Автор: Коновалов В.Н.  

Теги: история литературы   литературная критика   народничество  

Год: 1978

Похожие

Философия революционного народничества

Теория литературной критики

Движение революционного народничества

Литературная критика

Текст 
                    ЛИТЕРАТУРНАЯ
КРИТИКА
НАРО ДНИ Ч ЕСТ ВА


В.
Н.
КОНОВАЛОВ
ЛИТЕРАТУРНАЯ
КРИ ТИ КА
НАР ОД НИЧЕСТ ВА
ИЗДАТЕЛЬСТВО
КА ЗАН СКО ГО
УНИВЕРСИТЕТА
1978


Печатается
по
постановлению
Редакционно-издательского
совета
Казан ског о
университета
На уч ный
редактор
доц.
В.
Н.
Азбукин
Народ нич еская
литературно-художественная
кр ит ика
р ассма три ­
вается
как
этап
в
развитии
теории
реализма.
Дается
обоснование
метода
нар о дниче ско й
критики,
ее
связи
с
т ради ция ми
революцион­
но-демократической
критики
и
с
эстетической
мысль ю
70—80-х
годов
XIX века.
Мон огра фия
рассчитана
на
студентов
филологических
специаль­
ностей,
нау ч ных
работников,
препо давателей
ли терат у ры
в
в узах.
„ 70202—001
К
075(02)—78 29—77
© Издательство Казанского университета, 1978 г .


ВВЕДЕНИЕ
Ц елью
работы
яв ляетс я
анал из
народнической
кри­
т ики
как
одного
из
на правл е ний
в
развитии
демократи­
ческой
мы сли
и
реалистической
эстетики
70—80-х
гг.
19 в.
Обращение
к
данной
теме
представляет
ин тер ес
в
ист о­
рико-литературном
и
теоретико-методологическом
аспек­
тах
и
им еет
актуальное
значение
в
св ете
постановления
ЦК
К ПСС
«О литературно -х уд оже ст вен н ой
кр ит ике»
(1972 г.), в котором
обращ ае тся
особое
внимание
на
необходимость
углубленной
разраб отки
философских
и
методологических
проблем
литературной
критики.
Как
подчеркивается
в
работах
современных
исследо­
ват еле й, «для повышения философского и эстетического
уровня
современной
литературно-художественной
кри ­
тики,
выработки
умения
соотносить
явления
искусства
с
жизнью
большое
значение
им еет
освоение
ею
традиций
русской
революционно-демократической
критики»!.
В
этом
пла не
немало
интересного
содержится
в
наследии
критиков-народников.
Публицистичность,
борьба
с
безыдейностью
и
натурализмом,
оригинальность
позво­
ля ют
говорить
о
нем
как
о
значительном
явлении
русской
ж ур нал истик и,
пу бл иц истики
и
литературы.
Конечно,
в
их
статьях
не
все
выдержало
испытание
временем.
Но
в
оценке
исторического
з наче ния
народни­
ческой
критики
нужно
исходить
из
ленинских
характери­
с тик
народничества.
В.
И.
Ленин,
как
из вестно ,
о с новным
содержанием
народничества
считал
то,
что
оно
«...е сть
идеология
(система взглядов)
крестьянской
демократии
в
Р о сси и» 2, и утверждал,
что
не льз я,
отвергая
народни­
чество
как
«неверную доктрину социализма», игнориро­
вать
его
«исторически реальное и прогрессивное истори ­
ческое
с о д ер жа ние »3. Это высказывание,
и м еющее
обще­
методологическое
значение,
я вляе тся
ос нов ой
и
для
3


решения
проблем
литературно-критического
наследия
на родни ков .
Н ельзя
не
согласиться
с
П.
А.
Николаевым,
который,
определяя
роль
народничества
в
развитии
реа­
листической
э сте тики,
пише т : «Субъективная социология
народников
не
м огла
быть
прочной
методологической
основой
теории
реализма...
однако...
за
редким
исключе­
нием...
представители
народнической
мысли...
в о-пе рв ых,
субъективно
не
б ыли
противниками
теории
реализма,
а,
во-вторых,
сумели,
несмотря
на
свои
общие
ошиб очн ы«
доктрины,
помо чь
его
развитию»4.
В
по сле дние
годы,
наряду
со
значительным
чис лом
работ
по
фил ос о фии,
социологии
и
истории
народниче­
ства ,
появились
и нт ере сные
исследования
по
его
эстетике
и
литературной
критике.
Среди
них
следует
отметить
монографии
и
статьи
В.
Н.
Лукина
о
П.
Л.
Лав р ове,
П.
Н.
Ткачеве
и
Н.
К.
Михайловском,
статьи
В.
М.
Сен­
ке вича ,
Б.
А.
Трубецкого,
Т.
Горл а новой
по
отдельным
аспектам
теоретико-литературных
взглядов
народников.
Ценн ым и
исследованиями
по
демократической
журнали­
стике
70—80 -х
гг. ,
содержащими
богатый
мат ер иал
по
литературно-критической
деятельности
народников,
яв­
ляются
монографии
М.
Теплинского,
В.
Б.
Смирнова,
Б.
И.
Есин а.
Много
внимания
лит ер ату рно му
народниче­
ству,
в
частности
кр ити ке,
у деля ют
В.
Р.
Щербина,
Б.
Мейлах,
П.
А.
Ни ко лаев
в
работах
о
роли
ленинского
н аследия
в
ра звитии
советского
литературоведения.
В
из дате ль ст вах
Ленинградского,
Горьковского,
Са ра­
товского,
Ура льс ко го
и
других
университетов
системати­
чески
выходят
тематические
сбо р ники,
в
которых
рас ­
сматриваются
малоизученные
вопросы
н аро д ническ ой
беллетристики
и
критики.
Были
изд аны
избранные
литературно-критические
статьи
Н.
К.
Михайловского,
двухтомники
философских
и
социально-политических
произведений
П.
Л.
Ла вро ва
и
П.
Н.
Ткачева5.
В
иссле­
дованиях
по
на р одн ическо й
кри ти ке,
как
и
в
работах
о
народничестве
в
целом,
утвердился
взгляд,
что
«в свете
диалектического
п од хода
В.
И.
Ленина
к
народничеству,
четк о
р азъ ясни вшег о
его
сильные
и
слабые
стороны,
не­
приемлемы
антиисторические
попытки
зачеркнуть
на­
родничество,
пре дс т авить
его
сплошь
реакционным,
не
имеющим
исторического
значения»6.
Таким
образом,
для
ан али за
на ро дн ическо й
критики
имеется
солидная
теоретико-методологическая
и
истори-
4


ко-литературная
о снов а.
Тем
не
менее
в
изучении
этого
направления
р у сской
эс тетическо й
мысли
есть
ряд
нере­
шенн ых
проблем.
Не
определено,
например,
содержание
самого
понятия
«народническая критика», которое неред ­
ко
используется
как
си нон им
понятия
«критики -н а родн и ­
ки ». Критерием для характеристики взглядов критика как
представителя
народнической
критики
сл ужит
чаще
в се­
го
его
участие
в
на ро дниче ском
движении.
Важ нос ть
■этого факта несомненна,
но
от вл еченн о
идеологический
подход
не
может
с лужи ть
достаточной
основой
для
типо­
логического
ан а лиза
деятельности
теоре тик ов
и
идеоло­
гов
народничества
в
качестве
литературных
критиков.
Во -пер вых ,
критик
«растворяется»
в
идеологе,
и
анализ
ошибочной
докт рины
переносится
на
ан ализ
ли тер атур­
ных
и
э стетиче ских
взглядов,
хотя
такое
положение,
как
будет
показано
ниж е,
неправомерно.
Во -вт ор ых,
отпа­
дает
даже
воз можн ос ть
говорить
о
на родн иче ской
кр и­
тике
как
одном
из
напр авле ний
«реальной критики» .
Именно
поэтому
основное
внимание
будет
уделено
анализу
народнической
кр и тики
как
идейно-эстетической
системы,
отличительными
чер там и
которой,
как
любой
си стем ы,
являются
«связь,
целостность
и
обусловленная
ими
устойчивая
структура»7.
Такой
подход
позволит
выявить
тип олог ию
народни­
ческой
кр ит ики,
оп ред ели ть
теоретико-методологические
пр инци пы
направления,
у ясн ить
новое,
специфическое,
что
внесли
народники
в
литературную
теорию.
В
соответствии
с
поставленной
за дачей
буд ет
п роа на­
лизирована
структура
метода
на ро д ническо й
критики,
так
как
метод
—
наиболее
у нив ер сал ьная
категория,
позволяющая
п росл еди ть
взаимосвязь
элементов
системы
на
р аз личных
уров н ях.
Вы ясн ив
через
ана лиз
метода
в
его
структурной
опре­
д еле нн ости
типологию
на ро дни ческо й
литературной
кр и­
тики,
мы
рас смотри м,
как
общие
закономерности
прояв­
ляются
в
деятельности
наиболее
видных
ее
п ред стави­
телей.
Методологической
основой
работы
яв ля ется
ленинская
концепция
народничества,
в
частности,
его
известная
характеристика
народничества
в
«широком»
и
«узком»
смыслах.
В
соответствии
с
ней
народничество
и,
в
частно­
сти,
его
литера турн ая
критика
рассматриваются
как
5


«цельное миросозерцание», как « г ро м адная
полоса
об­
щес тв енно й
мысли»
в
России.
Предметом
исследования
служ ат
литературно-крити­
ческие
статьи
Н.
К.
Михайловского,
П.
Л.
Лаврова,
П.
Н.
Ткачев а
и
А.
М.
Скабичевского.
Выбор
мотивиру­
ет ся
тем,
что
Михайловский,
Лавров
и
Ткачев
были
не
толь ко
талантливыми
критиками,
но
и
крупнейшими
т ео­
ретиками
д виже ния,
поэтому
ан ализ
их
литературно­
эстетических
взглядов
дает
основание
судить
о
народни­
ческой
кри ти ке
как
составной
части
н ар од ническ ой
идео­
ло гии.
Что
кас ает ся
Скабичевского,
то
он
интересен
как
«профессиональный»
к ри тик,
в
ст ать ях
которого
ярко
проявились
сильные
и
слабые
сто р оны
народнической
критики.
Стат ьи
и
суждения
о
литературе
других
пр ед­
ставителей
направления
используются
в
той
степени,
в
какой
это
необходимо
для
уточнения
картины
на ро дни­
ческой
критики
в
целом.
Выводы
делаются
в
основном
на
матер иале
ста тей
«героического» (В .
И.
Ленин)
периода
70-х
—
перв ой
по ло вины
80- х
гг.
Для
большинства
к рит иков- на ро дни­
ков
это
б ыл,
как
они
са ми
признавали,
период
р асцвет а
их
деятельности;
именно
в
эти
годы
народническая
кр и­
тика
сформировалась
как
идейно-эстетическая
си стем а.
Для
подкрепления
отдельных
положений
используются
статьи,
написанные
в
80—90 - е
гг.,
но
эволюция
н аро дни­
чества
и
н арод ни ческ ой
кр ити ки
специально
не
рассма­
тривается.
На
данном
эт апе
не
ставится
задача
исследо­
ва ть
народническую
литературную
критику
в
полном
объеме,
так
как
более
важным
яв ляетс я
обоснование
границ
и
сод ержан ия
самого
п он ятия
«народническая
литературная
кри ти ка».


ГЛАВА
I
МЕ ТОД
НАРОДНИЧЕСКОЙ
КР И ТИКИ
В.
И.
Лен ин
пи са л : «...Кто
берется
за
частн ы е
во про­
сы
без
предварительного
решения
общих,
тот
неминуемо
будет
на
каждом
ша гу
бессознательно
для
себя
«наты­
ка ть ся»
на
эти
общие
вопросы»
Ч
Таким
«общим вопро­
сом »
для
определения
специ фики
на родн иче ской
кр ит ики
явля ет ся
проблема
ее
метода.
Проблема
метода
акти в но
разрабатывается
в
послед­
ние
годы
в
области
гуманитарных
наук,
так
как
основ­
ная
тенденция
их
современного
развития
—
стр емл ени е
к
синтезу,
к
целостному
из уче нию
с ложн ых
обществен­
ных
явлений.
Метод
с
его
универсальностью
—
та
эс тет и­
ч еская
категория,
которая
да ет
возможность
выявить
объективно
существующее
сходство
разных,
на
пер вый
взгляд,
литературно-эстетических
взглядов.
«Типологи­
чес кие
с вязи
обнаруживаются
прежде
всего
на
основе
художественного
метод а,
т.
е.
устанавливаются
общие
п ринц ипы
типизации,
порожденные
гносеологически
од и­
наковым
отношением
художников
к
действительности»2.
Типологическое
исследование
на
основе
метода
перспек­
тивно
и
по
отношению
к
литературной
кр ити ке,
тем
бо­
лее
что
ее
теоре тиче ское
самосознание
—
о дна
из
ак туа ль­
ных
лите ра туро вед чес к их
проб л ем: «теория литературной
кр и тики,
п ожа луй,
самая
уязвимая
о бласт ь
н ашей
нау­
к и» 3. Не случайно в
последние
го ды,
особенно
после
по­
становления
ЦК
КПСС
«О литературно-ху д ож ес тве н ной
к ри ти ке » ( 1972 г.), к теории и методологии литературной
критики
приковано
внимание
многих
исследователей
и
вышел
ряд
сбо р нико в,
по св ященн ых
этим
проблемам
4.
Метод
лит ера т урной
кр ит ики
—
это
ист ор ическ и
об ус­
ловленная
система
философских,
эстетических
и
теоре­
тико-литературных
при нципо в,
ре а лизу ющ ихся
в
опреде­
ленном
содержательно-функциональном
т ипе
статьи.
7


М ожно
говорить
о
методе
отдельного
критика,
и
о
методе
целого
нап равл ения
(декабристская,
революционно-де­
мократическая,
народническая,
эстетическая
критика),
которые
соотносятся
как
частное
с
общим.
Анализ
метода
в
его
структурной
определенности
позволяет,
во-первых,
рассматривать
конкретное
суждение
как
результат
про ­
цесса
критической
деятельности
и,
во-вторых,
соотнести
взгляды
одного
критика
и
всего
напр авле ния.
Анализ
метода
литературной
кр и тики
пр едпол аг ает
системный
подход,
представляющий
«синтез структур ­
н ого,
функционального
и
исторического
методов,
каждый
из
которых
можно
рассматривать
как
эл ем ент
сложной
системы»5.
Применительно
к
литературной
кр ити ке
н арод ни ков
это
особенно
важно.
Во-первых,
народническая
к рит ика
—
это
не
школа,
не
орга низационно
с ло жившее ся
и
теоретически
с амо­
определившееся
на правл ение ,
а
пестрое
и
противоречивое
явление.
Суждения
ее
представителей
н ер едко
расхо­
д ятся
не
толь ко
по
ча стны м,
но
и
по
принципиальным
вопросам,
что
нашло
с вое
вы раж ение
в
полемике
между
«Отечественными записками»
и
«Делом», в выступлениях
А.
Скабичевского
против
односторонности
(«циклопизма
мыс ли») П.
Ткачева,
который,
в
сво ю
очередь,
н азыв ал
Скабичевского
за
нечеткость
его
взглядов
«заурядным
критиком».
Далеко
не
во
всем
совпадали
взгляды
Ми­
ха йлов ск ого
и
Скабичевского.
Последнего
не р едко
н азы­
ваю т
«верным оруженосцем»
Михайловского
6, но между
этими
критиками,
д олгие
го ды
сотрудничавшими
в
«Оте­
чественных
з апис ка х », существовали серьезные разно­
гла сия ,
и
не
случайно
Михайловский
отрицательно
от­
несся
к
«Истории новейшей русской литературы»
Ска­
бичевского,
отметив
в
ней
не
только
отдельные
пр обе лы,
но
и
несостоятельность
концепции
7.
Много дикость
литературных
теорий
народников
яв­
ляется
прямым
отражением
сво йств енно г о
народниче­
с тву
многообразия
оттенков
и
программ,
осознававшегося
современниками.
Например,
Д.
Овсянико-Куликовский
писал
даже,
что
«передовая идеология 70- х
годов
не
мо­
жет
бы ть
названа
народническою
в
тесном
смысле
этого
слова:
в
ней
б ыли
толь ко
элементы
народнического
на­
строения,
из
разных
лиц
получавшие
различную
поста­
новку
и
име вш ие
неодинаковые
значения
в
общей
систе­
8


ме
их
идей»8.
Термин
«народничество»
п олуч ал
разное
то лк ова ние
в
публицистической
литературе
70—90 -х
гг .,
и
нередко
народники
одного
нап равл ения
резко
от меж е­
вывались
от
народников
другого
лаг еря .
Так,
Скабичев­
ский,
относя
себ я
к
«инстинному народничеству», которое
«проявляется в публицистических статьях Н.
К-
Михай­
ло вс ко го », решительно выступает против «н арод ниче ства»
Каблиц-Юзова
как
у чени я, «исполненного слепого фана­
тизма
и
мрачного
ч ело век о ненави ст ни чест ва»9.
Но
да же
самая
резкая
по лем ика
не
затушевывает
общности
народников
как
представителей
одн ого
направ­
ления.
Например,
сп ор
Ткачева
с
Лавровым
о
су бъек ­
тивном
методе
в
со цио ло гии
бы л,
как
отмечает
современ­
ный
ис с лед ова те ль , «не спор представителей
принци­
пиально
различных
социологических
те о рий,
а
скорее
столкновение
«видовых»
к о нцепций
внутри
одной
«родо ­
вой»
нар о дни ческо й
социологии»10.
Во-в то рых ,
о
критиках-народниках
нередко
судят
только
по
их
прина дле жно с ти
к
одному
из
напр а вле ний
в
народничестве.
При
вс ей
ва жнос ти
и
необходимости
этого
момента,
под об ный
подход
будет
означать
раство­
рение
кр итика
в
идеологе:
литературная
критика
Михай­
ловского
станет
ли шь
иллюстрацией
его
теории
про ­
гресса,
а
эстетика
Ла вро ва
—
по дкр еп лен ием
о сн овных
положений
его
субъективного
мет од а.
О
ме тод ол оги­
ческой
несо сто ятел ь но сти
подобного
подхода
П.
А.
Нико­
л аев
писал,
что
«многие наши исследователи под идеоло­
гией
подразумевали
отдельные
те о р ети ческие
взгляды,
кот орые
еще
не
составляют
идеологии
в
целом»
п.
Под об­
н ого
род а
«априорно -ид ео ло г и чес кий »,
по
выра же нию
А.
С.
Бушмина,
ан ализ
сложных
общественных
и
лите­
ратурных
явлен и й
хотя
и
отходит
в
прошлое,
но
еще
дает
себя
знать
как
в
оценке
взглядов
отдельных
критиков-
народников,
так
и,
в
особенности,
в
решении
вопроса
о
сущности
на ро дни ческо й
критики,
ее
функциях,
генезисе,
месте
в
развитии
теории
реализма
и
в
литературном
процессе
второй
половины
19 в.
К
чему
это
может
пр ивест и,
можно
проиллюстриро­
вать
на
небольшом
ра зделе
о
П.
Л.
Ла в рове
в
«Истории
русской
кр ити ки
18—19 вв .»
В.
И.
Кулешова.
З десь
да­
ются
общие
оценки
социально-политических
и
фи лос оф­
ских
взглядов
Лаврова,
которые
переносятся
на
анализ
его
литературно-критической
деятельности.
«Заслугой»
9


Лаврова
оказывается
«приоритет»
в
отходе
от
ид ей
Бе­
линского
и
ше стидес ятн ико в,
причем
это
по дт вер ж дается
упоминанием
лишь
о
некоторых
его
статьях
50—
начала
60- х
гг.
По
мнению
В.
И.
Куле ш ова,
статьи
Лаврова
о
Гегеле
—
«расчет с эпохой Белинского»; статья «Чт о
та­
кое
антропология?»—
фактический
расчет
с
Чернышев­
ским»; в статье «О
публицистах-популяризаторах
и
о
естес тв о зн ани и» 12 Лавров,
по
словам
автора, «разделал­
ся
с
«лжереалистами»
во
гл аве
с
Писаревым»13.
Эти
вы­
в оды
неоправданно
категоричны.
Действительно,
в
на ча­
ле
60-х
гг.
Лавров
испытывал
колебания
между
ли бе ра­
лизмом
и
демократизмом,
его
философским
воззре н и ям
были
свой ственны
отвлеченность
и
эклектизм,
за
что
он
под верг ся
кр ити ке
со
стороны
Чернышевского,
Анто но ­
ви ча
и
Писарева;
в
эстетике
он
провозглашал,
что
«фор­
ма
есть
единственная
цель
художника»
І4, и заявлял,
что
он
«всегда был и надеется всегда остаться проповедни­
ком
искусства
для
искусства»15.
Но
основной
тенд енц ией
эволюции
его
взглядов
был
не
«расчет с Чернышевским»,
а
сближение
с
ни м,
укрепление
демократических
эл е­
ментов
мировоззрения,
переход
на
по з иции
реализма,
что
б ыло
отмечено
его
оппонентами
из
демократического
лагеря.
Чернышевский,
указывая
на
ограниченность
фи­
лософских
воззрений
Лаврова,
делает
это
в
доб ро жела ­
тельном
тоне,
для
не го
«Лавров
—
мыслитель
прогрессив­
ны й,
в
том
нет
никакого
сом нения» 16. По воспоминаниям
Ан то но ви ча, «Чернышевский смотрел...
на
Лаврова
как
на
че лове ка
своего
лагеря
в
широком
смысле
сл ова,
несмотря
на
изв естно е
расхождение
во
взглядах»17. Да и
сам
Лавров
уже
в
эти
годы
ясно
осознавал
свою
бл и­
зос ть
к
к ругу
Ч ер ны шев ско го : «У меня с моими критика­
ми,
одни
и
те
же
практические
т ре бова ния,
од ни
и
те
же
враги,
одни
и
те
же
затруднения»18.
Пе ре лом
в
миро­
воззрении
м ыс лит еля,
сделавший
его
активным
участни­
ком
революционного
д виже ния,
защитником
реалистиче­
ского
искусства,
происходил
одновременно
с
работой
над
«Историческими письмами», в которых оформились ос ­
но вные
принципы
субъективной
социологии.
Как
писал
В.
И.
Лен и н, «демократ размышлял о расширении прав,
и
свободы
народа,
об лек ая
эту
мысль
в
слова
о
«долге» -
высших
классов
перед
н ародом »19.
Пример
с
Лавровым
подчеркивает,
на
наш
в зг ляд,
необходимость
ра ссмат ри ват ь
факты
и
в ысказ ывани я
10


только
в
историческом
ко н тексте ,
в
о бщей
си стем е
взгля­
дов
писателя.
Не
случайно
в
последние
годы
п очти
все
и сследо ва­
тели
настойчиво
подчеркивают
закономерность
именно
такого
подхода
к
на родни чес тву
и
его
деятелям.
В.
Б.
С мир нов
пишет,
например,
о
Ми хай лов с ком: «За­
щит а
субъективного
метода
в
социологии
приводит
Ми­
хайловского
к
твердому
и
настойчивому
отс таи ва нию
тенденциозности
в
иск у сст ве,
способствующей
социоло­
г ическо му
исследованию
дейс твите л ь нос ти» 20.
В
то
же
вр емя
нельзя
игнорировать
утопизм
н арод­
нических
доктрин
и
их
воздействие
на
эстетику
и
ли те­
ратурную
критику.
Как
справедливо
от ме чал
П.
А.
Ни­
к о лаев, «наиболее перспективные историко- ли т ера турн ы е
выводы
могли
б ыть
сделаны
только
в
том
случае,
ко гда
научная
методология
да вала
с ебя
знать
в
философско-
эстетических
пр инци пах ,
которыми
руководствовался
исследователь
художественный
лите р ату ры» 21.
Таким
образом,
с уть
вопроса
о
народнической
к ри­
тик е,
о
со де ржа нии
этого
п он ятия
зак лю ча ется
в
том,
что
необходимо
установить
характер
взаимосвязи
между
общефилософскими
основами
народнической
критики,
ее
литературной
теорией
и
литературно-критической
прак­
тикой.
Методологической
основой
р еше ния
этой
задачи
яв­
ляется
лен инск ая
оценка
н арод ниче ства ,
поэтому,
не
останавливаясь
на
анал из е
п робл емы
«Ленин и народ­
ничество»
в
целом,
выделим
те
ее
а спек ты,
которые
имеют
н епо ср едств енно е
отношение
к
т еме.
Прежде
всего
следует
отметить
синтетичность,
целост­
ность
ленинских
оценок.
Он
прекрасно
понимал,
что
народ­
ничество
неоднородно,
что
в
нем
«...есть самые различные
оттенки,
есть
правые
и
левые
фла нг и ... »22.
Однако
он
рассматривал
народничество
как
«систему воззрений»,
«чертами»
которой,
проявляющимися
на
всех
уровнях,
я в ля ют ся : «1) Признание капитализма в России упадком,
регрессом....
2) Признание самобытности русского
экономического
строя
воо бще
и
крестьянина
с
его
общи­
но й,
артелью
и
т.
п.
в
час тнос ти.
<...> 3) Игнориро­
ван ие
св язи
«интеллигенции»
и
юридико-политических
учр ежд ений
страны
с
материальными
интересами
о п реде­
ленных
общественных
кл ассо в»23.
Выделение
этих
чер т,
определяющих
основные
тенденции
и
дух
всего
направ­
ления,
и меет
принципиально
важное
значен ие,
так
как
11


оно
дает
возможность
не
«смешивать вместе различные
во ззре н и я», а «...обобщать
и
подводить
под
одну
кат его ­
рию
пи са теле й,
которые,
несмотря
на
различия
по
мн о­
гим
вопросам,
солидарны
по
тем
основным
и
главным
п унк там,
про тив
которых
и
восстают
«ученики» 24.
Разу­
м еет ся,
эти
черты
на ро дни ческо й
«системы воззрений»
не
всегда
выступают
в
чис том
виде,
так
как
«чистых»
явлений
ни
в
природе,
ни
в
о бществ е
нет
и
б ыть
не
мо­
жет...»25.
Народничество,
как
известно,
претерпело
зна­
чительную
эволюцию,
отдельные
его
представители
по-
разному
относились
к
общине
и
к
роли
интеллигенции.
Но,
как
подчеркивается
в
современных
исследованиях,
«различие между революционным и либеральным направ­
л ен иями
в
народничестве
нисколько
не
устраняет
их
ид е йной
или
организационной
с вязи
как
дв ух
т енден ций
внутри
единого
о бществ ен но го
течения»2ß.
Ана ли зир уя
ра злич ные
ас пекты
народнической
д ок­
трины,
давая
оценку
этапов
развития
народничества
и
на пра вл ений
внутри
его,
В.
И.
Ленин
на
конкретном
ма­
т ери але
реализует
свою
принципиальную
мет одол ог иче ­
с кую
установку,
что
при
характеристике
с ложны х
обще­
ст венных
явл ени й
«... требуется в
первую
голову
и
боль­
ше,
чем
где
бы
то
ни
б ыло,
изображение
процесса
в
целом ,
учет
в сех
тенденций
и
определение
их
равно­
де йст ву ющей
или
их
суммы,
их
результата»27.
При
этом
общая
тенденция
раскрывается
в
форме
конкретного
во
взглядах
ра злич ных
представителей
направления.
Це ло стн ый,
системный
подход
к
предмету
исследования
очень
акту ален
и
для
методологии
литературоведческого
анал иза.
«Поиск путей целостного и в своей целостности
концептуального
исследования
ис то рии
р аз личных
идео­
логических
фо рм
—
вообще
одна
из
примет
современного
этапа
(и уровня!) развития гуманитарных наук»28.
Применительно
к
тем е
данной
работы
ленинская
ме­
тодология
да ет
возможность
рассмотреть
народническую
критику
как
цельное
явление,
выявить
ее
сущность,
т ен­
денции
развития
и
си стему
связей
с
другими
обществен­
ными
и
эс тети чески м и
системами,
например,
с
традиция­
ми
революционно-демократической
э сте тики
и
критики,,
с
академическими
школами
в
литературоведении,
с
фор­
мирующимся
марксистским
литературоведением.
Причем
эта
це л остн ость
не
ис кл ючает ,
а
предполагает
ан ализ
фил осо фии,
социологии,
эстетики
народничества,
изуче­
12


ние
взглядов
отдельных
критиков
как
представителей
всего
напр авле ния.
В
ленинской
х ар актер исти ке
народничества
в ажен
еще
один
аспект:
историческая
конкретность.
Как
писал
В.
И.
Лен ин, «безусловным требованием марксистской
теории
при
разборе
какого
бы
то
ни
б ыло
социального
вопроса
яв ля ется
постановка
его
в
определенные
исто­
р ическ ие
рамки...»29.
Чтобы,
например,
правильно
понять
хара ктер
деятельности
и
содержание
ста тей
критиков-
народников,
необходимо
учитывать
все
обстоятельства,
сопутствующие
этой
деятельности: «журнальный кон­
т ек ст», общественные и литературные события,
послу­
жившие
пово д ом
для
на писа ния
статьи,
и
вообще
все
те
д етали
социального,
литературного,
биографического
фона,
без
которых
любое
исследование
м ожет
легко
превратиться
в
схему.
В
отношении
исторической
ко н­
кре тн ости
ленинские
статьи
являются
образцом,
так
как
в
них
глуби н а
те о ре тически х
обобщений
всегда
основана
на
анал изе
фактов.
Понятие
«исторические рамки»
у
В.
И.
Ленина
ши ре,
чем
верность
эмпирической
д ейств ител ь но сти.
Историзм
ленинской
методологии
требует
синт ети ческ ог о
анал из а
фа кт ов,
в
нем
гл авное
—
«...не
забывать
основной
исто­
рической
связи ,
смотреть
на
каждый
вопрос
с
точки
зре­
ния
то го,
как
изв естн ое
явление
в
истории
возникло,
какие
гл авн ые
эт апы
в
своем
развитии
это
я вл ение
п ро­
ход и ло,
и
с
точки
зрения
этого
его
развития
смотреть,
чем
данная
вещ ь
с тала
тепе рь » 30.
Ис ториз м,
таким
обра­
зо м,
я вляется
органическим
элементом
типологического
подхода,
так
как
метод
историзма
позволяет
сосредоточить
внимание
на
раскрытии
исторической
за­
кономерности
развития
явлений.
Это,
пользуясь
выраже­
ни ем
М.
Зельдовича,
«историзм на типологическом
уровне», который «прослеживает
последовательные
фазы
п роце сса
развития,
но
не
в
его
«повседневном»
протека­
нии ,
а
в
более
укрупненных,
интегрированных
един­
с тва х»31.
Исходя
из
принципа
ис тор изм а,
В.
И.
Ленин
вскр ыв ает
на
ос нове
конкретного
ан али за
«господствую­
щие
те ор е тическ ие
идеи
народничества», их «источники»
и
«сущность» 32. « Сильн ые»
и
«слабые»
стороны
на род­
ничества
предстают
при
таком
подходе
не
в
метафизиче­
ской
изолированности,
а
в
диалектической
вз аим ос вязи.
«Ложный в формально- эк ономи ческ ом
смысле,
на ро дни­
13


ческий
демократизм
есть
истина
в
ис то риче ском
смысле...
истина...
своеобразной
исторически-обусловленной
де­
мократической
борьбы
крестьянских
ма с с ...»33.
Таким
обр азом ,
ленинские
характеристики
народни­
чес тва
пр едставл я ют
исключительную
ц енност ь
не
только
применительно
к
ан али зу
конкретных
явлений,
но
и
как
система,
так
как
л ишь
взаимосвязь
ленинских
суждений
да ет
в озможн ос ть
использовать
не
тол ько
вы во ды,
но
и
вед у щий
к
ним
метод.
Из
ан а лиза
ленинской
к о нцепции
народничества
вы­
делим
те
о с новные
методологические
принципы,
которы­
ми
следует
руководствоваться
при
ан али зе
н аро д ническ ой
кр и тики:
1.
Необходимо
в
первую
очередь
выделить
то
общее,
что
присуще
всем у
кругу
рассматриваемых
явлений:
«...азбучное
правило
требует,
чтобы
с нач ала
был
в зят
самый
типичный,
наиб оле е
свободный
от
всяких
посто­
ронних,
усложняющих
вл и яний
и
обстоятельств,
случай
и
уже
затем
от
его
решения
чтобы
восходили
далее,
при­
ним ая
одн о
за
другим
во
внимание
эти
посторонние
и
и
осложняющие
об ст оятел ьс тв а»34.
2.
Ни
одн а
общая
черта
не
воплощается
полностью
в
конкретном
явлении,
так
как
«всякое общее лишь
приблизительно
охватывает
все
отдельные
п ре дм еты»35.
3.
Каждое
явл ени е
рассматривается
как
часть
цело го ,
причем
соотношения
общего
и
частного
в
пределах
це­
лого—
величины
взаимосвязанные,
и
в
зависимости
от
аспекта
исследования
на
первый
план
могут
выступать
разные
грани
целого
как
системы,
как
«внешней формы
про явле ния
эти х
закономерностей
в
тех
или
иных
к он­
кретных
ус лов иях »36.
4.
Целое
яв ляе тся
результатом
и
проявлением
п ро­
цесса
развития
и
не
может
б ыть
понято
вне
историче­
ского
контекста
его
функционирования.
Эти
принципы
позволяют
выделить
те
о бъе ктивн о
существующие
типологические
черты,
которые
прояв­
ляются
у
разных
критиков
и
на
разных
уров н ях
народ­
нической
критики,
идет
ли
речь
об
ее
общефилософских
и
э стети че ских
предпосылках
или
об
ее
тео р ети че ских
основах
и
приемах
анализа
литературных
явлений.
Прежде
всего
это
—
связь
с
общедемократическим
и
революционным
движением
70—80- х
гг .,
отражение
идеалов
крестьянской
демократии.
Конкретным
проявле­
14


нием
это й
общности
было
акт ив ное
сотрудничество
в
передовых
журналах
70—80 -х
г г.,
участие
в
р ево лю­
цио нном
движении
(Лавров,
Ткачев,
П.
Кроп отк ин),
связь
с
революционным
подпольем
(Н.
К.
Михайлов­
ск ий).
Да же
Скабичевский,
не
принимавший
активного
участия
в
общественном
движении,
пор ывае т
в
1879 г.
с
газетой
«Биржевые ведомости»
в
з нак
протеста
против
«нелепейшей и бестактнейшей»
статьи
ее
р еда ктора
Пол ети ки, «направленной против русских радикалов и
террористов»37.
Продолжая
традиции
Белинского
и
шестидесятни­
ков,
народники
р ассмат р ивал и
свою
литературно-кри­
тическую
деятельность
как
общественную
трибуну.
«Принципы и задачи реальной критики»
Ткачев
видит
в
то м,
чтобы
«содействовать прояснению общественного
созн ани я,
чтобы
развивать
в
читателях
бо лее
или
менее
трезвое,
разумное
критическое
отношение
к
явле ниям
окружающей
их
действительности»38.
Публицистический
пафос
не
просто
«черта»
н аро д ническ ой
критики,
а
фор ­
ма
выражения
идейно-эстетических
позиций.
Связь
с
передовыми
идеями
эпохи
бы ла
источником
с илы
и
влияния
на ро д ническо й
критики,
и
не
случайно
ее
рас­
цвет
приходится
на
«героический»
период
70—
первой
по ло вины
80- х
гг.
Что
к ас ается
эстетики
и
литературных
к онц епций,
то
и
здесь
немало
об щег о:
борьба
с
тео рия ми
чи с того
искусства,
утверждение
активной,
де йств енно й
си лы
и ску сства ,
выдвижение
на
первый
пл ан
идеи
народности
литер а тур ы,
пристальное
внимание
к
проблеме
по ло жи­
тельного
ге роя.
Эстетика
народничества
формировалась
под
влиянием
эстетики
революционеров-демократов,
«лучшие представители народнической критики и белле­
тристики
выступили
талантливыми
пропагандистами
—
и
в
художественном,
и
в
теоретическом
планах
—
эсте­
тического
учения
Че рн ыш ев ског о»39.
Ра зуме ется,
об­
щие
принципы
реалистической
эстетики
в ыраж алис ь
в
деятельности
отдельных
критиков
с
разной
степенью
глубины
и
полноты,
они
резко
поле м из ирова ли
др уг
с
другом,
нередко
допускали
отступления
от
реалистиче­
с ких
традиций
предшественников.
Но
народническая
кр итик а
в
лице
ее
лучших
пре д ста вите лей
развивалась
в
рус ле
реального
направления
и
обладала
типологиче­
ской
общностью,
как
и
все
народничество
в
целом.
15


Наконец,
можно
говорить
об
определенном
т ипе
стать и
в
на ро дни ческо й
кр ити ке.
Ст иль
критиков-народ­
ников
оче нь
ин див иду ал ен,
и
статьи
Михайловского,
на­
пис ан ные
эмоционально,
с
внешне
немотивированными
переходами
(«вперемежку») от одной темы к другой,
не
похожи
на
суховатые,
н асыщ ен ные
теоретическими
рассуждениями
исследования
Лаврова
или
основатель­
ны е,
но
ра ст януты е
работы
Скабичевского.
Однако
в
принципах
отбора
и
анализа
м атери а ла,
в
с труктуре
статей
можно
легко
заметить
определенное
сходство.
Критики-народники
стремятся,
как
правило,
к
широким
обобщениям
даже
тогда,
когда
пиш ут
об
одном
писа­
теле
или
об
отдельном
произведении,
поэтому
выхо дят
далеко
за
рамки
со б ственно
литературно-критической
с тать и.
Полемичность,
множество
намеков
на
животре­
п ещу щие
со б ытия
общественной
жизни,
ирония
—
все
это
определяет
ос нов ную
тональность
литературной
крити­
ки
народников.
В
их
стат ья х
доминирующее
положение
за нимает
пу блиц ист и ч еский
пласт,
а
произведение
рассматрива­
е тся
прежде
всего
с
точки
зрения
его
верности
де йст ви­
тельности.
Отталкиваясь
от
проблем,
поднятых
ху­
дожником,
критик
развивает
с вои
философские,
эст е­
т ич еские
взгляды,
проводит
аналогии
между
эпизодами
анализируемого
произведения
и
событиями
тек ущей
жизни.
В
качестве
примера
можно
привести
такие
стать и ,
как
«Тургенев и развитие русского общества»
Лаврова,
«Недоконченные люди»
Ткачева,
«Живая
струя»
Скабичевского,
«Жестокий талант»
Мих айло в­
ского
40.
Эти
ст атьи
очень
разные,
но
в
их
проблематике,
пафосе,
в
приемах
анализа
и
композиционной
ст руктуре
явственно
ощущается
единая
направленность.
Таки м
образом,
общность
критиков-народников
мож­
но
проследить
да же
при
в нешнем
сопоставлении.
Но
в
по лной
мере
ее
можно
в ыяви ть
чер ез
ан ализ
их
крити­
ки
как
ид ейно -э сте тич еск ой
системы.
С
эт ой
целью
остановимся
сначала
на
а нал изе
типа
мировоззрения
народников,
что
предполагает
выделение
типологических
признаков
их
фило со фии,
с оцио лог ии,
методологии.
Си стема
народнических
воззрений
св иде­
тель ств ов ала
о
снижении
уровня
теоретической
мыс ли,
так
как
они
не
смогли
«остаться на уровне цельного
философского
мат ер иа ли зм а»41 Чернышевского .
«Усту ­
16


почками»
«модному позитивизму»
В.
И.
Ле нин
объяснял
то,
что
«в философии Михайловский сделал шаг назад
от
Чернышевского»42.
Но
мировоззрение
н арод ник ов,
теоретическая
несостоятельность
которого
о чев идна
в
сопоставлении
с
марксизмом,
должно
рассматриваться
в
духе
ленинской
концепции
народничества,
исторически.
Как
пи шет
М.
Г.
Се д о в, «теория Михайловского отра ­
зи ла
состояние
домарксовой
науки
в
России
и
в
этом
смысле
б ыла
на уч ной,
но
ее
научное
зна че ние
имело
ис­
торически
преходящий
характер»43.
Несмотря
на
за­
блуждения
и
п р о тиво р е чи я, «разработка революционны­
ми
народниками
категорий
личности,
и деал а,
цел ей
че­
ловеческой
деятельности,
культуры,
цивилизации,
прог­
ресса,
п робл ем
нравственного
сознания
и
других
была
но вым
словом,
хотя
ее
результаты
не
могут
удовлетво­
рить
современную
мыс ль »44.
Кроме
то го,
тео р ети чес кое
наследие
народников
раз­
лично
в
качестве нн о м
и
количественном
отношениях.
Если,
например,
Лавров
много
занимался
разработкой
специально
теоретических
проблем,
то
у
других,
особен­
но
у
Скабичевского,
философское
мировоззрение
рас­
крывается
преимущественно
в
литературно-критических
и
публицистических
ст ат ьях,
в
которых
тео р ети че ские
р ассуж дени я
являются
своеобразной
аргументацией
ли­
тературно-критических
выводов.
Однако
независимо
от
того,
насколько
четко
определялась
у
каждого
из
них
си стем а
тео р етичес ки х
взглядов,
можно
выделить
те
ее
асп екты ,
которые
св я заны
с
принципами
их
методоло­
гического
мышления.
Прежде
всего
теория
п рив лека ла
народников
своей
действенной
стороной,
как
обоснование
практической
деятельности,
направленной
против
самодержавного!
пр оизвол а
и
несправедливого
социально-экономического
строя.
Все
они
весьма
скептически
относились
к
отвле­
ч е нным,
умо зри те льны м
построениям.
Например,
Тка­
чев
решительно
выступил
против
об в инения ,
что
он
в
статье
«О пользе философии»
отр ица ет
всякую
фи лос о­
фию.
По
словам
Ткачева,
он
отвергает
не
всякую
фи ло­
софию,
а
«понимаемую в смысле абстрактного « м ир о ­
созерцания», считая ее «бесполезным (и
с
чисто
научной,
и
с
общественной
точки
зре ния)
времяпровождением»45.
Для
Ла вр ова
«философские идеи важны не как прояв­
л ение
проц ес са
развития
д уха
в
его
логической
отвле­
2 В-538
17


