с.в. клоп ов-^=^
5 МУР1
РЕКА ДРУЖБЫ


ХАБАРОВСКОЕ КНИЖНОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО
1 959


В 1956 году заключено соглашение между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой о совместном проведении исследований в бассейне Амура для изучения природных ресурсов и перспектив развития производительных сил этого пограничного района и составления схемы комплексного . использования рек бассейна.
О том, как проводятся совместные научно-исследовательские работы, как научное содружество двух великих стран еще больше крепит дружбу их народов, о существе проблемы Амура рассказывает в предлагаемой читателю брошюре автор ее — доктор технических наук, руководитель Амурской комплексной экспедиции Академии наук СССР С. В. Клопов.


Л М У Р - Б А Т Ю Ш К Л
Широкие голубые ленты причудливо извиваются на карте Дальнего Востока. К ним тянутся более тонкие ленточки и нити, создавая сложный, неповторимый рисунок. Это могучий Амур далеко на восток, на север и на юг протянул свои щупальца. Китайцы называют Амур рекою Черного Дракона (Хэйлунцзян) или Черной рекой (Хэйхэ). Маньчжурское и монгольское названия Амура — Сахалян-Ула и Хара-Мурэн — в переводе на русский язык также означают Черная река. Действительно, Амур изгибается на карте, как тело мифического дракона, а темный цвет его воды оправдывает другие названия великой реки.
Собирая каплю за каплей на огромной площади, равной территории нескольких крупных государств Западной Европы, Амур ежегодно приносит около трехсот пятидесяти кубических километров воды в мировую сокровищницу влаги — Великий океан. Ручьи и речки бассейна Амура зарождаются на широких просторах монгольских и забайкальских степей, на склонах Яблонового и Станового' хребтов, в дебрях гор Большого и Малого Хингана, у подножий сопок Дунбэя, в таежной глухомани Сихотэ-Алиня. Ни высокие горные хребты, ни переплетенная густыми лианами тайга нс могут остановить их вечного бега. Только лютые зимние морозы, сковывая ручьи и речки прочным, звенящим панцирем, способны умерить их неутомимое движение. Зато весной, освобож^ денные ласковым солнышком от ледяного плена, реки стараются наверстать потерянное в вынужденном бездействии время. Но- наиболее бурную деятельность они развивают летохМ.
Изнемогая от жары, океан испаряет огромные массы влаги и насыщает ею атмосферу. Муссонные ветры уносят ее на материк. Задержанные горными хребтами, з


тяжелые тучи отдают влагу земле в виде затяжных дождей и сильнейших ливней, переполняющих до краев реки.
Амур зарождается от слияния забайкальских рек-сестер Шилки и Аргуни. Каждая из них до встречи друг с другом проходит большой путь. Шилка имеет два истока: Окон, вытекающий из пределов Монгольской Народной Республики, и Ингоду, стекающую со склонов Яблонового хребта. Аргунь берет свое начало в Китае, где носит название Хайлар. Выходя из Внутренней Монголии, она течет затем между землями Советского Союза и Китайской Народной Республики, являясь естественной границей двух государств.
От истока Онона, самой длинной ветви бассейна Амура, др лимана, где заканчивают свой бег воды могучей реки, они проходят путь, равный почти одной восьмой части земного экватора, — 4 354 километра. По длине в Советском Союзе нет реки, равной Амуру, и только) водьг семи рек мира проходят еще больший путь. По стоку Амур уступает лишь трем могучим русским рекам — Оби, Енисею и Лене — и занимает десятое место в мире.
Богатства Амура издавна привлекали предприимчивых смелых русских людей. Они стремились сюда, и их не могли остановить ни тысячеверстная тайга, ни высокие горные кряжи, ни порожистые бурные реки.
Первые русские путешественники-землепроходцы пришли на А'мур из Якутии в середине семнадцатого столетия. Якутск, в те далекие времена. — один из восточ ных форпостов России, как и другие северные сибирские поселения, испытывал недостаток в сельскохозяйственных продуктах. Обозы с хлебом и солью шли сюда из- за Урала.
От кочевого населения Восточной Сибири русские узнали о богатых, пригодных для сельского хозяйства землях Приамурья. Якутский воевода отправил на поиски «пашенных» земель дружину под начальством Василия Пояркова.
На берегах Амура дружина Пояркова действительно нашла мирных лю^ей, обрабатывавших плодородные земли.
Возвратясь в Якутск, Поярков доложил воеводе о найденных им землях и о мирных жителях Приамурья, 4


готовых признать власть «белого» царя. Весть об этих открытиях дошла до Москвы. Поход Пояркова показал дорогу к Амуру с его несметными богатствами.
В 1649 году на Амур отправился Ерофей Павлович Хабаров. Он провел на Амуре несколько лет и даже сделал попытку завести здесь русское земледелие.
Русские люди еще в те далекие времена хорошо понимали значение Амурского бассейна для России. Его реки давали выход в океан, воды изобиловали красной 'рыбой, а леса — пушным зверем, плодородные земли давали богатые возможности развития сельского хозяйства.
На Амур в поисках ясака один за другим потянулись казачьи отряды. Казачьи дружины проникали все дальше и дальше на юг Амурского бассейна. Казаки не сумели, однако, обосноваться на Амуре. Маньчжурская династия, «воцарившаяся в середине XVII века в Китае и поработившая китайский народ, стремилась завоевать и Приамурье. Но маньчжурам не удалюсь добиться крупных успехов в войне против русских, и они вынуждены были отказаться от своих планов.
Царское правительство также не смогло закрепить за Россией вновь открытые земли. По Нерчинскому договору 1689 года русско-китайская граница была установлена по Аргуни, Шилке, притоку Шилки — Горбице и по Становому хребту. Большая территория осталась нераз- межеванной.
...Прошло полтораста лет. Русские не появлялись на берегах Амура, но таежные, с суровым климатом земли Северного Приамурья не привлекали и китайцев. Племена, населявшие Приамурье, не платили Китаю дани, низовья Амура никогда Китаю не принадлежали.
В те -времена на сибирских берегах Тихого океана начали останавливать пристальное внимание западноевропейские и американские капиталисты. Иностранные лесопромышленники и купцы хищнически истребляли здесь ценнейшие леса, обманывали и грабили местное население, за бесценок скупая пушнину. Военные англо-французские эскадры бороздили воды Охотского и Японского морей, угрожая безопасности русской Сибири и Китая.
Русские ученые, промышленники и передовые деятели не раз поднимали вопрос о необходимости пересмотра 5


договора с Китаем. Они доказывали важность изучения и освоения богатств Приамурья, его огромное стратегическое значение, но неизменно встречали отказ царского правительства в какой бы то ни было помощи. «В бассейне Амура нет ничего, кроме болот и тайги, кишащей дикими зверями», — таков был ответ на одну из многочисленных докладных записок, поданных в правительственные учреждения царской России.
Немногим более ста лет назад считалось, что устье Амура недоступно для морских судов, а Сахалин.— полуостров, связанный с материком перешейком. Эта ошибка явилась следствием неверных данных французской экспедиции Лаперуза (1787 г.), английской — Браутона (1796 г.) и русской морской гидрографической экспедиции Крузенштерна, одной из задач которой являлось отыскание входа из Охотского моря в Амурский лиман. Промеры, произведенные экспедицией Крузенштерна в северной части Татарского пролива, показали малые глубины. Опасаясь посадить судно на мель, Крузенштерн дал приказ прекратить промерные работы. Решив, что мыс Лазарева соединен с сушей Сахалином, он ушел, так и не найдя устья Амура. Составленная экспедицией неверная карта чрезвычайно затруднила дальнейшее изучение устья Амура. Русское морское ведомство, опираясь на авторитет Лаперуза, Браутона и Крузенштерна, отказывалось продолжать здесь какие-либо исследования.
С ошибочными выводами своих предшественников не хотел соглашаться офицер русского военного флота Геннадий Иванович Невельской. Невельской считал необходимым освоение Амура для России, он не верил, что такая мощная река, как Амур, не имеет доступного для судов устья. Командуя транспортом «Байкал», посланным для доставки груза из Петербурга в Петропавловск-на- Камчатке, Невельской по собственной инициативе отправился к устью Амура. Летом 1849 года после тщательного и опасного исследования морского дна со шлюпок Невельской открыл глубоководный проход из Охотского моря в Амурский лиман и установил, что Сахалин является островом. Через год Невельской снова пришел в устье Амура и основал там город Николаевск.
Открытие Невельского имело огромное значение. Доказав возможность захода в Амур морских судов с боль6


шой осадкой, Невельской нашел путь из океана в глубь бездорожной Сибири. Были начаты переговоры с Китаем, которые закончились заключением- в 1858 году Айгун- ского, а в 1860 году — Пекинского договоров, закрепивших за Россией северную половину бассейна Амура и Уссурийский край. Русско-китайская граница прошла по Аргуни, Амуру и Уссури. К России отошли и некоторые земли на побережье Японского моря вместе с заливом Петра Великого. Мирное разрешение амурского вопроса принесло пользу русскому и китайскому народам.
Начатые Невельским исследования Амура продолжили крупнейшие русские путешественники и ученые. В деб-. ри Приамурья проникали Шварц, Ф. Т. Шмидт, Глинка, Коржинский, Грум-Гржимайло; Максимович, Криштофо- вич, Пржевальский, Арсеньев, Маак, В. Л. Комаров — впоследствии президент Академий наук СССР — и многие другие. Их труды и до сих пор не потеряли научного значения. Это были, однако, лишь одиночки, часто на свой страх и риск и па собственные средства организовывавшие путешествия.
В поисках наживы и богатых земель в бассейн Амура устремились купцы и лесопромышленники, золотоискатели, на плодородные земли потянулись крестьяне-переселенцы. Многие приамурские села имеют украинский вид, в них слышится мягкий украинский говор: здесь поселились выходцы из южных районов России.
Планомерное и всестороннее изучение и освоение бассейна Амура началось только после установления на Дальнем Востоке Советской власти. Геологи, географы, биологи, почвоведы, горняки, строители, энергетики прибывали на берега Амура с экспедициями и на постоянное жительство. Возникали новые поселки, города, строились фабрики и заводы, расширялись посевные площади. В 1932 году был создан город Комсомольск.
Неизмеримо вырос крупнейший город Дальнего Вос тока — Хабаровск.
Сотни кораблей бороздят воды Амура. Судоходные пути в его бассейне протянулись на многие тысячи километров. Суда с Амура идут на Сахалин и Курилы, к Охотскому побережью и на Камчатку, во Владивосток, в Корею и Китай. Сбылась мечта лучших людей России — Амур служит русскому народу.
7


Но Амур еще не покорен. Он неохотно, отдает людям свои богатства. Разъяренная их упорством, река Черного Дракона часто делает попытки сбросить с себя человеческие путы, смыть и унести в океан созданные на его берегах поселения, уничтожить многолетний труд, приложенный для освоения его богатств.
Страшен тогда Амур. Он высоко вздымает свои темные воды и катит огромные волны на цветущие берега. На десятки километров разливается река во время летних паводков и безжалостно топит все лежащее на ее пути. Почти ежегодные наводнения на реках бассейна Амура дорого обходятся народному хозяйству.
В 1872 году паводком Амура была затоплена большая часть Благовещенска. В доме амурского губернатора стоял полуметровый слой воды, по главным улицам города ходили суда. В 1928 и 1953 годах Зея затопила много крупных сел, разрушила железную дорогу. В 1932 году воды Сунгари хлынули на Харбин и нанесли неисчислимый вред многим другим городам Китая.
От наводнений сильно страдает долина Уссури. Почти ежегодно подвергаются затоплениям огромные пространства в долине Биры и Биджана, на Нижнем Амуре. Наводнения в бассейне Амура в 1956 году длились все лето и осень. Особенно пострадали от них долины Амура, Зеи, Сунгари и Аргуни.
В бассейне Сунгари на борьбу с наводнением было мобилизовано полмиллиона человек. Труженики Китая приложили героические усилия для защиты от воды своих городов, сел, полей. Им удалось, спасти от затопления такие крупные города, как Харбин, Цзямусы, Цицикар. Вокруг городов были наращены высокие дамбы. Иногда под напором воды в свеженасыпанных валах образовывались бреши. Тогда люди, крепко обнявшись, живыми плотными цепями преграждали путь водным струям и стояли по горло в воде, пока за их спинами не удавалось прочно заделать размытые участки дамбы.
Несмотря на все принятые меры, это наводнение принесло огромные убытки китайскому народу. В 1957 году наводнение на Сунгари достигало еще большей силы.
В 1958 году разрушительное наводнение залило берега Верхнего и Среднего Амура; за 60 лет наблюдений это был самый высокий паводок на Верхнем Амуре.
8


В Китае тысячелетиями применяют обвалование речных берегов дамбами для предохранения земель от затопления. С самолета видны бесконечные высокие валы, протянувшиеся вдоль рек на тысячи километров и повторяющие все изгибы их русел. Невозможно представить себе, какой огромный труд затрачен китайским народом на эти сооружения. Но и они не избавляли от наводнений. Часто под напором волн или вследствие постепенного просачивания дамбы разрушаются, и вода, устремляющаяся через прорывы, приносит неисчислимые бедствия.
Китайские реки несут много наносов. Они постепенно повышают уровень дна, создавая еще большую опасность затопления прилегающих равнин.
Много бед приносит китайскому народу великая соседка Амура — река Хуанхэ. В ее бассейне живет двести миллионов людей. Она протекает по легко размываемым лёссовым отложениям. Падающая на лёссовые прун- ты в виде дождей вода насыщается мельчайшей мутью и, унося ее в реки, быстро заиливает их русла. Жутко смотреть на процесс размыва лёссовых склонов. От .водяных струй на склонах быстро образуются каньоны с вертикальными стенками. Под действием текущей воды лёссовые массивы, как сахарные, тают на глазах. Мутность Хуанхэ иногда достигает пятидесяти процентов, и вместо воды в ее русле течет густой темно-желтый глинистый раствор, отчего и сама река получила название Желтая.
Дно Хуанхэ поднято поэтому на несколько метров над уровнем равнины, а валы, насыпанные вдоль ее берегов, местами достигают сорока метров высоты. При прорыве дамб воды Хуанхэ устремляются на равнину, и река прокладывает новые русла через цветущие сады и возделанные поля, через города и села. С тех пор, как китайский народ начал титаническую борьбу с Хуанхэ, она более десятка раз меняла свое русло, отклоняясь на сотни километров то к северу, то к югу. Недаром Хуанхэ называют «Горе Китая».
В 1938 году войска Чан Кай-ши, воспользовавшись коварным характером Хуанхэ, взорвали дамбы, чтобы преградить путь японцам, но не остановили их. Хлынувшие из прорыва воды затопили 54 миллиона гектаров ценных возделанных земель. От наводнения пострадало двена9


дцать миллионов жителей, погибло около девятисот тысяч человек. Этого преступления Чан Кай-ши и его генералов никогда не забудет китайский народ..
Обвалование, широко применяемое не только в Китае, но и в Индии и во -многих других странах, — дорогой и ненадежный способ борьбы с наводнениями. Единственно правильный путь борьбы с наводнениями — регулирование стока в искусственных озерах — водохранилищах.
Для их устройства надо хорошо изучить реку — ее сток, долину, русло; выбрать узкие, надежные в геологическом отношении, с прочными склонами участки для постройки высоких плотин и емкие расширения для водохранилищ. Регулируя сток реки, можно задерживать паводки в водохранилищах, а затем по мере надобности расходовать запасенную воду для получения гидроэлектрической энергии, для орошения полей, водоснабжения городов, для повышения глубин русла в периоды судоходства.
На этот путь борьбы с наводнениями и комплексного использования стока, широко применяемый в Советском Союзе, уже встал китайский народ: на Хуанхэ при технической помощи советских специалистов запроектирован целый каскад водохранилищ с гидроэлектрическими станциями. В них будет зарегулирован, освобожден от наносов и использован сток коварной реки. Навсегда прекратятся приносимые ею бедствия. Первенец гидроэнергетического каскада на реке Хуанхэ — плотина с огром ным водохранилищем и гидростанция в ущелье Сань- мынься (Трое Ворот) уже сооружается китайским народом. Мощность гидроэлектрической станции Саньмынься составит более одного миллиона киловатт. Осветленная вода Хуанхэ будет использована для орошения полей.
Огромный ущерб, приносимый наводнениями в бас сейне Амура, заставил заняться изучением его рек для составления плана борьбы с наводнениями и комплексного использования стока.
Первые работы по изучению стока рек бассейна Амура начались еще в конце прошлого столетия. На Амуре и на его притоках велись наблюдения главным образом -10


за колебанием уровней воды па нескольких десятках водомерных постов. Число гидрологических станций, изучавших не только уровни, но и скорости течения и количества протекающей в реках воды, было до последнего времени незначительным.
Стоковые станции размещались главным образом на небольших реках или в верховьях крупных притоков Амура. На самом Амуре сток издавна изучался только в двух пунктах: в начале его — у селения Покровка — и у Хабаровска. В 1936 году наблюдения в Покровке были прекращены. На всем протяжении Амура осталась лишь одна Хабаровская станция. Только в 1956 году в связи с начатыми советско-китайскими исследованиями в бассейне Амура в Покровке возобновились стоковые измерения. В 1956—1957 годах на Амуре и на реках его бассейна, там, где раньше велись только наблюдения за уровнями воды, открылось еще несколько гидрологических станций.
Используя новые данные о стоке, гидрологи смогут построить так называемые кривые связи горизонтов и расходов воды в створах гидрологических станций и восстановить расходы воды в этих створах за весь период водомерных наблюдений. Получение длинного ряда стоковых данных очень важно и для характеристики наводнений и для водохозяйственных расчетов при проектировании водохранилищ и гидроэлектрических станций.
Разрушительная деятельность. водной, ветровой и морозной эрозии на поверхности водосборного бассейна приводит к насыщению речных вод взвешенными и донными наносами. Некоторые реки бассейна Амура, как, например, Сунгари, Шилка и другие, несут в паводок много наносов. При сооружении перегораживающих реку плотин все донные — наиболее крупные влекомые по дну наносы и большая часть взвешенных наносов — мути осаждаются в водохранилище и заполняют его чашу. Интересно наблюдать за очищением речной воды в крупных водохранилищах. Многоводная кавказская Кура летом несет много мути; это одна из наиболее мутных рек мира. Вливая шоколадные воды в Мингечаурское водохранилище, Кура выходит из него кристально чистой, напоминая цветом голубизну небесного свода.
11


При проектировании водохранилищ для аккумулирования речных наносов оставляют «мертвый», не участвующий в регулировании стока объем водохранилища. Чтобы рассчитать и заранее предсказать, в какой срок заполнится мертвый объем, необходимо изучить движение речных наносов — «твердый сток», как его называют гидрологи. На Амуре твердый сток еще почти не изучался. Для его приближенной оценки гидрологам придется применить метод аналогии, пользуясь анализом и сравнением географических особенностей бассейна Амура и других бассейнов со сходными природными условиями и с изученным твердым стоком.
К изучению путей борьбы с наводнениями и гидроэнергетического использования стока рек бассейна Амура впервые приступили более четверти века назад, после катастрофического наводнения 1928 года на реке Зее, принесшего много бедствий жителям Приамурья. Проведя рекогносцировочные изыскания на Зее, ее притоке Селемд- же и на Бурее, инженеры «Гидроэлектропроекта» выбрали на них участки для размещения плотин, водохранилищ и гидроэлектрических станций. Позже такие же исследования были проведены на Ононе — наиболее многоводном истоке Шилки — и на некоторых притоках Уссури. Гилюйский гидроузел на Зее, Ушумунский — на Бурее, Дагмарский — на Селемдже и Лужковский — на Улахе были выбраны тогда для борьбы с наводнениями на этих реках..В героические годы строительства в нижнеамурской тайге города Комсомольска для его энергоснабжения изучались условия использования энергии притока Амура — реки Горин.
Этим и ограничиваются сведения о гидроэнергетических исследованиях в бассейне Амура до Великой Отечественной войны.
Напряженная политическая обстановка на Дальнем Востоке вплоть до начала второй половины нашего столетия не позволяла проводить какое-либо крупное гидротехническое или иное промышленное строительство в бассейне Амура. Это стало возможные лишь после безоговорочной капитуляции агрессивной империалистической Японии, после освобождения великого китайского народа от гнета феодалов и иностранных капиталистов и образования в Китае Народной Республики.
12


На десятки километров разливается Амур.


