4

НЕСТОР H Ä X H O
iVJi

ПОД РЕДАКЦИЕЙ, С ПРЕДИСЛОВИЕМ
И ПРИМЕЧАНИЯМИ т. ВОЛИНА

ПАРИЖ
1936

О

•

'(лмо^

НЕСТОР

.

МАХНО "

&0/-/5

—

г
[ В о с п о о л и м а

6

1

РіГ
г

КНИГА II

2980

ПОД УДАРАМИ
КОНТР-РЕВОЛЮЦИИ
(АПРЕЛЬ-ИЮНЬ 1918 г.)

Под редакцией, с предисловием и примечаниями
Тов.
î

ВОЛИНА

и с портретом Н .

Обложка

работы

художника

МАХНО

И. К.

Издание
Комитета Н. МАХНО
Париж
1936

ЛЕБЕДЕВА

I""ДЙ6ЛИ0ТЕКА

suPISf'Vt

Tous droits réservés

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Я очень сожалею о том, что личный конфликт с Неом Махно помешал мне проредактировать
первый том
оспоминаний, вышедший еще при жизни автора. Оттвие опытной редакторской
руки отразилось
неблаиятно на этой первой книжке.
А так-как и самое
жание ее не представляет
еще исключительного интето неудивительно,
что появление этой первой
части
сок Махно вызвало некоторое
разочарование.
Незадолго до смерти Н. Махно, мои личные отношения
м несколько наладились.
Я подумывал
предложить
проредактировать,
при его участии, дальнейшие
воспония. Его смерть помешала осуществлению этого замы-

ri осле смерти Махно,
товарищи,
заинтересованные
ібликовании продолжения
записок, поручили мне прореировать их, а также снабдить пояснительным
предием и некоторыми необходимыми примечаниями к тек(Примечания эти читатель найдет в конце
книги).

^ о

Считаю необходимымпрежде
всего, отметить,
что
редакторская задача сводилась исключительно к приданию
кам Махно минимально литературной
формы. Я не
ко не делал в тексте никаких изменений, которые могли
ть отдаленно повлиять на смысл, но больше того: нако это было возможно, я сохранял нетронутым и самый
подлинника, своеобразный и местами очень красочный,
нные в текст исправления имели в виду исключителъ-

но удобочитаемость
книги. Для непосвященного
читап
! добавлю, что Н. Махно обладал лишь элементарным обр
ванием, а литературным языком не владел и в малой сте,
(что, впрочем, — как уже сказано, — не мешало ему ш
собственный характерный «стиль»). Местами, — в осо
ности там, где он увлекается пространными
теоретическ
рассуждениями,
— его рукопись становится синтаксич
безграмотной.
Гораздо лучше удаются ему описания ж
событий. Страницы,
посвященные живому рассказу о m
событиях, могут оставаться почти *нетронутыми.

По своему содержанию,
настоящая, ІІ-ая книга восп
наний интереснее первой. Наблюдения Махно во время
поездки через всю Россию летом 1918 г., его встречи и р
воры, его размышления, огорчения, разочарования
и, нако
его окончательное решение — посвятить себя целиком о
низации крестьянского восстания на Украине для бо\>
за новый, безвластный общественный строй — все это ч
вычайно характерно
и ярко. Пребывание Махно в Мое
его беседы с Лениным и Кропоткиным — описаны очень
во. Читатель отчетливо видит постепенное
нарастанш
ков но ü идеи Махно. Приближаясь
к концу книги, мы пр
ходно понимаем психологию автора. Перед нами ест
яркий образ человека, целиком и бесповоротно
предан
своей идее. Конец книги исполнен большой душевной нш
женности.

Настоящий,
11-й том воспоминаний Махно доведа
конца июля 1918 г. Автор останавливается
как-раз в п
дверии
того огромного
крестьянского восстания, глав
вдохновителем и организатором
которого он делается а
июля. Следующий,
II 1-й том («Украинская
революци
доведенный до конца 1918 г., еще более интересен и знаЩ
лен. Он дает полное представление о первой,
подготовив
ной стадии движения «махновщины». Он выйдет в свен
посредственно
за ІІ-м томом.

сожалению, на 111-м томе записки Махно
обрываютлезнь и смерть помешали ему довести работу до конотеря невознаградимая,
так-как никто,
лучше его
, не мог бы рассказать о
движении,
описанные им три книги дают, однако,
достаточное
ие, во-первых, о личной роли и о психологии
Махно,
торых, о как-раз наименее известном периоде «махнов: о ее первых шагах и первых успехах. Начиная
с
о года, движение лучше известно. Прежде всего, имеетига П. Аршинова:
«История махновского
движения»,
шая в 1923 г. и ведущая последовательный
рассказ,
ая именно с 1919-го года. Затем, живы
некоторые
ники событий 1919-1921 г. г., способные подробно
о
ассказать. Наконец, существуют, несомненно, и многоные документы, хотя они, в данное время, и рассеяны
тным рукам.
адо сознаться,
что,
сравнительно
с
необычайным
ом и значением самого «махновского» движения,
литеа о нем до сих пор чрезвычайно бедна, что объясняется
ем целого ряда серьезных помех и препятствий.
Некотоварищи намерены в ближайшем
будущем
продолисторию движения
и довести ее до конца. В этих
было бы очень желательно,
чтобы лица, имеющие на
интересные материалы
(воззвания,
приказы,
комгазет, брошюры, фотографии,
протоколы и т. д.),
тавили их, в оригинале или в копии, в
распоряжение
вующей в Париже Коммиссии по собиранию и изданию
касающегося махновского движения
и имеющего общеый интерес. Переписку по этому поводу, равно как и
материалы, следует направлять заказными
пакетаадресу: Librairie Franssen, 11, rue de Cluny, Paris (5),
с припиской: Pour Commission Makhno. По
желаспользованные
материалы
могут; быть
возвращены
о
владельцам.

не нахожу ни нужным, ни возможным давать в нем предисловии критическую оценку махновщины
или
ядов H. Махно. Кой-какие замечания, касающиеся некоего суждений в настоящей работе, читатель
найдет

— 5 —

в примечаниях к соответственным главам, в конце книги. Ч
же касается критического очерка движения, т о я лр
полагаю в ближайшем будущем выпустить небольшую рс
т у , посвященную оценке движения
и вытекающим из і|
- для анархистов и для интересующихся народными беи
ниями — урокам.
*
Волин.
Июль, 1936 г.
Париж.

Глава
НА

ПУТИ

I.

ОТСТУПЛЕНИЯ.

В апреле месяце 1918 г. я вызван был в штаб Егорова
- штаб красногвардейских войск. В указанном мне месте
ітаба, однако, уже не оказалось: он отступил под натиском
щецко-австрийских войск, и где остановился, пока не быизвестно. За время, что я ездил по линиям железных
>рог, в Гуляй-Поле произошли крупные перемены. Оно.
лло занято врагами революции — германо-австро-венгерсими экспедиционными частями и их проводниками, отря- •
іми Украинской Центральной Рады.
Красноармейские и красногвардейские отряды бегут,
ними бегут и другой формации революционные отряды,
жит местами и население, к злорадному удовольс твию враІВ.
Весть о занятии Гуляй-Поля застала меня на станции
„рево-Константиновка и потрясла. А бегство револю.онных сил я видел сам. Тяжело было смотреть на это бегво. Что-то непонятное, тяжелое сдавило мне сердце и лило меня возможности яснее представить все то, что произо:о там, в Гуляй-Поле, за мою двух-дневную отлучку
него. Все совершившееся настолько потрясло и сковало
:ня, что я оказался совершенно не в состоянии противо»ставить свои физические силы этой тяжести. Тут же, на
|анции, я прилег, положив голову на колени одного из
асногвардейцев, и бессознательно выкрикивал:
— Нет, нет, я этой изменнической роли шовинистов
забуду! Может-быть и стыдно революционеру анархисту
:тать в себе мысли о мести, но они поселились во мне, и
сделаю из них для дальнейшей своей революционной
ятельности необходимые выводы...
Об этом мне красноармейцы рассказали впоследствии,
ворили они еще, что я заплакал и уснул в вагоне, на ко-

— 14 —

1—6—

ши «вольных батальонов», нами было допущено свободіе вступление в них всякого желавшего, без какой бы,
ни было проверки. Это привело в ряды «вольных батальо' Мне казалось, что я не спал и лишь чувствовал себя
в» сторонников Украинской Центральной Рады и ее прев какой-то тревоге. Это чувство было тяжело, но я мог
пного против революции союза с немецким и австроходить, говорить. Помню, что я никак не мог сообразить
герским правительствами. Правда, лично я в этом упугде я... Лишь когда я вылез из вагона и увидал, что все
нии не находил большого зла. Большое зло видел я в соеще нахожусь на станции Царево-Константиновка, я изшенно другом упущении, как со стороны Революционвинился перед окружавшими меня красногвардейцами и
го
Комитета, так и с нашей стороны: упущении, которое
направился к вокзалу.
По дороге я встретился с несколькими товарищами и ц могло пяти-шести сознательным подлецам сыграть наткомандованию
Украину
своим братом Саввой Махно, бежавшим из Гуляй-Поля р ку немецко-австро-венгерскому
- - — —
—
—
-и ѵ
™
Это свидание меня обрадовало. Я набросился на них с рас-с эй Центр. Раде в деле занятия Гуляй-Поля без боя и, за4
спросами о том, при каких обстоятельствах было сдано т j , в осуществлении расправы над многими тружениками;!
Гуляй-Поле, какие жертвы понесли отряд анархистов и 3 ущение это заключалось, по-моему, в слишком поспеш^
і и стратегически неразумной (хотя, морально и тактидругие революционные организации.
ки, по отношению к остальным отрядам, оправдываемой)
Но товарищи, увидев меня полубольным, нервным
уклонились отвечать подробно, ограничиваясь самыми крат-в сылке из Гуляй-Поля на фронт отряда анархистовками фразами, вроде: «Гуляй-Поле сдано, но не все в. нем к лмунистов. Отряд этот нужно было держать в Гуляй-Пов непосредственном ведени Революционного Комитета
погибли», и т. п.
„
Это меня очень бесило, но делать было нечего. Я ней секретариата группы анархо-коммунистов, до тех пор,
мог принудить их рассказывать мне подробности, так-какп ta другие воруженные революционные части находились
знал что все воинские поезда были на отходе, и нам нужно зд сь же. Лишь в момент общего выступления вооруженбыло' успеть найти в одном из них себе место. Я сказал нШ сил на революционный фронт надо было вывести и оту
об этом
брату,
и он нашел нам места.
анархистов, выдвинув его в авангард. В самом деле,
Через 5-10 минут мы сидели уже в одном из красногвар-оч видцы происшедших в мое отсутствие Гуляй-Польских
дейских вагонов и обсуждали, во всей широте и со всей яс-со ытий мне рассказали, что арестом Революционного Коностыо создавшееся для революции положение на Украй-№ ета, членов Совета Рабочих и Крест. Деп. и секретаря
не Это обсуждение не могло бы быть для нас полным, если г' пііы руководили пять человѣкъ, пользуясь в кое-каких
чаях поддельными документами, а также вооруженной
бы оно велось вне связи с Гуляй-Полем, с erb широким
и просторным районом, с той колоссальной работой, какую г] ой «еврейской роты», неустойчивой, в массе своей склон-'
приспособляться. Находись отряд анархистов в то вренам, живя, ростя и развивая в нем свои идеи, уже пришлось*
проделать на пути революционного действия.
м; в Гуляй-Поле (пусть даже в мое отсутствие), заговори ни за что не решились бы заменить вне очереди одну
Да и сама тема связывала нас с Гуляй-Полем. заняурную по гарнизону роту другою, именно — «еврейтие врагами этого пункта мысленно уносило нас туда,
нашим упущениям в деле организации «вольных батальон ю». Командир этой роты, не еврей, склонен был, особенв тревожное время, ориентироваться в сторону сильнов» революции против контр-революции, несшейся ні
Он, с помощью самих заговорщиков и при молчали-^
штыках грозных экспедиционных немецко-австро-венгер-і
подчинении роты, произвел нападение на Революцион^
ских армий и жалких по своей боеспособности, но подлых»;
Комитет и арестовал его, а затем пустил роту на поимпо своим делам, отрядов их прислужницы — Украинском £
отдельных членов Совета, стариков-крестьян и рабочих
Центральной Рады.
«„„,.«
Упущения эти заключались в том, что, при формиро- рхо-коммунистов...
пенях все того же красногвардейца. Однако я этого не помНЮ

— 14 —

1 — 9 —

V

H
Будь отряд анархо-коммунистов в это время не наі
фронте против экспедиционных армий и отрядов Украину
ской Центр. Рады, а в Гуляй-Поле, он не допустил бы аген
тов командования этих армий и отрядов организовать воору |
женное нападение на Революционный Комитет и сорваті|
его работу в деле организации фронта против контр-рево É
люции. К сожалению, все то, о чем мы говорили, сверши;!
лось. Помню, я говорил тогда своим товарищам: — Tenepij
в Гуляй-Поле, да и во всем его районе, можно ожидать со сто|
роны крестьян и рабочих крайне нежелательной для делэі
Революции, недостойной ненависти к евреям вообще. Со|
знательные и бессознательные враги революции могут эту!
ненависть использовать, как они захотят. И мы, так многсі
потрудившиеся над тем, чтобы убедить тружеников не ев I
реев, что еврейские рабочие им братья, что их необходим!J
втянуть в дело общего социально-общественного строитель j
(ства на равных и свободных началах, — мы можем очутить |
ся перед фактом еврейских погромов. Об этом мы должньі
тоже подумать, и подумать серьезно...
1
, , — Совершенно верно, ненависть крестьян и рабочие
к евреям сейчас сильная, — отвечали мне друзья: — но н<1
мы виноваты в этом... Евреи никогда в Гуляй-Поле не былья
изолированы от общественной жизни не-еврейского насе-j
ления. И лишь акты еврейской роты 15-16 апреля постави |
ли не еврейское население на путь ненависти к евреям. По J
кидая Гуляй-Поле, мы не можем не видеть, что в нем появил 1
ѵ С я дух антисемитизма... Но что сделаешь, мы бессильте
теперь бороться с ним. Наши силы все в подполье и, в зна I
чительной степени, из-за действий еврейской" роты...
I
— Вот в том-то и дело, — настаивал я, — что с тор j
жеством контр-революции, и благодаря глупой выход к. 1
еврейской молодежи, над Гуляй-Полем веет дух антисемнЯ
тизма. И наша прямая обзяанность — не дать ему осестья
укрепиться в Гуляй-Поле. Гуляй-Поле — сердце наше»
новой борьбы против контр-революции. Мы должны возвраи
титься в него, чего бы это нам, как г р у п п е революционеров;«
анархистов, не стоило. Находясь в Гуляй-Поле, мы смо|
, к е м _ и это прямая наша обязанность, — предупредит»
зло, нашедшее себе место в гуще крестьян и рабочих, поели
действий еврейской роты... А предупредить его мы сможем
тем, что своевременно раз'ясним революционным т р у ж »

— 14 —

пикам, кто виноват в произведенных арестах... Если мы не
проявим надлежащего действия в этой области нашей борьбы, то, помните мое слово, друзья, трудовое еврейское население будет избиваться...
— Ты совершенно прав, — отвечали мне друзья, —
но мы здесь не при чем. Не из-за нас же все это совершится.... Мы не оспариваем того, что нам об этом нужно подумать серьезнейшим образом, что нам придется против всего
этого бороться... Но все это будет тогда, когда мы будем в
Гуляй-Поле. Сейчас же мы должны подумать о том, где мы
задержимся на временное жительство, чтобы собрать всех
своих товарищей, которые будут пробираться к красному
фронту и искать тебя...
Мы решили задержаться на некоторое время в г. Таганроге. Последний в это время являлся центром Украинского большевитско-лево-эсеровского правительства. Сюда сбегались со всех мест южной Украины агенты этого правительства. Сюда же отступали в большинстве своем красногвардейские отряды. Здесь, в г. Таганроге, одним из бегу- !
щих указывались маршруты дальнейшего перекочевывания, над другими производились аресты, насильственные
разоружения и суды.
Итак, в г. Таганроге мы задержимся недельку-две.
За это время с'едутся остальные наши товарищи. Здесь мы
устроим конференцию, на которой и разрешим окончательно: какими путями и в каком порядке мы начнем возвращаться обратно в свои районы, для подпольной работы против
восторжествовавшей контр-революции.
Тем временем, что мы обсуждали этот вопрос, эшелонп .!'
отряда Петренко получили распоряжение в спешном порядке покинуть железно-дорожный
Цареконстантиновский
узел и двигаться по направлению к Таганрогу, под которым
красногвардейское командование группировало свои силы,
с целью дать повторное генеральное сопротивление нем- 1
цам и Центральной Раде.
Эшелоны тронулись... Тяжело и больно было расставаться с районом, среди населения которого мы так много
работали. Однако, другого исхода не было. Расстаться с !
ним на время было необходимо не только физически, но и
нравственно. Ведь только со стороны можно было теперь
проверить все то, во что мы верим, с чем переплеталась ве~

1

— 11 —

ликая надежда, что торжество контр-революции не прочно;
что пройдут месяцы, и Украинское революционное трудовое
І население, дезорганизованное сейчас, с одной стороны}
большевистским Брестским договором, а с другой — гнусной, провокационной политикой немецко-мадьяро-авст^ийского вассала — Украинской Центральной Рады, опомнится
и поймет гнусную роль этих вершителей судеб его и Революции. Трудовое население организуется на сей раз самостоятельно, у себя на местах, и низвергнет своих палачей,
без опеки провокаторов из лагеря социалистов-шовинистов...
Зная настроение тружеников деревни, с каким они готовились к неудавшейся своей борьбе против нашествия
немецко-австро-венгерского юнкерства и банд Украинской
Центральной Рады; зная и веря, что это настроение в них
было естественным настроением, которое не может измениться только потому, что основанная на нем организация
тружеников на первых порах потерпела тяжелые неудачи,
я глубоко в себе питал надежду на возрождение этой организации и на новое воспитание, на сей раз более выдержанное в своей тактике и более сильное духом. И я, и мои друзья — Савва Махно, Степан Шепель, Ваня X . , которые
были присланы ко мне навстречу из Гуляй-Поля, чтобы предупредить меня ни в коем случае не предпринимать попыток возвратиться нелегально в Гуляй-ІІоле, — все мы приняли живое участие в пероценке вчерашнего. Мы пришли
к тому, чтобы поспешить как можно скорее собрать наших
товарищей по группе в городе Таганроге и сообща наметить
план организованного возвращения в Гуляй-Поле и его
район, с целью продолжать в нем подпольную работу. Правда, мы сознавали всю опасность, которая грозила жизни каждого из нас, как в пути, так и на месте нашего возвращения.
Но мы сознавали и то, что разгром немецко-украинской
чонтр-революции, при лойяльности к ней, в силу Брестского
договора, со стороны русских большевиков, их «пролетар, зкой революционной власти» и организованной этой властью
военной силы, может осуществиться лишь в том случае,
вели планы его будут построены на внутренне содержательюм революционном настроении трудовых масс, и притом
юстроены самими тружениками. И мы не останавливались ни
іеред чем в своем стремлении снова очутиться в своих местностях, в рядах этих тружеников.

— 12 —

Но — повторяю — перед нами было задание предварительно собрать всех отступавших разными путями от контрреволюции товарищей и сообща разработать и утвердить
планы, как нашего возращения в свои местности, так и
нашей подпольной работы в них.
С этой целыо, мой брат Савва Махно выехал из г. Таганрога в зону военно-революционного фронта, вестах в семидесяти от города, разыскивать товарищей и направлять
их в Таганрог.
Я же пока связался с некоторыми членами федерации
Таганрогских анархистов, а также с другими друзьями,
и занялся нашумевшим в те дни в г. Таганроге делом командира одного из анархистских отрядов, тов. Марии Никифо-

Глава
РАЗОРУЖЕНИЕ

ОТРЯДА

II.
МАРИИ

НИКИФОРОВОЙ.

Как делали все большевистские красногвардейские
отряды, которые, спасаясь от ударов организованной силы немецко-австро-венгерских экспедиционных армий, находили возможным искать более или менее продолжительных передышек в глубоком тылу, на приличном расстоянии
от линии боевого фронта, так поступали и многие анархистские отряды. В этом проявлялся тот дух разгильдяйства и
оезответственности, который многими, — о, как многими!
— из революционеров молча чтился, в результате ли предательства революции в Бресте, — предательства, в котором
виноваты и русские большевики, и украинские социалисты
— или в силу других причин, о которых говорить в данной
главе я не считаю нужным. Но такое разгильдяйство и безответственность в рядах революционеров, борющихся против
ьонтр-революции за революцию, — было. Думаю, и даже
уоежден, что по причине этого отвратительного «духа» я
очутился в далеком от линии боевого фронта тылу, наряду
™ И М И бол ьшевистско-лево-эсеровскими красногвардейскими отрядами и анархистским или, вернее, анархиствую-

j! щигл отрядом анархистки Марии Никифорс
висгско-лево-эсеровская власть, как и всякая власть, не
моглТптк>стить отряду его окраску и, в связи с этим, придрал а с ь
і Г е г ( Г о т с т у п л е ^ в тыл. Власть ведь ставила, своей
зад.ічей использовать анархистов-революционеров в борь
б е
р о т и в
контр-революции так, чтобы эти носители.непримиримости духа Революции оставались на боевых фронтах
поРнзпыхания; а тут вдруг перед нею отряд, под командой
анархистки"вместе с ее большевистскими отрядами, в тылу.
Задачи власти дерзко нарушены, и она взялась за дело восстановления нарушенного: Время для этого черного ее дела
' было^ благоприятное: это ведь было время, когда Ленин и
разнуздались совершенно, разгромили анархический организада в Москве, об'явили поход против анархи1 CÏOB в других городах и селах. Левые социалисты-револю1 пионеры в центреР этому не противились. Вот почему и ук•
екая боішевистско-лево-эсеровская власть поспешила
1 действовать против отряда анархистки Никифоровой, очу; тйвшегося вместе с их красногвардейскими отрядами в г.

Я в спешном порядке дал, за своей и Марии Никифорой подписью, телеграмму Главнокомандующему Украиним Красным фронтом — Антонову-Овсеенко, с запросом
0 мнения об отряде анархистки Марии Никифоровой и
осьбой сделать распоряжение куда следует, чтобы освоцить т. М. Никифорову, возвратить ее отряду оружие и
•азать участок боевого фронта, куда отряд должен отправ ь с я по получении своего вооружения и снаряжения.
! Главнокомандующий Антонов-Овсеенко на ііашу телеІамму дал ответ властям, осевшим в г. Таганроге, с копией
|м, по адресу федерации анархистов.
J Телеграмма носила чисто-деловой характер опытного
Ііандира: «Отряд анархистки Марии Никифоровой,
как
ш. Никифорова, мне хорошо известны. Вместо того, чтоб,
тиматься разоружением
таких революционных
боевых
ft ниц, я советовал бы заняться созданием их». (Подпись).
1 В то же время много телеграмм, протестующих против
ктупка властей или просто сочувствующих М. Никифорою и ее отряду, поступило в Таганрог с фронта, от заре- ѵ /
иендовавших себя в боях большевистских, лево-эсеровских
' Т а П Ж а и н с к о е правительство приказало своему, бежав- Інархистских отрядов и их командиров.
< шему с Р фронта, красногвардейскому отряду под командой I Екатеринославский (Брянский) анархистский броне- /
J б о л ь ш е в и к а КІскина арестовать анархистку Марию Ни- Ізд, под командой анархиста Гарина, прибыл в Таганрог,
1 киф(фОву а ее отряд разоружить. Солдаты
Каскина аре- Ібы выразить свой революционный протест зарвавшимся,
' ст" вали анархистку Марию ^Никифорову на моих глазах в рпиной революционного фронта, властям.
1 зпан ии У ЦИК Советов. Когда ее выводили из этого здания
I Все это было не на-руку как тем, кто распоряжался
1 в присутствии небезизвестного большевика Затонского, МаІстовать Марию Никифорову и обезоружить ее отряд,
1 рия Никифорова обратилась к нему за раз яснеиием за І и тем, кто выполнял это распоряжение. Такое положение
I что ее арестовывают ? Затонский лицемерно отнекивался
la побудило центральную власть, — власть, кочующую
с «Не знаю, за что». М. Никифорова назвала его подлым лирылам, — собрать ложные данные против Марии Никифо- .
I цемером Итак, М. Никифорову арестовали, а ее отряд ра- Іой и ее отряда: данные, уличавшие ее яко-бы в разюлении Елисаветграда, когда она заняла его в марте
* 3 ° Р У Ома И ко, отряд М. Никифоровой не разбрелся и не по- р г., выгнав из него украинских шовинистов. Таким
] шел на служение в отряд большевика Каскина. Он настой
рзом ей создали уголовное дело.
- чиво требовал от власть имущих ответа, где они запрятали I Нужно сказать правду: большевики — хорошие мастеа Маошо Никифорову, и за что его разоружили.
і ра измышление лжи и на всякие подлости против других. »
з
Р"I этому его требованию присрединились все отступив- I насобирали больше, чем нужно было, данных против
1 щие из Украины в г. Таганрог и таганрогские анархисты.
ІИИ Никифоровой и ее отряда, и дело было, создано.
} Таганрогский комитет партии левых социалистов-революцио- I д в £ ? ц а т ы х числах апреля состоялся революционный'
! нерон поддержал анархистов и бойцов отряда М. Ники-| [над Марией Никифоровой. По партийности, суд преділялся двумя левыми социалистами-революционерами
форовой.
Т Р О Ц К И Й

— 14 —

1

— 15 —

ружение и снаряжение и выехала из Таганрога на фронт
M и куда она захочет...
В результате разбирательства, суд постановил, что о суть Никифорову за ограбление г. Елисаветграда нет
сти на Украине.
П Т К О ытых дверях и носил х а р а к І
каких оснований. Суд постановил немедленно освободить' , /
Суд происходил при открытых д р 0 Т М етить, что I из-под стражи и, возвратив ей и ее отряду отобранное
суда революционной чести. Здесь следу
„ а С толь| ядом Каскина вооружение и снаряжение, предоставить'
вые ?оциалисты-революционеры в ы я В „ л И б в и н я е м о й Н и | возможность составить себе эшелон и выехать на фронт,
в отношении обвин I г более, что она и отряд ее к этому стремятся.
На следующий день, т. Никифорова была уже в федеанархистов. Мы выпустили листовку
б в Г и Ц п р а в д І щи таганрогских
подписью Совета анархистов, которая изобличала Ценлыіую Украинскую большевистскую власть и комансвидетелей " Г ^ н е п и Г і Г Г о я о в н о ^ преступление и J а Каскина & фальсификации дела против Никифоровой
и неправдами нацепить ей у
ю и и ы й
б е с п р и с т р | ицемерно подлом отношении к самой Революции.
Ли-5
нить. Но суд б ь І 1 ™ : И ^ е С н е и ^ юридически, в большинсі вка эта была написана лично мною и не одобрялась несвоем* '
"езавистіый !>т провокации правите орыми из товарищей за ее резкость против Каскина.
Затем, пока отряд Никифоровой формировался, я,
СТВСН
шфорова и один товарищ из таганрогской федерации
оили от имени федерации ряд больших митингов: на
кожевенных и металлургических заводах,
Г о 4 е Г ™ н е
H анрогских
было все говорить свободно^
знавШих
НикифоЛ ентре города, в театре «Аполло» и в других районах
да. Тема митингов была: «Защита Революции на фронПомню, как сегодня, одним
тов
Г а |
экспедиционных контр-революционных,
немецкоИ ее отряд по фронту выступил перед >«
о в а І ) | против
Рады, и в
Он в горячей речи сказал^ судью, и всем : п р ^ у ^
1 про-венгерских армий и Укр. Центральной
п а суде гражданам
что он . у б е ж д е и ' 6 Й Ч 0 С , т о mol щ — против реакции власти, которая сильна в тылу
кифорова и сидит на с к ^ J
^
9eû прялш*
J спомощна на фронте». Всюду, на афишах и на митингах,
потому, что она видит в оо
о н я получит о б | іступал под псевдонимом «Скромный» (мой псевдоним на
люционеров и верит, w ^ w w w « з у ^ сражаться
про1 pre). В этом вопросе на многих митингах нас поддержи„о свое и своего отряда оружие un
^ J
ц п р е 9 в „ і I таганрогские левые эсеры. Мы имели
колоссальный

тагаН

роГс„ой Ф

Г

Р

= а ц

ДВ

S

Г и Я

T

S

S

Си=

X.

Г

^

Г

/

С

Г

о

М

Г

^

ко^аь,

МЫ освободили бы ее силою^
ИЛ0
р е волюцио.і
ЭТО заявление TOBГаринаІ возму
/ д с ф о р М ироІ
судей. Тем не менее, они « ^ J ^ g * о т вУЛасти и доя]
ся на началах п о л н о й независимост
НикифоІ
дело до логического конца. Если т ^ ^ Р к т о е е
J
окажется виновной, она свое полу
^ суд „
^ S ^ S ^ ^ ^ S l
Никифорова получила |

— 14 —

X

J

Помню, на один из митингов (на кожевенных заво- 1
приехали большевистские «знаменитости» Бубнов и
ин, от эсеров «центра». С каким разочарованием большеI принуждены были прекратить свои речи и кричать,
я ногами, на тысячные массы рабочих, когда массы кри: «Довольно засыпать нас вопросами! Мы просим тов.
много на трибуну, он вам ответит!...»
Когда я ответил, главным образом, Бубнову (Каскитвечала Никифорова), массы рабочих освистали Буб-

1

— 17 —

зкая рота, при всей ее обывательской склонности і
особляться к чему бы то ни было, никогда не реши-ѵ
ы выступить против Революционного Комитета в поль- і1 і
ицев и Украинской Центральной Рады, если бы она
что в центре Гуляй-Поля расположены еще, кроме
зугие вооруженные части.Но заговорщики убедили ее,
угих частей в центре Гуляй-Поля нет, что она должна
) начать дело, а завершать его будут немецкие полки
яды Центральной Рады, которые, дескать, кругом
али победу и находятся уже недалеко от Гуляй-Поля.
Івреям-обывателям это было на-руку, — говорили
)рые из моих друзей:—они ведь так падки на проГ л а в а III.
ние их, да еще кем! — высшим начальством завоева...ІІемецко-австро-венгерское командование их дейльно поблагодарило, равно как и главарей этого
НАША К О Н Ф Е Р Е Н Ц И Я .
ого контр-революционного заговора,
онечно, это правдивое освещение роли еврейской
Как только мой брат Савва Махно добрался в условлс
в заговоре было криком душевной боли тех, кто так
ные участки Красного фронта, он встретил там товарищ
потрудился в борьбе против антисемитизма, и кого
Алексея Марченко, Исидора (он же Петя) Лютого, Ьор
не только арестовывали, идя рука-об-руку с антисеса Веретельника, С. Каретника и многих других. Всех
I на это гнусное дело, но готовы были «охранять» до
он направил по указанному адресу в г. Таганрог, а
іения в Гуляй-Поле немцев, австро-венгерцев и шовиоставался некоторое время на фронте. Когда все разысні
— прямых погромщиков — украинцев, чтобы затем
ные нами товарищи с'ехались в Таганрог, мы назначь
их на казнь палачам. Заглушить эту душевную
день нашей конференции, в Доме Федерации Таганроге*
оварищей было невозможно, находясь в бездействии,
анархистов. Она состоялась в конце апреля 1918 года, н
гих на конференции эта боль была так сильна, что
крыл ее предложением всем присутствующим товарищ
рые плакали. Но никто, конечно, не помышлял о
высказаться о том, какие мы сделали промахи в организаі
іах, о мести евреям за это гнусное дело некоторых
вольных батальонов и еще о том, замечал ли: кто-ниб.
Вообще, все те, кто называют махновцев погромзаранее признаки того, что а г е н т ы Украинской Централы
и, лгут на них. Ибо никто, даже из самих евреев,
Рады и немецкого командования решатся на арест Р е в о Ш
а так жестоко и честно не боролся с антисемитизмом
ционного Комитета, членов Совета Рабочих и Кресты
омщиками на Украине, как анархо-махновцы. Мои заских Депутатов и членов нашей группы вообще/
докажуть это неопровержимыми фактами,
Общий обмен мнений привел нас к тем же вывод: дя, что душевная боль и настроение отчаяния, охвакакие я делал в разговорах с некоторыми товарищами «
почти всех моих друзей, начинают все больше отон Царе-Константиновке, а именно: не вышли Револю.циош
на второй план дело обсуждения задач, в которых
Комитет отряда группы анархистов-коммунистов на фро енция наша должна была разобраться; сам начиная ѵ
а держи его при себе до дня выступления всех боевых част той же болыо, я употребил все свои усилия на то,
заговор провокаторов не имел бы никакого успеха, д<< преодолеть этот наплыв чувств, и снова поставил пеесли бы я отсутствовал из Гуляй-Поля. Еврейская рота нференцией один, основной вопрос: — Возвращаембыла бы вызвана, вне очереди, сменить преждевремеі іы на Украину, в свои районы, или же мы остановймнеокончившую своего дежурства другую роту. Да и вооо

нова и Каскина, крича: «Товарищ Скромный, гоните их
трибуны».
„
u
После таганрогских митинговых выступлений, т. н
кифорова занялась приготовлением своего отряда к выст
плению на фронт.
.„гч,„
Я же занялся приготовлениями к конференции 1 уля
Польцев, которые по одиночке начали уже прибывать в
Таганрог.

/

— 14 —

1 — 19 —

ся в каком-либо из городов России, и вот так, как со
будем собираться и хныкать о том, что было, чего уже не
нуть и не исправить?
— Возвращаемся! возвращаемся! Все возвращаем
— посыпались, один за другим, совершенно бодрые гвсех тех, кто, всего минуту назад, сидел на стуле, при
шись, как будто его нет в зале.
Затем мы поставили перед собой еще три вопроса, і
рые и были разрешены нами в положительном смысле,
эти решния:
4/1
1. Мы возвращаемся в свой район нелегально и ор
зовываем среди крестьян и рабочих инициативные гр
по 5-10 человек, чисто боевого характера, чтобы через
втянуть широкое трудовое крестьянство в борьбу пр
немецко-австро-венгерских экспедиционных армий и >
инской Центральной Рады, стараясь, в каждом случа
іцественного возмущения против этих контр-револю
ных завоевателей, быть в гуще этих возмущений, іі|
вая им более определенный и решительный характер.
2. Возвращение всех нас в свой район не может
одновременным; однако, первые же товарищи, очутин
в нем, должны ознаменовать свое благополучное возвр
л, ние организацией беспощадного индивидуального те])
против командного состава немецко-австро-венгерских
мий и отрядов Украинской Центральной Рады, а т
организацией коллективных крестьянских нападениіі
всех тех помещиков, которые, в дни земельного пере
и отобрания у них излишнего живого и мертвого иив
ря, бежали из своих усадеб, а с нашествием экспедиц
иых армий и подсобных им отрядов Рады, возврати,
снова в «свои» усадьбы. В задачу крестьянских напал
на помещиков должно на первых порах входить уничт
ние как самих помещиков, так и тех штабов помещи
карательных отрядов, которые (по заявленяим приез;
щих оттуда крестьян) имеют в своем распоря?кении осо
рода отряды из регулярных немецко-австро-венгер
армий.
Целыо этих контр-революционных штабов явлется
</ ководство отобранием от крестьян земли, живого и мерт
инвентаря, шомполование, порка и расстрелы непокор
Целью нами намечаемых организованных крестьян

— 20 —

4

ений на помещиков, на осевшие у них эти штабы и
ряды должно явиться: а) обезоруживание помещиков,.
абов и отрядов, б) конфискация их денежных средств,
тво тех из них, кто так или иначе причастен к шом- |j
анию, порке и расстрелам крастьян и рабочих. Причем
овлением их виновности в этих злодеяниях должен
ить опрос крестьян тех сел и деревень, где эти госпотраивают свои самосуды, или содействуют немецкоо-венгерскому командованию устраивать таковые.
. Защита Революции требует вооружения и снаряже- 4
Эти средства трудящиеся должны добыть у своих враоэтому, возвращаясь в свой район с одной мыслью:
ть, или разбить фронт контр-революции и жить сво, во имя нрвого свободного общества, — мы, все вмекаждый в отдельности, должны стремиться организоь но" селам, среди тружеников, вольные батальоны и J
бные им легкие боевые отряды, для внезапных напала расположения немецко-австро-венгерских войск
дов Рады, с целыо обезоружения их, а в миуты жестосопротивления — просто, уничтожения,
ти три простых пункта, выработанных нашей Таганой Конференцией для борьбы с теми, кто непрошенишел на революционную территорию, насильственно ѵ /
га ней и казнит всех, кто только осмеливается выстуза свои права на независимую и свободную жизнь,
три пункта окончательно и прочно связали всех нас
лыо о возвращении в Гуляй-Поле.
азрабатыван детали осуществления этих положений,
али, которые, как это можно было предвидеть, окажутезвычайно важными в неравной борьбе, я, незаметно
амого себя, стал суровым вдохновителем всех окруIX меня в то время товарищей — на подвиг, который,
ам всем казалось, требовал от каждого из нас самопоования и сознания тяжелой ответственности на намем пути. Понимание всего этого вселяло в нас тревогу,
е менее, мы решили, во что бы то ни стало, напречь
илия для достижения цели и испробовать на этом
свои силы.
так, мы возвращаемся в Гуляй-Поле, в его район. • і
ащаемся затем, чтобы поднять восстание крестьян V
сте с ними бороться и, если нужно, умереть в этой

— 49 —

борьбе за Социальную Революцию, за расчистку neod »ельскую, и по отношению к группе, и по отношению к
мого для этой последней широкого пути, за возмоя] •ее анархизма. — «Лев Шнейдер, — сказал т. Веретель,
растерялся ли он в эти дни, или же его революционтворческой, созидательной деятельности коммунист)!
Ість незаметно для него самого подменилась обывательго анархизма.
Но как возвращаться? Группами или же одипочі Вой психологией, — так или иначе, он был на стороне тех,
Разрешить этот вопрос мы предоставили ка| Іде сила... Но этого мало, — продолжал Веретельник:
из нас самостоятельно. Важно лишь, чтобы к концу | I Лев Шнейдер стал на сторону силы и внутренно: он не
или в первых числах июля, мы все встретились в I] Ілько был в рядах еврейской буржуазии, встречавшей немПоле, или возле него. Это — время полевых работ. Вс |в и хулиганов из отрядов Украинской Центральной Ра-,
стьянство в поле: косит хлеба. Мы легко сможем с кр L с хлебом-солью, но и первый выступил перед контр-:'
нами встрѣчаться. Говорить, о чем нужно. Узнава] Гволюционерами с речью на украинском языке, — контрмнения, истинное настроение. Выбирать из них более Іволюционной речью, — и первый, среди гайдамаішйі,
ких и преданных делу освобождения, объединять их,| Ікочил в бюро нашей группы ; первый начал рвать
пируя из них авангард для всего Гуляй-Поля и его рі Іиіи знамена, рвать и топтать портреты Бакунина, КропотМы знали, что только Гуляй-Поле может стать центр; рна, Александра Семенюты, которого, по его же заявленям,
волюционной, инициативы в деле поднятия повсеме( Гі так любил... Вместе с шовинистским хулиганьем он развосстания крестьян. Мы знали, что,несмотря на провой ломил групповую билиотеку, и это тогда, когда даже
ский акт агентов немецкого командования и Центра •рядах шовинистов были люди, которые тут же подбирали
Рады в апреле месяце, население Гуляй-Поля и р Ішу литературу, книги, газеты, прокламации, и уносили
верит в революционную инициативу Гуляй-Польцев. 1 I себе, а некоторые передавали потом нашим товарищам,
лю Гуляй-Польцев ложится прямая обязанность во| Іо подобранная ими литература, когда угодно, может быть
первыми и позаботиться о том, чтобы двинуть на этоі І м возвращена.
все трудовое население других районов, ясно опре I — И я, — волнуясь, заявил т. Веретельник, — я нате цели, во имя которых это население должно на него паиваю на том, чтобы члены нашей группы, присутствуюпить.
щие на конференции, высказались определенно об изменни— Выработанные Конференцией положения в| I Шнейдере. Роль его — провокаторская роль; и я считаю,
пунктах, — говорил я товарищам, — до некоторой сті го Лев Шнейдер должен быть убит за нее...
уже приближают нас к определению перед трудовым I I Все, что говорил тов. Веретельник о Шнейдере, товалением тех целей, к которым оно может придти толь! рищ подтвердили. На вопрос о том, как все мы, или каждый
рез повсеместное восстание — восстание крайнего 1 I нас в отдельности, должны поступить при встрече со Шнейлюционного напряжения, как по своей отважности, I Іром, мы оставили открытым, считая, что окончательно (
по своей непримиримости. Но положения эти только! рпрос этот разрешится в Гуляй-Поле, и всей группой,
ближают нас к определению этих целей. ОкончателыІ рама конференция единогласно полагала, что вопрос может
. мы определим эти цели вместе с трудящимися, на мі Е Ш И Т Ь С Я только в смысле убийства Шнейдера.
Закончилась наша конференция предложением всем
в процессе развертывания, сообща с ними, нашего прі
рисутствовавшим на ней товарищам использовать остаюдействия против контр-революции...
Затем товарищ Веретельник поднял вопрос о 1 т с я полтора месяца на то, чтобы ознакомиться с положенашей группы, Льве Шнейдере, и его гнусной измеіі ием крестьян и рабочих на Дону, посколько это позволят j
ской роли в момент Гуляй-Польских событий 15І оенное положение и условия переезда через него. Решено !
1
ыло также посетить ряд больших городов в центре России:**
апреля.
Т. Веретельник осветил эту роль члена группы, каи [оскву, Петроград, Кронштадт и др., и посерьезнее присмо-}

— 14 —

1 — 23 —

треться к тому, что делают там, как болыпевистско-лсі •идаться со своей подругой, которая, как член коммуны,
эсеровские власти, так и сами труженики, которые, хм •сте со всеми ее членами отступала, и вообще хотелось
и много крови пролили и продолжают проливать в бор] Іеться со всеми, хотелось обменяться с ними своим мнеза новое свободное общество, но не закладывают (нам, ка |м о дальнейшем нашем общем деле. Хотелось подбодстьянам-анархистам, так казалось) истинного фундамеііі |ь их и искренно, не скрывая ничего, поделиться с ними
для этого общества, сами, непосредственно, своими рукам Іѵі тем, что я мог предвидеть на пути, намеченном нашей
а отдают это прямое свое дело в руки новым властителям Іаирогской Конференцией. Я был одним из первых их вдохС этой целью, мы разбились по группам. Н и т. Вер) Іителей в деле организации коммунальной жизни и чувтельник решили посетить Москву, Петроград и КрЗ Іовал на себе известную ответственность за это. Теперь я
у штадт. Мой брат, Савва Махно, т. т. Степан ІИепель, С. Карі Іравлял все свои мысли им вслед, чтобы нагнать их, обH H K решили пойти на фронт, так как думали, сквозь фро]
|ь, расцеловать — за их смелое начинание, связавшее
этого боевого участка, пробираться в Гуляй-ПольскІ •на деле с одним из чистейших, прямых революционных
'район.
Іктических задач трудящихся.
Т. т. Ваня «Степановский», П. Краковский, Коростеля • Перед выездом из Таганрога в Р о с т о в - н а - Д о н у ,
А. Марченко, Исидор Лютый, X . Горелик, Коляда реши! Ьтретился с матросом Полонским, командиром Гуляйтоже посетить Москву, а оттуда повернуть на Орел и Кура іьского вольного батальона, и его братом. Теперь наш
В последнем городе они предполагали задержаться до rj Ігонский заявил мне, что он не хочет ни итти снова в свою
пор, пока я и Веретельник возвратимся к ним, чтобы вмесі »-эсеровскую партию, ни оставаться в рядах анархистов,
пробираться на Украину через фронты, в Курско-Хары.оІ »пытается изучить большевизм. Если же и в нем не увиском направлении.
3 Ітой силы, которая могла бы свернуть голову вооруженРаз'ехались мы при общем твердом желании | I контр-революции, то он становится на обывательский
в конце июня, не позже первых чисел июля, встретить! І> нейтральности, так-как, дескать, жалеет свое здоровье,
в своем Гуляй-Польском районе, чтобы ликвидировать з| I которого жить нельзя, в рамках
существущего».
севшую в нем контр-революцию.
І Я изрядно посмеялся над ним и, дав ему просимые
Ьчу рублей из сумм Революционного Комитета, уехал«,/
юстов-на-Д. В Ростове-на-Д. я три дня лазил по линиям
Г л а в a I V.
і Іезной дороги, искал своих коммунаров, — но тщетно,
г ь я встретился снова с начальником Красных РезервОТСТУПЛЕНИЕ С Е Л Ь С К О Х О З Я Й С Т В Е Н Н Ы Х 1 I войск «Юга Росси», тов. Белинкевичем, который снабI Гуляй-Поле вооружением (см. том 1-ый моих Записок).
КОММУН И ПОИСКИ И Х .
I I без всяких обиняков, откровенно поговорили об общих
гшнах столь быстрого отступления красногвардейских
рк и, в частности, о Гуляй-Польских событиях 15-16
В то время, когда мы с Веретельником покидали Тага Іеля.
рог, я получил сведение, что чрез Таганрог проследовал ГГ. Белинкевич был человеком особенно прямым и откроэшелоны, в которых отступали члены сельско-хозяйственші ным, и эта черта придавала ему вид подлинного солдата
коммун, организованных в Гуляй-Польском районе наша Ьлюции. Однако, он — большевик, который не только
группою. ( В первом томе своих записок я уже писал, что бьі Щит, но и действует по программе своего центра из трехчленом одной из них и выполнял в ней известные работы и «владык». Это обстоятельство вызывало во мне проПолучив эти сведения, я расстался с т. Веретельником
, так-как я успел уясе пережить, па пути солдата революпоехал в догонку за отступавшими коммунарами... Хотелоя , несколько таких моментов, когда необходимо действоIJ

— 14 —

1

— 25 —

вать не по указке из центра, а так, как того требует конк
ная обстановка, лишь бы, конечно, эти действия не ш.
разрез с руководящей идеей революции.
Белинкевич сообщил мне, что он лично распорядг
подать отдельный эшелон нашим коммунарам, чтобы они
ли свободны в своем отступлении. По его словам, они пр
жали здесь. «Сейчас, очевидно, направились далее, в гс
страны, но трудно определить, — сказал тов. Белинке
— по Северо-Кавказской ли линии ж. дороги они напр
лись, или же через Лиски и Воронеж. Пускаться вдого
за ними в направлении на Лиски—Воронеж Белинк
мне не советовал,5так-как, по его словам, на этой линии о
часто казачьи контр-революционные отряды останавлив
поезда и всех мало-мальски подозрительных из пассажи
расстреливали...
Эта предупредительная любезность Белинкевича за
жала меня на несколько дней в г. Ростове.
Глава
МОЯ ВСТРѢЧА
И

V.