ченности...
они
важны
как
форма
протеста
против
на­
сто ящег о
во
имя
желания
лучшего
и
спр аве дливейше го
общественного
строя
или
как
формы
уд овле творе ния
настоящим»46.
Философия,
по
мнению
ведущих
теоре­
тиков
направления,
это
«объединяющее мышление»
(Лавров), «обобщающие знание»
(Михайловский),
и
именно
поэтому
они
вы двигал и
на
первый
план
ее
идео­
логическую
фу нкцию.
«Для того,
чтобы
приступить
к
самому
бесхитростному
изу че нию
фа кт ов,
нужна
уже
какая -н иб удь
руководящая
нить,
какая-нибудь
тео­
р и я»47.
По
мнению
Т к а ч е ва , «в основе каждой логически
развиваемой
сист емы
дол жен
леж ать
какой-нибудь
принцип,
который
и
со ста вл яет
о быкн ов енно
основную
идею
системы»48.
Философия
и
рассматривалась
им
как
инструмент
выработки
правильного
метода
познания
социальных
и
природных
явлений.
Несмотря
на
значи­
т ел ьные
р асх ож дения
в
р ешен ии
конкретных
проблем,
признание
за
философией
методологической
функции
было
сво йств енно
всем
теоретикам
народничества.
Оно
определило
св ойст венно е
и
другим
аспектам
их
теории
(в том числе и литературной)
стремление
приложить
ре­
зультаты
теории
к
практической
деятельности.
Методологическая
функция
философии
на роднич е ­
ст ва
о тчетл ив ее
всего
проявилась
в
по ним ании
ими
проб­
ле мы
соотношения
объективных
и
субъективных
методов
исследования
о бщест венны х
и
социальных
явл ени й.
Ха­
р актер
решения
э той
п робле мы
позволяет
установить
тип
их
мировоззрения
и
методологическую
основу
их
литературной
кр итик и.
Обычно,
говоря
о
методологии
народников,
подчер­
ки вают,
что
они
были
последователями
субъективного
метода
в
социологии.
В
целом
это
верно,,
но
надо
и меть
в
виду,
ч то,
во-первых,
теоретически
этот
мето д
пр изн а­
в ался
не
всеми
народниками.
Например,
Ткачев
резк о
критиковал
субъективный
метод
Лаврова,
видя
в
нем
«метафизическое»
стремление
создать
«порядок явлений»
«из собственной головы,
сообразуясь
не
с
реальными
фактами,
а
с
с воими
чисто
с убъ екти вн ыми
иде алами
и
представлениями»49.
Во-вторых,
субъективный
метод
не
исчерпывал
вс ей
сист ем ы
на родн иче ской
ме то­
дологии,
хот я
был
одним
из
ва жне йших
ее
эле м енто в;
в-третьих,
субъективный
метод
мыслился
его
созд а теля­
ми
как
нау чный
метод,
в
к орне
противоположный
субъ-
18


активистскому
произволу,
и
они,
особенно
Лавров,
много
усилий
приложили
для
обос нов ани я
«объективности», на­
учной
обоснованности
этого
мето да .
Теоретическая
и
на уч ная
несостоятельность
этого
ме­
тода
была,
как
известно,
всесторонне
раскрыта
В.
И.
Ле­
ниным,
Г.
В.
Плехановым
и
другими
русскими
мар кси­
стами,
но
в
данном
случае
важ но
отметить
сам
ф акт
по­
пытки
«объективного»
обоснования
субъективного
ме­
тода,
так
как
внутренняя
противоречивость
народни­
ческой
методологии
находит
непосредственное,
х отя
и
своеобразное
отражение
в
методе
их
лите ра ту рной
к ри­
ти ки.
Соотношение
нау ч ного
(сциентистского)
и
це н­
ностного
(аксеологического)
методов
исследования
об­
щес т вен ных
явлений
—
одна
из
цент ра льных
проб л ем
философии
и
социологии
народничества
и
входит
как
ис­
ходный
момент
в
их
э стетиче ску ю
систему,
хотя
у
ка ж­
д ого
из
вид ных
представителей
на ро дни ческо й
кр и тики
ес ть
свои
(и очень существенные)
варианты
понимания
этого
соотношения.
Исходя
из
этого
следует
подчеркнуть
как
особенность
методологического
мышления
народников
четкую
диф­
ференциацию
ими
функций
субъективного
и
объектив­
ног о
методов
и
в
то
же
время
стр емл ени е
установить
их
взаимосвязь.
Объективный
метод
ра ссм атри в ался
народниками
как
«совокупность приемов» (Михайловский), при посред­
с тве
которых
познаются
объективно
существующие
св я­
зи
и
закономерности
в
природе
и
обществе.
Ли чно сть
иссл едов ат ел я
отходит
при
.эт ом
на
второй
план,
его
желания
проявляются
только
в
вы боре
предмета
ис­
следования,
но
ни
в
коем
случае
не
должны
влият ь
на
результ ат
его
н абл юдени й.
Михайловский
пи ше т: «Когда
исследование
начато,
натуралист
не
вводит
в
него,—
по
крайней
мере
не
должен
вводить,—
элемент
с убъ­
ективный.
Он
может
ск азать:
я
перечисляю
ви ды
клопов,
но
не
может
ск аза ть:
я
желаю,
чтобы
видов
клопов
было
столь ко-то»50.
Объективный
метод
исследования,
таким
об ра зом,
используется
в
есте ствен ны х
науках,
но
он
применяется
и
для
исследования
за коно в
общ еств а,
каково
оно
есть .
Но
при
исследовании
общественных
явлений
нельзя
ограничиться
толь ко
констатацией
сущего,
так
как
не­
из бежн о
вст ает
вопрос
о
должном,
о
желаемом.
Отве-
2*
19


чая
на
него,
исследователь
вно сит
свою,
субъективную
оценку,
«свою личную нравственную выработку,
свой
нравственный
идеал»51, так как «исследователь
сам
че-
ловек
и
не
мо жет
ни
на
мг нове ние
выделиться
из
п ро­
цессов,
для
него
характерных»52.
Если
для
ученого
ва жна
прежде
всего
ис тина ,
для
постижения
которой
используются
л о г ические
принципы
исследования,
то
у
социолога
на
первый
пл ан
выходит
по н ятие
спр аведл и­
вости,
предполагающее
це нно ст ную
оценку
явлений
с
по зиций
нравственного
идеала.
«Социолог,
например,
до лжен
прямо
с ка зать:
я
желаю
познавать
отношения,
существующие
между
обществом
и
его
членами,
но,
кроме
познания,
я
желаю
осуществления
таких-то
и
таких-то
моих
идеалов»53.
Так им
образом,
з адачи ,
область
применения
и
функ­
ции
объективного
и
субъективного
методов
разграничи­
валис ь
в
народнической
методологии
довольно-таки
ч ет­
ко.
В
статье
«Задачи позитивизма и их
решение»
П.
Лавров
пишет,
что
«объективному описанию и клас ­
си ф икац ии»
п одлежат
«действия личности,
обществен­
ные
формы,
исторические
со бы т ия», но чтобы понять их,
на до
понять
цели,
которые
«воплощаются в обществен­
ных
формах».
Но
цели
—
«это нечто желаемое,
прият­
н ое,
должное»
и,
«входя в исследование», они « пр и­
нуждают
употреблять
субъективный
метод».
Эта
статья
Лаврова
бы ла
названа
«замечательной»
Михайловским,
который
вы ра зил
полное
согласие
с
ее
п оложе ни ями
в
своей
программной
работе
«Что такое прогресс?»54.
Следовательно,
различие
целей
и
задач
двух
методов
определялось
тем,
что
они
отв еч али
на
разные
вопр ос ы:
«что есть?» и « что
должно
бы ть ?». Ответы на эти вопро­
сы
требовали
разных
пр ием ов
исследования,
и
особен­
ностью
методологического
мышления
народников
б ыло
то,
что
они
призывали
четко
оп ред ел ить
задачи
иссле­
дования
и
не
переносить
методы
анализа
од них
явлений
на
другие.
«Понятия,
ра зличные
по
своему
логическому
содержанию,
не
должны
бы ть
смешиваемы;
последствия
такого
см еш ения
всегда
гибельны
и
для
человеческой
ло­
ги ки,
и
для
человеческой
практики»55.
У
Лаврова
эта
диф фе ренциац ия
выражена
в
его
представлении
о
ра з­
лич ии
фу нк ций
«практической»
и
«теоретической»
фи­
лософии;
уМихайловского—в
разграничении
понятий
«правда -ис тина »
и
«правда- спр аве дливос ть» .
20


В
это м
р аз гра ниче нии
следует
подчеркнуть
то,
что
оно
б ыло
методологической
ос ново й
выступлений
тео ­
ретиков
народничества
против
метафизики,
основой
их
от ри цат ельн ого
отношения
к
попыткам
отождествить
законы
развития
природы
и
законы
развития
общества.
Опираясь
на
свое
пре дс та вле ние
о
методе,
они
н аст аи­
ва ли
на
объективности
истины,
на
строгой
научности
исследований
и,
что
с леду ет
подчеркнуть
ос обо,
видели
в
объективности
на уки
проявление
ее
д емо крат из ма,
так
как
бы ли
глубо ко
убеждены,
что
истина
может
сл ужи ть
тольк о
про г рессу ,
только
защ ите
народных
интересов.
Но,
разделяя
функции
и
пр иемы
исследований,
свой“
ственные
объективному
и
с убъ ект ивн ому
методам,,
на­
родники
постоянно
отмечали
их
взаимосвязь.
Мих ай­
ловский
писал,
что
«объективный и субъективный ме­
тоды
прот ив опол ож ны
только
по
характеру,
но
н ичего
не
мешает
им
уживаться
со вер шенно
мирно
рядом ,
даже
в
применении
к
одному
и
тому
же
кругу
явлений»56.
И
Михайловский,
и
Лавров
под черки ва ли ,
что
субъ-
тивный
метод
не
имеет
ничего
общего
с
субъективиз­
м ом,
что
его
нельзя
представлять
в
виде
«савраса без
узды,
н осящ ег ося
по
полю
единственно
под
влиянием
св оих
капризов»57.
Они
(каждыйпо-своему)
прил ожили
немало
усилий,
чтобы
обосновать
научность
су бъ ек тив­
н ого
ме тода
в
с о циол огии,
так
к ак,
по
их
мнению,
в
ос­
нов е
субъективных
представлений
о
должном,
об
идеале
лежат
потребности
личности.
Как
пиш ет
Лавров,
субъ­
ективный
метод
и
«результат его
—
теория
обществен­
ных
фор м,
как
они
должны
быть
на
основании
ясно
понятых
человеческих
потребностей,—
есть
и деали з ация
истинная
и
н аучн ая»58.
На учност ь
субъективного
ме то­
да
подчеркивает
в
«Записках профана»
и
Михайлов­
ск ий,
о тве чая
на
упреки
Юж ако ва,
что
этот
ме тод
ведет
к
«полной логической разнузданности».
Ит ак,
теоретики
народничества
с треми л ись
к
тому,
чтобы
научно
обосновать
свой
субъективный
метод,
о бъ­
ясни ть
д олжн ое,
жела ем ое
как
отражение
необходимо­
го
в
сознании
кр ити ч ески
мыслящей
личности.
По
сло­
вам
Ма ли н ин а , «Михайловский полагал,
что
см ысл
его
и сканий
в
философии
и
социологии
за ключа лс я
в
обос­
новании
философского
мировоззрения,
в
котором
о бъ­
ект ивн ое
гармонично
с оче талос ь
бы
с
су бъ ект ивны м,
теория
с
пра ктикой ,
истина
со
справедливостью»59.
21


Однако
создать
такую
синтетическую
сист ему
никому
из
народников
не
удалось.
Характерно
в
этом
отношении
определение
метода
у
Ми хай лов с кого: «Методом назы­
вает ся
совокупность
приемов,
по мощ ью
которых
нахо­
дится
ист ина,
и ли,
что
то
же,
удовлетворяется
позна­
вательная
потребность
чел о век а»60.
Здесь,
как
спра­
ведливо
отмечает
Малинин,
заключено
глу боко е
проти­
во реч ие: «Признавая объективность метода,
он
на ста и­
вает
одновременно
на
субъективности
истины»61.
Это
-п рот иво речи е
сво йст ве нно
не
только
Михайловскому,
но
и
другим
на ро дник ам.
Правда,
конкретные
формы
про­
я влен ия
его
у
них
различны,
но
именно
нюансы,
вызы­
вавшие
пол ем и ку,,
привели
к
неожиданному
результату:
несостоятельность
ряд а
принципиально
важных
аспек­
тов
на ро дни ческо й
док три ны
была
рас крыта
са мими
же
народниками.
В
этом
пла не
инт ер е сные
суждения
б ыли
высказаны
в
«Социологических этюдах»
Южакова, «За­
писках
п р офа н а », «Литературных
и
журнальных
за­
метках
1873 г. »
Михайловского,
в
рецензии
Тка чев а
на
первый
том
«Опыта развития мысли»
Лаврова
и
в
его
же
статье
«Что такое партия прогресса?».
В
этих
рабо­
та х,
нер е дко
пол ем ическ их,
р аскры в ается ,
ес ли
взять
их
в
совокупности,
теоретическая
слабость
народнической
доктрины
в
целом.
Например,
Ткачев
вер но
подметил
уязвимые
места
теории
прогресса
Лаврова.
В
с вою
оче­
редь
Лавров,
отвергавший
бланкизм
Тка чев а,
п ока зал
тео р етиче скую
несостоятельность
э той
программы,
осно­
ванной
на
субъективизме
и
волюнтаризме.
Полемика
дает,
та ким
образом,
богатый
мат ер иал
«из первых рук»
для
критики
о сн овных
тео р етически х
к о нцепций
народ­
ничества.
Обосновывая
свои
представления
об
об ъек тивн ос ти
истины,
народники
п р из навали
пр ич инно-сл едст венну ю
связь
в
природе
и
обществе,
не
отрицали
закономерно­
стей
исторических
явлений,
видели
социально-эконо­
мическую
детерминированность
идеологии
и
поведения
людей.
«Миросозерцание людей и характер их деятель­
ности
всегда
определяются
условиями
их
экономического
-б ыт а» 62,—
писал
Тка че в.
Р оль
экономических
факторов
не
отрицалась
Лавровым
и
Михайловским.
Не
чуждо
б ыло
нар одник а м
(особенно Лаврову)
понимание
клас-
-с овой
структуры
общества,
классовой
борьбы,
роли
п ро­
ле тариа та.
Например,
Лавров
писал,
что
современное
22


буржуазное
государство
носит
классовый
хара кте р,
так
как
оно
«состоит из двух классов:
во-первых,
из
буржуа,
капиталистов,
способных
эксплуатировать,
грабить,
об­
воровывать
с воих
ближних;
во-вторых,
из
пролетариев,
свободных
умирать
с
го ло ду »63.
Он
был
убежден,
что
это
противоречие
может
быть
устранено
тол ько
«в форме
пол ного
экономического
пе ре вор от а»64.
С
кла с со вым'
социальным
неравенством
свя зы вал ось
и
формирование
мировоззрения
людей,
их
социально-политические
и.
нравственные
пре дс та вл ения.
Мысль
о
то м,
что
«нет
действия
без
причины,
что...
л юдс кие
действия,
мысли,
же лан ия,
чувства
возник аю т
в
конце
известного
ро да
яв л ений,
сменяющих
друг
дру га
с
физической
необходи­
м ост ью» 65, признавалась как достижение современной
науки
и
социологии
и
противопоставлялась
религиоз­
н ому
миросозерцанию.
Эти
элементы
народнической
доктри ны
б ыли
прямо
св яз аны
с
«трезвым реализмом»
их
мышления
и
нашли
конкретное
выражение
во
всех
сферах
их
деятельности^
в
том
чис ле
и
в
лите ра ту рной
критике.
Но
в
на ро дни ческо й
методологии
не
б ыло
цельности.
Признавая
значение
исторических
условий
как
факто­
ров ,
определяющих
деятельность
личности,
они
счита ли
столь
же
несомненным
«право и возможность для лич­
ности
судить
о
явлениях
жизни
без
отношения
к
месту
их
в
истории,
а
сообразно
внутренней
ценности,
которую
им
прид а ет
та
или
друг ая
личность
в
данную
ми ну ту»66.
Само
же
понимание
«внутренней^
ценности»
был о
не
детерминировано,
а
выводилось
из
«потребностей челове­
ка» (Лавров), из его «естественных
наклонностей» (Тка­
чев), т.
е.
носило
антропологический
ха ракте р.
Цен­
тральными
в
си стем е
их
воззрений
являются
категории
нравственного
идеала,
це ли,
определение
факторов
и
условий
прогресса
(«формулы прогресса»
Михайлов­
ско го,
Лаврова,
Т ка че ва ), которые служили своеобраз ­
ной
меркой
желательности
и
нежелательности
процессов-
развития
истории
и
об щес тва.
Михайловский
писал,
что
«социология должна начать с некоторой утопии;
признав-
нечто
жел ател ьн ым
или
нежелательным,
социолог
до л­
жен
найти
ус ло вия
осуществления
этого
желатель н ого
или
ус тр а нения
неж ела те льно го» 67.
По
мнению
Лавро­
ва,
к
процессу
ис тор ии
необходимо
прилагать
«субъек ­
тивную
оце нк у,
т.
е.
усвоив
по
степени
своего
нр ав ствен­
23т


н ого
развития
тот
или
другой
нравственный
идеал,
рас­
положить
все
факты
ис то рии
в
перспективе,
по
которой
они
содействовали
или
противодействовали
этому
иде а­
лу»68. У
Ткачева
двигателем
человеческой
деятельности
является
стремление
к
счастью,
но
не
эгоистическому,
филистерскому,
а
основанному
на
достижении
высокой
цели
—
«солидарности человеческих интересов», так как
«наклонность человека к общежитию»
являетс я
е ст ест­
венной,
соответствует
«человеческой природе»69.
Есте­
ственные
стремления
не
всегда
осознаются
люд ьм и,
по­
этому,
чтобы
оживить
эту
силу,
«из
возможности
перевести
ее
в
действительность
—
нужно
осветить
ее
разумом,
вывест и
ее
из
области
бессознательных
ощуще­
ний
в
область
сознательных
мыслей»70.
Таки м
образом,
в
с тру ктуре
методологического
мы ш­
ления
народников
социальная
детерминированность
и
антропологизм,
сциент истск и й
и
аксео л о ги ческий
подход
хотя
и
взаимосвязаны,
но
не
во сх одят
к
едино м у
науч­
ном у
принципу.
Н а род н и ки , «признавая законосообраз ­
ность
исторических
явл ени й,
не
в
состоянии,
однако,
был и
взгля ну ть
на
их
эволюцию
как
на
естественноис­
торический
процесс,—
и
име нно
п от ому,
что
о ст анавл и­
вались
на
общественных
идеях
и
целях
человека,
не
умея
свести
э тих
ид ей
и
целей
к
материальным
об ще ст­
ве нным
отношениям»71.
Отмеченная
В.
И.
Лен ин ым
особенность
народниче­
ского
мировоззрения
нашла
отражение
во
вс ех
прояв­
лениях
их
идеологии
и
пра кти ческ ой
деятельности:
в
уто ­
пизме
социалистических
доктрин,
в
субъективном
по д­
ходе
к
ан ал изу
социально-экономических
и
политических
проблем,
в
непо ни мани и
ма рксиз ма
и
реакционной
бор ь­
бе
с
русскими
марксистами
в
90—900 -е
гг.
Одн ако ,
кр и­
тикуя
тео р ети че ские
заблужд ен и я
народников,
В.
И.
Ле­
нин
видел
в
них
не
то лько
«неверную доктрину социа ­
л из ма », но и выражение идей крестьянской демократии,
форму
общественного
сознания,
исторически
обуслов­
ле нн ого
«нелогичной»
де йстви тель н о стью
Ро ссии .
В
за­
висимости
от
аспекта
исследования
и
поставленной
за­
дачи
можно
выдвинуть
на
первый
план
различные
сто­
р оны
народнической
идеологии,
как
это
и
делает
В.
И.
Ленин
в
своих
работах.
Но,
как
уже
отмечалось,
л енинская
концепция
народничества
носит
целостный
характер,
она
проявляется
не
в
какой-то
формуле,
а
в
24


совокупности
результатов
и
веду щего
к
ним
метода
исследования,
что
позволяет
применить
ленинскую
ха­
рактеристику
народничества
в
качестве
методологиче­
ской
основы
для
о бъяс нения
тех
сторон
народнической
идеологии
(например,
эстетики,
кр ит ики),
которых
В.
И.
Ленин
непосредственно
касался
ма ло.
Рассмотрен­
ная
выше
структура
методологического
мышления
на­
родников
может
б ыть
использована
для
целостного
анализа
ра зличны х
аспектов
их
взглядов
и
деятельности,
в
том
чис ле
и
для
определения
типа
их
миров оззрен и я.
С
этой
точки
зрения
особенно
инт ересно
ис поль зова ­
ние
В.
И.
Ле нин ым
термина
романтизм
для
характери­
стики
народничества.
Применение
этого
термина,
вы зы­
вающего
ассоциацию
прежде
всего
с
романтизмом
в
литературе,
может
п оказать с я
1 неожиданным,
но
В.
И.
Лен ин
многократно
употребляет
его
в
свя зи
с
народничеством
и,
следовательно,
вкладывает
в
это
по­
н ятие
особое
со д ержа ние,
отличное
от
понятий
утопизм,
идеализм,
субъ ек тив из м.
Смысл
т ер мина
в
ко нтекс те
ле­
нинс к их
статей
нельзя
р ассмат р иват ь
ли шь
как
оценку
определенной
экономической
доктрины.
Если
вд ум ать ся,
что
им еет
в
в иду
В.
И.
Ленин,
когда
наз ывает
народ­
ник ов
романтиками,
то
окажется,
что
это
очень
широкое
понят ие ,
включающее
все
сто ро ны
их
ми ров оззрени я.
В
статье
«К характеристике экономического романтиз­
ма»
оц
пишет,
что
народники
видят
проти в оречия
ка­
питализма
и
это
ставит
их
«выше слепых оптимистов»,
они
в ыра жают
свое
негодование
против
эксплуатации
трудящихся
классов,
защитниками
которых
они
иск ренне
себя
считают;
их
возмущает
подавление
свободы
лич­
но сти,
т.
е.
«желания у романтиков весьма хорошие
(как и у народников)»72.
Далее
по дче рк ива е тс я, «...что
и
романтизм,
и
новейшая
теория
указывают
на
одни
и
те
же
противоречия...»73.
Но
роман ти к,
в
отличие
от
реалиста,
исх о дит
в
критике
капит ал из ма
из
«вечных,
нужд
о бще ств а»,
опирается
на
«абстрактную идею».
При
это м
«ни один не считал нужным ставить крите ­
рие м
своих
теорий
име нно
данное
развитие
обществен;
но-хозяйственных
отношений
(а в применении этого кри­
терия
и
состоит
основное
о тл ичие
научной
кр ит ики)»74.
Эти
слова
и
эта
оценка
хорошо
известны.
Но
хоте ­
лось
бы
еще
раз
подчеркнуть
то,
на
что
не
всег да
об­
р ащают
вни мани е:
ленинское
определение
романтизма.
25


народников
обозначает
тип
их
мировоззрения,
связы­
ва ющий
во ед ино
то,
что
в
анал из е
их
философии,
со­
циологии,
эстетики
приобрело
бы
ину ю
структурную
определенность.
Поэ тому
по н ятие
романтизм
в
эт ом
смысле
оказывается
более
точным
и
более
широким,
чем ,
например,
ид еа лизм
или
утопизм.
В.
И.
Ленин
не
отождествляет
эти
п он ятия,
так
как
они
обозначают
различные
грани
мировоззрения
н арод ник ов.
Ром ан тизм
народников
не
равнозначен
идеализму
и
утопи зму
их
доктрин,
он
включает
в
се бя
всю
сист ему
взглядов
«крестьянской демократии»
с
ее
сильными
и
сл абы ми
сторонами,
но
при
этом
акцент
де лаетс я
на
то,
что
у
народников
представление
о
желательном
и
нежелатель­
ном
о каз ывает ся
доминирующим,
игнорирование
реаль­
ных
интересов
составляет
сущность
романтизма75.
Ро­
мантизм
народников
яв ля ется
разновидностью
роман­
тического
мировоззрения.
Как
пишет
Н.
А.
Гуляев,
«огромное методологическое значение ленинских работ
состоит
как
раз
в
то м,
что
в
них
вы я сня ется
типология
романтического
мировоззрения,
которая
в
разной
мере,
но
своеобразно
преломляясь,
обнаруживается
в
произ­
ведениях
всех
мыслителей
романтического
направле­
н ия» 7б.
Романтический
тип
мировоззрения
по-разному
про­
яв ляе тся
у
отдельных
представителей
народничества,
но
типологическая
его
сущность
остается
не из ме нной.
С ле­
ду ет
отметить,
что
романтизм
народников
был
замечен
их
современниками.
Так,
еще
Овсянико-Куликовский
пи­
сал
об
«историческом и социологическом романтизме»
семидесятников
и
особенно
Михайловского77как «ре­
волюционный
ром ан тизм»
характеризовала
видение
ми­
ра
мыс ли те лями
70-х
гг.
Вер а
Фигнер
78;за «сентимен­
тальное
прекраснодушие», хотя и «в
мундире
р еал изма»
упрекал
Скабичевский
кр ити ку
«Дела» .
Эти
фа кты,
не­
значительные
с ами
по
себе,
являются
штрихами,
допол­
ня ющ ими
историческую
и
теоретическую
п рав омернос ть
употребления
п он ятия
«романтизм»
применительно
к
ти­
пу
мировоззрения
народников.
Определение
типа
мировоззрения
народников
как
ро­
мантического
на
основе
анализа
струк туры
ме тод ологи­
ческого
мышления
яв ляется
исходным
для
выявления
границ
народничества,
его
отличия
от
мировоззрения
революционеров-демократов.
26


В
ми ровоз зрен ии
революционеров-демократов
тоже
есть
элементы
ут опиз ма
и
субъективного
п од хода
к
по­
ним а нию
исторического
процесса,
так
как,
по
известно­
му
определению
В.
И.
Ленина, «.-..Чернышевский
не
су­
мел,
вернее:
не
мог,
в
сил у
от ст алос ти
русской
жизни,
подняться
до
диалектического
м атери али зма
Маркса
и
Энгельса»79.
Но
структура
мышления
революционеров-
демократов,
тип
их
мировоззрения
иные,
чем
у
народни­
к ов.
Все
же
гла вн ое
в
учении
Чернышевского
—
«дух
объ екти вн ог о,
конкретно-исторического,
материалисти­
ческого
анализа»80.
И
не
случайно
В.
И.
Лен ин
в
своих
работах
(в первую очередь в статье « О т
какого
насл ед­
ств а
мы
от каз ыв аемся ?») проводит четкое различие меж ­
ду
романтической
«манерой мышления»
на родни ков
и
«социологическим реализмом»
мышления
шестидесят­
ников.
Это
р аз гра ниче ние
яв ляетс я
исходным
и
для
об оз­
начения
содер ж ания
п он ятия
«народническая критика» .
Белинский
писал,
что
критика
должна
выходить
из
од­
н ого
общего
источника,
и
тип
мировоззрения
критиков-
на род ни ков
яв ляе тся
той
системой,
которая
так
или
иначе
отразилась
в
их
теоретико-литературных
концеп­
циях.
Но
нельзя
прямолинейно
и
механически
пер ено сит ь
романтизм
мировоззрения
на
определение
типа
народ­
нической
кр ит ики.
Од ин
и
тот
же
тип
мировоззрения
мо жет
по-разному
проявиться
в
различных
областях
деятельности.
В
качестве
примера
можно
привести
ху­
дожественное
творчество
народников.
По эты
и
писатели,
этого
лагеря
«эстетически транспонировали тот идеал,
который
социологически
и
этически
обосновал
Мих ай­
ловский,
идеал
патриархального
ти па
с
его
разносто­
ронней
ф изич еско й
развитостью
и
нравственной
содер­
жа те льн о ст ью» 81; пафосом их творчества была идея
долга
перед
н а родом
в
сугубо
народническом
смысле
этого
понятия.
Однако
в
художественном
творчестве
общность
типа-
мировоззрения
в ыра жае тся
в
весьма
различных
по
ме­
то ду
произведениях: «В то время,
как
у
народников-
беллетристов
заметно
проявлялись
натуралистические
т енд енции,
в
поэзии
' революционного
народничества-
наблю дается
нео быч айн о
си ль ный
взлет
р ома нт из ма»82.
Это т
различный
«выход»
вполне
объясним:
в
поэзии
и
27


прозе
народничества
доминирующее
положение
приоб­
ретают
разные
грани
их
мировосприятия.
Если
поэт ы
революционного
народничества
о бр ащают ся
к
непосред­
ственному
выражению
романтического
и деала
«спра­
в едл и во ст и », то беллетристы выдвигают на первый план
«истину», и не случайно Гл.
Успенский,
На ум ов,
Ка ро-
нин
и
другие,
оставаясь
на
почве
народнического
миро­
воззрения,
показали
картину
ужасающей
нищеты,
дико ст и,
беззастенчивой
эксплуатации,
разложения
патриархальных
«устоев», характерных для жизни поре­
форменной
деревни.
«В обстоятельствах жизни они
от кры ли
важнейший
фактор
—
капиталистическую
экс­
плуатацию
трудового
народа
и
изо б раз или
первые
столк­
но ве ния
противоположных
экономических
инт ер есов
в
пореформенной
Росси и» 83.
Это
и
да ло
основание
Пле­
ханову
утверждать,
что
«народничество как литератур­
ное
течение,
стремящееся
к
исследованию
и
пр авил ьно­
му
истолкованию
на родн ой
жизни,—
совсем
не
то,
что
народничество
как
социальное
учение,
указывающее
п уть
ко
всеобщему
благополучию»84.
В
этом
известном
высказывании
1 справедливо отмечено,
что
реалисти­
ческая
беллетристика
писателей-народников
нер едко
объективно
ок азыв ала сь
опров е рже ние м
их
же
утопи­
ческих
идеалов.
Но
Плеханов
изл и шне
категорично
де­
ла ет
это
противопоставление,
так
как
писатели-народ­
ники
разд еляли
основное
положение
народнической
доктрины,
которая
тре бова ла
правды
и,
в
частности,
отк аза
от
сл ащаво й
идеализации
мужика
и
деревенской
жизни.
Кл юч
к
решению
сложной
п робл емы
дает
ле­
нинская
оценка
писем
«Из деревни»
Э нг ельг ар дта,
где
непосредственно
сопоставляются
Энгельгардт-романтик
и
Энгельгардт-реалист.
«Замечательная трезвость взгля ­
д ов», «простая и прямая характеристика действитель ­
ности»
—
вот
что
делает
«данные»
автора
т оч ными
и
правдивыми,
позволяет
говорить
о
нем
как
о
реалисте.
Но
сто ит
Энгельгардту
от
«наблюдений»
пер ейт и
к
вы­
водам,
к
«убеждениям»
—
он
сразу
же
становится
роман­
т ик ом: «Энгельгардт- ре а лист
превращается
в
Эн ге ль­
гардта-романтика,
возмещающего
полное
отсутствие
«самобытности»
в
способах
своего
хозяйства
и
в
наблю­
денных
им
способах
хозяйства
крестьян
—
«верою»
в
гря­
дущую
«самобытность!» 85.
В.
И.
Лен ин,
как
и
Г.
В.
Пле­
28


ханов,
отмечает
противоречие
«убеждений»
и
«наблюде ­
ний»,
но
р ассматр и вает
его
как
противоречие
внутри
еди­
ного
мировоззрения.
Дело
в
то м,
что
писатели-народники,
изображая
то,
что
ес ть,
т.
е.
конкретного
мужика
и
ко н­
кретную
общину,
не
шли
на
поводу
«веры»
и,
как
пи­
сал
В.
И.
Лен и н, «...если
бы
какой-нибудь
экономист
или
публицист
в зял
за
основание
своих
суждений
о
де­
ревне
те
дан ные
и
наблюдения,
которые
приведены
Энгельгардтом,
то
н ар о дниче ские
выводы
из
такого
ма­
тери ала
б ыли
бы
н ев озмо жны »86.
В
эт ом
смысле
ни
Энгельгардт,
ни
другие
беллетристы
мужика
не
и деа­
лизир ова ли.
Но
в
объяснении
фактов
они
были
ро­
м а нтика ми,
так
как
«вера»
и
«убеждение»
за ста вля ли
их
идеализировать
мужика
вообще
и
общину
во о бще.
Именно
поэтому
Гл.
Успенский
с
его
глубочайшим
по­
ниманием
того ,
что
«индивидуализм сделался основой
экономических
от нош е ний»
ме жду
крестьянами,
так
и
о сталс я
н арод ник ом,
ибо
для
н его,
по
замечанию
ленинской
«Искры», «не
б ыло
типа
человека
лучше,
желаннее
крестьянина,
живущего
при
натуральном
хозяйстве»87.
Эта
ве ра
и
об ус ло вила
наличие
романти­
чес ких
тенденций
в
художественном
методе
Гл.
Успен­
ского,
а
у
иных
писателей-народников
(например,
у
Зла-
товратского)
привел а
к
романтической
идеализации
«устоев»
и
«золотых сердец»
крестьян,
хотя
Зл атов рат-
ски й
пок азал
разложение
общины
и
появление
такого
«нового человека»
деревни,
как
хищный
и
безжалост­
ный
Пе тр
Вол к.
Таким
образом,
единый
тип
мировоззрения
мог
про­
яв ить ся
и
в
романтических,
и
в
реал и стич ески х
произ­
ведениях
н аро д ническ ой
литературы,
что
з ависело
не
только
от
особенностей
творческой
манеры
писателя,
но
и
от
т ого,
в
каком
на пра вл ении
р азви вал ись
в
его
творчестве
ос но вные
пр инц ипы
народнического
миро­
воззрения.
Аналогичное
явление
можно
прос ле дить
и
в
лите­
ратурной
критике.
Правда,
критика
более
норматив­
на,
в
ней
непо ср едст в ен нее,
чем
в
бе ллетр и сти ке,
про­
являются
идеологические
и
тео р етичес кие
установки
авто ра .
Но
на
метод
литературной
кр итики
народников
оказывает
влияние
ряд
фа ктор ов,
связанных
как
со
спецификой
критики
вообще,
так
и
с
конкретно-исто­
29


рическими
особенностями
их
кр ит ики.
Остановимся
на
ан али зе
некоторых
из
эти х
фак то ров.
Одним
из
них
яв ляет ся
оп ера тив нос ть
литературной
критики,
ее
связь
с
животрепещущими
проблемами
не
то лько
лите ра тур ы,
но
и
о бщест вен ной
жизни.
Демокра­
тическая
критика
всегда
была
публицистической, «ре­
альной»
критикой,
о бщест вен ной
т р иб ун ой, «голосом об­
щественной
с ове с ти» (Михайловский).
Чернышевский
писал
в
свя зи
с
анализом
полемики
Бе ли нск ого
и
По­
левого,
что
«эстетические вопросы были для обоих по
преимуществу
толь ко
по лем
битвы,
а
предметом
борьбы
было
влияние
в ообще
на
умственную
жизнь»88.
Почти
дословно
повторяется
эта
мысль
Михайловским: «Сквозь
споры
о
принципах
искусства
я сно
видны
очертания,
скаж ем ,
гражданских,
чтобы
не
сказать,
политических
идей
и
пар т и й»89.
Живая ,
полная
противоречий
жизнь
властно
вторгалась
в
нар о дн ическ ую
к ри тику
и
вноси­
ла
принципиальные
поправки
в
их
теории.
Особенно
заметно
это
в
статьях
Лаврова
60- х
гг.
В
его
эстетике
этих
лет
немало
умозрит ел ьн ог о,
и
Писарев
с пр аведл и­
во
отмечал,
что
Лавров
в
«Трех беседах о современном
зн ачении
философии»
«строит все на размышлении и
на
с ис те ме », в результате
чег о
гла вны й
его
недоста­
ток—
«бесцельное движение мысли в сфере формаль­
ной
л ог ик и»90.
Лавров
да же
демонстративно
прово з­
глашал
себя
сторонником
чистого
искусства
и
к лялся
быть
им
всю
жизнь.
Но
логика
ж изни
ок азал ась
силь­
нее
стройной,
но
отвлеченной
схемы,
и,
читая
ранние
статьи
Лаврова,
мы
видим,
как
он
уступает
напору
жизни,
хо тя
и
стара ется
сохра ни ть
верность
системе.
Он
вносит
в
свою
аргументацию
множество
оговорок,
мысль
о
гра ждан ск ом
до лге
худ о жника
волнует
его,
он
пытается
со вм е стить
св ои
представления
об
искус­
ст ве
как
о
воплощении
в
стройной
форме
общечело­
веч е ских
идеалов
с
ясным
п о ним анием
того ,
что
искус­
ство
не
мож ет
бы ть
храмом
чистой
к ра соты : «Есть
минуты,
когда
в
области
искусства
запереться
нет
во з­
можности,
когда
жизнь
своими
бурями
потрясает
стены
и
потолки
музеев,
и
гуляющий
по
гал ер ее
невольно
ост ан авли вает ся
в
раздумье
не
пе ред
си ксти нско ю
ма­
донною,
а
перед
окном
на
городскую
площадь»91.
Воз­
дей стви е
«внешних факторов»
приводит
к
тому,
что
Лав­
ров
пересм ат ри вает
свою
эс тетиче ску ю
концепцию
и
30


уже
теоретически
обосновывает
необходимость
гр аж­
данского,
действенного
искусства.
Влияние
публицистичности
как
н е отъем лем ого
эл е­
мента
литературной
к ри тики
на
теоретико-методологи­
ческие
ко н цепци и,
автора
прослеживается
не
толь ко
в
статьях
Лаврова.
Михайловский,
например,
с
го р­
достью
заявлял
в
«Дневнике читателя», что все,
о
чем
он
пи са л, «связывалось единством пульса жизни,
к ото­
рый
у
меня
би лся
в
такт
с
моими
читателями»92.
Борь­
ба
с
«катковствующей
н е чи стью », идеалом
которой
была
тьм а,
высмеивание
«вареных душ»
и
«медных
л бов»
либералов,
которых
он
н азыв ал
«гамлетизиро-
ванными
п о р о сятами », «зайцами с львиной
гр ивой»,
со чу вс твие
революционному
подполью,
защита
ин т ере­
сов
крестьянства
—
все
это
определило
демо кр ати ­
ческую
направленность
публицистики
Михайловского
и
обусловило
выдвижение
на
первый
п лан
в
его
лите­
ратурной
критике
пр инципо в
реалистического,
д ейст­
венного
иску сс тв а.
Можно
легко
заметить,
что
в
статьях
народников
наиболее
ценные
наб лю де ния
сделаны
там,
где
они
связывают
свои
литературные
суждения
с
ана­
лизом
текущих
явлений
лит ера ту рной
и
общественной
жиз ни.
Правда
факта,
его
осмысление
с
по зиц ий
кр ест ь­
янской
демократии
ус илива ли
реалистическое
содержа­
ние
их
критики.
Не
случайно
теоретико-литературные
доктрины
народников
(искусство как « э л емен т
мысли»
у
Лаврова,
теория
«рефлектирования впечатлений»
Скабичевского,
социология
искусства
у
Ткачева
и
т.
д.)
оказываются
менее
уб еди т ельн ыми
и
интересными,
чем
их
оценки,
вызванные
общественной
а кт уал ьнос тью
п ро­
изведения
и
его
художественным
новаторством.
В
этом
плане
вполне
можно
провести
аналогию
между
реализ­
мом
беллетристики
народников
и
реализмом
их
лите­
ратурной
критики.
Другой
фактор,
тесно
связ анный
с
предыдущим,—
это
влияние
на
критику
русской
реалистической,
осо­
бенно
демократической,
литературы
60—80 - х
гг.
Бе­
л и нский
писал,
что
«искусство и литература идут об
ру ку
с
критикой
и
оказывают
взаимное
де йств ие
д руг
на
друга»; для него «история
русской
кр ити ки
то
же,
что
и
история
русской
поэзии
и
литературы»93.
То
же
самое
мо жно
сказать
и
о
народнической
кр ити ке.
Как
спр аведл иво
отмечает
Т.
Гор ланов а,
«прогрессивные
31


