ШКОЛЬНАЯ БИБЛИОТЕКА
Государственное Издательство
ДЕТСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Министерства Просвещения РСШСР
Москва 1963
Д.«

91
С 32
Научный редактор
председатель топонимической комиссии
Московского филиала
Всесоюзного географического общества
В. А. НИКОНОВ
Рисунки
ПОЖАРСКОГО
С

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ
читель географии, от которого наш класс
впервые узнал, что такое горизонт,
полюс и меридиан, однажды сказал нам:
— Географических имен, пожалуй, столько же, сколько
звезд на небе.
Став постарше, я убедился в том, что наш педагог был
неправ. Неправ был и безвестный автор незамысловатой пе¬
сенки :
Много звезд на небе ясном,
Но их счесть никак нельзя.
Ветер шепчет, будто можно,
А совсем никак нельзя.
Ученым-звездочетам все же удалось подсчитать коли¬
чество планет, астероидов, комет, звезд. . . Число звезд, ви¬
димых невооруженным глазом, не превышает шести с по¬
ловиной тысяч.
Но, хотя самый подробный звездный каталог, составлен¬
ный с помощью сильнейших телескопов и фотоснимков,
включает около трехсот тысяч звезд, астрономы за все время
существования человечества сумели дать небесным телам
всего лишь около двух тысяч имен: полутора тысячам пла¬
нет, их спутникам, астероидам и туманностям, восьмиде¬
сяти восьми созвездиям и примерно сотне комет. У осталь¬
ной массы звезд имен нет — их заменяют буквы и цифры.
А географических названий только в одной нашей стране
не один десяток миллионов... «Очень уж неопределенно», —
3

скажете вы. Да, неопределенно. Но что поделаешь, если мы
никогда еще не занимались более точным подсчетом *.
Приведу только две цифры.
Одних лишь озер, больших, средних и малых, на нашей
советской земле более двухсот пятидесяти тысяч; одних
только рек у нас больше ста сорока тысяч. И почти у каж¬
дого озера, каждой реки или речушки — свое имя.
Взгляните на карту любого малонаселенного горного
хребта или вовсе безлюдной пустыни.
Все вершины горного хребта, все его перевалы, ледники,
ущелья, отроги имеют названия. На карте пустыни вы
увидите названия возвышенностей и впадин, кружочки ко¬
лодцев, пунктирные линии, отмечающие русла рек, давно
пересохших или ежегодно пересыхающих на многие месяцы.
И у каждого русла, у каждого колодца есть свое название.
Если столько географических названий встречается
в безлюдных местах, то сколько же встретится таких на¬
званий в густонаселенных частях нашей страны — в про¬
мышленных областях и районах, в краях развитого сель¬
ского хозяйства! Попробуйте представить себе, сколько у нас
городов, сел, деревень, рабочих поселков, аулов, кишлаков,
аилов, заимок и других населенных пунктов. И каждый из
них как-то назван.
Никакая географическая карта не может вместить из¬
вилистые линии всех рек с их притоками, изображения всех
горных хребтов, голубых пятен всех озер, значков и круж¬
ков, обозначающих все города и селения. А о названиях и
говорить нечего.
На учебных и школьных картах рядом со словом «мас¬
штаб» обычно стоят цифры: 1 : 3 000 000, 1 : 4 000 000 или
1 : 5 000 000. Это означает, что истинные расстояния, пока¬
занные на карте, уменьшены соответственно в три, четыре
или пять миллионов раз.
В самом распространенном у нас «Атласе СССР» карта
мира дана в масштабе одной стомиллионной, карта
РСФСР — одной двадцатимиллионной, Украинская ССР —
одной четырехмиллионной, а Крым, Подмосковье, район Ле¬
нинграда, Донбасс, Ферганская и Чуйская долины — в мас¬
штабе одной полуторамиллионной. Это самые подробные
карты атласа, в которых длина одного сантиметра равна
1 Такой подсчет был проведен в Швеции, и оказалось, что в этой
небольшой стране (по площади она в пятьдесят раз меньше СССР)
около двенадцати миллионов географических названий.
4

