,—и
они
ел и.
Лот,
приняв
у
себя
в
дом е
двух
ангелов,
в елел
испечь
пресный
хл еб,—
и
они
ели.
Аркадию
грязный
официант
подал
подошвообразный
бифштекс,—
и
он
ел.
59


И
в
то
же
время
он
думал
о
сладостном
до суг е,
о
покое,
о
восхи­
тительных
занятиях,
которые
он
бросил,
о
тяж елой
задач е,
которую
взял
на
с ебя,
о
трудах,
у то мл ении,
опасностях,
кот орые
он
уготовил
себе,
и
душ а
его
б ыла
печальна,
а
сердде
в
смятении.
Когда
он
уже
заканчивал
скромную
трапезу,
молодой
человек,
с
виду
бедный
и
плохо
одетый,
воше л
в
зал ;
окинув
гл азам и
ст ол ики,
он
приблизился
к
анг елу
и
приветствовал
его ,
назв ав
Абдии л ом,
ибо
сам
он
был
неб есны м
духом.
—
Я
знал,
Мирар,
что
ты
явишься
на
мой
призыв,—ответил
Ар ка дий,
т оже
называя
небесного
брата
именем,
которое
тот
не­
когда
носил
на
небе.
Но
там
уже
по за были
о
Мираре,
с
тех
пор
как
это т
а рханг ел
перестал
служить
бо гу.
На
земле
он
зв ался
Те оф илем
Беле
и
за­
рабатывал
себе
на
жизнь,
днем
давая
уроки
музыки
детям,
но чью
игр ая
на
скрипке
в
каба чка х.
—
Так
рто
ты,
д орог ой
Абдиил,—ответил
Тео филь , —ну,
вот
мы
и
встретились
в
этом
печальном
ми ре !..
Я
сч астли в,
что
снова
ви жу
тебя.
Однако
мне
ж аль
тебя ,
так
как
мы
ве дем
зде сь
тяжелую
жизнь.
Но
Ар кадий
возразил:
—
Др уг,
твое
изгнание
кончится.
Я
пит аю
в елик ие
замыслы;
я
хочу
п од елить ся
ими
с
тобой
и
привл е чь
тебя
к
участию.
И
ангел-хранитель
молодого
Мориса,
заказав
два
стакана
кофе,
поведал
товарищу
св ои
мы сли
и
планы;
он
рассказал,
как ,
пребывая
на
зем ле,
посвятил
себя
изысканиям,
малопривычным
для
неб есных
духов,
и
углубил
сво и
зна ния
в
облас ти
богословия,
космогонии,
мировой
сист ем ы,
теории
материи,
современных
учений
о
пр евр а­
ще нии
и
потере
энергии.
Изучив
п рир оду,
он,
по
его
словам,
уви де л,
что
она
находится
в
постоянном
противоречии
с
воззрениями
госпо­
дина,
которому
он
служил.
Этот
жадный
до
х ва лений
пов елит ель ,
которому
он
долгое
время
п оклон ялся,
теперь
представлялся
ему
не вежес тв енн ым,
тупым
и
жестоким
тираном.
Он
отре кся
от
него,
пре дал
его
хуле
и
жаждал
вступить
с
ним
в
б орьб у.
Его
намерение
—
вновь
под н ять
восстание
ангелов.
Он
хот ел
войны
и
н ад еялся
на
по беду .
—
Но
прежде
всего
необходимо,—
пр иб авил
он,—знать
на ши
силы
и
силы
противника.
И
он
спросил,
насколько
многочисленны
и
мо г ущест в енны
враги
Иалдаваофа
на
земле.
60


Теофиль
поднял
на
собрата
у д ивленный
взгляд.
Ка зало сь,
он
не
по ним ал
обращенных
к
нему
слов.
—
Дор ого й
соотечественник,—сказал
он,—я
откликнулся
на
тв ое
приглашение
потому,
что
оно
исходило
от
старого
товарища;
но
я
не
знаю,
чег о
ты
ждешь
от
меня,
и
бо юсь,
что
ничем
не
су мею
теб е
помочь.
Я
не
заним аю сь
политикой;
я
не
выдаю
се бя
за
ре­
ф орм атора .
Я
не
восставший
д ух,
по до бно
тебе,
не
вольнодумец,
и
не
рев олю цион ер.
В
глубине
души
я
остаюсь
верным
своему
небесному
создателю.
Я
еще
поклоняюсь
господину,
которому
больше
не
служу,
и
оплакиваю
те
д ни,
когда,
укрытый
крылами,
пребывал
вместе
со
множеством
других
детей
света
в
пламенном
кольце,
которое
о бра­
зовывали
они
вокруг
его
сияющего
престола.
Л юб овь,
только
од на
л ишь
плотская
любовь
о тдали ла
ме ня
от
бо га.
Я
покинул
не бо
ради
одной
из
до черей
чел овеч еск их .
Она
была
прекрасна
и
пела
в
кафешантанах.
Они
вс тали .
Ар кадий
проводил
Теофиля,
к оторы й
жил
на
д ру­
гом
кон це
города,
на
углу
бульвара
Роше шуар
и
улицы
Стейнкерк.
По ка
они
шли
по
пу стынным
улицам,
во злю бленный
певиц ы
рас­
сказал
собрату
о
св оей
любви
и
своих
огорчениях.
Его
па де ние,
которое
произошло
два
го да
наз ад,
б ыло
внезапным.
Пр и надл ежа
к
во сьм ой
ступени
третьего
чин а,
он
раз нос ил
бл аго дать
верующим,
еще
многочисленным
во
Фр анц ии,
особенно
сре ди
выс ­
ших
офицеров
армии
и
флота.
—
Одн аж ды,
летней
ночью,—сказал
он,—когда
я
с пускал ся
с
н еба,
чтобы
раздать
утешения,
крепость
в
в ере
и
легкую
смерть
некоторым
благочестивым
лю дям
квартала
ргуаль,
мои
глаза,
хотя
они
и
прив ык ли
к
нет л енном у
свету,
были
о слепл ены
огненными
цветами,
которыми
были
усеяны
Е лис ейские
поля.
Высокие
канде­
лябры
под
деревьями,
обо знач авш ие
вх од
в
кафе
и
рест оран ы,
пр идав али
листве
драгоценный
бле ск
изумруда.
Дл инные '
цепи
сияю­
щих
жемчужин
окружали
огороженные
пространства
под
отк рыты м
н ебом,
где
теснились
толпы
мужчин
и
женщин
пе ред
веселым
ор­
кестром,
звуки
которого
смутно
до но сились
до
моих
ушей.
Ноч ь
была
ж ар кая;
крылья
у
меня
стали
ослабевать.
Я
спу сти лся
в
один
из
таких
садов
и
уселс я
невидимо
сре ди
слушателей.
В
этот
миг
на
сцене
появилась
женщина
в
коротком
пла тье
с
блестками.
Отсвет
рампы
и
грим
на
ее
лице
скрывали
в се,
кром е
взгляда
и
улыбки.
У
нее
б ыло
стр ойн ое
и
страстное
тело.
Она
п ела
и
танцовала...
61


Ар кади й,
я
всегда
лю бил
му зыку
и
танцы;
но
п ро никн ов енный
голос
и
завл ек ающ ие
дви жения
этого
создания
вв ер гли
меня
в
не­
понятное
смятение.
Я
бледнел,
я
к рас нел,
глаза
мои
туманились,
яз ык
во
рту
пер есох ;
я
не
мог
двинуться
с
места.
И
Тео фил ь
р асск азал ,
тяжко
вздыхая,
как,
о хв ач енный
ж ела­
ни ем
обладать
этой
женщиной,
он
не
вернулся
на
небо,
но,
приняв
обр аз
чел о века,
зажил
земной
жиз нью ,
ибо
напи сано : „Тогда сыны
божии
увидели,
что
дочери
человеческие
красивы../
Падший
ангел
Теофиль,
утра ти вш ий
свою
нев инно ст ь
вместе
с
лицезрением
бога,
сохранил,
по
крайней
мере,
еще
душевную
пр о­
стоту.
Одетый
в
лохмотья,
украденные
с
в ыставки
у
одного
еврея-
перекупщика,
он
отправился
к
то й,
которую
любил:
ее
звали
Бушот-
той,
и
жила
она
в
квартирке
на
Монмартре.
Он
бро сил ся
к
ее
ногам
и
ск аза л,
что
она
очаровательна,
что
она
во схит ит ель но
поет,
что
он
лю бит
ее
безум но,
что
р ади
нее
он
отре кс я
от
семьи,
от
родины,
что
он
му зы кант
и
что
ему
нечего
ес ть.
Т рон утая
его
молодостью,
чистотой,
бедностью
и
любовью,
она
его
нак о рм ила,
од ела
и
полюбила.
Затем,
после
долгих
и
трудных
поисков,
он
нашел
уроки
соль­
феджио
и
заработал
не мно го
де нег,
ко торы е
и
принес
своей
подруге,
не
оставив
себ е
ничего.
С
той
поры
она
перестала
его
любить.
Она
презирала
его
за
такой
ничтожный
заработок
и
дала
ему
понять
равнодушие,
скуку
и
от в ращ ение,
кот оры е
он
внушал
ей.
Она
о сыпал а
его
упр ека ми,
насмеш к ами
и
оскорб ле ни ям и;
тем
не
ме нее
она
его
не
бросала,
так
как
с
другими
прежде
жи ла
еще
хуже,
привыкла
к
домашним
ссорам,
а
вне
до ма
ве да
оче нь
занятую,
хлопотливую
и
трудную
жизнь
и
как
артистка,
и
как
ж енщ ина.
Теофиль
любил
ее,
как
в
первую
ночь,
и
страдал.
—
Она
переутомляет
себя,—сказал
он
небесному
собрату,—и
от
Этого
у
нее
т яже лый
характер;
но
я
уверен,
что
она
меня
любит.
Я
надеюсь,
что
в
скором
времени
сумею
со здат ь
для
нее
лучшие
условия.
И
он
долго
р асска зыва л
об
опе ретк е,
над
которой
работал
и
которую
рассчитывал
поставить
в
одном
из
парижских
Театров.
Один
молодой
поэт
дал
ему
либ ретто.
Эт0
бы ла
ис т ория
Алины,
к оролев ы
Голконды,—по
сказке
ХУ *Ш
века.
—
Я
там
щедро
рассеял
мелодии,—сказал
Тео фил ь, —я
п ишу
музыку
кровью
сердца.
Мое
сердце
—
неисчерпаемый
источник
ме­
62


лодий.
К
сожалению,
теперь
любят
ученые
к омп озици и,
сложное
пис ьм о.
М еня
упрекают
в
том,
что
музыка
моя
слишком
текуча,
сл ишк ом
прозрачна,
что
стиль
мой
недостаточно
кол ори те н;
что
в
отношении
гарм он ии
у
м еня
слишком
мало
си ль ных
эф фек тов
и
резких
контрастов.
Гармония,
гармония!..
Конечно,
у
нее
есть
свои
достоинства,
но
она
ничего
не
гов ори т
с ердцу .
О дна
только
мелодия
восхищает
и
захватывает,
выз ыва я
на
губ ах
улыбку
и
на
глазах
слезы.
При
этих
словах
он
засмеялся
и
всплакнул
вт ихо молк у.
Потом
продолжал
с
во лн ением:
—
Во
мне
целый
источник
мелодий.
Но
орке стров к а,—в от
где
собака
з ары та!
В
раю,
ты
ве дь
знаешь,
Ар кадий ,
из
инструментов
нам
известны
только
арфа,
цитра
да
водяной
орган.
Ар кадий
слушал
его
д оволь но
рассеянно.
Он
думал
о
планах,
которые
захватили
его
душу
и
пер епо л нили
сер дц е.
—
Знаешь
ты
во сст авш их
ангелов?—спросил
он
товарища.—
Что
к асает ся
меня,
то
я
знаю
только
одного
кня зя
Истара,
с
ко­
торым
обменялся
пись ма ми
и
кото рый
предложил
приютить
меня
у
себя
в
мансарде,
пок а
я
не
найду
себе
жил ья
в
это м
юроде,
где,
кажется,
квартиры
очень
дор оги .
Но
у
Те оф иля
не
было
зна ком ст ва
с
восставшими
ангелами.
Когд а
он
встречал
падш ег о
духа,
которы й
прежде
был
его
т ов арищ ем,
он
пожимал
ему
руку,
так
как
оставался
верным
чувству
дружбы.
Иногда
он
встречал
кн язя
Истара.
Но
он
избегал
этих
дурных
ан ге лов,
к оторы е
шокировали
его
кра й нос тью
убеждений
и
докучали
разговорами.
—
Так
ты
не
одобря ешь
м оих
намерений?—спросил
н асто йч ивый
Арк ад ий.
—
Друг,
я
ни
одобряю,
ни
по ри цаю
тебя.
Я
ничего
не
по ним аю
в
идеях,
кот оры е
тебя
волн ую т.
И
я
не
думаю,
что
а рти сту
полезно
заниматься
политикой.
Достаточно
и
своего
искусства.
Он
любил
св ое
ремесло
и
н ад еялся
когда-нибудь
выдвинуться;
но
театральные
нравы
претили
е му.
Он
не
видел
иной
возможности
поставить
пьесу,
как
взяв
одного,
двух,
а
может
быть,
и
трех
со­
трудников,
которые,
не
работая,
п одп ишут
вещь
и
вместе
с
ним
разделят
при бы ль.
Ско ро
у
Буш от ты
не
будет
ангажемента.
Когда
она
об ращал ась
в
какой-нибудь
театр,
директор
начинал
с
того,
что
спрашивал,
какую
долю
она
вложит
в
дело.
По
мнению
Тео­
фил я,
это
бы ли
пе чальн ые
нравы.
63


Глава
XIII,
где
мы
услышим
прекрасную
архангельшу
Зиту,
излагающую
свои
вы сок ие
замыслы,
и
увидим
в
стенном
шк афу
кр ылья
Мирара,
изъеденные
молью
П родолж ая
беседовать,
оба
ангела
достигли
бульвара
Рошешуар.
При
в иде
пивной,
которая
сквозь
туман
бро са ла
на
ул ицу
полосы
Золотистого
света,
Теофиль
вдруг
вспомнил
архангела
Итуриила,
ко торы й
в
облике
крас иво й
и
бедной
женщины
жил
в
плохонькой
ме блир ов анно й
комнате
на
Мон м артре
и
каж дый
вечер
приходил
сю да
в
пивную
читать
га зет ы.
Музыкант
вс тр ечал
эту
ж е нщину
д овольн о
часто.
Ее
звал и
Зит°й-
Он
нико г да
не
интересовался
по­
литическими
взглядами
архангелыпи.
Но
ее
сч ита ли
русской
ниг и­
листкой,
а
он
предполагал,
что
она,
подобно
Аркадию,
атеистка
и
революционерка.
Ему
приходилось
с лы шать
о
ней
странные
вещи;
говорили,
что
она
андрогин,
что
активное
и
пассивное
на чала
на­
хо дя тся
у
нее
в
устойчивом
равновесии,
и
она
является
существом
совершенным,
которое
в
самом
себе
н аход ит
пост о янн ое
и
п олное
удовлетворение,
но
не сч астн ым
в
сво ем
сча ст ьи
не ведени я
желаний.
—
Однако,—
доб ави л
Теофиль,—
я
в
этом
сил ьно
сомневаюсь.
Я
сч ит аю,
что
она
жен щин а
и
подвластна
любви,
как
и
все,
что
дыши т
во
вселенной.
К
тому
же
как-то
раз
ее
застали,
ког да
она
пода вала
любовные
знаки
одному
здоровенному
крестьянину.
Он
предложил
тов ар ищу
познакомить
его
с
нею .
Оба
ангела
застали
ее
в
одино ч ест ве,
за
чтением.
При
их
приближении,
она
подняла
большие
глаза,
в
р асплав ленно м
зо­
лоте
кот орых
сверкали
искры.
Суровая
складка
ее
бро вей
напоминала
скл адку
на
лбу
Аполлона
Пифийского;
нос
у
нее
был
прямой,
совершенной
формы;
сжатые
губы
придавали
всему
лиц у
выр аже­
ние
высокомерия.
Под
черной
шляпой,
к
которой
были
небрежно
прикреплены
о щипанны е
остатки
большой
хищной
птицы,
ви лись
темнорыжие
во лосы
с
огненным
отливом;
т емная ,
развевающаяся
одежда
не
име ла
о пр еделе нных
очертаний.
Она
подпирала
подбо­
ро док
маленькой
ручкой
с
запущенными
ногтями.
Ар кадий,
кот орый
еще
раньше
слышал
об
эт ом
могучем
архан­
геле,
выразил
ему
глуб ок ое
уважение
и
полнейшее
д о верие
и
тут
же
64


рассказал
о
своих
у спех ах
на
пути
к
п озн анию
и
свободе,
о
своих
бдениях
в
библиотеке
д’Э па р вье,
о
св оих
фил о со фич еских
чте ния х,
об
из учен ии
природы,
о
р або тах
над
экзегетикой,
о
своем
гневе
и
пре з р ении,
когда
он
пон ял
обман
демиурга,
о
своем
добровольном
изг н ании
в
мир
лю дей
и
о
плане
поднять
восстание
на
небесах.
Готовый
дерзнуть
на
все
против
жестокого
повелителя,
к
которому
он
пита л
неутолимую
не нав ис ть,
он
вы раз ил
глубочайшую
радость,
что
встретил
в
Итурииле
духа,
способного
дать
ему
совет
и
п од­
держать
его
великое
предприятие.
—
Видно,
что
вы
еще
не
старый
бунтовщик,—с
улыбкой
с ка­
зал а
ему
Зита.
а
В осст ание
анг ело в
65


Впрочем,
она
не
со мнев алась
ни
в
его
искренности,
ни
в
силе
р еш имо сти,
о
которой
он
з ая влял,
и
приветствовала
дерз ос ть
его
мысли.
—
Этог <>“то
больше
всего
и
недостает
наш ему
народу,—
зам е­
тила
она. —
Он
совсем
не
думает.
И
п очти
тотча с
же
прибавила:
—
Но
как
может
обостриться
мы сль
в
стране,
где
климат
мягкий
и
жизнь
ле гка я?
Даж е
зде сь,
где
нужда
встряхивает
ум,
крайне
ре дко
встречается
мыслящее
существо.
—
Однако,—возразил
ангел-хранитель
Мориса,—люди
создали
науку.
Необходимо,
чт обы
она
проникла
в
небо.
Когда
ангелы
по­
стигнут
основы
физики,
химии,
астрономии,
физиологии,
когда
изуче­
ние
материи
покажет
им
всел енну ю
в
атоме
и
атом
в
м ир иадах
солнц,
когда
они
увидят
се бя
потерянными
меж ду
этими
двумя
беско неч ­
ностями,
когда
они
вз веся т,
измерят
светила,
исследуют
их
суб ста н­
цию,
исчислят
их
орбиты,—
тогда
они
поймут,
что
эти
чудовища
повинуются
с илам,
к оторы х
никакой
дух
не
мог
предопределить,
или
же
что
у
каж до го
из
них
есть
свой
местный
гени й,
с вой
тузе м­
ным
бог;
и
им
станет
ясно,
что
б оги
Альдебарана,
Бе тельг ей зе
и
Сириуса
более
ве лик и,
чем
Иалдаваоф.
Когда
за тем
они
бр осят
более
глубокий
вз гляд
на
тот
мир ок,
к
кот ором у
они
привязаны,
и,
про бив
земную
кору,
бу дут
наб людат ь
медленную
эволюцию
растительного
и
животного
мира,
а
также
грубого
первобытного
человека,
ко­
торый,
ютясь
в
пещерах
и
свайных
постройках,
не
знал
иного
б ога,
кром е
самого
себя;
когда
они
об на ружа т,
к ак,
связанные
узами
общего
род ст ва
с
растениями,
жив о тным и,
л юдь ми,
они
по сл едо ва­
тельно
об лачи лись
во
все
фор мы
органической
жизни,
начиная
с
самых
про ст ых
и
гр у бых,
чтобы
ст ать
впо след ст вии
прекрасней­
шими
из
детей
Солнца,—они
поймут,
что
Иалдаваоф,
безв естный
дух
Это го
мирка,
затерянного
в
пространстве,
обм анывает
их,
ув е ряя,
бу дто
он
извлек
их
из
небытия
своим
-словом,
и
что
он
л жет,
наз ыва я
с ебя
бе ско нечн ым,
вечным
и
всемогущим,
ибо
он
не
только
не
создавал
миры,
а
даже
не
знает
ни
их
чис ла,
ни
их
законов;
они
Заметят,
что
он
подобен
любому
из
них ,
ста нут
презирать
его
и,
стряхнув
с
себя
его
тир ани ю,
сбросят
его
в
геенну,
к уда
он
вве рг
тех,
кто
был
лучше
него.
—
Ах,
если
бы
это
был о
та к!
— сказала
Зита,
ды мя
папиросой.—
О днако
знания,
на
кот оры е
вы
рассчитываете,
чтобы
освободить
н ебеса,
не
ун ич тож или
религиозного
чув ств а
на
земле.
В
странах,
66


где
возникли,
где
преподаются
физика,
химия,
астрономия,
г ео­
логия,
которые,
по- ваш ем у,
могут
осв о бодит ь
мир ,
христианство
сохранило
п очти
всю
свою
вл аст ь.
Если
по ло жите ль ные
знани я
имеют
ст оль
слабое
влияние
на
верования
людей,
то
едва
ли
они
будут
спо со бны
о каза ть
большее
влияние
на
воззрения
ангелов;
пр о паг анда
путем
зн ания
—
средство
самое
н енадеж но е.
Ар кад ий
воскликнул:
—
Как !
Вы
отри ц ает е,
что
наука
на нес ла
церкви
смер т ель ные
уда ры?
Возможно
ли
это?
Церковь
су дит
об
э том
иначе.
Она
боится
науки,
которую
вы
считаете
бессильной,
ибо
она
изгоняет
эту
науку.
Она
осуждает
ее
проявления,
на чин ая
от
диалогов
Галилея
и
кон­
чая
тощими
учебниками
господина
Олара.
И
не
без
основания.
Не­
когда ,
объединяя
все,
что
только
было
великого
в
человеческой
мысли,
церковь
управляла
телами
так
же,
как
и
д у шами,
и
насаждала
огнем
и
жел езо м
еди нст во
повиновения.
В
настоящее
время
от
ее
власти
осталась
то лько
те нь,
и
избранные
умы
от
нее
отвернулись.
Вот
со сто я ние,
в
кото рое
привела
ее
наук а.
—
Возможно,—ответила
прек р асная
а рхан гелы п а.—
Но
как
ме­
дленно
все
это
делалось,
с
какими
перерывами,
ценою
скольких
у си­
лий
и
жертв!
Зита
не
окончательно
отрицала
научную
пропаганду;
однако
она
не
ждала
от
нее
быстрых
и
верных
ре зульт ат ов.
По
ее
мнению,
надо
было
не
просвещать
ангел о в,
а
освободить
их.
Она
утверждала,
что
ока зат ь
могущественное
во здейст вие
на
любое
су щ ество
можно,
ли шь
возбудив
его
стр а сти
и
до казав ,
что
это
ему
выг одн о.
—
У бедить
анг ело в
в
том,
что
они
покроют
себя
с лавой ,
низ ­
вергнув
тирана,
и
б удут
счастливы,
когда
станут
свободными,—вот
самый
верный
спо соб
действия.
С
сво ей
сто рон ы,
я
де лаю
для
этого
все,
что
в
моей
власти.
Ра зу меется ,
это
не
легко,
так
как
царство
небесное
—
вое нна я
автократия
и
там
не
с уще ств ует
общественного
мнения.
Несмотря
на
это,
я
не
отчаиваюсь
в
возможности
создать
там
некоторое
иде йно е
движ ение.
Не
хвалясь,
м огу
сказать,
что
ни­
кто
лучше
меня
не
знае т
различных
к лассо в
ангельского
общества.
Зита,
отбросив
папиросу,
с
минуту
подумала;
затем,
под
стук
шаров
из
слоновой
кости,
к отор ые
сталкивались
на
б ил лиард е,
под
Звон
стаканов,
под
отрывистые
голоса
игроков,
выкрикивающих
св ои
очки,
и
монотонные
ответы
официантов
на
требования
по сет ит елей,
архангелыпа
перечислила
все
н аселен ие
неб ес.
5*
67


—
На
Могущества,
Силы
и
Власти
рассчитывать
не
приходится:
они
составляют
небесную
мелкую
бу рж у азию.
Мне
не за чем
говорить
об
этом:
вам
так
же
хор ош о,
как
и
мне,
известны
эгоизм,
ни зос ть
и
трус ость
среднего
кл асса.
Что
же
касается
выс ших
санов нико в,
министров,
генералов,—
Престолов,
Херувимов
и
Серафимов,—
вы
их
знаете:
они
пр едо став ят
все
сво ему
течению.
О доле ем
мы
—о ни
бу­
дут
с
нами.
Ибо ,
есл и
самодержцев
и
не
легко
свергнуть,
то,
когда
Это
сделано,
все
их
сил ы
обра щ аю тся
против
них
же.
Б ыло
бы
не­
дурно
обр абот ать
армию.
Как
ни
верна
она,
ее
можно
разложить
умелой
анархической
пропагандой.
Но
вел ич айш ие
и
наиб о лее
упор­
ные
усилия
должны
быть
направлены
на
ангелов
ва шей
категории,
Аркадий,
на
ангелов-хранителей,
которых
столь
большое
числ о
жи­
вет
на
земле.
Они
з аним ают
низш ие
ступени
и ера рхи чес кой
л ест­
ниц ы,
по
бол ьш ей
части
недо во ль ны
сво ей
участью
и
бо лее
или
менее
проникнуты
современными
идеями.
Она
уже
завязала
сношения
с
ангелами-хранителями
кв арт алов
Монмартра,
Кли нь ян кура
и
Филль-дю-Кальвер.
Она
задум ал а
план
со здан ия
обширной
ас соц иаци и
небесных
духов
на
земле
в
цел ях
завоевания
неба.
—
Чтобы
выполнить
эту
задачу,—сказала
она ,—
я
по сел ила сь
во
Франции.
Не
потому,
чтоб ы
я
имела
глупость
считать
себя
бо­
лее
свободной
в
республике,
чем
в
монархическом
обществе.
Наобо­
рот,
нет
страны,
где
бы
менее
уважалась
личная
свобо да,
чем
во
Франции.
/Но народ здесь равнодушен к делам религии;
поэтому
я
нигд е
не
чувствовала
бы
с ебя
так
спокойно.
Она
предложила
Аркадию
работать
сообща,
и
они
ра сст алис ь
у
порога
пивной,
когда
железный
занавес
ворча
сп уска лся
над
витриной.
—
Прежде
всего,—сказала
Зита,
—вам
необходимо
познакомиться
с
. садовником
Нек т ари ем.
Как-нибудь
я
свед у
вас
к
нему
в
его
де­
ревенский
до м.
Те офи ль,
дремавший
в
течение
их
разговора,
ст ал
умолять
дру га
зайти
к
нему
выкурить
папи ро ску .
Он
жил
совсем
близко,
на
уг лу
небольшой
ул ицы
Стейнкерк,
спу скаю щейс я
тут
же
к
бульвару;
А р кадий
увидит
Бушотту;
она
понравится
ему.
Они
подня л ись
на
пятый
эт аж.
Бушотта
еще
не
возвращалась.
На
роял е
стояла
открытая
короб ка
с
сардинками.
Красные
чул ки
змеились
по
к ре слам.
68


—
Здесь
тес нов а то,
по
уютно,—
сказал
Теофиль.
II, взглянув в окно на рыжеватый сумрак,
испещренный
о гням и,
добавил:
—
Отсюда
видно
Сак ре- Кё р.
Положив
ру ку
на
пл ечо
Аркадия,
он
повторил
несколько
р аз:
—
Я
рад
видеть
тебя.
Потом
он
ув лек
бывшего
товарища
по
райскому
блаженству
в
коридор
возле
кухни,
отставил
подсвечник,
вынул
из
кармана
ключ,
открыл
стенной
шкаф
и,
приподняв
з анав еску ,
показал
два
б о льших
белых
крыла.
—
Видишь,—
сказал
он,—
я
сох р анил
их.
Время
от
времени,
ко­
гда
я
один,
я
пр ихо жу
поглядеть
на
них,
и
мне
становится
легче.
И
он
выт ер
покрасневшие
глаза.
После
нескольких
минут
прочувствованного
молчания,
приблизив
свечку
к
дли нным
перьям,
с
которых
местами
со шел
пушок,
он
п рошеп тал:
—
Их
ест
моль.
—
Н адо
посыпать
перцем,—
сказал
Аркадий.
—
Я
посыпал,—
о тве тил
со
вздохом
ангел-музыкант.—
Я
сы пал
и
перец,
и
камфару,
и
соль.
Ничто
не
помогает.
Глава
XIV,
в
кото рой
появл яе тс я
к еруб,
трудящийся
на
благо
чел ов еч ест ва,
и
которая
неслыханным
об­
разом
заканчивается
чудом
с
флейтой
В
первую
н очь
своего
во пло щения
Ар кадий
отправился
ночевать
на
чердак
к
ангелу
Истару,
на
узк ую
и
темную
ул ицу
Мазарини,
про зя бающ ую
под
сенью
старого
Института
Франции.
Истар,
по д­
жид а вший
его,
с двину л
к
стене
разбитые
ре тор ты,
тр есну вш ие
ка­
ст рюли ,
осколки
бутылок,
обломки
г орн ов,
составлявшие
обстановку
комнаты,
и
набросал
на
пол
всевозможное
тряпье,
дабы
ул еч ься
самому
на
нем,
предоставив
гостю
складную
кр ова ть
с
соломенным
матрасом.
Небесные
ду хи
различны
по
внешности,
в
зав исим ост и
от
чинов
и
степе ней,
к
которым
они
пр ин адле жат,
и
от
своей
собственной
ЭД


природы.
Все
они
прекрасны,
но
по-разному,
и
далеко
не
все
ра-
дуют
вз ор
мягкими
округл остя ми
и
ве сел ыми
ямочками
детского
те льца ,
на
кот ор ом
играют
п ерла мут ров ые
и
ро зо вые
от бле ски.
Но
все
они
о дар ены
вечной
юностью
и
той
двойственной
кра сотой ,
ко­
торой
греческое
искусство
эпохи
упадка
запечатлело
св ои
изыскан­
нейшие
мраморные
ста туи
и
образ
которой,
завуалированный
и
нежный,
столько
раз
робко
передавала
христианская
живопись.
У
некоторых
из
них
подбородки
покрыты
густой
ра сти тельн ос тью ,
а
мус ку лы
на
теле
так
крепки,
что
кажется,
будто
у
них
под
ко­
жей
сплетаются
в
клу бки
змеи;
у
одних
во все
нет
крыльев,
у
дру ­
гих
—
два
крыла,
или
четыре,
или
шесть;
иные
сост оят
исключи­
тельно
из
соединенных
крыльев;
многих,
и
не
самых
безвест ных ,
можно
уподобить
вел икол еп ным
чудовищам
в
р оде
ми фич еских
к ен­
та вр ов;
есть
даже
такие,
ко то рые
кажутся
живыми
колесницами
или
о гнен ными
колесами.
Истар,
стоявший
на
высшей
ст у пени
небесной
иерархии,
принадлежал
к
степени
херувимов,
или
керубов,
выше
ко­
торых—одни
только
серафимы.
Как
все
д ухи
этого
разряда,
некогда
на
неб есах
он
был
облечен
телом
к рыла того
быка,
увенчанным
го­
ловою
бородатого
и
рогатого
человека
и
снабженным
у
чресел
при ­
знаками
щедрой
плодовитости.
Боле е
огромный
и
более
могучий,
чем
любо е
земное
животное,
он
покрывал
тенью
раскрытых
кры л
ше стьд еся т
архангелов.
Таков
был
Ис тар
у
себя
на
р од ине:
там
он
си ял
мощью
и
кротостью.
Сердце
его
б ыло
бесс т рашн о,
а
душа
милосердна.
Еще
нед авно
он
лю бил
своего
повелителя,
считая
его
добрым,
и
служил
ему
верой
и
п рав дой.
Но,
охраняя
порог
госпо­
дина,
он
беспр ест ан но
думал
о
каре,
постигшей
во сс т авших
анге­
лов,
и
о
п роклят ии
Евы.
Его
м ысль
был а
неповоротливой
и
глубокой.
Когда,
по сле
долгой
чреды
веков,
он
убедился,
что
Иалдаваоф,
п оро­
див
мир ,
по р одил
также
зло
и
смерть,
он
перестал
пок лон яться
и
служить
ему .
Его
любовь
превратилась
в
ненависть,
а
почитание
—в
презрение.
Он
кри к нул
ему
в
лиц о
свое
проклятие
и
бежал
на
землю.
Приняв
обра з
человеческий
и
раз м еры
сыно в
Адама,
он
еще
сохранял
некоторые
черты
своей
пе рв она чально й
природы.
Большие
глаза
на
выкате,
горбатый
нос,
тол сты е
губы,
обр ам ленные
черными
у сами,
и
бо рода ,
локонами
ниспадающая
на
грудь,—все
это
напо­
ми нало
керубов,
кот орые
изображены
на
скинии
Иагве
и
о
кото ­
рых
довольно
вер ное
представление
дают
нине вийск ие
крылатые
быки.
На
земл е,
как
и
на
неб е,
он
назывался
Истаром,
и
хотя
он
70


был :
лиш ен
в с якого
тщеславия
и
свободен
от
сословных
предрассуд­
ков ,
однако,
испытывая
непр еод о лиму ю
п отре бнос ть
быт ь
всегда
и
во
в сем
искренним
и
пр авдив ым,
он
з аявл ял
о
знат но м
пол ож ении
в
н ебесно й
иер ар хии,
пр инад лежав шем
ему
по
праву
рождения,
тем,
что
переводил
на
французский
яз ык
небесный
ти тул
ке руба
соответ­
ственн ым
же
титулом,
наз ыв ая
себя
князем
Истаром.
Жи вя
ср еди
людей,
он
воспылал
к
ним
горячей
нежностью.
В
ожидании
ч аса,
ко гда
можно
будет
освободить
неб еса,
он
обдумывал
спасение
об­
новленного
человечества
и
стремился
завершить
разрушение
этого
несовершенного
мира,
дабы
под
звуки
лир
воздвигнуть
на
его
пепле
сияющий
гр ад
любви
и
радости.
Будуч и
химиком
на
жал о ванье
у
торговца
удобрениями,
он
жил
оч ень
скромно,
сотрудничал
в
ре­
во лю цион ных
газ ета х,
выступал
на
публичных
собраниях
и
одн а жды
был
присужден
к
нес ко льк им
месяцам
тюремного
заклю че ния
за
антимилитаризм.
Ис тар
сердечно
встретил
своего
брата
Аркадия,
одобрил
его
разрыв
с
пар тией
зла
и
известил
о
том,
что
ок оло
пят иде сят и
сынов
неба
спустились
на
землю
и
обр азо вал и
не по дал еку
от
Валь-де-Грас
целую
колонию,
проникнутую
самым
лучшим
духом.
—
Ангелы
прямо
дождем
сыпл ют ся
на
Париж,—сказал
он
со
смехом.—
Что
ни
д ень
—
какой-нибудь
сановник
из
свя щенно го
дворца
падает
нам
на
голо ву,
и
скоро
у
сул тан а
облаков
в
качестве
визи­
рей
и
стражей
ос тан утся
только
голозадые
птенчики
с
его
голубятни.
Убаюканный
этими
до бр ыми
вестями,
Ар ка дий
зас нул
полный
радости
и
на деж д.
Он
п робу дилс я
на
рассвете
и
увидел
князя
Истара,
с кл онив ше­
гося
над
горна м и,
ре то ртами
и
баллонами.
Кн язь
Истар
труд ил ся
на
благо
человечества.
Каждое
утро,
п росы па ясь,
Ар кадий
видел,
как
князь
Истар
вы­
полнял
св ое
дел о
нежности
и
любви:
керуб
то
тихо
шептал
какие-то
хим ич еские
формулы,
скорчившись
и
охва ти в
голову
руками,
то,
сто я
во
весь
ро ст,
как
темный
обл ачн ый
столб,
выс ун ув
голову,
руки
й
всю
вер х нюю
часть
тел а
за
окно,
он
выставлял
на
крышу
коте л
со
сплавом
из
боя зни
обыска,
котор ый
угрожал
ему
постоянно.
Дв иж имый
вел икой
жалостью
к
страданиям
этого
мира,
куда
он
был
изг на н,
и
чувствительный,
быть
может,
к
шуму,
ко торы й
со зд авал ся
вокруг
его
им ени,
опья нен ны й
собственной
добродетелью,
он
стал
апостолом
человечества
и,
пренебрегая
задачей,
которую
поставил
71


себе,
когда
пал
на
землю,
не
помышлял
больше
об
освобождении
анг ело в.
Аркадий,
наоборот,
думавший
только
о
победоносном
воз­
вращении
на
завоеванное
небо,
упрекал
керуба
за
то,
что
тот
забыл
о
родине.
Кня зь
И стар
с
рез ким
и
наивным
хохотом
признавался,
что
он,
пожалуй,
не
променяет
людей
на
ангелов.
—
Е сли
я
стараюсь,—говорил
он
своему
небесному
брату,—воз­
мутить
Фра нцию
и
Евро п у,
то
потому,
что
близится
день
торжества
социальной
револю ци и .
П рия тно
засевать
хорошо
вспаханную
почву.
Французы,
пер ешед шие
от
фео дал изм а
к
монархии
и
от
мон арх ии
к
фина нсо во й
олигархии,
л егко
перейдут
и
от
финансо во й
олигархии
к
анархии.
—
Ка кое
заблуждение,—возражал
Аркадий,—верить
во
внезап­
ные
и
ве ликие
пер еме ны
с оциаль но го
порядка
в
Ев ро пе.
Старое
об­
щество
еще
молодо
своею
сило ю
и
могуществом.
Средства
защиты,
кот орым и
оно
располагает,
колоссальны.
Пролетариат,
наоборот,
е два
намечает
свою
оборонительную
организацию
и
проявляет
в
борьбе
лиш ь
слабость
и
нерешительность.
У
на с,
на
н еб есной
родине,
д ело
обст ои т
иначе:
под
непоколебимой
внешностью
все
прогнило;
до­
вольно
двинуть
п лечо м,
чтобы
опрокинуть
здан ие ,
которое
остава­
лось
н ет ронуты м
миллиарды
веков.
Старая
администрация,
старая
армия,
старые
финансы
—все
это
изъедено
черв ям и
более,
чем
рус­
ское
или
пер сидско е
самодержавие.
И
учт ив ый
Арка дий
угов арив а л
керуба
лететь
прежде
вс его
на
помощь
к
сво им
братьям,
более
несчастным,
несмотря
на
облака,
зв он
кифар
и
ку бки
райского
в ина,
чем
люди,
склонившиеся
над
скупой
землей;
ибо
лю ди
уже
имеют
пон ят ие
о
пра вде ,
ангелы
уже
блаженствуют
в
н еспра ведлив о сти.
Он
заклинал
его
освободить
Князя
Света
и
его
поверженных
сото вар ище й
и
восстановить
их
в
былых
п очес тях.
Ис тар
под д ав ался
этим
уговорам.
Он
обещ ал
отдать
на
служе­
ние
неб есно й
революции
убедительную
кротость
своих
речей
и
пр е­
восходные
формулы
своих
взрывчатых
веществ.
Он
о беща л.
—
ЗавтРа>—
говорил
он.
А
назавтра
он
продолжал
свою
антимилитаристическую
пропа­
ганду
в
Исс и-ле -Му лин о.
По до бно
титану
Прометею,
Истар
любил
людей.
Арк ади й,
испытывая
все
те
потребности,
которым
подчинено
племя
Адамово,
не
имел
сред ст в
для
их
удовлетворения.
Керуб
72


устроил:
его
в
типографию
на
у лице
Во жи рар,
где
у
не го
был
зна ­
комый
метранпаж.
И
Аркадий,
благодаря
своему
небесному
уму ,
быстро
нау чилс я
набирать
буквы
и
в
скором
времени
ст ал
отлич­
ным
набо р щик ом.
Целыми
днями
он
прос таи в ал
в
шумной
типографии
с
верстат­
кой
в
л евой
руке
и
быстро
изв л екал
из
кассы
ма лень кие
свинцовыё
литеры
в
поряд ке,
пред ус мот р енном
оригиналом,
прикрепленным
к
т ена клю,
а
затем
мыл
рук и
под
краном
и
о бедал
в
к абачке ,
р аз­
вернув
перед
собой
на
мраморном
столике
газету.
Перестав
бы ть
невидимым,
он
уже
не
мог
проникать
в
библио­
те ку
д’Э па рвье
и
утолять
из
этого
неисся каемо г о
источника
св ою
жгучую
жажду
знания.
По
вечерам
он
ходил
читать
в
библиотеку
святой
Женевьевы,
на
хо лме,
сл авив ше мся
просвещением;
но
он
по лу чил
там
ли шь
о быден ные
книги,
засаленные,
п окры тые
нел е­
пыми
пометками
и
с
вырванными
ст р аниц ами.
Вид
женщин
приводил
его
в
волнение,
ему
вс пом инала сь
г-жа
дез- Обель
и
ее
гл адки е
колени,
б лест евшие
на
см ятой
постели.
Хо тя
он
был
красив,
его
не
дарили
л юбо вью,
так
как
он
был
беден
и
посил
ра боче е
платье.
Он
бывал
у
З иты
и
не
без
удовольствия
про ­
гуливался
с
ней
по
воскресным
дням
по
пы льн ым
дорогам,
идущим
вдоль
канав
и
укреплений,
пор ос ших
сочной
тра в ой.
Вдвоем
они
проходили
мимо
кабач ко в,
огородов,
бесе до к,
излагая
и
обсуждая
с амые
ши роки е
пл аны,
к оторы е
ког да-л ибо
строились
на
земле,
и
подчас
во зле
ярм арочн ы х
балаганов
оркестр
карусели
служил
аккомпанементом
их
словам,
которы е
угрожали
небу.
Зита
ча сто
п ов тор яла:
—
Ис тар
че сте н,
но
он
—младенец.
Он
верит
в
доб рот у
существ
и
в ещей.
Он
затевает
ра зруше ни е
старого
мира
и
перелагает
на
самопроизвольную
анархию
заботу
о
со зд ании
п орядк а
и
гармонии.
Вы
же,
А р кадий,
вы
верите
в
науку;
вы
воображаете,
будто
люди
и
ангелы
спо со бны
разуметь,
тогда
как
они
могут
только
чувствовать.
Знайте
же:
вы
ничего
не
добьетесь,
об раща ясь
к
их
разуму;
в зы­
вайте
л ишь
к
их
выгоде
и
страстям.
Аркадий,
Истар,
З ита
и
еще
три-четыре
ангела-заговорщика
встречались
иногда
на
квартирке
Те оф иля
Бе ле,
где
Бу шотт а
поила
их
чаем.
Не
зная,
что
это
во сста вши е
анге лы ,
она
инст инкт ив но
боялась
и
ненавидела
их
вследствие
своего
х ри стианс ко го
во спит а­
ния,
хотя
и
дост аточн о
небрежного.
Ей
нравился
только
князь
73


Истар ;
она
находила
в
нем
добродушие
и
природное
благородство.
Под
ним
трещал
диван,
ломались
кре сла ,
а
для
своих
зам ето к
оа
от рыва л
уголки
от
страниц
партитур,
засовывая
их
себе
в
карманы,
всегда
набитые
брошюрами
и
бу т ылками .
Му зыкан т
с
грустью
взи­
рал
на
свою
рукопись
оперетты
„Алина,
королева
Г олкон ды “,
о бо­
др анн ую
таким
образом.
Кн язь
име л
также
обыкновение
от дава ть
на
хранение
Теофилю
Беле
разного
рода
мех анич еск ие
пр ибо ры
и
х имич еские
ве щест ва,
железный
лом ,
начинку
для
бомб,
порошки,
жидкости,
к оторы е
распространяли
отв ра ти тельны й
запа х.
Тео фил ь
Беле
осторожно
прятал
все
это
в
шкаф,
где
хранились
его
крылья,
и
этот
склад
доставлял
ему
немалое
беспокойство.
Ар кад ий
тяж ело
ст рада л
от
презрения
с обрат ьев ,
оставшихся
верными.
Когда
они
встречались
с
ним
в
святых
своих
странствиях,
то
мимоходом
п рояв ляли
к
нем у
жесто ку ю
ненависть
или
жал о сть,
еще
б олее
жестокую,
чем
ненависть.
Он
посещал
возмутившихся
ангелов,
кот оры х
указывал
ему
князь
Истар,
и
боль ше й
частью
встречал
хороший
прием.
Но
когда
он
на чина л
гов ори ть
о
завоевании
неба,
они
не
скрывали
неу дов ол ь­
ст вия
и
смущения,
которы е
он
им
прич инял .
Ар кадий
замечал,
что
они
не
хотят
нарушать
сво и
вкусы,
занятия
и
привычки.
Ложность
их
суждений
и
узость
их
мышления
возмущали
его,
а
соперничество
и
зависть,
которую
они
проявляли
д руг
к
ДРУГУ?
отнимали
у
нег о
всякую
н адеж ду
на
возможность
объединить
их
в
общем
деле.
На­
блю да я,
как
изгнание
уродует
характеры
и
искажает
ум ы,
он
ч ув­
ст во вал,
что
бодрость
покидает
е го.
Од наж ды
веч еро м,
ко гда
он
пр из нался
в
своем
ра зоча ров а нии
Зите,
пр ек р асная
архангелыпа
сказала:
—
Пойдемте
к
Нектарию;
Нек тари й
знает
тайну
ис ц елять
печаль
и
уста лость .
Она
пов ела
его
в
лес
Монморанси
д
остановилась
на
пороге
белого
домика,
пр имык ав шего
к
опу ст ош енно му
стужей
ргороду,
где
в
вечернем
с умра ке
блестели
стекла
теплиц
и
треснувшие
колокола
для
дынь.
Нек тар ий
отворил
дверь
посетителям
и,
успокоив
неистово
л аю­
щего
дога,
кот оры й
охр ан ял
с ад,
провел
их
в
низку ю
комнату,
где
топилась
изразцовая
печь.
У
выбеленной
стены,
на
сосновой
полке,
среди
лу ко виц
и
семян,
в
полной
готовности
лежала
ф лейта .
На
круглом
оре хов ом
столе
находился
горшок
из
песчаника
с
табаком,
74


труб ка ,
буты лка
вина
и
стаканы.
Садовник
предложил
гостям
пле­
т еные
с тул ья,
а
сам
уселся
на
с камее чку
подле
стола.
Это
был
крепкий
стар ик ;
густая
седая
грива
покрывала
его
го лову;
у
него
был
выпу кл ый
лоб,
приплюснутый
но с,
кра сн ое
л ицо
и
раздвоенная
борода.
Огромный
дог
уле гся
у
ног
хозяина,
по лож ил
на
лапы
корот кую
черную
морду
и
закрыл
глаза.
Садовник
нал ил
гостям
вина.
После
того
как
они
выпили
и
обменялись
несколькими
словами,
З ита
сказала
Нектарию:
—
Я
поп рошу
вас
сыг р ать
на
флейте.
Вы
доставите
удоволь­
ствие
моему
другу,
которого
я
к
вам
привела.
Старик
тотчас
же
согласился.
Он
по днес
к
губ ам
свирель
из
буксового
дерева,
такую
грубую,
словно
она
была
выточена
са мим
садовником,
и
нач ал
нес кол ь кими
необычными
му зыкал ьн ыми
фра­
зами.
З атем
полились
чудные
мелодии,
на
фон е
которых
сверкали
трели,
как
сверкают
жемчуга
и
бриллианты
на
бар хат е.
Оживлен­
ная
творческим
дых анием
деревенская
свирель
звучала,
как
серебря­
ная
ф лей та.
Она
не
производила
слишком
резких
звуков;
тембр
ее
был
всегда
ровен
и
чис т.
Казалось,
что
одновременно
пел и
соловей
и
му зы,
вся
прир од а
и
все
человечество.
И
старик
выс казыв ал ,
располагал,
развивал
св ои
мысл и
в
музыкальной
ре чи,
полной
кра­
со ты
и
дерзновения.
Он
говорил
о
любви,
о
бояз ни ,
о
тщ етных
ра с­
прях,
о
всепобеждающем
смехе,
о
ясн ом
свете
познания,
о
ст ре лах
разу ма ,
поражающих
своими
золотыми
остриями
чу дищ
Н евеж ест ва
и
Ненависти.
Он
г овори л
о
Ра дости
и
Страдании
—о
двух
б лизн е­
цах,
скл они вш их
над
земл ей
свои
г оло вы,
и
о
Желании,
творящем
миры.
Всю
н очь
напролет
зв уча ла
флейта
Нектария.
Пастушеская
зв ез­
да
уже
всходила
над
побледневшим
горизонтом.
Зит &
охватила
ру­
ками
ко лен и;
Ар кад ий
подпер
лоб
рукой
и
полураскрыл
г убы;
оба
слушали,
боясь
шелохнуться.
Ж ав орон ок,
проснувшийся
на
соседнем
*
песч ано м
поле
и
привлеченный
неслыханными
дотоле
звуками,
стре­
мит ель но
взвился
в
воздух,
заст ыл
там
на
неско ль ко
мгновений
и
затем
камнем
упал
в
сад
му зыкант а.
Окрестные
воробьи,
покинув
вы бо ины
старых
стен,
стаей
опустились
на
закраину
окна,
от куда
летели
звуки,
привлекавшие
их
больше,
чем
зерна
овса
и
ячменя.
Сойка,
в
первый
раз
вылетевшая
из
лес а,
сложила
сапфировые
крылья
на
оголенном
вишнев ом
дере ве
в
са ду.
Перед
отдушиной
бо ль шая
черная
крыса,
с
которой
струилась
сал ьная
вод а
ст о чных
75


канав ,
присев
на
задние
лапы,
подн имал а
в
изумлении
коротенькие
пер едние
лапы
с
растопыренными
пальцами.
Подле
нее
поместилась
п олев ая
мышь,
жи тел ьн ица
огорода.
Спустившись
с
крыши,
домаш­
ний
кот,
унаследовавший
от
своих
диких
пр едко в
серый
мех ,
ги б­
кий
хвост,
мо гучи е
лапы,
храбрость
и
гордость,
т олк нул
мордочкой
полур аск ры тую
дверь,
не слы шно
приблизился
к
фл ейтисту
и,
важно
усевшись,
н ас торожи л
и зо др анные
в
ночных
др аках
уши .
Б елая
кошк а
бакалей щика
последовала
за
ним,
потянула
в
себя
звенящий
воздух,
потом,
изогнув
дугой
спи ну
и
зажмурив
голубые
гл аза,
стала
в
в осх ищ ении
слушать.
Мыши,
прибежав
из
подполья,
толпой
окру­
жил и
их
и,
не
боя сь
ни
когтей,
ни
зубов,
застыв
в
наслаждении,
сложили
на
груди
ро зов ые
лапки.
ЗачаРованные
паук и,
забыв
о
пау­
тин ах,
тре пеща
лапками,
массой
собрались
на
потолке.
Маленькая
серая
ящерица,
скользнув
на
порог,
замерла;
а
на
че рда ке
летучая
мышь,
зацепившаяся
когтем
и
повисшая
вниз
головой,
те пе рь,
на­
половину
пробужденная
от
зим ней
спячки,
ти хо
покачивалась
в
та кт
не слых анн ой
ф лейт е.
Глава
XV,
где
мы
видим,
что
молодой
Морис
даж е
в
о бъ­
ятиях
своей
возлюбленной
скорбит
об
утрате
ангела-хранителя,
и
где
аббат
Патул ь
отв ер­
гае т
мысль
о
новом
восстании
ангелов
как
ложную
и
суетную
Это
произошло
через
две
нед ели
после
тог о,
как
анге л
появился
на
холостой
квартире
Мориса.
Впервые
Жильберта
явилась
на
сви­
да ние
раньше
возлюбленного.
Морис
был
мрачен.
Жильберта
угрюма.
76


При род а
вновь
стал а
для
них
печальной
и
однообразной.
Взгляды,
которыми
они
вя ло
обменивались,
постоянно
о бращ ал ись
к
тому
углу
между
окном
и
зеркальным
шкафом,
где
некогда
возникло
бледное
обл ич ье
Арка ди я
и
где
теп ерь
не
бы ло
ничего,
кроме
го­
лубого
кретона
обивки.
Не
называя
имени
(в ртом не было надобности), г - ж а
дез-Обель
спросила:
—
Ты
больше
не
встречал
его?
Медленно,
печально
Морис
покачал
г оловой
справа
налево
и
слева
направо.
—
Можно
подумать,
что
ты
о
нем
жалеешь,—продолжала
г-жа
дез-Обель.—Признайся
все
же:
он
те бя
ужасно
напугал,
и
ты
был
во зму щен
его
бестактностью.
—
Это
пра вда ,
он
поступил
бестактно,—сказал
Морис
без
вся ­
ког о
злоп ам ят ств а.
Сидя
пос ре ди
кровати,
п ол ураз дет ая,
опершись
подбородком
о
колени
и
охв ат ив
ноги
руками,
она
посмотрела
на
любовника
с
остр ым
люб оп ытс тво м.
—
Послушай,
Морис,
когда
ты
видишь
меня
одну,
рто
уже
ни­
чег о
те бе
не
говорит...
Нужен
ангел,
чт обы
т ебя
вдохновить.
Это
печально
в
тв ои
годы...
Морис,
каралось,
не
сл ышал .
Он
с
серьезным
видом
спросил:
—
Жильберта,
ощущаешь
ли
ты
присутствие
своего
ан ге ла-
хр анит еля ?
—
Я?
Ничуть.
Я
ни ког да
и
не
дум ала
о
своем
а нгел е.
И
все
же
я
верующая.
Во-первых,
неверующие
рто
все
равно,
что
живот­
ные .
И
потом,
без
религии
нельзя
бы ть
п оряд очн ым
человеком;
рто
невозможно.
—
Да,
рто
так
и
есть,—сказал
Морис,
уст рем ив
взор
на
лило­
вые
полоски
св оей
пижамы
без
цветочков.—Когда
ангел-хранитель
с
тобой,
о
нем
даже
и
не
думаешь.
А
когда
его
нет ,
чувствуешь
себя
одиноким.
—
З на чит,
ТЬ1
жа лее шь
об
ртом...
—
Я
хочу
сказать,
что...
—
Ну
да,
ну
да,
ты
о
нем
жалеешь...
Так
знай
же,
мой
дор о­
го й,
так ой
ангел-хранитель
—
не
велика
потеря.
О
нет,
он
н едо­
рого
стоит,
твой
Аркадий.
В
тот
знаменитый
д ень,
ко гда
ты
по ку­
пал
ему
отрепья,
он
без
ко нца
застегивал
мне
платье,
и
я
оч ень
77