реал ист ическая
литература
и
искусство,
черпавшие
со д ер жание
своих
произведений
из
действительности,
т есно
связанные
с
общественной
жизнью
и
революцион­
ным
движением,
сознательно
служившие
интересам
нар од а,
об еспеч ил и
идейную
высоту
народнической
эстетической
мысли»94.
Формы
этого
воздействия
многообразны.
Критиков-
народников
пр ивл екал о
прежде
всег о
то,
как
из обра­
жа ется
мужик
«в салонах русской
беллетристики»,
с
чем
они ,
как
и
революционеры-демократы,
связывали
вопрос
о
народности
и
реализме
литературы.
Для
Ска­
бичевского,
например,
вопрос
о
н ародн ости
—
«вопрос
о
судьбе
всей
литературы:
им
обусловливаются
как
истинная
реальность,
так
и
полезность
литературы»95.
К
числу
лучших
как
по
верности
наблюдений,
так
и
по
те ор е тическо й
зн ачи мост и
можно
отнести
статьи
на­
родников
о
творчестве
именно
«своих»
п иса телей :ста тьи
Михайловского
о
Салтыкове-Щедрине
и
Гл.
Успенском,
Ткачева
—
о
Решетникове
и
Кущевском,
Скабичев­
ского
—
о
Решетникове.
В
произведениях
писателей-
демократов
их
п р ивл екала
суровая
пр авда
жизни.
По
словам
М и хай лов ск ог о, «глубже Решетникова
никто
в
народ
не
спускался»96.
Это
же
мнение
о
Решетникове
является
доминирующим
в
ст атье
Скабичевского
«Чего
нужно
добиваться
реальному
поэ ту ?» и в статье Тка­
че ва
«Разбитые иллюзии».
Призыв
по казы ват ь
правду
без
прикрас,
тр ез вый
анализ
реального
положения
вещей
не
противоречили
на родни че скому
мировоззрению,
что
отмечал
В.
И.
Ле­
ни н,
анализируя
письма
«Из деревни»
Энгельгардта.
Стремление
к
истине,
объективному
анализу
фактов
было
основой
того ,
что
и
писатели,
и
к р итики
народ­
ничества
не
за крыв али
глаза
на
«нежелательные»
явле­
ния
жизни.
Михайловский,
например,
отм еч ал
«голо ­
словность»
утверждений,
что
«община есть некоторый
оч аг
до брод ете ли,
высоких
этических
начал
аль труи з­
м а»; он признавал,
что
«крестьянское хозяйство уже
в
т ечен ие
многих
лет
п адает ,
что
деревня
раскалыва­
е тся
на
два
сл оя,
выделяя
бог аты х
кулаков,
дер ж ащих
под
своей
грубой
пятой
все
остальное
население
де рев­
ни»97.
Эт о,
как
уже
отмечалось,
не
мешало
им
быть
романтиками
и
«верить»
в
возможности
общины
и
со­
циалистические
инстинкты
му жика .
Однако
хоте лос ь
32


бы
подчеркнуть,
что
в
литературно-критических
статьях
под
воздействием
«сурового реализма»
писателей-де­
мократов
критики-народники
делают
основной
акцент
на
«наблюдениях», что усиливает в их статьях ту трез ­
вость
суждений
и
взглядов,
которые
В.
И.
Ленин
выс о­
ко
оценил
у
Энг ел ьгар дт а.
В
литературно-критических
стать ях
на родни ков
немало
вып ад ов
против
романти­
ческой
идеализации
м ужик а.
Выступая
против
«сквер ­
но с те й», заполняющих русскую литературу по поводу
рассуждений
о
н ароде ,
Михайловский
наз ывает
«мяки­
н ой»
тех
п ис ател ей,
которые
«замалчивают
горькие
факт ы
народной
жизни»98.
Интересно
отметить,
что
требование
«правды»
выд вига лос ь
народниками
«ле ­
во го
фланга»
как
аргумент
в
споре
с
ультранародни­
ческ им и
идеями
«Недели», в которой
«появились по ­
буждения
к
идеализации
народа,
к
отысканию
в
нем
ра злич ных
нравственных
и де алов» ".
С кабичев ский,
как
и
Ткачев,
ср ав нива ет
эти
тенденции
с
романтизмом
20—30 -х
гг.
Этим,
конечно,
не-снимается
вопрос
о
романтизме
мышления
самих
борцов
против
«романтизма» .
Ска би­
чевский,
например,
в
той
же
статье
рассуждает
в
духе
романтической
социологии
о
несовместимости
«нрав­
ственных
масштабов»
и
масштабов
«политико- эк ономи ­
ческих
и
по лит ическ их ».
Но
все-таки
в
критике
«силь ­
ные»
сто р оны
мировоззрения
народников
проявляются
резче
и
определеннее,
чем
в
их
теорет иче ских
схемах,
в
чем
сказ ывает ся
влияние
писателей-реалистов,
и
не
только
«своих», но и «ч у жих» (Достоевского,
Т урге не­
ва,
Л.
То лс то го).
О
глубине
связей
критики
и
литературы
можно
су­
ди ть
х отя
бы
по
тому,
что
пос лед няя
оказывала
в лия­
ние
да же
на
стиль
на родн иче ской
критики.
Ю.
В.
Стен-
ник
пишет,
что
«на разных ступенях
исторического
развития
литературы,
в
разных
системах
эстетических
представлений
мы
можем
говорить
об
образовании
определенной
жанровой
доминанты...
Это
гла венс т во
реализуется
обычно
в
расцвете
какого-то
конкретного
жанра
или
группы
родственных
жанров»10°.
Жанровая
доминанта
складывается
и
в
системе
литературной
кр и­
тики,
что
отражает
глубинные
свя зи
кр ити ки
и
литера­
т уры
на
всех
у ровн ях
историко-литературного
процес­
с а:, в методе,
в
тип е
композиционной
структуры,
в
сти­
3 в-538
33


ле.
Связь
стиля
лит ера ту рной
кр и тики
со
стилевой
до­
минантой
литературы
особенно
зам етн а
у
Михайлов­
ского.
Его
написанные
«вперемежку» «пестрые»
статьи
типологически
близки
по
с тилю
цикл ам
и
о чер кам
Гл.
Успенского
и
Салтыкова-Щедрина.
Склонность
Гл.
Успенского
«к оборванным очеркам и к пересыпа ­
нию
художественных
образов
и
картин
комментариями
публицистического
св о йс тв а»101 Михайловский объ­
яснял
«духом времени», той страстностью и отзывчи ­
востью,
которая
делает
невозможным
«отнестись к делу
настолько
спокойно,
чтобы
войт и
в
условные
ра-мки
романа
или
драмы»102.
С
подобным
«вторжением теку­
щей
жизни
с
ее
пестрым
шумом
сегодняшнего
дн я» 103.
свя з ывал
критик
и
своеобразную
ко м поз ицию
своих
стате й.
П рим еры
подобного
род а
взаимосвязей
литера­
тур ы
и
критики
позволяют
говорить
о
едином
питаю­
щем
их
жизненном
м ат ери але,
о
то м,
что
народническая
критика
вырастает
не
только
на
почве
тео р етиче ских
к о нце пций,
но
уходи т
к орн ями
в
ту
г лу бинную
основу
противоречивой
русской
дейст вител ь но сти,
которая
вы­
звала
к
жиз ни
народничество.
Все
эт о,
в
совокупности
с
м ощ ным: /воздействием реалистической литературы,
определяло
то,
что
народническая
критика
развивалась
в
ру сле
реалистических,
демократических
традиций
русской
критики.
Ва жным
фа кт ором
был
также
журнальный
ко н­
текс т.
Не
учитывая
того,
что
самы й
плодотворный
пе­
ри од
деятельности
Михайловского
и
Скабичевского
приходится
на
годы
их
сот рудн иче ства
в
журн а ле
«Оте ­
че стве нны е
з ап ис ки », что Ткачев публиковал большую
ча сть
своих
статей
в
«Деле», что
в
э тих
журналах
в
70—80 -е
гг.
печ ат ал ись
статьи
и
др угих
критиков-
народников,
не льзя
говорить
о
критике
революционного
народничества.
О
литературной
критике
ж урна лов
«Оте­
чественные
записки»
и
«Дело»
имеются
обстоятельные
мон огра ф ии
Б.
Есин а,
В.
См ирнов а
и
М.
Теплинского,
поэ то му
нет
необходимости
подробно
останавливаться
на
конкретных
фактах.
Вы дел им
лишь
моменты,
кото­
рые
п озволяю т
говорить
о
журнальном
контексте
как
о
факторе,
сп особс твов ав шем
формированию
ре али сти­
ческой
направленности
нар о дни ческо й
критики.
Это
в
первую
очередь
то,
что
и
«Дело», и
«Оте­
че ст венн ые
записки»
б ыли
органами
передовой
об-
34


щественной
мысли
св оего
времени,
что
в
них
были
силь ­
ны
традиции
60- х
гг .:
в
«Деле»
од ним
из
ведущих
со­
трудников
был
Н.
Шелгунов,
в
«Отечественных
за­
писках»
ли тературн ая
критика
формировалась
под
влиянием
Салтыкова-Щедрина,
статьи
и
рецензии
ко­
торого
б ыли
программными
документами
для
молодых
сотрудников
журнала
и
утв ержда ли
тр ад иции
реальной
критики
в
но вых
условиях.
Несомненно,
народническая
идеология
влияла
на
н апр авл ение
журналов,
однако
их
хара кт ер
оп ред елял­
ся
не
до ктр инам и
те орети ков ,
а
тем,
что
они
отстаива­
ли
интересы
крестьянской
демократии,
боролись
с
пр о­
и зв олом
и
реакцией,
с оч увст вовал и
революционному
подполью
и
поддерживали
с
ним
контакты.
«Отечест­
венные
записки»
и
«Дело»
бы ли
демократическими
жу рна лами ,
что
и
делало
в озм ожн ым,
например,
мн о­
голе тне е
сотрудничество
революционера-демократа
Сал­
тыкова-Щедрина
с
на родни ком
Михайловским.
Их
ра з­
дел яло
многое,
но
тем
не
менее
они
б ыли
соратниками
в
общем
деле,
и
Са лты ко в-Ще др ин,
известный
своей
бескомпромиссностью
к
чуж дым
взглядам,
писал
Ми­
х ай л овс к ом у: «Вы были для меня одним из симпатич­
нейш их
и
любимейших
люд ей » 104; «не одна случайность
о бъе динила
нас
с
Ва ми
в
од ном
журнале,
но
и
общность
во ззр ен ий»І05.
Атмосфера
ж урна лов
благоприятствова­
ла
развитию
традиций
демократической
ре а льной
кри­
тики,
что
пр изн авало сь
и
самими
критиками.
Михайлов­
ский
писал,
что
без
истории
журналистики
нельзя
понять
истории
нов ейш ей
русской
литературы: «Жур­
нал,
а
потом
и
газета
определяли
соб ою
нередко
и
форму,
и
содержание
п роизв еде ний
да же
выдающихся
талантов»106.
О
влиянии
журнала
на
писателя,
о
важ­
ности
единства
мне ний
в
жу рн але
как
орг ане
определен­
н ого
на правл ения
не
раз
писал
и
Лавров
107.
Нужно
уч итыва ть
также,
что
критики-народники
были,
как
правило,
и
журналистами,
пр ин имав шими
активное
участие
в
подпольной
и
эмигрантской
револю­
ционно й
печати.
В
легальных
статьях
Лаврова,
Тк ач ева,
Ми хай лов ск ого
можно
без
особого
труда
найти
те
же
идеи,
которые
они
пропагандировали
в
подпольных
из дания х
«Народная воля» 108, «Набат», «Вперед!»
Лучшие
литературно-критические
статьи
народников
были
опубликованы
на
страницах
демократических
3*
35-


журналов
70—80 -х
гг.
В
двухтомное
собрание
своих
сочинений
Скабичевский
включил
в
о с новном
статьи
периода
«Отечественных записок»
и
не
счел
возможным
отнести
к
числу
лучших
с воих
работ
ничего
из
опубли­
кованного
им
в
те
же
годы
в
«Биржевых ведомостях» .
Годы
сотрудн и чес тва
в
«Отечественных записках»
и
Михайловский,
и
Скабичевский
счи тал и
самым
замеча­
тельным
периодом
жизни.
Михайловский
писал,
что
«Отечественные записки»
бы ли
той
литературной
ср е­
до й,
в
которой
око нча те льно
сложилась
его
«литератур ­
ная
физиономия»
І о9, он называл период сотрудничества
в
ж урн але
«счастливым временем» 110.
Еще
более
п ро­
ник но ве нным
яв ляе тся
признание
Скабичевского: «В
эт от
период
времени
я
вполне
определился
как
сем и­
десятник,
напис ал
все,
что
вышло
из-под
моего
пе ра
лучшего.
В
дальнейшей
моей
деятельности
я
ни
на
шаг
не
продвинулся
вп еред
от
того,
чем
я
был
в
начале
80-х
годов,
так
что,
е сли
бы
я
умер
в
1884 году,
я
имел
бы
полное
право
сказать
при
последнем
изды х ан ии:
я
все
сво е
земное
совершил»ш.
З апр ещение
«Отече­
ственных
записок»
было
одной
из
пр ичин
то го,
что
в
•80—90- е
гг.
происходит
снижение
уровня
литературной
кр итик и
и
Михайловского,
и
Скабичевского.
Вл иян ие
демократической
журналистики
способство­
вало,
таким
образом,
особенно
в
70—80- е
гг., формирова­
нию
действенной,
публицистической
критики,
защищаю­
щей
гражданскую
функ ц ию
искусства,
связывающей
реализм
с
народностью
и
идейностью.
И,
наконец,
о
народнической
критике
нельзя
г ово­
рить,
не
учитывая
огромного
вл ияния
на
нее
традиций
рев ол юци он но-де мокра тичес кой
эстетики,
статей
по
во­
просам
литературы
Салтыкова-Щедрина,
Шелгунова.
Как
писал
В.
И.
Ле ни н , «у главных направлений пере ­
довой
общественной
мысли
России
и меет ся,
к
счастью,
со л идная
материалистическая
тра д иция» 112.
В
настоящее
время
неправомерность
тенде нци о зно го
противопоставления
народников
революционерам-демо­
кратам
является
общепризнанным
фа кт ом.
Не
затраги­
вая
всех
ее
асп екто в,
остановимся
на
одном:
как
сами
народники
о соз навал и
свою
свя зь
с
Белинским
и
шес ­
тидесятниками.
Прежде
всего
они
видели
в
шестидесятниках
св оих
духовных
учителей.
Как
вспоминал
Скабичевский,
под
36


влия ние м
статей
Чернышевского
и
Добролюбова
он
переходит
в
студенческие
годы
из
лагеря
«умеренных
либералов-постепеновцев...
в
с тан
р адикало в»: «Передо
мной
начали
открываться
новые,
неведомые
мне
д отоле
горизонты...
Я
ст ал
в
уровне
современности,
из
сух ого
гелертера
превратился
в
живого
человека,
горячо
сочув­
с твова вшег о
всему,
чему
сочувствовали
лучшие
люди
того
времени»113.
Формирование
взглядов
Н.
Михайловского
связано
с
име на ми
так их
видных
шес ти десятни ко в,
как
Н.
Курочкин
и
особенно
Н.
Н ожин,
поиски
которо­
го
шли
«в русле революционно-д емо кра ти че ско го
на­
правления
русской
общественной
мы сл и», а Чернышев ­
ский
и
Добролюбов
б ыли
«высшими
ид ейным и
а вт орите т ами» 1Ь4. Эволюция Лаврова также неразрывно
с вяза на
с
его
постепенным
сближением
с
л агер ем
«Со ­
временника».
И
не
случайно
народники
счи та ли
с ебя
преемниками
ш ес тиде сятн иков : «Симпатии и антипатии
60- х
гг.
и
их
общий
умственный
и
нравственный
облик
мы,
более
поз днее
литературное
поколение,
откровенно
приняли
к
своему
руководству,
дополняя
и
развивая
их
сообразно
обстоятельствам
вр е ме ни»115,—
писал
Н.
К.
Михайловский.
С
глубоким
уважением
относясь
к
предшественни­
кам,
народники
считали
св оим
долгом
пропагандиро­
в ать
и
защи ща ть
их
идеи.
Ткачевым
написано
предисло­
вие
для
з аг ранич ного
и здани я
романа
«Что делать?»,
в
котором
автор
ро мана
х арак тери зу ется
как
«один
из
на ибо лее
глубоких
и
наиболее
умных
мыслителей
нашего
с тол е тия», влияние которого «на
русскую
пу б­
ли ку
б ыло
безмерно»116.
Анализом
деятельности
Чер­
нышевского
как
че лове ка , «оказавшего одно из самых
зна чите льных
влияний
на
русскую
мысль
своего
време­
н и », является статья Лаврова
«Н.
Г.
Чернышевский
и
ход
развития
русской
мы сл и» 117.
Очень
много
о
кри­
тиках-демократах
пи шет
Скабичевский
в
монографии
«40 лет русской критики»
и
в
многочисленных
статьях
по
ис тор ии
русской
кр итик и.
Он
же
я вляетс я
ав тором
п опу лярн ых
биографий
Белинского
и
Добролюбова.
Обширное
исследование
о
Белинском
и
его
эпохе
было
написано
публицистом
«Дела»
С.
Шашковым.
Критики-народники
по
ряду
вопросов
полемизиро­
вали
со
своими
предшественниками,
но
в
целом
относи­
лись
к
ним
с
благоговением.
Даже
Скабичевский,
сде­
37


ла вший
попытку
пересмотреть
ряд
принципиальных
положений
эстетики
Белинского,
не
был
искл ючен ием .
Белинского
он
считал
родоначальником
р ус ской
крити­
ки,
так
как
тот
«превратил ее из критики изящных
произведений
в
критику
жизни»118.
Добролюбов
для
него
«гениальный критик», бывший « бес по щад ны м
об­
личителем
и
грозой
всякого
ро да
словесной
мишуры,
ф раз истос ти,
напускного
л ибер ал из ма» 119.
Несомненной
заслугой
народников
являетс я
то,
что
они
давали
отп ор
попыткам
принизить
нас ле дие
пред­
ставителей
демократической
мысли.
От
разных
«ми­
зинных
л юдей»
типа
Б об о рыкина
за щища л
эстетику
Добролюбова
Михайловский,
а
в
«Письмах посторон ­
него»
он
с
негодованием
осудил
Достоевского
за
его
полные
«злобной ненависти»
воспоминания
о
Белин­
ск ом
12°.
С
единодушным
осуждением
бы ла
встречена
книга
А.
Волынского
«Русские критики», полная напа­
док
на
Белинского
и
шести десятни ко в.
В
н ей,
по
сло ­
вам
М.
Про топ оп ов а, «аргументов нет или очень мало,
но
шумных
фраз,
задорных
слов,
крикливых
метафор
—
ц елая
коллекция»121.
Фактов
подобного
род а
можно
привести
множество.
Р азуме етс я,
такое
отношение
было
вызвано
тем,
что
критики-народники
счи тал и
революционеров-демократов
своими
предшественниками,
опирались
на
их
наследие,
называли
се бя
последователями
традиций
реальной
критики.
«То обстоятельство,
что
материалистическая
эстетика
революционных
демократов
была
наиболее
разработанной
частью
их
философских
воззрений,
яв и­
лось
р еша ющим
моментом
в
ф ормиро ва нии
эстетиче­
с ких
взглядов
народников»122.
Конечно,
как
писал
В.
И.
Лен и н, «хранить наслед­
ств о
—
во все
не
значит
еще
ограничиваться
насле д­
с тво м... » І23.
Народники
не
сумели
развить
его
в
новых
исторических
условиях.
По
словам
Г.
В.
Пл ех ано ва,
«последователи Н.
Г.
Че рны шев ског о
не
смогли
усвоить
себе
приемы
его
диалектического
мышления,
а
с осред о­
точивали
с вое
вни мани е
лишь
на
ре зульта тах
его
ис­
следований»124.
Отличие
народничества
от
идеологии
революционеров-демократов
подробно
проанализировано
В.
И.
Лен ины м
в
работе
«От какого наследства мы от­
казы в аемся ?».
Но
В. И.
Ленин
не
отделял
народников
от
ш естиде сятн ико в.
Народниками
«в самом широком
38


смысле
этого
слова»
он
н азыв ал
«представителей кре­
с тьян ско го
социализма», а «родоначальниками»
н арод­
ни чес тва
«в широком смысле»
считал
Герцена
и
Черны­
шевского.
В
этом
смысле
и
ш естид есятни ки ,
и
народ­
ник и
были
представителями
«целого миросозерцания» .
Влияние
революционно-демократической
идеологии
и
эстетики
бы ло,
несомненно,
од ним
из
важне йших
ф ак­
торов,
определивших
хара кте р
на ро дни ческо й
кр ит ики.
Таким
образом,
в
народнической
кр ити ке,
в
с илу
сп ециф и чес ких
условий
ее
формирования
и
развития,
наиболее
пол но
раскрылись
те
стороны
народнического
мировоззрения,
которые
непосредственно
связаны
с
по­
ни ма нием
ими
социально-экономической
детерминиро­
ва нно сти,
с
тре зв ым
анализом
развивающихся
капита­
л ист ических
отношений
в
России.
Не
отменяя
ва жнос ти
теорет ико- методол ог и чес ки х
предпосылок
эс тетическо й
мысли
н ародн ик ов,
от м еченны е
осо б енно сти
формиро­
ва ния
и
развития
их
кр ит ики
вно сят
в
ее
ме тод
суще­
ственные
коррективы:
в
нем
на
пер вый
план
выходит
не
«вера», а «н абл юд е ни я», что и обусловило понимание
художественного
новаторства
тво рч ес тва
писателей-де­
мократов,
защиту
народности,
ид ейно сти
и
обществен­
ной
рол и
и ск усс тва.
Р азуме етс я,
рассмотренные
выш е
факторы
не
б ыли
тол ько
вн ешним и
по
отношению
к
идеологии;
их
наличие
в
значительной
степени
п ред­
определялось
об щей
сист емо й
народнического
мир овоз ­
зрения.
Да
и
в
само й
структуре
их
мышления,
в
раз де­
ляемых
ими
общетеоретических
концепциях
содержа­
ли сь,
как
было
по к азано
выш е,
рациональные
элементы,
способствовавшие
реалистическому
осм ыслени ю
теоре­
ти че ских
проб л ем
и
историко-литературных
явл ени й.
П.
А.
Ни кол аев
ставит
во пр о с: «Не мог ли критик,
на­
ходясь
целиком
во
власти
эстетических
до ктр ин
позити­
визма,
разр аба тыв ат ь
применительно
к
тем
или
иным
художественным
формам
вполне
реалистическую
тео­
ри ю,
особенно
е сли
речь
шла
о
структуре
р еалист и че­
ск ого
произведения?»—
и
с
по лным
основанием
отве­
чает
на
этот
вопрос
утвердительно125.
Но
это
становилось
возм ож ным
не
только
благодаря
предпосылкам,
содержавшимся
в
с амой
системе,
но
и
в
сил у
тех
условий,
к ото рые
способствовали
их
реали­
зации,
позволяли
преодолеть
нормативность
абстракт­
но-утопических
«убеждений» .
Не
случайно
наиболее
39


це нные
и
глубо ки е
литературно-критические
суждения
по явля ютс я
в
статьях
на род ни ков
тогд а,
когда
они
делают
их,
о пира ясь
на
анал из
современного
ли те ратур­
н ого
процесса.
Конкретность
наблюдений,
связь
лите­
ратурной
к ри тики
с
демократическими
задачами
сп о­
собствовали
тому,
что
в
об лас ти
эстетики
и
теории
литературы
они
поставили
и
попытались
с
реалистиче­
ск их
позиций
решить
ряд
актуальных
и
новых
для
своего
времени
проблем:
пе риодиз а ция
историко-лите­
ра ту рного
процесса,
типологическая
кл ассиф икация
русского
ре али зма,
влияние
экономических
факторов
на
развитие
литературы,
использование
методов
есте­
ст вен ных
н аук
в
анализе
художественного
творчества
и
творческого
процесса
и
другие.
В
том ,
что
р еше ние
этих
п роб лем
оказалось
неудовлетворительным,
про яви­
лось
влияние
не
только
объективных
факторов
(нераз­
работанность
и
сложность
самих
проблем,
общий
уро­
в ень
на уки
о
литературе,
социально-политические
усло­
вия
и
т.
п.), но и субъективизм их методологии,
то,
что
они
«... зат руд нялис ь
отличить
в
с л ожной
сети
обще­
ственных
явлений
важные
и
не ва жные
яв лен ия.. .»126.
Так им
образом,
ан ализ
народничества
как
«системы
в о ззре ний », выявление на этой основе структуры мето ­
дологического
мышления,
позволяющее
говорить
о
ро­
мантическом
типе
мировоззрения
народников,
дает
основу
для
определения
специфики
метода
народниче­
ской
кр итики
и
изу чен ия
ее
не
как
совокупности
от­
дельных
взглядов
и
оценок,
а
как
цельного
идейно­
эс тетичес ко г о
явления.


ГЛ АВА
II
ТЕОРЕТИКО-ЛИТЕРАТУРНЫЕ
КОНЦЕПЦИИ
НАРОДНИЧЕСТВА
Идейно-эстетическая
цельность
н ародн и ческой
крити­
ки
как
одного
из
на пра вл ений
русской
критики
послед­
ней
трети
19 в.
проявляется
не
только
в
структуре
метода
народников,
но
и
в
постановке
ими
теоретических
проб­
лем
(мировоззрение художника,
идейность,
пр инципы
изображения
народа
в
литературе
и
др. ); в круге инте ­
ресующих
их
явлений
и ст орик о- лите ра тур ного
процесса
(выдвижение на первый план творчества писателей-
демократов,
сдержанное
отношение
к
литературе
40- х
гг .,
к
«не нашим», по выражению Н .
К.
Михайловского,
пи­
сат еля м - со вр ем енник ам ) ; в приемах и принципах анализа
произведений
и
построения
статьи
(публицистичность,
ха рак терис ти ка
прежде
всег о
актуальности,
жизненной
правды
произведения).
Эта
общность
проявляется
и
в
социально-исторических
формах
функционирования
и
развития
на родн иче ской
кри т ики.
Таким
образом,
в
ме­
тодологии,
генезисе
и
функциях
народнической
кр ити ки
м ожно
п росл еди ть
типологическую
общность,
поэ то му
пра во ме рна
пос т ановк а
пр обле мы
о
структуре
народни­
ческой
критики
как
направления.
Типологическое
изуче­
ние
на
основе
сопоставительного
ан али за
структур
инт енсивно
разр аба тыв а ется
применительно
к
художе­
ственной
литературе;
в
с вязи
с
этим
в
литературоведении
выдвинуто
п о нятие
«структура литературного направле­
ния».
Например,
М.
Хр апче нко
о тме ча ет: «Всякое лите­
ратурное
нап равл ение
п ред ставл яет
соб ой
не
случайное
сообщество
худ ожн и ков
слова.
Оно
во з никает
как
опре­
деленное
ед инст во,
обусловленное
развитием
ж изни
и
самой
литературы.
Одновременно
в
нем
сущ ес твуе т
и
св оя
внутренняя,
нередко
слож на я
диф фе р енциа ция.
Все
это
позволяет
говорить
о
ст рукт уре
литературного
направле­
41


ния»l.
О
«сравнительном рассмотрении структуры лите­
ратурных
явлений», в том числе «течений,
направлений
ли т ера ту ры», пишет У.
Р.
Фох т2; интересные суждения в
этом
пл ане
высказаны
И.
Г.
Неу пок оево й 3.
Изучение
структуры
литературного
н апр авл ения
пло ­
дотворно
и
применительно
к
литературно-художественной
кр ити ке.
В
литературоведении
уже
д авно
употребляются
т акие
п оня тия,
как
д ек абри стс кая
критика,
славянофиль­
ска я
кр ити ка,
революционно-демократическая
кр ити­
ка
и
т.
д.
Имеется
немало
работ
об
этих
направлениях
в
целом
и
их
отдельных
представителях.
Но
анализ
с трукт уры
нап равл ения
дает
возможность
рассмотреть
его
как
определенным
образом
организованную
сист ему ,,
изучить
ее
функционирование,
эволюцию,
понять,
как
проявляются
общие
закономерности
и
пр инцип ы
в
ин ди­
ви дуа льн ой
форме.
Такой
подход
позволяет,
на
наш
взгляд,
решить
мно гие
из
тех
проблем,
которые,
в
связ и
с
обсуждением
насущных
проблем
изучения
насл едия
революционеров-демократов,
поставлены
в
статье
Б.
Ег о­
ро ва
«Перспективы,
открытые
временем»4 и в других
работах,
опубликованных
в
ходе
дискуссии
журналом
«Вопросы литературы» .
Необходим
он
и
для
того,
чтобы
представить
как
целое
и
на ро дни ческу ю
критику.
Анализ
структуры
на пр авлен ия
наиболее
эффективен
при
системном
подходе,
который
тр еб ует,
чтобы
изучае­
мые
я в ления
«рассматривались не как нечто бесструк ­
турное,
а
как
объекты,
состоящие
из
элементов,
образую­
щих
в
совокупности
единое
целое
(систему), теснейшим
образом
вз аимо свя занн ых
и
трансформирующих
друг
друга
в
процессе
взаимодействия»5.
Системный
подход
позволяет
органически
соединить
анали з
и
синтез,
так
как
с пециф ич еским
для
нег о
я вляет ся
«проблема порож ­
дения
сво йст в
целого
из
свойств
элементов
и,
наоборот,
порождение
свойств
элементов
из
характеристик
це­
лого»6.
Конечно,
применительно
к
творчеству
писателя
или
критика
термин
«элемент»
не
может
считаться
удачным,
но
важен
пр инцип
анализа,
при
котором
об щее
(направ ­
ление)
и
частное
(творчество критика)
рассматриваются
в
их
взаимосвязи
и
взаимообусловленности.
Сам
по
себе
этот
принцип
не
яв ляется
новым.
Еще
Белинский
утверж­
дал,
что
в
«критике нашего времени» «многосложность
элементов
ведет
не
к
дробности
и
частности,
как
пр еж де,
42


а
к
е дин ству
и
об щ но сти »; по его мнению, «разносторон ­
но сть
взглядов
должна
выходить...
из
одной
си сте мы»7.
Тем
не
м енее
сист емный
подход
предполагает
особое
в осп рияти е
явления,
которое
р ассматр и вает ся
не
только
с
учетом
его
специфики,
но
и
его
места
в
целом.
Исходя
из
этого,
в
народнической
кри ти ке
как
и дей но -э стетиче ­
ской
системе
можно
выделить
два
взаимосвязанных
уровня.
Первый
—
совокупность
тех
элементных,
структурных,
функциональных,
коммуникационных
и
исторических
аспектов,
которые
позволяют
составить
целостное
пре д­
ставление
о
народнической
критике
(используется тер­
минология,
предложенная
для
обозначения
различных
аспектов
системного
подхода
академиком
В.
Г.
Аф а­
насьевым)8.
Второй
—
отражение
общих
закономерностей
в
дея­
тельности
отдельных
представителей
народнической
кри­
тики.
«Дифференциация этих элементов в литературо­
ведческом
исследовании
весьма
существенна,
ибо
она
помо га ет
восприятию
произведения
в
е динс тве
его
инди­
вид уа ль ных
и
типологических
особенностей»9.
Есл и
в
п реды дущ ей
главе
рассматривался
первый
ас­
пект,
то
в
этой
основное
внимание
будет
обращено
на
анализ
литературно-критических
взглядов
Т к ачева,
Ми­
хайловского,
Лаврова
и
Скабичевского.
Каждый
из
них
не
только
видный
деятель
нар о дни ческо го
д виже ния,
но
и
оригинальный
кр и тик.
Р аз деляя
общую
си сте му
народни­
ч еских
взглядов,
они
вносили
немало
своего
как
в
идео­
логию,
так
и
в
литературную
критику
д виже ния.
Струк­
ту ра
их
критического
метода
и
структура
метода
всего
направления
хо тя
и
свидетельствуют
о
типологическом
един стве ,
но
не
ид ент ичны ,
они
соотн осятс я
как
частное
с
общим.
В
это м
пла не
и
будет
в ести сь
анализ,
поэтому
в
характеристике
деятельности
и
эстетики
каждого
из
кри тиков
б удут
выделены
прежде
всего
те
асп екты ,
которы е
позволят
наиболее
наглядно
соп остав и ть
их
взгляды
и
соотнести
их
с
идейно-эстетическими
принци­
па ми
всего
напр авл ения .
Од ним
из
наиболее
оригинальных,
талантливых
и
до
п арад оксал ьн ос ти
противоречивых
критиков-народников
был
П.
Н.
Ткачев.
Он
был
широко
известен
как
рево­
люционер,
как
идеолог
наиболее
радикального
крыла
народничества,
и
эта
с то рона
деятельности
затм и ла
е го.
43


активные
выступления
на
поприще
литературной
критики,,
че му
сп особс твов ал о
и
то,
что
многие
литературно-кри­
ти ческие
статьи
Т к ачева,
особенно
периода
эм игра ции,
присылались
в
Россию
нелегально
и
пе чат а лись
под
псевдонимом.
Не
способствовала
влиянию
Ткачева-кри­
ти ка
и
рез кость ,
к атег ори чнос ть
его
тона,
которая
усили­
вал а
п у бли цис тическ ое
звучание
его
с тате й,
но
заслоняла
их
тео р етиче скую
и
эс тетичес ку ю
значимость.
С
кр айни ­
ми
суждениями
Ткачев а
неоднократно
полемизировали
другие
критики-народники,
и
он
н ад олго
соз дал
с ебе
ре­
пу т ацию
че лове ка
«чисто головного по натуре», который
«был в незначительной степени наделен эстетическим
чувством»
и
статьи
о
художественной
литературе
и с поль­
зовал
л ишь
как
«вспомогательное средство для. ..
в оз­
можности
пропагандировать
свои
общественные
взгля­
ды»10.
До вол ьно
д олго
он
считался
пр едтечей
вульгар­
н ого
социологизма
в
литературоведении,
а
его
статьи
о це­
нивались
как
и м еющие
«относительное значение для
истории
русской
эстетической
мысли
70-х
гг.» н.
Правда,
в
последние
годы
эс тет ические
и
литературно-критиче­
ские
взгляды
Т кач ева
получили
более
глубокую
и
объек­
т ивную
оценку
в
статьях
В.
М.
Сенкевича,
монографиях
и
ст атья х
В.
Н.
Лукина
и
П,
А.
Ни колае ва.
Что бы
выяви т ь
своеобразие
Ткач ев а
как
народниче­
ского
к ритик а,
необходимо
иметь
в
виду
ряд
обстоя­
тельств.
В о -пер вых , «журнальный контекст».
Ткачев
был
сотрудником
«Дела»
и
играл
в
нем
вид ную
роль.
Тесную
связь
с
журналом
сохранил
он
и
в
период
эмиграции.
Лит ер ату рно -кр итиче ск ие
статьи
Тка чева
в
целом
соот­
ветствовали
направлению
этого
журнала,
который,
как
и
«Отечественные записки», опирался на традиции реальной
критики.
Но
«Дело»
продолжало
ту
лин ию
демо кр ати ­
ческой
критики,
к оторая
была
св язан а
в
первую
оч ер едь
с
П иса ре вым,
о казавш им
на
эстетическую
мысль
народ­
ников
большое
влияние.
В
отличие
от
«Отечественных
записок», «Дело»
уделяло
преимущественное
внимание
проблеме
«мыслящего пролетариата» (романы Бажина,
Шелл ер а-Ми хай лов а) ; просветительская установка жур­
нала
сказы в ал ась
и
на
понимании
задач
реальной
к ри­
тики,
и
на
трактовке
э стети че ских
вопросов.
Между
ведущими
сотрудниками
журнала
(Шелгуновым,
Благо^
Св ет ловы м,
Ткачевым,
Шашковым)
не
было
полного-,
единодушия
как
в
общественно-политических,
так
и
в
44


э стетиче ских
взглядах,
но
у
журнала
б ыло
с вое
«лицо»:
особый
акцент
в
литературной
кри т ике
и
публицистике
д ела лся
на
тенденциозности
и скус ства ,
на
его
просвети­
тельской
фун кции,
на'
ф орми рова нии
передового
миро­
воззрения
чита тел е й.
В
этом
русле
развивалась
и
к рит ика
Ткачева.
Он,
как
и
другие
к рити ки- на родни ки,
считал
се бя
последователем
«реальной критики».
Одну
из
ва жне йших
ее
задач
он
вид ел
в
то м,
чтобы
«содействовать прояснению обще­
ственного
сознания,
чтобы
развивать
в
читателях
более
или
м енее
трезвое,
разумное,
критическое
отношение
к
явлениям
окружающей
их
де йстви тель н о сти» 12. Реальная
критика
должна
содействовать
распространению
ср еди
читателей
таки х
произведений,
которые
«могут благо­
пр иятно
влиять
на
расширение
их
умственного
круго­
зора,
на
их
нравственное
и
общественное
развитие»13.
Тен ден ция
р ассма тр ива ть
кр ит ику
как
мощное
средство
воздействия
на
общественное
сознание
была
ти п ологи­
ческой
чертой
всей
русской
демократической
кр ит ики,
но
у
Т кач ева
просветительский
пропагандистский
аспект
становится
доминирующим.
Его
цель
—
вно с ить
«логиче­
ск ую
ясность,
осмысленность
и
определенность
в
со циал ь­
ное
миросозерцание
читателей»14—
находит
выражение
в
пристальном
внимании
к
«жизненной правде»
про из­
ведения,
в
ярко
выраженной
публицистичности
ст ат ей.
Он
более
последовательно,
чем
другие
кр итики- нар одни ­
ки,
ис поль зова л
ана лизир уе м ое
произведение
для
поста­
новки
общественно-политических
проблем.
Например,
приступая
к
разбору
т ворче с тва
Решетникова,
в
статье
«Разбитые иллюзии»
он
прямо
ука зы ва ет,
что
на мере н
«на основании произведений Решетникова указать и
разо бра ть
некоторые
наиболее
характеристические
черты
нравственного
и
социального
бы та
той
неве ж ествен но й
толпы,
которую
толпа
цивилизов анна я. . .
ста раетс я
пр ед­
ставить
себе
в
искаженном,
поддельном
в ид е» (1,345).
В
статье
«Недоконченные люди»
он
пишет,
что
Николай
Негорев,
герой
романа
Н.
Кущ евс ког о
«Николай Негорев
или
Благополучный
Р о сси ян ин », интересует его не как
художественный
обр аз,
а
«как один из очень распростра­
ненных
типов
нашего
в р емени » (II, 258).
Таким
образом,
атмосфера
«Дела», его
традиции
наложили
заметный
отпечаток
на
постановку
теоретико­
литературных
и
общественных
задач
в
статьях
Ткачева.
45


Своеобразие
Ткач ева
как
критика
определяется
также
особенностями
его
идеологии.
Он,
как
из вестно ,
делал
упо р
на
т акти ку
социального
переворота,
осуществляе­
мого
«меньшинством», т.
е.
революционно
настроенной
интеллигенцией.
Эту
ид ею
он
страстно
отстаивал
не
толь ко
в
«Набате»,
но
и
в
литературно-критических
статьях.
Они
проникнуты
революционным
пафосом,
в
них
постоянно
разв ив а ется
свойственная
вс ей
народни­
ческой
идеологии
идея
долга
инт елл иг ен ции
пе ред
наро­
дом .
Но
к
революционным
возможностям
народа
Ткачев
относился
скептически,
так
как
был
убежден,
что
пр е­
до ст авлен ный
сам
себе
народ
«ни в настоящем,
ни
в
бу­
дущем...
не
в
с илах
о су щес твить
социальную
рев о лю­
ци ю » (III, 268).
У
Ткачев а
нет
роман ти чес кой
ид еа лиза­
ции
народа,
он
активно
выступал
против
приукрашенного
изображения
мужика
и
настаивал
на
необходимости
тре зв ого
ан ал иза
его
экономического
быта.
Но
эт от
тезис ,
разделявшийся
и
д ругим и
народниками,
имел
у
Т кач ева
особый
акцент:
зна ние
народной
жиз ни
необходимо
для
то го,
чтобы ,
во-первых,
пробудилась
со в есть
«цивилизо­
ванного
меньшинства», и,
во-вторых,
чтобы
знать, «чего
мы
можем
ждать
от
так
на зыва е мой
самодеятельности
народа
и
как
мы
должны
относиться
к
его
грубости
и
дико ст и» (I, 345).
Мировоззрение
Ткачева
яв ляетс я
осо­
бым
вариантом
народнического
ром а нтизм а.
Вмест о
«веры»
в
мужика
и
общину
он
выдвигает
на
первый
план
«веру»
в
рево л юцио нну ю
инт еллиг енцию,
способную
из­
мен ить
в
«желательную»
сторону
ход
исторического
п ро­
це сса,
внести
«новые
прогрессивно-коммунистические
элементы
в
условия
народной
ж и зн и», сдвинуть жизнь
«с ее вековых устоев» (III, 266).
Правда,
Тка чев ,
как
и
другие
народники,
пытался
научно
обосновать
свою
романтическую
систему
взгля­
дов.
Он
был
о дним
из
первых
теорет иков
в
Ро сс ии,
сд е­
ла вших
попытку
использовать
учение
Мар кса
о
базисе
и
надстройке
для
объяснения
о бщес твен ных
и
ли те ратур­
ных
явлений.
Он
писал,
что
все
социальные
яв ле ния
—
«продукт известных экономических принципов» (I, 32).
С
формой
экономических
отношений
связывалось
им
и
развитие
литературы,
так
как
экономический
эле м ент
—
«самый главный,
самый
существенный
э лем ент
в
ис то рии
литературы» (V,180).
Эта
попытка
интересна
в
истори­
ческом
плане,
с
ней
св язан а
пос тано вк а
Ткачевым
во про­
46