15 километрам. Но много ли географических названий уме¬
стятся на такой карте, если имя города Ленинград тянется
на 25 километров, а такое название, как бухта Петрокре-
постъ, написанное мелкими буковками, занимает тридцать
с лишком километров!
Поэтому картографам приходится «нагружать» карты
географическими знаками и названиями так, чтобы их
можно было прочитать.
Более подробная карта-миллионка (в одном сантиметре
10 километров) дает несколько больше возможностей для
размещения географических названий. Возможности эти
все же очень ограничены, потому что квадратный сантиметр
на такой карте равен 100 квадратным километрам терри¬
тории.
Карты отдельных областей нашей страны могут быть
еще подробнее. Есть карта Московской области, изданная
в масштабе 1 : 600 000, где длина сантиметра равна 6 кило¬
метрам. Но много ли подробностей поместится в одном ква¬
дратном сантиметре, изображающем 36 квадратных кило¬
метров территории! Если бы нам захотелось дать все геогра¬
фические названия, имеющиеся на этой площади, то они
улеглись бы друг на друга десятью, двадцатью, а то и три¬
дцатью слоями.
Самые подробные карты даются обычно в путеводителях
по отдельным городам. К таким путеводителям, как пра¬
вило, прилагаются городские планы. На планах пестреют
сотни названий площадей, улиц, проспектов, переулков,
проездов, бульваров, мостов, рек, ручьев... Каждый из этих
географических объектов имеет свое- название, свое собст¬
венное имя.
Вряд ли найдется такой человек, который не интересов
вался бы значением названия города, площади, улицы или
переулка, где- он живет, историей происхождения имени
реки, на которой стоит его город.
Попытки разгадать значение и смысл географических
имен начались с незапамятных времен. Писатели древности,
в том числе и «отец истории» — греческий писатель Геро¬
дот, старались давать в своих сочинениях объяснения назва¬
ний стран, городов, морей, рек. Один из величайших рим¬
ских ученых, Марк Теренций Варрон, живший еще до на¬
шей эры, посвятил объяснению географических имен боль¬
шое сочинение. Известный географ XVI столетия Меркатор,
составитель знаменитых атласов, стремился объяснить все
географические имена, которые он наносил на свои карты,
5

Этому примеру следовали и позднейшие географы всех
народов. В очередном томе «Библиотеки для чтения», вы¬
шедшем в год смерти А. С. Пушкина, было сказано, что
«Земля есть книга, где история человеческая записывается
в географической номенклатуре», то есть в перечне на¬
званий.
Этой географической номенклатурой и занимается то¬
понимика. Ей посвящают свои труды географы, историки,
лингвисты, археологи, этнографы и ученые других специ¬
альностей.
Помимо ученых-специалистов, топонимикой интересу¬
ются и сотни тысяч любителей.
Но что же такое топонимика?
Всем известно слово «топография». Топос — по-гречески
«место», графо— «пишу». Топография, как объясняет «Тол¬
ковый словарь русского языка», — это «искусство изобра¬
жать на планах и картах внешнее строение местности».
Топографы с помощью различных инструментов измеряют
территорию нашей страны и переносят на бумагу ее изобра¬
жение со всеми деталями — реками, ручьями, озерами,
болотами, горами, холмами, населенными пунктами...
А у каждой из этих деталей есть свое имя («имя» — по-
гречески онома). Этими именами, географическими назва¬
ниями и занимается топонимика.
Любое географическое название всегда таит в себе ка¬
кой-то смысл.
Северный Ледовитый океан называется так потому, что
большая часть его всегда покрыта льдами.
Магнитогорск назвали так по горе Магнитной, у подно¬
жия которой стоит этот крупный индустриальный город.
А гора получила свое имя потому, что она сложена из маг¬
нитного железняка.
Пролив Дежнева был назван в честь знаменитого земле¬
проходца и морехода казака Семена Дежнева, который пер¬
вым из европейцев узнал, что из Ледовитого океана есть
проход в Великий (Тихий) океан и что Азия не соединена
с Американским материком.
Но не сразу найдешь ответ на вопрос, почему часть Ледо¬
витого океана называется Карским морем. Почему пролив,
разделяющий острова Новой Земли в Ледовитом океане, на¬
зывается Маточкиным Шаром? Почему северные наши
моря носят имена Белого и Балтийского, а южные — Чер¬
ного и Азовского? Почему озера названы такими именами,
как Каспийское море, Аральское море, Байкал или Иссык^
§