я сно
почувствовала,
как
его
рука...
Словом,
не
слишком
д ове ряй
ему.
Морис
закурил
папиросу
и
заду мал ся .
Они
поговорили
о
шести­
д н евных
велосипедных
гонках
на
зим нем
велодроме
и
об
авиацион­
ной
выставке
Брюссельского
автомобильного
клуба,
безо
всякого,
впрочем,
увлечения.
Тогда
они
при бе гли
к
любви,
как
к
самому
легкому
развлечению,
и
им
уда лос ь
в
достаточной
ме ре
забыться,
но
в
тот
сам ый
момент,
когда
ей
сл едов ало
пр оя вить
наибо льш ее
соучастие
и
си ль нее
всего
выр аз ить
ответное
чувство,
Жильберта,
неожиданно
пр ив ско чив,
воскликнула:
—
Бож е
мо й!
Как
глупо
б ыло
с
твоей
с тороны ,
Морис,
сказать
мне ,
что
мой
ангел-хранитель
меня
видит.
Ты
представить
себе
не
мо ж ешь,
как
эта
мысль
меня
стесняет.
Морис
в
раздражении
д оволь но
грубым
образом
призвал
св ою
возлюбленную
к
спокойствию.
Но
она
заявила,
что
у
нее
тож е
е сть
принципы,
которы е
не
позволяют
ей
согласиться
на
лю бовь
вчетве­
ром,
с
участием
ангелов.
Морис
стремился
вно вь
увидеться
с
Аркадием
и
не
ду мал
ни
о
чем
друг ом .
Он
горько
упрекал
се бя
за
то,
что,
расставаясь
с
ним.
потерял
его
из
виду,
и
день
и
н очь
измышлял
способ
его
разыскать.
На
всякий
случай
он
по мест ил
в
отде ле
частных
изв ещений
одной
из
больших
газет
следующее
объявление:
„Морис
—
Арка ­
дию.
Вернитесь^.
Во
дни
проходили,
а
Аркадий
не
возвращался.
Однажды
утром,
в
семь
часов,
Морис
отправился
в
церковь
св я­
то го
Сульпиция
к
обедне,
которую
служил
г-н
аббат
Патуль;
затем,
ког да
священник
вых оди л
из
ризницы,
он
по дош ел
к
нему
и
по­
просил
уд ели ть
ему
минутку.
Они
спустились
вместе
со
ступеней
паперти
и
с тали
прогули в ат ься
под
ясным
небом
вокруг
фон тан а
Четырех
Епископов.
Несмотря
на
сму щенну ю
сов ест ь
и
трудность
передать
с толь
не обыкно в енный
случай
так,
чтобы
он
не
казался
невероятным,
Морис
рассказал,
как
его
ангел-хранитель,
явившись
е му,
сообщил
о
своем
при ско рбно м
р еш ении
расстаться
с
ним,
дабы
подготовить
но вое
восстание
гордых
духов.
И
молодой
д’Эпарвье
сп рос ил
у
почтенного
священника,
какив^
способом
мож но
был о
бы
вернуть
небесного
покровителя,
отсутствие
которого
стало
ему
не­
выно сим ым,
и
вновь
обратить
ангела
к
христианской
ве ре.
Г-н
абба т
Патуль
с
ласковой
грустью
в
голосе
отв ети л,
что
все
это
пр исн ило сь
его
дорогому
мальчику,
что
$то бред расстроенного воображения,
78


принятый
им
за
действительность,
что
нельзя
и
думать,
будт о
добрые
ангелы
сп осо бны
восстать.
—
Люди
полагают,—прибавил
он,—что
можно
безн ак азанн о
ве­
сти
разгульную
и
беспорядочную
жизнь,
рто
большая
ошибка.
Зло­
употребление
наслаждениями
подтачивает
ра зум
и
мутит
рассудок.
Дьявол
овла де ва ет
чувствами
грешника,
чтобы
проникнуть
в
глубь
его
души.
Э^о
он,
Морис,
вве л
вас
в
обман,
весьма
грубыми
приемами.
Морис,
однако,
утв е ржд ал,
что
вовсе
не
был
жер тв ой
галлюци­
нации,
что
он
не
гре зи л,
а
собственными
глазами
вид ел,
собс т вен­
ными
уш ами
слышал
своего
ангела-хранителя.
Он
продолжал
на­
стаивать:
—
Го сподин
аббат,
од на
дама,
которая
тогда
нах од ил ась
со
мной
и
имени
к оторой
называть
не
стоит,
точно
так
же
вид ела
и
слышала
ег о.
Кром е
того
она
чувствовала
пальцы
ангела,
ког да
они...
когда
они
блуждали
нод...
Сл овом,
она
их
чувс твова ла.
По­
79


верьте
м не,
господин
яббат;
нет
ничего
истинного,
бо лее
реального,
более
достоверного,
чем
это
явление.
Ангел
был
белокурый,
молодой,
оче нь
красивый.
В
с умра ке
его
белая
кож а
ка за лась
зал и той
молоч­
ным
светом.
Он
говорил
неж ным
и
чистым
голосом.
Аббат
с
живостью
перебил
ег о:
—
О дно
уже
это ,
сын
мой ,
док азыв ает,
что
вам
все
привиде­
лось.
Все
демонологии
сход ятся
на
то м,
что
у
злы х
ангелов
г олос
хрип л ый
и
скрипучий,
как
ржавый
замок;
и
даже
если
им
удается
пр идать
своему
л ицу
некое
подобие
красоты,
они
все
же
не
умеют
подражать
ясному
голосу
чистых
духов.
Фак т
этот,
многократно
засв идетель ств ов ан ный,
со вер ше нно
достоверен.
—
Но,
господин
аббат,
ведь
я
же
его
видел;
он,
сов сем
голый,
уселся
в
кресло
на
пару
черных
чуло к.
Чего
вам
еще
нужно.
Но
и
это
пока зание
не
поколебало
аббат а
Патуля.
—
Повторяю
вам,
дитя
мое,
нужно
отн ести
за
сч ет
печального
состояния
вашей
совести
эти
зл ов ещие
иллю зии,
эти
грезы
глубоко
смятенной
души .
И,
мне
кажется,
я
знаю
то
сл учай ное
обстоятель­
ст во,
которое
дало
последний
тол чок
ва шему
к ол еб лющ емуся
духу.
Эт ой
зимой
вы
в
дурном
настроении
посетили
вместе
с
господином
Сарьеттом
и
вашим
дядей
Гаэтаном
придел
Ангелов,
кото рый
как
раз
ремонтировался.
Как
я
и
гов ори л
тогда,
художников
над о
не­
устанно
призывать
к
следованию
правилам
христианского
иску сст в а;
над о
без
конца
вну шат ь
им
уважение
к
священному
писанию
и
его
признанным
истолкователям.
Гос по дин
Эжен
Делакруа
не
подчинил
сво й
пылк ий
г ений
традиции.
Он
творил
по
своему
разу мению ,
жи­
вопись
его
в
это м
приделе,
как
прин ят о
выражаться,
отдает
серой,
а
композиции,—
неистовые,
жуткие,—
вместо
того,
чтоб ы
выз ыва ть
в
ду ше
мир,
созерцательность,
покой,
повергают
ее
в
своего
род а
смятение,
пол ное
ужаса.
Ангелы
изображены
там
с
сердитыми
ли­
цами;
чер ты
их
угрюмы
и
м рачн ы.
Можно
подумать,
что
это
—
Лю цифе р
и
его
сор ат ники,
замышляющие
в ос стани е.
Так
вот ,
именно
Эти
изображения,
дитя
мо е,
подействовав
на
ваш
дух,
без
т ого
уже
слабый
и
расшатанный
всякого
рода
распущешюстыо,
вне сли
в
него
ту
тревогу,
кот оро ю
он
одер ж им
сейч ас.
Морис
ст ал
горячо
возражать:
—
О
не т,
господин
аббат,
нет.
нет,
не
думайте,
что
м еня
сму ­
ти ла
жив опись
Эжена
Делакруа.
Я
на
нее
да же
не
смотрел.
К
этом у
род у
искусства
я
с ов ер шенно
рав но ду шен.
80


—
Послушайте,
сын
мо й,
верьте
мне.
В
т ом,
что
вы
р ас сказал и,
нет
нич его
истинного,
ничего
реального.
Ваш
ангел-хранитель
и
не
думал
вам
являться.
—
Но,
господин
аббат,—продолжал
Морис,
кот орый
вполне
до­
верял
свидетельству
вне шних
чувств.—Я
видел,
как
он
за ш нуров ы­
вал
бо т инки
дам е
и
натягивал
на
себя
штаны
самоубийцы...
И,
шагая
по
асфальту,
Морис
заверял
в
правдивости
своих
с лов
—
небо,
землю,
всю
п рирод у,
башни
св ято го
Сулъпиция,
стены
боль­
шой
семинарии,
фонтан
Четырех
Епископов,
уличную
уборн ую ,
стоянку
извозчиков,
таксомоторов
и
а вт обус ов,
де ре вья,
прохожих,
собак,
воробьев,
цветочницу
и
ее
цветы.
Аббат
торопился
окончить
разговор:
—
Вое
рто
—
з аблу жде ние,
обман
и
нав ож ден ие,
сын
мой.
Вы
христианин;
ду майт е
же,
как
подобает
христианину.
Хри ст иан ин
не
позволяет
пустой
видимости
вводить
се бя
в
со блазн.
От
соблазнов
чудесного
его
ох ран яет
вер а;
легковерие
он
предоставляет
вольн о­
ду мц ам.
Нет
такого
в зд ора,
в
котором
нельзя
бы ло
бы
их
уверить.
Но
у
христианина
е сть
оружи е,
которое
рассеивает
дьявольские
на-
вождения,—крестное
зна мени е.
Успокойтесь,
Морис,
вы
не
потеряли
своего
ангела-хранителя.
Он
попрежнему
бдит
над
вами.
От
вас
за­
висит ,
чтобы
эта
задача
не
была
для
него
сли шко м
трудной
и
тяж­
ко й.
До
свидания,
Морис.
Погода
переменится,
так
как
я
чувс тву ю
острую
б оль
в
большом
пальце
ноги.
И
г-н
аббат
Патуль
удалился
с
мо л ит венни ком
подмышкой*
прихрамывая
с
достоинством,
которое
пр едв еща ло
в
нем
бу ду щего
е пископ а.
В
тот
же
день,
прислонясь
к
парапету
монмартрской
л ест ницы,
Аркадий
и
Зита
созерцали
дым
и
туман,
по дним авш иес я
над
огром­
ным
городом.
—
Может
ли
пос тигн уть
разум,—сказал
Аркадий,—сколько
горя
и
страданий
заключено
в
бо льшом
городе?
Мне
кажется,
что
если
бы
кт о-н и будь
мог
с ебе
представить,
то
это
виден ие
об уяло
бы
его
таким
ужасом,
что
он
пал
бы,
как
сраженный
молнией.
—
И
однако,—сказала
Зитаг“все>
что
дьштит
в
этой
геенне,
любит
жиз нь.
В
э том
ест ь
великая
тай на.
—
Они
несчастны,
по ка
существуют,
но
перестать
сущ еств о ват ь—
для
них
ужасно;
они
не
ищу т
уте шен ия
в
смерти;
не
ждут
от
нее
даже
о тды ха.
В
своем
безумии
они
боятся
самого
небытия:
они
6 Гоготание ангелов
81


заселили
его
призраками.
А
посмотрите
на
эти
фр онтон ы,
колокольни,
купола
и
шпили,
пронизывающие
туман,
и
св ерка ющ ие
кресты
на
ни х.
Люди
поклоняются
демиургу,
ко торы й
дал
им
жизнь
хуже
смерти
и
смерть
ху же
жизни.
Зи та
до лго
мо лча ла,
заду мавш ись ,
и,
нак о нец,
сказала:
—
Я
должна,
Аркадий,
сде лат ь
вам
пр изна ние.
Не
жажда
более
сп ра ведлив о го
пр ав осу дия
или
более
м удр ого
закона
повергла
Иту-
риил а
на
землю.
Че сто люб ие,
ск лонн ос ть
к
интригам,
любовь
к
бо­
га тс тву
и
п очес тям
делали
для
мен я
нев ыно сим ым
небесн ый
покой,
и
я
горела
желанием
смешаться
с
беспокойным
человеческим
родом.
Я
сошла
на
землю
и,
силой
иску сс т ва,
неизв ест но ю
почти
нико му
дру­
гому
из
ангелов,
сумела
со здат ь
себе
тело,
которое,
меняя
по
моему
желанию
возраст
и
пол,
да ло
мне
возможность
испытать
с амые
ра з­
личные
и
самые
удивительные
с удь бы.
Сотни
раз
занимала
я
вы­
сокие
места
сре ди
вла дык
на
час ,
королей
золота
и
и ластите лей
народов.
Я
не
открою
ва м,
Аркадий,
славные
имена,
к оторы е
я
но­
сила;
знайте
то льк о,
что
я
царили
в
обл аст и
н аук,
искусств,
вл аст и,
богатства
и
красоты
среди
всех
наций
мира.
Наконец,
несколько
лет
то му
назад,
путешествуя
по
Франции
под
вид ом
з нам енито й
иностранки,
я
блуждала
как-то
вечером
в
л есу
Монморанси
И
услы­
ша ла
фле йту ,
которая
пе ла
о
печали
небес .
Ее
чи стый
и
тоскующий
голос
истерзал
мне
душу.
Никогда
еще
не
слышала
я
ничего
столь
прекрасного.
Глаза
мои
были
полны
сле з,
грудь
тес н или
рыдания;
я
приблизилась
и
уви де Ла
на
к раю
поля ны
старика,
подобного
ф ав­
ну,
кот оры й
играл
на
деревенской
свирели.
То
был
Нектарий.
Я
бросилась
к
его
ногам,
пок р ыла
поцелуями
ему
р уки,
божествен­
ные
ус та
и
убежала...
С
того
в р емени,
почувствовав
всю
пустоту
лю дско го
величия,
уста в
от
шумного
ничтожества
земных
де л,
стыдясь
сво ей
огромной
и
пустой
работы
и
наме тив
более
во звы шенну ю
цель
для
чес толю­
бия,
я
п одн яла
взоры
(к своей высокой родине и дала обет возвра ­
титься
туда
освободительницей.
Я
от рину ла
высокое
зв ание ,
имя,
со­
стояние,
друзей,
толпу
льстецов
и,
превратившись
в
безвестную
3ИТУ?
стала
ра бо тать
в
бедности
и
одиночестве
над
освобождением
небес.
—
Я
тоже,—сказал
Аркадий,—слышал
флейту
Нектария.
Но
кто
же
он,
эт от
старый
сад ов ник,
изв л екающ ий
из
грубой
д еревя н­
ной
свирели
такие
трогательные
и
прекрасные
звуки?
—
Вы
это
скоро
узнаете,—
отв ет ила
Зита-
82


Глава
XVI,
где
по
очереди
выводятся
на
сц ену
ясновидящая
Мира,
Зефирина
и
роковой
Амедей
и
где
на
устрашающем
примере
г-н а
Сарьетта
док азы­
вается
мыс ль
Ев рипида,
что
Юпитер
отни­
мает
разум
у
т ех,
ко го
он
хочет
погуб ить
Разочарованный
тем,
что
не
смог
про ли ть
новый
свет
в
веру
духовного
ли ца,
известного
своей
мудростью,
и
обманутый
в
н аде­
жде
найти
своего
анг ела
правоверным
путем,
Мори с
зад у мал
при­
бегнуть
к
оккультным
наукам
и
решил
отправиться
к
ясновидящей.
Он,
без
сомнения,
направился
бы
к
г- же
де- Теб;
но
он
уже
во­
прошал
ее
о днаж ды,
в
нор у
своих
первых
любовных
страданий,
и
она
ответила
ему
так
разумно,
что
он
пер естал
считать
ее
колдуньей.
Он
обратился
за
помощью
к
мудрости
одной
модной
сомнамбулыя
мадам
Мира.
Ему
приводили
много
примеров
необычайной
прозорливости
этой
ясновидящей;
все
же
бы ло
необходимо
представить
мадам
Ми ра
какой-нибудь
предмет,
кото рый
но сил
на
с ебе
или
к
которому
прикасался
отсутствующий,
дабы
направить
с юда
ее
прозревающие
взоры.
Морис,
перебирая
в
уме
пре дмет ы,
к
к оторы м
прикасался
ангел
со
времени
своего
злополучного
воплощения,
вспомнил,
что
в
с воей
райской
наготе
он
с идел
в
кресле
на
черных
чулках
г-жи
дез-Обель
и
что
затем
jOh помогал ей одеваться.
Морис
попросил;
у
Жильберты
один
из
этих
та лисм ано в,
потребных
ясн ов идя щей.
Но
Жильберта
уже
не
могла
отыскать
ничего,
разве
что
сам а
она
сошла
бы
за
такой
подобный
та лисман .
Ибо
анг ел
держал
се бя
по
отношению
-
к
ней
крайне
нескромно
и
был
столь
проворен,
что
не
представлялось
ни ка кой
возможности
помешать
его
предприимчи­
вости.
Выслушав
это
признание,
которое,
впрочем,
не
содержало
для
него
ничего
нового,
Морис
обрушился
на
а нгел а,
обозвал
его
име нам и
с амых
гн ус ных
животных
и
пок лялся
познакомить
его
зад
со
сво им
сапогом,
если
тот
ког да- ни будь
очутится
на
п одхо дящ ем
расстоянии
от
его
ноги.
Но
вскоре
его
ярость
о бра тила сь
против
г-жи
дез-Обель:
он
обвинял
ее
в
том,
что
она
сама
вызвала
наглость,
о
которой
теперь
рассказывала,
и
в
гневе
над елил
ее
всеми
зооло­
гическими
символами
бесстыдства
и
разврата.
В
сердце
у
него
вновь
6*
83


вспыхнула
любовь
к
Аркадию,
еще
боле е
пл ам енная
и
чи ста я,
чем
прежде,
и
покинутый
юноша,
простерши
рук и
и
склонив
колени,
стал
взывать
к
своему
ангелу
со
с лезам и
и
рыдани ям и.
В
эти
бессонные
ночи
Морис
по дум ал
о
том,
что
книг и,
ко то­
рые
анг ел
листал
до
своего
появления,
могли
бы
послужить
талис ­
маном.
Поэтому
однажды
утром
он
поднялся
в
библиотеку
и
поздо­
ров ал ся
с
г- ном
Сарьеттом,
который
составлял
свои
ка та лог
под
романтическим
взором
Александра
д’Э пар вь е.
Г-н
Сарьетт,
смер­
тельно
бледный,
улыбался.
Теперь,
когда
невидимая
р ука
не
пере­
ворачивала
бо льше
книг,
находящихся
у
него
на
хранении,
когда
все
в
библиотеке
вн овь
обрело
п орядок
и
покой,
г-н
Са рьетт
был
счастлив,
но
с
каждым
днем
терял
си лы;
от
него
осталась
только
лег ка я,
умиротворенная
тень.
От
прошлых
горестей
и
в
сча с тье
уми рают .
—
Помните
ли
вы,
господин
Сарьетт,—сказал
Морис,—то
время,
когда
в аши
книг и
еженощно
переворачивались,
пер еме щали сь ,
р ас­
таскивались,
расшвыривались,
перепутывались,
трепались
и
-
в
бес­
п оряд ке
исчезали,
попадали
даже
в
канаву
на
улице
Палатин?
Слав­
ное
это
бы ло
время!
Покажите-ка
мне,
господин
Сарьетт,
те
томы,
ко торы е
больше
все го
трогали.
Слова
эти
повергли
г- на
Са рье тта
в
мрачное
оцепе нени е,
и
Мо­
ри су
пришлось
повторить
их
трижды,
прежде
чем
старый
библиоте­
карь
понял
и
ука зал,
нако нец ,
на
весьма
старый
и ер ус алим ский
тал­
муд,
кот оры й
часто
быв ал
в
неу л ови мых
руках.
Апокрифическое
евангелие
тре тье го
века,
сост оящее
из
двадцати
листов
папируса,
также
не
раз
покидало
свое
место;
переписку
Г ассенд и
тоже,
неви ­
димо му ,
у сил енно
листали.
—
Но,—прибавил
г-н
Сарьетт,
—
книг а,
которою
таинственный
пос ет ите ль
пользовался
ч аще
всего,
эт о,
без
с ом нения,
томик
„Лу-
креция“
в
красном
сафьяне,
с
г ербом
Фи ли ппа
Вандомского,
ве ли­
ко го
приора
Фр анци и,
и
с
собственноручными
пометками
Вольтера,
который,
как
известно,
в
молодости
посещал
Та мпл ь.
Страшный
читатель,
причинивший
мне
столько
хлоп от ,
не
мог
расстаться
с
Эти м
„Лукрецием“,
сдел ав
из
пег о,
если
можно
так
выразиться,
сво ю
настольную
книгу.
У
де го
был
хороший
вкус,
так
как
это
—
драгоценность.
Увы,
это
чудовище
посадило
на
странице
137 чер ­
нильную
кляксу,
кот ору ю,
возможно,
не
уда с тся
выв ест и
и
самому
искусному
химику.
84


И
г-н
Сарье тт
испустил
глуб ок ий
вздох.
Он
пожалел,
что
ск а­
зал
так
много,
когда
молодой
д’Эпарвье
попросил
дат ь
ему
драго­
ценного
„Лукреция^ .
Ревн ивы й
хранитель
тщетно
ув е рял,
что
книга
находится
у
переплетчика
и
не
может
б ыть
в ыдана.
Морис
дал
по­
нять,
что
на
рту
удочку
его
не
поймать.
Он
решительно
вторгся
в
зал
Философов
и
Сфер
и,
усевшись
в
кресло,
сказал:
—
Я
жду.
Г-н
Са рье тт
предложил
д ругое
изд ание
латинского
порта.
Есть,
говорил
он,
издания
с
более
верным
те кс том
и
поэтому
более
п ри­
годные
для
занятий.
Он
предложил
„Лукреция“
Барбу,
„Лукреция“
Кутелье
или,
еще
лучше,
французский
пере вод .
Мож но
было
вы­
брать
п ере вод
ба рона
де-Кутюра,
слегка,
может
быть,
у стар ел ый,
или
перевод
Лагранжа,
пер ево д
из
серии
Назара
и
Панкука,
нако ­
не ц,
два
особо
из ящн ых
перевода,
од ин
в
стихах,
другой
в
прозе,
оба
при на длеж ащи е
г -ну
де-Понжервиллю,
члену
французской
А ка­
дем ии.
—
Я
не
нуждаюсь
в
пер ев оде,—г ор до
ответил
Морис.—Дайте
мне
„Лукреция^
приора
Вандомского.
Г-н
Са рьетт
медленно
подошел
к
шкафу,
где
хранилась
эта
дра­
гоценность.
Ключи
з вен ели
в
его
дрожащей
руке:
он
поднес
их
к
замку,
но
тотчас
же
отде рнул
и
предложил
Морису
само го
об ыде н­
но го
„Лукреция“
из
серии
Га рн ье.
—
Он
очень
удобен
для
чтения,—сказал
он
с
обворожительной
улыбкой.
Но
по
молчанию,
которым
бы ло
встречено
это
предложение,
он
понял,
что
всякое
сопротивление
напрасно;
он
медленно
вын ул
из
шкафа
книгу
и,
удостоверившись,
что
на
скатерти
нет
ни
пы­
линки,
дрожа
положил
ее
на
ст ол
пе ред
правнуком
Александра
д’Эпарвье.
Морис
прин ялся
ее
листать
и,
дой дя
до
страницы
137, углу­
бился
в
созерцание
кляксы
ве лич иной
с
горошину,
сделанной
ли­
ловы ми
чернилами.
—
Да,
вот
он,—сказал
г-н
Сарьетт,
не
спус к авший
с
„Лукреция“
глаз,—вот
след,
ко торы й
о ст авили
на
э той
кни ге
незримые
чудовища.
—
Как,
господин
Сарьетт,
разве
их
было
несколько?—воскликнул
Морис.
—
Не
могу
сказать.
Но
не
знаю,
имею
ли
я
пр аво
уни чтожи ть
рто
пятно,
которое?
под об но
той
кл я ксе,
которую
Поль-Луи
Курье
85


сделал
на
Фло рент ийс ко й
рукописи,
является,
есл и
можно
так
вы­
разиться,
литературным
документом.
Не
успел
старик
произнести
эти
слова,
как
у
входной
двер и
раздался
звонок
и
в
сосе д ней
за ле
послышался
гр о мкий
гул
шагов
и
голосов.
Сар ьет т
помчался
на
шум
и
сто лкн ул ся
с
с ожи тельн иц ей
папаши
Гинар до на,
старухой
У
кот орой
волосы
из ви­
вал ись ,
как
гнездо
гадюк,
лицо
пылало,
грудь
бурно
вз дымала сь ,
жив от
походил
на
пуховое
одеяло,
вздутое
порывом
ужа сно й
бури,
а
сам а
она
задых ал ась
от
горя
и
бешен ст ва.
И
сквозь
рыдания,
взд ох и,
стон ы
и
тысячи
других
звуков,
которые,
исходя
из
ее
тела ,
казало сь ,
со единя ли
в
себе
весь
шу м,
под нима ющ ийся
на
земле
от
во збу­
ждения
людей
и
сутолоки
вещ ей,
она
кричала:
—
Он
ушел!
Чудовище!
Ушел
с
ней!
Он
переехал
со
всей
сво ей
рухлядью
и
оставил
меня
одну,
с
фр анко м
и
семьюдесятью
сантимами
в
кошельке...
И
она
стала
долго
и
беспорядочно
объяснять,
что
Мишель
Гинардон
бросил
ее
для
Октави и,
доч ери
разносчицы
булок.
Опа
извергала
на
изм енн ика
цел ый
п оток
прок лят ий .
—
Чел ове к,
который
жил
на
мой
счет
пятьдесят
лет,
е сли
не
больше.
Так
как
у
ме ня
во дил ись
и
день ж он ки,
и
хорошие
зна­
комства,
и
все!
Я
вы тащ ила
его
из
нищеты,
и
вот
как
он
меня
отблагодарил!
Хо рош
ваш
приятель!
Лежебока!
Его
нужно
был о
одевать,
как
р ебен ка!
Пьяница,
презренное
существо!
Вы
его
еще
не
знаете,
господин
Сарьетт.
Он
фальсификатор.
Он
по дделыв ает
Джотто,
да,
Дж от то,
и
Фра-Анжелико,
и
Греко,
без
заз р ения
со­
вест и,
господин
Сарьетт,
и
сбывает
их
торгов ц ам
кар тин ами,
а
также
и
Ф рагон а ров,
и
Б од уэн ов!..
Развратник,
не
верящий
в
бога!
А
это
хуже
всего,
господин
Сарьетт,
так
как
без
страха
божия...
Зефирина
ругалась
еще
долго.
Нако нец
г-н
С арье тт
в ос пол ьзо­
вался
тем,
что
она
остановилась
перевести
дух ,
и
приня лс я
успо­
каивать
и
обнадеживать
ее.
Гинардон
возвратится:
так
просто
не
З абыв ают ся
пятьдесят
лет
согласной
и
со вмес тно й
жизни...
рти
ласковые
ре чи
возбудили
новый
прилив
бешенства,
и
3е"
фирина
поклялась,
что
никогда
не
за буд ет
нанесенной
обиды,
что
н и когда
больше
не
пустит
к
с ебе
это
чудовище.
И
ес ли
он
д аже
на
кол ен ях
будет
молить
о
прощении,—пусть
валяется
у
нее
в
ногах!
—
Да
разве
вы
не
п они мает е,
господин
Сарьетт,
что
я
его
пре­
зираю,
ненавижу,
что
он
мне
противен?
86


Она
раз
шес тьде сят
выс казал а
эти
гордые
чувства
и
раз
шесть­
д есят
клялась,
что
не
пустит
больше
к
се бе
Ги н ардон а,
что
она
видеть
его
не
может,
даже
на
портрете.
Г-н
Сарьетт
не
возражал
против
решения,
которое,
после
столь­
ких
уверений,
считал
непоколебимым.
Он
не
порицал
ЗеФ иринь б
оп
даже
одобрял
ее.
Раскрыв
перед
покинутой
ж енщ иной
боле е
чистые
гори зон ты ,
он
изобразил
ей
н еп рочно сть
людских
чувств,
поддержал
в
пей
готовность
к
отречению
и
посоветовал
благочестиво
п окор ит ься
в оле
божьей.
—
Если
действительно,—сказал
он
ей,—ваш
друг
так
ма ло
до­
стоин
привязанности...
Ему
не
удал о сь
кончить
речь.
З ефир ина
бр ос илась
на
него
и,
схватив
за
во рот
сюртука,
принялась
бешено
трясти.
—
Мало
достоин
привязанности! —кричала
она ,
за ды хаяс ь.—М ой
Мишель
мал о
дос то ин
при в язан н ости !..
На йди те-к а,
голубчик
м ой,
д ругого
л юбезнее ,
в есе лее,
остроумнее,
другого
такого,
как
он,
всегда
юного,
всегда...
Мало
достоин
привязанности!
Сразу
видно,
что
вы
ниче го
не
смыслите
в
любви,
с тарая
крыса!
Пользуясь
тем ,
что
старик
Са рьетт
б ыл,
таким
образом,
сил ьно
занят,
мол одой
д’Эпарвье
суну л
томик
„Лукреция“
себе
в
карман
и
непринужденно
прошел
мимо
сотрясаемого
би бл иот ека ря,
по мах ав
ему
на
прощание
ру ч кой.
Заручившись
талисманом,
он
помчался
на
пл ощ адь
Терн
к
мадам
М ира,
которая
п рин яла
его
в
крас н ой
с
золотом
гостиной,
где
не
было
ни
совы,
ни
жабы,
ни
каких -л ибо
иных
а три бутов
древней
маг ии.
У
ма дам
Мир а,
уже
н ем олод ой,
с
напудренными
волосами,
одетой
в
платье
цвета
сл ивы,
был
весьма
приличный
ви д.
Она
говорила
изящно
и
ув е ряла,
что
узнает
сокровенные
в ещи
исклю­
чительно
при
помощи
на уки,
философии
и
ре лиг ии.
Она
пощупала
сафьяновый
переплет
и,
закрыв
глаза,
стала
из-под
опущенных
век
рассматривать
лати нс кое
заглавие
и
герб,
которые
ей
ничего
не
говорили.
Привыкнув
п олучат ь
в
качестве
указаний
кольца,
нос овы е
платки,
письма,
волосы,
она
не
постигала,
какого
сорта
человеку
могла
принадлежать
эта
ст ран ная
книга.
С
обы чн ой
и
машинальной
ловкостью
она
прикрыла
св ое
действительное
нед о умени е
напускным.
—
Ст ра нн о,—п робормот ал а
она,—странно...
Я
не
совсем
хорошо
различаю...
Я
вижу
женщину...
Произнося
^то магическое слово,
она
укра дк ой
наблюдала
за
87


про из веденн ым
эффектом
и
прочла
на
лице
своего
кли ен та
непред­
виденное
ею
разочарование.
З ^®170®? чт0
110 неправильному
пут и,
она
немедленно
из мен ила
с вое
откровение.
—
Но
эта
жен щин а
тотчас
же
исчезла—
Странно...
Странно...
Я
смутно
р азли чаю
неясный
образ—
неопределимое
существо.
И
удостоверившись
беглым
взглядом,
что
на
эт от
раз
ее
слова
жадно
лов ят,
она
стала
распространяться
о
дво йст венн ос ти
существа,
о
ту ма не,
к оторы й
его
окутывает.
По ст епенно
видение
ст ало
уточняться
перед
взором
мадам
Мира,
которая
шла
по
сл еду
шаг
за
шагом.
—
Большой
буль ва р.. .
Площадь
с
памятником...
пустынная
улица,
лестница.
Он
здесь,
в
голубоватой
комнате...
Эго
молодой
человек...
У
нег о
бледное
и
озабоченное
лиц о.
Кажется,
он
жалеет
о
чем-то,
ч его
не
сд елал
бы
вторично—
Но
напряжение
от
гадания
оказалось
слишком
большим.
Уста­
лос ть
помешала
ясновидящей
п родолж ать
потусторонние
розыски.
Она
истощила
последние
силы,
настойчиво
убе жда я
обратившегося
к
ней
за
со вет ом
пребывать
в
тесне йше м
еди нени и
с
богом,
есл и
он
хочет
вернуть
то,
что
пот ерял,
и
преуспеть
в
сво их
стараниях.
Морис,
уходя,
оставил
на
ками не
луидор
и
удалился
взволно­
ванный,
см яте нный,
в
полном
у беждени и,
что
м адам
Мир а
обладает
сверхъестественными
способностями,
к
со жа лению,
недостаточными.
Спустившись
с
лестницы,
он
вспомнил,
что
ост авил
томик
„Лукре-
ция “
на
столе
у
пиф ии,
и,
решив,
что
стар ый
маньяк
не
переживет
пот ери
своей
книжонки,
поднялся
за
нею
наверх.
Когда
он
во з вра­
тился
в
родительский
дом ,
пер ед
ним
выр ос ла
изм уч ен ная
тен ь, pro
старый
Сарьетт
голосом
жалобным,
как
н ояб рьски й
ветер,
требовал
обратно
„Лукреция“. М орис
небрежно-вытащил
его
из
кармана
пальто.
—
Не
у бивай тесь ,
господин
Са р ьетт,
вот
она ,
ваша
штучка.
Библиотекарь
унес,
прижав
к
груди,
вно вь
обретенную
драго­
ц енно сть
и
бережно
по лож ил
ее
на
стол,
покрытый
синей
ск ат ертью ,
придумывая
в
то
же
время
какой-нибудь
надежный
тайник
для
рев ни во
оберегаемого
сокровища
и
перебирая
в
уме
различные
проекты,
достойные
усердного
хранителя.
Но
кто
из
нас
может
похвастаться
мудростью?
Пр едв иден ие
людей
ограничено,
и
пре ду­
смотрительность
их
быв ает
постоянно
обманута.
Уд ары
рока
не­
отвратимы,
и
от
судьбы
не
уйти .
Нет
такого
со вет а,
нет
та кой
Заботы,
которые
пр е одоле ли
бы
фатум.


О
мы,
несчастные!
Слепая
сила,
руководящая
светилами
и
ато ­
мами,
образует
мировой
порядок
из
превратностей
наш ей
жизни.
На ши
невзгоды
сл ужат
гармонии
миров,
ртот
день
был
днем
пере­
плетчика,
которого
круговорот
вр емени
приводил
в
дом
дважды
в
го д:
под
знаком
Ов на
и
под
знаком
Весов.
В
этот
день
с
утра
г-н
Сарьетт
за готов лял
работу
для
переплетчика;
он
выкладывал
на
стол
книги
в
обложках,
недавно
приобретенные
и
пр изна нные
до­
сто йн ыми
кожаного
или
картонного
пе реп лета ,
и
те,
о дея ния
которых
требовали
по чи нки,
заботливо
составляя
подробный
их
список.
Ро вно
в
пять
старый
Амедей
—
приказчик
Леже-Массье,
пер епл етч ика
с
улицы
Аббат ст в а,
яв лялс я
в
библиотеку
д’рпарвье
и
после
двойной
пров ерк и,
пр о изв еденн ой
г-н ом
Сарьеттом,
складывал
книги,
пред­
назначенные
для
хозяина,
на
кусок
полотна,
связывал
его
узлом
и
взваливал
себе
на
плечо;
п отом
прощался
с
библио т екар ем
такими
словами:
—
Добрый
ве чер,
честная
компания!
И
сп уск ался
с
лестницы.
И
на
эт от
раз
все
пр оизо шл о,
как
обычно.
Но
Амедей,
найдя
на
столе
„Лукреция66, без всякого злого умысла сунул его в узел
и
унес
вместе
с
другими
книгами
так,
что
г-н
Сарьетт
этого
не
Заметил.
Библиотекарь
по к инул
зал у
Философов
и
Сфер,
со вер шенно
позабыв
о
книг е,
отсутствие
которой
днем
доставило
ему
такое
жестокое
беспокойство.
За
Это
строгие
судьи
могут
обвинить
его
в
ослаблении
р асс удка.
Но
не
лучше
ли
сказать,
что
так
р ешила
судьба
и
что
сила,
имену емая
нами
сл уч аем,
а
в
сущности
являю­
щаяся
естественным
порядком
вещей,
совершила
это
н езамет ное
деян ие,
последствия
которого,
по
мнению
людей,
ужасны.
Г-н
Сарьетт
отправился
о бедать
в
молочный
ресторанчик
„Четырех Епископов*6
и
прочитал
там
газету
„Крест66.
Он
был
безмятежен
и
спокоен.
Только
на
следующее
утро ,
войдя
в
зал
Сфер
и
Фи лос оф ов,
он
вспомнил
о
„Лукреции66
и,
не
ви дя
его
на
столе,
приня лс я
и скать
всюду,
не
на ходя
нигде.
Ему
не
пришло
в
голову,
что
Амеде й
мог
неч ая нно
унести
„Лукреция66.
У
него
яв ила сь
мысль
о
во звр аще нии
невидимого
п осе ти теля,
и
он
пришел
в
ве лик ое
смятение.
Не сча стн ый
хран и тел ь,
заслышав
какой-то
шум
на
площадке
л естниц ы,
открыл
дверь
и
увидел
маленького
Леона
в
кепи
с
га­
лу нами,
ко торы й
к р ич ал : „Да здравствует Франция!66— шв ыря я
в
во­
ображаемых
врагов
тряпки?
мет елк и
и
ма стику ,
употребляемую
Иппо­
89


литом,
чтобы
натирать
полы.
Для
своих
воинственных
игр
мальчик
п ред почи тал
эту
площадку
любому
другому
мест у
в
дом е
и
час то
Заб ира лся
да же
в
библиотеку.
Г-н
Сар ьет т
внезапно
запо до зр ил
ребенка
в
том,
что
это
он
взял
томик
„Лукреция“,
чтоб ы
сде лат ь
из
нег о
метательный
с на ряд,
и
потому
угрожающим
голосом
потре­
бовал
его
возвращения.
Мальчик
с тал
отрекаться,
и
г-н
Сарьетт
прибегнул
к
о б ещания м:
—
Леон,
ес ли
ты
принесешь
мне
красненькую
книжку,
я
дам
тебе
шоколаду.
Ре бено к
зад у мался .
А
вечером,
когда
г-н
Сарьетт
спу ск ался
по
лестнице,
он
встретил
Лео на,
который
сказал:
—
Вот
книга!
И,
протягивая
ему
рваную
книжку
с
картинками,
„Историю
Грибуля“,
п отреб ов ал
обещанный
шоколад.
Через
несколько
дней
посл е
этого
Морис
получил
по
почте
прос пе кт
сыскного
агентства,
кот оры м
руководил
бывший
служащий
префектуры
и
которое
обещало
быстроту
и
полную
та йну.
Отпра­
вившись
по
у казан но му
адр есу ,
он
нашел
усатого
человека,
мрачного
и
озабоченного,
кот орый
выпросил
у
не го
аванс
и
поо бещ ал
найти
разыскиваемое
лицо.
Вскоре
бывший
служащий
префектуры
написал
ему,
что
начаты
дорого
ст оящи е
поиски,
и
просил
еще
ден ег.
Мор ис
де нег
не
дал
и
реши л
сам
взяться
за
розыски.
Сообра жа я,
не
без
некоторого
вероятия,
что
ангел,
поскольку
нет
денег,
должен
во ди ться
с
бе д­
няками
и
изг нан никам и
вс ех
национальностей,
революционерами,
как
и
он
сам,
Морис
ст ал
заглядывать
во
все
м ебл ир ов анные
к ом наты
кварталов
Сен т- Уав а,
Ла-Шанель,
М онм а ртра,
Ит альян ской
заставы,
в
ночлежные
дома,
где
сп ят
вповалку,
в
кабачки,
где
угощают
тре­
бухой
или
за
три
су
подают
блю до
смешанных
остатков,
в
трущоб ы
Центрального
рынка
и
к
папаше
Моми.
Морис
побы вал
в
ре с торан ах,
где
столуются
нигилисты
и
анар ­
хисты;
он
встречал
там
женщ ин,
переодетых
мужчинами,
мужчин,
п е реоде тых
ж енщ инами,
мрачных,
диких
юнош ей
и
ул ыбающих ся ,
как
малые
дети,
голубоглазых
восьмидесятилетних
старцев.
Он
на­
блюдал,
расспрашивал,
был
принят
за
шпио на,
пол уч ил
у дар
ножом
от
какой-то
о чень
красивой
женщины,
но
на
другой
же
день
во зо бнов ил
сво и
поиски
по
кабачкам,
ме блира шкам,
пу бли чным
до­
мам,
игорным
прит о нам,
нищен ским
зако ул кам,
балаганам
и
хар-
90


ч евпя м,
ютящимся
вдол ь
городских
укреплений,
ср еди
старьевщиков
и
апа шей .
Видя,
что
Морис
худеет,
изводится,
молчит,
его
мать
забес­
покоилась.
—
Нужно
его
женить,—
говорила
она.—Жаль,
что
у
мадемуа­
з ель
де-ла-Вердельер
тако е
неважное
пр идано е.
Аббат
Натуль
не
скрывал
своего
б еспок о йст ва.
—
Наш
мальчик,—говорил
он,—переживает
моральный
кризис.
—
Я
думаю
с корее ,—от ве чал
г-н
Ре не
д’Эпарвье,—что
он
п од­
пал
под
вл ия ние
дурной
женщины.
Сле ду ет
подыскать
ему
занятие,
которое
поглощало
бы
его
и
ль сти ло
его
самолюбию.
Я
мог
бы
у строи ть
его
секретарем
комитета
охраны
сельских
цер кве й
или
юрисконсультом
синдиката
католических
литейщиков.
Глава
Xf*II,
где
гов орит ся
о
том,
что
Софар,
столь
же
жадный
до
золота,
как
сам,
Маммон,
предпочел
св оей
небесной
родине
Фр анци ю,
благословенную
землю
Бережливости
и
Кредита,
и
где
лишний
раз
доказывается,
что
имущий
боится
всяких
перемен
Тем
временем
Ар кад ий
вел
жиз нь
незаметную
и
трудовую.
Он
ра бота л
в
т ипог ра фии
на
улице
Сен-Бенуа
и
жил
в
ма нсар де
на
улице
Муффетар.
Так
как
его
товарищи
забастовали,
он
бросил
91


типографию
и
посвящал
все
св ои
дни
про па ганде,
которую
вел
столь
удачно,
что
зав ер бов ал
в
партию
восстания
более
пятидесяти
тысяч
ангелов-хранителей,
к оторы е,
как
и
полагала
б ыли
недо во ль ны
своим
положением
и
прониклись
сов р ем енными
ид ея ми.
Но
ему
недоставало
денег
и,
следовательно,
с вобо ды
действия;
он
не
мо г,
как
хотел
бы,
употреблять
все
сво е
время
на
просвещение
с ынов
неба.
Равным
об р азом,
и
князь
Истар,
за
отсутствием
денег,
выделывал
бомб
меньше,
чем
был о
нужно,
и
худшего
качества.
Все
же
ма лень ких
карманных
снарядов
он
изготовил
много.
Он
Запо лн ил
ими
квартиру
Теофиля
и
каждый
д ень
забывал
их
на
див анах
в
кафе.
Но
бо мба,
из ящ ная
и
у доб ная
в
обр ащ ени и,
с по­
собная
уничтожить
несколько
больших
домов,
обходится
от
дв а­
дцати
до
двадцати
пяти
ты сяч
франков.
У
князя
Истара
б ыло
таких
б омб
всего
л ишь
д ве.
Стремясь
добыть
средств,
Ар кади й
и
Истар
обратились
вместе
за
п оддер ж кой
к
з наме нито му
финансисту
Максу
Эвердингену,
которы й,
как
вс ем
известно,
руководит
крупнейшими
кредитными
учреждениями
Франции
и
всего
мир а.
Менее
из вестно
то,
чтоуМакс
рвердинген
не
был
рож ден
от
женщины,
а
явл ялс я
падш им
ангелом.
Тем
не
менее
это
истина.
В
неб ес ах
он
назывался
Софаром
и
охранял
сокровища
Иалдаваофа,
большого
любителя
зо­
лота
и
др аг оце нных
к ам ней.
Выполняя
эти
обязанности,
он
так
пр и­
страстился
к
богатству,
что
эту
с тр асть
уже
невозможно
был о
уд ов ле тв орить
в
обществе,
не
знающем
ни
биржи,
ни
банкиров.
Сердце
его
пыл ало
горяч ей
лю бо вью
к
богу
ев р еев,
которому
он
оставался
верен
очень
долгое
время.
Но
в
начале
XX века христиан­
с кой
эры,
устремив
с
вы соты
небосвода
вз ор
сво й
на
Францию,
он
увидел,
что
под
именем
р еспу блик и
эта
страна
пре образ ов алас ь
в
п л утократ ию
и
что
под
видом
демократического
правления
там
безнадзорно
и
бесконтрольно
господствует
крупн ы й
капитал. \С
э той
минуты
пребывание
в
рмпир е е
стало
для
нег о
невыносимым.
Он
почувствовал
вл ечение
к
Франции
как
к
избранной
роди не ,
и
о днаж ды,
захватив
столько
драгоценных
камн ей,
сколько
мог
взять
с
собой,
он
спустился
на
землю
и
обосновался
в
Париже.
Там
этот
корыстный
анг ел
преуспевал
в
делах.
С
тех
пор
как
он
материа­
лиз ов ался ,
в
лице
его
не
осталось
ничего
неб есно го ;
оно
воспроиз­
вод ило
во
вс ей
чистоте
семитический
тип
и
давало
возможность
л юбов а ться
морщинами
и
склаДками,
к оторы е
св о йстве нны
л ицам
банковских
деятелей
и
которые
можно
найти
уже
у
менял
на
кар­
92


тинах
Квентин-Матсиса.
Его
первые
ша ги
были
ск р омным и,
его
успех
—
вызывающим.
Он
женился
на
уродливой
же нщине,
и
они
оба
м огли
видеть
себя,
как
в
зеркале,
в
своих
детях.
Особняк
барона
Макса
рвердингена,
к оторы й
высится
на
п риго рке
Трокадеро,
ло­
митс я
от
художественных
ост анко в
христианской
Ев ро пы.
Барон
принял
Арк ад ия
и
кня зя
Истар а
в
р абоч ем
кабинете,
одной
из
са мых
скромных
комнат
особняка.
Потолок
ее
украшен
фре ск ой
Тьеполо,
взятой
из
какого-то
в енециан ско го
дворца.
В
ка­
бинете
сто ит
бюро
регента
Фил иппа
Орлеанского.
Там
же
нахо­
дятся
шкафы,
витрины,
картины
и
стату и.
Ар кади й,
оглядывая
стены,
заметил:
—
Как
это
случ ил ось ,
о
брат
мой
Софар,
что,
все
еще
обла д ая
изр аил ьско й
душой,
вы
так
плохо
соблюдаете
заповедь
ва шего
бога ,
93


г л ася щ ую : „Пе сотвори себе кумира../? Ибо я вижу здесь „ Апо л­
лона"’
Гудона,
„Гебу“
Лемуана
и
неско л ько
бюсто в
Каффьери.
И,
по­
добно
Соломону
на
склоне
ле т,
вы’
по мещает е,
о
сын
бога,
у
себ я
в
доме
чужеземных
идолов,
например,
вот
эту
„Венеру“
Буше,
этого
„Юпитера“
Рубенса,
эт их
ним ф,
обязанных
кисти
Фрагонара
тем
смо ро д инным
вареньем,
которое
течет
у
них
между
сме ющ имися
ягодицами.
Вы
х р аните,
Софар,
в
одной
л ишь
этой
витрине
скип етр
Людовика
Святого,
шестьсот
жемчужин
из
разрозненного
ож ере лья
М ар ии-А нту анетты,
импер ат ор ску ю
мантию
Кар ла
V*,
тиару,
чека­
ненную
Ги бе рти
для
папы
Ма ртин а
X Колонна,
шпагу
Бонапарта...
Всего
не
перечислить...
—
Пус тяки ,— сказал
М акс
ЭвеРДинген-
—
Мой
„милый барон,
у
вас
есть,—заметил
князь
Истар,—пер­
стень,
к оторы й
Карл
Великий
надел
на
палец
фее
и
кот оры й
с чит али
п отеря нн ым ...
Но
перей дем
к
д елу.
Мой
друг
и
я
—мы
пришли
про­
си ть
у
вас
дене г.
—
Я
так
и
думал,—ответил
Ма кс
Эвердинген.— Все
просят
де­
нег ,
но
для
разных
целей.
Для
че го
прос и те
денег
вы?
Князь
Истар
от в етил
прос то:
—
Чтобы
устроить
революцию
во
Франции.
—
Во
Фр а нции?—п ов торил
барон.—Во
Франции?..
Ну
на
это
я
денег
не
да м;
можете
быт ь
уверены.
Аркадий
не
скрыл,
что
ожидал
от
небесного
собрата
боль ше й
щедрости
и
бо лее
широкой
помощи.
—
Наш
план,—сказал
он,—весьма
обширен.
Он
охватывает
неб о
и
землю.
Он
разработан
во
всех
д етал ях.
Сн ачал а
мы
про из ведем
социальную
революцию
во
Франции,
в
Ев ро пе,
на
вс ей
нашей
пла­
нете,
зат ем
пер енесем
войну
на
небеса
и
установим
там
мирную
дем окр ати ю.
Но
чт обы
захватить
небесные
твердыни,
что бы
р аз­
руши ть
Г ору
господню,
чтобы
штурмовать
неб есный
Иеру салим ,
нужна
большая
армия,
гиг ант ски е
сн аря жения ,
взрывчатые
вещества
огромной
силы,
элек тр офо ры
небывалой
мощности.
У
нас
нет
сред ст в
обзавестись
такими
р есур сами.
Революцию
в
Европе
можно
устроить
с
мень ши ми
затратами.
Мы
собираемся
начать
с
Фра нции.
—
Вы
су масшед ши е,— во скликн ул
барон
Эвердинген,—сумасшед­
шие
и
ду ра ки!
Послушайте
меня:
Ф ра нция
не
нуждается
больше
ни
в
каких
реформах.
В
ней
все
совершенно,
зако нч енн о,
незы б лем о.
Слышите
: незыблемо !
94


И,
чтобы
придать
больше
силы
своему
утверждению,
барон
рве р динге н
сту кн ул
три
р аза
кулаком
по
бю ро
регента.
—
Наша
то чка
зрения
иная,—кротко
сказал
Ар к адии .—Мы
с
кня зем
Ис та ром
полагаем,
что
в
этой
стране
с леду ет
измен ить
вс е.
Но
к
чему
споры?
Мы
пришли
к
в ам,
о
брат
Софар,
от
им ени
пятисот
тысяч
не бесных
духов,
р ешив ших
с
завтрашнего
дня
начать
вс еленск ую
революцию.
Барон
Рвердинген
закричал,
что
они
головорезы,
что
он
не
да ст
ни
гроша,
что
преступно
и
безумно
нападать
на
самую
у ди­
вительную
вещь
в
мире,
на
вещ ь,
которая
делает
землю
более
прекрасной,
чем
не бе са, —на
финан сы.
Он
был
поэтом
и
пророком;
сердце
его
затрепетало
св ящен ным
вдохновением,
и
он
изобразил
французскую
Бе режл ив ос ть,
добро­
детельную
Бережливость,
чистую
и
непорочную
Бере жл ив ос ть,
по­
добную
деве
в
Пе сне
Песней ,
Бережливость,
одетую
в
деревенскую
юбчонку
И
идущую
из
захолустья,
чт обы
принести
ожидающему
ее
жениху,
могучему
и
великолепному
Кредиту,
сокровище
своей
любви.
Он
изобразил,
как
К ред ит,
разб ога те в
от
даров
супруги,
изливает
на
все
народы
мира
потоки
зол от а,
которы е
сами
собою,
тысячами
нев идим ых
стру ек,
возвращаются
еще
более
обильными
на
б лаг ос ло венную
почву,
откуда
они
ист е кли.
—
Благодаря
Бережливости
и
Кредиту,
Франция
стала
н овым
Иеру салимо м,
ко торы й
оза р яет
все
на ции
Европы,
и
цари
земные
л обызают
его
пурпурные
стопы.
И
это
вы
хотите
ра зруш и ть!
Вы
—
богохульники
и
нечестивцы!
Так
гов о рил
ангел-финансист.
Незримая
арфа
аккомпанировала
его
голосу,
а
г лаза
его
метали
молнии.
Между
тем
Аркадий,
небрежно
облокотившись
на
бюро
регента,
развернул
перед
глазами
барона
надземн ый,
под зем ный
и
воздушный
пл аны
Парижа,
на
кото р ых
к ра сными
крестиками
были
обозначены
те
места,
где
бомбы
одновременно
должны
бы ть
заложены
в
по­
гребе
и
по д земель е,
разбросаны
по
дорогам
и
сброшены
флотилией
аэропланов.
Все
финансовые
учреждения,
в
том
числе
банк
рвер-
дингена
и
его
от д еления ,
были
отмечены
красными
крестиками.
Финансист
пожал
плечами.
—
Бросьте!
Вы
просто
нищи е
и
бродяги,
преследуемые
поли­
цией
всег о
мира.
У
вас
нет
ни
гроша.
На
какие
деньги
изготовите
вы
все
эти
снаряды?
93