са
о
классовости
и
партийности
и скус ства ,
о
социальной
психологии
писа т еля,
о
с вязи
методов
и
стилей
с
социаль­
но-экономическим
развитием
общества.
Но
реш ени е
эти х
очен ь
с ложн ых
и
актуальных
до
нашего
вр ем ени
вопросов
было
неудачным.
К
Ткачеву,
как
и
к
другим
народникам,
можно
отнести
вы сказ ыв ание
В.
И.
Ленина
о
народнических
теоретиках,
которые
«софистицировали,
фальсифицировали
(зачастую бессознательно)
маркс­
изм » 15.
Таким
об ра зом,
с истем а
мировоззрения
Ткачева
позволяет
говорить
о
ее
типологической
общности
с
«системой мировоззрения»
народничества
в
целом,
хотя
формы
проявления
этой
общности
разнообразны.
То
же
самое
можно
сказать
и
о
его
литературно-кри­
тич е ских
взглядах.
Ткачев
—
один
из
самых
глубоких
критиков-народников;
его
суждения
по
проблемам
эсте­
тики
и
теории
литературы
от лич аю тся
оригинальностью,
смелостью,
стремлением
ввести
но вое
в
традиционные
концепции.
И
этого
нельзя
игнорировать
при
всей
оч е­
видной
упрощенности
пр едл агае мых
им
решений.
В
его
теоретико-литературных
концепциях,
если
оценивать
их
логически,
немало
рационального.
Не
случайно
В.
И.
Ле­
н ин,
ре зко
ос ужда вш ий
бл анк изм
Ткачева,
со
вни мани ем
отн оси лся
к
его
публицистике.
Как
вспоминал
Вл.
Бонч-
Б р у ев ич, «Владимир Ильич придавал большое значение
публицистическому
тв орче ств у
народника
П.
Ткачева,
которого
он
рекомендовал
внимательно
читать
и
изу­
чать,
говорил,
что
нужно
было
бы
д ать
хорошее
предисло­
вие
к
его
работам»16.
Но
есл и
в
ст ать ях
Ми хай ло вс кого
и
Скабичевского
теоре тиче ски е
«огрехи»
не
так
бросались
в
глаза
и
да же
зат у шевы вал ись
интересными,
верными
суждениями
по
конкретным
вопросам,
то
в
статьях
Ткачев а
н ер едко
набл юдает ся
обратное
явление:
его
к атег ори чны е,
иногда
хлесткие
вы сказы в ания
о
писателях
и
их
произведениях
лишь
подчеркивают
сл абые
стороны
к о нцепции ,
заслоня­
ют
ее
«рациональное зерно» .
Литературная
кр итик а
Т кач ева
развивалась
в
русле
эстетических
принципов
народничества.
Общим
яв ляетс я
пафос,
круг
о с новных
теоретических
проблем,
понимание
задач
кр ити ки
и
литературы.
Сущность
его
взглядов
наиболее
пол но
изложена
в
статьях
«Тенденциозный роман» (1873), «Беллетристы -
эмпирики
и
беллетристы-метафизики»
(1875), «Прин­
47


Ц ипы
и
зада чи
реальной
кр и тики» (1878), «Эстетическая
критика
на
«почве науки» (1873), «Ликвидация эстети­
ческой
кр и т ик и» (1879), в статьях о Решетникове Ку­
щевск ом ,
Толстом,
Достоевском
и
др.
В
основе
эстетики
и
кр ити ки
Ткаче ва
леж ит
его
пред­
ставление
о
тр ех
аспект ах
художественного
произведения.
В
статье
«Тенденциозный роман»
он
вы дел яет
три
«су­
щ естве нн ые
стороны
кажд ог о
беллетристического
произ-
дения:
психологическую
верность
воспроизведения
ха­
рактера,
его
современный
интерес
и,
наконец,
отношение
к
не му
а вт ор а» (II, 368).
Его
ид е алом
яв ля ется
произ­
в едение,
в
котором
«с одинаковой силой и равномерно ­
стью»
соче тают ся
художественная,
жизненная
и
психо­
логическая
пр авда.
Но
между
ними
устанавливается
своеобразная
иерархия,
кр итер ием
которой
яв ляе тся
научность.
Тк аче в,
как
Чернышевский,
Добролюбов
и
Писарев,
был
противником
критики,
опирающейся
на
субъектив­
ну ю,
чис то
«вкусовую»
оц енк у,
и
стремился
приблизить
критику
к
научному
и ссл е до в ан ию: «Критика литератур­
ного
творчества...
должна
ограничить
с феру
своего
ан а­
ли за
л ишь
вопросами,
доп уск ающ ими
в
настоящее
время
научное,
объективное
ре ш е ние»17.
Сле дуе т
отметить,
что
стремление
к
«научности»
э стети че ских
суждений
б ыло
«знамением времени» . Эти м
понятием
широко
пользовалась
эст ети ческ ая
критика,
п ытав шая ся
в
борь бе
с
ре ал и стиче ской
э стети кой
оп е­
рет ься
на
данные
е стестве нны х
наук,
в
первую
очередь
пс их ол огии.
Х аракт ер на,
например,
в
этом
отношении
работа
В.
Веллямовича
«Психофизиологические основа ­
ния
эстетики» (СПб.,
1878), в которой утверждалось,
что
художественное
произведение
не
отражение
де й­
ствительности,
а
лишь
вы раж ение
субъективного
отно­
шен ия
художника
к
де йств ител ьн о сти.
Ткачев
решитель­
но
выступил
против
т аких
«научных»
теорий,
предвос­
хищавших
современные
буржуазные
концепции
искус­
ства .
Несостоятельность
к ниги
Веллямовича
раскрыта
им
в
статье
«Ликвидация эстетической критики»
(1879).
Концепциям
«эстетической критики»
он
противопостав­
ляе т
с вое
понимание
научности
как
обоснование
«реаль­
ной
критики».
Он
не
отрицает
важности-
эс тетичес ко го
воздействия
на
ч ит а т е ля: «Как ни велик социальный интерес данного
48


хара кте ра,
но
есл и
он
большинству
образованных
чита­
те лей
покажется
психологически
н ев озможн ым,
н атян у­
тым
и
нелепым,
то
он
не
произведет
на
них
желаемого
впечатления,
а
только
застав и т
ул ыбн у ться
над
авт о­
р ом » (II, 376).
Без
худ оже ств ен ной
правды
нет
произ­
ведения.
Художественная
правда
—
это
т во рч еская
фан­
тазия,
спосо б но сть
так
воспроизвести
со бы тия
и
харак­
теры,
чтобы
они
вызывали
любопытство,
симпатию
и
были
п р ав до п о до бны : «Беллетристические произведения
должны
представлять
описываемые
события...
в
такой
комбинации,
которая
бы
имела
для
нас
хара кт ер
новиз­
ны,
т.
е.
отличалась
бы
от
комбинаций,
постоянно
встре­
чаемых
нами
в
н ашей
обыденной
жизни.
Но
в
то
же
время...
вымышленные
события
должны
разв ив атьс я
в
силу
тех
же
причин,
на
основании
тех
же
законов,
ко­
торыми
обусловливается
развитие
событий
действитель­
ной
жизни »18.
Художественную
правду
Ткачев
не
от­
де ляет
от
псих ол о гическ о й,
важнейшим
условием
кото­
рой
яв ляетс я
то,
чтобы
«вымышленный характер как
можно
ближе
подходил
к
ха рак те рам
жи вых
л юдей» 19.
Эти
идеи
вы сказ ывал и сь
в
демократической
кр ити ке
и
раньше,
но
Ткачев
и щет
новую
аргументацию, «допол­
няет
добролюбовское
учение
о
реальной
критике
идеями
«психологической школы»20.
Критерии
х удо жест вен­
но сти
он
видит
«в сумме тех общественных и психиче­
ск их
фа кто ров,
которые
у ч аство вали
в
тво р ческ ом
пр о­
цессе»21.
Инстинктивное
чувство
изящного
не
п ризн а­
ет ся
им,
в
от ли чие
от
э стетичес ко й
критики,
критерием
худож е ст ве ннос ти,
так
как
оно
лишь
«указывает нам
на
существование
некоторой
особой
комбинации
неко­
торых
объ ек тов
в нешни х
впечатлений,
которую
мы
опре­
д еляем
словом
художественная»22.
Ткачев
пытается
пу­
тем
псих оло г ическ о го
анализа
эс тетичес ко й
ре а кции
и
творческого
процесса
выявить
эту
«особую комбинацию».
Юн
сч ит ает,
что
реальная
критика
только
тогда
может
убедительно
анализировать
«художественную правду»
произведения,
когда
станет
использовать
данные
опыт­
ной
пс ихо лог ии: «В ней,
в
ее
наб лю де ниях
она
должна
черпать
мате ри алы
для
своих
выводов;
на
сумме
выра­
ботанных
ею
точных
данных,
а
не
на
безотчетных
субъ­
ективных
ощуще ни ях,,
не
на
шатких
указаниях
эстети­
ч еско го
чувства
должна
она
основывать
св ои
крите­
рии» 23.
4 В-538
49


Требование
научной
аргументации,
идея
психологи­
ческого
детерминизма
являются
существенными
эл емен­
тами
взглядов
Ткачева.
Отс у тстви е
психологической
мо­
тивировки
характеров,
заданно ст ь
и
иллюстративность,
н еум ение
заинтересовать’
читателя
вызывали
у
него
резко
от рицат е льное
отношение.
Но
психологическая
правда
не
рассматривается
им
как
самоцель.
Крит ика
должна
видеть
две
стороны
про­
изведения:
худож ес тв енн ую
и
общественную,
которые
«в действительности находятся в тесной между собой
связи
и
взаимно
влияю т
друг
на
друга»24.
Важность
психологической
мотивировки
о бъя сняет ся
Ткачевым
не
только
требованием
художественной
пра вд ы:
без
нее
не возм ож на
жизненная
правда
произведения,
выявление
общественной
зн ачи мости
хар ак тер а.
Не
случайно
он
счи тал
важным
условием
психологической
правды
со­
циальную
типизацию25.
Таким
образом,
Ткачев
отделяет
свое
понимание
Психологической
правды
от
простой
верности
в
передаче
ощущений,
пытается
использовать
да нные
пс ихо ло гии
для
обоснования
при нципо в
художественной
типизации.
Но,
пр и знав ая,
что
одних
«психологических»
критериев
н едо стато чно
для
оценки
произведения,
Ткачев
делает
одностороннее
за клю че ни е : «Наука не дает решительно
никаких
указаний
для
определения
тех
объективных
ус­
л овий,
при
которых
в
нас
в озб уждае тся
эстетическое
ч ув ств о»26.
Поэтому,
считает
он,
ре альн ая
к ритика ,
не
игнорируя
эстетического
анализа,
должна
п рямо
з ая­
вить,
что
«она отказывается определять в каждом част­
ном
случае
ст епень
живости
и
конкретности
изображе­
ния
характеров
и
чувств
в
том
или
и ном
беллетристи­
ческом
произведении» (II,,370).
Выступая
против
су бъ­
ективизма
э стетичес ки х
оценок,
Ткачев
по
существу
при­
знает
их
неизбежность,
но
реальная
критика
в
от лич ие
от
э стетичес ко й
«открыто признает,
что
в
этих
своих
суж­
дениях
она
руководствуется
чисто
субъективными
в оз­
зрениями,
ли чным
вкусом» (II,376).
С
под об ной
аргументацией
нельзя
согласиться.
Дел о
не
только
в
т ом,
что
наука
того
времени
действительно
не
мо гла
объяснить
психофизиологической
основы
тв ор­
ческого
процесса
и
эс тетичес ко й
реакции;
это
не
мешало
Белинскому,
Чернышевскому
и
Добролюбову
дат ь
глу­
бокое
научное
определение
спе цифи ки
искусства
и
тай­
50


ны
художественного
твор че ст ва.
Д ело
в
том,
чт о,
сделав
плодотворную
попытку
использовать
в
критике
данные
пс ихо ло гии,
Ткачев
упростил
диалектику
обріазного
и
на­
учно-логического
мышления,
считая,
что
р аз ница
между
ними
чисто
вне шняя
и
«не настолько существенна,
что ­
бы
из-за
нее
мы
дол жны
б ыли
при
оценке
деятельности
мысли
в
области
художественного
тво рче с тва
отказаться
от
тех
критериев,
которые
принято
применять
к
оценке
ее
деятельности
в
области
по ложит ельн ого
знания »
(III, 102).
В
пр инципе ,
ко не чно,
эстетическая
оценка
не
противоречит
на у чно й: «Истинным суждением эстетиче­
ского
вкуса
следует
с читать
такое,
которое
о бъе ктивн о
о пр едел яет
эстетические
дост оин ства
и
недостатки
пред­
мета.
В
этом
смысле
ис т инное
суждение
э сте тическо г о
вк уса
принципиально
не
отличается
от
научного
суж ­
дения»27.
Но
истинность
эс тетическо г о
суждения
не льзя
понять,,
опираясь
л ишь
на
ан ализ
процесса
возникнове­
ния
э стетичес ко г о
чу вс тва,
так
как
эстетическая
оценка
не
сво ди тся
к
непосредственному
ощущению: «К наше­
му
глазу
при сое дин яютс я
не
тол ько
еще
другие
чу вства ,
но
и
деятельность
на шего
м ышле ни я»28.
Ткачев
же,
не
принима я
пр инцип
«нравится
—
не
нравится»
за
ос­
но ву
суждений
об
искусстве,
не
пон ял
сложного
соот­
ношения
объективного
и
субъективного
начала
в
эстети­
ческом
переживании,
что
привело
к
искусственному
раз­
дел ени ю
социальной
и
эс тетическо й
фун кц ии
искусства
и
недооценке
последней.
Это
выразилось
в
том,
что
из
тре х
элементов
худ о­
жественного
произведения
(художественная правда,
п си­
хологическая
пр авда,
жизненная
п рав да)
Ткачев
особо
выделяет
жизненную
правду,,
т.
е.
общественное,
со­
циа льное
содержание.
Преимущество
этого
элемента
в
то м,
что
он
доступен,
в
отличие
от
других,
объективно­
му,
научному
ан ал из у: «Только анализируя этот мо ­
мент,
кр итик а
стоит
на
тв е рдой
почве,
под
которую
не
могут
подкопаться
никакие
вкусы...
только
тут
она
имеет
вполне
то чный,
незыблемый
кр итер и й» (II, 373).
Исходя
из
этого,
Ткачев
следующим
образом
форм и рует
за дачи
реальной
кр и тики: «Критика литературного творчества .. .
должна
ограничивать
сфе ру
своего
ан али за
лишь
вопро­
са ми,
допускающими
в
нас тоя щее
время
научное,
о бъ­
ективное
решение,
а
и мен н о: 1) определением и разъ­
яснением
историко-общественных
фа кт ов,
обусловивших
4*
51


и
породивших
д анное
художественное
произведение;
2) определением и разъяснением историко -о бще ст в енны х
факторов,
обусловивших
и
породивших
те
явл ения ,
ко­
торые
воспроизведены
в
н е м; 3) определением и выяс­
нением
их
общественного
з наче ния
и
их
общественной
правды»29.
Так им
образом,
общественное,
социальное
значение
произведения
выдвигается
на
первый
план,
причем
Тка­
чев
четко
аргументирует
необходимость
именно
такого
подхода.
Защита
и
обоснование
о бщест вен ной
фу нкци и
искусства
—
черта
вс ей
народнической
критики,
но
Тка­
чев
проводит
эту
идею
особенно
настойчиво
и
последо­
вательно,
так
как
в
его
ми ров оззрен ии
доминирует
п ро­
св етител ь ско е,
рационалистическое
начало,
которое
ска­
з ывает ся
и
в
системе
его
аргументации,
весьма
сильно
отличающейся
от
эмоциональной
«логики чувства»
с та­
тей
Михайловского.
По
мнению
Ткачева,
в
художественном
произведении
все
должно
б ыть
напр авлен о
к
одной
цели:
в озб ужда ть
мысль
читателя
и
направлять
ее
«к вопросам,
наиболее
важным
и
существенным
для
чел о вече ског о
счастья»
(II, 375). Т ем ,
насколько
это
уда стся
сделат ь
писателю,
определяется
достоинство
беллетристического
произведе­
ни я.
У
ис кусств а
особенно
большие
возможности
для
влияния
на
широкие
массы:
оно
может
в
образной,
до­
ступной
форме
знакомить
с
передовыми
и деями
эпохи
огромное
количество
л юдей.
Как
и
Чернышевский,
Тка­
чев
ви дит
роль
литературы
в
том ,
что
она
—
«учебник
жи зни »: романы и повести учат читателя, «как ему жить
и
что
ему
делать.
В
этом
отношении
они
имеют
огром­
ное
общественное
зн ачение » (I, 317).
Что бы
д ост ичь
це­
ли,
произведение
должно
б ыть
занимательно
написано,
но
гла вное
в
нем
—
ид ейно е
содержание,
«социальный
ин те рес
выводимых
автором
ха рак т ер ов» (II, 376).
На
нем
и
сосредоточивает
сво е
внимание
Ткачев.
Естествен­
но,
что
при
таком
подходе
для
критика
очен ь
важ но
то,
«сквозь какие очки субъективных воззрений» (II, 366)
р ассмат р ивает
художник
я вл ения
жизни,
поэтому
к
ми­
ров оззрен и ю
писателя
предъявляются
большие
тре бов а­
ния .
Он
должен
хорошо
разб ира ться
в
жизни,
чтобы
п о казат ь , «как общие причины отражаются на той или
ино й
л ично с ти» (I, 281).
Его
задача
—
не
толь ко
в ос­
произвести
в не шнюю
сторону
отдельных
событий,
но
52


«представлять факты в их общей связи и последова­
тельности» (I,,335).
Но
этого
недостаточно:
для
Т кач ева
глубина
миро­
воз зре ния
писателя
о пр едел яется
не
только
«уясне­
нием»
в
произведении
требований,
предъявляемых
жизнью;
он
должен
видеть
перспективу,
т.
е.
«опреде ­
лить
по
возм ожн ос ти
и
то,
каким
образом
может
и
должна
жизнь
удовлетворять
эт им
требованиям»
(I, 314).
С
тем,,
насколько
мировоззрение
писателя
отве ­
ч ает
этим
условиям,
Ткачев
связывает
худ оже ств енн ую
це нн ость
его
произведений.
Если
пис ате ль
не
способен,
правильно
понять
жизни,
то
как
бы
ни
бы ли
вырази­
тельны
отдельные
ха ракт еры
и
сцены,
«в общей кар­
тине
они
утр а тят
всякую
жизненную
правдивость...
получится
плохая
суздальская
мал ев ка» (II,. 366).
Вот
п оче му.
Ткачев
с
во зму ще нием
писал
о
«заурядных чи­
та телях»30, которые «с о вер ше нно
заб ыли
о
тех
высо­
ких
требованиях,,
которые
предъявляла
к
искусству
критика
60-х
гг.,
и
без
труда
примирились
с
мыслью,,
что
произведение
может
быть
в
одно
и
то
же
время.
бессмысленным,
бессодержательным
и
высо ко
ху­
дожественным»31.
Понимание
ва жнос ти
передового
мировоззрения
всегда
подчеркивалось
демократической
критикой.
Бе­
л инс кий
писал,
что
для
верного
изображения
действи­
тельности
«мало даже дара творчества:
нужен
еще
.ра­
з ум,
чтоб
понимать
действительность»32.
На
необходи­
мости
«правильного»
вз гляд а
на
проблемы
обществен­
ной
жизни
на ст аив али
Чернышевский
и
Добролюбов.
Особую
остроту
вопрос
о
«сознательной тенденциоз­
ности»
писателя
приобрел
в
70- е
гг.
Са лтык ов-Ще д рин
был
убежден,
что
писатель
должен
«с полной ясностью
оп ред ели ть
свои
отношения
к
в ещам
мира
се го »33, «не­
ясн о сть
миросозерцания
ест ь
недостаток
настолько
важный,
что
всю
тв ор чес кую
деятельность
худ о жника
сводит
к
ну лю »34.
Ткачев,
та ким
образом,
развивал
тр а диции
реальной
критики,
и
его
внимание
к
«жизнен­
ной
правде»
произведения
в
связи
с
проблемой
миро­
воззрения
художника
бы ло
характерной
чертой
всей
передовой
критики
70—80 - х
гг.
Но
Ткачев
вносит
св ой
акцен т
в
понимание
это й
сложной
проблемы.
53


Революционно-демократическая
к ритик а
60- х
гг.
не
игнор иров ала
специфики
искусства
как
обр аз ного
воспроизведения
действительности,
и
важность
«пра­
вильных
начал»
в
мировоззрении
писателя
расс ма три­
валась
не
как
самоцель,
а
как
оди н
из
ва жне йших
элементов
художественности.
Как
писал
Чернышевский,
«только произведение,
в
котором
воплощена
истинная
идея,
бы вает
художественно,,
ес ли
фор ма
совершенно
соответствует
идее»35.
По
мнению
Д обр ол юбо ва, «худож ­
ни к,
руководимый
правильными
началами
в
св оих
об­
щих
понятиях...
мо жет
свободнее
предаваться
внуше­
н иям
своей
худож е ств енн ой
натуры...
то гда
дейст вит ель ­
ность
отра жа ется
в
произведениях
ярче
и
ж ив ее»36.
Его
идеалом
бы ло
«свободное претворение самых высших
умозрений
в
жи вые
образы
и
вместе
с
тем
полное
соз­
нание
вы сшег о,
общего
смысла
во
в сяком,
с амом
ча ст­
ном
и
случайном
факте
жи зн и»37.
Крит ика
революцио­
неров-демократов
не
была,
таким
образом,
критикой
лишь
публицистической,
утилитарной,
в
чем
ее
нередко
обвиняли
и
пор ой
обв ин яю т,,
объявляя
на
этом
основа­
нии
устаревшей.
Диалектичность,
широта
сво йст вен ны
пр едставл ения м
революционеров-демократов
в
вопросе
о
роли
мир овозз рен ия
в
художественном
творчестве.
Они
понимали,
что
миросозерцание
художника
нельзя
«перевести в определенные
логические
построения»:
«собственный же взгляд его ( ху до жник а)
на
мир,
сл у­
ж ащий
ключом
к
ха ракт ер ист ике
его
таланта,
надо
искать
в
жи вых
об раза х,
создаваемых
и м»38.
«Реальная критика», признавая
важность
ми рово з­
зрения
писателя,
не
рассматривала
его
как
набор
силлогизмов,
иллю с три руем ых
произведением.
Ткачев
же
подошел
к
проблеме
м иров оззр е ния
ху­
дожника
упрощенно.
Это
проявляется
даже
в
т ом,
как
интерпретирует
он
известное
положение
Добролюбова,
что
«для нас не столько важно то,
что
хотел
ск азать
автор,
ск олько
то,
что
ск азалось
им,
хот я
бы
и
н енам е­
ренно,
просто
вследствие
п ра вди вого
воспроизведения
фактов
жизни».
Ткачев
в
статье
«Подрастающие силы»
(1868) приводит эту фразу в несколько ином варианте:
«Для критики существенную важность имеет совсем не
то,
что
само
собою
вы т екает
из
его
произведения»
(1, 317).
На
первый
взгляд,
изменение
небольшое,
но
существенное,
осо б енно
если
учесть
ко н текст:
перед
54


этим
Ткачев
пространно
ра ссуж дает
о
писателях,
к ото­
рые
с ами
се бе
не
отдают
о тчета
в
том,,
что
пишут,
а
потом
«таращат глаза», услышав выводы,
которые
чи­
тате ль
делает
из
его
романа.
Уже
в
этой
стат ье
Ткачев
снимает
мысль
Добролюбова
о
возможности
правдиво­
го
воспроизведения
жизни,
если
оно
не
намеренно.
В
других
же
статьях,
например,
в
статье
«Тенденциозный
ро ма н » (1873),
он
откры то
выступает
против
этой
мысли
и
решительно
не
принимает
«старых и бессмыс ­
ленных
легенд»
об
интуиции
писателя,
позволяющей
«отличить в поражающем его явлении важное от не ­
ва жно го», даже если
он
«глуп,,
не разви т
и
нел еп
до
последней
ст е пе ни» (II, 367).
М ожно
было
бы
согла­
ситься
с
этим,
бу дь
н ападки
направлены
против
идеалистических
концепций
бессознательности
ху­
дожественного
творчества.
Но
Ткачев
приписывает
по­
добную
точку
зрения
Добролюбову.
Отно сясь
к
нему
с
глубоким
уваж ением ,.
Ткачев
сч и тает,
что
До бролю­
бов
(и даже Писарев!) был недостаточно последова­
тельным
реалистом,
ибо ,
используя
т акие
критерии,
как
«требование художественной правды»,, «непосред­
ственное
художественное
чувство»,
он
испытывал
вл ия­
ние
«старомодных тенденций схоластической эстетики»-
(II, 366—367).
Ткачев,
во-первых,,
не
понял
Добролюбова.
«Ху ­
дожественное
чувство»
и
не
р ассмат р ивало сь
по сл ед­
ним
как
проявление
дара
свыше.
Как
пиш ет
Б.
Бурсов;
в
трактовке
Добролюбова
«художник как « че л о век
рассуждающий»
и
как
человек,
познающий
мир
ср ед­
ствами
и ску сства ,
действует
сознательно.
В
последнем
случае
никак
не
м енее
сознательно,
н ежели
в
пер ­
в о м»39.
Но
де ло
не
толь ко
в
непонимании:
у
Ткачев а
другой
методологический
пр инцип.
Он
предлагает
раз­
ложить
«непосредственное
чувство»
на
составные
элементы
и
при
анализе
произведения
определить
главный
из
них .
Сила
таланта
беллетриста
связывается
им
прежде
всего
с
тем,,
насколько
пр авиль но
относится
он
к
изо бр аж аем ому
предмету,
какой
общественный
интерес
пр едст авл яет
п р о изведен ие.
В
ре зуль та те
тако­
го
подхода
чем-то,
хот я
и
важн ым ,
но
периферийным,
о казыв ается
многоплановость
художественной
системы
произведения:
«как
живописует
автор»
и
«что
он
живописует»
становятся
явлениями
разного
5,5


порядка
(IV, 63),
а
к
писателю
п римен яются
те
же
критерии,
что
«к оценке всякого
таланта,
на
каком
бы
по пр ище
он
ни
по д виз ал ся» (II, 365).
Можно
понять
пафос
Ткачева,
можно
согла­
ситься
с
ни м,
ког да
он
отстаивает
важн о сть
передового
м ирово ззр ен ия,
можно
д аже
согласиться
с
тем,,
ч то,
критически
оц енива я
некоторые
а сп екты
наследия
Добролюбова,
он,
как
и
Писарев,,
тонко
ул овил
антро­
пологические,
утопические
стороны
концепции
великого
шест идесят ни к а40, но в целом
взгляды
Т кач ева
были
«шагом назад»
от
прин цип ов
революционно-демократи­
ческой
кр итик и.
И
здесь
обнаруживается
не
просто
расхождение
в
трактовке
отдельных
тео р етически х
проблем,
е сте ств ен­
ное
и
неизбежное
да же
у
единомышленников,
но
разли­
чие
методологических
пр инципо в.
В
отличие
от
диалек­
тического
мышления
Чернышевского
и
Добролюбова,
позволившего
с
материалистических
по зиц ий
подойти
к
решению
вопроса
об
эс тетическо й
и
гносеологической
функциях
и скус ства ,
Ткачев
их
метафизически
расчле­
ни л.
Односторонность
подобного
рода
была
свойственна
и
другим
критикам-народникам
(в разной степени и
форме ), так как она восходит к исходным философским
принципам
их
мышления
и
является
в
этом
смысле
типо­
логической.
Методологическая
несостоятельность
сказалась
на
всех
уровн ях
теоретико-литературной
к о нцепции
Тка­
че ва
и
особенно
в
оценках
им
тво рч ес тва
крупнейших
писателей-современников.
Но
при
этом
нужно
иметь
в
виду
не
тол ько
результат,
но
и
сист ем у
аргументации,
в
которой
отр аж ает ся
структура
мышления;
со циаль но ­
исторические
ус ло вия
и
пр ич ины
фо рм иро вания
имен­
но
та кой
системы
мышления;
конкретные
формы
ее
про явления,
о
чем
подробно
говорилось
в
первой
главе.
Ес ли
учитывать
диалектически
все
эти
факторы,
а
не
судить
метафизически
об
изолированно
взятых
положе­
н иях
эстетики
Ткачева,
то
будет
я сно,
что
его
литера­
турн ая
к ритик а
носила
демократический
характер
и
способствовала
развитию
теории
реализма.
Защита
идейного,
действенного
искусства;
борьба
с
модными
психологическими
концепциями
эс тетичес ко й
критики;
стремление
найти
новые
критерии
худож ес твен ной
и
общественной
значимости
произведения
—
пос та новк а
56


этих
п робл ем
была,
е сли
подходить
к
ним
исторически,
перспективной
и
предвосхищала
нередко
теоретико-ме­
то дологич ес ки е
иск ания
первых
критиков-марксистов.
Сильные
и
слабые
стороны
взглядов
Ткачева
особенно
заметны
в
его
отношении
к
конкретным
теоретическим
и
историко-литературным
проблемам.
Одной
из
них
яв ляетс я
проблема
типологической
кл ас сиф ика ции
литературы.
Стремление
к
широким,
синтетическим
обобщениям
было
особенностью
теоретической
мысли
70—80 - х
гг .,
что
отмечено
в
работах
В.
Н.
Лукина
и
П.
А.
Ник олаев а.
Это
было
вызвано
м ног ими
причинами:
тенд енц ией
поставить
литер а тур ове д ение
и
критику
на
на у чную
ос­
нову;
неудовлетворенностью
э мп ири змом
и
описательно-
ст ью
в
ан ал изе
литературного
процесса;
наметившейся
в
само й
литературе
общностью
р аз ных,
на
пе рвый
вз гля д,
писателей
и
литературных
явлений.
Критерии
типологической
классификации
б ыли
разными
(например,
у
Шелгу н ова,
Мих айло вск ог о).
Инт ер есная
п опы тка
в
эт ом
плане
бы ла
пре д принят а
и
Ткачевым
в
статье
«Бел­
летристы-эмпирики
и
беллетристы-метафизики».
В
основу
своей
к ла сс ифика ции
он
кладет
не
истори­
ко-литературный
принци п,
а
тип
художественного
во с­
произведения
действительности.
Вс ех
п исате лей ,
нез ави ­
симо
от
исторических
этапов
развития
литературы,
он
дели т
по
типу
тво рче ст ва
на
две
гр уппы:
эмпириков
и
метафизиков,
которым
противопоставляет
писателей-
реалистов.
Метафизиками
он
на зыва ет
писателей,
которые
и зобра жают
дей ст вите л ь ность
не
такой,
какая
она
есть,
а
глядят
на
нее
сквозь
очк и
св оих
субъективных
пред­
ставлений.
Они
неспособны
поэтому
постигнуть
с лож­
ность
реальной
действительности
и
переделывают
ее
«по образу и подобию своих метафизических абсолютов»
(III, 103), которые могут быть различны по содержанию.
Например,
в
30-е
гг.
го с подс твова ла
«нравственная мета­
физика»
с
образной
аргументацией
на
те м ы: «сколь
сладостно
любить
от е че с тво », «родителей надлежит ува­
жать»
и
т.
д.
(III, 109).
В
40-е
гг.
преобладающей
с тала
«нравственная метафизика»,
суть
которой
—
«мертвое
воплощение
тех .
или
дру гих
иск у сст венно
созданных
свойств
человеческой
ду ши» (III; 112).
В
60—70- е
гг.
ли­
те ратура
«метафизического направления»
превратилась
57


в
иллюстрацию
сентенций,
взятых
из
учебников
по
полит­
экономии.
По
к ла сс ифика ции
Ткачева,
к
числу
«метафи­
зиков»
принадлежат
Тургенев,
Достоевский,
Гончаров,
Загоскин,
Лажечников
и
другие.
К
«эмпирикам»
относятся
писатели,
которые
не
умеют
отличить
«важное от неважного,
с тоя щее
внимания
от
не сто ящег о » (III, 118).
Они
более
или
менее
пол но
схватывают
отдельные
факты
жизни,
но
неспособны
уло ­
вит ь
их
внутренний
смысл.
В
разряд
«эмпириков»
попа­
да ют
Гл.
Успенский,
Слеп цо в,
Ку ще вски й,
Н.
Успенский.
Что
ка саетс я
реа лизма ,
то
в
современной
литературе
Ткачев
видит
(далеко не у всех писателей)
л ишь
о тд ель­
ные
его
признаки,
считая
р еализ м
каче ств ом
литературы
будущего.
Основные
при нципы
реалистического
типа
—
научность,
способность
св яз ать
конкретные
д етали
«в одно стройное целое,
понять
их
скрытый
смысл,
в оз­
выситься
от
частного
к
общему,
создавать
образы
л юдей,
поступки
и
ха рак теры
которых
мотивированы
обстоя­
тельствами»
(III, 103).
Главными
препятствиями
для
торжества
реал изма
являются: 1)неумениепонять «пру­
жи ну»
происходящих
событий
—
экономические
отноше­
ни я,
в
ре зуль тате
че го
анал из
закономерностей
«реальной
действительности»
подменяется
следованием
абстракт­
ным
с ис тема м; 2) «внешние преграды,
которые
стесняли
и
ограничивали
самостоятельное
развитие
мысли»
(III, 111).
По
мнению
Ткачева,
л ишь
отдельные,
исклю­
чительные,
ге ниаль ные
натуры,
вроде
Гоголя,
способны
пока
подняться
до
уро вня
истинного
реализ ма ;
но
для
того,
чтобы
он
стал
нормой
мышления
и
ос н овой
ли те­
ратуры,
необходимо
существенное
изменение
в
эк оном и­
ческой
и
общественной
жизни
народа.
В
таком
развитии
мысли
содержится
явн ый
н амек
на
то,
что
только
при
-социализме
на сту пит
подлинный
р асцвет
литературы
и
иску сс тв а.
В
рецензии
на
«Историю всеобщей литерату­
ры
18 века»
Геттнера
он
пиш ет : «Общество,
есл и
ты
ж елаешь
имет ь
хорошую
литературу,
постарайся
устроить
с вой
экономический
быт
на
р аци она льных
условиях»
(V, 179).
В
принципах
типологической
классификации,
пред­
ложенных
Ткачевым,
пр ив лекает
защита
идейности,
отрицание
описательности,
н атура лизм а.
Интересны
его
мысли
о
но вом
т ипе
реализма
в
литературе
социалисти­
ческого
общества.
В
неудовлетворенности
Ткачев а
совре­
58


ме нным
ему
сост о янием
литературы
нужно
видеть
не
только
отражение
его
односторонних
представлений
о
спе циф ике
ис кусс тва,
но
и
мечту
о
прои зв еде ни ях,
авто­
ры
которых
б удут
опираться
не
на
«непосредственное
чу вст во », а на четкое представление о закономерностях
разви тия
общества.
В едь
име нно
в
этом
видит
он
от л ичие
истинного
реализма
от
современной
ему
литературы.
В
широком
смысле
эта
ид ея
была
ра звитие м
мы сли
Чернышевского
об
искусстве
как
у чебни ке
жиз ни
и
ме ч­
ты
Добролюбова
о
литературе
как
«претворении самых
высших
умозрений
в
ж ивые
об ра зы».
Заслуживает
вни­
мания
и
по пыт ка
Ткач ева
связать
р еализ м
как
высшую
стадию
литературы
с
соц иа ли змом.
В
этом
плане
выводы
Ткачев а
перекликаются
с
мыслями
Лаврова
о
ли тера ­
т уре
социалистического
общества.
Народники
утвержда­
ли
в
сознании
читателя
ид ею
социализма
не
как
абстракт­
ную
мечту,
а
как
близкое,
будущее,
черты
которого
(в частности,
в
литературе)
проявляются
уже
в
настоя­
щ ем.
Но
все-таки
концепция
Ткаче ва
узк а
и
одностороння,
так
как
он
«не делает строгого различия между обще ­
теоретическим
(философским)
способом
познания
дейст­
вительности
и
т во р ческим
художественным
методом
ее
отображения,
что
не
позволяет
ему
подчеркнуть
специ­
фи ку
художественного
мет од а»41.
Она
давала
в озм ож­
ность
произвольных
толкований,
не
учитывающих
логику
художественного
т вор чес тва
писателя,
что
и
проявилось
в
ряде
статей
Ткачева.
Важной
особенностью
демократической
лите ра ту рной
критики
был
постоянный
интерес
к
тв орче ству
писат е­
лей-разночинцев.
И
революционеры-демократы
60- х
гг„
и
Салтыков-Щедрин,
и
народники
счи тал и
их
тв орче ств о
н овой
эпохой
в
развитии
русской
литературы.
Не
случай­
но,
что
творчеству
так их
писателей,
как
Решетников,
Гл.
Успенский
б ыли
по с вящены
программные
статьи
Салтыкова-Щедрина,
Шелгунова,
вс ех
без
искл юч е ния
критиков-народников.
В
русле
этой
тенденции
р азв ива ется
и
ли те ратурн ая
критика
Ткачева,
который
всегда
поддерживал
стр ем ле­
ние
писателей
к
пра вдиво му
изоб р аж ению
жизни,
пр о­
щая
им
за
это
п ромахи
формы
и
психологического
ан а­
ли за: «Бог с нею,
с
этою
вылощенностью
и
художествен­
н ост ью,
ко гда
за
нею
не
в идно
че лов ека » (II, 231).
Он
с
59


неи зм ен ной
теплотой
отзывался
о
писателях-демократах
60- х
гг.
Основной
чертой
литературы
этого
периода
он
считал
демократизацию,
расширение
тематики,
развитие
реалистических
т енд енци й.
Лишенные
внешнего
блеска
произведения
разночинцев-демократов
обл адали
неоце­
нимым
в
мне нии
к ритик а
преимуществом:
они
бы ли
на­
писаны
со
знанием
жизни,
с
иск ре нней
симпатией
к
обез­
доленному
л юд у : «Когда Помяловские,
Решетниковы,
Левитовы,
Успенские
заговорили
о
тех
же
людях
(она­
ро де—
В.
К .), нельзя было не почувствовать,
что
эти
лю ди
—
они
сами...
в
их
лице
обездоленные
люд и
могли
говорить
от
собственного
своего
имени...
в
их
лице
они
нашли
себе
«своих»
адвокатов.
Правда,
не
блистали
эти
адво кат ы
барскими
талантами,
но
за то
у
них
много
накопилось
на
душе
таких
человеческих
чувств
и
сим па­
тий,
которые
не
могли
не
откликнуться
в
общественном
сознании
и
совести» (II,231).
С
особым
вниманием
Т ка­
чев
относился
к
произведениям
Решетникова.
Р еаль но
о цени вая
его
скромное
место
в
русской
литературе,
он
отмечал
в
не притя зат е льных
романах
писателя
не
толь­
ко
правдивое
изображение
на род ной
жизни,
но
ее
об ъек­
тивное
объяснение.
«Решетников не потешается над глу­
постью
и
грубостью
мужиков...
и
не
идеализирует
и х»,
его
герои
«самые простые обыкновенные люди», они мо­
гут
б ыть
«глупы,
грубы», но «вы
не
см еет есь
над
ни ми
и
не
отворачиваетесь
от
них,
вы
видите,
что
они
и
не
могли
бы
бы ть
другими...
жи вя
ср еди
той
обстановки,
которая
их
окружает» (I,339).
Статья
«Разбитые иллюзии»
(1868),
пос вяще нная
ан ализ у
роман ов
Решетникова,
яв ля ется
одной
из
лучших
статей
критика.
Она
пер ек ли­
кает ся
в
ос но вных
положениях
с
рецензией
Салтыкова-
Ще др ина
на
рома н
«Где лучше?» (1869) и статьями
Скабичевского
о
писателе.
Но
в
отличие
от
Скабич ев­
ского
Ткачев
делает
упор
не
на
пс ихо ло гии
героев
Решетникова,
а
на
то,
как
показан
их
экономический
быт .
Его
п ри влек ает
отк аз
писателя
от
сентиментальной
и деал из ации
народа
и
убеждение,
что
причина
дикости,
забитости
и
безысходности
жиз ни
героев
романа
«Где
луч ше ?»—
в
«печальных условиях их существования» .
В
умении
показать
народ
настоящий,
неподдельный
ви­
дит
критик
заслугу
писателя,
р еал изм
его
художествен­
ного
мето да .
Анализ
романа
«Где лучше?» используется критиком
60