В 1953 году разливы Зеи н других рек Амурского бассейна снова принесли нашей стране большой ущерб. Стало совершенно очевидным, что без укрощения буйного нрава рек нельзя развивать народное хозяйство Дальнего Востока. В начатых исследованиях, кроме проектных организаций, приняла участие Академия наук Со- . вётского Союза.
Эти работы показали, что паводки Зеи приносят наибольшие неприятности и с ними необходимо повести борьбу в первую очередь, а также, что не менее важно начать комплексные водные исследования самого Амура. В 1955 году для изучения бассейна Амура была создана Амурская комплексная экспедиция Совета по изучению производительных сил (СОПС) Академии наук СССР.
В один из весенних дней меня вызвали к председателю Совета академику В. С. Немчинову. Обрисовав важность изучения водных ресурсов Амура как для СССР, так и для Китая, В. С. Немчинов предложил мне возглавить Амурскую экспедицию. Деятельное участие в ее организации приняла геоботаник Л. А. Корецкая.
Учитывая, что от наводнения в равной степени страдают оба берега Амура и что борьба с наводнениями одинаково важна и для советского и для китайского народов, СОПС обратился к китайским ученым с предложением совместно провести исследования на Амуре.
В ответе выражалось согласие на изучение Амура, просьба начать исследование нашими силами и обещание всячески им содействовать.
Первые в истории рекогносцировочные гидроэнергетические исследования на Верхнем и Среднем Амуре с изучением обоих берегов многоводной реки продолжались почти два месяца.
В состав советской группы вошли гидроэнергетики М. В. Фирсов, Б. Л. Бабурин и автор, гидролог А. С. Клопова, экономисты А. Б. Марголин и В. А. Шелест, геолог С. Я. Жуковский п другие. Китайская группа во главе с Чжан Кай-пином и Чжан Жуй-цином состояла из восьми представителей местной администрации и геолога Цао Ши-сю. Их участие дало нам возможность определить ущерб от наводнений на китайском берегу Амура, внимательно изучить оба берега реки и выполнить все работы,
14


необходимые на этой стадии исследований, для выбора районов размещения плотин, определения регулирующей способности водохранилищ и мощностей гидроэлектростанций и расчета стоимости их строительства. Впервые выявились возможности гидроэнергетического использования великой дальневосточной реки. Они оказались весьма солидными и, вопреки скептическим предсказаниям некоторых, экономически выгодными.
На Верхнем и Среднем Амуре были выбраны и изучены четырнадцать створов. Сравнение различных сочетаний плотин в этих створах позволило выбрать для дальнейшего изучения ряд вариантов каскада гидроэлектростанций, включающих Амазарскую, Джалиндинскую, Кузнецовскую, Сухотинскую, Благовещенскую и другие ГЭС на Верхнем Амуре и Хинганскую на Среднем Амуре. Их общая мощность в два с половиной раза превысит мощность крупнейшей гидроэлектростанции мира — Куйбышевской ГЭС на Волге.
Вторая Группа гидроэнергетиков экспедиции тем временем изучала Нижний Амур и выбрала два района для сооружения мощных гидростанций.
Исследования показали огромную важность гидроэнергетического строительства на Амуре и на его притоках Зее и Бурее для развития народного хозяйства Дальнего Востока. Сооружение на реках плотин позволит создать крупные водохранилища. Зарегулированный в них сток уже не будет иметь резких колебаний. Навсегда прекратятся наводнения. Гидроэлектростанции дадут дешевую электроэнергию для развития промышленности, сельского хозяйства, электрификации транспорта, электроснабжения городов и сел. Расположенные на пограничной реке, они будут в равной доле отпускать энергию на советскую и китайскую территории и явятся связующими звеньями энергетических систем советского Дальнего Востока и Северо-Восточного Китая. Зарегулированный сток можно будет лучше использовать для развития судоходства и для орошения полей.
В Благовещенске осенью состоялось совещание. В нем участвовали местные руководители, специалисты и китайские представители, проводившие с нами полевые исследования. Решение было единодушным — продолжить начатые работы на более широкой основе.
15


Зима, проведенная в Москве, ушла на разработку научных отчетов и программ исследований в Амурском бассейне. Они были направлены затем в Академию наук Китая с предложением начать в 1956 году совместное изучение проблемы Амура.
Так начинались исследования на великой дальневосточной реке.
М О С КВ А — П ЕКИН
Прохладная майская ночь. Большой серебристый самолет с красным флажком на хвостовом оперении закончил погрузку пассажиров. Дежурный аэропорта пожелал нам счастливого пути и вышел из самолета. Захлопнут люк, заведены моторы. В круглое стекло иллюминатора видны ярко освещенное монументальное здание аэровокзала и у перил решетки, отделяющей летное поле от перрона, группа провожающих.
Самолет развернулся и по гладкому бетону медленно покатился к стартовой дорожке. Вокзал скрылся за бесконечными вереницами самолетов, ожидающих отправления в далекие края. Мне как-то не по себе. Много раз улетал я с Внуковского аэропорта, но никогда еще не приходилось лететь в чужую, пусть даже дружественную страну.
После небольшого разбега самолет незаметно оторвался от земли и, плавно набирая высоту, взял курс на восток, все дальше и дальше от светлого пятна электрических огней, сияющих над столицей.
Уставшие за день предвыездных волнений, мы устраиваемся ко сну. В памяти невольно возникают картины последних дней московской жизни, ночная автомобильная поздка в аэропорт, предвыездная суета, дружеские напутствия...
В соседнем кресле дремлет глава нашей небольшой академической делегации Л. В. Пустовалов, по другую сторону прохода расположился В. В. Звонков. Далее — два представителя проектной организации.
Мы летим в Пекин, чтобы провести переговоры о совместных с китайскими учеными и инженерами комплексных исследованиях бассейна Амура.
16


В ответ на наше предложение о широком совместном изучении проблемы Амура президент Академии наук Китая Го Мо-жо пригласил нас прибыть в Пекин для обсуждения программы и порядка работы.
Под мерный гул моторов незаметно засыпаю, как и все мои спутники...
Просыпаемся от характерного ощущения спуска. Уши как будто набиты ватой. Стрелка висящего перед глазами барометра-высотомера неуклонно идет вниз. Впереди полыхает утренняя заря, ее отблески румянят прильнувшие к стеклам иллюминаторов лица.
Самолет делает крутой вираж, и под его крылом отчетливо видны кварталы города, раскинувшегося на берегу полноводной реки. Первые лучи солнца падают на старинные сторожевые башни, на купола церквей и белые высокие кирпичные стены древнего Кремля, отражаются в огромных окнах заводских зданий, озаряют плывущие по реке нарядные белые пароходы.
Казань, Волга... Спустя год ее воды, подпертые Куйбышевской плотиной, поднялись до самых кремлевских стен, а сейчас внизу, в широкой пойме реки, видна бес конечная линия земляных сооружений. Это строящиеся дамбы; они оградят город от волн будущего водохранилища.
Прекрасное новое здание аэропорта отделано в восточном стиле. Нас приглашают на отдых.
Вспоминаются проведенные в Казани суровые, полные тревоги месяцы эвакуации. За оградой летного поля, где приземлился наш самолет, простираются обширные поля, на которых «выковыренные» (так местные жители называли эвакуированных) сажали картофель — основной продукт питания тех тяжелых времен. Проходя на свои участки, мы с надеждой глядели на могучие самолеты, звено за звеном взмывавшие ввысь и бравшие курс на запад — громить фашистские полчища...
Снова в воздухе, снова внизу величавая Волга, затем быстрая красавица Кама, холмы Татарии, необозримые леса Урала с частыми дымками заводов. С детства знакомый, но неизмеримо выросший Свердловск живописно раскинулся на берегах старинных горно-заводских Исетских прудов. В дымке нагретого дневным солнцем воздуха под крылом самолета проплывают однообразные
2 Лмур — река дружбы
17


равнины Западной Сибири, как сестры, похожие друг на друга березовые рощицы, степные озера Барабы... Вот и берега быстрого Иртыша. Здесь, в дремучих вековых лесах, когда-то бились с дикими ордами Кучума славные дружинники Ермака, а теперь высится лес заводских труб и развертывается строительство гидроэлектрической станции... Спокойная Обь и столица Сибири — ее крупнейший город Новосибирск.
В самолете настоящий интернационал: русские, китайцы, поляк, немцы и даже англичанин. За обедом в Новосибирске сбитая с толку хозяйка стола обратилась kq мне с вопросом:
— Вы понимаете по-русски?..
Еще два летных часа —и внизу блеснул могучий Енисей, за годы войны обросший многочисленными заводами, со строительством величайшей в мире Красноярской гидроэлектростанций.
После короткой остановки продолжаем путь. Теперь он лежит над застывшей в ярком лунном свете бескрайней тайгой. На юге, справа по курсу, громоздятся облака, за ними угадывается высокий горный массив. Это Саянский хребет. Он, как барьером, отделяет от Восточной Сибири Тувинскую автономную область — чудесный, богатый край, ожидающий освоения его природных ресурсов. В путешествиях по порожистым, кишащим рыбой рекам Тувы, по высоким, покрытым кедровой тайгой горным хребтам, по пустыням с солеными озерами и степям, где бродят стада пугливых диких коз и важно шагают самые крупные из пернатых нашей страны — дрофы, мы провели два полевых сезона, изучая гидроэнергетические ресурсы верховьев Енисея.
...Вдали показалось море огней. Это выросший в послевоенные годы в глухой тайге прекрасный, социалистический промышленный город-парк Ангарск с населением, большим, чем в ином областном центре. Дым о г его заводских труб кажется в лунном свете полноводной рекой, а мелькнувшая внизу широкая гладь Ангары - - ее тенью...
Иркутск — последний советский аэропорт на пути из Москвы в Пекин. Здесь предстоял ночлег, выполнение таможенных формальностей.
Прошло восемнадцать часов с момента вылета из 18


Внукова, а позади уже более пяти тысяч километров. Тогда еще не были сданы в эксплуатацию быстрокрылые «ТУ-104», сократившие срок перелета из Москвы до Иркутска еще почти в три раза.
...Ясное прохладное утро. Занимаем места в самолете с китайскими опознавательными знаками и с изображением, как и на нашем прежнем самолете, красного флажка на хвостовом оперении.
. Следующую посадку мы должны совершить уже за границей, в Монгольской Народной Республике.
Под самолетом проплыла незабываемая панорама серо-голубой прозрачной Ангары, старинного сибирского города на фоне зеленых гор и гидроэнергетического строительства. Вскоре первенец сибирской гидроэнергетики — Иркутская ГЭС, — по мощности не уступающая Днепрогэсу. вошла в строй действующих энергетических гигантов.
Самолет над Байкалом... За ним вздымается хмурый Хамар-Дабан, справа сверкают снеговые шапки Тункин- ских белков. Видимость прекрасная. Свежий горный воздух прозрачен и чист. Лишь над Тункинскими белками висят облака... Отчетливо, как в кинофильме, представляются заоблачные дали и бурные реки Тункинско- Окинского района Бурятской АССР. Два года тому назад мне пришлось пересечь его по высокогорному бездорожью с караваном вьючных лошадей, чтобы изучить местные реки в районе Боксонского бокситового месторождения. Суровые места...
Озеро-море одинаково прекрасно с самолета и из окна вагона, с борта судна и со склонов окружающих гор. Сегодня на ярком солнце в серебристой оправе еще не растаявших прибрежных льдов оно сверкает, как огромный изумруд. Его побережье чем-то неуловимо напоминает черноморский берег Кавказа. Здесь такие же крутые скалы, нависшие над полотном железной дороги, так же грохочут частые тоннели, так же весело звенят хру- сТально-чистые горные речки, спешащие из узких ущелий На морской простор, так же в синеватой дымке вздымаются вдали заснеженные, покрытые облаками вершины. Только вместо развесистых дубов, магнолий, кипарисов и пальм па скалах шумят лиственницы и кедры;, а к ле19


дяной воде Байкала по пылающему ковру огненных жаркое1 веселым хороводом сбегают кудрявые березки.
Своеобразны природа и климат Байкала. Как-то в разгар суровой сибирской зимы мне с большой группой москвичей довелось побывать в Лиственничном, где расположена научная лимнологическая станция Академии наук СССР. Выехав на автомобилях из занесенного снегом Иркутска, окутанного плотным холодным покрывалом испарений от еще незамерзшей, несмотря на морозы ниже 20 градусов, Ангары, мы нашли на берегу Байкала яркое ласковое солнце, девственно-белый снежный покров, мартовскую капель и чистый пьянящий воздух, живо напоминающий зимний Кисловодск.
Но Байкал интересен не только своей красотой и своеобразием, он играет огромную роль в жизни природы как важнейший фактор микроклимата Прибайкалья и мощный регулятор стока впадающих в него рек. Около трехсот рек, речек и ручьев вливают в озеро свои воды, собранные на поверхности не только окружающих его гор. Самые крупные из них — Селенга и Верхняя Ангара —■ издалека приносят Байкалу свои воды. Селенга, например, имеет длину более тысячи километров, ее истоки находятся в пределах Монголии — далеко к югу от Байкала. Речной сток, поступающий в озеро, неравномерен. Весеннее таяние снегов и летние дожди вызывают бурные паводки на реках Байкальского бассейна, зимой же пополнение Байкала водой почти прекращается. Лютые сибирские морозы нередко промораживают реки до дна. Только Селенга и немногие другие реки не прекращают своего бега в холодную зимнюю пору. Между тем единственная вытекающая из Байкала река Ангара полноводна круглый год. Обширная чаша озера-моря ак кумулирует паводковый сток, распластывая его по ог ромной поверхности и сравнительно равномерно отмеряя его Ангаре по сезонам года.
Байкал — крупнейшее в мире естественное, регу лирующее водохранилище. Но и оно не в состоянии осуществлять полное регулирование стока Ангары. Для уве личения регулирующей способности и получения равно мерной отдачи энергии на Иркутской гидроэлектростан1 Сибирский таежный цветок — купальница.
20


ции советские инженеры решили поднять уровень Байкала приблизительно на один метр. Иркутская плотина построена с этим расчетом. Дополнительная емкость чаши Байкальского озера путем ее наполнения и сработки по мере необходимости позволит еще лучше зарегулировать сток Ангары и использовать его со всей возможной полнотой.
С самолета хорошо наблюдать жизнь дельты крупнейшей реки Байкальского бассейна — Селенги. Ее наносы псе дальше и дальше продвигаются в глубь Байкала, постепенно перерезая озеро. Уже около одной трети ширины Байкала перегорожено выносами Селенги. Пройдут тысячелетия, и выносы Селенги и трехсот других впадающих в Байкал рек заполнят его бездонную чашу...
Пересекаем покрытый труднопроходимой тайгой Ха- мар-Дабан — дикий горный хребет, изобилующий зверем.
Влево остался Улан-Удэ, столица Бурятской АССР,— чистый город с бурно развивающейся промышленностью. Внизу — снова широкая водная гладь с пятнами ряби. Это Гусиное озеро. В недрах его котловины сосредоточены огромные запасы бурого угля. Гусиноозерские копи снабжают углем Забайкальскую железную дорогу, промышленность и города Бурятской республики. Вдоль западного берега озера проходит железнодорожная линия Москва — Пекин. Раньше она была лишь веткой, соединяющей Улан-Удэ с пограничной станцией Наушки. Затем ее продлили до столицы Монгольской Народной Республики — Улан-Батора. Совсем недавно совместными усилиями китайского и монгольского народов и при дружеской помощи советских специалистов железная колея была уложена через пустыню Гоби и соединила сети советских и китайских железных дорог, создав кратчайший путь между тремя братскими столицами —. Москвой, Улан-Батором и Пекином.
Следуя направлению этой линии, самолет пересекает Селенгу, а затем советско-монгольскую государственную границу в районе городка Кяхта.
Пролетая над Селенгой, не могу не вспомнить путешествий, проведенных для рекогносцировочного изучения гидроэнергетических ресурсов ее бассейна. Несмотря на 21