С РОСТОВО - НАХИЧЕВАНСКИ

ПРИЕЗЖИМИ

В

РОСТОВ

АНАРХИСТАМИ

Не знаю, чем занимались наши Ростово-Нахиче
ские товарищи в эти тревожные для г. Ростова дни. До
го, весь 17-ый год и минувшие месяцы 18-го, эти товар
издавали серьезную еженедельную газету «Анархист»,
газете видно было, что товарищи имели идейное в ли
на трудящихся города и окрестностей и вели среди
воспитательную и организационную боевую работу, пыт
одновременно ввести в строго-организационные формы а
хистское движение. Теперь же, в первые дни моего пр
вания в Ростове, я не нашел этой газеты и не встретил ни
из товарищей Ростово-Нахичеванской группы.
Зато, в первый же день, как только я потерял вс
надежду разыскать членов сельско-хозяйственных ко
Гуляй-ІІольского района и остановился в Ростове, с ц
разыскать анархистов, я натолкнулся на вечернюю газ

— 14 —

<Черное Знамя», формата в 1/16 печ. листа, с информациоными сведениями на обеих страничках, исключительно о
юложении фронта революции против контр-революции, с
еполными, в большинстве случаев неточными и даже ложІ Ы М И сведениями.
Редакция этого пресловутого анархического органа
еремещалась из одного отеля в другой и это затрудняло
е только меня лично, но и многих анархистов, прибывших в
остов из Одессы и других городов Юга Украины, желавих разыскать ее, выяснить лиц, представлявших ее.
Помню, я проходил по базару-толкучке, с намерением
упить исподнее белье, чтобы после трех недель переодетья. Я встретил на этом базаре товарища Григория Борзено — серьезного товарища, работавшего в свое время в Одесе и Харькове. Лично мы друг-друга, до этой встречи, не
нали. Но при первой же встрече (нас познакомила тов.
ива, один из членов Мариупольской группы анархооммунистов) первым моим вопросом к нему было: Не знаете
ш вы, тов. Борзенко, кто издает уличную вечернюю газетку
(Черное Знамя» ?
Ответ товарища Г. Борзенко был курьезный: «Говорят,
по эту газетку какие-то три анархиста издают. Но, мне
?ажется, ее издают люди, желающие пристроиться возле
ильных: стало-быть, наши враги».
Встретиться с издателями этой спекулянтской вечерней
(анархистской» газетки мне так и не удалось. Видимо, и
ногим другим нашим товарищам это не удалось, хотя мноие между собой говорили об этой газетке и о ее издателях;
оворили, что издают ее люди, которые имеют в кармане
еньги и хотят иметь их еще больше. Для меня лично, после
рочтения двух-трех номеров этой газетки, было несомненным,
то она издается людьми предприимчивыми именно в области
орговли, и вещами, и своей совестью: людьми, которые
ерез фронт только проехали, а крестьян и рабочих видели
ероятно только тогда, когда, в силу революции и роли в
ей трудящихся, последних никак нельзя было обойти, ибо
ни всюду были впереди, и в часы побед Революции, и в чаы смерти за нее.
і
Но предпринять против этих лже-анархистов сейчас
ичего нельзя было. С одной стороны, потому, что наше
вижение, будучи разрознено на множество групп и груп-

1 — 27 —

пок, не связанных между собой дан«е единством цели, не го
воря уже о единстве действий в момент Революции, — вмс •елыми вереницами, по-над фронтом борющихся с оружием1.
щало в свои ряды всех, кто уклонялся от отвественності I руках трудящихся масс, в большевистские культурно-/
момента и бежал из своих лагерей, делая, под прикрытием Просветительные отделы консультантами... И создавалось
анархического принципа: « с в о б о д а
и
р а в е н с т в о Впечатление, что, для этого рода анархистов-революциомнений
есть
неот'емлемое
п р а в о •еров, жизнь анархического движения чужда, ибо для дви->
каждого
ч е л о в е к а » , от имени анархизма все, ісения нужно было слишком тяжело, и с большими опасновплоть до шпионства в пользу большевистско-лево-эсеров- стями на тяжелом пути, работать. А они призваны, ведь,
ской власти за денежное вознаграждение. А, с другой сторо- |е работать, а только советовать другим, как надо работать.
ны, еще и потому, что в это время поход против анархизма Ятим своим грубо неверным пониманием задач революционноЛенина и Троцкого не был еще прекращен, и наше высту- I) анархизма в момент революции, когда, помимо фронтов
пление против людей, именовавших себя анархистами,могло Іонтр-революции, появляются и на теле самой революции язбыть ложно истолковано, могло сыграть на-руку преследо-1 1,1, ведущие к ужасам политического, а иногда и физического
•шшоистребления самих носителей ее идеалов, наши товавшей нас власти.
Беда была в том, что, будучи разрозненными, не имея: Лрищи, с именем и сознанием (в большинстве случаев,
за собой организованных широких трудовых масс, русские! Ьизвестно только чего), наносили удар за ударом не только
анархисты растерялись и в большинстве своем вступили наг •оим единомышленникам, но и тем широким революционтрудовым массам, которые частенько в революциях;
путь — полумолчаливый путь — симпатии по отношению
к делам большевистско-лево-эсеровской власти. Все это власть Іівают более чуткими, чем те, кто хотел бы им только совеучла с особым удовлетворением и с намерением извлечь •вать, не беря на свои плечи никакой ответственности,
из такого положения известные выгоды, так-как самым» •же не задерживаясь на более или менее продолжительное
опасными оппозиционерами для нее были революционные Іемя среди тех, которым советуют. Правда, не лучше поймали задачи революционного анархизма в революции и
анархисты.
Власть, шаг за шагом, начала допускать снова выхол •ши товарищи рабочие, в особенности же рабочие, котоанархистской прессы; начала разбираться, с какими анар- Ііе, в силу тех или других условий и обстоятельств, в больхистами следует считаться, а с какими не следует. Отсюда Іінстве своем чисто случайных, тоже возомнили, что они г
заметно начинает появляться в наших рядах мысль о приспо- ілны сил и знания, чтобы только советовать своими брасобленчестве, некрасивом, иезуитском приспособленчество. |ям по труду, не беря и не неся за свои советы никакой
Наиболее сведущий в области торгашеского приспособлен-, Іветственности. Эти товарищи были еще более наглы в свочества элемент перестает думать об организации сил своего I профессионализме. Но можно ли их за все это винить?
движения; он перебегает к большевикам, оставаясь с зва- к т , нельзя. В их поведении виновата та расхлябанность,
нием анархиста. И эту свою перебежку часто смешивает I дезорганизованность нашего движения, которая порос принципом « с в о б о д ы
м н е н и й » , с которым он, Ьает в нем всевозможные отрицательные силы, гибельно
дескать, ничуть не порывает связи, а, наоборот, стремится іражающиеся на его росте и развитии.
укрепить его в анархических рядах.
I Моя недолгая жизнь в Ростове-на-Дону, мои встречи
В самый тяжелый и для революции, и для анархизма Ішархистами, в особенности с анархистами приезжавшимомент, — момент, требующий тяжелых усилий анархиче- I в Ростов, а также ежедневный просмотр спекулянтской
ского коллективного ума и энергии, — анархисты, получив- верней газетки «Черное Знамя», все более притягивали
шие образование за счет трудящихся еще до их вступления |е внимание к этим, развертывавшимся на моих глазах
в анархические ряды, научившиеся как-будто кое-что пони- Ішцательным сторонам, силой обстоятельств укрепившиммать, научившиеся красиво говорить и писать, потянулись I в нашем движении и раз'едавшим его здоровый революІонный организм. Однако, несмотря на все это, и даже на

— 29 —

4

— 49 —

то, что дом ростово-нахичеванской группы, при наступлении на Ростов контр-революции немцев и Белого Дона,
был окончательно разграблен отступавшими, с участием,—говорили нам, — тех, кто называли себя анархистами1 и только
поэтому получили в нем приют, чтобы неделями, без всякого
стеснения, свободно, как приезжий,
уставший,
заслуженный работник
движения,
валяться на его роскошной мебели, поплевывая в потолок,
— несмотря на
все это, я был полон веры и надежд, что впереди я встречу несравненно лучшее среди своих близких, дорогих товарищей. Вера и надежды эти во мне усилились после того, как
я побывал на митинге, организованном местными ростовонахичеванскими анархистами в Ротонде. Мысли, высказанные ими на этом собрании, показали мне, что и здесь имеются наши здоровые силы. Момент общего отступления революции приковал их к своим групповым планам подполья.
И не их вина, если заслуженные приезжие работники
нашего
движения,
в спокойное время находившие братский приют
в доме анархистов, в момент тревоги и отступления не смогли отстоять этот дом, а пошли по течению грабежа и содействовали разграблению его обстановки и украшений.
С верой и надеждами на лучшее впереди, я, с 30-35-тыо
товарищами из разных городов Украины, в дни эвакуации
революционного города Ростова-на-Дону, пристроился при
артиллерийской красной базе, под командой симпатизировавшего анархистам товарища Пашечникова, и ожидал
выезда из Ростова на Тихорецкую, откуда артиллерийская
база должна была пройти по Северо-Кавказской линии ж.
дор., через Царицын и Балашов на Воронежский боеучасток фронта.
Все мы были зачислены, как команда эшелона, и многие
товарищи несли дежурства по охране его. Будучи уже при
эшелоне, я еще раза три выступал перед рабочими ростовских заводов и фабрик, от имени крестьянской группы
анархистов, с целью оттенить ту позицию, какую занимала
спекулянтская вечерняя «анархистская» газетка «Черное
Знамя», а также осветить роль революционных анархистоіі
по отношению и фронта против контр-революции, и всех тех
явлений, которые разрушали его. Однако,гмомент для таких
выступлений был неблагоприятный. Революционный Ростов, в спешном порядке, готовился к эвакуации. Коман-

— 14 —

Іций Ростовским округом, Подтелкин, переселился уже''
•собняка в вагон, при двух паровозах на полных парах.
• примеру последовали и другие революционные учреж1я. Само собой разумеется, что тревога власть имущих
•івала тревогу и среди населения, поддерживавшего ре•щию. Приезжее население и разные учреждения в Pole начали первые бежать из него подальше. За ними поились военные и гражданские власти Ростова и его окруI вместе с ними и то местное население, которое активно
Іерживало дело революции.
•Картина отступления, одних по направлению ЛисокЬнежа, других на другую сторону реки Дона в Батайск,
Іфасное командование воздвигало фронт и думало дерІ с я до последнего, картина была поистине кошмарная,
•более, что при отступлении, среди населения, и казачье|іселения в особенности, которое в это время в массе
Ііо еще на раздорожье красной левизны и белой правизІбыстро рождались кадры воров, которые поддерживаI профессиональными ворами, вообще раз'езжавшими
• ране, хватая то там, то сям рыбку в мутной водице,
•ежи росли с необыкновенной быстротой и в чудовищном
ітабе, росли под влиянием исключительно низменных
Ітей грабежа и мести: мести и тем, кто радовался побеІконтр-революции, и тем, кто по-обывательски занимал
шальную позицию...
Наблюдая, посколько это можно было, за чуждыми
•лоции явлениями, я не один раз задавал себе вопрос:
Іели с этими явлениями нельзя справиться ?
II находил ответ: Да, в такие минуты, как поспешное
гпление авангарда революции, почти невозможно обІть свои взоры туда, где не можешь и на минуту задерІся и устыдить тех, кто пользуется неограниченным
юм свободы, не неся никакой ответственности в борьбе
! реальное воплощение в нашу практическую социальноІственную жизнь. А между тем, чтобы впитать в себя
І»ную свободу, эта жизнь нуждается в прямом и искренЁодействи со стороны людей, которые одни только и мо|>существить и защищать для себя и для своего общеI и через общество, такую свободу.
Вставали передо мной и другие вопросы при наблюдеа ростовскими явлениями в дни эвакуации революцион-

1

— 30 —

ного Ростова. Например: не создаются ли эти явле
«официально» подпольными организациями контр-рево,
ции ? Ведь это так возможно и так выгодно в смысле ком
метирования революции в глазах масс, так полезно
подкрепления контр-революционных сил. Но... режу
глаза факт вагонов, переполненных всевозможными і
ходимцами, переезжавшими на сторону отступавшего н
ления, в тыл революционного фронта, не позволили
сделать заключение по этому вопросу. И с болью на сер
полном сил и боевой энергии революционера-анархн
)я простился с Ростовом, с которым духовно был так
зан через газету «Анархист», которая у нас, в Гуляііле, читалась всегда с особым интересом и крестьянами
рабочими...

Лавочников сбежались красные власти. Они приказа•ихорецкому гарнизону оцепить эшелон артиллерий•базы и далее не пропускать, до их особого распоряже-

ІСогда эшелон был оцеплен верноподданническими вой» (которые, видно было, сами еще не поели своих запаЬаже не реквизированных, а просто набранных у разІ г о рода торговцев), тихорецкие «революционные» влаЬ з в а л и от команды эшелона артиллерийской базы двух
|ек, для выяснения вопроса о попытке реквизировать
§кты первой необходимости.
Командир Пашечников упросил меня и тов. Васильева
•зовской анархической организации) пойти на вызов
•ецких властей и об'ясниться с ними,
•ы пошли, а власти нас арестовали и в вежливой фор•шили, что мы подлежим расстрелу в военном порядке.
• сперва думал, что представитель власти шутит, и отГлава
VI.
чему: «Хорошо, что мы попадаем под расстрел в воен•эрядке, а не прямо к стенке»...Но,вижу,с намине шуВ ПУТИ С ЭШЕЛОНОМ КРАСНОЙ
|С нам приставили двух вооруженных преглупейших '
Ьв, которые, без всякого стеснения, вслух, говорят
АРТИЛЛЕРИЙСКОЙ Б А З Ы .
I собой, что на нас хорошая одежда, и жаль только,
•на из них, моя одежда, будет мала на них.
Вследствие загромождения ж.-д. линии отступают« Ьварищ Васильев говорит мне: «Нужно требовать
мы ехали от Ростова до Тихорецкой около двух суток, [Председателя Революционного Комитета. Ибо может
как у нас не было запасов хлеба и других продуктов,
р е я , что ему доложат, что задержали из какого-то эшеТихорецкой командир эшелона послал наших товар« Ідвух грабителей, а он ответит: «Расстрелять их».
на базар купить эти продукты, расчитывая на неда •никакие протесты не помогут.Нас сразу же сплавят»...
еще право каждого красногвардейского отряда ип t>i тут же начали требовать председателя Ревкома.
совсем не платить торговцам, а если платить, то одну г Ітвет нас обвиняли в контр-революции. На шум и престоимости.
ря наши со стражей прибежал какой-то «революционТоварищи пошли, потянув и меня с собой. Накупил Іинишка, накричал на,нас и на стражей. Последние,
списку всего, с расчетом, чтобы хватило до города Царі [оправдаться, избили нас прикладами. Это так вывело
на, в который мы расчитывали прибыть через неделю. із себя, что я дал пощечину одному из стражей и наЛавочники сами погрузили товар на извозчиков, но Ьичать во весь рот: «Давайте сюда товарища председа дошло до расчета и они увидали, что товар у них реі I Революционного Комитета. Я хочу знать, что это
зируется, они резко запротестовали. Протест их опир" ра хулиганье собралось и под знаменем революции
на шаткое, беспочвенное положение болыневистско-л |ит свои гнусные, контр-революционные дела...»
эсеровской власти в этом районе. То было время, кош рик и ругань"мою услыхали во всех комнатах Рев.
этой местности оперировали сотни белогвардейских отря Р т а ' и многие представители власти выскочили к нам.
М и к т о ничем нам не помог. Нам пришлось еще окои население молчаливо стояло на их стороне. На этот

— 32 —

— 33 —

з

S до часу скандалить, и скандалить так, что наши охраі
тели, в конце концов, отошли от нас к двери и раскрыли!
Власти запротоколили скандал. Через некоторое вр|
нас вызвали к Председателю Революционного КомитІ
Этот владыка нас опросил и тоже грозил расстрелом, ni
товарищ Васильев не заявил ему: «Вы можете расстрелні
нас, но сперва скажите нам, кто вы такой? Кто избралI
главой органа революционного единения?...»
Эти мысли тов. Васильева мною были подхвачі
заявлением: — «Не так давно, всего две недели, я остЛ
руководящий революционный пост по защите Революі
Мне лично приходилось встречать многих революционеі
но я не видел у них такого хулиганства, как здесь у в|
Я об'яснил ему, зачем нас вызвали в Революционный К<
тет, что нам об'явили и как обращались с нами представ
ли власти и их слуги-казаки, которым все еще каж
что и революция на манер самодержавия держит путь
рез их нагайки и приклады...
Председатель, нервничая, кусал ногти. Иногда
бивал меня. Потом, с извинениями, попросил у меня
менты.
Я дал ему сперва мой старый документ, свидетель
оавший о том, что я — Председатель Гуляйпольского Р
ного Комитета Защиты Революции; затем документ
детельствовавший о том, что я — начальник вольных ба
> нов Революции против контр-революции немецко-ав
венгерского юнкерства и Украинской Центральной
Владыка наш долго держал в своих руках мои дот
ты, а затем вдруг, поднявшись со стула, сказал: —
подери, и на самом деле меня окружают какие-то ду
Вы извините, товарищи, здесь какое-то недоразум
Я все это выясню. В ы свободны и идите в свой эшел
о нем имею сведения: он должен без всяких задержеі
гаться по своему маршруту».
Так, перенервничав, получив по несколько ударов
кладами, переболев душой и телом за четыре с лишним
под глупым арестом, мы освободились и приехали к с
эшелону, который все еще находился под охраной ме
власти.
Пока мы рассказывали товарищам о происнгс
охрана эшелона была снята. Эшелон выталкивали из т}

— 34

ямую линию, с целью дать ему возможность двигатьлее.
ерез час, мы уже ехали по линии Северо-Кавказской
ной дороги. Перед нами расстилались равнины казаземель, частью покрытые зеленью озимых и яровых
в, частью же кормовыми травами, в особенности пыи целиной-травой, с отдельными, выше ее простилаюся, мелкими, но многочисленными кустиками серебриковыля. Плодородие этих земель, на которых когдасели потомки монгольских завовевателей (впослед, в процессе своего обособленного развития, независиот княжеских, а затем и царских глупых режимов, обавшие «казачье войско», с особыми привилегиями от
), — плодородие это, по описаниям, было известно
раньше. А теперь, когда я увидел эти равнины, пое сочными кормовыми травами, озимыми и яровыми
ми, обещавшими быть урожайными, я сам убеждалэтом необыкновенном плодородии, и радовалась душа,
этих зеленых, толстых и сочных стебельках растет
ая, не подлежащая цифровой оценке, помощь РеволюНужно только, чтобы революционные власти поумнеотказались от многого в своих действиях; иначе, ведь,
ение пойдет против революции; иначе, население,
вое население, не найдет в завоеваниях революции
го удовлетворения и одним только своим отказом
ть революции добровольную, материальную (в смысле
) помощь, нанесет ей удар несравненно более сильчем какие бы то ни были вооруженные отряды Калеой, Корниловской или иной контр-революции... Но —
и мне попадались газетные сведения.И рассказывали
о том, как революционные власти там-то разгромили
истские группы, там разогнали социалистические
ния, там подозревают крестьян в контр-революциони готовятся разорвать их трудовой организм на части,
ью обессилить его и произвольно подчинить условиям
а... Сведения эти говорили мне, что революционные
и не умнеют, а дуреют, и этому не может воспротивитьже «мудрость» Ленина. Ибо и она, эта мудрость Ленина,
лившая революционной власти большевиков и левых
в так быстро и высоко подняться над революцией и
ить ее подлинный антигосударственнический смысл,

оказывается бессильной понять, что, урезывая права ані
хической мысли на свободу и связанную с ней творчесіі
революционную деятельность среди крестьян, власть I
самым становится на путь контр-революции. ,А на эі
пути, вынужденная в дальнейшем прикрывать свое исті
ное существо, она уже не может сознавать свои ошмбі
ведущие к гибели и революцию, и ее самое. Правда, в с е !
газетные сведения о дурной — по моим заключениям — I
тельности революционной власти казались мне несколі
сгущенными. А то обстоятельство, что действия револющі
ных властей на местах не находили себе истинных сторон!
ков в недрах широкой трудовой революционной массы!
Украине, мне казалось, окажется хорошим уроком для il
тра, и я смогу еще встретить в России события, котоі
меня обрадуют и которым я отдам свои, полные энсргі
революционно-боевые силы. Да, да, — говорил я себе:!
должно быть так... И у меня появлялась надежда, что и оо|
шевики, и левые эсеры, как революционеры, не откажу!
от того, чтобы серьезней подумать о положении революіі
о тех силах разрушения и созидания, которыми она я;іі
и, благодаря которым, может еще, при всем своем ныні
нем уродстве, выравнять свою линию и оправдать вели!
надежды трудящихся...
I
Воодушевляясь этой мыслью, я, при стоянке в Іісі
кокняжеской станице, выступил на одном митинге капая
го населения, призывая его порвать всякие связи с прошлі
осудить акты восстания белого казачества и активно вые
пить на защиту Революции.
;
— Казачество Дона, — говорил я, — должно раз нід
всегда осудить свое прошлое, которое делало казаков і н
чами всякой свободы, всякого свободного начинания в »I
ни русского народа. Вместо жалких царско-помещшіі
привилегий, которые казачество получало за свою дни
удаль в позорной кровавой борьбе с трудовым нароД
казаки должны взять в руки оружие против тех, кто нагрЯ
дал их до сих пор этими привилегиями, кто дурачил их,1
пользовывал их боевые силы против народа и его строи
ния к свободе, к новому свободному обществу...
©
Казаки говорили: — «Мы все стоим за
Революіт
Некоторые из толпы однако выкрикивали: — «Мы до •
пор не поймем, за что нам быть: за Революцию или за теЯ

— 14 —

оторые Революция у нас отымает, за те косяки (косяки
абуны лошадей), которых мы растили, а у нас их заби— «Это ne у нас коней забирают, их забирают у набуржуазии», — перебивали их третьи глоса из казачьей
лпы... Долго беседовали мы потом на эту тему. Но тольто беседовали, а решений никаких. Это и понятно Казатого периода Революции в общем держалось еще крепидеи своего старого наказного атамана и Войскового
, которые еще верили во внутренние русские контрноционные силы и, в надежде на их поддержку подбольшую часть казачества против Революции под
гом обусловленной конституцией царской короны Роых.

дальнейшем пути по линии Северо-Кавказской железороги, на одном из полустанков перед ст. Котельникош эшелон был задержан на несколько часов по случаю
белогвардейского казачьего отряда на близко от стаиасположенные хутора. К эшелону собралось много
ов. Все они суетились, высказывая соображения о
ітобы общими усилиями отбить возможное нападение
отряда, как на станцию, так и на эшелон артиллерийазы. Наша команда вооружилась.Установили на платX в разные стороны легкие полевые орудия, так-как
ать назад от количественно незначительного кавалего отряда мы не думали. Тем более, что само населен о с нами. Оно быстро и аккуратно сообщало нам
и где этот отряд останавливался и в какую сторону
ся. Однако, странная суетливость толпы настолько
алась, что у меня невольно явилась мысль: нет ли
м этом какой-либо провокации?
предложил командиру артиллерийской базы двишіеред, высказав ему свое подозрение, как по
черезчур уж аккуратных сообщений нам о белогвар-м казачьем отряде со стороны казачьего населения
о поводу того, что толпа казаков, не отходя от нашего
б т п Ч м " Т 0 у ж б о л ь н о суетливо переговаривается
п ° Д ° 3 Р е н и е сводилось к тому, что это казаеление является сторонником восстания белых и поя нас обезуоружить.

1 — 37 —

Выслушав меня, командир эшелона расстроился пі
стосеодечно сознался, что он теряется, не знает, что де.Л
І - т б ы население, сгруппировавшееся на полустанке сиеі
и сбокѵ нашего эшелона, отошло подальше, в .стороны,I

S

ä

ä

,

p

a a P = :à

окажется несвоевременным и не по цели. -

«Помоі

кѵпа^может появиться белогвардейский отряд), а,во-вто|
машинистов локомотива, а также дежурноі
с т а н к и первых - о том, чтобы,раз тронувшись с месі
останавливались уже до следующей станции, а втор I
—
то мы, де, снимаемся с места для продвижения !
только версты на две-три, чтобы сделать хорошую присі
кѵ по всем сторонам и возвратиться обратно. (Только M
Случае можно W o ожидать со стороны дежурного по g
ции правдивого сообщения о том, свободен ли п у т ь |
Командир сделал все, что я предложил ему, во м |
И И е Затем мы попросили казаков, толпившихся
воз|
лѵстанка спереди и сбоку нашего эшелона, удалить!
время в сторону, противоположную той куда б у д у т !
снаряды Й мы тронулись вперед с редкой стрельбой !
леметов в пространство. Когда полустанок, с многочЛ
ньши возле него казаками-ротозеями (кото Р ьіе бы Т ь |
и не думали о том, чтобы обезоружить нас), остался і |
н а ш и
локомотивы запыхтели сильнее и чаще и мы J
лись уже полным ходом но направлению к ст. Котел j
во убеждая друг друга в том, что если бы мы о с т а |
на'шиіустанке до ночи, то были бы обезоружены и Я
ВИН ^Командир эше'лона^азвал Ь меня и тов.
Васильев!
бе в купе и с особым уважением изливал мне свои J
благодарности за то, что я натолкнул его на р е ш і
действие. Нельзя сказать, чтобы эта его благодарной
ласкала моих эгоистических чувств. Но я тут же сН

предупредить

— 38 —

ал о том, как неподготовлены революционеры к практиим, разнообразным по характеру, самостоятельный
твиям в революции, несмотря на то, что они всю свою
елую жизнь проводят в подготовке революции.
Прибыв на станцию Котельниково, мы узнали, что
да редко какой отряд пробивался далее. Все отряды,
распоряжению из центра, здесь задерживались и разоались, подвергаясь тщательной проверке: из кого они
оят, каким пропитаны духом, и т. д.
Отряды, которым удавалось воспротивиться разоружездесь, далее г. Царицына все же не продвигались,
арицыне они разоружались. И отряды, в которых не окаалось «контр-революционного», с точки зрения власти,
іента, снова вооружались и вливались в какую-либо
но-армейскую часть. Отряды же, в которых обнаруалась «контр-революционность» (а для этого достаточно
о, чтобы командир его был анархистом или беспартийным
меющим свое суждение о делах новой власти революером), разгонялись, а то и расстреливались,как этобынапример, с Петренко и частью его отряда в Царицыне.
За неумелость и беспомощность новой социалистической
ти заинтересовать широкие трудовые массы делом добльной вооруженной защиты революции, на которую
сех сторон двигались вооруженная контр-революция,
елее всего расплачивались отряды, которые были скомтованы из украинского элемента. С этими отрядами
шевистско-левоэсеровская власть абсолютно не цереілась. Благодаря своей «дальнозоркости», она видела
их отрядах то, чего в них не было. И она опасалась
устить их на Курск и Воронеж, откуда украинские
люционные рабоче-крестьянские отряды, отступавшие
'краины, думали, с помощью сил русской революции,
ваться обратно в центр Украины, чтобы снова, при
щи уже некоторого опыта, сразиться с контр-революнемецко-австро-венгерского юнкерства и Украинской
ральной Рады. Сердце обливалось кровыо, когда прилось наблюдать за черным делом власти, совершався над людьми, в котррых было так много революциондуха, но к которым нужно было уметь подойти, чтобы
удить в них этот дух и помочь ему пробиться на про, не мешать его свободным творческим выявлениям в

общем деле трудящихся, в деле подлинного экономичен!•літь. В голове стали Появляться какие-то несураЭнйб
политического и духовного освобождения.
•ясли о том, что революции суждено погибнуть по вине саЗдесь же, на ст. Котельниково, усердные агенты цеі]• і х революционеров; что на пути ее развития стоит палач
поспешили предложить сложить оружие и артил. 61V Р Д ° революционеров, имя которому — ПравительствоДля нас, анархистов, ехавших с этой базой, это было ой Лавительство двух революционных партий, которые, при
показательным примером того, как глупы бывают лаксі в е х своих потугах, подчас колоссальных и достойных
звездами на лбу и орденами красного знамени на грі »ажения, не могут вместить в рамки своих партийных докОни даже не подумали запросить, что из себя представ.!|ІШ ширь и глубину жизни трудящихся. В связи с ростом
наш эшелон, чей он и куда направляется, а просто приел!• развитием революции, — думалось мне, — трудящиеся
человека заявить командиру эшелона сложить оружие!•с яснее и определеннее проявляют свой интерес к ней
Слушая заявление сложить оружие (в противном I |ои интерес к тому, чтобы найти в ней тот простор ту свочае, дескать, силой разоружат), командир эшелона, і |ду, которая позволила бы им реорганизовать свою жизнь
свои обязанности, имея при себе распоряжение красі • совершенно новых началах, независимо от тех или других
командования во-время быть в г. Воронеже, с ума схс!•авителей, не живущих их жизныо и, следовательно
и в отчаянии готов был возвращаться назад, по направлеі•спомощных понимать ее, давать ей то или другое напраТихорецкой.
. j•еиие... Сперва я думал,что эти мысли о положении революМы анархисты, пришли ему на помощь, мы уоел •п и о вытекающих из него последствиях — случайные
его в произвольном, преступном действии агентов цеі •гели, порожденные контр-революционными явлениями с
по отношению к революции. И, на этом основании, mil Вторыми я встретился на своем пути с эшелоном артиллепредложили ему открыть орудийный и пулеметный о|•иской базы. Но скоро я убедился, что мысли эти не слупо станции, разрушить ее и расстрелять власти, которые!•шы. Контр-революция жила всюду, где только могла:
подло действуют во вред делу защиты революции.
„[ л а она и в массах, жила она и в тех, кто сидел в центре
Когда команда эшелона заняла свои места у оруді!•приказами заставлял революцию на местах вращать свое
пулеметов, и властям был пред'явлен ультиматум —очисі Ворическое колесо. Я ее видел ясно. И от этого мои надежэшелону путь дальнейшего продвижения или оказаі I и с т Р е т . и т ь впереди лучшее начали расстраиваться и упол'под нашим огнем, то гнусные контр-революционные ( і |ь. И больно, и тяжело становилось на сердце. Иногда
и со звездами на лбу) заправилы по разоружению разоікелался зол на всех и вся, притом на себя в первую очелись. Путь для дальнейшего нашего продвижения виі | ь , за все те промахи в деле организации вольных батальопо направлению к г. Царицыну был свободен. И мы, ості ! против контр-революции на Украине, которые теперь
ст. Котельниково «неприкосновенной», двинулись да!F оолее были мне чувствительны...
В пути, командир эшелона очень беспокоился, ч т о !I Но вот мы на станции Сарепта. Вокруг нее большие
бег к таким крайним мерам на ст. Котельниково (по отні |"ые пристани, лесопильные заводы. Здесь тысячи рабочих
нию, по-моему, контр-революционных властей). Но друі •загораюсь страстью побывать на их митингах и в пылу
выхода не было. Это он сознавал. И это сознание подго!•и страсти забываю все-, о чем только-что болел сердцем
ляло его стать пред судом власти — если придется — 4 I А когда командир эшелона сообщил мне, что станция
стоинством революционного солдата, призванного, кая •учила распоряжение из г. Царицына, в силу которого
выражался, сознательно служить делу революции. ||ь на Царицын закрыт для всяких воинских эшелонов,
I го м ы задержимся здесь видимо на несколько дней я со|г подпал под влияние внутренней, бессознательной, но
На пути от Котельниково до Сарепты (станция, р: іьной страсти побывать среди рабочих на их митингахложенная в 24 верстах от г. Царицына), я тоже начал |ыхать, что они думают о революции, о ненормальных явЯ

— 40 —

В

лениях в рядах ее носителей и защитников, и т. д., и т. J каждым право на свободную проповедь «своего», выстуНаши товарищи разбрелись всюду по поселкам... Оі] пать, бороться за «свое»...
узнали, где и когда рабочие собираются. И па другой деі]
Они, эти безыменные, вышедшие из трудовой семьи,
(это был день отдыха) мы, несколько человек, выступил революционные борцы понимали значение для револции
1
'на митинге сарептских лесопилыциков-рабочих. Здесь щ [роповедываемых ими идей лучше, чем воцарившиеся з а '
! выяснили, что рабочие тесно связаны с делом революция кет их труда и усилий верхи, заседавшие в Кремле... Они,;
что они все стоят за Советы, в которых первое место и рук] Ьти безыменные борцы, с большим достоинством, чем их'
водящая роль должны принадлежать им, рабочим; что ne] Ьерхи, оценивали роль своих идей в революции. Поэтому
кие партийные представители могут участвовать в этих СІ зни признавали равное право за каждым революционером
ветах в том лишь случае, когда рабочие сознательно считі цроповедывать свои идеи. Они ценили жизнь этих людей...
ют себя родственно связанными с их идеями...
[4 поэтому их революционное чувство не могло не тревоМы узнали от рабочих на этом митинге, что они извес житься за гнусные действия своих верхов в центре. Их соный процент своих товарищей уже проводили на фроі зесть была неспокойна, ибо она была чиста по отношению
вооруженной борьбы против «Белого Дона» (так называло] X революции, порожденной и двигавшейся так или иначе
казачье контр-революционное движение).
зееми революционными идеями. А анархическая идея в этом
— «Одного мы никак не можем понять, — говори,] ;мысле занимала чуть ли не первое место. Сознательные
нам на этом митинге рабочие: — мы здесь все стремила забочие-революционеры не могли этого не сознавать. И поэк организации своих сил для развития и защиты революш тому, когда они услыхали о гнусных деяниях своих вождей
и тех идей, которые двигают революцию. А в Москве и в др іротив анархистов, они болели за это их постыдное хамство.
гих больших городах нет такого единства.У нас и большевіш
С особой резкостью против разгрома анархистских
и левые-эсеры, и анархисты организованно стоят за і )рганизаций в Москве и преследования всюду активных
чтобы разбить контр-революционное движение казаки інархистов (как о том сообщала большевистская печать)
Даже, по инициативе анархистов, мы начали практикова] іыступили товарищи Васильев и Тар. Рабочие большевики
выделение известной части наших сил на фронт, против эт I л.-эсеры с болью в сердце сознавали право за анархистами
го дикого казачьего двин«ения, — с таким расчетом, чтобы Ьіа такие выпады против зарвавшихся их любимцев — Лезаводы не стояли. А там, в Москве и других городах централі вина и Троцкого. Мне же, отступившему из Украины, мне,
ной России, анархистские организации разгоняются, непі [которому приходилось в таких трудных условиях работать
корные их представители расстреливаются»... И тут
[во имя торжества революции, которую теперь оседлали
один из рабочих берет старый номер уже потертой болыд государственники и пытались задушить, — мне было еще
вистской газеты и просит одного из моих друзей прочесі Ібольнее, так-как я
предвидел последствия разгрома
вслух статью о разгроме анархистов на Малой Дмитров! [анархистских организаций: я предвидел, что теперь всякий
(в Москве).
[неустойчивый и недоброкачественный элемент начнет перебе— Чем об'яснить все эти действия нашей советсиі гать из анархических рядов на сторону сильных, отрекаясь
власти? — кричали голоса из толпы.
[трижды от анархизма, и под диктовку сильных будет топтать
Надо представить себе наше сознание, что мы стояі и грязнить анархизм. Это вызовет еще большую дезорганиперед революционными рабочими, среди которых .было I зованность. Лучшие работники анархизма очутятся в В .
мало большевиков, эсеров и анархистов, безыменных бЛ Ч. К. и за смелое утверждение высшей социальной справедцов за свои идеалы; борцов, умевших в минуты дискуссия ливости и индивидуальной неприкосновенности человека
ной страсти, ненавидеть друг друга, кричать друг на друі умрут с великими мучениями по застенкам В . Ч. К.
топать ногами и махать чуть не под носом руками, но улі
Но не все то, о чем я думал во время выступления моих
ших в то же время и понимать друг друга, признавать I товарищей, я говорил на митинге. То был момент, когда я

— 14 —

1 — 43 —

\ фанатически горел. Революция, выявление в ней анархичс •андат на арест анархистов был подписан командиром Ца- !
ского бунтарства и его творческих начал в деле практическс! •іцын ского фронта Гулаком и, если не ошибаюсь, председа1
го социально-общественного строительства, были для мен] •лем Революционного Комитета, Мишиным.
главными путеводителями. На этом деле я надеялся, ВСЕ j
Командир нашего эшелона заявил скороиспеченным матаки, встретить если не всех, то громадное болыпинств Ьрам-коммунистам (они все были пленные солдаты австросвоих идейных товарищей в центре России. Мне казалось •нгерской монархической армии): «Под моей командой нет
что задача спасения революции поможет анархистам твеД •какой анархической организации. Арт. база обслуживаетдо стать на путь выявления тех творческих задач, которы • революционной прислугой, убеждений которой я не знаю
анархизм поставил себе в этой, чуждой буржазно-pecnyd • знаю, что прислуга эта достойна звания революционеров'
ликанского либерализма, Русской Революции. Я верил •с ней я пробираюсь на Воронежский фронт».
',
что большинство анархистов будут жить надеждой если J I Коммунисты-мад'яры тотчас же выстроились в колонну
не разрешить полностью эти задачи, то, во всяком случае] • рассчитавшись по порядку номеров, уехали обратно в
сроднить с ними трудящихся настолько, чтобы трудящиесі I Да рицин.
поняли эти задачи не в извращенном большевиками смысл! ! Мы все недоумевали: — Почему они так быстро снялись?
и поспешили бы, в новой решительной борьбе за свое под! |тому ли, что командир своим ответом их удовлетворил?
линное освобождение, разрешить их вместе с анархисташі •ш потому, что как-раз в это время на станцию Сарепта
так-как от своевременного и правильного их разрешениЛ Ічали прибывать эшелоны чехословаков, которые держали
будет зависеть весь дальнейший процесс революционной! Вправление на Сибирь, и которых красное командование
продвижения вперед на пути творческих достижений осво! •юодно пропускало, не подозревая, что они об'единятся
бодительного движения трудящихся. Поэтому, выступа! •сонтр-революцией Колчака и окажут ей помощь в борьбе
перед рабочими сарептовских лесопильных заводов, я ocrai Іотив революции?
навливался главным образом на мысли найти общий ревоІ j С чехословаками мад'яры ссорились, когда были еще на
люционный язык с широкой массой революционных тружеР Іюжении пленных; а теперь, когда и те, и другие были
ников, осадить зарвавшихся Ленина и Троцкого и призы! Ьружены, они, видимо, как следует поскандалили бы.
вать к спасению, общими усилиями, революции, с одно! I И лично считал, что коммунисты мад'яры поспешили
стороны, изнемогавшей под ударами организованной контр! [аиить наш эшелон в покое по случаю прибытия чехослореволюции, а, с другой, задыхавшейся в петле новой госуі Ігов, ибо ответ командира нашего эшелона, как он ни был
дарственности. .
^ Іюш по тону, не мог удовлетворить тех, кто имел в руках
Рабочие все были на моей стороне. Ни один из большее Іадат для ареста анархистов. Этот ответ оказался удовлевиков не протестовал, кроме провокаторов, донесших оо| ррительным для них только тогда, когда прибывавшие
этом нашем выступлении в Царицынский Революционный! рг, увидя мад'ярские шапочки, начали кричать, гикать
сішстаТь на них.
Комитет...
н
После этого митинга, рабочие обещали устроить еще ряд! Через сутки после посещения нас коммунистами - мад'ясобраний и просили нас придти и выступить с продолжение* [Ш, мы тоже оставили приветливую Сарепту и прибыли
того, что мы затронули на этом митинге. Но нам больше не! г Дарицин. Здесь мы расстались с эшелоном артил. базы,
удалось посетить этих рабочих. На другой же день после! Р надеялись встретиться с анархистами и узнать о действимитинга, на станцию Сарепта прибыл Мад'ярский больше-! [ьном положении революционных дел вообще в стране.
вистский конный отряд из г. Царицына и, оцепив эшелон! Командир и команда эшелона очень грустили. Многие из
артиллерийской базы, предложил командиру эшелона, тов.В таиды, как и сам командир, хотели бы, чтобы мы вместе с
Пашечникову, «выдать ему всех анархистов, которые, по ихі
продвигались далее, к Воронежу, а там и на фронт
сведениям, пробираются в этом эшелоне в г. Царицын».! многие из нас решили в Царицыне разбиться по два-три

— 14 —

1 — 45 —

человека и раз'ехаться по своим организациям, если таковы
еще уцелели по городам. Мы простились с командой эшелона и, заручившись разрешением в первые дни, пока мы m
найдем себе квартир, а эшелон будет стоять на станции
приходить в него на ночь спать, разошлись по городу.
Г. Царицын был, видимо, в какой-то тревоге: возле Со
вета — пост с автоброневиком; к Революционному Комитет;
трудно подойти, стоит усиленная охрана. Красные сыщики
в то время еще не столь опытные, но уже многочисленные
всюду снуют, что-то обнюхивают, кого-то как-будто ищут
Казалось, над городом нависли черные тучи грозы
Многие мои подорожные товарищи, мне неизвестные, но на
зывавшиеся анархистами, были в недоумении: Что бі
это значило, что Царицынские революционные власти та
себя охраняют, что трудно добраться до них?...
Всюду: по паркам,в столовых, возле вокзала и в друга
общественных предприятиях, слышен разговор о герое
не позволившем себя разоружить соплякам, которые CI
дят в городе, словно кем-то избранные боги.
В чем дело? Это нас интересует. Начинаю ближе и серьез
нее прислушиваться. Начинаю расспрашивать, кто это
герой.
— «Да какой-то сибиряк Петренко! — отвечают мн
— Наши то правители, никем не избранные, захотели покг
зать, что они сильная власть и могут все сделать. Они вы'
хали навстречу какому-то красногвардейскому
отря
под командой сибиряка Петренко. Так он вот какого зад
перцу нашим"правителям!... Ну, вот они, кто остался цел
хоньким, прибегли и весь город взбунтовали: говорят, п
шут, кричат на митингах, что этот сибиряк Петренко ид
боем на Царицын. Нужно-де его обезоружить...»
Зная отряд Петренко, а также то, как власти по лин
Северо-Кавказской железной дороги поступают с кажды
красногвардейским отрядом, я в живых чертах представі
себе весь рассказ обывателей Царицына. А через сути
жители Царицына и облегающих его поселков-хутор
пережили на себе столкновение красногвардейского отря
Петренко с Царицынскими красными правителями и і
красноармейскими частями.