Куль? Что означают такие имена, как Москва, Ташкент,
Рязань, Волга, Днепр? Какой смысл содержится во всех
этих названиях?
Лишь очень немногие географические названия можно
раскрыть сразу. Чтобы объяснить даже такие кажущиеся
простыми названия, как Ледовитый океан, Магнитогорск
или пролив Дежнева, надо обладать познаниями в геогра¬
фии, истории и других науках. Значительная часть геогра¬
фических имен представляет собой задачи-загадки, и решать
их приходится часто очень сложными способами. Некоторые
же названия остаются настоящими тайнами, для раскры¬
тия которых надо погружаться в исторические архивы,
в языкознание, этнографию, археологию. . .
Но и топонимика помогает ученым раскрывать многие
дела давно минувших лет. В том же «Толковом словаре»,
откуда мы привели определение слова «топография», объ¬
ясняется слово «топонимика» и говорится, что названия рек
представляют один из важнейших источников для изучения
древней истории.
Книга, лежащая перед вами, рассказывает о географи¬
ческих названиях на карте Советского Союза, о том, как они
возникают, живут, умирают и возрождаются, как появляют¬
ся новые имена, обозначающие море, страну, реку или
озеро, гору или болото, город или село, улицу или переулок.
Автору хотелось познакомить читателя с разнообразны¬
ми топонимическими задачами и загадками, показав на
примерах, как они решаются и разгадываются.
Из рассказов о топонимических разысканиях читатель
поймет, что, разгадывая географические названия, сле¬
дует всегда руководствоваться двумя правилами: первое —
не выбирать легкого решения, которое будто само подска¬
зывается, так как подсказка редко приводит к добру, и вто¬
рое — не спешить с ответом, не торопиться делать выводы.
ПОДСТУПЫ К ТОПОНИМИКЕ
Как вы уже знаете, топонимика — это наука о географи¬
ческих названиях, объясняющая, откуда произошло то или
иное название и какой смысл в нем заключается, а топо¬
нимия — это свод географических названий, топонимов.
Топонимические вопросы возникают сразу же за порогом
дома. Едва лишь ребенок выходит на улицу, как он тут же
7

узнает, что улица называется Ленинская или Главная.
И мама, и папа, и бабушка стараются, чтобы малыш твердо
запомнил улицу и номер дома, где он живет: мало ли
что может случиться с маленьким человечком, если он
начнет самостоятельно путешествовать.
Так происходит знакомство с первым топонимом.
Позже маленький путешественник узнает, что его улицу
пересекают другие улицы и переулки со своими собствен¬
ными именами, что его родная улица заканчивается у боль¬
шой площади, у которой тоже есть свое имя. А от площади
идет большой проспект, ведущий к широкому мосту через
реку, и у моста, и у набережных, и у проспекта тоже есть
свои имена. Все они как бы объединяются именем города, от
которого расходятся железные дороги и шоссе к другим го¬
родам, селам и деревням, к горам, озерам и морям. . .
Еще в самом раннем детстве мы входим в широкий мир
географических названий. Они накапливаются в нашей па¬
мяти с каждым днем: имена ближних деревень и сел,
имена соседних районов и областей, имена озер, рек, болот,
островов, морей, стран встречаются в разговорах близких
людей, в учебниках, книгах для чтения, в журналах и газе¬
тах. . . Должно быть, не без основания говорят, что культур¬
ный уровень в известной мере определяется и объемом зна¬
ния географических имен, если, конечно, за каждым таким
именем в воображении человека встает определенная кар¬
тина какой-то страны или моря, озера или реки, города или
горного хребта. А первой ступенью культуры, конечно, сле¬
дует считать знание своей родины.
Когда кого-нибудь спрашивают, откуда он родом, то на
этот вопрос обычно отвечают:
«Я волжанин». «Я сибиряк». «Я дальневосточник».
Или говорят так:
«Я с Урала». «Я с Дона». «Я с Северного Кавказа».
Ответ может быть еще точней: «Я саратовец». «Я ленин¬
градец». «Я москвич».
Образы большого города или крохотной деревушки, дре¬
мучей тайги или бескрайней степи, берега моря или песков
жаркой пустыни, скалистых гор или всхолмленной равнины,
реки или озера, болота или сопок сразу же возникают в па¬
мяти человека, едва лишь он назовет место, где он родился
или же где прошли годы его юности. Любой топоним,
иногда даже не очень звучный и красивый, сразу превра¬
щается в волшебный ключик, открывающий шлюзы памяти.
Детство автора этой книги было связано с Донбассом, где
8