обилие водной энергии, условия ее использования в бассейне Селенги оказались сложными, и в качестве первоочередной крупной электростанции для снабжения центральных й южных аймаков Бурятской АССР нами была предложена тепловая, на гусиноозерских углях.
...Внизу Монголия — классическая страна древнего кочевого животноводства. До горизонта тянутся горные гряды с округленными вершинами. Они как бы убегают от нас, когда мы приближаемся к ним. Их северные склоны покрыты тайгой, южные — степью. На берегах гор: ных рек кое-где видны группы белых войлочных юрт и вблизи них—бесконечные отары скота. Но теперь уже нередки и большие распаханные площади. Их с каждым годом все больше и больше. Ландшафты напоминают южные районы Тувы.
Около двух часов занял перелет до Улан-Батора. На берегу живописной реки Тола, притока Орхон-Гола, по казалось небольшое здание аэропорта и вблизи него — несколько юрт. Вдали видны правильные кварталы домов, окруженные скоплениями войлочных юрт. Это и есть столица Монгольской Народной Республики.
Колеса шасси, вздымая тучи пыли, плавно покатились по сухому щебенистому летному полю. К самолету спешат пограничники в незнакомой форме, берут наши паспорта и приглашают в здание аэровокзала с вывеской «Улаа.н- Батар». У ограды стоят коренастые лошади с высокими, украшенными серебром седлами. Около них о чем-то спорят одетые в яркие национальные костюмы, загорелые стройные красавцы-монголы. Свежо. Общий вид города и аэропорта, тип и одежда местных обитателей, меню завтрака — чай, сыр, масло и яйца, которыми нас угощают, — вполне гармонируют с нашими представлениями об особенностях страны и образе жизни ее хозяев.
Через полчаса нас приглашают на посадку. Следом в самолет входят пограничники, вручают паспорта с отметками о посещении Улан-Батора и желают нам счастливого пути. Самолет вздрагивает от включенных моторов Разбег, разворот в воздухе — и под нами снова бесконечные безлюдные просторы.
Курс на Пекин. Впереди длительный и тяжелый перелёт над каменистой Гоби — одной из наиболее страшных пустынь мира.
22


В жаркие дни накаленный над пустыней воздух образует мощные воздушные течения, воронки. Чтобы избежать отчаянной качки и провалов в бездонные ямы, самолет забирается на высоту три с половиной -- четыре километра. Ощущаем недостаток кислорода.
Сквозь голубую дымку марева внизу проступает серая, слабоволнистая, безотрадная поверхность пустыни. Кое-где мелькают небольшие сухие русла. Только через два часа полета' — это соответствует 600—650 километрам пути — показываются небольшие клочки пашни, редкие поселки, какие-то холмики с четко фиксированными центрами, напоминающие норы сусликов. Они изредка попадались и раньше, при полете над Гоби. Догадываюсь, что это — глубочайшие колодцы. Слева видна железная дорога.
Еще не так давно верблюды были единственным средством передвижения в этих унылых местах, и изнуренные жаждой путешественники с надеждой взирали вдаль, в поисках спасительных колодцев. .
Три часа полета... Показались сплошь обработанные поля, крупные селения, обнесенные высокими стенами правильно распланированные городки.
Пересекаеги гористый район. Террасированные склоны, густая сеть глубоких и узких с отвесными стенками каньонообразных оврагов. Всюду желтые краски и почти полное отсутствие растительности. Появились облака. В разрывах между ними блеснул какой-то обширный водоем, по-видимому недавно созданное водохранилище. На его дне сквозь прозрачную толщу воды, еще видны уходя г щие вглубь пересекающиеся дороги, стены полуразрушенных домов, контуры затопленных селений.
Вдруг почти рядом с крылом возник залесенный скалистый гребень горного хребта и на нем причудливо извивающаяся лента знакомой по картинам Великой Китайской стены. Не успеваю хорошо разглядеть ее, как самолет входит в.облако, и его начинает бросать из стороны в сторону.
В пятнадцати минутах полета от Пекина густая завеса облаков скрыла землю, и лишь у самой столицы Китая самолет вышел из их плотного слоя. Теперь внизу видны сплошные рисовые поля, озера и каналы, дворцы :и пагоды с загнутыми к небу краями крыш, зеленые леси23


стые склоны гор, сады и парки, правильные кварталы огромного города.
Самолет вплотную подкатил к зданию аэровокзала и замер. Подан трап, открыт люк. Кабина наполнилась горячим воздухом, так непохожим на свежий горный воздух Улан-Батора. Усталые от тяжелого перелета, спускаемся на бетонированную площадку и в сопровождении дежурных направляемся к зданию. Нам навстречу идет большая группа китайских товарищей, радушно приветствующих нас. Мы — в столице юного народного Китая — древнем Пекине.
В НЕКИНЕ
В просторной комнате для гостей пекинского аэровок зала нас усадили на уютные низенькие диваны. На небольших, покрытых черным лаком столиках уже стояли чашки с ароматным горячим чаем, вазы с печеньем и конфетами в красочных обертках с незнакомыми рисунками и иероглифами, красные с серебром станиоля пачки сигарет с изображением трибуны на площади Тяньаньмынь.
За чаем мы познакомились с встречавшими нас ки тайскими учеными. В числе их были представители Академии наук Китая, министерств водного хозяйства, энергетической промышленности, геологии и других учреждений.
Пока происходил обмен приветствиями, наши паспорта и билеты были зарегистрированы, а багаж погружен в ожидавшие у подъезда автомобили. Мы заняли в них места и, сопровождаемые китайскими друзьями, отправились в город.
Пекин расположен далеко от аэропорта, до центра города примерно такое же расстояние, как от Внукова до Москвы. Это дало нам возможность сразу же составить общее представление не только о самой столице, но и ее окрестностях.
Чистота и абсолютный порядок. Это первое впечатле ние осталось незыблемым на все время нашего пребывания в Китае. Асфальтированное, ведущее в город шоссе обсажено деревьями. В их тени хорошо, видимо, в знойные дни, когда температура воздуха достигает 35—40
24


градусов. Впрочем, как нам рассказали пекинцы, наиболее тяжело переносятся летние дни, когда при такой же температуре льет дождь.
По обе стороны шоссе видны аккуратные поля со стройными рядами растений, без малейших признаков сорняков. Крестьяне в широкополых соломенных шляпах мотыгами рыхлят землю. Сельскохозяйственных машин в- Китае пока еще мало, как и автомашин.
Скоро автомобили отечественного производства заполнят дороги Китая, а-пока по ним катятся массивные двухколесные арбы и повозки, запряженные хорошо упитанными мулами, лошадьми, ослами. Иногда в одной упряжке идут все три вида животных. -Они доставляют в город пассажиров, сельскохозяйственные продукты, строитель ные материалы и увозят в села промышленную продукцию из города. У многих повозок лотком подвязана мешковина для сбора помета. Этим достигаются две цели — собираются удобрения и предохраняются от загрязнения улицы и дороги.
В Пекине, как, впрочем, и в других городах Китая, чрезвычайно распространены велосипеды и велоколяски. Они легко и быстро бегут по ровным улицам сплошными бесшумными потоками, преграждая путь автомобилям и пешеходам. На рулях велоколясок весело развеваются красные флажки: их хозяева принадлежат к кооперативным объединениям.
В городе много трамвайных и автобусных линий, есть и такси, но механический транспорт не справляется с перевозками в столице, раскинувшейся на огромной территории.
Недалеко ог въезда в город среди цветников высятся красивые новые дома под массивной зеленой черепицей. Это — гостиница «Дружба» для советских специалистов, прибывающих в Пекин на длительные сроки.
Группы новых трех-пятиэтажных кирпичных домов виднеются повсюду вдоль шоссе. В них размещены учебные и научно-исследовательские институты, учреждения, квартиры. Многие дома еще в лесах. Несмотря на отсутствие механизации — подъемные краны лишь у немногих строек протянули в небо свои стрелы, — строительство идет быстро, ведется тщательно, любовно, со свойственной китайцам аккуратностью. Говорят, что на построй-
2S


ку многоквартирного четырехэтажного дома с полной отделкой затрачивается три — четыре месяца, а иногда и меньше.
Справа и слева, как притоки к главной реке, к шоссе примыкают ответвления, и вскоре начинается улица одноэтажных старинных домов, сложенных из камня и обнесенных высокими каменными заборами. Это предместье Пекина. В открытые на улицу окна и двери квартир видны чисто убранные комнаты, женщины, склоненные над работой. Повсюду множество ребятишек.
Большинство мужчин одеты в серые или синие хлопчатобумажные костюмы из плотной ткани. Женский костюм состоит из узеньких брюк и цветастых курточек, плотно облегающих стройные, как правило, худенькие фигуры. Лишь изредка встречаются женщины в платьях- халатах. У них простой изящный покрой и высокий боковой разрез, до колена открывающий ногу при ходьбе.
Законодатели мод — парижане, по отзывам печати, пришли в восхищение от увиденных ими китайских платьев-халатов во время посещения Франции китайским артистическим ансамблем.
Головные уборы на прохожих можно увидеть редко даже в дождливую погоду. Их заменяют массивные зонты с каркасом, из бамбуковых планок,, покрытым, рисунчатым пергаментом, клеенкой или шелком. На ногах мужчин и женщин — легкие матерчатые туфли с матерчатой же многослойной подошвой.
Мы въехали в старый Пекин. Улицы старого города значительно уже широких проспектов новых кварталов, и только образцовый порядок движения, поддерживаемый подтянутыми регулировщиками в белых шлемах и нарукавниках, позволяет без задержки пропускать огромные массы велосипедистов, ручных и конных повозок, автомобилей, пешеходов.
День был ветреный, и лица многих жителей Пекина закрыты марлевыми масками, предохраняющими нос и рот от пыли. Такие маски широко распространены в Китае. Ими пользуются при уборке метельщики улиц, и служащие гостиниц, проводники вагонов, милиционеры на постах. Маски надевают больные — чтобы не распространять заразу, парикмахеры — при обслуживании посетителей, повара — во время приготовления пищи,, медицин26


ские работники - - па приеме больных. В сильные ветры ими обязательно закрыты лица детей, послушно, гуляющих с воспитательницами детских садов.
Парки, скверы, бульвары, ряды тенистых деревьев, окаймляющих тротуары, украшают город. Повсюду видна зелень.
Часто встречаются небольшие магазины с разнообразными товарами и лотки под парусиновыми навесами. В них аккуратными рядами разложены свежие овощи и, несмотря на раннее время года, — фрукты.
Овощи с большим искусством выращиваются трудо-. любивыми китайскими крестьянами от ранней весны до поздней осени. Фрукты сменяются по сезонам.
Была только вторая половина,мая, а на лотках уже соблазнительно краснела крупная клубника и какие-то незнакомые коричневые фрукты, срезанные с дерева с веточками. Это — личжи, редкий фрукт из Южного Ки? тая. В прежние годы его подавали лишь к императорское му ..столу. Покрытый твердой, как плотный пергамент, оболочкой, личжи по форме похож на крупную клубнику с такими же, как у нее, глазками. Внутри заключена перламутрового цвета кисловато-сладкая освежающая мякоть, обволакивающая горькую на вкус косточку бобового вида.
Нижние этажи зданий заняты под магазины-с красиво оформленными витринами. У дверей повсюду стоит множество велосипедов. Их никто не охраняет, но владельцев это нимало не беспокоит — они уверены, в полной сохранности своих машин.
Мы выехали на одну из главных улиц Пекина — Во^ сточную Чаньань, широкий проспект с бульварами. Пересекая старый Пекин с запада на восток, она берет начало на площади Тяньаньмынь — Красной площади китайской столицы. По другую сторону площади ее продол, жением является симметричная улица — Западная Чаньань. На северной стороне площади возвышается историческая трибуна. 1 октября 1949 года с этой трибуны председатель Мао Цзэ-дун торжественно провозгласил Китайскую Народную Республику.
Южную сторону площади украшает строгий обелиск; возведенный в память погибших бойцов Народно-освободительной армии Китая.
27


Вскоре автомобили остановились у многоэтажного здания гостиницы «Пекин». Прежде чем поселить в номерах, нас пригласили в комнаты для гостей и предложили чай и сигареты. В путешествиях по Китаю мне пришлось в дальнейшем побывать во многих его городах. Этот обычай гостеприимства неизменно соблюдался повсюду.
Нам отвели просторные номера. С балкона моей комнаты открывался широкий вид на утопающий в зелени город. Вдали виднелись золоченые крыши бесчисленных павильонов Императорского Дворца и стремящиеся ввысь изящные пагоды с многоэтажными кружевами балконов.
Дежурный принес и поставил на стол вазу с фруктами, чайный сервиз, большой термос с кипятком, коробочку с чаем, конфеты, сигареты.
Удивило полное отсутствие формальностей — при вселении не потребовалось ни заполнения анкет, ни даже предъявления паспортов. Это, конечно, объяснялось не отсутствием учета приезжающих, а исключительным тактом и вниманием заботливых хозяев. Этот такт и заботу мы неизменно чувствовали все дни пребывания на гостеприимной земле Китая.
Быстро замелькали дни нашего пребывания в Пекине. Подготовка к совещанию и встречи с китайскими учеными сменялись интересными экскурсиями по городу и его окрестностям, лекциями и докладами, с которыми члены делегации выступали по просьбе китайских друзей. Хозяева составили подробную программу на каждый день, и нам оставалось лишь следовать ей.
В один из ближайших после прибытия в Пекин дней нам сообщили о составе китайской делегации, назначенной для переговоров по проблеме Амура. В нее вошли видные деятели науки и крупные специалисты по различным отраслям намечаемых исследований. Это свидетельствовало о том, что китайская сторона придает важное значение проблеме Амура.
Начались взаимные консультации между нами и китайскими учеными по самым разнообразным вопросам, связанным с изучением и освоением природных ресурсов бассейна Амура. Китайские товарищи хотели еще до начала совещания получше познакомиться с природными условиями района предстоящих работ, с его естественными богатствами, с их современным использованием и 28


перспективами дальнейшего развития, с транспортными условиями, с трудностями проведения исследований, с принятой у нас организацией работ. Мы всячески способствовали этому и в свою очередь получали полезные для нас сведения о китайской части Амурского бассейна.
Вечерами китайские друзья показывали нам столичные театры. Нашими постоянными спутниками были Чжу Цзы-фань, в дальнейшем проводивший организацию исследований на Амуре от китайской стороны, и предупре; дительные, заботливые переводчики Ли Дэ-юань, Чжан Си-лян, Цздань Цзи-сян и Сунь Ли-динь. С добродушным, внимательным и веселым товарищем Чжу мы все быстро подружились.
За время пребывания в Пекине нам показали несколько китайских классических опер и премьеру «Евгения Онегина» на китайском языке; мы присутствовали на кон цертах ансамбля песни и пляски Китайской Народной Республики, самодеятельности строительных рабочих Пекина, на вечере, посвященном памяти Достоевского, Гейне и Калидасы.
Запомнились красочные костюмы и невероятные ак робатические пируэты артистов пекинской оперы в опере «Охота на тигра», выразительная игра исполнителей полной условностей Шанхайской оперы в «Пятнадцати медных монетах» и необычные сочетания пушкинской) слога, музыки Чайковского и китайской речи в «Евгении Онегине». Это был первый и очень удачный опыт показа русской оперы на китайской сцене.
НАУЧНОЕ СОДРУЖЕСТВО
28 мая 1956 года — важная дата в истории изучения бассейна Амура.
...Просторный зал на верхнем этаже гостиницы «Пекин» заполнен людьми. Со всех сторон слышится китайская, русская, английская речь. Переводчики — нарас хват, но кое-кто обходится и без их услуг. Многие китайские товарищи понимают русский язык; к нашему стыду, они усваивают его быстрее и лучше, чем мы китайский. Некоторые знают английский, немецкий, французский.
Поперек зала тянется длинный, покрытый сукном 29


стол; на нем стопки бумаги, карандаши, чайные сервизы, термосы с горячим чаем. На потолке медленно крутятся большие пропеллеры, охлаждая воздух. По бокам стола на высоких подставках развешаны карты Амурского бассейна, графики, схемы, диаграммы, таблицы, фотографии: Руководитель китайской делегации вице-президент Академии наук Китая профессор Чжу Кэ-чжень просит всех занять места. Открывается первое заседание по пёре- гоВОрам о советско-китайских исследованиях бассейна Амура с целью освоения его гидроэнергетических ресурсов, полезных ископаемых и других природных богатств.
■ Первое заседание носило организационный характер. Руководители китайской делегации приветствовали советскую делегацию и заявили о согласии китайской стороны с предложением совместно изучать природные ресурсы бассейна Амура. Последовало взаимное представление членов китайской и советской делегаций. Многие товарищи из состава китайской делегации явились в дальнейшем ведущими работниками исследований^на Амуре. К ним принадлежали физик и гидротехник профессор Фэн Чжун-юнь, уже известный нам профессор-лесовод Чжу Цзы-фань, гидротехник и гидролог профессор Се Цзя-цзё, гидроэнергетик Тянь Чжун, транспортник Гао Юань, экономист-плановик Чэн Цзянь-фэй, геолог профессор Хоу Дэ-фэн, почвовед профессор Сун Да-чён.
На заседании был принят порядок дальнейшей работы. Ее предполагалось закончить в десятидневный срок. В конце заседания нам вручили красиво оформленные конверты. Переводчик объяснил значение иероглифов, нарисованных тушью столбцами на вложенных в конверты карточках: президент Академии наук Китая Го Мо-жо приглашал нас на прием.
На приеме присутствовало человек пятьдесят. Среди них были уже знакомые нам китайские ученые, советники посольства, руководители Академии наук Китая, представители министерств, а также некоторые советские ученые, приехавшие помочь Академии наук Китая в составлении двенадцатилетнего плана развития науки.
Нам посчастливилось побеседовать с выдающимся деятелем китайской культуры известным борцом за мир Го Мо-жо. Скромный и простой, как огромное большинство наших китайских друзей он тепло отнесся к нам и мно- 80