Вместо
отв ета
князь
Ист ар
вынул
из
кармана
малень к ий
медный
цилиндр,
к оторы й
он
любезно
предложил
бар ону
рвердингену.
—
Видите
вот
эту
обыкн ов енную
к оробочку?
Достаточно
уро­
нить
ее
здесь
на
пол,
чтобы
нем едлен но
превратить
в
груды
ды­
мя ще гося
пе пла
ваш
о бшир ный
особняк
вместе
с
его
обитателями
и
зажечь
пожар,
кот орый
истребит
весь
квартал
Трокадеро.
У
ме ня
таких
штучек
деся ть
тысяч;
я
их
и зго товл яю
по
три
дюжи ны
на
день.
Финансист
попр о сил
ке руба
п оложи ть
снаряд
о бра тно
в
карман
и
сказал
в
примирительном
тоне:
—
По слу шайт е,
друз ья
мои.
Отправляйтесь
немедленно
же
де­
лать
революцию
на
небе,
а
в
эт ой
стране
оставьте
все
по-старому.
Я
по дпиш у
вам
ч ек.
Вы
смо ж ете
приобрести
все
материальные
средства,
нужные
вам
для
атак и
Иерусалима
небесного.
И
ба рон
рв ерди нг ен
уже
обдумывал
великолепную
аферу
с
Электрофорами
и
военными
по ст ав ками.
Гла ва
XV’III,
где
начинается
рассказ
садовника,
в
течение
которого
пе ред
нами
развернутся
судьбы
ми ра
в
рассуждении,
столь
же
великолепном
по
ши­
роте
взглядов,
сколь
узк о
и
у бого
по
своим
в оз­
зре н иям
„Рассуждение
о
всемирной
исто рии^
Боссюэта
Садовник
у садил
Аркадия
и
3ИТУ в глубине фруктового сада,
в
беседке,
увитой
диким
виноградом.
—
Ар ка ди й,—ск аз ала
п рек расная
архангельша,—сегодня
Некта­
ри й,
быть
может,
отк роет
те бе
то,
что
ты
так
пламенно
с трем и шься
узнать.
Попроси
его
рас ска за ть.
Арка дий
попросил,
и
старый
Нектарий,
отложив
в
сторону
т рубку ,
начал
та к:
„Я знал его:
это
был
прекраснейший
из
Серафимов.
Он
блистал
умом
и
отвагой.
В
его
широком
сердце
об и тали
все
добродетели,
которые
порож да ет
гордость:
п рям ота,
хра бр ост ь,
твердость
в
исп ы­
таниях,
упо рн ая
над еж да.
В
те
времена,
пр едш ест во вав шие
началу
в ре мен,
он
обитал
в
п олун очно м
небе,
где
свер каю т
семь
магнитных
96


звезд?
во
дворце
из
алмазов
и
золота,
ежечасно
ог л ашавше мся
тре­
петом
крыл
и
торжественными
песно пен ия ми.
Иагве
на
своей
горе
За вид овал
Люциферу.
Вы
сам и
зн ает е:
анг ел ы,
как
и
л юди,
чувствуют
в
се бе
зач а тки
любви
и
ненависти.
Порой
они
способны
на
великодушные
ре шения ,
но
чаще
повинуются
выг оде
и
уступают
стр аху.
То гда,
как
и
теперь,
большинство
из
них
не
б ыло
способно
на
вы со кие
помыслы,
и
стра х
пер ед
Госп од ино м
с оста влял
всю
их
добродетель.
Люцифер,
явля в­
ший
великое
пренебрежение
ко
вс ему
низменн ом у,
презирал
эти
толпы
прирученных
духов,
погрязших
в
зрелищах
и
п ра зднест ва х.
Но
тем,
в
ко торых
жил
дерзновенный
ум,
беспокойная
душа,
тем ,
которые
пылали
неукротимой
любовью
к
свободе,
он
дарил
с вою
др ужб у,
и
те,
в
свою
очередь,
отв еча ли
ему
обожанием.
То л пами
покидали
они
Го ру
господню
и
воздавали
С ер афиму
почести,
ко­
торы е
тот,
другой,
требовал
для
себя
одного.
7 Восстание ангелок
97


Я
занимал
место
сре ди
Властей,
и
имя
мое
Ал ациил
был о
не*
бесславно.
Чт обы
насытить
сво й
ум,
веч но
волнуемый
ненасытной
жаждой
познания
и
ра зум ения ,
я
наблюдал
пр ир оду
ве щей,
изучал
свойства
камней,
воз д уха
и
воды,
старался
постигнуть
законы,
упра­
вл яющи е
как
грубой,
так
и
тонкой
материей,
и
после
долгих
ра з мыш­
лений
я
понял,
что
вселенная
возникла
совсем
не
т ак,
как
старался
нас
в
ртом
убедить
ее
лже соз да тель;
я
по ст иг,
что
все
сущее
суще­
ству ет
сам о
собой,
а
не
по
п рих оти
Иагве,
что
мир
сам
со здает
себя
и
что
дух
сам
в
себе
бо г.
С
тех
пор
я
стал
презирать
Иагве
за
его
обман
и
во знен авид ел
его
за
враждебность
ко
всему,
что
я
считал
благим
и
желанным:
к
свободе,
к
пытливости
ума,
сомнению.
Эти
чувства
приблизили
меня
к
Серафиму.
Я
во сх ищал ся
им,
я
полюбил
его;
я
пребывал
в
его
свете.
Когда,
на кон ец,
стал о
ясно,
что
надо
выбирать
меж ду
ним
и
тем,
другим,
я
стал
на
с торон у
Люцифера,
проникшись
одним
ли шь
стре мле н ием
— служить
ему,
и
одним
л ишь
жел ан ием
—
разделить
его
учас ть.
Когда
во йна
с тала
неизбежной,
он
подготовил
ее
с
неутомимой
бдительностью,
всеми
средствами
расчетливого
ума.
О бра тив
Пр е­
столы
и
Власти
в
Халибов
и
Циклопов,
он
извл ек
из
гор,
окру­
жавших
его
владения,
железо,
кот орое
он
п редп очита л
зо лот у,
и
вы­
ковал
о ружие
в
небесных
п еще рах.
Зат ем
собрал
на
пустынных
равнинах
севера
мир иады
духов,
вооружил
их,
обучил
и
по дг от овил.
Хо тя
з атея
его
де ржала сь
вт а йне,
но
она
так
разрослась,
что
в
скором
времени
о
ней
донесли
противнику.
Можно
сказать,
что
тот
всегда
этого
жд ал
и
опасался,
почему
и
преобразил
св ое
жилище
в
к реп ость,
а
св оих
ангелов
—в
ар мию,
приняв
сам
имя
Бо га
Воинств.
Он
за­
готовил
громы.
Более
пол о вины
детей
не ба
остались
ему
верны;
он
видел,
как
теснятся
вокруг
нег о
покорные
ду ши
и
терпеливые
сердца.
Архангел
Михаил,
к ото рый
не
ведал
страха,
принял
ко ман до вание
над
этими
послушными
полками.
Как
тол ько
Люц ифер
ув ид ел,
что
его
войско
не
может
больше
усилиться
ни
в
чис ленно ст и,
ни
в
подготовке,
он
устр еми л
его
на
врага
и,
обещав
верным
ему
ан ге лам
богатство
и
славу,
дв ину лся
во
гл аве
их
к
Горе,
вершина
которой
поддерживает
престол
вс е­
л енно й.
Три
дня
воспламеняли
мы
сво им
п оле том
эфирные
рав­
нины.
Над
наши ми
го лова ми
развевались
черные
стяги
вос ст ан ия.
Гора
господня
уже
видне лась
вдали,
роз ове я
в
восточной
част и
неба,
и
наш
вождь
о кид ывал
взором
ее
блистающие
укрепления.
Под
98


сапфировыми
стенами
расположились
вражеские
рады,
сверкая
зо­
лотом
и
драгоценными
к амня ми,
меж
тем
как
мы
двигались,
одетые
бр о нзой
и
ж елезо м.
Их
алые
и
го лубы е
стяги
развевались
по
ветру,
и
молнии
вспыхивали
на
остри ях
их
копий.
Вскоре
оба
войска
раз­
деляло
липп»
узкое
пространство
—
полоска
земли,
ровная
и
п усты н­
ная,
при
виде
к оторой
содрогнулись
сам ые
не устр аш имые ,
помышляя,
что
там,
в
кров ав ой
схватке,
будут
решаться
судьбы.
Анг ел ы,
как
вы
это
знаете,
не
умирают.
Но
когда
медь,
железо,
алмазное
острие
или
пыл ающи й
меч
разрывают
их
тончайшее
тело,
они
чувствуют
боль
г оразд о
бо лее
жестокую,
чем
та,
которую
спо­
соб ны
испытывать
люди,
так
как
плоть
их
более
нежна,
и,
есл и
уничтожен
какой-нибудь
важный
орган,
они
становятся
нед в ижимы ,
медленно
ра злаг аются,
превращаются
в
тум а нн ости
и
витают
долгие
века,
ничего
не
чувствуя,
рассеявшись,
в
холод н ом
эфире.
Когд а
же,
наконец,
возрождаются
дух
и
оболочка,
память
о
прошлой
жизни
не
возвращается
к
ним
во
все й
полноте.
Таким
об р азом,
ест еств енно ,
что
ангелы
боятся
с трада ни й,
и
храбрейшие
из
них
при ходят
в
трепет
при
мы сли,
что
утратят
лицезрение
света
и
с ладо стн ые
воспоминания.
Будь
это
иначе,
анге ль ски й
род
не
знал
бы
ни
красоты
бор ьб ы,
нп
славы
же рт вы,
и
те,
кто
бор о лись
в
Э мпир ее
до
начала
времен
За
или
против
Бо га
Воинств,
предавались
бы
безо
всякой
чес ти
мнимым
б ит вам,
и
я
не
мог
бы
сказать
вам,
дети,
со
справедливой
гордостью: „Я был там“.
Люцифер
дал
знак
начать
сражение
и
первый
бро си лся
вперед.
Мы
обрушились
на
врага,
думая
тотчас
же
раз гром и ть
его
и
с
первого
натиска
овладеть
священной
твердыней.
Воины
ревнивого
бо га,
м енее
пыл кие,
чем
наши,
но
не
мен ее
ст ой кие,
о ст ава лись
не­
поколебимы.
А рхан гел
Михаил
предводительствовал
ими
со
спокой­
ствием
и
решите
ь нос тью
благородного
се рдц а.
Трижды
пыт ал ись
мы
прорвать
их
ряды,
и
трижды
встречали
они
наши
ж ел езные
груди
пла менн ыми
ост риям и
своих
копий,
с по собных
пронзить
самые
прочные
латы.
Миллионами
пад али
тела
славных.
Нак он ец
пяти
правый
ф ланг
оп роки нул
левый
фл анг
противника,
и
Начала,
Власти,
Могущества,
Силы
и
Престолы
показали
нам
спины;
они
бежали,
ударяя
себя
со бстве нным и
пятками,
меж
тем
как
ангелы
третьего
ч ина,
в
смятении
летая
над
ними,
покрывали
их
снегом
перьев,
см еша нным
с
кровавым
дождем.
Мы
преследовали
их
сре ди
облом­
ков
колесниц
и
груд
оружия,
ускоряя
их
бы с трое
бегство...
Вдруг
7*
99


бу ря
криков
п ораж ает
наш
слух;
она
растет
и
при бли ж ает ся,
полная
воплей
отчаяния
и
ликующих
кликов:
правый
фла нг
противника
—
гигантские
архангелы
вс евыш не го
—
обрушился
на
наш
левый
фланг
и
сломил
е го.
Нам
приходится
прекратить
преследование
беглецов
и
спешить
на
помощь
расстроенным
полкам.
Наш
князь
летит
т уда
и
во сстанав ли вает
порядок.
Но
левый
фл анг
противника,
ра з­
гр ом
которого
мы
не
зак ончи ли ,
не
чув ст вуя
более
натиска
наш их
стрел
и
копии,
ободрился,
повернул
назад
и
снова
ударил
на
нас.
Ночь
прервала
нерешенную
битву.
По ка
лагерь
от дых ал
под
покровом
сумерек,
в
т ишин е,
которую
временами
пронизывали
стоны
раненых,
Люцифер
готовился
к
следующему
дн ю.
До
з ари
пр о­
будили
нас
труб ы.
На ши
воины
неожиданно
обрушиваются
на
не­
приятеля
в
час
молитвы,
рассеивают
и
изб ив ают
его.
Когда
уже
все
пали^
или
обратились
в
бегство,
архангел
Михаил
вместе
с
не­
сколькими
соратниками
о
че тыре х
огненных
крылах
еще
держался
против
натиска
бесчисленного
в ойс ка.
Они
отступали,
подставляя
г рудь
под
наши
уда ры,
и
л ицо
Михаила
было
еще
спокойно.
Солнце
совершило
тр еть
своего
пути,
ко гда
мы
начали
взбираться
на
Г ору
господню.
Подъем
был
крут:
с
ч ела
струился
пот ,
пл аменн ый
свет
сл епил
глаза.
Отягощенные
железными
доспехами,
наши
пернатые
крылья
уже
не
д ерж али
нас,
но
на деж да
придавала
нам
другие
крылья,
поднимавшие
нас.
Прекрасный
Серафим,
св оей
сияю щей,
все
выше
и
в ыше
возносящейся
рукой,
указывал
нам
путь.
Весь
день
карабкались
мы
на
над м енную
гору,
которая
веч ер ом
оде лас ь
в
лазурь,
розы
и
опа лы.
Зв ез дное
воинство,
появившееся
в
небосводе,
казалось
отражением
наш их
доспехов.
У
нас
над
головами
п ро­
стиралось
бесконечное
безмолвие.
Мы
шли
опьяненные
надеждой.
Внезапно
в
потемневшем
небе
засверкали
молнии.
ЗагРохотаа
гром,
и
с
высоты
окутанной
облаками
горы
пал
неб есный
огонь.
Наш и
шлемы
и
л аты
плавятся
в
пл амени ,
щиты
др обят ся
под
уда рам и
стрел,
бр ош енных
незримой
рук ой.
Люцифер
и
в
ртом
огненном,
урагане
с охран ял
свою
гордость.
Тщетно
гром
п ораж ал
его
повтор­
ными
ударами:
он
держался
стойко
и
бросал
вызов
врагу.
На кон ец
мо лния ,
п отр ясши
го ру,
низвергнула
нас
в пер еме жку
с
огромными
глыбами
сапфиров
и
ру бино в,
и
мы,
без
сил ,
без
воли ,
мы
с тали
падать
в
течение
времени,
которого
никто
не
мог
бы
измерить.
Я
очнулся
в
скорбной
тьме.
И
когда
гла за
мои
привыкли
к
глубокому
мраку,
я
за метил
вокруг
себя
тысячи
боевых
товарищей,
КЮ


распростертых
на
сернистой
почве,
по
к оторой
пробегали
св инцовы е
отсветы...
Мои
гла за
не
видели
ниче го ,
кроме
серных
родников,
дымящихся
кратеров
и
ядовитых
болот;
ледяные
горы
и
мглистые
моря
замыкали
г оризо нт.
Медное
небо
на вис ло
над
головой.
И
ужас
Этого
места
был
так
велик,
что
мы
плакали,
си дя
на
земле,
по­
ложив
лок ти
на
колени
и
под пер ев
кулаками
ще ки.
По
вс ко ре,
подняв
глаза,
я
у видел
Серафима,
стоящего
передо
мной,
как
башня.
Страдание
нал ож ило
на
его
прежнее
величие
мрач­
ную
и
великолепную
кра соту.
—
Товарищи,—сказал
он
нам,—возрадуемся
и
возвеселимся,
ибо
теперь
мы
избавились
от
небесного
рабс тв а.
Здесь
мы
свободны,
и
лучше
свобода
в
аду,
чем
рабство
на
не бе
*.
Мы
не
побеждены,
ибо
у
нас
ост ала сь
в оля
к
по б еде.
Мы
сумели
пок ол ебат ь
престол
ревнивого
бога;
мы
же
и
сокрушим
его.
Вс та ньте,
товарищи,
будьте
смелы
душой.
Тотчас
же
по
его
приказу
мы
нагромоздили
г оры
на
горы
и
на
высотах
их
установили
машин ы,
котор ые
стали
метать
пылаю­
щие
скалы
в
божественные
палаты.
Небесное
воинство
было
изумлено,
и
обитель
славы
ог л асила сь
с то нами
и
криками
ужаса.
Мы
уже
со бир ал ись
вернуться
победителями
на
нашу
высокую
родину,
но
Г ора
господня
сверкнула
венцом
зарниц,
и
мо лния ,
пав
на
нашу
крепость,
ис пеп е лила
ее.
Пос ле
этого
нового
поражения/Серафим
некоторое
вр емя
р аз­
мыш ля л,
охватив
го лову
руками.
Потом
он
под нял
почерневшее
лицо.
Теперь
он
стал
Сатаной,
более
ве лик им,
чем
Люцифер.
Верные
анге лы
сто лп ил ись
в округ
него .
—
Друзья,—сказал
он
нам, —есл и
мы
еще
не
победили,
это
значит,
что
мы
недо ст о йны
и
несп осо б ны
победить.
Узнаем
же,
че го
нам
недо ст ает .
Воц а рить ся
над
природой,
господствовать
над
все ленно й,
ста ть
богом
можно
только
через
знание.
Нам
нужно
овладеть
мо лнией,
и
эт им
должны
мы
зан ять ся
немедля.
Но
не
слепое
мужество
(ибо нельзя было проявить большее мужество,
чем
проя в или
мы
в
тот
день !) даст нам божественные стрелы,
а
наука
и
мыш л ение.
В
этом
безмолвном
месте,
ку да
мы
низверг­
нуты,
будем
мыслить,
будем
постигать
скр ыт ые
причины
вещей.
* „Better to reign in Hell, than serve in Heavn". „Paradise Lost", book
I, v. 254. [Примечание
ав т ора.]
101


Бу дем
наблюдать
природу;
будем
исследовать
ее
с
м ог учим
р вением
и
всепобеждающим
же ланием;
постараемся
п рони кн уть
в
ее
беско­
неч но
вел икое
и
в
ее
бесконечно
малое.
Познаем,
когда
она
быв ает
беспл одн а
и
когда
изо бил ьн а;
как
создает
она
те пло
и
холод,
радость
и
страдание,
жизнь
и
смерть;
как
она
сочетает
и
раз де ляет
ст ихи и,
как
создает
тонкий
воздух,
к оторы м
мы
дышим,
алмазные
и
сапфи­
ровые
скалы,
с
которых
мы
бы ли
низринуты,
и
небесный
огонь,
кото рым
мы
оп але ны,
и
гордую
мысл ь,
которая
волнует
наш
ду х.
Покрытые
глубокими
ран ами,
пострадавшие
от
пламе ни
и
льда,
возблагодарим
судьбу,
которая
от кр ыла
нам
глаза,
и
в озр аду емся
нашей
у част и.
Через
страданье
приобрели
мы
первое
знакомство
с
природой,
оно
же
побуждает
нас
познать
ее
и
подчинить
себе.
Когда
она
покорится
нам,
мы
станем
бо гам и.
Но
е сли
даж е
она
навеки
скроет
от
нас
сво и
тайны,
если
мы
не
овладеем
ее
оружи ем
и
не
отк рое м
секрета
молнии,
мы
все
же
должны
радоваться,
что
познали
с трада ни е,
ибо
оно
пр обу дило
в
нас
новые
чувства,
более
ценные
и
сладостные,
чем
те,
которые
можно
испытать
в
обители
вечного
бл аженс тва,
ибо
оно
вну шил о
нам
люб овь
и
жалость,
не­
в едо мые
неб есам.
Эти
слова,
произнесенные
Се ра фимом ,
пре образ и ли
на ши
сердца
и
ок ры лили
нас
надеждой.
Гру дь
у
нас
в здыма лась
от
великой
жажды
познания
и
любви.
Тем
вр ем енем
начала
рождаться
земля.
Ее
огромный
туманный
шар
с
каждым
часом
сжимался
и
уплот ня лс я.
Воды,
питавшие
водоросли,
кораллы,
ра куш ки
и
носившие
на
себ е
легкие
флотилии
моллюсков,
боль ше
не
покрывали
его
целиком;
они
улеглись
в
своих
водоемах,
и
с тали
возникать
материки,
где
в
теплом
иле
извивались
ч удо ви щные
амфибии.
Потом
горы
оделись
лесом
и
различные
ви ды
животных
стали
щипать
траву,
мох,
ягоды
с
ку­
старников
и
жолуди
с
дубов.
Затем
пещерами
и
углублениями
скал
овладел
тот,
к оторы й
научился
заостренным
камнем
поражать
диких
зверей
и
хитростью
поб ежд ать
иск о нных
оби тателей
лесов,
равнин
и
гор.
Человек
начал
сво е
владычество
в
тя желы х
условиях.
Он
был
сл аб
и
наг.
Редкая
шерсть
плохо
з ащи щала
его
от
хо лода ,
а
ногти
на
пальцах
был и
сл ишко м
хрупки,
чтоб ы
бороться
с
к огтям и
хищников;
но
строение
его
больших
пальцев,
отделяющихся
от
остальных,
давало
ему
воз­
можность
легко
захватывать
различные
предметы
и
сообщало
ему
102


ловкость,
возмещавшую
недостаток
силы.
Не
отли ча ясь
су щест венн о
от
прочих
животных,
он
более
других
был
сп ос обен
наблю дат ь
н
сравнивать.
Так
как
он
умел
извлекать
из
сво ей
горт ан и
разно­
о бр азные
звуки,
то
ему
пришло
в
го лову
об озн ача ть
различными
изменениями
голоса
все
пре дмет ы,
пора жав ши е
его
ум,
и
эт от
ряд
различных
звуков
помог
ему
определять
и
с ообщат ь
сво и
мысли.
Его
жалкая
участь
и
его
беспокойный
дух
внушили
сочувствие
по беж ден ным
ангелам,
кот орые
узнали
в
нем
д ерз нов ение,
подобное
их
собственному,
и
зачатки
той
гордости,
которая
была
причиной
их
страданий
и
славы.
В
больш ом
ко личе ств е
стеклись
они,
чтобы
жи ть
под ле
н его
на
юной
земле,
где
их
ле гко
носили
кр ыль я.
Там
они
принялись
оттачивать
его
ум
и
укреплять
его
дух.
Они
научили
его
одеваться
в
шкуры
дики х
зверей
и
заваливать
камня ми
вход
в
пещеры,
чтобы
тигры
и
медведи
не
могли
туда
забраться.
Они
научили
его
добы в ать
искру
т ре нием
палки
о
сухие
листья
и
сохранять
на
камнях
оча га
священный
огонь.
Вдохновленный
мудрыми
демонами,
он
осмелился
пер епл ыват ь
потоки
на
ра зрубле н ­
ных
и
выдолбленньк
стволах;
он
из обре л
колесо,
жернов
и
плуг;
соха
разодрала
землю
пло до ро дней
раной,
и
зерно
дал о
тем,
кто
его
толок,
божественную
пищу.
Он
лепил
посуду
из
глин ы
и
выделывал
из
кремня
различные
орудия.
Словом,
пребывая
сред и
л юдей,
мы
их
утешали
и
наставляли.
Мы
не
всегда
бы ли
видимы
для
них;
но
по
вечерам,
на
поворотах
доро г,
мы
яв ляли сь
им
в
образ ах,
ч асто
при чуд лив ых
и
странных,
иногда
же
вел ича вых
и
прелестных,
пр инима я
по
своему
желанию
вид
водяного
или
лесного
чудовища,
почтенного
старца,
прелестного
реб енк а,
л ибо
ж енщ ины
с
широкими
бедрами .
Порой
случалось
нам
смеяться
над
ни ми
в
песн ях
или
испытывать
их
ум
какой-нибудь
острой
шуткой.
Не­
которые
из
нас,
более
неугомонного
нрава,
любили
морочить
их
жен
и
детей,
но
мы
всегда
были
готов ы
придти
на
помощь
н ашим
малым
братьям.
Благодаря
нашим
заботам,
их
ум
достаточно
развился,
чтобы
получить
способность
за блужд атьс я
и
ложно
по ни мать
соотношение
в ещей.
Полагая,
что
о браз
связан
с
действительностью
магическими
у зами,
они
покрывали
фигурами
животных
стен ы
своих
пещер
и
вырезывали
на
кос ти
под о бия
оленей
и
мамонтов,
дабы
овладеть
добычей,
которая
была
изображена.
Бе ско не чно
медленно
проте­
кали
век а,
пока
креп
их
разум.
Мы
посылали
им
во
сне
с ч астли вые
103


м ысли,
внушая
приручать
лошадей,
холостить
быков,
учи ть
собак
ст ереч ь
овечьи
стада.
Они
создали
с емью,
племя.
Раз
как-то
на
од но
из
их
бродячих
племен
напали
дикие
охотники.
Тотчас
же
мо лоды е
мужчины
этого
племени
ус тро или
из
повозок
ограду,
за
которой
укрыли
же нщин ,
детей,
стариков,
быков,
сокровища,
и
с
высоты
повозок
стали
о сыпат ь
смертоносными
кам ня ми
нападающих.
Так
был
о снов ан
первый
город.
Рожденный
слабым
и
о бр еч енный
за­
коном
Иагве
на
у бийст ва,
человек
закалил
с вое
сер дце
в
битвах
и
воспитал
в
во йне
св ои
высшие
доблести.
Он
освятил
своей
кровью
священную
л юбовь
к
родине,
кот орой
суждено
бу дет,
есл и
человек
до
кон ца
выполнит
сво е
назначение,
охватить
миролюбиво
всю
землю.
Один
из
нас ,
Деда л,
изобрел
для
человека
секиру,
отвес
и
па рус.
Ита к,
мы
сде лал и
суще ств ова н ие
смертных
менее
горь­
ким
и
трудным.
Они
ста ли
строить
на
озерах
тростниковые
де­
ревни,
где
мо гли
спокойно
наслажд ат ься
мыс лью,
что
было
неве­
до мо
другим
о бит ател ям
земл и,
а
ко гда
они
научились
уто лят ь
го­
лод
без
чрезмерных
усилий,
мы
вду ну ли
им
в
грудь
любовь
к
кра ­
соте.
Они
с тали
воздвигать
пирамиды,
о бел иски,
башни,
гигантские
улы бающи е ся
с татуи ,
прямые
и
грозные,
а
так же
симво лы
де то­
рожд ени я.
На уч ивш ись
узнавать
н ас,
и ли,
по
кра йн ей
ме ре,
уга­
дывать,
люд и
поч у вст во вали
к
нам
стра х
и
приязнь.
Мудрейшие
из
них
в
священном
трепете
следили
за
.нами
и
ра з мышл яли
над
нашими
указаниями.
В
знак
благодарности,
народы
Греции
и
А зии
посвящали
нам
камни,
де рев ья,
тенистые
рощи,
приносили
нам
жертвы,
пе ли
гимны;
словом,
мы
были
для
них
бо гам и,
и
они
на­
зывали
нас
Горусом,
Изидой,
Ас тартой ,
Зевсом>
Палладой,
Кибелой,
Деметрой
и
Триптолемом.
Сатане
поклонялись
они
под
именем
Д ио­
ниса,
Иа кха
и
Ленея.
Он
яв ля лся
лю дям
во
вс ей
сил е
и
красоте,
каку ю
только
они
спо соб ны
были
вос при ня ть.
Его
глаза
были
л аско вы,
как
лесные
фиалки;
губы
сверкали
рубином
раскрыв­
ших ся
гр анат ;
пушок,
более
нежный,
чем
у
пер сика,
покрывал
ему
ще ки
и
подбородок;
белокурые
волосы,
заплетенные
в
виде
диадем ы
и
связанные
на
затылке
свободным
узлом,
бы ли
увиты
плющом.
Он
зачаровывал
хищных
зверей
и,
проникая
в
лесную
густую
чащу,
привлекал
к
с ебе
все
дикие
души,
вс ех
те х,
что
ла£ ят
по
де ре вьям
и
смотрят
сквозь
вет ви
горящими
г л азами,
все
свирепые
и
боязливые
существа,
кот орые
питаются
горькими
ягодами
и
у
101


кот орых
в
груда,
покрытой
шерстью,
бьется
пер во бытно е
сер дце
лесных
полулюдей;
он
на деля л
их
благожелательностью
и
изяще­
ством,
и
они
следовали
за
ним ,
опьяненные
радостью
и
красотой.
Он
насадил
виноградную
л озу
и
научил
смертных
дав ить
гроздья,
чтобы
выжать
из
них
вино.
Ве лико леп ный
и
благотворящий,
он
обошел
ве сь
свет ,
со пу тст ву емый
многочисленной
свитой.
Ч тобы
следовать
за
ним,
я
пр инял
облик
козлоногого:
на
лбу
у
меня
прорезались
два
ма лень ких
ро га;
нос
был
приплюснутый,
а
уши
Заостренные;
два
желвака
с вис али
с
шеи,
как
у
козы;
за
спиной
изгибался
козлиный
хвост,
а
волосатые
ноги
заканчивались
чер­
ными
раздвоенными
копыт ами ,
к отор ые
мерно
ударяли
по
земле.
Дио нис
свершал
с вое
победное
шествие
по
свету.
Я
прошел
с
ним
Лидию,
фригийские
поля,
раскаленные
равнины
Персии,
Мидию,
п окры тую
изморозью,
счастливую
Аравию
и
богатую
Азию,
цветущие
г орода
которой
ом ывае т
море.
Он
продвигался
на
коле­
снице,
запряженной
львами
и
рыс ям и,
под
звуки
флейт,
кимвалов
и
тим пано в,
изобретенных
для
его
таинств.
Вакханки,
Фиады
и
Менады,
опоясанные
шкурами
ланей,
потрясали
тирсами,
у вит ыми
плющом.
Он
увлекал
за
собой
Сатиров,
веселую
тол пу
кот о рых
я
возглавлял,
Силенов,
Пано в
и
Кентавров.
Под
его
стопами
рож да­
лись
цветы
и
плоды,
и,
ударяя
своим
тирсом
о
ска лы,
он
извлекал
оттуда
прозрачные
ключи.
Когда
начинался
сб ор
в ино гр ада,
он
приб ыв ал
в
Грецию;
по­
селяне
с бега лись
навстречу,
раскрасившись
зе лен ым
или
кр асны м
соком
растений,
и,
закрыв
лиц а
ма ск ами
из
дер ева ,
коры
или
ли­
стьев,
они
кружились
в
сладострастных
плясках,
с
глиняными
ча­
шам и
в
руках.
Их
жен ы,
подражая
спутницам
бо га,
увенчивали
себе
головы
зеленым
плющом
и
обвязывали
г ибкие
бедра
шкурами
л аней
и
козлят.
Девушки
привязывали
к
шее
ги рлян ды
из
фи г,
Замешивали
мучные
пироги
и
нос или
Фалл ус
в
осв я щенно й
к ор­
зине.
И
виноградари,
измазанные
суслом,
ст оя
на
повозках
и
об­
мениваясь
с
прохож им и
шутками
и
насм ешкам и,
создавали
н ача тки
трагедии.
Разумеется,
не
др емля
на
берегу
ручья,
но
тяжким
тру дом
научил
Ди онис
лю дей
сажать
растения
и
выращивать
на
них
слад­
кие
плоды.
И
пока
он
размышлял
о
том,
как
из
грубых
обитателей
леса
сделать
племя
друзей
лиры,
подчиненное
спр ав едлив ым
зако­
на м,
не
раз
по
че лу
его,
горевшему
вдохновением,
пробегала
те нь
105


п ечали
и
мрачных
гре з.
Но
глубо ка я
муд рость
и
лю бовь
к
людям
да ли
ему
с илы
п рео доле ть
все
пр епят стви я.
О
божественные
дн и!
О
прекрасная
заря
жизни!
Мы
т вор или
вакханалии.
Наяды
и
Оре ­
ады
при сое ди няли сь
к
нашим
играм.
Афродита
при
наш ем
при ­
ближении
вых оди ла
из
пенистых
в олн
и
у лыб алась
нам“.
Глава
XIX
Продолжение
рассказа
„Когда люди научились обрабатывать землю,
пасти
ст ада,
окру-
жать
стенами
священные
крепости
и
узнавать
богов
по
их
кра­
соте,
я
удалился
в
ту
мирную
страну,
которую
опоясывают
густые
лес а
и
ороша ю т
Стимфал,
Ольбии,
Эриманф
и
гордый
Кратис,
взду в­
шийся
от
лед яны х
вод
Стикса,
и
т ам,
ср еди
свежей
долины,
у
п од­
нож ия
холма,
поросшего
кизилом,
оливковыми
деревьями
и
сосной,
в
роще
п лата нов
и
серебристых
топол ей ,
на
берегу
ручья,
ти хо
журчавшего
под
сенью
ма ст ико вых
деревьев,
я
пел
пастухам
и
ним­
фам
о
рожде н ии
мира,
о
происхождении
огня,
незримого
воздуха,
воды
и
зем ли.
Я
рассказывал
им,
как
жили
в
ле сах
первые
л юди,
нагими
и
жалкими,
п ока
изобретательные
демоны
не
научили
их
рем есл ам
и
иск у сств ам,
рассказывал
им
о
мистериях
нашего
бога,
а
также
о
то м,
что
Семела
считается
м ате рью
Диониса,
ибо
его
мудрые
п ом ыслы
р оди лись
от
м олн ии.
Народ,
из
вс ех
—
л юбезней ший
демонам,—счастливые
греки
—не
без
усилий
выучились
му дро му
управлению
и
иск ус ств ам.
Их
первым
храмом
был а
хижина
из
лавровых
веток;
первым
изображением
богов
—
дерево
; первым алтарем
— необтесанный
к амень ,
обагрен­
ный
кров ью
Ифигении.
Но
вскоре
они
во знес ли
мудрость
и
кра ­
соту
на
та кую
высоту,
которой
ни
о дин
народ
не
достигал
до
них
и
к
которой
ни
од ин
нар од
не
приблизился
после.
Откуда
же
яви­
лось,
Ар кадий,
это
чудо,
единственное
на
земле?
Почему
священная
почва
Ионии
и
Аттики
вскормила
этот
несравненный
ц ве ток?
Потому
что
там
не
было
ни
жречества,
ни
догмы,
ни
откровения,
и
греки
нико гда
не
зн али
р евниво го
бо га.
Сво й
собственный
г ений,
св ою
собственную
кра соту
обоготворил
э ллин?
и
когда
он
подымал
в зоры
к
небу ,
он
лицезрел
там
сво й
обра^.
Он
со здал
все
по
своему
мерилу
106


и
дал
своим
храмам
идеальные
пропорции:
все
в
них
—
изящество,
гармония,
ме ра
и
мудрость;
все
—достойно
бессмертных,
которые
обитали
в
них
и
под
счастливыми
именами,
в
совершенных
фор­
мах
воплощали
ген ий
ч ело веч еск ий.
В
колоннах,
поддерживающих
мраморные
архитравы,
во
фризах
и
карнизах
бы ло
нечто
ч ело ве­
ческое,
что
со о бщало
им
благородство,
и
иногда,
как
например,
в
Аф инах
и
Дельфах,
красивые
девушки,
здоро вы е
и
смеющиеся,
поддерживали
антаблемент
со кро вищ ниц
и
святилищ.
О
великоле­
пие ,
гармония,
мудрость!
Дионис
решил
направиться
в
Италию,
где
именем
Вакха
на­
зывали
его
на роды ,
жаждавшие
праздновать
его
таинства.
Я
от­
плыл
на
его
кора бл е,
украш е нн ом
виноградными
ветвями,
и
при­
ч алил
к
уст ью
желтого
Ти бра,
под
взорами
двух
братьев
Ел ены.
Жители
Лаци ум а,
следуя
настав лен иям
бо га,
уже
научились
скре­
щивать
вяз
с
виноградной
лозой.
Я
избрал
обиталищем
долину
у
подножия
Сабинских
гор,
окруженную
лиственным
лесом
и
ор о­
шаемую
чистыми
источниками.
Я
собирал
на
лугах
вербену
и
ма льву.
Блед н ые
оливковые
дере вь я,
из ги бавш ие
по
склону
холма
стволы
свои,
доставляли
мне
маслянистые
плоды.
Там
поучал
я
люде й
с
квадратными
головами,
к ото рые
не
обладали,
как
греки,
ж ивым
умом,
но
зато
сердце
их
было
твердо,
душа
терпелива,
и
они
почитали
богов.
Мой
сосед,
зем леделец- во ин,
в
теч ени е
пятнадцати
ле т,
с ги­
баясь
под
нош ей,
сл едов ал
за
рим ским и
орлам и
по
горам
и
морям
и
видел,
как
бегут
враги
царя-народа.
Теперь
он
вел
по
борозде
па ру
рыжих
быков,
у
к оторых
на
лбу
между
широко
ра сст авл енны ми
рогами
белел а
звезда.
А
под
соломенной
кровлей,
его
цело муд р енная
и
строгая
супруга
толкла
чеснок
в
бронзовой
ступ ке
и
варила
бо бы
на
священном
камне
очага.
А
я,
его
друг,
си дя
невдалеке
под
дубом,
у слаж дал
ему
труд
зв ука ми
моей
флейты
и
улыбался
его
детишкам,
которые
возвращались
из
лесу,
нагруженные
ветвями,
в
ч ас,
когда
уже
низко
стоя вш ее
солнце
удлиняло
т ени.
У
кал ит ки
сада,
где
зрели
груши
и
тыквы,
цвели
ли лии
и
вечно
зел ен ый
акант,
вырезанная
из
о бр убка
см око вн ицы
фигура
Приапа
угро­
жала
ворам
своим
гигантским
фаллусом,
а
тростник,
колеблемый
ветром
над
его
голо вой ,
пугал
пти ц -гра бит елей .
В
новолуние
благо­
честивый
земл еделец
пр ино сил
в
дар
своим
ларам,
увенчанным
мир-
том
и
розмарином,
горсть
со ли
и
ячменя.
107


Я
видел,
как
росли
его
де ти
и
дети
его
детей,
сохраняя
в
сердце
первобытное
благочестие
и
не
забыв ая
приносить
жертвы
Вакху,
Д иане
и
В енер е,
лит ь
чи стое
вино
и
брос ать
цветы
в
исто ч ники.
Но
п ос т епенно
они
утрачивали
старинное
тер пе ние
и
простоту.
Я
слышал
их
жалобы,
ко гда
поток,
взду в ший ся
от
оби льн ых
дождей,
принуждал
их
строить
плотину
для
защиты
отцовского
поля.
Тер пко е
сабинское
вин о
раздражало
их
нежное
нёбо.
В
сосе д­
ней
таверне
они
пил и
греческие
вина
и
там
забывали
время,
лю­
буясь
под
лиственным
нав есо м
п ляск ой
флейтистки,
искусно
изги­
бав шей
под
звуки
кротала
г ла дкие
бедра.
3€МдеДелъйьг предавались
сладостной
пра здн ос ти
под
шопот
ли стье в
и
ручьев,
а
между
топ о­
лями,
по
краям
священной
дороги,
уже
по д ыма лись
гигантские
гробн иц ы,
статуи
и
алтари,
и
все
чаще
слышался
грохот
колесниц
по
истертым
плитам.
Молодое
вишневое
д ер евцо,
принесенное
каким-
то
ветераном,
поведало
нам
о
дале ких
завоеваниях
консулов,
а
оды,
кот оры е
пелись
под
звуки
л иры,
рассказали
о
победах
Рима,
в ла­
ды ки
вселенной.
Все
страны,
по
кот орым
не ког да
прошел
в ели кий
Дионис,
об­
ра щая
диких
зверей
в
людей,
умно жа я
плоды
и
жатвы
на
пути
своих
Менад,
жили
теперь
под
мирным
владычеством
Рима.
Вс кор­
мл ен ный
волчицей,
солдат
и
земл еко п,
друг
побежденных
наро д ов
—
римлянин
пр окл ад ывал
дороги
от
берегов
туманного
оке ана
до
кру­
тых
скло но в
Кавказа;
во
всех
городах
во здв игал ись
храмы
Августу
и
Риму ,
и
такова
была
вер а
в сего
мир а
в
латинское
правосудие,
что
р аб,
изн ывав ши й
под
непосильным
бременем,
взывал
к
Цезарю,
буд ь
то
в
ущельях
Фесс алии
или
на
лесис т ых
берегах
Рейна.
Но
от чего
на
этом
несч аст но м
шаре
земли
и
в оды
все
вянет
и
ум ира ет
и
н аи более
прекрасные
создания
наиб оле е
тле нн ы?
О
дивные
до­
чери
Греции!
О
Наука,
о
Мудрость,
о
Красота,
благодетельные
бо­
жества,—вы
погрузились
в
летаргический
сон
р ань ше,
чем
подверг­
лись
н ад руган иям
варваров,
которые
среди
своих
северных
болот
и
пе чальн ых
ст еп ей,
готовясь
напасть
на
вас,
объезжали
без
седла
низкорослых
и
дли нно шер ст ых
св оих
лошадей.
Милы й
Аркадий,
в
то
время
как
терпеливый
легионер
раски­
дывал
сво й
лагерь
на
берегах
Фазоса
и
Тана иса,
женщины
и
жрецы
А зии
и
чу д овищ ной
Африки
заполняли
вечный
горо д,
сму щая
своими
чарами
сынов
Р ема.
До
сей
по ры
враг
иск ус ных
демонов
—
Иагве
—
был
известен
в
мире,
который
он
якобы
создал,
создал
108


л ишь
неско л ьки м
жалким
сирийским
племенам,
долгое
вре мя
столь
же
жестоким,
как
и
он
сам,
и
беспрерывно
пер ех одивш им
из
одного
рабс тв а
в
другое.
Во спо льзо вав шись
р имс ким
мир ом,
который
по­
в семест но
обеспечивал
свободу
передвижения
и
торговли
и
благо­
приятствовал
обмену
тов ар ами
и
ид ея ми,
эт от
старый
бог
по дгот о вил
дерзкий
захват
Вселенной.
Не
он
оди н
пытался
осуществить
подобное
н аме рени е.
Одновременно
с
ним
целая
толп а
богов,
демиургов,
де­
монов,
как
например,
Митра,
Тамуз,
бла гая
Изида,
Евбул,
мечтали
овладеть
умиротворенной
землей.
Из
всех
этих
духов
Иаг ве
ме нее
других
был
подготовлен
к
победе.
Его
невежество,
жестокость,
тщ е­
славие
и
азиатская
роскошь,
его
пренебрежение
к
законам,
его
упорное
желание
оставаться
незримым
могли
лиш ь
оскорблять
эл­
линов
и
ла тиня н,
воспитанных
Дионисом
и
музами.
Он
сам
по­
чувствовал,
что
неспо со бен
пок ори ть
сердца
свободных
людей
и
просвещенный
разум,
и
поэтому
прибег
к
хитрости.
Ч тобы
внести
соб л азн
в
д уши,
он
при дум ал
басн ю,
у ст упав шую,
ко неч но,
в
изо бре­
та тельн ост и
тем
мифам,
к оторы ми
мы
украсили
мысль
наш их
древних
учеников,
но
все
же
способную
взволновать
сл абые
умы,
встре­
чающиеся
всюду
в
великом
м нож ест ве.
Он
про в озг л асил,
что
все
люди
повинны
в
гре хе
против
не го,
в
гр ехе
наследственном,
и
за
Это
несут
кару
и
в
настоящей
жизни
и
в
будущей
(ибо смертные
в
безр ассу дств е
св оем
воображают,
буд то
их
суще ст вов ание
продол­
жается
и
в
а ду); и лукавый Иагве возвестил,
что
он
послал
со б­
ственного
сы на
на
землю,
дабы
тот
кровью
своей
оплатил
д олг
люде й.
Невероятно,
что бы
страдание
иску пал о
вину,
и
еще
менее
вероятно,
чт обы
не вин ный
мог
оплатить
долг
ви но вно го.
Ст р адания
невинного
ничего
не
возмещают,
они
л ишь
прибавляют
зло
ко
злу-
Все
же
нашлись
несчастные
существа,
которые
поклонились
Иагве
и
его
сыну-искупителю
и
провозгласили
таинства
их
как
благую
весть.
Нам
следовало
ожидать
это го
безу ми я.
Разве
не
видели
мы
многократно,
что,
когда
лю ди
б ыли
б еспо мо щны
и
наги,
они
про­
сти рали сь
ниц
перед
всеми
ви де ния ми,
рожденными
страхом,
и
вме­
сто
того,
чтобы
следовать
урока м
добрых
демонов,
повиновались
веления м
жестоких
демиургов?
Иаг ве
хитростью
уловил
души,
как
сетью.
Но
он
не
извлек
из
этого
для
славы
сво ей
вс ей
выгоды,
какую
ожидал.
Не
ему,
а
сыну
его
воздали
люди
поклонение
и
именем
т ого
наим ено вал и
но вый
культ.
Сам
же
Иагве
оставался
на
земле
п очти
неизвестным^.
109


Гла ва
XX
Продолжение
рас ска за
„Новое суеверие
прежде
вс его
расп рос тран и лось
в
Сирии
и
Африке,
потом
захватило
м ор ские
порт ы,
кишащие
отверженцами
рода
человеческого,
и
проникло
в
Италию,
где
заразило
с нач ала
куртизанок
и
рабов,
а
затем
стало
делать
быс тры е
успехи
среди
городской
черни.
Но
еще
дол гое
время
оно
не
затрагивало
сел.
Как
и
в
древности,
крестьяне
посвящали
Д иане
сосну,
которую
каждый
год
орошали
кровью
молодого
кабана,
умилостивляли
лар ов
жертвенной
свиньей
и
приносили
Вакху,
благодетелю
люде й,
коз­
ленка
о слеп ит ель ной
бели зны;
а
е сли
были
очень
бедны,
то
для
хранителей
очага,
виноградника
и
п оля
у
них
всегда
находилось
немного
вина
и
муки.
Мы
внушили
им,
что
достаточно
кос нуть ся
алтаря
чистой
рукой
и
что
бо ги
радуются
и
малой
жертве.
Между
тем
царство
Иагве
проявлялось
во
многих
местах
безумием.
Хри­
стиане
жгли
книги,
свергали
алтари,
поджигали
гор ода ,
неся
ра з­
руше ни е
да же
в
пустыни.
Там
тысячи
несчастных,
обра тив
с вое
неистовство
против
себя
же
самих ,
раздирали
себ е
тело
железными
остриями;
и
со
всей
земли
вместо
славословий
неслись
к
б огу
стоны
добровольных
жертв.
Мой
тенистый
приют
ненадолго
избе г
бе­
шенства
одержимых...
На
вершине
холма,
кот оры й
в ысит ся
над
ол ивк овой
рощей,
ежедневно
оглашаемой
зв ука ми
моей
радостной
флейты,
с тоял
с
первых
веков
римского
владычества
маленький
мраморный
храм,
кру глый ,
как
хижины
пре дко в.
У
п его
не
б ыло
стен;
на
цоколе,
высотой
в
с емь
ст у пеней,
бы ли
расположены
в
к руг
шестнадцать
колонн
с
завитками
аканта,
а
на
них
п окои лся
купол
из
белой
чере­
пицы.
рт от
купол
прикрывал
Амура,
натягивающего
л ук,
статую
работы
афинского
скульптора.
Ка залос ь,
д итя
дышит;
рад о сть
сияла
на
его
ус тах;
все
чл ены
его
был и
га рм они чны
и
гибки.
Я
чти л
Это
изображение
могущественнейшего
из
богов
и
учи л
п осе лян
пр и­
носить
ему
в
жертву
чашу,
увитую
вербеной
и
наполненную
двух­
летним
вином.
Одна жды,
когда
я
по
обы кно вен ию
сидел
у
ног
бога,
обдумывая
поуче н ия
и
пе сни,
нез нако мый
человек,
свирепый,
обросший
б ород ой,
Ш)


приблизился
к
храму,
одним
п рыжк ом
пе ре ск очил
через
мр амо рные
ст уп ени
и
со
зловещей
радостью
воскликнул:
—
Погибни,
отрав и те ль
душ,
и
да
погибнут
вместе
с
тобою
рад ост ь
и
красота.
Так
сказав,
он
вытащил
из-за
пояс а
топ ор
и
занес
над
богом.
Я
схватил
его
за
руку,
бросил
наземь
и
стал
топ тат ь
копы­
т ами.
—
Демо н,—
крикнул
он
мне
с
мрачной
отвагой,—дай
мне
опро­
кинуть
э того
идола,
а
потом
можешь
уби ть
меня !
Я
не
ис по лнил
ужасной
мо льбы ,
но
налег
вс ей
тяже стью
ему
на
грудь,
затрещавшую
под
моим
коленом,
и,
сжав
ему
обеими
руками
горло,
задушил
нечестивца.
Он
лежал,
поба гр ов ев
и
высунув
язык,
у
ног
улыбающегося
бо га,
я
же,
тем
временем,
очистился
в
священном
ист о чнике .
Затем,
пок ину в
рту
страну,
ставшую
до быч ей
христиан,
я
прошел
Галлию
и
достиг
бере го в
Соны,
куда
Дионис
неко г да
занес
виноградную
лоз у.
Христианский
бог
еще
не
был
известен
этим *
сч аст ли вым
на­
родам.
Они
поклонялись
густолиственному
буку
за
его
крас оту
и
увешивали
полосками
шерстяной
ма тери и
чтимые
ветви,
ниспадаю­
щие
до
сам ой
земли.
Они
поклонялись
также
священному
источнику
и
ст а вили
во
вла жн ых
грот ах
глиняных
божков.
Они
приносили
в
дар
нимфам
лес ов
и
гор
мал ень кие
сы ры
и
чаши
с
молоком.
Но
вскоре
но вый
бог
при сла л
и
к
ним
апостола
пе ча ли.
Он
был
су ше
в ял еной
рыб ы.
Несмотря
на
истощение
от
постов
и
бдени й,
он
с
неуг асим ым
жаром
учил
каким-то
т емным
т айн ам.
Он
любил
стр а­
дание,
считая
его
благим,
и
с
яростью
преследовал
все
прекрасное,
изя щно е
и
ра дос тное .
Священное
дерево
пал о
под
ударами
его
то­
пора.
Он
ненавидел
нимф
за
то,
что
они
прекрасны,
и
о сыпал
их
п роклят иям и,
когда
по
вечерам
их
округлые
бедр а
блистали
сквозь
листву;
он
питал
отвращение
к
мо ей
нежной
фл ейт е.
Бе дня га
верил,
что
существуют
заклинания,
к оторы ми
можно
изгнать
бессмертных
демонов,
живущих
в
пр ох л адных
гротах,
в
чаще
лесов
и
на
в ерш инах
го р.
Он
думал
осилить
нас
при
помощи
нескольких
к апель
воды,
над
кот орым и
он
произносил
некие
сл ова
и
делал
какие-то
движения.
Нимфы,
чтоб
отомстить,
яв лялись
ему
по
ночам
и
будили
в
нем
пл амен ное
желание,
которое
это т
отверженец
считал
г р ех овным;
затем
они
убегали,
рассыпая
по
полям
с вой
звонкий
смех ,
меж
тем
к ате
жертва
их,
пыла я
всем
телом,
корчилась
на
подстилке
из
111


листьев.
Так
божественные
нимфы
см еют ся
над
заклинателями,
из­
дев аю тся
над
злы ми
и
их
нечистым
целомудрием.
Апо ст ол:
не
мог
прич инит ь
столько
вреда,
сколько
хотел,
по­
тому
что
просвещал
умы
простые
и
покорные
п ри роде;
а
ограничен­
ность
большинства
людей
такова,
что
они
мал о
спо со бны
делать
выводы
из
внушаемых
им
правил.
Рощица,
где
я
жи л,
принадлежала
одному
галлу
из
сенаторской
фам или и,
хранившей
остатки
латинской
у тон ч енно сти.
Он
любил
молодую
вольноотпущеннику
и
делил
с
нею
пурпурное
лож е,
расшитое
нарциссами.
Рабы
обрабатывали
его
виноградник
и
сад,
а
он
был
пор том
и,
подражая
Авзонию,
воспевал
В енер у,
секущую
своего
сына
р озам и.
Х отя
он
и
был
христианином,
он
приносил
мне
как
мест но му
гению
молоко,
плоды
и
овощи.
В
благодарность
я
услаждал
его
досуги
зв ук ами
моей
фле йты
и
на вев ал
ему
счастливые
сн ы.
На
деле
эти
мирные
галлы
оче нь
мало
знали
об
Иаг ве
и
его
сын е.
Но
вот
на
горизонте
зажглось
зарево,
и
пепел,
доносимый
ветром,
ста л
падать
на
лесные
прога ли ны .
По
дор ога м
потя нулс я
длинный
ряд
п ово зок,
крестьяне
гнали
перед
собой
скот.
В
де­
ревнях
раздались
воп ли
ужаса:
„Бургунды!..“
Показался
первый
вс адник
с
копьем
в
руке,
ве сь
в
светлой
бронзе,
с
длинными
рыжими
волосами,
спадающими
на
плечи
двумя
косами.
По том
их
появилось
двое ,
потом
двадцать,
потом
т ысяч и,
свирепых,
покрытых
кровью.
Они
и збив али
стариков
и
детей,
насиловали
ж ен щин,
даж е
старух,
се дые
во лосы
которых
прилипали
к
их
подошвам
вместе
с
мозгом
новорожденных
младенцев.
Мой
м ол одой
г алл
и
его
вольноотпу­
щенница
обагрили
своей
кровью
ло же,
расшитое
нар цис са ми.
В ар­
вар ы
с жиг али
базилики,
что бы
жарить
в
них
целых
быков,
р аз­
бива ли
амфоры
и
уп ива лись
вино м
в
жидкой
грязи
затопленных
подвалов.
За
ними,
набившись
в
походные
повозки,
следовали
их
полуголые
жены.
Сенат,
населен ие
городов
и
духовенство
погибало
в
пл амени,
а
бургунды
избывали
св ой
хмель
сно м
под
арка дам и
форума.
А
недели
две
спустя
уже
можно
б ыло
видеть,
как
о дин
из
них
у лыба лся
в
густую
б ород у,
глядя
на
реб енк а,
которого
его
бе лок урая
жена
дер жала
на
руках,
сидя
у
порога
дома;
другой
разводил
огонь
в
кузнице
и
в
т акт
ударял
по
ж еле зу;
третий
пел
под
дубо м
ст олп ивш имся
товарищам
про
богов
и
героев
своего
н арод а,
а
иные
разложили
на
продажу
камни,
упавшие
с
неба,
рога
зубров
и
амулеты.
И
исконные
жи тели
стр аны
мало-помалу
112


