Дальневосточный государственный

л



"ч-Г/71-лД "Д '-i4'»

WW

Та >*•.	- Л

®»ОЖ®ЙГ

технический университет

..

№;

ч.

JV'f

1



 Sv Ji :-. J

О

_.^-_	Х_-,------:-





»

%

i

*



Н.В. Касьянов





Владивостокская
крепость



ПАМЯТНИКИ ИСТОРИИ
И АРХИТЕКТУРЫ







1



I
Н.В. Касьянов

Владивостокская крепость

Между прошлым и будущим

Издательство
ДВГТУ
ББК 38.7

85.113(2)1

К 725.182 - 623.1

Касьянов Н.В. Владивостокская крепость. Между прошлым и
будущим. — Владивосток: Изд-во ДВГТУ, 2001. - 100 с.: ил.

Рассматриваются архитектурные особенности фортифика-
ционного наследия Владивостока и его окрестностей, прежде всего
Владивостокской крепости—уникального памятника военно-оборони-
тельного зодчества конца XIX - начала XX веков. Освещаются
проблемы нынешнего состояния оборонительных сооружений и
перспективы создания архитектурно-ландшафтного музея-заповед-
ника Владивостокской крепости. Описание рассматриваемых
объектов дополнено специально выполненными иллюстрациями.

Издание предназначено как для специалистов, так и для широкого
круга читателей.

Kasyanov N. V. Vladivostok Fortress. Between Past and Future. -
Vladivostok: FESTU Press, 2001. - 96 p.: illustrated.

Architectural features of fortification heritage of Vladivostok and its
suburbs with special attention to Vladivostok fortress, the unique memo-
rial of the end of XIX - beginning of XX centuries Russian military archi-
tecture, are described. Present state of defensive constructions as well as a
prospect of establishment of Vladivostok Fortress Architectural and Land-
scape Museum-Reserve are considered. Description of constructions are
enriched by author performed illustrations.

This publication is designed for the specialists and for wide public.

ISBN 5-7596-0275-6

© Н.В.Касьянов, текст,
рисунки, 2001

© Изд-во ДВГТУ, 2001
ПРЕДИСЛОВИЕ

Архитектура рождена для защиты человека, прежде всего,
от природных явлений: ветра, дождя, снега, солнца. И также от
хищников. И от человека. Свою защиту-архитектуру человек
организовывал как новый мир, в чем-то подобный окружаю-
щему, а в чем-то и придуманный, новый, идеальный. Жилище
и крепость были неотделимы друг от друга. С появлением
городов, жилище избавляют от функции защиты человека от
человека, (собственно, - город это укрепленное поселение).
Рождается крепостное, оборонительное зодчество.

Крепости можно рассматривать как продукт фортифика-
ционной деятельности (французское fortifier означает усиливать,
укреплять). Оборонное строительство, - существенная часть
военно-инженерного дела. История оборонного строительства
является историей взаимодействия осады и обороны. Но,
история крепостного зодчества может быть представлена и как
история влияния гражданской техники и гражданской архи-
тектуры не только на конструктивные особенности крепостей,
но и на художественные, т.е. на архитектурные их качества.
Несомненно и обратное влияние - монументальные достоинства
крепостей (в силу специфики и крупности объекта) заимство-
вались гражданской архитектурой.

Историки фортификации выделяют пять периодов эволю-
ции фортификационных идей и форм1: 1) древний период и
средневековье; 2) огнестрельный период - с XIV по XVII век; 3)
период XVIII века; 4) период XIX века и 5) период XX века до

1 Яковлев В.В, История крепостей. - М.: ООО “Фирма “Издательство
ACT”; СПб.: ООО “Издательство Полигон”, 2000.
наших дней. Сам факт выделения говорит о победах Осады. I
Может не над конкретной крепостью, а над Обороной. |
Крепости, при этом, или перестраивались, или переставали I
служить Обороне. Так знаменитая Хотинская крепость осталась I
памятником второго периода, а Каменец-Подольская, - отразила
в себе характерные черты второго и третьего периодов.
Крепостей, верно служивших Обороне на протяжении всех пяти
периодов, нет. Особенностью Владивостокской крепости, о 1
которой пойдет речь в этой книге, является то, что возводилась
она в конце четвертого - в начале пятого периода, и в ней 1
реализованы фортификационные идеи и формы обеих периодов,
разумеется, с доминированием последнего.

Известно, что Владивосток начинался (с 1860 г.) как
военный пост. Оборонительная функция была первичной.
Города еще не было, а “огораживание” осуществлялось, |
Собственно, крупные оборонительные работы стали проводить
только в конце семидесятых годов (девятнадцатого века), по

инициативе

.Ф.Унтербергера. Вот как писал первый историк



Владивостока Николай Петрович Матвеев о строительстве

крепости: “

В 1880 году обострился кульджинский вопрос и

начались у нас натянутые отношения с Китаем. Это вызвало не
только усиление нашей эскадры в Тихом океане, главное ]
командование которой было вверено генерал-адъютанту
Лесовскому, но и сухопутные войска были значительно
увеличены и крепостные работы во Владивостоке приняли |
обширные размеры”.2 В земляных работах по устройству 1

береговых укреплений принимали участия команды боевых
кораблей эскадры. В том же 1880 г. Владивосток был введен в
статус города. А в 1889 году Владивосток официально стал
крепостью. 30 августа на Владивостокских батареях при громе
пушек торжественно взвился впервые крепостной флаг.3



2 Матвеев НП. Краткий исторический очерк г.Владивостока. -
Владивосток: Изд-во “Уссури”, 1990, с. 142.

3 Там же, с.207.
Владивостокской крепости не пришлось продемонстри-
ровать свои оборонные возможности. Был только один эпизод
русско-японской войны, затронувший Владивосток, и давший
затем толчок к дальнейшему совершенству крепости. Еще раз
сошлемся на Н.П.Матвеева: “22 февраля 1904 года произошло
событие, которое будет долго памятно Владивостоку - его
бомбардировали японские суда”4. Обстреливали город из
Уссурийского залива. Из 130 выстрелов - один был "результа-
тивным”, - ядро попало в дом рабочего Кондакова, и разор-
вавшись, убило его беременную жену. Уроки русско-японской
войны, обороны Порт-Артура, были учтены проек том усиления
крепости инженер-генерала А.П.Вернандера. В 1910-1916 гг. под
руководством генерал-майора А.П.Шошина были построены
форты, береговые батареи и оборонительные пункты, превра-
тившие Владивостокскую крепость в оборонительный
комплекс, соответствовавший последним достижениям военно-
инженерной науки.

“Последние достижения военно-инженерной науки”, - это
не дежурные, ни к чему не обязывающие слова. Военными
инженерами Российской армии были задуманы, подготовлены
и осуществлены опыты по испытанию новых крепостных
конструкций. Особая комиссия в составе представителей
инженерного и артиллерийского ведомств, представителей
Генерального штаба выбрала для опытов остров Березань в
Черном море (близ города Очакова). Летом 1912 года опытные
постройки были подвергнуты обстрелу. Подобные опыты были
поставлены в крепости Варшава в 1913 г. Выводы особой
комиссии были резюмированы Инженерным комитетом в
инструкции по возведению крепостей.5

Сейчас, Владивостокская крепость не служит Обороне, она
сама требует защиты. И началом защиты должны стать знания
об объекте. Об архитектурном объекте.

4 Там же, с.278.

5 Яковлев В.В, История крепостей, с.359-362.
Что такое архитектура - каждое поколение отвечало (или
молчало) на этот вопрос по своему. Все архитекторы помнят
формулу античного теоретика архитектуры Витрувия (жил и
работал во второй половине I в. до н.э.), что архитектура должна
отвечать требованиям firmitas, utilitas, venustas (прочности,
пользы, красоты). Но, не все помнят, что в трактате Витрувия
эта “триада” “примерялась” к крепостному зодчеству. Это
крепость должна отвечать требованиям - прочность, польза,
красота. Нам больше нравится определение, данное в свое время
выдающимся русским искусствоведом А.Г.Габричевским, что
архитектура - это синтез массы и пространства. Для Владивос-
токской крепости это определение очень подходит. Об этом и
хотел написать автор этой книги.

Несколько слов об авторе. Касьянов Николай Владимирович
- архитектор-дизайнер. Окончил с отличием Архитектурный
институт ДВГТУ. Член кафедры основ архитектуры и рестав-
рации. Еще со студенческой скамьи - активист клуба “Влади-
востокская крепость”.

То, что вы прочтете, можно рассматривать как эскиз
большой работы, посвященной одной из сильнейших военно-
морских крепостей мира.

Ю. И. Лихан ский,
кандидат архитектуры,
член-корреспондент Академии
Архитектурного наследия.
Стены и крепостные валы
начинают говорить
на другом языке.

Нильс Бор

ВВЕДЕНИЕ

В пределах городской черты Владивостока, среди естествен-
ных ландшафтов полуострова Муравьева-Амурского и Русского
острова, можно выйти к гигантским, почти циклопическим
сооружениям (рис. 1,2), время постройки и назначение которых
нелегко понять впервые увидевшим их. Огромные каменные и
бетонные массивы дремлют в странной и магической тишине,
и городская суета отступает куда-то совсем далеко. Они кажутся
пришельцами то ли из далекого прошлого, то ли из будущего,
как бы из созданного некой неизвестной цивилизацией иного,
таинственного мира. Их монументальность и мощь среди
нетронутой природы навевают мысли о вечности. Легенд об
этих сооружениях было порождено немало, но еще не так давно
лишь немногие знали, что это на самом деле укрепления старой
Владивостокской крепости*. Теперь ситуация изменилась.
Большая часть крепостных объектов стала доступна жителям и
гостям города с конца 80-х - начала 90-х годов XX века.

Наибольшее впечатление производят форты*, располо-
женные на вершинах сопок, откуда в хорошую погоду откры-
ваются прекрасные панорамы города, покрытых лесом сопок,

* Значение этого и других впервые встречающихся далее по тексту
терминов, выделенных этим символом, см. в разделе «словарь»
Рис. 1. Кофр форта №12
Fort № 12. Coffer

морских пространств, изрезанной береговой линии и островов.
Так, с одной из самых высоких сопок в южной части полуостро-
ва - горы Попова, где располагается большой по площади форт
№ 3, как на ладони видны многие микрорайоны Владивостока,
Седанкинское водохранилище, Амурский и Уссурийский заливы
и северо-восточная часть Руссыэго острова.

Можно увидеть и не столь грандиозные укрепления как,
например, убежище противоштурмовых орудий значительно
меньшего по масштабу форта Поспелова (рис. 3), располо-
женного среди живописной природы Русского острова. Есть
также и многочисленные объекты, находящиеся среди совре-
менного, всегда спешащего города...

Архитектура и фортификация могут казаться областями,
мало связанными между собой. Однако человек всегда вынуж-
ден был противостоять неблагоприятным природным факторам
и строить убежища, которые, эволюционно совершенствуясь,
привели к возникновению архитектуры. Что касается фортифи-
кации, кратко и емко об истории ее развития сказал русский
военный инженер профессор фон Шварц: «разрешение задачи
Рис. 2. Стрелковый бруствер форта № 4 и вход
в подбрустверную галерею

Fort № 4. Rifle breastwork and entrance in the underbreastwork gallery

Рис. 3. Убежище противоштурмовых орудий форта Поспелова
Pospelov Fort. The shelter for cannons
применения современной фортификации к обороне страны
представляется в моих глазах естественным логическим разви-
тием кольцевого способа обороны, зародившегося из забора,
огра у крепостей, чтобы закончиться ныне оборонительным
окружением больших районов» [цит. по: 35, с. 302]. Как писал
сам В.В.Яковлев в первом издании своей книги «История
крепостей»: «соединение отдельных людей и их семей в общины
послужило толчком для дальнейшего расширения и развития
первобытной формы укрепленного жилья, которое к тому же
должно было оказывать сопротивление уже не хищному зверю,
а более опасному врагу - самому человеку.» [35, с. 9].

Издавна люди стали использовать для своей защиты рельеф.
Выбор холма или скалы для строительства с глубокой древности
определялся оборонительными задачами. Греческие акрополи
-крепости, вознесенные на скалу; не исключение и знаменитый
Афинский Акрополь, когда-то окруженный неприступной
стеной, зрительно продолжавшей отвесную скалу, на которой
он был поставлен. Характерный облик средневекового города
на холме, обнесенного крепостной стеной, запечатлен на
множестве старинных гравюр. Само слово «город» этимологи-
чески родственно словам «ограда», «забор» [34]. Старые
крепости и ныне располагаются в центре многих современных
городов, их архитектурно-историческая ценность не подвер-
гается сомнению.

Архитектурные достоинства многих фортификационных
сооружений предопределены участием в их проектировании
выдающихся мастеров искусства и ученых. Альбрехт Дюрер
(1471-1528) - живописец, гравер и теоретик искусства был и
выдающимся военным инженером, его книга «Руководство к
укреплению городов, замков и теснин» (1527 г.) положила
основание фортификации как науки в Германии; предложения
А. Дюрера были грандиозны и требовали огромных расходов,
идеи же были столь здравы, что и спустя 100 лет ими
пользовались многие инженеры [35]. Следует заметить, что
упоминание Яковлевым в книге об истории крепостей А. Дюре-
ра в качестве «германского инженера» ярко иллюстрирует
степень разобщенности мира искусства и военного зодчества.
Руководителями грандиозных работ по созданию моиi ных кир-
пичных защитных стен Московского Кремля, начатых летом
1485 года, были итальянские архитекторы Антон, Марк и
Алевиз Фрязины и Пьетро Соляри - крупные специалисты по
оборонительному зодчеству того времени [8]. Изначально
построенная из земли и дерева, Петропавловская крепость
позже, в 1706-1740 гг. была построена из камня Доменико Трези-
ни- известным русским архитектором и инженером, «полковни-
ком от фортификации» швейцарского происхождения [19].

В мировой истории фортификации прослеживается несколь-
ко сменивших друг друга генераций оборонительных соору-
жений и очевидна зависимость их архитектурных форм от
развития военных и строительных технологий, диктующих свои
достаточно жесткие условия. Огромную роль, кардинально
изменившую принципы построения фортификационных соору-
жений, сыграло появление огнестрельного оружия, известного
в Западной Европе и на Руси с XIV века, и его последующая
эволюция. Немаловажно и порой даже оказывается решающим
противоречие между техническими потребностями войск и
финансово-бюджетными возможностями страны.

На так называемую фортификационную технику «прежде
всего влияла общегражданская, в частности, строительная
техника, которая всегда давала для фортификационной техники
основные положения. Это влияние гражданской техники
выражалось не только в конструктивном отношении, но также
и в художественном, архитектурном и до XX века особенно
оправдывало себя в постройках монументального характера. (...)
В конечном результате фортификация, будучи с одной стороны
отраслью техники, а с другой - военного искусства, всегда
отражала на себе как политическое и экономическое, так и воен-
ное состояние государства.» [35, с. 7].
Можно выделить несколько поколений оборонительных
сооружений, каждое из которых характеризуется особым соче-
танием строительных материалов, вооружения и архитектурного
стиля. Вот лишь некоторые из них: укрепленные монастыри,
кремли, средневековые крепости, замки, сибирские остроги,
форты бастионного типа, многоярусные береговые батареи...
Неизменным был высокий архитектурный уровень таких укреп-
лений. Укрепления вышеназванных генераций отсутствуют во
Владивостоке, который начали строить, как известно, во второй
половине X X века. Две другие, более ранние морские крепости
Российской Империи — Севастопольская и Кронштадтская —
обладают большим разнообразием типов фортификаций [24,
27]. В строившейся позднее крепости Владивостока укрепления
предшествовавших генераций, естественно, не были соору-
жены. В то же время при возведении фортсооружений
Владивостокской крепости были применены новейшие для
фортификации строительные технологии, породившие мощные,
гигантские бетонные сооружения, в которых использовались
совершенно новые для того времени технические средства, что
позволило достичь и новой архитектурной выразительности. В
архитектурном аспекте эти укрепления уже сопоставимы со
значительно более поздними сооружениями, построенными до
и во время второй мировой войны в других странах.