— 14 —

Г if а в а

V I I .

БОЙ ОТРЯДА П Е Т Р Е Н К О С ЦАРИЦЫНСКОЮ
<ѴСТЫО. ХИТРОСТИ ВЛАСТИ И АРЕСТ П Е Т Р Е Н К О Как известно из первой книги моих записок («Русская
олюция на Украине»), красногвардейский отряд под,
андой Петренко отступил (под натиском немецко-австро-;
герских армий) от красного фронта Мелитопольского}
равления самым последним.
Этот отряд последним отступил и из-под Таганрога,
яд был боевой и числился в рядах первых по боеспособ:ти красногвардейских отрядов, какими были анархисіе отряды под командой Мокроусова, Марии НикифороГарина, и большевистские, под командой Полупанова
тепанова. Теперь, отряд Петренко, по примеру многих
ядов, направлялся на другие красные фронты. По непроенным данным, Петренко был из Сибири и получил
ешение из Центра переброситься на Сибирский красный
ііт, против контр-революции генералов Дутова-Колчака.
Но власти «Царицынской Советской Республики» приали разоружить его еще в пути, до Царицына. Отряд
реико не подчинился этому приказу и, разбив высланные
тив него красные части, подошел к Царицыну в надежвыяснить недоразумение, тормозящее его передвижение
ред, и поехать далее. Однако, власти, во главе с Миним и Гулаком (Ворошилов тогда только подымался и мноне казался еще таким великим, как первые два, хотя
был уже тогда умнее и выдержаннее их), решили разокить отряд Петренко во что бы то ни стало. Носились
хи, что Военный Народный Комиссар Троцкий тоже4»)
( согласен на разоружение этого отряда. Это еще более
дряло Царицынских правителей в их выступлении про- •
отряда Петренко.
Но Петренко, как и его отряд в целом, сознавая за сокрупные революционные боевые заслуги на Украиной фронте против контр-революции, не мог примириться
ем, чтобы их — ничем противореволюционным себя не
ятнавших — имели право разоруживать те, кто, до топремени, революционного боевого фронта даже не видел,

1 — 47 —

Г

•но подчеркивало торжество лжи над.правдой, — права со спокойной совестью сидел себе определенные часы l a основе которой трудящиеся, с первых дней революРевкомитетах, по городам, и подписывал не всегда ді Вытались закладывать фундамент своего нового свободдела революции полезные бумажонки, а в свободное вре> Ибщества и с этой целыо распределяли свои силы, группреспокойно прогуливался в парке, или на катере по шиі] I их в армии построения этого общества и защиты
j кому раздолью Волги, с одной-двумя «свободными рабо] Котелось броситься навстречу шедшим против отряда
лицами революции», как их называли грубоватые, но чес Інко красноармейским колоннам и кричать: — КуIидете? В а с ведут убивать своих, — тех, кто честно боные сотоварищи Петренко по оружию.
Поэтому отряд Петренко и на сей раз запротестові I на фронте революции и не по своей вине отступает
против того, что власти приказали ему сложить оружн] І.іыо, чтобы с другой стороны, на другом участке, удаи запротестовал так, как может протестовать революциоі йгротив контр-революции... Хотелось тем более останоный боец, веривший в идею солидарности равных, но ув|ілті колонны, что они были в шесть-семь раз миогочисдевший власть и ее подлое поползновение оседлать ревсілі] Іе отряда Петренко и лучше вооружены. Однако, то обцию, загнать ее в чисто партийные рамки, кастрировать) Імьство, что части уже наэлектризованы и двинулись
в интересах политического господства партии.
§ • а. что их уже никто и ничто со стороны не может остаОтказ отряда Петренко сложить оружие пред властьі Ii,. меня удерживало от вмешательства, и я, с тяжелой
Царицынского Ревкома вызвал вооруженное наступлеш! I) в душе, постыдно остановился и стал в ряды нейтральпротив него. Из города потянулись красноармейские част! Ііаблюдателей за черным делом власти: власти новой,
которые всего несколько дней как сбросили с себя irj Ьиной и воспитывающейся под влиянием «социализкрасногвардейских и как-будто стройнее шли на бой, по!
держивая престиж армейщины. За ними тянулись пулом! Щарицынские красноармейские войска проходили уже
ты, орудия. Жители города насторожились. Кто не знаі Іо-Кавказский вокзал г . Царицыиа,
вытягиваясь
в чем дело, расспрашивал другого.
S •правлению хутора Ольшанское, где остановился эшеА контр-революционная сволочь всюду рыскала в т о ! I отрядом ГІетренко. Казалось, они его сотрут. Но...
не и нюхала: не подошли ли казачьи белогвардейские отрі Іепные в длительных боях с отрядами Центральной
ды к Царицыну, не время ли начать в тылу РеволюцІ I и немецко-австро-венгерскими армиями, рабочие и
свои грязные контр-революционные делишки решитс.Л Іьяне отряда Петренко верили в свою правоту, и эта
нес и более открыто. И когда эта сволочь узнавала, что ь і Iвселяла в них дух стойкости революционных бойцов,
[зачьи белогвардейские отряды от Царицына слишком далі Іащих в своих руках оружие не по принуждению, а доко, а бой затевается между своими, она, хотя и радоваласі І.іыю и во имя подлинного освобождения трудящихся.
но решительность свою теряла и натягивала поплотнее с в о і 1С этой здоровой мыслью, — говорили мне впоследствии
маски.
I Ii из отряда Петренко, — мы шли на фронт против
Какая-то жуть охватывала нас, украинских револющЛ Іьреволюции Украинской Центральной Рады и ее
неров, отступивших из Украины и надеявшихся встретпі ішков — немцев, мад'яр ц австрийцев. С этой же мыслью
« в России всех тружеников за прямым своим делом — за р|[сшили встретить и людей, продавшихся власти, шедволюциоиным строительством, свободным и самостоятелі [иас здесь убить».
ным, чуждым какой бы то ни было политической авантюр! К наблюдал начало боя. Я видел, как отважно сражасо стороны тех, кто подошел к ним под флагом социали.Л обе стороны. Видел также, что на стороне отряда Пеи на словах стремился помочь им избавиться от вековой >о было все население хутора Ольшанское и приле; рабства. Мы встретили всюду ложь, приказы и окрики п і
шх к нему других хуторов. Оно возило воду, хлеб,
чальников, поддерживающих эту ложь.
р отряду Петренко. Оно собирало винтовки и патроны
Вооруженное наступление против отряда ПетрепкІ

— 48 —

— 49 —

4

для него, все время и во-время ставя его в известность]
откуда его обходят и откуда могут обходить войска в] иод высшим командованием Антонова-Овсеенко, проЯ видел, наконец, как отряд Петренко, в 6-7 раз! ашествия контр-революционных немецко-австро-венпавший числу своих убийц, обратил этих последних J их армий и отрядов Украинской Центральной Раство, заставив бросить не только подбитые автоброші оторая действовала на Украине против тружеников,
но и целые, с ранеными и убитыми бойцами.
| вших революцию. При этом, радость их иногда соеОднако, отряд Петренко, как и сам Петренко, Э Т І І ась с чувством счастливого удовлетворения и сознания,
годным для себя положением не воспользовались! in, труженики села и города, поняли, наконец, что осреволюционный отряд, до сего времени действовавіі нть себя они могут только силою оружия и сами, своею
солидарности с революционной властью, он хотел о| остью воли и смелостью непосредственных действий
только справедливого разрешения случившегося; илі ществлении своих целей. Но когда речь переходила
ли она стыдится разрешать в справедливой форме i l настоящее полон{ение, на положение уважаемого ими
сама же натворила, то от нее требовали только от! их командира Петренко, радость на их лицах быстро
отряду свободное продвижение через Царицын в требі ала. Некоторые, понурив головы, замолкали. Другие
направлении.
і чыо рассказывали мне, что к их отряду власти начали
Тогда власти прибегли к иезуитской хитрости: онні граться от самой ст. Тихорецкое. Придирки эти вырадожили переговоры отряду Петренко. А когда перегі ь в саботаже своевременной отправки эшелона, в неприближались к концу и Петренко нечего было уже! ствии закупке провианта, в несмелых, но понятных
регаться (как утверждали бойцы из его отряда), властиI •ах на то, что отряды, вышедшие из Украины, не могут
• .тили Петренко и заточили в тюрьму, а от отряда потреі ться вооруженными по России: они должны разорули, яко-бы даже за подписью самого Петренко, ело Л я, об'явив себя беженцами, и т. д.
оружия. Этот иезуитизм Царицынской власти помог etil
Для нашего отряда, — говорили они, — хотя он и
оружить отряд и, раздробив его, влить в красноармеі
части, некоторое время не давая разбитым по частям бо| іт в большинстве из украинцев, крестьян и рабочих,
оружия на руки.
| русских, такое отношение революционных властей
крайне обидным. Ибо мы прежде всего — революциои*
I руженики. Мы взяли в руки оружие и боремся за ре*
•
I шоиные цели тружеников. И нам казалось, что мы
Как-раз в то время, когда Петренко был схвачен I право ехать по революционной стране, не складывая
сажен в тюрьму, а его отряд обезоружен и разбит на грі гя, тем более, что наш командир Петренко ходатайпо верноподданническим красноармейским частям
I л перед высшим командованием о том, чтобы последлившимся в эшелонах на Северо-Кавказском ЦарицыіІ зрешило нам переброситься в Сибирь против генералов
вокзале, я посетил некоторых из этих бойцов, с целью! а-Колчака, и высшее командование, яко-бы, не проузнать о характере переговоров, которые велись поел J того.
их с властью, а таки^е о судьбе арестованного их к о м ! А правда ли, что ващ командир — житель из Сибиpa. Ьойцы эти знали меня еще из Украины: вместе с I спросил я у бойцов.
я и мои товарищи гуляй-польцы отступали до г. T a r i Родственники его переселились, яко-бы, в Сибирь,
га. Они не ожидали от меня злонамеренных подходов.1 селение. Сам Петренко и его отец живут на Украине,
знали, что я анархист-коммунист, и были откровенны в і іс из нас его знают, — ответили мне мои собеседники.
их разяснениях сути дела.
Г А что грозит ему? — спросил я их.
Все они с особой радостью рассказывали мне о | Нам об'ясняют, что он будет освобожден. Но мы
что они переживали на Украинском фронте, когда M не верим и думаем, что как только получим на руки
е, мы употребим все свои силы, чтобы освободить его.

— 51 —

Произнесший эти слова повернулся к своим товар
как-бы за подтверждением, и его слова были подхв
хором: — «Да, мы не остановимся ни перед чем, когда м
дем вооружены. Наш Петренко должен быть с .нами. Э
ша гордость. С ним мы пойдем на самый опасный фрон
тив контр-революции. Вы, — говорили мне мои собес
ки, — были с нами на Украине, кажется на ст. Цар
стантиновке. Вы видели, что все чисто большевистские
ды почти первые бежали из этого боеучастка, боясь
отрезанными немецкими отрядами. А мы оставались на
те. Наш Петренко сказал нам, что немцы отрезали
Бердянском анархический отряд матроса Мокроусова
старались втянуть в дело все проходившие мимо нас
ды, чтобы помочь Мокроусову выбраться из кольца. 1
тя нам не удалось это выполнить, мы оставались на <|г
до последней минуты, пока можно было. За это время м
но выяснили, что отряд Мокроусова прорваться в напр
нии, куда отступают все красногвардейские отряды
может, и поэтому грузится в Бердянском порту на б
и будет к Таганрогу отступать по морю. Когда наш П
ко получил точные сведения, что тов. Мокроусов уже и
зился и благополучно отчалил из Бердянского П
тогда только мы, петренковцы, снялись с фронта, на
ром несколько дней оставались одни-одинехоньки, и и
вились по направлению к Таганрогу».
— Вы, товарищ комиссар, — обращались мои со
иики ко мне, зная меня по пред'явленному мною е
Украине, на ст. Царе-Константиновке, документу: «Гл
Комиссар Временного Комитета Защиты Революции
должны знать, чем занимались, в то время, когда мы
вались на фронте, такие хваленые большевистские, в
межку с анархистами, отряды, как отряд матроса По,
нова. Он был далеко от фронта, в г. Мариуполе, и п
с инвалидами фронтовиками, которых вся вина была в
что они выявили свое недовольство революционной вла
отказавшейся заботиться об"этих калеках, жертвах пр
ного" самодержавия. И вот, этот, сомнительный в с.
революционной чистоты, красногвардейский отряд
дится на почетном месте у революционной власти."С
так подло власти не поступят, как поступили с беспа
ным революционным героем Петренко и его отрядом!

— 53 —

4

Ітот выкрик рядового бойца из отряда Петренко был
Е пѵши всего отряда. Тяжело было дальше говорить
і „ безымянными носителями идеи самодеятельности,
l'a зашевелилась в проснувшейся от векового рабства
Ігой массе трудящихся села и города. За ним, за этим
ІлѴ скрывалось слишком много гнева массы против
I кто не может, или может, но не хочет ее понять.
I , ому же бойцы, услыхав сигнал к обеду, начали
Іаться и спешно уходить на обед. Лишь один из них
К гл мне на плечо руку и на ходу, подавленным голосом,
Іѵясь, сказал мне Г «Не говорите ни с кем на стороне
В что вы услыхали от нас. Время опасное, нас преждеІешіо могут, как кур, перестрелять...»
L Я конечно, нище об этом не заикнусь, - ответил я
[Тому' красногвардейцу: - Но советую вам всем быть
|)0}КНЫ1ІИ. и если вы думаете силою освободить своего
Індира из тюрьмы, вы должны точно выяснить, что именЕ у грозит, а затем уже, когда узнаете, что обезумевI масти хотят над ним потешиться, думаю расстрелять,
Іы должны выяснить, как ваш командир охраняется
[кие шансы могут быть у вас на то, чтобы его сейчас же
t ш из г. Царицына. Ибо ваши действия на этом пути
| т принести слишком большой вред и самому Петренко,
Ім в особенности, если они окажутся несвоевременными
Г ™ б ° о Т с ~ М с к а з а л мне „а все это красно^
Іееп б — но я должен вам сказать, что мы и не думаем
|м чтобы, когда освободим Петренко, вывезти его сейГжс из Царицына. Мы думаем, что мы теперь не остановимІіеред тем, чтобы весь город занять; и мы это сделаем,
К только наш боевой командир Петренко будет нами осужден. Мы знаем теперь настроение в Царицынском
Іішзоне, знаем его и среди тех красноармейцев, с которыми находимся. Мы уверены, что эти красноармеиские
[ш, среди которых мы находимся, мы Разоружим в тот
Ііент, когда выделенный из нас отряд пойдет за ГІетренЭто все уже обсуждено и расчитано.
„иллмѵ
- Я не верю в успех вашего дела, — заметил я своему
еседнику: — Я убежден, что вы провалитесь иа этом
с уже по одному тому, что вы ставите задачей занятие
ода, вместо того, чтобы отважно налететь на тюрьму,

— 49 —

или где Петренко сидит (об этом вы должны точно ѵч.
и, забрав Петренко, сейчас же переправить его с пять
сятью товарищами-красногвардейцами (наиболее нале
ми) через реку Волгу или в другие отдаленные от Цаш
места-... Этого от вас требует и долг по отношению к Пета
которого вы все поддерживали в его отказе ело
оружие перед Царицынскими властями, и по отношен
революпии, зпамя которой вы не опускаете, а дума,
J
ним идти еще смелее вперед...

•ло Белогвардейцы по всему фронту гонят красные
Кубано-Черноморской Советской Республики. Из,стова-на-Д. красные войска отступают тоже. Наскольк о (власти это скрывают), на Царицынском боеучаіронта Революции тоже тревожное состояние. И если
•ряд совершит нападение на Царицынский Революцион/омитет, на штаб фронта, он очевидно всех там переі е рассуждая о том, удержит ли он г . Царицын в своКрасногвардеец несколько смутился моим замеча ках и не поколеблет ли этим своим действием фронта
и растерянно глянул на меня, а затем, тесно прижав в казаков, который и без того шаток. Революционеплечо к своей груди, сказал: — Я с вами, товарищ о пжны все это учесть. В противном случае, все неудаоткровенен; и это потому, что я в вас уверовал... В ы по ' фронте против казаков будут связаны с вашим дейте меня/ И на станции Царе-Константиновка (еще наУи
I против Царицынских революционных властей. Все
не) держал вашу голову на своих коленях, когда вы о
ники вас обвинят в контр-революционных намерехали... Правда, тогда я заботился о вас не по своему ж
нию: мне это было поручено нашим взводным, которыіі II строго осудят... Это даст право властям, при вашей
че перестрелять вас всех, без всякого суда или опродел ваши документы (когда их смотрел сам Петренко
о том, что вас побудило на это смелое и открытое повзнал, кто вы, и он приказывал всем красногвардейца)
с действие против нее в столь тяжелый момент для фронго вагона в котором вы поместились, чтобы вам место
ло, и чтобы все держали себя с вами, как подобает рево волюции против контр-революции... Поэтому мое исционным бойцам. Так я говорю вам, товарищ, я в вас ѵве ее и, как вы выразились, чистосердечное мнение мовал и откровенен с вами. Будьте же и вы таким ска«, ыть в даном случае только одно: если у вас в отряде
мне чистосердечно: вы оправдываете Царицынские вла цельные товарищи, которые полны отваги и сил, чтобы
в том, что они повели переговоры с нами, а в конце і;о ать из тюрьмы Петранко или умереть вместе с ним (ибо
наш отряд должен был обратиться ко всем отрядам и и дело будет проиграно, то ни с этими людьми, ни с салению Царицына и округа с пояснением, что столкнове Петренко революционные власти возиться не будут,
между ним. и революционной властью произошло по недо кение дел на фронте заставит их раз и навсегда освозумению, что контрреволюционеры не могут питать н а л е ься от Петренко и от людей, покушающихся его осводы на то, чтобы, пользуясь этим столкновением, развив: ъ...), то я советовал бы вам всем действовать только
этих готовых на все товарищей и в направлении только
свое черное дело против революции, и т. д. _
о н и
непрошенные властители, провокаторским образом схва ождения и увоза из Царицына Петренко. В этом напра[и на вашей стороне много шансов, при условии, поли Петренко и, при помощи поддельных его подписей
влияли на отряд, так-что он допустил к себе их силы и « ію, если действия ваших людей будут своевременны
шмтельны...
в л я Ж ° Р У Ж г Т Ь С е б Я ? - В Ы 0 П Р а в Д Ь І В а е т е это подлое £
«Гм... гм... А нам казалось дело освобождения l l e власти?...
Скажите мне чистосердечно... Меня проси ІО.
-, занятие города Царицына, разгон из него всех влаР
мои товарищи спросить вас об этом
которые так много наделали нам подлостей и против
в
с
е
э
т
о
я
Н*
ответил: — Я не только против черно >ых почти все население города и окрестностей, делом
дела по отношению Петренко и всего вашего отряда со ст м легким, — медленно, уставшим голосом заметил
роны Царицынских властей, я против самое власти также наивный товарищ красногвардеец и тут же добавил :
Но задуманное вашим отрядом дело - слишком ответстве " всем, что я сейчас говорил с вами и что вы ответили
сегодня же или завтра, не позже, поговорю со своими

— 55 —

4

— 49 —

близкими, и тогда мы подойдем к делу более решителі
Приходите завтра к трем часам на вокзал. Я вас буду!
дать с двумя хорошими своими товарищами. Мы еіііі
о-чем посоветуемся с вами. Вы только не говорите J
луйста, об этом ни с кем на стороне...
I
Это были последние его слова о «деле». Он стіі
мне руку своей крепкой крестьянской мозолистой г|
у ш е л Ж 6 Л 0 В з д о х н у в ' с тоскливой улыбкой, поверну!1
Я долго смотрел ему вслед, ожидая, что он огляці
Но вспомнив, что украинские крестьяне всегда и веидеі
наковы в своей прямоте, я пошел, также не оглядыпаі
своем направлении.
1

По дороге, я продумал все слышанное из уст i J
гвардейца и ощущал сильную боль на сердце за все,)
И в первую очередь за то, что мы, анархисты, так бесіш]
ны в смысле организованности... Это делает нас та|
беспомощными, в смысле влияния на ход революцпо]
событий в стране, что становится стыдно... Стыдно ми]
ло не только перед широкими трудовыми революциоші
массами, которые в настоящей революции видели epej
к их подлинному освобождению от экономического и пі
тического рабства, но и перед самим собою. Я вполні
четливр сознавал, что в настоящей революции можно й|
лишь создать подлинные средства для такого осовобожді
тружеников. И нужно было питаться глубокой вероіі и]
рожденными ею надеждами, что анархисты ономшіт!
проявят себя в этой области так, как этого требует вр|
чтобы преодолевать в себе ощущение этой боли.
I
Ведь будь мы способны организованно войти и л
трудящихся и оказывать им в их прямых действиях и I
и на фронтах за Революцию надлежащую организован!
помощь, то разве воцарившаяся за счет этих борющі
масс большевистско-лево-эсеровская власть позволил.!
себе заниматься совершенно безнаказанно такими чериі
делами, как присвоение себе права, по своему усмотри!
одних революционеров разогнать, другим запретить і !
свое мнение о ней, третьих, под всевозможными предлог!

— 14 —

бслоружить, расстрелять? Никогда, ни за что! При всей
иле соблазненных ею латышских, китайских и мадьярских
тыков, эта власть не осмелилась бы так подличать по отошению к революции, питающей свое широкое русло
семи революционными идеями, всеми на них воспитанными
ими созданными трудовыми силами...
Размышляя об этом, я вдруг почувствовал острую
оску по Гуляй-Полю, по его трудовому революционному райоу который теперь был занят настоящими палачами ревоіоции на Украине: немецко-австро-венгерским юнкерством
бандами Украинской Центральной Рады. Я мысленно,
о тем отрывочным сведениям, которые получал из Гуляйольского района, будучи еще в Таганроге, представлял
сбе дикий разгул этих палачей. Все это еще сильнее помоало мне чувствовать справедливое возмущение красновардейцев-петренковцев деяниями Царицынских революігонных властей против как самого Петренко, так и его
оевого революционного отряда.
Однако, планы этого отряда освободить Петренко,
опять город, разогнать из него всех представителей влаII, что, по моему мнению, могло быть
успешно
существлено лишь при поголовном уничтожении сопротивінвшихся, эти планы Петренковского отряда меня тревок'пли. Зная бойцов этого отряда, видя их и беседуя с ними,
ничуть не сомневался в том, что они, если решат действоать, будут действовать, как львы, с убеждением, что они
орятся за цель, за которую не жаль и умереть. Но цель
та, по моему мнению, должна была создать для них такие
ювия, из которых им было бы не выбраться: они все помбнут с запоздалым резким осуждением самих себя.
Поэтому я, учитывая все те опасности, какие могли обелиться на меня за мое посещение петренковцев, решил
се же, во что бы то ни стало, видеться с ними на другой день
условленные часы и еще раз подчеркнуть им, чтобы они
оснешили лишь освободить из тюрьмы Петренко и увезти
о подальше от Царицына, не думая о бессмысленном занятии всего города и о сведении счетов с его правителями...
На такое решительное отговаривание петренковцев
от их планов занять город и посчитаться с его правителями,
— помимо того, что в этих планах петренковпев я видел
необузданную жажду мести, бессильную оправдать себя,

1 — 57 —

меня толкало еще и то обстоятельство, что я в этот же деі •му готовятся. Веда лишь в одном, что нам до сих пор
наткнулся на Ворошилова, в то время создававшего Ю-] Ишлдают на руки оружия. Мы до сих пор болтаемся среди
Армию. Он выступал перед массой портовых рабочих, осв Іругкениых без оружия, хотя представляем часть воорущая им положение Царицынского фронта революции пр ! ш ы х .
тив контр-революции. По речи, — чисто деловой, но сильнс • На мой вопрос: — Ходите ли вы к Петренко на свидаречи Ворошилова, я понял , что на фронте революции не) • ? — я получил ответ: — «Этого нельзя делать: нам
дачи, что его нужно поддержать свеншми силами. Я тут » щорят, что над ним скоро будет формальный суд, после
выступил, после речи Ворошилова, и осветил этим труп;] яр он будет освобожден...
Мы этому не верим. Поэтому
никам то, что творят немецкие юнкера и отряды Украиіі I выделяем из себя людей, чтобы освободить его силой».
ской Центральной Рады над революционными украиисьіі I — Вот об этом, на мой взгляд, вы должны позаботитьми тружениками. Я тоже призывал их оказать помоіці I освободить Петренко от казни — ваш прямой долг,
вооруженному фронту революции против казаков, кот! •ем скорее вы его исполните, тем лучше будет для Петренрые своей ближайшей задачей ставили занятие г. Царицын J I да и вы будете спокойны за его жизнь.
как центра группирования революционных сил.
• На освобождении Петренко силою из тюрьмы я упорПомнится, Ворошилов тогда имел большой успех. Р| Ііастаивал. На мой взгляд, это могли сделать 8-10 человек,
бочие вынесли резолюцию, что они пойдут на фронт... I lté без винтовок, а с револьверами и бомбами. А так-как
Итак, нарисованное Ворошиловым на митинге портовыі Істренковцев охотников на это дело было, по их уверенирабочих тяжелое положение на Царицынском фронте у с | ! более двухсот человек, то дело обстояло еще лучше.
лило во мне решение во что бы то ни стало отговорить краеі I этого количества можно было выбрать 10-25 человек
ногвардейцев-петренковцев от мысли нападения на РевоІ Іых дельных, и они бы все сделали... Это я советовал
люционный Комитет и Совет Раб., Крест., Солд.и Казачьи! Іренковцам. На этом я настаивал, так-как считал сопроДепутатов г. Царицына с целыо овладения городом и разгЛ Іление Петренко и петренковцев зазнавшимся революна, как петренковцы выражались, засевших в нем праі:и| Інным властям актом справедливости, которым они оттелей. Поэтому, на другой день, в указанный час я был л] Іяли свою революционную честь. Наоборот, иезуитские
месте. И когда красногвардейцы петренковцы встретилисі Іеговоры этих властей с Петренко и затем предательсо мной (их было на сей раз пять человек), я без стеснениі |ю западню для него, с помоіцыо которой они уверили
заявил им, что я серьезнейшим образом обдумал их планы! Іренко, что конфликт между ними совершенно ликвии нашел их никуда негодными, а последствия их выступлоі Іуется, и что он через день-два сможет свободно уехать
иия вредными для нашего общего революционного дела. I [фронт, а затем схватили его и посадили в тюрьму, готовя
Я об'яснил им положение на Царицынском фронтеі [ него смертный приговор, я считал хамской наглостью,
пояснил, какой удар этому положению они нанесут сво-1 ргственной именно подлым иезуитам. А ведь Царицынские
им выступлением в городе и упорно настаивал, при этом! Іети были революционерами в то время! И это возмущало
т
чтобы они и сами высказались по этому вопросу.
|я; это побуждало меня советовать петренковцам взять
В конце концов, петренковцы сказали мне: — Мы дол-| его командира силою оружия из-под стражи этих влаго обдумывали то, о чем вы вчера говорили с Алексеем, ni ггелей, хотя бы это стоило больших я^ертв со стороны
считаем, что вы правы. Мы решили, что нельзя нам делать! ремиых палачей.
то, что и не под силу, и может оказаться непоправимо вред-! В этом акте я усматривал лучшую и показательнейшую
ным для всех нас, для нашего общего дела и революции...! мешку над властями, думающими тюремной стеной
На этом мы определенно остановились... Но мы не покидаем! Решетками сбить с пути чувство долга и справедливости,
мысли о нашем командире, Петренко. Мы хотим его осво-1 юбождение Петренко самими петренковцами убедило
бодить. У нас есть люди, которые рискнут на все, и они к ! во-очию Царицынские революционные власти, что, хо-

— 14 —

1 — 59 —

тя, по глупости, поддерживаемой подкупленными штыкаа
м-птіе по духу, красноармейские части, были высланы)
можно затеять все, что угодно, но — сила долга и сир
Ітонт
а Петренко был убит в подвале чеки!... И , харак- <
ведливости тех, против кого власти что-то обдумываг
і Г Убит он был не как красный командир, не подчинивмогут всегда предотвратить то, что властями затевает
ш и красным правителям, по глупости своей требовавЯ слыхал среди «революционных» кругов, от,ступивш
ім от него сложения оружия, а как злостный контр-ревоиз Украины вместе с Центральной Украинской Советсц
властью или под ее покровительством до Царицына и дц
Ц Для*3 меня этот позорный
где-то вылеживавшихся, а с 4-х часов пополудни появля
акт революционной властк
шихся разодетыми и подпудренными в Царицынском пар
ш настолько злостным по отношению и к самой революции
среди публики, прогуливавшейся вокруг клумб, — сл
к чести носителей ее идей, что я не находил ему никакого
хал я в этих кругах разговоры о том, что Петренко дав
„авдания и на минуту усомнился в том, что эта власть
расстреляли или, если еще не расстреляли, то не сегодц
еследует вообще какие бы то ни было революционные цезавтра расстреляют...
1 "Этот позорный акт Царицынской революционной вла]
Несколько раз я был у председателя Революционно
•„ _ акт, клеймивший Петренко злостным контр-револю'Комитета — Минина. Пытался заговаривать о Петренко
L ним и его приближенными. Но в Революционном Коми
понером, запечатлелся в моей памяти с такой же> силой,
те я ни разу не слыхал таких авторитетных сведений о П
к акт агентов немецкого юнкерства и УкраинскойЦентренко, как в «революционных» кругах Царицынско
апьной Рады в Гуляй-Поле, в апреле месяце (см. первый
парка. В Революционном Комитете я слыхал всегда оді
ом моих записок), хотя эти акты позора по существу не
и тот же монотонный ответ: «Петренко предается триб
равнины. Но оба они всегда терзают мою душу, напоминалу. Какие будут решения трибунала, сейчас трудіі
ая мне о том, что они были, и что имеется почва для их
сказать»...
овторения.
В парке же, от уставших на Украине в «тяжелой бор
бе» (скорее всего, с дамами, и тоже по паркам) «революцио
ных» кругов, отдыхавших теперь в гостеприимном д,
Глава
VIII
них Царицыне, я всякий раз слыхал о Петренко хотя и м
няющиеся, но зато более утвердительные сведения. Э
говорило мне', что отдыхавшие «революционные» круги г
ВСТРЕЧА
С ЛЮДЬМИ
ИЗ
«РЕВОЛЮЦИОННЫХ»
раздо лучше осведомлены о деле Петренко, — обстоятел
ство, которое увеличивало их престиж и давало им, как вс
КРУГОВ.
нахалам, право быть более смелыми в своих рассказах, к
о самом Петренко, так и о том, что над ним уже сверш
Часть коммунаров, из-за встречи с которыми я отстал
лось, или, если еще не свершилось, то не сегодня-завт
от т. Б . Веретелышка (с ним я должен был посетить гг.Моссвершится.
кву, Петроград и Кронштадт), прибыли, недели полторы
тому назад, в г. Царицын и, не выгружаясь из вагонов, пеВсе это меня, правда, только злило, но не говори,
реезжали с одного вокзала на другой: постоят день-дваі в
мне ничего определенного, на основании чего можно был
одном тупике, а затем их перегоняют в другой^ Они мои
бы дать петренковцам материал, который заставил бы
близкие, дорогие, за которыми я гнался из г. Таганрога и
поспешить забрать ГІетрспко из-под стражи.
след которых потерял в Ростове-на-Дону, они теперь в ЦаЯ советовал им спешить с этим делом, и они приняли м
рицыне. Кто-то из «революционных» кругов, отдыхающих
совет во внимание. Они спешили. Но... власти их оперев
в Царицыне, видел кого-то, кто сказал, что Іуляй-нольли. Петренковцы, разбитые по группам и влитые в другп
ские коммунары тоже здесь.

— 61 —

4

—

49

—

Бегаю, словно угорелый, ищу этого «кого-то»...
С трудом напал, наконец, на след — не своих ко J
мунаров, нет! — на след этого «кого-то». В парке срспі
прогуливавшихся «революционных» кругов, отдыхающих!
Царицыне, я нашел кой-каких осведомленных лиц. Я пі
дробно расспросил их о том, не знают ли они, кто из ніі
видел Гуляй-Польских коммунаров здесь, и где именно!
Мне ответили: — Гуляй-Польских коммунаров вид|
ли здесь люди из «революционных» кругов. Подробное!
можно узнать лишь завтра, на «базаре-толкучке». И т ѵ і
же указали мне, где я могу найти этот базар
1
Поблагодарив любезных представителей «революциоі!
ных» кругов, я пошел к себе, в отель. По дороге я подумал!
лучше всего сейчас же разыскать этот базар, чтобы утпиі
расспросами Р Я М ° ' ^ з а т р у д н я я н и с е б я > н и милиционере!
Пошел и нашел...
В отеле я встретился с Александровскими людьми!
Они принадлежали тоже к «революционным» кругам. МзІ
них женщины торговали своим телом, а мужчины получаі
ли от Царицынского Совета для себя и для этих женщин!
бесплатные номера в отеле и занимались какой-то другой!
профессией - какой, за один вечер трудно было определить.!
Среди этих представителей «революционных» кругов н а !
шлось много таких, которые меня узнали. Они видели меня!
в январские дни, в городе Александровске, в Революцион-І
ном Комитете; на могиле видного большевистского работ-І
ника, убитого в те дни из пулемета в Александровском P e l
волюционном Комитете. Эти люди напомнили мне даже н е і
которые подробности: например, после кого я на этой моги-І
ле выступал (мы, анархисты, как члены Револ. Комитета I
принимали участие в похоронах этого молодого, но славно-1
го большевистского работника, нашего сотоварища в Алек-І
сандровском Революционном Комитете). Такие данные!
этих людей обо мне привели меня к мысли, что я встретился В
действительно, с людьми революционных кругов, иесколь-І
ко поопустившимися, вследствие тяжелых условий И я н с і
задумываясь, набросился на них с расспрЬсами о том ' н е і
видели ли они здесь кого-либо из Гуляй-Польских коммуна-1
ров. — Как-же, видели, и даже ели у них вареники — п о - І
лучил я в ответ.
'
И

— 14 —

И эти люди рассказали мне, что на берегу реки Волна одном из тупиков линии железной дороги, стоят
'слоны с беженцами: «Мы там были и наткнулись на Гуй-Польских коммунаров, которые варили на треножках, в больших чугунных казанках, вареники с сыром,
и вареники нас заинтересовали, и мы обступили костер,
е они варились, а потом попросили попробовать варекив, нам их и дали. — О, чудные вареникиI — кричал один.
Я хотел их все закупить для наших людей, так не проли, сказали: мы не продаем, — кричал другой.
Это повествование о людях, с которыми я вместе рос,
лгие годы жил под гнетом самодержавия, от которых
тем был оторван тюрьмой, каторгой, и с которыми снова
третился в дни революции на деле организации сельскозяйственных коммун, — это повествование сорвало меня
места. Я упросил одного из рассказчиков сесть со мной
извозчика и поехать к тому месту, где он ел вареники у
ляй-Польских коммунаров. Упросил я его с трудом. По
щему мнению, именно он был наиболее свободен в 12-ом
су ночи. Остальные были чем-то особо важным заняты.
Вышли из отеля, прошли саженей с тридцать, взяли
возчика, поехали к пароходным пристаням. У места,
д'ехали к одному эшелону, соскочили, разбудили в одном
вагонов спавших беженцев. Спросили, откуда? Оказась не те, кого ищем. И так к другому, третьему, четверму эшелонам. Всюду нас бранили, но мой проводник
ал все денные и ночные порядки г. Царицына: он по-чивничьи покрикивал на ругавших нас, разбуженных на, беженцев, и те умолкали. В четвертом эшелоне нам скалп, что Гуляй-Польские коммунары, вчера переведены
да-то на другую линию. Но мы дальше не могли уже их
зыскивать. Человек из «революционных» кругов предуедил меня, что он должен спешить обратно в отель, он«
лжен приготовиться к базару. Поэтому мы возвратились^
отель.
По дороге в отель, я уговорился со своим проводником,
б вместе с ним пройтись на базар, и уже не заходил к
дям из «революционных» кругов, — людям, имевшим
аво всю ночь жечь свет в номерах, орать, как кому вздуется, и прочее. Я зашел в свой номер, заперся и лег приусть.

1 — 63 —

На утро я поднялся, сбегал в столовую позавтракал
ѵ и заполнил пропущенную часть дневника. Затем подняли!
к людям из «революционных» кругов, узнал, когда мой ноч
но# проводник пойдет на базар, вышел во двор, сел на сиз]
мейку и начал поджидать его. А когда он вышел с какиміні
пачками под руками, мы пошли на базар.
Базар на половину уже собрался. Мой проводнпі
быстро присел возле одного торговца, по виду тоже из «р|
волюционных» кругов, но который, как более практичный
успел уже откупить себе на базаре постоянное место и paj
кладывал на нем всевозмоншые товары. Товары 6w.il
различные: здесь лежали мужские и дамские шляпы, часи]
ботинки, портмонэ, очки и пенсиэ, всевозможные, — прая
да, в небольшом количестве, — парфюмерные товары, f
Мой проводник быстро развернул свои пачки, вынуі
из них свои товары. Они заключались в мужских и дамскіі
кожаных и парусиновых поясах, подтяжках, различно!
качества и величины цепочках и браслетах. Он обвешаі
себя ими и сказал мне: — Пока до свиданья. Мне нужна
поторговать. А вы поищите здесь людей, которые, верояіі
но, знают, где ваши Гуляй-Польцы.
"
Я не удерн<ался и спросил своего проводника: — ДЕИ
вы что, и в Александровске торговали этими вещами? ||
— Что вы, что вы! В Александровске мы работали!
продовольственной управе... Эти товары мы приобрели Я
Ростове, во время отступления. Мы как знали: на них здеся
большой спрос, мы их сбываем, — ответил мне, не краснеі
и не смеясь, мой проводник.
Я смутился. Бывший мой проводник, сейчас торговеаі
\/ «красивым трудом» приобретенными, пусть даже у грабиі
тел ей буржуа, товарами, заметил мое смущение и поспеі
шил меня подбодрить следующими словами: — Вы, товарші
Махно, смущаетесь, что видите меня торговцем... Теперя
такое время. Все наши, отступившие от контр-револкщинЭ
этим занимаются...
— Тем позорнее для них, — сказал я ему.
т
— О, что с вами, тов. Махно, — говорит: — В ы не ход
тите подумать, как жить. В ы думаете, легко здесь жить,,]
Э-э-э, это не дома. Если бы мы здесь не трудились, мы были

— 64 —

ттодны и оборваны уже, как жулики. А впрочем, пого; об этом после... Сейчас некогда, нужно подработать,
нцаиья!Ищите здесь знающих,где ваши коммунисты...
ішочил мой бывший проводник и исчез в базарной
(Вот так революционные люди», — думал я в ту минуо думы мои быстро сменились новыми впечатлениями,
на глаза начали попадаться десятки людей из «революных» кругов с разнообразнейшими товарами на руках
плечах. Всех их я видел раньше в Царицынскском
е обсуждавшими ежедневно вопросы о революции, о
спехах и поражениях на многочисленных фронтах
бы против вооруженной контр-революции...
Среди встреченных мною на этом базаре новых торговиа «революционных» кругов я видел многих, которых
{арицына встречал среди большевиков, социалистов
архистов. Это причиняло мне глубокую боль, — мне,
вавшему в революцию, как в единственное средство
бодить трудящихся от власти капитала и государства,
до фанатизма зараженному верой, что в момент рении все угнетенные примут посильное участие в той
иной области и этим самым помогут ей проявить себя
длинном трудовом народном духе и творчески заверен без политических уклонов, без смертельных пораій... И я страдал болью этого фанатика революционенархиста. Но в то же время я был счастлив этой встреторговцами из «революционных» кругов, отступавших
краины и нашедших себе отдых с правом торговли
и вся в гостеприимном г. Царицыне. Я был счастлив
му, что не видел среди них ни одного из своих братьев
шассу: крестьян.
Эти люди в большинстве своем были ремесленники,
не лавочники, евреи-торговцы, всякие полубуржуа,
меньшинстве — оторвавшиеся от своего прямого дела
волюции рабочие или, по крайней мере, бывшие рабоНи одного крестьянина среди этих людей из «революнных кругов» не было. И это, действительно, поддержименя морально. Это делало счастливым меня, веривкрестьян и надеявшегося с ними еще и еще раз выпряь е л во весь рост в практическом деле революции и срас врагами ее.