успокаивались,
выходили
из
лесов,
где
скрывались,
восстанавливали
сожженные
хижины,
пр ини мал ись
вно вь
обрабатывать
поля
и
под ­
резать
виноградные
л озы.
Жизн ь
возобновилась.
Но
времена
на­
стали
такие
тяжелые,
каких
еще
не
переживало
ч ело вечес тво .
Вар­
ва ры
завладели
импе ри ей.
У
них
были
грубые
нравы,
а
так
как
им
были
свойственны
м стител ьн о сть
и
жадность,
то
они
тве рдо
верили
в
ис куп лен ие
грехов.
Басн я
о
Иаг ве
и
его
сыне
пришлась
им
по
душе,
и
они
тем
охотнее
уверовали
в
нее ,
что
восприняли
ее
от
римлян,
ко торых
считали
ученее
себя,
втайне
восхищаясь
их
искусством
и
обыч аям и.
Увы,
Гр еция
и
Рим
получили
слабо ­
умных
нас леднико в!
Вся
уче нос ть
была
утрачена.
Петь
в
церковном
хор е
считалось
уже
больш ою
заслугою,
а
знавшие
наизу ст ь
не­
сколько
фраз
из
Библии
с лыли
за
р едких
г ени ев.
Правда,
еще
водились
поэты,
как
во ди лись
птицы,
но
стихи
их
хромали
на
каждой
стопе.
Дре вн ие
демоны,
добрые
г ении
человека,
которых
поносили,
гнали,
преследовали,
травили,—прятались
в
лесах;
е сли
они
еще
и
являлись
людям,
то,
дабы
держать
их
в
страхе,
принимали
уж ас ные
обличья:
кра сну ю,
зеленую
или
черную
кожу,
косые
глаза,
огромную
паст ь
с
кабаньими
кл ыкам и,
рога,
с зади
хвост,
иногда
человеческое
лицо
на
животе.
Нимфы
все
еще
были
пр ек расн ы;
варвары,
не
зн ая
нежных
имен,
которые
они
носили
раньше,
называли
их
феями,
приписывали
им
своевольный
нра в
и
ребячьи
склонности,
боя лис ь
их
и
любили.
Мы
очень
ос лабел и,
о чень
у мень ш ились
в
числе,
но
не
по­
те ряли
мужества
и,
сохранив
ве сел ый
нрав
и
доброе
расположение
к
людям,
были
в
эти
жестокие
времена
верными
их
друзьями.
За­
метив,
что
варвары
м ало -пом алу
делались
мен ее
мрачными
и
менее
св ирепым и,
мы
изобретали
спо со бы
общения
с
ним и
под
самыми
различными
в ид ами.
С
ты сячью
предосторожностей,
при
помощи
ловких
при емо в
мы
в ну шали
им
не
считать
ста рого
Иагве
непре­
ложным
в ладыко й,
не
подчиняться
сл епо
его
приказаниям,
не
опа­
саться
его
угр оз.
В
случае
необходимости
мы
пользовались
искус­
ством
магии.
Мы
беспрестанно
побуждали
их
изучать
при роду
и
отыскивать
следы
ан ти чной
мудрости,
рти
северные
воины,
не­
смотря
на
все
их
невежество,
знали
не кот орые
мех анич еские
искус­
ства.
Они
верили,
что
на
небе
происходят
битвы.
З®^TM арфы
вызывали
у
них
слезы,
и,
бы ть
может,
сердца
их
бы ли
б олее
спо­
собны
на
великие
де ян ия,
чем
серд ца
выродившихся
галлов
и
р им-
8 Восстание ангелов
ш


лян,
земл и
которых
они
захватили.
Они
не
умели
ни
обте сы в ать
камень,
ни
п ол иров ать
мрамор;
но
из
Рима
и
Равенны
они
при­
возили
порфир
и
колонны,
и
их
вожди
у пот ребляли
в
качестве
печатей
геммы,
вырезанные
гре к ами
в
го ды,
ко гда
чтили
к ра соту.
Они
возводили
стены
из
кирпичей,
иск усно
расположенных
стр ел­
ками,
и
им
удавалось
стр оит ь
д оволь но
красивые
церкви
с
к ар­
низами
на
консолях,
в
ви де
гроз ны х
голов,
и
с
тя жел ыми
кап ит е­
лями,
на
кот орых
чудовища
пожирали
друг
друга.
Мы
обучали
их
поэзии
и
нау кам.
Од ин
из
нам ест н иков
их
бо га,
Герберт,
б рал
у
нас
у роки
физики,
арифметики
и
музыки,
и
про
нег о
говорили,
что
он
прод ал
нам
душу.
Проходили
век а,
но
нравы
о става лись
грубыми.
Мир
был
в
огне
и
крови.
Преемники
усердного
в
науке
Герберта,
не
довольствуясь
тем,
что
подчинили
с ебе
души
(выгода от этого неуловимее воздуха), пожелали владеть и телами.
Они
заявили
притязание
на
мировую
монархию,
право
на
которую
передал
им
какой-то
ры бак
с
Тив ер иадско го
озер а.
Один
из
ццх
воображал
некоторое
время,
что
од ерж ал
вер х
над
тяжеловесным
г ер манцем ,
прее мник о м
Августа.
Но
в
ко нце
концов
духо вн ые
вл а­
ды ки
должны
б ыли
под елит ься
с
мир ски ми,
и
на ро дам
пришлось
разрываться
между
дв умя
соперничающими
властителями.
Народы
Эти
организовались
среди
у жасаю щих
не уряди ц.
То
были
спл о шные
войны,
голод,
избиение.
Так
как
люди
приписывали
беско неч ные
беды,
сыпавшиеся
на
ни х,
своему
богу,
то
называли
его
всеблагим,
и
отнюдь
не
иносказательно,
ибо,
по
их
мнению,
лучшим
был
тот,
кто
наносил
более
сильные
удары.
В
эти
в ека
насилия,
дабы
об­
рести
досуг
для
научных
занятий,
я
пр инял
решение,
словно
бы
удивительное,
но
разумное.
Между
Соной
и
Шарольскими
горами,
где
па сут ся
быки,
е сть
лесистый
холм,
п окат ые
склоны
которого
переходят
в
луга,
оро­
шае мые
свежим
ручьем.
Там
с тоял
монастырь,
знаменитый
во
всем
христианском
мир е.
Я
скрыл
под
рясой
св ои
копыта
и
стал
монахом
в
э том
абб атств е ,
где
жил
спокойно,
в
с торон е
от
во енных
людей,
которые,
будь
они
друзья
или
враги,
одинаково
нес но сны.
Че ло­
вечеству,
впавшему
в
детство,
при хо дил ось
всему
учи т ься
нан ов о.
Б рат
Лука,
мой
сосед
по
келье,
изучавший
нра вы
животных,
ут­
верждал,
что
ла ска
зачинает
детенышей
через
ухо.
Я
со бир ал
в
полях
цел ебны е
травы,
чтобы
об легчат ь
страдания
бол ьн ых,
ко­
тор ых
до
сих
пор
лечили
прикосновением
к
мощам
святых.
В
аббат­
114


ст ве
бы ло
еще
неско л ько
демонов,
мо их
соб ратье в,
которых
я
признал
но
копытам
и
по
приветливым
речам.
Соединенными
уси­
лия ми
старались
мы
просветить
заскорузлые
умы
монахов.
В
то
время
как
под
стенами
монастыря
дет ишки
играли
в
„классы^, монахи предавались другой,
с толь
же
пустой
игр е,
ко­
торой
забавлялся
также
и
я;
в
конце
концов
надо
же
ка к-ни будь
убивать
время,
ибо ,
е сли
вдуматься,
это
— единственное
на знач ени е
ж изни.
Игра
наш а
была
игрою
с лов,
которая
ра дов ала
наш
ум,
изощренный
и
в
то
же
время
груб ый ,— она
создавала
школы
и
волновала
все
христианство.
Мы
дел ил ись
на
два
л а геря.
Один
ла герь
утверждал,
что,
прежде
чем
возникли
яблоки,
существовало
из на чальн ое
Яблоко,
прежде
чем
возникли
попугаи,
существовал
извечный
Поп уг ай,
прежде
чем
возникли
развратные
и
чревоугод­
ливые
мо нах и,
существовали
изначальные
—
Монах,
Ра звр ат
и
Чре­
воугодие,
прежде
чем
возникли
ноги
и
зад ы
в
это м
мир е,
и зн ачаль­
ный
Пин ок
ногой
в
зад
предвечно
существовал
в
ло не
божием.
Другой
лаг ерь
заявлял,
что,
наоборот,
яблоки
д али
человеку
идею
яблок,
попугаи
—идею
попугая,
мон ахи
—ид ею
монаха,
чревоугодия
и
разврата,
и
что
пинка
в
зад
не
существовало
до
тех
по р,
по ка
кто-то
впе р вые
не
дал
его
по
заслу г ам
д ругом у.
Игроки
входили
в
азарт,
и
дело
дохо дило
до
рукопашной.
Я
примкнул
ко
вто ром у
мнению,
которое
боле е
удовлетворяло
моему
м ы шлению
и
ко то рое
нед аро м
бы ло
осуждено
на
Суассонском
соб ор е.
Тем
временем,
не
довольствуясь
драками
между
собой,—васса­
лов
против
сюзеренов
и
сюзеренов
против
вассалов,—
се нье ры
за­
думали
двинуться
войной
на
Вос ток .
Они
говорили,
насколько
мне
помнится,
что
иду т
освобождать
гроб
господень.
Так
гово ри ли
они;
но
ид ти
в
далек ие
края
за
земл ями ,
ж енщи нам и,
раб ами,
з олот ом,
миррой
и
лад ано м
их
побуждала
стр асть
к
приключениям
и
коры­
столюбию.
Эти
походы
—надо
ли
говорить?—все
кончались
разгро­
м ами;
но
наш и
тяжеловесные
соотечественники
вы несли
из
них
Знакомство
с
ремеслами
и
иску сст ва ми
Востока
и
вк ус
к
пышности.
С
тех
пор
нам
стало
легче
принуждать
их
к
труд у
и
толк ать
на
путь
изобретений.
Мы
стали
строить
церкви
дивной
кра соты ,
со
с мело
изо гн ут ыми
арками,
стр ельча тым и
окнами,
в ысо кими
башнями,
ты­
сячами
колоколенок
и
острыми
шпицами,
кот орые ,
вздымаясь
в
н ебо
Иагве,
вместе
с
тем
несли
ему
и
молитвы
сми ренн ых ,
и
угрозы
гордых.—
ибо
все
gro было столь же делом рук наших,
сколь
и
8»
115


человеческих.
Странное
зр ели ще
представлял
собор,
над
которым
трудились
со вмест но
лю ди
и
демоны,
где
каждый
пилил,
полировал,
складывал
камни,
вырезывал
на
капителях
и
карнизах
кра пив у,
терновник,
чертополох,
жимолость,
земляничные
листочки,
высе кал
статуи
дев
и
святых
или
причудливые
изображения
змей,
рыб
с
о слин ой
г оловой ,
обезьян,
поч ес ывающ их
зад,—где,
словом,
каждый
вкладывал
в
ра боту
свой
собственный
ду х,
возвышенный
или
при­
чудливый,
смиренный
или
дер зки й,
так
что
все
вместе
создавало
гармоничную
какофонию,
восхитительную
песнь
радости
и
с кор би,
триумфальную
Вавилонскую
башню.
По
наш ему
наущению
резчики,
ювелиры,
мастера
эмал и
сов е ршали
ч уд еса,
и
все
иску сст ва
ро ско ши
Зацвели
разом:
лио нс кие
шелк а,
аррасские
ковры,
реймские
полотна,
руанские
сукна.
Почтенные
купцы
отправлялись
на
ярмарки
верхом
на
ко быле,
везя
с
собой
свертки
бархата
и
парчи,
в ыши вки,
тканые
золотом
шелка,
дра го це нные
украшения,
серебряную
утварь
и
книги,
украшенные
цвет н ыми
р ису нками.
Ве сел ые
под ма сте рья
устанавли­
вали
подмостки
в
цер кв ах
или
на
людных
площадях
и
п ред став ляли ,
в
м еру
своего
ра зуме ния ,
деяния
небесные,
земн ые
или
ад скир.
Жен­
щ ины
щеголяли
роскошными
на ряд ами
и
б есед ов али
о
любви.
Весной,
когда
не бо
делалось
синим,
все х
—з нат ных
и
прос тых
—
охватывало
желание
порезвиться
на
лужке,
пестреющем
цветами.
Ск р ипач
на­
ст р аивал
инструмент;
дамы,
рыцари
и
де вицы,
горожане
и
горо ­
жанки,
поселяне
и
девушки,
взявшись
за
руки,
води ли
хороводы.
Но
внезапно
Война,
Голод
и
Чума
входили
в
круг,
и
Смерть,
вырвав
скрипку
из
рук
му зы канта,
заводила
свой
танец.
Пожары
ист р еб­
ляли
села
и
монастыри,
воины
вешали
на
дубах
у
перекрестков
крестьян,
не
заплативших
выкуп,
и
привязывали
к
де рев ьям
бере­
менных
женщ ин,
и
ночью
волки
пожирали
п лод
у
них
в
чреве.
Бедняки
теряли
рассудок.
Ино й
раз,
в
п ору
затишья
и
мирной
жизни,
они
без
всякой
причины,
гонимые
безумным
страхом,
по­
кидали
дома
и
бежали
толпами,
пол у наг ие,
раздирая
се бе
т ело
железными
крю чьям и
и
распевая
гимны...
Я
не
ви ню
Иагве
и
его
с ына
во
в сем
этом
зле .
Мно го
дурного
д елал ось
помимо
него
и
вопреки
ем у.
Но
я
узнал
образ
мыслей
его,
этого
всеблагого
бо га
(как они его называли), в обычае,
установленном
его
наместни­
ками
и
распространившемся
по
все му
хр ист и анско му
м и ру,—сж и­
га ть
под
зв он
колоколов
и
пе ние
псал мо в
мужчин
и
ж енщ ин,
кото­
рые
по
нау щени ю
демонов
возглашали
ин ако мысли е
о
боге“.


Глава
XXI
Продолжение
и
конец
расс ка за
„Казалось,
на ука
и
мы сль
погибли
нав сег да
и
земл е
не
суждено
более
познать
мир,
ра дос ть
и
красоту.
Но
о днажды
рабочие,
роя
землю
у
кра я
дре вней
д орог и,
под
ст енами
Рима,
на шли
мраморный
саркофаг,
на
поверхности
кото­
рого
были
высечены
изображения
Аму ра
и
вакхических
празднеств.
Ко гда
п рип од няли
крьппку,
взорам
п редс тала
де ву шка,
л ицо
которой
сияло
ослепительной
свежестью.
Д ли нные
волосы
р ас сыпал ись
по
белым
плечам.
Казалось,
она
улыбается
во
сне.
Группа
горожан,
о хв аче нных
восторгом,
под ня ла
погребальное
л оже
и
отнесла
его
в
Капитолий.
На род
толпами
стекался
смотреть
на
неи зреч енну ю
кра с оту
рим ско й
деву шки
и
стоял
вокруг
в
мол ч ании,
ожидая
п ро­
бу ж дения
бо жеств енно й
души,
заклю ч енной
в
с толь
пленительную
обо лочк у.
Наконец
в есь
город
пришел
в
так ое
в ол нение
от
это го
Зрелища,
что
папа,
не
без
основания
испугавшись,
как
бы
это
сия ющее
тело
не
пор о дило
яз ыче ског о
культа,
велел
но чью
похитить
его
и
тайно
похоронить.
Тщетная
пре дос торож нос ть!
Напр асны е
уси ли я!
После
стольких
век ов
варварства,
античная
кр ас ота
на
миг
предстала
взорам
людей,
и
этого
было
достаточно,
чтобы
об­
раз
ее,
запечатленный
в
сер дцах ,
зародил
пла менну ю
жажду
любви
и
познания.
Отныне
звезда
христианского
б ога
померкла
и
ст ала
клон ить ся
к
зака ту .'/Смелые
мореплаватели
открыли
стр аны,
на­
сел енн ые
многочисленными
нар од ами,
которые
не
знали
старого
Иагве,
и
за роди лось
по доз рен ие,
что
и
сам
он
не
зн ал
их,
ибо
не
дал
им
вести
ни
о
себе,
ни
о
своем
искупителе-сыне.
Од ин
польский
каноник
доказал
вращение
земли,
и
тогда
обнаружилось,
что
старый
д емиу рг
Изр аил я
не
тол ько
не
создал
всел енн ой,
но
даже
не
по­
дозревал
об
ее
истинном
устройстве.
Произведения
философов,
ор а­
торов,
юристов,
поэтов
древности
бы ли
извлечены
из
монастырской
пыли
и,
переходя
из
рук
в
руки,
привили
человеческому
уму
люб овь
к
мудрости.
На мест ник
ревнивого
бог а—
сам
папа
—не
верил
больше
в
того,
к ого
пр едстав ителе м
он
был
на
земле.
Он
любил
искусства
и
заботился
лишь
о
собирании
античных
статуй
да
о
во зв еден ии
вели кол епны х
з даний ,
где
применялись
каноны
Витрувия,
восстановленные
Браманте.
Нам
ст ало
легче.
Истинные
боги,
вы­
И7


званные
из
долгого
изгнания,
сно ва
возвращались
на
зем лю.
Они
обре ли
опя ть
на
ней
храмы
и
алтари.
П апа
Ле в,
сложив
к
их
ногам
перстень,
тройной
в енец
и
ключи,
втайне
кури л
им
жертвенный
ф и миам.
Уже
Полигимния,
опе рши сь
на
локоть,
вновь
стала
пря сть
золотую
нит ь
своих
раздумий;
уже
в
садах
пристойные
Грации,
равно
как
Нимфы
с
Сатирами,
водили
хороводы;
рад ость,
на­
коне ц,
возвратилась
на
землю.
Но
вот,—о
несч асть е,
о
злая
судьба,
о
роковое
событие!— немецкий
монах,
раздувшийся
от
пив а
и
бого­
сло вия ,
во сстает
против
возрождающегося
язычества,
грозит
ему ,
пор ажает
ег о,
один
побеждает
князей
церкви
и,
подняв
народы,
вовлекает
их
в
ре форм у,
которая
спасает
то,
что
гот ово
б ыло
пог ибну т ь.
Напрасно
самые
искусные
из
нас
старались
отвратить
его
от
этого
предприятия.
Ловкий
демо н,
именуемый
на
земле
Вель­
зев ул ом,
привязался
к
нему,
то
сб ивая
его
с
тол ку
учеными
воз ­
раж е ни ями,
то
изводя
коварными
шутками.
Упрямый
монах
за пус тил
ему
в
голову
чернильницей
и
продол­
жал
с вою
унылую
реф ор маци ю.
О
чем
говори ть
дал ьш е?
Дюжий
кора бел ьщик
по чи нил,
законопатил,
сдв ину л
с
мели
кор а бль
церкви,
потерпевший
крушение.
Иисус
Х рис тос
об язан
этому
рясон осц у
тем,
что
к ора блек рушен ие
б ыло
отсрочено
более
чем
на
десять
веков,
быть
может.
С
тех
пор
дел а
п ошли
все
хуже.
За
Эт им
т олсты м
капу ци но м,
пьяницей
и
спорщиком,
по след о вал
длинный
и
тощий
док тор
из
Же не вы,
преисполненный
духом
древнего
Иагве
и
ст ре­
мившийся
вернуть
мир
к
ужасным
временам
Иисуса
Навина
и
судей
израильских,
холодный
и
неистовый
маньяк,
еретик,
сжигавший
еретиков,
лютейший
вра г
Граций.
Эти
неистовые
апостолы
и
их
неистовые
ученики
вызывали
да же
в
демонах,
подобных
мне,—
в
рога ты х
дьяволах,—
со жален ие
о
тех
временах,
когда
сын
царствовал
вместе
со
своей
д е вств енной
м ат ерью
над
наро да ми,
ослепленными
великолепием
—
кам енны м
кру­
жевом
соборов,
сверкающими
розами
витражей,
ярко
р аск раш ен­
ными
фресками,
где
развертывались
ты сячи
чудесных
историй,
бо­
гатой
па рчой ,
сия ющ ей
эмалью
рак
и
дарохранительниц,
з олот ом
кре ст ов
и
потиров,
созвездиями
свечей
в
тени
сводов,
гармоничным
гулом
органов.
Все
это
не
могло,
конечно,
сравниться
с
Парфеноном
и
Панафинеями,
но
это
радовало
гл аз
и
сер дце,
ибо
все
же
б ыло
красотою.
А
проклятые
реформаторы
не
терп ели
ничег о
прель­
щающего
и
ласкающего
взо р.
Поглядели
бы
вы,
как
они
кар абк али сь
118


ч ер ными
роям и
на
порт алы ,
цоколи,
по каты е
крыши
и
колокольни,
разбивая
сво им
б ессмыс ленным
м олотк ом
каменные
изображения,
высеченные
д емо нами
совместно
с
мастерами,—
этих
добродушных
святых
мужей
и
мил овид ных
святых
жен
или
трога тельн ых
идолов
матери-девы,
прижимающей
к
груди
младенца.
Ибо,
правду
ска за ть,
кое-что
из
ласкового
язычества
пр он икло
в
культ
ревнивого
бога.
Эти
чудовища-еретики
и ск орен яли
идолопоклонство.
Я
и
мои
това­
рищи
дела ли
все
возможное,
чт обы
воспрепятствовать
их
уж асно й
ра бот е:
я
лич но
с
на слажде нием
сб рос ил
несколько
дюжин
эт их
людей
с
высоты
порталов
и
га лле рей
на
паперть,
по
которой
растекся
их
мерз ки й
мозг.
Х уже
всего
было
то,
что
и
католическая
церковь
т оже
рефор­
мировалась
и
стала
злее,
чем
когда-либо.
В
ласковой
французской
119


стране
университетские
богословы
и
монахи
с
неслыханной
яростью
ополчились
на
изобретательных
демонов
и
ученых
людей.
Настоя­
т ель
моего
монастыря
был
одним
из
величайших
противников
пр о­
свещения.
С
некоторого
времени
мои
ночные
зан ят ия
стали
бес­
поко ить
е го,
а
может
быть,
он
заметил
ко пыт а.
Свя то ша
о быскал
мою
келью,
нашел
там
бумагу
и
чернила,
недавно
отпечатанные
греческие
книги
и
флейту
Па на,
висящую
на
стене.
По
эт им
пр и­
ме там
он
приз на л
во
мне
адского
духа
и
бросил
ме ня
в
темни цу ,,
где
мне
пришлось
бы
питаться
хлеб ом
отчаяния
и
водою
горечи,
ес ли
бы
я
п оспе шно
не
убежал
через
ок но
и
не
ск ры лся
в
лесах,
с реди
Нимф
и
Фавнов.
П овс юду
зажженные
костры
распространяли
запах
го ре лого
мя са.
По вс юду
бы ли
муки,
пытки,
раз дроблен н ые
кост и
и
выре­
занные
языки.
Никогда
еще
дух
Иагве
не
внушал
столь
ужас н ых
зверств.
И
все
же
лю ди
не
напрасно
приподняли
крышку
античного
саркофага
и
узрели
Римскую
Деву.
Среди
великого
ужаса,
когда
паписты
и
реформаторы
состязались
между
собою
в
насилиях
и
же ст окос тях,
ср еди
пыток,
человеческий
раз ум
вно вь
обретал
си лу
и
мужество.
Он
дерзал
с мо треть
в
небе са,
где
видел
не
с тарого
се мит а,
опьяненного
местью,
но
спокойную
и
сияющую
Венеру
Уранию.
Тогда
зародился
но вый
поряд ок
вещ ей,
тог да
начались
ве лики е
в ека.
Не
отрекаясь
явно
от
б ога
пре дко в,
умы
склонились
перед
его
двумя
смертельными
врагами,
Наукой
и
Разумом,
и
аббат
Г ас­
сен ди
тихонько
оттеснил
бо га
в
далекую
пр оп асть
первопричин.
Благ оде тельн ые
демоны,
кот орые
просвещают
и
утешают
несчастных
смертных,
вд охн овил и
г ени аль ные
умы
тог о
вр ем ени
на
создание
вс якого
р ода
рассуждений,
комедий
и
повестей,
сов ер шен ных
по
мастерству.
Же нщ ины
изобрели
искусство
разговора,
дружеской
пе­
реписки
и
учти вос ти ;
нравы
приобрели
утонч ен нос ть
и
благород­
ство,
невед о мые
предыдущим
векам.
Один
из
лучших
умов
ве ка
Р азу ма,
л юб езный
Бе рн ье,
как-то
писал
Сент-$времону:
„Великий
грех
—лишать
себя
удовольствий“.
Одной
э той
фразы
достаточно,
чтобы
п онят ь,
наско ль ко
подвинулось
вперед
у мст венно е
развитие
в
Европе.
Эт°
не
зн ачи т,
что
до
той
пор ы
не
было
эпикурейцев,
но
ран ьше
они
б ыли
лишены
т ого
сознания
своего
гения,
како е
был о
у
Бернье,
Ш апеля
или
Мольера.
Теперь
да же
це рков ни ки
ст али
понимать
природу.
Расин,
при
всем
своем
ханжестве,
знал
не
хуже
120


к ако го - нибудь
физика-атеиста,
вроде
Ги-Патена,
к
как им
состоя­
ниям
органов
нужно
относить
страсти,
волнующие
людей.
Да же
в
мо ем
аббатств е,
куда
я
вернулся
после
гонений
и
где
нашли
при ют
только
нев ежд ы
да
туп ицы,
оди н
молодой
мон ах,
менее
невежественный
чем
другие,
поде лил ся
со
мной
м ысл ью,
что
св ятой
дух
изъ ясн ял ся
на
плохом
греческом
языке
с
целью
уни зи ть
у чен ых.
Тем
не
менее
бог осл ови е
и
казуистика
все
еще
свир епст вов али
в
ртом
разумном
обществе.
По дле
Парижа,
в
тенистой
до л ине,
по­
явились
отшельники,
которых
прозвали
„Господами**; они считали
се бя
учениками
св ятого
Августина
и
утв е ржда ли
с
почтенным
упор ­
ством,
что
бог
священного
писания
п ор ажает
боящегося
его
и
щадит
идущего
проти в
него,
не
считается
с
поступками
л юдей
и
осуждает
на
г ибель ,
когда
ему
заб ла горас суд итс я,
самых
верных
своих
слуг,
ибо
его
правосудие
не
сходно
с
нашим
и
пут и
его
неи с­
поведимы.
Как-то
вечером
я
встретил
одного
из
эт их
господ
в
саду,
где
он
размышлял
среди
капустных
и
салатных
грядок.
Я
скло­
нил
перед
ним
рогат ый
лоб
и
прошептал
следующие
дружелюбные
слова:
—
Да
хранит
в ас,
сударь,
старый
Ие го ва!
Вы
его
хоро шо
Знаете.
О,
как
хорошо
вы
его
знаете
и
как
глуб ок о
вы
поняли
его
нрав!
Святой
человек
признал
во
мне
падшего
ангела,
сч ел
с ебя
обреченным
и
тотчас
же
умер
со
страха.
Следующий
век
был
веком
фи ло со фии.
Дух
исследования
у си­
лился,
и
почтение
к
авторитету
утратилось;
телесные
подвиги
осл а­
бе ли,
а
разум
приобрел
новую
силу.
Нравы
усвоили
п ри ятн ость,
ра­
нее
неизвестную.
Наоборот,
монахи
мо его
ордена
ст ано вил ись
все
более
невежественными
и
грязными,
и
те пе рь,
когда
учтивость
во­
царилась
в
городах,
монастырь
не
представлял
мне
больше
никаких
выгод.
Я
не
мог
долее
в ыно сить
этой
жизни.
Забросив
ря су
в
кра­
пиву,
я
на тян ул
на
рогат ый
лоб
пу др еный
парик,
прикрыл
коз ­
линые
ноги
бел ыми
чулками
и,
с
трос тью
в
руке,
набив
кар м аны
га зетам и,
п уст ился
в
свет;
я
по сещал
модные
м еста
для
про гуло к,
ст ал
за всег датаем
ко феен ,
где
со бир ал ись
литераторы.
Меня
пр и­
нимали
в
с алон ах,
где
в
ви де
удачного
но вш ества
появились
кре сла,
пр ин има вшие
форму
зад а,
и
где
муж чи ны
и
женщины
расс уж д али
весьма
здраво.
Даже
метафизики
выражались
ясно.
Я
приобрел
в
121


столице
большой
авторитет
по
части
экзегетики
и
мо гу
не
хвалясь
сказать,
что
не
ма лая
доля
в
завещании
свя щ енни ка
Мелье
и
в
„Толковой
Библии^,
составленной
капелланами
прусского
к ороля ,
принадлежит
мне.
В
это
время
старого
Иаг ве
п ости гла
ком ич ес кая
и
жестокая
не­
уда ча.
Какой-то
ам ер иканск ий
квакер
при
помощи
бумажного
зм ея
по х итил
у
него
мол нию .
Я
жил
в
Париже
и
был
участником
тог о
ужина,
на
котором
пре длага ли
заду шит ь
последнего
п опа
ки шка ми
пос ле дн его
корол я.
Ф ра нция
кипела;
разразилась
грозная
революция.
Мину т ные
вож ди
опрокинутого
государства
господствовали
путем
террора,
ок руже н ные
неслыханными
опасностями.
Они
были,
по
большей
части,
менее
суро вы
и
беспощадны,
чем
те
гос уда ри
и
судьи,
кот орых
утв ерж дал
Иагве
на
зем ные
царства;
но
они
казались
более
жестокими
потому,
что
судили
во
имя
человечества.
К
н есч асть ю,
их
был о
легко
ра з­
жа лобит ь,
и
сам и
они
отличались
большой
чувствительностью;
а
ч ув­
ствительные
лю ди
всегда
раздражительны
и
подвержены
припадкам
яро сти .
Они
бы ли
до бро дет ель ны,
обладали
нравственными
устоями,
ин аче
гов оря
—
по нимал и
моральные
обязанности
вполне
у зко
и
су­
дил и
человеческие
поступки
не
по
их
естественным
следствиям,
но
на
о сно вании
отвлеченных
принципов.
Из
вс ех
пороков,
способных
погубить
го суд ар ст венно го
мужа,
самый
о п асный
—
добродетель:
она
толкает
на
пре ст у пление .
Чтобы
с
пользой
трудиться
на
благо
че­
ловечества,
н адо
быть
выш е
всякой
морали,
как
божественный
Юлий.
Бог,
с
некоторых
пор
подвергавшийся
у ниже нию,
в
общем
не
слиш­
ком
пострадал
от
новых
людей.
Он
нашел
среди
них
покровителей,
и
ему
с тали
пок лоня тьс я
как
верховному
существу.
Можно
даже
сказать,
что
террор
отвлек
людей
от
философии
и
послужил
на
пользу
стар о му
демиургу,
ко торы й
оказался
пр едстав ите лем
доб рог о
пор ядк а,
общественного
спокойствия,
безопасности
личности
и
иму­
щест ва .
В
то
в ремя
как
сво бод а
рождалась
в
буре,
я
жил
в
Отейле
и
ча сто
бывал
у
г -жи
Гель ве циу с,
где
собирались
л юди,
мыслившие
свободно
обо
всем.
Эт,о
—
явление
р едкое ,
даж е
после
Вольтера.
Че­
ловек,
бестрепетно
встр еч аю щий
смерть,
не
всегда
смеет
высказать
особое
мн ение
о
нр авах .
То
само е
чув с тво
человеческого
достоин­
ств а,
к оторое
в едет
его
на
с м ерть,
з аст авл яет
его
ск лонят ь
голову
перед
о б щест венным
мнением.
Я
наслаждался
то гда
беседами
с
Во ль-
122


неем,
Кабанисом
и
Траст.
Эти
учен ик и
вел ико го
Кон ди льяка
возво­
д или
к
о щущ ению
происхождение
каждого
нашего
поз нания .
Они
называли
себя
идеологами,
были
достойнейшими
л юдьми
в
мире
и
раздражали
грубые
умы,
отказывая
им
в
бессмер т ии.
Ибо
боль­
шинство
людей,
не
зная,
на
что
употребить
эту
жизнь,
стремится
к
другой,
да
еще
к
бесконечной.
В
дни
треволнений
наше
малень­
кое
о бщест во
философов
под
мирной
сен ью
Отейля
не
раз
беспо­
ко или
пат р ули
па три отов .
Кондорсе,
в елики й
человек
н ашей
сред ы,
по пал
в
рок ов ые
спи ски.
Я
сам
казался
подозрительным
друзьям
нар ода,
кот оры е,
нев з ирая
на
мой
дер евенс кий
вид
и
кан ифасо вый
кафтан,
считали
меня
а ри сто кра том,—и ,
в
самом
деле,
независимо ст ь
мысли—самый
горд ый
ари сток рат изм .
О днажды
вечером,
когда
я
любовался
в
Булонском
лесу
дриа­
дами,
сверкавшими
средь
листвы,
по доб но
лу не,
поднимающейся
над
горизонтом,
меня
а рес тов али
как
человека
подозрительного
и
б ро­
сил и
в
тюрьму,
рто
б ыла
п рос тая
ошибка;
но
тогдашние
якобинцы,
подражая
монахам,
монастырь
которы х
они
захватили,
оч ень
высоко
цени ли
беспрекословное
послушание.
После
смерти
г-ж и
Г ель вециу с
н аше
общество
перешло
в
салон
г- жи
Кондорсе.
Бонапарт
не
пр е­
не брега л
ин ой
раз
бес ед ою
с
нами.
Признав
в
нем
великого
человека,
мы
д ум али,
что
он,
как
и
мы,
идеолог.
Наше
влияние
в
стра не
бы ло
д оволь но
сильно.
Мы
употребили
его
в
пользу
Бонапарта
и
привели
его
к
Им пер ии,
да бы
явить
ми ру
нового
Ма рка
Аврелия.
Мы
рассчитывали,
что
он
ум и­
рот в орит
в селен ну ю;
но
он
не
оправдал
наш их
ожиданий,
и
мы
все
винили
его
за
собственную
на шу
ошибку.
Бес сп орно,
он
намно го
превосходил
других
лю дей
быстротой
понимания,
глубиной
скрытности
и
способностью
действовать.
Его
уменье
целиком
жит ь
данным
мгновением,
не
думая
ни
о
чем ,
кроме
непо ср едств енно й
и
на стоя тел ьной
действительности,
делало
из
него
совершеннейшего
в ласт ит еля.
Его
г ений
был
о бшир ен
и
подвижен.
Ум
его,
огромный
по
объему,
но
грубый
и
по ср едст в енный,
охва­
тывал
все
человеческое,
однако
не
возвышался
над
ним .
Он
думал,
как
лю бой
гренадер
в
его
армии,
но
думал
с
несл ыха нно й
силой.
Он
любил
и гру
с лучая ,
и
ему
нравилось
ис куша ть
суд ьбу,
бросая
сотни
тысяч
пиг меев
друг
на
друга,—забава
р ебенка ,
великого,
как
ми р.
Он
был
слишком
осмотрителен,
чтобы
не
вовлечь
в
рту
и гру
старого
Иагве,
еще
могущественного
на
земле
и
похожего
на
не го
дух ом
на­
123


с илия
и
властолюбия.
Он
гроз ил
ему
и
ласкал
его,
ль стил
и
запу­
гивал.
Он
по сад ил
в
тюрьму
его
наместника
и,
приставив
нож
к
горлу,
потребовал
по ма зания ,
дающего
со
времени
древнего
Саула
королям
силу.
Он
восстановил
культ
демиурга,
с лужил
ему
мес сы
и
заставил
признать
и
себя
земны м
богом
в
маленьких
катехизисах,
распростра­
ненных
по
вс ей
империи.
Оба
соединили
свои
громы,
что
произвело
не
малый
шу м.
В
то
время
как
забавы
Наполеона
потрясали
Евр о пу,
мы
теши­
ли сь
своей
мудростью,
пр ав да,
несколько
опечаленные
тем,
что
эра
философов
началась
избиениями,
пытками
и
войнами.
Хуж е
всего
бы ло
то,
что
сыны
века,
впа в
в
само е
п рис корб ное
ра сстр ойст в о,
изобрели
неко е
ж иво писн ое
и
литературное
христианство,
док аз ы­
вавшее
поистине
н ев ероя тную
слабость
ума,
и,
в
конце
концов,
до­
катились
до
ро мант из ма.
Война
и
романтизм
—
ужасные
бичи!
Ка кое
жалкое
зре ли ще
являют
л юди,
питающие
ребяческую
и
неистовую
любовь
к
ружь ям
и
бар абанам!
Они
не
понимают,
что
война,
укре­
пля я
сердца
людей
невежественных
и
диких
и
воздвигая
им
города,
прино с ит
п обедит еля м
лишь
разорение
и
несчастье
и
что
те п ерь,
когда
народы
связаны
между
собою
общностью
искусств,
на ук
и
торговли,
она
превратилась
в
б ессмысл ен но е
и
отвратительное
преступление.
О
неразумные
европейцы,
замышляющие
взаи мно е
истребление,
меж
тем
как
единая
цивил иза ция
охватывает
и
объ еди ­
н яет
их!
Я
отказался
от
о бщен ия
с
эти ми
безумцами;
я
удалился
сюда,
в
деревню,
где
стал
садовником.
Пе рси ки
в
фруктовом
саду
напо­
ми нают
мне
золотящуюся
на
солнце
к ожу
мен ад.
Я
сохранил
к
лю­
дям
ста рую
дружбу,
немного
восхищения
и
мно го
жа л ости;
обраба­
тывая
эт от
клочок
з& мли,
я
жду
того
еще
далекого
дня,
когда
вели­
кий
Дионис,
сопровождаемый
своими
фавнами
и
вакханками,
научит
вно вь
землю
радости
и
красоте
и
вернет
золотой
век.
Рад ост но
пойду
я
за
его
ко лесниц ей.
Но
кто
знает,
увидим
ли
мы
людей
в
этом
гря­
дущем
торжестве?
Кто
знает,
не
выполнит
ли
к
том у
времени
исто­
щенный
род
людской
свое
назначение
и
не
возникнут
ли
другие
существа
над
пеплом
и
останками
того,
что
было
человеком
и
его
гением?
Кто
знает,
не
з авл адеют
ли
земным
царством
существа
кры­
латые?
В
таком
случае,
труд
до брых
демонов
не
бу дет
еще
закончен:
они
станут
учить
иск усс тву
и
наслаждению
птичий
род ".
124


Глава
XXII,
где
описывается,
как
в
антикварной
лавке
бы ло
нарушено
преступное
счастье
папаш и
Гинар­
дона
ревностью
женщины,
охв ач енн ой
ве лик ой
любовью
П алаша
Гинардон
(как вполне верно доложила Зефирина г- ну
Сарьетту)
втихомолку
увез
картины,
меб ель
и
редкости,
со бр анные
им
на
черд аке
по
улице
Пр ин цессы ,
к оторы й
он
наз ыв ал
св оей
ма­
стерской,
и
разместил
все
рто
в
нанятой
им
л ав очке
на
улице
Кур-
сель,
где
и
пос елил ся ,
о ст авив
Зефирину
пасле
пятидесяти
лет
со­
вместной
жизни
без
матраца,
без
единой
кастрюли,
без
единого
су,
е сли
не
считать
франка
и
сем идеся т и
сантимов,
которые
находились
в
ко шел ьке
бедной
женщины.
Папаша
Ги н ардон
открыл
м аг азин
ст а­
ринных
картин
и
р едко ст ей,
водворив
там
и
молодую
Октавию.
Витрина
имела
неплохой
вид :
там
были
фл амандски е
ангелы
в
Зеленых
мантиях,
в
стиле
Жерара
Да вида,
„Саломея^
школы
Лупни,
святая
Варвара
—
раскрашенная
деревянная
статуэтка
фра нцу зско й
работы,
ли мо жские
эмали,
богемский
и
венецианский
хрусталь,
ур-
бинские
блюда;
там
же
бы ло
и
английское
кружево,
которое
Зе фи­
рина
в
годы
своей
сияющей
юности
получила
в
под аро к,
е сли
верить
ей,
от
императора
Н аполе она
III.
В
сумраке
лавки
блес те ло
з олото ,
там
и
сям
видн ели сь
хри сты ,
апостолы,
патрицианки
и
нимфы.
Одно
долотно
бы ло
повернуто
к
ст ене
и
предлагалось
только
взглядам
Знатоков,
к оторы е
так
редки.
Это
был о
п овт орен ие
„Колечка“
Фра ­
гонара,
настолько
свежей
живописи,
что
она,
казалось,
не
успела
еще
высохнуть.
Эт0
говорил
и
сам
папаша
Гинар до н.
Де ревя н­
ный
комод
фиал ко во го
дерева,
в
глубине
л авки,
скрывал
в
своих
ящ иках
редкости,
гуаши
Бодуэна,
книги
с
рисунками
XVIII века,
мини ат юр ы.
На
мольберте
покоился
завешенный
ше девр ,
чудо,
драгоценность,
жемчужина,—Фра-Анже лико,
очень
нежный,
в
золотых,
го луб ых
и
розовых
тонах,— „Венчание
пре св ятой
девы“,
за
которое
пап аша
Ги­
нардон
просил
сто
тысяч
фра нко в.
На
сту ле
эпохи
Людовика
XV,
пе ред
рабочим
столиком
стиля
ампир,
с
вазой
для
цветов,
сидел а
за
в ыши вани ем
юная
Октавия,
к отора я,
оставив
на
чер дак е
ул ицы
Прин­
цессы
св ои
яркие
лохмотья,
яв ляла
взорам
уже
не
образ
п ожухлог о
125


Рембрандта,
но
нежный
блеск
и
прозрачность
Вермеера
Дельфтского,
на
ра дос ть
знато кам ,
н аве щавш им
папашу
Г ина рдо на.
Тих ая
и
скром­
ная,
она
цел ыми
днями
сиде ла
в
лавке
одна,
меж
тем
как
старик
стр яп ал
под
крышей
невесть
какую
живопись.
К
пяти
часам
он
спускался
вни з
и
беседовал
с
всег даш ними
посетителями.
Наи боле е
пос т оя нным
был
граф
Демезон,
высо к ий,
сухопарыми,
су тул ый
ч ело век.
Две
прядки
волос
выбивались
у
не го
из
глубоких
впадин
под
скулами
и,
по ст е пенно
расширяясь,
падали
снежным
по­
током
на
подбородок
и
грудь.
Он
непрестанно
погруж а л
в
нег о
свою
длинную
высохшую
р уку
в
зол отых
кольцах.
Оплакивая
в
течение
двадцати
лет
жену,
унесенную
чахот кой
в
цвете
молодости
и
кра­
соты,
он
посвятил
жизнь
по ис кам
средств
обще ни я
с
умершими
и
наполнению
своего
опустевшего
особняка
плохой
ж ив опись ю.
Его
доверие
к
палаше
Гинардону
было
безгранично.
Г-н
Бл анмен ил ь,
уп рав ляющи й
большим
банком,
появлялся
в
лавке
не
менее
часто,
рто
был
цветущий
и
плотный
мужчина
лет
пятидесяти,
мало
инте­
ресующийся
искусством
и,
в еро ятно,
посредственно
в
нем
разбираю­
щийся,
но
привлеченный
юн ой
Октавией,
которая
сидел а
пос реди
лавки,
как
певчая
птичка
в
кле тке .
Г-н
Бланмениль
не
преминул
зав язать
с
ней
некоторые
отн ош е­
ния,
ко то рых
не
замечал
только
папаша
Гинардон
по
сво ей
неопыт­
но сти,
ибо
ст арик
был
еще
молод
в
л юбви
к
Окт ав ии.
Г-н
Гаэ тан
д’Эпарвье
зах одил
иногда
к
папаше
Гинардону
из
любопытства,
ибо
под озре ва л
его
в
изумительной
подделке
ка р тин.
Г-н
Ле-Трюк-де-Рюффек,
эт от
великий
ч елов ек
дуэльных
д ел,
явился
однажды
к
старому
а нт икв арию
и
поделился
с
ним
своими
пл анам и.
Г-н
Ле-Трюк-де-Рюффек
уст р аивал
в
Малом
Дворце
ист о­
рическую
выставку
холодного
оружия
в
пользу
„Воспитания юных
марокканцев^
и
просил
папа шу
Гинардона
одол жи ть
ему
неско ль ко
особенно
цен ных
экземпляров
из
его
ко лл екции .
—
Мы
думали
было,—говорил
он,—устроить
выставку
под
на­
званием
„Крест и шпага“ .
Соединение
эти х
двух
слов
хорошо
выра­
жа ло
бы
идею
нашего
начинания.
Мысль ,
в
высшей
степени
пат р ио­
тическая
и
хри ст иан ск ая,
побуждала
нас
сочетать
шпагу,
символ
чести,
с
крестом,
знаком
спа сени я.
Мы
рассчитывали
обеспечить
на­
шему
предприятию
вы соко е
покровительство
военного
минис т ра
и
монсеньера
Кашпо.
Осу ще ст в ление
этого
п лана
натолкнулось,
к
не­
счастью,
на
затруднения,
и
его
при шло сь
отложить.
В
настоящее
126


время
мы
устраиваем
в ыставку
„П1п аги“.
Я
сос т авил
заметку,
разъ­
ясняющую
смысл
данного
выступления.
Сказав
это,
г-н
Ле-Трюк-де-Рюффек
вытащил
из
кармана
бу­
ма жн ик,
набитый
лис ткам и,
и
разыскал
сре ди
всяких
протоколов
со­
с тояв ши хся
и
несостоявшихся
дуэлей
исписанный
вдол ь
и
по пер ек
клочок
бу ма ги.
—
Вот,—сказал
он
:—„Шпага
—
это
суровая
дев ст в енница.
Она—
подлинно
французское
оружие.
В
настоящее
время,
когда
националь­
ное
чувство,
после
слиш к ом
продолжительного
затмения,
з асия ло
пламенн ее,
чем
когда-либо...“
и
т.
д.
Вы
чув с тв ует е?..
И
он
опять
пов тори л
просьбу
о
како м -либо
редком
экземпляре,
дабы
поместить
его
на
лучшем
мес те
выставки,
открываемой
под
почетным
председательством
генерала
д’Эпарвье
в
пользу
юных
ма­
р о кканц ев.
Папаша
Гинардон
чрезвычайно
мало
занимался
оружием;
он
торговал
преимущественно
картинами,
рисунками
и
книгами.
Но
его
невозможно
бы ло
застигнуть
врасплох.
Он
сн ял
со
стены
рапиру
с
ажу рной
чашкой
эфеса,
в
ярко
выраженном
стиле
Людовика
XIII —
Наполеона
III, и протянул ее организатору выставки,
которы й
стал
рассматривать
ее
с
известным
у ва же нием,
хр аня
благоразумное
мол­
чание.
—
Есть
и
кое-что
пол уч ше,
—
сказал
антикварий.
И
он
вытащил
из
чулан а
за
лавкой
валявшуюся
ср еди
тростей
и
зонтиков
чертовски
длинную
шпагу,
украшенную
лил ия ми
и
по­
истине
достойную
к ороле й:
она
принадлежала
Филиппу-Августу
в
пь есе
„Агнеса де- Ме ран и “,
шедшей
в
1846 году,
и
на дев ал
ее
нек ий
актер
Одеона.
Гинардон
держал
ее
острием
вниз,
да бы
она
выгля­
дела
крестом,
и
благоговейно
сложил
рук и
на
рук оятк е,
п рио бретя
вид
стол ь
же
лойяльн ы й,
как
сама
шпага.
—
Возьмите
ее
для
ва шей
выставки,—сказал
он
—Девственница
сто ит
того.
Она
называется
Бу в ина.
—
Если
я
продам
ее,—спросил
Ле-Трюк-де-Рюффек,
покручивая
огромные
усы,—дадите
вы
мне
что- ни будь
за
к ом иссию ?..
Несколько
дней
спустя
папаша
Ги на рдон
с
таинственным
видом
п оказ ал
гр афу
Демезону
и
г-н у
Б ланм енил ю
новооткрытого
Греко,
изумительного
Греко,
последней
манеры
художника.
Изображен
был
святой
Франциск
Ассизск ий,
кот орый ,
ст оя
на
Алв ер нской
скале,
п од­
ним ался ,
как
ст олб
дыма,
к
небу
и
п огружа л
в
облака
свою
чудо­
127


вищно
у зкую
голову,
у мень шенну ю
расстоянием.
Словом,
то
был
подл ин ный,
сам ый
подлинный,
чересчур
п одл инный
Греко.
Оба
лю­
бителя
вни мат ель но
созерцали
это
произведение
иску сст ва,
меж
тем
как
папаша
Ги на рдон
восхвалял
глубокие
черные
тона
и
величествен­
ную
экспрессию
картины.
Он
воздевал
руки,
чт обы
изобразить,
как
Теотокопули,
идущий
от
Т ин торе тто,
превзошел
учителя
на
сто
локтей.
—
Эт0
был
цело муд р енный,
чистый,
могучйй,
мистический,
апо­
калиптический
гений.
Гра ф
Демезон
заявил,
что
Греко
—его
любимый
художник.
Блан­
м ениль ,
в
душе,
в осх ищ ался
не
столь
безоговорочно.
Дв ерь
отворилась,
и
г-н
Гаэтан,
которого
никто
не
ож ид ал,
появился
на
по роге .
Он
в згля нул
на
святого
Франциска
и
сказал:
—
Чо рт
возьми!
Г-н
Бланмениль,
ж елая
поучи тьс я,
спросил,
что
ду мает
он
об
Этом
художнике,
которым
сейчас
так
восхищаются.
Гаэтан,
не
заста­
в ляя
се бя
п рос ить,
ответил,
что
не
считает
Греко
сумасбродом
или
сумасшедшши,
как
пол аг али
п реж де,
и
что
ско р ее,
по
его
мнению,
н екий
дефект
зре н ия,
сво йст в енный
Теотокопули,
заставлял
его
иска­
жать
изображение
фигуры.
—
Ст рада я
аст иг мат изм ом
и
страбизмом,—продолжал
Гаэтан,—
он
рисовал
то,
что
видел,
и
так ,
как
видел.
Гра ф
Демезон
не
склонен
был
согласиться
с
т аким
естествен­
ным
объяснением,
которое,
наоборот,
понравилось
своею
простотою
г-ну
Б ланм енил ю.
Оскорбленный
Гинардон
воскликнул:
—
Уж
не
скажете
ли
вы,
господин
д’ Эпа рв ье,
что
и
святой
Иоанн
страдал
астигматизмом,
ибо
он
в идел
жену,
облеченную
со лнцем
и
увенчанную
звезд ами,
с
луной
под
но га ми;
зверя
о
семи
г олова х
и
де сяти
рогах
и
се мь
ангелов
в
л ьняны х
оде жда х,
котор ые
несл и
с емь
ча ш,
н апо лненн ых
гневом
б ога
живого?
—
В
ко нце
концов,—заключил
г-н
Гаэтан,—есть
все
основания
восхищаться
Гре ко,
поскольку
у
него
хватило
д аров ан ья,
чтоб ы
за­
разить
сво им
больным
видением
других.
Вооб ще ,
выражение
пытки,
кот орое
он
придает
че ло веч еско му
лицу,
способно
удовлетворить
людей,
любящих
с трада н ие,
а
таких
больше,
нежели
обычно
полагают.
128


—
Сударь,—заметил
граф
Демезон,
поглаживая
дли нн ой
рукой
пышную
бороду,—надлежит
л юбить
тех,
кто
нас
любит.
Страдание
люби т
нас
и
неразлучно
с
нами.
Надо
любить
его,
дабы
переносить
жизнь;
с ила
и
благодеяние
христианства
за кл юча ются
в
том,
что
оно
Это
поняло...
Увы,
я
лишен
веры,
и
это
приводит
меня
в
отчаяние.
Старик
вспомнил
о
той,
кого
он
оплакивал
уже
двадцать
ле т;
тотчас
же
ра зум
его
помутился,
и
мысль
его
без
удержу
отдалась
фантазиям
крот ког о
и
грустного
безумия.
Он
ст ал
рассказывать,
как,
изучив
пси хи че ские
науки
и
зан яв­
шись,
при
со действи и
весьма
чуткого
ме диу ма,
опы там и
над
пр и­
родой
души
и
ее
по смер тным
бытием,
он
до б ился
изу мит ель ных
результатов,
которые,
однако,
его
не
удовлетворяли.
Он
уже
достиг
тог о,
что
ви дел
душ у
умершей
жены
в
виде
студенистой
и
прозрач­
ной
массы,
ничем
не
напоминавшей
тела,
которое
он
так
обожал.
Само е
мучительное
в
таких
опытах,
повторявшихся
согни
р аз,
зак лю­
чалось
в
том,
что
студенистая
масса,
снабженная
крайне
тонкими
щу паль цам и,
постоянно
двиг ала
ими
в
каком-то
ритме,
невидимому,
предназначенном
для
передачи
з нако в,
понять
смысл
которых
не
был о
никакой
возможности.
Во
время
этого
рассказа
г-н
Бланмениль
присоединился
к
юной
Ок т авии,
сидев шей
тихо,
мо лча ливо ,
опустив
глаза.
Зефирина
не
могла
до броволь н о
уст упит ь
своего
возлюбленного
недостойной
сопернице.
Часто
по
утрам
она
б роди ла
вокруг
ан ти­
ква рно й
лавки,
с
корз ин кой
на
руке,
в
гневе
и
отчаянии,
волнуемая
самыми
противоречивыми
замыс лами:
она
готова
б ыла
то
облить
из­
м енни ка
серной
кислотой,
то
броситься
к
его
ногам,
покрывая
с ле­
зам и
и
поцелуями
обожаемые
ею
руки.
Одна ж ды,
под ст ере гая
таким
образом
своего
столь
любимого
и
столь
вино вног о
Мишеля
и
глядя
сквозь
о кно
на
юну ю
Октавию,
в ышив авшу ю
за
столиком,,
на
кот ором
ув я дала
роза
в
хр устал ьн ом
бокале,
она
пот ер яла
го лову
от
ярости
и
ударила
зо нти ком
по
белокурой
головке
соперницы,
обо зва в
ее
су­
кой
и
падалью.
Перепуганная
Октавия
побежала
за
полицией,
меж
тем
как
З ефир ина,
обезумев
от
гор я
и
любви,
обрабатывала
желез­
ным
наконечником
старого
зонта
„Колечко“
Фр агон ар а,
черного,
как
саж а,
„Франциска Ассизского^
Греко,
и
святых
дев,
и
нимф,
и
апо ­
ст олов
и,
сбивая
золото
с
Фра-Анжелико,
кричала:
—
Все
эти
картины:
Гре ко,
Беато-Анжелико,
Фрагонар,
Же­
рар
Давид
и
Бодуэны,—да,
да,
и
Бодуаны,—все,
все
это
Гинардо н
9 Восстание ангелов