то расспрашивал о работах на Амуре. Закончив на Амуре прошлой осенью исследования, мы послали Го Мо-жо приглашение на заключительное совещание в Благовещенске, хотя и не надеялись на его личный приезд: слишком много у него других важных забот. Мы получили от Го Мо-жо ответ с благодарностью за приглашение и с сообщением, что по его поручению к нам выедут представители Академии наук Китая. Однако из-за дождей, размывших аэродром в Хэйхэ, они прибыть не смогли. Позже мы послали в Пекин материалы нашего совещания.
Нам было известно, что Го Мо-жО подробно интересовался результатами летних работ на Амуре и вызвал для беседы о них участвовавших в исследованиях китайских товарищей.
Прием закончился банкетом. Го Мо-жо предложил первый тост за советских ученых, оказывающих помощь народному Китаю в развитии науки и в проведении научных исследований, за успех совместного изучения и освоения бассейна Амура. В ответных тостах мы благодарили за радушный прием и выразили дружеские Чувства советских людей к китайскому народу.
; На следующий день переговоры продолжались. С докладами выступили члены советской делегации. Мы познакомили китайских ученых с особенностями советской части бассейна Амура, с его природными условиями и уже выявленными естественными богатствами, с общим направлением развития' народного хозяйства, с предлагаемой нами программой и с задачами комплексных исследований, с организацией экспедиционных работ, уже начатых нами для изучения проблемы Амура.
Проблема Амура — одна из крупнейших экономических проблем международного значения; она включает широкий комплекс вопросов, связанных с развитием народного хозяйства советского Дальнего Востока и Забайкалья, а также северо-восточных провинций Китайской Народной Республики. Сущность ее заключается в решении разнообразнейших задач, ведущих к преобразованию природы обширного бассейна Амура, к использованию его природных ресурсов на благо человека.
Прежде всего предстоит разработать меры борьбы с наводнениями, приносящими ныне огромный ущерб населению и народному хозяйству Приамурья и мешающими
31


нормальному развитию его экономики. Осуществление этих мер — первоочередная задача, с решением которой тесно связано использование водной энергии Амура и его крупных притоков. Каскады гидроэлектростанций наряду с тепловыми электростанциями на местном топливе заложат основы надежной мощной энергетической базы, которая должна опережать развитие народного хозяйства в бассейне Амура.
Большое внимание должно быть обращено на улучшение условий водного транспорта на реках бассейна Амура и создание подъездных путей к ним. Необходимо изучить вопрос о водных соединениях Амура с портами Татарского пролива и Японского моря в обход неудобного для судоходства устьевого участка Амура. На базе использования богатейших энергетических и сырьевых ресурсов — руд железа, цветных и редких металлов, химического и лесного сырья — должна быть осуществлена широкая индустриализация районов Приамурья. Здесь есть все, чтобы организовать новые промышленные комплексы, развить электроемкие производства, создать новые крупные металлургические предприятия.
Промышленное развитие Приамурья потребует значительного расширения местной продовольственной базы путем улучшения использования уже освоенных земельных массивов, мелиорации и освоения новых земель, увеличения поголовья скота, умножения рыбных богатств Амурского бассейна.
Найти обоснование и наилучшие решения всех этих разнообразных вопросов да еще для огромной, местами мало обжитой территории, лежащей в пределах двух великих соседних стран, — грандиозная задача.
Водосборная площадь бассейна Амура достигает 1,86 миллиона квадратных километров. Половина территории бассейна Амура принадлежит Советскому Союзу, 48 процентов его площади находится в пределах Китайской Народной Республики и около 1,5 процента — в Монгольской Народной Республике. Реки бассейна Амура на про тяжении свыше трех тысяч километров служат естественной границей между Китайской Народной Республикой и -Советским Союзом.
Амурский бассейн в большей своей части имеет гористую поверхность, разрезаемую широкими долинами — 32


ложами крупных рек. Обширные, пригодные для земледелия равнины в советской части бассейна раскинулись в верховьях Аргуни — в пределах Читинской области, в Зее-Буреинском междуречье, в долине Уссури, на Среднем Амуре, в междуречье Биры и Биджана и на Нижнем Амуре. Вершины окаймляющих бассейн Амура хребтов на сев'ере достигают высоты 2,5 тысячи метров, а на юге — 2,8 тысячи метров над уровнем моря.
Амур разделяется на три примерно равных по длине участка: Верхний Амур — от истока до устья реки Зеи, где расположен город Благовещенск, Средний Амур — от устья Зеи до Хабаровска, расположенного у устья реки Уссури, и Нижний Амур — от Хабаровска до Амурского лимана.
Питание рек Амурского бассейна происходит главным образом за счет муссонных летних дождей. В теплый период года здесь выпадает 90—95 процентов годовых осад ков, причем за два месяца (июль—август) — около 45 процентов. Дождевые воды быстро стекают по крутым скалистым склонам гор в реки и уносятся в Амур.
Сток Амура резко изменяется по годам и в течение года. Расходы воды у Хабаровска, например, колеблются от 250 кубометров в секунду до 40 тысяч кубометров в секунду. Такая неравномерность стока сильно усложняет использование водных ресурсов. Возникающие время от времени наводнения приносят огромный ущерб уже сложившемуся народному хозяйству Приамурья, надолго прерывают связь между его населенными пунктами, портят посевы, затопляют крупные селения и города. Все это тормозит развитие экономики огромного обжитого района.
Катастрофические наводнения в бассейне Амура происходят в среднем один раз в 7—8 лет.
У Амура разветвленная сеть притоков. Наиболее крупные из них: Зея, Бурея, Сунгари, Уссури, Амгунь. Средние многолетние расходы воды Зёи, Сунгари и Уссури составляют от полутора тысяч до двух тысяч кубометров в секунду, Бурей — около тысячи кубометров, Амгуни — около шестисот кубометров.
Среди природных богатств бассейна следует в первую очередь назвать его гидроэнергетические ресурсы. Они достигают сотен миллиардов киловатт-часов в год. Ресур- зз 3 Амур река дружбы


сы советской части бассейна и пограничных с Китаем рек (Аргунь, Верхний и Средний Амур и Уссури) составляют много десятков миллиардов киловатт-часов только по основным рекам.
По данным Академии наук СССР и «Гидроэнергопро екта», на Амуре и на главнейших реках его бассейна мо гут быть построены многие гидроэлектростанции большой и средней мощности.
Сооружение наиболее крупных и экономичных гидроэлектростанций возможно на самом Амуре (на Верхнем Амуре — три—четыре, на Среднем' Амуре — одна, на Нижнем — две станции), менее крупных — на Зее и: Бурее, Шилке и Аргуни.
Уссури энергетически не может быть использована из-за низких берегов реки; сооружение здесь плотин повлекло бы затопление больших площадей в ее бассейне.
Суммарная мощность всех гидроэлектростанций в бассейне может составить много миллионов киловатт. Амурские, зейские и буреинские гидроэлектростанции дадут дешевую электроэнергию: ее стоимость будет .шшь немногим выше, чем на гидростанциях Ангары; и Енисея, энергия которых считается самой дешевой в стране.
Наиболее насыщен гидроэнергетическими ресурсами небольшой участок бассейна Верхнего Амура.
Энергетические ресурсы бассейна Амура существенно’ дополняются горючими ископаемыми. Здесь известно много месторождений бурых и каменных углей с общими запасами в десятки миллиардов тонн. Угольные месторождения на территории бассейна удачно сочетаются с большими залежами железной руды. На советской территории можно отметить месторождения Березовское и Железный кряж в Читинской области, Гарьское—в Амурской, Кимканское — в Хабаровском крае.
Но не только железом и углем богаты недра Приамурья. Лишь в одной Читинской области насчитывается более двух тысяч месторождений пятидесяти пяти видов полезных ископаемых. По богатству полезными ископаемыми эта область напоминает Урал.
Разнообразные рудные и нерудные полезные ископаемые (известняки, огнеупорные глины, кварциты, базаль-
34


ты, графит, свинец, цинк, олово и т. п.) обнаружены и в других районах советской части Амурского бассейна. Некоторые из них уже добываются, к эксплуатации других идет подготовка.
В Амурском бассейне расположены крупные лесные? массивы. На советской стороне запасы древесины достигают шести—восьми миллиардов кубометров.
Велики и продовольственные ресурсы Приамурья. Реки бассейна богаты рыбой. Кета и горбуша массами при-; ходят в Амур из океана для метания икры. Много и постоянно обитающих ценных промысловых рыб. Здесь насчитывается около ста видов рыб, из них многие встречаются только в Амуре.
Бассейн Амура располагает значительным земельным фондом, который может обеспечить развитие сельского хозяйства. Наиболее перспективны для развития земледелия и животноводства земли в Читинской области — Приаргунье, в Амурской области — Зейско-Буреинская равнина, в Хабаровском крае — Еврейская автономная область, в Приморском крае — Уссурийская низменность.
Земли советского Приамурья очень плодородны, но частые дожди затрудняют уборку урожая и приводят к большим потерям. Для успешного, надежного ведения хозяйства здесь надо разработать и внедрить меры по борьбе с переувлажнением почв и создать новые типы сельскохозяйственных машин, пригодных для местных условий.
Наиболее неотложное дело — регулирование стока Зеи, Верхнего Амура и Уссури. Для борьбы с наводнениями на~3ее должна быть построена плотина немного выше города Зея, в нижнем конце ущелья, которым река прорезает хребет Тукурингра. Высота Зейской плотины составит около ста метров, а мощность гидроэлектростанции позволит широко развить народное хозяйство Амурской области.
На^ Верхнем Амуре также предполагается создать крупные водохранилища. Плотины большой высоты могут быть построены в районе Амазар-Джалинда, у села Сухбтино и в ряде других створов. Сухотинская ГЭС представляет особый интерес как для советских, так и для китайских потребителей энергии. Зейское и Верхне-
3>:- 35


амурское врдохранилища окажут существенное влияние на режим Амура вплоть до устья Сунгари.
Регулирование притока Зеи реки Селемджи — может быть осуществлено путем сооружения Дагмарской ГЭС с крупным водохранилищем, а реки Бурей -- Ушу мунским водохранилищем.
На Уссури нет удобных мест для сооружения водохранилищ. Для регулирования ее стока плотины следует размещать на крупных притоках Уссури — Имане, Бикине, Хоре, а также на реках Улахе и Даубихе — истоках Уссури. Первоочередным здесь намечается водохранилище на Улахе. При нем может быть построена ГЭС средней мощности. Гидростанции на реках бассейна Уссури будут иметь сравнительно небольшие мощности и местное значение.
Создание водохранилищ даст возможность поднять горизонты воды в реках в маловодные сезоны, что улучшит условия судоходства. Сейчас в засушливые периоды глубины Амура и Зеи иногда резко падают на перекатах. Маловодье будет ликвидировано попусками воды из водохранилищ и шлюзованием.
Для улучшения условий водного транспорта в бассейне Амура и для связи его с южными морями намечен ряд водных соединений. В нижнем течении Амур отклоняется далеко к северу. Мелководный бар в его устье затрудняет проход крупных судов. Еще Г. И. Невельской мечтал о соединении Амура через озеро Кизи с бухтой Табо или с заливом Де-Кастри Татарского пролива. Для этого надо построить плотину в районе села Богородского или провести дноуглубительные работы и прорыть шлюзованный канал длиною около двенадцати километров. Второе соединение Амура с морским побережьем было предложено через реку Уссури, озеро Ханка, реки Лефу и Суйфун с выходом в Амурский залив1 в районе Владивостока.
Большое внимание должно быть уделено вопросам мелиорации. Регулирование стока избавит районы При1 Амурский залив является частью залива Петра Великого. Он получил свое название по недоразумению: первые исследователи залива Петра увидели впадающую в него мощную реку и приняли ее за Амур. В дальнейшем оказалось, что это была небольшая речка Суйфун, широко разлившаяся в паводок.
36


амурья от затоплений, а дешевая электрическая энергия позволит установить специальные насосные станции для понижения уровня грунтовых вод в заболоченных районах. Одновременно могут быть проведены и ороситель пые мероприятия в районах, страдающих от засухи, и для развития культуры риса.
Регулирование стока существенно отразится на рыбном хозяйстве бассейна Амура. В водохранилищах верхней части Амура и на его притоках должно быть широко поставлено разведение ценных пресноводных пород рыб. Перепады плотин в нижнем течении Амура нарушат естественные условия размножения кеты, горбуши и других проходных рыб, которые для нереста заходят из морей в реки и поднимаются по ним на многие сотни километров. Для предотвращения массовой гибели рыбы при плотинах должны быть предусмотрены рыбопропускные сооружения — лестницы, рыбоходы или подъемники. Необходима также организация рыборазводных заводов для воспроизводства рыбных запасов.
Первоочередными электростанциями должны быть Зейская ГЭС, гидроэлектростанции на Верхнем и, может быть, на Среднем Амуре, две—три ГЭС на Бурее и на реках бассейна Уссури, ряд крупных тепловых электростанций на местных углях.
Высоковольтные линии электропередач свяжут между собой электростанции отдельных энергетических систем и объединят эти системы в единое целое. Амурские ГЭС могут явиться связующими звеньями между советскими и китайскими энергетическими системами в Приамурье.
В числе будущих потребителей энергии в бассейне Амура можно назвать новые предприятия горнодобывающей, металлургической, лесной, машиностроительной, химической, пищевой и легкой промышленности, электрифицированный транспорт, коммунальные нужды городов и поселков, механизированное сельское хозяйство и т. д. Широкая электрификация возможно большего числа отраслей народного хозяйства в бассейне Амура особенно важна в связи с его ограниченными людскими ресурсами.
Крупными потребителями электроэнергии могут явиться новые заводы черной и цветной металлургии. В условиях Дальнего Востока выгодно электродоменное производство с использованием местных железных руд и элек37


троэнергии верхнеамурских гидроэлектростанций. Оно даст возможность удешевить стоимость чугуна на 30—40 процентов в сравнении с обычным, коксо-доменным, производством.
Сельскохозяйственный комплекс проблемы Амура состоит в улучшении использования уже освоенных земельных массивов, в выявлении и изучении новых пахотных и луговых земель, пригодных для развития полеводства и животноводства, в улучшении и защите лесов края. Увеличение масштабов сельскохозяйственного производства необходимо как для расширения местной продовольствен ной. базы Приамурья, без чего невозможно его широкое промышленное развитие, так и для снабжения северных районов.
Почвенные и гидротехнические мелиорации, рациональный подбор сельскохозяйственных культур, применение удобрений, создание новых типов машин для обработки почвы и уборки урожая в условиях переувлажненных грунтов, широкая электрификация трудоемких процессов в сельском хозяйстве—вот основные звенья в решении сельскохозяйственного комплекса бассейна Амура.
Животноводство имеет обильные кормовые ресурсы в степях Читинского Приаргунья, в некоторых горных районах Хингана, в заливных лугах речных долин. Полеводство развито и имеет благоприятные условия для дальнейшего развития в долинах и на открытых склонах бассейна Аргуни, в Амуро-Зейском и Зейско-Буреинском междуречьях, в Биро-Биджанской равнине, в Приханкай- ской низменности, в долинах Амура, Уссури и других рек.
Геолого-географический комплекс проблемы Амура заключается в исследовании природных условий бассейна и в подготовке к освоению его полезных ископаемых. Климатические, гидрологические, геоморфологические и геологические особенности Приамурья требуют длительного изучения. Особенно важно организовать гидрометеорологические станции на пограничных между СССР и Китайской Народной Республикой реках — Аргуни, Верхнем и Среднем Амуре и Уссури, сток которых почти не изучен.
Геологическое строение Амурского бассейна изучено лишь схематически. Для выявления особенностей геологического строения и составления прогнозов по поискам 38


полезных ископаемых на участках бассейна, еще не имеющих полноценных геологических карт, необходимо про вести детальную геологическую съемку.
Выяснение путей наилучшего развития важнейших отраслей народного хозяйства Дальнего Востока и разработка рекомендаций к составлению единого проекта плана развития народного хозяйства советской части бассейна Амура и Северо-Восточного Китая — вот основная цель исследований, которые следовало начать, объединив усилия ученых двух братских стран — СССР и Китайской Народной Республики.
На совещании мы предложили провести в ближайшие? пять лет на принципах Договора о дружбе, союзе и взаи мопомощи между Советским Союзом и Китайской На: родной Республикой всесторонние исследования в бассейне Амура совместно с китайскими учеными и инженерами. Организовать крупные комплексные экспедиции Академии наук СССР и Китая и особые — проектных организаций для работы каждой из них на своей половине Амурского бассейна и для совместной работы объединенными группами в пограничных зонах Приамурья. Разработать и утвердить единую программу исследований и выполнять их по единой методике и для единой цели — разработки предложений по использованию природных ресурсов бассейна Амура на благо советского и китайского народов. Создать для общего научного руководства исследованиями Объединенный советско-китайский ученый совет по проблеме Амура, включающий равное число ученых и представителей местных правительственных органов областей, краев и провинций, расположенных на со ветской и китайской территориях Амурского бассейна.
Следующее заседание было посвящено выступлениям ученых китайской стороны. Глава китайской делегации профессор Чжу Кэ-чжень заявил о полном согласии китайской стороны с нашими предложениями и выразил уверенность, что при научной помощи советских ученых проблема Амура, важная для обеих сторон, будет успешно решена. Геолог профессор Хоу Дэ-фэн, транспортник Гао Юань, гидроэнергетик Ван И-фу и почвовед професор Сун Да-чен сообщили о степени изученности и особенностях китайской части бассейна Амура и о планах по дальнейшему их изучению и освоению.
39