- 6 5 -

Среди всех этих людей я встретил, наконец, J
ка, который видел моих «коммунистов» (как он выразі
закупавшими на этом базаре продукты. Этот человек!
тот самый, который привел меня на базар и час тому!
убежал от меня. Теперь, со стыдом, изменившим е г о !
он свернул свои товары и провел меня в одну из улиц]
по которой и никуда не сворачивая, я наткнулся на J
железной дороги, пролегающей над рекой Волгой I
стояли вагоны, в которых помещались Гуляй-Пол|
коммунары. Еще не дойдя до места, я встретился с оі
из коммунаров, т. Василевским, который и довел меі
месту.
g

Глава
ВСТРЕЧА

IX.

=

С КОММУНАРАМИ, РАЗМЕЩЕНИЕ ИХ

Х У Т О Р Е ОЛЬШАНСКОЕ И МОЙ О Т ' Е З Д ОТ

Щ

Никто из коммунаров не думал встретить меня в J
сии. Все они знали, что сидеть без дела я не буду ніі
и все предполагали, что я вернулся уже на Украину в 1
родной район, и если не попался немцам, то что-либо Р|
влю для них ужасное, как для палачей революции. *
Лишь моя подруга, милая Настенька, — она былаі
кануне родов, — и слышать не хотела о том, что я не ноі
раюсь встретиться с нею перед родами. Она ожидала 1
каждый день. Иногда она тосковала о том, что ее ожидаі
по рассказам коммунаров, могут оказаться напраснЛ
1 еперь ее ожидания сбылись. Теперь, оставив tob В а с і і
ского далеко позади себя, натянув шляпу и понурив голоі
я подходил к вагонам, в которых жили коммунары н і |
незамечаемый. И когда я подошел умышленно не к I
вагону, в котором помещалась моя дорогая, милая подрі
и сказал, обращаясь к коммунарам: «Как-же вы, дпѵі
здесь поживаете ?», то все друзья, мужчины и женіші
и их подростки-дети, бросились ко мне, хватая меня в I
искренние, какие могут иметь только крестьяне, об'Л
и целовали меня. В это время из другого вагона выскочі

— 14 —

друга и за нею все другие коммунары, и радости всех
обмениваться новостями, какие кой-кто привез
Й о л я из окружающих коммун, а также тем нот п кой-кто пережил уже на пути отступления,
пвое что я услыхал от своих дорогих и близких,
овость (для меня) о их от'езде из коммуны Noil (Клап экономии). Коммуна эта была расположена в_8-ми /
* от Гуляй-Поля. В дни переворота в Гуляй-Поле,
пшики захватили, при помощи еврейской роты, дальые орудия и, как-раз в то время, когда коммунары
ись на подводы, чтобы выбраться из коммуны открыкоммуне ураганный артиллерийский огонь Все ду-і„то к коммуне подошли немцы, и потому бросали все,
іели из одежды, £, под взрывами снарядов вытаскисвоих детишек, никогда не слыхавших такой б е ш е н о й
лерийской канонады и кричавших, заглушая оханья,
/перТвТе ' - " I ? ? и дети - смеялись, рассказыие об этом, но тогда они не сознавали, кто что делал,
алее " н * близки^рТссказывали мне, как они отсту, с какими красногвардейскими отрядами как паничеюкидали Ростов (они, оказывается, отступали в тот
п что и я, из Ростова), где и как скитались после РоВсе их рассказы носили потрясающий характер
дороге много наших друзей, - говорила за всех комму
ОТТИП женшина. — осталось. Не могли переносить
ужаса, кТкоГвыпадал на нашу долю в н =
-Роде
т с т у п л е н и и о т немцев. Но мы, вот эти несколько се
в, решили держаться до тех пор, пока не узнали бы
ы находитесь, Нестор Иванович, а потом поплелись
Г д Г в а с чтобы вместе с вами итти на свою батьковщину
воевывать ее широкие степи и богатые зеленые нивьь
Эти слова молодой коммунарки, окруженной тремя
нькими детками, меня сильно тронули. Но я старался
ну не показывать этого и ограничился на сей раз^увере
что ни один из нас не должен и не будет здесь болтать
ез дела: все пойдем на вооруженный Фронт ревотодии,
ІІІ спасти ее, ибо только через революцию отвоюем мы
шрокне укранские степи и богатые зеленые нивы, па

1

— 67 —

которых теперь торжествует пьяное немецко-австроі " К е Р Г п ° С ° С В 0 И М И подлыми л а к е я м и ~ о п
« Центральной Рады, и о которых только-что говорил/
Далее, я узнал от коммунаров, что и они поппл
лись кое-чем из награбленного в Ростове. Красногв

снSr'rZ

0 Т Р Я Д Э

'

П

°

Д

К О М а н д о й

^трРоса

S

снаодили их соломенными шляпами.
0 ^ £ ° В О р Я М н е 0 6 э т о м ' к о ммунары знали, с какой
Д „ У и х Ь І б С ѵ ^ В а Т Ь ИХЗ Н а л И ' ч т о « на брошу
ввсех
с е х Уних,
° Н И им
буду много говорить
о том, как все это
волюционно; о том, как вредно для чувств революцю
когда он сознает себя таким; о том, что, взяв себе
не в разгроме магазинов приобретенную шляпу к
из них показывает погромщикам, что он это тоже с
оы, что он вполне с ними солидарен на этом пути H
не хотели ничего скрывать от £еня. Они были
с самими собою, и хотели быть такими же чест
со мною которого привыкли видеть всюду первым
равных^ Они дорожили мною, они ценили н е С сл
а на деле мое мнение, именно потому, что я бьи
к и Х н Р а а Г І ѵ ' И ° Н И П р е Д П 0 Ч Л И выслушать мои резкие н
ки на всех, кто сознательно совершил недостойное
™ Ц , Т е р а ; ° Н И Л р е д п о ч л и переболеть из-за этого
А после 0 Г Г ' Т а К Ж 6 ' К Э К И я - 0 н и Рассказали мне
А после, -среди них нашлись такие, что поломали эти
менные шляпы и выбросили из вагонов
н ѵ т Л е я П г п и , г К Г М у Н а р Ь І п о с м е л е л и - Я предложил им і
путь вагоны и переселиться в квартиры, где-либо бл.і
рода. Согласились. Мы - я, товарищи Александр "
тЧиГ
1 Т г В С И И Й Г / , Ш Л И Н а в е с ь ^ н ь искТть
тиры. Брат мой, Григорий Махно, пошел разузнавать
В Царицыне ломовые извозчики, чтобы можно
1
нов в село* 0 ™ П О П а В Ш е г о с я ' н а с л У ч а й переезда из
л и . 0 С : а Г Н Ь і е к о м У н а р ы и коммунарки оживленно
н н ь ш и
ваниел^ вещёй^. х о з я
Работами, другие - св

\

Л И н а Х у Т О р е 0 л ь ш а н с к о е , в 4-х верстах от
пи,Г ЗИ?
рицына, ряд квартир, но очень дешевой цене. Еще сл
и мы все переехали на хутор Олынанское...

— 69 —

4

к только все мы устроились в Ольшанском я постаих друзей в известность о всем том, что мы обговарирядом товарищей на нашей семейной Таганрогской
енции в конце апреля месяца, и к чему пришли,
узнали, какая на мне лежит обязанность по отноГуляй-Польського района. Они поняли, что я не сеавтра заявлю им о своем от'езде от них, и сперва
в уныние, а потом заявили, что они все — и мужчины,
ины, и дети — едут со мною. Я резко запротестовал
их поездки со мною, исходя из того, что они все почейные и что, коль они так дружно держатся коммуIX заветов, то им, пока-что, следует оставаться здесь,
я подруга долго крепилась, все не поддавалась тяу, перед родами в особенности, чувству одиночества,
рь плакала...
е эти разговоры привели нас к ряду серьезных засеиа которых мы пришли единогласно к выводу, что
без дела в ответственное время нельзя, что все должны
на фронт. Поэтому, товарищи-коммунары должны
ть свои семьи, как следует, оставив одного-двух мужзле них, для связи с фронтом и для помощи женщинам
яйству, а сами идти добровольно на фронт, здесь же,
ицынском участке, не ояіидая того времени, когда
не выдерндат ударов казачьей контр-революции и
безостановочно отступать,
ысль эта отстаивалась мною, ибо я глубоко верил,
ли нам, гуляй-польцам, удастся организовать восстаУкраине против контр-революции, и если оно разо, то нам легко будет, при содействии красного комаиш, перевести всех своих людей в Гуляй-Поле.
варищи коммунары и коммунарки с этим согласились,
іны стали готовиться в добровольцы на царицынский
сток фронта революции. А я подготовлял свою подруому, чтобы она мужественно на время рассталась со
живя вместе с коммунарами, как жила до сих пор,
помня, что я оставляю ее во имя великого дела уких тружеников, которые задыхаются в петле немецтро-венгерской реакции.
одруга соглашалась со всеми моими доводами о том,
іе могу праздно сидеть возле нее, я должен быть к июлю
г в Гуляй-Поле во что бы то ни стало; но чувства бра-

— 49 —

ли перевес над разумом и она, словно дитя, рыдала. Б
создавало во мне удуручающее состояние духа. Все
талкивало меня на мысль взять ее с собою, ибо вдвоем о
ним, дорогим, легче умирать у дела... Но такое р
она и сама считала безумием. Она уже мало Ходила,
лежала в постели...
Наконец, под стоны и всхлипывания моей по
под плач некоторых матерей-коммунарок и всех детей,
звуки песен моих славных товарищей мужчин-коммуиа
распрощался со всеми и думал сейчас же оставить
Царицын. Но по дороге, сопровождаемый своими
рищами, я наткнулся на один из царицынских киоско
красовалась газета под заголовком «Анархия» (то была
дневная газета наших московских анархических орга
ций). Я ее сейчас же купил и в ней прочел, что в M
организовался «Союз идейной пропаганды анархизма}
кларация этого союза подтверждала этот факт.
Эта весть привела меня и моих товарищей в нео
мую радость. Правда, с идейной стороны, эта газета
нашему — далеко уступала газете Ростово-Нахичева
группы наших товарищей, газете «Анархист». Но одн
что газета «Анархия», после наглого разгрома ее изда
— анархических организаций в Москве на Малой Дмг
ке 12-го апреля, все-таки выходит, радовало нас. II
влиянием этой, опять-таки чисто крестьянской искрадости, я вместе со своими товарищами-коммуна
вернулся обратно на хутор Олыпанское.
Среди коммунаров мы прочитали газету еще раз
и долго думали о том, чтобы хоть мысленно преде
себе пзицию анархического движения в целом, по оті
нию к катастрофическому положению революции. II і
рассуждали и спорили о том, что анархическое двия
иосколько оно не организовано, является беспомо
поднять массы против зарвавшихся правителей из Кре
что сейчас оно проявляет себя только в лубочной, безо
л/ственной литературе, на деле же оно — жалкое, тщеду
'Для того, чтобы оно было могучим в действительн
/нужно его организовать и вооружить средствами сои
ного действия, соответствующими времени и техниче
прогрессу, из которого черпают средства враги револ
в своей борьбе с нею. — Анархисты, нужно сказать пр

— 70 —

„лпич я тогда же своим товарищам, проявили себя на•о бесшабашными за год революции, что надеяться
что мы увидим свое движение организованным и могув с м ы с л е влияния на развитие и плодотворные резульііеволюции, можно лишь, если мы сами имеем силу восами будем работать для этого. А наши силы известно
больно было за свое бессилие и за силы тех, которые
по тратят не на то, на что, , по-моему, нужно
1 бы их тратить...
„
Товарищи и друзья-коммунары заметили мое расстройк и беседе на эту тему и осмелились предложить мне
4 не уезжать, отдохнуть возле них. Я не понял их предения а усталость чувствовал большую и лег отдохнуть.
Товарищи думали, что я отложил свой от'езд, и радо,сь этому. Но через три часа их радость кончилась,
сак только просну-ся и увидел, что время уже позднее,
уже второй мой пароход ушел, - я, вторично уже ни
>м не прощаясь, кроме своей подруги, покинул хутор
шеіот

'у царицынских пароходных пристаней я встретил свотоварищей из анархистов других городов Украины
пропустили два парохода, в ожидании меня, и за это
іііно меня выругали.
Теперь мы взяли билеты до города Саратова и уселись
' К ч а с , и мы были в дороге к краевому в то время гоПоволжья — Саратову.

Глава

X .

АРАТОВ. АНАРХИСТЫ ПРИЕЗЖИЕ И САРАТОВСКИЕ. МОЕ Б Е Г С Т В О С РЯДОМ ТОВАРИЩЕЙ.
Только по прибытии в город Саратов, я определенно
ил, что Украинская «Социалистическая» Центральная
— 71 —

Рада, приведшая шестисот-тысячную немецко-австро-йе»
герскую контрреволюционную армию, под верховным ,
'

= Т , Т я Т В ? М
апреля 1918 г.
буржуазией при
в борьбе против

,баР°На
«а Украину^ 1
была низвергнута украинской и русскоі
прямом содействии этих ее же союзник ™рганизациТг И раб Г ежа Д и^
h0
революции.
шнетвом, я острРо п о ч у в с т в о в Г Г с е Т е СГРГГ9 Н Э Д б о л ь "
ГНеса и жал°г а з е т н ь ш
с в е Дениям (правда, уже старым для мо ти по отношению к революционепяи
а все. Затем я с е й ч а с ж е в ^ л с я з а п и г ^ н а і ? Р а в л е н и й , и
Ч Т 0 К а К " р а 3 В Т 0 В Р е м я < к о г « а эта преслоѵ
В°ИМ й Р у з ь я м "
таяpL?
тая Рада была низвергнута, она заседала, принимая проз оммунарам, оставшимся в x v î o p e о ™
ты земельной реформы, утверждавшей право (для кула, о ообщал подробности низвержения й ^ ш а н с к о е . В них я
ЦентРальОй Рады и восстановления ^ ^ Т м е с ™
с в Г е Т Г ; " У Ж Н 0 п о н и м а т ь ) собственности на з Х о
окР)'жен4
0
д
е
с
я
т
и
н
ого
и
поддерживаемого
Украинской
„
I
Z
T
T
'
• Z^K
°"
> и что с 29 апреля Центральной Рад
V вообще не существует на Украине/ Теперь там <<выборш Р В О Л Ю Ц И О Н Н О Й нечистыо С опной Г Г І Российской коптрцарь» — гетман Павло Скоропадский
«выоорш істро-венгерским ю н к е ^ в ^ Т д Р у % ° й Р 0 Н Ы ' Н Н е м е ц к о "
ипгг 1 . Т г г С В е а е Н И Л Л И Ш Н И Й Р а з о ч е р к и в а л и правил» нисал я^оммун^^^
—Держца,
ность моей позиции по отношению Центральной Рады и е,
8 а к о н ч ™
оконченную
Центральной
Р
І
д
о
й
'
к
а
з
і
^
Л
политики. Но во всем совершившемся на Украине в пол
ВИН0Ваты
были>
Р* Р е в о л ' о ц и е й
"о-моему, и большешш •Украине. Время самое тяжело? ™
Революции. Я
к социалисты-революционеры. Первые своей пол ( е ш У на Украину. В ы же д р ѵ Т я
R T nn . P e C T C K 0 r 0 Д 0 Г 0 В 0 Р а с немецкой контр-револцие к жен и детей, идите сейчас же 'ггп^ Ш И Т е 0 С Т £ Ш И Т І ' своКрасной Армии П р и ™ м ? ? ^ В ° Л Ь Ц а м н ß 0 Т Р Я Д Ы
Вторые — тем, что не разорвали сразу же свбего блоки з .вне, мы, подпольщикГ изнѵтри К 0 Н Т Р " р е і 3 0 Л Ю Ц И И '
правительством Ленина, не выступили из В Ц И К совете ,
и не повели борьбы против оккупации Украины немецко.
Т
0
Р
і
^
Ж
Г
~ подлинной народной^Украиі-^
ме?т Т я Р ; Р % В т °пТ ИеЙ В М е С Т 6 С М а С С а м и ' непосредственно^ н
местах. Это был момент, когда Украинские революционны.
трудовые массы шли на всякие жертвы во имя недопѵш
ния на свои земли, в свои села и города, н е м е ц к и х Т а в с т Д
венгерских контрреволюционных армий, а также
S 3
P
И3 ЕкатеРинославаі
k Озерского и Тара™ока
дывательных отрядов, шпиков и провокаторов Центрально
Первому
из
них
было
проститеm
„
л Dn,
Рады, которые указывали этим армиям сокращенные и веп X домах коммуны. Он и Г п е Г 2
валяться в ночлеж™ L T H п е Р е Д в и ж е н и я ) Доносили и помогал7поро?ьшо•
полами вешать на телеграфных столбах, загонять в тюр
мы, а затем расстреливать по ночам непокорных и револі
ссякое
ционных украинских крестьян и рабочих
MQ J / е р е ч и т ы в а я все, какие мне попадались, газеты, и вид.
• н и х > ч т о свершилось на Украине, я обвинял в происшед -ом. Н а д Т и Г Г Г д т р у Р и Л 0 Л Г я Г Г М а н а Р ' — « д и к а шем все политические партии: в первую очередь у к р а и н к и К Правда, я не о п р а в д а ю себя ц е л и к Г H Д ° С К а п "
а затем и кремлевские, т.-е. большевиков и л е в ы х с о ц и З ь странным, в дни жестокой схватки п Г . Н ° М н е Г { а з а "
стов-революционеров. Принимая все происшедшее близко юлюцией, валяться в посте п и I n ? Р е в олюции с контрД°
16
сердцу, как, вероятно, каждый революционер, понима« :ь> пусть даже и во время "о„ения на
ч т о Революция совершается не для привилегий партш
"»ИХ в то время Ленина „ Т , " н а н а с ° ° стороны оподьшевистскими
'ево-эсеровскими чекистами Я і ^ с в ^ м
п ' 11 с воем миропонимании,
— 72

п к І Л üäS^

— 73 —

мыслил революционера действующим в гуще народа. Видеть,
Товарищей валяющимися по неделям в ночлежных дома.\| мы устроили в Саратове конференцию, пытаясь во-пепптгѵ
доставляло мне много боли. И я страдал, хотя и отдава
диитавлмли ЛІЖІѴ МП«»«
• -- — г " >
лп^а лтирт итп HP пттинпчкИ ПОВИННЫ В СОЗЕ
себе отчет, что не одиночки повинны в создавшемся положении Не сами по себе одиночки повинны в том, что они, словно испуганные вороны, мечутся с места на место, зачастую
без всякого дела, просто потому, что, де, «в таком-то городе!
адея"
что-то нашими делается, поеду туда»... И едет такой одиноч- лнсь использовать газету «Голос А и I t
'
ка иногда недели и месяцы, палец о палец не ударяет, и да-, лого призыва „о всем aL,px„cr a M
oTSyZBZ»,K™r^:'r
же на месте не думает ударять, во имя дела нашего движе
.ком контр-революции из Украины в Россию- Ï L
ния
Нет! Не сам этот одиночка повинен в том. Виноваты установить единство тактики £ своих анархических n é ?
форма и внутреннее содержание наших анархических opraj
низаций. Организации эти нездоровы в своем существе.
Они сами приемлют и развивают неправильное понимание
цели не только всего нашего движения в целом, но дан«
своей маленькой организации. «Нет, от подобного рода фор
М
П0
мы и внутреннего содержания анархической организации
надо бежать», — убеждал я себя: «Момент требует идеолоД
гического и, в особенности, тактического об единений
c
анархических сил, ибо только тактическое единство поможе
нам творчески выявить среди заинтересованных в успех,
i e
революции трудовых масс практические начала анархизма
от которых, в свою очередь, почти полностью-зависят рост
развитие и защита революции в том ее понимании, какоі
приемлемо для ее прямых творцов; а таковыми всегда являют
денег на один номер
' Ч Т 0 д а л и Редакции
ся сами трудовые массы в своих непосредственных дейст|
виях у себя на местах».
Тут же, в эти дни, я встретился с членами нашей 1 улші
Польской крестьянской группы анархо-коммунистов: ток
Павлом Сокрутой, Владимиром Антоновым и Петровски.;
Они искали этот Дом Коммуны, надеясь в нем узнать что| И для момента н е у д о в л е т в о р и т е Т І ? так-как она выпажя
либо о том, что они хотели знать.
Я рассказал им о том, что мы устраивали конферен
цию в г. Таганроге, и к чему на ней пришли. Все они при
няли целиком постановление конференции и решили возвр^
титься как можно скорее на Украину, поближе к Гуля •.то из-под боевых зІамен анархизма н а ч / е ? ™ „ V o S S '
Полю, вера в революционный дух населения которого і
всех них жила, как и во мне.
Вместе с этими своими друзьями и товарищами по гру
О,юв„Т»пХІ0рМуЛИр0Вать'
и разрешать эти три
ne, а также с рядом других, с'ехавшимися в г . Саратов
анархистами, при участии наших саратовских товарище!
к если и затрагивались,
S
S
'
I
Z
S

™ ™ =
Г — Г о в
Z7Z1Ж S Ä n I Ä
= 5

— 74 —

— 75 —

КГ
Г^

Кним анархистов, последние не могли нй сами как следует
воодушевиться имй, ни воодушевить ими трудящихся кровно заинтересованных в торжестве свободы над произволом
равенства над безправием и в переходе к ним, тружени ам
ИСТОрИеЙ
— " Г
Г
общественного капитала: земли,'
фабрик, заводов, железных дорог, и т. д и т д
Докладчик, Макс Альтенберг, бессилен был удовлетворить с ехавшихся в г. Саратов анархистов, как своим пониманием момента революции, так и своим освещением ров н е й - Н е м о г о н удовлетворить ихР И
Г Л 1 Г К е Ш
своей осведомленностью о том, в каком направлении и как
В чтом йппп°В соприкасается с фронтом контр-революции
В этом вопросе докладчик старался затушевать и скрыть
от аудитории свою неосведомленность. Не раз повторял
л Г о п Г ° Ѵ Ч е Н Ь б Л , И 3 0 К С « С а Ратовским С м о л ^ І і Г ( Р е Т
люционный краевой комитет) и бесцеремонно лгал нам
HÏM'V Д ^ К а Т Ь ' Г ° Р 0 Д С а р а т о в накануне эвакуации К
Д 6 ' С ° С Т 0 Р 0 Н Ь І Г ° Р ° Д 0 В Балашова и Калача, йродвн2

™рги дают с е б я ^ в о в а т ь о " ? Р е Ж И М о в юрской казамедлил п о с е т и т / ее. В г р ѵ п н ? т * е Ж И Т В больнице. Я не
из Украины, оказался т о в а ^ щ А „ Т а т т Р И Щ е Й ' с т у п и в ш е й
Л е в ю і
Мариупольской группы анапѵп t
— р и в а (член
но шел в б о л ь П и ц у Р У „ а в ^
С нею Т и

прошломГоТстГщем 0
L Z Z ° ~ - - а л а
с нами о
О состоянии здоровья, а она в n - ; R f с в о д н я , я спросил ее
Ш.делается нашими а и а р х и ч е с ™ ? " ^ Рассказать ей?
г РУ л пами и организаднями. Это меня радовало я
тем, что делается
™> жить S болеть
I ? Г Л М Н ' м о ж е т только испытанный И И г р у п п а м и и органиИ и с , фенний товарищ
I Именно таким она мне каза гТЛ
как можно скорее о к р Г п н у Г и в ь Г и е Г * Д у Ш И ? к е л а л ^ '
- Наше движение, — говопитг « В » П И С а т ь с я
больницы
низовано; его нужно оргаСзова ь 7 Т У Ч 6 ' н о д е з о Р ™ :
В00РУжить
средствами, свежими и aSopoïm™ L
новыми
.
Попрощавшись с А Г т
, 1610 С И л а м и 6
6
в
и больно было на сердце что в Z Z T ™
больнице,
оварищам, п р и х о д и т ? валяться Г б о п ? " ' Н Т а к и м и м е " « о
ЧаМ'
а а л е ™ и ъ
ІРаны - последствия прошлого строя

П ° Т ° М у ' М 0 Л ' <<вы
С а Г т о в а Т—
° ' С просил
Т п Г ' 3 нас
Р^'езжа^сь*™
Саратова»,
докладчик.
нп
™„ Ь Л Ш И Н С Т В У а у д и т ° Р и и н а ш е й конференции было ясно что докладчик, предлагая нам покинуть Саратов выползня " 0 P y J " n e е Г ° б Л И З К / х ' в Р а г о в анархического движения, из «Саратовского Смольного». Из-за этого пункта
ком Г И М Т г°ѵ а р И Щ И ' В Т 0 М Ч И С Л е и я ' поссорились с д о к а д R QTnf ^хороню знали, что чехословацкие воинские части
Товарищи мои по Гѵляй ГГл„, „
действий поотивВбои в р е м я н е предпринимали вооруженных
действий против болыневистско-лево-эсеровского блока Ппмуиистов - Павел СокруѴа? В С о н п п W y n n e а я а Р * о - к о м ПетР°вси«*
и Л 2 S L " а С н е о п Р ° в е Р ^ и м о ясно было, что докладчику
хали тоже, в направлении' Украшш
к и х ° г о Т Г п Ж Г С Л е Р Э З Г р 0 М а большевиками а н а р х и й
На
Iс Радом ?К тов^рищей^пада-что^
^ с к в у , остался'
сняться к ï v
, ? а Д р У Г И Х Г О р О Д ^ Х ' В Ь І Г 0 Д Н 0 б ы л о приспоI*,
тону «Саратовского Смольного». Докладчик
кой группы со мной остались т о в С а и Р а І о в е ' Из Мариуполькак и «Саратовский Смольный», не хотел, чтобы с'ехавнгир
па ; из Юзовских т о в а р и щ е й - ^ - Л ю б и м о в Острое) и Рися из Украины анархисты занялись д е л о Г анархического
вских - т. Гарин. Ф а м и л и і Г и ^ г г п ^ И 3 Е к а терииосладвижения в Саратове. Чувствуя неопровержимуіГпоавиль
Ілругих, оставшихся со мною Т о в а ш ^ Г ° Ж ^ а і Ш Я м н о ™ х
ность этого об яснения, ряд товарищей о б п ™ ш с ? н а ^о
Тем временем мои ппѵ L ° Р щ е и я забыл,
кладчика с резкими нападками, и на этом СарГовска« К?н-" шгей моряков-матросов Knmf, З а в я з а л и связи с организаференция закончилась. Многие товарищи в тот же пен,
«рганизация б ы л а Р в Z * £ е м я Т г ^ Г " Ч е Р я о « о р ц е в Эта
Д
раз ехались по другим областям России
пои, которая могла помешать ^ в и ™ Г ' ° В е е д и »ственной
вой
Саратовской власти О н о Л
™ с а м °ДУРства краеa
Be
Я
В
П
е
р
В
Ы
е
в
с
т
е
кой Аней ' Левин ^TTnf '
Р ™ л с я с анархисткои дней Левин. Помню, товарищи сказали мне, что она
Ротив Чеки и за р а с к р е п о щ е н и е ^ Z T ^ К в м с т у п л е и т 0
"«' организация матросов Тазалас, ^ ' 1 С Л ° В а ' М н е ™ н о
— 76 —
' об этом говорил своим товарииг :
? Н Т Р-Р е в о ™циопной.
1
Щ " д г - 1 1 0 п е е требованиях,

— 77 - ,

во имя которых она готовилась к вооруженному выступлсS H I O против Чеки, было так много справедливого, что кри
аТь Против нее обрыто я стыдился. Чека была явно контр
револционной силой, по сравнению с этой организацией
1
В это же время прибыл в город Саратов отряд «Одес
Ѵ / с к и х Террористов». Он насчитывал до Двухсот пятидесяти
человек. Все были вооружены с ног до голой*. Все те бойць
из этого отряда, с которыми я виделся в городе (отряд со
своим эшелоном остановился в г о р о д к е - п о с е л к е при «
Саратове), заявляли себя «одесскими анархистами-террор
стами». Этот отряд, как и многие другие, отступил из Украины не остановился на фронте и не дал разоружить себя под
г Царицыном. Он пробирался теперь через Центральную
Россию на противо-немецкий и гетманский фронт, на Украину, и считал наиболее удобным переход границы в Курском
НаП Коща И э И тот отряд прибыл в Саратов, он остановился в
городке. Но отдельные бойцы его начали шататься но городу,
в Саратове. Бдительная краевая «советская» власть, которая
в это время уже нащупала организацию матросов Балтики
и Черноморья, обратила свое внимание и на этот отряд
«террористов»... Помню, некоторые матросы говорили^Наша организация почти раскрыта. Вследствие этого многие
из нас на время покидают г. Саратов...» «Террористы» же
из Одесского отряда зявляли: «А мы не боимся власти
Если она нас затронет, мы ее разгоним из Саратова»... £
Все эти обстоятельства заставили меня прибегнуть ь
некоторой осторожности. Я с т. Васильевым и т. Ривой перешли из гостинницы «Россия» на частную квартиру, под л е е от центра города. Остальные наши товарищи остались в «России». Они имели знакомых среди «Одесских террористов». Последние манили их в свой отряд, и они, хотя
и осуждали название и поведение этого отряда, продолжали

с ними встречаться...
Как-то раз, когда ряд «Одесских террористов» ранним
утром зашли в гостинницу «Россия» посетить своих знакомых
из наших твоварищей — попутчиков от самого Ростова,
гостинницу оцепили чекисты и обезоружили «террористов ,
среди которых оказался и сам командир их, а заодно с ним»
и всех наших товарищей.
Обрадовавшись тому, что среди обезоруженных «терро

— 14 —

истов» находился и сам их командир, по произвищу «М и - V
/а», Саратовские чекисты, оставив всех обезоруженных в
остиннице «Россия» под охраной двенадцати вооруженых карабинами красноармейцев, сами, схватив этого коіандира Мишу с собой на извозчика, окружили себя кон- г
ьгми коммунистами-чекистами и быстро помчались в направіении городка, чтобы разоружить весь отряд «Одесских
Террористов».
По дороге к «городку», чекисты наткнулись на троих
юдей из отряда «террористов», которые шли в город, —
ндимо, тоже в гостинницу «Россия». Чекисты решили и
X схватить. Но люди эти, заметив, что останавливавшие
X чекисты везут с собою их командира, не задумываясь,
ачали бросать в гущу чекистов бомбы, в результате чекисты, и пешие, и конные, разбежались, оставив командиТ отряда «террористов» связанным, но невредимым, на ИЗ-N
озчике. Таким образом, и эти три человека, которые метали
омбы в чекистский отряд, пытавшийся их задержать, и их
омандир, спаслись.
Акт трех человек из отряда «террористов» во мгновение
;а стал известен в центре грода, в частности в гостиннице
'оссия». Услышав о нем, обезоруженные «террористы» и
пни товарищи, оставшиеся в этой гостиннице под охраной
2-ти конвоиров, напали на последних, быстро обезоружили
повязали их, вышли из гостинницы и скрылись.
Через полчаса, двое из них прибежали на одну из кварір наших товарищей и сообщили через эту квартиру мне' о
іушвшемся в гостиннице «Россия», — в частности, об актрех человек из отряда «террористов». А еще через часа, мы, в числе 15-20 человек, по одиночке и по два, сходигсь у пароходной пристани «Русь», где уселись на один
отходивших пароходов (кажется, по имени тоже «Русь»)
в после-обеденное время, плыли уже вниз по течению
'лги, в город Астрахань, без всяких, конечно, гарантий
то, что нас чекисты не схватят на пароходе и не расстренот без всякого опроса и разбора. Правда, одна гарану нас была: это — револьверы, бомбы и сила воли,
обы, в случае чего, овладеть пароходом и причалить к бегу том, где нам нужно. Но оказалось, что мы уселись на
роход никем из чекистских сыщиков не замеченные и дое-,
m до г. Астрахани благополучно.

1 — 78 —

I

• К контрреволюционерам я не принадлежал и не принадШКу.
1 Товарищ Авдеев несколько смутился моим ответом,
•нако был мил и искренен в дальнейшем разговоре. Он
•росид меня, не желаю ли я остаться, пока-что, в агитГ. АСТРАХАНЬ.
МОЙ У Х О Д ОТ ПОПУТЧИКОВ •деле при Краевом Совете ?
ПОИСКИ РАБОТЫ. ВСТРЕЧА С АСТРАХАНСКИМИЯ Я ответил: — Я хочу работать и буду работать где угод-і
•>, кроме чрезвычайки и милиции.
АНАРХИСТАМИ И В Ы Е З Д ИЗ Г. АСТРАХАНИ. I• Он вызвал председателя агитотдела, который через'
В минут прибыл. Последний был грузин. Авдеев познако•іл меня с этим грузином, «левым» большевиком по убежде-'
Как только мы все вступили на мостовую г. Астрахани •гам, и я был зачислен членом агитотдела, на паек хлеба
мы в первую очередь обратились в Астраханский Совет |• на бесплатную квартиру. От квартиры я отказался, такпросьбой дать нам квартиры. В Совете нам дали записи]•>к уже нанял с тов. Любимовым.
на занятие номеров в одном отеле, в котором я и переноче]• В тот же день я перешел от своих товарищей из отеля
вал одну ночь. А затем я, с товарищами Любимовым и Риі•поселился вместе с тов. Любимовым. Помню, мои попутчивой, пошли искать работы, чтобы с неделю-две прожить, н|I были недовольны, что я от них ухожу. Но я хотел уединавлекая на себя никакого подозрения. Да и хотелось но]Іться, хотя бы в ночное время, от споров и крика. Я вел)
знакомиться с населением Астрахани, с его отношением I•писи о своем отступлении из Украины, о связанном с ним :'
революции и к новой власти.
J•тешествии; и поэтому, на возмущение товарищей, я не1
Товарищ Любимов нашел себе работу матросом на частіВращал внимания, тем более, что эти мои товарищи нашли
ном пароходе. Я познакомился с одним из местных максиіІбе дешевые номера и решили задержаться в г. Астрахани
малистов, который осветил мне положение астраханской!1 несколько месяцев, тогда как я должен был, во что бы то
фронта и посоветовал мне обратиться в Краевой АстраханІвстало, быть к 1-му июля на Украине, если и не в самом Гуский Совет, который помещался в это время в АстраханскойІй-Поле, то обязательно в его районе. Сперва товарищи
крепости, в архиерейском доме. Там, дескать, мне посодеіііІивлялись и моему уединению, и моему бесчувствию к
ствуют найти подходящую работу. Товарищу же Риве palI ропоту; но когда узнали, в чем дело, они начали посещать
боты на пишущей машинке не попадалось, и она, оставиіІня, во всем советоваться вплоть до моего от'езда.
поиски работы, возвратилась к остальным товарищам. I! За те дни, что я числился в агитотделе, я разыскал
Добился я пропуска в Краевой Астраханский СоветІІтраханскую группу анархистов-коммунистов. Она изда-,
В Совете меня принял товарищ председателя — максималисіІла газету: «Мысли самых свободных людей». Товарищи
Авдеев. Долго говорил он со мною, расспрашивая мен!J этой группы показались мне очень славными работнито о том, кто я — большевик или социалист-революциоиеики; но они не могли развернуть чсвоей работы; они были
(правый, левый), или максималист, или анархист, то о по! язаны чекой. Им нельзя уже было свободно выступать
ложении противонемецкого фронта, то о том, как укранім идейной критикой против всех ужасов, творившихся ческие труженики встретили немецкие армии, и т. д.
1fii. В их бюро всегда находились чекисты—правда,не офиОбо всем я говорил с ним совершенно свободно и открой(ально, а под видом рабочих или интеллигентов, разочавенно; лишь не сказал, к какой революцивнной группировЯ•вавшихся в той или иной идее и теперь ишущих себе дуке принадлежу. На желание тов. максималиста узнать этойрного удовлетворения в анархизме. Большинство дней
я ответил тремя десятками слов: — Зачем вам лезть в мощ'его пребывания в г. Астрахани я и проводил то с тем
душу ? Документы мои говорят, что я революционер и говоИ с другим товарищем из группы астраханских анархистов.'
рят о том, какую я играл роль в известном районе на УкраіЯ
Глава

—

80 —

XI.

I

—

81

—

в

,Тут же, в Астрахани, в газете «Мысли самых свобода
людей», я поместил первое свое стихотворение, написаші
н е ™ пр о грамме Сагитотдел а Ь я п ™ " ™ ь ш и ,
на московской каторге, под названием «Призыв» и за по ;чание, с выдачей
мне в
' получил особое записыо «Скромный» (мой псевдоним на каторге).
іжется стремитесь в К 5 у Т »
' " ° 3 а П Р о с о м : ~ «Вы
За эти дни я имел возможность походить по город
свободно осмотреть развалины его зданий. — Почемѵ (
М С
У
так разрушен ? Что здесь жестокие уличные бои были" ч « J * . » Г л е г * Г Г І Г х а Г ™ ™ ° Т 0°Т Д™е Л а' ~
в группу а с ™ а Г а Г „ и Г а ™ р х и ™ в
и
поп;
" " "
ли ? — спрашивал я и у своих товарищей, и у оффициш Iшеп
нсь с ними зягттнѵтг «
іарлистов и< попрощавных максималистов и большевиков. И получал один отп
И Л ю б и м о в У
работу:
— Во время революции здесь восстание против царек, шросил его пойти и кѵпігтт * п Ц
шетани
билет
до
Саратова
'
І
?
' ' 0 ' ™ 6 0 пароходной
власти и власти временного правительства делали на
Н
в
Ч
а
л
к
л
а
ь
У
Д " * т ь свои
казцы. В их представлениях, революция тесно связана, Іщігцы в чемодан с м е т е ™
1л ура у рушенный n a l T r l Z '
° б Ы С С Г 0 Д И Я ж е покинуть
ее практической стороне, с грабежом. Они жгли буржу; ; пдейтивительнос -и чуждый С ^ п Ь Н ° - Д е М 0 К р а т и ч е с к » й ' '
ные дома, жгли магазины. Требовалась большая органи, род Астрахань
У > К Д Ы Й Демократизму и социализму
ционная сила и энергия со стороны революционеров, что
очистить от этой примеси принципы революции.
И, действительно, кто мог взглянуть на этот горі
в то время, тот мог бы сказать, что спасение другой о
части от разрушения стоило колоссальных усилий тс
кто вел за собой массы угнетенных властью, оскорбленн:
и униженных обратным грабежем со стороны буржуаз
» • • Любимов, „е взяв
всех видов, которая, под покровительством власти, сов Ä Z ^ r r S S . » - "
У'
д е с к а т ь . ошибся, куда мне нужно
H ехать.
шала его над этими массами.
Однако, возвращусь к моему агитотделу. За неде
™
» P « ™ «
«или,
j что я в нем числился, и ходил на "его совещания, я замети
Должен был оставаться еще на сутки
что за мною следят, что-то подмечают. Но, не показьт Астрахани.
виду, я набрался нахальства: наравне с другими видны,'
Я
С Т аЛ0Я Н е П 0 е х а л ' Т о в - Л а й м о в был рад и
членами агитотдела, вносил свои поправки по тем или др. ™№вал эт°„ г о '
гим вопросам, вмешивался в споры об экономической и пол!
тической стороне жизни страны. И это, как-будто, про)
Ж н у М 0 Г У
°П08Я™
™ е р Ь н е д о КУ°»'Удило мне. Но проходит день, другой, третий, — я сдерж »« и не до ж е н ы ' п о с е ™ ^ ™ ^
но, но определенно, говорю красногвардейцам, уходивші:
на Петровский боеучасток фронта революции, что в зада
нас всех, трудящихся, входит одна цель: это — полное л
номическое и политическое раскрепощение себя. Революци
ный солдат должен над этой целыо серьезнейшим обрш »™x, а -ш С ™ о р ™ 7 ™ Г о ° ш Т б Ц Г „ Ш Ш Х к Р е с т ь я н Ч
подумать
и провозгласить
ее лозунгом дня. Это вооді/і «второго нужно бьпгп
ошибся в названии места,
вит трудящихся во всех уголках страны, и наша поб> 1» Я Ѵ м а л У в * ™ ь в б Г е Л о ^ п » "
1
: " ' Ты
над контр-революцией
завершится празднеством
мира,
с к а а а л Д° СараСумасшедший ты, д р у ж б е !
венства и свободы, на основе которых и начнется строить
новое свободное коммунистическое
общество...
' «свои» усадьбы
в ^ п Ѵ х Г в ^ Г л Г и ; -

так?