Проведено уже немало исследований Владивостокской
крепости, есть публикации о ней - некоторые из них приведены
в списке литературы. Исследователями пройдены десятки
маршрутов и сотни километров. Каким был «дух эпохи» в
период создания крепос ти? Каковы ее архитектурные особен-
ности? Что происходит с ней сегодня и чем она может стать в
будущем? В поисках ответов на эти и некоторые другие вопросы
написана эта работа.
ВЛАДИВОСТОКСКАЯ КРЕПОСТЬ -
ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ РУБЕЖ
РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

К началу XX века Владивосток представлял собой одну из
сильнейших морских крепостей мира. Этому предшествовало
всего несколько десятилетий. Как известно, Владивосток был

основан в качестве русского военного поста в 1860 году.
Необходимость его обороны возросла после переноса сюда
главного порта Сибирской флотилии из Николаевска-на-Амуре
в начале 1870-х годов. После этого здесь начали строиться
достаточно серьезные береговые укрепления. Вот что писал

известный русский писатель, автор знаменитых некогда
«Петербургских трущоб» Всеволод Крестовский, побывавший
во Владивостоке в 1880 году и наблюдавший оборонительные

сооружения с корабля: «Проходим далее - вид раскрывается еще

больше. Вот справа совсем уже открылась высота, увенчанная
несколькими траверсами* земляного укрепления, на котором
торчит сигнальный флаг-шток. Это мыс Голдобина. Место для
укреплений, опоясывающих Голдобинскую возвышенность

отдельными батареями в три яруса, выбрано очень удачно: они
могут обстреливать весь пролив и доступ к нему как с восточной

стороны, от Скрыплева, так и с западной, находящейся между

мысами Токаревского, на материке, и Ларионова на Русском
острове. Для обороны предполагаемых минных заграждений,
для которых весь потребный материал уже имеется на месте,
насыпаны особые батареи, действующие картечью поперек
фарватера. (...) Все они были возведены еще в 1876 г. и

продолжены в 1878 г., в виду предполагавшегося разрыва с
Англией; они мало заметны с моря и это, конечно, служит к
наибольшей их выгоде. (...) Вдоль Голдобинского берега
виднеется резервный пороховой магазин, несколько казармен-
ных бараков (...). На противоположном берегу, который известен
под именем Шкстовского (полуостров Шкота), находятся тоже
пороховые бомбовые погреба, из коих один, каменный еще
строится (...). » [цит. по: 16, с. 145-147].

Вот как описывал некоторые из ранних фортификационных
сооружений Н.П. Матвеев в своей, вышедшей в 1910 году, книге
«Краткий исторический очерк г. Владивостока»: «К панорамам
остается только прибавить, что на некоторых вершинах

оголенных гор, защищающих город с тыла от северных ветров,
устроено несколько земляных укреплений, с блокгаузами* и
ложементами*, предназначенных собственно для тыльной
сухопутной обороны.» [16, с. 158]. На протяжении 1880-х годов
линия обороны совершенствовалась, усиливалась и все более
сжимала растущий город, вынуждая осваивать под гражданские
строения неудобные горные склоны, а также возводить
многоэтажные здания [18].

Складывавшаяся международная обстановка требовала
серьезного усиления защиты Владивостока. Отношение
потенциальных агрессоров к Дальневосточному форпосту
Российской империи характеризует мнение одного иностранца,
проезжавшего через наш город в Европу в 1887 году. Вот что
писал в своих статьях этот зарубежный «гость», называвший
Владивосток «Севастополем Восточного океана»: «Я чрезвычай-
но интересовался Владивостоком: в это время грозила война из
Пенж-до; в то же время кабинет (министров) был завален
работами по проектам укрепления Мельбурна от неприя-
тельских атак, которых можно было ожидать от неприятельской
(русской) эскадры, имевшей Владивосток главною стоянкою.
Это место казалось мне вроде логовища пиратов, из которого
русские крейсера могут налетать на нашу коммерцию и
бомбардировать наши суда. Я считал Владивосток русским
Гибралтаром. Но к великому моему удовольствию я воочию
убедился, что Владивосток место, которое вполне возможно
взять или истребить флотом.» [цит. по: 16, с. 196].
Идея создать во Владивостоке крепость принадлежала
заведующему инженерной частью Восточно-Сибирского
военного округа полковнику Павлу Федоровичу Унтербергеру
 1842-1921), прибывшему во Владивосток в 1878 году. В 1887
юду по решению военного министра Влади востоку был придан
статус крепости [2]. Официально именоваться военно-морской
крепостью город стал 30 августа 1889 года, торжественная
церемония прошла на Голдобинской мортирной батарее.
Военному министру была послана такая телеграмма: «Сегодня
после молебствия поднят, с подобающей торжественностью,
при параде гарнизона и салюте орудий, флаг крепости
Владивосток. Войска, которым вручена охрана фла а, твердо
знают, где раз поднят русский флаг, там он никогда не должен
быть опущен и с помощью Божиею не посрамит России на ее
далекой окраине.» [цит. по 16, с. 207-208].

27 июля 1890 года ставший к тому времени военным
губернатором генерал-майор П.Ф. Унтербергер подписал
шркуляр о перенесении резиденции военного губернатора и
областного правления Приморской области из города Хабаровки
(ныне г. Хабаровск) во Владивосток [6]. С 1897 года в крепости
возводился ряд укреплений по проекту Кондратия Степановича
Чернокнижникова (1854-?). Многие из них не сохранились до
настоящего времени. В 1897-1899 годах в северо-западной части
острова Русский в месте узкого перешейка был прорыт канал
[2]. Он соединил более коротким маршрутом путь из бухты
Золотой Рог в бухту Новик через пролив Босфор Восточный.
Искусственно возникший остров назвали именем Елены.

В 1898 году царское правительство России арендовало на
25 лет часть Ляодунского полуострова с городом Люйшунь и
превратило его в русскую военно-морскую крепость, названную
Порт-Артуром. Строительство укреплений там велось по
проекту профессора Николаевской инженерной академии
Константина Ивановича Величко (1856-1927). В своем отчете
по работе в Порт-Артуре он писал, что чрезвычайное влияние
на проект оказывала местность: «Подобного рельефа, особен-
ностей почвы и поверхности не встречалось ни в одной из наших
крепостей» [цит. по 35, с. 222]. Впоследствии К.И. Величко
проектировал укрепления во Владивостоке, где выразительный
и неординарный рельеф привел к созданию столь же неординар-
ных фортификационных сооружений. Он стал автором проекта
1899 года, по которому во Владивостоке в самые первые годы
XX столетия были построены форты Муравьева-Амурского,
Суворова, Русских (последний на острове Русский) и ряд других
сухопутных укреплений и редутов*. Укрепления материковой
части были соединены земляным валом и рвом, тянувшимися

через весь полуостров Муравьева-Амурского от нынешнего
района Моргородка до района бухты Тихой. Два из построенных
укреплений позднее были переклассифицированы в форты
(Линевича и Поспелова). Этот проект осуществляли военные
инженеры С.Ф. Чиж, В.И. Жигалковский 111]. Оборонительная
линия проходила в районе долины Первой Речки полуострова

Муравьева-Амурского, что позволило расширить территорию
собственно города, включив в городскую черту долины Первой

Речки и речки Объяснения. Территория города увеличилась

вдвое, по-прежнему оставаясь в

кольце фортификационных

сооружений [18]. Владивостокская крепость сыграла важную
роль в развитии города - вокруг военного населения формиро-

валась сфера обслуживания и соответствующая социальная

инфраструктура.

Во время русско-японской войны 1904-1905 гг. произошел

серьезный инцидент, проверивший возможности системы

береговой обороны Владивостока. 22 февраля 1904 года

японские корабли произвели артиллерийский обстрел города.
Пройдя вдоль западного берега острова Аскольд до бухты

1!1амора (Лазурная), японская эскадра повернула назад и,

приблизившись к полуострову Муравьева-Амурского на

траверзе бухты Тихой, открыла огонь по городу, выпустив до
200 снарядов разного калибра [7]. «Прямому обстрелу
подвергались форты Суворова и Линевича, строящаяся батарея,

Басаргинский полуостров и Уссурийская батарея; перекидному
огню - вся долина речки Объяснений и бухта Золотой Рог до
западной оконечности казарм Сибирского экипажа...» [цит. по:
21, с. 82]. Была убита одна женщина и ранено несколько
матросов. Ряд зданий получил повреждения. Прямой ущерб ст
обстрела Владивостока был относительно небольшим.
Наместник на Дальнем Востоке Е. И. Алексеев в своей
телеграмме Николаю II об обстреле г. Владивостока японской
эскадрой писал следующее: «Результаты попадания ничтожны.
В крепостях, сооружениях повреждений нет. В прочих частях
города и крепости поражения незначительны. Состояние духа
войск гарнизона превосходное, подготовка батарей к бою
совершилась в образцовом порядке.» [цит. по: 6, с. 72]. Тем не
менее, морально-психологический удар был, вероятно,
достаточно тяжелым, ибо вскрыл недостаточ!|ую эффективность
существовавшей системы обороны города с моря. Это событие,
по-видимому, стало своеобразной вехой в истории города и
крепости - «до обстрела» и «после обстрела». Хотя существу-
ющие укрепления предотвратили возможную высадку японского
десанта, непосредственной реакцией на этот обстрел была уско-
ренная в военных условиях достройка сооружений, в частности,
артиллерийских береговых батарей на побережье Уссурийского
залива [11, 18]. Осада недостроенной крепости Порт-Артура,
выдержавшей четыре штурма, и закончившаяся 20 декабря 1904
года (по старому стилю) ее сдачей, естественно, тоже привела к
учету этого печального опыта при модернизации старых и
проектировании новых укреплений Владивостока.

К 1910 году в относительно благополучной с экономической
точки зрения Российской Империи стало возможно создание
грандиозного и дорогостоящего проекта усиления крепости.
Спроектированные и возведенные в 1910-1916 годах под
руководством Александра Петровича Вернандера (1844-?),
Петра Павловича Унтербергера (1881-1960), Алексея 11етровича
ШоI пина (1861-1924) и других военных инженеров фортифика-
ционные сооружения включают ныне сохранившиеся бетонные
форты и другие опорные пункты, множество артиллерийских
батарей и береговых капониров и других объектов долговремен-
ной фортификации; были построены также казематированный*
мясохолодильник и аэродром на Второй Речке [11]. Создание
этой линии позволило вновь расширить размеры города под
защитой крепости, начать застройку районов Второй Речки,
бухты Горностай, острова Русский. С учетом этой линии
обороны и размещения ее сооружений в 1910-1916 годах
развивалась дорожно-транспортная и уличная система,
проводилось зонирование городской территории [18]. Некото-
рые сопки в пределах городской черты носят имена офицеров
или строителей фортов, например, гора Торопова, где
расположен форт № 7. Именем одного из строителей крепости
А.П. Шошина названа улица Владивостока и одна из сопок
центральной части города; в крепости служил Владимир
Клавдиевич Арсеньев и многие другие известные личности.

Авторы проектов и руководители сооружения крепости были
высоко культурными и хорошо образованными людьми;
большинство из них было выпускниками Николаевской военно-
инженерной академии в Санкт-Петербурге, размещавшейся в
зданиях, известных ныне как ансамбль* Инженерного замка. Он
был построен в 1797-1800 годах архитектором Винченцо Бренна;
по проекту Василия Ивановича Баженова исходно как своеоб-
разная крепос ть-резиденция Павла 1, в оформлении ин терьеров
которой участвовали Джакомо Кваренги и Карл Росси; в 1823 г.
замок передали Инженерному ведомству [19]. Военные
инженеры, впитавшие культуру столицы Российской Империи и
навсегда запечатлевшие облик ее крепости и дворцов, были
хорошими специалистами и в области архитектуры. Многие из
них, кроме службы в крепости Владивостока, активно участво-
вали в деятельности Общества изучения Амурского края. Их
биографии неразрывно связывают памятники военно-оборони-
тельного зодчества с историей города и края. Так, например,
Вацлав Игнатьевич Жигалковский (1859-?), помимо участия в
создании береговых батарей на мысе Иродова и фортов графа
Муравьева-Амурского, Суворова, Русских, Поспелова и ряда
других укреплений, руководил завершением строительства
Успенского собора во Владивостоке (1888-1889), строил воинские
ания в Черниговке, Раздольном, 11икольске-Уссурииском (ныне
г. Уссурийск), Славянке, Ново-Киевском (ныне пос. Краскино) и
Барабаше. Он же безвозмездно разработал проекты и руководил
постройкой каменной Преображенской церкви на Никольском
кладбище (1892) и Свято-Николаевского собора в Никольске-
Уссурийском (1894-1901). Храмы, построенные В.И. Жигал-
ковским, к сожалению, были разрушены [12].

Вернемся к крепости. Стоит отметить, что фортификацион-
ные сооружения Владивостокской крепости несли сугубо
оборонительную функцию. Они являлись ни чем иным, как
системой сдерживания потенциального агрессора. На рис. 4
представлено расположение фортов и некоторых других
объектов крепости Владивосток относительно современной
городской застройки. Со стороны залива Петра Великого
Владивосток прикрыт островом Русским, фортификационные
сооружения которого создавали южный отдел обороны. В состав
укреплений Русского острова входили 6 фортов (в том числе 4
форта проекта 1910 года), береговые и сухопутные артилле-
рийские батареи. С севера же Владивосток был защищен цепью
оборонительных сооружений, включавших 7 фортов проекта
1910 года по водоразделу вдоль южной границы долины реки
Седанки от Уссурийского до Амурского залива. Помимо
нумерации, фортам были присвоены и именные названия:

Форт № 1 - Царя Михаила Федоровича,

Форт № 2 - Императора Петра Великого,

Форт № 3 - Императрицы Екатерины Великой,

Форт № 4 - Иператора Александра Благословенного,
Фор г № 5 - Императора Александра Освободителя,
Форт № 6 - Императора Николая Александровича,
Форт №7 - Наследника Цесаревича Алексея Николаевича,
Форт № 8 - Троице-Сергиевский (не построенный)
Форт № 9 - Князя Рюрика

Форт № 10 - Князя Олега
Форт № 11 - Князя Святослава Игоревича

Форт № 12 - Великого Князя Владимира Святого

Форт № 13 - Великого Князя Владимира Мономаха
(не построенный)

Форт Поспелова - Великого Князя Дмитрия Донского

Форт Русских - Царя Иоанна Грозного.

Форты проекта 1910 года представлены на рис. 4 соот-
ветствующими номерами. Форты Русских и Поспелова,
расположенные на Русском острове, а также три форта на
полуострове Муравьева-Амурского, носящие имена графа
Муравьева-Амурского, Суворова и Линевича и созданные по
более раннему проекту, 1 899 года, обозначены начальными
буквами их названий.

Значение крепости в жизни города на рубеже веков было
весьма велико, о чем, в частности, свидетельствовала постро-
енная на улице Петра Великого в честь приезда во Владивосток
цесаревича Николая богато декорированная триумфальная
арка*, торжественно открытая в 1891 году. На ней, помимо
двуглавого орла, икон и основных памятных дат в истории
совсем молодого тогда города, на одном из почетных мест был
помещен герб крепости и указана дата ее провозглашения - «30
августа 1889» [33]. В советское время арка была разрушена.

Город и крепость неоднозначно воспринимались современ-
никами. Например, известный норвежский путешественник
Фритьоф Нансен, побывавший во Владивостоке 4 октября 1913
года, писал: «Мы прокатились по холмам, откуда полюбовались
чудесным видом на город, гавань и все полуострова и острова
поблизости. На всех возведены крепости и форты. Много
укреплений видели мы и за холмами на суше. Все в целом
производит впечатление неприступности (...). Когда-то все эти
холмы были покрыты могучим, девственным лесом, (...) отчасти
лес сведен зря, хищнически, отчасти вырублен из стратегических
целей. Тем не менее ландшафт очень красив. (...) На всех островах,
на всех мысах, куда ни обернись, только и видишь форты,
укрепления и пушки, что на обыкновенного путешественника с
РЕИНЕ

УСЛОВНЫЕ ОБОЗНАЧЕНИЯ:

Conventional symbols:

ВЛАДИВОСТОК

Форты проект» 1910 гида

Furls oj 1910 design

О, РУССКИЙ

Russey Island^

Форты проекта 1899 гола

Forts оГ 1899 design

Другие укрепления
Other ГогСзПсвИол!

Современная городская
1а стройка

Present-day ш ban building

к

*



Рис, 4. Схема размещения основных объектов крепости
в современной структуре Владивостока
душою невоинственною производит тревожно-тягостное
впечатление дисгармонии с окружающей мирной и прекрасной
природой. (...) Далеко на горизонте, посреди пролива, скалистый

остров, и на нем крепость; на всех высоких мысах, выступающих
далеко в море по обеим сторонам, тоже грозные укрепления. (...)
Вид на город с моря очень красив, и вряд ли Владивосток уступает
в этом отношении какому-либо городу. Расположенный на
террасах, он очень напоминает Неаполь. Правда, тут нет на заднем
плане Везувия, зато прекрасная гавань и красивые острова.» [цит.
по: 33, с. 265-266.]. Следует заметить, что тогда Владивосток был
относительно небольшим городом в окружении незастроенных
сопок и лесов. В 1913 году строительство наиболее крупных
объектов крепости было в самом разгаре и вид строительных



площадок с развороченными массами земли и нагромождениями
конструкций, по-видимому, действительно был весьма непригля-
ден. Уже готовые укрепления еще не успели слиться с окру-
жающей природной средой и, вооруженные пушками, казались
тогда чужеземному гостю неприступными и агрессивными. Если
бы Нансен увидел сегодняшний урбанизированный* Влади-
восток, он, быть может, изменил свое мнение о крепости в

лучшую сторону.

Даже теперь трудно представить, как возводились гигантские
сооружения фортов Владивостокской крепости вдали от
городской застройки, на скалистых вершинах сопок среди леса.
Возле многих фортов проекта 1910 года сохранились массивные
каменные фундаменты опор подвесных канатных дорог,
использованных для строительства укреплений (рис. 5). Помимо

канатных дорог использовались специальные железнодорожные

ветки и применялись самые современные строительные техно-

логии того

времени,

включая электрифицированную технику.