Они рассказали об особенностях обширных земледельческих равнин долин Сунгари, Нонни и левобережья Уссури, о богатейших скотоводческих районах китайского Приаргунья, о крупных быстрорастущих городах развитого в промышленном отношении Северо-Восточного Китая, население которого намного превышает тридцать миллионов человек. Крупнейший город в бассейне Амура — Харбин с развитой промышленностью и населением в 1,3 миллиона человек, Гирин, Чаньчунь, Цицикар, Муданьцзян, Цзямусы, Хэган — крупные города с населением в сотни тысяч человек. Текстильная, химическая, металлургическая, угольная, электротехническая, пищевая, машиностроительная и другие виды промышленности имеют здесь свои предприятия.
Китайские ученые подчеркивали муссонный характер климата китайской части Амурского бассейна, определяющий большую интенсивность летних осадков. Муссонные дожди и ливни, приносимые с Японского и Желтого морей, грозные тайфуны несут огромные беды китайскому народу. В бассейне Амура от них больше всего страдают густонаселенные долины Сунгари и ее левого истока — Нонни. Проблема борьбы с наводнениями для китайской части бассейна Амура поэтому не менее существенна, чем для советской.
Гидроэнергетические ресурсы своей половины бассейна Амура китайские инженеры оценивают в средний по воде год в 60 миллиардов киловатт-часов годовой отдачи. Для использования их, как и на советской части бассейна, необходимо регулирование стока. На реках бассейна Сунгари китайские инженеры считают возможным постройку более десятка крупных гидроэлектростанций, но обоснованных данных для их проектирования пока еще не имеют.
Полезными ископаемыми богата и китайская часть Амурского бассейна. Крупные месторождения угля известны в районе Чжалайнора в Приаргунье, у Хэгана, Мишаня и в других местах. Их запасы составляют десятки миллиардов тонн. Смежные с бассейном Амура районы Северо-Востока Китая богаты железом. Найдены и разрабатываются руды марганца, цветных металлов. В горах Хингана расположены наиболее крупные массивы 40


строевого леса республики. Велики — около десяти миллионов гектаров — площади целинных земель.
На реке Вторая Сунгари, по-китайски поэтически на зываемой Сун Хуа Цзян — Рекой Кедрового Цветка, работает крупнейшая ;— Фэнманская гидроэлектростанция, спорящая по мощности с гидроэнергетическим гигантом Сибири — Иркутской ГЭС. Ее водохранилище регулирует сток реки и помогает в борьбе с наводнениями в бассейне Сунгари, но имеет недостаточную емкость. Вторая, меньшая, ГЭС — Цзинбоху построена на одноименном горном озере, в истоках реки Муданьцзян. Это пока единственные крупные гидроэлектрические установки во всем бассейне Амура. По предположениям китайских энергетиков, через небольшой ряд лет потребность в электроэнергии Северо-Восточного Китая должна возрасти в пять—шесть раз.
Для развития сельского хозяйства в бассейне Сунгари необходимо провести гидромелиоративные работы. Расширение посевных площадей риса — главной зерновой культуры Китая — возможно лишь при интенсивном орошении.
Таким образом, и для народного хозяйства китайской части Амурского бассейна важно скорейшее изучение и использование огромных энергетических ресурсов Амура Китайский народ так же, как и советские жители Приамурья, заинтересован в лучшем комплексном освоении водных ресурсов Амурского бассейна, в регулировании стока его рек.
Говоря о водном транспорте, китайские инженеры выдвинули интересную идею водного соединения Амура с Желтым морем через Сунгари, Ляохэ и Ляодунский залив. По их предложению этот вариант водного пути был включен в программу экспедиционных исследований.
Во многих районах Приаргунья и гор Большого и Малого Хингана еще не ступала нога геолога. Составление геологических карт, схем, профилей и выявление возможности нахождения полезных ископаемых должно явиться одним из важнейших разделов изучения природных ресурсов бассейна Амура.
Все выступавшие согласились с важностью и необходимостью совместного изучения Амурской проблемы, с программой, предложенной советской делегацией.
4L


В последующие дни происходили совещания по группам гидроэнергетики и природных условий, транспорта, геологии, экономики, проектно-изыскательских работ для составления схемы использования пограничных рек. В ходе подробного обсуждения докладов и программ китайские ученые внесли ряд дополнений к нашим предложениям. По всем вопросам была достигнута полная согласованность мнений.
Работа делегаций успешно подходила к своему завершению. Было решено выделить две группы работ — на учно-исследовательских, проводимых совместно Академиями наук СССР и Китайской Народной Республики, и проектно-изыскательских, которые должны совместно же выполняться проектными энергетическими организациями обеих сторон.
Для проведения научно-исследовательских работ Академия наук Китая приняла решение создать Хэйлунцзянскую комплексную экспедицию, аналогичную советской Амурской экспедиции. Проектно-изыскательские работы должны были выполнять соответствующие экспедиции Ленинградского отделения советского института «Гидроэнергопроект» и «Гидроэнергопроекта» Китайской Народной Республики.
В свободное от совещаний время китайские друзья продолжали знакомить нас с достопримечательностями своей столицы. Мы побывали в недавно организованном научно-исследовательском институте водного хозяйства. В институте десять отделов: гидрологический, гидромелиоративный, гидротехнический, механики грунтов и другие. Водное хозяйство — одна из наиболее старых, развитых и важных отраслей народного хозяйства в Китае, ему уде ¬ ляется большое внимание.
Посетили мы одно из крупнейших высших учебных заведений столицы — Университет Цинхуа. Только одно из его отделений — политехнический институт — имеет семь факультетов, на них обучается более шести с половиной тысяч студентов.
Интересной была поездка на Великую китайскую стену.
В пятом—третьем веках до нашей эры, в эпоху Воюю щих Царств, некоторые государства Северного Китая для защиты своих территорий от нападения кочевников пост - 42


роили вдоль своих границ высокие стены. После объединения Китая династией Чин, в 221 году до нашей эры, отдельные участки стен были соединены между собою, а в последующие века Великая китайская стена, ограждавшая северные границы Китая, протянулась на огромную длину почти в пять тысяч километров—от Шаньхайгуана на берегу Ляодунского залива, через Калган и пустыни Монголии, до Ганьсу. Она была полностью закончена только в шестнадцатом столетии, при династии Мин. Вблизи Пекина Великая китайская стена проходит по гребням Иеншанского горного хребта. Высота стены здесь доходит до 6—12 метров, ширина — от 5 до 10 метров; на ее гребне могли бы разъехаться два автомобиля.
Стена сложена из камня и в верхней части облицована крупноблочным темно-серым кирпичом. Гребень Великой стены обрамляют парапеты с бойницами. На вершинах холмов и на главных поворотах сложены сторо жевые башни, достигающие 35 метров высоты. Следуя изгибам рельефа, стена то крутыми ступенями карабкается на вершины гор, то плавно спускается в глубокие долины. Кажется невероятным, что это грандиозное сооружение — творение рук человека, сооруженное без применения машинной техники. Невозможно представить себе, как доставлялся материал для постройки на труднодоступные хребты, откуда его брали строители: глины для изготовления кирпича поблизости не видно. Бесконечное количество труда и людского горя замуровано в Великой китайской стене, ограждавшей Небесную Империю от пришельцев с севера... Теперь под хребтами, по гребням которых извивается Великая стена, пробиты многокилометровые тоннели. В них ныряют поезда, идущие в сто лицу Китая из Баотоу, Улан-Батора, из Москвы.
Мы осмотрели гробницы династии Мин. В них похоро нено тринадцать императоров династии. Первые гробницы были сооружены более пятисот лет назад.
Осматривая Пекин, мы посетили его прекрасный парк Бэйхай — «Земной Рай», расположенный в центре столицы. Как и летний загородный дворец Ихэюань, — это любимое место отдыха пекинцев и интереснейший исторический музей, свидетель многих эпох в жизни Китая.
Площадь Бэйхая — более ста гектаров. В парке Бэйхай, как и во многих других парках Пекина, Харбина, 43


Ханьчжоу и других городов Китая, мы обратили внимание на каменные глыбы, образующие гроты, лабиринты или просто стоящие на пьедесталах на цветочных клумбах. Нам объяснили, что такие камни, собираемые для ук ¬ рашения парков, принимали в императорском Китае в казну взамен податей; народ называл их «камнями для погашения земельного налога».
Последнюю экскурсию мы совершили к павильону великого китайского революционера Сун Ят-сена, расположенному на склоне лесистых Западных Гор.
Время нашего пребывания в Пекине подходило к концу. Соглашение о совместном проведении научно-исследовательских работ в бассейне Амура было утверждено па заключительном заседании обеих делегаций, но китайские друзья не отпускали пас домой. Они решили показать нам и другие города.
Побывав в многолюдном Шанхае и в прекрасном Ханьчжоу, о котором китайцы говорят: «на небе рай, а на земле —> Ханьчжоу», мы вернулись в Пекин и через несколько дней вылетели в Москву.
Все увиденное в Китае было необычным. Хотелось больше и больше узнать о чудесной стране с тысячелетней культурой, о ее великом народе, всего за семь лет преобразовавшем свою феодальную страну в социалистическое государство и уверенно строящем счастливую жизнь.
Расставаясь с новыми друзьями, мы условились о скорой встрече — па Амуре.
ВСТРЕЧА В ХАЙЛАР Е
При переговорах в Пекине мы договорились с китайскими учеными о встрече летом на советско-китайской границе.
Закончив дела в Москве, я 10 июля 1956 года вылетел в Читу. Научные сотрудники экспедиции были уже там.
Три дня в Чите промелькнули в непрерывной беготне. Нужно было посетить руководителей области и сообщить им о предстоящих исследованиях, выполнить множество других дел.
Часть сотрудников экспедиции выехала на станцию Отпор на автомашинах, другая часть — поездом.
44


Стояла необычная для первой половины лета дождливая погода. Климат Забайкалья континентален и сух. Сильные дожди выпадают там только в конце лета. Их доносят сюда влажные восточные ветры — отголоски муссонов и тайфунов. Основная масса осадков задерживает ся на восточных склонах Малого и Большого Хингана и других горных хребтов, преграждающих путь тихоокеан ским ветрам. Поэтому особенно сильные и затяжные дожди выпадают в средней части Амурского бассейна. Реки Забайкалья пополняются уже остатками атмосферной влаги. Их летние паводки не столь высоки, но в отдельные годы все же достигают большой силы. В этот год реки вздулись раньше, чем всегда. Размокли и стали непроходимыми дороги. С Аргуни и Амура поступали сведения о небывалом за последние годы подъеме воды. Это затрудняло организацию экспедиционных работ.
По разработанному плану из Благовещенска вверх по Амуру и далее по Аргуни предполагалось направить на катерах советско-китайскую группу ученых-природоведов, а из китайского города Хайлара — вниз по реке Хайлар, затем по Аргуни намечался спуск крупной группы советских и китайских гидроэнергетиков. Для передвижения последней мы хотели использовать автомобили, а для осмотра участков реки <— резиновые надувные лодки. Обе группы должны были встретиться в селении Олочи, обменяться транспортными средствами и продолжать свои маршруты.
У селения Олочи, расположенном в среднем течении Аргуни, обрывается грунтовая дорога. Дальше, до устья Аргуни и вдоль берегов Амура, нет проезжих путей.
Первые вести о невозможности выполнить намеченный план нас ожидали в Отпоре. В телеграмме, присланной мне из Покровки, лежащей на Амуре, в пяти километрах ниже слияния Аргуни и Шилки, сообщалось, что высокая вода и возросшие скорости течения не позволяют подняться катерам по Аргуни и они будут ожидать нас в Покровке. Вся природоведческая группа ученых возвращалась в Благовещенск на китайских судах и в конце июля предполагала прибыть в Отпор сухопутьем по китайскому берегу через Хэйхэ, Цицикар и Хайлар.
Возник серьезный вопрос: как гидроэнергетическая группа из Олочей сможет попасть в Покровку. У нас не 45


было иных средств водного транспорта, кроме пятнадцати резиновых лодок. Следовало воспользоваться ими, как мы это уже не раз делали при гидроэнергетических исследованиях на реках Сибири.
Мы связались по телефону с советским консулом в соседнем китайском городке. Консул сообщил, что прибытие на станцию Маньчжурия китайских ученых ожидается на следующий день, 15 июля, в точно установленный срок. На другой день в полдень он уведомил меня, что китайские ученые уже прибыли в Маньчжурию и ждут нас к себе. Пока шли переговоры, прошел поезд Москва — Пекин. Следующий поезд за границу отправлялся только че рез сутки. В этот день в Маньчжурию можно было проехать только на автомобиле. Распорядившись подготовить одну из экспедиционных машин, мы занялись сборами к отъезду. Вскоре мы были готовы, у подъезда рокотал мотор автомобиля. В это время за открытым окном послышалась китайская речь и в дверях, в сопровождении пограничного офицера, появились приветливо улыбающиеся Чжу Цзы-фань и переводчик Ли Дэ-юань. Встреча была неожиданной и радостной. Всего три недели назад мы расстались в Пекине после совместного путешествия в Шанхай и Ханчжоу, и вот мы снова вместе уже на советской земле. В Маньчжурии нас ожидали для подробного обсуждения плана полевых работ.
Не теряя времени, мы сели в автомобили и отправились в Маньчжурию. В сумерках наши машины остановились у массивного кирпичного строения с высокой, типа фабричной, трубой. Здание было построено японцами во время оккупации ими этих территорий. После обычных формальностей мы получили разрешение на въезд в Китайскую Народную Республику.
Нас ожидал советник китайской геологической экспедиции, работавшей в горах Большого Хингана, геолог Меньшиков. Он прибыл вместе с Чжу Цзы-фанем из Хай- лара. Меньшиков уже два года работал в Китае. От него мы узнали много полезного для организации экспедицион ных исследований в китайском Приаргунье.
Незаметно стемнело. Машины легко бежали по глад кой степной дороге. Вдали показались электрические огни Маньчжурии. Вскоре автомобили покатили по ее прямым чистым улицам.
46


Маньчжурия — небольшой пограничный городок с правильной планировкой кварталов. Многие его особняки сложены из красного кирпича.
В гостинице нас провели в приемную и, как обычно, подали чай и сигареты. Среди встречавших были знакомые по Пекину китайские ученые — геологи Чжан Чжао- цзынь, Ю Дьян-чжан и другие. Мы радостно приветствовали друг друга.
Отдохнули и по приглашению хозяев собрались в зале ресторана. Ужин прошел в оживленной беседе. За ужином обсуждался план действий на ближайшие дни. В Маньчжурию прибыли еще не все участники экспедиции, их ожидали со дня на день.
В один из ближайших дней китайские товарищи предложили выехать на озеро Далайнор для рекогносцировочного изучения возможности использования его чаши как регулятора стока Аргуни. Затем, по предложению Народного правительства аймака Хулумбуйр, на территории которого находится китайское Приаргунье, следовало посетить аймачный центр — город Хайлар и провести там совещание для информации о целях и задачах наших исследований. В Хайларе временно разместилась база Хэйлунцзянской экспедиции. Там снаряжались ее полевые отряды.
Мы сообщили китайским товарищам о тяжелом положении с транспортом на Аргуни. Оно еще более осложнялось многолюдием китайских отрядов — вместо ожидавшихся пятнадцати участников гидроэнергетической группы в Хайлар прибыло более сорока. Разместить их на резиновых лодках было невозможно.
По сведениям, собранным Чжу Цзы-фанем, исток Аргуни — река Хайлар при высокой воде проходима для небольших судов. Если бы в Хайларе нашлось несколько катеров и джонок, экспедиция могла бы начать спуск по реке от самого Хайлара. Китайская экспедиция решила арендовать суда в Харбине и перебросить их в Хайлар по железной дороге, но еще не имела на свой запрос ответа из Харбина. Неясно было также, смогут ли суда пройти по верхним плесам Аргуни.
Через несколько дней в Маньчжурии собрались наши и китайские участники совместных работ. Из Отпора прибыли геолог В. К. Чайковский, энергетики В А. Шелест,
47


E. AL. Подольский, Б. Л. Бабурин, А. А, /Чаркин и другие. Из Пекина, Харбина и Хайлара приехали начальник Хэйлунцзянской экспедиции Фэн Чжун-юнь, гидролог Се Цзя-цзе, экономист Шэнь Хао-жань, переводчик Янь Чжи-нин.
Фэн Чжун-юнь сообщил, что из Харбина в Хайлар уже отправлены четыре катера и две джонки. Через 4—5 дней они прибудут в Хайлар и будут спущены на воду. Это было важное известие, оно решало вопрос о передвижении по Аргуни. Фэн Чжун-юнь предложил разместить всю гидроэнергетическую группу на китайских судах. Мы согласились с этим с условием, что посадка на суда произойдет в Олочах, куда мы с частью китайских ученых подъедем на автомобилях по советскому берегу. По пути следовало произвести рекогносцировку для выбора створов плотин на Аргуни и осмотреть некоторые промышлен - ные предприятия Читинской области.
Приняли решение разбить гидроэнергетическую группу на две части. Одна, включающая советский гидроэнергетический отряд и восемь китайских ученых, должна была пройти на автомобилях от Хайлара доОлочи, вторая- погрузиться на суда и спуститься в Олочи по воде. От Олочи обе группы на китайских судах пойдут вниз по Аргуни до встречи с советскими катерами, а затем — объединенной флотилией по Амуру.
Еще в Москве по крупномасштабным каргам и данным географических рекогносцировок мы ориентировочно наметили места размещения водохранилищ, плотин и гидроэлектростанций на Аргуни, определили их вероятную мощность и экономическую эффективность. Полевая рекогносцировка должна была уточнить расположение створов плотин, выявить геологические условия, строительства. Предстояло провести облегченные съемки поперечных сечений речных долин, исполнить полевое проектирование гидроэлектрических станций.
В нашу задачу входил также осмотр створов, выбранных для плотин на Верхнем и Среднем Амуре Амурской экспедицией в 1955 году.
От Хайлара до Хабаровска предстояло пройти около 2 700 километров. Наступила вторая половина лета. Следовало спешить, чтобы успеть закончить работу до наступления холодной осенней погоды.
48


Китайские исследователи ведут топографическую съемку.