— 82

— 83 —

r é

ѵ

помещики, и как, с помощью солдат немецкой и австрі
ской армий, у крестьян отбирают живой и мертвый ииве
тарь, как крестьян наказывают... Параллельно с эт
вспомнил я и сопоставил все те наказания, которым я лич
подвергался на каторге за непокорность режиму. 'Это і
помнило мне мое обещание, данное сидя еще в гнусных к
зематах тюремных стен, вырваться на волю и отдаться ві
цело делу борьбы трудящихся с их бесправием соответстпу
щими времени средствами.
Я перебирал мысленно причины нашего отступлен
из Украины, все те практические соображения, которыеі
нудили меня, после таганрогской конференции, двинуты
с рядом товарищей, на известное время из Таганрога дал
вглубь России, благодаря чему я теперь путаюсь в пол
разрушенной Астрахани. Я передумывал все это и жесі
ко укорял себя за выезд из Украины. А время неслось ci
им чередом. И мне казалось, оно так быстро и так мж
уносит от меня того, что, быть-может, другие будут переи
вать, на чем, быть-может, многие погибнут там,на Украш
в вооруженной схватке революции со своими палачамі
Все это меня возбуждало, усиливало во мне гнев
самого себя, на товарища Любимова, на всех, с кем я СВЯЗІ
ся в пути следования на Москву... Но больше всего зли;
я на большевистско-лево-эсеровскую власть, которая >
казалась самой главной виновницей того, что трудовон(
ганизм страны разорван на разного рода политические грі
пировки, благодаря чему народ оказался беспомовш
поднять все свои силы на борьбу с вооруженной контрволюцией и помешать ей овладеть Украиной. Во имя ав
тюрнстических целей отдельных политических шовинист
во имя их власти над украинским трудовым народом, ист
блялось теперь все лучшее в революции, вырывались ш
рядов самые преданные революционные сыны, убивал
они, а с ними и надежды многомиллионных украинских т
жеников села и города на победу революции. Правда, л
лейшая Центральная Рада сдала уже в это время «
'власть гетману. Вся эта контр-революционная своло
которая, видимо, сама не замечала, куда шла до сих і
и куда вела своих союзников, — немецких и австро-венг
ских сатрапов, — была теперь в плену у этих самых союз
ков. Она уже не могла сама творить того гнусного дела п

— 14 —

в революции, которое она Творила и позволяла от своего
іени творить этим своим союзникам. И эти «добрые, славные»
іозники) на которых Центр. Рада, так надеялась и
оеіі борьбе с большевиками, левыми социалистами-революонерами, анархистами, в борьбе со всей революцией,
«ерь низвергли свою союзницу и предоставили Украиніш буржуа водрузить на ее место Гетмана. Теперь он,
от новоиспеченный царь-бандит, дал свое имя немецким и
стро-венгерским бандитам, чтобы они могли творить свое
усное дело над Украинским трудовым народом. Бандитг.ман обязался перед Вильгельмом II немецким и Карлом
стро-венгерским продолжать в союзе с ними дело Украиной «социалистической» Центральной Рады, и продолжать
лее определенно и с еще большими гарантиями, чем можбыло ожидать от Центральной Рады. Немецкие и австроігерские цари и буржуа так нуждались в украинском
ебе и мясе, так желали расцвета Украинской Монархии
юмощи от нее не только хлебом и жировыми веществами,
и живым человеческим мясом, если не против республинской Франции, то хотя бы против Русской Революции,
ііі рассадницы революционных бурь и пожаров, предвевших гибель буржуазному классу и, в первую очередь,
рям и их коронам!...
На этом деле бандиты нашли общий язык. Украинский
щит, судя по газетам, принял все планы немецко-австроігсрского военного командования, и в отношении Укішекого трудового народа, и в отношении его богатстрі.
іедвиделось полное ограбление тружеников, — ограблес, начатое немцами и австрийцами еще вместе с Радой,
лерь оно имело шансы еще более разрастись. Но неужели
Украинские революционные труженики не воспрепятіѵіот ему ?... Нет, они опомнятся, они положат конец
!іі этой подлости. Нужно ехать к ним, нужно быть среди
X...

Так, освещая товарищу Любимову положение на Украикаким оно мне представлялось по последним сведениям,
росидел почти до утра.
Тов. Любимов заявил мне, что и он едет со мною, но я ему
оветовал, мотивируя тем, что я сам еще не знаю путей
е;і границу, которая, по сведениям, на всем своем протяши бдительно охраняется немцами.

1 — 85 —

яственности перед тем, что предстоит мне с рядом товариeit начать на Украине, в связи с борьбой не на жизнь, а на
іерть, со всеми явными и тайными силами контр-революции,
вот, я еще раз пересмотрел газеты с сообщениями о деяіях немцев и гетманщины на Украине; еще раз продумал
цель, во имя которой я и многие мои близкие, дорогие
.узья и товарищи по группе должны быть к первым числам
оля на Украине. Во всем, что я продумывал, я сознавал
лысел великого дела, — в особенности, если мы начнем
о удачно, если разовьем и предохраним его от искажений,
торые могут найти себе место в нем, хотя бы уже потому,
о мы растворимся в массе тружеников, сбросим белые 1
рчатки с рук и слащавую идеализацию с уст, и поведем
собой в бой против контр-революции широкие массы,
!іствие которых встретит жестокое противодействие со стоны наших врагов, врагов подлинной революции, а это
тоятельство придаст нашей борьбе всеразрушающий,
еуничтожающий, на пути противодействия, характер,
этой жестокой борьбе моральные стороны преследуемой
ми цели неизбежно будут уродоваться и будут такими
одливыми казаться всем до тех пор, пока связанное с
ой целыо намечаемое нами дело борьбы не будет призно всем населением своим делом и не начнет развиваться
охраняться непосредственно им самим... Да, да, все это
{... Но правилен ли подход к этому делу ? — задавал
себе вопрос.— Можно ли, посредством отдельных группоГ л а в а
X I I .
X выступлений против помещиков, немецко-австрийского
етмаиского командования и устанавливающихся под воен'і охраной учреждений, поднять на борьбу широкие трудоВ ПУТИ ОТ АСТРАХАНИ ДО МОСКВЫ.
е массы ? Ведь прошло уже больше месяца с тех пор,
* над украинскими тружениками села и города царит
Против течения пароход шел не так быстро, как я про потия упомянутых палачей. Неизвестно, какие психо- .
ставлял себе. До Саратова путь далекий, и это дало мі гические изменения произошли в среде тружеников за
возможность наедине сосредоточиться и подумать о то время. Ведь может случиться, что они убаюканы (если
куда я еду и зачем.
застращены казнями) этими палачами так, что перестали
Куда я еду — это было просто и понятно. Я еду до С іумать о своем позорном положении... Может случиться,
ратова пароходом, а там сяду в поезд и от'еду в Москв
весь бунтовской дух Украинских тружеников, под
В центре, бумажной революции я увижусь, с кем пожелаі влением жестоких казней, пал; что его заменил дух уныния,^
поговорю, о чем захочу, и направлюсь на Украину. Так > X рабства, сковывающий вольную мысль дерзания на лучведь решили на Таганрогской Конференции!... Кажетс е... Все это может быть, — рассуждал я сам с собою, в
тоже все просто и понятно. Однако, я о чем-то тревожило оеіі одинокой тихой каюте...
Что-то нагоняло на меня какую-то навязчивую боязнь о
Мы условились, что я из Москвы, а в крайнем случі
из Курска, напишу ему подробности о границе, и он неме,
ленно покинет Астрахань.
На утро, я, в сопровождении тов. Любимова и Василь
ва, был уже на пароходных пристанях и в последний р
наблюдал всероссийское богатство , выран^авшееся в безпр
рывиом движении тысяч пароходов, шхун, лодок и лодочеі
прибывавших и отбывавших с товарами во всех направлі
ниях. Это живописное движение сочеталось с природно
красотой дельты реки Волги, окаймленной песчаными б
регами и черными заметами на диком пустыре по-над бер
гом. А в десять часов утра, мы все трое пожали друг друг
руки, облобызались, обещая встретиться на Украине, и я вле
в каюту парохода «Кавказ и Меркурий». Был час отправкі
Покуда пароход отчаливал, мы еще раз перекликнули!
двумя-тремя фразами, перебросились, словно дети, двумі
тремя братскими поцелуями, махнули платочками, от ч
го я расчувствовался... А далее, я выскочил на палуС
парохода и устремил взор в оставляемую Астраханску
пристань, на "всю ширь Волги, подходящей здесь к К а спи:
скому морю, и не отрывался от этих видов, пока движет
парохода не скрыло их от меня.

— 14 —

1 — 86 —

Но когда я это «может быть» отбрасывал в сторону
ставил себе вопрос, мог ли бы я лично примириться с тс| ыло в будущем, намечаемом нами, восстании завоевать
что сейчас воцарилось на Украине, с тем, что совершае
над ее трудовым населением,— именно я, вышедший из и
этого населения, знавший его рабскую жизнь и то, как он!
наполовину свергнув
, „ гнет опутавшего его экономичен
Пароход подходил к Царицынской пристани. Зная
и политического рабства и ощутив на этом пути свобод!™ 0 1 1 з д е с ь пристанет, я подумал:—А может-быть заехать
а
е
стремилось воспринять для своей жизни новые идеи, раэШ л н ь ~Д в а к своим коммунарам, к подруге, которая вероятбраться в их содержании и, вступая на путь строения новЯ0 У
Родила м н е с ы н а или дочь ?... Повидаться со всеми
форм социально-общественной жизни, вооружало ее н Ѵ
^ и 0 н я т ь , поцеловать дитя... И тут же вспомнил что
вы м и п о р я д к а м и ,
новым
п р а в о м , коі| едь 1 ѵ 1 0 С к в а Должна была взять у меня недели две ' т а к - ;
в « е і " р е бумажной революций я лелеял м ы с л Г в с ^ е
» социальную- -справедливо
рое обезпечивало «бы свободу и
ЯППЯРТТАІГТГО
одинаково за каждым человеком, — когда я ставил с |1ТЬ МНОГИХ И разного Ннаправления
этот вопрос, тогда мое допущение, что, может-быть, Укра:
ские труженики психологически изменились иод давлент
X » Z P m '
бЛИ8КИХЯ
о г р а н и ч и л с я " / е м Г ^ о напиказней и утеряли свой бунтовской дух, свою готовность T l
им несколько теплых приветственных слов на открытке
новой, более цельной борьбе за свое освобождение, бысі| .опустил
]
ке
ее в почтовый ящик.
теряло значение для jfiuwi
моей ицѵиші
оценки положения ««
на Украиі
" «F«"m„ r ^ f , Царицынской пристани я купил свежие газеты
В моей непримиримости с тем, чтобы на Украине н а Д 0 ж , . , Л И П 0 Л І Г Ы сведений об Украине, о разгуле по ее говоцарились корона гетмана и немецкое юнкерство, я ч щ ' ^ и д е Р е в н я м экспедиционных карательных отрядов
ствовал и видел непримиримость украинских революция^ 'емецко-австрийских оккупационных контр-революционных крестьян, на которых единственно была надежда, что ои ' Р м и й и из армий «державной варты» Гетмана. Все эти ѵ
способны пережить всю деспотию гетманщины на себе, 1
д
Украине переплетались со сведениями о боях
не помириться с нею. Наоборот, при первом удобном еЖ' ° Армии с Іехословаками, прорывавшимися через
'чае, они восстанут против нее и, не щадя себя, постарающ, Р Л Ь Н У Ю "оссию в Сибирь, где в то время нашла себе
уничтожить, как ее самое, так и те черные силы, кото чірокии плацдарм контр-революция адмирала Колчякя
способствовали ее приходу к власти над страной.
н и х Г е г Г ? п Н а Н е Г ° б ° Л Ь Ш И е н а д е ж Д Ь І а потому ^блеЭта моя глубокая вера в Украинское революциош рших его социалистов-учредиловцев.
крестьянство заслоняла для меня все те явления, которі ѵ,т, С 6 л?™ с в е д е н и я ' в м е с т е взятые, наводили на меня
на Украине развивались в это время на пользу гетманщи. усть, сменявшуюся подчас боязнью то за окончательную
и которые, не имей я в себе веры в крестьянство, могли бель революции и всех ее завоеваний, то за т о ч т о м н е
поколебать меня в моих планах возвращения нашей ан
e c Z Y Z t Z b C " В н а з н а ч е н н о м у времени на Украину
хической группы
на
Г,
« Украину
"и организации крестьяншJ
;
I
Z
'
1 ° г р я д л и я ч т о у с п е ю с д е л а т ь в облавосстания. С помощью этой веры в крестьянство, я сущ,.,,1
новой,оолее мощной по характеру и повппию
СРедс.твами
критически отнестись к тем явлениям, какие наблюдал
Действия, крестьянской
силы. Эта боязнь за т'о и за другое
сяц-полтора тому назад на Украине, какие видел в і і ]аолюционно-боевой
вга„
огда
овладевала
мною
д
а
о
в
л
а
д
е
в
а
л
а
по России и какие предполагал снова увидеть в недалеЩ ы
мною настолько сильно, что бывали
будущем на Украине. И так-как это недалекое будувообхопи 3 " " 6 М ° Г Г 0 В 0 Р И Т Ь и и с кем из пассажиров, даже
т
0
И
Н
6
о
т в е ч а л » когда кто-либо из них меня о
представлялось мне отстоящим всего на один месяц, 1 - н и б ѵ
к нему готовился, заранее радуясь той свободе, котор® -р У д ь спрашивал.
по-моему, Украинское революционное крестьянство доли!.,, „ ' з а м к н у в ш и с ь в самого себя, с подавленным чѵвчом негодования на ход событий, на себя, на людей, так
~

— 89 —

Н

или иначе ответственных за такие зигзаги в ходе этих собы
тий, не замечая ряда пристаней между г. Царицыном и
Саратовым, на которых, во время первого моего переезда
их, я выходил, делая нужные покупки, наблюдая невольно десь 6
и
S
S
T
Ä
S
^
Ä
'
приковывающие взор отлоги волжских берегов, я приехал в г. Саратов, из которого, всего две с половиною недели
тому назад, бежал...
Теперь г. Саратов, как и его краевая «Советская» власть
показались мне совсем другими. За этот сравнительно ко
роткий промежуток времени власть достигла большіг
•«побед»: она разоружила отряд одесских террористов и IIO Io
садила его в тюрьму; она сразилась на улицах города с 0|) их
ганизацией матросов Балтики, Черноморья и Поволжья
и, хотя и потеряла свое роскошное здание «Смольный», і
котором заседала и разрешала судьбы «своего» края (эті
здание было разрушено из орудий восставших), но разог
нала и эту организацию. И теперь она, хотя и помещал ас:
в одноэтажном хиленьком домишке, но чувствовала себі a S f S a T н ^ е м Т Г ° T Э С С р М ™ ™ с т в о в а „ и е
полной победительницей и хозяйкой города.
В Саратове я бросился сперва в сторону анархистов
но их уже там не было. Выехали в направлении г. Самары
«Один только тов. Макс, с какими-то двумя барышнямі
путается возле Революционного Комитета. Его там всегд
можно найти», — сказал мне один из товарищей, знавши >в
меня со времени Конференции приезжих анархистов.
Разыскивал я этого Макса и возле Ревкома, и в само
Ревкоме, но не нашел. Это был период начала приспособлеі ци
чества многих анархистов к официальным большевика) гере
Е ! Н З М а " в и д е л кипучую работу среди трудовых
Их трудно было разыскивать в это время приезжему ана[§сс
хисту,в особенности при помощи расспросов у тех, возле и авнымПравда, работа социалистов этого рода сводилас,
го они вертелись. И то, что я не разыскал его, Макса, прито X і г 2 2 Р З Ш ' к и н т е Р е с а м ИХ партии; Іо работ? эта Ѵ
С
там, где он, по указаниям товарища, путался, лишь усилі ражением шГ в о ^ Т б ь Г Г л
б ь г л а колоссальная работа. — ГІоло во мне подозрение к нему. Я прекратил расспросы и nonfluy
мѵ fi» ,г «о.
'
ки и взял в Ревкоме бумагу на получение внеочередноі ей своего Л й » а р Х 0 ' К 0 М М у н и с т а й ' н е с н я т ь с я организаплацкартного билета до Москви. На получение такой бумаі х своего движения и выявлением среди широких Z n
я, по своим документам (Председатель Гуляй-Польскоі го н я м и е Г В Н И " Г ° р о д а организаци^ныГначал лшсли-"
Районного Комитета Защиты Революции), имел право,
я получил ее без всяких промедлений.
А чрез три-четыре часа я был уже снова в поезде и ех
в Москву.
В пути, вследствие каких-то железнодорожных недорфсе

Ö

Ä

V

Ш

— 14 —

1

— 90 —

e

«

»

видеть цели нашего движения, не могут справляться с теми
требованиями времени, идя навстречу которым, наше движение становилось бы все понятней трудовым массам, так-что
они за него ухватились бы, как за единственное подлинно
революционное движение... Но так ли будет у нас, на Украине, когда мы все благополучно возвратимся и займемся
делом нашего движения, делом революции ? — задавал я
себе вопрос, и хотя не отвечал на него, но чувствовал, что
так никогда у нас не будет...
Время на восходе солнца. Показалась Москва, со свои
'ми многочисленными церквами и фабрично-заводскими тру
бами. Публика в вагоне заворошилась. Каждый, кто имел
у себя чемодан, вытирал его, так-как в нем было, у кого пуд, у кого пол-пуда муки, которая от встрясок вагона да
ла о себе знать: выскакивала мелкой пылыо из сумок, сквозь
замочные щели чемодана... Публика не рабочая. Предла
гает попавшемуся встречному бешеные деньги за помощь
пронести из вагона, сквозь цепи заградительного отряд'
при выходе из вокзала, свои вещи. Многие берутся, и
большинство отказывается, заявляя: — Боюсь, попад)
в Чрезвычайную Комиссию по борьбе со спекуляцией
контр-революцией...
Еще минута-две, и поезд подошел к вокзалу. А еще ми
''нута-две, пассажиры, с мукой в чемоданах, отмыкали сво
чемоданы перед стоявшими агентами заградительных отря
дов, арестовывались и, вместе с мукой, отправлялись в над
лежащие штабы.
Глава

XIII.

МОСКВА И МОИ ВСТРЕЧИ
Л Е В . ЭСЕРАМИ

С АНАРХИСТАМИ,

И БОЛЬШЕВИКАМИ .

По приезде в Москву, как только я вышел из вокзал
я сразу же взял извозчика и поехал на Введенку, No О,
А. А. Боровому. Лично я тов. Борового не знал, но по га:і
там узнал, что у Борового можно встретить секретаря Mo
ковского Союза Идейной Пропаганды Анархизма, тов. Аріш

— 14 —

нова. Этот последний мне известен был еще с 1907 года а
на каторге я встретился с ним лично. И на каторге и п ! выходе из нее, я верил, что мне придется с Аршиновым рабогап. вместе на Украине. Но в скорости мы Г ш л і ^ канщый
своим путем,.то-есть: он, по примеру большинствЛнЛхистов, предпочел деревне город и остался в МосквГя же ѵ е х а л
в деревню и, хотя не порывал связи с городом? но рабо^ал
С р е д и Ш И р 0 К 0 Й м а с с ы н^еляющих ее тружеников
Теперь, очутившись временно, не по своей вине за поеЯ Р е Ш И Л , Г 0 С С Т И Т Ь М о с к в У - В этом центре
№)мажной», как я уже выразился, революции нашли себе
прочную оседлость все в и д н ы е революционеры S
тол-,
: » 0 ч Г Г е Г И ^ , И М С Н И О С ° В С е " Ш Н И м І ' п о а ^ ь к о мііе
ю.іволпг время, я, проделавший уже до некоторой О Т Р П Р І Ш
Ш.ІТ практической борьбы на Украине, и думаТ в трет Т
11 ' поговорить, посоветоваться кое-о-чем. Ыо преадГвсего
с тов. Аршиновым, хотел у зна т ь о т
.ое де Z Z ^ l Z f ™ Н а Х 0 Д І , Т С Я паше движение в Москве
S
властью? 12
--ко-лево-эссровскою «Советni)( ., r ,?f- Аршинов, как бывший секретарь «Федерации Мосовских Анархических Групп», а в это в р е ^ секрета п.
оюза Идейной Пропаганды Анархизма, доТжен был поГ 7 ^ Т и с Г л Ж е і Ш е НаШеГ°
Москве ііоэтоНашел я Введенку. Поднялся в квартирѵ Алексея АЛРК
ншча Борового. Позвонил. Дверь о т к р ы S и мен^вс^рс-"
"л среднего роста интеллигентный человек- красивый н
•ошо, с особой четкостью, говорящий л о - р у с с и О н п р о
сл меня далее, в коридор, и указал дверь в S ï ï ï ï i - б п б Т о !
П о е сиТ С \ Г пГ' Ь П 0 р 0 г Э Т 0 Й д в е Р н » А л е к с е й АлексевшЛ^Гсіт
о
спросил:
кого я здесь хочу видеть
Я ответил: - Тов. П. Аршинова.
Последовал ответ: - Он здесь бывает два раза в нелси«>рннкам (если не ошибаюсь. H. М.) Гпятнипам
r J m T y ^ ô ^ У А Л е К С С Я А л е к с е е в и ч а разрешения
іѵ П о т Z \
? " чемодан, полный тамбовских белых'
я ' с л ы ш а ' что В Москве хлеба нет, привез
rnfinU и Р
собою. И услышав, что чемодан можно оставить, я оставил

1

— 93 —

mкаждым приходящим, чуть не хватая его. С другой же стоего, простился с Алексеем Алексеевичем и ушел в город ...
Время подходило к обеду. Зашел , неподалеку от Пущ. лоны , вид здания Федерации не внушал к себе довериякинского Бульвара, в ресторан. Пообедал. Обед плохой і іазалось, здесь помещается не Федерация анархистов а
дорого, хлеба мало. Здесь я узнал, что хлеба можно до. кивут агенты чеки, охраняющие сбоку стоящее роскошное
стать, сколько хочу, но какими-то задними ходами и за боль-^дание, в котором находился Комиссариат Внутренних
шие деньги. Это меня так рассердило, что я готов был поднять
Я долго стоял при входе в этот переулок со стороны
скандал. Однако, не будучи уверен в том, что распродажа
хлеба за особую цену и задними ходами не производит
верской, наблюдая за прохожими. А затем, прошел по песамим хозяином ресторана, вместе с большевистскими и ло еулку, минул дверь Федерации, пошел дальше взошег
во-эсеровскими чекистами, а также имея при себе револьвер о ступеням к двери Комиссариата Внутренний Дел Она
за который чекисты в то время могли даже не довести меня до ьгла з а п е Р т а . Я повернул от двери, спросил чекиста когда
Дзержинского — расстрелять, я воздержался от поднятия гкроется Комиссариат Внутренних д і л и, получив'ответ
скандала.
три часа», пошел уже прямо в Федерацию Анархистов'
И оказалось — был прав. Всего через пять минут по вьь
В Федерации я застал многих товарищей: одни сидели
з
а
ходе из ресторана, я встретил бывшего своего товарища п
™
с
ы
в
а
ли в большие
по каторге, польского социалиста, некоего Козловского
"п,г; другие что-то переписывали;
В то время он был уже коммунист-большевик и занима.
должность участкового милицейского комиссара. Он с боль
Й
~
нераРспроданнРоТ=Л
шой радостью встретил меня. Повел меня в свой комиссарп
ат, показал мне своих сотрудников и много кое-о-чем гоно
рил со мною, извинительно подчеркивая мне, что если бь н ^ г Г м о ж н ^ т —
ВДВДІГЗЕ
не требования революции, он ни за что не был бы на должно
сти милицейского комиссара. Революция, дескать, от неп отослали в другой угол, где стояли три-четыре Іоварипп
о чем-то оживленно говорили между собою. Й з м х п е р в ы м
этого требует.
говорил со мною тов. Бармаш, которого я ли?но знал
Я изрядно посмеялся над его аргументацией, привод е с марта месяца 1917 года. Он сказал мне, что тов Арннь
шей его на пост палача революции. Узнал я от него трал
"МО заявил мне: — Арнгинов не захотел работать с рабочивайную линию до Анастасьевского переулка, где помещало
к интеллигенции. '
Ж
Он перечислил П и м е н а
комиссариат внутренних дел; а возле него (после разгром
Я г п Т п Т 1 1 Ь о Г Ю Г 0 ' о щ и н а > Сандомирского и других N
Московских анархистов на Малой Дмитровке) болыиевист
Я сперва как-будто рассердился на тов Гордина а заско-лево-эсеровская власть милостиво разрешила Москон J подумал: - Быть-может, он прав. Ведь люди несознаским анархистам занять себе, для нужд секретариата и р
бы Р ° ; Р Г п б е 3 Р а б ° Ч И Х И К р е с т ь я и они никогда не воспи,дакции, помещение-сарай, в котором, до прихода адархп • Г бы в себе революционеров дела (только честно наблюдая
стов, «упражнялись футуристы в своих футуристически: тяжелой жизнью и борьбой рабочих и к р е с Г я Г Г т е л
занятиях», — сказал мне комиссар.
И С Т а і Г О В Я Т С Я подлинными ревш оциоМой бывший товарищ, комиссар Козловский, проне.
меня к нужному трамваю, и я простился с ним, пообеща
р л а б о ч и м и
еще встретиться. Поехал я в Федерацию Анархистов, надеясі
=
Москвы
не
постарался
Г
г
л
я
^
Г
р
^
о
ч
и
е
" ряГ
встретить там и тов. Аршинова.
о теперь, в дни Революции. И, может-быть
»
S
Подступ к Федерации для. новичков казался прямо
п
группу интеллигентов
Редпочел
таки опасным. С одной стороны, потому, что он занят бы •a организациям
и Г Е ' Р п ? 1 ? І Л И 0 Т В Л е ч е ш ш е «ьісли. Как только я
беспрерывно шатающимися агентами чеки, наблюдавшшн ел
ел из Федерации, я почувствовал еще большее желание

t ^ ^ ^ S S E

orSrSv— '

K

— 14 —

Ä

1

r

r

— 95 —

s

ТГІ

встретиться с тов. Аршиновым и воочию убедиться в TOS
— И что же вы, тов. Лев, им ответили? — спросил я
что услыхал от тов. Гордина.
ного. Он сказал: — Что же я мог им ответить? Они таНаступал вечер... Итти в отель мне не хотелось. Позп нахалы, так навязчивы, что я не мог им отказать в этом,
му я возвратился опять в Федерацию Анархистов и заяви от теперь вожусь здесь... Товарищи не понимают моего
товарищам, что у меня нет квартиры, где я мог бы вд ожения: и иа-ночь, и в полночь появляются здесь. Есвать Товарищ Середа, посоветовашись со своей подруюі ворота заперты, лезут через верх, нарушают покой обипредложил мне ночевать у него, предупредив, что спат лей, которые обижаются, заявляют об этом мне, а я не
придется в одной с ними комнатушке, и на полу, так-каі у говорить об этом ни товарищам, ни квартальному кодескать, нет кроватей и постелей.
ни: ету... Думал как-то сбежать отсюдова, но устыдился
Предложение тов. Середы я принял и пошел с
несколькими
товарищами,
которі
wi мысли об этом.
его подругой и еще
жили в том же особняке, к нему на вартиру... Здесь, в дом Больно было слушать и смотреть на этого деликатногде жил тов. Середа, я впервые познакомился с известиь іеловека, но еще обидней было мне видеть в нем безвольавтором «Ассоциационного Анархизма», Львом Черны ч е л о в е і ^ человека-трянку, с которым другие делают, 1
С этим последним я много говорил о нашем анархичеш хотят, а он, как безвольное существо, не имеющее необдвижении на Украине (которой он никак не признавал и н імого в его положении характера, не может все это презывал только «Югом России»), об организационном ничт
и покинуть.
жестве там нашего движения. Все, что я говорил тов. лы
Да
разве такие люди могут что бы то ни было сделать
Черному, он принимал с особой болью. Но тут же прот
стовал против моих мыслей о том, что анархизму пора уговороте революционных бурь, где у человека без воли,
казаться от раздробленной на сотни и тысячи групп и г[ характера, не хватит ни терпения, ни нервов преодолепок формы организации; что анархизм, благодаря этой сво те ненормальности, которые первыми всплывут на побессодержательной форме организации, выявил себя в j ность практической борьбы: той борьбы, через которую
волюции беспомощным овладеть трудовыми массами, ион оная масса трудящихся стремится обрести себе свободу
с ними в бой с капиталом и государством и вывести из это аво на независимость от власти капитала и государства?
ве такие безвольные люди могут быть способны находитьбоя тружеников победителями...
рядах этой массы и оказывать ей своевременно нужЭто был главный пункт нашего собеседования с Льв
час
п
Т а к и е - о д и могут лишь
Черным °На н е м і ш р е з м
| омощь?
*
щать
встречались в том же особняке.
прошлое, если им попадется верный материал
Львом Черным, я ско м, и если правительственные хозяйственники не будут
убедштся
,екакой°он^ ^ з в о л ^ ы і і Ѵеловек^ как он бес^эзначать в коменданты. Вот с этой лишь сторонь^они мооказать помощь: но уже не тем, кто сейчас действует,
рактерен в своих отношениях и к друзьям и к врага аущим им на смену поколениям.
ГІомню, однажды, он ходил по комнатам с записной кнши
кой и переписывал мебель. На мой вопрос: — Что вы, ті От всей души жалел я тов. Льва Черного, и в то же
Черный, здесь хозяин, что-ли? — я услыхал ответ: — и m возмущался его безволием и бесхарактерностью. ЧеI! этот обладал талантом оратора и писателя, был искре\ѴЖ6
Я поинтересовался расспросить об этом и его, и друг' II в том, и в другом проявлении себя, но не умел уважать
ограждать свое достоинство от той грязи, которая,
Я узнал, что болыиевистско-лево-эсеровские хозяйств
н и к и п р и ш л и в э т о т д в о р
и заявили тов. Черному, что отпь і по моим расспросам
и личным наблюдениям, липла
шли и этот пвоо и
заявили тов. Черному, что от "
он
У
mi ему. Эта сторона его индивидуальности мешала ему,
он
за
ним
должен
смотреть,
он комендант этого двора
многим известным анархистам мешали другие стороны,
него ответственен..
Щться на широкий путь массового действия анархизма

— 96 —

07

а и побежал в фойе, чтобы пожать ему, Алексею Алекв революции и занять на нем надлежащее место, очень вігіу, руку и выразить свое чувство товарищеской благолекое от комендантского поста в московском особняке иіости. Зайдя в фойе, я встретился лицом к лицу с Алек11 Алексеевичем, прохаживавшимся по фойе. Я был по: радости за него, за его успех перед аудиторией, котоI — я видел и переживал это вместе с ней, я был в этом
Расстался я с особняком и с тов. Середой и Львом
жден, — аплодировала с такой радостью и чувством
ным лишь тогда, когда ряазыскал, наконц, тов Петра годарности. Затем, разговорившись с ним, я подал ему
шинова. Последний проживал в одном из отелей на ба ку и выразил ему все то, что чувствовал... По-моему,
ной площади (близ Театральной площади) — не комен) вполне заслужил такое выражение признательности.
том, конечно, а у коменданта, распоряжавшегося этим
По Алексей Алексеевич был скромен и, крепко держа
лем от имени Кретьянской Секции при ВЦИК Сове ю руку в своей, полусмеясь и глядя на меня и на стоявВстреча с т. Аршиновым, а также и с комендантом го рядом со мной тов. Аршинова, сказал: — Благодарю,
го отеля тов. Бурцевым, была для меня радостью. Все мне кажется, что я несколько обидел тов. Рощина: я
друг друга знали из Московской каторги. Все чувс тавил его долго ожидать конца вступительного слова.
вали взаимное уважение друг к другу. Это нас сблюн Я подхватил: — Нет, вам, Алексей Алексеевич, мало
без того, что мы все считались анархо-коммунистами. тени дали!... Мы обменялись еше несколькими фразаОт тов. Аршинова я узнал, что он действительно у II разошлись. Он, Алексей Алексеевич, пошел на кафедот работы федерации московских анархических групп, II сел возле начинавшего свою лекцию тов. Рощина, а мы,
тому что не нашел в ряде товарищей серьезного отноше я и Аршинов, — пошли в зал и уселись на скамьи слушак делу нашего движения.
іі.
Кто из них прав, я, конечно, не старался выяснит Тов. Рощин говорил. Публика тихо, с напряженным
старался понять, чем дышит теперь тов. Аршинов и чем ішанием, смотрела на него и слушала.
нимается.
Лекция была серьезная и прочитана она была очень
В ряде бесед, а также при совместном с Аршино ачно. Успех был колоссальный. Помню, я говорил о ней
посещении Алексея Алексеевича Борового и из бесед тов. Рощиным, и с тов. Аршиновым, который в то врепоследним, я выяснил, что Аршинов работает в каче считал Рощина звездой среди молодых теоретиков анар-секретаря и организатора лекций для членов «Союза и ша. Заметно было, что тов. Аршинов перед ним таял,
ной пропаганды анархизма».
я и отмечал, что он, Рощин, страшно бесшабашный,
Вскоре после нашего посещения А. А. Борового, думал — это потому, что тов. Роіцин на целый час опоз.Аршинов организовал лекцию «О Толстом и его творчест иа свою лекцию; за ним посылали товарища и, как выяскоторую читал тов. Иуда Гросман-Рощин, со вступит дось, он забыл, что сегодня читает лекцию). Я сказал
ным словом тов. Борового.
и Аршинову, что лекция очень хороша, но язык, котоЭта лекция, как и вступительное слово к ней Боров
она излагалась перед аудиторией, ни к чорту не годитменя, крестьянина-анархиста, очаровали; в особенно Тов. Рощин смеялся, а тов. Аршинов как-будто был
должен сознаться, очаровало меня слово Борового. Оно поволен этим моим замечанием.
ло так широко и глубоко, произнесено с такой четкоі Вскоре после этой лекции, я попал, в том же зале, на
и ясностью мысли, и так захватило меня, что я не мог си кцию тов. Гордина. Он тоже показался мне с запасом знана месте от радости, от мысли, что наше движение не тан
анархизма, но незнания того, что носители его идей
бедно духовными силами, как я себе представляю. ПОІ ИІКПЫ делать во время революции, где они должны групкак сегодня, что я, как только Алексей Алексеевич око* ювать свои силы. В общем же, лекция тов. Гордина мне
свою вступительную речь к лекции Рощина, выскочШ

— 99 —

4

— 49 —

ібые стороны нашего движения, которые тормозят его
и развитие. И глубоко верил, что все это скоро замеіісе действующие анархические группы, и вопрос будет
лсиен и разрешен в пользу того, чтобы создать определ ю организацию и жизненно усилить наше движение.
Однако я должен заметить, что все это, и со всебыли беседы отрывочного характера, и только. Фак-1
ески не было таких людей, которые взялись бы за дело!
него движения и понесли бы его тяжесть до конца. Или^ 1
и они и были, то, видимо, не хотели задумываться над
астрофическим положением нашего движения. Между
, его нельзя было не заметить с первых же дней, как тольправящая орда большевиков разбила наше движение,
явив свое право сперва на чистку его рядов, а затем и
ликвидацию его боевых, не склонявших голов перед
It ордой, сил. У меня, по крайней мере, сложилось такое
чатление после того, как я встретился со многими товацами и увидел, чем они занимаются в такой острый момент
тя революции, и для нашего движения. Не знаю, сознан ли все товарищи то, что большинство из них болталось
о время без дела. Я-то видел это отчетливо. Часто тот
другой товарищ, осевши в Москве на более или менее
ідолжительное время, шатался там совершенно праздно,
же находил такое дело, которое посильна была выполъ только организация, а он за него брался лишь с цепоказать, что он и вне организации работает, что он
те организации проводит дело организации. Все это месилою контр-революции оторванного от кипучей массореволюционной работы на Украине и очутившегося врено в Москве, убеждало в том, что я прав был, мысля о
:кве, как о центре бумажной революции, которая прикает к себе всех, и социалистов, и анархистов, любящих
бенно сильно в революции одно, только . дело: это —
го говорить, писать, и бывающих не прочь посоветовать
сам, но на расстоянии, издалека...
Правда, тов. Аршинов мне не раз рассказывал, как
арищи из Московской федерации и известные революциондвинцы (двинский полк солдат под командой нашего
Впоследствии я встречался еще с рядом анархистов Грачева) сражались на улицах Москвы. Эти его расскастудентов, из которых наиболее яркой фигурой мне показ: ке один раз вызывали во мне чувство гордости за московся тов. Саблип. С ним я часто встречался, много говорі IX анархистов и самого тов. Грачева и всех двинцев. ОдОн был особенно чуток и принимал близко к сердцу все
понравилась, я этого не скрывал, а тов. Аршинов назва
«мусором возле анархизма». Это мне, правду сказать
нравилось.
Так протекали июньские дни моей жизни в Мось
Как-то тов. Аршинов затянул меня к тов. Александру
пиро, который был в то время — если не ошибаюсь зяином издательства «Голос Труда». В этом издательс
Аршинов издавал ряд книг П. А. Кропоткина. Как-]
в этот момент в нем закончилась печатанием книга «X,
и Воля». Тов. Аршинов разносил ее пачками по магазин
Тов. Шапиро тоже произвел на меня впечатление он
ного и делового товарища. Однако, тов. Шапиро, еще
встречи моей с ним, был мне известен, как крайний и
дикалист. Я над этим средством анархизма мало заду
вался и продолжал по традиции считать его «меныпевис
ким» средством в анархизме. Поэтому я без особого инте
са прислушивался к тому, что он говорил о некотор
вопросах с тов. Аршиновым, и без особого же интереса
веча л ему, товарищу Шапиро, когда он расспрашивал
ня о том, как трудящиеся на Украине (по Шапиро — на
России) прониклись идеей революции ? Какое сопротив
ние оказывали оккупационным немецким и австрийст
коитр-революционным армиям, и т. д.? Раза три я был в
сте с тов. Аршиновым у тов. Шапиро, на складе «Го,
Труда». Раза два я заставал его одного, с маленькой, каз
шейся умненькой, его дочуркой, за работой. Оба раза,
виде Аршинова и меня, он бросал свою работу, подход
к нам и подолгу говорил. И, нужно сказать правду, ос
вил во мне хорошее впечатление. Но одна мысль о том,
он синдикалист, да еще правого пошиба, который, с ряд
своих единомышленников, переехал, вслед за централы
большевистской и лево-эсеровской властью, из Петрогр
в Москву только потому, дескать, что стремится пр
ставлять там какой-то центр (слова чужие), одна эта мыі
дробила и разрушала во мне то более или менее целы
впечатление о т. Шапиро, которое я вынес при встреча:
ним.

— 14 —

1 — 100 —

Màïîô, и ііри этйХ рассказах я не раз задавал себе волр
— Почему же многие друзья и товарищи теперь, на
взгляд, шатаются без дела?
Я не удовлетворялся даже той работой тов. Аршин
в «Союзе идейной пропаганды анархизма», которая
была известна. Эта работа, как она товарищам ни пр
сбавлялась важной и необходимой, казалась мне празді
— по крайней мере, в то время, когда я был в Москве. Д(
это было на руках у тов. Аршинова. Но многие, очень мног
считавшие себя работниками нашего движения, слонялись
вершенно без дела. И это меня беспокоило. И это ставило пе
до мной вопрос: — Неужели же и я заражусь этим? — H
отвечал я себе, —„никогда, ни за что ! Разве не хиа
сил, сделаюсь неспособным ходить, говорить с теми, кто
жет и хочет действовать в революции, растить и развив
в ней силы нашего движения, подымать его положенш
жизни и борьбе угнетенных, за свое освобождение, за ос
бождение всего своего класса, народа, человечества, — т
да не ручаюсь, быть-может придется опуститься до з
го... Но пока я в силах ходить, общаться с угнетенным!
до этого не опущусь. Ведь цель нашего движения в рево,
ции так велика! Здесь есть место каждому из нас. Этого
ста не умеет найти только тот, кто растерялся перед тор
ством враждебных нашему движению доктринерских п
ТИ й — большевиков и лево-эсеров, — тот, кто, благод;
своей духовной неопределенности и отсутствию твер,
воли и практической организационной устойчивости, не
дит, где в действительности зарождаются здоровые си
для нашего движения. И я спешил при этом успокакв
себя надеждой на то, что я скоро и благополучно перебер;
на Украину, где постараюсь сделать все для того, чтобы
деле показать всем друзьям бумажной революции, где m
искать живые и здоровые силы для нашего анархичесш
движения. И чем глубже я погружался в этот вопрос, :
отчетливее сознавал, что старые методы анархистов, п
знававшиеся до этого дня, бессодержательны. И поэте
я решительно осуждал их, не думая ими пользовать«
будущей своей работе на Украине.
Здесь же, в Москве, я особенно остро почувствов;
как далеко ушел я, с рядом своих друзей и товарищем
гуляй-польской группе анархо-коммунистов, в понимаі
1 АО

ложйтельных задач нашего движения в революции, от
„ыііинства анархистов, которые до сих пор встречались
Р на моем пути по России. Это последнее явление меня
покоило, но не обескураживало. Я был глубоко убежден,
о разброду в наших рядах будет положен конец; что мы их
повянем, вооружим новыми, более содержательными менами и средствами борьбы, и положение нашего движения
ѵчшится. Это мое убеждение крепло в ожидании намеченü рядом товарищей из Одессы, Харькова и Екатеринослаконференции. Я был приглашен на нее за неделю ранее
ожидал от нее очень многого.

Г л а в а

КОНФЕРЕНЦИЯ
В

X I V .

АНАРХИСТОВ

ГОСТИННИЦЕ

В

МОСКВЕ,

«ФЛОРЕНЦИЯ».