Осуществлялись огромные и по нынешним временам земляные,
’	•'	" %* **** *- •* ш •• * I •

скальные и бетонные работы [11]. По мере развития крепости

формировалась и совершенствовалась единая система грунтовых
дорог, связывающих между собой объекты крепости. Многие из
них сохранились в неплохом состоянии и теперь, благодаря
Рис. 5. Фундамент опоры канатной дороги у форта № 4

Cable-road bearing near Fort № 4

тщательности и продуманности дорожно-строительных и

дренажных работ. Проложены они мастерски, несмотря на

сложнейший рельеф, у них всегда очень незначительный уклон.

Качество строительства и отделки поверхностей укреплений

было весьма высоким. Заботились создатели крепости и о ее

внешнем виде. В мае 1913 года в одном из приказов начальник
инженеров Владивостокской крепости А.П. Шошин писал: «1.
Все без исключения сооружения, кроме прочности и устой-
чивости должны быть безупречно выполнены и с внешней
стороны. 2. Отсутствие тщательности работ в этом отношении,
грубый и некрасивый вид постройки характеризует недоста-

точное внимание и любовь строителя к своим произведениям,
а на постороннего наблюдателя производит впечатление
небрежности. Все до последних мелочей должно быть сделано

аккуратно, правильно и чисто. Все линии постройки, углы,
Ребра, линии пересечения сводов*, плоскости, поверхности и
прочее должны быть геометрически совершенно правильны,
отвесные линии действительно отвесные, а горизонтальные
действительно горизонтальные» [цит. по: 38].	I

Помимо гигантских финансовых затрате ходе строительства
были и неизбежные людские потери, о чем, в частности, могли
свидетельствовать не сохранившиеся до настоящего времени
Солдатское и Эгершельдское крепостное кладбища. Солдатское,
возникшее в 1900 году, располагалось в одном из распадков
северного склона горы Суворова на южной стороне долины
Первой Речки. С 1923 года кладбище не использовалось и
постепенно заросло лесом. Участок для Эгершельдского
крепостного кладбища был отведен на землях военного ведомства
на полуострове Шкота в 1895 году. На обоих погостах хоронили
военнослужащих и строителей крепости. Некоторые из них
умирали от болезней и тяжелых условий, были погибшие при
проведении сложных строительных и взрывных работ. Следует
отметить, что среди тысяч вольнонаемных строителей не было
заключенных. На Эгершельдском кладбище существовала
гарнизонная церковь, построенная в 1909 г. В 1940 году кладбище
закрыли, а с 1954 года на его месте, по улице Верхнейортовой,
стали строить группу жилых домов и кинотеатр «Вымпел» [30].
При крепости было несколько храмов, в том числе и на Русском
острове. В годы советской власти они были закрыты.	]

На стенах многих укреплений устраивались специальные
киоты* для икон. В интерьерном пространстве форта № 12]
существует дореволюционная фресковая икона, к сожалению,]
практически утратившая первоначальный вид. Киоты Безымян-1
ной батареи и форта Поспелова во второй половине 1990-х годов
вновь обрели иконы.	I

Первая мировая война и последующие события революции,!
интервенции и гражданской войны помешали завершению I
строительства крепости. В 1923 году, по условиям соглашения]
с Японией, Владивостокская крепость была упразднена. С!
начала 30-х годов XX века уже советскими военными
инженерами создавалась система береговой обороны, включив-1
шая в себя и часть прежних укреплений.	1
АРХИТЕКТУРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ
СООРУЖЕНИЙ ВЛАДИВОСТОКСКОЙ КРЕПОСТИ

К настоящему времени крепость Владивостока потеряла
свое оборонительное значение, подобно другим фортифика-
ционным сооружениям конца XIX - начала XX века во всем
мире. Однако архитектурная значимость крепости лишь
относительно недавно начала осознаваться. Сохранившиеся
сооружения Владивостокской крепости, многие из которых
ныне заброшены, в 1995 году объявлены памятником истории
и военно-оборонительного зодчества федерального значения,
поэтому возрастает необходимость переосмысления сегодняш-
ней роли крепости.

Одним из критериев архитектурной ценности сооружения
можно считать сохранение его в качестве архитектурного обьекта
после потери исходной функции, его новую жизнь после
«функциональной смерти». Из фортификационных сооружений
России классическими произведениями архитектуры стали
Московский Кремль, Петропавловская крепость Петербурга и
множество крепостей, составляющих ныне исторические центры
городов, а в прошлом успешно выполнивших и затем утративших
оборонительную функцию. Борис Годунов при строительстве
Смоленского кремля сказал следующее: «построим мы такую
красоту неизглаголенную, что подобной ей не будет во всей
поднебесной... Смоленская стена станет теперь ожерельем всей
Руси... на зависть врагам и на гордость Московского государства»
[цит. по: 10, с.185].

Обычно в отечественных исследованиях фортификационных
вооружений конца XIX - первой половины XX веков основное
внимание уделяется их истории либо военно-инженерным
аспектам. В большинстве работ детально описываются различные
технические и функциональные аспекты отдельных укреплений

и их систем. Можно ли отнести к области архитекту ры крепости

построенные в данный период? Развитие систем осады и штурма,

появление инженерных методов расчета конструкций оказали
значительное влияние на художественный облик укреплений.
Существует мнение, что к началу XX века дороги архитектуры
как искусства и фортификации как технической дисциплины уже
разошлись навсегда. Так ли это? Французский архитектор Клод

Никола Леду (1736-1806) говорил: «Есть ли нечто, чем художни

может пренебрегать? Термы, склад торговца, рига хлебороб
должны нести его печать. Возвышенное, великое принадлежи
по сути дела произведениям всех жанров» [цит. по: 28, с. 252
253]. Архитектор Шарль Эдуар Жаннере ( 887-1965), широк)
известный как Ле Корбюзье, в своей книге «Модулор» предлага.

понимание термина «архитектура» как искусства «сооружав
дома, дворцы и храмы, строить корабли, автомобили, железно
дорожные вагоны, самолеты» [ 15, с. 27].	>

Многие сохранившиеся за рубежом фортификационные
«динозавры» первой половины XX века, утратившие сво

оборонительную функц ию из-за появления и развития

авиации

и других новых видов вооружения, ныне уже признаны
произведениями искусства. Зарубежные теоретики архитектур

высоко оценивают, например, архитектурные достоинств
сооружений так называемого Атлантического Вала - одной и
вершин фортификационного зодчества прошлого века. Это
грандиозный береговой ансамбль, возведенный в 1942 - 194'

гг. в качестве оборонительной стены Европейского континента
характеризуется теперь как образец великолепной мегало
мании* и новой эстетики. Первоначально намечалось построит!
; 5000 долговременных укреплений, хотя к концу 1943 год!
строительство было выполнено лишь на 20%. Будучи «размазан
ным» на протяжении более 4000 км вдоль европейской
побережья Атлантики от Дании до испанской границы
Атлант ический Вал не имел глубокого эшелонирования системь
обороны в тыл, что делало его не особенно эффективным i
военном отношении. «Что замечательно в этих замках XX века
- они очевидно архитектурны по духу. Далекие от чисто
утилитарных целей, они спроектированы с таким же энтузиаз-
мом и во многом с таким же эстетическим подходом, какие
Микеланджело вложил в свой дизайн оборонительных соору-
жений Флоренции XVI века. Укрепления явно многим обязаны
германскому экспрессионизму: они и антропоморфны, и
агрессивны одновременно», - писал Джонатан Глэнси, автор
нескольких книг по архитек туре, редак гор раздела архитектуры
и дизайна английской газеты «Гардиан» [цит. по 37, р. 340].
Сооружения Атлантического Вала порождают «чувство
современности этой архитектуры» [4, с. 92], которая «парадок-
сально сродни modern movement «современное движение»], не
исключая и «органической архитектуры» Райта» [34]. Доста-
точно широко известна также линия Мажино во Франции, на
границе с Германией, построенная в 1929 - 1934 годах и совер-
шенствовавшаяся до 1940 года. Она включала в себя около 5600
долговременных огневых сооружений на протяжении примерно
380 км, в том числе и участок на сложном горном рельефе в
Приморских Альпах на границе с Италией [40]. На Карельском
перешейке (1 927-1939), на границе с СССР, была создана
система финских пограничных укреплений - линия Маннер-
гейма. До Второй мировой войны был построен и ряд других
масштабных комплексов* фортификационных сооружений.

Конечно, территориально крепость Владивостока намного
меньше огромных пространств, занимаемых вышеупомянутыми
системами укреплений, но спектр оригинальных решений и
форм, впервые предъявленных здесь, весьма обширен и ярок.
Многие из них существенно опередили свое время. Постановка
новых, исходно отнюдь не архитектурных, сверхзадач нередко
приводит к появлению новых технологий и форм, изменению
облика архитектурного пространства, тогда как постановка
чисто архитектурных целей зачастую ведет - при домини-
ровании архитектурных традиций и школ - к тиражированию
стереотипных форм либо эклектике*. Не исключено влияние
морфологии и структуры Владивостокской крепости, а также
новейших тогда строительных технологий возведения ее фортов
на архитектурные и инженерные характеристики укреплений
последующей генераций, включая Атлантический Вал. Вполне
возможен путь передачи информации через иностранных
военных инженеров, получивших в 1918 году доступ к
сверхсовременным тогда фортификационным сооружениям.
Известно, что интервенты так отзывались о Владивостокской
крепости: «Эта крепость — лучшая из морских крепостей всего
мира, а сооружения ее являют собою положительно чудо военно-
инженерного искусства» [цит. по: 36, с. 184].

Известный архитектор Людвиг Мис ван дер Роэ со своим
принципом экономии выразительных средств («меньше—значит
больше») говорил: «всюду, где техника достигает своего
совершенства, она переходит в архитектуру». Классическим
примером такой трансформации чистой техники в искусство,
далеко не сразу признанным и осознанным, служит Эйфелева
башня. Военная индустрия на протяжении всей истории
человечества всегда использовала самые передовые достижения
научно-технического прогресса, что, по-видимому, неизбежно
и в будущем. Более лого, нередко именно военные достижения
после соответствующей трансформации служили основой
многих технологий, применявшихся затем в народном хозяйстве
и, в частности, в архитектуре. С другой стороны, лучшие и
передовые технологии, возникшие в гражданском строи-
тельстве, использовались военными инженерами-строителями.
Сооружения крепости и их стиль — своего рода «hi-tech»
(высокие технологии) того времени.

В фортификационных сооружениях этого периода можно
встретить отдельные лаконичные черты, характерные для
различных архитектурных течений XIX-XX веков. Однако слабая
степень выраженности этих черт в укреплениях не позволяет
однозначно отнести последние к какому-либо определенному
стилю. Встречаются, например, биоморфные и техноморфные
метафоры. Это отмечал профессор нескольких школ архитектуры
Поль Вирилио: «Бастион на поверхности, прежде чем исчезнуть,
продемонстрировал в последний раз весь набор форм - от
одушевленных до неодушевленных», «от панциря черепахи до
броневой башни», «гигантские шлемы постов артиллерийского
наблюдения, зооморфные командные пункты с их фронтальными
колпаками и наростами брустверов» [4, с. 98] - антропоморфные,
зооморфные и техноморфные архитектурные образы.

Отдельные фортификационные сооружения можно пытать-
ся подвергнуть архитектурной классификации, но в целом более
точно следует говори гь о некоем «крепостном» стиле конца XIX
- начала XX веков, поскольку это вполне самостоятельное
явление в зодчестве.

Владивостокская крепость с ее мощной брутальной*
архитектоникой*, суровой красотой и экспрессией, безусловно
- выдающееся произведение оборонительного зодчества.
Объемно-пространственные композиции* фортов очень
выразительны и эффектны: здесь можно найти динамические
контрасты монолитных бетонных масс с их насыщенным
глубокой светотенью рельефом, увидеть пластику массивных
кофров* и бетонные ступенчатые «амфитеатры» тыльных
сторон стрелковых брустверов*, мастерски вписанных в склоны
сопок. Все эти сооружения поражают своей непоколебимой
мощью и циклопическими размерами.

Древнеримский архитектор и инженер Витрувий, живший
во 2-й половине I века до н. э. и участвовавший в «изготовлении
и починке баллист, скорпионов и других военных орудий»,
известен как автор единственного дошедшего до нас античного
архитектурного трактата «Десять книг об архитектуре» [5]. В
ставшей классической книге, часть которой посвящена
сооружению защитных стен, башен и осадных машин, он
разделял общественные здания на три рода: «одни служат для
защиты, другие для религии, а третьи для благоустройства. К
защите относится устройство стен, башен и ворот, имеющее
Целью постоянно отражать нападения неприятелей. (...) Все это
Должно делать, принимая во внимание прочность, пользу и
красоту.» [5, с. 28]. Современность и актуальность этой
знаменитой триады не потеряна и по сей день. Прочноеть - ;
конструктивная надежность и долговечность, польза -
фунциональность, красота - эстетические качества.

Рассмотрим эти принципы в применении к Владивостокской
крепости. Колоссальная надежность была заложена в конструк-
ции исключительно из военных соображений — крепость должна
была противостоять длительной осаде с массированными артил-
лерийскими обстрелами. Исходная функциональность была
также очевидна - защита города от неприятельских атак.
Потеряв первоначальную оборонительную функциональность,
крепость начинает постепенно становиться частью мировой
культуры и истории. Ее ныне сохранившиеся фортификацион-
ные реликты являются теперь архитектурно-историческими
памятниками, напоминающими о возраставшем в начале XX I
века могуществе Российской Империи.	I

Эстетические качества исходно, еще в ходе проектирования,
были заложены во многие сооружения крепости талантливыми
военными инженерами, бывшими по сути военными архитекто- .
рами. Наряду со многими традиционными принципами, исполь-
зовавшимися в предшествующих укреплениях, ими было реали-
зовано на практике множество новых и оригинальных решений.
Огромное влияние на творчество создателей укреплений оказал ’

рельеф местности, в который к настоящему времени укрепления
органично «вросли». Несмотря на то, что крепость была заду-
мана и создавалась как защитная система по единому проекту,
при сходстве отдельных сооружений они не стали однообраз-
ными. У каждого форта Владивостокской крепости свой
совершенно неповторимый и узнаваемый облик, хранящий
отпечаток авторского духа своего создателя. Одни более сораз-
мерны человеку, камерны и по-своему даже уютны, другие,
напротив, грандиозны, монументальны и неприступны. В
результате вдохновенной и творческой работы авторов многие
из этих, на первый взгляд, сугубо утилитарных, почти техни-
ческих объектов стали произведениями искусства. Крепость


Рис. 6. Недостроенная часть форта № 3

Unfinished part of Fort No. 3

предъявляет нам очень своеобразное зодчество, то прячущееся
под землю, то вновь выходящее на поверхность. Сооружениям
крепости присущи брутальность и внушительность, формы их
суровы и величественны. Строили надежно, на века.

К сожалению, грандиозная работа так и осталась незавер-
шенной. Недостроенность крепости очень наглядна на одном
из укреплений - правом редуте форта № 3, где как бы в разрезе
видны фрагмент бруствера и подбрустверной галереи (рис. 6).
Этот «разрез», подчеркивающий брутальность и грузность
постройки, показывает огромную толщину стен и покрытий,
которые должны были противостоять бомбардировкам и артил-
лерийским обстрелам при штурме. В стрелковый бруствер*
редута, как и брустверы других, в большей мере достроенных
фортов и опорных пунктов проекта 1910 года, встроены
индивидуальные подбрустверные ниши-укрытия для бойцов на
случай обстрела неприятелем. Здесь же расположен барбет* для
выкатной противоштурмовой артиллерии с выгнутым в сторону
неприятеля горизонтальным, в форме упруго натянутого лука,
бетонным бруствером. На неотделанных бетонных поверх-
ностях редута и некоторых других укреплений сохранились
отпечатки дощатой деревянной опалубки. Кое-где в стенах
можно нал и ее мелкие фрагменты, сохранившиеся до сих пор.