Объединенному геологическому отряду экспедиции предстояло составить схему геологического строения ки ¬ тайского Приаргунья. Здесь геологов ожидали . большие трудности. Передвижение по таежным горным тропам, а то и совсем без троп — по нехоженой тайге было возможно только с помощью вьючных лошадей. В Хайларе уже? были приготовлены; восемьдесят монгольских лошадей.
Тайга Большого Хингана изобилует непуганым зверем. В ее дебрях обитают медведи, барсы, рыси; сюда нередко заходят из более южных районов маньчжурские тигры и леопарды. В тайге до последних лет скрывались бежавшие от народной власти контрреволюционеры и бандиты. Год тому назад в глубине дикой тайги возник пожар. В тушении пожара участвовали тысячи людей. В тайге были задержаны поджигатели во главе с япон-‘ скими офицерами, скрывавшимися еще с времен оккупации японцами Северо-Восточного Китая.
Охрана лесов в Китае поставлена очень четко. В лес запрещено ходить со спичками. Каждый житель, идущий туда, обязан регистрировать свой уход и возвращение. Строгие меры оказали свое действие. Пожары в лесах китайского Приаргунья очень редки. За несколько лет работы на Амуре я ни разу не видел на китайском берегу дыма лесных пожаров. Большое внимание уделяется и лесоустроительным работам. Лесные массивы Хингана разбиваются на кварталы площадью по 40 гектаров, проводится уборка валежника. Подготовляется промышленная эксплуатация лесов, строятся железные лесовозные дороги из Хайлара в Мохэ и в Нунь- цзян. Вслед за геологами и лесниками в горы Хингана придут горняки и строители.: Начало освоения безлюдных пока еще пространств китайского Приаргунья и Приамурья уже положено. В 1956 году тысячи семей переехали сюда из других, густонаселенных районов. Китая.
. Совместные экономические исследования предполагалось начать по двум направлениям: одна группа должна была выявить современное состояние энергетического хозяйства Приамурья и перспективные потребности в электроэнергии, вторая — продолжить изучение ущербов от наводнений и затоплений при строительстве гидростанций. В первую очередь намечалось изучение бассейнов Аргуни и Шилки.
50


Наконец все вопросы были решены. Оставалось начать полевые исследования и претворить в жизнь согласованные планы.
Вечером мэр города Маньчжурия устроил большой прием в честь советских и китайских ученых, начинавших совместные исследования в бассейне Амура.
На следующий день группа советских и китайских гидроэнергетиков отправилась на озеро Далайнор. Это легендарное озеро, в окрестностях которого когда-то броди ли полчища Чингис-Хана, находится в тридцати километрах к югу от Маньчжурии. Дорога к нему лежит через небольшой городок Чжалайнор, на берегу степной речки Сяохэ — «маленькая река», впадающей в озеро. Исток Сяохэ на крупномасштабных картах показан из небольших озер вблизи Чжалайнора, но местные жители рассказали нам, что Сяохэ является протокой реки Хайлар и лишь транзитом проходит через заболоченный массив с небольшими озерами. Оказалось, что именем «Сяохэ» китайцы называют «Мутную протоку», которая, как нам было известно из литературных источников, соединяет Аргунь с озером Далайнор. Нас интересовал вопрос, нельзя ли с ее помощью регулировать паводки Верхней Аргуни, сбрасывая их в озеро. Некоторые географы утверждают, что в Мутной протоке в одни сезоны года якобы наблюдается течение из Хайлара в озеро Далайнор, а в другие >— в обратном направлении. Необходимо было проверить эти сведения.
Рыбаки, живущие на берегу Сяохэ, вблизи озера, категорически отвергают возможность двухстороннего течения в русле Сяохэ. По водомерной рейке, установленной у рыбных промыслов, где русло Сяохэ перегорожено решеткой, за последние двадцать лет отмечались колебания уровня в пределах двух метров, по никогда не наблюдалось течение со стороны Далайнора в Хайлар, за исключением редких случаев нагона воды сильными ветрами на устьевом участке Сяохэ. Может быть, путешественники, описания которых явились источниками для неправильных выводов, были свидетелями именно случаев нагона?
Собранные нами сведения показали невозможность использования чаши озера Далайнор для регулирования стока Аргуни. Этому помешала бы и огромная испа¬


рительная способность озера: с поверхности его уходит в атмосферу весь сток, приносимый в его чашу реками Ке- рулен, Орчун-Гол и Сяохэ. Уровень озера колеблется в пределах нескольких метров, в зависимости от количества поступающей в него воды.
Окрестности озера изобилуют дичью, а его воды богаты рыбой. Хищнический лов уменьшил ее запасы, и для их восстановления здесь временно запрещен лов рыбы. Тут и там на поверхности воды плещутся стайки уток и гусей, а по заболоченным лугам важно шагают цапли.
Вопрос о возможности гидроэнергетического использования чаши озера Далайнор решался отрицательно. Выяснилось также, что водосборную площадь озера не следует включать в водосборный бассейн Аргуни, как это делалось раньше.
Через день мы выехали поездом в Хайлар, отправив экспедиционное снаряжение на автомобилях.
Большой скорости китайских поездов способствует на дежное щебеночное основание железнодорожного полотна, устойчивое от размыва ливнями и не дающее пыли.
Чай в китайских поездах подается в стаканах или кружках с крышками. В них сначала засыпается заварка — по желанию из черного, цветочного или зеленого чая, — а затем наливается кипяток; его разносят в больших чайниках.
Мы ехали в мягком вагоне дачного типа с раздвижными сидениями, из которых при желании можно сделать широкую постель. За окном расстилалась бескрайняя холмистая высокотравная степь. Тут и там виднелись конские табуны и многоголовые стада крупного и мелкого ро гатого скота. Местами к полотну железной дороги вплотную подступают песчаные барханы. Вдали вьется река Хайлар, по ее долине проложена железная дорога.
Китайские друзья принимали нас очень тепло: куда бы ни приезжали отряды экспедиции, их неизменно встречали с цветами, иногда и с музыкой. Такими же бывали и проводы. Эти знаки внимания мы, конечно, относили за счет безграничной дружбы между нашими великими народами. В Хайларе на вокзале нас встретили руководители местного правительства.
В старом городе пыльные улицы. Новый Хайлар стро52


ится на другом берегу реки Иминьхэ (левого притока Хайлара), пересекающей город.
Кварталы новых домов тянутся вдоль реки.. Их вид живо напомнил мне бурное строительство первых пятилеток в национальных областях и республиках Кавказа, где в течение немногих лет станицы и аулы вырастали в благоустроенные города.
Пробыв в Хайларе пять дней, мы хорошо познакомились с городом. Основную часть его жителей составляют китайцы и монголы. К национальным меньшинствам относятся орочоны, дауры, тунгусы, якуты, дунгане, корейцы, тибетцы, маньчжуры. Большая часть территории аймака имеет степную растительность; около сорока процентов площади покрыто лесом. Главные занятия жителей — скотоводство и лесной промысел. На юге развито земледелие. Аймак имеет богатые перспективы развития лесной и горнодобывающей промышленности, но его минеральные ресурсы еще очень слабо изучены. Экспедиции предстояло оказать помощь в изучении лесов, полезных ископаемых и природных условий аймака.
Когда начались сборы в далекий путь, хайларская гостиница стала похожа на склад универсального магазина. У входа в гостиницу стояли огромные походные кухни с тяжелыми чугунными котлами на железных разборных печках. Подъезд, вестибюль и комнаты гостиницы были завалены тюками со спецовкой, матрацами, одеялами, палатками, ящиками и мешками с продовольствием; складными походными кроватями, рейками, геодезическими приборами, седлами, разнообразнейшим походным снаряжением. Китайская экспедиция имела очень добротное, но чрезвычайно громоздкое оборудование, удобное для стационарных работ, но не для подвижных отрядов. Увидев его, мы поняли тщетность наших надежд ограничиться для передвижения по реке резиновыми лодками. Стала ясна необходимость как восьмидесяти вьючных лошадей для одного геологического отряда, так и четырех катеров и двух джонок — для гидроэнергетического.
Мы решили поделиться с китайскими товарищами нашим многолетним опытом снаряжения рекогносцировочных экспедиционных исследований. Рядом с огромной китайской палаткой из тяжелого брезента, для установки которой б—8 человек должны затратить около получаса,
53


мгновенно выросла наша легкая палатка с тентом и брезентовым полом. В ней на войлочной подстилке раскину ли спальные мешки, рядом на козелках повесили алюминиевые кастрюли и чайник. Так же быстро все снаряжение было свернуто и уложено в тюки, годные для вьюка.
После наглядной демонстрации удобства легкого походного снаряжения многие из предметов китайской экспедиции были оставлены в Хайларе, а мы получили просьбу помочь в приобретении образцов советского экспедиционного имущества.
Сборы подходили к концу. Накануне отъезда Народное правительство аймака Хулумбуйр устроило прощальный прием членов экспедиции. На ужине за круглыми столами монгольские блюда чередовались с китайскими, китайская, русская и монгольская речь мешалась Между собою. В конце ужина на каждый из столов были поставлены огромные подносы с целиком сваренными задними частями курдючных баранов. Хозяин стола делил их по монгольскому обычаю, с помощью ножа и рук, и по старшинству преподносил куски участникам трапезы.
ГОЛУБА Я АУГУИЬ
Проводив экономистов в Отпор, откуда они должны были начать полевые исследования для выявления ущербов от наводнений в долине Аргуни, а геологов — в горы, мы на трех автомобилях налегке выехали из Хайлара на Аргунь. За рекой Хайлар, широко разлившейся от частых дождей, машины поднялись в гору и через пустынные степи взяли курс на китайское селение Хэшантоу. Там мы должны были переправиться через Аргунь в русское селение Старо-Цурухайтуй и по советскому берегу ехать в Олочи для встречи с китайскими катерами. Они должны были выйти из Хайлара на следующий день.
В составе группы находились восемь китайских и три русских члена экспедиции и сопровождавшие нас до переправы местные работники. Профессор Фэн Чжун-юнь возглавлял китайскую часть группы. В нее входили гидролог Се Цзя-цзе, геолог Фон Кин-лан, гидроэнергетики Чжоу Дэ-лян, Юань Цзы-гу нь и Цао Гун-чжуан, переводчик Янь Чжи-нин и секретарь Тьян Фын-ху. С со
54


ветской стороны участвовали гидроэнергетик Подольский, переводчик Мишарин и я; остальные члены группы должны были присоединиться к нам на советском берегу Аргуни.
Стояла ясная погода. Период дождей, по-видимому, закончился. В небе пели жаворонки. Зеленая степь расстилалась бесконечным ковром, украшенным яркими цветами красных, оранжевых и желтых лилий, синих, голубых и фиолетовых ирисов, белых и розовых ромашек. Благодаря обилию ранних дождей, несмотря на конец июля, степь еще не выгорела, как это обычно бывает здесь уже в начале лета.
Едва заметная в высоких травах дорога вилась по увалам, огибала холмы, спускалась в долины, пересекая безлюдные просторы.
Накануне заботливый Чжу Цзы-фань лично выезжал на разведку, чтобы выяснить проходимость дороги: было опасение, что длительные дожди привели ее в полную негодность. В поисках лучшего пути Чжу потратил целый день и вернулся в Хайлар с пораненным лицом: он едва не лишился глаза, ударившись о зажим ветрового стекла автомобиля при пересечении тяжелого участка пути. Сейчас мы пожинали плоды исканий нашего друга -- указанный им путь оказался прекрасным.
Через несколько часов после выезда из Хайлара дорога вышла в широкую долину Аргуни, и вскоре мы прибыли в Хэшантоу. Нас приютили китайские пограничники, предоставив для ночлега удобное помещение на заставе.
Переправляться на советский берег решили на следующий день. Мы попросили вызвать к месту переправы через Аргунь автомобили, ожидавшие нас в Ново-Цуру- хайтуе.
С обрывистого берега Аргуни открылся широкий вид на изрезанную протоками пойму реки. Вдали синел такой же высокий русский берег. В бинокль можно было различить стоящие на склоне автомашины и группу людей, видимо, ожидающих нас.
Для переправы мы имели несколько привезенных с собой резиновых лодок и стоявшую у берега небольшую китайскую джонку. Погрузившись на лодки, мы тепло простились с провожавшими и поплыли по извилистой 55


протоке к советскому берегу. Мешали течение и встречный ветер. Наши китайские друзья впервые плыли на легких резиновых лодках и не сразу научились ими управлять. Неумелым гребцам долго не удавалось направить лодки по нужному курсу — они вертелись на месте, течением и ветром их уносило в камыши и прижимало к берегу. Наконец, все лодки благополучно подошли к назначенному месту, и мы из гостей превратились в хозяев, а наши бывшие любезные хозяева — в дорогих гостей. Многие из них впервые вступили на советскую землю.
Русский берег Аргуни здесь значительно более населен, чем китайский. Повсюду зеленели колосящиеся нивы. На тучных пастбищах пасся скот. Вскоре вдали показался высокий металлический каркас строящейся Ново- цурухайтуйской тепловой электростанции.
В районе Ново-Цурухайтуя находится самый верхний из участков, удобных для размещения плотин и гидроэлектрических станций на Аргуни. Объединенными силами мы провели здесь топографическую съемку реки и обоих ее берегов, промерили глубины, ознакомились с геологическими особенностями створа. Полученные данные подтвердили создавшееся ранее мнение о невыгодности сооружения Новоцурухайтуйокой гидростанции, и она была в дальнейшем исключена из схемы Аргунского каскада.
В Ново-Цурухайтуе наша группа встретилась с остальными гидроэнергетиками советского отряда. Закончив работу, мы направились в Нерчинский Завод, где предполагалось ожидать прибытия китайских катеров в Олочи.
Путь лежал через Горный Зерентуй — старинный центр гернозаводской промышленности. Вблизи него, у селения Горбуновка, находился второй участок долины Аргуни, подлежавший нашему изучению.
Особенно нас интересовало недавно открытое вблизи Горного Зерентуя крупное Березовское месторождение бурого железняка. Сотни миллионов тонн железной руды лежат на склоне долины Аргуни, вблизи от земной поверхности. Руда может добываться здесь открытыми разрезами. Ее добыча обеспечит сырьем большой металлургический завод.
На трех крытых грузовых автомобилях мы быстро <56


двигались по уже просохшим после дождей, но еще не пыльным дорогам. Путь был нелегким. Он шел через высокие хребты и пересекал глубоко врезанные долины притоков Аргуни. Степи лишь на водоразделах сменялись, березовыми и лиственничными лесами с подлесками из па хучего багульника.
Невольно вспоминалось тяжелое прошлое этого богатого горного края, обращенного царским правительством в каторгу. Горный Зерентуй, Нерчинский Завод, Александровский Завод — названия, когда-то наводившие ужас. Теперь от бывших каторжных тюрем остались только воспоминания.
Осмотр Горбуновского створа на Аргуни подтвердил наши ожидания. Сооружение плотины у селения Горбу- новка решит ряд задач, важных для дальнейшего освоения Приаргунья. Горбуновское водохранилище зарегулирует сток Аргуни и поможет в борьбе с наводнениями. Запас воды будет достаточным для водоснабжения крупных предприятий по добыче и переработке березовских железных руд. Зарегулированный сток'Аргуни пройдет через турбины гидроэлектрической станции и даст электрическую энергию. Улучшатся условия судоходства на Аргуни в период засухи.
...Опять начались дожди. Чтобы не застрять в Горном Зерентуе, откуда трудно выбраться в дождливую погоду, было решено быстрее переехать в Нерчинский Завод — административный центр района. Узнав о предстоящем отъезде китайских гостей, впервые посетивших этот глухой край, жители Горного Зерентуя собрались у здания школы. Стихийно возник митинг.
G приветствием от китайских ученых выступил Фэн Чжун-юнь. Русский язык он изучил во время борьбы китайского народа за освобождение Китая от японских захватчиков. После длительной, полной опасностей подпольной партийной работы в Харбине коммунист Фэн Чжун-юнь в течение шести лет был политическим вожаком партизан. Он был политкомиссаром одной из партизанских армий, действовавшей в низовьях Сунгари и в горах Малого Хингана.
После изгнания японских оккупантов из Северо-Восточного Китая Фэн Чжун-юнь был назначен председателем народного комитета провинции Хэйлунцзян, а затем 57'