сталкивалось друг с другом множество самых удивительных
и неожиданных географических названий. Рядом с посел¬
ком Макеевкой существовала шахта «Иван», а неподалеку
от нее были две «Софьи»: одна «Софья Наклонная», другая
«Софья Вертикальная». Между местечком Юзовкой и Маке¬
евкой протекала чахлая речка Кальмиус, в старину звавша¬
яся Калкой, на которой когда-то произошла битва русских
с татарами. На пути от Юзовки к железнодорожной стан¬
ции Юзово был рудник «Ветка», поблизости от него — ка¬
кой-то «Нью-Йорк», а в окрестностях крупных населенных
пунктов Донбасса располагались «Шанхай», «Собачеевки»,
«Нахаловки». Под Макеевкой стояла шахта «Итальянка»,
а по дороге к северу — на Харьков или к югу — на Таган¬
рог я читал на стенах станций загадочные названия:
«Изюм», «Харцызск», «Пятихатки», «Ясиноватая», «Кри-
ничная», «Путепровод», «Горловка», «Хацапетовка». К за¬
паду от Таганрога, между приморскими городами Мари¬
уполем и Бердянском, стояли небольшие селения с крым¬
скими именами Урзуф и Ялта. Названия рек удивляли
меня еще больше: кроме понятных Волнянки, Московки,
Соленой, Плоской, здесь текли реки Катлагач, Шайтан,
Юшалы, Крулыман, Бегим-Гонрок. ..
.Много лет спустя мне стало понятно, что для любителя
топонимики мои родные места представляли сущий клад.
Но в детстве я, признаться, не мечтал о разгадках всех этих
мудреных имен. Меня интересовали разгадки более простых
слов. А начался этот интерес с самого обыкновенного слова
«гривенник». Слово «пятак» было понятно без объяснений:
медная монета стоимостью в пять копеек. А почему два пя¬
така становились гривенником, я понять не мог. Да и само
слово «копейка» приводило меня в смущение. Смутно я по¬
дозревал, что копейка, наверно, связана с копьем, а гривен¬
ник, может быть, даже с гривой. Но проверить, правильны
ли мои догадки, было не у кого. Окружающих меня людей
мало занимали эти лингвистические тонкости, и от меня
обычно отмахивались: «Не задавай глупых вопросов! Не
лезь с глупостями!»
Но на некоторые вопросы взрослые все же отвечали.
Так, я узнал, что Макеевка названа по имени рядом ле¬
жащего села, где находилась и шахта «Итальянка». Село
это именовалось так по фамилии давнего владельца, а шах¬
та носила иностранное имя потому, что на ней со дня ее
основания работали итальянцы-шахтеры. Названия шахт
«Иван», «Софья», «Мария», «Лидия» происходили оттого,
9

что хозяева называли новые шахты именами своих детей —
будущих наследников.
Рассказали мне и о шахтах «Софья Наклонная» и «Софья
Вертикальная». Они назывались так потому, что у одной
шахты был вертикальный ствол — колодец, по которому
вверх и вниз ходили шахтные клети, спуская и поднимая
шахтеров и добытый ими уголь, а у другой шахты был вход
наклонный, похожий на коридор, и спуститься в эту шахту
можно было либо на вагонетке, либо пешком.
Стало мне известно, почему рудник «Ветка» носил такое
имя. Оказалось, он стоял в стороне от большой дороги и
к нему была проложена особая ветка от главной железнодо¬
рожной магистрали. Рассказали мне и о происхождении на¬
званий некоторых станций. Станцию Пятихатку назвали
так потому, что на этом месте стояло когда-то пять ха¬
ток, пять маленьких глиняных мазанок. Близ станции Кри-
ничная была когда-то криница, как на Украине называют
родник или ключ.
Но, когда я спрашивал: «А почему Хацапетовка? А по¬
чему Шанхай? А почему Нью-Йорк? А что такое Крулы-
ман? А вытерба?» — мне тут же говорили: «Ну хватит!
Не задавай глупых вопросов!»
Однако меня не оставляла мысль узнать, что такое «вы¬
терба».
Что такое „вытерба"
Донецкий бассейн в прежнее время считался одной из
главных промышленных областей России. Здесь была са¬
мая частая сеть железных дорог, самое густое население, и
к тому же самое интернациональное по своему составу.
В Донбассе дымило множество труб металлургических
заводов, тепловых электростанций, коксовых печей, химиче¬
ских, кирпичных, цементных и иных предприятий. Здесь
добывали уголь, соль, ртуть, огнеупорные глины, плавили
чугун, варили сталь. . . На сравнительно небольшой терри¬
тории были разбросаны многие сотни шахт и рудников.
Возле каждого из них был свой поселок. А рядом с круп¬
ным заводом, как правило, вырастал большой населенный
пункт. Но его называли не городом, а местечком, хотя насе¬
ления в некоторых таких местечках было больше, чем
в иных губернских городах царской России.
Местечком считалась и Юзовка, нынешний город Донецк.
Впрочем, за словом «местечко» скрывался свой смысл.
Ю