Форты более ранней постройки, береговые батареи и
орудийные убежища для выкатной артиллерии - канониры* и
полукапониры*, пороховые погреба* и другие сооружения не
столь грандиозны и более компактны. Таков, например, один
из популярных ныне объектов экскурсий - форт Поспелова на
острове Русский, контролировавший когда-то Поспеловские
высоты Саперного полуострова и прилегающую к ним
местность (рис. 7). В плане очертания этого укрепления близки
к параллелограмму. Для форта характерны достаточно
гармоничные масштабные соотношения и пропорции, близкие
н понятные человеку. Он является весьма органичной частью
природного ландшафта. Отсюда через пролив Босфор Восточ-
ный xopoiио видна южная 1 (йсть Владивостока, с другой стороны
хорошо просматривается всегда спокойная гладь бухты I ?овик.
11рисыпанные землей объемы форта сверху покрыты травой,
что придает им дополнительную живописность и определенное
сходство с некоторыми образцами самой современной
ландшафтной архитектуры. Большие участки стен его казармы
(рис. 8) и убежища для выкатных противоштурмовых орудий
венчают массивны е горизонтально расчлененные карнизы* (см.
рис. 3). Сами стены, понижаясь, переходят в солидные каменные
тумбы с ул лощенными пирамидальными завершениями. К
казарме примыкает специальный тамбур-сквозник для защиты
входа в виде брутальной, закругленной сверху стенки, плавно
переходящей в основной массив. Выразительность фасаду
казармы придают и пять больших проемов с завершениями в
виде полуциркульных арок. Здесь же расположен арочный с
полукруглым завершением киот для иконы, обрамленный
колонками в виде пилястр* и треугольным сандриком*. Выше
киота отформован год постройки объекта - 1903. Цифры заклю-
- убежище противоштурмовых орудии,

Рис. 7. Схема фора а Поспелова; 1 -

ксмЪо* 2 - ров; 3 - убежище противош1урмиошЛ	’

7 -капонир. Подземные части форта показаны пунктиром
cannon shelter; 4 - breastwork,

coffer; 2 - fosse; 3 -

4 - бруствер; 5 - траверсы; 6 - казарма
Pospelov Fort. A scheme: 1 -

5 — traverses; 6 — barrack; 7 caponier
Рис. 8. Казарма форта Поспелова
Pospelov Fort. Barrack

Рис. 9. Интерьер казарменного помещения форта i 1оспелова
Pospelov Fort. Barrack interior
чены в рельефную прямоугольную рамку со скругленными
внутрь углами. Интерьер* (рис. 9) казарменного помещения
этого, как и некоторых других укреплений, имеет определенное
сходство с интерьерами старинных гражданских и культовых
зданий благодаря сводчатым потолкам и арочным проемам в
стенах большой толщины. Ниже основного укрепления располо-
жен глубокий и протяженный защитный ров. В нем образовался
уютный маленький «дворик», расположенный между некогда
грозным кофром*, с которого свисает зелень, и травянистым
откосом эскарпной* стенки рва. Вогнутая в плане* стена кофра,
расположенного в углу рва, прорезана узкими вертикальными
амбразурами*, расширяющимися внутрь. Через эти небольшие
по размеру проемы тускло освещается просторное помещение
боевого каземата. Расположенная здесь лестница ведет в нижний
подземный ярус, соединенный наклонной галереей с основной
частью форта.

Еще недавно ходили легенды о подземных туннелях на
Русский остров, лабиринтах-катакомбах между разными
фортами. Хотя следует признать, что таких туннелей нет, тем
•не менее, рассредоточенные на местности казематированные
сооружения внутри почти каждого форта соединены обширной
системой коммуникационных пространств: подбрустверных
галерей и подземных ходов сообщений, уходящих в неосве-
щенные, кажущиеся бесконечными и бездонными глубины. В
большинстве внутренних казематированных помещений, даже
пустующих, до сих пор вполне исправны системы дренажа и
естественной вентиляции. Созданные до эпохи химического
оружия, они достаточно хорошо проветриваются. В пустых и
гулких, с эффектом эха, подземных пространствах есть много-
численные сухие и чистые помещения. Кое-где дренаж все же
нарушен и пол в казематах залит водой. Капающая с потолка
вода образовала за долгие годы свисающие сверху подобия
сталактитов в пещерах, зимой многие поверхности покрыты
сосульками. Порой они, подобно сталагмитам, вырастают снизу.
В советское время, когда эти сооружения мало посещались
людьми, в их темных и прохладных помещениях обитали
летучие мыши. Перепады температур в подземельях значитель-
но меньше наружных, поэтому летом из них веет холодом, а в
зимний период это хорошие, кажущиеся даже теплыми укрытия
от пронизывающих ветров. Отдельные помещения, расположен-
ные на разных уровнях, сообщаются между собой наклонными
«коридорами» с полом в виде протяженных лестничных маршей
или пандусов. Существуют тупиковые ответвления в виде
расходящихся веером контрминных галерей. Такие галереи
должны были использоваться в ходе так называемой подземно-
минной войны при осаде крепости и прокладывались в сторону
возможного вражеского подкопа. В конце каждой из них устраи-
валась минная камера с зарядом, участок галереи перед ней
заделывался. Когда поземный ход противника близко подходил
к камере, заряд подрывался... Таким образом, при отсутствии
авиации в то время захват крепостных опорных пунктов
становился весьма затруднительным. На некоторых фортах
построили просторные туннельные и казематированные казар-
мы. Форты имели и подземные скрытые выходы в тыл. В
сущности, эти укрепления представляли собой небольшие воен-
ные городки, способные к автономному существованию во
время предполагавшейся осады: на их территории существовали
артезианские скважины, электростанции, были пекарни и кухни,
предусматривалось электроосвещение интерьеров [11].

Интересное решение интерьера, возникшее в результате
перекрестного пересечения подземных пространств с арочными
потолками, поддерживаемыми расширяющейся кверху бетон-
ной колонной квадратного сечения, можно увидеть на одном из
фортов проекта 1910 года (рис. 10). Существуют в крег остных
интерьерах и потолки в форме крестовых сводов.

Задача обеспечения внутренней обороны укреплений от
проникшего внутрь неприятеля решалась путем создания
специальных, коленчатых в плане, изломов подземных ходов с
узкими вертикальными амбразурами, обращенными в подзем-
ную галерею (рис. 11). В стенах казематированных помещений
Рис. 10, Одна из галерей форта проекта 1910 г.

Fort 1910 project. A gallery

существуют специальные ниши для ламп. Предусматривалось
и печное отопление, в интерьерах можно увидеть отверстия для
дымоходов.

Ясные, четкие членения упруго выгнутых вверх и ритмично
уходящих вдаль металлических балок противооткольного
усиления потолка усиливают эффект перспективы линейных
пространств (рис. 12). Эти балки предназначались для защиты
от поражения осколками бетона, которые могли откалываться в
результате артиллерийского обстрела объекта неприятелем. На
некоторых из этих балок все еще сохранились надписи завода-
изготовителя. Дверные проемы с разнообразными арочными
завершениями закрывались мощными металлическими дверны-
ми полотнами, которые были прошиты заклепками. Во многих
местах еще остались ржавые дверные коробки с массивными
шарнирами. Кое-где сохранилось весьма качественное исходное
плиточное покрытие пола подземных галерей. Многие проемы
Рис. 11. Амбразуры для обо-
роны внутренних помещений
форта проекта 1910 г.

Fort 1910 project. Defensive
embrasures for inner com-
partments

Puc. 12. Противооткольное
усиление потолка в одном из
помещений форта № 5

Fort No. 5. Ceiling antisplitting
reinforcement
и подземные ходы недостроены либо уже позже замурованы. В
недостроенной подземной галерее у форта № 9 на Русском
острове можно наблюдать возникшую как результат незавер-

шенности интересную в архитектурном отношении арочную,
как бы рустованную*, форму с западающим замковым* камнем
(рис. 13).

Некоторые из небольших крепостных сооружений тоже
обеспечены помещениями, расположенными ниже уровня
земли, как, например, один из пороховых погребов* на острове
Елены. Его одномаршевая, ведущая на поверхность лестница
имеет криволинейное в плане начертание (рис. 14). {аружный
вход в погреб оформлен в виде циркульной полуарки в треуголь-
ном поле массивной стены. Сам погреб был предназначен для
хранения боеприпасов располагавшихся неподалеку артилле-
рийских батарей береговой обороны.

Стационарные береговые артиллерийские батареи, капони-
ры и полукапониры крепости нередко расположены на самых
живописных участках изрезанного побережья полуострова
Муравьева-Амурского и острова Русский, как, например,
противодесантный береговой полукапонир для выкатной
артиллерии, расположенный на острове Елены со стороны
бухты Новик. Его приземистый геометризованный трапецие-
видный фасад с арочным входом весьма органичен в окружаю-
щем ландшафте (рис. 15). Расширение верха проема предназ-
началось для установки выгнутых металлических элементов
противооткольного усиления потолка. Уже в то время предус-
матривалось применение прожекторных установок для
освещения поверхности воды в темное время суток. Эти прожек-
тора хранились в специальных нишах-укрытиях, встроенных в
более крупные укрепления. Некоторые прожекторные укрытия
сохранились, однако их формы решены, как правило, сугубо

утилитарно.

Еще один пример органичного сочетания природы с
малыми формами фортификационных сооружений -
живописно расположенные обтекаемые, грибовидной формы
Рис. 13. I !едостроенная под-
земная галерея у форта № 9
Unfinished underground gallery
near Fort No. 9

Puc. 14. Лестница в порохо-
вой погреб на острове Елены
Elena Is. Staircase of cellar-
powder magazine
Рис. 15. Г ротиводесантный береговой полукапонир
на острове Елены.

Elena Is. Antilanding gun semi-caponier

павильоны дальномерных постов* артиллерийских береговых
батарей с металлическими крышами. Внешнее сходство па-
вильона с огромным грибом (фитоморфизм) усиливается
цветовым контрастом между темной выгнутой металлической
«шляпкой» с широкими полями и светлой бетонной «ножкой»,
как бы вырастающей из травы. Таков, например, встроенный
в обрывистый береговой склон на большой высоте и окружен-
ный естественной растительностью и скалами павильон бата-
реи «Ларионовской на пике», расположенный на острове
Елены (рис. 16). Интерьер павильона представляет собой
небольшое округлое помещение; есть павильоны, в центре
которых сохранился специальный, вертикально вытянутый
цилиндрический бетонный столбик для установки дальномера.
Крыша усилена изнул ри расходящимися из ее центра изогну-
тыми металлическими балочками таврового сечения. Через
Рис. 16. Дальномерный павильон на острове Елены
Elena Is. Range-finder pavilion

смотровую щель, закрывавшуюся скользившими вдоль стен
бронезаслонками, хорошо просматривается значительный
участок морской акватории и гористого противоположного
берега.

Сложный, пересеченный рельеф серьезно затруднял работу
проектировщиков Владивостока и крепости. Большие размеры
укреплений ставили перед ними проблемы, в чем-то сходные с
теми, которые возникли уже во второй половине XX века перед
создателями современного города. Как сказал А. Иконников о
Владивостоке, «...рельеф местности подчиняет себе застройку
новых районов. Сопки, поднимающиеся над городом, преобла-
дают в панорамах и в силуэте. Планировка жилых комплексов
становится свободно-живописной, однако ее свобода - лишь
«осознанная необходимость» подчинить расположение домов
условиям места» [9, с. 11].
По мере развития город и система укреплений оказывали
большое взаимное влияние друг на друга. Крепость, защищав-
шая город, росла вместе с ним, в конце концов опередив его. К
бетонному «кольцу» фортов проекта 1910 года нынешняя
городская застройка только приблизилась, так и не дойдя до
него. Лавинообразно росший город поглотил ранние укрепле-
ния, кое-где обтекая их, кое-где уничтожив, первые же, дерево-
земляные, практически совсем исчезли. Данная проблематика
освещена в работе В.А. Обертаса «Комплекс фортифика-
ционных сооружений Владивостокской крепости и развитие
планировочной структуры города» [18]. Фортификационные
сооружения умышленно располагались на вершинах относи-
тельно крутых сопок для лучшего контроля над местностью.
Эти места, неудобные для застройки жилыми и общественными

зданиями, в том или ином виде сохранились в окружении агрес-
сивно подступающей к ним современной городской среды. Как
правило, существующие новостройки, архитекторы которых
невольно использовали прием работы «на контрасте», сбивают
масштаб укреплений и нарушают уже сложившиеся гармонич-
ные сочетания. Примером такого «взаимодействия» сооружений
Владивостокской крепости с нынешней урбанизированной
средой может служить укрепление № 1 на Саперной сопке,
возведенное по проекту 1899 года. По своему объемно-плани-
ровочному решению оно подобно укреплениям Порт-Артура.
Вход на территорию укрепления фланкирован* двумя высокими
столбиками, ворота не сохранились. В кофре этого укрепления
(рис. 17) до сих пор сохранились вмурованные в его стены
пушки. Узкие вертикальные проемы амбразур несколько
оживляют глухое поле стены. Арочный проход этого укрепления
использовался в качестве артиллерийского убежища (рис. 18).

Выше, на горе Холодильник, расположен пятиугольный в
плане форт графа Муравьева-Амурского. Прямоугольный объем
его брутального промежуточного полукапонира*, обращенного
в сторону Амурского залива, напоминает небольшое и полузасы-
панное землей прямоугольное здание. На его фасаде - четыре
Рис. J 7 Кофр укрепления № 1

Fortification No. 1. Coffer

Рис. 18. Арочный проход укрепления № 1

Fortification No. l.Arkway
Рис. 19. Промежуточный полукапонир форта Муравьева-Амурского
Muravyev-Amursky Fort. Flanked semicaponier

заложенные амбразуры с завершениями в виде лучковых арок.
I (еред ним есть так называемый «диамантный» ровик в виде
небольшого, заглубленного в землю дворика. Другой его полу-
капонир, обращенный в противоположную сторону, предназна-
чался для обстрела долины Первой Речки (рис. 19). Его массивный
и выразительный венчающий карниз подчеркивает уступчатую
в плане форму «башен», амбразуры которых теперь частично
заложены. Перед укреплением также расположен ровик. Длинная
глухая стенка укрепления, идущая параллельно направлению
стрельбы, постепенно понижаясь, завершается мощной тумбой;
штукатурка частично осыпалась, обнажив каменную кладку.
Неподалеку расположено также несколько старых артилле-
рийских батарей, солидные убежища и погреба которых
выполнены в стилистике, подобной той, что использована в
фортах Муравьева-Амурского, Поспелова и Русских.

Многие из второстепенных сооружений крепости ныне
располагаются прямо посреди города, например, пороховой
Рис. 20. Пороховой погреб П4
Cellar-powder magazine

погреб П4 на Верхнепортовой улице полуострова Шкота
(Эгершельд), построенный в 1898 году, о чем свидетельствуют
отформованные над входом в его защитный тамбур-сквозник
цифры (рис. 20). Теперь он стоит в окружении безобразных
гаражей и груд мусора и земли, развороченной под новое
строительство. Погреб украшен простым, но весьма изящным
зубчатым* фризом*, создающим при освещении солнцем
довольно выразительную светотень. Распластанная, почти
квадратная в плане композиция увенчана массивной бетонной
крышей с округлыми скатами. Подобный, но более лаконично
оформленный погреб есть и на острове Елены.

Весьма характерная черта фортификационных сооружений
— высокая степень архитектурного пуризма, т.е. чистоты и
Рис. 21. Здание, в котором размещалось > инженерное

управление крепости

Administration of Fortress Engineers

строгости форм, что вполне прозаично объясняется эконом-
ностью бюджета и функциональностью этих с сооружений.

Типичная для фортификационных сооружений архитек-
турная строгость и суровость облика подчерккиваются контрасти-
рующими с таким стилем элементами архитеектурного декора. В
значительно большей мере такой декор использован при
постройке казарменных и служебных зданивй Владивостокской
крепости, которые, не являясь собственно оборонительными
объектами, тем не менее, неразрывно связанны с ней.

Некоторые из сохранившихся зданий отгнесены к памятни-
кам истории и архитектуры [20]], как, наприлмер, здание, в кото-
ром размещалось Владивостокское крепоостное инженерное
управление и временное Управление строите/ля Владивостокской
крепости на Пушкинской улице., 41 (рис. 21).). Оно было постро-
ено в 1911 году по проекту военного инженера-архитектора
В.А. Плансона. Прямоугольный объем этого оштукатуренного,
не совсем симметричного здания, имеет два слабо выраженных
ризалита* - в центральной части здания, где располагается вход,
и с левой стороны. В 1912-1915 годах здесь работал А.П. Шошин
- начальник инженеров и строитель Владивостокской крепости.
Ныне здесь размещается Институт механики, автоматики и

передовых технологий Дальневосточного государственного

технического университета (ДВГТУ). Сохранился и дом, в кото-

ром жил А.П. Шошин (№ 5 на улице 1-й Морской).

На Верхнепортовой улице, 2, находится здание бывшего
Офицерского собрания, в котором читали лекции А.П. Шошин,

К.И. Величко и В.К. Арсеньев; ныне здесь размещается Приморс-
кий краевой военкомат. В доме № 40 на той же улице, построенном
в 1900 году из тесаного песчаника, до 1917 года размещался
электротехнический взвод и искровая (радиотелеграфная)
станция Владивостокской крепости. После реставрации 1983 года
здесь располагается городская художественная школа.

На улице Бестужева, 37, стоит особняк коменданта крепости
генерала В.А. Ирмана, построенный с использованием характер-
ных для модерна* приемов; теперь он занят коммерческими
фирмами. В самом конце XX века с северной стороны к этому
зданию была сделана кирпичная пристройка, которую пытались

стилизовать под старину.

Офицерский флигель минного батальона Владивостокской
крепости на южном склоне горы Бурачок (улица Гульбиновича,
31 весьма выразителен среди других зданий некогда единого
архитектурного ансамбля, построенного по проекту В.А.
Плансона [20].