написал
сам,
жалкий
негодяй!
Этого
Фра-Анжелико
он
писал
на
мо ей
гл адиль но й
до ске,
а
Жерара
Давида
на
с тарой
в ывеске
пови­
вальной
бабки!..
Свин ья!
Я
еще
искалечу
т ебя
вместе
с
твоей
ни­
ще нкой ,
как
искалечила
тв ои
па р шивые
полотна.
И,
выт ащи в
за
фалды
ка кого- то
старого
любителя
ж иво писи,
кото рый
дрожа
забил ся
в
самый
темный
угол
чулана,
она
призывала
его
в
свидет ели
преступлений
Гинардона,
фальсификатора
и
клятво­
преступника.
Полиции
п ришл ось
силой
увести
ее
из
разгромленной
лавки.
По
д ороге
к
полицейскому
ком и сс ару,
сопровождаемая
цел ой
толпой,
она
подымала
к
н ебу
гор ящи е
глаза
и
во склиц ала
скво зь
рыдания
:
—
Вы
не
знаете
Мишеля!
Если
бы
вы
знали
е го,
вы
бы
поняли,
что
без
него
жизнь
не
в
жизнь!
Он
прекрасный,
до бр ый,
оча ров а­
тельный!
Он
бог ,
он
сама
любовь!
Я
люблю
е го!
Л юблю!
Люблю!
Я
знавала
высоких
особ,
герцогов,
министров,
даж е
еще
повыше...
Ни
од ин
не
был
достоин
вычистить
Мишелю
башмаки.
Ах,
добрые
мои
господа,
верните
мне
его!
Глава
XXIII,
где
обнаруживается
изумительный
характер
Бушотты,
сопро тивл яющ ейся
насилию,
но
ус­
тупающей
любви.
Пусть
не
говоря т
после
этого,
что
ав тор
—
женоненавистник
В ыйдя
от
барона
Макса
Эв®р динг ена,
кн язь
Истар
отправился
в
кабачок
на
рынке
—
закусить
устрицами
и
выпить
бутылку
белого
в ина.
Так
как
осторожность
с очет ала сь
в
нем
с
силой,
он
напра­
130


вил ся
затем
к
своему
другу
Теофилю
Беле,
дабы
спрятать
у
му зы­
канта
в
шкафу
бомбы,
которыми
у
него
б ыли
набиты
карманы.
Авт ора
„Алины,
королевы
Голк онд ы“
не
б ыло
дома.
Ке руб
застал
Бушотту
разучивающей
перед
зеркальным
шкафом
роль
девч о нки
Зигулъ,
ибо
молодая
актриса
должна
была
исполнять
главную
роль
в
оперетке
„Апаши“,
которую
репетировали
тогда
в
одн ом
б ольш ом
мюзик-
холле.
Она
играла
же нщин у,
завлекающую
непристойными
жестами
прохожего
в
ловушку
и
затем
повторяющую
с
сад ичес кой
жесто­
костью
перед
несчастным,
которому
скрутили
рук и
и
заткну ли
р от,
сладострастные
призывы,
прельстившие
его .
В
э той
рол и
она
должна
была
показать
себя
и
как
п еви ца,
и
как
мимистка,—
и
она
была
в
восторге.
Аккомпаниатор
только
что
ушел .
Князь
И стар
сел
за
рояль,
и
Бушотта
вновь
принялась
за
работу.
Ее
движения
б ыли
непри­
стойны
и
пленительны.
На
ней
была
толь ко
короткая
юбка
и
рубашка,
ко торая
сползала
с
правого
плеча
и
открывала
подмышку,
тенистую
и
заросшую,
как
священный
грот
Ар кадии;
ее
волосы
р ассыпа ли сь
во
все
с то роны
непокорными
рыжими
прядями,
а
влажная
кож а
издавал а
запах
фи алок
и
щел о чи,
от
которого
трепетали
ноздри
и
пьянела
она
сама.
Внезапно,
охмелев
от
ар ом ата
этого
горячег о
тела,
князь
И стар
поднялся
и,
не
говоря
ничего,
даже
глазами,
схватил
ее
в
охапку
и
бросил
на
д иван,
на
маленький
див анч ик
в
цветах,
к оторы й
Теоф и ль
куп ил
в
одном
извест но м
ма га зине,
о б язав шись
вносить
каждый
ме сяц
по
десяти
ф ран ков
в
т ечен ие
многих
ле т.
Керуб
к амен ной
глыбой
у пал
на
хрупкое
т ело;
дых ан ие
его
и зда­
в ало
ш ум,
подобно
к узне чном у
меху,
и
огромные
руки
вп или сь
в
тело,
которое
обнимали.
Если
бы
Ис тар
стал
домогаться
Бушотты,
он
скл о нил
бы
ее
к
мимолетному,
но
обоюдному
объятию,
ибо
в
том
сос тоян ии
волнения
и
возбуждения,
в
како м
она
находилась,
она
не
отка за ла
бы
ему.
Но
Б ушотт а
была
самолюбива;
неприступная
гордость
п роб ужд алась
в
ней
при
первой
попытке
оскорбить
ее.
В
ее
характере
б ыло
отдав а ться ,
но
не
позволять
брать
с ебя
насильно.
Она
легко
уступала
из
любви,
из
любопытства,
из
жалости
или
чего-нибудь
еще
меньшего;
но
она
предпочла
бы
ум ере ть,
нежели
уступить
сил е.
Ее
изумление
мгновенно
п е решло
в
гнев.
Все
ее
существо
восстало
против
насилия.
Ногтями,
к оторы м
яр ость
пр и­
дала
остроту,
она
исцарапала
щеки
и
в еки
керуба;
задыхаясь
под
г орой
этого
тела,
она
так
напрягала
бедра,
так
пружинила
локти
9*
131


и
к о лени,
что
отбросила
быка
в
человеческом
образе,
ослепленного
кровью
и
болью,
прямо
на
рояль,
издавший
протяжный
стон,
меж
тем
как
бомбы
вывалились
из
карманов
керуба
и
с
грохотом
пока­
тились
по
пар кету .
Буш отта ,
растрепанная,
с
голой
гру дью ,
пре­
кра с ная
и
гр озн ая,
кри чал а,
размахивая
кочергой
над
поверженным
колоссом
:
—
Пр о вал ивай
сейчас
же!
Не
то
я
тебе
вык олю
гл аза!
Князь
Ис тар
умылся
на
кухне,
оку нув
ок р ов авленно е
ли цо
в
миску,
где
мокла
су ассо нс кая
ф ас оль;
затем
он
уда ли лся
без
гнева
и
обиды,
потому
что
душа
у
не го
бы ла
благородная.
Е два
он
вышел,
как
у
двери
раздался
звонок.
Бу шотта
тщетно
принялась
звать
отсутствующую
служанку,
зат ем
на кину ла
ка пот
и
отк ры ла
сама.
Весьма
корректный
и
д оволь но
красивый
молодой
человек
вежливо
поклонился
ей,
извинился
за
то,
что
принужден
представиться
с ам,
и
назвал
себя
по
имени.
Эта
был
Морис
д’Эпарвье.
Морис
без
уста ли
искал
своего
ангела-хранителя.
Поддерживае­
мый
безнадеж но й
надеждой,
он
искал
его
в
местах
весьма
странных.
Расспрашивал
о
нем
колдунов,
магов,
всяких
кудесников,
кот орые
в
вонючих
лачугах
открывают
неиспо вед им ое
грядущее
и,
будучи
владыками
всех
зем ных
сокровищ,
ходя т
в
протертых
на
заду
штанах
и
питаются
св иным
студнем.
Сегодня,
пос ет ив
снач ала
в
одном
из
закоулков
Монмартра
некоего
служителя
сат аны,
заним ав шег о ся
чер­
ной
магией
и
ворожбой,
Морис
отправился
за тем
к
Бу шотт е
по
пору­
чению
г-ж и
де-ла-Вер де льер,
кот ора я,
собираясь
вскоре
уст рои ть
бал
в
пользу
охраны
дер ев ен ских
церквей,
хотела,
чтобы
Бушотта,
став­
шая
внезапно
и
неизв ест но
почему
модной
актрисой,
выступила
у
нее.
Бушотта
усадила
г остя
на
дива нч ик
в
цвет ах
и,
по
просьбе
Мориса,
села
рядом
с
ним ;
отпрыск
благородной
семь и
изложил
певице
просьбу
г ра фини
де-ла-Вер дельер;
э той
даме
особенно
хоте­
лос ь,
чт обы
Буш отт а
спел а
одну
из
св оих
апашских
песенок,
к ото­
р ыми
так
во схищ ало сь
св етско е
общество;
к
сожалению,
г -жа
де-
ла -Ве рдель ер
могла
п ред ложи ть
лишь
в есьма
скромный
и
не
со­
ответствующий
та лан ту
артистки
гон ора р,
но
ве дь
это
б ыло
д ело
благотво рите льности...
Б ушот та
обещала
св ое
участие
и
согласилась
на
ум ер енный
гон орар
с
обыч но й
щедростью
бедных
по
отношению
к
богатым
и
арт ис тов
по
отношению
к
людям
светского
общества;
Бушотт а
132


б ыла
бескорыстна;
дел ю
охраны
д ере венски х
церквей
бы ло
ей
сим ­
патично.
Опа
всегда
вс поми нала
со
сл езами
и
рыданиями
с вое
первое
при ча стие
и
до
сих
пор
еще
не
утратила
веры.
Проходя
мимо
цер кв и,
особенно
по
вечерам,
она
испытывала
же лан ие
зайти
туда.
П оэтом у
она
не
любила
республики,
которая
ст арал ась
разрушить
церковь
и
армию.
Ее
сердце
рад о вало сь
возрождению
национального
чувства.
Франция
расцветала,
и
в
мюзик-холлах
больше
в сего
ап ло-
дировали
пе се нкам
про
солдатиков
и
сестер
милосердия.
Тем
вр е­
менем
Морис
вдыхал
благоухание
ее
рыж их
волос,
остры й
и
тонкий
аромат
ее
тела,
сол еный
запах
ее
плоти,
и
в
нем
пробуждалось
же­
лание.
Рядом
с
собою
на
маленьком
диванч ике
он
чувствовал
ее,
нежную
и
горячую.
Он
пох вал ил
ее
огромный
талант.
Она
спросила,
что
ему
больше
всего
нравится
из
ее
репертуара.
Он
не
имел
о
нем
понятия;
однако
его
ответы
удовлетворили
ее;
сама
то го
не
за-
мечая,
она
подсказала
ему
их;
она
расписывала
с вой
талант
и
успехи
так,
как
хотела
бы,
чтобы
их
расписывали
другие.
Она
безумолку
тараторила
о
сво их
триумфах;
но
в
общем
—с
ч ис тос ерд ечной
на ивн о­
стью.
Морис
искренне
хвалил
красоту
Бушот ты ,
с вежес ть
ее
ли ца,
изящество
фигуры.
Она
объясняла
эти
достоинства
тем,
что
никогда
не
мажется;
относительно
своей
фи гуры,
она
предполагала,
что
у
нее
всего
в
мер у,
нет
ни чего
лишнего,
и,
в
подтверждение
слов ,
провела
рукой
вдоль
всего
своего
прелестного
т ела,
слегка
привстав,
дабы
можно
было
видеть
изящество
форм,
на
ко их
она
си дел а.
Морис
был
эт им
весьма
взво лно ван.
День
угас ал;
она
хотела
зажечь
свет,
но
он
попросил
не
делать
Этого.
Б есе да,
в на чале
веселая
и
шутливая,
пос т епен но
стала
интим­
н ой,
неж но й,
слегка
том но й.
Буш от те
казало сь ,
будт о
она
знак о ма
с
г-н ом
Морисом
д’Эпарвье
уже
давно,
и,
считая
его
порядочным
че лове к ом,
она
пустилась
в
откровенность.
Она
ска зала,
что
по
на туре
была
че стн ой
женщиной,
но
что
мать
у
нее
была
жадная
и
бессо вест ная.
Морис
снова
нав ел
ее
на
мысль
о
ее
собственной
кра сот е
и
умелой
лестью
разжег
ее
во сх ищ ение
собой.
Т ер пеливо
и
с
расчетом,
н ес мотря
на
то,
что
внутри
у
него
все
го ре ло,
он
за рони л
и
по ст еп енно
усил ил
в
с об лазни тель ни це
ж ел ание,
чтобы
ею
восхищались
еще
сильней.
Капот,
распахнувшись,
соскользнул
сам
собой,
и
живой
атл ас
плеч
заблестел
в
таинственном
полумраке
речера.
Осторожностью,
уменьем
и
ловкостью
он
довел
ее
до
того,
133


что
она,
пылая
и
изнемогая,
уп ала
ему
в
объятия,
даже
не
зам етив ,
чт о,
в
су щнос ти,
не
да ла
решительного
согласия.
Их
дыхан ие
и
шопот
сл ились .
И
ди ванчи к
в
цветах
замирал
вместе
с
ними.
Когда
чувства
их
вновь
стали
изъяснимы
речью,
она
прошеп­
тала
ему
в
грудь,
что
кож а
у
него
еще
не жн ее,
чем
у
нее .
Обн имая
ее,
он
ска зал:
h-
Как
приятно
сжимать
тебя
так.
Кажется,
бу дто
у
те бя
нет
костей.
Она
ответила,
закрыв
гла за:
—
рто
потому,
что
я
полюбила
тебя .
У
мен я
от
лю бви
тают
кости,
я
делаюсь
совсем
мягкая
и
раст в оряюсь,
как
те ля чьи
ножки.
Вслед
за
этими
с ловам и
во шел
Теофиль,
и
Бушо тт а
предложила
ему
поблагодарить
г-на
Мориса
д’Эп ар в ье,
который
любезно
пер ед ал
ей
весьма
л ест ное
предложение
от
им ени
графини
де-ла-Вердельер.
Пос ле
целого
дня
напрасных
хождений,
дурацких
уроков,
неудач
и
унижений
м уз ыкант
был
сч астл ив
об рес ти
домашний
мир
и
тишину.
Ему
навязывали
трех
н овых
сотрудников,
которые
должны
был и
вместе
с
ним
поставить
свое
имя
под
опереткой
и
получить
с оотв ет­
ственную
долю
авторского
гонорара;
кроме
того
требовали,
чтоб ы
при
голкондском
дворе
танцовали
танго.
Пожав
рук у
молодого
д’Эпарвье,
он
в
изн емо ж ении
упа д
на
див анчи к,
который
на
этот
раз
окончательно
обессилел,
все
четыре
нож ки
надломились,
и
он
сразу
ру хн ул.
А
ангел,
поверженный
на
пол,
с
ужасом
покатился
па
часы,
зажигалку
и
пор тси гар,
выскользнувшие
из
карманов
Мориса,
и
на
бомбы,
пр ине сенн ые
кня зем
Истаром.
Глава
XXIV,
рассказывающая
о
прев рат но стях
судьбы,
испы­
танных
^Лукрецием^
прио ра
Вандомского
Леже-Массье,
пр еемник
Леж е
Старшего,
переплетчик
с
улицы
Аббатства,
живший
напротив
старого
особняка
аббатов
Сен-Жермен-
де-Пр е,
кишевшего
детскими
садами
и
учеными
обществами,
дер­
жал
оч ень
немногих,
но
превосходных
мастеров
и
неспеша
обслу­
жив ал
своих
старых
клиентов,
при учен н ых
им
к
терпению.
Прошло
уже
п олтор а
месяца
с
того
дн я,
как
он
получил
партию
книг,
при­
131


сланных
г-ном
Сарьеттом,
но
Леже-Массье
еще
не
брался
за
них .
Л ишь
по
истечении
пятидесяти
трех
дней,
проверив
книг и
по
списку,
с ост авл енному
г-ном
Сарьеттом,
переплетчик
распределил
их
между
рабочими.
Томик
„Лукреция“
с
гербом
приора
Вандомского
не
зн а­
чился
в
перечне
и
потому
сочли,
что
он
принадлежит
какому-
нибудь
д ругом у
заказчику,
а
так
как
он
не
уп ом инал ся
ни
в
одном
из
сопроводительных
списков,
его
заперли
в
шка ф,
откуда
его
как-то
стащил
и
су нул
в
карман
сын
Леже-Массье,
молодой
Эрнест*
Э рнест
был
вл юбл ен
в
жившую
по
соседству
белошвейку,
по
ммени
Ро за.
Р оза
любила
п рирод у,
ей
нравилось
слушать
пен ие
пт иц
в
рощах.
Эр нест ,
чтобы
иметь
возможность
свезти
ее
в
воскресенье
обедать
в
Шату,
ус туп ил
„Лукреция“
за
десять
франков
деду
Моранже,


старьевщику
с
улицы
Сент-Икс...,
не
сл ишко м
интересовавшемуся
происхождением
приобретаемых
предметов.
Дед
Моранже
в
тот
же
день
п ере про дал
томик
за
шестьдесят
франков
г-ну
Пу ссару ,
мелкому
книготорговцу
из
Сен-Жерменского
предместья.
Последний
стер
с
ти тула
штемпель,
указывавший
на
про ис хо ж дение
не ср авненн ог о
Экземпляра,
и
продал
его
за
пятьсот
франков
г-ну
Жозефу
Мейеру,
весьма
изв ест ному
любителю,
неме длен но
отдавшему
его
за
три
тысячи
франков
г- ну
Ардону,
книготорговцу,
который
тотча с
же
пре длож ил
его
парижскому
б иблио фи лу
г-ну
Р.,
уплатившему
за
нег о
шес ть
тысяч
и
перепродавшему
его
чер ез
две
недели,
с
изрядной
прибылью,
графине
де-Го р с.
рта
дама,
хорошо
известная
в
высшем
парижском
обществе,
была,
как
выражались
в
семнадцатом
веке,
„охоча“
до
ка рти н,
книг
и
фарфора.
В
ее
особняке
на
ав еню
Иены
собраны
ко лл екции
предметов
искусства,
свид ет ель ст ву ющие
о
ее
разнообразных
познаниях
и
хорошем
вкусе.
В
ию ле,
когда
графиня
де -Г орс
нах оди лась
у
се бя
в
замке
С ар виль
в
Нормандии,
ее
опустев­
ший
о со бняк
на
авешо
Иены
посетил
ночью
во р,
несомненно
при­
надлежащий
к
ш айке,
которая
прозывается
„коллекционеры^
и
спе­
циальностью
которой
является
кр ажа
предметов
иск у сст ва.
Согласно
данным
полицейского
осмотра,
зл о умыш лен ник
взоб­
рал ся
по
водосточной
трубе
во
в торой
этаж,
перелез
на
балкон
и
клещами
откры л
ставню,
пос ле
чего,
разбив
стекло,
поднял
шпинга­
лет
и
проник
в
бо льш ую
галлерею.
Там,
взломав
нес коль ко
шкафов,
он
выбрал
по
своему
вкусу
несколько
пре д мето в,
б о льшею
частью
не­
больших
размеров
и
ценных:
золоты е
коробочки,
вещицы
из
с лон овой
кос ти
XIV* века,
два
роскошных
манускрипта
XV века и книжку,
ко то­
рую
секретарь
гр а фини
кратко
обоз на чил
как
„сафьян с гербом“
и
которая
была
не
чем
и ным,
как
„Лукрецием“
из
библ ио теки
д’Э пар вь е.
Преступника,
в
котором
п одоз рев али
повара-англичанина,
не
разыскали.
Но
спустя
месяца
два
пос ле
кр ажи
элегантный
бритый
молодой
чел ов ек,
проходя
в
сум е рки
по
ул ице
Курсель,
предложил
папаше
Гинардону
„Лукреция“
приора
Вандомского.
Анти квар ий
заплатил
ему
сто
су,
рас см отрел
книгу
и,
у б едив шись
в
ее
ценности
и
кра сот е,
спря т ал
в
комод
фиалкового
дерева,
где
держал
особо
ценные
вещ и.
Таковы
превратности
судьбы,
кото рые
испытала
за
одиц
се^
зон
эта
пр елес т ная
в ещиц а.
136


Глава
XXV',
в
которой
Морис
н аход ит
своего
ангела
После
представления
Бушот та
разгримировывалась
у
с ебя
в
уборной.
Ее
старый
покровитель,
г-н
Сандрак,
тихонько
вошел
к
ней ,
а
вслед
за
ним
потоком
устремились
по кл онни ки.
Не
обора­
чиваясь,
она
спр ос ила,
чего
ра ди
они
здесь ,
почему
смот рят
на
нее,
как
болваны,
и
не
в ообра жаю т
ли
о ни,
что
находятся
на
я рм арке
в
Нейи,
в
балагане,
где
показывают
чудищ:
„Милостивые госуда ­
рын и
и
милостивые
государи,
опустите
десять
сант им ов
в
копилку,
на
приданое
это й
девице,
и
вы
можете
пощуп а ть
ей
икры:
прямо
каменные
!“
И,
окинув
столпившихся
г нев ным
взглядом,
она
крикнула:
—
Ну,
живо,
вон
о тсюда !
Она
отослала
в сех,
даж е
друга
сер дца,
Теофиля,
бледного,
кос­
матого,
кроткого,
печального,
близорукого
и
растерянного.
Но,
у ви­
дев
своего
милого
Мориса,
она
улыбнулась.
Он
подошел
к
ней
и,
накл о нив шись
над
спинкой
стула,
на
котором
она
сидела,
ст ал
рас­
хваливать
ее
игру
и
голос ,
заключая
каждый
ко мпл имент
звуком
по­
целуя.
Она,
однако,
не
удовольствовалась
этим,
и
путем
повторных
вопросов,
настойчивых
побуждений
и
притворного
недоверия
вызы­
ва ла
его
на
новые
восторженные
пох вал ы,
дв а,
т ри,
четыре
раза,
при­
чем,
как
тол ько
он
зам ол кал,
она
д е лалась
такой
грустной,
что
он
принужден
был
начинать
сызнова.
Ему
приходилось
труд н о,
так
как
в
э том
деле
он
не
был
знатоком,
но
зато
он
мог
любоваться
ее
пол­
ными,
округлыми
п леч ами,
зол о тив ши мися
от
света,
и
сле ди ть
в
туа летно м
зер кале
за
ее
кр аси вым
лицом.
—
Вы
был и
обворожительны.
—
Прав д а?..
Вы
находите?
—
Очаровательны,
божест...
В неза пно
он
громко
вскр икну л .
Его
глазам
пре дс тала
в
зер­
кале
фи гура,
появившаяся
в
глубине
уборной.
Он
быстро
обернулся,
заклю чи л
в
об ъ ятия
Аркадия
и
увл ек
его
за
со бой
в
коридор.
—
Ну
и
манеры!— воскликнула
возмущенная
Буш от та.
Тем
временем
молодой
д’Эпарвье
тащил
своего
ангела
к
вы­
ход у,
мим о
тр уппы
ученых
со бак
и
семейства
амер ика нски х
акро-
батов?
137


Как
только
они
очутились
в
тенисто ®
прохладе
бульвара,
он
заговорил,
опьянев
от
р адо сти
и
все
еще
не
веря
своему
сч ас тью
:
—
Вот
и
вы!
Вот
и
вы!
Я
так
дол го
ис кал
вас,
Аркадий,
Ми-
рар,
или
как
вам
угодно,—и
вот,
наконец,
нашел!
Аркадии,
вы
лишили
меня
ангела-хранителя,
верните
же
мне
его!
Аркадий,
лю­
бите
ли
вы
м еня
еще?
Ар кади й
ответил,
что
для
выполнения
сверхангельской
задачи,
к
которой
он
се бя
предназначил,
он
должен
был
поп ра ть
дружбу,
жа лость ,
любовь
и
другие
по до бные
чувства,
размягчающие
душу,
но
ч то,
с
другой
стороны,
в
своем
новом
положении,
подверженный
страданиям
и
ли шения м,
он
стал
ск лон ен
к
человеческой
нежности
и
по
инерции
испытывает
дружеское
расположение
к
своему
бедному
Морису.
—
Послушайте,—воскликнул
Морис,—если
вы
хоть
с кольк о-н и­
б удь
меня
любите,
вернитесь
ко
м не;
будьте
со
мно й!
Я
не
могу
обойтись
без
ва с.
По ка
вы
были
подле
мен я,
я
не
за ме чал
вас,
но
стоило
вам
уйти,
как
я
ощутил
в
себе
ужасающую
пустоту.
Без
вас
я
—как
т ело
без
душ и.
Ска зат ь
вам
правду,—даже
в
моей
квар­
тирке
на
улице
Р има,
ряд ом
с
Жильбертой,
я
чувс т вую
с ебя
оди­
ноким,
тоскую
по
ва с,
мне
хотелось
бы
вас
видеть
и
слы шать ,
как
в
тот
ден ь,
когда
вы
так
рассердили
меня...
Согласитесь,
я
был
прав,
и
вы
ве ли
себ я
тот
раз
не
т ак,
как
следовало
бы
человеку
из
порядочного
общества.
Вы,
вы,
суще ств о
столь
высокого
проис­
хождения,
столь
благородного
ума,
допустили
подобную
бестактность...
если
подумать,
это
прямо
невероятно!
Госпожа
дез-О бель
вас
до
сих
пор
не
п рост ила.
Она
обвиняет
вас
в
том ,
что
вы
ее
напу гал и,
когда
появились
так
некстати,
и
чт о,
застегивая
ей
платье
и
зашнуро­
вывая
бо т инки,
вы
оскорбили
ее
нескромным
поведением.
Но
я
все
забыл.
Я
помню
тол ьк о,
что
вы
мой
небесный
бр ат,
святой
спутник
мо его
детства.
Не т,
Аркадий,
вы
не
должны,
вы
не
можете
отда лятьс я
от
меня.
Вы
—мой
анг ел,
и
принадлежите
мне .
Ар кадий
объяснил
молодому
д ’Эп арв ье,
что
не
может
бы ть
больше
ангелом-хранителем
христианина,
так
как
сам
он
ус трем и лся
в
бездну.
И
он
изобразил
себя
ужасным
демоном,
дышащ им
гневом
и
яростью,
короче
говоря,—адским
духом.
—
Все
это
гл упо ст и,—ска за л
Морис,
улыбаясь,
х отя
глаза
erg
наполнились
слезами,
135


—
Увы,
мой
юный
Морис,
убеждения,
судьба
— все
разделяет
нас.
Но
я
не
м огу
по дав ить
в
с ебе
нежность,
которую
чувствую
к
вам,
и
душевная
про ст ота
ва ша
вызывает
во
мне
лю бовь
к
вам.
—
Нет,—вздохнул
Морис,—вы
меня
не
любите!
Вы
никогда
не
люб или
меня.
У
бра та
или
сестры
такое
р авн оду шие
естественно,
у
друга
—
обычно,
но
у
ангела-хранителя
оно
—
чуд овищ н о.
Арка­
ди й,
вы
ужа с ное
существо.
Я
вас
нена ви жу!
—
Я
нежно
любил
ва с,
Морис,
люблю
и
с ейч ас.
Вы
смущаете
мое
сер д це,
которое
я
считал
одетым
тройн ой
брон е й;
вы
открываете
мне
глаза
на
собственную
мою
слабость.
Ко гда
вы
были
н евинным
мальчиком,
я
вас
люб ил
столь
же
неж но й,
но
более
чистой
любовью,
чем
мисс
Кет,
ан глий с кая
гувернантка,
которая
цел ова ла
вас
с
та­
кой
отв ра тит ел ьной
чувственностью.
В
дер евне,
в
то
время
го да,
139


когда
нежная
к ора
платанов
сходит
дл инным и
полосами,
о бнаж ая
светлозеленый
ствол,
после
дождей,
покрывающих
скаты
д орог
тон­
ким
песком,
я
уч ил
вас
делат ь
из
э того
песка,
пол ос ок
кор ы,
полевых
цветов
и
с теб лей
папоротника
примитивные
мостики,
хижины
дика ­
рей ,
тер р асы
и
сади ки
Адониса,
существовавшие
не
больше
ч аса.
В
мае
м есяце ,
в
Париже,
мы
в о здвиг али
алтарь
деве
М арии
и
жг ли
ладан,
запах
которого,
распространяясь
по
вс ему
дом у,
напо мин ал
М ар сели не,
вашей
кухарке,
церковь
в
родной
д е ревне
и
потерянную
невинность,
вызывая
у
нее
обильные
слезы,
а
ваша
мать,
снедае мая
при
всем
сво ем
богатстве
ску кой ,
обы чн ой
для
всех,
кто
счастлив
на
земл е,
страдала
от
него
головными
болями.
Когда
вы
стали
ходить
в
коллеж,
я
следил
за
вашими
успехами;
я
ра зде лял
ваши
труд ы
и
иг ры,
я
вместе
с
вами
ломал
голову
над
трудными
арифмети­
ческими
задач ами ,
отыскивал
сокровенный
смысл
какой -нибу дь
фразы
из
Юл ия
Цезар я.
Сколько
раз
мы
вместе
бег али
вз апу ски
или
играли
в
м яч!
Не
раз
вы
опьянялись
победой,
но
н аши
юные
лавры
не
был и
ороше ны
ни
слезами,
ни
кровью.
Морис,
я
делал
все,
зави­
сящее
от
м еня,
дабы
уб ереч ь
ва шу
невинность,
но
я
не
мог
воспре­
пятствовать
тому,
что
вы
лишились
ее
четырнадцати
лет
в
объятиях
горничной
вашей
матушки.
Печалясь,
ви дел
я,
как
потом
вы
любили
женщин
вс якого
общественного
полож ен и я,
различных
возрастов
и
далеко
не
всег да
красивых,
по
крайней
ме ре,
на
взгляд
анг ел а.
Уд ручен ны й
эти м
зрелищем,
я
предался
науке;
богатая
библиотека
доставила
мне
ре дкие
возможности.
Я
углубился
в
историю
ре лиги й;
остальное
—
вам
известно.
—
Но
те пе рь,
дорогой
Аркадий,—заключил
мо ло дой
д’Эп арв ье,—
у
вас
нет
ни
положения
в
обществе,
ни
должности,
пи
каких
бы
то
ни
был о
ср едс тв
к
су щест во ванию .
Вы
декл ассир о ва ны;
вы
празд­
н оша тающи йс я;
вы
бродяга
и
нищий.
Ангел
заме т ил
не
без
едко ст и,
что
сейчас
он
о дет
все
же
немного
лучше,
чем
когда
на
нем
были
лохмотья
самоубийцы.
Морис
привел
в
св ое
о пр ав дание
то,
что
он
был
о чень
сер­
дит
на
неверного
ангела
в
тот
день,
когда
прикрыл
его
наготу
ло х­
мотьями
самоубийцы.
Но
сто ит
ли
вспоминать
старое
и
упрекать
др уг
друга,—не
лучше
ли
подумать
сообща
о
том ,
как
бы ть
дал ьш е?
—
Аркадий,
что
вы
со бир аетесь
дел ат ь?
—
Разве
я
вам
не
говорил
уже ,
Морис?
Бороться
с
тем,
кто
царит
на
небесах ,
свергнуть
его
и
посадить
на
его
место
сат ану ,
140


—
Вы
этого
не
сделаете!
Прежде
всего
—сейчас
не
время.
Об­
щест вен ное
мнение
пр отив
вас*
Вы
будете
ид ти
„не в ногу с веком“,
как
гов орит
пап а.
Теперь
все
стали
консерваторами,
все
с тоят
за
тв е рдую
вл асть .
Все
хотят,
чтоб ы
ими
управляли,
и
президент
р есп уб­
лики
скоро
вступит
в
переговоры
с
папо й.
Не
упрямьтесь,
Аркадий,
вы
не
такой
дурной,
каки м
себя
изображаете.
В
глубине
душ и
вы
—
как
все:
вы
чтите
господа
бога.
—
Мне
кажется,
я
уже
объяснил
вам ,
милый
Морис,
что
то т,
кого
вы
почитаете
за
бо га,
в
действительности
—л ишь
демиург.
Он
ничего
не
знает
о
божественном
мир е,
с тояще м
в ыше
его,
и
в
п ро­
стоте
душевной
мн ит
себя
единственным
истинным
богом.
Из
„Исто­
рии
цер кв и“
м он се ньера
Дюшена,
том
I, страница 162, вы узнаете,
что
эт от
надменный
и
ограниченный
дем иур г
называется
Иалда­
ваофом.
Б ыть
может,
вы
охотнее
поверите
историку
це ркв и,
чем
вашему
ангелу.
А
теперь
я
должен
вас
покинуть.
Прощайте.
—
Останьтесь.
—
Не
могу.
—
Я
не
отпущу
вас
та к.
Вы
лишили
меня
ангела-хранителя
—
ваше
дело
исправить
причиненный
ва ми
ущер б.
Д айте
мне
другого.
А рка дий
возразил,
что
не
в
сил ах
удов ле тв ори ть
подобное
тре бо­
вани е:
поссорившись
с
верховным
распределителем
ду х ов- хр анит елей,
он
ничего
более
не
может
от
него
добиться.
—
Нет ,
милый
Морис,—добавил
он
с
улыбкой,—просите
уже
са ми
ангела
у
Иалдаваофа.
—
Нет ,
нет,
н ет!
Никакого
Иа лда ва офа
не
существует!
—
восклик­
нул
Морис.—Вы
отн яли
у
меня
ангела-хранителя,
от дайт е
мне
его.
—
Ув ы,
не
могу!
—
Аркадий,
вы
не
можете
сделать
этого,
потому
что
во с­
стали?
-
Да.
—
Вы
враг
б огу?
—
Да.
—
Са т анинс кий
дух ?
-
Да.
—
Хорошо
же
!—воскликнул
молодой
Морис.—В
таком
случае
я
б уду
в ашим
анг ело м- х ранит ел ем.
Я
не
оставлю
вас.
И
Морис
д’Эпарвье
повел
Аркадия
в
ресторан
есть
устрицы.
141


Глава
ХХГ1
Совещание
В
о дин
прекрасный
д ань
восставшие
ангелы
были
созваны
Арка­
дием
и
Зи т°й
на
со вещан ие
в
Жоншере,
на
берегу
Сены,
в
забро­
ше нном
и
обветшавшем
театральном
за ле,
снятом
князем
И с таром
у
тр актир щ ика
по
им ени
Б ар атан.
Триста
ан ге лов
теснились
на
скамьях
и
в
ложах.
На
сц ене,
где
свисали
кус ки
деко раци й
сель­
ского
пейзажа,
стоял
стол,
кресло
и
несколько
стульев.
Стены,
на
которы х
клеевой
кра ск ой
б ыли
намалеваны
цветы
и
п лоды,
отсырели,
потрескались
и
об ва ли вались
кус ками .
Неприкрытая
нищета
поме­
ще ния
еще
силь нее
оттен яла
величие
кипев ши х
там
ст раст ей.
Когда
кн язь
Истар
предложил
собранию
наметить
президиум
и,
прежде
всего,
выбрать
почетного
п ред сед ате ля,
одно
имя,
облетев­
шее
вселенную,
пришло
в сем
на
мысль,
но
благоговейное
почтение
замкну л о
уста.
И
по сле
мгновенного
мо лчан ия
отсутствующий
Н ек­
тарий
был
избран
общими
кликами
без
баллотировки.
Аркадий,
которого
п ригла си ли
сесть
в
кре сло
меж ду
Зитой
и
японским
ангелом,
тотчас
заговорил:
—
Сыны
неба!
То вар ищи!
Вы
освободились
от
небесного
раб­
ств а;
вы
сбросили
с
себя
я рмо
того,
кого
и мену ют
Иагве,
но
ком у
Здесь
мы
должны
вернуть
его
ист инн ое
имя
Иалдаваофа,
так
как
он
вовсе
не
создатель
миров,
а
лишь
невежественный
и
жестокий
демиург,
ко торы й
захватил
ничтожную
частицу
Вселенной,
посеяв
в
ней
скорбь
и
смерть.
Сыны
не ба,
я
спрашиваю
ва с,
хотите
ли
вы
б ороться
с
Иалдаваофом
и
с окруши ть
его?
Е диный
голос,
сливший
все
голоса,
отв етст вов а л:
—
Хотим!
И
многие,
заговорив
разом,
клялись
взобраться
на
гору
Иалда­
ваофа,
разрушить
стены
из
яшм ы
и
порфира
и
низвергнуть
небес­
ного
тирана
в
вечн ую
тьму.
Вдр уг
чистый,
как
кристалл,
гол ос
прорезал
сму т ный
гул:
—
Безбожники,
святотатцы,
безумцы,
трепещите!
Господь
уже
Занес
над
вами
сво ю
грозную
длань.
То
был
верный
ангел,
который,
в
порыве
веры
и
любви
ревнуя
к
славе
исповедников
и
мучеников,
зав иду я,
как
и
его
бо г,
красоте
человеческого
самопожертвования,
проник
в
сб о рище
бог оху льн и-
142


ков,
чт обы
б роси ть
ИМ
ВЫЗОВ,
обличить
их
и
погибнуть
под
их
ударами.
Собрание
об рат ило
на
нег о
единодушный
св ой
гнев.
Ст оявш ие
вблизи
стали
би ть
его.
Он
же
повторял
бодрым
и
ясным
голосом:
—
Х вала
богу!
Хвала
богу!
Хвала
богу!
Один
из
бунтовщиков
сх ват ил
его
за
горло
и
пре сек
в
его
гор ­
тан и
хвалы
господину.
Его
опрокинули,
стали
топтать
но га ми.
К нязь
Истар,
подняв
его ,
взя л
двум я
пальцами
за
к ры лья,
затем,
поднявшись,
как
столб
ды ма,
открыл
ф орточк у,
до
которой
нико му
друг ом у
не
до ста ть
бы,
и
выки ну л
в
нее
верного
ангела.
Порядок
немедленно
восстановился.
—
Товарищи,—заговорил
снов а
Аркадий,—теперь,
когда
мы
под ­
твердили
н аше
решение,
надо
изыскать
способы
действ ия
и
в ыб рать
на илу чш ие.
Вы
долж ны
обсудить,
следует
ли
нам
напасть
на
врага
вооруженными
силами
или
лучше
привлечь
на
на шу
сторону
на­
с еление
неба
длит ел ьн ой
и
упорной
пропагандой.
—
Война!
Война!
—з ак рич ало
собрание.
Казалось,
что
уже
слышатся
звуки
рожков
и
бой
барабанов.
Теофиль,
силой
приведенный
князем
Истаром
на
собрание,
под­
нялся,
бледный,
растерянный,
и
взволнованно
заговорил:
—
Бр ат ья,
не
поймите
д урно
м оих
с лов.
Их
внушает
мне
друж ба
к
в ам.
Я
только
бе дный
музыкант,
но
поверьте
мне:
в аши
намере­
ния
еще
раз
разобьются
о
божественную
мудрость,
которая
все
пр ед­
видит.
Тео фил ь
Беле
сел
под
ш икан ье,
и
Ар кадий
снова
заговорил:
—
Иалдаваоф
предвидит
в се,
не
спорю.
Он
предвидит
все;
но,
ч тобы
сохранить
нам
свобо дн ую
во лю,
он
поступает
с
нами
так,
как
если
бы
он
ничего
не
предвидел.
Все
изумляет
и
сбивает
с
толку;
соб ытия ,
даж е
вполне
вероятные,
застают
его
врасплох.
Об яза тель ­
ство,
к ото рое
он
взял
на
себя,—согласовать
с вое
пред в идение
со
свободой
во ли
людей
и
ангелов,
постоянно
ст авит
его
в
безвыходное
положение
и
ужасные
затруднения.
Он
нико г да
не
в идит
дальше
кон чик а
своего
носа.
Он
не
о жидал
неповиновения
А дама
и
ст оль
мало
предвидел
зл обу
людей,
что
потом,
раскаявшись
в
их
создании,
утопил
их
в
водах
потопа
вместе
со
всеми,
ни
в
чем
непови нны ми ,
животными.
По
слепоте
его
можно
сравнить
лишь
с
любимейшим
его
королем
—
Карлом
X.
Действуя
с
изв естно й
осторожностью,
мы
143


легко
застигнем
его
врасплох.
Я
над еюсь ,
что
рти
соображения
спо­
собны
успокоить
мо его
брата.
Т еоф иль
ничего
не
о твети л.
Он
любил
бо га,
но
боялся
участи
верного
анг ел а.
Один
из
самых
образованных
членов
соб рани я,
Маймон,
не
был
о кон чат ельно
у беж ден
рассуждениями
брата
Ар кадия .
—
Подумайте
вот
о
чем,—сказал
этот
дух.—Иалдаваоф
вооб ще
мало
развит,
по
это
—
со лдат
до
мозга
костей.
Организация
рая
—
военная
организация,
построенная
на
иерархии
и
д исципл ине.
Пассив­
нее
по вино ве ние
считается
там
непреложным
законом.
Ангелы
обра­
зуют
армию.
Сравните
это
с
Елисейскими
полями,
как
их
описы­
вает
Вергилий.
В
Ел исейск их
по лях
все
сво бодн о,
разумно,
мудро;
счастливые
тени
мир но
беседуют
в
миртовых
рощах.
На
н ебе
же
Иалдаваофа
нет
штатского
населения;
все
мо б илизо ван ы,
занесены
в
списки,
зан ум ер о ваны,
рто
каз ар ма
и
пла ц
для
маневров.
Поду­
майте
об
ртом!
Арк ад ий
ответил,
что
противника
нужно
представлять
в
его
истинном
виде
и
что
в ое нная
организация
рая
го р аздо
более
напоминает
деревушки
коро ля
Глет ле,
чем
Пруссию
Фри дри ха
Великого.
—
Уже
во
врех мен а
первого
восстания,—сказал
он,—до
начала
в рем ен,
б итва
продолжалась
два
дня,
и
престол
Иалдаваофа
заколе­
бался.
Пр ав да,
демиург
о дер жал
вер х.
Но
ч ему
был
он
обяз ан
поб е­
до й?
Тому,
что
во
время
битвы
сл у чайно
разразилась
гроза.
Молния,
у пав
на
Люцифера
и
его
ангелов,
низвергла
их,
обугленных
и
со­
кру шен ны х.
Иалдаваоф
обязан
своей
победой
молнии.
Молния
—
его
единственное
оружие.
Он
злоупотребляет
им.
Среди
молний
и
раска­
тов
грома
возвестил
он
свой
закон.
„Пламя шествует перед ним“,—
сказал
п ророк .
Но
философ
Сенека
сказал,
что
мол ния,
пад ая,
несет
гибель
немногим,
по
устрашает
вс ех.
Наблюдение
это
спр ав едлив о
применительно
к
лю дям
перв ог о
века
христианской
эр ы,
но
не
к
а нгел ам
двадцатого
века.
То,
что
де миур г,
н ес мотря
на
с вои
громы,
не
особенно
силен,
доказывает
ужасный
страх,
ко торы й
вызвала
в
нем
башня
из
нео бож же нно го
кирпича
и
асфальта.
Когда
мириады
небесны х
духов,
снабженные
орудиями,
которые
пре дос тав ляет
в
их
распоряжение
современная
нау ка,
начнут
шт урм ов ать
небо , —неу ж ели
вы
думаете,
товарищи,
что
старый
вл ады ка
солнечной
сист ем ы,
с
ве р­
ными
ему
ангелами,
вооруженными
как
во
времена
А вр аама,
сможет
1М


им
противостоять?
Воины
демиурга
до
сих
пор
еще
носят
зо лоты е
шлемы
и
алмазные
щиты.
Михаил,
лучший
из
его
полководцев,
не
З нает
ин ой
тактики,
кроме
единоборства.
Он
еще
п ол ьзуе тся
колес­
ницами
фараонов
и
ничего
не
слышал
о
ма кедо нс кой
фа ланг е.
И
мо лодо й
Аркадий
продолжил
долгую
параллель
между
воору­
женным
стадом
Иалда в аоф а
и
сознательной
революционной
милицией.
Затем
перешли
к
обсу ж де нию
ф инанс ов ых
возможностей.
Зита
заявила,
что
для
начала
войны
денег
достаточно,
что
элек­
трофоры
зак азаны
и
что
первая
же
по беда
от крое т
кредит.
Деб аты
продолжались
горячо
и
беспо ря до ч но.
В
э том
ангельском
парламенте,
как
на
человеческих
сборищах,
праздные
слова
лились
обильно.
По
мере
тог о,
как
п риб лижа лось
голосование,
рас хо ж дения
становились
все
более
частыми
и
шумными.
Верховное
командова­
ние
без
спора
б ыло
передано
тому,
кто
пер вый
поднял
знамя
в ос­
ст ания .
Но,
так
как
всем
хотелось
бы ть
ближайшими
помощ­
никами
Люцифера,
то
к аждый,
рисуя
тип
полководца,
которого
сл е­
дует
предпочесть,
давал
сво й
со бст ве нный
портрет.
Таким
обра ­
зом ,
Алькор,
самый
юный
из
во сст а вших
анг ел ов,
поспешил
с каза ть
с лед ующ ее:
—
К
с час тью,
высшее
командование
в
ар мии
Иалдаваофа
назна­
чае тся
по
старшинству.
Поэтому
мало
вероятно,
чтобы
оно
был о
в
р уках
гроз н ых
мастеров
военного
дела.
Не
долгое
посл у шание
обу­
ча ет
командованию
и
не
усердие
в
мелочах
подготавливает
к
общему
руководству
боль ши м
делом.
Мы
видим
в
древней
и
новой
истории,
что
величайшими
полководцами
бы ли
кор оли,
как
Александр
и
Фри­
дрих,
аристократы,
как
Цезарь
и
Тюренн,
или
плохие
во енные
вро де
Бонапарта.
Профессионал
всег да
окажется
ничтожеством
или
по­
средственностью.
Товарищи,
и збе рем
вождей
развитых
и
во
цвете
лет.
У
стар ик а
мож ет
остаться
пр ивыч ка
п обе жда ть,
но
чтобы
со­
зд ать
ее,
нужно
быть
молодым.
Серафим-философ
см енил
Алъкора
на
трибуне.
—
Война,—сказал
он,—никогда
не
была
ни
точ ной
наукой,
ни
определенным
иску сст во м.
Тем
не
ме нее
ген ий
р асы
или
мы сль
че­
ловека
проявлялись
в
ней.
Но
как
оп ре дели ть
качества,
необходимые
верховному
главнокомандующему
в
будущей
войне,
где
при де тся
учи­
тывать
массы
и
движения
в
количестве
большем,
чем
это
может
ох ва­
тить
ум
человека?
Все
возрастающее
о билие
технических
ср едст в,
бес кон ечн о
умножая
причины
ошибок,
парадизует
ген ий
вождей.
На
10 Восстание ашелов
145


известной
ступени
поенного
развития,
к оторо й
почти
уже
дос ти гли
наши
учителя-европейцы,
полководец
самый
у мный
и
п олков оде ц
самый
невежественный
стан овя т ся
равно
бессильными.
Другим
ре­
зультатом
огромных
современных
вооружений
является
то,
что
за кон
чисел
ст рем ится
управлять
ими
с
н епо кол ебимо й
строгостью.
Несо­
мненн о,
что
десять
во сст ав ших
анг елов
стоят
б ольш е,
чем
десять
ангелов
Иалд авао фа,
но
это
вовс е
не
зна ч ит,
что
мил лион
восстав­
ших
ангелов
стоит
больше,
чем
ми ллио н
анг елов
Иа лдав аоф а.
Боль­
шие
числа
в
войне,
как
и
всюду,
сводят
к
нулю
личное
пре во сх од­
ст во
и
ум
в
пол ьзу ,
так
сказать,
коллективной
души,
кр айне
эл е­
ментарной.
Шум
разговоров
покрыл
голос
ан гела -ф ил ософа ,
закончившего»
с вою
р ечь
среди
общего
невнимания.
Затем
трибуна
о г лас илась
призывами
к
оружию
и
об еща н иями
побед.
Прославлялся
меч,
за щи щающий
правое
дело.
Раз
двадц ат ь
под
аплодисменты
исступленной
толпы
уже
заранее
п рос лав ляла сь
с
трибуны
по беда
восставших
ангелов.
Крики:
„Да
здравствует
война !“ —
неслись
к
безмолвным
неб есам.
Среди
всеобщего
во зб ужде ния
князь
И стар
взобрался
па
эстраду,,
и
дос ки
застонали
под
его
тяжестью.
—
Товарищи,—сказал
он,—вы
хоти те
победы,
и
в аше
желание
вполне
естественно.
Но,
очевидно,
вы
отра влен ы
лит ерат урой
и
по э­
зией,
ес ли
ище те
победы
путем
войны.
Мы сль
о
во йне
может
придти
сейчас
в
голову
ли шь
отупевшим
бурж уа
или
з апо здал ым
романти­
ка м.
Что
та кое
война?
Шуточный
маскарад,
приводящий
по-дурацки
в
лирич ес к ий
экстаз
патриотических
гитаристов.
Б удь
у
На п олеона
ре а льное
по ниман ие
ве щей,
он
не
воевал
бы;
но
это
был
мечтатель,
опьяненный
Оссианом.
Вы
кричите:
„Да
здравствует
во йн а!“
Вы
мечтатели.
Когда
же
поумнеете?
Люди
разумные
не
доби ваю тся
силы
и
власти
при
помощи
разных
выдумок,
кот оры е
со став ляю т
военное
искусство,
разных
так ти к,
стратегий,
фортификаций,
артил­
лерий
и
проч его
вздора.
Они
не
верят
в
войну,
потому
что
это
фантазия;
они
ве рят
в
химию,
потому
что
это
наука.
Они
вла де ют
[искусством заключать победу в алгебраическую формулу.
И,
вытащив
из
кармана
маленькую
б уты лочк у,
которую
он
показал
со бранию ,
князь
И стар
воскликнул
с
торж ес тв ующ ей
улы бкой
:
—
Вот
где
поб ед а!
146


Глава
ХХГ П,
где
раскры ва ется
тайная
и
гл убо кая
причина,
весьма
часто
вызывавшая
столкновения
между
империями,
ведшая
к
разорению
как
п обедит е­
л ей,
так
и
поб еж денны х,
и
где
рассудительный
читатель
(буде таковой найдется,
в
чем
я
сом ­
неваюсь)
призаду м ае тс я
над
метким
изречением:
^Война
—
это
ком ме рческ ое
предприятие^
Ангелы
р аз ошлис ь.
Сид я
на
траве,
у
подножия
Медонских
хол ­
мов,
Аркадий
и
З ита
глядели
на
Сену,
те кущ ую
среди
ив.
—
На
этом
свете,—сказал
Аркадии,—на
это м
свет е,
назыв аемо м
светом,
хотя
в
нем
горазд о
мен ьше
вещей
светлых,
чем
беспросвет­
ных,
ни
одн о
мыслящее
существо
не
решится
представить
себе,
что
оно
мож ет
упразднить
хот я
бы
о дин
атом.
Самое
большее,
на
что»
мы
можем
рассчитывать,
это
—
изменить
там
и
сям
дви ж ение
несколь­
ких
груп п
атом ов
или
расположение
не скольк и х
клеточек;
этим,
если
вдуматься,
и
ограничится
наш
в ели кий
зам ысел .
И
есл и
даж е
мы
по сад им
Ду ха
Противоречия
на
место
Иалдаваофа,
мы
не
до­
с тиг нем
большего...
Скажите,
Зита ?
заключено
ли
зло
в
самой
при ­
р оде
вещей
или
в
их
распределении?
Вот
что
следовало
бы
знать»
Зита,
мой
дух
сму щен
глубоко...
—
Друг
мой,—ответила
Зита>—^сли
бы
для
т ого,
чтоб ы
дей­
ствовать,
надо
было
познать
та йну
п рирод ы,
никто
бы
не
д ейств о­
ва л.
И
никто
не
стал
бы
жи ть,
ибо
жить
зн ачит
действовать.
Ар­
кади й,
вы
уже
коле блете сь
в
решении?
Аркадий
ст ал
уверять
пре крас н ую
архангельшу,
что
намерение
его
погрузить
демиурга
в
вечную
тьму
непреклонно.
На
дороге
в
обл аке
пыл и
появился
автомобиль.
Он
остановился
пе ред
двумя
анг елам и,
и
крю чков ат ый
нос
барона
Э вер динг ена
по­
каз ал ся
в
двер це .
—
Добрый
день,
небесные
друз ья
мои,
добры й
день,—сказал
капиталист,
сын
неба.—Я
ра д,
что
встретил
ва с.
Мне
необходимо
дат ь
вам
важный
совет.
Не
бу дьте
инертны,
не
спите:
вооружайтесь,
в ооруж ай те сь!
Иалдаваоф
может
вас
опередить.
У
вас
е сть
военный
фонд,
расходуйте
же
его
не
стесняясь.
Я
узнал,
что
архангел
Ми­
ха ил
сд елал
на
неб е
бол ьши е
заказы
на
молнии
и
громы.
Если
хо­
тите
пос лу шатьс я
меня,
заготовьте
еще
пятьдесят
тысяч
эле кт рофо­
10»
147