На Украине слово мисто значит «город». В Белоруссии
оно звучит немножко иначе — место. А в Польше —
място.
На окраинах донбасских местечек-городков поднимались
землянки, хижины, конуры, хатки бесчисленных «Нахало¬
вок», «Собачеевок», «Шанхаев»... Здесь «нахалами», то
есть без разрешения начальства, ютилась разношерстная
многонациональная беднота.
Начальство глядело на «нахалов» сквозь пальцы: капи¬
талистам нужна была дешевая рабочая сила.
Бок о бок с русскими и украинцами жили татары и гре¬
ки, грузины и болгары, итальянцы и армяне, башкиры и чу¬
ваши, калмыки и белорусы, турки и латыши. . . А в стороне
от предприятий, чаще всего на возвышенных местах, хоро¬
шо продуваемых ветром, где не задерживался дым и
вредные заводские газы, в особых «колониях» обитали фран¬
цузы, англичане, бельгийцы — фактические хозяева шахт,
рудников и заводов. В этих «колониях» зеленели сады* свер¬
кали под солнцем стеклянные оранжереи и прозрачные во¬
доемы, а рядом с цветочными клумбами лежали теннисные
площадки за высокими проволочными сетками.
Иностранные капиталисты чувствовали себя в Донбассе
не хуже, чем в самых настоящих колониях. Поселки при
заводах и крупных рудниках строились по заграничным
образцам, и если поселок перерастал в крупный населенный
пункт, то кварталы его представляли собой точные прямо¬
угольники, дома тянулись друг за другом, как по линейке.
Планировка многих городов Донбасса своей геометрией
может поспорить с прославленной «линейной першпекти-
вой» Ленинграда. В Юзовке или Макеевке улицы шли стро¬
гими шеренгами, их под прямыми углами пересекали про¬
спекты, и вместо названий у всех этих улиц были номера:
1-я линия, 2-ялиния, 3-я линия... 16-я линия... Линии раз¬
резались проспектами: 1-й проспект, 2-й проспект, 3-й...
Но даже такая сухая топонимия дает возможность
узнать кое-что из истории населенного пункта. Строитель¬
ство Юзовки началось с 1-й линии и двигалось в одном на¬
правлении : за ней шла параллельно 2-я линия, затем
3-я, 4-я, 5-я, 6-я... А на 6-й линии город уперся в балку, в
«ставок», как называется на Украине искусственное водо¬
хранилище, образованное плотиной. Поэтому продолжать
строительство города пришлось в противоположном направ¬
лении, и вот параллельно 1-й линии протянулась 7-я, потом
8-я, затем 9-я, 10-я, 11-я... 20-я...
11

Так строились, конечно, не только Юзовка и Макеевка,
но и многие другие поселки Донбасса.
Иностранное влияние чувствовалось в Донецком бассейне
на каждом шагу. Особенно оно отражалось в языке и в мест¬
ной топонимике: Юзовка, рудник «Буроза», шахта «Прови-
данс», рудник «Ломбардо», рудник «Французская компа¬
ния», экономии «Нью-Йорк», «Бристоль», «Париж»,
«Льеж». .. Экономиями назывались подсобные хозяйства
крупных промышленных обществ и компаний. В этих хо¬
зяйствах заготовляли ячмень, овес и сено, так как под¬
земный (шахтный и рудничный) транспорт и значительная
часть наземного обслуживалась конной тягой. Эти же эко¬
номии поставляли и другие сельскохозяйственные про¬
дукты : молоко, овощи, мед.. .
И язык жителей Донбасса был очень своеобразным.
В нем бытовало много иностранных слов. .. Среди них мне
встретилось однажды непонятное слово «вытерба».
Услышал я его от нашего соседа, забойщика, работав¬
шего на шахте «Иван». Сосед был втрое старше меня, но мы
с ним сдружились. Я учил его арифметике, потому что, по
его мнению, это была самая важная для рабочего человека
наука, а он рассказывал мне, как работают под землей, как
строят шахты, какими способами добывают уголь и почему
все десятники «шкурничают» — обсчитывают шахтеров.
Мой друг охотно разъяснял мне все незнакомые шахтер¬
ские слова и термины. И однажды я узнал, что ныне он ра¬
ботает в вытербе.
—	А что это такое? — спросил я, услышав странное
слово.
—	Ну как — что? Обыкновенно — вытерба.
—	А что это значит? — допытывался я.
—	Ну чего же значит. Вытерба — она и есть вытерба.
В конце концов выяснилось, что «вытерба» означает
место, где шахтер кайлом или обушком рубит каменный
уголь. Такое место обычно называлось забоем. Но почему
забой стал вытербой? ..
А после того как знакомый инженер сказал мне, что
в вытербе может быть несколько забоев, все запуталось
окончательно. Но я твердо решил во что бы то ни стало ре¬
шить эту загадку.
А загадок хватало и без «вытербы».
Загадками были слова, постоянно встречавшиеся в раз¬
говоре:	«штейгер», «маркшейдер», «штольня», «шурф»,
«террикон»л.. Первое слово означает мастера горных ра-
12