Казарменные здания из старинного красного кирпича выде-
ляются благородным, сравнительно ярким колером и рельефным
кирпичным орнаментом. Многим из них присуще характерное
для кирпичного стиля узорочье. Фасады украшены различными
поясками и карнизами, лопатками*, ширинками* и полочками.
Широко использована рустовка стен и углов. Так было
оформлено и здание штаба Владивостокской крепости (рис. 22,
вверху), разрушенное в 1965 году; в 1973 году на его месте был
построен железнодорожный почтамт (рис. 22, внизу). Средняя

трехэтажная часть штаба была фланкирована двумя двухэтаж-

ными объемами. Строгость симметрии фасада почеркивалась

центральным ризалитом со входом и аттиком*. Этажи четко

разделялись полосами промежуточных карнизов.

В крепости было продумано и создание элементов благоус-
тройства. Даже самые малые формы, такие как гранитные придо-
рожные столбики (рис. 23), не лишены своеобразного изящества.

Стены некоторых сооружений крепости украшают архитек-
турно оформленные киоты для икон. Так, один из них, разме-
щенный на стене форта № 7 (расположенного на горе Торопова
недалеко от остановки транспорта «Академическая»), неплохо
сохранился до настоящего времени (рис. 24).

В целом элементами традиционного, широко применяемого
в гражданских постройках, архитектурного декора более богаты
фортсооружения, возведенные до 1910 года. Встречаются
архитектурно оформленные карнизы, различные обрамления
арочных проемов, в том числе с замковыми камнями,
разнообразные обрамления киотов. Порой на стенах отфор-
мованы объемные цифровые надписи, указывающие годы
постройки объектов.

Для проектов 1910 года уже более характерны работы с
крупными и брутальными архитектурными массами и объе-
мами. Их объемно-пространственные решения также сущест-
венно отличаются от более ранних. Для военного архитектора
масштабность возводимых сооружений служила средством
профессионального ответа на социальный заказ. Инженерный
подход, новые технологии строительства укреплений и новые
системы для их осады и штурма начинали противоречить
использованию старых форм и порождали новые, более
приспособленные к складывающимся условиям. Эти формы
становились все более конструктивными и освобожденными от
излишней декоративности.
Рис. 22, Штаб Владивостокской крепости (вверху) и
построенное на его месте здание почтамта (внизу).
Headquarters of Vladivostok Fortress (upper)
Post-o fFice built at the same place later (lower)
Рис. 23. Придорожные столбики
Roadside pillars

«Игра масс - это единственный эффект, который можно

извлечь из плана, осно

т> о

иного на строгой экономии», - говорил

К. Леду. «Нужно идти от природы материала, извлекая пользу,
акцентируя его» [цит. по: 28, с. 254-255]. Развитие передовой для
фортификации того времени технологии монолитного бетони-

рования, при которой объекты отливались в специальных

деревянных опалубках, давала военным зодчим новые возмож-
ности для формообразования. Она в значительной мере диктовала
возникновение пластичных, текучих и экспрессивных форм либо
резко отформованных тяжеловесных геометризованных объемов.
Это привело к определенному морфологическому* сходству
отдельных фортификационных сооружений мира с проектами
некоторых известных архитекторов XX века, эксперимен-
тировавших с архитектурными формами из литого бетона, таких
как Антонио Гауди, Ле Корбюзье, Фрэнк Ллойд Райт и других.

Самые внушительные оборонительные укрепления фортов
Владивостокской крепости проекта 1910 года, характери-


Рис. 24. Киот для иконы форта № 7.
Fort No. 7. Icon case


Рис. 25. Одно из сооружений форта № 9.
Fort №. 9. One of constructions

зующиеся гигантизмом эффектных по пластике форм и как бы
вневременной архитектурой, сопоставимы даже с мегалити-
ческими* сооружениями древних эпох или с творчеством
архитекторов-мегаломанов времен французской революции -
Леду и Булле. Леду называл себя архитектором-пуристом, заявлял,
что создает «архитектуру гуманизма», он полагал, что зелень и
«растения сбивают монотонность линий» и стремился связать
формальные поиски с идеей органичного сочетания природы и
архитектуры.

Произведения архитекторов-мегаломанов напоминает
монументальный участок бруствера форта № 9 с подбрустверной
галереей и убежищем для выкатной артиллерии (рис. 25). Его
устойчивые, статичные и величественные формы выглядят как
часть некоего мемориального комплекса. Строгая и четкая
геометрия объемов укрепления эффектно контрастирует с
живописным природным окружением. Весь ансамбль Владивос-
токской крепости, в сущности, - впечатляющий образец архитек-
турной мегаломании (см. рис. 1, 2, и др.). Многие укрепления
талантливо спрятаны в складках местности, поэтому их нельзя
увидеть издалека. Вид на них раскрывается только с близкого
расстояния, усиливая впечатление их колоссальности и мощи.

На фортах и опорных пунктах сохранились потемневшие от
времени металлические козырьки, поддерживаемые фигурными
кронштейнами, подчеркивающие плавные изгибы массивных
башен кофров и линейность внушительных стен (см. рис. 1).
Бетонные стрелковые брустверы на одних фортах искусно и
эффектно повторяют криволинейные и плавные изгибы рельефа,
на других же не менее выразительно следуют им прямолиней-
ными секторами с изломами в местах перегибов. Через опре-
деленные промежутки монолитные массивы брустверов рас-
сечены усадочными и технологическими швами, следы которых
можно встретить снаружи и в интерьере. Плавно понижающи-
еся стены увеличивают впечатление нерасторжимой связи
укреплений с землей.

Цокольные части некоторых кофров, капониров* и полу-
капониров выложены тесаным камнем, а стены пластически
обогащены редкими членениями и перепадами плоскостей. На
фасадах отдельных укреплений можно выявить некоторые
скупые черты и декоративные приемы преобладавших во время
строительства крепости архитектурных стилей, например,
модерна. Многие брустверы и другие почти горизонтальные
участки бетонной поверхности покрыты дерном, что придает
старым фортификационным сооружениям дополнительную
выразительность. Живописно расположенные на рельефе,
заросшие травой, кустарниками и вьющимися растениями,
некоторые из укреплений издали напоминают даже висячие
сады.

Если взглянуть на объекты крепости с высоты птичьего
полета, станет очевидным, что при строительстве фортов
проекта 1910 года их форма была спроектирована в сооот-
ветствии с естественным рельефом сопок с высотами, не
превышающими 458 метров над уровнем моря. Водоразделы,
самые высокие участки которых увенчаны фортами, ожерельем
охватывающими город, играют роль доминант в ландшафте.
Между основными объектами крепости, благодаря их располо-
жению на высотах, существуют хорошие визуальные связи.
Объемно-пространственная композиция каждого опорного
пункта определялась особенностями геоморфологии вершины.
Распластанность укреплений по рельефу, обеспечивая
органичность интеграции в рельеф местности, превращает их
в своеобразные ландшафтно-архитектурные комплексы в
природной среде. Талантливо выполненная привязка типовых
(исходно) проектов к сложной местности и уход от стереотипов
придали индивидуальность каждому из фортификационных
сооружений крепости (рис. 26), повысив таким образом их
эстетическую и историко-культурную ценность. Рельеф в виде
живописных, покрытых травой, холмиков, валов и брустверов,
взаимодействуя с укреплениями, становится составной частью
всей композиции. В результате успешного решения оборони-
тельных задач монументальные укрепления превратились в
удачный образец слияния весьма необычной архитектуры с
ландшафтом. Поэтому форты Владивостокской крепости вполне
можно рассматривать как один из перспективных потен-
циальных прообразов для обогащения творческого языка
ландшафтной и органической архитектуры будущего с
пластичными и волнистыми линиями сооружений, как бы
вырастающих естественным образом из земли.

В гражданской архитектуре достаточно широко распростра-
нена стилизация под крепостные сооружения древности.
Крепостная стилистика XIX-XX веков пока недостаточно
исследована и еще не исчерпала возможностей своего
применения в архитектурной практике. Один из наиболее ярких
и эстетичных примеров, ставший уже своего рода классикой -
форт № 4 на горе Проценко послужил прообразом небольшого
удачного сооружения (о чем будет сказано ниже).

Выразительность этого форта определяется не только его
размерами, но и мастерски использованными средствами
7 Я

Рис. 26. Схема форта №7: 1 - двойной кофр; 2 - ров; 3 - бруствер; 4 - барбеты: 5 - тоннельная казарма:

6 - тыльные выходы. Подземные сооружения форта показаны пунктиром.

Fort No. 7. A scheme: 1 - double coffer; 2 - fosse; 3 - breastwork; 4 - barbettes; 5 - tunnel barrack; 6 - rear exits

z	Z	Z	Z
объемно-пространственной композиции. Оказавшись там,
невольно попадаешь под действие магии этой своеобразной и
величественной архитектуры. План форта не отступает от
российских канонов своего времени и имеет трапециевидную
форму. С реверсивной* стороны стрелкового бруствера,
повторяющего изгибы рельефа по горизонтали, расположены
широкие «лестницы» с пластичными литыми ступенями (см. рис.
2). Они ведут к позициям для солдат, рядом с которыми
располагаются индивидуальные подбрустверные ниши-укрытия.
Наплыв ступеней на прямоугольные объемы тамбуров со входами
в подбрустверную галерею и единая спокойная цветовая гамма
бетонных массивов усиливают единство и целостность
архитектурного решения. Монотонность протяженного бруствера
успешно преодолевается входными блоками, разделяющими его
на ступенчатые участки. Отсутствие резких ребер, их округлен-
ность зрительно смягчает формы укрепления. В результате
взаимодействия бетонных объемов с дорожками и невысокими
насыпями, покрытыми травой, создалось особое ландшафтно-
архитектурное пространство. Плавно изгибающаяся монолитная
лента бруствера на фоне далеких сопок и моря придает откры-
вающейся отсюда панораме торжественность и неповторимость.
Ниже по склону сопки расположен ров, предназначенный для
зашиты форта со стороны наиболее вероятной атаки неприятеля.
Очень эффектно выглядит находящаяся в изломе рва бетонная
громада двойного кофра с глядящими во встречных направлениях
круглыми амбразурами для стоявших внутри орудий.

Подобные сооружения на других фортах тоже весьма впе-
чатляют, как, например, двойной кофр форта № 3 (рис. 27).
Композиционно он состоит из восьми одноамбразурных башне-
образных объемов, сгруппированных вокруг входного тамбура
по четыре, и имеет в плане пилообразное очертание. Одна из
таких групп увенчана коническими массивными объемами,
плавно сопряженными между собой; вторая башенная группа
недостроена и осталась сверху плоской. Четкий «строй» моно-
литных и тяжеловесных вертикальных стволов башен образует
Рис. 27. Кофр форта № 3
Fort № 3. Coffer

яркую, целостную и запоминающуюся композицию. Это мону-
ментальное бетонное казематированное сооружение обеспечи-



ло простреливаемость рва артиллерией по всей его длине.

Поэтому в соответствии со своей функцией рвы, полностью или
частично опоясывающие форты, представляют в плане ломаные

линии, состоящие из протяженных прямолинейных участков.

Оборонительные рвы фортов и земляные валы в наши дни
частично осыпались, оплыли и заросли деревьями и кустарни-
ками, что тоже превратило их в непреднамеренно созданные
образцы ландшафтной архитектуры и геопластики*. Лишь часть
эскарпов и контрэскарпов* рва форта № 2, расположенного на
горе Варгина, успели облицевать гесаным природным камнем,
что придало ему внешнее сходство с древними крепостями.
Сохранившаяся в лесных массивах полевая фортификация,
представляющая ныне исторический интерес лишь для
специалистов, практически полностью потеряла первоначальный
вид и существует ныне в виде ям и канав с оплывшими краями.
Колористика интегрированных в ландшафт фортифика-
ционных сооружений Владивостокской крепости определяется
цветом ровной, слегка шероховатой поверхности старого бетона,
местами покрытого мхами и лишайниками, - холодным серым с
синеватым опенком в пасмурные дни, а при ярком солнечном
освещении - более теплым охристым, иногда зеленоватым.
Сдержанные, приглушенные тона характерны и для сооружений
из местного природного камня серых, зеленоватых, иногда
красноватых опенков - укреплений проекта 1899 года, облицовки
рва форта № 2, фундаментов опор канатной дороги, каменных
зданий казарм.

Природная же цветовая гамма окружающего ландшафта в
летнее время сочетает голубой и синий цвета неба и моря с
различными опенками зеленого (растительность), охристого,
серого, красноватого (грунт, скалы). Яркие краски леса кратко-
временны, иногда эфемерны - это весеннее цветение рододендро-
на, абрикоса, яблонь, сочная зелень летней листвы и осенние
полыхающие кроны - красные, желтые, багряные. Нередко
фортификационные сооружения утопают в мягком обволаки-
вающем, движущемся волнами, приморском тумане, ломающем
и искажающем их очертания, делающем их призрачными,
размытыми и зрительно менее весомыми. Зимняя цветовая гамма
скупа и почти монохромна, снег подсвечивает покрытые инеем
сооружения крепости, что придает им суровую выразительность
на фоне ажура причудливо переплетенных ветвей.

Значительная часть территории полуострова Муравьева-
Амурского и Русского острова покрыта лесами, представ-
ляющими местами природный ботанический парк, который
включает такие ценные и декоративные деревья, лианы и
травянистые растения как диморфант (калопанакс), аралия,
элеутерококк, абрикос, яблоня, груша, вишня, рододендроны,
лимонник, виноград, актинидии, лилии, ирисы, пионы, орхидеи.
Многие растения из этого, далеко не полного, перечня занесены
в Красную книгу и охраняются законом. На острове Русский
отмечена необыкновенная плотность ценных в эстетическом и
ботаническом аспекте видов, найдено немало популяций редких
растений и животных; некоторые места их произрастания и
обитания объявлены памятниками природы. Так, в долине реки
Воеводиха находятся места гнездования серой цапли. В море
обитает множество видов рыб и беспозвоночных. Но не следует
забывать и о менее приятных живых суп яствах - клещах и змеях,

нередко встречающихся при посещении удаленных фортов в
теплое время года. Здесь же находятся геологические памятники
природы, немало живописных, эстетически ценных форм
рельефа, причудливо выветренных прибрежных скал и скальных
останцев в море близ побережья [26, 32].

В сущности, территория, на которой располагаются
сооружения Владивостокской крепости вне городской застрой-
ки, представляет собой комплексный памятник природы. Здесь
присутствуют такие природные компоненты ландшафта, как
разнообразие пейзажей, выразительный рельеф и открытые
морские пространства. С обзорных площадок раскрывается даль
величественных и многоплановых видовых панорам. Антропо-
генные компоненты представлены уникальными фортифика-
ционными сооружениями. С учетом всего этого исторически
сложившийся архитектурно-ландшафтный комплекс крепости
заслуживает высокой оценки в эстетическом отношении.
Фактически он уже превратился в подлинный ансамбль. В этом
своеобразном ландшафтно-архитектурном оазисе должны

бережно сохраняться все
природные составляющие.

его

архитектурно-исторические и
СООРУЖЕНИЯ СОВЕТСКОГО ПЕРИОДА
НА ЮГЕ ПРИМОРЬЯ

Оборонительные сооружения советского периода, утратив-
шие военное значение и формально не относящиеся к Владивос-
токской крепости, например, стационарные береговые артилле-
рийские батареи, также заслуживают охраны как памятники
истории и оборонительного зодчества.

Уникальное сооружение советского периода - Вороши-
ловская батарея на Русском острове. Две огромные трехору-
дийные башни этой батареи (рис. 28) с обширными подземными

помещениями и различными системами вспомогательного
оборудования были введены в строй в 1933 году. Более полувека
они находились в рабочем состоянии. В 1997 году был сделан
прощальный орудийный залп; ныне батарея — часть музея
Тихоокеанского флота (ТОФ). Подобные, менее мощные, башен-

ные батареи на острове Аскольд и мысе Гамо

Г» О

уже разорены



сборщиками металлолома. Каждая из них была вооружена двумя

двухорудийными установками.

Еще недавно в пригородах Владивостока можно было
видеть советские пушки Б-13, установленные в 70-х годах, с
надписью «Подготовлено для защиты Родины» (рис. 29). Теперь

большинство этих пушек уже разрезано и сдано как металлолом,
и остались лишь бетонные орудийные дворики: круглые в плане
с тщательно сглаженной поверхностью более старой постройки ,
и созданные в 70-х годах прошлого века более простые и грубо
отделанные восьмиугольные. Немногие оставшиеся в них
орудия еще можно попытаться сохранить для истории. Возле
некоторых бывших батарей, теперь уже посреди густых лесных
зарослей, существуют пустующие позиции для дальномеров в
Рис. 28. Башенная орудийная установка Ворошиловской батареи.
Voroshilov Battery. Turret unit

Рис. 29. Пушка Б-13 советского укрепрайона.
Soviet-time defensive works. В-13 gun
виде небольших заглубленных круглых двориков с входной
траншеей, напоминающие в плане замочную скважину. Давно
заброшены казематированные командные пункты батарей,
представляющие собой спрятанные под землю параллеле-
пипеды с выведенными на поверхность невысокими бетонными
цилиндрами рубок, прорезанных по периметру узкими горизон-
тальными щелями для наблюдения.