р ов.
Я
приму
заказ.
До
свиданья,
ангелы!
Да
здравствует
небес­
ная
р од ина!
И
ба рон
Эве рд ииг ен
ум чалс я
на
цветущие
берега
Лувесьенна
в
общ еств е
хорошенькой
актрисы.
—
Действительно
ли
демиу р г
вооружается?—спросил
Ар кади й.
—
Возможно,— ответила
З ита5~ что
там,
наверх у ,
другой
баро н
Эв ерд ин ген
хлопочет
о
вооружениях.
Ангел-хранитель
молодого
Мориса
на
неско ль ко
мгновений
по­
грузился
в
раздумье.
Зат«м
он
прошептал:
—
Неу жел и
мы
просто
игрушки
в
руках
финансистов?
—
О
чем
говорить!—
во скл ик нула
прекрасная
архангелыпа—Вой­
на—
это
коммерческое
предприятие.
И
всегда
был а
предприятием.
До лго
затем
обсу ж дали
они
сп ос обы
осуществить
грандиозный
Замысел.
Отвергнув
с
презрением
анархические
приемы
кня зя
Иста­
ра,
они
задум ал и
неожиданно
напаст ь
на
не бесно е
царство
с
своей
ог ром ной
во оду шев ле нней
и
хорошо
обученной
милицией.
Бараттан,
жоншерский
трактирщик,
сда вший
возмутившимся
ан­
гелам
театральный
з ал,
был
тайным
полицейским
агентом.
В
св оем
донесении
префекту
он
указал
на
членов
этого
частного
собрания,
как
на
заговорщиков,
подготовляющих
покушение
на
некое
лиц о,
к оторо е
они
изображали
весьма
тупым
и
жес ток им
и
именовали
„Алавалоттом“ .
Аг ент
предполагал,
что
под
эт им
псевдонимом
по д­
разумевался
либо
президент
рес пуб ли ки,
либо
сам а
республика.
За­
говорщики
единодушно
произносили
угрозы
по
адресу
„Алавалотта%
а
оди н
из
них ,
чрезвычайно
опа с ный
субъекг,
хорошо
известный
в
анархических
кругах,
неоднократна
уже
подвергавшийся
карам
за
свободолюбивые
ре чи
и
писания
и
имену ющ ий
себя
князем
И ста-
ром,
или
„Керубом“,
размахивал
бомбой
очень
малого
кал и бра,
но,
нев идимо му ,
ужасающей
силы .
Другие
за гов орщи ки
б ыли
незнакомы
Бараттану,
х отя
он
и
вращ ал ся
в
революционных
круж ка х.
Многие
из
них
бы ли
еще
совсем
юны е,
безбо р оды е.
Двоих,
державших
о со­
бенно
пылкие
речи,
он
выследил:
од ного
звали
Аркадием,
и
он
про­
живал
на
улице
Сен-Жак,
а
другая
был а
же нщ ина,
по
им ени
Зита,
особа
своеобразных
нравов,
жив шая
на
Мо нмар т ре,
причем
оба
существовали
неизвестно
на
какие
средства.
Дел о
показалось
префекту
полиции
настолько
серьезным,
что
он
счел
необходимым
прежде
все го
сн ест ись
с
пре дседат елем
совета
министров.
148


То
был
как
раз
оди н
из
тех
климактерических
пер ио дов
Третьей
ре спу бли ки,
когда
французский
на род,
влюбленный
в
сильную
власть,
сч ита л,
что
погибает,
так
как
им
не дос тат очно
круто
управляют,
и
громко
призывал
спасителя.
Председатель
совета,
министр
юсти­
ции,
не
желал
ни чего
лучшего,
как
бы ть
эт им
ожидаемым
спасите­
лем .
Но
что бы
стать
им,
необходимо
был о
наличие
какой-либо
опасности,
да бы
предотвратить
ее;
таким
образ ом
известие
о
за­
говоре
был о
ему
на рук у.
Он
расс п роси л
префекта
по ли ции
о
харак­
тере
дел а
и
степени
его
серьезности.
Префект
полиции
сообщил,
что,
нев ид имо му,
у
этих
людей
есть
деньги,
энергия
и
ум,
но
что
они
слишком
много
болтают
и
слишком
многочисленны,
дабы
дей­
ствовать
та йно
и
согласно.
Мин ис тр
задумался,
откинувшись
на
спинку
кресла.
Бюро
в
стиле
ампир,
перед
которым
он
сидел,
ста­
ринные
ковры,
покрывающие
стены,
ч асы
и
канделябры
эпохи
Ре­
ставрации
—
все
в
эт ом
традиционном
кабинете
внушало
вел икие
принципы
управления,
оста ю щие ся
неизменными
при
че редо вани и
режимов:
хитрость
и
смелость.
После
кра тк ого
размышления
он
решил,
что
заговору
нуж но
дать
р аз р астись
и
оф орм и ться,
что,
быть
может,
след ует
даже
ра зд уть
ег о,
приукрасить,
расцветить
—
и
за души ть
ли шь
тог да,
ког да
из
него
будет
извлечена
вся
возмож­
ная
выгода.
Он
предписал
префекту
полиции
с леди ть
внимательно
за
делом
и
ежедневно
докладывать
ему
о
ходе
событий,
ограничиваясь
роль ю
осведомителя.
—
Я
полагаюсь
на
ва ше
благоразумие,
хорошо
мне
известное;
н абл юдайт е
и
не
вмешивайтесь.
И
министр
закурил
папиросу.
Он
рассчит ывал
при
помощи
этого
Заговора
победить
оп позицию ,
укрепить
свою
власть,
опередить
кол ­
лег,
посрамить
президента
ре спу бл ики
и
стать
ожи даем ым
спаси­
телем.
Пре фе кт
полиции
обещал
выполнить
министерские
указания,
решив
про
себ я
поступать
по
собственному
усмотрению.
Он
велел
сл едить
за
лицами,
указанными
Бараттаном,
и
предписал
агентам
не
вмешиваться
в
де ло
ни
под
каким
видом.
За мет ив,
что
за
ним
с ле­
дят ,
кн язь
Истар,
соединявший
осторожность
с
силой,
извлек
из
жолоба
на
крыше
все
бомбы,
кото р ые
ту да
засунул,
и,
пересажи­
ваясь
с
а в тобуса
на
метро
и
с
мет ро
на
автобус,
окружным
пут ем
пробрался
к
ан гелу- м узы ка дту,
чтобы
спря т ать
у
не го
снаряды.
149


Аркадий,
выходя
из
дому
на
ули це
Сен-Жак,
каждый
раз
встр е­
чал
у
дверей
под черкн уто
элегантного
господина
в
желтых
перчат­
к ах,
с
бриллиантом
бол ь ших
размеров,
чем
„регент“,
в
га лсту ке.
Равнодушный
к
зем ным
делам,
восставший
ангел
не
обраща л
вн има­
ния
на
эти
встречи,
но
м олод ой
Мори с
д’Эпарвье,
вменившей
с ебе
в
обязанность
охранять
своего
ангела-хранителя,
с
беспокойством
см от рел
на
этого
джентльмена,
еще
бол ее
упорного
и
бдительного,
чем
г-н
Миньон,
к отор ый
когда-то
бросал
испытующие
взоры
вдол ь
улицы
Гарансьер
от
бар ань их
голов
особняка
де - ла-С ордье р
до
аб­
сиды
церкви
св ят ого
Сулъпиция.
М орис
по
два-три
ра за
на
день
навещал
Аркадия
в
меблированных
комнатах,
где
тот
проживал,
предупреждал
его
об
опасности
и
т ор опил
переменить
квартиру.
Каждый
вечер
он
водил
своего
ангела
по
ночным
кабачкам,
где
они
у жина ли
с
девицами.
Там
мо лод ой
д’Эпарвье
делился
своими
прогнозами
насчет
б ли жайшег о
м атча
бокса,
а
затем
принимался
доказывать
Аркадию
су ществ ов ан ие
бога,
необходимость
религии
и
красоту
христианства,
умоля я
его
отказаться
от
преступных
и
нечестивых
намерений,
кот оры е
принесут
ему
лишь
горьк ое
р азо ча­
рование.
—
Ве дь,
в
конце
концов,—говорил
юный
апологет,—если
бы
христианство
б ыло
ложью,
все
бы
уже
зн али
об
этом.
Девицы
одобряли
Мори са
за
его
религиозные
чувства,
и
когда
к р асавец
Ар кади й
произносил
какое-нибудь
богохульство
на
понят­
ном
им
языке,
они
затыкали
уши
и
требовали,
чтобы
он
замолчал,
из
с траха ,
как
бы
бог
не
поразил
громом
зао дно
с
ним
и
их,
по­
лагая,
что
го спо дь
в
сво ем
всемогуществе
и
высшей
благости,
мстя
внезапно
за
оскорбление,
вполне
сп особе н
без
злого
умысла
пока­
рат ь
вместе
с
виновным
и
невинного.
Ин огда
ангел
и
его
хранитель
отправлялись
поужинать
к
ан­
гелу-музыканту.
Мо рис
в ремя
от
времени
вс поми нал ,
что
он
любов­
ник
Бушотты,
и
с
неудовольствием
с мотр ел
на
то,
как
Аркадий!
позволял
себе
с
п евиц ей
чрезмерные
вольности.
Она
их
допускала
с
т ого
дн я,
как
они
со единил ис ь
на
диванчике
в
цвет ах ,
немедл енн о
пос ле
того,
как
ангел-музыкант
починил
его.
Мор ис,
сильно
любив­
ший
г -жу
дез-Обель,
слегка
л юбил
Бушотту
и
с легка
ревновал
ее
к
А рк адию,
а
ревность,—чувство,
свойственное
и
людям,
и
живот­
ным,—причиняет,
даже
когда
она
легка,
жгучую
боль.
Поэтому,
до­
гадываясь
об
истиде;
которая
в
дост аточн ой
мере
вытекала
из
те м­
150


перамента
Бу шо тты
и
характера
анг ела,
он
осыпал
Аркадия
на­
смешками,
укорами
и
упрекал
его
в
безнравственности.
Аркадий!
спокойно
возражал,
что
трудн о
подчинить
физиологические
п отр еб­
ности
вполне
точным
правилам
и
что
моралисты
всегда
наталки­
вал ись
на
большие
затруднения
в
в опрос е
о
некоторых
вид ах
се­
креции.
—
В
общем,—заключил
Ар кадии, — я
охо тно
признаю,
что
почти
невозможно
построить
си ст ему
естественной
м ора ли.
Природа
ли­
шен а
принципов.
Она
не
дает
нам
никаких
оснований
счи т ать,
что
чело веческ ая
жи знь
ес ть
нечто
почтенное.
Природа,
в
своем
равно­
душии,
не
различает
до бра
и
зла...
—
Вы
теперь
са ми
видите,—вставил
Морис,—что
религия
не­
обходима.
—
Нравственность,
якобы
данная
путем
откровения,—сказал
ан­
гел,—в
действительности
с озд ана
грубей ш им
эмпиризмом.
Нравами
управляет
только
обы ча й.
То,
что
предписывает
небо ,
является
про­
сто
освящением
старых
привычек.
Божественный
зако н,
возвещае­
мый
среди
фейер вер к а
на
том
или
другом
Синае,
всегда
не
что
ино е,
как
кодификация
человеческих
пре драс су дк ов.
А
так
как
нравы
меняются,
то
и
многовековые
религии,
как
иудо-христианство,
ме­
няют
свою
м орал ь.
—
Н о,— ск азал
Морис,
к отор ый
умственно
развивался
прямо-
таки
на
глазах,—вы
согласитесь
со
мною,
что
ре л игия
весьма
предо­
храняет
от
беспо ря дко в
и
преступлений?
—
Ес ли
только
она
не
вызывает
их
са ма;
пример
—
убий ст во
И фиг ении.
—
Аркадий,—воскликнул
Мо ри с,—ко гда
я
слушаю
ва ши
рассу­
ждения,
я
радуюсь,
что
я
не
ученый
че лов ек.
Тем
временем
Теофиль,
склонив
над
роялем
закрытое
длинным
покрывалом
белокурых
волос
ли цо
и
высо ко
поднимая
над
клавишами
вдохновенные
руки,
разыгрывал
и
пел
свою
„Алину,
королеву
Гол-
кон ды “,
всю
подр я д.
Князь
Ис тар
за хо дил
на
эти
дружеские
собрания,
набив
кар­
ма ны
бомбами
и
бутылками
шампанского;
и
тем,
и
другим
он
был
обязан
щед рост и
бар она
Эвердингвяа-
Бушотта
с
удовольствием
пр и­
нимала
керуба
с
тех
пор,
как
имела
в
его
лиц е
свидетеля
и
трофей
по беды,
одержанной
ею
на
див анч ике
в
цв е тах.
Он
был
для
нее
чем-то
в роде
о т сеченно й
головы
Голиафа
в
рук е
юного
Давида.
151


Она
восхищалась
иску сст в ом
князя
акк ом па ни ров ать,
его
мощью,,
побежденной
ею,
и
его
изумительной
способностью
пить.
Однажды
ночью
молодой
д’Эпарвье
провожал
в
автомобиле
ан­
ге ла
от
Бушотты
в
меблированные
комнаты
на
улице
Сен-Жак.
Небо
бы ло
темное;
перед
дверью
дом а
сиял,
как
маяк,
бриллиант
сы щи ка;
три
велосипедиста,
собравшиеся
под
его
лучами,
при
при­
б лиже нии
автомобиля
поспешно
уда лилис ь
в
разных
направлениях.
Ангел
не
обратил
на
это
внимания,
но
Морис
понял,
что
каждый
шаг
Аркадия
интересует
некоторых
влиятельных
лиц
государства.
Он
подумал,
что
оп асно сть
назрела,—решение
б ыло
принято
не­
медленн о.
На
след ую щее
утро
он
явился
за
подозреваемым,
дабы
отвести
его
на
улицу
Рим а.
Анге л
был
еще
в
постели.
Морис
стал
торопить
его
скорее
одеваться
и
и дти
за
н им.
—
Спешим,—сказал
он.—Этот
дом
уже
небезопасен
для
в ас.
3$
вами
следят.
Не
сегодня-завтра
вас
арестуют.
Ес ть
у
вас
желание
ночевать
в
тюрьме?
Нет?
В
таком
сл уча е,
идем.
Я
по мещу
вас
в
на­
дежное
место.
Дух
с.легким
со ж але нием
улыбнулся
сво ему
наивному
сп асит ел ю.
—
Раз ве
вы'
не
знаете,—сказал
он,—что
ангел
разбил
двери
тюрьмы,
где
был
заключен
апостол
Пе тр,
и
освободил
е го?
Или
вы,
молодой
Морис,
думаете,
что
я
сл абее
своего
небесного
собрата
и
не
могу
сд ела ть
для
се бя
того,
что
он
сде лал
для
рыбака
с
Т ив ер иадско го
озера?
—
Не
рассчитывайте
на
э то,
Аркадий.
Он
сделал
это
при
помощи
чуд а.
—
Или
„каким- т о
чудом“,
как
выразился
од ин
со вр емен ный
исто­
рик
церкви.
Впрочем,
пусть
так.
Я
следую
за
вами.
Дайте
мне
только
сжечь
кое-какие
письма
и
заб рат ь
нужн ые
мне
книги.
Он
бросил
бумаги
в
камин,
засу ну л
неско л ько
томов
в
карманы
и
поше л
всл ед
за
сво им
во жатым
к
автомобилю,
ожидавшему
их
не по­
да лек у,
пе ред
Коллеж-де-Франс.
Морис
сел
за
руль.
Подражая
в
осто­
рожности
кер убу ,
он
сделал
столько
зиг заго в,
объездов
и
стреми­
тельных
поворотов,
что
мог
бы
сбить
со
следа
вс ех
велосипедистов,,
пустившихся
в
погоню,
сколь
бы
многочисленны
они
ни
были.
На конец ,
исколесив
город
по
в сем
направлениям,
он
остановился
перед
той
квартирой,
на
улице
Рима ,
в
нижнем
эт аже,
где
некогда
явился
ему
ан гел.
152


Вход я
в
по ме щен ие,
откуда
он
вышел
п олто ра
го да
наз ад,
даб ы
выполнить
св ою
миссию,
ангел
вспомнил
невозвратное
про шл ое,
и,
когда
он
вдохнул
аро мат
Жильберты,
ноздри
его
затрепетали.
Он
спросил,
как
пожива е т
г- жа
д ез-Об ель .
—
Очень
хорошо,—ответил
М ор ис.— Она
немно г о
пополнела
и
очень
похорошела.
Она
все
еще
сердита
на
вас
за
в ашу
нескромность*
Надеюсь,
что
через
н ек оторое
время
она
простит
вас,
как
про сти л
я,
и
з аб удет
в аше
оскорбительное
по вед ение.
Но
сейчас
она
еще
очень
сердится
на
в ас.
Молодой
д’Эпарвье
пр едо став ил
квартиру
в
распоряжение
ангела
с
любезностью
благовоспитанного
человека
и
с
нежной
за бот ли­
востью
друга.
Он
показал
ему
складную
кровать,
которую
каждый
вечер
бу дут
раскладывать
в
первой
ком нат е,
а
утром
пр ятать
в
те м­
ный
чулан;
он
показал
ему
ту але тный
столик
с
прибором,
ванну,
бельевой
шкаф
и
комод;
дал
ему
необходимые
указания
относительно
отопления
и
освещения;
предупредил,
что
обед
и
завтрак
при нос ит
привратник,
кот оры й
вообще
ве дет
его
хоз яйс тв о,
и
пок аз ал
кнопку,
на
которую
надо
нажать,
дабы
вызвать
этого
служителя;
наконец,
он
поп роси л
его
чувствовать
себя ,
как
дома,
и
принимать,
кого
ему
взду м ает ся.
Глава
XXVIII,
посвященная
т ягостн ой
семейной
сцен е
По ка
возлюбленными
Мориса
были
только
п орядо чны е
женщины,
его
по ведение
не
давало
по вода
к
упрекам.
Де ло
пошло
инач е,
когда
он
с тал
посещать
Буш отту.
Мать,
закрывавшая
глаза
на
его
пр еж ние
связи,
по
правде
сказать,
непозволительные,
но
элегантные
и
пр и­
сто йны е,
была
во зм ущ ена,
узнав,
что
ее
сын
появляется
на
людях
с
певичкой.
Б ерта,
младшая
сестра
Мо ри са,
зн ала
назу бок,
как
ка те хиз ис,
похождения
брата
и
рассказывала
о
них
без
во зму щ ения
юным
пр ият ел ьница м.
Мале нь кий
Леон,
кот орому
только
что
исп ол­
нилось
семь
лет ,
заяв ил
одн аж ды
матери,
в
присутствий
н еско ль ких
да м,
что,
когда
он
вырастет,
то
будет
кутить
так
же,
как
Морис*
Материнское
сердце
г-ж и
Рене
д’Эпарвье
бы ло
уязвлено.
В
то
же
самое
время
од но
серьезное
домашнее
происшествие
встревожило
г -на
Ре не
д’Эпарвье.
Ему
были
представлены
в ексел я,
153


ко торы е
Морис
по дпис ал
его
именем.
Почерк
не
был
подделан,
но
намерение
выдать
п од пись
сына
за
под пи сь
от ца
бы ло
очевидно;
рто
был
моральный
подлог.
Из
э того
случая
явствовало,
что
Морис
вел
беспорядочную
жизнь,
дел ал
д олги
и
мог
вот-вот
по йти
на
не­
бл аг ов идный
поступок.
От ец
семейства
держал
по
этому
по воду
со вет
с
супругой.
Б ыло
решено,
что
он
с дел ает
сыну
суровое
вну шен ие
и
пригрозит
ему
строгими
мер ами ,
а
ч ерез
неско л ько
ми нут
по­
явится
мать,
огорченная
и
нежная,
чтобы
склонить
к
милосердию
справедливый
гнев
отца.
Приняв
такое
р еш ение,
г-н
Ре не
д’Эпарвье
на
следующее
утро
вызвал
сына
к
се бе
в
кабин ет.
Для
вящей
тор­
жественности
он
над ел
сю р тук.
Морис
по
этому
признаку
понял,
что
ра згов ор
будет
серьезный.
Глава
сем ейст ва ,
не мно го
бледный,
неуверенным
голосом
(он был застенчив)
заявил,
что
не
потерпит
дольше
тог о
беспутства,
в
котором
живет
его
сы н,
и
что
требует
не­
медленной
и
решительной
перемены.
Дов оль но
куте же й,
долгов,
дур­
ной
компании:
нужна
работа,
пра ви ль ная
жизнь,
хорошие
знако мст ва .
Морис
охо тно
ответил
бы
поч ти тельн о
отц у,
который,
в
сущ­
но сти,
делал
ему
с пр аведли вые
упреки,
но,
к
несчастью,
Мо рис
тоже
был
застенчив,
а
сюртук,
в
который
облекся
г-н
д’Эпарвье,
чтобы
с
большим
достоинством
выполнить
дело
домашнего
правосудия,
искл юч ал,
повидимому,
всякую
с ерд ечнос ть.
Морис
хранил
неловкое
молчание,
которое
казалось
дер зким.
Это
молчание
принудило
г -на
д’Эпарвье
повторить
с вои
упреки
в
более
с ур овой
форме.
Он
отк рыл
ящи к
исторического
бю ро
(того самого,
на
котором
Александр
д’Эпарвье
написал
свой
„Опыт о гражданских и религиозных учре­
ждениях
н а родов “) и вынул из него векселя,
по дписанные
Морисом.
—
Знае пп>
ли
ты,
дитя
мое,—сказал
он,—что
ты
совершил
на­
стоящий
подлог?
Ч тобы
искупить
столь
тяжкую
вину...
В
этот
мо ме нт,
как
бы ло
условлено,
г- жа
Рене
д’Эпарвье
в
вы­
ходном
туа ле те
показалась
в
дв е рях.
Она
должна
бы ла
олицетворять
ангела
всепрощения.
Но
для
этого
она
не
подходила
ни
по
внешности,
ни
по
хар ак те ру.
Она
был а
женщиной
м рач ной
и
черствой.
У
Мориса
бы ли
в
за род ыше
все
о быч ные
необходимые
добродетели.
Он
любил
и
уважал
мать.
Он
любил
ее
больше
по
долгу,
чем
по
в леч ению,
и
уважал
ее
больш е
по
привычке,
чем
по
чу вст ву.
У
г-ж и
Рене
д’Эпарвье
бы ла
краснота
на
л ице,
а
так
как
она
напудрилась,
чтобы
предстать
на
д ом ашнем
су дил ище
во
всей
кра се,
то
цвет
ее
лица
нап ом инал
ма лину
в
с аха ре.
Морис,
обладавший
вкус ом .
154


не
мог
не
най ти
ее
без обр азн ой
и
даж е
не скол ько
о ттал кив ающе й.
Он
был
настр о ен
против
н ее,
и,
когда
она
с
еще
бол ь шей
силой
п од­
хватила
упр ек и,
которыми
уже
осыпал
его
отец,
блудный
сын
от -*
вернулся,
чтобы
скрыть
от
нее
св ое
раздраженное
лицо.
Она
продолжала:
—
Тв оя
тетка
де -Сен- Фен
встретила
тебя
на
улице
в
такой
дур­
ной
ко мпа нии,
что
бы ла
ра да
тому,
что
ты
ей
не
покл о нился .
При
этих
сл овах
Морис
вспыхнул:
—
Моя
тетка
де-Сен-Фен!
Ком у,
как
не
ей,
приходить
в
него­
дов ан ие!
В есь
свет
знает,
что
она
развратничала
всю
св ою
жизнь,
и
теперь
эта
старая
ханжа
хочет...
Он
остановился.
Его
взгляд
упа л
на
лицо
отц а,
которое
выра­
жало
скорее
пе ча ль,
чем
негодование.
Морис
раскаивался
в
своих
словах,
как
в
преступлении,
и
не
по нимал,
как
могли
они
у
нег о
155


вырваться.
Он
готов
был
расплакаться,
упасть
на
колени,
умолять
о
прощении,
но
тут
мать,
подняв
глаза
к
потолку,
со
вздохом
во с­
кли кн ула:
—
И
чем
не
угодила
я
господу
богу,
что
он
дал
мне
такого
беспутного
сы на!
Задетый
за
живое
этими
сло вами,
к оторы е
каз алис ь
ему
делан­
ны ми
и
с мешн ыми,
Морис
ср азу
перешел
от
горького
раскаяния
к
сладостной
горес ти
п рес туп лени я.
Он
о т дался
порыву
дерзости
и
возмущения
и
залп ом
выпалил
слова,
к оторы х
не
дол жна
была
бы
слышать
ни
од на
мать.
—
Уж
если
говорить
по-настоящему,
мама,
то
вместо
того,
чтобы
Запрещать
мне
быват ь
у
беско ры стно й
и
талантливой
лирической
ак­
трисы,
вы
бы
лучше
не
позволяли
моей
ста рше й
се стре ,
г-же
де-
Маржи,
показываться
каж дый
ве чер
в
общ еств е
и
в
театре
с
п ре­
зр е нным
и
отвратительным
субъектом,
к оторы й
всем
ведом
как
ее
любовник.
Не
мешало
бы
вам
также
лучше
сл едит ь
за
мо ей
мл адшей
сестрой
Ж а нной,
ко торая
пишет
сама
с ебе
непристойные
п ись ма,,
из меня я
п очерк ,
а
потом
делает
ви д,
будто
нах оди т
их
у
се бя
в
мо­
литвеннике,
и
п еред ает
вам
с
невинным
видом,
да бы
вас
разогорчить
и
встревожить.
Было
бы
не
плохо
также
запретить
моему
семилет­
н ему
бра ту
Леону
обра щ ать ся
с
т акой
жестокостью
с
м адем уа зель
Капораль;
и
следовало
бы
заметить
вашей
горничной...
—
Ступайте
во н,
я
выгоняю
вас
из
дома!
—
воскликнул
г-н
Рене
д’Эпарвье,
побледнев
от
гнева
и
указывая
дрожащим
пал ь цем
на
дверь.
Глава
XXIX,
где
обнаруживается,
что
ангел,
став
человеком,
ведет
себя
по-человечески,
то
есть
желает
же ны
ближнего
своего
и
предает
др уга.
Эта
же
глава
покажет
безупречное
поведение
молодого
д’Эпарвье
Новая
квартира
понравилась
ангелу.
Он
ра бота л
по
утрам,
вы­
ходил
после
полудня,
презирая
сыщиков,
и
возвращался
ночевать
домой.
Как
и
ра ньше,
Морис
принимал
г- жу
дез-О бель
два-три
р аза
в
неде лю
в
той
комнате,
где
п рои зошло
чудесное
явление.
156


Все
шло
хорошо
до
одного
прекрасного
утра,
когда
Жильберта,
Забывшая
накануне
в еч ером
бархатную
сумочку
на
столе
в
голубой
ком нат е,
пришла
за
ней
и
за ст ала
Ар кадия ,
который,
л ежа
в
пи жаме
па
ку шет ке,
покуривал
папиросу
и
размышлял
о
завоевании
неба.
Она
громко
вскрикнула:
—
ЭТ(> вы! ..
Если
бы
я
знала,
что
вс тр ечу
вас
здесь ,
поверьте,
я
бы...
Я
приш ла
за
сумочкой,
оставленной
в
соседней
комнате...
Разрешите...
И
она
п рошла
ми мо
ангела
осторожно
и
бы с тро,
как
мимо
пы­
лающего
ко стра .
Г-жа
де з-Обел ь
в
костюме
талье р
цвета
резеды
была
н еп одра­
жаемо
оча рова тельн а .
Узкая
юбка
обрисовывала
ее
дв ижен ия,
а
к аж­
дый
шаг
был
одним
из
тех
чудес
природы,
ко торы е
порождают
и зу­
мление
в
сер дц ах
мужчин.
Она
появилась
вно вь,
с
сумочкой
в
руках.
—
Еще
раз
п рошу
извинения.
Я
никак
не
подозревала...
А р кадий
попросил
ее
присесть
и
провести
с
ним
минуту.
—
Я
не
ожидала,
сударь,—сказала
она,—что
вы
будете
при­
нимать
меня
тут,
в
это й
квартире.
Я
знала,
как
сильно
люб ит
вас
господин
д’Эпарвье,
и
все
же
была
далека
от
мысли...
П огода
внезапно
испортилась.
Комната
наполнилась
рыжеватым
«сумраком .
Г- жа
дез- Обель
сказала,
что
пришла
рад и
моциона
пешк о м,
а
сейчас
надвигается
гроза.
И
спросила,
нельзя
ли
послаггь
за
из­
возчиком.
Ар кади й
б рос ился
к
ногам
Жильберты,
обн ял
ее
как
драгоцен­
ную
вазу ,
и
стал
говорить
ей
слова,
хотя
и
б ессмыслен ные
сами
но
себе,
но
выр а жа вшие
ж ел ание.
Она
закрыла
ему
рот
и
гла за
рука ми ,
воскликнув:
—
Я
вас
ненавижу!
И,
вздрагивая
от
рыда ний,
попросила
стакан
воды.
Она
за­
дыхалась.
Ангел
пом ог
ей
ра сстег нуть
платье.
В
эту
минуту
кра йн ей
опасности
она
мужественно
защищалась.
Она
говорила:
—
Не т,
нет!..
Я
не
хочу
любить
вас:
я
могла
бы
вас
слишком
полюбить...
Тем
не
менее
она
у ст упила.
В
минуту
нежной
близости,
которая
последовала
за
взаимным
уди вл ени ем,
она
сказала:
157


—
Я
часто
спрашивала
о
ва с.
Я
знала,
что
вы
бываете
в
ка­
бачках
Монмартра,
что
вас
часто
можно
встретить
с
мадему азель
Бу-
шотт ой,
хотя
она
с овс ем:
не
красива,
что
вы
сд елал ись
чр ез выч айно
Элегантным
и
зарабатываете
мно го
денег.
Эт0
ме ня
не
удивило.
Вы
созданы
для
успеха...
В
день
вашего...
Она
пок аз ала
паль цем
на
угол
меж ду
окном
и
зеркальным
‘шкафом .
—
...Появления
я
рассердилась
на
Мориса
за
то,
что
рн
дал
вам
лохмотья
какого-то
сам оу бийцы .
Вы
мне
понравились...
О,
со всем
не
вашей
красотой.
Не
ве рьт е,
что
же нщ ины
настолько
чувствительны
к
внешним
достоинствам,
как
об
это м
гов орят .
Мы
ищ ем
в
любв и
другого.
Не
знаю,
как
это
назвать...
Словом,
я
вас
сразу
полюбила.
Сумрак
становился
все
гуще.
Она
сп рос ила:
—
В едь
правда
же,
вы
не
ангел?
Морис
ве рит
в
это ?
но
Мо рис
верит
в
столько
вещей...
Она
спрашивала
Ар к адия
взглядом,
и
гла за
ее
лукаво
улыбались»
—
Сознайтесь,
что
вы
над
ним
подшутили
и
что
вы
—не
ангел?
Ар ка дий
ответил:
—
Я
хочу
только
одного:
нравиться
вам.
Я
б уду
всегда
те м,
чем
вы
захотите.
Жильберта
р еш ила,
что
он
не
ангел,
в о-п е рвых,
пот ом у,
что
а нге лом
быт ь
нельзя,
а
в о- вторы х,
по
причинам
более
специаль­
ног о
свойства,
которые
в ерн ули
ее
к
дел ам
любви.
Он
не
противо­
речил,
и
им
еще
раз
нехватило
слов
для
выражения
сво их
ч увст в»
На
улице
дожд ь
падал
тяжело
и
час то,
вод а
сте кал а
по
окн амг
молния
осветила
тю ле вые
занавески,
г ром
потряс
ст екл а.
Жильберта
перекрестилась
и
прижалась
к
груд и
возлюбленного.
Она
сказала:
—
Ваша
кожа
белее
моей.
В
тот
момент,
когда
г -жа
дез-О бель
произносила
эти
слова,
Мо­
рис
в ошел
в
комнату.
Он
явился,
улыбающийся,
до вер ч ивый,
сп окой ­
ный
и
счастливый,
спеша
сообщить
Аркадию,
что
они
взяли
двенадца­
тикратную
ставку,
к от орую
пополам
поставили
на кану не
в
Лоншане.
Заст ав
женщину
и
ангела
в
любовном
беспо р ядке,
он
рассвире­
п ел.
Мускулы
у
н его
на
шее
на пря гл ись
от
я рост и,
кровь
за лила
по­
багровевшее
лиц о,
а
жилы
взд у лись
на
лбу.
Он
бр ос ился
со
сжатыми
кула ка ми
на
Жи льб ерт у,
но
в незапн о
остановился.
153


Задержанное
дв иж ение
перешло
в
т еп лоту:
от
Мориса
шел
па р.
Гн ев
не
вооружил
его ,
по добн о
Архилоху,
мстительным
ли ризмо м.
Он
только
назвал
изме нниц у
стельной
коровой.
Тем
(временем,
вместе
с
порядком
в
костюме,
она
восстано­
ви ла
и
пр еж нее
свое
достоинство.
Она
поднялась,
исполненная
ст ы­
дливости
и
грации,
и
обратила
к
обвинителю
взор,
выражавший
одновременно
и
оскорбленную
добродетель
и
всепрощающую
любовь.
Но
так
как
м олодой
д’Эпарвье
не
переставая
о сыпал
ее
гру­
бой
бр ань ю,
то
ра ссе рди лась
и
она:
—
Ну,
и
вы
тож е,
хорош
гусь!
Я
что
ли.
ловила
его ,
вашего
Аркадия?
Сами
вы
привели
его
сюда,
да
еще
в
како м
ви де !..
У
вас
было
тольк о
од но
на
уме:
передать
меня
вашему
друг у.
Так
пет
же,
можете
бы ть
уверены,
эт ого
удовольствия
я
вам
не
до ставл ю!
Морис
д’Эпарвье
ответил
ей
п рос то:
—
Убирайся
вон ,
дура!
И
он
сдел ал
вид ,
что
выталкивает
ее
ногою
за
две рь.
Аркадию
было
неприятно,
что
с
его
во зл юбл енной
обращаются
так
недостойно;
но
он
не
чувствовал
себя
достаточно
уверенным,
чтобы
сделать
зам е­
чан ие
Морису.
Г- жа
дез-Обел ь
с
по лным
достоинством
устремила
на
молодого
д’Эпарвье
повелительный
взгляд
и
сказала:
—
Позовите
мне
изв о зч ика!
И
такова
власть
женщины
над
порядочн ы м
человеком,
прин ад ле­
жащ им
к
галантной
нации ,
что
этот
молодой
фр а нцуз
тот час
же
по­
сл ал
прив рат ни ка
за
та кси.
Г-жа
дез- Обел ь
удалилась,
окинув
Мо­
рис а
презрительным
взглядом,
как
и
подобает
женщине
глядеть
на
того,
ко го
она
о бману ла;
выходя,
она
постаралась
придать
в сем
своим
движениям
чарующую
прелесть.
Мо рис
смотрел,
как
она
удал яе тся ,
с
выражением
безразличия,
которого,
однако,
не
испыт ыв ал.
Потом
он
п ов ерн улся
к
ангелу,
одетому
в
пижаму
с
цветочками,
ту
самую,
кот ора я
была
на
Морисе
в
д ень
явления,
и
это
обстоятельство,
само
по
се бе
незначительное,
усилило
об иду
хозяина,
стол ь
недостойно
обманутого.
—
Превосходно!— сказал
он,—Вы
можете
похв а ли ться
своей
п од­
лостью.
Вы
поступили
низко;
и,
кстати
сказать,
со вер ше нно
на­
пра сно .
Если
эта
женщина
вам
н рав и лась,
стоило
только
мне
сказать.
Мне
она
надоела.
М еня
она
больше
не
вле чет .
Я
бы
охотно
вам
ее
уступил.
159


Он
говорил
так,
чт обы
скрыть
боль,
так
как
любил
Жильберту
бол ьш е,
чем
когда-либо,
и
ее
измена
пр ичиня ла
ему
бол ьшо е
стра­
дание.
Он
продолжал:
—
Я
сам
хотел
просить
вас
избавить
ме ня
от
нее,
но
вы
по д­
дались
сво ей
подлой
натуре
и
поступили
по -св ински.
Произнеси
Аркадий
в
эту
торжественную
минуту
хоть
одно
слов о,
исходящее
от
сердца,—
и
Морис,
разрыдавшись,
простил
бы
друга
и
возлюбленную,
и
все
трое
б ыли
бы
довольны
вновь
и
счастливы.
Но
Аркадий
не
был
вскормлен
м оло ком
человеческой
не жно сти.
Он
никогда
не
ст р адал
и
не
уме л
сочувствовать
страданиям.
Он
ответил
с
холод н ым
благоразумием:
—
Мой
милый
Морис,
необходимость,
которая
опре де ляет
и
связывает
поступки
оду шев ленн ых
существ,
приводит
к
ре зульт а­
там
ча сто
неожиданным,
а
иногда
и
не лепым .
Таким
образ ом
и
я
при­
нужден
был
причинить
вам
непр ия тно ст ь.
Вы
не
укоряли
бы
меня,
есл и
бы
были
знако мы
с
натуральной
философией;
тогда
бы
вы
Зна ли,
что
в оля
—т оль ко
илл юзи я,
что
физиологическое
сродство
определено
с толь
же
точно,
как
химические
с оедине ния,
и
может
бы ть
выражено
подобными
же
формулами.
Я
думаю,
что
вас
можно
привести
к
пониманию
э той
истины;
но
это
был о
бы
долг о
и
трудно
и,
бы ть
может,
не
вернуло
бы
вам
того
спокойствия,
к оторо е
вы
тер яе те.
А
потому
мне
надлежит
покинуть
это
место
и. ..
—
Останьтесь,— сказал
Морис.
У
Мориса
было
оч ень
ясное
сознание
тре бов ан ий
приличия.
Ко­
гда
он
о
них
думал ,
он
ставил
честь
выш е
всего.
И
в
это
мгнове­
ние
он
пр едстав ил
се бе
с
нео быч айно й
силой ,
что
оскорбление,
ему
нанесенное,
может
бы ть
смыто
то лько
кровью.
Эта
традиционная
мы сль
тотчас
же
пр идал а
его
поведению
и
ре чи
неожиданное
благо­
родство.
—
Не
вам,
а
мне,
милостивый
государь,— сказал
он,—придется
покинуть
эту
квартиру,
чт обы
больше
не
возвращаться
сюда.
Вы
же
оставайтесь
здесь,
так
как
вам
нужно
скрываться
от
правосудия.
З десь
же
вы
при м ете
моих
секундантов.
Ангел
улыбнулся:
—
Я
пр иму
их,
чтоб ы
доставить
вам
удовольствие;
но
не
за бы­
вайте,
мил ый
Морис,
что
я
неуязвим.
Н ебесных
духов,
даж е
материа­
лизованных,
не
мо гут
ранить
ни
ост рие
шпаги,
ни
пу ля
пистолета.
160


Учтите,
Морис,
пол о же ние,
в
которое
ме ня
ставит
при
д уэли
это
фатальное
неравенство,
и
подумайте
о
том,
что
для
отвода
секун­
дантов
я
не
могу
сос лат ься
на
мое
небесное
пр ои схо ж дение,
ибо
та­
кой
случай
не
и меет
прецедентов.
—
Мил ос тив ый
государь,—ответил
насл едн ик
Бюссаров-д’Эпар-
вье,—надо
б ыло
думать
об
эт ом
ран ьше ,
чем
наносить
мне
оскор­
бл е ние.
И
он
гордо
вышел.
Но
как
только
он
очут ился
на
улице,
он
за­
шатался,
как
пьяный.
Дождь
все
еще
ли л.
Он
шел,
не
видя,
не
слыша,
наугад,
волоча
ноги,
по пад ая
в
кан авы,
в
лужи,
в
грязь.
Он
шел
долго
по
в неш ним
бульварам
и,
на кон ец,
устал
и
свалил ся
на
к раю
какого-то
п усты ря.
Он
перепачкался
по
уши ;
гряз ь,
с ме­
шавшись
со
сл еза ми,
покрывала
ему
лицо,
с
полей
шля пы
текла
вода.
Прохожий
принял
его
за
нищего
и
бросил
ему
два
су.
Он
по д­
нял
медяк,
заботливо
спрятал
его
в
жи летн ый
карман
и
пошел
на
р озыс ки
секундантов.
Глава
XXX,
пове ствующ ая
об
одном
дел е
чести
и
позво­
ляющая
суд ить ,
делаемся
ли
мы
лучш е,
как
это
утверждает
Аркадий,
от
сознания
своих
ошибок
Место м
дуэли
был
избран
сад
п ол ко вника
Мешпона,
на
б ульва ре
Королевы,
в
Версале.
Гг.
де-ла-Вердельер
и
Ле-Трюк-де-Рюффек,
по­
ст о янно
занятые
в
делах
чест и,
в
точности
знавшие
соответствую­
щие
правила,
были
секундантами
Мориса
д’ Эпар в ье.
Ни
одна
дуэль
в
католическом
мире
не
обходилась
без
участия
г-на
де-л а-В ер дель ер а,
и,
обратившись
к
этому
мужу
шпаги,
Морис
поступил
согласно
об ы­
ч аю,
хотя
и
не
без
известного
не при ятн ого
чувства,
так
как
был
о бщеп риз нанны м
любовником
г- жи
де- ла - Верде л ьер;
но
на
г -на
де-
ла-В ел ьд ель ера
нельзя
был о
смотреть,
как
на
мужа:
это
было
уч ре­
ж ден ие.
Что
же
касается
г-на
Ле- Трюк -де -Р юф фе ка,
то
честь
бы ла
его
единственно
известной
пр о фессие й
и
еди нст ве нным
при знанным
средством
к
существованию;
и
ко гда
зл ые
языки
упоминали
об
рт ом
в
обществе,
их
во про ша ли,
какую
лучш ую
карьеру
мог
сделать
г-н
Ле-Трюк-де-Рюффек,
чем
карьеру
чести.
Секундантами
Аркадия
11 Восстание ангелов
161


были
князь
Истар
и
Теофиль.
Весьма
неохотно
и
упираясь,
принял
ангел-музыкант
участие
в
эт ом
д еле.
В
нем
в ызыва ло
отвращение
всякое
насилие,
и
он
осужд ал
поединки.
Он
не
в ыно сил
пистолет­
ных
выстрелов
и
ляз га
шпаг,
а
при
в иде
кро ви
терял
с озна ние.
Этот
нежный
сын
неба
упорно
отказывался
быт ь
вторым
секундантом
своего
брата
Аркадия,
и,
д абы
угов ори ть
его ,
ке рубу
пришлось
при­
грози ть,
что
он
разобьет
об
его
голову
бутылку
со
взрывчатым
веще­
ством.
Кроме
д уэля нт ов,
сек ундант о в
и
вр а чей,
в
са ду
находились
л ишь
несколько
оф иц еров
ве рса льс кого
гарнизона
и
и зряд ное
чис ло
журналистов.
Хотя
молодого
д’Эпарвье
зн али
только
как
сына
поря­
дочных
родителей,
а
Ар кади я
не
зн ал
вообще
никто,
дуэль
вызвала
большое
стечение
любопытных,
и
ок на
соседних
домов
бы ли
усеяны
фотографами,
ре порте рам и
и
людьми
светского
общества.
Больше
всег о
возбуждало
интерес
то
обстоятельство,
что
причиной
сс оры
была
женщина.
Некоторые
называли
Бушотту ,
но
большинство
указывало
на
г- жу
дез-Обель.
Впрочем,
был о
вообще
заме чено ,
что
дуэли,
где
секундантом
б ывал
г-н
де- л а-В ерд ель ер,
привлекали
весь
Париж.
Небо
бы ло
нежно
голубо е,
сад
—полон
цвет у щих
роз;
дрозд
сви­
ст ел
на
де ре ве.
Г-н
де-ла-Вердельер,
с
тростью
в
ру ке
руководив­
ший
ду эл ью,
вымерил
шпаги
и
сказал:
—
На чи найт е,
господа!
Морис
д’Эп арв ье
атаковал
дублетами
и
батманами.
Арк ад ий
пари­
ровал,
не
отводя
шпаги.
Первая
схв атк а
не
дал а
результатов.
Секун­
данты
вынесли
впе чат л ение,
что
г-н
д’Эпарвье
нах одит ся
в
огорч и­
т ель ном
состоянии
нервного
раздражения,
а
противник
о бещ ает
быт ь
неутомимым.
При
второй
с хв атке
Морис
усиливает
атаку,
разд в игае т
рук и
и
открывает
грудь,
он
атакует
наступая,
нан ос ит
прямой
уда р;
острие
его
шп аги
касается
плеча
Аркадия.
У
всех
создалось
впеча­
т л ение,
бу дто
тот
ранен.
Однако
секунданты
с
удивлением
кон с та­
тир у ют,
что
у
Мориса
поцарапана
ки сть
руки .
Морис
заявляет,
буд то
не
чувствует'
боли,
и
доктор
Ки ль
после
осмотра
удостоверяет,
что
его
пациент
может
пр о до лжать
дуэль.
После
по лаг ающег ос я
перерыва
в
четверть
ч аса
поединок
возоб­
новляется.
Морис
ожесточенно
нападает.
Противник
явно
щ адит
его
и,—
что
беспокоит
г- на
де-ла-Вердельер,—видимо,
небрежно
защ и­
щ ае тся.
В
нач але
пятого
тура
черный
пудель,
неизвестно
каким
образом
по павш ий
в
с ад,
выскакивает
из-за
куста
роз,
пробирается
на
площадку,
отведенную
для
дерущихся,
и,
несмотря
на
уда ры
и
крик и,
162


бро са ется
под
но ги
Мориса.
В печ атл ение
так ое:
у
последнего
оне­
ме ла
рука
и
будто
ои
де лает
выпады
против
неуязвимого.противника
только
плечом.
Он
д елает
прямой
вы п ад,—и
сам
натыкается
на
шпагу
противника,
наносящую
ему
глубокую
рану
у
сгиба
локтя.
Г-н
де- ла- Ве рде лгер
прекращает
поединок,
длив шийся
полтора
часа.
Морис
ощущает
тяже л ое
по тря сени е.
Его
сажают
на
зеленую
скамейку
у
стены,
за росше й
г лици ния ми.
Пока
хирур ги
перевязывают
рану,
он
подзывает
Аркадия
и
прот яги в ает
ему
р анену ю
руку.
И
когда
победитель,
о печ ал енный
по бедо й,
подходит,
Мо рис
нежно
обнимает
его
и
гов орит :
—
Будь
великодушен,
Аркадий,
прос ти
мне
твою
измену.
Теперь,
после
поединка,
я
могу
просить
тебя
п ом ири ться
со
мн ок
Он,
плача,
обни мает
друга
и
шеп чет
ему
на
ух о:
—
Заходи
ко
мне
вместе
с
Ж ильбе ртой .
163


Морис,
продолжавший
быт ь
в
сс оре
с
родителями,
велел
отвезти
с ебя
на
улицу
Рима.
Ед ва
л ишь
он
вытянулся
в
постели,
в
глубине
с паль ни,
где
што­
ры
были
спу ще ны,
как
когда-то,
в
минуту
появления
ангела,—как
увидел
входящих
Ар кадия
и
Жильберту.
Рана
начинала
сильно
его
му­
ч ить,
те м пера тура
подымалась,
но
он
был
спокоен,
доволен,
сч астли в.
Ангел
и
женщ ина
в
сле зах
бросились
к
его
постели.
Он
со еди нил
их
руки
в
сво ей
левой
руке,
улы бну лся
им
и
неж но
поцеловал
обоих:
—
Теперь
я
у вер ен,
что
больше
не
поссорюсь
с
ва ми:
больше
уж
вы
меня
не
о б манет е,—я
знаю ,
что
вы
с посо бны
на
вс е.
Заплаканная
Жильберта
клялась
Морису,
что
он
был
введен
в
з аблу жден ие
ложной
видимостью,
что
она
не
обманула
его,
что
она
никогда
не
о б маны вала
ег о.
И
в
вел ико м
порыве
искр енн о сти
она
начинала
сама
верить
в
это.
—
Ты
клевещешь
на
себя,
Жильберта,—возразил
ей
раненый.—
Все
это
было.
Так
было
нужно.
И
хорошо,
что
так
случилось.
Жиль­
бер та,
ты
б ыла
пр ава,
бессовестно
обманув
меня
с
мо им
лучшим
др уго м,
в
этой
самой
комнате.
Не
сделай
ты
этого,
мы
не
бы ли
бы
сейчас
здесь
втроем,
и
я
не
испытал
бы
величайшей
радости
в
жи­
з ни.
О
Жильберта,
как
ты
неправа,
о тр ицая
то,
что
прошло
и
хо­
ро шо
кончилось!
—
Ес ли
ты
эт ого
хоч еш ь,
мой
друг,—ответила
Жильберта
с
го­
речью,—
я
не
буд у
отрицать.
Но
только
для
т ого,
чтобы
сде лат ь
т ебе
приятное.
Морис
усадил
ее
на
пос тел ь
и
попросил
Ар кадия
сесть
в
кр есло .
—
Мой
друг,—
ска зал
Аркадий,—я
был
нев инен.
Пот ом
я
сд е­
лался
человеком.
Тотчас
же
я
совершил
зл о.
И
От
этого
я
стал
лучше.
—
Не
будем
ничего
преувеличивать,—сказал
Мо р ис,—и
сы гра ем
в
бридж.
Но
едва
больной
увидел
у
себя
на
рук ах
трех
тузов
и
объ яв ил
без
козырей,
как
в
глазах
у
нег о
помутилось;
карты
выскользнули
у
него
из
ру к,
отяже лев шая
гол ова
уп ала
на
подушку,
и
он
стал
жа­
лов атьс я
на
си льн ую
головную
боль.
Почт и
немедленно
г -жа
дез-
Обель
уехала
делать
виз ит ы:
ей
б ыло
важно
показаться
в
свете,
чтобы
опровергнуть
своим
спокойствием
и
уверенностью
распростра­
н ив шиеся
о
ней
слухи.
Аркадий
про в одил
ее
до
дв ерей
и
вместе
с
по­
целуем
вдохнул
ее
духи,
запа х
ко торы х
принес
в
комнату,
где
др е­
мал
Морис.