он занял пост заместителя министра водного хозяйства Китайской Народной Республики. Физик по образованию, воспитанник физико-математического факультета Пекинского университета Цинхуа, профессор Фэн ведет большую педагогическую и научную работу. Он — директор Нанкинского учебного и Пекинского научно-исследовательского институтов водного хозяйства, директор Пекинской государственной библиотеки. Китайский народ высоко оценил заслуги Фэн Чжун-юня перед родиной — он избран депутатом Всекитайскогр собрания народных представителей от трудящихся города Чанчуня.
В связи с начатым изучением бассейна Амура Академия наук Китая поручила Фэн Чжун-юню также руководство Хэйлунцзянской комплексной экспедицией. Всесторонне образованный, товарищ Фэн увлекается историей и археологией.
В Нерчинском Заводе мы задержались на целую неделю. Мы съездили в Олочи и на катере прошли по Аргуни до селения Аргунского, где был намечен следующий по порядку участок долины, подлежавший изучению. Здесь провели необходимые работы и установили непригодность створа для строительства плотины.
При выезде для осмотра долины притока Аргуни Газимура с нами произошло неприятное происшествие. Мы ехали в грузовом такси. На скамьях в закрытом кузове сидели Фон Кин-лан, Цао Гун-чжуан, Тьян <Фын-ху, Янь Чжи-нин, Мишарин и я. Фэн Чжун-юнь, как обычно, сел в кабину к шоферу. На спуске дорогу пересекала незаметная издали глубокая промоина. Шофер увидел ее уже вблизи и решил обогнуть, но не рассчитал скорости движения или недостаточно крепко держал руль. Одно колесо автомобиля попало в промоину, руль вырвался из рук шофера, и на скорости 60 километров в час машина круто свернула в нагорную канаву, пересекла ее и затем промчалась по косогору. На протяжении более ста метров автомобиль шел зигзагами — с косогора в канаву, из канавы на косогор, пока шоферу не уда- лось его затормозить. К счастью, машина не перевернулась, и все окончилось сравнительно благополучно. Больше всех пострадал Янь Чжи-нин, остальные отделались легкими ушибами.
Товарища Яня поместили в пустующую палату ро- 58


дильиого отделения, так как в остальных помещениях больницы шел ремонт. Это потом служило поводом для веселых шуток, к которым присоединялся и сам пострадавший, прекрасно владеющий русским языком.
Оставшиеся до прибытия катеров дни были заняты обработкой собранных данных, полевым проектированием аргунских гидростанций. Мы установили связь с другими группами экспедиции. Совместные советско-китайские отряды развертывали исследования в Приаргунье.
Большой отряд геологов вслед за ними переправился из Хэшантоу в Старо-Цурухайтуй и двигался по совет скому Приаргунью. Он уже прибыл в Горный Зерентуй и надолго обосновался там. Геологи изучали геологические условия уже известных месторождений Читинской области, чтобы легче понимать геологическое строение китайского берега Аргуни, по их предположениям, сходное с советским берегом.
В Приаргунских селениях работал отряд экономистов, изучающий ущерб от наводнений.
Намечалось прибытие физико-географического отряда
Природоведческая группа заканчивала свой маршрут ио китайской территории и в ближайшие дни ожидалась в Хайларе.
В других частях Амурского бассейна исследования также шли полным ходом. Транспортники изучали условия судоходства на Среднем Амуре. Затем они должны были подняться по Уссури до озера Ханка, пересечь озеро и по долине его притока Лефу перевалить в долину реки Суйфун по направлению возможного водного соединения Амур — Амурский залив — Японское море.
Геологические отряды приступили к изучению Малого Хингана и Уссури-Сунгарийского междуречья. Почвоведы, ботаники, лесоводы работали на Зее-Буреинской равнине, в Приханкайской низменности, в долинах Амура и его притоков.
На шестой день пребывания в Нерчинском Заводе пришло известие о подходе судов, и 4 августа мы выехали в Олочи. Янь Чжи-нин чувствовал себя лучше и смог продолжать с нами путешествие, хотя еще долго передвигался с трудом.
Выпадавшие в последние дни дожди снова испортили дорогу, и автомобили то и дело застревали в пути. Прихо59


дилось вылезать и, шагая по колено в грязи, толкать машины.
Катера уже стояли у китайского берега в селении Ши- вей, расположенном напротив Олочи, когда наши машины подошли в полдень к переправе. Накрапывал дождь. Небо было затянуто тяжелыми облаками. Быстрая река несла мусор и куски белой пены — предвестники нового паводка. Голубая в малую воду Аргунь была мутно-желтой.
Один катер подошел к нам, мы погрузились на него и через несколько минут снова оказались в Китае среда друзей, крепко пожимавших нам руки. Приятной неожиданностью была встреча с Чжу Цзы-фанем, который раньше не предполагал ехать с нами, а собирался ждать в Хайларе природоведческую группу. С ним прибыл и переводчик Ли Дэ-юань.
В маленьком Шивее стало шумно от прибывшей экспедиции, вероятно, удвоившей его население.
Следующее утро было занято устройством на катерах и подготовкой к путешествию по Аргуни. Один катер с джонкой был оставлен в Шивее для экономистов. Вниз отправлялись катера «Ядор», «Шахтер», № 3 и две джонки. Капитан китайского катера «Ядор» — участник Октябрьской революции в Ленинграде.
В полдень 5 августа караван судов вышел из Шивея Погода несколько улучшилась, в разрыве между облаками кое-где виднелось голубое небо.
Долина Верхней Аргуни безлесна. Березовые, а далее лиственничные леса начинаются только ниже Аргунска. К нему мы подошли к вечеру и остановились на ночлег. Живописные столбчатые базальтовые скалы круто обрываются здесь в реку на советском берегу. Поросший ивняком китайский берег, полого поднимаясь, уходит к водоразделу. Ниже Аргунска долина реки меняет свой характер — она значительно сужается и местами приобретает вид ущелья. Только в районе Усть-Урова Аргунь ненадолго вырывается в широкую с плоским дном котловину. Ее плодородные земли используются для сельского хозяйства.
В среднем и нижнем течении реки нашлись участки долины, удобные для постройки гидроэлектрических станций. Лучшие из створов — в районе Илья-Записино, 60


ниже и выше Усгь-Урова, у селений Ума, Урюпино, Мучи- кан. Все они и некоторые другие были тщательно осмотрены экспедицией. Обработав в пути материалы съемок и проведя необходимые расчеты, мы к концу путешествия уже могли судить о сравнительной выгодности различных вариантов размещения водохранилищ и гидроэлектростанций на Аргуни. Наилучшим оказалось сочетание Гор- буновской, Усть-Уровской и Мучиканской гидроэлектрических станций. Они смогут вырабатывать столько же электрической энергии, сколько дает Днепрогэс.
Все полевые исследования и их обработка выполнялись совместно советскими и китайскими членами экспедиции.
Долина Аргуни в нижнем течении реки слабо зеселе- на, особенно на китайском берегу. Дикая тайга подступает к реке, протекающей в крутых скалистых берегах, лишь изредка разорванных притоками, большинство которых впадает в Аргунь с советской стороны, но китайские притоки более многоводны. Самый крупный из них — Бэй- эрцихэ (Быстрая). Название ее дает точное представление о характере этой буйной реки. Впадая в Аргунь под прямым углом, Бэйэрцихэ перегораживает ее своим течением, оттесняя воды Аргуни к левому берегу и создавая крутой перепад. Переходя устье Бэйэрцихэ во время паводка, рулевой должен смотреть в оба: зазевался — и течением прижмет судно к скале.
Ниже устья Бэйэрцихэ мы остановились для осмотра верхнего Усть-Уровского створа. Фэн Чжун-юнь, Чжу Цзы-фань, Фон Кин-лан и с ними еще несколько человек отправились на катере к устью Бэйэрцихэ для осмотра ее долины и описания лесных угодий. Вдоль правого берега Аргуни китайцы уже вели строительство железной дороги из Харбина в Мохэ на Верхнем Амуре. Вопросы лесного хозяйства особенно интересовали Чжу Цзы- фаня — лесовода по специальности, директора Мукденского института леса и почвоведения Академии наук Китая. В экспедиции Чжу Цзы-фань, помимо административной работы заместителя начальника, осуществлял руководство лесохозяйственными исследованиями.
Оставшиеся в лагере приступили к работе по выбору и изучению створа для сооружения плотины. Гидролог Се Цзя-цзе решил воспользоваться длительной останов61


кой и измерить, сколько воды протекает в русле Аргуни. Профессор Се руководит Пекинским гидрологическим научно-исследовательским институтом и в Хэйлунцзянской экспедиции бьгл начальником гидроэнергетического отряда.
Закончив вместе с Подольским, Бабуриным и китайскими инженерами выбор створа и дав задание на его съемку, я вернулся в лагерь и занялся киносъемкой. Снизу по реке послышался какой-то шум, похожий на удары плиц колесного парохода о воду. Казалось, что за ближайшим поворотом реки шел пароход. Это было невероятно: по Аргуни ходили лишь небольшие катера.
Пока мы вместе с прибывшими в лагерь Се Цзя-цзе строили предположения о причинах шума, из-за скалы, скрывавшей поворот реки, показался нос большого серого судна под китайским флагом, медленно ползущего против течения. Все прекратили работу и с удивление^м глядели на грузовой пароход, уверенно шедший по реке. Раздался мощный приветственный гудок, иа палубе послышалась команда, и пароход начал приближаться к берегу. Он занимал почти половину ширины реки, и было непонятно, как такая махина смогла подняться на триста километров по узкой быстрой горной реке, тогда как ожидаемые нами катера не могли этого сделать и стояли в Покровке уже больше месяца.
«Чанчунь» -- так назывался прибывший пароход — причалил к берегу. На сходнях я увидел Хэ Фу-лая, работавшего в 1955 году в составе китайской группы экспе диции. Хэ Фу-лай тоже узнал меня, и мьг поспешили друг другу навстречу. Хэ Фу-лай рассказал, что «Чанчунь» прибыл за нами из Харбина, пройдя более двух с половиной тысяч километров по Сунгари, Амуру и Аргуни. По Аргуни пароход шел по незнакомому фарватеру без карт и береговых знаков. Команда «Чанчуня» специально для этого рейса была подобрана из лучших водников-коммунистов Харбина.
С Бэйэрцихэ возвратились Фэн Чжун-юнь и другие товарищи. Они также были поражены ожидавшим их сюрпризом. Зная о выходе «Чанчуня» из Харбина, они ожидали встретить его лишь на Амуре.
Вода в Аргуни падала, и, опасаясь, что «Чанчунь» не сможет выйти в Амур из-за обмеления русла, мы ре-
62


С трудом развернулся г Чанчунь* в узком русле Аргуни.


длили отправить его в Усть-Уров, где он должен был ожидать нас ниже наиболее опасного переката. С трудом развернувшись, «Чанчунь» скрылся за поворотом.
В китайском селении Чичанчу мы догнали пароход. Он благополучно спустился через перекаты и ожидал нас.
Чичанчу и русское селение Усть-Уров расположены напротив друг друга у устья реки Уров. Несмотря на большую ширину поймы Аргуни и довольно высокое расположение селений на речных террасах, они сильно пострадали от паводка. Китайское селение было обойдено водой по старой протоке и оказалось на острове посреди широкой бушующей реки. При дальнейшем подъеме уровня воды почти все дома были затоплены; глубина воды на улицах превышала один метр. Наводнение продолжалось две недели. Жители советской стороны пришли на помощь китайским братьям, спасая людей и кооперативное имущество. Девяностопятилетний обитатель села эвенк Иннокентий Иванович Колтакоров рассказал, что за пятьдесят лет его жизни на Аргуни он не помнит такого высокого подъема воды.
По решению руководителей китайской экспедиции мы переселились на «Чанчунь», разгрузив катера и джонки. Команда парохода освободила для членов экспедиции несколько кают и большое кормовое помещение. Носовой салон должен был служить столовой и рабочим местом. Устроившись на «Чанчуне», мы решили спуститься на двух освобожденных от груза катерах до ближайшего участка полевой работы.
Сразу же ниже селения начался широкий мелкий каменистый перекат. Узкий судовой ход оставался лишь у правого берега Аргуни. По незнакомой реке спускаться вниз всегда опаснее, чем подниматься против течения. При спуске к скорости хода прибавляется скорость течения. Оно может нанести судно на мель или посадить на подводные камни.
На перекатах Аргуни течение очень быстрое. Оба наших катера один за другим сели на мель посреди реки. После тщетных попыток сняться с мели задним ходом всем пришлось лезть в воду. Пока мы метр за метром с «дубинушкой» продвигали по мелководью катера, из-за поворота показался «Чанчунь». Капитан направил судно ближе к середине реки, между берегом и сидевшими на
64


мели катерами. «Чанчунь» зацепился дном за песчаную банку и, развернувшись, неподвижно стал поперек реки. Машина выбивалась из сил, но пароход прочно сидел на мели, прижатый к ней течением.
Положение было критическим. Вода в реке в последние дни непрерывно падала. Следовало как можно скорей освободиться из плена. Команда «Чанчуня» это знала, и на пароходе был объявлен аврал. На шлюпке завезли на берег тяжелый якорь и закопали его в землю. Мощная лебедка, установленная на носу судна, шипя паром и вздрагивая от напряжения, наматывала на барабан якорный стальной трос. Шаг за шагом «Чанчунь» медленно полз по дну, пока не лопнул трос.
Корпус судна перегородил реку, и его начало заносить галькой с нижней по течению стороны. Десятки людей с лопатами вошли в воду и стали откапывать корпус «Чанчуня».
Напряженная работа шла всю ночь, но мель росла на глазах, и труд уставших людей был напрасен.
Утром из селения на помощь пришли люди с лопатами. К якорю, вкопанному на берегу, прикрепили два прочных троса. Отталкиваясь с помощью лебедки бревнами от дна реки и наматывая якорные тросы на барабан лебедки, начали медленно продвигать пароход к берегу. Тросы натянулись, как струны, и вот-вот готовы были лопнуть, люди выбивались из сил, но все было тщетно: мель с нижней стороны росла следом за «Чанчунем» с такой же быстротой, с какой двигался его корпус, и не выпускала его из плена.
В стесненном сечении русла, между берегом и носом «Чанчуня», вода мчалась с бешеной скоростью. Посоветовали отпустить тросы и, используя силу течения, повернуть нос судна вниз по течению. Уже при небольшом повороте корпуса должен был бы начаться размыв отмели вместо продолжавшегося ее роста. Боясь разбить судно о берег, капитан не согласился с этим предложением и решил повернуть его носом вверх по течению, чтобы затем спуститься по реке задним ходом; работа продолжалась с тем же успехом.
Снова наступил вечер. Было принято решение оставить «Чанчунь» на попечение команды и помогавших ей жителей Чичачи и, погрузившись снова на катера и джон-
65
5 Амур — река дружбы


ки, идти вниз прежним порядком. Быть может, «Чанчуню» придется ожидать здесь нового паводка.
На шлюпках переправились на катера. Заночевали у глухой деревушки Марьино. Утром нас ожидала радость: во время завтрака мимо лагеря прошел «Чанчунь», Встреченный криками «ура» и «ваньсуй», он просигналил нам приветствие и без остановки отправился в Покровку.
Пароход снялся с мели после того, как решились все же убрать носовой трос. Течение развернуло судно, размыло мель и освободило пароход.
Погода резко изменилась. Подул северо-восточный ветер. Стало ясно и холодно.
На следующий день у Мучикана мы встретились с нашими катерами. Командиры катеров рассказали о сильнейшем паводке на Амуре и Аргуни, который помешал выполнить намеченный ранее план движения катеров и спутал все расчеты. Из Благовещенска в Покровку пришлось идти против быстрого течения. Скорость движения иногда падала до трех километров в час. Уровень воды в Амуре местами поднимался на 10—12 метров. Вода затопила селения. По пути приходилось заниматься спасательными работами. По Аргуни несло бревна, стога сена, целые дома. Течение было настолько сильным, что катера не могли его преодолеть.
Один катер отправили вверх по Аргуни для отряда экономистов, второй присоединился к нашему каравану.
Нижний участок Аргуни не представляет большого интереса для гидроэнергетического использования, тем более, что плотина на Верхнем Амуре поднимет воду Аргуни до Мучикана, а может быть и до Усть-Урова. Мы сделали остановку лишь в районе утеса Кирпичного, высокой отвесной стеной вздымающегося над Аргунью. Он как бы сложен титанами из огромных серых кирпичей. Такой вид придают ему симметрично расположенные горизонтальные и вертикальные трещины в гранитном массиве.
С плоской вершины утеса в зеленой рамке соснового бора открывается чарующий вид на Аргунь. Ее вода, уже осветленная от паводочной мути и, как в зеркале, отражающая небо, сверху казалась голубоватой и напоминала своим цветом высокогорные озера Кавказа.
66


Река Аргунь с утеса «Кирпичный».