На конференции присутствовали ряд товарищей из
іессы, во главе с товарищами Молчанским и Красным,
в. Иуда Рощин (Гросман), тов. Аршинов, Борзенко Гририй, какая-то дама, гордившаяся тем, что была контрізведчицей от большевистско-лево-эсеровского командоІ І І Ш , что часто попадалась в руки контр-революционному
мандованию, что умело все узнавала от последнего и призила сведения в штаб революционного командования,
ил еще и целый ряд товарищей поменьше, болтавших по•сту много чепухи.
Все товарищи, присутствовавшие на этой конференции,
обо почитали Иуду Гросмаиа-Рощина. В него все верили,
в особенности товарищи из Одессы: Красный, Мекель и
юмянутая дама. От него, тов. Рощина, ожидали чего-то
ерх-обыкновенного на этой конференции.
Но тов. Рощин оставался тем же бесшабашным, каким
видимо, был много лет до этого времени. Он засыпал
варищей фразами, подчас обещая помочь нам всем, желаюіім очутиться на Украине в царстве гетманщины. Конечно,
: все из присутствовавших на этой конференции думали
поездке на Украину, и не все верили в его обещания. Это
—

ЮЗ

—

было очень заметно. Но те, кто верили, что болыневистсі
власть снабдит их документами и деньгами на дорогу,
упивались его баснями. И лишь когда тов. Красный нос
После этой нашей конференции, я еще раз подчеркнул
вил т. Рощину прямо вопрос, чтобы он пошел к кому следу для себя неопровержимую правду о том, почему наше двииз большевистских владык и раздобыл средств для бюро" жение в первые дни революции так быстро увлекало за соотправке анархистов на Украину для подпольной рабо бою трудящихся, а с течением времени начинает слабеть
против гетманщины (которое одесситы мечтали создат и отпугивать их от себя. По-моему, все это происходит пои когда тов. Гросман-Рощин от этой миссии отказался, j тому, — записывал я для себя, — что в нашем движении
тивируя свой отказ тем, что он не видит цели этого 6ioj не выявлены положения об общественности. Наше движелишь тогда у знаменитых одесситов вера в тов. Рощи ние не имеет в своем распорян!ении тех средств, к которым
несколько поблекла и потеряла свою выпуклость — по кр; борющиеся массы питали бы доверие, веря, что с их поней мере, на то время, что длилась конференция.
мощью они могут выйти в своей борьбе на открытый, свободПосле неудавшейся попытки прямых рощинцев і ный и независимый путь нового социально-общественного
пользовать самого тов. Рощина (а через него и болыневщ строительства. Наше движение питается все еще чисто фиских владык, которые в то время чувствовали уже опі лософскими принципами в своих подходах к массам и к их
акцию себе со стороны левых соц.-революционеров и до повседневной реальной борьбе. И поэтому, при всем превосствовали теперь в кое-каких делах на свой риск и стра ходстве его идей перед идеями государственного социализдля дела, которое одесским анархистам во главе с т. Кра ма, оно бессильно убедить трудящиеся массы в том, что,
ным было более всего близко, ряд товарищей поставш поддерживая его, следуя за ним, они достигнут высшей,
перед конференцией общий вопрос: намереваясь пробрать более свободной и счастливой формы организации для обна Украину для подпольной работы самостоятельно, не о щественной и индивидуальной жизни.
ращаясь к большевикам за материальной помощью, они х
Но значит ли это, что его нужно признать совсем неспотят установить здесь, на конференции, определенный взглі
анархистов на то, какие методы борьбы наиболее целесооо собным справиться со своей исторической миссией в жизразны в нашей деятельности против реакции гетманщнш ни и борьбе угнетенного трудового человечества ? Безусловно нет, таким признавать его нельзя. Оно слишком сильно
за низвержение последней ?
и могуче уже и в наш век. И располагай оно достойными
По этому вопросу высказались почти все товарищ его цели социальными средствами для своих социальных
Однако, • к определенному единому взгляду не пришл действий, большая часть трудового человечества давными ограничились лишь общим пожеланием быть бескомпр давно признала бы его и усовершенствовала бы его методы
мисными в своей деятельности, идти в массы и воспитыва борьбы... И оно явилось бы в жизни и борьбе трудящихся
их в таком же духе...
руководящей идеей, дающей во-время и на все запросы дня
Помню, когда мы оставили гостинницу «Флоренция точные ответы.
я шел по тротуару Тверской с тов. Аршиновым и перебр
Увлекаясь этими мыслями, я, однако, отдавал себе отсился с ним несколькими словами о конференции. Он ві чет, что осуществлять эти мысли в практической борьбе
дел мое возмущение идеологическим разбродом и безотве в настоящее время не легко, что для этого нужны силы,
ственным поведением тов. одесситов, которые, на мой взгляі а их почти нет в России. При этом, я неоднократно думал
определенно склонялись на путь лакейства перед больш о ГІ. А. Кропоткине. Думал: Что ate он, этот маститый вождь
виками. Тов. Аршинов, по натуре человек более сдержаі анархизма, делает теперь ? О чем он думает ? Неужели он
ный, чем я, не был так резок в своем мнении о роли «одсі не видит тех причин, которые делают анархизм бессильным
ситов», т. т. Красного и Мекеля, на этой конференции. Но выявить в действии, полно и отчетливо, перед трудовыми
принципе он целиком разделял мое мнение о их поведешн массами все то, чего он ищет в великой борьбе ? Ведь не мо-

— 14 —

1 — 105 —

жет же быть, чтобы этот великий борец, награжденный
здоровым и сильным умом, — борец, который всю спою
жизнь проповедывал идею анархизма и боролся за права
угнетенных, — не может быть, чтобы он не думал об этом,
не принимал никаких мер!...
Мысленно рассуждая так, я не раз говорил себе: Пойду сейчас к нему, он на все исчерпывающе мне ответит. Ц
потом спрашивал у тов. Аршинова: — Ты не знаешь, П. А.
Кропоткин в Москве сейчас ? (Хотя я хорошо знал, что он
в Москве). А когда получал от тов. Аршинова утвердительный ответ, я находил почему-то неудобным итти к нему и продолжал мучительно терзать себя вопросами, на которые сам
не мог дать исчерпывающих ответов.
Однажды, когда я проходил по одной из московских
улиц вместе с тов. Аршиновым (кажется, после разноски
по магазинам вышедшей из печати книги «Хлеб и Воли»),
тов. Аршинов мне говорит: — Ты хотел побывать у Кропоткина. Вот здесь недалеко живет Кропоткин. Я советую
тебе посетить его...
— С тобою, что ли ? — спросил я Аршинова.
— Нет, я сейчас не собираюсь посещать его, но тебе
советую; тем более, ты уезжаешь в Екатеринославщииу.
Перед от'ездом стоило бы посетить старика, поговорить с
ним...
— Постараюсь зайти, — сказал я в ответ Аршинову
и погрузился в размышления о том, с чем, с какими важным»
вопросами1 я зайду к старику, безпокоить его. Вопросов
было очень много. На четырех из них — на вопросе об отношении к оккупации немецко-австро-венгерскими армиями в союзе с Украинской Центральной Социалистической
Радой, Украины, на роли в этой оккупации украинских
соц.-революционеров и соц.-демократов, возглавлявших Раду, на отношении к сменившему в это время Раду гетману
Скоропадскому и, наконец, на анархических методах борьбы против всех этих видов контр-революции — я сосредоточил свое внимание и собрался к дорогому нашему старику, Петру Алексеевичу.
Я попал к нему накануне его переезда в Дмитров (иод
Москвой). Он принял меня нежно, как еще не принимал

— 14 —

никто. И долго говорил со мною об украинских крестьянах...
На все поставленные мною ему вопросы я получил
удовлетворительные ответы.
Когда я попросил у него совета насчет моего намерения
пробраться на Украину для революционной деятельности
среди крестьян, он категорически отказался советовать
мне, заявив: — Этот вопрос связан с большим риском для вашей, товарищ, жизни, и только вы сами можете правильно
его разрешить.
Лишь во время прощания он сказал мне: — Нужно
помнить, дорогой товарищ, что борьба не знает сентимен-'
ментальностей. Самоотверженность, твердость духа и воли
на пути к намеченной цели побеждают все...
Эти слова Петра Алексеевича я всегда Помнил и помню.
II когда нашим товарищам удастся полностью ознакомиться с моей деятельностью в русской революции на Украине,
а затем в самостоятельной украинской революции, в авангарде которой революционная махновщина играла особо
выдающуюся роль, они легко заметят в этой моей деятельности те черты самоотверженности, твердости духа и воли ,6
о которых говорил мне Петр Алексеевич. Я хотел бы, чтобы
этот завет помог им воспитать эти черты характера и в самих себе.
Глава

XV.

ВСЕРОССИЙСКИЙ С'ЕЗД Т Е К С Т И Л Ь Н Ы Х
ПРОФСОЮЗОВ.
В июне месяце, под председательством Максима Горького, открылся с'езд Текстильных Профсоюзов.
_ это — с'езд тружеников. Вопросы, которые будут
разрешаться на нем, должны быть важны и для меня, — думалось мне. И, вместе с т. т. Аршиновым, Масловым и другими, я пошел на его заседание, надеясь увидеть там и услышать виднейших социалистов.
Действительно, у стола президиума этого с'езда сгруппировался лучший цвет проживавших в то время в центре

1 — 107 —

бумажной революции социалистов. Они выступали один
за другим, говорили, махали руками, кричали один сильнее и лучше другого. Лишь обиженный лидер центра социалдемократии, гражданин Мартов, который много и временами,
— помню, мне так казалось, — неискренно, но дельно говорил, лишь он, этот непримиримый враг Ленина, как ни
надувался выкрикнуть громче и сильнее, чтобы как можно
ярче оттенить в своей речи то, что, видимо, считал самым
важным, лишь он бессилен был кричать. Его хриплый голос не позволял ему сравняться с гораздо менее крупными
и по мысли, и по ее выражению, ораторами. Он махал руками, кряхтел, сопел, но остался мало услышанным, мало
понятым, по крайней мере задними колоннами делегатов
и простых посетителей с'езда. Кроме того, специально большевиками мобилизованные свистуны [своим демонстративным шумом и свистками мешали делегатам слушать этого
маститого правоверного социал-демократа меньшевика.
Правда, эта специально мобилизованная большевиками
шайка демонстрантов мешала делегатам выслушивать не
только социал-демократических меньшевистских ораторов,
но и лево-эсеровских, и даже большевистских. По крайнеіі
мере, я был очевидцем того, как один из ораторов-большевиков (не помню точно его фамилию) выступил и уже чуть
не на половине речи был заглушён свистком. Этот свисток
имел большие шансы быть подхваченным и пополненным
другими свистками, если бы свистун не был своевременно
одернут и предупрежден (видимо, специальным руководителем шайки), что, де, «речь двигает наш, большевик!»
Все вопросы, какие с'езд Текстильных Профсоюзов
с'ехался обсудить, а Также и решения по ним, меня, крестьянина-революционера, и радовали, и в то же время угнетали.
Радовали они меня тем, что по ним я видел в пролетариях города понимание их трудовых интересов и целей,
связанных с этими интересами. По ним можно было убедиться, что боевой фронт городских пролетариев растет, что намечаемые ими пути социальных достижений уже вполне
могут быть предохранены от покушения на них со стороны
новой государственной политической власти, и что, благодаря этому, моншо питать надежду, что революцию, столь
во многом уже обкарнанную — во имя государственности
и в противовес свободной общественности — двумя господ-

— 109 —

4

ствующими в стране политическими партиями, революционные пролетарии могут еще спасти.
Угнетало же меня в вопросах и решениях с'езда то,
ЧТо я не видел на нем выражения прямой воли представленных здесь пролетариев. Мне лично казалось, что, хотя
вопросы с'езда и разрешались самими, как-будто, пролетариями и именем их класса, кровно заинтересованного в них,
они все-таки разрешались под влиянием воли и интересов
политических партий, которые, каждая по своему, и в своих партийных интересах, истолковывали перед пролетарияян их цели и обязанности в смысле строительства социалистического государства, со всеми его многочисленными органами власти. А это резко отмежевывало всегда, и отмежевывает теперь, городских пролетариев от трудового, не
іксплуатирующего чужого труда крестьянства, которое
все определеннее и резче проявляет в своей практической
жизни оппозицию к власти, к ее претензиям выдумывать
и писать для него законы.
Без тесного сотрудничества с крестьянством властолюбивому городу и заражающемуся поневоле его властолюбием городскому пролетариату самому не построить новой
свободной общественной жизни. Эта истина уже подтвердилась на опыте, даже при условии, когда, вместо строения
подлинного социалистического общества, строилось полусоциалистическое, полукапиталистическое государство, каким, в сущности, являлось, под именем «государства диктатуры пролетариата», государство болыневистско-лево-эсеровского блока. Это государство взяло на себя руководство
социально-общественным строительством, что не требоваіо от пролетариев ни самостоятельности и инициативы, ни
щорового трезвого ума и соответственного организационного подхода к общественному делу. За них подходили к нему, по рецепту буржуазного государства, большевики и левые эсеры. Пролетариям же оставалось лишь выполнять
го, что говорили большевики и левые эсеры.
И если, даже при таком урезанном порядке вещей, город без деревни не мог ничего широкого и плодотворного
начать и с успехом закончить, то, при подлинном и полном
социалистическом строительстве, городские пролетарии, без
прямого братского содружества с трудовым, не эксплатируююіцим чужого труда, крестьянством, засосутся омутом го-

— 49 —

сударственнических доктрин, которые крестьянство не прі
знает, и в долгих муках недостатка самого главного — св
рья и пищи — принуждены будут или во многом отказатьс
от государственности, или же пойти против крестьяне™
извратить идеи социализма и предаться своему исконном
врагу — буржуазии. Это во-первых.
Во-вторых, подчинение пролетариев, как класса, камі
бы то ни было политическим партиям, которые никои
не имеют в виду подчинить свои политические цели эконом
ческому освобождению пролетариев, отдает их, пролетарий
в распоряжение этих партий на самое позорное издевателі
ство во всех отношениях: и в экономическом, и в политич
ском, и в моральном.
Отсюда, в наиболее политически развращенных уа
пролетариях зарождается мысль о борьбе не за полное эк
номическое и политическое освобождение их класса, а :
смену ролей на пути политического господства одного кла
са над другим.
— Мы осуществили диктатуру пролетариата! — ві
крикивали некоторые ораторы на с'езде текстильных про
союзов, — и мы в праве сказать врагам своим, чтобы оі
замолчали, ибо воля пролетариата — их сокрушить...
Видимо, эти безответственные крикуны, а с ними и і
соперники — пролетарии с мест, и не думали о том, что с
зданием этой диктатуры они разбивали единство своего кла
сового трудового организма на пользу не революции, а вр
гам ее. Они не думали о том, что, в недалеком будуще
им самим придется бороться против подобного распылен
трудовых сил. На это их толкнет само существо влаег
— «диктатуры пролетариата», — которую они, по свое:
невежеству, создали, и против которой, можно ожидаі
окажутся долгое время бессильными бороться реальны:
средствами, чтобы заменить ее чем-то другим, более cot
ветствующим, которое отвечало бы идеям трудящихс
этого авангарда человечества, который создал все богатст
мира и должен ими пользоваться свободно, и в зависю
сти от потребностей, а не затрачивать снова своих сил
то, чтобы оплатить их еще дороже.
Правда, политические партии, восторжествовавшие
русской революции, над этим менее всего задумывалис
Политическая государственная власть, это юродивое ш?
—

14

—

панство, в котором вожди государственного социализма
ідят средство избавления угнетенных от экономического
ібства, была в их руках. Они строили, согласно принциім своей власти, программы борьбы и жизни для труженицу указывая последним, что, следуя только их программу можно отыскать, понять и устранить причины рабства,
шіедшего себе место в их жизни. Городские пролетарии
>рвые бросались в об'ятия власти этих программ, первые
ремились реализовать их в своей жизни и властвовать,
іравлять, согласно этим программам, своими братьями
труду — крестьянами.
Отсюда начало развиваться в более отчетливом виде
, историческое недоверие крестьян к городским пролеташм, которое нам известно на протяжении всей истории,
это усиливающееся недоверие ставило под прямую угро; Великую Русскую Революцию и все те прямые завоева;ія трудящихся, которыми последние начинали жить.
Таково было положение Великой Русской Революции
июньские дни 1918 года. Спрашивается, сознавали ли это
оложение создавшие его партии ? Можно с уверенностью,
гветить, что нет: они его не сознавали и продолжали свою
)ызню из-за своего партийного престижа в трудовых масIX. Лишь часть городских пролетариев и трудовое крестьянт о , под влиянием анархических идей, спохватились, что
X обманули, что, за их счет, правящие партии перевели
сволюцию с пути ее прямого дейстивия на путь правительгвенных декретов и этим загнали ее в тупик. Они, эти трутники, требовали простора для революции. Но их голос
іглушался окриком Вильгельма Второго, который, чеез своего посланника Мирбаха, ставил препятствие разитию русской революции, угро5кая и ей, и тем, кого пролеарии деревни и города, по своей наивности, допустили
правлять ее судьбами. И партия болыпевиков-коммунитов, во главе с Лениным и Троцким, которая в это время
актически уже брала перевес над партией левых-эсеров,
редпочла пойти на уступки Вильгельму И-му, чем поднять
ыше знамя революции или, по крайней мере, не мешать
ролетариям, заметившим, что оно поникло до земли и топотся, поднять его.
Правда, это предательское поведение партии большеви:ов по отношению к революции раздвинуло окончательно

1

— 111 —

в болыневистско-лево-эсеровском блоке трещину, котораі сстно, как М. Спиридонова и Б. Камков, отстаивать прос резкой определенностью наметилась уже 3 марта 1918 г I узурпации большевиков права трудящегося, угнетеннов день заключения Брестского договора. Но, благодар; народа. Так же, как Спиридонова и Камков, они могли
«мудрости» и особенному политическому влиянию Ленина ртвовать своим личным благополучием, даже самими соэта трещина искусственно склеивалась, сжималась и времс :, ради лучшей жизни этого народа, но только не с такой
возпостыо, не с таким, до истеричности, пафосом, каки-J
нами, казалось, становилась почти незаметною.
Теперь эта трещина раздвинулась окончательно, и «муд обладали эти два, в своем роде, вождя лево-эсеровщины,
рость» Ленина становилась бессильной повлиять на глапа да они блокировались с большевизмом-ленинизмом, когрей партии левых эсеров, чтобы еще раз склеить се. Левьк оіги примкнули к управлению революционной страной,
эсеры устыдились своего лакейства перед Лениным, которыі употребляя доверием страны, попирая, во многих слураньше никогда не имел такого авторитета среди российски: , права революционных трудовых масс на свое свободтружеников и интеллигенции, какой имела их мать — ста трудовое и независимое от государства, с его полицейрая, революционно-боевая партия соц.-революционеров ігой, самоопределение.
мать, убитая провокатором Азефом. Теперь сироты этой ма Правда, левые эсеры не признают таким уж гнусным
поведение по отношению революционных масс, притери — левые эсеры — готовы были на все, но не на то
чтобы итти за Лениным или, что еще хуже, обезличить се живавшихся анархических идей в русле русской ревобя в истории русской революции. Нет, они попытаются по- лш. Как говорят некоторые из них, они не признали за
равняться с Лениным и посчитаться с самим «ленинизмом» ыігевистскими лидерами — Лениным и Троцким — праПо крайней мере, мне это так казалось, когда я прислуши- на разгром, 12-13 апреля 1918 года, федерации московвался к голосу большевистских ораторов, которые уже н< X анархических групп, о К О Т О Р О М „знаменитый в своем
скрывали того, что левые эсеры готовятся дать им бой пі
лево-эсеровский чекист Зак, по долгу своей роли в
всем вопросам внешней политики на предстоящем Ѵ-: <а и партии, делал Ц. К. партии доклад. Говорят, что М.
Всероссийском С'езде Советов. Хотя, я должен признаться ридонова не желала даже слушать этот доклад и, яко-бы
у левых эсеров шансов на успех этого боя, по-моему, не бы озмущением, покинула зал, где Ц. К. партии его заслуло, потому, что у них не было, кроме двух-трех человек шал. Но мы хорошо знаем, что возмущаться, это — одно,
людей, подготовленных, ну, скажем, на посты Ленина і гиствовать в согласии со своим возмущением против акТроцкого, заменить которых ни Спиридоновой, ни Камко іесправедливости — совсем другое. Этих действий, провым, ни тем более Штейнбергом, ни даже Устиновым, имев величайшего злодеяния чекистов s и главарей партии
шим до некоторой степени ленинскую практику, в то время шевиков по отношению к анархистам, со стороны левых
нельзя было. Правда, эта партия, за время своего блокиро )ов не было, потому ли, что возмущение М. Спиридонованил с большевиками,сумела воспитать и выдвинуть из чис было слабо, сравнительно с другими ее возмущениями,
ла своих членов, под идейным и практическим руководство) же потому, что левые эсеры из ЦК партии того времени,
большевика Ф. Дзержинского, кадр чекистов; и такие и: ваясь надеждами низвергнуть большевиков и стать иених, как Зак и Александров, были хорошими головами )сдственно у кормила власти, считали для себя удобнее
Но разве из людей, заразившихся аракчеевской полицей цнально скрыть это возмущение и перед большевиками,
щиной, могут выйти серьезные политики, какие нужны былі сред революционной страной. И они замяли свой пров это время лево-эсеровскому государству ? Я думаю, чт< против палачей, поправших свободу и права анархиесли этого не могли понять некоторые горячие головы сре _на деятельность в революции. А между тем, анархиди главарей лево-эсеровщины, то это понимали в ее же ря- были наипреданцейшими сынами этой революции. Они \
дах люди с более спокойными нервами и с более трезвы.' іісюду в ее авангарде. Правда, шли они раздробленными
умом. Эти люди, я думаю, способны были так же искреніі1 ами, но первыми и честно отдавая ей эти свои раздро-

— 14 —

1 — 113 —

бленные силы. Судить анархистов по тем одиночкам, кото] І В І Ц И Н Ы в тот период. Правда, бывали там иногда и другие
попадали в ряды анархизма с корыстной целыо и, вместо олпы лево-эсеровщины, но они широкой массе трудящихся
боты среди трудящихся для общего дела освобождения, раз ши менее известны. Они были менее воодушевлены и межали по стране из города в город, ничего не делая, — •е привлекательны. Во всяком случае, имена Спиридодить по этим одиночкам анархизм и анархистов было не вой и Камкова произносились массами всюду с явным
зя. И если большевистские лидеры прибегали к такой ар вством уважения к ним. Казалось, они были первыми
ментации против анархистов, а левые эсеры с определен' еди равных главков лево-эсеровской партии.
целью обошли этот акт своих союзников молчанием, то
На многочисленных заседаниях Крестьянской Секции
ною в этом является та традиционная безответственност ДИК'а Советов М. Спиридонова проявляла свою яркую
лживость большевиков, которые ведут свое начало еще шо и знание задач своей партии. Все ее выступления с
Карла Маркса, в его борьбе с М. Бакуниным. Хотя эти ч обой четкостью выявляли задачи партии на предстоявшем
ты и известны были левым эсерам, но о них последние, м Всероссийском С'езде Советов. Ее выступления всегда
«долгу» блокирования с большевиками, напоминать, вп полняли зал заседания каким-то радостным чувством
мо, не могли. Не могли они говорить большевикам, чтс я революционера, болевшего за судьбу революции. В них
они устыдились лгать на своих идейных противников и г ігда можно было уловить, что левые эсеры почувствовали
бы сознались, что эта ложь по отношению анархистов не ни промахи и ошибку своего блока с большевиками; что
жет быть полезной для революции. Повидимому, лид г не сегодня-завтра круто повернут в сторону углубления
партии левых эсеров думали, по низвержении болыневиь расширения революции. А в этом направлении они были
по провозглашении и утверждении себя у власти над ст поддержаны анархистами-коммунистами и синдикалиной и над ее дальнейшим революционным развитием, рг аші, ибо такое направление было бы родственным тем цебраться в этом исторически и фактически столь важ м, которые преследовались авангардом революционного
для дела революции вопросе... Но это только наше пред удового народа, жаждавшим революции, хотевшим се
ложение, не более.
вынесшим се на своих плечах.
Однако, я относился осторожно к впечатлению, что лее эсеры опомнились. Мне казалось, что, вообще-то, они,
и большевики, менее всего думали о своих первонаГлава
XVI.
іьных промахах па пути революции, —промахах, которые
ІОЖИЛИ
начало их преступлениям но отношению к поВ КРЕСТЬЯНСКОЙ СЕКЦИИ ВЦИК'а СОВЕТОВ лней. Все они не хотели считаться с тем, что революция
селе проявляла себя в явно аити-государственническом
Как только я приехал в Москву и попал на времен ке. Они, как и большевики, не брезгуя нарушением добволи крестьянства, уродовали этот дух революции
жительство в отель, который находился в распоряжи
Коменданта от Крестьянской Секции ВЦИК'а Совет селе во имя идеи государственности и всех, вытекающих
я заинтересовался этой секцией и ее президиумом, во г нее, властиических институтов. Кроме же того, цели лове которого стояла лидерша лево-эсеровщины — М. Сип гических партий во многих случаях бывают чуждыми
донова. Ее, как заслуженного революционера, я считал в: ям трудящихся. Это особо ярко показали болыневиным увидеть лично, услышать непосредственно. И я посев и левые эсеры, придя к государственной политической
заседания этой Крестьянской секции. На этих заседані сти над страной по низвержении «керенщины». Всего
я много раз слыхал М. Спиридонову и Б. Камкова. Из го я не мог не замечать в жизни и борьбе трудового кревых эсеров, я этими двумя фигурами больше всего инте пиства, находясь в его революционном авангарде. И это
совался. Они были наиболее популярны в рядах лево' вило передо мной вопрос: смогут ли левые эсеры пойти

— 14 —

1—114—

рственного социализма-коммунизма. — Или же, нам,
с вами не по дороге.
настолько далеко в своей оппозиции большевикам, что \ Такова была, по-моему, политическая ориентация больвпечатления о их готовности посчитаться с лениии:» шіков но отношению к своим соратникам в борьбе за заоправдаются целиком ? А если бы так случилось, то стаі іт государственной власти. Партия левых эсеров не могла
; ли левые эсеры на верный путь революции: не мешать т| замечать этого намерения партии болыпевиков-коммупидящимся углублять и развивать революцию, без укаэдп ш. Она его и замечала. Однако, она сознавала, что факти-f
приказов лево-эсеровской власти, которую эти люди Пул кн уже бессильна противостоять большевикам. Она вистараться навязать трудящимся. Ибо без нее они не мог іа, что позорный «Брестский Договор» фактически вхобыть эсерами. На этот вопрос я отвечал: Нет. У левых э в силу. Другой, более сильной, аргументации против
ров, как и у нас, анархистов, хороших желаний очень мі іыневиков у нее не было. И это приближало ее, как парго, но очень мало тех сил, которые оказались бы достаточі о, мечтавшую играть историческое первенство • в оконми на такое грандиозное дело, как реорганизация пути ге.н.ном решении судеб русской революции, к неминуеволюции. Оставаться же на том пути, по которому лев иу разрыву с большевиками. Вот почему она, эта партия,
эсеры шли до сих пор вместе с большевиками, им иель ала гром и молнии против «Брестского Договора», даони и пять дней не продержатся на нем; большевики ра тогда, когда он уже был подписан. Она стремилась тебыот их одним авторитетом Ленина и Троцкого, укреплен іь как можно тщательнее затушевать то, что неминуемый
которого в массах левые эсеры до сих пор содействов зрыв с большевиками у нее должен произойти в силу полстолько же, сколько ему содействовали сами болы о господства большевиков во всех государственных и
вики.
офессиональных учреждениях, — господства, повели— Ну, а если допустить, — рассуждал я однаждь ыю требующего от диктаторствующей большевистской
тов. Масловым, — что левые эсеры окажутся настольиі шги полной и единой ее воли по всему фронту государбольшинстве на Ѵ-м С'езде Советов, что провалят болы спной власти. Для партии левых эсеров было несравненвиков с их политической ориентацией на «передышку», ііыгодиее показать, будто этот назревавший разрыв
неужели анархисты что-либо выиграют от этого? Коне ольшевиками происходит отнюдь не по причине того,
нет, и вот почему. Первое: Спор между левыми эсера большевики, окрепшие за счет левых эсеров и вообще
по моему, не есть спор о глз'боком, основном идейном раехс олюциоиеров,взяли перевес над ними и теперь,не нуаедадении по тем или иным вопросам политики управлеі больше в них, как в самостоятельных социально-нолиреволюционной страной. Глубокой сущностью этого его ісских силах революции, стараются всосать их в свою
между ними, — отмечал я тогда, — является то обстоите ітшо или просто ликвидировать. И партия левых эсеров
ство,'что большевики, по всему фронту советской влас шла оказать этим замыслам большевиков решительное
начали заметно брать перевес над левыми эсерами. Этот фа ротивление, вплоть до провозглашения их Контр-Ревос одной стороны, подбодрил большевиков на то, чтобы цііей. Это чувствовалось в речах и просто беседах левых
считаться с протестом партии левы» эсеров против заклю юв — руководителей крестьянской секции В . И. Ц.
имя «Брестского Договора». А, с другой стороны, не а Советов. Так дело понималось и мною лично, и рядовыбольшевиками реально встал вопрос о том, чтобы как м< эсерами. Событие ожидалось многими с особым напряжено скорее и полностью развернуть свой авторитет над т м нервов. Бесцеремонная позиция большевиков, котодовой революционной страной, а затем заявить лев о последние, в связи со своим явным партийным торжеэсерам, что , де, они, большевики, являются полными иі над эсерами в деле их обоюдного властвования над
подами политического и социального положения в стра о.поционной страной, уже не скрывали, выявляя ее все
а потому, им, левым эсерам, ничего не остается делать, еіі и понятней для масс и для несправившейся с делом
только влиться в партию большевиков-коммунистов и
няться более решительно экспериментом «научного» і'1

— 124 —

—

117

—

ЯШ №t
организации масс партии левых эсеров - эта позиция бол
ш е в и к о в , обольщенных властью и ее безответственным х
зяйничаньем уже не только над безымянной, слено
доверившейся массой, но и над массой большевикам не
верившейся, над массой, осознавшей себя и об'единявшей,
под знаменем других революционных партий и организ
ий — эта позиция тревожила, заставляла нервничать каи
пого революционера, и партию левых-эсеров в особенност
Потому что она начинала понимать, что недооценила своі
сил и государственных организационных способностей,
основе коих она мечтала и революцию «спасти», и пари
большевиков оборвать, дав ей почувствовать что она од.
без блока с нею (с лево-эсеровской партией) не справив
с революцией, что революция высвободится из-под
власти
А если революция действительно высвободится і
под власти, то это, для социалистов-государственников
большевиков-«коммунистов» и левых эсеров), почти у
оседлавших революцию, будет прямым историческим но
ром... п а
большевиков уже настолько опьянела
своей фактической и формальной государственной влас
С т р а н е что подумать о чем-либо, связанном с лево-эсерс
^ и м политическим беснованием, не находила времен
Она все решительнее толкала свои силы и связанные с ни
трудовые массы на то, чтобы целиком и полностью пей
/ н а свой собственный путь, который, в ее партиин
представлении, понимался, как путь создания прочно
«пролетарского» государства, с такой же прочной «про.
•гарской» властью во главе.
„„„,
Все то что я услыхал в Москве, за чем наблюдал и в і
ших анархических рядах, и в рядах социалистов, больи
виков-коммуннстов и левых ™ц.-революционеров
•это меня вовсе не интересовавшегося «правом» тех или д
ш х на власть, считавшего спасение революции первым
важнейшим делом в этой реакционной обстановке, котор
Г'Гилу нашей дезорганизованное™, не позволяла анарх
мѵ ставить решительные ультимативные условия зарывав
муся большевизму, - все это, говорю, меня у
в
»
час так тяжело, что я собирался прекратить все своп
блюденин, все свои знакомства с людьми и их делами и уех
без всяких документов на Украину, поближе к Гуляи-1

— 118 —

I, раньше, чем это было условлено с товарищами на нашей
ганрогской Конференции. Подчас казалось, что все релюционные завоевания народа гибнут по вине самого
народа, и что помешать этому процессу окончательно
звиться уже поздно. Кромѣ того, я заметил, что коменіт отеля, наш тов. Бурцев, начинал тяготиться нашим
оживанием у него. Это обстоятельство поставило передо
ой задачу: использовать мои официальные документы
остать бесплатную комнату от Московского Совета Рабо-^
с, Крестьянских и Солдатских Депутатов. Я пошел в
вет. Однако, в Моссовете мне дали только пропуск в
емль, в ВЦИК Советов, где я должен, де, пред'явить
и документы, и уже тогда ВЦИК Советов сделает на них
ю отметку, по которой Московский Совет может дать мне
іер на занятие бесплатной комнаты.

Глава

XVII.

КРЕМЛЬ. СВЕРДЛОВ И МОЯ БЕСЕДА С НИМ.
Я подошел к воротам Кремля с определенным намерем: во что бы то ни стало повидаться с Лениным и, по возкности, с Свердловым, поговорить с ними.
У ворот, ведущих в Кремль, дежурная комнатушка,
ней сидит доверенное лицо, которое, по пред'явлении
умента-ордера из Московского Совета, осматривает его,
лагает к нему свой маленький ордерок и отпускает жещего пройти в Кремль. Тут же, сбоку этой комнатушки,
хаживается часовой-красноармеец из латышского стрелого полка. Проходишь мимо этого часового, при входе
орот во двор Кремля, и натыкаешься на другого часового,
«ешь спросить его, в какой корпус ты хочешь пройти,
тебе укажет. А далее, хочешь — ходи по двору и осматриразнокалиберные пушки и ядра к ним, допетровских
іетровских времен, Царь-Колокол и другие достопримеельности, о которых ты мог только слыхать, но до входа
двор Кремля ты их не видел, или же иди в дворцы-пала- s

— 119 —

При входе во двор Кремля я повернул влево, прл\ зачьих Депутатов, товарища Свердлова, — ответил я па вово дворец (не помню его названия), поднялся по трап прос девицы.
Девица, ничего мне не говоря, села за письменный стол.
кажется, на второй этаж и по коридору этого этажа пони
плево, не встречая ни одного человека и лишь читая — і Затем взяла мой документ и пропуск в Кремль, кое-что выодних дверях: «ЦК партии» (коммунистов-болыиевикоі писала из них, написала мне карточку и указала № друна других : «Библиотека» (не узнал, какая). И так-каі; і гой двери, куда я должен зайти.
Там, куда меня направила барышня по особому про«ЦК партии», ни «Библиотека» мне в это время не бы,
нужны, то я прошел мимо них, не уверенный даже в то пуску, помещался секретарь ВЦИК'а Советов — крупный мужчина, видно выхоленный, но с изнуренным лицом.
что за дверями с этими надписями кто-либо был.
Проходя далее по тихому длинному коридору, я встр Он спросил меня, что мне нужно. Я пояснил. Тогда он
чал еще какие-то надписи на дверях, но все они не говори, попросил бумаги, удостоверения. Я дал. Мои бумаги его
мне ничего о тех, к кому я пришел. Я повернул назад и, до заинтересовали. Он переспросил меня:
— Так вы, товарищ, с юга России ?
дя до двери с надписью «ЦК партии», постучал в нее. Ра
— Да, я из Украины, — ответил я ему.
дался голос: «Войдите». И я вошел. В комнате сидело т|
— Вы Председатель Комитета Защиты Революции вречеловека. Один из них мне показался Загорским, которо
я всего два или три дня назад видел в одном из большей« мен Керенского ?
— Да.
ских партийных клубов. К ним, этим сидевшим в гробові
— Значит, вы — социалист-революционер ?
тишине за какой-то работой трем людям, я и обратился
Я отвечаю: — Нет.
просьбой показать мне, где помещается ВЦИК Советов.
— Какие связи имеете или имели от партии коммуниОдин из них (если не ошибаюсь, Бухарин) вскочил
взяв под-руку портфель, сказал, обращаясь, к своим тов стов вашей области ?
— Я имею личные связи с рядом работников партии
рищам, но так, чтобы и я слыхал: — Я сейчас ухожу и эі
му товарищу — показывая на меня кивком головы — гюі іольшевиков, — ответил я ему./PI тут же назвал председажу, где ВЦИК. — И в ту же минуту направился к двер теля александровского Ревкома, тов. Михайлевича и коеЯ поблагодарил их всех и вышел вместе с казавшимся м ;ого из Екатеринослава.
Секретарь замолк на минуту, а затем принялся расспраБухариным в коридор, в котором попрежнему царила rj
ішвать меня о настроении крестьян на «юге России», о том,
бовая тишина.
Мой проводник спросил меня, откуда я приехал. Я< ;ак крестьяне отнеслись к немецким армиям и отрядам
ветил ему: — Из Украины. Он очень заинтересовался те Центральной Рады, каково отношение их к советской власти
какой террор царит на Украине, и как я пробрался в М< I т. п.
Бегло я ему ответил и видел, что секретарь был довокву. При этом мы уже не шли, а стояли у ступеней, по ноі
іен; а я лично жалел, что не мог распространяться с ним
рым я поднимался на этот коридор.
Затем, мой случайный проводник указал мне на две іа эту тему.
Затем он позвонил куда-то по телефону и тут ate предио правую сторону от входа в этот коридор, за котор
я, по его словам, мог узнать все, что касается ВЦИК "а, южил мне пройтись в кабинет председателя ВЦИК'а, топопрощавшись, спустился вниз, к выходу из дворца іарища Свердлова.
Это напомнило мне легенду и контр-революционеров,
Д В 0 Р т-г
т>
,
I революционеров, и даже моих друзей — противников
Я пошел к указанной мне двери. Постучал. Воин юлитики Ленина, Свердлова и Троцкого, распускавших
Меня встретила девица. Спросила, что мне нужно.
лухи, чтЬ к этим в своем роде земным богам добраться не— Я хочу видеть председателя Исполнительного 1 юступно. Они окружены, дескать, большой охраной, намитета Совета Рабочих, Крестьнских, Солдатских и I

— 121 —

— 119 —

чальники которой на свое лишь усмотрение допускают емцев и Центральной Рады, и что я знаю, крестьянство
ним посетителей и, следовательно, простым смертным
огло бы выделить из себя могущественную революционбогам этим не дойти.
но армию против немцев и Центральной Рады, но оно не
Теперь я остро почувствовал вздорность этих слухов дело боевого фронта революции. В красногвардейские
свободно подходил к двери кабинета тов. Свердлова. После ряды, которые вели борьбу по линиям железных дорог,
дний сам открыл нам дверь и с мягкой, казалось, товари егда держась своих эшелонов и при первом же неудачном
щеской улыбкой подал мне руку и провел меня к креслу. )е не всегда даже грузившихся в эти эшелоны, а отступавСекретарь вернулся в свой кабинет.
их на десятки верст, не видя противника (движется он
Тов. Свердлов показался мне несколько бодрее, чем его ) их следам или остановился), — в эти отряды крестьянство
секретарь. Мне показалось, также, что он глубже заинте : верило, ибо сознавало, что, будучи без оруяіия, оно остаресовался тем, что в действительности происходило на У край :тся само одиноким в своих селах на растерзание палачам
не за последние два-три месяца. Он сразу выпалил мне: іволюции. Красногвардейские отряды свои эшелоны не
— Товарищ, вы с нашего бурного юга; вы чем там за (осят в 10-20 верстах от деревни, чтобы придти в нее и не
шько вооружить и, подбодрив, толкнуть крестьян на ренимались ?
— Тем, чем занимались широкие массы революцион люционный подвиг, в бой против вооруженных врагов
ных тружеников украинской деревни. Трудовая украинскаі іволюции, но и самим пойти вместе с ними на этот подвиг...
Свердлов слушал меня с особым вниманием и лишь
деревня, приняв живое, непосредственное участие в Рево
люции, стремилась к полному своему освобождению. В еі поры до времени переспрашивал меня: — Да неужели
передовых рядах я, можно сказать, был всегда первым ш е это так ?
этом пути. Лишь теперь, в силу поражения и отступленш
Я указал ему на ряд красногвардейских отрядов из
общего революционного фронта из Украины, я очутилсі упп Богданова, Свирского, Саблина и других; указал в
временно здесь.
лее спокойном тоне на то, что красногвардейские отряды,
— Что вы, товарищ, говорите, — перебил меня т удучи прикреплены к путям железных дорог, к эшелонам,
; Свердлов: — ведь крестьяне на юге в большинстве своем ку
ш помощи которых они привыкли быстро наступать, но
лаки и сторонники Центральной Рады.
іще всего отступали от противника, не могли внушать
Я рассмеялся и не слишком распространенно, но выпук рьезного доверия к себе со стороны крестьянской массы,
ло нарисовал ему действия организованного анархистами сама эта масса видела в революции средство избавления
крестьянства в Гуляй-ГІольском районе против нашествия бп от гнета не только помещика и богатея-кулака, но и от
немецко-австро-венгерских экспедиционных армий и отря уги этих последних — власти политического и администрадов Центральной Рады.
вного чиновника сверху, и поэтому совершенно сознательТ. Свердлов, как-будто и поколебленный, не перест* была готова защищать себя, защищать свои завоевания
вал, однако, твердить: — Почему же они не поддерживал! казни и разрушения их немецким юнкерством и гетманнаших красногвардейских отрядов ? У нас есть сведения іиной.
что южное крестьянство заражено крайним украинскш
— Да, да, на счет красногвардейских отрядов, вы, по• шовинизмом и всюду встречало экспедиционные немецки алуй, правы... Но мы их уже реорганизовали в красную
войска и отряды Центральной Рады с особенной радостью імию. Теперь у нас растет могучая Красная Армия, и
как своих освободителей.
яи южное крестьянство так революционно, как вы мне
Я начал нервничать и горячо осуждать их сведения о представили, то мы имеем большие шансы на то, что
украинской деревне. Я сознался ему, Свердлову, что сам яв мцы будут разбиты, гетман низвернут в самом недалеком
ляюсь организатором и руководителем ряда крестьянски: дущем, и власть Советов на местах восторжествует и там,
вольных батальонов для революционной борьбы протиі Украине, — сказал мне Свердлов.
1

—

123

—

—119—

— Это будет зависеть от того, какая подпольная работа
будет вестись там. Я лично считаю, что теперь больше, ко мне. Извинение его показалось настолько искренним,
, чем когда-либо, там нужна подпольная работа революцно- что я почувствовал себя нехорошо и без всяких дальнейших
' неров, работа главным образом организационная, боевого колебаний заявил ему, что я — анархист-коммунист, баку-'
характера, которая помогла бы массам выйти на путь от- ирнско-крапоткинского толку.
крытого восстания по городам и деревням против немцев
— Да какой же вы анархист-коммунист, товарищ;
и гетмана. Без восстания чисто революционного характера
внутри Украины, нельзя немцев и австрийцев заставить когда вы признаете организацию трудовых масс и руководотступить из Украины, а гетмана и гстманцев пленить или ство ими в борьбе с властью капитала?! Для меня это совзаставить бежать вслед'за немцами и австрийцами. Насту- сем не понятно! — воскликнул Свердлов, товарищески улыбаясь.
пление Красной Армии немыслимо, в силу Брестского договора и тех условий чисто политического характера, которыНа это удивление председателя ВЦИК'а я ответил
ми наша Революция окружена извне.
коротко : — Анархизм, — сказал я ему, — идеал слишком
Когда я все это говорил товарищу Свердлову, он делал іеальный, чтобы не понимать современности и тех событий,
какие-то отметки для себя, говоря мне: — Вашу точку зре- ) которых так или иначе участие его носителей заметно,'
ния в данном случае я целиком разделяю. Но скажите мне ітобы не учесть того, куда ему нужно направить свои дей— кто вы такой, коммунист или левый эсер? О том, что вы ітвия и с помощью каких средств...
украинец, видно из вашего разговора, а к какой из этих
— Так-то так, но ведь вы же совсем не похожи на анардвух партий принадлежите, нельзя понять.
істов, которые здесь (в Москве) осели было на Малой
Этот вопрос меня, если, и не смутил (потому, что секре- митровке, — сказал мне Свердлов и хотел рассказать мне
тарь ВЦИК'а мне его уже задавал), то во всяком случае то-то об анархистах из Малой Дмитровки, но я заметил
поставил в затруднительное положение. Передо мной встал чу: — Разгром вашей партией анархистов на Малой Дмитоже вопрос: Как быть? Сказать ему, Свердлову, прямо, ровке следует считать печальным явлением, которого в
что я — анархист-коммунист, товарищ и друг тех, чьи ор- альнейшем нужно избегать, хотя бы во имя революции...
ганизации его друзья по управлению революционной страСвердлов несколько раз буркнул что-то себе под нос,
ной и по партии разрушили всего два месяца тому назад, затем быстро поднялся со своего кресла, подошел ко мне'
в Москве и в ряде других городов, или скрыться под другим зял меня за плечо и, полунагибаясь, сказал мне:
флагом^-?
— Знаете что, товарищ, вы очень многое знаете о нашем
Я боролся с самим собой, и это было заметно для тов бщем отступлении из Украины и, в особенности, о действиСвердлова. Открыть свою социально-революционную и по- ельном настроении крестьян. Ильич, или-т. Ленин, выслулитическую принадлежность в середине разговора я не хо іал бы вас с особым вниманием и был бы доволен этим.
тел. А скрываться под другим флагом мне было противно Хотите, я позвоню ему об этом?
Поэтому я, после некоторого раздумья, сказал Свердлову
Я ответил, что больше того, о чем я говорил с ним, я
.— Почему вас так интересует моя партийная принадлеж- ряд ли скажу и тов. Ленину, но ^Свердлов уже позвонил
ность? Разве вам не достаточно моих документов, удостове- о телефону к Ленину и сообщал ему, что он имеет у себя
ряющих, кто я, откуда и какую роль играл в известном райо- оварища, который привез весьма важные сведения о крене в организации тружеников деревни и города, в организа- тьяиах на юге России и их отношении к немецким экспедиции. их боевых отрядов и вольных батальонов против контр іюнным армиям. PI тут же уговаривался, когда можно
революции, разгуливающей на Украине?
УДст зайти к нему.
Тов. Свердлов извинился передо мной, просил меш
А через минуту Свердлов положил трубку и быстро нане подозревать его в нереволюционной чести и недоверш «сал мне, за личной своей подписью, пропуск к себе.
Іручая мне этот пропуск, он сказал: — Товарищ, завтра в