бот; второе — специалиста, занимающегося геодезическими
съемками горных разработок; третье — горизонтальную
горную выработку; четвертое— узкую вертикальную дудку,
которую бурят или копают, чтобы разведать полезные иско¬
паемые, — в нефтеразведке такой шурф называется буровой
скважиной, а пятое слово означает конусообразную гору,
которая высится подле каждой шахты, и чем эта гора боль¬
ше, тем шахта старее, потому что террикон (терра — «зем¬
ля», кон — сокращенное «конус») складывается из отва¬
лов глея, вытаскиваемого на-гора вместе с углем. А глей —
это пустая порода, ил, в котором много миллионов лет
лежали доисторические деревья, превратившиеся потом
в уголь.
Даже слово «шахта» оказалось не русским, а немецким.
Оно означает дудку, то есть круглую скважину в земле или
колодец для добывания руды. Отсюда пошло и слово «шах¬
тер». Мне было непонятно, зачем пользоваться иностранным
словом, когда в русском языке существовало слово «руд¬
ник», которое обозначало место, где добывают руду или дру¬
гие полезные ископаемые.
Но еще непонятней было то, что шахтеров называли гор¬
норабочими, горняками. При чем тут горы? Ведь Донбасс —
это степь. А у нас в поселке было горное училище, и на со¬
седнем руднике — горнозаводская школа. Да и весь Донбасс
почему-то называли горнопромышленным краем.
Эту загадку я разгадал много лет спустя, когда узнал из
книг, что первым учреждением, которое занималось недра¬
ми, то есть полезными ископаемыми России, была основан¬
ная при Петре Первом берг-коллегия, нечто вроде горного
министерства (берг — по-немецки «гора»). Нет ничего уди¬
вительного в том, что это именно была «берг-коллегия»,
а не «недр-коллегия» — ведь добыча полезных ископаемых
началась на Урале, на Алтае — в горных районах, в горах.
А отсюда все эти горные понятия были перенесены на рав¬
нину — ив степь, и в пустыню, где никогда не было гор.
Иностранные слова, попав в обращение шахтеров, иска¬
жались иногда до неузнаваемости, наподобие того, как
герои сочинений Лескова переделывали микроскоп в «мел-
коскоп», фельетон — в «клеветой», вариации — в «вероя-
ции», старый режим — в «старый прижим».
Об этом я рассказываю не потому, что анекдотические
искажения интересны сами по себе, а потому, что именно
они-то и помогли мне расчистить подступы к разгадке слова*
«вытерба».
13

Не знаю, долго ли мне
пришлось бы искать разгадку
этого слова, если бы я не уви¬
дел у знакомого молодого
маркшейдера, приехавшего в
Донбасс с Урала, синюю каль¬
ку подземных разработок.
На большом листе синьки
открывалась сложная карти¬
на уголка подземного мира;
это был разрез шахты по гори¬
зонту: от квадратного ствола,
то есть шахтного колодца,
расходились в стороны под¬
земные галереи — штреки, от
них шли недлинные коридор¬
чики, похожие на веточки, и
над каждым коридорчиком были нанесены надписи: «лит.
А», «лит. В», «лит. С», что означало «литер А», «литер Б»,
то есть буква А, буква Б, буква Ц...
—	Вот же она, вытерба! Вот! — закричал я.
—	Где? Где ты ее видишь?
—	Да вот же! Поглядите. .. Литер Б. .. «Где ты рабо¬
таешь?» — «В литербе». Это же и есть «литерба», «вы¬
терба».
—	Ну, это, брат, ты загнул, — смутился молодой марк¬
шейдер.
Уж очень простой показалась ему моя догадка.
Но правильность ее подтвердили старые инженеры. Для
них «вытерба» была совсем не новостью, а привычным сло¬
вом : так шахтеры называли все литерные ответвления глав¬
ного штрека — «литер А», «литер Б» и прочие «литеры».
С подобного рода загадкой я встретился много лет
спустя, живя в Москве. Мне попалось на глаза название од¬
ной из деревенек Центральной России — деревенька назы¬
валась «Мамыри».
Казалось бы, в этом названии не было ничего смущаю¬
щего. Мало ли у нас в центре России нерусских географиче¬
ских названий, оставшихся от прежних насельников этих
мест. Однако такие названия, как правило, существуют не
в одиночку, а гнездами. Но тут вокруг все русские назва¬
ния, и вдруг — Мамыри,
Эту загадку все же удалось разрешить. Во времена кре¬
постного права некая помещица наняла управляющего из
14