и
как
подтверждение
его
мнения
о
том,
что
при
сущ е­
ствующем
положении
вещ ей
сам
народ
не
сможет
изме­
нить
уклада
жизни.
П рос тые
л юди
должны
быть
увере­
ны,
что
«за них стоит сила и что эта сила поддержит их .
Тол ько
эта
уверенность
может
объ еди н ить
их;
раз
же
объединившись,
они
почувствуют
силу
и
сами
в
себе»
(I, 366).
В
это м
своеобразие
трактовки
Ткачевым
проб­
л емы
изображения
народа
в
литературе.
Она
о казы ва­
е тся
теснейшим
об ра зом
связ анной
с
другой
центральной
проблемой
его
критики
и
кр ити ки
70—80 -х
гг.—
пр обл е­
мой
положительного
г ероя.
Необходи мос ть
«уяснения
положительных
типов
русского
че ло ве ка » (Салтыков-Ще др ин)
яс но
осознава­
лась
демократической
литературой
и
критикой,
и
отно­
ш ение
Ткачева
к
этому
вопросу
позволяет
лучше
понять
важн ый
аспект
развития
теории
р еали зма
в
70—80- е
гг.
Кр итик
убежден,
что
литература
должна
и зображ ать
не
только
то,
что
есть,
но
вс ел ять
вер у
в
бу ду щее,
фор­
мировать
представления
о
том,
какой
жизнь
должна
бы ть.
Публике
нужно
показать
не
тольк о
«колючие тернии»,
но
«лавры и розы», «ее нужно уверять,
что
черт
не
так
стр а шен,
как
его
малюют
и
каким
она
его
видит
в
дейст­
вительности,
что
бороться
с
ним
не
так
трудно
и
не
так
неприятно,
как
это
обыкновенно
г оворят » (II, 381).
В
понимании
Тка чев ым
проблемы
положительного
героя
особенно
яр ко
проявился
романтический
тип
его
мировоззрения.
Признавая
за
экономикой
решающую
роль
во
вс ех
областях
общественной
и
духовной
жизни,
Ткач ев
тем
не
менее
не
исключает
роли
ли чно сти
или,
как
он
пишет,
«мыслящего меньшинства».
В
основе
«бланкизма»
Тк аче ва,
который
резко
критиковали
К.
Мар кс
и
В.
И.
Ленин,
леж ит
представление
о
то м,
что
изменения
в
э кон омике
создают
лишь
потенциальную
возможность
изменений
во
всех
областях
жизни,
ко то­
рые
должно
совершить
«мыслящее меньшинство»
путем
заговора.
Но
откуда
берется
«мыслящее меньшинство», что оно
из
себ я
п ре дс тавл яе т?'— От вечая
на
этот
вопрос,
Ткачев
п ыт ается
со един ить
два
начала:
экономический
материа­
ли зм
и
просветительский
рационализм,
в
ос нове
которого
лежат
антропологические
представления
о
человеке.
Он
считает,
что
«гениальные натуры»
могут
уловить
тен ­
61


ден ции
развития
экономической
жизни,
подняться
от
час тн ых
наблюдений
к
общим
выводам.
Таким
образом,
«люди будущего»
не
бесплотные
мечтатели,
они
«неиз­
бежный
результат
нашего
умственного
прогресса»
(I, 178), но в то же время они идут впереди массы,
так
как
«стремление к осуществлению их идеала составляют
самую
с иль ную ...
органическую
потребность
их
натуры»
(I, 178).
«Образцами»
т аких
гер оев
он
считает,
например,
Фе­
л икса
Гол ьта
в
романе
Дж.
Эллиот
«Феликс Гольт,
ра­
дикал», Лео и Тѵски
в
романе
Шпильгагена
«Один в поле
не
в ои н ». В русской литературе он не видит подобных ге­
роев,
но
по ддерж и вает
всякую
попытку
показать
ч ел ове­
ка
не
то лько
т ак и м, «каким он есть,
но
и
каким
он
д ол­
жен
быть
по
понятием
мыслящего
меньшинства
нашего
вр емени » (I, 173).
Кр ит ика
«Отечественных записок»
уп ре кала
в
с вязи
с
э тим
Тк ачев а
за
пропаганду
«титанизма»
и
ложную
ро­
мантизацию.
Но
нужно
уч ит ыв ать,
что
в
его
критике
нашли
свое
отражение
ре аль ные
я вл ения
развития
рус ­
ской
литературы
60—70- х
гг.
По иски
положительного
иде ал а,
новых
художественных
форм,
ло мка
прежних
эс тетически х
представлений
—
все
это
было
присуще
ли­
тературе
60—70- х
г г ., особенно так называемой демокра­
тической
литер а тур е.
Развиваясь
в
о бщем
рус ле
реали­
стической
литературы,
демократический
ром ан
имел
целый
ряд
типологических
особенностей,
определивших
специфику
его
реа ли зма:
стремление
к
реалистическому
отражению
де йс твит ел ь ности
сочеталось
в
нем
с
обраще­
нием
к
романтическим
принципам
создания
об ра за,
к
просветительской
рег лам ент ации
характеров
и
поступков
героев.
Как
писал
Плеханов,
русское
иску сст во
этого
пе­
ри ода
«представляло собою своеобразную,
очень
пр ивле ­
кательную
смесь
реализма
с
идеализмом», таккакжизнь,
к
которой
апеллировали
новые
художники, «еще не сов­
сем
с л о жил ас ь », «она в значительной степени
са ма
еще
остается
и де ало м», поэтому они (ху до жни ки) «не удов­
летворяются
и
не
могут
удовлетвориться
действитель­
н ос ть ю», им хочется дополнить ее
«сообразно своему
и деал у »42.
Таким
образом,
кр итик а
Ткачева
выр осла
не
на
пу­
с том
месте.
И
хо тя
Ткачев-публицист
постоянно
пере­
в ешивает
Т кач ев а-кр ит ика,
в
его
статьях
от ра зилис ь
62


эстетические
представления
значительной
ча сти
русской
интеллигенции
60—70- х
гг.
Засл угой
Ткач ева
яв ляетс я
то,
что
он
уде лял
в
своих
статьях
много
внимания
так
называемому
«тенденциоз­
ному
роману».
Обращаясь
в
основном
к
а нали зу
идей­
ного
со дер жания
эти х
произведений,
он
сде лал
ряд
це н­
ных
наблюдений,
касающихся
их
художественного
свое­
образия.
Например,
он
о тмечает,
что
в
«тенденциозном
романе»
перевес
иде и
над
«психологической правдой»
образа
определяет
структуру
всего
произведения:
пи са­
те ль
«не ограничивается простым высказыванием своей
т енде нц ии,
он
вносит
ее
в
сам ую
концепцию
романа,
в
ра с положе ние
его
плана,
в
определение
вза имны х
отно­
шений
рисуемых
им
характеров» (II,380).
Ин тер есн ы,
хотя
и
весьма
с пор ны,
высказывания
Ткачева
о
худо­
же стве нн ом
методе
«тенденциозного романа»: он счита­
ет,
что
при
всех
внешних
различиях
этот
роман
имеет
много
общего
с
романтическими
и
нравственно-дидак­
тическими
романами.
Анализируя
произведения
писателей-демократов,
Ткачев
р аскр ыв ается
как
т о нкий,
вдумчивый
к ри тик.
От­
мечая
художественное
несовершенство
эти х
произведе­
ний
(рыхлость композиции,
стилистическую
бедность,
недостаточность
психологических
мо ти ви рово к), он объ­
ясняет
их
недостатки,
как
и
Салтыков-Щедрин
(«На ­
прасные
о пасения »), новизной материала,
сложностью
и
неразработанностью
проблем.
Но
недостатки
новой
ли­
тературы
искупаются,
по
мнению
критика,
верностью
реального
направления,
подлинно
гуманистическим
от­
но ше нием
к
народу.
По-иному
отнесся
он
к
тв орче ств у
писателей-дворян:
Л.
Толстого,
И.
С.
Тургенева,
Ф.
М.
Достоевского.
Его
резки е,
даже
грубые
оценки
надолго
определили.репута­
цию
Ткач ева
как
критика,
лиш енно го
э стетичес ко г о
чу в­
ства.
Та к,
он
последовательно
и
настойчиво
раз вен чи ва­
ет
писателей
40- х
гг.
(«Подрастающие силы», «Белле­
тристы-эмпирики
и
бе лле трис ты -ме та физик и», «Безобид­
ная
с а тир а», «Мужик в салонах русской беллетристики»
и
др .), ставит под сомнение искренность и действенность
их
о ппо з ицион ных
настроений,
которые
мирно
уживались
со
стремлением
«сохранить свято и ненарушимо .. .
ра ди
личного
комфорта
существующие
порядки»
(IV, 174).
Эти
писатели
для
Т кач ева
прежде
всего
помещики,
ко-
63


торые
жили
за
с чет
экспл у ат ации
своих
крестьян
и
пи­
сали
об
их
страданиях
после
с ытно го
обеда.
Чи тая
Гри­
горовича,
предостерегает
Ткачев,
нельзя
забывать,
«скольких Антонов потребовалось автору разорить для
того,
чтобы
выжать
из
своих
гл аз
те
деланные
слезы,
которыми
он
щедро
озарил
сво е
горемычное
повество­
в ани е» (II, 226).
В
Л.
Толстом
критик
увидел
л ишь
«салонного худож ­
н ика », произведения которого лишены глубокой мысли и
худ оже ств енн ой
цельности.
«Война и мир»— э то
описа­
ние
семейно-бытовых
отношений
«самых заурядных и
обиходных
лю дишек », к которому
«белыми нитками»
пришита
историко-философская
ко нц епц ия; «Анна Каре ­
нина »—
это
идеал из ация
Толстым
«амурных похожде ­
ний
и
ин триж ек
с воих
салонных
п ри ятеле й»43.
Столь
же
категорично
подошел
Ткачев
и
к
оценке
т ворче с тва
Тургенева
(«Неподкрашенная
старина»,
«Уравновешенные души»). Если Добролюбов видел в про­
изве де ниях
писат еля
«прелесть поэтических описаний»,
«тонкость и глубину в очертаниях разных лиц», высоко
ценил
его
способность
быстро
угадывать
«новые потреб ­
ности,
н овые
ид еи,
в носим ые
в
общественное
с о знан ие»,
то
Ткачев
от рица ет
и
худож ес твен н ость ,
и
общественное
значение
его
творчества.
По
его
мнению,
у
Тургенева
отс утств уе т
т во р ческая
фантазия,
поэтому
его
романы
однообразны
по
сюж ету ,
а
их
герои
б езли ки
и
нетипич­
ны:
в
них
нет
жизни,
это
психологические
«абсолюты»,
созданные
по
принципам
«метафизической беллетристи­
ки ».
Например,
Рудин
—
это
«абстракт болтливости,
дряблости
и
ничего
бо ле е »44. «Ба заров
столько
же
по­
ходит
на
живого
человека,
сколько
воронье
пугало
на
живое
сущес тв о»45.
Д аже
общепризнанное
мастерство
Тургенева
—
певца
первой
любви,
не
признается
кр и­
тиком,
который
доказывает,
что
Тургенев
и зобра жает
л ишь
«животные инстинкты,
неосмысленные,
слепые
бессознательные
вл ече ни я»46,
а
его
герои,
«постоянно
сосредоточивая
с вое
внимание
на
своем
по лов ом
чу в­
ст ве » 47, не способны замечать ничего,
что
происходит
вне
их.
Односторонность
и
несправедливость
этих
высказы­
ваний
очевидны,
но
тем
не
менее
они
нуждаются
в
объяс­
нении .
В
них
открыто
проявляются
из держ ки
к онце пции
64


кр итик а.
Во-первых,
он
прямо
св языв ает
оценку
тв ор­
чес тва
писателя
с
его
социальным
происхождением:
пр о­
изведение—
это
отражение
мировоззрения
писателя;
ми ровоз зре ни е
определяется
социальной
сред о й;
психо­
ло гия
ср еды
—
экономическим
у кладо м.
Так им
образ ом,
Толстой
—
«салонный художник»: «Он вырос в салоне,
он
со
в сех
сторон
о круже н
его
влиянием,
он
хорошо
знает
его
вкусы
и
привы чки » 48.
Тургенев
в
соответствии
с
логикой
критика,— «беллетрист-помещик», поэтому он
не
мог
быть
обличителем
пороков
крепостного
строя,
не­
смотря
на
субъективную
искренность.
Он
«совсем устра­
нил
из
своих
о писа ний
все
«страхи»
и
«ужасы»
крепост­
ных
порядков...
«Записки охотника»
н абр асы вают
какой-
то
идиллический
колор ит
на
крепостное
право»49.
В
га­
лерее
«лишних людей»
он
увидел
л ишь
помещиков,
ко­
т орые
«бесятся с жиру,
когда
вокруг
них
тысячи
умирают
от
недостатка
эт ого
вещества»50.
Еще
ре зче
отн ес ся
он
к
п рои звед ен иям
Тург ен ев а,
н апи санны м
в
70-е
гг.,
особен­
но
к
роману
«Новь», который расценил как карикатуру
на
молодое
поколение
и
идеализацию
ти па
буржуазного
дельца
в
лице
Соломина.
По
этой
же
логике
сатира
Салтыкова-Щедрина
ока­
зывается
«безобидной» («Безобидная сатира»), так как
и
этот
писатель
вырос
в
дворянской
усадьбе.
На
по доб­
ное
суждение
оказала
влияние
давняя
полемика
Пи са ре­
ва
с
«Современником», но оно является и крайним про­
явлением
односторонности
взглядов
самого
Ткачева.
Мнения
кр итик а
во
мн огом
перекликаются
с
поз ицие й
Салтыкова-Щедрина,
но
это
не
помешало
ему
в
угоду
концепции
ув и деть
в
бичующей
сатире
Ще дрина
«весе­
лонравный
х охо т» (IV, 171).
Во-вторых,
суждения
Ткачева
о
творчестве
Толстого
и
Тургенева
свя з аны
с
противоречивостью
его
представ­
лений
о
художественной
ти пиза ции .
В
теоретическом
пл ане
он
в ы сказал
немало
интересных
суждений
о
со­
отношении
общего
и
частного
в
художественном
образе.
Он
приходит
к
выводу,
что
«типический характер есть
продукт
художественного
си нтеза», что художественный
образ
—
«обобщенная индивидуальность и индивидуали­
зированное
обобщение»51.
Но
не дооц енка
спец ифик и
художественного
твор чес т ва
помешала
ему
диал ект ич е­
ски
применить
ра ционал ьные
тео ре тичес ки е
пр инц ипы
в
конкретном
анализе.
При меро м
может
сл ужит ь
ана-
5В-538
65


лиз
. критиком
художественной,
с труктуры
произведений
Л.
Толстого.
В
творчестве
Толстого,
по
его.
мнению,
со­
четаются
эмпирический
и
метафизический
способы
во с­
произведения
жизни.
Он
умеет
пластично
и
детально
рисовать
отдельные
эпизоды
(венчание Левина и Кити,
сцена
косьбы,
описание
скачек
и
т.
д .),
но
его
романы
распадаются
на
куски,
в
ха рак те рах
нет
цельности,
так
как
писатель,
интересуясь
час тн остями,
«совершенно
игнорирует
их
значение
по
отношению
к
ц е лом у»52.
Н ельзя
п о ня т ь , «зачем понадобились автору эти детали
и
подробности»53.
Ткачев
недоумевает
по
поводу
того ,
что
описанию
смерти
Фру-Фру
отв оди тся
больше
места,
чем
гибели
Анны,
а
охота
на
вальдшнепов
описана
по д­
робнее,
чем
обстоятельства,
вы звавш ие
разрыв
А нны
и
Вронского.
Не
понял
он
и
Леви на.
Ему
кажется,
что
Толстой
не
д ает
«никакого определенного представления
об
общем
х ар акте ре,
о
типических
свойствах
н р авств ен­
ной
физиономии
Л ев ин а»54, механически соединяя в нем
заботу
о
благе
крестьян
и
соблюдение
своей
выг од ы,
ин­
терес
к
философии
и
мечты
о
породистых
коровах
в
стаде.
Критик
бросает
писателю
серьезный
упрек
в
не­
способности
подняться
над
мело ча ми
б ыта,
поэтому
его
романы
не
дают
«никакой пищи ни уму,
ни
сердцу»55.
Ткачев
не
отрицает
наличия
мы сли
в
романах
Тол­
стого,
но
считает,
что
она
я вляетс я
не
как
резу ль тат
ху до­
жественного
воспроизведения
дейс твите л ьн о сти,
а
как
метафизическая
схема.
Философская
концепция
«Анны
Карениной», по его мнению,
не
воплощена
в
системе
худож еств ен ны х
образов,
напротив,
герои
превращаются
в
«знаки»
и дей
самого
а втор а,
становятся
психологиче­
скими
«абсолютами»: «Его главные герои гораздо более
напоминают
ход ячи е
воплощения
метафизических
сущ­
но сте й,
чем
живых,
ре альны х
л юдей »56.
Они
ка жутс я
критику
одинаковыми
манекенами,
на
которые
н ап яле­
ны
разные
платья.
Например,
между
Анной
и
Кити
он
не
видит
разницы,
так
как
«вне области любовных отно ­
шений
они
решительно
ничем
не
проявляют
своих
ха­
рактеров»57, но и в любви «являются
до
последней
сте­
пе ни
однообразными
и
баналь но
скучными»58.
Суждения
Ткачева
дол жны
анализироваться
не
толь­
ко
в
системе
его
литературно-эстетических
взглядов,
но
и
в
историческом
кон тек сте
эпохи.
Он
никогда
не
рас­
сматривал
литературу
л ишь
как
изящную
-
сло весн ост ь,
66


•он:
был
к р итико м -.п у бл ицис то м,. идеологом,
ко торому
б ыли
.важны
не
«отвлеченные шаблоны художественности», а
«количество и качество того умственного.
влияния»
(II, 375),.кот орое
ок азыв ает
произведение
на
общество.
•Авторы произведений не.
были
для
н его
абстрактными
фигурами:
они
ак тивн о
у част во вали
в
политической
и
литературной,
борьбе
и
не
просто
воспитывали
у
читате­
ля
эс тети ч еский
вкус,
но
оказывали
своими.
произведе­
ния ми
вполне
определенное
общественное
воздействие.
Естественно,
что
критика,
тем
бо лее
реальная,
не
могла
с
академической
.бесстрастностью
з ани мать ся
ана лиз ом
художественных
совершенств
и
недостатков;
полемиче­
ский,
пу бл ицист и ч еский
эл ем ент
неизбежно
влиял
на
анализ
ли те рату рн ого
процесса.
Демократическая
кри­
тика
бы ла
пристрастной,
партийной,
чего
никогда
не
скрывала.
Если
по до йти
к
.
с та тьям
Ткачева
в
этом
а спек те,
то
легко
можно
заметить
их
связь
с
общей
на­
правленностью
демократической
и
народнической
кр и­
тики.
Взгляды
Тка чева
далеко
не
во
всем
сов падал и. со
взг ляда ми
Салтыкова-Щедрина,
Шелгунова,
Мих айло в­
ского,
но
знаменательно
то,
что
их
подход
к
отдельным
литературным
я вле ниям
нередко,
близок.
Так,
оценка
Ткачевым
лите ра ту ры
40-х
гг.
в
ряде
важных
моментов
пер ек лик ается
с
щедр инс кой .
В
статье
«Напрасные
оп ас ения» (1868) сатирик отмечал неясность стремлений
лучших
.людей 40-х
гг., «мягко-идиллический
тон»
их
не­
довольства,
которое
не
могло
разрешиться
че м -нибу дь
иным, «кроме легкого и в сущности очень
незлобивого
буд и ров ан ия»59.
О
людях
40- х
гг.
весьма
скептически
отзывался
Н.
В.
Шелгунов,
хотя
он,
как
и
Щедрин,
вы­
д елял
из
их
среды
Белинского,
Герцена,
Огарева.
Что
ка са ется
скепт и ческо г о
отношения
к
Тургеневу
и
Л.
Толстому,
то
это
бы ло
свойственно
не
одному
Тк а­
чев у.
Один
из
критиков
«Дела»
прямо
за являл ,
что
«Пи­
семский,
Толстой,
Достоевский,
Тургенев
—
все
это
лю ди
отжившей
лите ра ту рной
школы»60.
О
Л.
Толстом
весьма
сурово
отз ывал ис ь
Щед рин ,
Щелгунов
(«Фило­
софия
за стоя »).
Мнение
Ткачева
об
«Анне Карениной»
было
п оддер ж ано
ШеЛгуновым,
который,
как
отмечает
Н.
С о кол о в, «в своей оценке романа несомненно исходил
из
той
же
точки
зрения,
которая
была
разв ита
в
статье
Тка чев а
«Салонное художество»61.
67


О
то м,
насколько
тесно
был
связан
Ткачев
с
де мо­
кратической
критикой,
свидетельствует
его
отношение
к
тво р честв у
Дос тоев ског о.
Н адо
ска за ть,
что
Достоевский
занимал
особое
место
в
критике
народников.
Он
пр инад­
лежал
к
в раж дебном у
лагерю,
был
воинствующим
п ро­
тивником
«нигилистов», вызывал
негодование
своими
выпа д ами
против
передовых
ид ей,
и
в
то
же
время
пуб­
лицист иче ск а я
критика
народников
отдавала
д олжн ое
его
таланту,
его
чуткости
к
биению
пульса
эпох и,
хотя
д алеко
не
всегда
постигала
глубину
его
большого,
но
«больного», «жестокого»
таланта.
Статьи
Т кач ева
о
До­
стоевском
(«Больные люди», «Литературное
по пур ри»)
принадлежат
к
числу
наиболее
интересных
среди
ста тей
других
современников
писателя.
Он
не
скрывает,
что
Достоевский
для
не го
—
пр едст а­
витель
враждебного
лагеря.
Как
и
вся
демократическая
критика,
он
в
романе
«Бесы»
увидел
проявление
слепой
враждебности
к
революционной
молодежи.
Герои
ром а­
на
—
это
«больные люди», не имеющие ничего общего с
теми,
за
кого
пытается
их
выдать
автор,
манекены;
к
каждому
из
которых
«нашит ярлык с означением харак­
тера
бреда,
которым
он
одержим» (III,35).
Талан т
Достоевского
Ткачев
определил
как
крайне
субъектив­
ный,
искусный
лишь
«в психиатрическом анализе» .
Но
только
негативными
ха ракт ер и стикам и
Ткачев
не
ограничивается.
Он
называет
Достоевского
«одним из за­
мечательнейших
и...
первокласснейших
художников..:
наш его
вр ем ени » (IV, 59), признает большое обществен­
ное
значение
его
произведений
и
утверждает,
что
«реаль­
ная
критика»
должна
с
«особым вниманием»
отнестись
к
его
п роизв еде ни ям.
Такая
оценка
мн ого
значит
для
крайне
сдержанного
на
похвалы
Ткачева.
По
его
мне­
нию,
в
романах
Д ос то ев ск ого, «затрагиваются
обыкно­
ве нно
т акие
психические
явления,
к от орые
играют
весь­
ма
видную
роль
в
жизни
изве стны х
классов,
известной
среды
на шего
общества
и
которые
представляют,
следо­
вательно,
весьма
любопытный
матер иал
для
оценки
о б щест венног о
и
умственного
состояния
этой
среды,
этих
к лас с ов» (IV,64).
С
этих
по зи ций
оценивает
он
роман
«Подросток», опубликованный в
«Отечественных запис­
ка х».
Он
подробно
анализирует
характер
Ар к адия
Д ол­
горукого,
его
«идею»
и
истоки
ее
форми рова ни я.
Критик
приходит
к
выводу,
что
она
не
имеет
ничего
общего
со
68


взглядами
«идейных людей», за одного из представителей
которых
хочет
выдать
автор
своего
Подростка.
Но,
отвер­
гая
тенденциозные
выпады
Достоевского
про тив
социа­
лизма
и
революционно-демократического
ми ров оззре ния,
Ткачев
признает
верность
изображенных
в
романе
ка р­
тин
по
отношению
к
сред е,
которая
«только и живет
мыслью
о
наживе»
и
«все заветные помыслы»
которой
на пр авле ны
«к обогащению,
к
накоплению» (IV,85).
Соглашаясь
с
доб ролю бо в ской
оце нк ой
«забитых людей»,
Тка чев
использует
по нятие
«идейные забитые люди», на­
зыв ая
так
современных
Голядкиных
и
Девушкиных,
ко­
торых
буржуазные
отношения
за ста вляют
ме чта ть
о
«миллионе»
как
единственной
возможности
о тсто ять
себя.
Ткаче в ,
та ким
образом,
уловил
антибуржуазное
со­
д ерж ание
романа
«Подросток», хотя мотивы автора счи­
та ет
противоречащими
жизненной
правде.
Эта
статья
ин­
т ерес на
не
только
те м,
что
Ткачев
объективно
проанали­
зир ова л
противоречия
писателя.
В
ней
ясно
виден
метод
Ткачева-критика,
то,
как
соотносит
он
анал из
про изве ­
дения
с
оценкой
его
общественного
звуч ания
и
обще­
ственно-политической
по зици ей
ав тор а.
Таким
об разо м,
анал из
статей
Ткачев
дает
в озмо ж­
нос ть
проследить,
как
отра жаютс я
общие
принципы
ме­
тод а
на ро днич еской
кр и тики
в
деятельности
и
в згляда х
одного
из
ее
видных
представителей.
Его
теоретико­
литературные
суждения,
оценки
конкретных
явл ени й
ли­
те рат урн ого
процесса,
сильные
стороны
и
заблуждения
оказываются
не
просто
случайными,
сугубо
индивиду­
альными,
а
пр едставл я ют
сложную
систему,
структура
которой
яв ляется
частью
общей
струк туры
народниче­
ско й
к рит ики.
Ин ой
конкретной
формой
проявления
этой
общности
будет
си сте ма
литературно-критических
взглядов
П.
Л.
Ла вро ва.
Сопоставление
Лаврова-критика
и
Ткачева-критика
интересно
само
по
себе,
так
как
в
их
судьбе,
в
их
де я­
тельности
много
общего:
оба
они
активные
у час тники
революционного
движения,
его
идеологи;
оба
руководи­
ли
в
эмиграции
революционными
изданиями;
оба
б ыли
опыт ным и
пропагандистами
со ци али стичес ких
идей,
проявляли
большой
интерес
к
пролетарскому
дв иже нию
в
Западной
Европе
и
его
идеологии
—
марксизму.
И
тем
не
менее
Ткачев
и
Лавров
—
своеобразные
ант ипо ды.
5 В-533
69


По-разному
нач инал ась
их
революционная
де яте льн ост ь,
так
как
Ткачев
пришел
в
революцию
еще
на
студенче­
ск ой
с ка мье,
а
у
Ла вро ва
пу ть
формирования
революци­
онного
мировоззрения
был
длительным
и
противоречи­
вым.
Тк ачев
ср азу
же
проявил
се бя
как
публицист,
как
кр и­
ти к,
а
Лавров
прежде
всего
у че ный,
теоретик
по
скл аду
своего
ума ,
поэтому
акаде мич еская
манера
его
стате й
сильно
отличается
от
за па л ьчивог о,
ре зк ого
тон а
статей
Ткачева.
По
философским,
со цио ло гич ески м,
обществен­
но-политическим
в згляда м
они
тоже
были
антиподы:
Лавров
был
создателем
субъективного
метода
в
социо­
логии
—
Ткачев
резко
критиковал,
как
отмечалось
в
п ре­
ды ду щей
главе,
эт от
метод
и
пр отивопо ст авлял
ему
с вое
понимание
экономического
детерминизма;
Ткачев
был
сторонником
революции
для
народа,
но
без
народа
—
Лавров
был
убежден,
что
«перестройка русского обще ­
с тва
должна
быть
совершена
не
толь ко
с
целью
народ­
ного
блага,
не
толь ко
для
народа,
но
и
посредством
на­
рода»62.
Не
случайно
в
период
эмиграции
между
Л ав­
р овым
и
Ткач ев ым
не
утихала
полемика,
приним а вша я
н ер едко
резкую
форму.
Оч ень
ра зн ыми
были
они
и
как
л итер ат урные
кр ити ки:
в
их
статьях
разная
направлен­
нос ть
интересов,
различны
приемы
анали за. . .
Но
тем
не
менее
и
Лав ро в,
и
Тка чев
по
т ипу
мировоззрения,
по
методу
своей
кр ити ки
являются
представителями
одного
напр авлен ия
в
развитии
э стетиче ской
и
литературно­
критической
мысли.
Литературно-критическая
деятельность
Лаврова
имеет
ряд
специфич еск их
особенностей.
Во-пе р вых ,
она
н ач алась
сравнительно
поз дно .
Его
обращение
к
литературной
критике
и
публицистике
при­
х о дится
на
период
вологодской
ссылк и .
До
этого
Л ав­
ров
т оже
много
писал
о
литературе,
но
его
работы
пер­
вой
половины
60- х
гг.
посвящены
в
ос новно м
разра ботке
проблем
эстетики
и
философии
и ску сств а.
Научный,
сугубо
теоретический
«пролог»
деятельности
Лаврова-
критика
наложил
заметный
отпечаток
и
на
его
ли тера­
турно-критические
статьи.
Лавров,
как
никт о
другой
из
кри тиков -н ародн ик ов,
уделял
м ного
внимания
эстетике
и
теории
литературы,
его
привлекали
т акие
проблемы,
как
структура
эстетического
идеала,
хара ктер
эстетиче­
ск ой
реакции,
творческий
процесс,
прогресс
искусства,
70


сущность
прекрасного...
Устойчивый
интерес
Лаврова
к
теории
искусства,
к
широким
обобщениям
является
важ­
ным
ф ак тором,
определившим
своеобразие
его
критиче­
ск ого
метода.
Во-вторых,
Лавров
как
критик
не
бы л,
в
от лич ие
от
др угих
на родни ков ,
свя зан
долго
и
п рочно
с
каким-то
одн им
изданием,
так
как
большая
час ть
его
статей,
при­
сыл аем ых
нелегально,
п еч атал ась
в
различных
журна­
лах .
Поэтому
«журнальный контекст»
в
статьях
Лавро­
ва
менее
заметен,
хотя
игнорировать
его
н е льзя:
вынуж­
денный
печататься
в
журналах
разных
направлений
и
к
тому
же
ск рыва ть
св ое
авторство,
Лавров
естественно,
должен
был
учитывать
это
обстоятельство.
И,
в-третьих,
вз гля ды
Лаврова,
в
том
числе
литера­
турно-критические,
претерпели
значительную
эво люци ю,
и
от
ряда
положений,
защ ищаем ы х
в
статьях
нач ала
60-х
г г.,
он
впо с лед ствии
решительно
отошел
(в первую
очередь
от
пр инц ипа
бес пр истр аст но сти
искусства), что
не
всегда
учитывается
в
немногочисленных
работах
о
его
литературной
критике.
Поэтому
в
данной
главе
будут
рассматриваться
преимущественно
статьи
второго
перио­
да
деятельности
Лаврова,
когда
сформировались
основ­
ные
принципы
его
народнической
иде о ло гии.
К
литературной
кр итике
он
обращался
сравнительно
редко,
но
его
статьи
разнообразны
по
проблематике,
жанру,
отличаются
широким
теоретическим
диапазоном.
Отдавая
все
си лы
пропаганде
революционных
иде й,
Лавров
находил
время
и
возможность
откликаться
на
важнейшие
литературные
явле ния
своего
времени.
Им
написаны
статьи
о
Тургеневе,
Герцене,
Чернышевском,
он
ре гуляр но
помещал
в
журналах
обзоры
нов ино к
рус ­
с кой
и
зарубежной
литературы,
периодических
издан ий.
Особенностью
Лаврова-критика
является
то,
что
он
много
писал
о
западноевропейской
литературе:
о
Лессин­
ге,
Гюго,
Мюссе,
Лонгфелло,
Шекспи р е,
Гейне,
Кар л ейле
и
других.
Актуальные
вопросы
теории
критики
и
худо­
жественной
литературы
поставлены
им
в
ст ать ях
«Ла -
окоон,
или
о
гр ани цах
живописи
и
поэ зи и» (1860), «Пись­
мо
провинциала
о
задачах
сов рем енной
к ри тик и» (1868),
«Письмо провинциала о некоторых литературных явлени­
я х» (1869), «Письмо в редакцию « Биб ли ог раф а» (1869),
«Кому принадлежит будущее?» (1872), «Турист -эс т ет ик»
(1879).
Проблемы
искусства
занимают
видное
место
в
5*
71


таких
его
ка пита ль ных
тру да х,
как
«Очерки вопросов
пра кти чес кой
ф ило с оф ии», «Три беседы о
современном
значении
фило с офии», «Задачи
понимания
истории»,
«Опыт истории мысли нового времени» .
В
те о р етическ их
и
литературно-критических
работах
Лаврова
явственно
прослеживается
его
связь
с
принци­
пами
ре а льной
кр ити ки.
Через
все
его
статьи
проходит
мысль
о
реал из ме
как
типе
мышления
людей
19 в.,
сущность
которого
—
стремление
соединить
теорию
с
пра ктик ой,
отказ
от
ин­
ту иции
и
мис т ики
в
пользу
науки,
за щита
идеала
спра­
ведливого
общественного
строя.
В
соответствии
с
отно­
шением
к
реал изм у
он
предлагает
р ассмат р иват ь
и
ху­
дожественные
произведения,
приче м
те
из
них,
которые
не
о тража ют
духа
времени,
относятся
им
к
«печатной
бумаге»63.
Продолжая
традиции
реальной
к р итики
60- х
гг.,
Лавров
ра ссма тр ив ает
литературу
как
явление
жизни.
«Как ни жгучи бывают литературные вопросы,
но
жгу­
честь
их
з ависит
не
от
то го,
что
эти
вопросы
«литера­
турные», а потому,
что
ли тература
отражает
в
себе
все
заботы
жизни»64.
Огромное
внимание
у деля ет
он
идей ­
ной
направленности
произведения.
В
статье
«Кому при­
н адл ежит
бу ду щее?» (1872) он устами молодого русско ­
го
революционера
говорит,
что
«общее презрение пора­
зило
бы
между
нам и
то го
художника,
который
стал
бы
в
настоящее
вре мя
играть
искусством
в
защиту
всех
политических
девизов,
а
не
поставил
бы
слово,
кисть,
резец
оруд ие м
борьбы
за
определенное
мировоззрение»65.
Он
да же
готов
простить,
если
«под. . .
слабою...
формою
ос­
т анется
содержание,
мысль
автора,
оценка
которой
не
лишена
значения»66.
Идейная
направленность
произве­
дения
становится
для
Лаврова
одним
из
важнейших
к ри­
териев
художественной
це ннос ти: «... Лишь
мысль
выку­
пает
н едо ста тки
формы
в
тех
сл уча ях,
где
она
свидет ель­
ствует
о
расширении
и
просветлении
вз гляд а
поэта
на
жизнь,
на
мир
и
на
ис т орию» 67.
Защита
«правильного»
направления,
борьба
с
различными
ф ормами
аполитиз­
ма
и
реа кц ионн ых
тенденций
в
искусстве
придают
кр и­
ти ке
Ла вр ова
б оев ой,
публицистический
характер.
Круг
его
симпатий
и
антипатий
выражен
предельно
четко
и
позволяет
говорить
о
Лаврове
как
об
убежденном
и
последовательном
кр и тике
демократического
лагеря.
Он,
72


например,
с
ироние й
пиш ет
о
«туристах- эс тети ка х»,
«литературных лакомках»,
которые
не
в идят
ни чего,
кроме
«чистой формы», и
готовы
«захлебываться от
восторга
при
бессодержательном
впечатлении
тихого
вечернего
лан дша фта ,
где
лу чи
света
так
интересно
скользят
над
полуразрушенной
избой»68.
Л и тера тура
для
него
—
учебник
жизни,
а
критика
—
«адвокатура на суде современной мысли» 69.
Он
на зы­
вает
«дряблой»
публицистику,
которая
«никого не руко­
водит,
ничего
не
поддерживает,
вечно
но ет
о
своей
бе с­
сильной
благонамеренности»70.
Сам
Лавров
никогда
не
затушёвывает
того,
что
он
о т стаив ает
и
про тив
к ого
выступает.
Как
и
другие
представители
демократической
к р итики
60—80- х
гг .,
он
не
жалеет
резких
слов
в
адрес
«дурнопахнущих»
ан ти ни гил ис тических
романов,
авторов
которых
он
н азыв ает
«лягающимися литераторами»71.
По
его
мнению,
нельзя
н азва ть
значительным
про изве ­
дение,
автор
которого
в
уго ду
своим
взгляд ом
сознатель­
но
искажает
художественную
логику
развития
характе­
ра,
отступает
от
жизненной
правды.
Он
не
принял,
на­
пр име р,
романа
Гончарова
«Обрыв», в
котором
«конец
явно
пришит
белыми
н итк ами
к
предыдущему», потому
что
автор
«совершенно сознательно приносит в жертву
благонамеренности
лучшее
свое
создание,
тип
Вер ы »72.
За
«упорную кампанию против русской революционной
молодежи»
осу ж дает
он
Достоевского,
хот я
и
отдает
до лжн ое
его
«неоспоримому таланту»73.
И,
напротив,
с
симпатией
и
по ним ан ием
встречает
он
всякую
попыт­
ку
честно
и
объ ек ти вно
воспроизвести
но вые
явления
жизни.
Таким
образом,
мнения
Лаврова
по
важнейшим
проб­
лемам
теории
реализма
и
литературного
процесса
своего
времени
совпадают
с
тем,
что
писали
по
аналогичным
поводам
другие
критики-народники.
Но,
разумеется,
Лавров
не
п овто рял
сказанное
другими,
его
суждения
о
текущих
задачах
литературы
оригинальны,
обусловлены
как
системой
его
фил осо фски х,
социологических
и
эс те­
т ич еских
взглядов,
так
и
идеологией
народничества
в
целом.
В
диалектической
связ и
эти х
факторов
и
раск рыва ет­
ся
специфика
критического
ме тода
Ла вр ова
как
пред­
ст авите ля
народнической
критики.
73


Анализ
его
литературно-критических
взглядов
дает
возможность
проследить
влияние
субъективного
метода
народников
на
систему
их
эсте тически х
представлений,
так
как
у
Ла вр ова,
выдвигавшего
на
пер вый
п лан
теоре­
тические
проблемы,
св язь
с
общефилософским
ме то дом
выступает
в
более
явст вен но й
фо рме,
чем
у
других.
Она
проявляется
уже
в
исходном
моменте
его
эстетической
системы
—
в
по ним ании
генезиса
и
фу нкции
ли тер ат уры.
В
духе
субъективной
с оциол ог ии
критик
р ассм атр и вает
литературу
и
искусство
как
«элементы развития мысли»,
различные
комбинации
которой
соотносятся
с
«потреб­
ностями
ра зви ти я», вызываемыми ходом истории.
Ход
же
ис то рии
определяется
«идейными течениями,
кото­
рые
вырабатываются
в
и нт ел л иген ции»74.
Лавров
по­
стоянно
у т вер ждает,
что
художник
должен
бороться
со
зло м,
сл ужит ь
прогрессу,
но
прогресс
в
его
понимании
«есть сам по себе не более как субъективный взгляд на
события
с
точки
зрения
наше го
нравственного
и деал а» 75.
Искусство,
по
мнению
Ла вро ва,
должно
выполнять
роль,
аналогичную
роли
«критически мыслящих лично­
сте й »: уяснять потребности и цели общественного разви­
тия ,
спо со бств о вать
его
продвижению
по
пут и
прогресса.
Де лать
же
эту
сторону
произведения
я сной
для
читаю­
щей
публики
должна
критика,
задачи
которой
рассма­
триваются
то же
в
дух е
«Исторических писем».
В
статье
«Письмо провинциала о задачах современной критики»
(1868) он пишет,
что
«оценка литературного произведе ­
ния
им еет
смысл
л ишь
н ас тол ь ко, ...насколько эта оценка
угадывает
место
разбираемого
произведения
в
вечной
борьбе
нового
со
с тары м,
в
историческом
прогрессе
о б щест венной
жизни».
Критика
«обязана измерять»
ме с­
то
произведения
«в борьбе за прогресс»,
поэт ом у
к ри­
тик
должен
«понять упомянутое требование»
и
у бедит ь
читателя,
что
его
«кодекс разумен» 76, он
«неизбежно
говорит
современникам,
что
для
них
лучше,
же ланне е,
в
каком
напр авле нии
лежит
для
них
истинное
жизненное
дело»77.
В
этой
стать е,
ос но вные
положения
которой
бу­
дут
развиваться
в
таких
фундаментальных
трудах
Лав­
ров а,
как
«Цивилизация и дикие племена», «Опыт ис­
тории
мысли
нового
вр е мен и», «Задачи понимания исто­
ри и », особенно заметна установка на категории должно­
го,
желательного,
свойственная
романтическому
мышле­
нию
народников.
Но
столь
же
очевиден
и
демократиче­
74