—
Я
очень
доволен,—
прошептал
последний,—
что
все
произошло
таким
образом.
—
Случилось
то,
что
и
должно
б ыл о,—о тв етил
дух.—Все
а нгел ы,
восставшие,
как
я,
пост у пили
бы
с
Жильбертой
подобно
м не.
„Жен­
щи н ы,—г овор ит
апос то л, —из -за
ангелов
должны
молиться
с
закр ы­
ты ми
ли цам и“.
И
апостол
говорит
так,
зная,
что
женская
красота
волн уе т
ангелов.
Едва
к о сну вшись
земли,
они
уже
жаждут
соедине­
ния
со
смертными.
Их
объятия
ст раш ны
и
упои тель ны ;
они
знают
тайну
невыразимых
лас к,
кот оры е
погружают
дочерей
человеческих
в
бездну
сла дос тра сти я.
Прикасаясь
к
губ ам
своих
сч аст лив ых
жертв
горящим
медом,
медленно
наполняя
их
жилы
потоками
освещаю­
ще го
пламени,
они
приводят
их
в
изнем ож е ние
и
восторг.
—
Ост авь
меня
в
покое,
гря зн ое
животное!
—
воскликнул
р анен ый.
—
Еще
одно
слово,—
сказал
анг ел, —
одно
лишь
с лово
в
сво е
о пр авдание,
ми лый
Морис,
и
я
предоставлю
тебе
спокойно
отды­
хать.
Нет
ничего
убедительнее
точных
справок.
Ч тобы
увериться,
что
я
тебя
не
обманываю,
прочти,
Морис,
что
нап исано
об
объятиях
ме жду
анг ела ми
и
жен щин ами:
Юстин
„Апологии^, I и II; Иосиф
Флавий
„Иудейские древности^, книга I, глава III; Афинагор „ О
во-
с к ре с е нии"; Лактанций,
книга
II, глава XV; Тертуллиан „ О
пок ры­
вале
дев“; Марк Эф^оский „Псела“; Евсевий „Евангельские
назида-
н ия“,
книга
V, глава IV; святой Амвросий в книге „ О
Ное
и
ков-
че ге“,
глава
V; святой Августин,
„О
граде
бо ж ием^,
книга
XV.
глава
XXIII; отец Мельдонат,
иезуи т,
„Трактат о
демонах^, стра­
ница
218; Петр Левье,
советник
короля...
—
Ар к адий,
замо лч и,
ум оляю
те бя!
Замолчи!
Замолчи!
И
про­
го ни
эту
собаку!
—
во скл икну л
Морис,
у
которого
лицо
пы ла ло,
а
глаза
выл езали
из
орбит,
так
как
в
бр еду
ему
мерещился
на
кровати
чер­
ный
пудель.
Г-жа
де-ла-Вердельер,
сде лавш ая
своим
занятием
все
элегант­
ные
дела ,
светские
и
наци онал ьн ые,
считалась
одной
из
самых
о ча­
ровательных
сид ело к
великосветской
Фр анц ии.
Она
заехал а
узнать
о
здоровье
Мориса
и
сам а
пре длож и ла
ухаживать
за
бо льн ым.
Но
под чин яя сь
энергичному
внушению
г-ж и
дез-О бель ,
Аркадий
зах ло п­
нул
дверь
у
нее
пер ед
носом.
Мориса
засыпали
выражениями
со­
чувствия.
Гру да
виз итны х
ка рточе к
на
подносе
топорщилась
во
все
стороны
загнутыми
уг лам и.
Г-н
Ле-Трюк-де-Рюффек
одним
из
п ер­
165


вых
явился
на
улицу
Рима
засвидетельствовать
св ою
мужскую
симп а­
тию
и,
протя нув
свою
верную
руку,
поп ро сил
в
долг
у
молодого
д’Э пар вь е,
как
человек
чести
у
че лов ека
чести,
двадцать
пять
луи ­
доро в
для
уп латы
долга
чести.
—
Право,
мой
друг
Морис,
за
такой
услуг ой
обра тишь ся
не
ко
всякому.
В
тот
же
де нь
г-н
Гаэтан
при еха л
пожать
руку
племяннику.
Тот
пр едст ав ил
ему
Аркадия.
—
Дяд я,
вот
мой
ангел-хранитель,
ступня
которого
вам
так
понравилась,
ко гда
вы
увидели
отп еча ток
его
шагов
на
предатель­
ск ом
порошке.
Он
явился
мне
в
прошлом
году
в
этой
самой
комнате...
Вы
не
верите?..
А
ме жду
тем
это
ис тинна я
правда.
И
повернувшись
к
духу,
добавил:
—
Что
ты
скаж ешь ,
Аркадий?
Аббат
Патуль,
в ел икий
богослов
и
хороший
кюре,
не
верит,
что
ты
ангел;
и
мой
дядя
Гаэтан,
не
зна ющ ий
катехизиса
и
не
признающий
рели гии ,
ве рит
этому
не
бол ьш е.
Оба
они
т ебя
отрицают:
од ин
—
потому,
что
у
него
ес ть
ве ра,
другой
—
потому,
что
у
нег о
ее
нет .
Можно
поручи тьс я,
судя
по
этому,
что
е жели
рассказать
тв ою
историю,
она
всем
покажется
совершенно
неправдоподобной.
Впрочем,
тот,
кто
ре ши лся
бы
на
это ,
был
бы
человеком
без
вку са
и
не
встретил
бы
большого
сочув­
ствия.
Ибо
твоя
история
не
так
уж
красива!
Я
любл ю
тебя ,
по
я
же
теб я
и
осуждаю.
С
тех
п ор,
как
ты
впал
в
атеизм,
ты
стал
ужасным
негодяем:
плохим
ангелом,
плохим
другом,
пред ат елем ,
убийцей.
Мне
с дает ся,
что
ты
же
и
пустил
мне
под
ног и
черного
пуделя
во
время
дуэли,
чтобы
убить
меня.
Ангел
пожал
плеч ам и
и,
обра ща ясь
к
Га этану ,
с каз ал:
—
Ув ы,
меня
не
удивляет,
что
я
встречаю
в
вас
так
ма ло
дове­
рия :
мне
пере дав али,
будт о
вы
в
ссоре
с
иу дейско -х ри ст ианским
не­
бом,
откуда
я
родом.
—
Я
не
настолько
верю
в
Иегову,
сударь,—отвечал
Гаэтан,—
чтобы
верить
в
его
ангелов.
—
Тот,
кого
вы,
сударь,
называете
Иеговой,
на
самом
деле
ли шь
грубый
и
не вежес тв енны й
демиург,
по
и мени
Иал дав аоф .
—
В
таком
случае,
сударь,
я
готов
в
него
поверить.
Раз
он
не*
вежественен
и
ог р анич ен,
я
не
вс тр ечаю
препятствий
к
его
суще­
ст во ванию.
Как
он
поживает?
—
Плохо!
Мы
сверг не м
его
в
будущем
месяце.
166


—
Не
обольщайте
с ебя
надеждой,
суд арь .
Вы
напоминаете
мп?
моего
шурин а
Кюиссара,
кот орый
уже
трид ца ть
лет
подряд
ждет
каждое
ут ро
па д ения
республики.
—
Вот
видишь,
Аркадий,—воскликнул
Морис,—дядя
Гаэтан
то го
же
мн ения ,
что
и
я!
Он
знает,
что
тебя
жд ет
неудача.
—
Но
почему
же,
скажите
пожалуйста,
господин
Гаэ тан ,
вы
ду ма ете,
что
меня
ждет
неу дач а?
—
Ваш
Иалдаваоф
еще
очень
си лен
в
этом
мир е,
если
и
не
си­
лен
в
другом.
Раньше
его
поддерживали
к юре
и
те,
кто
в
него
ве­
рили;
теперь
его
опора—те,
кто
в
него
не
верит,
философы.
Совсем
еще
н ед авно
нашелся
педант,
по
имени
Пикроколь,
которы й
хотел
доказать
ба н кротс тво
науки,
чтобы
улучши ть
де ла
церкви.
И
р азве
в
наши
дни
не
выд у мали
прагматизма
специально
для
того,
чтобы
поднять
доверие
к
ре лиги и
среди
резонеров?
—
Вы
и зуча ли
прагматизм?
—
О,
коне чн о,
нет!
В
свое
время
я
был
легкомыслен
и
зани­
мался
метафизикой.
Читал
Гегеля
и
Канга.
С
годами
я
с тал
серьез­
нее
и
теперь
занимаюсь
только
чувственными
фо рм ами,
все м
тем,
что
можно
вос при нять
глазом
или
ухом.
Искусство
—
это
человек.
Остальное
—
мечтание.—Разговор
продолжался
в
том
же
духе
до
ве чера
и
много
было
сказано
во льн ост ей,
от
которых
покраснел
бы
не
только
к и расир
(что было бы не столь же удивительно,
так
как
ср еди
кирасиров
часто
встречаются
люди
скромные), но даже
парижанка.
Г-н
Са рье тт
пришел
навестить
своего
старого
ученика.
Ед ва
лиш ь
во шел
он
в
комнату,
бю ст
Ал ександр а
д’Эпарвье
появился
над
лысой
головой
б иб ли отек аря.
Г-н
Сарьетт
подошел
к
постели.
Голубые
за­
навески,
зеркальный
шка ф,
камин
— все
тот час
заменилось
шкафами
с
книг ам и
из
зал а
Сфе р
и
Бюстов,
а
воздух
сделался
спертым
от
к арт очек,
ка талог а
и
папок.
Г-н
Сар ь етт
был
настолько
неотделим
от
св оей
библи от е ки,
что
его
нельзя
было
представить
себе
или
увидеть
отдельно
от
нее.
Сам
он
был
более
бледным,
неопр ед е­
ленным,
расплывчатым,
более
во о бр аж аемым,
чем
образы,
которые
в ызывал .
Морис,
сильно
подобревший
за
это
время,
был
трон ут
таким
проявлением
др уж бы.
—
Садитесь,
господин
Сарьетт.
Ведь
вы
знакомы
с
госпожой
дез-О бел ь ?
Позвольте
вам
представить
Арка дия ,
моег о
ангела-хра­
167


нителя.
Эт(> он,
когда
еще
был
нев ид имым,
перевертывал
ввер х
дн ом
в
течение
д вух
лет
ва шу
библиотеку,
довел
вас
до
потери
аппетита
и
чуть
было
не
свел
с
ума.
Имен но
он
переносил
из
залы
Сфе р
в
мой
пав иль он
охапки
старых
книг .
Однажды
он
утащил
у
вас
из-под
носа
каку ю- то
драгоценную
книжонку
и
был
причиной
того,
что
вы
упали
с
лестницы.
В
др угой
раз
он
взял
у
вас
брошюры
Сол о­
мона
Рейнака
и,
когда
ему
пришлось
выйти
из
дом а
вместе
со
мно й
Гоп
ни ко гда
не
оставлял
мен я,
как
я
потом
узн ал ), уронил брошюру
в
канав у
на
улице
Пр инц ессы .
Простите
его ,
гос по дин
Са рьет т:
у
него
не
был о
кар м ана.
Он
был
невидим.
Я
горько
сожалею,
госпо­
дин
Сарьетт,
что
все
ваши
старые
книги
не
сгорели
во
вре мя
по­
жара
и
не
по ги бли
от
наво д нени я.
Они
совершенно
сб или
с
толку
моего
ангела,
ставшего
человеком
и
потерявшего
веру
и
совесть.
Теперь
я
сделал ся
его
ангелом-хранителем.
Бог
знает
е ще,
чем
это
кончится.
За
время
этого
рассуждения
лиц о
г-на
Сарьетта
выражало
пе­
чаль
бесконечную,
вечную,
непо пр авиму ю
печаль
мумии.
Прощаясь,
огорченный
библи от екар ь
сказал
на
ухо
Аркадию:
—
Бедный
мальчик
очень
боле н.
Он
бредит.
Морис
обратился
к
старику:
—
Останьтесь,
господин
Сарьетт.
Вы
сыграете
с
нами
в
бридж.
Го спо дин
Сарьетт,
послушайте
мо его
совета,
не
поступайте,
как
я,
не
б ывайт е
в
дурном
обществе.
Вы
п ог ибнет е.
Господин
Сарьетт,
по­
дождите
уходить,
мне
нужно
попросить
вас
о
большом
одолжении:
когда
вы
еще
раз
придете
навестить
мен я,
пр ин есите
мне
книгу
об
ис тин но сти
р елиг ии,
я
хочу
ее
проштудировать.
Я
должен
вернуть
мо ему
анге лу- хр анит елю
веру,
которую
он
утрат ил .
Глава
XXXI,
выз ыва ю щая
у
нас
изумление
те м,
с
какой
лег ко­
с тью
че лов ек
честный,
робки й
и
к ротк ий
может
совершить
ужасное
преступление
Гл убо ко
опе ча ленный
темн ыми
речами
молодого
Мориса,
г-н
Сарье тт
сел
в
ав т обус
и
отправился
к
папаше
Гинардону,
своему
другу,
единственному
другу,
единому
человеку
в
мир е,
которого
ему
168


было
приятно
видеть
и
слышать.
Когда
г-н
Са рьетт
вошел
в
лавочку
на
у лице
Курс ел ь,
Гинардон
был
один
и
дремал
в
глубоком
ста ри н­
ном
крес ле .
У
него
были
вьющиеся
вол ос ы,
пышна я
борода
и
ба­
гр овое
лиц о;
лиловые
жи лки
испещряли
ноздри
носа,
по к раснев шег о
от
бургундского
ви на,
ибо
—этого
н ельзя
б ыло
скрыть
—
папаша
Ги­
нар дон
вып ива л.
В
д вух
шаг ах
от
него,
на
рабочем
столике
юной
Ок т авии,
осыпалась
роз а
в
пустом
стакан е,
а
нед ок о нченно е
выши­
в ание
в алялос ь
в
раб очей
корз ин очке .
Юна я
Октавия
все
чащ е
стала
покидать
магазин,
а
г-н
Бланмениль
не
показывался
та м,
когда
ее
не
было.
Прич ин а
была
та,
что
они
встречались
три
раза
в
неделю ,
в
пять
часов,
в
доме
свид аний
бл из
Ел исейс ких
полей.
Пап аша
Ги­
нардон
ничего
об
этом
не
знал.
Он
не
зна л
вс ей
глубины
своего
н ес част ия,
но
с трада л
от
него.
Г-н
Са рье тт
пожал
руку
старому
другу,
но
не
спр ос ил
ничего
об
юн ой
Октавии,
ибо
не
понимал,
какого
рода
узы
их
соединяют.
169


Oh охотнее поговорил бы о безжалостно покинутой Зефирину так
как
ему
хотелось,
чтобы
старик
сделал
ее
сво ей
зако нно й
супругой.
Но
г-н
Сар ь етт
был
благоразумен
и
удовольствовался
тем ,
что
спро­
сил
Гинардона,
как
он
поживает.
—
Великолепно,—ответил
Гинар до н,
кот оры й
ч увст в овал
себя
плоховато,
но
прикидывался
бодрым
и
здоровым,
с
тех
пор
как
зд о­
ров ье
и
бодрость
покинули
его.—
Сла ва
богу,
я
еще
сохранил
кре­
пость
те ла
и
духа.
Я
целомудрен.
Будь
целомудрен,
Сарьетт.
Кто
целомудрен,
тот
силен.
Папаша
Гинар дон
в
тот
вечер
вытащил
из
комода
фиалкового
дерева
несколько
ценных
к ниг,
чтоб ы
показать
их
одному
почтенному
библиографу,
г -ну
Виктору
Мейеру,
и
по сле
ухода
этого
клиента
Заснул,
не
положив
их
на
место.
Г-н
Сарьетт,
которого
книг и
всегда
привлекали,
увидев
эти
экземпляры
на
мраморной
до ске
ко мо да,
ст ал
их
с
любопытством
рассматривать.
Пер вая
книг а,
ко то рую
он
нач ал
л ист ать,
был а
„Девствеиница “,
в
сафьяновом
пер епл ете
и
с
а н глий­
ским и
гр ав юр ами.
Без
сомнения,
его
сердцу
француза
и
христианина
был о
тяжело
наслаждаться
эти м
т ек стом
и
этими
рис унк ам и,
но
п ре­
кр ас ная
книга
всегда
представлялась
ему
добродетельной
и
чистой.
Не
прерывая
задушевной
беседы
с
Гин ардо но м,
он
брал
в
рук и
о дну
за
другой
книги,
которые
антикварий
ценил
за
их
переплеты,
за
эстампы,
за
пр оис хо жд ение
или
ре дко сть;
вдр уг
он
исп уст ил
востор­
женный
крик
ра дос ти
и
любви.
Он
нашел
„Лукреция“
приора
В ан­
домского,
своего
„Лукреция^,
и
прижа л
его
к
сердцу.
—
Наконец-то
я
его
снов а
вижу,—вздохнул
он,
поднося
кни гу
к
губам.
Папаша
Гинардон
с н ачала
не
понял,
что
хотел
ск аз ать
его
ста­
рый
д руг,
но
когда
тот
з аяв ил,
что
эта
книга
принадлежит
б и блио­
те ке
д’Э п ар®ь в?
что
эта
кни га
его,
Сарье тта ,
и
что
он
заберет
ее
без
всяких
разговоров,
антикварий,
окончательно
пробудившись,
п од­
нялся
и
твердо
за яви л,
что
кни га
принадлежит
ему,
Гинардону,
что
он
ее
приобрел
зако нн о
и
не
отдаст
иначе,
как
за
пять
т ысяч
фран­
к ов,
ни
больше,
ни
меньше.
—
Вы
не
по ним аете
того,
что
я
вам
говорю,—возразил
Сарьетт.—
Эта
книга
принадлежит
библиотеке
д’Эп арв ье;
я
должен
ее
туда
вернуть.
—
Ну
нет,
милашка...
—
Эта
книг а
при надл еж ит
мне...
170


—
Вы
с
ума
сошли,
милый
Сарьетт!..
Заметив,
что
библиотекарь
в
самом
деле
был
весьма
возбу­
ж ден,
он
взял
у
нег о
из
рук
книгу
и
попробовал
пер емени т ь
разговор.
—-
Как
вам
нравится,
Сарьетт:
эти
свиньи
со би раю тся
р ас­
потр оши ть
дворец
Мазарини
и
пок рыт ь
невесть
каким и
произведе­
ниями
искусства
Сите,
самое
величественное
и
красивое
мест о
в
Па­
риж е!
Они
хуж е
вандалов,
так
как
вандалы
разрушали
памятники
древности,
но
не
заменяли
их
отвратительными
постройками
и
мо­
стами
гнусного
стиля,
вроде
моста
Александра
III.
И
ваша
бед­
ная
улиц а
Гарансьер,
Сарьетт,
тоже
стала
доб ыч ею
варваров.
Что
они
с дел али
с
красивым
бронзовым
маскароном
на
двор цо вом
фон­
т ан е?..
Но
Са рье тт
ничего
не
слыш ал .
—
Гинардон,
вы
не
поняли.
Выслушайте
меня.
Эта
книга
п ри­
надлежит
библиотеке
д’Эпарвье.
Она
бы ла
оттуда
унесена.
Кем?
Когда?
—Не
з наю.
В
библи от еке
пр оисх о дили
ужа с ные
и
таинствен­
ные
вещи.
Словом,
эта
книг а
была
выкрадена.
Мне
неза чем
взывать
к
ваш ему
выс око му
чувству
честности,
дорогой
друг!
Вы
не
захотите
прослыть
укрывателем.
Отдайте
мне
эту
книгу.
Я
возвращу
ее
госпо­
дину
д’Эпарвье,
который
возместит
вам
ее
стоимость,
в
чем
вы
мо­
жете
не
сомневаться.
По ло жи тесь
на
его
щедрость
и
поступите
со
свойственным
вам
благородством.
Антикварий
горько
ул ыб нул ся.
—
Мне
п олож ит ься
на
ще др ость
с та рого
скряги
д’Эпарвье,
гото­
вого
с одрат ь
шкуру
с
блохи!..
Поглядите-ка
на
меня,
милый
Сарьетт,
и
скажите,
похож
ли
я
на
простака?
Вы
отлично
знаете,
что
д’Эпарвье
отказался
заплатить
пятьдесят
франков
старьевщику
за
портрет
Але­
к сандр а
д’Эпарвье,
своего
великого
пр едк а,
работы
Э рми та,
что
торгаш-еврей
выставил
великого
пр едка
на
бульваре
Монпарнас,
п ро­
тив
кл адби ща,
и
соба ки
всего
квартала
мочатся
на
него...
Пол ож ит ься
на
щедрость
д’Эпарвье!
Смеетесь
вы
надо
мно й?
—
Лу,
хорошо,
Гинар до н,
я
обещаю
сам
заплатить
вам
по
спра­
ведливой
оценке.
Слышите?
—
Не
игр а йте
в
благородство
с
недо ст ой ными,
милый
Сарьетт!
Э тот
д’Эпарвье
получил
ва ши
знания,
вашу
энергию,
всю
ва шу
жиз нь
за
плату,
на
которую
не
п ольс ти лся
бы
и
лакей.
Бросьте
это
дело...
Кроме
того,
уже
слиш ко м
поздно.
Книга
продана...
171


—
Продана!..
Кому?
—
сп ро сил
Са рьет т
в
ужасе.
—
Не
все
ли
вам
равно?
Вы
ее
больше
не
увидите,
больше
о
ней
не
услышите:
она
уп лыв ает
в
Америку.
—
В
Америку?
„Лукреция“
с
гербом
Филиппа
Вандомского,
с
собственноручными
пометками
Вольтера!
Мой
„Лукреций“!
В
Амер ик у!
Па паша
Гинар дон
расхохотался.
—
Д орог ой
Сарьетт,
вы
мне
напоминаете
кавалера
де-Грие
в
ту
минуту,
ко гда
он
узнал,
что
его
возлюбленная
буде т
ю тп равле на
на
Мисс ис ипи:
„Моя
во зл юбл енная
на
Миссисипи
!..“
—
Нет,—
отве т ил
Сарьетт,
совершенно
побледнев,—нет,
эта
книга
не
уплывет
в
Америку!
Она
возвратится,
как
это
»и подобает,
в
би­
блиотеку
д’Эпарвье.
Отдайте
ее
мне,
Гинардон!
Антикварий
вторично
попытался
об орва ть
разговор,
принимав­
ший,
казалось,
дурной
обо рот.
—
Милый
Сарьетт,
вы
еще
мне
ничего
не
сказали
о
моем
Греко.
Вы
даже
не
взглянули
на
него.
А
между
тем
он
восхитителен!
И
Гин ар дон
продолжал,
повернув
картину
к
свету:
—
Поглядите
на
святого
Франциска,
нищего
во
Христе,
бр ата
Иисусова;
его
черное
т ело
поднимается
к
небу ,
как
дым
угодной
жертвы,
как
жертва
Авеля...
—
Книгу,
Гинардон,
отдайте
мне
книгу!
—ска зал
Сарьетт,
не
поворачивая
головы.
Вн езап но
кро вь
бросилась
в
голо ву
папаше
Гинар дон у;
пок ра с­
нев,
с
над увш имися
на
лбу
в енам и,
он
сказал:
—
Пу,
хватит!
И
положил
„Лукреция“
в
карман
п идж ака.
Тотчас
же
Сарьетт
кинулся
к
антикварию
с
неожиданной
яростью,
набросился
на
нег о
и,
несмотря
на
свою
тщедушность,
опро­
кинул
крепкого
старика
в
кресло
юной
Окт ави и.
Гинардон,
ошеломленный
и
взбешенный,
осыпал
страшными
ру­
гательствами
стар о го
мань я ка
и
ударом
кул ака
отбросил
его
на
че­
т ыре
шаг а,
к
„Венчанию девы“,
про изв едению
Фр а- Анж ел ико,
кото­
рое
с
шумом
пова ли лос ь.
Сар ь етт
снова
накинулся
на
нег о
и
по пы­
та лся
вытащить
книгу
из
кармана,
где
она
находилась.
Па
эт от
раз
папаша
Ги на рдон
пришиб
бы
его
на
месте,
если
бы,
ослепленный
кровью,
бро сив шей ся
ему
в
голову,
не
промахнулся
и
не
попал
в
сто­
явший
ряд ом
рабочий
столик
отсутствующей
Октавии.
Сарьетт
вп е-
172


пился
в
изумленного
противника,
при жал
его
к
креслу
и
своими
иссохшими
руч кам и
сдавил
ему
шею,
и
без
того
уже
красную,
а
те­
перь
ставшую
багровой.
Гинардон
делал
уси л ия,
стараясь
освобо­
диться;
но
тоненькие
пал ь цы,
почувствовав
м ягкое
теплое
тело,
с
на­
сл ажд ением
впив ал ись
в
не го.
Непонятная
с ила
приковала
их
к
добыче.
Гинардон
хрипел,
слюна
текла
у
нег о
из
уголка
рта.
Огромное
тело
прерывисто
вздрагивало;
но
движения
становились
все
судорожнее
и
ре же.
Н ако нец
они
прекратились.
Руки,
совер­
шившие
убийство,
не
разжимались.
Сарье тт
должен
был
сделать
боль шо е
у сил ие,
чтоб ы
оторвать
их.
В
висках
у
него
Стучало.
Тем
не
ме нее
он
слышал
шум
дождя,
заглушенные
ша ги
по
трот уару,
далекий
крик
газ ет чик ов;
видел
д виг авш иеся
в
темноте
зонтики.
Он
вытащил
книгу
из
кармана
мер т веца
и
убежал.
В
тот
вечер
юная
Октавия
не
вернулась
в
ма га зин.
Она
от пра­
вилась
ночевать
в
ко мна ту шку
на
антресолях
другой
антикварной
лавки ,
только
что
п риоб рете нн ой
для
нее
г-ном
Бланменилем
на
той
же
сам ой
улице
Курсель.
Ст орож ,
на
обязанности
которого
ле­
жало
закрывать
м аг азин,
нашел
еще
теплое
те ло
антиквария.
Он
позвал
привратницу,
г-жу
Ленен,
которая
уложи ла
Гинардона
на
диван,
зажгла
две
с вечи,
положила
ве точк у
букса
в
бл юд це,
напол­
ненное
святой
водой,
и
закрыла
глаза
умершему.
Врач,
призванный
констатировать
смерть,
пр ипис ал
ее
удару.
Оповещенная
г-жой
Ленен
ЗефиР,ина
прибежала
и
провела
н очь
возле
п око йни ка.
Казалось,
он
спит.
В
дрожащ е м
сиянии
све чей
„ Свя­
той “
Греко
подымался,
как
дым;
в
темноте
сверкало
золото
при­
ми т ивов.
Ок оло
смертного
ложа
яс но
выделялась
Бодуэновская
жен­
щина,
принимающая
лекарство.
Всю
ночь
на
пятьдесят
шаг ов
вокруг
бы ли
слышны
пр ичит а ния
З^ фи рTM1»1-
Она
говорила:
—
Он
ум ер,
он
умер,
мой
друг,
мой
бог ,
мой
мир,
моя
л юбо вь!
Нет,
он
не
умер,
он
шевелится!
рто
я,
Миш ель ,
я,
твоя
ЗеФиРиВД:
пр оснис ь,
пос лу шай
меня.
Ска жи
мн е,
что
ты
ме ня
любишь!
Если
я
огорчила
те бя,
п рости
меня...
Он
ум ер!
Умер!
Бож е
мо й,
посмо­
три те,
как
он
прекрасен!
Он
был
такой
добр ый,
так ой
умный,
такой
ласковый!
Боже
мо й!
Боже
мой!
Б удь
я
здесь ,
он
бы
не
умер.
Миш ель!
Мишель!
К
утру
она
умолкла.
Ду мали ,
она
задремала,— но
она
бы ла
мертва.
173


Глава
XXXII,
в
которой
мы
услышим
флейту
Нек тар ия
в
ка­
бачке
Хлодомира
Г-жа
де- ла -Ве рде лье р,
кот орой
не
у дало сь
проникнуть
в
кане-
ств е
сиделки,
я вил ась
несколько
дней
сп устя ,
в
отсутствие
г-ж и
дез-
Обель,
да бы
получить
у
Мориса
д’Эпарвье
лепту
на
французскую
церковь.
Арк ад ий
провел
ее
к
изголовью
выздоравливающего.
Мор ис
сказал
ангелу
на
у хо:
—
Пр едател ь ,
освободи
мен я
сейчас
же
от
эт ой
людоедки,
не
то
на
те бя
пад ет
отв етств ен но сть
за
н есч аст ья,
которые
здесь
произойдут.
—
Будь
спокоен,—ответил
Ар кадий
уверенно.
После
обычных
приветствий,
г -жа
де-ла-Вердельер
сделала
Мо­
рису
з нак
удалить
ангела.
Мо рис
притворился,
будто
не
пони мает .
И
г-жа
де-ла-Вердельер
изложила
показную
причину
своего
визита.
—
Что
станется
с
наш ими
церквами,
наш ими
милыми
де ре вен­
с кими
церквами?
Арк а дий
смотрел
на
нее
с
анг ел ьским
видом,
вздыхая.
—
Они
разрушатся,
суда рын я,
они
прев ра тят ся
в
развалины.
Какая
п оте ря!
Я
неут е шен!
Церковь
среди
дереве нских
домов
—э то
насе дк а
ср еди
цыплят.
—
Да,
это
так,—сказала
г- жа
де-ла-Вердельер
с
восхищенной
улы бкой ,—э то
именно
так!
—
А
колокольни,
сударыня?
—
О
сударь,
колокольни!..
—
Колокольни,
сударыня,
вздымаются
к
не бу,
как
гигантские
клистирные
трубк и
к
го лым
зад ам
херувимов.
Г-жа
де-ла-Вердельер
нем едл енно
по кину ла
комнату.
В
тот
же
сам ый
д ень
г-н
аббат
Па туль
принес
р анено му
сво и
наставления
и
утешения.
Он
убе ждал
Мориса
п орв ать
с
дурной
ком­
пан ией
и
помириться
с
семьей.
Он
изобразил
его
мать
проливающей
слезы
и
гот овой
принять
в
с вои
объятия
вно вь
о бр етенно е
дитя;
а
сам о
о но,
прекратив
мужественным
уси ли ем
вол и
жизнь,
полную
беспу т ст ва
и
обманчивых
нас лаж дений,
вн овь
обретет
сердечный
покой
и
душевную
твердость,
избавится
от
снедающих
его
приз р а­
ков,
освободится
от
козней
лукавого.
174


Мо л одой
д’Эпарвье
поблагодарил
г-н а
аб бата
за
д обр оту
и
уверил
его
в
своей
истинной
религиозности.
—
Нико г да
еще,— сказал
он,—
не
был
я
столь
вер ующим
и
ни­
когда
еще
не
бы ло
у
м еня
такой
потребности
в
вере.
Представьте
себе,
господин
аббат,
мне
приходится
обучать
каюхизису
моего
ан­
ге ла- хран ит еля,
котор ый
его
з абыл.
Г-н
аббат
Патуль
глуб око
вздохнул
и
стал
у беждать
свое
до­
рого е
дит я
молиться,
ибо
мо лит ва
—
единственная
помощь
против
опасностей,
гро зя щих
душе,
на
которую
покушается
дьявол.
—
Господин
аббат,— спросил
Морис,—не
разрешите
ли
пре дст а­
вит ь
вам
моего
ангела-хранителя?
Обождите
минутку,
он
пошел
За
папиросами.
—
Бедное
дитя!
И
кру глые
ще ки
аббата
Патуля
о пуст или сь
в
знак
скорби.
Но
тотчас
же
поднялись,
как
символ
радости.
Ибо
у
сердца
его
бы ли
пр ичины
для
ликования.
175


О б щест венное
настр о ение
улучшилось.
Я ко бинцы,
франкмасоны,
блокисты
вс юду
вс треча ли
по но шение.
Избранное
общество
под а вало
хороший
пример.
Французская
Ак адем ия
д ерж ала
себя
весьма
бл аго­
намер енно .
Хр ист и анские
ш колы
множились.
М олоде жь
Лати нско го
квартала
скл он я лась
пер ед
церковью.
Нормальная
школа
благоухала
се мина ри ей.
Крест
то р жество ва л.
Но
нужны
были
деньги ,
еще
деньги,
все
вре мя
де нь ги.
После
полуторамесячного
от дых а,
врач
разрешил
Морису
д’Эпарвье
совершить
прогулку
в
экипаже.
Рука
у
него
б ыла
на
пе­
ревязи.
Возлюбленная
и
д руг
сопровождали
его.
Они
отправились
в
Булонский
лес
и
вкусили
ти хую
р адо сть
при
в иде
травы
и
де­
рев ьев .
Они
у лы бались
всему,
и
все
улыбалось
им.
Как
сказал
Ар ка­
дий,
ошибки
сделали
их
лучше.
Нео ж идан ным
следствием
ревности
и
гнева
явилось
то,
что
Морис
ст ал
спокойным
и
благодушным.
Он
еще
любил
Ж и льбе рту,
но
лю бил
лю бов ью
снисходительной.
Ангел
желал
эту
ж енщи ну
так
же,
как
и
пр ежде ,
но
его
ж ел ание,
обретя
ее,
утра ти ло
яд
любопытства..Жильберта
спокойно
наслажда­
лась
тем,
что
нравилась,
и
от
этого
нравилась
еще
больше.
Они
вы­
пили
у
К аскада
молоко,
показавшееся
им
великолепным.
Все
трое
были
неви нны.
Аркадий
забывал
несп рав едл ив ости
старого
тирана
мира;
вскоре
они
должны
были
на по мнить
ему
о
себе.
Вер ну вшись
на
ква р тиру
друга,
он
застал
ожидавшую
его
3ИТУ?
похожую
на
статую
из
сл онов ой
ко сти
и
зо ло та.
—
Мне
жаль
вас,— сказала
она.—Приближается
день,
какого
еще
не
бы ло
от
начала
времен
и
который,
быт ь
может,
не
повто­
рится
раньше,
чем
солнце
со
св оей
свитой
не
вступит
в
со звезд ие
Ге ркуле са :
мы
нак ан уне
тог о,
чтобы
захватить
Иа лдав ао фа
в
его
порфировом
дворце,
а
вы,
горевший
желанием
освободить
небеса,
спеш ивший
вступить
победителем
в
освобожденную
родину,
вдруг
забываете
с вои
благородные
стремления
и
дремлете
в
об ъя тиях
до­
черей
чел о веч ески х.
Что
за
удовольствие
доставляет
вам
общение
с
этими
нечистоплотными
зверьками,
с озд ан ными
из
так их
неу с­
тойчивых
элементов,
что
кажется,
будто
они
бес пр еры вно
текут?
Ах,
А рка дий,
я
бы ла
права,
не
до вер яя
вам!
Вы
только
интел­
лиг ен т;
в
вас
говорит
л ишь
любопытство.
Вы
не
способны
к
дей­
ствию
—
Вы
ду рно
судите
обо
мне,
Зит а >~ ответил
ангел.—В
природе
сыно вей
неб а
заложена
любовь
к
дочерям
ч ело веч еск им.
Хоть
и
176


тленна
пло ть
женщ ин
и
цве т ов,
все
же
она
чарует
чувство.
Но
пи
один
из
этих
зв ер ьков
не
заставит
меня
забыть
мою
ненави ст ь
и
мою
люб овь,
и
я
гот ов
выс туп ить
против
Иалдаваофа.
Зита
выразила
удовлетворение
его
решимостью.
Она
стала
убе­
ждать
его
приступить
без
колебания
к
вы пол нен ию
их
огромного
Замысла;
не
с леду ет
спешить,
но
не
следует
и
медлить.
—
Великое
дело,
Аркадий,
с ост оит
из
мно жеств а
мелких;
вели­
чественнейшее
цел ое
слагается
из
тысячи
ничтожных
ч асти ц.
Не
бу­
дем
пренебрегать
ничем.
Она
при шла
за
ним,
чтобы
идти
на
собран и е,
где
его
присут­
ствие
было
необходимо.
Там
должны
были
подсчитать
сил ы
во с­
ставших.
Она
добавила
лишь
одн о:
—
Там
будет
Нектарий.
Когда
Морис
увидел
3ИТУ>
он
нашел
ее
непривлекательной:
она
не
понравилась
ему,
ибо
красота
ее
бы ла
совершенной,
а
истин­
ная
красота
всегда
внушала
ему
тягостное
удивление.
Морис
по­
чу вст вовал
к
ней
неприязнь,
ко гда
узнал,
что
она
во сст а вший
ангел
и
ведет
Ар кади я
к
заговорщикам.
Бедный
юноша
пытался
удержать
своего
товарища
вс еми
способами,
какие
ему
по дсказыва ли
ум
и
обстоятельства.
Е сли
его
ангел-хранитель
останется
с
ним,
они
пой ­
дут
вместе
на
изумительный
мат ч
бокса,
„на обозрение^, где будут
по казыв ать
апофеоз
Пуанкаре,
наконец,
в
одно
место,
где
он
увидит
же нщин,
исключительных
по
кра с оте,
талан та м,
порокам
и
урод­
ств у.
Но
ангел
не
соблазнился
и
сказал ,
что
пойдет
с
Зитой.
—
Для
чего?
—
Чтобы
подготовить
завоевание
неба.
—
Опя ть
это
безумие!
Завоевание
не...
Но
в едь
я
же
тебе
доказал,
что
это
нево змо ж но
и
нежелательно.
—
До
св идани я,
Морис...
—
Ты
все-таки
иде шь ?..
Ну,
х орош о,
тогда
я
по йду
с
тобою.
И
Морис,
держа
ру ку
на
перевязи,
по след о вал
за
Аркадием
и
Зит°й
на
Монмартр,
в
кабачок
Хлодомира,
где
в
сад у
под
наве­
сом
был
накрыт
стол.
Князь
Истар
и
Теофиль
были
уже
там
вместе
с
одной
малень­
к ой,
желтой
фигуркой,
напоминавшей
реб ен к а,—это
был
японский
ангел.
—
Жд ут
только
Нектария,—сказала
Зи та-
177
12 Восстание ат едой


В
рту
минуту
бесшумно
появился
старый
садовник.
Он
сел,
и
собака
легла
у
его
ног.
Французская
кухн я
—
первая
в
мире.
Ее
слава
прогре м ит
превыше
в сех
других,
ко гда
человечество,
по­
умнев,
поставит
вертел
выше
шпаги.
Хлодомир
подал
ангелам
и
смерт­
ному,
кот орый
был
с
ними,
жирную
похлебку,
свиное
филе
и
поч ки
в
ма дер е,
д о к азывавш ие,
что
эт от
монмартрский
пов ар
не
был
раз­
вращен
аме рик анца ми,
которые
портят
лучших
поваров
Города-
го ст ини цы.
Хлодомир
откупорил
бу т ылку
бордо,
которое
хотя
и
не
значи­
ло сь
ср еди
лучших
лоз
Медока,
но
ароматом
и
букетом
свидетель­
ст во вало
о
своем
благородном
происхождении.
Следует
отметить,
что
посл е
этого
вина
и
многих
других
хозяин
погребка
торжественно
принес
романею,
креп кую
и
легкую,
мощную
и
нежную,
настоящей
бургундской
закваски,
огненную
и
хмельную,
ист инну ю
ра дост ь
чувств
и
духа.
Старый
Нектар ий
поднял
стак ан
и
сказал:
—
Тебе,
Дио н ис,
величайший
из
богов,
тебе,
кто
вместе
с
зо­
лотым
веком
вернет
смер тным ,
ст ав шим
героями,
гроздья,
кот орые
Лесбос
отводил
некогда
от
черенков
Меф имны,
и
лоз ы
Ф азос а,
и
белый
виноград
озера
Мареотидского,
и
пог р еба
Фалерна,
и
ви но­
гр адни ки
Тмола,
и
царя
вин
—Фанею.
Сок
этих
гроздьев
будет
бо же­
ственным,
и
вновь,
как
во
времена
ст аро го
Силена,
люди
будут
опьяняться
мудростью
и
лю бовью.
к
Когда
подали
коф е,
Зит а>
кн язь
Истар,
Аркадий
и
японский
ангел
с д елали
поочередно
доклады
о
состоянии
си л,
собранных
пр о­
тив
Иа лдавао фа.
Ангелы,
пок ид ая
вечное
блаж енс т во
для
зем ных
стр ада ний ,
у мст венно
развиваются,
но
вместе
с
тем
п рио брета ют
спосо бно ст ь
ошибаться
и
впадат ь
в
противоречия.
Поэтому
их
с обра­
ния ,
подобно
л юдск им,
бываю т
шу мн ыми
и
беспорядочными.
Как
только
один
из
заговорщиков
приводил
цифру,
другие
тотча с
же
ее
опровергали.
Они
не
мо гли
сложить
двух
чи сел
без
спора,
и
сама
арифметика,
прон ик аяс ь
ст раст ью,
терял а
сво ю
точность.
Керуб,
кот оры й
силой
привел
благочестивого
Теофиля,
услышав,
что
му зы­
кант
восхваляет
гос по да,
вознегодовал
и
над ава л
ему
по
го лове
к оло­
тушек,
кот орым и
можно
было
бы
уби ть
быка.
Но
го лова
му зы канта,
как
оказывается,
крепче
черепа
быка.
И
удары,
полученные
Теофи­
лем ,
не
изм енил и
мыс лей
этого
ангела
о
божественном
про вид е нии.
Аркадий
долго
противопоставлял
св ой
нау ч ный
идеализм
прагматизму
178


Зи ты,
но
прекрасная
архангельша
сказала
е му,
что
р ассу ж дает
он
слабо.
—
Чему
же
вы
удивляетесь!
—
во скл икну л
ангел-хранитель
мо­
лодого
Мориса,—Я
р ассу жд аю,
как
и
вы,
на
человеческом
языке.
А
что
такое
человеческий
язык?
Крик
горного
или
лесного
зверя,
только
усложненный
и
испо р ч енный
гордыми
приматами.
Постройте-
ка,
Зита?
из
этого
набора
гневных
или
жалобных
звуков
логи че ско е
рассуждение!
Ангелы
не
рассуждают.
Лю ди
же,
к оторы е
стоят
выше
ангелов,
рассуждают
плохо.
Я
не
говор ю
о
п рофе сс орах,
которые
думают
оп реде л ить
аб солют
при
помощи
криков,
у наслед о ванных
ими
от
антропопитеков,
обезьян,
двуутробок
и
пресмыкающихся
—их
предков.
Это
великая
бу ффо нада!
Как
бы
позабавился
ею
демиург,
буд ь
он
умен!
Но чь
озарилась
звездами.
Садовник
хранил
молчание.
—
Нектарий,— сказала
прекрасная
а рхан гельша, — сыг р айте
на
фл ейт е,
ес ли
вы
не
боитесь
растрогать
небо
и
землю.
Нектарий
взял
фл ейту .
Молодой
Морис
з ажег
папиросу.
Пламя
вспыхнуло
на
мгновение,
снова
погрузило
в
темноту7
н ебо
и
звезды,
и
ум е рло.
Нектарий
же
во спел
это
плам я
на
св оей
вдохновенной
фл ейт е.
Се реб рян ый
голос
зазвучал
и
сказал:
—
Это
пламя
есть
в селе нная ,
исполнившая
с вое
пре дназнач ение
ме нее
чем
в
минуту.
Ее
с озд али
из
сол нц
и
планет.
Венера
Урания
измерила
орбиты
тел,
блуждающих
в
бес кон еч ных
пространствах.
От
д ыха ния
Эроса?
перворожденного
из
богов,
р од ились
р астени я,
животные,
мысли.
За
двадцать
секунд,
прот ек ших
между
возникно­
вением
и
см ер тью
этого
мир а,
развернулись
цив илиза ции,
империи
пережили
долгий
период
упадка.
Матери
пла кали
и
к
безмолвным
небесам
возносились
песни
любви,
крики
ненависти
и
вздохи
жертв.
Соответственно
своему
малому
размеру,
этот
мир
жил
столько
же,
ск ол ько
жил
и
проживет
тот,
другой
мир ,
неско л ько
атомов
кото­
р ого
сияют
у
нас
над
головой.
Оба
они
— вспышки
свет а
в
б ес­
конечности.
И
по
мере
того
как
в
зачарованном
воздухе
во зник али
чи­
с тые
и
св етлы е
звуки,
земля
с тала
переходить
в
неясную
туман­
ность,
а
звезды
—
описывать
бы стр ые
круги.
Большая
Медведица
распалась,
и
части
ее
р ассып ались .
Пояс
Ориона
разорвался,
По­
лярная
зв езда
покинула
сво ю
магнитную
ось.
Сириус,
свет ив ший
на
гори зон те
раскаленным
све том ,
п ого лубе л,
по кр аснел ,
зам ер цал
12*
179


и
в
мгновенье
погас.
Созвездия
з адвиг ал ись
и
образовали
новые
з наки,
которые
исч езли
в
с вою
очередь.
Свои м
волш е бс твом
маги­
ческая
флейта
сж ала
в
кра тк ое
мгновение
жизнь
и
движение
этог о
ми ра,
казавшегося
людям
и
ангелам
нед виж имы м
'и
вечным.
Она
замолкла,
и
небо
приняло
прежнее
обличие.
Нектарий
исч ез.
Хло-
домир
спр о сил
гос те й,
д овольн ы
ли
они
супом,
который,
да бы
хорошо
увариться,
сутки
стоял
на
огне,
и
по хв алил
божолезское
вино,
которое
они
пили.
Ночь
была
мягкая.
Аркадий
вместе
со
своим
анг ело м-х ран ите лем,
Теофилем,
кня зем
Истаром
и
японским
ангелом
проводили
3ИТУ
до
дом у.
Глава
XXXIII
о
т ом,
как
ст раш ное
злодеяние
повергло
в
ужас
в есь
Париж
Город
спал.
Шаги
гул ко
раздавались
на
опустелых
тротуарах.
Дойдя
до
середины
Монмартрского
холма,
на
углу
улицы
Фет ри е,
маленькое
общество
остановилось
у
двери
прекрасной
архангельши.
Арк ад ий
толковал
о
Престолах
и
Властях
с
Зитой,
к отора я,
положив
пал ец
на
кнопку,
медлила
звонить.
Князь
Истар
концом
трости
р исо вал
на
т ротуа ре
чертежи
но вых
с на рядов
и
испуск ал
м ыч ание,
будившее
уснувших
бу ржуа
и
приводившее
в
трепет
соседних
Па си-
фай.
Те офил ь
Беле
пел
во
все
горло
баркаролу,
у кр ашаю щую
второй
акт
„Алины,
королевы
Гол кон ды“ .
Морис,
держа
правую
р уку
на
перевязи,
п ыт ался
фехтовать
левою
с
японцем,
выбил
искры
из
мостовой,
выкрикивая
пронзительным
г олос ом : „Задет !“
Тем
вр еме нем
на
углу
соседней
улиц ы
пр едавал ся
мечтаниям
бригадир
Гролль.
Он
был
широкоплеч,
как
р имски й
лег ио нер,
и
обла д ал
всеми
отличительными
че рта ми
той
ве лич ест в енно
раболеп­
ной
расы,
котора я,
с
тех
пор
как
люд и
ста ли
с трои ть
города,
охра­
ня ет
им пери и
и
поддерживает
дина ст ии.
Бри га дир
Гролль
был
чело­
ве ком
сильным,
но
о чень
утомленным.
Он
ст р адал
от
тя желой
службы
и
ску дног о
питания;
че ло век
долга,
но
все
же
человек,
он
не
мог
ус тоя ть
перед
с об лазна ми,
чарами
и
обольщениями
весел ых
девиц ,
которые
встречались
ему
в
темноте,
на
безлюдных
бульва-
180


pax, на
пустырях;
он
их
любил.
Он
творил
с
ними
любовь,
как
со л дат,
сто я,
в
амуниции;
отсюда
и
его
усталость,
которая
превосхо­
ди ла
его
с илы.
Не
пройдя
еще
и
по ло вины
ж изне нно го
пути,
он
уже
подумывал
о
сладком
отдыхе
и
мир ном
сельском
труде.
В
рту
мягку ю
ночь
он
меч тал
на
углу
улиц ы
Мюл лер а;
мечтал
о
своем
родном
доме,
об
оливковой
ро щице,
об
отцовском
уч ас тке
земли,
о
согбенной
долгой
работой
старухе-матери,
которую
ему
не
суждено
было
бо лее
увидеть.
Пробужденный
от
грез
ночным
шумом,
аг ент
Гроллъ
до шел
до
перекрестка
улиц
Мюл лер а
и
Фетрие
и
без
всякой
благосклонности
стал
наблюдать
за
группой
праздношатающихся,
в
к оторых
его
соц иал ь ный
инстинкт
за под озри л
врагов
закона.
Он
был
терпелив
и
р еши т елен.
После
долгого
молч ан ия
он
сказал
с
гроз­
ным
спокойствием:
—
Проходите.
Но
Морис
и
японский
анг ел
фехтовали,
ничего
не
сл уш ая;
музыкант
п огрузи лс я
в
свои
с обс т венные
мелодии,
князь
И стар
весь
уше л
в
форм улы
взрывчатых
веществ,
Зи та
с
Аркадием
обсуждали
ве лич айшее
предприятие,
подобного
которому
не
было
с
тех
п ор,
как
солнечная
сист ем а
вышла
из
первобытной
туманности,
и
никто
ИЗ
них
не
з амеч ал
происходящего
вок р уг.
181


—
Я
сказал:
проходите,—
повторил
бригадир
Гролль.
На
эт от
раз
анге лы
ус лыша ли
торж еств е нн ое
приказание,
но
то
ли
по
рассеянности,
то
ли
из
пренебрежения
не
послушались
и
продолжали
кри ча ть,
петь
и
р ассу ждать .
—
Зн ачи т,
вы
жел аете,
чт обы
вас
арестовали?
—
взревел
б ри­
га дир
Грол ль,
схв ат ив
своей
ш иро кой
рукой
князя
Истара
за
плечо.
Керуб,
во зму щенный
грубым
пр ико снов ени ем,
одним
уд аром
своего
стра ш ного
кулака
отправил
бри гади ра
в
к анав у.
Но
аг ент
Фезанде
уже
спеш ил
на
помощь
к
начальнику;
они
ринулись
вдвоем
на
князя
Ист ара ,
с тали
би ть
его
размеренно
и
я рос тно
и,
бы ть
может,
несмотря
на
его
сид у
и
в ес,
они
искровянили
бы
его
и
по та­
щили
в
пол ице йс кий
участок,
если
бы,
прежде
чем
Ар кадий ,
Морис
и
З ита
успели
вм ешать ся ,
японский
анг ел,
без
особенного
усилия,
не
с бил
их
с
ног
одного
за
другим
и
не
поверг
в
грязь,
где
они
ревели
и
корчи ли сь.
Что
касается
ангела-музыканта,
то
он
трепетал
в
сто ­
рон ке
и
в зывал
к
не бу.
В
рту
минуту
два
булочника,
м есивши е
тесто
в
ближайшем
п одва ле,
прибежали
на
шум,
в
белых
юбках,
голые
ио
пояс.
По
ин­
сти нк ту
со циаль но й
солидарности
они
встали
на
сторону
повер­
женных
агентов.
Теофиль
ощути л
при
ви де
их
настоящий
ужас
и
уб еж ал;
они
его
догнали
и
хотели
пе реда ть
блю стит ел ям
порядка,
но
Ар кадий
и
Зит а
вырвали
его
у
них
из
ру к.
Борьба
продолжалась,
н еравная
и
уж ас ная,
между
двумя
ангелами
и
двумя
пекарями.
Сил ой
и
кра сот ой,
п одобн ой
Лизиппову
а тле ту,
Ар кадий
сдавил
в
своих
объятиях
тучного
противника.
П рек р асная
архангелыпа
ударила
кин­
жалом
булоч н ик а,
кот орый
н ападал
на
нее.
По
волосатой
груди
потекла
черная
кровь,
и
оба
пекаря,
сторонники
зак она ,
свалились
на
тротуа р.
Агент
Фезанде
без
чувств
лежал
ничком
в
канав е.
Бригадир
же
Г ролль
п рип од нялся
и,
дав
сви сток,
который
должны
бы ли
услы­
шать
на
соседнем
посту,
брос илс я
на
молодого
Мориса,
но
тот,
будучи
в
состоянии
защищаться
тол ько
одной
рукой,
разрядил
ле­
вою
св ой
револьвер
в
аг ент а,
к отор ый
поднес
руку
к
сер дцу ,
за­
шатался
и
упал .
Он
испустил
долгий
вздох,
и
вечная
тьм а
застлала
ему
взор.
Тем
временем
о кна
открывались
одно
за
дру ги м,
и
г оловы
высо в ывал ись
на
улицу.
Послышалось
приближение
тяжелых
ша­


гов.
Два
по ли цейски х
ве лосип едист а
показались
на
улице
Фет ри е.
Тогда
князь
Иста р
бросил
бомбу,
которая
сотрясла
землю,
погасила
газ,
разрушила
несколько
домов,
скрыв
в
густом
дыму
бегство
анге­
лов
и
молодого
Мориса.
Ар кадии
и
Морис
решили,
что
после
этого
приключения
самым
над ежны м
будет
вернуться
в
квартирку
на
улице
Рима.
Б ыло
не­
сомненно,
что
их
отыщут
не
сразу,
а
возможно,
что
и
никогда,
так
как
бомба
кер уба ,
к
сч аст ию,
ун и чтож ила
вс ех
сви д етел ей
прои с­
шествия.
Они
заснули
на
рас св ете
и
еще
спали
в
десять
часов
утр а,
ко гда
при вра т ник
принес
им
ча й.
Куша я
гренки
с
маслом
и
ветчиной,
молодой
д’Эпарвье
говорил
своему
анг ел у:
—
Я
думал,
что
преступление
ест ь
нечто
необыкновенное.
Оказывается,
я
ошибался.
Эт0
само е
п рост ое,
само е
естественное
дело .
—
И
само е
традиционное,—добавил
ан ге л.—В
течение
долгих
веков
у би вать
и
об ира ть
лю дей
было
для
человека
делом
пр ивыч ным
и
необходимым.
На
войне
э т<>
предписывается
и
по
сие
время.
При
опр еделе нных
обстоятельствах
даже
п очет но
пок уша ть ся
па
ч ело­
веческую
жизнь:
ведь
все
одобряли
вас,
когда
вы
хотели
мен я
убить,
Морис,
потому
что
вам
пок азало сь ,
будто
я
сос тоял
в
близ­
ких
отношениях
с
ваш ей
возлюбленной.
Но
убивать
бригадира—
не
де ло
порядочного
человека
из
о бщест ва.
—
Зам олчи ,—в о скли кнул
Морис,—замолчи,
негодяй!
Я
убил
Этого
не сча стн ого
бригадира
ин сти нктив но ,
не
сознавая,
что
делаю .
Теперь
я
в
отчаянии.
Но
не
я,
а
ты
вино ве н,
ты
—у бий ца.
Эт<>
ты
увлек
меня
на
пут ь
восстания
и
насилия,
который
в едет
в
бездну.
Ты
погубил
меня ,
ты
принес
в
жертву
своей
го р дыне
и
злобе
мой
покой,
мое
с част ье.
И
без
всякой
пол ь зы.
Ибо
предупреждаю
тебя,
Ар кадий :
т ебе
не
уд ас тся
то,
что
ты
затеял.
Привратник
принес
га зе ты.
Заг лянув
в
ни х,
Морис
побледнел.
Кру пн ыми
буквами
возвещали
они
о
злодеянии
на
улице
Фетрие.
Убиты:
полицейский
бригадир
и
два
агента-велосипедиста;
два
по д­
мастерья-булочника
тяжело
ранены,
три
здания
разрушены,
мног о
жертв.
Выронив
из
рук
г азет у,
.Морис
сказал
слабым
и
жалобным
голосом
:
—
Аркадий,
зач ем
ты
не
убил
меня
г ам,
в
ве рсал ьско м
са ди ке,
среди
роз,
под
свист
дрозда?
183


Меж
тем
уж ас
овладел
Парижем.
На
площадях
и
людных
ули­
цах
хозяйки,
с
веревочными
м ешк ами
в
руках,
бл едне я,
слу шал и
повесть
о
преступлении
и
призывали
на
голов ы
ви нов ных
самые
же стоки е
кары.
Лавочники
у
порогов
маг аз инов
обвиняли
в
зл о­
дея нии
анархистов,
синдикалистов,
со циал исто в,
радикалов
и
требо­
ва ли
специ аль ных
законов.
Люди
глубокомысленные
видели
в
этом
дело
рук
евреев
и
немцев
и
настаивали
на
изг нани и
иностранцев.
Многие
восхваляли
американские
нравы
и
советовали
пр ибег ну ть
к
суду
Линча.
К
печатным
новостям
присоединялись
зловещие
слухи .
Взрывы
слыш ал ись
в
разных
местах,
везде
находили
бомбы.
По­
вс юду
рук а
народа
обрушивалась
на
лиц,
кото рых
принимали
за
пре­
ступников,
и
их
в
истерзанном
виде
передавали
в
руки
правосудия.
На
пл оща ди
Респу бл ик и
народ
разорвал
на
клочки
пьяницу,
кри­
ча вш е го: „Долой сыщиков !“
Председатель
сов ета
министров,
министр
юстиции,
совещался
долго
с
префектом
полиции,
после
чего
они
решили
для
успокоения
возбужденного
населения
Парижа
неме дле нно
а ре стов ать
пять
или
ше сть
апаш ей
из
числ а
тех
тридцати
тысяч,
к оторы е
имеются
в
ст о лице.
Начальник
ру сск ой
по лиц ии,
признав
в
преступлении
метод
нигилистов,
потребовал
в ыдачи
русскому
пр ави тел ь ству
дю­
жины
эмигрантов,
что
б ыло
немед лен но
исполнено.
Равным
об­
разом
был и
в ыданы
несколько
личностей
для
усп око ени я
испанского
короля .
Узнав
об
этих
энергичных
мерах,
Париж
вздохнул
с
об лег­
ч ени ем,
и
вечерние
газеты
поздравили
правительство.
Сведения
о
зд о­
ровье
раненых
б ыли
превосходны.
Они
были
вне
опасности
и
при­
знавали
нап авш их
на
них
во
всех
те х,
ко го
к
ним
пр иво дил и.
Бригадир
Гролль,
правда,
был
мертв,
но
две
сестры
милосердия
дежурили
ок оло
него,
и
президент
совета
министров
приехал
во з­
ложи ть
почетный
крест
на
грудь
э той
жертвы
долга.
Ночью
бы ли
случаи
паник и.
На
авеню
Восстания
агенты
зам е­
ти ли
на
п усты ре
фургон
акр о бато в,
который
они
п ри няли
за
при­
тон
бандитов,
вызв али
подкрепление
и,
ког да
их
набралось
доста­
точно,
напа ли
на
повозку.
Честные
граж да не
пр исо едини лись
к
ни м,
пр ои звед ено
б ыло
пятнадцать
тысяч
револьверных
выст р ело в,
ф ур­
гон
был
взорван
дин ами то м,
и
сре ди
обломков
наш ли
‘труп обезьяны.