французов, оставшихся в России после бегства Наполеона.
Француз отъелся на помещичьих хлебах, начал покрики¬
вать на дворовых людей своей благодетельницы, и кончи¬
лось тем, что она вышла за него замуж. В те времена было
модным строить домики уединения, где-нибудь на берегу
озера, под романтической сенью зеленой дубравы, и назы¬
вать такие места «Монплезир», «Монрепо»,. .* Помещица,
не желая отставать от века, соорудила для своего любезного
муженька павильон с колоннами и назвала его «Монмари»,
что в переводе с французского означает «мой муж».
Прошло тридцать, сорок или пятьдесят лет. Помещица
умерла, француз исчез, наследники проели имение, распро¬
дали землю, а неподалеку от домика уединения, который
в просторечии давно уже называли «Мамыри», выросла на
откупленной у наследников земле деревенька под тем же
названием.
Коверкаются не только иностранные названия, но и рус¬
ские. Переходя из поколения в поколение, географические
имена так изменяют свои начертания, что только специали¬
сты путем очень долгих розысков могут определить перво¬
начальное имя города, озера или реки.
Город Брянск до конца XII века назывался «Брынь» —
по окружавшим его знаменитым Брынским лесам или де¬
брям. Потом город стали называть Дебрянск — от слова
«дебри». Затем название изменилось на Добрянск — ве¬
роятно, потому, что город был в свое время «добрым», то
есть богатым, хорошим, красивым. Название удержалось
недолго, превратившись в Дьбрянск. Из этого трудно про¬
износимого слова и родилось современное имя города.
Как видите, на подступах к топонимике приходится
сталкиваться с языкознанием, историей, экономикой, гео¬
логией и другими науками. Иногда топоним может быть
объяснен историческим событием, или геологической осо¬
бенностью места, или географическим его положением.
Смысл «молодых» топонимов, которые возникли при жизни
последних двух-трех поколений, раскрывается обычно на
месте, но расшифровать старые или древние топонимы,
кажущиеся даже очень простыми, чрезвычайно трудно. По¬
этому не надо огорчаться, если на многие топонимические
задачи вы сами не найдете ответа.
Обычно люди, интересующиеся происхождением геогра¬
фических названий, пытаются объяснить смысл территории
'Монплезир — «мое удовольствие», Монрепо — «мой
отдых».
15

ально близких топонимов, которые находятся в прямом
смысле слова под рукой, за порогом дома. С этого, как пра¬
вило, и начинаются топонимические интересы.
О том, что рядом
Я живу в Москве, в Ленинградском районе, на углу двух
улиц — Левитана и Песчаной.
В моем районе много Песчаных улиц, переулков и про¬
ездов: есть Песчаная улица и Ново-Песчаная, есть Песча¬
ный проезд и Малая Песчаная улица, есть Первый Песчаный
переулок, Второй Песчаный, Третий, Четвертый и т. д.
Каждый, пожалуй, заинтересовался бы таким обилием
«песчаных» названий.
Откуда они взялись?
Но объяснить их происхождение не очень трудно.
В этом районе Москвы под тонким слоем почвы лежат
многометровые пласты чудесного песка — он остался здесь
с доисторических эпох, когда по земле нашей родины мед¬
ленно двигались льды, своей чудовищной тяжестью исти¬
равшие в порошок твердые камни. Желтоватый песок и есть
наследие этого давнего времени. Отсюда и получили свои
названия многочисленные Песчаные улицы, переулки и
проезды.
А при чем же тут Левитан? Ведь он, как известно, был
великим русским пейзажистом, вдохновенным певцом на¬
шей природы.. . С какой же стати на окраине Москвы по¬
явилась улица его имени?	^
Лет десять назад улица Левитана была последней ули¬
цей пригорода, за которой вплоть до Окружной железной
дороги тянулась Золотая Роща — большой участок с много¬
вековыми соснами. За железной дорогой, пересекавшей Во¬
локоламское шоссе, этот зеленый массив продолжался, но
назывался уже по-иному — Покровско-Стрешнево и Ту¬
шино. Названия эти сохранились до наших дней.
А левее, на пустынном просторе, в тридцатых годах
возник поселок ВИЭМ, связанный с Ленинградским шоссе
мостом через железную дорогу. Но по пути от моста до
этого шоссе нужно было пройти еще один мостик, через
извилистую речку, текущую в глубоком овраге, мимо села
Всехсвятского и поселка Сокол.
Быть может, тех, кто дал этой окраинной улице столич¬
ного пригорода имя Левитана, вдохновили чудесные закаты
Хб