— 124 —

— 125 —

час дня зайдите прямо сюда, ко мне, и мы пройдем к тов встретил меня по-отцовски и одной рукой взял за рукѵ
Ленину... Смотрите, непременно зайдите.
I Z R ' J T ^
>
У С А Д И Я В кресло. Затем
— Я зайду... Но как же с тем, чтобы достать от секре ^попросил
Свердлова сесть, а сам прошелся к своему, повитариата ВЦИК'а бумагу в Московский Совет, чтобы указ;
аааІ Димому
секретарю или переписчику и сказал ему- — В ы
ли мне временную и бесплатную квартиру? В противно: пожалуйста,закончите это к двум часам, и лишь тогда
случае, я принужден буду ночевать где-нибудь в сквере
сел против меня и начал расспрашивать.
лавке, — спросил я Свердлова.
Первое: из к а к и х я местностей?... Затем: как крестья— Все устроим завтра, — ответил он мне. И я, распро ;яе - « С Т Н 0 С Т е Й В 0 С П Р И Н Я Л И ^ з у н г «вся власть Советам
щавшись с ним, вышел из царских палат во двор Кремл I r f J l f i • И " У Р е а г и Р ° в а л " на действия врагов этого лоснова обошел круг лежавших по-под стенами разнокалі унга вообще и Украинской Центральной Рады, в частности?
берных ядер и пушек, бросил лишний раз свой взор на Цар И бунтовались ли крестьяне моих местностей против нашеПушку и покинул Кремль. До завтра...
Я КР0?ПГР'В0ЛЮЦИ0,ШЬІХ н е м е ц к и х
*
австрийских арТеперь я не пошел в номера, принадлежавшие крестьян Г ?
І І С Л И да, то чего не доставало, чтобы крестьянские
ской секции ВЦИК'а Советов, где заведующим был одно мии
процессник тов. Аршинова — Бурцев, который многих 5унты вылились в повсеместные восстания и не слились с
в том числе и Аршинова, приютил возле себя и постепенн расиогвардейскими отрядами, с таким мужеством защинн павшими наши общие революционные достижения?
начинал тяготиться ими. Я пошел к заведующему домо
"П .о ™ ВС « Э Т И В 0 П Р ° С Ь І я отвечал Ленину кратко."Ленин
Профсоюзов, тоже судившемуся вместе с Аршиновым,
В пЯр ЬІМ ° Р г а н и з а т о Р У * Руководителю умением,
не долюбливавшему последнего за его замкнутость и за кі тавался°тяк
тарался так ооставлять свои вопросы, чтобы я как можно
кое-то, как он говорил, «маниакство»: к анархисту Маслов)
о с т а н а ™ а ™ * - Так, например, на вопрос!
Будучи знаком с тов. Масловым по каторге, я заяви
Z Â r J J Z t Т е Х М е с т н о с т е й < о т к у д а я,, воспринимали лоему, что, не имея сейчас, где ночевать, я останусь на ночі
яГри раяя и Г Р В е Т а М Н а М е С Т а Х > > ' Л е н и и переспрашивал
две у него.
V B m r Z l n ' u L " Т Р И р а З Э У Д И В Л Я Л С Я Т0М У> что я говорил
Тов. Маслов не возражал мне, и я остался у него
ЭТ0Т Л 0 3 у п г
воспринят своеобСверх ожиданий, Маслов оказал мне особоегостеприт т п Г я Л ' г О В е Т О В Н а м е с т акрестьянами
х ч'то нгя п? я
это, по-крестьянски, знаство, несмотря на мое издевательство над его своеобразны
г Jo,
" В ° В С в М Д 0 Л Ж н а ^ожествляться непоиндивидуализмом, поставившим его вне всяких более ил редственно
редственно с сознанием и волей самих трудящихся: что сельменее серьезных товарищеских связей со своими бывшим кие, волостные или районные совеш
Р^оче-Йестьтатоварищами по старой московской организации анархист КІГХ
шх Депутатов есть не более, не менее, как едГницы ревокоммунистов.
T . 7 Z I I г Р У п ™ Р ° в а Н И * И хозяйственного Дсамоуправле№ в о с т н я м и Ж И З Н ^ п Л 0 р Ь б Ы Т Р У Д Я Щ И Х С Я с буржуазией и ее
п р а в ь ш и
властью
социалистами и их коалиционГлава
XVIII.
- Думаете ли Вы, что это понимание крестьянами
К А С А Я С Ь

М О Е Г О

П Л Е Ч А

СЯ В Л а С Т Ь С о в е т а ^ " а местах» |ё п
о н и 2 и Г Л <?< В—
правильпонимание
спросил меня Ленин.
M ответил: — Да.
На другой день, ровно в час дня, я был опять в Кремл йажеЛ
с л У ч а е > крестьянство из ваших местностей
у Председателя Всероссийского Центрального Комите іражено анархизмом, — добавил Ленин
А разве это плохо? — спросил я его.
Советов Рабочих, Крестьянских и Солдатских Депутате
— тов. Свердлова. Он провел меня к Ленину. Последни
э т о г о н в хогу
сказать. Наоборот, это было бы

МОЯ

ВСТРЕЧА

И РАЗГОВОР

— 14 —

С

ЛЕНИНЫМ

1

— 126 —

отрадно, так-как это ускорило бы победу коммунизма наі
I, что еще так недавно .проделано было красногвардейскикапитализмом и его властью.
I группами и отрядами на Украине, проделано как-будто
капитализм ^
^ ^ ^
_ ^ ^
я Л е н и н у > полуусмс
•цешно, с достижением той цели, которую Ленин и его
,ртия ставили перед собой и во имя которой посылали эти
Х Й Я С ^ 1 Нет
нет, я серьезно утверждаю, что такое явлени
уппы и отряды из далекого Петрограда и других больших
в жизни крестьянства ускорило бы победу коммунизма на
юдов России на Украину. Помню, как Ленин с особым
капитализмом, - повторил мне Ленин, и добавил: - В
иевным беспокойством, которое может быть только у чея TOSSO думаю, что это явление в крестьянстве не есте
века, живущего страстью борьбы с ненавистным ему строем
ственно: оно занесено в его среду анархистскими пронаган
жаждой победы над ним, тревожился, когда я сказал ему:
листами и может быть скоро изжито. Я готов допустить
Я — участник разоружения десятков казачьих эшелонов,
Г э т о настроение, будучи неорганизованным и под,m
явшихся с противо-германского фронта в конце декабря
под удары восторжествовавшей контр-революции, уже из
•о и в начале 18-го года, и хорошо знаком с «рсволюонным мужеством» красногвардейских групп и отрядов,
Ж И Л Я заметил Ленину, что вождю нельзя быть пессимисте
Ï особенности их командиров... И мне кажется, что Вы,
іарищ Ленин, имея о нем сведения из второстепенных и
И Свердлов
перебил меня: Так, по Вашему, нуип, постепенных рук, преувеличиваете его.
развивать это анархическое явление в жизни крестьян
— Как так? Вы его не признаете? — спросил меня ЛеСТВа

І _ о , ваша партия развивать его не будет, — ответа

А Ленин подхватил: — А во имя чего нужно бы его ра
вивать? Во имя того, чтобы раздробить революционные с,
лы пролетариата, чтобы открыть путь росту и развит,
конт"-революции и, в конце концов пойти самим и пов
сти весь пролетариат на ее эшафот/
n„envu.
Я не сдержался и нервно заметил Ленину, что анархш
и анархисты к контр-революции не стремятся и не ведуі
„ей п Р ^ е т а р и а т . э т о
_ спросил ^
ЛенІ.Ш) „ д
Я СМ

лее пояснил: он хотел этим сказать, что анархисты ие нм
серьезной своей организации широкого масштаба, не мог,
организовывать пролетариат и беднейшее крестьянство
следовательно, не могут подымать их на защиту, в ширш,
смысле этого слова, того, что завоевано всеми нами и net
Далее°мы перевели разговор на другие его вопросы,
на один из них, — на вопрос о «красногвардейских отрад
и их революционном мужестве, с которым они защита,
наши общие революционные достижения», - Ленин зас
вил меня отвѣтить ему подробнейшим образом. Этот вопро
видимо, беспокоил его или же он «останавливал в памя

НаМ

— 128 —

4

Были и революционность, и мужество в краснордейцах, но не такие уж великие, как вы себеихпредвдяете. Были моменты в борьбе красногвардейцев с гайаками Центральной Рады и, в особенности, с немецкими
іками, когда революционность и мужество, и самих красвардейцев, и их командиров, были очень бледны и ничтожПравда, по-моему, это об'ясняется во многих случаях
, что красногвардейские формирования производились
спех и придерживались методов борьбы с противником,
похожих ни на партизанские, в глубоком смысле этого
іва, ни на фронтовые. Ведь для Вас должно быть извео, что красногвардейские группы и отряды, как бы они
были многочисленны или малочисленны, производили
тупления свои против противника по-над линиями
точных дорог. Расстояние в 10-15 верст от и?елезиых дооставалось свободным; в нем могли находиться либо
ронники революции, либо контр-революции. И в заішости от этого в большинстве случаев находился успех
туплений. Лишь на подходах к узловым станциям или
одам и селам, пересекаемых ж. дорогой, красногвардейе части принимали фронтовую линию и производили
атаки. Но и тыл, и окружность атакуемого места остаюсь невыясненными. От этого наступательное дело ре-

— 49 —

волюции страдало. Потому, что, при таком ведении
красногвардейские части, не успевали даже выпустить
воззвание ко всему району, как контр-рволюционные
лы уже переходили в контр-наступление и зачастую заселяли красногвардейцев бежать на десятки верст, бежа;
опять-таки, по путям линий желез, дорог, в эшелонах,
ким образом, население деревень их и не видело. И толь
поэтому оно не могло их поддержать...
— Что же революционные пропагандисты делают
деревням? Разве они не успевают подготовить деревенек
пролетариев к тому времени, когда красногвардейские час
проходят мимо них, чтобы пополнять их свежими 6opnas
или создавать новые самостоятельные красногвардеіт
отряды и занимать новые боевые участей против кон
революции? — нервно спросил меня Ленин.
— Не нужно увлекаться. Революционных пропаг
дистов по деревням так мало, и они там так беспомощі
А там же сотни пропагандистов, тайных врагов революц
приезжают ежедневно. Ожидать от рев. пропагандист
что они создадут новые силы революции в деревнях и орга
зованно противопоставят их контр-революции, — во м
гих местах и в большинстве случаев не приходится. В
время — в заключение ответил я Ленину, — требует реі
тельных действий всех революционеров и во всех обласжизни и борьбы трудящихся. Не учитывать этого, — yf
на Украине, в особенности,—значит дать возможность кон
революции гетманщины свободно развивать и укрепл
свою власть.
Свердлов, глядя то на меня, то на Ленина, с неси
ваемым восторгом улыбался. Ленин же, сложивши пал
меж-палец кисти своих рук и нагнувши голову, о че>
дѵмал. Затем выпрямился и сказал мне:
_ Обо всем, что Вы мне сейчас осветили, прихоі
оя сожалеть. — А далее, поворачивая голову к Свердлс
добавил: — Реорганизовав красногвардейские отрядь
Красную Армию, мы идем по верному пути, к окон
тельной победе пролетариата над буржуазией.
Да, да, — быстро сказал'Свердлов.
Потом, Ленин спросил меня:Ч[— Чем вы думаете
няться в Москве?
Я ответил, что^здесь задержался не надолго: по рі

кю нашей повстанческой конференции, в Таганроге, я долен быть к первым числам июля на Украине.
— Нелегально?
— Да.
Ленин, обращаясь к Свердлову, говорит: — Анаристы всегда самоотверженны, идут на всякие жертвы;
), близорукие фанатики, пропускают настоящее для отданного будущего... И тут же просит меня не принимать
о на свой счет, говоря: — Вас, товарищ, я считаю челове)М реальности и кипучей злобы дня. Если бы таких анархиов-коммунистов была хотя бы одна треть в России, то мы,
оммунисты, готовы были бы итти с ними на известные
ловия и совместно работать на пользу свободной органиции производителей.
Я лично почувствовал, что начинаю благоговеть перед
ениным, которого недавно убежденно считал виновником
ізгрома анархических организаций в Москве, что послуило сигналом для разгрома их и во многих других гороX России. И я, глубоко в душе, начал стыдиться самого
бя, быстро ища подходящего ответа ему.
Я выпалил в него словами: — Анархисты-коммунисты
е дорожат революцией и ее достижениями; а это свидетельвует о том, что они с этой стороны все одинаковы...
' — Ну, этого вы нам не говорите, — сказал, смеясь,
нин: — Мы знаем анархистов не хуже вас. Большинство
них, если не ничего, то во всяком случае мало думают о
стоящем; а ведь оно так серьезно, что не подумать о нем
не определить своего положительного отношения к нему
волюционеру больше, чем позорно... Большинство анарістов думают и пишут о будущем, не понимая настоящего:
о и разделяет нас, коммунистов, с ними.
При последней фразе, Ленин поднялся со своего кресла
пройдясь взад и вперед по кабинету, добавил:
— Да, да, анархисты сильны мыслями о будущем; в
стоящем же они беспочвенны, жалки, исключительно пому, что они, в силу своей бессодерніательной фанатичности,
ально не имеют с этим будущим связи...
Свердлов усмехнулся и, обращаясь ко мне, сказал:
Вы этого отрицать не можете. Замечания Владимира
іьщіа верны.
- А разве анархисты когда-либо сознавали свою бес-

1 — 130 —

—14—
!ШШ-

почвенность в жизни «настоящего»? Они об этом никогда
не думают, — подхватил Ленин.
На все это я сказал Ленину и Свердлову,что я — пол
грамотный крестьянин, и о такой запутанной мысли об ана
хистах, какую тов. Ленин сейчас мне выражал, спорить
умею: — Но скажу, что Ваше, т. Ленин, утверждение. б\
то анархисты не понимают «настоящего», реально не имс
с ним связи, и т. п., — в корне ошибочно. Анархисты-ко
мунисты на Украине (или, так-как вы, коммунисты-боліыі
вики, стараетесь избегать слова Украина и называете
«югом России»), анархисты-коммунисты на этом «ю
России» дали уже слишком много доказательств тому, ч
они целиком связаны с «настоящим». Вся борьба революцпг
ной украинской деревни с Украинской Центральной Т
дой велась под идейным руководительством анархистов-ки
мунистов и отчасти русских эсеров (которые, правда, имс
совсем другие цели в своей борьбе с Радой, чем мы, auf
хисты-коммуиисты). Ваших большевиков по деревням сопе
почти нет; или, если есть, то их влияние там совсем ничтоѵш
Ведь почти все сельско-хозяйственныс коммуны и арте
на Украине были созданы по инициативе анархистов-ком*
нистов. А вооруженная борьба трудового населения Укр!
ны с вооруженной коитр-революцией вообще, и с коіп
революцией в лице экспедиционных немецко-австро-вепп
ских армий, была начата исключительно под идейным и (
ганизационным руководством анархистов - коммунист!
Правда, не в ваших партийных интересах признать все э
за нами, но это —факты, которые вы не можете опровергну
Вам, я думаю, хорошо известны, по численности и боеспос<
ности, все революционные отряды на Украине. Ибо не <п[
ста же вы мне подчеркивали революционное мужесті
с которым они так геройски защищали наши общие револ
ционные достижения... Из них добрая половина находил?
под анархическими знаменами. Ведь командиры отряд
— Мокроусов, М. Никифорова, Чередняк, Гарин, Черш
Лунев и многие другие, имена которых, чтобы перечес;
потребуют много времени,— они все анархисты-коммунист
Здесь л не говорю еще о себе лично, о группе, к которой
принадлежу и обо всех тех отрядах и «вольных батальон.'
защиты Революции, которые были нами созданы и котор
не могли быть неизвестными вашему высшему красногві

Аскому командованию... Все это достаточно убедительно
іворит о том, как ошибочно Ваше, товарищ Ленин, утверіение, что мы, анархисты-коммунисты, беспомощны, жалки
(Настоящем», хотя любим много думать о «будущем». Выше
іою сказанное не подлежит сомнению, оно верно, и оно
ворит обратное вашим заключениям о нас. Оно говорит
ел, в том числе и Вам, что мы, анархисты-коммунисты,
ем своим существом погрузились в «настоящее», рабоем в нем, и именно в нем ищем приближения нас к будудіу, о котором, да, мы думаем, и думаем серьезно...
В это время я взглянул на Председателя ВЦИК'а, т.
ердлова. Он покраснел, но улыбался мне.
Ленин же разводил руками и говорил: — Возможно,
о я ошибаюсь...
— Да, да, Вы, тов. Ленин, в данном случае жестоко
удили нас, анархистов-коммунистов, только потому, —
думаю, — что Вы плохо информированы об украинской
Иствительности и о нашей роли в ней, — заметил я ему.
— Может-быть. Я этого не отрицаю. Ошибаться свойіепно каждому человеку, в особенности в такой обстаиов,в какой мы находимся в настоящий момент, — твердил,
зводя руками, Ленин. И тут же, видя, что я немного разрвпичался, старался отцовски успокаивать меня, с утоніным мастерством переводя разговор на другую тему.
Но скверный, если можно так выразиться, характер мой,
it всем моем уважении к Ленину, которое я питал к нему
il данном разговоре, не позволил мне интересоваться
іьнейшим разговором с ним. Я чувствовал себя как-бы
іженным. И, вопреки сознанию, что передо мною сидит
ювек, с которым следовало бы о многом и многом погорчть, у которого многому можно научиться, настроение
е изменилось. Я не мог уже быть таким развязным в своему ответах, ибо почувствовал, ,что во мне что-то оборюсь, мне стало тяжело.
Нельзя сказать, чтобы этих быстрых перемен в моем
троении Ленин не заметил. Он их заметил и старался
орвать перемену во мне разговорами на совершенно
леченные темы. И, заметив, что я начал постепенно выслать свое настроение (я это чувствовал) и таять перед
красноречием, он вдруг, совершенно неожиданно для ме-

— 133 —

— Разве Вы не знаете? Теперь установлена между
ня, повторно спросил меня: - Итак, Вы хотите перебраты
осеней и Украиной граница. Она охраняется немецкими
нелегально на свою Украину?
Леками, — нервно заметил Ленин.
— Да Вы же считаете Украину «югом России». — заме— Желаете воспользоваться моим содействием?
д я ему.
— Очень даже, — ответил я.
— Считать — одно, товарищ, а в жизни видеть—другое,
Тогда Ленин обратился к Свердлову со словами:
ответил Ленин.
— Кто у нас непосредственно стоит теперь в бюро
Я на это ничего ему не возразил, так-как он продолжал:
Т. Карпенко Вы скажите, что я направил Вас к нему,
П е р е ^ е " Д о ™ е ™ л Г Тов. Карпенко, не то Затон«, ели будет сомневаться, пусть справится по моему телефоЛѵчше всего справиться.
. Адрес, где Вы можете видеть тов. Карпенко, такой-то.
* _ Позвоните, пожалуйста, и узнайте, — попрос.
И мы все трое поднялись, пожали друг другу руки,
его Ленин, а сам повернулся ко мне.
л т т л А п „, г
лттп
;рдечно — казалось — поблагодарили друг друга, и я вышел
В то время, как Свердлов звонил по телефону, спр Ленина, забыв даже напомнить Свердлову о том, чтобы
вляясь, кто - Затонский или Карпенко - непосредстве . распорядился по своему секретариату сделать нужную
но стоит у дела переправы людей на Украину для подпол •метку на моих документах, на право получения от Мосной работы, Ленин убеждал меня, что из его отношения , івета ордера на занятие бесплатной квартиры.
мне я должен заключить, что отношение партии коммун
Я быстро очутился во дворе Кремля, так же быстро
стов к анархистам не так уже враждебно: — И если на шел из него и пошел в номера, к тов. Бурцеву.
_ сказал Ленин, - пришлось энергично и без всяких се
тиментальных колебаний отобрать у а н а р х и с т о в с Мал
Дмитровки особняк, в котором они скрывали всех видні
московских и приезжих бандитов, то ответственны за это і
Глава
X I X .
мы, а сами анархисты с Малой Дмитровки. Впрочем, мы
теперь уже не беспокоим. Вы, вероятно, знаете: им раз
шено занять другое здание, там же, недалеко от Малой Дм ОИ ВСТРЕЧИ С НОВЫМИ ЛЮДЬМИ И Н О В Ы Е
тровки, и они свободно работают.
— А имеются ли у вас данные, — спросил я Ленин Ш Е Л Ы Е ВПЕЧАТЛЕНИЯ. МОИ ПРИГОТОВЛЕНИЯ
— которые уличали бы анархистов с Малой Дмитровк
К О Т ' Е З Д У НА УКРАИНУ.
что они скрывают у себя бандитов?
— Да Веер. Чрезвычайная Коммиссия их собрала
проверила. Иначе наша партия не позволила бы ей действ
Как я уже отмечал выше, тов. Бурцев тяготился тем,
вать, — ответил Ленин.
„„„«„,,,
мы зажились в заведуемых им номерах. Тяготился он
В это время к нам снова подсел Свердлов и сообщ ми, быть-может, потому, что свихнулся в сторону левой
что непосредственно у дела стоит тов. Карпенко, но тп еровщины, в гущу которой он попал по приезде на IV
«российский С'езд Советов, в качестве делегата от одного
Затонский тоже в курсе всех этих дел.
л і > о І Л „„, чя
Ленин тотчас же подхватил: — Так вот, товарищ, за крестьянских районов Смоленской губернии. В крестьяндите завтра, после завтра, или когда найдете это нужным оіі секции ВЦИК'а Советов он и был избран заведывать
тов. Карпенко и попросите у него все что Вам нужно д. номерами, в которых жили как постоянные, так и приезнелегальной поездки на Украину. Он Вам укажет и наде зющие и от'езжающие члены этой секции. А может-быть,
что-либо другое побуждало его тяготиться тем, что неный маршрут через границу.
— Какую границу? — спросил я его.

— 135 —

4

— 49 —

сколько товарищей (и ие все постоянно) у него жили... Тру;
но было выяснить это, а он сам ничего не говорил. Поэт
му итти к нему мне было тяжело. Однако, и не пойти исд
зя было, так-как мне нужен был тов. Аршинов, которо:
можно было найти только у Бурцева... Я пошел. И, к рад
сти моей, застал тов. Бурцева в хорошем расположен!
духа. Он меня встретил с распростертыми об'ятиями. Рассі
зал мне, что много крестьян приехало из провинции, прщі
зли и ему хлеба (которого в то время в Москве трудно бы,
достать: его не хватало; поэтому только чиновники прав
тельственных учреждений получали его; рабочие же и, те
более, обыватели получали по карточкам, вместо хлеба
ледку или крупу). Дружески справился он о том, голоде
ли я, и накормил меня.
На вопрос мой, здесь ли ночевал тов. Аршинов, и СКО|
ли он будет тут, тов. Бурцев ответил, уто трудно сказат:
когда придет, — не раньше ночи, во всяком случае. И,
особым недовольством, начал рассказывать мне, что вс
наши товарищи ни черта не делают. Все поделались лептя
ями: проводят время от 12-2 часов дня после обеда, до 12
часов ночи, где-либо по паркам, а остальное время за спол
— Конечно, ты и тов. Аршинова к этим лентяям причп
ляешь? — спросил я тов. Бурцева.
Ответ последовал: — Да.
— ІТо ведь он же занимается изданием книжек Кр<
поткина, — возразил я Бурцеву.
— Разве это работа?... Книжечки по месяцу, по д
лежат в типографии, — ответил Бурцев.
Этому неожиданному для меня мнению тов. Бурцев
о том, перед кем он прежде преклонялся, я не придал знач
ния, ибо я видел тов. Аршинова за работой в качестве секр
таря «Союза Идейной Пропаганды Анархизма». Хотя эта р
бота мне лично (да и вообще, для того момента революцні
казалась праздной, но Аршинова и его сотоварищей — Р
щина, Борового, Саидомирского и других — она, очевидн
удовлетворяла.
Однако, как бы легко я ни отнесся к словам тов. Бу|
цева, дышавшим гневом, рассуждения его подчеркнули ш
мои собственные выводы после наблюдений во многих гс
родах, в том числе и в Москве, за положением и развитие
нашего анархическаго движения в то время. Я сравним

— 136 —

го и другое с тем влиянием анархизма, которое мне хотелось
бы видеть, если не на самый ход событий, то хотя бы на руюіюдителей этими событиями... Рассказ Бурцева глубоко
аиечатлелся в моей душе, что я заметил, как только ушел
)г него на ночлег к тов. Маслову, где мог вспомнить его и
іродумать...
На другой д е н » я опять зашел к Бурцеву, где и встрепл тов. Аршинова. Оба они, и Бурцев, и Аршинов, выраІ І Л И мне свое удивление, почему я не прихожу к ним ночеіать. Ответив на их вопрос, я сказал тов. Аршинову, что был '
• «богов», в Кремле. Но он особенного значения этому не
ридал, и я прекратил разговор, заявив, что в ближайшие
ни выезжаю на Украину.
Этим последним вопросом тов. Аршинов интересовал. Мы обсуждали его, начиная с первой же встречи нашей
приезде моем в Москву, и теперь еще живей принялись
1 него. Аршинов заручился от меня согласием на то, что
зная, в каком положении находится наше движение в
оскве вообще, и в «Союзе Идейной Пропаганды Анартаіа» в частности, не буду забывать поддерживать его,
впжение, в финансовом отношении. И я ушел в город —
:кать адреса тех, у кого можно было получить паспорт
Украины, способствующий ^совершенно свободно перейРусско-Украинскую — Гетманско-Немецкую границу.
Ленин направил меня за содействием по адресу какогоКарпеико. Встреча же моя с тов. Михайлевичем, Предедателем Александровского Уездного
Революционного
іо.митета, и беседа с ним о возвращении моем на Украину
о.могли мне уяснить конспиративный характер выдачи
аслортов из местностей, занятых теперь немцами и гет-;
анщиной. Дело это сосредоточивалось в руках тов. За- '
шского. Поэтому я, с тов. Михайлевичем, и направился к
атонскому.
Михайлевич имел к нему какое-то еще свое дело и поел вперед, а через несколько минут позвал и меня. Он
рекомендовал меня Затонскому, как своего хорошего знамого и человека, известного на революционном поприще
деревне, на Украине.
Затонский, стоя, выслушал меня о том, чего я от него
чу. Я об'яснил ему, что он, как член Украинского Советого Правительства, может и должен дать мне надлежащий

— 119 —

паспорт из местности, оккупированной немецко-австриіі
скими армиями, чтобы я мог свободно перебраться в Харь, вторые, по-моему, должны были быть убиты в первый же
іень нашего освобождения. Такое убийство не вызвало бы
ковском направлении через границу на Украину.
m у кого из нас, — тех политических каторжан, которые
Он долго, с особым интересом расспрашивал меня
іе имели ни денег, ни склонности подкупать этих палачей
в какой район я думаю пробираться; знаю ли, что путі
как это делала вся почти, и всех политических группировок
мой связан с большим риском и, главным образом, не в по
официальная интеллигенция), — ни боли, ни печали. Все
граничной полосе и не на самой границе* а внутри Украины
ыли бы довольны тем, что революция не прощает никому
и т. д.
лодейских преступлений по отношению к ее сынам. СейНа все это я ему ответил, что все это мною продумано
сейЗатем, перебросившись несколькими фразами чисто от |ас же, когда время прошло, революция торжествует,
влеченного характера со мною и с Михайлевичем, он по Іас смерть, как и жизнь, этих негодяев, казались мне безразіичными... С таким решением я вышел от тов. Ягодзинского
просил меня зайти к нему на другой день...
I поспешил отправиться на митинг J1. Троцкого, которым
;ак оратором, увлекался не только я, за время своего пре-.
ывания в Москве, но и многие друзья и противники его.
I, нужно сказать правду, он этого заслуживал. Его речей^
В ожидании завтрашнего дня, я использовал время .
ельзя было равнять ни с речами щелкопера Зиновьева
разыскал польского социалиста — друга своего по каторі с
Речами Бухарина. Он умел говорить, и им можно было
ге — Петра Ягодзинского, где встретился с Махайскн
'влекаться. Правда, этому много помогало особо острое в
(основоположником особого рода теории и формы клас
Ьіысле боевизма партии большевиков, время.
вой борьбы трудящихся с капиталом). У Ягодзинского
В этот же день я встретился с тов. Ривой, которая
и провел время за взаимным рассказом о том, кто из на
и наших друзей по каторге за что взялся по возвращеш іне казалось, была ответственным членом Мариупольской
руппы анархистов-коммунистов: таковой ее считали и друв свои местности.
ие члены этой группы, которые, вместе с нею и со мною
Здесь же я узнал, что следственная комиссия из бывши:
(г самого Ростова, ехали вглубь России. Лишь в Астрахани
политических Московской каторги при Чека обратилас
ч раз'ехались. Она держалась своих друзей и с ними зако всем узникам этой каторги с предложением сообщить е
ряла в Астрахани.
данные, какие у кого имеются, о деспотах надзирателя
Теперь она перебралась в Москву. Хороший была токаторги. Последние были по распоряжению чека переар
рищ, но как-то быстро покатилась по наклонной плоскостоваиы и теперь находились под следствием.
ш от анархизма к большевизму, нашла себе друга большеПомню, во мне закипело чувство гнева по отношении ика и затерялась в рядах большевиков до полного революк этим деспотам-надзирателям и зародилось желание п іионно-политического обезличения...
мстить им. Я думал пойти в эту следственную комиссию
Поздним вечером возвратился я на ночлег к Бурцеву
дать о многих из них свои показания. Но мысли эти разлі
тались в клочья, когда я сосредоточивался на вопросе: до оторый, сверх ожидания, встретил меня дружески. Тов
пустимо ли революционеру-анархисту питать в себе такт фшинова еще не было. Я улегся спать.
На утро я опять пошел к тов. Затонскому. Теперь
чувства к тем, которые побеждены революцией? Я ответа
себе: — Нет. Я допускаю месть, и жестокую месть, тольк и был более определенен. Расспросил меня более основано отношению к тем, кто являются виновниками стро? ельно о том, почему я стремлюсь в село, а не в город. Сообне могущего обойтись без тюрем. Этот вывод заставил мен щил мне, что тов. Михайлевич отрекомендовал ему меня с
воздержаться от участия с другими политическими като] чень хорошей стороны. На этом основании, он, дескать
жанами в обвинении даже тех деспотов, тюремных палачеі рворит со мною совершенно откровенно. Предлагал связи
Харькове. — Ведь если Вы поедете на Украину с целью

— 138 —

4

— 49 —

организации боевых повстанческих групп против немецких
войск и гетмана, — говорил мне Загонский, — то Харьков Іолучить паспорт, мучило меня, в особенности, когда я
\ ский район самый подходящий для этого. И сейчас все анар встречал то тех, то других приезжих в Москву революциохисты и большевики обращают внимание на этот район.. неров, которые, чуть не все, беззастенчиво лицемерили »
На откровенность Затонского я ответил ему, что ника Кто они озабочены судьбами революции на Украине и жили' 1
кими посторонними обязанностями я свой путь на Украинч •кили, ничего или почти ниего не делая; жили, как достойне могу загромождать. Ни в одном городе задерживатьсі]ные бойцы после неравной, но успешной борьбы с врагами.
не могу и не хочу. Направляюсь на Запорожье — в села К особенности так жили люди из правительственных партий
где я со своими товарищами слишком много поработали Іолыпевиков и лев .-социалистов-революционеров. Противи могу глубоко верить и питать надежды, что мое присут]Іо было смотреть на все это лицемерие. Но выйти из его пошствие и готовность ко всяким жертвам там в настоящее вреі Іого- омута, чтобы не замечать его, хотя бы среди своих
мя принесут пользу для Украинской Революции.
Ілизких, нельзя было. Кольцо его слишком крепко охваты— Гм... гм... Ну, тогда скажите: на какое имя и фампіІало в это время жизнь Москвы, и из него можно было
лию вы хотите сделать себе паспорт? — спросил меня Затон]Іыбраться только, покинув Москву, эту бестолково-шумную
ский.
JМоскву, подлинно-революционный дух которой в это время
Я ему написал: Иван Яковлевич Шепель, Матвее-Кур]Постепенно уже замирал во властническом политическом
ганской волости, Таганрогского округа, Екатер. губерннні руговороте... можно сказать, растерянную Москву, к ко— Учитель. — Офицер.
"
9 орой я питал особую злобу, как к содержанке тысяч путав— Почему же вы избрали такую отдаленную от ЗаноІшихся в ней бездельников, не перестававших не только
рожья местность?
"
'
I мстить, но и орать во все горло о себе, как о неустанных
Я ответил: — Чтобы отвести всякое желание у пограничі роотниках движения.
ных властей подозревать меня, что я из тех районов, где реКогда по деревням и другим городам в них нуждаволюция имела наиболее яркое свое практическое выражение, юсь; когда там они могли бы, если не сделаться действительи чтобы не погибнуть прежде достигнутой цели.
р неустанными работниками нашего движения, то, по крайЗатоиский засмеялся и сказал: «Верно».И тут же попро іеіі мере, стать полезными для него и для тех, силой которых
сил меня зайти к нему за паспортом чрез два дня.
іаше движение ставит себе задачу осуществить исторические
Это меня несколько смутило, но делать было нечего «ли революции, — многие и многие из нас, анархистов,
Я попращался с ним и ушел.
- в особенности чуть-чуть теоретически определившихся]
Казалось, что я не получу этого паспорта и застряну! - попусту тратили время на ложные потуги отыскать в анаресли не в самой Москве, то в каком-либо другом городе на изме что-то сверх-совершенное, чему нет места в жизни напродолжительное время. А июль месяц надвигался быстро! гоящего. Место ему, дескать, только в будущем, и то неизи не быть в первых его числах в Гуляй-Поле, или где-либа ÏCTHO, в каких формах. Эти бессодержательные для рабопо близости от него, это значило не выполнить нашего, Гу-І то революционного анархизма потуги исказили самый
ляй-Польцев-революционеров, Таганрогского по станов ле|чысл и содержание анархистского действия в революния и впасть в общую болезнь — отделиться от всех и вся р х «настоящего». Благодаря им, анархист должен теперь
и в одиночку путаться из города в город, бесстыдно лине-І рнавать свое организационное ничтожество, несмотря на
меря перед незнающими тебя, будто ты раз'езжаешь с каі р, что был одним из первых предвозвестников идеи социальким-то поручением, будто ты чем-то занят и что-то делаешш ной революции, и по долгу должен бы был не только моральв этом своем шатании. Этой болезни я не мог терпеть; всея ri, но и организационно оправдать ее зачатки, дать толчек
своим существом я презирал ее. Поэтому ожидание, поні [дальнейшему их развитию и углублению. Да неужели же
пройдут эти два дня, по истечении которых я должен будд Г Т А " Б У Д Е Т и там, куда я лечу, чтобы страдать и радоватьI в борьбе за освобождение угнетенных?

— 141 —

4

— 49 —

Нет! Нет! В Украинской действительности, повторны •ромной части городского пролетариата России и Украиэтап революции пойдет, хотя и более резким, но зато и бс мысли о необходимости «своей» государственной полилее верным путем, — думал я в последние минуты пере еской власти и ее диктатуры, именно в духе толкований
выездом из Москвы. Здесь революция приняла окончатель или других политических партий. Во имя этой власти,
но бумажный характер: все ее дело проводится по
гь пролетариата, которая сама коренным образом ничекрету. Но Украинские труженики, наученные горьки; гзменить не может (это ей одной не под силу), разбивает
опытом, будут избегать этого, и революция будет подлини нство всего трудового организма. Во имя нее же, эта часть
трудовой революцией; социальные вехи ее неминуемо доля летариата создает новые, яко-бы «пролетарские» кадры,
ны принять глубоко революционный характер; и это пома фшает поход против не согласившихся с него, хотя и
жет труженикам деревни и города смести на своем пути вес вредящих ей; или борется зачастую за то, что в недапартийный политический авантюризм. При этом, перед ;ом будущем, во имя свободы, вольного труда и равенства,
мною беглой вереницей проходили все с'езды, собрани іа же будет отбрасывать в сторону, как хлам, искусственмитинги — анархистов, большевиков, левых эсеров... Я m вызванный к жизни в момент революции, которая сама
гружался целиком в самого себя. Многое мешало мне, oj первыми своими практическими шагами показала, что
нако, полностью останавливаться на всем, что приковыва перешагнула через этот хлам и движется вперед. Благомое внимание. Поэтому все мои воспоминания носили отрі ія всем этим явлениям, в тружеников деревни и города
вочный характер. Так, например, я сосредоточился на с'е временем закрадывается (и развивается) недоверие одде текстильщиков. Я вспомнил, как представители рабочп : к другим. И, благодаря ему же, труженики всегда, в
разрешали те или другие вопросы, хотя и от имени своеі ультате всех своих исторических битв с властью капикласса, но не его подлинной волей, а волей политически
и его слуги — государства, оставались в плену этой
партий, из которых, как известно, каждая, хотя и счита; І С Т И .
себя представительницей пролетарского класса, но
своему и, прежде всего, в своих партийных интересах, ік Идеологи политического авантюризма, по которому равнимала и истолковывала его цели и обязанности в момеі тся почти все их принципиальное отношение к каждому
строительства
социалистического
государства (котор ободительному движению тружеников, подхватывают это
истолковывают
ему, пролетариату, нужно, как пятое колесо в телеге), оверие одних тружеников к другим,
понимание и истолковывание это в умах и устах политич ічины, вызвавшие его, в ложном виде, и на нем строят
партийные программы, указывающие труженикам,
ских партий сводилось к тому, что пролетариат должен со
только следуя их положениям, можно рыскать, прадать себе власть и надеяться, и оншдать, что она, эта в ласт
создаст для него новые условия свободы и радости в жизн іьно понять и устранить причины этого недоверия. ГородА это, по-моему, во-первых, резко отмежевывало пролетари »й пролетариат, а также и трудовое крестьянство, потеи его цели в революции от трудового крестьянства, без взаи І свою целость, — то трудовое единство, из которого единного сотрудничества с которым трудовая жизнь и класс енно можно было бы черпать силу для общей и великой
вая борьба за нее не могут достичь своих целей настольк рьбы за общее и полное свое освобождение, за сиоевременвзаимную поддержку и за знание, — поддаются на эту
чтобы не дать места внутри себя политической и даже экон
мической реакции пролетариев города против пролетари )чку политического авантюризма и бросаются в об'ятия
деревни. Во-вторых же, такое автоматическое подчинеш или другой политической партии, вспоенной и воспитанпролетариев вообще, как класса, каким бы то ни было пол на этом авантюризме. Тем самым пролетариат и крестьянтическим партиям отдает его этим партиям на самое позо ю дробят, распыляют свой трудовой фронт, обессиливаное издевательство, как в духовном, так и в физическс свою классовую мощь, за счет которой все, кому только
отношениях. Это соответствует зарождению и развитп тень, и во всех отношениях, живут и наживаются во бласвое, своих близких, но только не на благо рабочих и кре-

— 142 —

4

— 49 —

стьян. Правда, устои этой подлости революция пошагн серьезно никогда не задумывались. Не задумываются
в корне. Но уничтожит ли она их совсем, это — вон и над последствиями своих действий в русской революсами своими «успехами», они увлекают
на который я не могу ответить утвердительно теперь, щ Увлекаясь
и с л е п о и м доверившиеся трудовые массы, увлекая проехал десятки городов и побывал в самом сердце
городов — их политическом руководителе — Москве, асто в такой омут сумятицы и неопределенностей, котоТавижу, как слабы, ничтожны, да к тому еще и неоргані II сами не в состоянии ни понять, ни расхлебать
ііоложение
я
сейчас
лично
наблюдаю
и
думаю,
что
его
ваны те наши общие революционные силы, которые са
историей, казалось, были призваны в революцию, чтобы іе чувствуют в эти июньские дни 18 года в России, не
вести ее из буржуазно-политического тупика на прос то в рядах широкой трудовой массы, но и внутри самого
революционно-социального действия. Простором этого шевистско-лево-эсеровского блока, когда, с одной стоствия завладели политические партии. Они не задумыва вильгельм Второй, через своего посланника Мирбася серьезно ни над временем, ни над его подлинными через самих большевиков, ставит препятствия развитию
Революции, а, с другой стороны, пролетариат и кребованиями. На их долю выпало стать во главе революн
Правда, революция эта чревата последствиями; но, п іство на всех своих Сездах требуют для революции
что, они хозяева и властители дум широких трудовых м: кого простора. Хотя, благодаря этому, большевистскоОни уродуют эти думы и направляют по своему партиин эсеровский блок и дал окончательную трещину и
руслу, считая все это, ввиду таких-то и таких-то при о ожидать боя, но это обстоятельство не может стереть
преступления, какое этот блок уже совершил по отно(как они обыкновенно выражаются), неизбежным,
необходимым.
0 к широким трудовым массам, которыми и во имя ко; революция совершалась.
То обстоятельство, что двум политическим партиям 'ак думалось мне. И еще задумывался я над тем, что бубольшевиков и левых-эсеров — посчастливилось стать •огда широкие трудовые массы, которые так искренно
главе революции; что эти партии умело подошли к широ: боко верили в чистоту принципов октябрской револютрудовым массам в деревне и городе и организованно ОЕ узнают, как эти принципы попираются в Москве
дели ими, — это обстоятельство в значительной степ орой, как к духовному центру, они все-таки прислушипомогло им лишить профессиональные союзы, фабри ь. ведь им легко будет убедиться в том, в чем теперь
заводские комитеты и производственные кооперативы т тся я, т.-е., что, совершая революцию, борясь и умидящихся возможности развиваться в духе подлинной ре
люционной хозяйственности, возможности создать из э 1 нее, они прежде всего приносят пользу политическим
организаций исходный пункт и операционную базу, ям, которые управляются особой интеллигентской
а последняя, по самому существу своих специфичебы двигаться вперед в борьбе с контр-революцией, опрс
ленно осознавая свои цели, предостерегая себя от нсдс кастовых интересов, чужда тех идеалов широких трутов и ошибок. Весь политический путь революции де. масс, во имя которых последние совершают револю
профессиональные союзы, фабрично-заводские комитете Jтешал я себя тем аргументом,"что таков историчевС!ікои
революции, кроме подлинно
социальной
производственные кооперативы трудящихся, а также и
мих трудящихся, не только бессильными, но и неспособ о последняя в своем стихийном беге сметает всякий
ми без опеки политических партий и их государствен ическии авантюризм — прежде чем переходит на свой
быть-может
власти самостоятельно отвоевывать себе право на соцпа Шционныи созидательный путь. Это,
результаты.
ную независимость, самостоятельно отвергать одни ітр wem ее положительные
ципы во имя других, наиболее отвечающих характеру рс период развития Социальной Революции, — думал я
— политические авантюристы со своей демагогией
люции.
больше всего в ее хвосте. А те из них, которые
Политические партии, даже самые левые из них,