На некоторых, отдаленных от Владивостока заповедных
и теперь уже необитаемых островах, стоят нетронутые орудия,
некогда охранявшие морские рубежи города. По иронии судьбы
теперь уже сам океан защищает эти реликты от незваных гостей.

Помимо исторической ценности, пушки береговых бата-
рей представляют собой достаточно яркий пример технического
дизайна. К сожалению, не сохранились не менее интересные
мобильные железнодорожные артиллерийские установки
советского времени. Идея создания подобных установок
возникла в России еще в середине XIX века, хотя были у нее и
противники. Так, К.И.Величко говорил, что поставленная на
железную дорогу артиллерия будет больше ездить, чем драться.
Тем не менее, потребность в такого рода оружии и достаточно
удачный мировой опыт привели к началу работ по его созданию
незадолго до 1917 года. Мобильность таких установок делала
их менее уязвимыми для неприятеля и позволяла сократить
количество стационарных береговых батарей, сосредотачивая
в нужное время в нужном месте максимальное количество
орудий, повышая возможности обороны протяженных прибреж-
ных границ [1]. Таким образом, эти установки позволяли также
достичь определенного экономического эффекта. Калибр
наиболее мощной из таких железнодорожных установок,
созданной в 30-х годах XX века и применявшейся для защиты
Владивостока, был существенно больше калибра знаменитой
Ворошиловской батареи (355.6 против 305 мм). К 60-м годам
прошлого века в Приморье вся железнодорожная артиллерия
была порезана на металлолом... Пригородные электропоезда,
следующие до станции «Мыс Чуркин», до сих пор проходят
I

через почти полуторакилометровый «Тоннель имени Тов.
С ГАЛИНА» (орфография оригинала сохранена), построенный
в те же 30-е годы для переброски и укрытия железнодорожных
артиллерийских установок. Начинаясь в районе Народного
проспекта и проходя под участком проспекта Красного Знамени,
он оканчивается в районе озер парка Минного городка. Название
туннеля, как и рельефные буквы «СССР», разделенные звездой
с серпом и молотом, и до настоящего времени можно видеть
над въездом в него. Это весьма удачный пример сочетания
новых, сугубо гражданских функций, с достаточно бережным
сохранением исторического объекта, внесенного в список
памятников.

Кроме береговых батарей, в конце 30-х - начале 40-х гг.
на побережье Приморского края было построено множество
железобетонных и каменно-бутовых огневых точек как для
пулеметного, так и для артиллерийского вооружения. Созданные
в соответствии с тогдашней доктриной, эти объекты дисперсно
распределялись вдоль береговой черты, концентрируясь и
углубляясь в континентальную часть на стратегически важных
участках.

Это компактные, в виде призм, иногда со сглаженными
гранями объемы пулеметных долговременных огневых точек
(дотов) и более крупные береговые орудийные полукапониры.
Часто с тыла к ним пристроены специальные тамбуры для защи-
ты входа. Многие укрепления советского времени, представляя
исторический и технический интерес, не слишком выразитель-
ны в эстетическом отношении. Однако брутальность и
гармоничная вписанность в живописную природную среду
морского побережья (исходно с целью маскировки) делают их
примером малых форм оборонительного зодчества, интегриро-
ванных в естественную среду столь органично, что подчас их и
теперь трудно заметить. Эти объекты менее монументальны,
чем сооружения старой крепости, но обладают более хищным
и агрессивным, отчасти даже антропоморфным экстерьером*,
который дополняют своеобразные «прически» из травы на
Рис. 30. Огневая точка советского периода.
Soviet-time pill-box

присыпанных землей крышах. Как безмолвные стражи
всматриваются они суровым взором своих темных и узких
амбразур в бескрайний простор мерно плещущего рядом океана.
Наиболее выразительны в прибрежном ландшафте на фоне
деревьев и кустарников сложенные из природного камня доты
(рис. 30). Многие из них засыпаны и уже заросли так, что
увидеть их можно, лишь приблизившись практически
вплотную. Входы внутрь с течением времени оказались
завалены камнями или засыпаны песком и землей. Некоторые,
возведенные из взятого поблизости необработанного камня,
практически сливаются с фоном скал, можно найти и «завис-
шие» над морем в расщелинах утесов. В сущности, многие доты
стали уже неотъемлемой частью среды, «вросли» в нее.
Существуют и наклонившиеся, но оставшиеся цельными
монолиты, омываемые наступающим морем. В их строгие
геометризованные объемы встроено от одной до трех амбразур
и соответствующее число миниатюрных боевых казематов. На
уступчатых проги вори ко шетных откосах их щелеобразных,
расширяющихся наружу горизонтальных амбразур, при ярком
солнечном освещении образуется весьма эффектный свето-
теневой рисунок. Внутри нередко сохранились вполне
исправные открывающиеся амбразурные заслонки. Соленый
морской ветер превратил многие заржавевшие металлические
детали в подобие крошащегося трухлявого дерева, деревянные
же конструкции, напротив, задубели и прослужат еще долго...

Таким образом, артиллерийские батареи, доты и другие
старые сооружения советского времени, неплохо сохранившиеся
до наших дней, уже стали достаточно характерными и
выразительными, хотя и весьма своеобразными, памятниками
совсем недавно ушедшей эпохи.
БРОШЕННАЯ КРЕПОСТЬ

С течением времени окружающий старые фортифика-
ционные сооружения естественный природный ландшафт
преобразуется, и в нем все более доминируют результаты
антропогенной деятельности. Брошенным сооружениям
Владивостокской крепости, объявленной памятником федераль-
ного значения, угрожают и строительная экспансия, и
проявления вандализма, усилилившиеся в последние годы.
Строительство коттеджей на вершинах сопок и крутых склонах,
ранее не занятых ввиду их непригодности под застройку
многоэтажными зданиями, в наше время представляет реальную
угрозу для сохранившихся в черте города памятников военно-
оборонительного зодчества. Многие люди просто не восприни-
мают их в качестве исторических реликтов. Даже защищенные
законом как памятники истории и культуры, сохранившиеся
среди агрессивно наступающей городской среды, объекты
крепости скрываются вновь возводимыми зданиями и
сооружениями, их историческому и архитектурному облику
наносится непоправимый ущерб. Стоит отметить тот факт, что
во вновь возводимых постройках «новых русских» нередко
используется фортификационная стилистика, причем, как
правило, весьма неудачно, эклектически. В отношении этих
жилых строений суть явления точно отражает ставшая крылатой
фраза «мой дом - моя крепость».

Некоторые старые укрепления сохраняются именно среди
защищающей их современной городской застройки, например,
построенный в царское время артиллерийский блок на две
пушки с установленными на нем советскими орудиями Б-13 на
ул. Станюковича, у здания средней школы № 42 (рис. 31). Однако
Рис. 31. Артиллерийская батарея среди городской застройки.
Artillery battery inside urban system

памятник и урбанистический фон находятся в серьезном
визуальном диссонансе.

Сохранились каменные и кирпичные дома царского
периода, построенные военным ведомством, представляющие
архитектурно-историческую ценность и заслуживающие
охраны в качестве памятников. Часть из них в настоящее время
пустует, в частности, кирпичные здания начала века на Русском
острове, созданные под влиянием стиля модерн. Казармы
оставленных военных городков брошены и разрушаются.

Старинное одноэтажное здание городка Ворошиловской
батареи, которое еще недавно использовалось и было вполне
сохранно, ныне разрушено (рис. 32). Стены из отесанного
природного камня, рустованные углы и обрамления окон с
замковыми камнями, декорированные многоступенчатыми
кирпичными композициями треугольные завершения ризалитов
и... сиротливо торчащие, как будто после войны, печные трубы.
Рис. 32. Разрушенное здание городка Ворошиловской батареи.

Voroshilov Battery cantonment. A destroyed building

В районе канала, отделяющего Саперный полуостров от острова
Елены, стоят развалины интересного по своей архитектуре
здания, в котором размещалась одна из первых на Дальнем
Востоке радиостанций. Здесь использованы характерные для
стиля модерн начала XX века детали в оформлении фасадов.
Многие городки покинуты так давно, что их стоящие посреди
леса развалины напоминают специально созданные
парковые «руины». Дороги, ведущие к ним, были заброшены и
забыты. Теперь они заросли лесом и едва просматриваются.
Разрушаются многие здания и сооружения советской постройки
в других бывших военных городках, например, на Русском
острове вблизи берега бухты Аякс (рис. 33). В середине 90-х
годов XX века там предполагалось создать Центр Морской
Славы ТОФ. Перед главным зданием успели установить
некоторое количество экспонатов, в числе которых был даже
вертолет. Однако возникшие финансовые проблемы не
Рис. 33. Одно из зданий бывшего военного городка.
A building in the former military cantonment

позволили успешно осуществить хороший замысел. Сейчас
главное здание брошено и разрушается. Возведенное из кирпича
и оштукатуренное, оно и сейчас привлекает своей архитектурой
классического* стиля. Ось симметрии выделена центральной
частью с колоннами и фронтоном*, треугольное поле которого
прорезано арочным лучковым* окном с рустованным обрамле-
нием. Карниз декорирован модульонами*. Два ризалита по углам
здания подчеркиваю! парадность и репрезентативность всей
композиции. Такие дома украсили бы даже центральные улицы
Владивостока. Некоторые из них технически возможно
восстановить и использовать. В отдельных зданиях сохранились
перекрытия или части металлических балок. Стены и
фундаменты многих строений еще не подверглись растрески-
ванию, несмотря на суровые условия климата, и находятся во
вполне хорошем состоянии, что свидетельствует о высоком
Рис. 34. Разрушенный капонир.
A ruined caponier

качестве строительства. Однако при отсутствии отопления
происходит отсыревание и постепенное разрушение каменных
конструкций.

Многие проблемы возникают не только из-за экономических
причин, но и из-за недостатка элементарной культуры в
обществе. Большинство старых укреплений, ставших в
последнее время доступными, и снаружи, и изнутри все больше
испещряется надписями побывавших там людей. Пригородные
леса вдоль дорог постепенно превращаются в свалки, многие
внутренние помещения брошенных сооружений захламлены и
покрыты копотью. Часть сооружений Владивостокской
крепости непоправимо разрушена, примером может служить
судьба одного из капониров на Русском острове (рис. 34). Еще в
советское время полностью засыпан при строительстве кофр
форта Линевича, рядом с его сохранившимися руинами,
застроенными гаражами и окруженными панельными много-
Рис. 35. Закрепленное в стене орудие форта Поспелова.
Pospelov Fort Wal ed-up gun


этажными зданиями, дымят трубы ТЭЦ-2. Некоторые укреп-
ления, созданные до 1910 года, исчезли полностью. Перестали
существовать многие дальномерные павильоны артиллерийских
береговых батарей, например, на Безымянной батарее, у других
утрачены металлические элементы монстру кции, как на батареях
55-й высоты и Новосильцевской. В результате варварского
выламывания металлических крыш дальномерных павильонов
не только утрачивается исходный облик сооружений, но
повреждаются и разрушаются даже их бетонные части. Образцы
артиллерийского вооружения, которым в большом количестве
были оснащены форты, береговые батареи и другие укрепления
в царский период, к сожалению, практически не сохранились;
существуют лишь единичные экземпляры в составе немного-
численных музейных экспозиций. Волна хищений металла
достигла максимума в последние годы. Безвозвратно утрачи-
ваются многие детали: двери, ажурные решетки, фигурные
кронштейны, козырьки большинства фортификационных
сооружений.

Иногда при относительной сохранности объекта в целом
утрачиваются его существенные и значимые элементы. Так,
вмурованные в стену кофра форта Поспелова пушки (рис. 35),
установленные для защиты рва и сохранявшиеся десятилетиями,
на протяжении всего советского периода, осенью 2000 года были
похищены, вероятно, сборщиками металлолома. Теперь макет
этой своеобразной конструкции можно увидеть лишь в музее
Владивостокской крепости.

. щ 

I

*

*

г,

J


НОВАЯ ЖИЗНЬ
СТАРОЙ КРЕПОСТИ

В нашей стране классическими примерами превращения в
музеи крепостей - исторических центров городов стали
архитектурно-художественные музеи-заповедники Московского
Кремля, других старинных кремлей, Петропавловской крепости
Петербурга. Общеизвестный символ России - Московский
Кремль - столь привычен, что забывается его исходная, уже
практически утраченная фортификационная функция, зато вполне
осознается нынешняя функция одного из важнейших госу-
дарственных символов. Сохранен исторический и архитектурный
облик Петропавловской крепости - исторического центра
Петербурга, дата закладки которой считается и датой основания
города. В 1966 году она была превращена в архитектурно-
художественный заповедник. В конце 2000 года проведены
работы по усовершенствованию ее ночной подсветки. Крепостная
пушка так же, как и во Владивостоке, стреляет в полдень. Ныне
общественный фонд «Крепости Балтики» добивается охраны и
превращения в музейный комплекс фортов Финского залива,
защищавщих морские подступы к Петербургу: Красная Горка,
Серая Лошадь, Тотлебен, Обручев, Александр 1 первый и других.
На форту Красная Горка до сих пор сохранились уникальные
образцы мобильных железнодорожных орудийных установок [ 1 ].

Во Владивостоке уже существует прекрасный музей,
который многие знают: это музей Владивостокской крепости,
созданный на базе одной из береговых батарей царского времени
- Безымянной (рис. 36), находившейся прежде в разрушенном
состоянии. Исходно она предназначалась для орудийного
обстрела неприятельских кораблей, действующих со стороны
Амурского залива. Укрепление размещено параллельно береговой
Рис. 36. Безымянная батарея (музей Владивостокской крепости).
Bezymyannaya Battery (Vladivostok Fortress Museum)

черте на «Батарейной» горке, на высоте около 25 метров над
уровнем моря. В 1991-1996 годах наземные и подземные
сооружения этой батареи были отреставрированы Приморским
отделением Всероссийского общества охраны памятников
истории и культуры (ВООПИиК) и приспособлены под музей.
Билетная касса, расположенная сразу за входными воротами
музея, раскрашена косыми черно-белыми полосами в стиле
старинной будки для часовых. Далее размещается блок с двумя
орудиями, установленными на массивных бетонных основаниях.
Рядом с ним начинается лестница, ведущая к основному
музейному комплексу.

Во внутренних казематированных помещениях батареи,
образовавших после ее восстановления своеобразную анфиладу,
развернута экспозиция материалов музея Владивостокской
крепости, достаточно подробно и полно освещающая историю
ее строительства и связанных с этим людей. Светлые тона стен и
потолков, хорошее освещение интерьеров создают у посетителей
t

чувство комфорта и уюта. Здесь размещаются многочисленные
текстовые материалы, фотодокументы, картины, различные
макеты и образцы оружия. Представлены также стенды,
посвященные средневековым крепостям в Приморье, созданным
в эпоху Бохайского царства и Золотой империи чжурчженей, а
также российской крепости в Николаевске-на-Амуре и ряду
других исторических примеров из мировой практики. Есть
иллюстрации, посвященные реставрации самой Безымянной
батареи. Одно из помещений может использоваться в качестве
зала заседаний.

Выразительные по композиции орудийные дворики и входы
в казематированные траверсы с тамбурами-сквозниками позволяют
успешно преодолеть некоторую однообразность небольшого по
высоте одноэтажного и довольно протяженного бетонного массива
батареи. Округлые объемы ее тыльной стороны, обрамленные
криволинейными в плане крутыми лесенками-трапами, прорезают
по четыре небольших оконных проема с лучковыми завершениями.
Закрытые изнутри металлическими ставнями, они позволяют
увидеть солидную толщину стен. В ходе проведения реставра-
ционно-восстановительных работ облик сооружения был
несколько изменен. Применение мощения и современного
кровельного материала усилило архитектурную выразительность
объекта. На территории военной улицы музея установлено большое
количество различных орудий и других образцов вооружения и
инженерного оборудования. Часть орудий смонтирована на
основаниях в орудийных двориках самой батареи. Экспонируется
также вооружение советского периода, в том числе и не связанное
непосредственно с береговой обороной. Экспозиция в целом весьма
наглядно демонстрирует преемственность развития техники.
Ежедневно в 12 часов здесь производится полуденный пушечный
выстрел.

В рамках проекта «Музей Владивостокской крепости в
Интернете» (Приморское отделение ВООПИиК) членами военно-
исторического клуба «Владивостокская крепость» подготовлен
сайт для Интернета «Владивостокская крепость» (http://



го

www.dvgu.ru/rus/region/culture/fort/), русская и английская версии
которого были помещены в Интернете в 1998 году.

Некоторые жители Владивостока отождествля юг Владивос-
токскую крепость с Безымянной батареей и не знакомы с други-
ми сооружениями, потенциально не менее достойными
превращения в музеи, разумеется, не только военно-историческо-
профиля. Для музейных целей могут быть успешно исполь-
зованы крепостные форты, в особенности форты проекта 1910
года; пригодны также некоторые береговые батареи, причем не
только царского периода. К числу позитивных и уже реализуемых
примеров можно отнести Ворошиловскую батарею.