Мы не могли удержаться от соблазна полазать по скалам и сделать фотографические снимки.
Спускаясь к устью Аргуни* мы догнали полузатопленную водой дощатую лодку с двумя молодыми парняйй. Частый крупный дождь, опять разразившийся над найй* вздувал огромные пузыри на поверхности реки. Мы взяли их на катер, а лодку втащили на палубу. Один из ребят оказался укушенным змеей, второй вёз его в покровскою больницу. Рука парня вздулась и сильно болела, врач осмотрел больного и дал ему какие-то таблетки. Вскоре боль прекратилась, и парень уснул, убаюканный мерном гулом мотора и ритмичным шумом дождя.
Вдали показалась широкая водная гладь. Слевй подошло русло Шилки, и ее мутные воды, соединившись с прозрачными водами Аргуни, дали начало великой дальневосточной реке.
Мы пришли к истоку Амура.
НА PJURE ДРУЖБЫ
Население Покровки тепло встретило советско-кйтай: скую экспедицию. Руководители сельского Совета, дети с цветами вышли на берег приветствовать дорогих китайских гостей.
Покровка — самое верхнее русское селение на Амуре. Ряды ее домов вытянулись вдоль реки на широкой террасе, окаймленной гористыми склонами. Это еще территория Читинской области, Амурская начинается в нескольких десятках километров ниже по течению. Покровка — конечный пункт с одной стороны верхнеамурской пароходной линии, с другой—шилкинской. Здесь находится единственная гидрологическая станция, регулярно в течение сорока лет изучавшая сток Верхнего Амура. Наблюдения прекратились, когда левобережье Амура заняли японцы, которые строили на Амуре укрепления и военные городки, готовились к нападению на Советский Союз.
Население советского берега с проклятьями вспоминает эти недобрые годы, когда в домах по вечерам нельзя было зажигать свет и даже воду из реки приходилось брать по ночам: варвары для развлечения стреляли в ос- 68


вещенные окна и обстреливали женщин, пришедших к реке с ведрами.
Начиная с 1936 года в Покровке, как и на всех других водомерных постах пограничного участка Амура, велись наблюдения только за горизонтами воды. Отсутствие данных о стоке Амура затрудняло наши исследования, оно делало все водохозяйственные и гидроэнергетические расчеты только приближенными. Стоковые наблюдения в Покровке возобновились по настоянию нашей экспедиции, но, к сожалению, гидрометры опоздали замерить июльский паводок, один из сильнейших на Верхнем Амуре.
«Чанчунь», захватив баржу с углем и джонки нашей флотилии, ушел в Мохэ. Следом за ним на двух катерах— китайском «Ядоре» и советском «Лоц-15» —вышли и мы.
Мохэ уже знаком мне по прежней работе. Год назад здесь состоялась первая встреча советской экспедиционной гидроэнергетической группы с китайскими представителями. Это — самый северный населенный пункт Китайской Народной Республики, один из районных центров округа Хэйхэ.
Приветливые люди, чистые опрятные улицы всем нам очень понравились. На улицах — плакаты с лозунгами и ящики вроде почтовых с надписями: «Для критических предложений».
Спускаясь по Амуру, мы выбрали створы на его верхнем участке: в районах Амазара и Джалинды, у селений Сгибнево, Толбузино, Ольгино, Кузнецово, Ново-Воскре- сеновка, Кумара, Сухотино, у устьев рек Белая и Гуран, в Корсаковском кривуне и вблизи Благовещенска. На Среднем Амуре выбрали и изучили створы выше селения Поярково и в ущелье Малого Хингана.
Работа шла дружно. В перерывах между выходами на берег велись обработка съемок, расчеты. Тогда кубрик катера превращался в рабочую комнату.
Наша стоянка в Мохэ совпала с Днем Военно-Морского Флота. Мы отпраздновали его вместе с китайскими друзьями на судне советской группы экспедиции.
Вместе с членами экспедиции на палубу поднялся секретарь местного комитета Коммунистической партии Китая.
69


Вечером нас пригласили в городской клуб на концерт самодеятельности, а наша команда устроила для китайской команды концерт на катере.
...Больше месяца мы путешествовали тогда вместе с китайскими товарищами. Вскоре к нам присоединились прибывшие из Харбина представитель департамента внешних сношений провинции Хэйлунцзян Чжан Жуй-цин и переводчик Ли Шун-чжи.
Мы изучали один за другим намеченные створы, выбирали из них лучшие, кропотливо сравнивали различные варианты их сочетаний.
В пути мы заходили в административные центры китайского Приамурья, чтобы познакомиться с характером крупных селений на берегу Амура, оценить ущерб от затоплений при постройке плотин, выявить убытки, приносимые наводнениями. Китайская провинция, соответствующая нашему краю или области, делится на округа, уезды и районы. Все работы на Амуре проходили в пределах округа Хэйхэ провинции Хэйлунцзян. Кроме расположенного напротив Благовещенска Хэйхэ и Мохэ, мы посетили на Амуре уездные центры Хума, Цикэ, Фошань, районные центры Оупу и Цзинаньчжень.
В Хэйхэ по приглашению окружного Народного правительства мы провели целый день и вечер. На стадионе наша импровизированная футбольная команда встретилась с командой Хэйхэ. Как мы потом узнали, это была первая встреча советских и китайских футболистов.
Незаметно работа подходила к концу. Мы приближались к Хинганскому ущелью. Предстояло осмотреть там еще три участка, а затем расстаться с китайскими товарищами.
Желая отметить окончание работы и хоть немного отблагодарить китайских друзей за их помощь в исследованиях и за радушное гостеприимство в китайских городах, мы устроили прощальную встречу на середине Амура.
Выбрав по карте удобное, отгороженное от главного фарватера место, чтобы не мешать движению судов по Амуру, мы поставили наши и китайские суда на якоря и крепко соединили их швартовыми друг с другом. Получился большой плавучий остров. На случай дождя над палубами натянули тенты.
70


Встреча удалась на славу. Мы приготовили китайским друзьям небольшие памятные подарки. Своеобразный банкет на Амуре понравился всем.
На другое утро, снявшись с якорей, мы вошли в Хин ганское ущелье. Многоводная река быстро неслась, ударяясь о скалы, пенясь и крутясь в водоворотах. Склоны ущелья очень круты и высоки. Пышная зелень деревьев скрывает их от основания до вершин. Здесь можно найти представителей растительности различных климатических зон, вплоть до субтропических. К ним относятся широко листный маньчжурский орех, плодоносящие лианы -- лимонник, актинидия и виноград, цветущие кустарники. Природа этого уголка резко отличается от суровой природы верховьев Амура с его покрытыми лиственницей склонами.
В Малом Хингане можно было бы создать крупнейшую гидроэлектростанцию; прочные гранитные скалы ущелья допускают постройку плотины высотой в сто и более метров. Но это повлекло бы за собой огромные затопления ценных и уже освоенных для сельского хозяйства земель Зейско-Буреинского междуречья, крупных селений и даже городов на обоих берегах. По условиям затопления здесь нельзя поднимать напор выше двадцати— тридцати метров. Но и такой напор создаст гидроэлектростанцию огромной мощности.
Настал час разлуки с китайскими друзьями. Расставаясь, мы крепко обнимались, как братья, дарили друг другу на память первые попавшиеся под руку вещи: матросские тельняшки, карандаши, гребенки, автоматические ручки.
Так закончилась первая в истории совместная полевая работа советских и китайских людей на Амуре для’ изучения условий использования его водных ресурсов. Собранные материалы впервые позволили обосновать предложения по борьбе с наводнениями, указать места, удобные для размещения плотин, водохранилищ и гидроэлектростанций, наметить программу дальнейших совместных исследований.
Обработав собранные за лето материалы, мы созвали для их обсуждения в Благовещенске совещание и пригласили на него китайских участников экспедиции. Совещание, в котором приняли активное участие местные ру71


ководители и специалисты, единодушно одобрило результаты летней работы и рекомендовало расширить совместные исследования на Амуре.
И вот, выполняя программу новых исследований, мы снова идем в Мохэ, на этот раз сверху по течению реки, уже в составе большой советско-китайской группы ученых двух крупных комплексных экспедиций — Амурской и Хэйлунцзянской.
На пути из Покровки в Мохэ нам предстояло сделать остановку на Амазарском створе для проверки высоты склонов долины. Изучая в 1955 году Амазарский створ, мы установили, что высота плотины здесь не должна превышать восьмидесяти — девяноста метров над меженным уровнем воды. Если же верить крупномасштабной карте, высота плотины могла бы достигать ста двадцати метров. Инструментальная проверка показала правильность наших определений.
Вскоре наш маршрут, но в обратном направлении — из Благовещенска вверх по Амуру — был повторен советско-китайской группой проектировщиков и изыскателей, приступивших к полевым работам на Верхнем Амуре.
В отличие от комплексных экспедиций Академий наук СССР и КНР, задачей которых является рекогносцировочное обследование всего бассейна Амура и выявление возможности комплексного использования его водных, энергетических и других природных ресурсов для развития производительных сил советского Дальнего Востока и Северо-Восточного Китая, ведомственные экспе диции должны выполнить подробные топографические, гидрологические и геологические изыскания и представить проектировщикам данные, необходимые для проведения расчетов по схеме гидроэнергетического использования Верхнего Амура.
Предложенная Академией наук схема размещения гидростанций на Верхнем Амуре с добавлением самой верхней — Амазарской ГЭС — была в дальнейшем принята за основу и проектировщиками.
...Размеренно текла жизнь на «Чанчуне». На судне, как и на всей территории Китая, принято пекинское время. Оно отличается от московского на пять часов.
72


С утра просторное помещение салона превращалось в научное учреждение или в зал заседаний. Длинные столы удобны для черчения, вычислительных работ. Можно через широкие окна наблюдать за бегущей панорамой берегов. Некоторые члены экспедиции большую часть дневного времени проводили на верхней палубе, ведя наблюдения за берегами и делая путевые заметки.
Подробный осмотр главных створов намечаемых на Амуре плотин чередуется с высадкой на берега в китайских и русских селениях.
За прошедший год на китайском берегу произошли заметные изменения. Новые дома выросли в Мохэ, Хума и в других городах и селах пограничной полосы. Из центральных провинций Китая на берег Амура прибыли десятки тысяч новоселов. Они начали подъем целины. Организованы кооперативные сельские хозяйства.
Прошла неделя после выхода экспедиции из Покровки, и вот опять Благовещенск. На противоположном берегу — Хэйхэ (Сахалян).
«Чанчунь» подошел к Хэйхэ, «Лоц-15» отправился в Благовещенск.
Несколько дней, проведенных в Благовещенске и Хэйхэ, были заполнены до предела. Через Амур в эти дни то' и дело сновали катера, перевозившие то советских участников экспедиции в Хэйхэ, то китайских — в Благовещенск. Деловые совещания чередовались с осмотром городов, посещением театров, приемами и дружескими встречами.
Подвели итоги совместных работ уже не только гидроэнергетиков, а и научных исследований природных особенностей, транспортных возможностей в бассейне; обсудили вопросы организации проектно-изыскательских работ по схеме использования Верхнего Амура.
Закончив работу в Благовещенске, продолжили путь вниз по Амуру — в Хабаровск.
Ниже Благовещенска мощь Амура удваивается: это вливает в него свои воды щедрая Зея. Широкое, с множеством островов русло Амура ниже устья Зеи сотни километров проходит в низких берегах, только кое-где со стороны китайского берега его теснят крутые склоны отрогов Малого Хингана.
Как-то, разглядывая с палубы берега, Фэн Чжун-юнь 7&


и Янь Чжи-нин вспоминали о. боевых днях партизанской жизни, проведенных в горах Малого Хингана. Фэн-фу- бучжан1 рассказал, как ему пришлось однажды в этих местах переходить через Амур в лютый зимний холод. Провалившись в полынью, он намочил сапоги, мгновенно окаменевшие от мороза, и едва не погиб. С трудом добрался он до жилья на русском берегу.
Миновали Хинганское ущелье, подтвердив ранее выбранные створы в его теснинах.
По выходе Амура из Хингана горы далеко отодвигаются от реки; Амур выходит в Биро-Биджанскую низменность. В этот год, как и обычно в конце лета, она на многие километры была залита водой. Это река Кедрового Цветка — китайская Сун Хуа Цзян (Сунгари) принесла огромные массы воды. По ее руслу все еще шел паводок, натворивший много бед. Паводки Сунгари влияют на всю нижнюю часть течения Амура, и борьба с ними важна не только для Китая, но и для СССР. Воды Сунгари в такой же степени, как и воды Зеи, топят обширные сельскохозяйственные земли, села рыбаков и лесников на Нижнем Амуре.
По пути мы посетили советское село Ленинское, а затем последний пограничный китайский городок Фуюань, расположенный недалеко от устья второго крупнейшего правобережного притока Амура — реки Уссури, на высоких склонах лесистых гор.
Ленинское раскинулось на плоском заболоченном берегу Амура и ежегодно в паводки затопляется. Только регулирование стока Амура, Зеи, Сунгари могут спасти низкие, богатые по возможностям сельскохозяйственного развития берега от затоплений.
В день нашего прибытия в Фуюань рыбачьи парусные джонки готовились к выходу на промысел пришедшей из океана для нереста кеты. Лес мачт, десятки поднятых па русов, рыбаки в синих одеждах и широкополых соломенных шляпах на фоне живописного селения и могучей реки создавали чудесную картину.
В тридцати километрах от Хабаровска, на крайнем пункте советско-китайской границы, нас встретил катер
1 Фубучжан — заместитель министра. Китайцы титул произносят после фамилии, вместо имени.
74


«Чанчунь» отходит от Хабаровской пристани.


«Амур» с представителями Хабаровского краевого исполнительного комитета, Амурской экспедиции, Амурского пароходства, местной и центральной прессы.
Вскоре перед нами развернулась широкая панорама огромного города, раскинувшегося на десятки километров по гористому берегу Амура. Здесь есть что показать китайским друзьям.
Хабаровск радушно встретил экспедицию. Промышленные предприятия, научные и учебные институты, парки, дома отдыха, театры были показаны китайским друзьям в промежутках между совещаниями, на которых, как и в Благовещенске, руководящие работники советской и китайской экспедиций познакомили хабаровчан с задачами исследований и результатами совместных трудов.
Первого сентября закончилась работа объединенной гидроэнергетической группы на Амуре, и пароход «Чанчунь» снова принял на борт китайских участников, чтобы отправиться вверх по Сунгари, в Харбин. По просьбе руководителей китайской экспедиции с ними отправился в Харбин и я, чтобы осмотреть долину Сунгари и помочь в выборе схемы регулирования и использования ее стока.
Утром следующего дня «Чанчунь» отошел от Хабаровской пристани и в сопровождении «Амура» направился вверх по великой реке дружбы, как теперь часто называют Амур в Китае и в СССР.
В дружной совместной работе советских и китайских ученых прошли два года.
Еще теснее стали наши научные связи, больше укрепилась наша дружба, еще лучше мы узнали друг друга. Советские участники работы на Амуре посетили многие города и районы Северо-Восточного Китая, побывали в столице Китая — Пекине. Китайские друзья показали нам и другие районы своей чудесной страны, познакомили с образом жизни и с огромными достижениями великого народа. Мы побывали в многолюдном промышленном Шанхае, в южном Гуанчжоу (Кантон), в городе вечной весны — Куньмине, в древнем Чунцине, в Ухани, в Нанкине. Незабываемы путешествия по дорогам Юньна76


ни и Сычуани, по голубой Янцзы, по лёссовым районам Хуанхэ.
В свою очередь мы познакомили китайских друзей с нашим Дальним Востоком и Забайкальем, с Москвой и Ленинградом, с Киевом и Ялтой, с Кавказом и Средней Азией.
Карту бассейна Амура покрыла густая сетка разноцветных линий, пересекающих голубые нити речной сети или повторяющих ее сложный рисунок. Это — маршруты геологических, географических, ботанических, почвенных, энергетических, транспортных и других отрядов, бригад и групп специалистов Амурской и Хэйлунцзянской комплексных экспедиций, вдоль и поперек исходивших горы и равнины, глухую тайгу и бескрайние степи советского и китайского Приамурья, изучивших его реки и озера, недра и целинные земли.
Много новых богатств открыто за эти годы, много новых идей и предложений, как лучше их использовать, возникло в процессе работы.
Результаты исследований обсуждались и утверждались на сессиях Объединенного ученого совета по проблеме Амура: первой, московской, в марте 1957 года, второй, пекинской, — в марте 1958 года.
Собранные материалы позволили наметить перспективный план развития производительных сил бассейна Амура, план совместного использования его природных богатств на благо советского и китайского народов. В его основу положено комплексное использование водных ресурсов, имеющих целью укротить реки, упорядочить их сток и заставить их отдать свою неиссякаемую мощь для выработки электрической энергии. Выбраны наиболее удобные места для постройки плотин на Верхнем и Среднем Амуре, на его истоках — Аргуни и Шилке, •— на крупнейших притоках могучей реки — Зее, Бурее, Сунгари — и на других реках бассейна.
Водохранилища в их долинах зарегулируют сток, задержат паводки и навсегда прекратят наводнения. Регулирование стока улучшит условия судоходства. На реках и искусственных озерах-водохранилищах возникнут новые рыборазводные заводы; умножатся рыбные богатства Амура. Судоходные соединения свяжут Амур через озеро Кизи с Татарским проливом, через Сунгари и Ляохэ — 77


с Желтым морем, через Уссури, озеро Ханка и реку Суй- фун — с Японским морем. По каналу Сунгари—Ляохэ суда с Амура смогут попадать в Великий Китайский канал и далее — в крупнейшую реку Китая Янцзы.
Плотины на Амуре послужат удобными переходами для железных и шоссейных дорог.
Амурские гидроэлектростанции и. крупные тепловые электростанции на местных углях будут ежегодно направлять десятки миллиардов киловатт-часов энергии по высоковольтным линиям в районы советского Дальнего Востока и Северо-Востока Китайской Народной Республики. Единая электроэнергетическая система еще более укрепит неразрывные связи двух великих социалистических стран. Электрическая энергия приведет в действие новые крупные предприятия, послужит для выплавки металла, для производства удобрений, заменит паровую тягу на железных дорогах.
Освоение плодородных пойменных земель, освобожденных от затопления паводковыми водами, умножит продовольственные ресурсы Приамурья, позволит развить животноводство, увеличить посевные площади и полностью обеспечить население Дальнего Востока сельскохозяйственными продуктами.
Прошедшие с начала исследований на Амуре два года уже принесли большие изменения в экономике Приамурья. На русской стороне этому способствовало решение Советского правительства о быстрейшем развитии народного -хозяйства восточных районов, а на китайской— крупнейший в истории народов скачок в развитии народного хозяйства.


СОДЕРЖАНИЕ
Амур-батюшка 3;
Москва — Пекин 16
В Пекине 24
Научное содружество 29
Встреча в Хайларе . . . . 44
Голубая Аргунь 54
На реке дружбы 68-


Сергей Васильевич Клопов
АМУР - РЕКА ДРУЖБЫ
Редактор X. С. С и м х о. Художник В. В. С л е п ч е н к о. Художественный редактор Л. М. Мосейчук. Технический редактор М. Д. Кайдалова. Корректор П. К- Мельницина.
* * *
Сдано в набор 10/XII-58 г. Подписано к печати 12/11-59 г. Бумага 84Х108/з2 = 1,25 б. л., 4,1 п. л., 4,33 уч.-изд. л. Тираж 5 000 экз. ВЛ 04429.
* * *
Хабаровское книжное издательство, г. Хабаровск, ул. Ким Ю-чена, 9. Книжно-журнальная типография управления культуры, г. Хабаровск, ул. Л. Толстого, 3. Заказ № 4421. Цена 1 р. 30 к.


Ip ЗОк.