Глава
XXXIV,
в
которой
происхо дит
ар ест
Бу шот ты
и
Мо­
риса,
ра зг ром
библиотеки
д’Эпарвье
и
отбытие
ангелов
Морис
д’Эпарвье
провел
ужасную
ночь.
При
малейшем
шуме
он
хватался
за
револьвер,
чтобы
не
отда ться
живым
и
рук и
право­
судия.
Утром
он
вырвал
газеты
из
рук
пр ивра т ницы,
жадно
пр о­
бежал
их
и
испустил
кри к
радости:
он
п рочел ,
что
на
теле
брига­
дира
Гро для,
доставленном
в
морг
после
вскрытия,
врачами
были
обнаружены
только
синяки
и
ссадины,
ве сьма
поверхностные,
и
что
смерть
п роиз ошла
от
разрыва
сердечной
а орты.
—
Ты
видишь,
Аркадий,—воскликнул
он
с
торжествующим
ви­
дом,—
ты
видиш ь :
я
не
убийца.
Я
невиновен.
Я
никогда
не
мог
с ебе
представить,
до
ка кой
степени
прия тно
бы ть
невиновным.
Пот ом
он
заду мал ся ,
и,
как
это
обыч но
бывает ,
р азмыш ле ние
рассеяло
его
радость.
—
Я
нев ино вен.
Но
нечего
скрывать
от
самого
с ебя ,—ск азал
он,
качая
головой,—что
я
причастен
к
шайке
негодяев;
я
живу
с
бандитами.
Ты
в
ней
на
своем
месте,
Аркадий,
так
как
ты
—
су бъе кт
подозрительный,
жестокий
и
порочный.
Но
мне,
человеку
из
хо ро шей
семь и,
получившему
превосходное
воспитание,—мне
это
с ты дно.
—
Я
то же ,—ска зал
Арк ад ий ,— пол учил
превосходное
воспитание.
—
Где
это?
—
На
небе.
—
Нет,
Аркадий,
нет,
ты
не
получил
воспитания.
Есл и
бы
те бе
вбили
в
голову
принципы,
ты
бы
их
сохран ил .
Принципы
ни ко гда
не
утрачиваются.
Я
выучился
с
детства
уважать
семью,
родину
и
религию.
Я
этого
не
забыл
и
н ик огда
не
за бу ду.
Знаешь
ли,
что
меня
больше
всего
возмущает
в
те бе?
Не
порочность,
не
жесто ­
кость,
не
черная
неблагодарность,
да же
не
агн ост иц изм,
с
которым
еще
можно
кое-как
примириться,
и
не
скептиц изм ,
уже
вышедший
из
моды
(ибо с момента национального пробуждения во Франции
нет
более
скептиков),—нет!
Что
мне
противно
в
тебе
—
это
отсут­
ствие
вкуса,
дурной
тон
твоих
ид ей,
отсутствие
изящества
в
твои х
доктринах.
Ты
р ассуж даешь ,
как
интеллигент,
ты
рассуждаешь,
как
185


свободомыслящий,
тво и
теории
пахнут
радикализмом,
от
них
не сет
взглядами
Комба
и
тому
п одобн ой
мерзостью.
Убирайся,
ты
мне
пр оти вен!..
Аркадий,
мой
еди нст вен ный
друг ,
Аркадий,
мой
старый
ангел,
Аркадий,
мой
дорогой
мальчик,
послушайся
своего
ангела-
хранителя:
уступи
мо им
мольбам,
откажись
от
безумных
ид ей,
стань
попрежнему
добрым,
пр о стым,
невинным,
сч аст лив ым.
Надевай
шляп у,
пойдем
вместе
в
Нотр-Дам.
Там
мы
помолимся
и
поста­
вим
све чку .
Меж
тем
общественное
мн ение
был о
еще
возбуждено;
большая
пресса,
этот
орга н
национального
пробуждения,
с
настоящим
подъ­
емом
и
действительной
глубиной
р аскр ывала
в
ря де
статей
философию
чудовищного
пр есту пл ения ,
возмутившего
все
умы.
Подлинный
ко­
ре нь
и
к освен ные,
но
ре альн ые
прич ины
его
видели
в
безнаказан­
ном
распространении
р ево л юцио нных
доктрин,
в
ослаблении
социаль­
ной
узды,
в
расшатанности
моральной
дисциплины,
в
постоянном
апеллировании
ко
всем
вл ечен ия м,
ко
всем
вожделениям.
Чт обы
пресечь
зло
в
корне,
нео бх о димо
б ыло
как
можно
скорее
отказаться
от
хим ер
и
утопий
вроде
синдикализма,
подоходного
налога
и
т.
д.
и
т.
д.
Многие
г азет ы,
даже
из
числа
не
лишенных
значения,
видели
в
участившихся
преступлениях
естественные
плоды
неверия
и
по­
лагали,
что
с пасение
общества
заключается
в
единодушном
и
искрен­
нем
возврате
к
религии.
В
воскресенье,
по след о вавшее
за
преступлением,
в
церквах
наблюдалось
необычайное
скопление
нар о да.
Судья
Сальнёв,
производивший
следст вие,
допросил
с н ачала
лиц,
арестованных
полицией,
и
запутался
в
соблазнительных,
но
ложных
сл едах ;
переданный
ему
рапорт
осведомителя
Монтрмена
направил
его
на
верный
путь
и
сразу
помог
признать
в
преступниках
с
улицы
Фетрие
жешперских
бандитов.
Он
приказал
разыскать
Ар кади я
и
Зиту
и
отдал
распоряжение
об
аресте
князя
Истара,
которого
схва­
ти ли
двое
агентов,
ко гда
он
выходил
из
квартиры
Б ушотт ы,
где
прятал
бомбы
н ового
образца.
Ке руб,
узнав
о
намерении
агентов,
широко
улыбнулся
и
спросил,
есть
ли
у
них
хороший
автомобиль.
В
ответ
на
их
слова,
что
автомобиль
ждет
у
подъезда,
он
за ве рил
их,
что
ему
больше
ничего
не
надо.
Немедленно
тут
же
на
лестнице
он
улож ил
обо их
агентов,
подошел
к
ож ид ав шему
его
автомобилю,
бросил
шофера
под
проезжавший
ми мо
автобус
п
сх ват ил
руль
на
глазах
потрясенной
толпы.
186


В
тот
же
ве чер
г-н
Ж он кур,
к ом иссар
полиции
по
важнейшим
делам,
проник
в
квартиру
Теофиля
в
ту
минуту,
ког да
Бушотта
гло та ла
сырое
яйцо,
чтобы
п рочи ст ить
голос,
так
как
вечером
она
должна
б ыла
петь
в
„Национальном рльдорадо“
свою
новую
песенк у :
„В Германии этого нет“.
Музыканта
не
б ыло
дома.
Б ушотт а
при н яла
чиновника
с
гордым
достоинством,
иску пав шим
п рост оту
ее
на р яда:
она
была
в
одной
рубашке.
Почтенный
чиновник
захватил
парти­
туру
„Алины,
королевы
Голконды“
и
любовные
пис ьм а,
которые
певица
заботливо
хран и ла
в
ящике
ночного
сто лика ,
так
как
лю­
би ла
порядок.
Он
уже
собирался
уходи ть ,
ког да
заметил
с те нной
шкаф;
он
не бреж но
открыл
его
и
на шел
снаряды,
кот орым и
можно
был о
взорвать
пол
Парижа,
а
также
пару
больших
бе лых
крыльев,
происхождения
и
назначения
кот орых
не
мог
себе
объ яс ни ть.
Бу-
шотте
было
предложено
закончить
туа лет,
и,
несмотря
на
кр ики,
ее
препроводили
в
полицию.
Г-н
Сальнёв
был
неутомим.
Рассмотрев
бумаги,
зах вач енны е
на
квартире
Бушотты,
и
руководствуясь
указаниями
Монтрмена,
он
отдал
приказ
аре стов а ть
молодого
д’Эпарвье,
что
и
б ыло
исполнено
в
среду
27 мая в семь часов утра с соблюдением величайшей преду­
предительности.
Уже
три
дн я,
как
Морис
не
спал ,
не
ел,
не
любил,
не
жил.
Он
ни
минуты
не
сом нев алс я
отн оси тель но
причины
на­
несенного
ему
утрен н его
визита.
При
виде
комиссара
по лиции
не­
ожиданное
спокойствие
охватило
ег о.
Ар кадий
не
приходил
до мой
ночевать.
Морис
поп ро сил
комиссара
подождать
е го,
тща тельн о
оделся
и
последовал
за
чиновником
в
стоявшее
у
подъезда
такси.
Он
ощу­
щал
душевную
ясность,
которая
только
сле гка
омр ачи лась ,
ко гда
дверь
Копсьержери
закрылась
за
ним.
Оставшись
о дин
в
к ам ере,
оп
взобрался
на
ст ол,
чтобы
вз гл януть
на
улицу.
Он
увидел
клочок
голубого
неб а
н
ул ыбну лся .
Причиной
его
спокойствия
были:
ду­
шевная
усталость,
притупленность
чувств
и
отсутствие
стра ха
ар е­
ста.
Несчастие
пр ида ло
ему
высшую
мудрость.
Он
чувствовал,
как
на
не го
нисх о дит
благ ода ть.
Он
не
возносился
духом
и
не
пре зи рал
себя
чре зме рн о,
а
просто
предался
вол е
бо ж ией.
Не
скрывая
своих
ошибок,
которые
я сно
соз навал ,
он
мысленно
обращался
к
прови­
дению
с
просьбой
учест ь
то
обстоятельство,
что
е сли
он
и
пошел
ио
пути
преступления
и
бунта,
то
лишь
для
тог о,
что бы
вернуть
на
путь
истинный
своего
заблудшего
ангела.
Он
растянулся
на
ло же
и
спокойно
засн ул .
187


У знав
об
аресте
пев ич ки
и
сына
почтенных
родителей,
Париж
и
провинция
б ыли
неприятно
удивлены.
Взволнованное
трагическими
кар тинам и,
нар ис ов анн ыми
ши рокой
пре ссо й,
общественное
мнение
требовало,
чтобы
закон
пр ив лек
к
ответственности
зл о бных
анархи­
стов,
погрязших
в
убийствах
и
поджогах,
и
не
могло
себ е
пред­
став ить ,
чего
р ади
полиция
принялась
за
артистический
мир
и
высшее
общество.
Председатель
совета
мин ист ро в,
минис т р
юст и­
ции,
узнав
эту
н овос ть
одн им
из
последних,
подскочил
на
своем
кр есл е,
украшенном
сфинксами,
менее
грозными,
чем
он
сам,
и,
обуреваемый
ярост ны ми
мыслями,
изрезал,
по
примеру
Напо л ео на,
перочинным
ножом
с вой
императорский
сто л
крас ног о
де рева .
И
ко­
гда
судья
Сальнёв,
призванный
им,
предстал
п ред
его
взором,
пре д­
седа тел ь
совета
министров
бросил
св ой
перочинный
ножик
в
к амин,
по до бно
тому,
как
Людовик
XIV* выбросил в окно свою трость
в
присутствии
Ло зена,
и,
с
невероятным
у силием
сдерживая
се бя,
сказал
изм енив шимся
голосом:
—
Вы
с
ума
со шл и?..
Я,
кажется,
достаточно
яс но
ука зал ,
что
Заговор
должен
быть
анар х ич еск им,
ант ио бщест вен ным ,
глубоко
анти­
о бщес тве нным
и
антиправительственным,
с
оттенком
син дикал изма;
я
в
достаточной
мере
выразил
желание,
чт обы
его
вместили
в
эти
границы.
А
что
сделали
из
нег о
вы?
Реванш
для
анархистов
п
ре­
волюционеров.
Ко го
вы
арестовали?
Певицу,
л юбим ую
национали­
стической
публикой,
и
сы на
глубокочтимого
члена
кат о лич еской
партии,
котор ый
принимает
у
себя
наших
епископов
и
в хож
в
Вати­
кан,
человека,
которы й
со
дня
на
день
может
сдел ать ся
послан­
ником
при
папе!
Вы
одним
махом
отнимаете
у
ме ня
сто
шестьдесят
депутатов
и
сорок
с ен аторов
правой,
да
еще
н акану не
запроса
о
ре­
лигиозном
примирении;
вы
сс ори те
мен я
и
с
сегодняшними,
и
с
завтрашними
м оими
друзьями.
Не
для
того
ли
вы
захватили
любовные
письма
молодого
Мориса
д’Эпарвье,
чтобы
узнать,
не
на­
став ил
ли
он
и
вам
рога,
как
этому
б о лвану
дез -Обел ь?
Мог у
вас
на
это т
счет
успокоить:
вы
рога ты ,
и
весь
Па риж
это
знает.
Но
вы
служите
в
суде
не
для
того,
чтобы
вымещать
св ои
личные
обиды.
—
Господин
министр
юстиции,—пробормотал,
зады ха ясь ,
судья,
которому
кров ь
бросилась
в
г олов у,—я
чес тн ый
че лове к.
—
Вы
болван...
и
вдобавок
провинциал.
Послушайте:
если
Мо­
рис
д’Эпарвье
и
мадемуазель
Бушотта
не
будут
вы пущ ены
через
по л часа
на
свободу,
я
вас
в
порошок
сотру.
Можете
ид ти!
188


Р ене
д’Эпарвье
сам
поехал
за
своим
сыно м
в
Кон сь ерж ери
и
привез
его
в
старый
особняк
на
улице
Гарансьер.
В озв ращ ение
бы ло
триумфом;
пустили
слух,
что
молодой
Морис
с
благородной
опрометчивостью
пр инял
участие
в
по пыт ке
восстановить
монархию
и
что
судья
Сальнёв,
подлый
фр анкм асо н,
креатура
Комба
и
Андре,
п ыт ался
скомпрометировать
му ж ест венно го
молодого
человека,
свя­
зав
его
с
бандитами.
Таково,
повидимому,
бы ло
мнение
г- на
аббата
Патуля,
ко торы й
отвечал
за
Мориса,
как
за
самого
себя.
Кром е
того,
все
знал и,
чт о,
порвав
с
отцом,
со чу вст ву ющим
рес пу бл ике,
молодой
д’Эпарвье
примкнул
к
кр айн ему
р еализ му.
Люди,
хорошо
осведомлен­
ные,
усматривали
в
его
аресте
месть
ев ре ев.
Ведь
Морис
был
изв ест ным
антисемитом.
Католическая
молодежь
уст рои ла
к ошач ий
кон цер т
под
окнами
судьи
Сальнёва,
проживавшего
на
улице
Ге-
него,
против
Монетного
двора.
На
буль ва ре
у
здания
суда
груп па
студентов
в ручи ла
Морису
пальмовую
ветвь.
Морис
ум или лся
при
в иде
старого
особняка,
где
прошло
его
детство,
и,
рыд ая,
упал
в
объятия
ма тер и.
Этот
прекрасный
день
был,
к
несч аст ь ю,
омрачен
о дним
тягос тны м
собы т ием.
Г-н
Сарьетт,
потерявший
рассудок
после
дра мы
на
улице
Курс ел ь,
внезапно
вп ал
в
буйство.
Занершись
в
библиотеке,
он
оставался
там
ц елые
сутки,
испу ск ая
страшные
крики,
и,
невзирая
на
угрозы
и
просьбы,
от ка­
за лся
вы йти.
Он
провел
ночь
в
нео бычай ном
возбуждении,
о
чем
можно
было
заключить
по
свету
его
лампы,
непрерывно
.двигавшейся
За
за нав ес ками.
Утром,
у слыш ав
Ипполита,
звавшего
его
со
двора,
он
открыл
окно
в
за ле
С фер
и
Философов
и
запустил
стар о му
слуге
в
голову
два
или
три
увесистых
тома.
Вся
прислуга—мужчины,
женщины
и
мальчишки
— сбежались
во
двор ,
а
библиотекарь
стал
шв ыр ять
в
них
цел ыми
охапками
книг.
При
со здав ше мся
положении
г-н
Ре не
д’Эпарвье
снизошел
до
личного
вмешательства.
Он
по­
явился
в
ночном
колпаке
и
халате
и
попытался
унять
бедного
безумца,
но
тот
вместо
ответа
излил
поток
руга те льс тв
па
человека,
ко тор ого
доселе
почитал
за
своего
благодетеля,
и
попытался
похо­
ронить
его
под
всеми
библиями,
талмудами,
священными
книгами
Индии
и
Пе рси и,
гр еч еск ими
и
латинскими
отцами
цер кв и,
святым
Иоанном
ЗлатоУстом,
Григорием
Назианин ом ,
блаж е нным
Авгу ст и­
ном,
святым
Иер о нимо м,
апологетами
и
„Историей изменений с по ­
метками
самого
Боссю^та.
Томы
in octavo, in quarto, in folio без
189


всякого
уважения
летели
во
д вор.
Письма
Гассенди,
отц а
Мерсенна.
Паск а ля
трепал
ве тер.
Г орни чн ой,
которая
нагнулась,
чтоб ы
подо­
бра ть
в
кан аве
листы,
угодил
в
гол ову
огромный
голландский
атлас.
Г-жа
Ре не
д’Эпарвье,
испуганная
зловещим
шумом,
появилась,
не
у спев
накраситься.
При
виде
ее
ярость
старика
Сарьетта
уд в оила сь.
Пу щен ные
со
в сего
разм ах у,
оди н
за
другим,
бюсты
поэтов,
ф ило­
софов,
историков
др ев но сти:
Г оме ра,
Эс хид а>
Соф окла ,
Еврипида,
Геродота,
Фукидида,
Сократа,
Пл ато на,
Аристотеля,
Демосфена,
Ци­
церона,
Вергилия,
Горация,
С ен е ки , pTMKTeTa,—
падали
и
разбива­
лис ь
о
плиты,
на
котор ых
с
ужасным
грохотом
погибли
также
обе
сферы,
земная
и
не бесная ,
посл е
чего
н асту пила
минута
жуткой
тишины,
прерываемой
лишь
звонким
смехом
Леона,
созерцавшего
Это
з рели ще
в
окно.
Когда
с лес арь
открыл
дверь
библиотеки
п
все
о битател и
до ма
вошли
туда ,
их
взорам
предстал
старик
Сарьетт,
кот оры й,
загородившись
грудами
книг,
разрывал
на
клочки
„Лукре-
ция “
прио ра
Ва ндо мск ого
с
собственноручными
пометками
Во ль­
тера.
Н адо
был о
п роложи ть
дорогу
через
бар ри кады.
Но
сума­
с шед ший,
увидев,
что
в
его
уб ежи ще
проникли,
убежал
через
чер­
дак
на
кры шу.
В
течение
двух
часов
его
воп ли
разносились
да­
л еко
кругом.
На
у лице
Гарансьер
скоплялась
все
прибывавшая
толпа,
которая
смотрела
на
несчастного
и
кричала
от
ужаса,
ко гда
он
скользил
по
ч ер епицам ,
трещавшим
у
него
под
но гам и.
Вм ешавший ся
в
толпу
г-н
аббат
Патуль
с
минуты
на
минуту
ожи д ал,
что
Сарьетт
сверзится,
шептал
отходную
и
готов и лся
да ть
ему
отпущение
гре­
хов
„in extremist Полицейские охраняли здание и следили за
порядком.
В ызв али
пожарных,
и
вскоре
раздался
звук
их
ро жк ов.
Они
приставили
лестницу
к
стене
дома
и
после
уж асно й
борьбы
схватили
безумца,
который
при
отчаян ном
сопротивлении
по вре­
дил
себе
на
руке
мускул.
Он
был
немедленно
отправлен
в
больницу.
Мо рис
пообедал
в
семейном
кругу,
и
все
рас троган н о
ул ыбалис ь,
к огда
Виктор,
старый
дворецкий,
по дал
жа рен ую
телятину.
Г-н
а ббат
Патуль,
сидя
по
правую
ру ку
матери-христианки,
с
умилением
со­
зерцал
эту
благословенную
небом
семью.
Тем
не
менее
г-жа
д
Э парв ье
пр одо л жала
ос тав а ться
озаб оч енн ой.
Она
ежедневно
получала
ано ­
нимные
письма,
до
такой
степе ни
груб ые
и
оскорбительные,
что
сначала
подо зр евал а
в
них
уволенного
лакея,
но
потом
узна ла,
что
они
исх одя т
от
младшей
дочери
Берты,
совсем
еще
ребенка.
Ма-
190


л епь кий
Лео н
п рич инял
ей
также
много
забот
и
огорчений.
Он
со­
в сем
не
уч ился
и
проя вля л
дурные
наклонности.
Он
ст ано вил ся
жестоким.
Он
ощипал
живьем
сестриных
чижиков;
он
утыкал
бу­
л авк ами
стул,
на
котором
с идела
ма дем уазе ль
Капор аль,
и
укр ал
четырнадцать
фра н ков
у
этой
несчастной
девушки,
к отор ая
с
утра
до
вечера
тольк о
и
делала,
что
п лака ла
да
сморкалась.
Как
только
об ед
кончился,
Морис,
торопясь
повидать
своего
ангела,
устремился
в
квартирку
на
улице
Рим а.
Еще
сквозь
дверь
он
услы ш ал
гул
гол осов
и
в
комнате,
где
п роиз ошло
явление
Ар ка­
дия,
увидел
собравшихся—-Зиту,
ангела-музыканта
и
керу ба,
ко­
торый,
растянувшись
на
кровати,
ку рил
огромную
трубку,
небрежно
п рожи гая
подушки,
простыни
и
од еял о.
Они
обн яли
Мориса
и
со­
общили
о
предстоящем
отъезде-
Л ица
у
них
сияли
радостью
и
от ва­
гой.
Один
лиш ь
вдохновенный
автор
„Алины,
королевы
Голконды“
проливал
слезы
и
возводил
к
неб у
испуганные
вз оры.
Керуб
на­
сильно
втянул
его
в
партию
восставших,
п р едстави в
на
выбор
—
ли бо
томиться
в
зем ных
тюрьмах,
л ибо
идти
с
огнем
и
мечом
на
дворе ц
Иа лдав аоф а.
Морис
с
грустью
увидел,
что
земля
стада
для
них
уже
по чти
безразличной.
Они
ух од или
в
пут ь
полные
ве ли кой
и
оправданной
надежды.
Конечно,
бесчисленному
войску
небесного
су лт ана
они
могли
противопоставить
лишь
незначительные
с илы;
но
они
ра с­
считывали
возместить
свою
малочисленность
несо к ру шимым
нат и­
ско м
внезапного
нап аден ия.
Они
знал и,
что
И алда вао фа,
кич ащ е­
гос я
всеведением,
иногда
можно
захватить
врасплох.
И
в
само м
деле,
надо
думать,
что
без
сов ет ов
Михаила
его
бы
за бра ли
врасплох
еще
при
первом
во сст ании .
Небесная
ар мия
нисколько
не
у сов ер­
шенствовалась
с
победы
над
восставшими
еще
до
начала
времен.
В
смысл е
вооружения
и
техники
она
был а
столь
же
отсталой,
как
и
марокканская.
Генералы
п огря зли
в
изнеженности
и
невежестве.
Ос ыпаем ые
почестями
и
богатством,
они
пре дп очи тали
веселье
пр азд­
нест в
тягот ам
во йны.
Михаил,
их
генералиссимус,
попрежнему
чест­
ный
и
хра б рый,
с
веками
утратил
пыл
и
от ва гу.
Наоборот,
за го­
ворщики
1914 года знали самые новые и совершенные применения
науки
к
искусству
разрушения.
Нако не ц
все
б ыло
готово
и
опре­
д елено .
Армия
во сст авших ,
организованная
в
корп ус а
по
сто
тысяч
ангелов
в
каждом,
собралась
на
всех
пустынях
зем ли:
в
степях,
191


пампасах ,
песках,
льд ах
и
сн ега х;
она
готова
б ыла
ринуться
на
небо.
Ангелы,
изменяя
ри тм
составляющих
их
атомов,
могут
прони­
ка ть
сквозь
самую
разнообразную
среду.
Духи,
спустившиеся
на
землю
и
сос тоящ ие
со
времени
своего
воплощения
из
су бстанци и
весь ма
плотной,
не
могут
бо лее
летать
со бст вен ными
силами.
Ч тобы
подняться
в
эфир ные
пространства
и
там
по ст епенно
утратить
плот­
ность,
они
нуждаются
в
помощи
св оих
братьев,
во сст авши х
как
и
он и,
но
пр еб ывающ их
в
Эм пир ее
и
оставшихся
не
то
что
имма­
териальными
(ибо все в мире материально),
но
изумительнейше
то нки ми
и
прозрачными.
По
правде
сказать,
не
без
томительного
страха
готовились
Аркадий,
Истар
и
Зит а
перейти
из
пл от ной
зе м­
ной
атмосферы
в
св ет лые
бездны
неб а.
Ч тобы
окунуться
в
эфир,
им
нужно
был о
развить
такую
энергию,
что
даже
с амые
смелые
из
них
ко ле бал ись
начать
полет.
Их
субстанция,
попа д ая
в
эту
тончайшую
среду,
должна
б ыла
сам а
у тон чи ться
и
испаригься
и
пе ре йти
от
человеческих
ра зм еров
к
объему
о бш ирнейши х
обл а­
ко в,
когда-либо
окутывавших
земно й
ша р.
Вскоре
зат ем
они
должны
были
превзойти
величиною
телескопические
пл ан еты,
че рез
орби ты
кот орых
им,
невидимым
и
невесомым,
пр едстоя л о
пройти,
не
на­
рушая
их
тече н ия.
В
эт ом
напряжении,
вел ича йшем
из
вс ех,
на
какое
только
спо со бны
ан ге лы,
их
субстанция
делает ся
то
го­
рячее
огня,
то
холоднее
льда ,
что
причиняет
им
страдания
горше
смерти.
Морис
по
выражению
глаз
Аркадия
понял
всю
смелость
и
му­
чит ельн ость
такого
предприятия.
—
Ты
уходишь,—сказал
он
ему,
рыд ая.
—
Вместе
с
Нектарием
мы
пойдем
за
великим
архангелом,
к оторы й
поведет
нас
к
по беде .
—
Кого
ты
так
называешь?
—
С в я щенники
демиурга
говорили
тебе
о
нем,
клевеща
на
него.
—
Несчастный!
— вздохнул
Морис.
И,
закрыв
лицо
руками,
он
залился
слезами.
192


ГЛАВА
XXXV
и
по след н яя,
где
развертывается
величествен­
ный
сон
Сатаны
Пройдя
сем ь
вы со ких
террас,
п одымаю щих ся
от
крутых
берегов
Ган га
к
храмам,
сокрытым
в
гуще
лиан,
пять
ангелов
по
запущен­
ным
аллеям
достигли
заросшего
сада,
полного
душ истых
гроздьев
и
обезьян-хохотунов,
в
глубине
которого
они
на шли
того,
за
кем
пришли.
Архангел
полулежал,
облокотясь
на
черные
подушки,
рас­
шит ые
золотыми
языками
пламени.
У
ног
его
пок оил ись
львы
и
га­
зел и.
Обвившись
вокруг
де ревь ев,
ручные
зме и
смо тре ли
на
нег о
приветливым
взглядом.
При
в иде
анг ел ь ских
посетителей
лицо
его
зату манил о сь
грустью.
Еще
в
ту
пору,
когда,
увенчанный,
со
ск и­
петром
из
в ин оград ной
лозы,
он
поучал
и
утешал
людей,
сердце
его
не
раз
разрывалось
от
пе чали ;
но
нико г да
ещ е,
со
в рем ени
его
славного
падения,
на
п рек расн ом
лице
его
не
леж ало
печати
такой
с корби
и
тревоги.
Зи та
рассказала
ему
о
сонмах
черных
зна мен ,
с обр анных
во
вс ех
пустынях
зем но го
ша ра,
и
о
грядущем
освобождении,
обдуман­
ном
и
подготовленном
в
тех
областях
неба,
где
произошло
первое
во сст ание.
И
прибавила:
—
Гос уда рь,
войска
ждут
те бя.
Веди
же
их
к
победе.
—
Др узь я,—
отв е чал
в елик ий
арха нге л,—
я
зна л
цель
в ашего
прихода.
Корзины
с
плодами
и
медовые
сот ы
ж дут
вас
в
т ени
того
большого
дерева.
Солнце
за хо дит
в
роз ов ые
воды
священной
реки.
Све рш ив
трапезу,
вы
сладко
уснете
з десь
в
саду,
где
разум
и
на­
сл аж дение
цар ят
с
тех
пор,
как
я
изгнал
отсюда
дух
старого
деми ­
урга.
За втра
я
дам
вам
ответ.
Н очь
распростерла
над
садо м
св ое
с инее
покрывало.
Сатана
засну л ,
и
ему
был
сон.
И
во
сне,
вита я
над
землею,
он
увидел,
что
она
покрыта
восставшими
а нге лами,
прекрасными
как
боги,
и
глаза
их
метали
молнии.
И
от
полюса
до
по люса
вознесся
к
нему
ед иный
крик,
слитый
из
мириадов
кр ико в,
кри к,
полный
над еж ды
и
любви.
И
Сатана
сказал:
—
Идем!
Сразимся
с
наш им
и ско нным
врагом
в
его
горнем
ж ил ище.
13 Восстание ангелов
193


И
он
п овод
по
небесны м
равнинам
бесчисленную
ангельскую
рать.
И
был
Сатана
осведомлен
о
том ,
что
происходило
в
то
время
в
н ебесно й
твердыне.
Когда
весть
о
втором
восстании
дошла
туда,
от ец
сказал
сыну :
—
Непримиримый
вра г
снов а
во сст ал.
Подумаем
об
опасности
и
позаботимся
о
за щит е,
что бы
не
лишиться
нам
горней
обители.
И
с ын,
единосущный
отцу,
отв ет ил:
—
Мы
победим
з наменем,
давшим
победу
Константину.
Негодование
охватило
Г ору
господню.
Сначала
верные
серафимы
ст али
сулить
восставшим
страшные
муки;
потом
они
за д умал ись
над
тем,
как
их
победить.
Гн ев,
загоревшийся
во
вс ех
сердцах,
вос п ла­
менял
л ица.
Никто
не
со мн ева лся
в
победе,
боялись
только
измены;
шпио но в
и
ра с прост ран ите лей
тревожных
слухов
обрекали
на
ве чный
мр ак.
Кричали,
пели
старинные
гимны,
восхваляли
господа.
Пили
мистические
в ина.
Отвага
от
излишнего
напря жения
могла
вот-вот
ослабнуть,
и
тайное
беспокойство
проникало
в
темные
глубины
ду ши.
Архангел
Михаил
приня л
вы сшее
к ом анд ов ание.
Своим
спокойствием
он
вселял
уверенность
в
умы.
Его
лицо,
отображавшее
его
душу ,
было
полно
презрения
к
опас нос т и.
По
его
приказу
начальники
громов,
кер убы ,
р аздобр ев шие
от
до лго го
покоя,
обходили
тяж ел ой
поступью
сте ны
священной
г оры
и,
обводя
мол ниенос ные
тучи
гос ­
под ни
медленным
взглядом
своих
бычьих
гл аз,
пытались
привести
в
готовность
божественные
бат аре и.
Осмотрев
укре пле ни я,
они
по­
кля лись
в сев ышнем у,
что
все
г ото во.
Стали
обсуждать
пл ан
действия.
Михаил,
как
истый
во енный,
высказался
за
нападени е.
„Это,—г ово ­
рил
он, —п е рвое
правило.
Либо
нападаешь
ты,
либ о
нап адают
на
те бя.
Середины
не т“.
Кроме
того,
доб авля л
он,
положение
н ападающ их
вполне
со­
ответствует
г орячно сти
Престолов
и
Властей.
Что
касается
оста ль­
ного,
то
ни
одн ого
сло ва
нельзя
был о
добиться
от
доблестного
вож дя,
и
это
мо лч ание
каз ал ось
все м
признаком
уверенного
в
себе
гения.
Как
только
неприятель
был
замечен,
Михаил
послал
ему
на­
встречу
три
армии
под
командой
архангелов
Уриила,
Ра фа ила
и
Гавриила.
Знамена
восточных
расцветок
развернулись
над
эфирными
пол я ми,
и
молнии
по сыпал ись
на
звезд ну ю
мостовую.
Три
дня
и
три
ночи
на
Г оре
господней
ничего
не
знали
о
судьбе
возлюбленного
и
грозного
воинства.
На
за ре
че тве рто го
дня
ста ли
доходить
сму т ные
194


и
странные
вести.
Говорили
о
нерешительных
победах,
о
сомнитель­
ных
триумфах.
Слухи
о
сл авн ых
деян иях
нарастали
и
р ассеив али сь
в
тече ние
не ск ольк их
часов.
Ув еряли ,
что
молнии
Рафаила,
направлен­
ные
на
восставших,
ун и чтож али
их
цел ыми
эскадронами.
Люди,
хорошо
о свед о млен ные,
утверждали,
что
во йс ка,
которыми
ко ман­
дов ала
нечестивая
Зит а?
погре бе ны
в
вихрях
огненной
бури.
Пе ре­
давали,
что
неистовый
Ист ар
был
низ ве рг нут
в
бездну,
перевернулся
задом
вверх
так
вне запно ,
что
изрыгаемые
его
устами
богохульства
закончились
самым
позорным
звуком.
Всем
хотелось
думать,
что
С ат ана,
скованный
алмазным и
цепями,
снова
погруж ен
в
бе здну .
А
между
тем
от
начальников
трех
армий
не
было
никаких
гонцов.
К
вестям
о
п обеде
стали
примешиваться
глухие
слухи,
которы е
заставляли
опасаться
неопределенного
исхода
сраж ения
и
даже
по-
с пепшо го
отст упле ни я.
Дер зки е
голоса
утверждали,
что
оди н
дух
само й
низшей
категории,
какой-то
ангел-хранитель,
ничтожный
Ар­
кадий,
привел
в
смятение
и
опрокинул
сияющую
армию
тре х
велик их
арха нге лов .
Гов ори ли
также
о
толпах
перебежчиков
из
северного
неба,
где
было
по дня то
восстание
до
начала
времен,—а
кое-кто
даже
видел
черные
туч и
нечестивых
ангелов,
кот орые
присоединялись
к
восстав­
шим
арм и ям,
сформированным
на
зе мле.
Но
добр ые
гра жд ане
не
дове­
рял и
эти м
г ну сным
слухам
и
цеплялись
за
вести
о
победе,
кото р ые
пер ех оди ли
из
уст
в
уст а,
укрепляя
и
подтверждая
одна
д ругую .
Выс­
шие
сферы
о гл асил ись
г имн ами
ра дос ти:
сера(])имы
восславляли
на
арфах
и
гуслях
б ога
громов
Саваофа.
Голоса
избранных
присоедини­
лись
к
голосам
ангелов,
славя
незримого.
При
мысли
об
избие нии ,
совершенном
посланцами
святого
гнева,
вздохи
ликования
в озн еслись
из
небесного
Ие рус али ма
ко
все выш нему .
Но
ликование
б ла же нных,
уже
заранее
доведенное
до
выс ших
пре дело в,
не
могло
более
воз ­
рас та ть,
и
из бы ток
радо сти
сделал
их
нечувствительными.
Пе сно пения
еще
не
умолкли,
ког да
стража,
стоявшая
на
стенах,
приметила
первых
беглецов
божественного
воинства
—
о щип анных ,
л етев ших
в
бе с поря дке
сер афим о в,
искалеченных
керубов,
ков ыл яв­
ших
на
тре х
ногах.
Бесстрастным
взглядом
князь
воинства
Михаил
и зме рял
величину
раз грома ,
и
его
просветленный
разум
про ни кал
в
причины.
Ар мии
б ога
живого
пошли
в
наступление;
но
вследствие
одной
из
тех
причин,
к оторы е
на
вой не
ра зруш ают
планы
ве лич айши х
военачальников,
враги
также
пошли
в
наступление,
и
ре зуль та ты
13*
195


этого
бы ли
нал ицо .
Едв а
только
ворота
твердыни
от кры лис ь,
дабы
принять
славные
и
изуродованные
ост ат ки
тре х
армий,
как
огненный
дож дь
полился
на
Г ору
господню.
Армии
Сатаны
еще
не
б ыло
видно,
но
топазовые
стены ,
изу мр у дные
купола
и
алмазные
кров ли
уже
руши лис ь
со
страшным
гро хот ом
под
действием
эле ктроф оро в .
Старые
гром ов ые
облака
пы та лись
отвечать;
но
они
действовали
на
слишком
близкое
расстояние,
и
их
молнии
тер я лись
в
пустынных
равнинах
неба.
Поражаемые
нев идим ым
врагом,
верные
ангелы
покинули
укре­
пления.
Михаил
по шел
доложить
своему
богу,
что
через
д вадца ть
четыре
часа
священная
гора
будет
во
власти
демонов
и
что
по вел ител ь
мир а
мо жет
сп аст ись
только
бегством.
Сер афим ы
уложили
в
ларцы
др агоц ен н ости
неб ес ной
короны.
Мих аил
подал
ру ку
царице
небес ной ,
и
божественная
се мья
убе жа ла
из
дворца
через
порф ирные
по дзе­
мелья.
Ог ненный
потоп
заливал
цитадель.
В ер ну вшись
на
св ой
боевой
пост,
доблестный
архангел
за яв ил,
что
ни
за
что
не
с да стся,
и
тотчас
же
ве лел
п одн ять
знамена
бог а
живого.
В
тот
же
ве чер
во сст ав шая
ар мия
вошла
в
трисвятой
град.
Верхом
на
огненном
коне,
Сатана
вел
св оих
демонов.
С зади
него
шли
Аркадий,
Ист ар
и
Зита.
Как
в
мис­
териях
Диониса,
старый
Нектарий
ехал
на
ос ле.
Позади
них
р аз­
вевались
черные
з наме на.
Га рниз он
слож ил
оружие
перед
Сатаной.
Мих аил
опу ст ил
к
ногам
архангела-победителя
с вой
пыл аю щий
меч.
—
Возьмите
ваш
ме ч,
Ми хаи л,— сказ ал
Сатана,—Люцифер
воз ­
в ра щает
вам
его.
Носите
его
для
охра ны
мира
и
законов.
Затем,
о бр атив
вз ор
к
начальникам
не бесных
фаланг,
он
во с­
кликнул
зычным
голос ом :
—
Ар хан гел
Михаил,
и
вы,
Вл аст и,
Престолы
и
Силы,
клянитесь
быть
верными
вашему
бог у.
—
Клянемся!
—ответили
все
в
од ин
голос.
И
Сатана
сказал:
—
Власти,
Пре с толы
и
Си лы!
Отныне
я
хочу
пом нит ь
лишь
непо беди мо е
мужество,
которое
вы
проявили
в
прошлых
во йнах ,
и
вашу
верность
власти,
что
яв ляе тся
порукой
вашей
верности
мне .
На
следующий
де нь
на
эф ирно й
равнине
Сатана
роздал
во йск ам
чер ные
знам ена,
ко торы е
крылатые
воины
покрыли
поцелуями
и
орос ил и
слезами.
196


Сатана
венчал
себя
богом.
При
венчании
в округ
све рк ающи х
с тен
небес но го
Ие рус али ма
в
б еск оне чной
рад ости
толпились
ап ос то-
лы,
папы,
дев ств енни цы,
мученики,
исповедники
—
все
избранники,
пребывавшие
во
время
ужасной
бит вы}
в
блаженном
спо ко йств ии.
Из­
бранные
с
в ост оргом
взирали
на
низвержение
во
ад
вс евыш нег о
и
на
в о сш ествие
Сатаны
на
п рес тол
господень?
И
согласно
воле
бога,
вос­
претившего
им
с ко рбь,
они
на
старый
лад
запели
хв алы
ново му
гос ­
поду.
И
Сатана,
устремив
проницательный
вз гляд
в
про стра нс тво,
с м отрел
на
маленький
шар
из
зем ли
и
воды,
где
ког да -то
нас адил
он
виноград
и
со здал
первые
тра ги ческ ие
хоры.
Он
о бр атил
сво й
вз ор
на
Ри м,
где
низверженный
бог
некогда
обосновал
св ое
могу­
щество
хитростью
и
ложью.
В
то
время
святой
муж
упр а влял
цер ­
ковью.
Сатана
увидел,
как
он
пла кал
и
мо лил ся.
И
он
сказал
ему :
—
Я
поручаю
т ебе
супругу
м ою.
Храни
ее
верно.
Я
вверяю
те бе
право
и
власть
устанавливать
догматы,
учреждать
таинств а,
созда­
вать
законы
для
сохранения
чи с тоты
нравов.
И
всякий
верный
обязан
повиноваться
им.
Моя
ц ерк овь
вечна,
и
врата
адовы
не
од олею т
ее.
Ты
непогрешим.
Ничто
не
изм енило сь .
И
наследник
апостолов
почувствовал,
как
его
заливает
блаж ен ­
ств о.
Он
пал
ниц,
уронив
го лову
на
плиты,
и
ответил:
—
Гос поди
боже
мой ,
узнаю
голос
твой.
Дых ание
твое
разлилось
подобно
бальзаму
для
моего
сер дц а.
Да
будет
благословенно
имя
твое .
Да
будет
воля
твоя
на
зем ле
и
на
не бесах .
Не
введ и
нас
во
иску шен ие,
но
избави
нас
от
лукавого.
Сатане
нравились
и
хвалы
и
возможность
оказывать
милость;
он
любил
слушать,
как
превозносят
его
мудрость
и
могущество.
Он
рад ост но
внимал
песно пе ния м
хе руви м ов,
славящих
его
благодеяния,
ему
перестала
нравиться
флейта
Нектария,
потому
что
она
воспе­
вала
природу,
признавала
за
насек о мым
и
за
был инко й
их
до лю
могу­
щества
и
любви,
гов ори ла
о
р адо сти
и
свободе.
Сатана,
некогда
с одрогав ш ий ся
в сем
телом
при
мысли,
что
с корбь
вл адеет
миром,—
теперь
чув ств ов ал
себя
недо ст у пным
жалости.
Он
с м отрел
на
ст ра­
дан ия
и
на
смерть
как
на
сч астли вые
пос ледс тв ия
своего
вс ем огу­
щества
и
благодати.
И
кровь
жертв
дымилась
пер ед
ним ,
как
прият­
ный
ф имиам.
Он
ос уж дал
знание
и
нен ави дел
любознательность.
Он
сам
отказывался
изучать
ч то- либо
из
страхаА
как
бы
приобретение
197


им
новых
знаний
не
д ало
повода
думать,
что
он
не
искони
был
вс е­
ведущ.
Он
полюбил
тайну,
боялся
утратить
св ое
вел ич ие,
ес ли
его
поймут,
и
потому
притязал
быть
не по стижим ым.
Непроницаемая
тео­
ло гия
туманила
ему
ум.
Одн аж ды,
по
примеру
своего
предшествен­
ника,
он
изм ы слил
пров оз глас и ть
себя
ед иным
богом
в
трех
лицах.
У вид ев,
что
Аркадий
улыбался
во
время
этого
провозглашения,
он
про гн ал
его
с
гл аз
своих.
Уже
давно
Ист ар
и
З ита
вернулись
на
землю.
И
века
проходили,
как
с екун ды.
Но
вот
однажды,
с
высоты
своего
престола
он
проник
взглядом
в
самую
глубину
без дны
и
ув и­
дел
Иалдаваофа
в
геенне,
ку да
он
вверг
его
и
где
сам
долго
томился.
Иалдаваоф
и
в
вечной
тьме
сохранил
свою
гордость.
Почерневший,
сл ом ленн ый,
грозн ый
и
величественный,
он
поднял
ко
дворцу
ца ря
небес
взгляд,
и спо лненный
пр ез рен ия,
и
отвернулся.
И
новый
бог^
внимательно
посмотрев
на
противника,
увидел,
как
скорбное
лицо
его
озарилось
мыслью
и
добротой.
Теперь
Иалдаваоф
созерцал
з емлю»
и,
видя,
что
она
погружена
во
зло
и
стр ада ни е,
питал
в
сердце
своем
благие
зам ыслы.
Вдр уг
он
поднялся
и,
рассекая
эфир
не­
объятными
р ук ами,
как
ве сл ами,
ринулся
поучать
и
уте шат ь
людей.
И
уже
огромная
т ень
его
закрыла
несчастную
пла нет у
тенью,
столь
же
сладостной,
как
ночь
любви.
Сатана
проснулся
в
хол одн ом
поту.
Нектарий,
Истар,
Ар кадий
и
Зи та
с тояли
по дле
него.
Колибри
пели.
—
Товарищи,—сказал
в ели кий
архангел,—нет,
не
будем
завое­
вывать
неба!
До ст ато чно
то го,
что
мы
можем
это
сдел ать.
В ойна
порождает
войну,
а
победа—поражение.
По беж денный
бог
стал
бы
Сатаной,
а
по беж денный
Сатана
—
бого м.
Да
хранит
ме ня
судьба
от
Это й
страшной
участи!
Я
люблю
ад,
взрастивший
мой
г ений,
люблю
землю,
которой
я
принес
нем но го
добра,
насколько
это
воз м ожно
в
ужас ном
мире,
где
все
живет
убийством.
Те пер ь,
вашими
стара­
ниями,
старый
бог
лишился
земного
владычества,
и
вс е,
что
мыслит
на
земном
шаре,
не
хочет
знать
его
или
презирает.
Что
пользы,
если
люди
не
по дч иня ются
Иалдаваофу,
но
дух
его
еще
живет
в
ни х?
Если,
по
подобию
его,
они
исполнены
зависти,
насилия,
раздора
и
алчности?
Если
они
враги
искусства
и
красоты?
Что
п ольз ы,
ес ли
они
отвергли
жестокого
демиурга,
но
не
слушают
друзей
своих,
демонов,
Диониса,
Аполлона
и
Муз,
несу щих
им
истину?
Что
касае тся
на с;
небес ных
духов;
высш их
демонов^—
мы
уже
побе­
198


д или
тирана
нашего
—
Иалдаваофа,
по б едив
в
себ е
невежество
и
ст рах.
Сатана
обратился
к
садо внику :
—
Нектарий,
ты
сражался
вм есте
со
мной
до
рождения
мира.
Мы
был и
п об еждены,
потому
что
не
поняли,
что
победа
—д ух
и
что
только
в
н ас,
в
нас
самих
должны
мы
сразиться
с
Иалдаваофом
и
истребить
его.


СОДЕРЖАНИЕ
Гла ва
I, содержащая
в
не многи х
стро ках
и стори ю
француз­
ской
семьи
с
1789 года до наших дней ... ... .. ... ... .. ...
5
Гла ва
II, в которой можно найти полезные
сведения
об
одной
библиотеке,
где
в
ско ром
врем ени
про изойд у т
у див итель ­
ные
события.................................................................
9
Гла ва
III, где начинается непонятное
.
.
• •......................
15
Гла ва
IV, в
своей
выразительной
краткости
о тбр асы ваю щая
нас
почти
за
п ределы
осязаемого
мира...................
19
Гла ва
V, в которой придел Ангелов в церкви святого Сульпи­
ция
дает
п ищу
для
размышлений
об
искусстве
и
бог о­
словии
.............................. *..........................................
22
Г лава
VI, в которой старик Сарьетт обретает
свои
сокровища
29
Глава
VII, представляющая довольно большой интерес и содер­
жащая
мораль,
которая,
н адеюс ь,
приде тся
по
вк усу
большинству
чи тате лей,
ибо
опа
формулируется
следую­
щим
горьким
восклицанием: „Куда
вл ечеш ь
ты
мен я,
мысль!44
А
вед ь
всеми
при зна но,
что
м ысли ть
вредно
и
что
подлинная
мудрость
заключается
в
том,
чтобы
не
думать
ни
о
чем......................................................
32
Гла ва
VIII, где
говорит с я
о
любви,
что
должно
поправиться
чит ателю ,
ибо
п о весть
без
любви
—
то
же,
что
колбаса
без
горчицы:
ве щь
нелепая............................................37
Гл ава
IX, которая подтверждает слова одного древнегреческого
поэ т а: „Нет ничего сладостнее золотой Афродиты44.
.
.
44
Глава
X, далеко превосходящая по
смелости
вым ысл ы
Данте
и
Мильтона
,................................................................
46
Глава
XI о том,
как
ангел,
надев
платье
самоуб ийц ы,
пок и­
нул
молодого
Мориса,
ли ш ивш егося
своего
небесного
хра ­
нител я
...........................................................................
53
201


Глава
XII, где говорится о том,
как
ангел
Мирар,
несший
бл а­
годать
и
утешения
кварталу
Елисейских
полей
в
Па ри же,
увидел
певицу
и?
кафешантана,
по
имени
Бушо тта ,
и
полюбил
е е... ... .. ... ... .. ... •..................................................58
Г лава
XIII, г де мы
услы ш им
прекрасную
архангельшу
З иту,
излагающую
сво и
высокие
замыслы,
и
увиди м
в
ст ен­
ном
шкафу
крылья
Мирара,
изъеденные
мо лью
.
.
.
.
6i
Гл ава
XIV, в которой появляется керуб,
тр у дящийся
на
благо
человечества,
и
которая
неслы х анным
обр а зом
за канч и­
вается
чудом
с
флейтой..............................................
69
Гла ва
XV, где мы видим,
что
м олодо й
Морис
да же
в
объ ятиях
своей
возлюбленной
ск орб ит
об
утрате
ангела-хранителя,
и
где
аббат
Патуль
отвергает
мысль
о
новом
восстан ии
ан ге лов
как
ложную
и
суетную...............................
76
Глава
XVI, где по очереди
выводятся
па
с цепу
ясновидящая
Мира,
Зефирина
и
роковой
Амедей
и
где
на
устрашаю­
щем
пр име ре
г -на
Сар ь етта
док азы вает ся
мыс ль
Еври­
пид а,
что
Юпит ер
отнимает
разум
у
тех,
кого
он
хо­
чет
погубить..................................................... •
.
.
83
Глава
XVII, где говорится о том,
что
Софар,
стол ь
же
жадный
до
золо та ,
как
сам
Маммон,
предпочел
небесной
родине
Франц ию ,
благословенную
землю
Бережливости
и
Кр е­
д ита,
и
где
лишний
раз
доказывается,
что
имущ ий
боится
всяких
перемен..........................
91
Глава
XVIII, где начинается рассказ
сад овн ик а,
в
те ч ение
ко­
торого
п еред
нами
развернутся
судьбы
мира
в
рассуж­
дении,
с толь
же
великолепном
по
широте
взглядов,
сколь
уз ко
и
убого
по
своим
воззрениям
„Рассуждение
о
всемирной
истории"
Боссюэта...............................
96
Глава
XIX.
Прод олже н ие
рассказа..................................................... 106
Гла ва
XX.
Продолжение
рассказа......................................................... 110
Гла ва
XXI.
Прод олже ни е
и
конецрассказа........................................ 117
Гла ва
XXII, где о писы ва ется,
как
в
антикв арн ой
лавке
б ыло
нарушено
пр е ступно е
сч ас тье
папаши
Гинардона
рев­
ностью
жен щин ы,
охваченной
вел ик ой
любовью
....
125
Глава
XXIII, где
обнаруживается
изумительный
характер
Бу-
шот ты,
соп рот ивляю щейся
насилию,
но
уступающей
любв и.
Пусть
не
г оворя т
после
этого,
что
автор—жено­
ненав истни к
......................
.
130
Глава
XXIV, рассказывающая о
превратностях
судьбы,
ис пы­
танных
„Лукрецием"
п риора
Вандо мс ко го
.......
134
Гла ва
XXV, в которой Морис находит своего ангела
.. ...
137
Глава
XXVI.
Совещание
........................................................................ 142
Глава
XXVII, г де
раскрывается
тайная
и
глу бока я
причина,
весьма
част о
вызывавшая
столкновения
межд у
импе­
202


ри ями,
ведшая
к
р азорени ю
как
победителей,
так
и
по­
бежденных,
и
где
рассудительный
читатель
(буде тако ­
вой
найдется,
в
чем
я
сомневаюсь)
призадумается
над
метким
изречением:
„Война — это
коммерческое
предприятие0
............................................................................
147
Глава
XXVIII, посвященная тягостной семейной сцепе
....
153
Глава
XXIX, г де
обнаруживается,
что
ангел,
став
ч ело веко м,
ведет
себя
по-человечески,
то
е сть
желает
жены
ближ­
не го
своего
и
предает
друга.
Эта
же
г лава
пок ажет
безупречное
поведение
м олодог о
д’Э пар вье.. .. ... ... .. ... 156
Глав а
XXX, повествующая об одном деле чести и позволяющая
судить,
делаемся
ли
мы
лучше,
как
это
утверждает
Ар­
кадий,
от
сознания
своих
проше д ших
ошиб ок ... ... .. 161
Глава
XXXI, вызывающая
у
нас
изумление
тем ,
с
к акой
лег ­
костью
че лове к
честный,
робкий
и
кр откий
мож ет
со­
вершить
ужасное
преступление.................................. 168
Глава
XXXII, в которой мы услышим флейту
Нектария
в
ка­
бачке
Хлодомира......................................................... ...
.
.
174
Г лава
XXXIII о том,
как
стра шн ое
злодеяние
п ове ргло
в
ужа с
весь
Париж................................................................................... 180
Глава
XXXIV, в которой происходит арест Бушотты и Мориса,
ра зг ром
библиотеки
д’Эпарвье
и
отб ыт ие
ан гелов
.
.
.
185
Глава
XXXV и последняя,
где
развертывается
величественный
сон
Сатаны........................................................
193


Редактор
Л.
Д.
Та расо в
Художественная
редакция
М.
П.
Сокольников
Лит.-техническ.
наблюдение
В.
В.
Чешихина
Техни чески й
редактор
Л.
А.
Фрязинова
С дано
в
набор
22.XT . 36. По д-
писано
в
печать
16.TII . 37.
Тир.
10.300 .
Уполн.
Главли­
та
Б -9064.
За к.
тип.
No
1018.
За к.
«Ас» 243.
Инд.
А —1.
Бум.
72X^10^.
П.
л.
254г.
У.
а.
л.
11,67
Фаб ри ка
кни ги
«Красный
прол ет арий».
Москва,
Кр аснопр ол ет арс кая , 16.
Цена
Р.
8.00
Переплет
Р.
2.00