ский,
революционный
хар ак тер
их
ми ровоз зре ни я.
Мы
вид им
как
он
«из своей субъективистской философии де­
лал
революционно-демократические
в ыв о ды»78. В упомя­
нутой
статье
Лавров
делает
такой
вы во д: «Критика со­
в ерш енно
отвлеченная,
пренебрегающая
влиянием
на
общество,
может
б ыть
научна,
но
она
заб ыва ет
треб ов а­
ния
ж и зн и» 79. И вся статья Лаврова
становится
защитой
передового
иску сс тв а,
обоснованием
принци пов
реаль­
ной
кри т ики.
Но,
рассматривая
искусство
как
элемент
раз вит ия
мысли
и
подчеркивая
в
свя зи
с
этим
его
ро ль
как
«учеб­
ника
ж изн и», Лавров всегда имел в виду специфику ис­
кусства
как
мышления
в
образах.
Оно
«вводит в мир
р еа льный
то,
что
принадлежало
только
нашему
вну ­
треннему
ми ру» 80, поэтому процесс творчества связан с
созданием
художественного
идеал а,
т.
е.
«живой лично­
сти
с
ее
стремлениями
и
увлечениями,
дос тоин ств ами
и
недостатками»81.
Ла вр ова
не
удовлетворяло
то,
как
ре­
шалась
в
современной
ему
эстетике
и
критике
проблема
художественной
формы,
причем
он
выступал
как
против
«сидней в литературе», которые игнорируют форму;
так
и
против
«эстетиков», которые преклоняются только перед
изяществом
литературной
о тдел ки.
Он
пишет: «Как ни
благородны,
как
ни
современны
мыс ли,
высказанные
стихотворцем,
но,
если
он
пише т
деревянными
стихами,
ес ли
он
не
уловил
стройной
формы,
он
никогда
поэтом
не
будет»82.
Эта
мысль,
высказанная
еще
в
«3- х
беседах
о
со вр еменно м
зн аче нии
фил ос офи и» (1860),
остается
у
Лаврова
не изм е нной,
несмотря
на
существенную
эволю­
цию
его
эс тетичес ки х
взгля д ов.
В
статье
«Шекспир в
наше
в ремя», написанной через двадцать с лишним лет
(1882), он снова подчеркивает,
что
«гармоничность,
от­
делка
и
за конче нн ость
избранной
формы
есть
всегда
первое
и
неизбежное
усл ов ие
художественного
творче­
ств а» 83.
Лавров
не
просто
в ыск азыв ает
это
положение,
восходящее
еще
к
Белинскому.
Он
пытается
науч но
объ ­
ясни ть
и
об осн ов ать
процесс
пре вр а щения
реального
предмета
или
я вле ния
в
«факт художественного творче ­
ств а», подробно рассматривает вопрос о структуре эс­
тетического
ид еала,
о
внутренней
организации
художе­
ственного
текста
и
т.
д.
Заметно
его
стр емл ени е
ра ссмо ­
тре ть
содержание
и
форму
как
эстетическое
единство.
С
эт ой
целью
он,
как
и
Белинский,
широко
использует
75


п он ятие
«пафоса» .
В
статье
«Шекспир в наше время»
он
п одч ерк ив ает: «Мы удовлетворимся лишь тогда,
к ог­
да...
жгу чие
вопросы
жи зни. ..
вст ан ут
пе ред
нам и
в
об­
разе,
созданном
фа нтаз иею
художника,
в
лирическом
его
настроении.
Эстетическое
наслаж ден ие
нам
всегда
до­
ста вляет
не
полное
отречение
от
за бот
действительно­
сти...,
но
наиболее
яркое,
выпуклое
и
жи вое
воплощение
этих
самы х
за бот
в
художественную
форму»84.
Мысль
об
образной
природе
искусства
не
отрицалась
и
другими
народниками
(«психологическая правда»,
«художественная правда»
у
Ткачева,
теория
рефлектиро-
ван ия
впечатлений
у
Ск аби чев ског о), но они были склон ­
ны
р ассмат р иват ь
форму
как
не что
менее
существенное,
чем
содержание.
Лавров
в
своей
теории
искусства
стара­
ется
установить
взаимосвязь
эс тетичес ки х
и
гносеологи­
ческих
функций
искусства,
но
сделать
это
ему
не
у да­
лось.
Дело
не
в
то м,
что
он,
по
мнению
В.
Н.
Лу кина,
«не заметил
...
органической
диалектической
взаимосвя­
зи
формы
и
со дер жани я
художественного
произведе­
ни я»
и
да же
не
с делал
попытки
«поставить проблему
взаимодействия
э тих
эс тетичес ки х
ка т ег ор ий»85.
Взаи­
мос в язь
фор мы
и
содержания
Лавровым
осознавалась,
хотя
и
по-разному
в
различные
периоды
деятельности.
Но
эту
с вязь
он
устан авли ва л
дек ларат и вн о,
по это му
(и тут мы согласны с В.
Н.
Лукиным)
«форма и со ­
держание
искусства
в
его
эстетической
к онце пции
ос­
таются
самодовлеющими,
изолированными
д руг
от
друга
эстетическими
к ате г ори ям и»86, что особенно за­
метно,
ког да
он
пытается
соединить
их
в
анал из е
кон­
кретного
художественного
произведения:
анализ
идей­
ной
проблематики
и
анализ
«технической отделки»
ведется
им,
как
пра ви ло,
и зол и рован но,
хотя
в
том
и
другом
аспектах
анализа
он
проявляет
с ебя
как
критик-демократ,
тонкий
цени тел ь
красоты
художе­
ственного
слова.
Теоретические
представления
Ла вр ова
о
специфике
иску с ства
своеобразно
преломляются
в
его
ст ать ях
о
литературе
и
искусстве.
Его
ид ея
об
искусстве
как
элементе
мы сли
находит
с вое
выражение
в
то м,
чт о,
анализируя
литературное
на пра вле ние
или
тво р честв о
писателя,
он
стремится
прежде
всего
выяснить,
как
о тр азил ись
в
этом
лите­
ра турн ом
направлении
общественные
потребности.
Так,
76


в
статье
«Александр Иванович Герцен»
он
уста на вли ­
вает
прямую
связь
между
историей
литературы
и
исто­
рией
развития
общественной
мысли.
Например,
в
20—
30-е
гг.
потребность
в
ре ш ении
«практических вопро ­
сов»
положила
«основание»
реализму
в
поэ з ии,
т.
е.
творчеству
Пушкина
и
Гоголя.
Уяснение
«реальной ис­
тины»
в
40-е
гг.
от ра зило сь
в
к рит ике
ломкой
старых
идеалов
Белинским,
который
о бо бщил
все
лучшее,
что
б ыло
в
русской
литературе,
и
«выработал теорию реа­
ли зма
в
иску сст ве
с
такой
последовательностью
и
тон­
костью,
как
она
едва
ли
б ыла
выработана
кем- ли бо
из
европейских
кри ти ков »87.
В
произведениях
писателей
на тур аль ной
школы
р еал изм
становится
уже
«безуслов ­
ным
требованием
русского
и ску сс тва».
Р еал изм
р ас­
см ат р ивается ,
таким
образом,
не
только
как
литературное
на пра вле ние,
но
и
как
я вл ение
демократической
мысли;
он
был
для
русской
интеллигенции
«лишь формою,
под
которой
она
ж ажда ла
снова
борьбы
против
царства
пошлости
и
унижения
человеческой
личности»88.
В
эт ом
же
плане
исследуется
эволюция
русского
и
западноевропейского
романтизма.
Романтизм,
по
его
мне нию,—
это
результат
бурных
общественных
потрясе­
ний
кон ца
18—
н ачала
19 вв.,
его
развитие
обуслов­
л ено
«борьбою
революционных
и
реак цион н ых
эле ­
ментов»89.
В
эволюции
романтизма
он
н амеч ает
три
периода,
свя з ывая
их
с
эволюцией
социально-политиче­
ских
и
экономических
о тно ше ний: 1-й
—
это
«взрыв
эпо хи
бурь
и
во лнений», «политический энтузиазм во
Франции
конца
18 в.»; 2-й
—
наступление
ц арст ва
бур­
жуазии; 3-й
—
кризис
капиталистического
строя»90.
На
ла вр овск ую
концепцию
развития
литературы
ока­
з ало
значительное
влияние
б ли зкое
знакомство
с
рев о­
люционной
борьбой
на
Западе,
он
испытал
воздействие
идей
Мар кса
и
Энгельса,
с
которыми
поддерживал
в
т ечени е
многих
лет
дружеские
отношения.
Основным
содержанием
эпо хи
он
считал
классовую
борьбу
про­
летариата
с
буржуазией
и
утверждение
иде ал ов
социа­
лизма.
Тем,
насколько
глубоко
«угадала»
литература
эти
новы е
тенденции
эпо хи,
определяет
Лавров
ее
идей­
ную
глубину
и
об щ ест венную
значимость.
Он
отрица­
тельно
отнесся,
как
и
вся
народническая
кр ит ика,
к
мо­
дернизму
и
натурализму,
расценив
их
как
вы раж ение
стремления
буржуазии
«заглушить жаждою чувствен­
77


ных
оргий
и
утонченного
ко мфо рта
грозный
призрак
все
обостряющейся
классовой
б орьб ы»91.
И
в
то
же
в ре­
мя
он,
как
и
Ткачев,
стремился
у ви деть
уже
в
настоя­
щем
пробл е ски
лит ера ту ры
будущего,
посвятив
н ес коль­
ко
статей
пролетарской
поэзии
30—40- х
гг.
За
фор­
мальными
недочетами
и
узостью
тематики
поэтов
рабо­
чего
кл асса
он
з амет ил
зародыш
принципиально
но­
в ого
отношения
к
жизни:
творчество
этих
поэтов
(на­
пример,
Э.
Э лл и ота ) «громко звучало в возбужденных
ма сса х» 92, их протест направлен не против частных яв ­
ле ний,
а
«против основных начал наличного обществен­
ного
строя»93.
Таким
об ра зом,
взгляды
Лаврова
на
спе циф ику
и
развитие
искусства
—
явление
весьма
противоречивое,
при чем
ха рактер
этих
противоречий
хотя
и
является
от ра жение м
взглядов
самого
критика,
присущ
народни­
ческой
эстетике
в
целом.
Например,
Лавров,
как
и
другие
народники,
делает
попыт к у
определить
объективные
критерии
искусства,
поставить
эстетику
на
науч ну ю
осн ов у.
Такими
крите­
риями
становятся
чуткость
«к изменениям мысли и об ­
щественных
стремлений
своей
современности»94, спо­
собность
правильно
угадывать
«процесс истории», защи­
та
передовых
идеалов
своего
времени.
Именно
поэ том у
эстетика
и
критика
Ла вр ова
но сят
боевой
характер,
па фос
его
работ
о
литературе
—
защи та
дей ственно г о
и ск усс тва,
выражающего
чая ния
трудового
народа.
Именно
поэтому
он,
подобно
Ткачеву,
обусловливает
подлинный
расцвет
искусства
победой
социализма,
ког­
да,
ов л адев
научным
представлением
о
«потребностях
р а звития»,
отбросив
в еру
в
«мистический промысел»,
искусство
при обре тет
со вер шенно
новый
характер.
Лав­
ров
и нту итив но
чу вство вал
историческую
ограничен­
ность
ре ализм а
19 в.,
которую
он
видел,
как
и
Тка чев
(вспомним «мета ф изи ков»
и
«эмпириков»), в отсутст ­
вии
ясных
представлений
о
закономерностях
развития
об ще ств а'.
Мысль
Лаврова,
что
то лько
при
социализме
будут
созданы
объективные
предпосылки
для
искусства,
принадлежащего
народу,
тоже
яв ляет ся
важным
завое­
ванием
на ро дни ческо й
э стетики .
Их
и деал
литературы
будущего
в
известной
степени
перекликается
с
извест­
ными
сл ова ми
Ф.
Э н ге ль са: «Полное слияние большой
идейной
гл уб ины,
осознанного
исторического
содержа­
78


ния...
с
шекспировской
живостью
и
бо г атство м
дей стви я
бу дет
достигнуто,
вероятно,
только
в
будущем»95.
Однако
с
теоретической
точки
зрения
с истем а
взгля­
дов
Лаврова
на
искусство
оказывается
весьма
уязви ­
мой.
Во-пе рв ых,
представления
Ла вро ва
о
«потребностях
развития»
находятся
в
рус ле
его
субъективной
социо­
логи и,
и
в
этом
сказ ало сь
отмеченное
в
первой
главе
противоречие
между
стремлением
народников
к
объ ­
ективности
исследования
и
субъективностью
их
метода.
Рассматривая
иск усст во
как
«элемент мысли», Лавров
естест венно
переносит
и
в
об ла сть
эстетики
систему
своего
соц иоло г ическ о го
мышления.
Во-вторых,
односторонними
оказываются
и
суждения
о
научных
критериях
в
искусстве.
У
на уки
и
искусства
есть
генетическая
общность
—
это
«мыслительная пе ­
рераб отка
тех
(субъективных образов объективного
мира,
которые
о казы вают ся
в
нашем
сознании
в
в иде
представлений»9б.
Но,
признавая
образную
природу
искусства
и
вы ска­
зыв ая
по
это му
поводу
немало
интересных
мы сле й,
Лавров
смешивает
на
практике
функции
логического
и
образного
мышления,
переносит
критерии,
которые
слу ­
жат
для
оценки
прогресса
общественных
явл ени й,
на
о ценку
прогресса
и ску сства ,
хо тя
первые
не
учитывают
сп ециф ики
искусства.
Кроме
тог о , «идеи,
дающие
новы е
знания
о
мире,
сам и
по
себе
не
о бес печива ют
художе­
ственному
произведению
роль
качественно
нов ого
явле­
ния
в
иск у сств е» 97.
Смешение
этих
критериев
приводит
к
тому,
что
Лав ро в,
скло нен
подчас
р ассмат р иват ь
ис­
кусство
как
своеобразный
суррогат
науки.
Он
пишет,
что
художник,
«воспринимая цельную комбинацию
явл ени й,
имеет
возможность
в
иных
случаях
уловить
гораздо
бли же
(чем ученый. —
В.
К.)
действительный
смысл
исторического
т еч ени я»98.
Но
такое
положение
возможно,
по
его
мнению,
лишь
на
низкой
стадии
нау ­
ки: «Чем обширнее распространяются знания. ..
тем...
труднее
художнику,
путем
э стетиче ско г о
чутья,
ос та ться
в
своем
воплощении
нау ч ной,
философской,
нравствен­
ной
мысли» ".
Это
не
мешало
Лаврову
уд е лять,
в
отличие
от
д ру­
гих
народников,
много
внимания
анал изу
художествен­
ной
формы
произведений
Пушкина,
Фета ,
Тютчева,
79


Гюго,
причем
он
обнаруживает
большой
вкус
и
тонкое
понимание
специфики
творчества
писателя.
Но
этот
ан а­
лиз
но сит
у
Ла вро ва
фо рма льн ый
характер:
его
при­
в лека ет
функция
художественной
д етали
(например,
«простертая в вышине»
р ука
Петра,
в
«Медном всад­
нике», ритм стиха и прозы
(описание степи в « Т ар асе
Бул ь б е», ритмика стихов Фета), экспрессивность роман ­
тического
стиля
В.
Гюго.
Однако
«формализм»
Л ав­
рова
прямо
связан
с
его
«социологизмом»; то и дру ­
гое
—
результат
непонимания
т ого,
что
«формы поэти ­
че с кого
мышления
представляют...
не
набо р
тех н иче­
ск их
с редс тв
или
в неш них
по
отношению
к
содержанию
поэзии
абстрактных
элементов,
а
про до лже ние
и
выра­
жение
самого
ее
содер жан ия,
определяются
и
обуслов­
ливаются
и м» 10°.
В
этом
отношении
Л ав рову
бы ла
сво йс твен на
общая
для
всех
народников
одностронность
литературно-кри­
тического
анализа,
вызванная
как
публицистической
направленностью
их
критики,
так
и
особенностями
их
методологического
мышления.
Все
они
признавали
ва ж­
но сть
психологической
мотивировки
характера
и
ху­
дожественного
совершенства
произведения,
подмечали,
где
произведение
сши то
«белыми нитками», где нару­
ше на
логика
художественного
повествования,
но. «фор­
ма»
и
«идея»
лежат
у
них
в
разных
п лоск ост ях
ан а­
ли за,
поэтому
не
только
Лавров,
но
и
Ткаче в
становит­
ся
ед ва
ли
не
формалистом,
представителем
отвергае­
мой
э стетиче ской
критики,
к огда
об ращ ается
к
анали­
зу
худ ож еств ен ной
формы.
Критики-народники,
усвоившие
завещанный
р ево лю­
ци он но-де мокра тичес кой
критикой
пр инцип
идейности
литературы,
утратили
св ойст венно е
Белинскому,
Чер­
ны шев ско му
и
Добролюбову
понимание
т ого,
что
«пер­
вый
зако н
худож ес твен н ости
—
единство
произведе­
ния»
І 01.
Великолепными
образцами
такого
целостного
анализа
являются
статьи
Добролюбова
об
Островском,
Гончарове,
Тургеневе,
статья
Чернышевского
о
Толстом,
в
которой
критик
«соотносит результаты творческой
деятельности
писателя
с
их
предпосылками,
ус тан ав ли­
вает
с ложн ые
взаимосвязи
художественности,
ид е йных
устремлений
и
личности
автора»102.
Пра вд а,
Ла в рову
в
ряде
ста тей
уда ется
преодолеть
односторонность
анал из а.
В
эт ом
от нош ении
на иб олее
80


у дачны ми
являются
две
его
статьи
о
Тургеневе: «Но­
вый
роман
г -на
Тургенева» (1877)и «Тургенев
и
ра зви­
тие
русского
общ ес тв а» (1884).
Эти
статьи
отличаются
прежде
всего
доброжела­
тельным
отношением
к
писателю,
стремлением
показать
«глубокий реализм созданных им картин и персона­
жей»103.
Ла вров
отм еча ет
и
либеральную
ограничен­
ность
мировоззрения
Тург ен ев а,
и
непол но ту
нар исов ан­
ной
им
картины
о бщест вен ной
ж изни
России
40—
60-х
гг. : «В Записках охотника»
не
нашли
отражения
«кровавые бунты русских крепостных крестьян»104,
писатель
не
воплотил
в
«надлежащие художественные
т ипы»
личности,
под об ные
Ге рце ну
и
Бакунину, «самые
крупные
с амые
характеристические
для
этого
перио­
да»105.
Но
в
отличие
от
дру гих
критиков-народников
Лавров
не
отвергает
на
этом
основании
обществен­
ную
и
художественную
значимость
творчества
Тургене­
ва.
Он
высоко
оценивает
роман
«Новь», встреченный с
единодушным
осуждением
народниками.
Лавров
под­
черкивает
неправомерность
ан ало гий
между
«Новью»
и
антинигилистической
беллетристикой.
В
романе
.он
видит
«опыт социального исследования»
но вых
яв ле ний
русской
жизни,
отмечает
сочувственное
отношение
пи­
сателя
к
рев ол юци он ерам
как
«представителям иной,
высшей
н р авств енн о сти» 106.
В
оценке
т ворч ес тва
Тургенева
Лавров
опирается
на
статью
Доб ро любо ва
«Когда же придет настоящий
день ?» Как и Добролюбов,
он
отмечает
у
Тургенева
«тонкое нравственное чутье художника»; способность
уловить
«существование в русском обществе известного
явления,
которому
современники
еще
не
придавали
значения,
но
которое
не
ускользнуло
от
тонкой
наблю ­
дательности
художника»107.
С
пониманием
с пе цифики
тургеневского
т ворч ес тва
проанализированы
лиризм
его
художественной
манеры,
ясность,
цельность
и
к ра­
сот а
образов».
Следует
отметить;
что
статья
«Тургенев
и
ра звитие
русского
общества»
б ыла
опу бл ико вана
в
«Вестнике народной воли»
и
ст ала
своеобразной
данью
уважения
рев ол юцио нно й
России
великому
писат елю.
Ста тьи
Лаврова
о
Тургеневе
несомненно
принадлежат,
наряду
со
Статьями
Добролюбова,
к
числу
лучших
в
дореволюционном
литературоведении
и
кр и тике
иссле­
дований
о
Тургеневе.
81


Та ким
об раз ом,
анализ
системы
литературно-эсте­
тических
взглядов
Лаврова
да ет
возможность
устано­
вит ь
его
место
в
системе
народнической
кр и тики
и
п ро­
следить,
как
общие
пр инц ипы
народнического
мировоз­
зрения
проявляются
в
«индивидуальном»
методе
Лавро­
ва
—
кр итик а,
эстетика
и
теоретика
литературы.
Особое
место
в
системе
народнической
кри т ики
при­
надлежит
Михайловскому.
Как
Ткачев
и
Лавров,
Михайловский
является
идео­
логом
народничества,
но
на
х ар актер
его
литературно­
критической
деятельности
наложили
отп ечат ок
усло­
вия
его
деятельности,
весьма
отличные
от
те х,
которые
опре де ляли
сп ециф ику
кр ити ки
Лаврова
и
Ткачева.
Это
прежде
всего
то,
что
Михайловский
был
одни м
из
руководителей
«Отечественных записок» .
Его
дея­
тельность
во
многом
способствовала
усилению
народни­
ческой
ориентации
журнала,
но
в
то
же
вре мя
м но­
голетнее
сотрудничество
с
Салтыковым-Щедриным,
демократические
традиции
журнала
оказывали
благ о­
творное
влияние
на
Михайловского,
от ра зившее ся
преж­
де
всего
в
его
публицистике
и
литературной
критике.
«Легальная»
деятельность
Михайловского
позволяла
ему
оказывать
непосредственное
во зде йстви е
на
ши ро­
кий
круг
ч и тател ей,
и
Михайловский
оче нь
дорожил
этой
возможностью,
видел
в
своей
жур нал ист ск ой
ра­
боте
ис полне ние
общественного
и
гр ажданско го
до лга
«Вся моя жизнь протекла в литературе»,—
писал
с
гор­
достью
Михайловский,—
и
это
не
б ыли
просто
слова:
Михайловский
действительно
отдал
журналистике
всю
жизнь,
его
влияние
на
современников
б ыло
ог ро мно,
о
чем
сохранилось
множество
воспоминаний
современни­
ков.
В.
З асул ич
пис ал а,
что
Михайловский
«в известном
смысле...
несомненно
со ст авлял
нечто
единое
и
нераз­
дельное
с
этим
поколением».
В.
И.
Ленин
назвал
его
вы-
разитёлем
«определенного течения среди молодежи
70- х
и
80-х
годов»108.
Другой
особенностью
Михайловского-критика
бы ла
его
связь
с
подпольными
революционными
организа­
циями,
особенно
с
«Народной волей».
В
1878 г.
после
покушения
Веры
Засулич
на
петербургского
генерал-
гу бер нат ора
Трепова,
он
на писа л
нелегальный
«Лету ­
чий
л и ст о к», в котором обосновывал необходимость по ­
литического
террора.
Михайловский
входил
в
состав
82


редакции
подпольного
журнала
«Народная воля», был
автором
ряд а
стате й,
помещенных
в
эт ом
журнале.
Св язи
с
подпольем
сохранились1
у
Михайловского
и
после
разгрома
«Народной воли» .
В
записках,
с тавши х
извест ны ми
после
его
смерти,
он
так
вспоминал
о
своих
контактах
с
революционерами: «Я никогданеучаствовал
в
террористических
пре дп рияти ях,
никогда
не
расспра­
шивал
о
приготовлениях
к
н им,
об
адресах
подпольных
изданий
и
т.
п.,
но
пользовался
доверием
у
многих
из
этого
круг а.
Как
ни
различны
б ыли
они
в
от ноше нии
ума,
дарований,
х ар ак тера,
но
все
они
б ыли
одинаково
преданы
своей
идее
до
по лно го
самоотвержения...
Но
ни
о
ком
из
них
не
вспоминаю
я
с
таким
благоговением,
как
о
Вере
Ф игне р».
Сам
Михайловский
не
был
рево­
лю ционе ро м,
но
В.
И.
Ленин
счи тал
заслугой
Михай­
ловского
то,
что
он
«отстаивал в легальной,
открытой
печати
—
хотя
бы
намеками
сочувствие
и
у важ ение
к
«подполью»
и
«даже сам помогал прямо этому «п о д­
полью»109.
И
в
то
же
вре мя
во
в згл ядах
Михайловского
отчет­
л иво
проявились
утопические,
реакционные
стороны
на­
роднической
доктрины,
которые
с
особой
силой
дали
с ебя
знать
в
ко нце
80-х —90- е
гг.,
к огда
«из политиче­
с кой
п рог рамм ы,
рассчитанной
на
то,
что бы
поднять
крестьянство
на
социалистическую
рев ол юцию
против
основ
с овре м енного
общества
—
выро сла
программа,
рассчитанная
на
то,
чтобы
за што пат ь, «улучшить»
по­
ложение
крестьянства
при
сохранении
основ
современ­
ного
об ще с тва »110.
Эта
характеристика
народничества
конца
80- х
—
90- х
гг.
может
быть
отнесена
и
к
Михай­
ловскому,
хо тя
Ленин
д иффер е нцирова л
ра зличные
на­
пра вле ния
ле га льно го
народничества
80—90 -х
гг.
и
не­
из ме нно
относил
Михайловского
к
наиболее
демокра­
тическому,
левому
ф лангу
народничества.
Слабые
стороны
мировоззрения
Михайловского
наи­
более
по лно
проявились
в
борьбе,
которую
он
и
руко­
вод имы й
им
журнал
«Русское богатство»
в
течение
многих
лет
вели
про тив
распространения
марксистской
идеологии
в
Р ос сии.
В
этой
полемике
философским,
со­
циологическим
и
общественно-политическим
доктринам
Михайловского
и
народничества
в
целом
был
нанесен
сокрушительный
уд ар
работами
В.
И.
Ленина,
Г.
В.
Пле­
ха нова
и
других
р у сских
марксистов.
Именно
в
эти
го ды
83


Ле нин
охарактеризовал
систему
мировоззрения
л ибе­
ра льн ого
народничества
как
реакционный
романтизм.
Но,
выступая
с
резкой
критикой
взглядов
Мих ай
нев ­
ского,
по ка зывая
несостоятельность
его
борьбы
с
марк­
сизм о м,
В.
И.
Ленин
пр изыва л
к
объективной
оценке
его
деятельности
и
места
в
истории
общественной
мыс­
ли.
В
статье
«Народники о Н .
К.
Михайловском», на­
писанной
в
1914 г .,
В.
И.
Лен ин
дал
яр кую
о бо бщаю щую
характеристику
идеолога
народничества.
Он
цени т
его
как
од ного
«из лучших представителей и выразителей
р у сской
б урж уа зной
демократии
в
последней
трети
прошлого
века».
Заслугой
Михайловского
яв ляе тся
то,
что
он
«горячо сочувствовал угнетенному положению
кр есть ян», «энергично боролся
против
вс ех
и
всяких
проявлений
кр епос т нич еско го
гн ет а», искренне и талант ­
л иво
выступал
про тив
«бюрократии» (В .
И.
Ленин,
из­
виняясь
«за неточное словой имеет в виду самодержа­
в ие,
о
котором
он
не
мог
прямо
ска за ть
в
подцензурной
ста тье ).
В
то
же
время
Михайловский
«разделял все
слабости
буржуазно-демократического
т ечени я»,
и
В.
И.
Лен ин
в
краткой,
но
емкой
форме
п ок азы вает
не­
состоятельность
его
социологических,
экономических
и
философских
взглядов
ш.
Михайловский,
несомненно,
яв ляется
одной
из
цен­
тральных
фигур
на родни чес тва.
«Крупный талант Ми­
хайловского
сд елал
особенно
заметными
как
по лож и­
тельные,
так
и
отрицательные
стороны
на ро днич еско й
критики.
Вот
почему
изучение
его
литературно-критиче­
ск ой
деятельности
пр едставл я ет
особый
интерес,
так
как
помогает
о тв етить
на
вопрос:
что
в
на ро дни ческ ой
кр итике
шло
от
традиций
революционной
демократии,
а
что
явилось
следствием
народнической
«прибавки»
к
наследию
шести де сятн и ко в»112.
Методологической
основой
литературно-критических
взглядов
Михайловского
яв ляе тся
его
теория
прогресса
и
связанная
с
нею
романтическая
ко нцепц ия
личности.
В
центре
системы
Михайловского
находится
по нят ие
«индивидуальность человека», т.
е.
«совокупность всех
черт ,
свой ств енны х
человеческому
организму
во об­
щ е» 113. «Неделимое»
—
это
личность,
нормальным, «це­
лостным»
состоянием
которой
является
такое
«состоя­
ние
ра вн ов е си я», «при котором
все
част и
организма
бес пр епятств енн о
функционируют,
т.
е.
каждый
орган
84


исполняет
свою
обязанность»114.
Стремление
к
«целост­
ности
неделимых», т.
е.
к
гармоническому
развитию
ли ч­
ности,
к
«усилению разнородности отдельных членов»
есть
гл авно е
ус лов ие
прогресса
в
обществе.
Примени­
тельно
к
развитию
личности
расс мат рив ает ся
ценность
всех
общественных
институтов
и
общества
в
целом:
«нужна прежде всего проверка отношений различных
общественных
индивидуальностей
к
индивидуальности
ч елове ческо й»115.
Но
эволюция!
общественных
от­
ношений
приходит,
по
Ми хай л овс кому,
в
противоречие
с
пр ог р ес с о м: «Общество сделало шаг от однород­
ности
к
раз нород нос ти,
но
входящие
в
его
состав
неде­
лимые
перешли,
напротив,
от
разнородности
к
однород­
н ост и» 116.
Р азде лени е
труда
ме жду
людьми,
дифферен­
цирование
общественных
ф унк ций
приводят
к
тому,
что
естественная
цельность
личности
разрушается.
В
н аи­
большей
степени
обезличивание
личности,
превращение
ее
в
«палец от ноги»
п роис ходят
при
капитализме.
Ми­
хайловский
отвергает
те
формы
общественного
устрой­
ства,
где
личность
яв ляет ся
л ишь
винтиком
сл ожног о-
механизма;
его
идеалом
яв ляе тся
общество,
о сно ванн ое
на.
солидарности
(кооперации)
всесторонне
развитых
личностей.
В
соответствии
со
своей
теорией
прогресса
Михай­
ловский
ра зраб атыв а ет
и
широко
применяет
в
литера­
турно-критических
ст атья х
такие
п о нятия,
как
«правда -
истина»
и
«правда -с пр аве дл ивос ть», «тип развития и
ст епен ь
р а звития», «честь
и
совесть».
Ярко
выра же нное
романтическое
начало
в
мир овоз ­
зрении
Михайловского
пр ид ает
его
критическим
в ыст уп­
лениям
необычный
характер.
Его
ст атьи
—
прежде
всего
«голос возмущенной совести»; в них постоянно ощуща­
етс я
личность
критика,
который
не
просто
рас суж дает ,
а
страстно
пер еж ивает
то,
что
видит
и
о
чем
пишет.
«Право нравственного суда»
—
вот
что
считает
он
глав­
ным
в
своей
кр ити ке,
и
прежде
всего
с
морально-этиче­
ских
поз иций
оцениваются
им
литературные
и
общест­
венные
явления.
Т акая
установка
в
со ед инении
с
ярким,
эмоциональ­
ным
стилем
пр ида ет
ст ат ьям
Михайловского
особый
колорит,
они
сами
воспринимаются
как
художественное'
пр о изв еден ие,
будят
мысль,
заражают
своим
пафосом/
Нельзя
не
с огла сит ься
с
Б.
Бурсовым,
который,-
отме ча я
6 в-538
85.


слабые
стороны
к ри тики
Михайловского,
в
то
же
время
признает,
что
«мы не всегда отдаем должное Михай­
лов ск ому
как
литературному
критику.
Его
критика
пси­
хологичнее
кр и тики
и
Чернышевского,
и
Добролюбова
—
и
это
придает
ей
значительную
ценность,
тем
более
в
наше
время,
когда
столь
н азре ла
задача
сплава
анали­
за
тво рче ст ва
писателя
с
анализом
его
личности»117.
Конечно,
утопизм
и
субъективизм
н аро д ническ ой
ме­
тодологии
наложили
отпечаток
на
литературную
критику
Михайловского.
Но
его
с тать и,
как
и
статьи
других
критиков-народников,
це нны
демократическим
пафосом,
верным
пониманием
действенной
си лы
искусства.
«В эстетике Михайловского учение о правде -и сти не
явилось
те ор е тически м
обоснованием
р еал изма.
Он
под­
черкивал,
что
сила,
д ейс твен но сть
и
художественность
произведений
искусства
в
первую
оч е редь
зависят
от
того,
насколько
они
глубоко
и
правдиво
отраж аю т
ж изнь.
Учение
о
правде-справедливости
определило
глубоко
гуманистический
х ар актер
эстетики
Михайловского.
По­
ним ая
под
справедливостью
ра внопра вно е
отношение
к
личности,
ув ажени е
человеческого
до сто инс тва,
Мих ай­
ловский
подчеркивал,
что
«прогрессивным искусством
яв ляет ся
л ишь
то
искусство,
которое
пропагандирует
идеи
соц и альн ого
рав ен ст в а»118.
Анализ
литературно-критических
и
э сте тически х
в зляд ов
Ми хай ло вс кого
позволяет
говорить
о
нем
как
о
кр ити ке
народнического
лаг е ря,
но
следует
отметить
некоторые
осо б енно сти
его
манеры.
Во-первых,
Михайловский-публицист
и
Михайлов­
ский-критик
неотделимы.
У
него
нет
«чистых»
по
жанру
литературно-критических
стате й,
так
как
суждения
по
вопросам
литературы
постоянно
перемежаются
пуб ли­
цистическими,
философскими,
лирическими
от с тупле ния­
ми.
Сам
Михайловский
писал: «Я
—
не
романист,
не
кр ити к,
не
публицист,
а
всего
понемножку, «вперемеж­
ку » 11Э.
Известная
его
статья
«Десница и шуйца гр.
Тол­
стого»—
это
7,10,11 главы «Записок
пр офа на»; анализ
романа
«Новь»
—
25 глава этого же цикла.
Но,
несмотря
на
в не шнюю
разбросанность,
статьи
им еют
внутреннюю
цельность,
их
к ом по ненты
св язан ы
логикой
авторской
мысли,
его
лично с тью , «единством пульса жизни», по­
это му
очень
важно,
в
каком
ко нте ксте
о казыв аетс я
ли­
86


тературно-критический
пласт,
что
не
всег да
учитывает­
ся
в
работах
о
Михайловском.
Во-вторых,
Михайловский
явно
тяготеет
к
ши ро ким
обобщениям,
морально-этическим
и
философским
выво ­
дам.
У
не го
«общий анализ литературных явлений всег ­
да
был
выше
конкретной
оценки
художественных
про­
изв еден ий » 12°.
Эти
индивидуальные
особенности
даю т
возможность
отличить
стиль
Михайловского
от
стиля
д ругих
крити­
ко в.
Но
содержание
его
с татей,
их
п афос
свидетельству­
ют
о
типологической
общности
его
к р итики
с
кр ит икой
всего
направления.
Как
и
другие
критики-народники,
он
выступал
про­
тив
попыток
принизить
значение
реалистической
эст ет и­
ки
60- х
гг.
по д нять
на
щит
модернизированные
теории
ч ис того
искусства,
особенно
усилившиеся
в
80—90- е
гг.
Например,
критик
«Русского вестника»
в
статье
«Зада ­
чи
современной
э сте тическо й
критики»
утве рж дал,
что
искусство
выш е
ка кого -ли бо
напр ав лени я
и
художник
«должен брать из действительности только те характер­
ные
черты,
которые
могли
бы
быть
интересны
в
отда­
ленном
б уд уще м»121.
Боборыкин
в
статье
«Красота,
жизнь
и
творчество»
упрекал
русскую
критику
в
нена­
учности,
так
как
она
«не занималась объективным
исследованием
художественного
тв орч ест в а», а исполь­
зовала
литературу
лишь
«в интересах морали и публи­
цист ики ».
Источником
такого
«ненормального»
поло­
ж ения
он
счи тае т
диссертацию
Чернышевского, «затор­
мозившую
д ал ьнейше е
научно-эстетическое
д виже ние
-
нашей
художественной
критики»122.
Отрицание
чистого
искусства
—
о бщая
чер та
всей
народнической
критики.
Но
Михайловский
отметил
но­
вую
т енд енцию
у
защитников
чисто
э сте тическо й
крити­
ки
—
в о скр есить
старые
теории,
используя
д ос тиже ния
психологии
и
естественных
нау к.
Он
с
большим
недове­
рие м
отнесся
к
попыткам
«обновить»
эстетику,
опир аяс ь
на
пс их оло гию
и
о тбр асы вая
при
этом
«сторонние при­
меси», т.
е.
о бщест вен ную
фу нкцию
и ск ус ств а: «Худож­
ник
вложил
в
свое
произведение
не
только
свое
чувство
крас оты ,
а
и
свои
идеалы,
св ою
мысль,
верования,
свои
зна ния .
И
все
это
хотят
подвергнуть
суду
исключитель­
но
эстетическому!
Это
просто
бессмыслица
и
праздно­
словие»123. ’
-
;
6*
87


Он
не
отрицает
роли
бессознательных
пр оцессо в
в
худ оже ств ен ном
творчестве
и
возможности
их
изучения,
в
том
числе
и
с
использованием
дости ж ени й
психоло­
г ии.
Но
он
против
превращения
этого
изучения
в
сам о­
цель,
так
как
психология
может
служить
только
сп е­
циальным
подспорьем
для
лите ра ту рной
критики
и
ни
в
коем
случае
не
подменять
«сторонних примесей» .
В
аргументации
Михайловского
чув с твуе тся
влияние
его
теории
о
«цельности неделимых», но защита обще ­
ст вен ной
зн ачи мости
искусства
от
старых
и
но вых
тео­
рий
чистого
ис кусств а
яв ляетс я
несомненной
заслугой
критика
и
не:
утра тила
своей
актуальности.
С
этой
стороной
его
эстетики
и
литературной
критики
св яз ано
и
категорическое
отрицание
различных
дека­
дентских
и
символистских
направлений
и
теорий,
в
ко­
то рых
он,
как
Лавров
и
С каб ичев ск ий,
увидел
разрыв
с
реалистическими
традициями.
Э стети ке
и
художе­
ственному
творчеству
символистов
посвящены
его
статьи
«Декаденты,
символисты,
маг и
и
про чие », «Русское от­
ра жени е
французского
символизма»
и
др.
Мистицизм,
«символическая темнота»,
безы дейн ос ть ,
превращение
форм ы
в
самоцель
искусства
—
вот
что
отталкивает
Михайловского
от
декаде нт ст ва.
Он
видит
объективные
пр ичины
формирования
этого
«движения» (литератур­
ная
р еакция
на
протокольный
натурализм,
неудовлет­
воренность
буржуазной
деятельностью),
но
решения,
пр едл агаемы е
с и мво ли ста ми , «самые плоские и урод­
л и в ые»: «символизм слагается из умственной и нрав ­
ст вен ной
дряхлости,
доходящей...
до
психического
р ас­
стройства,
затем
из
шарлатанства
непомерных
претен­
зи й...» 124.
В
отличие
от
Ла вр ова,
Михайловский
не
анализирует
подробно
социальные
истоки
модернист­
ски х
те ч ений,
но
критика
их
э ст етики
и
фи ло соф ии,
к
то му
же
доступная
для
широкого
кр уга
читателей,
сп о­
собствовала
правильной
оценке
модных
деклараций
символистов
и
их
пр о изведени й.
Кроме
борьбы
с
различными
форм ам и
и
теориями
чистого
ис ку сств а,
Михайловскому
приходилось
уделять
много
внимания
выступлениям
против
реа кц ион ной
жур­
налистики
и
мелкотравчатой
беллетристики.
Он
один
из
первых
в
р у сской
критике
с
трев ог ой
ст ал
писать
о
ра­
стущем
количестве
порнографической
литературы,
ув и­
дев
в
ее
успехе
не
то лько
проявление
дурного
вкуса
88


части
чита тел ей ,
но
сознательное
«попустительство са­
мым
низм енны м
ин стинкт ам
и
у хи щр енную
идеализа­
цию
скотоподобия»
с
целью
одурманить
сознание
людей.
Распр ост р анение
подобной
литературы
он
ставил
в
п ря­
мую
зависимость
с
реакцией
начала
80-х
гг.
В
г лаве
«О порнографии», опубликованной в мае 1881 г.
(цикл
«Записки современника»), он пишет,
что
когда
из
обще­
с тва
многочисленными
насосами
выкачивается
кисло­
род
—
«животворящие идеи»,
то
«тупое,
самодоволь­
ное ,
ни
го р ячее,
ни
хо лодн ое
большинство
растет
коли­
чественно
и
качественно»125,
и
ему
подсовывается
то,
что
«не обременяет головы непосильною работою» .
Усиление
реакции,
угодничество,
трусость
вызывали
у
Михайловского
страстное
негодование.
Его
статьи
—
яркий
образец
п у бли цис тики:
точность
и
меткость
сло­
ва,
убийственная
иро ния,
выра зите льный
каламбур,
ла­
коничная
фраза,
остроумная
насмешка,
з апом ина ющий ­
ся,
емкий
заголовок
—
в есь
ар сенал
ср е дств
художе­
ственной
выра зит ель ност и
мастерски
используется
критиком
в
его
статьях.
Цензура,
по
его
определению,—
«муза независящих обстоятельств,
специальная
муза
русской
мифо лог ии» 126.
Уничтожающие
характеристики
дают ся
представителям
реак ци он ной
печ ат и.
Например,
о
Маркевиче,
авторе
многочисленных
антинигилистиче-
ских
произведений,
а
заодно
и
о
пр иют ивш ем
его
жур­
нале
«Русский вестник»
он
пиш е т: «Достоинств за
г.
Маркевичем
чи сл ится
немало.
Прежде
всего
он
—
жемчужина,
затем
он,
опять-таки,
жемчужина.
Я
не
знаю,
какой
петух
и
в
какой
н ав озной
куче
нашел
эту
же мчуж ину
и,
пр изна в
ее
негодность,
ос та вил
лежать
та м,
где
нашел»127.
В
статье
«Литературные заметки
1880 г.»
он,
подробно
описав
обыск
в
сво ей
квартире,
проводит
п рямую
аналогию
между
жандармами
и
«Но­
вым
временем»
Суворина,
которое,
как
и
жандармы,
вы­
ис кива ет
«неподлежащее»
в
русской
литературе,
не
бре зг уя
политическим
доносом.
Положительная
литературно-критическая
программа
Михайловского
связана
прежде
всего
с
анализом
совре­
менной
ему
демократической
литературы.;
Основными
фигурами
этой
литературы
он
счи тает
два
типа
—
ра зночинца
и
«кающегося дворянина», в
свя зи
с
которыми
р азра баты ваютс я
в
присущем
Михай­
ловскому
морально-психологическом
ас пекте
п о нятия
84