— 14 —

1 — 144 —

ю

зды, эти местные, хозяйственные и общественные органы
вместе с массами, но и со своими лукавыми намерени юуправления устанавливают общую схему порядка и
ппи всей их хитрости, зачастую погибают на этом пу •повой взаимности между собою. Создают учетно-статистиИ л и ш ь т " революционеры, кто вступает в. ряды борющ кое, распределительное и посредническое федеративное
)о, вокруг которого тесно об'единяются и при помощи
^лиДгрупп иСнеНкак
S S S ^ T S S w S ^ ^ i •орого, в интересах всей страны, всего ее свободного труз а ч а с т у ю
выигрывают вместе с массой или, если ноги ого народа, согласовывают, на поприще всестороннего
?о оставляют глубокие, даже неизгладимые следы для пально-общественного строительства, свою работу.
Над практическим осуществлением вольного советско- \
Д У Щ 1 Б ы л Г л и такими образцами в стихийно^, беге ру,
строя я часто задумывался. Часто болел из-за того, что
•революции: из большевиков - Ленин ^ о щ ^ и й , 'Свср іел, как все в то время шло по ложному пути и этим говоло мне, что, чтобы разрушить этот ложный путь, нужны
шкие усилия и жертвы трудящихся, которые одни только
югут это сделать. Но они к этому неподготовлены. Более
о, они от этого своего прямого дела уже отведены поли^^на^хистов 1 1 — Т А. Й 'Борово^,°Ро№^, Атабек^ян,
шіами-государственниками в сторону и прикованы к
іу этих политиканов. Вместо воли, началась коваться
оля самими трудящимися и для самих себя. Политиканыцгалисты и коммунисты-государственники, стоявшие во
о себе сами, непосредственно у себя на местах^ Тепер ве на этом ложном пути революции и приведшие трудяхся к партийному повиновению, довольны своими успелі. Широкие же трудовые массы, которыми и во имя котоГа М Укр?и Р нГи
X совершалась революция, этого чисто политического
ольства политиканов не могут заметить и еще решительотдают свои права на свободу и независимость в жизни
борьбе за новые общественные идеалы, самих себя, свою
Р е Т Ь в Г у Г ^ я Г с Ѵ в =
ізнь под опеку этим поистине зарвавшимся вершителям
лия самого трудового народа, создать на Украине цсб трудящегося люда.
строй жизни,
И опять, размышляя об этом, я находил некоторое усГде не было бы ни рабства,
«оение в своей глубокой вере в то, что на Украине, при ноНи лжи, ни позора!
оживлении революции, труженики будут осмотрительНи презренных божеств, ни цепей,
и не отдадут себя и свое прямое дело под опеку поли?де не купишь за злато любви и простора,
канов. Волнуемый этой верой и вытекавшими из иее паГде лишь правда и правда людей...
ікдами, что я сам буду работать в этом направлении, буработать все мои друзья и идейные товарищи, я решил
Такой строй в настоящее время я мыслил впо;п одного лишнего дня не оставаться в Москве. Решил зайк тов. Затонскому, спросить его, приготовил ли он обещанмне украинские документы, и получить их, если они
»готовлены; если же нет, в тот же день уехать в направлег. Курска.
HTÎVT

3 K T Ä = K S = = = T b
там

" Ѵ е ^ Г с в Г р к й Г н Г ' " о б л а е т , „ н е ' „ о6 Щ е-„ацио,

Затонский принял меня на сей раз совсем по-товарище— 147 —

было бы лучше и правильнее, если бы я сказал ему, что
ски. Сообщил, что документы сделаны и тут же вручил власть мешает нам создать что-либо большое и серьезмне.
. И это соображение меня успокаивало.
Затем мы долго говорили об Украине, о ее революцп
ных районах и т. п. Он еще раз предложил мне останов]
ся в Харькове, где я могу, по его заверениям, встрст
Г л а в а
X X .
многих анархистов и хороших работников-большевіп
и откуда действительно может начаться серьезная рево
ционная работа против немецко-гетманской реакции
В ДОРОГЕ НА УКРАИНУ.
Я и на этот раз заявил Затонскому, что я обуслов,
большой ответственностью быть в первых числах июля
Итак, распрощавшись с товарищами-москвичами, я в
сяца в Запорожье, в селах, и спешу только туда. Всякая ровождении тов. Аршинова отправился 29 июня 1918 г*
задержка может дурно отразиться на работе, начатой Курский вокзал в Москве. Здесь, в ожидании поезда на
ми, анархо-коммуиистами.
рек, т. Аршинов еще раз напомнил мне, чтобы я, если блаЗатонский засмеялся и сказал: — Разве анархисты олучно доберусь до места, не забывал страждущей матесобны организовать что-нибудь серьезно и в большом
льно анархической Москвы. Конечно, он имел в виду
штабе? Анархисты способны только разрушать...
анном случае, анархическую Москву в лице «Союза
— По вашей демагогии, — ответил я ему, и тут іной пропаганды анархизма», и только это меня удержидобавил: — Когда-либо увидите, что мы способны и со: 0 чтобы не разразиться по адресу анархической наезвать.
1 Москвы руганью за ее бессодержательное, пустое бол-г
Он пожелал мне хорошего успеха, и я вышел от и не вдали от живой, плодотворной работы среди крестьян,
Лишь идя по дороге от Затонского, я искренне сам держанно и с чувством сознания анархической обязаннопризнался, что я переборвщл, сказав, что мы спосоі помогать всем, чем можешь, движению, ответил ему
создавать. Как организация, мы, анархисты, ни на что сер помогать буду, если буду жив...
ное и в широком масштабе в это время способны не бы А когда поезд подошел, тов. Аршинов помог мне влезть
Это убедительно говорил мне каждый шаг моих дерзких агон, и мы, распрощавшись, расстались, мне казалось
пыток увидеть, что наша анархическая организация СД( сегда; ибо я, и по своему темпераменту, и по своему сола по городам за этот период революции. Я ничего не з шно, считал долгом быть в этот грозный для революции
тил, потому что ничего и не было. Все разрозненные по ент среди масс, в самой их гуще. Я сознавал ответственки многих анархических групп заложить прочный фу» " за возможное поранение революции, хоть и в разной
мент нового свободного строя на совершенно новых н
и, но за всеми революционерами, и мне казался пролах, без государства и его инициативы, потерпели пол иым слет анархистов в Москву и бессодержательное
поражение только потому, что они были едиными и ново Toe шатанье по ней. Передо мной во всей своей ясности
стными попытками. Порознь, они легко, и с надеяідоіі, ли простые и, хотя злобные, но правдивые слова П. Бурне повторятся, властью разрушались. Противостоять
о том, что большинство, если не все приезжие наши тому. гнусному делу революционной власти они не мо шш в Москву путаются в ней почти без дела, или, если и
своими разрозненными силами. А единой и мощной орп і'тся за какое-либо дело, то только от стыда перед своим
зации, которая знала бы, чего она хочет и как действоі ГИ:ивником, и часто для того лишь, чтобы не пухнуть с
среди тех безыменных крестьян и рабочих-революцноне]
которыми выносится вся тяжесть событий, мы, анархін ff
краснел перед самим собою за подобнного рода явлене имели и, пока-что, не имеем. Впрочем, человеку-лолі
кану я сказал, что мы способны создавать, думал я даль в наших рядах. И если что-либо меня утешало, так это

— 149 —

4

— 49 —

полнота веры в то, что, если мне удастСя пробраться на M•ине мои друзья так много рассказывали, сдавливало мне
раину в Гуляй-Польский район, и если удастся также [горло и леденило мозг.
Хотелось мне разыскать анархическое бюро, повидатьостальным моим товарищам пробраться к Гуляй-Полю 1
устроить хорошее общение с крестьянами и рабочими ГулгіІся с анархистами, узнать, уничтожены ли надзиратели и наПоля и района, наша организационная и боевая pa6dчальство этой каторги. Чувствовалось, что было бы легче
\будет освобождена от случайных элементов и примет coed•на душе, если бы знал, что революция этим палачам не прошенно новый вид, как по форме, так и по практическо Істила за их подлые злодейства. Однако, анархистов я в Opсодержанию: вид борьбы против контр-революции, за іідеіi n e не нашел: революционная власть большевико-лево-эсесвободы, равенства и вольного труда.
|Іровского блока дико плясала на мертвом теле революции,
Ікак везде.
Утешаясь этим, я чувствовал себя, несмотря на тесно!
На другой день, ночью, я был уже в г. Курске. Здесь яѴ
духоту и вонь в вагоне, лучше, чем в Москве, — этой собді!
•встретил много анархистов и большевиков. Все они готовинительной издали и как-будто способной чему-то научіі
лись к от'езду на Украину. Они были несколько смелее
Москве, из которой я теперь бежал на простор жнві• меня насчет от'езда. Они имели связи и проводников. Не быдействия украинской революционной деревни. На этом піІли они стеснены и материально.
сторе, в гуще тех, кто способен его создать и на его основам1
В Курске я пробыл недолго. Я побывал там, где долзакладывать фундамент новой жизни, я найду духовное уіІікен был встретиться с Веретельником и другими товаривлетворение, — говорил я себе, — и уносился мыслыіщами и, как только выяснил, что их никого еще не было,
нему, к этому простору...
! Ін сейчас же направился к границе по направлению г. Белг
Так, с полным чувством увлечения и неописуемой Iгорода. Высадился я на ст. Беленикино и> по дороге от нее
дости, я доехал до г. Орла. Здесь поезд задержался. ЯІ|к границе, встретился, в тысячной толпе мешечников и люутерпел и вышел из вагона, а потом уже, за давкой, не іІцсй других профессий, со многими гуляй-польцами. Один из
попасть в него и остался на целые сутки в Орле.
|Іиих — сын одной хорошо знакомой мне еврейской семьи,
Побродил по этому городу. Он многое напоминал IІнекий Шапиро — бросился мне на шею. Он многое сообщил
собою. Ведь это — город, в котором, при самодержа jІмне о положении крестьян в Гуляй-Поле, ни словом, конечглупого Николая IIРоманова, существовала каторга. На э|но, не заикнувшись о гнусной провокаторской роли еврей-у
каторге, в особенности, не было предела разнузданности![ской роты вольного Гуляй-Польского батальона, благодаря
отношению политкаторжан. Дух антисемитизма здесь I[первым, инициативным действиям которой, под руководля л в той мере, в какой только смогли проявлять его уи|ством агентов Украинской Центральной Рады и немцев,
вители каторги, начиная от начальника и кончая темным! гуляй-польские крестьяне попали в это тяжелое положение.
вежественным надзирателем — ключевым или постоя
От этого Шапиро и ряда других еврейских парней я узу дверей камер, при выходе на прогулки, на самой прогі нал, что дом моей матери сожжен немецкой и украинской влаке. Это в Орловской каторге чуть не каждого прибываюи|стями. Старший мой брат, Емельян, который, как инвалид
в нее политкаторн«анина, под воротами, спрашивали: — Ж! войны, не принимал никакого участия в политической ор— И если отвечал: — Нет, заставляли показать крест!ганизации, расстрелян. Другой старший брат, Савва, который
когда не оказывалось последнего, били, приговарии участвовал в революционном движении с 1907 года, как толь— Скрывает, мерзавец, свое жидовство. — Били до тех я ко возвратился после нашей таганрогской конференции, тотпока не срывали с него арестантского костюма и не уоенЯ час же был схвачен и посажен в Александровскую тюрьму.
лись на половом члене. Но и в этом случае били, только« •За мое отсутствие из Гуляй-Поля, немцами / совершено мноперь уже за то, что не носит креста...
I го расстрелов, главным образом крестьян-анархистов. А
Одно воспоминание об Орловском Централе, о котош мать моя скитается по чужим квартирам.-.,.

— 150 —

— 119 —

Эта коротенькая весть о жизйи в Гуляй-Поле так Повлияла на меня, что я душевно заболел. Я способен был на то,
чтобы возвратиться в Москву, — в ту самую Москву, которую
я, возненавидел за мое пребывание в ней. Это смятенное
состояние еще более усиливало боль моей души. Я остановился на дороге. Толпы народа шли беспрерывно из Украины
в Россию с.радостными улыбающимися лицами, видимо потому, что благополучно пронесли что-то с собой через граничуДолго я раздумывал. Гуляй-ІІольцы, с которыми я
встретился на этом месте, уходя от меня, не советовали
мне пробираться на Украину. Но разум диктовал мне
совершенно противоположное. Он напоминал мне ответственность мою перед тем, что я наметил, будучи еще в Гуляй-Поле, что формулировал особо выразительно на Таганрогской конференции гуляй-польцев, и что целиком было конференцией принято. Ведь во имя этого решения я еду на Украину. Я переборол свое чувство боли, подбодрил себя мыслью, что кому-либо нужно было умирать и из моего рода
за освободительные идеи народа, но что смерть их, рано или
поздно, вызовет за собою взаимные смерти, я в этом клянусь
перед своей совестью. И я, упоенный этой мыслью, тронулся дальше в путь.
Теперь я больше ни о чем другом не думал, как о том,
чтобы благополучно пройти мимо немецких пограничных
пикетов. Я нанял, по примеру других, подводу, положил
свой чемодан, сам уселся в нее и спокойно, по праву гражданина Гетмано-Немецкой Украины, проехал пикеты Красноіі
Армии и немецкие пикеты.
Дорога была удачная. Никто никого не трогал. Я освободил своего подводчика, поставил чемодан и сел на него,
чтобы отдохнуть, только потому, что так делали все переезжавшие.
Освободившись быстро от мысли, что за мной могут следить, я подошел к одному, к другому из граждан, чтобы узнать, какая и где же находится станция. Все указывали назад, на ст. Беленикино, находящуюся в зоне красных. Этой
же станции, где мы сидели, никто не знает. Перестал и я заботиться о том, чтобы узнать ее название. Тем более, что я
ynte узнал, что поезд из Белгорода подойдет к этому месту,
где сидят «пассажиры», и мы здесь будем садиться в него.

В скороіи времени, поезда один за другим начали ПоДодить, забирать пассаншров и отправляться обратно в Белород и далее, до Харькова.
Пассажиров было очень много. Поезда наполнялись
0 мгновение ока через двери и через окна вагонов. На крыіах вагонов было также полно. Я поджидал случая, что мне
дастся попасть в вагон через дверь, и осталвя на месте
осадки до самой ночи. Правда, были вагоны желе£нодорон{ых служащих, в которых место было, но немецкие власти зарещали им брать к себе пассажиров. Кроме того, железноорожные служащие гетманского царства поделались та-'
ими «украинцами», что на вопросы, обращенные к ним на.
усском языке, совсем не отвечали.
H например, хотел от них узнать, идет ли этот эшелон и
шее, из г. Белгорода. Мне пришлось подходить к целому
иду вагонов, но ни один из железнодороншиков на мой ворос ни слова не ответил. И только позже, когда я, истомленый, проходил обратно рядом с этими вагонами, один из них,
одозвал меня и предупредил, чтобы я ни к кому не обращал-Ь
1 со словами «товарищ», а говорил бы«шановний добродію»,
противном случае я ни от кого и ничего не добьюсь.
Я поразился этому требованию, но делать было нечего;
я, не владея своим родным украинским языком, принуденно должен был уродовать его так, в своих обращениях
окружавшим меня, что становилось стыдно...
Над этим явлением я несколько задумался и, скажу
равду, оно вызвало во мне какую-то болезненную злость,
вот почему:
Я поставил себе вопрос: от имени кого требуется от меI такая ломота языка, когда я его не знаю? Я понимал, у
о это требование исходит не от украинского трудового наща. Оно —требование тех фиктивных «украинцев», которые
іродились из-под грубого сапога немецко-австро-венгерскоюнкерства и старались подделаться под модный тон. Я
ш убежден, что для таких украинцев нужен был только
іраинский язык, а не полнота свободы Украины и насеііоіцего ее трудового народа. Несмотря на то, что они
іещне становились в позу друзей независимости Украины,
утренне они цепко хватались, вместе со своим гетманом
юронадским, за Вильгельма немецкого и Карла Австро-ѵ
нгерского, за их политику против революции. Эти «ук-

— 152 —

—119—

іраинцы» не понимали одной простой истины: что свобода и
независимость Украины совместимы только со свободой і
независимостью населяющего ее трудового народа, бе;
которого Украина — ничто...
Ночыо, с немалым трудом, на свой риск и страх, я взо
брался с рядом, видимо, подобных мне стрельцов, на крынц
одного вагона и такимъ образомъ приехал в Белгород, гщ
переоделся в офицерский костюм, к которому имел соответ
ствующий документ. Это помогло мне беспрепятствешк
доехать до г. Харькова.
. Тут я, в ожидании поезда на Ростов, задержался на не
/ сколько часов и потом переехал в Синельниково (в 60-70 вер
стах от Гуляй-Поля). Радости моей не было границ. И, не
роятно, из-за нее я попал бы в руки немецким и гетман
ским агентам, если бы не считался с тем, что того Синелыш
кова, которое я знал раньше, уже не было, как не было уж
вообще всего того, что было 2 % месяца тому назад. Тепер
ничего ни украинского, ни русского, нигде по станциям
в дороге и в самом Синельникове я не видел. Всюду: у две
рей станции, на досточках, висевших на паровозах, красо
вались надписи: «Deutsch-Vaterland», а поперонам шатал не
или сидели группами солдаты контр-революционных армий
вышедших из этого «Deutsch-Vaterland» (немецкое отечество)
Это сдерживало порыв моей радости. Я беспрерывно ду
мал: Где же я? Неужели же я попал не туда, куда так рвал
ся из Москвы? И зло, о как зло смеялся я над всеми этим
надписями!...
Но этот мой смех быстро сменился ужасом, когда одн
из гуляй-польских евреев подошел ко мне и, протягивая мн
руку, назвал меня по фамилии. Я ужаснулся, хотя зна:
что он был честный человек и на то, чтобы предать меня вл;
стям, не пойдет. Я просил его быть осторожным с моей фі
милией и в ту же минуту убежал от него, переоделся в umr
ское платье и с первым попавшимся поездом выехал по ш
правлению Гуляй-Поля.
Теперь положение мое несколько изменилось. Ьсл
от Белгорода до Синельникова — около 400 верст — Mf
везло в пути (помогали: военная форма, погоны прапорщик:
фальшивое расшаркивание и такие же поклоны), то от и
нельникова до Мечетной, каких-либо 30-40 верст, путь мо
- сделался чрезвычайно тяжелым. Каждую минуту ожида:

— 154 —

смерть. Мое старание выглядеть «щирым гетманцем» кой-как^
сходило с рук, по глупости гетманской государственной стражи. Но расчитывать на этот прием оказалось возможным
только до ст. Мечетное. Начиная же от этой станции, мое
имя начало все чаще упоминаться в вагоне. И на одном из
раз'ездов мне гуляй-польский гражданин Коган и другие
сообщили, что немецкие жандармы ищут меня в других вагонах.
Я быстро передал Когану свой чемодан с вещами; сказал, кому сдать его в Гуляй-Поле; а сам, накинув на себя
плащ, вышел из вагона в поле и скрылся в его зарослях.ѵ
Когда же поезд отправился дальше, я поднялся и ушел.
25 верст я прошел пешком и попал в нужное мне село :
Рождественское, с левой стороны которого, всего в 20 верстах, находилось мое родное Гуляй-Поле, которое я даже видел, подходя к Рождественке. На сердце чувствовалась
нежная любовь к одному имени: Гуляй-Поле... Однако, в
Рождественке, крестьянин 3. Клешня и все близкие сообщали мне нерадостные вести о Гуляй-Поле, о жизни в нем
трудового населения, о расстрелах лучших сынов его, и т. д.
Однако, как ни трудно было мне снестись с гуляй-польскими крестьянами и рабочими-анархистами (теми, которые
не были известны, как анархисты, шовинистической украинской и буржуазной еврейской сволочи, выдававшей всех
революционеров немецким палачам на казни, и только поэтому оставались в живых), я, все-таки, письменно снесся
с ними, дав им знать, что, не сегодня-завтра, буду среди
них, чтобы вместе с ними обсудить ряд важнейших вопросов революционно-боевого характера. И, несмотря на то,
что от них я получил ответ — воздержаться от переезда в
Гуляй-Поле, пока они не пришлют за мною своего человека,
а это делало меня пленником, я чувствовал, Что я — на Украине, и верил, что отсюда я раскачаю начатое еще весною V
дело организации восстания.
Да, именно этот район оказался центральным пунктом
организации революционного крестьянского восстания, под
моим личным и всей нашей группы идейным и организационным руководством.
Гуляй-Поле, со своим трудовым и революционным населением и его стремлением — возродить казенную революцию, стало основным руководящим ядром этого восстания.

— 119 —

В нем, В Гуляй-Поле, я, С рядом преданнейших делу социальной революции анархистов-крестьян, создали операционную базу, на основе которой Гуляй-польское трудовое
население первое восстало против палачей революции —
немецко-австро-венгерского юнкерства и гетманщины. Своими усилиями, своей отвагой и революционным мужеством
на этом пути оно сделало все, чтобы увлечь за собою другие
села и районы трудового населения.
Все это, конечно, не сделалось в мгновение ока, по мановению «волшебных палочек», как это многие паяцы из политиканов-социалистов, большевики и многие анархисты, не
понимая широкой массы и чаще всего стоя в стороне от нее,
позволяют себе не только думать в своей среде, но и писать
с пафосом для других, пафосом, обыкновенно заменяющим
знание предмета.
Все это требовало от нас величайших усилий и упорства
стоять на одном, бить в одном направлении, чтобы убедить
широкую трудовую массу в нашей преданности ей не только
на словах, но и на деле, в ее практической жизни, в ее борьбе за ограждение своего революционного пути от мусора,
со стороны главным образом замаскированных врагов революции, которые чаще всего появляются в ее рядах под знаменем социализма.
Этого предмета я уже касался во вступительной книге
к моим запискам («Русская Революция на Украине»).
Исчерпывающим изложением всей этой столь важной
темы я займусь в последующих моих книгах: в третьей и в
четвертой, т.-е. там, где будет речь о практической и организационной стороне руководимого мною крестьянского революционного восстания на Украине, представлявшего собою Украинскую Революцию.

КОНЕЦ

ПРИМЕЧАНИЯ

К

Т.

главе

ВОЛИНА.

V.

В этой г л а в е , к а к и в н е к о т о р ы х д р у г и х м е с т а х своей к н и г и ,
Н . Махно подвергает резкой к р и т и к е д е я т е л ь н о с т ь а н а р х и с т о в
во время революции. Я н а х о ж у , что его к р и т и к а не может быть принята целиком, без н е к о т о р ы х с у щ е с т в е н н ы х оговорок. Я очень х о рошо понимаю, что, во в р е м я своей поездки по Р о с с и и , летом 1918 г . ,
Махно был г л у б о к о потрясен картиной р а з л о ж е н и я а н а р х и ч е с к о г о
движения и фактом морального у п а д к а среди в с т р е ч е н н ы х им анархистов. Е г о огорчение и возмущение естественны и т р о г а т е л ь н ы .
Но я считаю, что, в своем огорчении и в пылу своего г н е в а , а т а к ж е
в силу своей неосведомленности о многих с о б ы т и я х , имевших место среди а н а р х и с т о в П и т е р а , М о с к в ы и д р у г и х городов, М а х н о не
мог оцепить положение с необходимыми Широтой, глубиной и беспристрастием. Отсюда — неизбежные п р е у в е л и ч е н и я и, подчас,
необоснованные н а п а д к и . Напомню некоторые основные ф а к т ы ,
вовсе у с к о л ь з н у в ш и е от внимания Махно или же недостаточно им
учтенные.
В о - п е р в ы х , необходимо помнить, что а н а р х и ч е с к о е д в и ж е н и е ,
с трудом терпимое
большевиками
уже с ноября 1917 г. и в ы н у ж д е н ное, у ж е тогда, п р о б и в а т ь с я через в с я к о г о рода чинимые ему в л а стью препятствия, было о к о н ч а т е л ь н о разгромлено и задушено
п Великороссии в апреле
1918 г. Но времени поездки М а х н о , ряды
д в и ж е н и я были разбиты, и разложение н и ч т о ж н ы х , б е з д е я т е л ь н ы х
остатков организаций было совершенно е с т е с т в е н н ы м .
В о - в т о р ы х , следует з н а т ь , что, но сравнению с политическими
партиями (социалистическими и д р . ) , а н а р х и с т ы в России, в момент
революции, были горсточкой
людей, беззаветно п р е д а н н ы х революции, но, по самому положению вещей, б е с с и л ь н ы х з а н я т ь в этой
революции к р у п н о е место. Необходимо з н а т ь , что, с одной стороны,
с к о л ь к о - н и б у д ь широкие м а с с ы городов и д е р е в е н ь не имели об анархизме и с и н д и к а л и з м е ни малейшего п о н я т и я ; и что, с д р у г о й стороны, самим а н а р х и с т а м необходимо было известное
время,
чтобы
сорганизовать свои силы и приступить к широкой работе. Совершенно н е в е р н о , будто а н а р х и с т ы п р е д с т а в л я л и собою, с н а ч а л а и до конца, «множество р а з р о з н е н н ы х г р у п п и г р у п п о к , не с в я з а н н ы х между
собой даже единством цели, не г о в о р я у ж е о единстве действий
п момент революции». В Питере имелся «Союз а и а р х о - с и н д и к а листской пропаганды», н а ч а в ш и й , несмотря ira все п р е п я т с т в и я ,
широкую и прочную организационную работу, издававший, с августа 1917 г . , е ж е н е д е л ь н у ю (а одно время е ж е д н е в н у ю ) г а з е т у («Голос Т р у д а » ) и имевший в с е ш а н с ы создать сильное движение, если
бы не события и не разгром в апреле 1 9 1 8 г. ( М а х н о , повидимому,
не з н а л об этой работе на с е в е р е , т а к - к а к он нигде о ней не упоминает).
И Москве р а з в е р т ы в а л а работу с р а в н и т е л ь н о крупна к «Федерация
а н а р х и ч е с к и х групп», т а к ж е р а з г р о м л е н н а я большевистским правительством в апреле 1918 г . В д р у г и х г о р о д а х работа тоже быстро

н а л а ж и в а л а с ь . Р а з г р о м оборвал ее. Несомненно, в деревне
анархич е с к а я работа совершенно не в е л а с ь , просто по н е д о с т а т к у сил п
времени. В этом пробеле в и н о в а т ы о б с т о я т е л ь с т в а , а не сами анархисты у которых было, п о к а , по горло работы в г о р о д а х . А затем,
в с я н а ч а т а я работа была л и к в и д и р о в а н а апрельским разгромом,
причем а н а р х и с т ы , и без того не многочисленные, понесли крупные
потери арестованными, сосланными и расстрелянными товарища-

Е щ е одно замечание. Я никогда не с л ы ш а л , чтобы а н а р х и с т ы
іггали необходимым т о л ь к о «советовать», а не работать и не нести
свое д е л о ответственности. К а к - р а з наоборот: в с е г д а и в с ю д у
іархисты н а с т а и в а л и и н а с т а и в а ю т на том, что необходимо именно
іботать: но не над массами, а вместе с массами,
в самой г у щ е и х ,
омогая им у к а з а н и я м и , р а з ' я с н е н и я м и , пропагандой, советом и
німером, и, конечно, н е с я з а эту работу полную ответственность,
і-одно с самими массами. Е с л и а н а р х и с т ы упоминают иногда о том,
МИ
Н а к о н е ц , в - т р е т ь и х , необходимо помнить, что, после разгроми го они могут т о л ь к о «советовать», то они д о б а в л я ю т : а не «управа н а р х и ч е с к о г о д в и ж е н и я в В е л и к о р о с с и и , целый р я д товарищем іть»; т о - е с т ь , они противопоставляют помощь советом (и, конечно,
не сложили о р у ж и я и пробрались на У к р а и н у , где они основали \юм) принципу у п р а в л е н и я и принуждения. Т о ч н о т а к же, если
ч с и л ь н у ю , х о т я и не долго п р о с у щ е с т в о в а в ш у ю — т о ж е разгромлен- т р х и с т ы г о в о р я т порой о том, что н е л ь з я брать н а себя
ответто г о в о р я т они это в том смысле, что ответственность
н у ю — Конфедерацию «Набат», вошедшую, впоследствии, в прямую тенность,
с в я з ь с к р е с т ь я н с к и м движением «махновщины» и давшую этому tacmu есть л о ж н а я ответственность. З д е с ь М а х н о или не понимает
опроса или же, к а к это с ним иногда б ы в а л о , бросает к а м е н ь в
последнему немало преданных
работников.
В общем, р у с с к и е а н а р х и с т ы , несмотря на свою численную сла- ічный огород к а к и х - т о « н а у ч и в ш и х с я к р а с и в о говорить п писать»
бость и на огромные п р е п я т с т в и я , выполнили в революции значи- іархистов, к о т о р ы х он не долюбливал. Возможно т а к ж е , что ктот е л ь н у ю работу и дали максимум того, что, в д а н н ы х у с л о в и я х , ібудь из в с т р е ч е н н ы х им «лже-анархистов» в ы с к а з ы в а л подобие
еуразные мысли. Но мысли эти совершенно ч у ж д ы подлинным
могли д а т ь . Можно т о л ь к о у д и в л я т ь с я тому, что,вопреки всем трудблагоглупости
ностям, влияние и х идей и работы о к а з а л о с ь достаточно сильным, іархистам, и Махно, приписывая этим последним
р в ы х , бросает здесь а н а р х и с т а м н е з а с л у ж е н н ы й у п р е ю
чтобы принудить большевиков к длительной насильственной
борьбе с этим влиянием.
У п р е к а н а р х и с т а м в недостаточной организованности их двиК г л а в а м V I I I , I X , X I I и некоторым другим.
жения совершенно с п р а в е д л и в . Б о р ь б а з а большую организованность и х рядов необходима. Но отсюда не с л е д у е т , чтобы надо было
В о в с е х этих г л а в а х , М а х н о , рядом с недостаточно широкой и
преувеличивать
недостатки и недооценивать
д о с т о и н с т в а . В о всяком б'сктивной оценкой деятельности а н а р х и с т о в и причин их слабос л у ч а е , оценка а н а р х и ч е с к о г о д в и ж е н и я в р у с с к о й революции тре- тн, занимает, по-моему,
и еще в одном отношении недостаточно
бует широкого,
углубленного
и беспристрастного
анализа,
а не толь- додуманную и не совсем беспристрастную позицию. Неодиократк о огорчения и возмущения. У п р е к и ж е и обвинения, разбросанные ). и подчас р е з к о , он противопоставляет достоинства
своего к л а с в воспоминаниях Н . М а х н о , ни этой беспристрастностью, ни достак р е с т ь я н с т в а — недостаткам
к л а с с а г о р о д с к и х рабочих и слаточной широтой и глубиной понимания, к с о ж а л е н и ю , не отличаются. оетям представителей интеллигенции в а н а р х и ч е с к о м движении,
У п о м я н у в к р а т ц е еше об одном п у н к т е .
него, нет-нет, д а и с к в о з и т , рядом с фанатической верой в креГ о в о р и т ь о «целых вереницах» а н а р х и с т о в , я к о - б ы потянувших- гьянство (притом, именно в украинское
к р е с т ь я н с т в о ) , настороженся на работу с большевиками, значит, с одной стороны, опять-таки оо, недоверчивое, подозрительное отношение ко всему н е - к р е с т ь я н преувеличить з л о , а , с д р у г о й , оставить в тени некоторые существен- :ому (и н е - у к р а и н с к о м у ) . Многое в с у ж д е н и я х и п о с т у п к а х Махно
ные факты.
' я с н я е т с я именно этим умонастроением.
Совершенно верно, что, после р а з г р о м а , некоторое число анарМежду тем, н е л ь з я не в и д е т ь , что т а к о й подход к очень сложной
х и с т о в «прияли» большевизм и вошли с ним, т а к или иначе, в сдел- роблеме в з а и м н ы х достоинств и недостатков, проблеме взаимоогк у . Это я в л е н и е было т о г д а ж е окрещено «советским анархизмом». ішений и взаимной роли р а з л и ч н ы х слоев н а с е л е н и я в данной
И товарищи, сблизившиеся с большевиками, получили наименова- сальной революционной обстановке, а т а к ж е и к проблеме положение «советских анархистов». Н о , в о - п е р в ы х , совершенно невозмож- III и роли а н а р х и с т о в в революции, — т а к о й подход односторонен
но говорить о «вереницах»
т а к и х а н а р х и с т о в . А, в о - в т о р ы х , — поверхностен.
и это г л а в н о е , — позиция «советского анархизма» встретила тогЗдесь не место, конечно, подвергать эту проблему исчерпываюд а же резкий отпор со стороны подавляющего большинства анарх и с т о в . П р и в о ж у т е к с т резолюции, единогласно принятой, по этому ему а н а л и з у . О г р а н и ч у с ь лишь несколькими краткими у к а з а н и я м и .
Несомненно, в о - п е р в ы х , что и к р е с т ь я н с т в о , и городские рабоп о в о д у , н а с'езде Конфедерации А н а р х и с т с к и х Организаций Украины «Набат» (в апреле 1 9 1 9 г . ) : «С'езд считает необходимым открыто іе, и а н а р х и ч е с к а я интеллигенция обладают — каждый — своими
и недостатками.
Необходимо у ч е с т ь
и прямо з а я в и т ь , что, по его мнению, представители так-называемо- іецифическими достоинствами
го «советского анархизма», ставшие на платформу признания и тс, и д р у г и е . Необходимо с о п о с т а в и т ь одни с другими, чтобы праіяьно
оценить
положение.
Махно
видит
в
у
к
р
а
и
н
ском крестьянстве
поддержки «советской власти», тем самым автоматически перестали
ни лишь достоинства
и р е з к о подчеркивает недостатки
других
быть анархистами.»
сментов. Он безусловно верит в мощь и в победу своего к р е с т ь я н -

— 14 —

1

— 159 —

с т в а и эта в е р а з а с т а в л я е т его целиком о т д а т ь с я д е л у крестьяне],
го в о с с т а н и я на У к р а и н е . И , о д н а к о , это восстание
также
опт
лось сломленным
и разложенным.
Я с н о , что поражение д р у г и х ог.
в р у с с к о й революции и р а з г р о м а н а р х и с т о в з а в и с е л и н е толы
от н е д о с т а т к о в и слабостей т е х и д р у г и х , но и от целого р я д а обпцг
о б ' е к т и в н ы х причин. М а х н о не
у ч и т ы в а е т этих общих причин
не а н а л и з и р у е т беспристрастно плюсов и минусов р а з л и ч н ы х сил j
волюции. Мы понимаем всю его г о р е ч ь , в е с ь х о д его мыслей и чувст
вело и с к р е н н о с т ь и цельность его в ы в о д о в , но мы не можем пришит
его р а с с у ж д е н и я и в ы в о д ы п р а в и л ь н ы м и .

J ™ , VÏÏ?'
Ч Э Т 0 М о т н о ш е " и и , с о б с т в е н н о е признание Махно»
м г л а в у А Ш - у ю ) в том, что он м а л о з а д у м ы в а л с я н а д проблемой '
шдикализма.
А м е ж д у тем, о т с у т с т в и е в Р о с с и и , до революции,
/ндикалистского д в и ж е н и я о б ' я с н я е т , н а Мой в з г л я д , очень многое
слабости а н а р х и ч е с к о г о д в и ж е н и я в р е в о л ю ц и и . П р и б а в л ю , что,
наши д н и , проблема о б ' е д и н е н и я и о р г а н и з а ц и и а н а р х и ч е с к и х
ІЛ в р а з л и ч н ы х с т р а н а х р е ш а е т с я , по-моему, отнюдь не в форме
юра в с е х а н а р х и с т о в под эгидой « к р е с т ь я н с к о г о а н а р х о - к о м м у н и з а», к а к это к а з а л о с ь в Р о с с и и Н е с т о р у М а х н о , а в с о в е р ш е н н о иной,
ораздо более широкой и свободной форме, н а которой з д е с ь н е меу
м
В о - в т о р ы х , М а х н о совершенно не замечает, что к а ж д ы й из до п> о с т а н а в л и в а т ь с я .
с т в ѵ ю щ и х в революции элементов — к р е с т ь я н с т в о , рабочие, иите,
л и г е н ц и я — имеет в ней спою, особую з а д а ч у . Он мерит в с е и пс<
своей, к р е с т ь я н с к о й меркой. Он не видит, что г л а в н о й задач,
а н а р х и ч е с к о й интеллигенции я в л я е т с я о р г а н и з а ц и я Широкои ир
п а г а н д ы ; задачей а н а р х и с т о в - р а б о ч и х — о р г а н и з а ц и о н н а я раб*
в рабочих м а с с а х ; задачей а н а р х и с т о в - к р е с т ь я н — т а к а я ж е рабо
среди к р е с т ь я н с к и х м а с с . Совершенно е с т е с т в е н н о , что Махи
как крестьянин,
р а з в е р н у л свою работу в э т и х крестьянских
масс;
Н о он не х о ч е т попять, что и па городских
а н а р х и с т а х — рабочих
и н т е л л и г е н т а х — л е ж а л а огромная з а д а ч а , которую они могли ш
полнить именно и только там, где они находились.
И он, наконе
' ѵ п ѵ с к а с т из в и д а , что специфические у с л о в и я революции на Укра
не ' ( о к к у п а ц и я ее немцами, с л а б о с т ь в л а с т и и п р . ) дали возможное
подлинной революции на У к р а и н е п р о д е р ж а т ь с я и сопротивлять
д о л ь ш е , чем в В е л и к о р о с с и и , где н о в а я в л а с т ь смогла быстро за;
шить д в и ж е н и е . М а х н о у п у с к а е т из в и д а , что к р е с т ь я н с к о е восстан
на У к р а и н е было, в з н а ч и т е л ь н о й мере, в ы з в а н о именно ииостраіш
о к к у п а ц и е й и воцарением г е т м а н а . Н е будь там на-лицо этих осоо
у с л о в и й , — к р е с т ь я н с т в о , в о з м о ж н о , в е л о бы с е б я н а У к р а и н е т
ж е , к а к оно в е л о себя в В е л и к о р о с с и и .
Свою з а д а ч у на Украине
Махно в ы п о л н и л блестяще. Но он
понимает, что у р а б о ч и х , у к р е с т ь я н и у а н а р х и с т о в
Великоросс
просто не о к а з а л о с ь д л я о с у щ е с т в л е н и я и х задачи ни достаточ
времени, ни достаточно с и л , ни благоприятной о б с т а н о в к и .
Мне н е с к о л ь к о странно з а н и м а т ь з д е с ь позицию защит),і от уи
к о в М а х н о р у с с к и м а н а р х и с т а м , т а к - к а к я прекрасно с о з н а ю не
с т а т к и а н а р х и ч е с к о г о д в и ж е н и я и д а в н о борюсь против дезоргаі
з о в а н н о с т и н а ш и х р я д о в , з а о р г а н и з о в а н н о е об единение в с е х ам.
х и ч е с к и х ci л. В свое в р е м я , я сам у п р е к а л м н о г и х р у с с к и х тона]
щей в том, что, после р а з г р о м а а н а р х и ч е с к о г о д в и ж е н и я в Вели
Р о с с и и , они не д в и н у л и с ь на У к р а и н у , на помощь тамошнему мае
вому движению. Н о если я в о з р а ж а ю з д е с ь Н е с т о р у М а х н о , тс
д е л а ю это в с и л у односторонности
и преувеличении,
допускам
Справедливость требует отмстить, что п о п а д а ю т с я в загіисі
М а х н о места, где он сам подходит к н е с к о л ь к о более об ектнвік
в з г л я д у на вещи (См., н а п р . , конец г л а в ы Х Ѵ - о й ) . К сожалей
эти немногие, г л у б о к о п р о д у м а н н ы е и с п р а в е д л и в ы е строки остаі
с я почти незаметными в общем п о в е р х н о с т н о м подходе к затронет
в о п р о с а м и т о н у т в основной односторонней оценке событии.
ИМ

— 160 —

СОДЕРЖАНИЕ
, П р е д и с л о в и е
Г л а в а
Г л а в а

т. В о л и н а

СТ1

I. — Н а пути отступления

^
7

I I . — Разоружение отряда Марии Никифоровой.

Г л а в а

I I I . — Наша Конференция

Г л а в а

I V . — Отступление с е л ь с к о - х о з я й с т в е н н ы х
мун и поиски и х

13
і8

ком-

24

Г л а в а

V . — Моя встреча с Ростово-Нахичеванскими и
приезжими в Ростов анархистами

26

Г л а в а

V I . — В пути с эшеленом красной артиллерийской базы

32

Г л а в а

V I I . — Бой отряда Петренко с Царицынскою в л а стью. Хитрости власти и арест Петренко

47

Г л а в а

V I I I . — Встреча
кругов

с

людьми

из

«революционных»
6 1

Г л а в а

I X . — В с т р е ч а с Коммунарами, размещение и х
н а хуторе Ольшанское и мой от'езд от н и х

66

Г л а в а

X . — Г . Саратов. А н а р х и с т ы приезжие и саратовские. Мое бегство с рядом т о в а р и щ е й . .

71

Г л а в а

X I . — Г . А с т р а х а н ь . Мой у х о д от попутчиков.
Поиски работы. В с т р е ч а с астраханскими
анархистами и выезд из г . Астрахани . .

Г л а в а

X I I . — В пути от Астрахани до Москвы

80
86

Г л а в а

X I I I . — Москва и мои встречи с анархистами, л е в .
эсерами и большевиками

Г л а в а

X I V . — Конференция анархистов в Москве, в гостиннице «Флоренция»
ЮЗ

Г л а в а
Г л а в а
Г л а в а
Г л а в а
Г л а в а

Г л а в а

X V . — Всероссийский
союзов
XVI. — В

с'езд

текстильных

проф-

92

107

крестьянской секции В Ц И К ' а Советов 114

X V I I . — К р е м л ь . Свердлов и моя беседа с ним . . . .
X V I I I . — Моя встреча и разговор с Лениным

119
126

X I X . — Мои встречи с новыми людьми и новые тяжелые впечатления. Мои приготовления к
от'езду н а У к р а и н у
135
X X . — В дороге на У к р а и н у

Пр и м е ч а н и я

т. В о л и н а

149
1 5 7

I m p r i m e r i e L . B E R E S N I A K . 12. R u e Laerranee. P a r i s

(5).