Большими возможностями для размещения музейных
экспозиций обладает форт № 7, расположенный неподалеку от
остановок городского транспорта «Заря» и «Академическая»; его
обширные туннельные казармы глубокого заложения со
сводчатыми потолками - потенциальные музейные залы. В
подбрустверных и контрминных галереях* этого и других фортов
возможно развертывание различных экспозиций линейного
характера, например, выставок живописных работ. Обширная
территория фортов пригодна для устройства разнообразных
открытых экспозиций. С конца 90-х годов XX века предпри-
нимаются попытки вернуть форт№ 7 к жизни. Существуют также
организации музеев на базе форта № 3 на горе Попова и

планы

укрепления Дз 1 на Саперной горке.

Пример совершенно иного использования крепостного
в качестве конюшни, где содержатся лошади для

сооружения -

конных экскурсий - ныне представляет один из опорных пунктов
(литер 3), расположенный в нескольких сотнях метров от форта
№ 7. Этот объект, благодаря ступеням реверсивной части
бруствера, повторяющим очертания горизонталей рельефа, очень
пластичен и выразителен (рис. 37). На некоторых сооружениях
подобные ступени были впоследствии засыпаны, что ухудшило

in?

эстетические качества брустверов.

Отдельные фортификационные сооружения до сих пор
используются в качестве складских помещений. Одно из
Рис. 37. Стрелковый бруствер опорного пункта (литер 3).
Strong point («Letter Z»). Rifle breastwork
укреплений в черте города используется как автомагазин.
Пороховой погреб Г:4 (см. рис. 20) предполагалось переобо-
рудовать в компьютерный класс Дальневосточной государствен-
ной морской академии, не исключена возможность его
использования в музейных целях. Его «близнец», пороховой
погреб на острове Елены, с 90-х годов XX века довольно успешно
используется в качестве жилья.

Сооружения советского периода иногда стихийно исполь-
зуются как фундамент для строительства. Курьезный и небезин-
ересный случай такого использования каменной огневой точки
на побережье Уссурийского залива для постройки деревянного
коттеджа-«терема» (рис. 38) можно сопоставить с другим,
всемирно знаменитым, примером. Все знают статую Свободы,
установленную у входа в гавань Нью-Йорка на острове Свободы
и открытую в 1886 году. Однако менее известно, что i юстамен гом
для статуи послужил форт Вуд, построенный в начале XIX века,
типичной для того времени звездчатой конфигурации (рис. 39).
Рис. 38. Пример использования огневой точки советского периода
An example of employment of Soviet-time pill-box

Скульптором статуи Свободы был Ф. Бартольди, архитектором -
В Хант. Чугунно-стальной каркас статуи разработал известный
французский инженер Г. Эйфель, создатель Эйфелевой башни в
Париже.

В перспективе неизбежен рост урбанизации острова
Русский. Постепенно все больше возрастает необходимость
Рис. 39. Форт Вуд и статуя Свободы [по: 39].

Fort Wood and Statue of Liberty, from: Lewis, 1993
Рис. 40. Новосильцевская батарея.

Novosiltsevskaya Battery

сооружения моста, соединяющего остров с материковой частью
Владивостока. Идея понтонного моста неудачна по экологи-
ческим и эстетическим соображениям. Одно из подходящих для
сооружения вантового моста место - узкий участок пролива
Босфор Восточный между Русским островом и полуостровом
Муравьева-Амурского, между мысом Новосильского и полуостро-
вом Назимова, разумеется, при условии сохранения находящихся
на обоих берегах батарей, в частности, Новосильцеве кой батареи
Русского острова (рис. 40). 1 Толожительным примером решения
подобной проблемы может служить почти столь же известный,
как статуя Свободы, мост «Золотые Ворота» в Сан-Франциско;
при сооружении моста бережно сохранен исторический форт
Уинфилд Скотт, построенный в середине XIX века (рис. 41).

Следует отметить, что охрана памятников культуры и
природных ландшафтов в Соединенных Штатах Америки
хорошо разработана и строго реализуется в соответствии с
законодательством. Еще в 1916 году там была создана Служба
национальных парков с целью «защитить пейзаж, природные и
исторические объекты, а также представленный здесь животный
мир и дазь широким массам населения возможность пользо-
ваться всем этим, сохраняя их нетронутыми для будущих
поколений»; закон о сохранении исторических ландшафтов 1935
года провозгласил «национальную политику, ставящую целью
сохранить ландшафты, исторические здания и объекты
национального значения как источник вдохновения и воспита-
ния для народов Соединенных Штатов» [цит. по: 14, с. 275].

Взгляд на береговые укрепления США как на памятники
истории взначительной мере был сформирован благодаря книге
Эммануила Рэймонда Льюиса [39], интерес к которой, в том
числе и среди архитекторов, оказался столь велик, что она была
переиздана до 1993 года еще 6 раз. При этом стоит заметить,
что фортификационные сооружения береговой обороны,
созданные Соединенными Штатами в период, близкий к
строительству Владивостокской крепости, были сугубо
утилитарными и маловыразительными в художественном
отношении. Тем не менее, все сохранившиеся фортифи-
кационные сооружения внесены в Национальный регистр США.
В отношении внесенных в регистр объектов соблюдаются три
принципа (в порядке очередности): 1) охрана - тщательная
консервация объекта; 2) реставрация - возврат в первоначальное
состояние путем удаления или замены более поздних пристроек
и наслоений; 3) реконструкция - исторически достоверное
воспроизведение объекта. Идеал исторической достоверности
- основная цель программ консервации, реставрации и
реконструкции [14]. Кроме того, сохраняются и используются
в качестве музеев также многие объекты, созданные уже после
Второй мировой войны, но утратившие свое военное значение
к настоящему времени.

В Дании переоборудованы в музейный комплекс остатки
сооружений Атлантического Вала, протянувшиеся вдоль всего
западного побережья страны, несмотря на то, что они были
Рис. 41. Мост Золотые ворота и форт Уинфилд Скотт [по: 39].
Golden Gate Bridge and Fort Winfield Scott, from: Lewis, 1993
возведены Германией в период оккупации в 1942-1944 годах.
Цент р этого комплекса находится на мысе Ханстхольм; в состав
необычного музея входят береговые батареи, бункеры, полевой
госпиталь, открытая экспозиция вооружения, радарные станции
[25]. Значительная часть линии Мажино к настоящему времени
также используется в качестве музея. В туристических целях
используются фортификационные сооружения на Филиппинах.
Богатый опыт охраны и превращения в музеи объектов
оборонительной архитектуры накоплен также во многих других
странах. 11о есть в мировой практ ике и иные примеры, например,
германский остров Гельголанд в Северном море, где все
существовав!]. не укрепления были полностью уничтожены вскоре
после Второй мировой войны [13].

В идеале весь комплекс сооружений Владивостокской

крепости может стать музеем-заповедником, как уже ранее
предлагалось некоторыми специалистами. Соответствующее
положение было даже записано в резолюции, которая была
принята по результатам проведенной во Владивостоке 17-19
апреля 2000 года конференции «Историко-культурное наследие
в XXI веке: перспективы сохранения и использования», на
которой был сделан ряд докладов, посвященных сохранившимся
на территории Приморья старинным укреплениям. Реализуемость
такого замысла представляется в настоящее время весьма
проблематичной, тем не менее, необходимо продолжать работу в
этом направлении.

Мы полагаем, что в основу современного использования
историко-архитектурно-ландшафтного ансамбля Владивос-
токской крепости должна быть положена идея максимально
возможного сохранения как архитекпурно-исторической, так и
природной среды. Реалии нынешней экономической ситуации -
практически полное отсутствие государственного бюджетного
финансирования на охрану и реставрацию историко-архитек-
турных памятников. Растущая потребность использования
бывших оборонительных сооружений в современных условиях
диктует неизбежность получения средств путем коммерческого
использования названных сооружении различными организа-
циями, в том числе в качестве музейных, туристических и
рекреационных* объектов. Индустрия туризма составляет
высокодоходную статью бюджета во многих странах, занимая
далеко не последнее место и на российском Дальнем Востоке. В
настоящее время экономическая роль крепости, давшей жизнь
городу, неоправданно низка. Ее экономический потенциал,
определяемый возможными поступлениями в городской и
краевой бюджет и созданием новых рабочих мест в сфере
обслуживания, еще весьма велик.

Освоение немалой части территории комплекса не требует
больших капитальных вложений и проведения значительных
инженер) о-строительных мероприятий: существуют достаточно
развитая дорожная сеть, линии электропередачи и другие
инженерно-технические коммуникации, которые можно
эксплуатировать при ревалоризации* - новом функциональном
использовании с переоценкой значимости архитектурно-
ландшафтного ансамбля крепости. Локализация сооружений
Владивостокской крепости в пределах городской черты,
возможность использования городского транспорта и техничес-
кой инфраструктуры Владивостока существенно облегчают эту
задачу.

В той или иной мере сохранились казарменные здания и
иные сооружения, которые могут быть превращены в музеи и
зоны отдыха. Следует отметить, что каменные и бетонные
массивы укреплений в целом успению прошли проверку
временем и находятся в достаточно хорошем состоянии, хотя
многие из них в советское время подвергались частичным
внутренним перепланировкам, делались и внешние пристройки,
изменившие первоначальный экстерьер. На ряде объектов
присутствуют серьезные повреждения штукатурных покрытий в
виде трещин, отслоений и отколов. В этих случаях особенно
велика необходимость реставрационных работ во избежание
дальнейших разрушений под воздействием природно-климати-
ческих факторов. В сущности, этим объектам нужна даже не
реставрация, а лишь аккуратное и, по возможности, корректное
устранение неисправностей и прямых повреждений. Часть
сооружений необходимо просто законсервировать. Для осу-
ществления всего комплекса мероприятий может понадобиться
составление проектно-сметной документации, а также прове-
дение геодезической съемки местности, работ по системам
водоснабжения, канализации, вентиляции и отопления.

В каждом случае принятие конкретных решений, связанных
с использованием фортификационных сооружений и зданий
казарм и, тем более, новым строительством, должно предваряться
тщательным экологическим и архитектурным анализом. Назрела
необходимость создания координационно-консультативного
совета при городской либо краевой администрации для решения
вопросов, возникающих в отношении использования объектов
крепости. В состав такой комиссии следовало бы включить
специалистов различных областей деятельности - работников
администрации, военных, историков, краеведов, архитекторов,
работников туристических организаций и т. д. Необходимо также
продолжать историко-архивные изыскания, натурные исследо-
вания объектов на местности, обмерные работы, фотофиксацию
исторических памятников военно-оборонительного зодчества,
определение границ охранных зон.

Работа по паспортизации и учету сохранившихся объектов
уже проводится Научно-производственным центром по охране и
использованию памятников истории и культуры Приморского
края. Во Владивостоке еще в 1989 году был создан клуб
«Владивостокская крепость». Большой вклад в создание клуба,
исследование сооружений крепости и последующую органи-
зацию музея крепости внесли В.А. Обертас, В.И. Калинин, Н.Б.
Аюшин и другие энтузиасты изучения и сохранения крепостных
сооружений. В работе клуба участвуют люди разных возрастов и
профессий, проводящие полевые и историко-архивные исследо-
вания укреплений Владивостокской и других исторических
крепостей и принимавшие участие в реставрационных работах
на Безымянной батарее. Сейчас клуб является структурным
подразделением Общества изучения Амурского края (ОИАК).
Деятельность клуба направлена на решение основной задачи -
осу । дествления просветительской деятельности и популяризации
знаний в области истории и развития крепостей. Для реализации
этой идеи результаты исследований публикуются в различных
отечественных и зарубежных журналах, ежемесячно для всех
желающих функционирует лекторий по истории и теории
фортификации.

В Архитектурном институте ДВГТУ за последние десять
лет студентами выполнено несколько курсовых и дипломных
работ по использованию объектов Владивостокской крепости. В
последнее время и некоторые профессиональные архитекторы
обращают внимание в своих проектах на новое функциональное
применение пустующих фортификационных сооружений.
Важно, чтобы в будущем эти проектные работы выполнялись не
только в узковедомственных интересах организаций, занимаю-
щих территорию старых укреплений, но и с учетом сохранности
их исторического облика. Это не означает, что возможности для
нового строительства исключены, просто вмешательство в
историческую среду должно носить ограниченный и корректный
характер.

Уже существуют весьма удачные примеры связи совре-
менной ландшафтной архитектуры с образами старой крепости.
Так, однажды в только создававшемся музее Владивостокской
крепости на Безымянной батарее американский архитектор
Джеймс Хаббелл (James Hubbell) увидел фотографии старой
крепости, воспринятой им в качестве одного из символов
Владивостока. В 1994-1995 годах студентами и волонтерами из
нашего города и его американского побратима Сан-Диего на
склоне сопки Орлиное Гнездо, возле одного из корпусов
Дальневосточного государственного технического университета
был построен «Парк земли и души» (рис. 42). С американской
стороны творчеством коллектива руководил Хаббелл. На
формирование идеи создания пластично выгибающейся
ступенчатой композиции оказало влияние и увиденное амери-
Рис. 42. Амфитеатр монумента «Парк земли и души».
Amphitheatre of the monument «Soul and Earth Friendship
and Sister City Park»

канским архитектором на музейной фотографии изображение
ступенчатого ст релкового бруствера форта № 4 (см. рис. 2). В
стены, обрамляющие основной амфитеатр монумента этого
парка, вмурована и пара столбиков - таких же, что стоят вдоль
старых крепостных дорог.

Мы полагаем, что при неизбежности некоторой коммер-
циализации дальнейшего использования сооружений Влади-
востокской крепости основной акцент необходимо делать на
музейном использовании этих сооружений - иначе мы рискуем
утратить их как часть нашей истории. У сохранившихся
фортификационных объектов нужно установить информа-
ционные щиты, разъясняющие их историческую, культурную и
архитектурную значимость и запрещающие их порчу и
уничтожение. Требуется аккуратная, не наносящая ущерба
сохранности и облику укреплений, расчистка и уборка местности
и прокладка пешеходных дорожек и троп, устройство освещения
и установка скамеек, урн и прочих элементов благоустройства
территории. Выразительность и живописность ландшафтов,
окружающих фортификационные сооружения Владивостокской
крепости, не только необходимо сохранить, но можно облагоро-
дить и усилить путем организации альпинариев и локальных
садов, в том числе японского типа, дающих возможность создать
новые, необычные пейзажные картины и визуально увеличенные
ландп 1афты на малом пространстве, ис пользуя при этом в качес । ве
элементов композиции естественный рельеф и искусственную
геопластику, а также воду, камни и скалы, растения.

На объектах крепости можно проводить праздники,
фестивали, концерты. В дни таких мероприятий допустимо и
даже желательно применение временных мобильных конструк-
ций (тентовых, надувных, сборно-разборных и др.), декоративных
флагов расцвечивания, яркого освещения вечером и ночью.
Возможно осуществление и цветосветовых лазерных вечерних
шоу, фейерверков и салютов. По окончании празднеств обору-
дование можно будет перебазировать и использовать в другом
месте, вернув сооружениям первоначальный вид. В рамках
исторических реминисценций перспективна также реконструк-
ция исходного облика некоторых старых укреплений с
постановочной имитацией их первоначальных функций.
Возможно проведение различных спортивных игр, соревнований
и военно-патриотических игр на старых фортификационных
сооружениях. Уже неоднократно выдвигались предложения по
частичному воссозданию канатных дорог на некоторые форты
проекта 1910 года, теперь уже в туристических целях. Можно
также восстановить существовавшие некогда пирс в бухте Новик
и начинавшийся рядом участок железной дороги, который вел к
Ворошиловской батарее. Насыпь этой дороги вполне сохрани-
лась, что значительно упрощает задачу и позволяет превратить
этот объект в интересный туристский атгракцион. Несмотря на
сегодняшние экономические трудности, реализуемость этих
проектов представляется вполне осуществимой. Поиск новых
удачных способов использования заброшенных и пустующих
крепостных объектов должен в максимально возможной степени
содействовать сохранению их архитек урно-художественного и
исторического облика. Разумеется, должна существовать
определенная гибкость и многовариантность принятия решений
в отношении дальнейшего использования этого уникального
памятника военно-оборонительного зодчества. При этом нужно
сохранять возможность осмотра и посещения этих исторических
объектов туристами.

Уже в настоящее время Музеем ОФ, ОИАК, I приморским
отделением ВООПИиК и рядом туристических фирм проводятся
экскурсии на объекты Владивостокской крепости. В дальнейшем
необходимо развивать это перспективное направление. Помимо
наземного осмотра впечатляющих гигантскими размерами
крепостных укреплений, могут быть интересны экскурсии по
подземным галереям и казематам. В настоящее время их лучше
осуществлять в сопровождении квалифицированного гида,
поскольку в неосвещенных подземных сооружениях местами
отсутствуют перекрытия между этажами, имеются люки без
крышек, многие лестницы и высокие наружные стены кофров и
капониров не ограждены. Все это представляет некоторую
011асность для неопытных экскурсантов. Тем не менее, подземные
лабиринты фортов при условии их освещения и некоторого
благоустройства в будущем могут стать достаточно привлека-
тельным объектом подземной урбанистики. С помощью
специальной подсветки можно добиться создания иллюзии
зрительно затягивающих и как бы зовущих вдаль пространств.