«чести»
и
«совести» (статьи « И з
литературных
и
жур­
нальных
з амето к
1874 г.», «Г.
И.
Успенский
как
пи са­
те ль
и
ч ел о в ек», «Щедрин»).
«Честь», по определению .Михайловского,
становит­
ся
психологическим
лейтмотивом
поведения
разночинца,
т.
е.
человека,
осознавшего
свое
достоинство
и
не
пр и­
ним ающег о
существующий
пор ядо к
вещей.
«Разночинец
именно
принес
с
собой
новую
точку
зрения
на
вещи,
которая
состояла
в
под чине нии
общих
категорий
циви­
л иза ции
иде е
народа»128.
«Совесть»
—
это
мотив
поведения
«кающегося дво ­
рянина», т.
е.
человека,
му чи тел ьно
осознающего,
что
культура
его
класса
куплена
вековыми
страданиями
на­
рода,
стремящегося
вернуть
свой
д олг
народу
(идея
долга
интеллигенции
перед
н ародом
была
еще
раньше
развита
Лавровым
в
«Исторических письмах»).
С
об­
разом
«кающегося дворянина»
выдвиг ает с я
на
одно
из
ведущих
м ест
в
литературе
идея
л ичной
морали
нрав­
ственных
и сканий
интеллигенции.
Тип ы
разночинца
и
«кающегося дворянина»
являются
по
мнению
критика,
типичными
для
литературы
пореформенной
эпохи.
Понятия
«чести»
и
«совести»
являются,
как
и
мно­
гие
другие
термины
Михайловского,
отвлеченными
и
дал еко
не
исчерпывают
даже
о с новных
процессов
ли те­
ратурного
раз вит ия
60—80 -х
гг .;
Михайловский
и
сам
выходит
за
узк ие
рамки
э тих
по нят ий.
Но
они
интерес­
ны
как
своеобразный
кл юч
для
понимания
его
критиче­
ского
метода.
Появление
р аз но чинца
рассматривается
критиком
как
гла вн ое
событие,
определяющее
новый
эт ап
разви­
тия
литературы.
«Что случилось?
—
Разночинец
приш е л.
Больше
ни чего
не
случилось.
Однако
это
событие...
есть
событие
высо к ой
важности,
составившее
эпоху
в
р ус­
ской
л ит ера ту ре»129.
С
«появлением разночинца»
с вя­
зы вает ся
демо кр ат из ация
литературы,
так
как
«центр
тяжести
литературных
интересов
п ередвиг ал ся
из
по­
мещичьих
ус ад еб.. .,
из
бальных
зал...
в
од но глаз ые
ме­
щанские
до миш ки,
в
кабаки,
мужицкие
из бы,
постоялые
дворы,
ком н аты
«снебилью» 13°.
С
изм енени ем
«предме­
та
изображения»
происходит
изменение
эстетических
представлений
и
появление
новых
художественных
фор м:
в
беллетристику
вла с тно
вт о рг ается
пу бли­
цистика,
право
гражданства
в
литературе
получает
90


газетная
хроника
и
статистический
отчет,
господствую­
щ ими
ж ан рами
становятся
очерк,
зар исо вка ,
этюд,
от­
рывок.
Михайловский
решительно
отвергает
упрек
в
неэстетичности,
ан ти художес тв ен ности
демократической
литературы.
В
н езако нче нно сти ,
эскизности
новой
лите­
ратуры
в идит
нов ый
тип
худож ес твен н ой
формы,
адек­
ватный
предмету
изоб ра жени я.
Эти
наблюдения,
хотя
и
не
разработанные
д оста точн о
основательно
в
теоре­
тическом
ас пекте ,
оче нь
ценны,
так
как
другим
предста­
вител ям
народнической
кр ити ки
(как,
впрочем,
н ер едко
и
самому
Михайловскому)
не
всегда
удавалось
расс мот ­
ре ть
форму
произведения
в
е динс тве
с
его
содержанием.
Как
и
других
народников,
Михайловского
очень
ин­
тересовало
изображение
в
литературе
народа
и
его
жизни.
Продолжая
традиции
демократической
критики,
он
с
народностью
с вязыв ал
и
реа лиз м,
и
общественную
фун кцию
литературы.
«Я утверждаю,
что
пока
ли те ра­
ту ра
не
станет
го ло сом
общественной
совести
в
сам ом
широком
см ы сле,
пока
она
не
сделает
интересов
народа
центром
своих
исследований,
помыслов
и
образов,
ей
не
помогут
никакие
тала нты
и
никакие
знан ия» 131,—
писал
кр итик.
Михайловский
сдел ал
интересную
попыт­
ку
уточнить
са мо
понятие
«интересы народа», так как
в
70—80 -е
гг.
говорить
о
народе
стал о
модой,
и
«народ­
нос ть ю»
стали
ра змахи в ать
как
знаменем
и
реакционные
публицисты,
и
да же
пр о во дники
«практической», т.
е.
официальной
политики.
В
статье
о
Гл.
Успенском
он
писал,
что
одни
«спешили сделать из народа
—
из
конкретного
народа,
каков
он
есть
сию
минуту
во
всех
исторических
осложнениях
представляемой
им
идеи
—
какого-то
идола
и
стукали
лбом
перед
этим
идолом»132;
др у г ие, «под покровом толков о народе»
ор ган изовыва ли
«самую жуткую,
саму ю
возмутительную
травлю
на
ин­
тел ли ге нци ю».
Для
Михайловского
служение
на роду
—
это
служение
«добру и правде»,
борьба
с
остатками
креп ост ниче ств а,
с
нищетой
и
невежеством
народной
массы.
Он
выступал
против
и деал из ации
народа
и
счи­
тал ,
что
«человек,
для
которого
интересы
народа
с вя­
щенны,
совсем
не
обязан
признавать
таковыми
же
и
его
мнения»133, если в основе «мнений»
лежат
темные
предрассудки.
Но
призыв
к
реалистическому
из об ра­
жению
быта
народа
не
исключал
у
Михайловского
и деа­
л из ации
форм
и
ор га низа ции
его
жизни.
Признавая
об­
91


щ ину
высоким
«типом развития»,
Михайловский,
как
и
друг ие
народники,
о казыв ался
в
плену
утопических
представлений.
Здесь
ска за лось
то
же
противоречие
ме жду
реализмом
«наблюдений»
и
романтической
«ве­
р о й», которое отмечал В.
И.
Ленин
у
Энгельгардта.
Своеобразие
критического
метода
Михайловского
и
сист емы
его
литературно-критических
взглядов
ос обе н­
но
ярко
п роя ви лось
в
оценке
твор че с тва
крупнейших
пи са тел ей -сов ремен ни ков
и
в
его
отношении
к
новым
тенд енц иям
развития
литературного
проц ес са
кон ца
19 в.
Нужно
учитывать
при
эт ом
такую
особенность
Михайловского:
у
н его
есть
ряд
стержневых
рабо т
о
тв о рчеств е
писателей-современников
(«Жестокий та­
ла нт», «Щедрин», «Г.
И.
Успенский
как
писатель
и
че­
ловек», «О Вс.
Г ар шине », «Десница
и
шуйца
Л ьва
Толстого»),
но
кроме
них
—
огромное
ко л ичеств о
вы­
с ка з ываний
о
тех
же
писателях,
разбросанных
по
м но­
гочисленным
циклам
и
«заметкам»
и
написанных
по
самым
разным
поводам
(характерен,
например,
подза­
голо в ок
22-й
главы
цик ла
«Случайные заметки и пись ­
ма
о
разных
разностях»
—
«О гр.
Л.
Толстом
и
о
на р­
ко т иках»).
Они
существенно
дополняют
то чку
зре ния
Михайловского
на
тво р честв о
писателя,
высказанную
в
«основной»
стать е.
Например,
статью
«Жестокий та­
ла нт»
можно
понять
лиш ь
в
контексте
других
в ысказы­
в аний
к рит ика
о
Достоевском
(анализ « Бес о в»
в
цикле
«Из литературных и журнальных заметок 1873 г. »;
статья
«О Писемском и Достоевском»
в
«Записках со­
временника» 1881—1882 гг.
и
др .).
О
Михайловском-критике
написано
немало
работ
и
статей
(Г.
А.
Вялый,
В.
Н.
Лукин,
А.
С.
Кузьменков),
его
литературно-критическая
деятельность
подробно
р ассмат ри ваетс я
в
свя зи
с
журналистикой
70—80 -х
гг.
(В.
Смирнов,
М.
Т е плинс к ий), в связи с развитием ли ­
тературного
процесса
(П.
А.
Николаев,
Н.
И.
Соколов,
М.
П етр о ва) ; мимо высказываний Михайловского не
проходит
ни
оди н
исследователь
тво рче ст ва
Толстого,
Достоевского,
Щедрина,
Гл.
Успенского,
Горького,
Чё-
хова...
В
отношении
из уч енно сти
и
внимания
ли те рату­
роведов
Михайловскому
п ов езло
нес рав нен но
больше,
чем
Ткачеву,
Лаврову,
не
гово ря
уже
о
Ск абиче вско м,
Протопопове
и
других,
поэтому
нет
необходимости
останавливаться'
на'
анализё
оценок
Михайловским
твор­
92


чества
отдельных
писателей.
В
соответствии
с
цель ю
гл авы
более
ва жным
пр едстав л яет ся
выделить
о с новные
прин ципы
и
приемы
анализа
им
твор чес тва
п исат еле й.
Во -пер вых ,
почти
все
литературно-критические
статьи
Ми хай ло вск ого
н аписаны
по
поводу
каких-то
событий
общетвенно-политического
хар ак тера .
Например, «Дес­
ница
и
шуйца
Ль ва
Толстого», включенная в «Записки
профана»,
непосредственно
связана
с
«педагогической
распрей»
вокруг
статьи
писателя
«О народном образо­
вании»; статья «Жестокий
талант»
написана
в
«тяже­
л ое,
с траш ное
время»
ра зг ула
реакции
после
убийства
А лександр а
II и выражает отношение критика к попыт­
кам
по дн ять
на
щит
реакционные
идеи
Достоевского
и
объявить
п исател я
едва
ли
не
«пророком божьим». Тво р­
чество
Достоевского,
его
иде и
не
были
предметом
лишь
литературной
полемики,
и
критик
это
прекрасно
по ни­
мал.
Пу бл и цист ическу ю
струю
статей
Михайловского
необходимо
всегда
учитывать
и
не
смешивать
механи­
чески
с
другими
их
аспектами.
Например,
в
от ноше нии
к
Достоевскому
Михайловский
был
категоричен,
одно­
сторонне
охарактеризовав
противоречивость
его
взгля­
дов
и
отождествляя
его
п опул ярнос ть
с
упадочнически­
ми
общественными
настроениями.
Однако
в
осуждении
и д ейных
и
философских
заблуждений
писателя,
широко
пр опа ганд иро вавших ся
реакционной
печ ать ю,
проявил­
ся
демократизм
мировоззрения
критика.
Статьи
Михай­
лов ск ого
и
Тк ачева
о
Достоевском,
как
справедливо
отмечает
Н.
И.
Со ко ло в, «выполнили свои задачи:
вы­
явили
несостоятельность
и
тенденциозность
ид е йной
поз иции
Дос тоев ск ого» 134.
Во-вторых,
Михайловский,
как
и
другие
народники,
учитывает
прежде
всего
социальную,
общественную
значимость
произведения.
Пр авд а,
он
стремился
к
об ъ­
ективному
ан али зу
и
подчеркивал,
что
не льзя
п ерен ос ить
оценку
мыслей
автора
на
о ценку
его
художественного
дар ов ания .
В
его
оценках
нет
категоричности,
свойствен­
ной ,
например,
Ткачеву.
Однако
деление
писателей
на
«наших»
и
«ненаших»
заметно
и
в
его
статьях.
С
неиз­
менной
симпатией
пише т
он
о
«своих» (Гл.
Успенском,
Салтыкове-Щедрине,
б еллетри ста х-н ародн и ках). В
оцен­
ке
«чужих»
чу вс тву ется
предвзятость,
полемическая
за­
остренность.
Сдержанно,
как
все
,народники,
относился
он
к
дворянской
литературе,
что
не
помешало
ему
дат ь
93


объективную
о ценку
творчества
Лермонтова
(«Герой
без вр емень я»), Тургенева и ряда других писателей.
Так,
он
признает,
что
Тургеневу
«слишком многим обязано
русское
об щ ест во», высоко ценит «м узык альн ос ть»
его
та лан та , «кружевную отделку письма»
в
его
про извед е ­
ниях,
отмечает
«редкое мастерство»
в
ра зработк е
«пе­
реливов
приподнятого
с троя
женской
души,
расширен­
ной
и
очеловеченной
любовью»135.
Он
согласен,
что
Тургенев
—
«большой человек», но сразу же добавляет:
«Большой,
да
не
наш,
Федот
да
не
тот»136.
И
это
«не -
наш»
во
мн огом
определяет
оценку
твор че ст ва
писателя.
Он
для
критика
—
че лов ек
40- х
гг.
с
гуманными,
но
не­
определенными
устремлениями;
его
«Записки охотни ­
ка»—
это
протест
не
сто ль ко
против
крепостного
права,
сколько
«против всей болотности тогдашнего склада
помещичьей
ж изни» .
Михайловский,
как
и
друг ие
крити­
ки-народники,
с читал ,
что
Тургенев
«кровно связан»
с
дворянским
к ласс ом
и
поэтому
не
может
правильно
по­
ня ть
нов ую
эпоху
и
но вых
л юдей.
Критик
отка зал
ге­
роям
Тургенева
в
типичности:
по
его
мнению,
писа те ль
бере т
героев
не
из
жизни,
а
разрабатывает
варианты
двух
общечеловеческих
психологических
типов:
сла бо­
го
че лове ка
и
практического
человека.
В
оценке
т вор чес тва
Тургенева
он
расходится
с
До б­
ролюбовым.
Если
в
работе
«Вперемежку» (1876—1877)
он
еще
допускает,
что
мне ние
Добролюбова
о
Тургене­
ве
как
о
«чутком»
художнике,
способном
схватывать
нарождающиеся
явления
жи зн и, «было верным лишь в
с вое
время», то в статье,
написанной
вскоре
пос ле
смер­
ти
Тур ген ев а,
Михайловский
признает
«неверным» «хо­
дячее
мне ние»
о
Тургеневе
как
«специалисте по части
«уловления момента» 137.
В-третьих,
для
критической
манеры
Михайловского
св ойст венно
«накладывание»
социологических
понятий
на
творчество
писателя.
Так,
тв о рч ество
Ще др ина
и
Гл.
Успенского
рассматривается
сквозь
призму
«чести»
и
«совести»; для оценки противоречий Л.
Толстого
ис­
поль зуе тс я
теория
«типов»
и
«степеней»
развития.
Это
позволяло
ввести
в
статьи
философскую
и
социологиче­
с кую
проблематику,
усиливало
публицистический
и
пси­
хологический
аспект
ан али за,
давало
возможность
сд е­
лать
множество
тонких
н аблю дени й,
но
не р едко
уводи­
ло
в
сторону
от
реального
содержания
прои зве ден ия
94


или
давало
основание
для
субъективного,
упрощенного
его
истолкования.
Методологическая
ограниченность
та­
к ого
подхода
особенно
зам етна
в
бл ес тящи х,
талантли­
вых,
но
узки х
по
диапаз о ну
статьях
Михайловского
о
Ще дри не,
Гл.
Успенском,
Л.
Толстом.
Например,
в
статье
«Десница и шуйца г .
Л.
То лс т о го », являющейся,
наряду
со
статьей
Чернышевского,
одной
из
лучших
рабо т
о
писателе
в
дореволюционном
литературоведении
до
цик­
ла
статей
В.
И.
Ле нина
о
Толстом,
явственно
з амет на
эта
ограниченность.
Указа в
на
противоречия
писа т еля,
он
«оказался совершенно неспособным увидеть их связь
с
условиями
жизни.
русского
крестьянства
в
пореформен­
ную
эпоху,
оценив
их
л ишь
как
«индивидуальное не­
что» 138.
В-четвертых,
Михайловский
всегда
пр и давал
бо ль­
шое
значение
л ичн ости
писа т еля.
Ему
хотелось,
что бы
читатель
им ел
дело
не
тол ько
с
са мим
произведением,
но
и
видел
за
страницами
текста
создавшего
их
челове­
ка.
Имен но
поэтому
он
со здает
в
своих
статьях
психо­
л о г ические
портреты
писателей,
ис по льзуя
богатый
фак­
тический
материал,
широко
опираясь
на
личные
в осп оми нан ия.
Это,
например,
портреты’Гл.
Успенского,
Щедрина,
психологические
этюды
о
Тургеневе,
Достоев­
ском,
Гаршине.
Эти
п орт реты
становятоя
своеобразны­
ми
псих ол ог ическ ими
оче рка ми
внутри
литературно-кри­
ти ческо й
статьи,
они
написаны,
как
правило,
с
бл еско м,
п ро ник нов енно
и
свидетельствуют
о
н езау ряд­
ном
беллетристическом
та лант е
критика,
который,
как
известно,
не
без
успеха
проб ова л
св ои
с илы
в
художе­
ственном
тв орч ест ве
139.
Но
псих ол ог ич еский
п ор трет
автора
нужен
был
и
для
того,
чтобы
объяснить
особенности
со дер жания
и
стиля
произведений
писателя.
Например,
трактовку
Михай­
ловским
тво рче с тва
Гл.
Успенского
нельзя
понять
без
характеристики
самого
пис ате ля
как
«великомученика
правды», человека с «больной
с ов ес т ью». Выработанную
Гл.
Успенским
жа нровую
форму
пол убе л ле трис тич еск их,
полупублицистических
очерков
и
отрывков
критик
тоже
связывает
с
личностью
и
«духовным складом»
писателя.
«Таков,
во -пе рвы х,
его
художественный
аскетизм,
воз ­
буждающий
его
расходовать
как
можно
меньше
красок
и
линий...
Т ако ва,
во-вторых,
его
ч р ез мерная
отзы в чи­
вость
и
связанная
с
нею
лихорадочная
торопливость
в
95


передаче
чи та телю
своих
впечатлений
и
их
комбинаций».
Успенский,
по
словам
критика,
писал
кр ов ью,
а
«брызги
крови
ра зве
тол ько
по
какой-нибудь
особенно
счастли­
вой
случайности
могут
расположиться...
с
той
правиль­
ностью,
которая
нужна
для
законченности
фор мы» 140.
Этюды
о
писателях,
в
которых
много
метких
наблю­
дени й
и
тонкого
психологизма,
действительно
пр едо ста в­
лял и
воз можн ос ть
по-новому
пр о читать
произведение,
несли
большую
поз нава те льную
и
воспитательную
на­
г рузку,
давали
бог аты й
материал
для
анализа
процесса
художественного
творчества.
Однако
в
целом
Михай­
ловский
преувеличивал
роль
«авторского присутствия»,
чр езмер но
отождествляя
автора
и
его
произведение.
Та­
кие
понятия,
как
«больная совесть»
или
«жестокий та­
ла нт»,
не
давали
основы
для
комплексного
ан али за
сложных
и
глубоких
произведений
Гл.
Успенского,
До­
стоевского
и
других.
Отмеченные
особенности
кр и тики
Михайловского
прослеживаются
в
той
или
иной
степени
в
ос н овных
его
ст а тьях,
с
ними
св язан а
специфика
его
критического
ме­
тода.
Своеобразный
«импрессионизм»
Михайловского
—
это
чер та
его
индивидуального
мето д а,
но
в
целом
его
критика,
теснейшим
образом
связанная
со
структурой
его
народнического
мировоззрения,
характерна
для
ли­
тературно-эстетической
сист ем ы
взглядов
всего
направ­
ления.
Она ,
как
и
критика
дру гих
народников,
разви­
вается
в
русле
реальной
кр ити ки,
но
в
ее
на р однич е­
ском
варианте.
Лавров,
Ткачев
и
Михайловский
являются
«кори ­
феями»
народничества,
ведущими
критиками
направле­
ния .
Но
направление
—
не
од ни
лидеры.
Реальная
кри­
ти ка
60- х
гг.—
это
не
только
Чернышевский,
Добролю-'
бов
и
Писарев,
но
и
Антонович,
Шелгунов,
Зайцев,
Благосветлов,
М.
Михайлов...
Нар о дни ч еская
критика
—
тоже
р аз ветв ленн ое
явление,
ее
п ринципы
нашли
отраже­
ние
в
ст ать ях
т аких
менее
из вест ны х,
но
п опу лярн ых
в
св ое
время
критиков
и
публицистов,
как
Протопопов,
Цебрикова,
Шашков,
Южаков...
Ср еди
критиков
этого
ря да
особо
следует
выделить
А.
М.
Ск абич ев ског о.
Он
был
профессиональным
критиком,
многие
десятилетия
сотрудничал
в
нар о дни ческих
журналах
и
разд ели л
судьбу
всего
направления:
от
боевого
демократизма
70—80-х
гг.
до
«благонамеренного демократизма» (Пле­
96


хан ов ) 90-х
гг.
И
если
в
70—80 - е
гг.
статьи
Скабич ев­
ского
пользовались
известностью
и
влиянием,
то
в
90- е
гг.
и
в
первое
десят ил ети е
20 в.
он
ут р ач ивает
какое
либо
значение
в
литературе.
Редкие
отзывы
о
С каби­
чевском
в
эти
годы
носят
единодушно
отрицательный
характер:
от
деликатно-сдержанного
осуждения
его
«Истории новейшей русской литературы»
Мих айло вск им:
(«Литературные воспоминания и современная смута»)
и
Пыпиным
(«Вестник Европы», 1891, No 7) до резко
отрицательных
высказываний
Плеханова
(«А .
М.
Ска­
бичевский—
не
орел,
это
теперь
всякому
и зве с тн о»141).
Да
и
сам
Скабичевский
пр и знавал ,
что
после
«Отече­
ственных
записок»
он
«ни на шаг не продвинулся впе­
ред».
В
тако м
повороте
судьбы
Скабичевского
нет
ничего
удивительного.
Он
был
талантливым
критиком,
искренним
и
по -своем у
последовательным
сторонником-
демократических
идей
и
реалистических
традиций.
Но
его
взгляды
б ыли
противоречивы,
и
после
з апре ще ния
«Отечественных записок»
Ск аби чевс ки й,
оказавшийся
вне
боевой
ат мос феры
демократического
журн ала ,
не
понявший,
как
и
другие
н ародн ики ,
мар ксизма,
ок азы­
вается
в
г л убоком
тылу
общественной
и
литературной
борьбы,
у тр ач ивает
перспективу
в
оцен ке
ли тера тур­
н ого
процесса.
В
статьях
последних
лет
встречаются
отдельные
интересные
суждения
о
писателях-народниках
(«Мужики в русской беллетристике»),
о
тв о рче стве
Чехова
(«Есть ли у г.
Чехова
идеалы?»),
но
в
целом
Скабичевский
уже
не
сказал
ничего
нового
и
даже
пы­
тался
использовать
старое
про тив
н ов ого.
Напр имер ,:
отмечая
правдивое
из об ражен ие
народа
в
тв о рче стве
беллетристов-народников,
он
прот иво пос тавля ет
их
марксистам,
которые
якобы
«махнули на народ рукой,
представляя
его
на
жертву
фатальной
неизбежности
эко но м и ческих
процессов»142 и стали думать о мужи­
ках,
что
из
них
выйдет
что-то
п охоже е
на
людей,
ко гда
они
«переварятся в котле капитализма» 143.
Утрата
ч ув­
ства
времени
и
неизбежно
связанная
с
этим
утрата;
оригинальности
д али
основания
В.
Короленко
охаракте­
ризовать
статьи
Скабичевского
этого
периода
как
«ник­
чемное
бормотанье»144
Скабичевский
оказался
забытым
еще
при
жизни.
Не
вспоминало
его
и
литературоведение.
О
Скабичевском
есть
ра зде лы
в
академической
«Истории русской кри­
97-


т ик и», в учебнике по критике В.
И.
Куле ш ова,
в
моно­
гра фии
М.
Теплинского
об
«Отечественных записках» .
Но
практически
не
изучена
деятельность
Скабичевско­
го
по сле
закрыти я
«Отечественных записок»,
его
-сотрудничество
в
«Биржевых ведомостях», нет достаточ­
но
четкого
представления
о
системе
его
литературно­
критических
взглядов.
Между
тем
Скабичевский
—
по-своему
инт ересный
критик,
он
достоин
внимания
не
меньше,
чем,
например,
И.
Киреевский,
Дружинин,
Страхов,
Ап.
Григорьев,
о
к оторых
в
последние
годы
стали
много
писать.
При
всех
своих
ошибках
и
противоречиях
Скабичевский,
особенно
в
70—80- е
г г.,—
критик
демократического
лагеря,
о
чем
свидетельствует
сам
фа кт
его
многолетнего
сотрудни­
че ства
в
«Отечественных записках» .
В
своих
стат ья х
он
«живо Откликнулся с демократических позиций на мно ­
жество
но ве йших
явлений
в
текущ ей
русской
ли терату­
ре » 145, «горячо сочувствовал всему,
че му
сочувствовали
лучшие
люд и
тог о
времени»146.
Кроме
того,
ан ализ
взглядов
Скабического
интересен
как
рельефное
отра­
жение
некоторых
специфических
черт
народнической
критики.
Не
о ста навл ивая сь
специально
на
ан али зе
вс ей
системы
его
взглядов
147, выделим те из них,
кото­
рые
позволяют
судить
о
месте
Скабичевского
в
общей
си сте ме
народнической
к рити ки.
С
критиками-народіниками
Скабического
объединяет
общность
проблематики
(защита передового мировоз ­
зрения,
выступления
против
ре ак ци онной
бе лле трис ти ки
и
пу бл ицис тик и,
внимание
к
творче ств у
писателей-демо­
кратов)
и
ус тано вка
на
ут ве ржд ение
принципа
реализ­
ма,
который
он
прямо
связывает
с
народностью:
ею
об­
у слов лена
«как истинная реальность,
так
и
п ол езнос ть
литературы»148.
Однако
в
его
стать я х
особенно
ре зко
обозначились
противоречивость,
слабость
литературной
теории
народничества.
Например,
Ск абич ев ски й,
как
и
все
на родни ки ,
считал
с воим
долгом
защищать
тради­
ции
«наследства» 60-х
гг.
Он
был
хорошо
знаком
с
на­
следием
Белинского,
Чернышевского,
Добролюбова
больше,
чем
кто -л ибо
другой,
писал
о
них.
Анализ
их
деятельности
содержится
в
его
к ниге
«40 лет русской
критики», в «Истории
новейшей
русской
литературы»,
в
м но го числ енных
статьях
(«Прудон об искусстве и са­
турналии
н аших
э сте ти ко в», «Очерки
л ите ра тур ного
98


дви же ния
после
Белинского
и
Гоголя», «Д.
И.
Пис а­
ре в», «Особенности русской комедии»), им были напи­
сан ы
популярные
биографии
Белинского
и
Добролюбова.
Но
несмотря
на
то,
что
Скабичевский
признает
их
ог­
ромную
роль
в
развитии
русской
литературы
и
передовой
мысли,
гл авное
в
их
деятельности
—
ре волю ­
цио нный
демократизм
—
осталось
вне
поля
зрения
на­
родника.
Скабичевский
.подчеркивает,
особенно
в
ста ть­
ях
90- х
г г.,
прежде
в сего
просветительскую,
нр авст вен­
ную
сторону
деятельности
великих
критиков.
Р азу мее тся,
оце нка
деятельности
Добролюбова
лишь
как
«беспо ­
щадного
о бли чител я.. .
словесной
миш ур ы,
фразистости,
напускного
либе ра ли зма»149 не давала представления
о
подлинном
хара кте ре
деятельности
этого,
по
опреде­
л ению
Ск абиче вс ког о, «гениального критика».
В
эт ом
отношении
мне ние
Скабичевского
расходится
с
мне ние м
Михайловского,
Ткачев а
и
Лаврова.
Кроме
то го,
Скабичевский
не
просто
по ле мизир ова л
с
отдельными
суждениями
основоположников
реальной
критики,
как
это
де лали
нередко
другие
народники,
но
пы т ался
пересмотреть
ос но вные
при нципы
их
теории,
противопоставив
э стетиче ско й
д о ктр и не , «установленной
еще
Бел ин ским », свою теорию « ре фле кт иро ва ния
в пе­
чатл ен ий ».
По
его
мнению,
современные
тео ри и,
но ся­
щие
«клеймо реализма», не учитывают специфики худо­
жественного
т ворче с тва
и
носят
утилитарный
характер,
потому
что
они
лишь
декларируют
то,
о
чем
должен
писать
автор,
но
не
о бъяс няю т,
почему
он
дол жен
так
писать.
О соб енно
резко
обрушивался
он
на
р еалист иче­
ское
требование
и зобра жать
жизнь
как
она
ес ть.
В
духе
п оз итив истск их
представлений
он
утверждал,
что
«мы
не
знаем
дей стви те л ь ности
в
том
виде,
как
она
есть
на
самом
дел е.. .
мы
имеем
дело
не
с
ней
самой,
а
с
теми
впечатлениями,
ка кие
она
на
нас
производит»15°.
Он
поставил
под
сомнение
п ринцип
реалистической
ти пи за­
ци и,
способность
искусства
в осп роиз води ть
дей стви тель­
ность
и
б ыть
учебником
жизни.
По
его
м не ни ю, «искус­
ст во
д олжно 1
воспроизводить
действительность
не
в
том
виде,
как
она
есть
са ма
по
себе,
а
как
она
нам
пр ед­
ставляется»151.
Э тот
вывод,
сформулированный
в
работе
«Беседы о русской словесности», многократно повторя­
ется
в
статьях
и
монографиях
Скабичевского.
99


Субъективно
теория
«рефлектирования впечатлений»
была
напр ав лен а
против
грубого
утилитаризма
и
игно­
рирования
образной
с пеци фики
и ску сств а.
Но
в
каче­
ст ве
«добавления»
к
теории
реа ли зма,
как
трактовал
се
С каб ичев ск ий,
она
не
выдерживает
никакой
критики.
Во-первых,
Скабичевский
упрощенно
понял
ос но вные
положения
теории
реализма,
приписав
ей
игнорирование
сп еци фики
ис кус с тва,
т ре б ование
иллюстративности
и
ме­
лочного
копирования
действительности.
Во-вторых,
ясн ые
и
четкие
критерии
революционно-демократической
кр и­
тики—
народность,
социальность,
демократизм—хотя
утверждаются
Скабичевским,
но
теряют
св ое
значение,
растворяясь
в
умоз рит ель ной
и
расплывчатой
теории.
Несостоятельность
к о нцепции
Скабичевского
становит­
ся
особенно
заметной
тогда,
когда
он
пытается
применить
ее
для
ан ализ а
конкретных
литературных
явлений.
Наибо­
лее
яркий
пример
—
оценка
творчества
Гоголя.
В
статье
«Три человека 40- х
гг . » (1871) он утверждает,
что
Го­
голь,
вы ро сший
в
ср еде,
не
отреш ив шей ся
еще
от
ид еа­
лов
средневековья,
сам
проникся
на
всю
жизнь
этими
идеалами
и
остался
«совершенно вне умственного дви­
жения
своего
времени»152.
Его
тво р честв о
лишено
со­
временного
значения,
в
нем
пр ео блада ет
субъективное
н ач ало, «непосредственное,
эмпирическое
воззрение
на
жизнь»153, поэтому Гоголь «п ри н ялс я
осмеивать
ок ру­
жающую
его
ж изнь
из
чис той
потребности
своего
духа,
вне
всяких
веяний
каких-либо
ид ей
философских
или
политических»154.
Такая
оценка,
вполне
соответствовав­
шая
«теории впечатлений», игнорировала реальное со­
держание
тв орч е ства
Гоголя
и
приходила
в
полное
про­
тиворечие
с
отношением
к
Гоголю
Белинского
и
Черны­
шевского.
Скабичевский
призывал
«отрешиться
от
предрассудка», возникшего «под
вл иян ием
Белинского»,
что
Гоголь
«произвел полный переворот в нашей бел ­
летристике»155.
Теория
«рефлектирования
в печатл ен ий»
другими
народниками
не
разделялась,
и
в
это
отношении
она
яв ля ется
«собственностью»
Скабичевского.
Однако
с чи­
т ать
ее
чем-то
случайным,
сугубо
индивидуальным
нель­
зя.
В
ней
пр оя вилас ь
свойственная
критикам-народни­
кам
односторонность
в
понимании
сп еци фики
и ску сств а,
но
если
Ткачев
выдвинул
на
первый
план,
как
доступную
объективному
а на л из у , «жизненную правду»,
.100


то
Скабичевский
сделал
упор,
исходя
из
тех
же
сообра,-
жений,
на
«психологическую правду» .
Таким
образом,
теория
Скабичевского
—
это
«индивидуальное»
отраже­
ние
противоречий
народнической
э стети ки
в
целом.
Оценку
Скабичевского
не льз я,
конечно,
ограничить
то лько
ана лизо м
его
те о рии.
«Журнальный контекст»
и
«диктат реализма»
вносили
в
его
статьи
су щест вен ные
коррек тив ы.
В
ряде
моментов
литературной
практики
он
ок азыв ался
даже
более
объективным
критиком,
чем
его
коллеги.
Та к,
он
много
внимания
уделял
анализу
художественной
стороны
произведения,
высоко
оце нил
с
этой
точки
зрения
тво р честв о
Тургенева
и
Толстого.
В
«Записках охотника»
он,
в
отличие
от
Ткаче ва
и
Ми­
хай л овско го,
от мет ил
«дух гуманности и искренней люб­
ви
к
му жи ку »; в произведениях писателя его привлекал
ли ризм ,
мяг ко сть
па ли тры, «безыскусственная простота
и
реализм»156.
«Художественную сторону таланта», нетерпимость к
фальши
он
подчеркивал
в
творчестве
Толстого,
хо тя
в
целом,
как
и
Михайловский,
противопоставил
Толстого-
художника
и
То лсто го-м ысл ите ля
(«Граф Л .
Н.
Толстой
как
художник
іи
м ыс л ител ь », «Разлад художника и мыс ­
лителя»).
Статьи
Скабичевского
типичны
для
нар о дн ическ ой
критики
и
постановкой
проблемы
изображения
народной
ж изни
в
литературе.
Эта
тема
является
одной
из
це н­
тральных
в
его
творчестве.
Он
отр ица л
«сентименталь­
н о -иде али стическ о е»
й
«смехотворно-отрицательное»
отношение
к
н ароду,
настаивая
на
том,
что
народную
жизнь
надо
изображать
так,
«как она течет вокруг
нас».
Но
у
Скабичевского
св ой
акцент
в
понима н ии
правды
народной
жизни.
Если,
например,
Ткачева
пр и­
влекала
в
произведениях
Ре шетни ко ва
правдивая
к ар­
тина
экономического
бы та
народа,
то
Скабичевский
больше
пиш ет
о
душевной
красоте
и
стойкости
героев
романа
«Где лучше?».
Его
те зис
—
писать
правду
о
на­
роде
с
любовью
к
народу
—
непосредственно
связан
с
на родн иче ской
идеализацией
кр е сть янина,
с
«верой»
в
«грядущую самобытность» (В .
И.
Лен ин) .
Анализ
литературно-эстетических
взглядов
Ткачева,
Лаврова,
Михайловского
и
Ска биче вс ког о
дает,
таким
образом,
возможность
проследить
типологическую
общ­
ность
их
кр ити ки.
Несмотря
на
индивидуальные
особен­
7 В-538
101


ности
и
значительные
порой
расхождения
теоретических
в злядов
и
конкретных
оценок,
они
являются
п редс та­
вител ям и
одного
направления,
іи
расх о ж дения
во
взгля­
дах
во
многом
объясняются
как
субъективными
фак то­
ра ми,
так
и
выдвижением
на
первый
план
разных
аспектов
общего
для
всех
типа
мировоззрения.
Типол о­
гический
анализ
взглядов
критиков-народников
позво ­
ляет
проследить
на
конкретных
фа ктах
форму
в заи мо­
связ и
между
различными
элем е нтам и
их
критического
метода
и
объяснить
на
этой
основе
как
ме тодол ог иче ­
ску ю
узость
народнической
критики,
так
и
развитие
ее
в
русле
тр ад иций
ре а льной
критики.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Предложенный
в
работе
аспект
анализа
нё
исчер­
пывает,
разумеется,
вс ех
проб л ем
изу чени я
народниче­
ской
критики
как
иде йно -э стети ч еско й
системы,
но
дает
воз мож ност ь
по-н ово му
подойти
к
ре ш ению
ря да
акту­
альных
вопросов
теории
и
истории
русской
критики.
Так,
интересной
и
неизученной
яв ляет ся
проблема
вза­
имо связ и
на ро дни ческо й
критики
и
различных
направле­
ний
академического
литературоведения.
Между
тем
лите­
ратурная
критика
на род ни ков
и
академическое
ли тер ату­
роведение
не
были
разгорожены
глухой
стеной.
Ск аби­
чевский
активно
выступал
как
исто р ик
русской
ли тер ату­
ры;
Лавров
соединял
в
св оем
лице
уче н ого- теоре ти ка
и
критика.
В
свою
о чере дь
А.
Пыпин,
С.
А.
Венгеров,
К.
Арсеньев
и
другие
не
з амыкал ись
в
чистой
на уке,
их
литературно-критические
статьи
ча сто
по явл я лись
на
журнальных
с тра ницах .
«Склонность к публицисти­
чески
окрашенным
ид ей но -те мати ческ им
анализам
литературного
творчества,
несомненно,
сближала
мно­
гих
деятелей
русского
академического
литературоведе­
ния
с
Белинским,
Чернышевским
и
Добролюбовым»
В
историко-литературных
кон це пци ях
ря да
видных
представителей
академического
литературоведения
(на­
пример,
С.
А.
Вен ге ро ва)
чувствуется
заметное
вл ия­
ние
идеологии
народничества.
А нализ
эти х
вз аимо связ ей
бу дет
имет ь
не
только
историко-литературное,
но
актуальное
звучание
в
свете
современных
споров
о
месте
критики
ср еди
лит ера т урове дч ес ких
и
гуманитарных
наук.
Важное
историко-литературное
и
т еорети ко- метод о-
логич ес кое
значение
имеет
вопрос
о
связи
на ро дниче ­
ской
и
марксистской
кр ити ки.
В
последнее
время
эта
проблема
активно
разрабатывается
применительно
к
академическому
литературоведению.
Все
прочнее
утв ер-
103
7*


издается
мнение,
что
«марксистское литературоведение
на
рубеже
веков,
ра зв ив аясь
в
непримиримой
борьбе
с
ид еал ис ти ческ ими
и
позитивистскими
ко нце пци ями
ак а­
демического
литературоведения,
вместе
с
тем
тво р чески
усваивало,
кр и тическ и
перерабатывало
все
ценное,
что
бы ло
в
трудах
учен ы х-ан таг он истов ,
в
их
мет одол ог иче ­
ском
п оис ке»2.
Вполне
правомерна
пос т ановка
вопроса
о
т ом,
что
Плеханов,
Воровский,
Лу нача рский
и
другие
критики-марксисты
не
игнорировали
и
о пыт
на р однич е­
ск ой
кр итики ,
как
положительный,
так
и
отрицательный,
хотя
марксистское
литературоведение
формировалось
на
принципиально
ино й
методологической
основе
и
в'
полемике
с
народнической
ид ео лог ией.
Богатый
материал,
расширяющий
содержание
поня­
тия
«народническая критика», может дать анализ лите­
ратурных
взглядов
писателей-народников,
особенно
Ко­
роленко,
Гл.
Успенского,
Златовратского.
Самоосозна-
ние
этими
писателями
своего
творческого
мет од а,
по ни­
мани е
ими
тео р етичес ки х
и
э стети че ских
проб л ем
художественного
тво рче ст ва
позволят
увидеть
новые,
нюанс ы
в
системе
литературно-эстетических
взглядов
народников.
Изуче ние
ис то рии
критики,
в
частности,
народниче­
ской,
имеет
непосредственный
выход
и
к
актуальным
проблемам
современной
кр итики .
Нем ало ,
например,
говорится
и
пиш ется
о
то м,
что
«критика перестала
расс уждать
о
само й
себе,
расс уждать
лишь
о
ли тера ­
туре.
Не
задум ыв аясь
о
собственной
природе,
она
утрачивает
меру
для
определения
как
своих
достоинств,
так
и
недостатков»3.
Демократическая
критика
19 в.
не
страдала
.этим
н едос татком;
она
«самосознавала»
себя,
стремилась
осмыслить
и
обосновать
свою
методологию
и
специфику
—
и
эт от
о пыт
может
б ыть
исследован
совре­
менной
критикой.
Важ но
выделить
еще
один
—
идеологический
—
ас­
пект
в
изу че нии
поставленной
в
работе
проблемы.
Как
отмечал
на
XXV съезде КПСС Л .
И.
Бр е жн е в, «идейное
п роти воб орство
двух
систем
становится
бол ее
актив­
ным,
империалистическая
программа
—
более
изощре н­
но й»4.
В
области
литературоведения
эта
борьба
проя в­
ляет ся
не
только
в
прямых
атаках
на
принцип
партий­
ности
и
классовости
ис кусс тва ,
но
и
в
более
гибкой:
форме:
в
буржуазном
л итер а тур оведе нии
появляются
104


мно го ч исленны е
школы,
направления,
которые
под
видом
использования
современных
научных
методов
и
отрицания
«традиционного»
литературоведения
п ыта­
ют ся
ото рват ь
литературу
от
таких
«внеэстетических»
фено м енов
как
«связь произведения с действительно ­
с тью,
талантом
и
миров оззре ние м
х уд ожник а,
вы яс не­
ние
социального
и
э стетиче ско г о
во зд ейст вия
произве­
дения
на
читателя
и
т.
д.» 5.
Вмест о
этог о
задач и
литературоведения
и
критики
пытаются
о г ра ничить
«постижением имманентного смыс­
ла
литературных
явлений
и
форм
как
сп ец ифи ческих
струк турны х
образований
человеческого
сознания»6.
В
качестве
обоснования
таких
попыток
ак ти вно
исполь­
зуются
разного
рода
идеалистические
направления,
ко­
торы е
демонстративно
про тиво пос тавл яю тс я
традициям
революционно-демократической
критики.
Таким
образом,
отношение
к
демократическим,
р еа­
л ис тическ им
традициям
кр и тики
прошлого
им еет
не
только
академический
интерес.
Их
ревизия
—
о дна
ив
форм
идеологической
борьбы
на
современном
э тапе.
Но
дем окр ати ч еская
критика
не
нуждается
в
защи­
те.
С
разного
род а
«новациями»
она
сама
имела
дело-
(что показано в работе)
и
ум ела
не
толь ко
защитить
с вои
принципы,
но
и
по каз ать
н ес остояте ль н ость
в сяко­
го
ро да
эстетических,
психологических,
естественно-ма­
тематических
и
про чих
обоснований
теорий
«чистого
ис ку сс тва».
Н аро днич еская
кр итик а
тоже
внесла
св ой
вклад
в
эту
традицию
реальной
критики.
Кроме
теоретико-методологических,
есть
немало
и
историко-литературных
проблем,
связанных
с
на род ни­
ческой
критикой:
ее
влияние
на
литературный
процесс
эпохи;
из уч ение
взглядов
забытых
к рити ков
этого
на­
правления;
мастерство
критического
анализа
Михайлов­
ского,
Ткачева,
Лаврова,
Скабичевского.
Дав но
назрел
вопрос
об
атрибуции,
научном
комментировании
и
из да­
нии
хо тя
бы
на ибол ее
значительных
статей
критиков-
народников.
Каж дая
из
упомянутых
проблем
может
с тать
пр ед­
метом
отдельного
исследования.
Но
для
их
решения
нео бх од имо
иметь
представление
о
народнической
кр и-
тике
как
об
ист о рич ески
обусловленной
идейно-эстети­
ческой
системе,
ан ализ
которой
и
был
о с новной
за да чей
р аб оты.