Тематическая направленность и продолжительность
наземных экскурсий зависит как от маршрута, так и от выбора
способа передвижения (пешие, автобусные и др.). При
экологических экскурсиях возможен осмотр ценных в научном
и эстетическом аспектах ландшафтов и памятников природы,
знакомство с уникальной флорой, красивыми и редкими
растениями, занесенными в Красную книгу.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Итак, консервация, реставрация и превращение в музеи
фортификационных сооружений - общая тенденция мировой
практики. Необходимо сохранение и эстетическое совер-
шенствование архитектурной среды Владивостокской крепости
в гармоничной интеграции с природой, ее дальнейшее
функциональное и информационное насыщение. Уникальный
архитектурно-ландшафтный ансамбль крепости с монумен-
тальными укреплениями, органично вписанными в рельеф
местности, в целом может стать историко-архитектурным
музеем-заповедником.

История Владивостокской крепости не закончена, ее новая
жизнь после потери исходной оборонительной функции лишь
начинается. Как и любое произведение искусства, этот ансамбль
заключает в себе нечто таинственное. Нельзя не осознавать и
того, что эта архитектура носит весьма своеобразный и
необычный характер. Поэтому в дальнейшем необходимо
продолжать всестороннее изучение этого неповторимого
памятника. Крепость Владивостока, неразрывно связанная с его
основанием и историей, может и должна стать символом
Владивостока, как Кремль в Москве и Петропавловская
крепость в Санкт-Петербурге.
ЛИТЕРАТУРА

1.	Амирханов Л.И. Морские пушки на железной дороге. -
СПб.: Иванов и Лещинский, 1994.

2.	Аюшин Н.Б., Калинин В.И. Крепость Владивосток.
Создание и развитие в 1860-1899 гг. // Русские первопроходцы
на Дальнем Востоке в XVII-XIX вв. (историко-археологические
исследования). Т. 3. —Владивосток, 1998. — С. 219-236.

3.	Бор Н. цит. по: Пригожин И., Стенгере И. Порядок из хаоса.
- М: Прогресс, 1986. - С. 364.

4.	Вирилио II. Бункер//Architecton. - 1993. -II.-С. 91-98.

5.	Витрувий. Десять книг об архитектуре. - М.: ВАА, 1936.

6.	Владивосток. Сборник исторических документов (1860-
1907 гг.). - Владивосток: Дальневост. кн. изд-во, 1960.

7.	Владивосток. Штрихи к портрету. — Владивосток:
Дальневост. кн. изд-во, 1985.

8.	Забелин И.Е. История города Москвы. М., 1905. Репринт
(с дополнениями). - М.: Наука, 1995.

9.	Иконников А.В. и др. Современная советская архитектура.
— Л.: Аврора, 1975.

10.	История русской архитектуры. Под ред. Ушакова Ю.С. -
СПб.: Стройиздат, 1994.

11.	Калинин В.И., Аюшин Н.Б. Морская крепость Влади-
восток // Вестник ДВО РАН. - 1996. - № 5. - С. 96-106.

12.	Калинин В.И., Аюшин Н.Б., Лынша О.Б. Военный
инженер генерал-майор Вацлав Игнатьевич Жигалковский //
Записки общества изучения Амурского края. - 1999. - том
ХХХШ.-С. 21-27.

13.	Касьянов Н.В. Ландшафтно-архитектурный комплекс
острова Русский // Вестник ДВО РАН. - 2000. -№ 3. - С. 64-75.
14.	Коннолли Э.А. Охрана ландшафтов в Новом С вете //

Консервация и реставрация памятников и исторических зданий.

- М.: Стройиздат, 1978. - С. 271-277.

15.	Ле Корбюзье. Модулор. - М.: Стройиздат, 1976.

16.	Матвеев Н.П. Краткий исторический очерк г.Влади-

востока за 50 лет его существования. — Владивосток: 1910.

Репринт. - Владивосток: Уссури, 1990.

17.	Обертас В.А., Калинин В.И. Владивостокская крепость /

/ Памятники Отечества. - 1984. - Вып. 2. - С. 28-29.

18.	Обертас В.А. Комплекс фортификационных сооружений
Владивостокской крепости и развитие планировочной
структуры города// Генеральный план города и его реализация.
Тез. докл. - Владивосток, 1989.-С. 14-17.

19.	Памятники архитектуры Ленинграда. - Л.: Стройиздат,
1975.

20.	Памятники истории и культуры Приморского края.
Материалы к своду.—Владивосток: Институт истории ДВО РАН,
1991.

21.	Приморский край 1922-1947. - Владивосток: Прим,
краевое изд-во, 1947.

22.	Приморский край. Краткий энциклопедический спра-
вочник. - Владивосток: ДВГУ, 1997.

23.	Путеводитель по С.-Петербургу. - СПб.: 1903. Репринт. -
Л.: Икар, 1991.

24.	Раздолгин А.А., Скориков 1О.А. Кронштадская крепость.
-Л.: Стройиздат, 1988.

25.	Санеев С. Остатки Атлантического вала // Техника и

вооружение. — 2000. — № 1. — С. 45.

26.	Селедец В.П. Охраняемые природные территории
Приморского края. - Владивосток: Дальнаука, 1993.

27.	Скориков Ю.А. Севастопольская крепость. — СПб.:
Стройиздат, 1997.

28.	Смолина Н.И. Традиции симметрии в архитектуре. - М.:
Стройиздат, 1990.
29.	Старый Владивост ок. - Владивосток: Утро России, 1992.
- Рис. 256.

30.	Стрюченко И.Г. Владивосток. Путеводитель по городу.
- Владивосток: ДВГУ 1993.

31.	Тарханов А. Театр военных действий // Architecton. -1993.
- II. - С. 89-90.

32.	Урусов В.М. Природный комплекс района Владивостока.
- Владивосток: Дальнаука, 1996.

33.	Хисамутдинов А.А. Владивостокъ. Этюды к истории
старого города. - Владивосток: ДВГУ, 1992.

34.	Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. -
М.: Прогресс, 1986.

35.	Яковлев В.В. История крепостей.-СПб.: Полигон, 1995.

36.	Яковлев В.В. Фортификация вып. III. Устройство
крепостей в начале ХХ-го столетия; участие их в мировой войне
и современное положение вопроса о них. - Л.: Воен.-Инж. Акад.
РККА, 1925.

37.	Glansey J. 20th century architecture. The structures that shaped
the century. - London: Carlton Books Limited, 1999.

38.	Kalinin W., Ajuszin N. General Major Inzynier Aleksiej
Piotrowicz Szoszin // Twierdze I Dzialania Wojenne na Zemiach
Polskich w Czasie I Wojny Swiatowej. Miedzynarodowa Konferencia
Naukowa Osowiec 16-18 Pazdziemika 1998 r. Przasnysz: Forteca,
2000.

39.	Lewis E.R. Seacoast fortifications of the United States. An
introductory history. - Annapolis: Naval Institute Press, 1993.

40.	Sadowski J. Alpejski front linii Maginota // Forteca. - 1998.
- № 2. - P. 28-39.
СЛОВАРЬ СПЕЦИАЛЬНЫХ ТЕРМИНОВ

АМБРАЗУРА (фр.) - отверстие в оборонительных сооруже-
ниях, через которое ведется огонь.

АНСАМБЛЬ (фр.) - гармоничная пространственная компо-
зиция зданий, сооружений и зеленых насаждений. Ансамбль
создается либо одновременно по единому замыслу, либо посте-
пенно, дополняясь с течением времени иными по стилю
сооружениями.

АРКА (от лат.) — криволинейное перекрытие проема в стене
или пространства между двумя опорами. Арки бывают
различного назначения, конструкции и формы.

АРХИТЕКТОНИКА (гр.) — художественное выражение
взаимной работы несущих и несомых частей.

АТТИК (гр.) — стенка, расположенная над венчающим
карнизом сооружения.

БАРБЕТ (фр.) - специальная площадка за бруствером для
установки орудий.

БЛОКГАУЗ (нем.) — оборонительное сооружение, приспо-
собленное для ведения кругового огня.

БРУСТВЕР (нем.) - небольшая насыпь в фортифика-
ционном сооружении, предназначенная для укрытия бойцов от
обстрела и наблюдения неприятеля. Бруствер может быть
выполнен из бетона или металла.

БРУТАЛЬНОСТЬ (от англ.) - подчеркнутая весомость и
тяжеловесность архитектурных форм.

ГАЛЕРЕЯ ( фр.) - здесь подземный ход, объединяющий
отдельные сооружения.

ГЕОПЛАСТИКА (от гр.) - архитектурно-художественное
преобразование рельефа, разновидность вертикальной
планировки.
ДАЛЬНОМЕРНЫЙ ПОСТ - пост в составе артиллерийской
береговой батареи, оснащенный дальномером. Задача дально-
мерного поста состояла в измерении расстояния до неприя-
тельских кораблей с целью уточнения их координат.

ЗАМКОВЫЙ КАМЕНЬ — камень, который замыкает верх
арочного проема.

ЗУБЧИКИ, дентикулы (лат.), сухарики — ряд небольших
прямоугольных выступов на карнизе, широко использовались
в ордерных системах.

КАЗЕМАТ (фр.) - помещение в закрытых фортифи-
кационных сооружениях, защищающее людей и вооружение от
воздействия огневых средств.

КАПОНИР (фр.) - сооружение для ведения флангового огня
по двум направлениям. Во Владивостокской крепости приме-
нялись также капониры-убежища для выкатной артиллерии.

КАРНИЗ (гр., нем.) - горизонтальный выступ на стене,
поддерживающий крышу сооружения, выполняет также
деюэративную роль.

КИОТ, кивот (гр.) - специальная ниша для размещения
иконы.

КЛАССИЦИЗМ (от лат.) - одно из основных направлений
в европейской архитектуре и искусстве XVI-XIX веков, основой
которого было своеобразное переосмысление классического
(древне-греческого) искусства.

KOI I ГРЭСКАРП (фр.) - передний откос крепостного рва,
ближайший к неприятелю.

КОМПЛЕКС (от лат.) - здесь группа памятников истории и
культуры, одного или разных типов, возникших одновременно
или в разное время и объединенных только территориально.

КОМПОЗИЦИЯ (от лат.) - здесь взаимосвязанное сочетание
всех частей сооружения, создающих в результате законченное
и целостное произведение архитектуры.

КОФР (фр.) - казематированное сооружение для обороны
рва, примыкающее к его внешней стенке - контрэскарпу.
КРЕПОСТЬ - укрепленный пункт (город), подготовленный
к круговой обороне и длительной борьбе в условиях осады.
Возникли в древности. В XIX веке площади крепостей были
расширены за счет добавления 1-2 поясов фортов.

ЛОЖЕМЕНТ (фр.) - ров с бруствером.

ЛОПАТКА - плоский и вертикальный выступ на стене
здания, может играть конструктивную и чисто декоративную роль.

ЛУЧКОВОЕ ОКНО - верхнее завершение окна в виде
сегмента, напоминающее по своим очертаниям натянутый лук.

МЕГАЛИТИЧЕСКИЕ СООРУЖЕНИЯ (гр.) - археоло-
гические памятники, сооруженные из больших блоков дикого
или грубо отесанного камня.

МЕГАЛОМАНИЯ (от гр.) - гигантомания в архитектуре,
использование крупных масс и объемов.

МОДЕРН (фр.) - одно из направлений в европейской
архитектуре конца XIX - начала XX веков, использовавшее
новые конструктивные и технические средства. Для архитек-
туры в стилистике модерна характерна свободная планировка
для создания подчеркнуто индивидуализированных зданий,
использование плавных, текучих линий и растительных
орнаментов в декоре.

МОДУЛЬОН (фр.) - архитектурная деталь типа кронштей-
на, которая поддерживает выносную плиту венчающего карниза.

МОРФОЛОГИЯ (гр.) - здесь наука о форме.

ПЛАН (от лат.) - вид сверху; чертеж с изображением
предмета, объекта, территории или застройки при взгляде сверху.

ПОЛУКАПОНИР (от фр.) - сооружение, примыкающее к
эскарпу и ведущее фланговый огонь в одном направлении. Во
Владивостокской крепости применялись также полукапониры
- убежища для выкатной артиллерии.

ПОРОХОВЫЕ ПОГРЕБА - защищенные от разрушения
снарядами помещения для хранения взрывчатых веществ и
боеприпасов.

ПРОМЕЖУТОЧНЫЙ ГЮЛУКАПОНИР - сооружение,
служившее для фланкирования промежутков между фортами.
РЕВАЛОРИЗАЦИЯ (от лат.) - переоценка, придание нового
значения.

РЕВЕРС ( от лат.) - обратная, тыльная сторона.

РЕДУТ (фр.) - полевое фортификационное сооружение в
виде квадрата, прямоугольника, подготовленное к самостоя-
тельной обороне. Редуты являлись опорными пунктами в
системе укрепленных позиций.

РЕКРЕАЦИЯ (от лат.) - здесь восстановление здоровья и
сил человека; зона отдыха.

РИЗАЛИТ (ит.) - часть здания, выступающая за линию
фасада по всей его высоте.

РУСТОВКА, рустика (от лат.) - рельефная кладка или
облицовка стен сооружения камнями с грубооколотой или
выпуклой лицевой поверхностью («рустами»).

САНДРИК - небольшой профилированный карниз,
расположенный над проемом окна или двери.

СВОД - пространственная конструкция криволинейного
очертания, перекрывающая или покрывающая сооружение.

ТРАВЕРС (фр.) - поперечный вал, преграда для защиты от
обстрела.

УРБАНИЗАЦИЯ (от лат.) - рост и развитие города.

ФЛАНКИРОВАТЬ (от фр., нем.) - прикрывать с флангов.

ФОРТ (лат. ) - крупный опорный пункт, система укреплений.

ФРИЗ (фр.) - ленточная композиция, декорирующая
верхнюю часть стены.

ФРОНТОН (от лат.) - верхняя часть фасадной стены здания,
образуемая скатами кровли, треугольной или криволинейной формы.

ШИРИНКА-декоративная прямоугольная впадина в стене,
окаймленная профилированной рамкой.

ЭКЛЕКТИКА (гр.) - механическое соединение разнородных
стилевых элементов.

ЭКСТЕРЬЕР от лат. - внешний облик здания или
сооружения.

ЭСКАРП (фр.) - откос рва с внутренней стороны укрепле-
ния, крепости, форта.


Kasyanov N.V.

Vladivostok Fortress: Between Past and Future

Vladivostok was founded as Russian outpost at Pacif ic Ocean
at 1861 and it was declared as Russian navy fortress at 1889. Con-
structed before 1916 fortress fortification units are composed of sur-
vived concrete forts and other strong points, great number of artil-
lery batteries and shore caponiers. At the beginning of XX century
Vladivostok was one of the powerful sea fortresses in the world.
Vladivostok fortress with its hard brutal architectonics is the out-
standing masterpiece of military architecture of the end of XIX - the
beginning of XX century.

Fort architecture is very expressive: massive coffers and stepped
breastworks with their plasticity, sharp light and shade relief and
dynamic contrasts of masses astonish everyone by cyclopean dimen-
sions. Fortress fortification units are marked by architectural purity
and severity, we meet with an impressive sample of architectural
megalomania. Disposed at dominant hills and inserted in harmony
into relief these monumental forts serve as a prototype of future land-
scape and organic architecture. These forts are also successful ex-
ample of integration of architecture and beautiful natural landscape,
with seacoast, grass and tree covered hills and rocks.

Vladivostok fortress is now authorized as State architectural and
historical memorial. Recently Museum of Vladivostok fortress was
established. But whole unique architectural landscape assemblage
of fortress units is seen as a museum-reserve. After loss of its pri-
mary defensive function Vladivostok fortress now begins a new life.
СОДЕРЖАНИЕ

Введение............................................7

Владивостокская крепость - дальневосточный рубеж
Российской империи................................ 13

Архитектурные особенности сооружений
Владивостокской крепости...........................25

Сооружения советского периода на юге Приморья......61

Брошенная крепость.................................67

Новая жизнь старой крепости........................74

Заключение.........................................91

Литература.........................................92

Словарь специальных терминов.......................95

Vladivostok Fortress: Between Past and Future......99

Касьянов Николай Владимирович

Владивостокская крепость.

Между прошлым и будущим

Редактор В.В. Прищепа

Обложка И.В. Трофимов
Техн, редактор Н.М. Белохонова
Компьютерная верстка А .В. Хлопцев

Лицензия № 020466 от 04.03.97 г.

Подписано в печать 8.11.01 .Формат 60x84/16

Усл. печ.л. 5.81. Уч.-изд. л. 4,73. Тираж 300 экз. Заказ 118

Издательство ДВГТУ, 690950, Владивосток, Пушкинская, 10

Типография издательства ДВГТУ, 690950, Владивосток, Пушкинская, 10