ПРИМЕЧАНИЯ
Вв еде ние
1 Иезуитов А.
Н.
Движущаяся
эстетика,
худож е с твен ное
самопознание
общества.—
В
к н.:
Современная
литературно-художе­
ственная
кри ти ка.
А кту альн ые
проблемы.
Л., 1975, стр.
17.
2ЛенинВ.
И.
Поли.
соб р.
со ч.
Т.
22, стр.
304.
3 См.:
Ленин
В.
И.
Поли.
со бр.
соч.
Т.
47, стр.
227—229.
4 Николаев П.
А.
Теория
реализма
в
России
второй
п оло­
вины
XIX века .—
В
кн.:
Р аз витие
реализма
в
русской
ли терат уре.
Т.
2.
Кн.
2.
М.,
1973, стр.
480, 481.
5 Ссылки на названия работ упомянутых авторов будут даны
ниже .
6Щербина В .
Р.
Проблемы
литературоведения
в
свете
на следи я
В.
И.
Ле нин а.
М ., «Наука», 1971, стр.
120.
7Блауберг И.
В.,
Садовский
В.
Н.,
Юди н
Э.
Г.
Сис те мный
под ход
в
современной
науке.—
В
к н.:
Пробл е мы
м ето­
дологии
си стемн ого
исследования.
М., «Мысль», 1970, стр.
38.
Глава
I.
Метод
народнической
кри ти ки
1 Ленин В.
И.
Поли.
соб р.
соч.
Т.
15, стр.
368.
2 Развитие реализма в русской литературе.
T. 1.
М.,
1972,
стр.
7.
3Егоров Б .
Ф.
Очерки
по
истории
русской
л ит ера турной
критики.
Л.,
Изд-во
Л ГУ,
1973,
стр.
8.
4 См.:
Современная
литературно-художественная
критика.
Л.,
«Наука», 1975; Современный литературный процесс и критика.
М., «Мысль», 1975; Методологические проблемы современной лите­
ратурной
критики.
М.,
«.Мысль», 1976.
8Краинская Э .
Б.
О
с оотн ошен ии
структурного
и
истори­
ческого
методов
в
научном
ис сле до ва нии.—
В
кн .:
Философские
и
социологические
исследования.
Л.,
Изд-во
ЛГУ,
1974, стр.
76.
6 История русской критики .
Т.
2.
М.—
Л ., 1958, стр.
365.
7Михайловский Н.
К.
Литературные
воспоминания
и
современная
смута.
T. 1.
СП б., 1900, стр.
121—159.
8Овсянико-Куликовский
Д.
Ис т ория
русской
интел­
лигенции.
T.8jЧ.
2.
М.,
Г ИЗ, [б.
г.], стр.
152.
9 Скабичевский А .
Критические
этюды,
публицистические
очерки,
литературные
характеристики.—
Соч.
В
2-х
т.
Т.2.
СПб.,
1895, стр.
857.
В
дальнейшем
ссылки
даются
по
этому
изданию.
106


10Пустарнаков В.
Ф.,
Шах мат ов
Б.
М.
П.
Н.
Т ка­
чев
—
революционер,
пу бли ц ист,
мыслитель.—
В
кн.:
Ткачев
П.
Н.
Соч.
В
2-х
т.
T. 1.
М., «Мысль», 1975, стр.
55.
11 Николаев П.
А.
Возникновение
марксистского
ли те рату­
роведения
в
России.
М„
Изд-во
М ГУ , 1970, стр.
129.
12 Принадлежность этой статьи П.
Л.
Лаврову
не
доказана.
С м.:
Во
гр
ад
В.
Журнал
«Современник» (1847—1866).
Указатель
содерж ани я.
М.—
Л.,
ГИХЛ,
1959,
ст р.
586.
13Кулешов В.
И.
История
русской
критики.
М., «Просве ­
щ ени е», 1972,
стр.
379—380 .
14Лавров П.
Л.
Философия
и
социология.—
Избр.
произв.
В
2-х
т.
T. 1.
М., «Мысль», 1965, стр.
541.
15Лавров П.
Л.
Ино стран ная
литература.— «Библиотека
для
чт ени я», 1863,
декабрь,
отд.
XVI,
ст р.
36.
16 Чернышевский Н .
Г.
Поли.
с обр.
соч.
В
15- ти
т.
Т.
7.
М.,
Гослитиздат,
1950,
стр.
227—240.
17 Антонович М.
А.
Изб р.
ст атьи.
Л ., 1938, стр.
519.
18ЛавровП.
Л.
Собр.
соч.
Серия
1.
Вып.
2.
Пг ., 1917,
ст р.
195.
19ЛенинВ.
И.
Поли.
собр.
соч.
Т.
19, стр.
173.
Об
эволюции
эстетических
взглядов
П.
Л.
Лаврова
см.
подробнее:
Лукин
В.
Н.
П.
Л.
Лавров
о
сущн ости
прекрасного,
специфике
и
задачах
ис­
кусства.—
В
кн.:
Вопросы
научного
коммунизма,
истории
СС СР
и
эстетики.
К у йб ы ше в, 1970; Коновалов В.
Н.
П.
Л.
Ла вров
как
литературный
критик.— «Русская
литература», 1974, No 4.
20Смирнов В.
Б.
Литературная
исто р ия
«Отечественных
записок»,
стр.
54.
21Николаев П.
А.
Возникновение
марксистского
ли тер ату­
роведения
в
России.
М.,
Изд-во
М Г У, 1970, стр.
57.
22ЛенинВ.
И.
Поли.
соб р.
соч.
Т.
2, стр.
545.
23 Ленин В.
И.
Поли.
собр.
с оч.
Т.
2, стр.
528—529.
24ЛенинВ.
И.
Поли.
соб р.
соч.
Т.
2, стр.
545.
25 Ленин В.
И.
Поли.
собр.
со ч.
Т.
26, стр.
241.
26XоросВ.
Г.
Н арод ни ческая
идеология-
и
марксизм.
М.,
«Наука», 1972, стр.
12.
Об
это м
же
с м.:
В.
И.
Ленин
и
русская
общественно-политическая
мыс ль
19 — начала 20 в.
Л.,
«Наука»,
1969,
ст р.
142—144.
27 Ленин В.
И.
Поли.
собр.
со ч.
Т.
27, стр.
195—196.
28 Зельдович М .
Г.
Ле нинский
прин ци п
и ст оризма
и
во­
просы
методологии
исторического
изучения
литературы.—
В
кн .:
Современная
совет ск ая
и стори ко- лит ерат ур ная
наука.
Л ., «Наука»,
1975,
стр.
63.
29 Ленин В.
И.
Поли.
соб р.
с оч.
Т.
25, стр.
263.
30ЛенинВ.
И.
По ли.
собр.
соч.
Т.
39, стр.
67.
31 Зельдович М.
Г.
Ленинский
при нци п
ис тори зма
и
во про­
сы
методологии
исторического
изучения
литературы.—
В
кн .:
Со­
временн ая
советская
историко-литературная
наука,
ст р.
76.
32 См.:
Ленин
В.
И.
По ли.
соб р.
со ч.
T. 1, стр.
412.
33 Ленин В.
И.
Поли.
соб р.
с оч.
Т.
22, стр.
120.
34ЛенинВ.
И.
По ли.
соб р.
соч.
Т.
6, стр.
328.
35 Ленин В.
И.
По ли.
соб р.
с оч.
Т.
29, стр.
318.
36СтоляровВ.
И.
Д иа лектика
как
логика
и
методология
науки.
М.,
1975,
стр.
63.
107


У чебное
Михайловского-крити-
К азан ь,
Изд-во
КГУ,
37 Скабичевский А.
М.
Литературные
воспоминания.
М„
1928,
стр.
322.
38Ткачев П.
Н.
Принципы
и
задачи
реальной
кр итики. —
«Дело», 1878,
No
8,
стр.
25.
39СмирновВ.
Б.
Н.
Г.
Чернышевский
и
лите ра турное
на­
родничество.—
Н.
Г.
Чернышевский.
С та тьи,
ис сл едо ва ния,
м ате­
риалы.
Вып.
6.
С арато в,
1968,
стр.
144.
40 О стиле статей критиков -на р о дник о в
см.
подробнее:
Кон о­
в алов
В.
Н.
Н ародн ическ ая
литературная
критика,
пособие.
Казань, 1974; егоже:
Сти ль
Н.
К.
ка.—
Романтизм
(теория,
история,
критика).
1976.
41 Ленин В.
И.
Поли.
соб р.
соч.
Т.
18,
42ЛенинВ.
И.
Поли.
соб р.
со ч.
Т.
24,
43Седов М.
"
взглядах
Михайловского.—
Общественное
мен ной
Р осси и.
44
■ства,
45
46
47
ст р.
384.
стр.
335.
Г.
К
вопросу
об
общественно-политических
"'
д вижен ие
в
порефор-
М„
«Наука», 1965,
ст р.
186.
Малинин
В.
А.
Философия
революционного
народниче-
стр.
333.
«Дело», 1877,
No
8,
стр.
45.
Лавров
П.
Л.
Философия
и
социология.
Т.
2, стр.
22.
Михайловский
Н.
К.
Соч .
В
6-ти
т.
Т.
3.
СП б.,
1896—1897, стр .
8.
В
дальнейшем
ссылки
даются
по
данному
из­
данию.
48ТкачевП.
Н.
Избр.
с оч.
на
социально-политические
темы .
В
6-ти
т.
T. 1.
М„ 1932—1937, стр.
90.
"
ются
по
данному
изданию.
49 Ткачев П.
Н.
Избр.
соч.
Т.
3, стр.
201.
О
кр итике
народ­
ник ами
субъективной
со ци ологи и
подробно
пишет
В.
в
книге
«Философия революционного народничества»
153).
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
ства,
60
61
ства,
62
63
В
дальнейшем
ссылки
да-
А.
Малинин
(стр.
144—
T. 3, стр.
106.
социология.
Т.
К.
Со ч.
К.
Соч .
соч .
Т.
К.
Соч.
2, стр.
290.
Т.
3, стр.
406.
T. 1, стр.
71—72 .
2,
стр.
97.
Т.
3,
стр.
401—402.
ст р.
316.
Народн иц е-
Михайловский
Н.
К.
С оч.
Лавров
П.
Л.
Философия
и
Там
же,
стр.
38.
Михайло вский
Н.
Михайловский
Н.
Ткаче в
П.
Н.
Избр.
Михайловский
Н.
Там
же,
стр.
391.
Лавров
П.
Л.
Философия
и
социология.
Т.
2,
Малинин
В.
А.
Философия
революционного
стр.
138.
Михайловский
Н.
К.
Соч.
Т.
3, стр.
301.
Ма лин ин
В.
А.
Философия
революционного
стр.
140.
Ткачев
П.
Н.
Избр.
с оч.
T. 1, стр.
276.
Лавров
П.
Л.
Избранные
сочин ен ия
на
социально-поли­
тические
темы.
В
4-х
т.
Т.
3.
М. , 1934—1935, стр.
9.
В
д аль нейш ем
ссылки
64'
65j
66'
67'
нар о дниче -
I даются по этому изданию .
Там
же,
стр.
367.
Михайловский
Н.
К.
Соч.
Т.
3, стр.
434.
Там
же,
стр.
440.
Там
же,
ст р.
404, 405.
108


1 68ЛавровП.
Л.
Философия
и
социология.
Т.
2, стр.
43.
69 См.:
Ткачев
П.
Н.
Из бр.
соч .
T. 1, стр.
310, 321,.419.
70 Там же,
стр .
284.
■
71 Ленин В.
И.
Поли.
соб р.
соч. T. 1, стр.
138.
72ЛенинВ.
И.
Поли.
соб р.
соч .
Т.
2, стр.
237.
73 Там же,
стр.
246.
74 Там же,
с тр.
247.
75 См.
там
же,
стр.
234.
76 Гуляев Н .
А.
В.
И.
Ле нин
о
романтизме.—
В
кн.:
Воп ро­
сы
романтизма.
В ып.
5.
Казань,
Изд-во
КГ У, 1972, стр.
11—12 .
77 См.:
Овсянико-Куликовский
Д.
История
р ус ской
интеллигенции.
Т.
8.
Ч.
2, стр.
155—156, 183.
78Малинии В.
А.
Философия
революционного
на родн иче ­
ства,
стр.
12.
79 Ленин В.
И.
Поли.
соб р.
со ч.
Т.
18, стр.
384.
80Водолазов Г.
Г.
От
Чернышевского
к
Плеханову.
Об
осо бен н ости
р аз вития
социалистической
м ысли
в
России.
М.,
Изд-во
МГУ,
1969,
стр .
81.
81Смирнов В.
Б.
Литературная
история
«Отечественных
за п и сок » (1868—1884).
Пермь,
1975,
ст р.
118.
82 Осьмаков Н.
В.
С вое обра зие
ром а нти зма
поэзии
револю­
ционного
народничества.—
В
к н.:
К
истории
русского
романтизма.
М ., «Наука», 1973, стр.
119.
83 Пруцков Н.
И.
Вопросы
литературно-критического
ан али­
за.
М.— Л., 1960, стр.
48.
84 Плеханов Г .
В.
Искусство
и
ли т ерат ура.
М.,
Гослитиз­
д ат, 1948, стр.
532.
85 Ленин В.
И.
Поли.
соб р.
с оч.
Т.
2, стр.
527.
86 Там же,
ст р.
522.
87 Цит.
по
кн .:
С мир нов
В.
Б.
Литературная
история
«Оте ­
ч е ст венных
з апис ок », стр.
118.
88 Чернышевский Н.
Г.
Поли.
со бр.
со ч.
В
15-т и
т.
Т.
3,
стр.
25.
89 Михайловский Н.
К.
Соч.
Т.
4, стр.
758—759.
90 Писарев Д.
И.
Соч.
В
4-х
т.
T. 1.
М ., 1955, стр.
126—127.
91 Лавров П .
Л.
И но стран ная
ли тера тур а.— «Б и блиоте ка
для
чте ни я », 1863,
декабрь,
отд.
XVI,
ст р.
36.
92 Михайловский Н.
К.
Соч.
Т.
6, стр.
461.
93 Белинский В.
Г.
Соб р.
соч .
В
3-х
т.
Т.
2.
М.,
ОГ ИЗ, 1948,
стр .
364, 373.
94Горланова Т.
Эстетические
взгляды
на родни ков
в
свете
ленинских
оценок.—
В
кн. .:
В.
И.
Ленин
и
некоторые
вопросы
исто­
рии
и
теории
эстетики.
М.,
Изд-во
М Г У,. 1969, стр.
77—78.
95 Скабичевский А .
М.
Соч.
T. 1, стр.
115.
96 Михайловский Н.
К.
Соч.
Т.
2, стр.
654.
97 Михайловский Н .
К.
Ли терату рн ые
воспоминания
и
современная
смута.
Т.
2.
С Пб., 1900, стр.
192, 199—200.
98 Михайловский Н .
К.
Соч.
Т.
4, стр.
523.
"Скабичевский А.
М.
Соч .
Т.
2, стр.
234.
100Стенник Ю.
В.
С и стемы
жанров
в
историко-литератур­
ном
процессе.—
В
к н.:
И ст орико- лите ра турный
про цесс .
Проблемы
и
методы
’ изучения.
Л ., «Наука», 1974, стр.
184.
101МиX
а
й
л
о
в
ски
й
Н.
К.
Соч.
Т.
4, стр.
514.
109


102 Там же,
стр.
515.
103 Михайловский Н .
К.
Литературные
воспоминания
и
современная
смута.
T. 1, стр.
49ѵ.
104 Салтыков- Щ едр и н
М.
Е.
Поли.
собр.
соч.
Т.
20..
М.,
1937, стр.
152.
105Салтыков
-Щедрин
М..
Е.
Поли.
соб р.
со ч.
Т.
19,
стр.
384.
1061 Михайловский Н .
К.
Литературные
воспоминания
и
сов рем енная
смута.
T. 1, стр.
126.
107 См..:
Лавров
П.
Л.
Современная
журналистика.— «Книж­
ный
вестник», 1866, No 23—24; его же:
Обозрение
периодических
изданий.— «Библиограф», 1869, No 1.
108 См.
об
этом:
Твардовская
В.
А.
Н.
К.
Михайловский
и
«Народная воля» .— « И стор ич е ск ие
записки», 1968, т..
82.
109 Михайловский Н .
К.
Литературные
воспоминания
и
современ на я
смута.
Т.
4, стр.
49.
110 Михайловский Н.
К.
Со ч.
Т., 5,
ст р.
283.
111 Скабичевский А.
М.
Литературные
в о сп ом инания.
М.—
Л. , 1928, стр ..
246.
112 Ленин В .
И.
По ли.
собр.
со ч.
Т.
45, стр.
24.,
113 Скабичевский А.
М.
Литературные
воспоминания,
ст р.
246.
114 Рудницкая Е.
Л.
Шестидесятник
Николай
Н ожин.
М.,
1975,
с тр.
208.
115 Михайловский Н .
К.
Литературные
воспоминания
и
современная
смута.
T. 1,
стр.
141.
116 Ткачев П .
Н..
Изб р.
соч.
Т.
4, стр.
414.
117ЛавровП.
Л.
Философия
и
социология.
Ч.
2, стр.
657.
118 См .:
Скабичевский
А..
М.
Жизнь
и
ли тератур н ая
д ея­
тельность
Белинского.—Белинский
В.
Г.
Соб р.
соч.
В
4-х
т.
T. 1.
СП б.,
1900.
119 Скабичевский А .
М.
До бролю бов.
Его
жизнь
и
лите­
ратурная
деятельность.
СП б., 4894, стр.
95.
120МиX
а
й
л
о
в
с
к
и
й
Н.,
К.
Соч.
Т.
5,
стр.
893.
121 Протопопов М .
Критические
стать и .
М., 1902, стр.
470.
122ГорлановаТ.
Эстетические
взгляды
народников
в
свете
ле нинских
оценок.—
В
кн. :
В.
И.
Ле нин
и
некоторые
вопросы
исто­
рии
и
теории
эстетики.
М.,
И зд-во
М ГУ , 1969, стр.
77.
123 Ле нин В.
И.
Поли.,
соб р.
с оч.
Т.
2, стр.
542.
124, Плеханов
Г.
В.
Избранные
философские
про из в едения.
В
5-т и
т.
T. 1.
М., 1956, стр.
173.
125 Николаев П .
А.
Ре ализ м
как
творческий
метод.
М.,
Изд-во
МГУ , 1975, стр.
106-^107.
126 Ленин В.
И.
Поли.
соб р.
соч.
T. 1, стр.
137.
Глава
II.
Теоретико-литературные
концепции
народничества
1Храпченко М .
Б.
Типологическое
изучение
литературы
и
его
принципы.—
В
к н.:
Пробл емы
типологии
русского
ре али зма.
М., «Наука», 1969, стр.
23.
2 ФоX
т
У.
P« Типологические разновидности русского реализ­
м а.—
В
кн .:
Пробле мы
типологии
русского
реализм а,
ст р.
65.
ПО


3 Неупокоева И.
Г.
О
понятии
общего
типологического
ряд а.—
В
кн. :
Контекст-74.
Литературно-теоретические
исследова­
ни я.
М ., «Наука», 1975.
41 См .: «Вопросы литературы», 1973,
No
3.
5 С ичивица О.
М.
Фа кторы
научного
прогресса.
Воронеж,
1974, стр.
127.
6Блауберг И .
Б.,
Садовский
В.
Н.,
Ю дин
Э.
Г.
Си­
стемный
подход
в
современной
науке.—
В
к н.:
Проблемы
методоло­
гии
си стемн ого
исс ле до в ания.
М„ «Мысль», 1970, стр.
17.
7 Белинский В.
Г.
Соб р.
со ч.
В
3-х
т.
Т.
2. М., 1948, стр.
361.
8 «Вопросы философии», 1973,
No
3,
ст р.
134.
9Машинский С .
О.
Типологическое
и
конкретно-историче­
ское
исследование
литературы.—
В
к н.:
Проблемы
типологии
рус­
ского
реализма.
М.,
«Наука», 1968,
ст р.
139.
10 Клевенский М . .
Ткачев
как
литературный
критик.— «Со­
временный
м ир», 1916, No 7—8, стр.
2, 15.
11 Трубецкой Б.
А.
Эстетические
взгляды
П.
Н.
Ткачева.—
Учен.
за п.
Кишиневского
ун-та, 1959, т.
37, стр.
35.
12Ткачев П.
Н.
Прин ципы
и
задачи
реальной
критики.—
«Дело», 1878, No 8, стр.
25.
13 Там же.
14Ткачев П.
Н.
Избранные
сочинения
на
социально-полити­
ческие
темы.
Т.
2.
М., 1932, стр.
373.
В
дальнейшем
будут
указы­
ваться
только
том
и
страница
данного
из да ния.
15 Ленин В.
И.
Поли .
с обр.
соч.
Т.
20, стр.
162.
16 В.
И.
Ле нин
о
ли тер ат уре
и
искусстве.
М., 1969, стр.
707.
17 «Дело», 1878,
No
3,
ст р.
23.
18 «Дело», 1872,
No
12,
стр.
42.
19 Там же,
ст р.
49.
20Николаев П.
А.
В о зник нов ение
мар кс истс ко го
ли тера ту­
роведения
в
Ро сси и.
М.,
Изд-во
МГ У, 1970, стр.
209.
21 «Дело», 1872, No 12, стр..
30.
22 Там же,
ст р.
37.
23 Там же,
стр.
43.
24 Там же,
стр.
29.
25 Проблема типизации в эстетике Ткачева,
эволюция
его
п ред­
ставлений
о
типическом
подробно
рассмат ри вают ся
в
р або тах
В.
М.
Сенкевича
«К вопросу о типическом в эстетике П .
Н.
Ткачева»
(Учен .
зап.
МГПИ
им.
В.
И.
Ленина, 1963, No 190)иВ.
Н.
Лукина
«П.
Н.
Ткачев
о
некоторых
проблемах
эстетики» (Учен.
за п.
Куй бы­
шевского
Г ПИ,
1962, вып .
62).
26 «Дело», 1878,
No
8,
ст р.
18.
27 Астахов И;
Б.
Эс тет ика.
М.,
1971,
стр.
77.
28 Маркс К.
и
Эн гел ьс
Ф.
Соч.
Т.
20, стр.
554.
29 «Дело», 1878,
No
8,
с тр.
23.
30 «Заурядные читатели»
—
намек
на
А.
Скабичевского,
кото­
рый
под
таким
псевдонимом
сотрудничал
в
газ ете
«Биржевые ве­
домости».
31 «Дело», 1878, No 2, стр.
348.
■ 32 Белинский В .
Г.
Поли.
соб р.
со ч.
Т.
7, стр.
94.
33 Салтыков- Ще др и н
М.
É.
Поли.
соб р.
соч.
В
20-ти
т.
Т.
8, стр.
423.
34 Там же.
111


35 Черны! шев ски й
Н.
Г.
Поли.
соб р.
с оч.
В
15-т и
т.
Т.
3.
М.,
Гослитиздат,
1939—1953,
с тр.
663.
35 Добролюбов Н.
А.
Поли.
соб р.
соч.
В
6- ти
т.
Т.
2.
М.,
Гослитиздат,
1934—1941,
стр.
49.
37 Там же.
38 Там же,
с тр.
47.
!
39Бурсов Б.
Вопросы
реализма
в
эстетике
революционных
демократов.
М.,
ГИХЛ,
1953,
стр.
310.
40Туниманов В.
Принципы
реальной
кр ит ики.— «В опр осы
литературы», 1975,
No
6,
ст р.
161...
41ЛукинВ.
Н.
П.
Н.
Ткачев
о
некоторых
пробл е мах
эсте­
тики. —
Уч ен.
зап.
Куйбышевского
ГП И, 1962, вып.
62, стр.
148.
42ПлеX
а
н
о
в
Г.
В.
Избранные
фил ос о фские
про из в едени я.
Т.
5.
М, 1958, стр.
279.
43 «Дело»,
1878, No 4,
стр.
321.
44 «Дело»,
1872, No 12, стр.
55.
48 Там же,
стр.. 53,
46 Там же,
ст р.
69.
47 Там же,
стр. 72..
48 «Дело», 1878,
No
4,
стр.
320.
49 «Дело», 1872,
No
12,
ст р,
46—47.
50 Там же,
стр.
59.
>
51 Сенкевич В.
М.
Типическое
в
реалистическом
искусстве
(К вопросу о типическом в эстетике П .
Н.
Тка чев а).— Учен.
зап.
МГПИ
им.
В.
И.
Ленина, 1963, No 190, стр.
139—140.
52 «Дело»,
1878,
No4,
стр.
284.
53 «Дело»,
1878,
No
2,
с тр.
359.
54 «Дело»,
1878,
No
4,
стр.
284.
55 «Дело»,
1878,
No
0,
стр.
362.
56 «Дело»,
1878,
No
4,
стр. ,
310.
57 Там же,
стр.
313.
58 Там же,
с тр.
314.
59 Н.
Щедрин
о
литературе.
М„
1952, стр.
289—292.
60 «Дело»,' 1868,
No
12,
с тр.
27.
61 Соколов H.
Н.
В.
Шелгунов—
литературный
кр итик. —
В
к н.:
Шелг ун ов
Н.
В.
Литературная
кр итика.
Л ., 1974, стр. 28.
62ЛавровП.
Л.
Избранные
сочинения
на
социально-полити­
ческие
темы.
В
8-ми
т.
Т.
2.
М., 1934, стр.
31.
63 «Библиограф», 1869,
No
1,
отд.
1,
ст р.
14.
64 «Дело», 1879,
No
10,
стр..
3.
63ЛавровП.
Л.
Избранные
сочинения
на
социально-полити­
ческие]
темы.
Т.
3, стр.
126.
68 ЛавровП.
Л.
Этюды
о
западной
литературе.
П г., «Ко­
л ос », 1923,
стр.
86.
67 Там же,
с тр.
91.
68 «Дело», 1879, No 10, стр.
9.
69 «Библиограф», 1869,
No
1,
отд..
1,
ст р.
1.
70 «Библиограф», 1869, No 1, отд .
3, стр.
3.
71ЛавровП.
Л.
Письмо
провинциала
о
некоторых
л итер а­
турных
явлениях.—
Литературное
наследство.
Т.
76.
М ., «Наука»,
1967,
ст р.
177.
72 Там же,
стр .
188.
73 Там же,
стр.
198.
; 112


•
Ла вров
П.
Л.
(А.
До
ленга).
Важнейшие
мо мен ты
в
истории
мысли.
М ., 1903, стр.
171.
75ЛавровП.
Л.
Философия
и
социология.
Т.
2, стр.
50.
76 «Отечественные записки», 1868, март,
стр.
124—125.
77 Там же,
стр.
139.
78 История КПСС.
T. 1.
М., 1964, стр.
51.
79 «Отечественные записки», 1868, март,
с тр.
125.
80Лавров П.
Л.
Философия
и
социология.
T. 1, стр. 537.
81 Лавров П.
Л.
Этюды
о
западной
литературе,
стр.55.
82 Лавров П.
Л.
Философия
и
социология.
T. 1, стр. 538.
83Лавров П.
Л.
Этюды
о
западной
литературе,
стр. 185.
84 Там же,
ст р.
186.
85ЛукинВ.
Н.
П.
Л.
Лавров
о
сущности
прекрасного,
спе ­
цифике
и
задачах
искусства,
ст р.
163.
86 Там же.
87Лавров П.
Л.
Избранные
со чине ния
на
социально-полити­
ческие
темы.
Т.
4,
стр.
127—128.
88ЛавровП.
Л.
Тургенев
и
развитие
ру сско го
общества.—
Литературное
наследство,
1967, т.
76, стр.
217.
89ЛавровП.
Л.
Э тюды
о
зап адн ой
ли те рат уре,
стр.
158.
"Лавров П.
Л.
Задачи
пони ма ния
и стори и.
СПб.,
1903,
стр.
285, 286, 321.
91 Там же,
с тр.
320.
"Лавров П.
Л.
Эт юды
о
запад ной
литературе,
ст р.
103.
93 Лавров П.
Л.
Задачи
по ним ания
истории,
ст р.
286.
94ЛавровП.
Л.
Э тюды
о
зап ад ной
ли те рат уре,
стр .
90.
95 К.
Марк с
и
Ф.
Энгельс
об
и скус стве.
T. 1.
М., «Искусство)»,
1967,
стр.
23.
96 Рунин Б.
Логика
науки
и
лог ика
искусства.
—
В
кн .:
Со­
дружество
н аук
и
тайн ы
творчества.
М ., «Искусство», 1968, стр.
116.
97 Гончаренко Н.
В.
О
прогрессе
искусства.
Ки ев,
1968,
. стр.
217.
98 Лавров П .
Л.
Из
рукописей
90-х
гг.
М., 1903, стр.
164.
99 Лавров П .
Л.
Оп ыт
истории
м ысли
нового
времени.
T. 1.
’Ч.
2.
Же н ева,
1894,
ст р.
1102.
100 Фридлендер Г.
М.
О
некоторых
проблемах
поэтики
се­
годня.—
В
кн .:
Исследован ия
по
по этик е
и
сти лис тик е.
Л.,
«Нау ­
ка », 1972,
стр.
7.
101ЧернышевскийН.
Г.
Поли.
соб р.
соч .
В
16- ти
т.
Т.
3,
стр.
429.
1023ельдовичМ.
Г.
Чернышевский
и
проблемы
критики.
. Харьков,
Изд-во
Х Г У, 1968, стр.
186.
103 Лавров П .
Л.
Новый’роман
г-н а
Тургенева.
—
Литератур­
ное
наследство,
1967,
т.
76,
стр.
197.
.
104 Там же,
ет р.
200. .
105 Лавров П .
Л.
Тургенев
и
развитие
русского
общества.—
.Литературное
наследство, 1967, т.
76, стр.
216.
196 Там же,
стр.
203.
107 Там же,
с тр.
200.
108 Ленин В .
И.
По ли.
соб р.
соч.
Т.
5, стр.
403.
109ЛенинВ.
И.
Поли.
соб р.
соч.
Т.
24, стр.
34.
110 Ленин В .
И.
По ли.
собр.
со ч.
T. 1, стр.
272.
111 См .:
Ленин
В.
И.
Пол и,
собр.
соч.
Т.'24, стр.
333—337.
113


ІІ2Теплинский
М.
В.
«Отечественные записки» (1868—
1884).
Южно-С а хал инс к, 1966, стр.
245.
113 Михайловский Н.
К.
Со ч.;Т .
1.
СП б., 1896, стр.
89.
114 Там же.
115 Там же,
стр.
475.
118 Там же,
стр.
32.
117БурсовБ.
И.
Критика
как
литература.
—
В
к н.:
Совре­
менная
литературно-художественная
критика.
Л., «Наука», 1975,
ст р.
132—133.
118 Лукин В.
Н.
Эстетические
взгляды
Н.
К.
Михайловского.
Куйбышев,
1972,
стр.
19—20.
119 Михайловский Н .
К.
Соч.
Т.
4, стр.
211.
120ПетроваМ.
Г.
Эст ети ка
позднего
народничества.
—
В
к н.:
Литературно-эстетические
концепции
в
России
конца
19 — начала
20 в.
М.,
1975,
ст р.
141.
121 «Русский вестник», 1898, т.
77, стр.
331.
122 «Вопросы философии и психологии», 1896, кн.
16, стр.
75, 86.
107.
123 Михайловский Н.
К.
Литературные
воспоминания
и
современная
смута.
Т.
2,
стр.
122.
124 Михайловский Н.
К.
Литературные
воспоминания
и
современная
смута.
T. 1,
стр.
47.
125 Михайловский Н .
К.
Соч.
Т.
5, стр.
460.
126 Там же,
ст р.
400.
127 Там же,
ст р.
552.
128 Михайловский Н .
К.
Соч.
Т.
2, стр.
647.
129 Там же,
ст р.
623.
130 Михайловский Н .
К.
Соч.
Т.
5, стр.
79.
131 Михайловский Н .
К.
Со ч.
T. 1, стр.
842.
132 Михайловский Н .
К.
Л ит ера турн о-кри тиче ск ие
ст атьи.
М.,
1957,
стр.
371.
133 Михайловский Н .
К.
Литературные
во сп ом инания
и
современная
смута.
Т.
2,
ст р.
149.
134СоколовН.
Р ус ская
литература
и
народничество.
Л.,
Изд-во
Л ГУ,
1968,
с тр.
96.
135 Михайловский Н .
К.
Л ит ера турн о-кри тичес к ие
с та тьи,
с тр.
262, 283.
136 Михайловский Н .
К.
Со ч.
Т.
5, стр.
283.
137 Михайловский Н.
К.
Литературно-критические
статьи,
стр
269.
138БялыйГ.
Рождение
творческих
принципов
социалисти­
ч еско го
ре али зма.
—
В
к н.:
Литературно-эстетические
концепции
в
России
ко нца
19 —начала 20 в.
М., «Наука», 1975, стр.
49.
139 О романах Н.
К.
Михайловского
см.
ст а тью:
Б
я
л
ы
й
Г.
А.
Н.
К.
Михайловский-беллетрист.—
В
к н.:
Рус ск ая
л и терату ра
и
на­
родничество.
Л.,
Изд-во
ЛГ У , 1971, стр.
100—125.
140 Михайловский Н .
К.
Литературно-критические
ста тьи,
стр.
335.
141 Плеханов Г .
В.
Лит ера ту ра
и
эстетика.
T. 1.
М.,
1958,
с тр.
391.
142 «Русская мысль», 1899,
No
5,
стр.
131,
143 «Русская мысль», 1900,
No
10,
стр.
39.
144 В.
Г.
Короленко
о
литературе.
М ., 1957, стр.
630.
114


145 Кулешов В.
И.
И ст ория
ру сско й
критики.
М.,
1972,
ст р.
374.
146 Скабичевский А .
М.
Литературные
в о спо мина ния.
М.— Л.,
1928,
стр.
246.
147 См.
об
это м:
Коновалов
В.
Н.
Л ит ера турн о-кри тиче с кие
и
эстетические
взгляды
А.
М.
Скабичевского.—
В
к н.:
Русская
лите­
ратура
1870—1890-х
годов.
Сб.
8.
Свердловск,
1975.
148 Скабичевский А.
М.
Со ч.
В
2-х
т.
T. 1, стр.
115.
149Скабичевский А.
М.
Н.
А.
Добр олюб ов.
Его
жизнь
и
литературная
деятельность.
СПб .,
1894,
ст р.
95.
150 Скабичевский А.
М.
Соч.
Т.
2, стр.
113.
151 Там же.
152 Скабичевский А .
М.
Со ч.
T. 1, стр.
500.
153 Там же,
стр.
501.
154 Там же,
с тр.
501—502.
155 «Русская мысль», 1888, No 3, отд .
XII, стр.
36.
156 Скабичевский А.
М.
И ст ория
новейшей
русской
лите­
рат уры .
СПб.,
1893,
стр.
118.
Заключение
1 Академические школы в русском литературоведении.
М.,
«Наука», 1975,
ст р.
183.
2 Гуральник У .
А.
Марк сист ская
критика
и
русское
акаде­
мическое
литературоведение
ко нца
19 — начала 20 в.—
В
кн .:
Ак­
туальные
вопросы
истор ии
марксистской
литературной
критики.
Кишинев,
1975,
стр.
66.
3Бурсов Б .
Критика
как
ли тера тур а.—
В
кн. :
Современная
литературно-художественная
критика.
Л., «Наука», 1975, стр.
109.
4 Материалы XXV
съез да
КПСС.
М.,
П оли т изд ат, 1976, стр.
74.
5 Мясников А .
С.
Пробл емы
теории
и
методологии
современ­
ной
к рит ики.—
В
кн. :
Контекст-74.
Литературно-теоретические
ис­
следования.
М., 1974, стр.
107—108.
6 Фридлендер Г.
К
критике
методологических
концепций
«современного
буржуазного
лит ерату роведен ия . —
В
кн. :
В опр осы
^методологии литературоведения .
М.—
Л.,
1966,
стр.
60.


ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение
3
Глава
I.
Метод
народнической
критики
7
Глава
II.
Теоретико-литературные
концепции
народничества
41
Заключение
103
Примечания
106
Вал ер ий
Ни ко лаеви ч
Коновалов
Л ИТЕРАТ УРНАЯ
КРИТИКА
НАРОД НИЧ ЕСТВА
Редактор
Л.
Л.
Биктимиров
Техни ческ ий
редак то р
М.
П.
Скороходова
Корректор
А.
И.
Мратова
Обложка
художника
Б.
А.
Чукомина
ИБ
No
136
Сд ано
в
набор
27fVA^77 г .
По дписа но
к
печати
20/XII-1977 г.
ПФ
11040.
Формат
бум аги
84Х1081/з2.
Печ.
л.
3,625 (6,09).
Уч.-изд.
л.
6,33.
Тираж
2800 экз .
Ц ена
75 к.
Изд атель ство
К азанск ог о
университета,
г.
Казань,
ул.
Лен и на, 4/5,
Полиграфический
комбинат
им.
К.
Якуба
Управления
по
делам
из­
д атель ств,
по лигр а фии
и
к нижно й
т орго вли
Совета
Министров
ТАССР,
г.
Казань,
ул.
Баумана, 19.


7S к.
ИЗД АТЕЛ Ь СТВО
К АЗА НСК ОГО
у ниверси тета