в Золотой Роще, когда косые лучи заходящего солнца золо¬
тили стволы мачтовых сосен, и эта картина напомнила им
одно из полотен знаменитого художника? Это предположе¬
ние тем основательнее, что прямо от Золотой Рощи и начи¬
нался поселок Сокол.
Вскоре после Великой Октябрьской социалистической
революции здесь, рядом с селом Всехсвятским, вдали от
шумного города, художники начали строить свой поселок.
Они возводили небольшие дачи-коттеджи со студиями и
мастерскими. Кроме художников, селились здесь скульп¬
торы, архитекторы, ученые. Но основную часть населения
поселка составляли пейзажисты, портретисты, графики. Они
и назвали улицы поселка именами своих коллег. Так по¬
явились улицы Левитана, Брюллова, Кипренского, Сури¬
кова, Поленова, Шишкина и др. Только одну коротенькую
зеленую улочку окрестили именем композитора — Чайков¬
ского. Но, после того как в центре Москвы появилась улица
с таким же названием и почтальоны начали путать адреса,
коротенькой улочке дали имя художника Саврасова. И со¬
всем уж недавно Песчаная улица приобрела новое имя —
ее называют сегодня улицей Алабяна, в честь известного
архитектора, одного из строителей Новой Москвы.
А откуда появились такие названия, как Покровско-
Стрешнево, Тушино, Всехсвятское, Сокол и поселок со стран¬
ным названием ВИЭМ?
Существовало некогда сельцо Покровское, названное по
имени церкви Покрова; позже хозяином сельца стал некий
Стрешнев, а так как селений Покровских очень много, то,
в отличие от прочих, к этому названию была добавлена фа¬
милия владельца.
Село Тушино памятно всем по «смутному времени» рус¬
ской истории. В 1608—1610 годах оно служило местопре¬
быванием Лжедимитрия II, известного под именем «Тушин¬
ского вора». Само же село получило название от прозвища,
данного одному из прежних его хозяев — боярину Кваш¬
нину, за неимоверную грузность прозванному Тушей.
По имени церкви Всех Святых было названо и село
Всехсвятское, за околицей которого вырос в свое время по¬
селок художников со странным именем «Сокол». Сейчас так
называются и станция метро, и новый кинотеатр, и недавно
открывшееся кафе. Москвичи, поселившиеся здесь, говорят
обычно: «Мы живем на Соколе». А что такое Сокол? .. Тут
можно гадать сколько угодно: и о том, что этот поселок на¬
зван по соколиной охоте — в Москве есть даже целый такой
2 II Сергеев
17

район Сокольники, где еще во времена Ивана Грозного
жили сокольники, мастера соколиной охоты; и о том, что
имя это связано с соседним аэропортом, на территории кото¬
рого размещался некогда главный аэродром столицы, а лет¬
чиков, как известно, и сейчас называют «соколами нашей
родины»... Но гадания и догадки тут не помогут. Нужно
просто знать, что перед революцией, когда территория аэро¬
порта носила имя «Ходынка», на окраине села Всехсвят-
ского жил предприимчивый человек, по фамилии Сокол,
разводивший на продажу породистых свиней. О нем самом
и о его свинках мало кто сейчас помнит, но имя человека
сохранилось.
А необычное название поселка ВИЭМ произошло от на¬
учного учреждения, созданного по инициативе А. М. Горь¬
кого. Здесь, на окраине Москвы, много лет назад был создан
Всесоюзный институт экспериментальной медицины. На¬
чальные буквы его названия и составили имя поселка.
После окончания постройки нового жилищного масси¬
ва образовалась улица вдоль Окружной железной дороги,
между мостом, ведущим к поселку ВИЭМ, и мостом, по кото¬
рому идет Волоколамское шоссе. Эту улицу временно назы¬
вали 2-я улица Левитана, а недавно ей дали имя Панфилова.
Генерал Советской Армии И. В. Панфилов вместе с геро-
ями-гвардейцами своей дивизии преградил путь фашистам,
рвавшимся к Москве по Волоколамскому шоссе, и погиб на
подступах к столице. ..
Так на наших глазах рождаются новые топонимы горо¬
да и на наших же глазах умирают старые названия.
Уже немногие помнят, что на месте левитановского жи¬
лого массива стояла Золотая Роща — от нее остались только
несколько одиноких сосен и березовая рощица. Исчезли
речки и ручьи, текущие некогда в глубоких оврагах, — реч¬
ки были загнаны в трубы и сейчас текут под землей. Имена
этих речек и ручьев помнят лишь старожилы да историки.
Местность, еще недавно изрытая оврагами, стала гладкой,
как ладонь, и на ней поднялись кварталы больших домов,
разбиты скверы и парк, на газонах цветут ирисы, канны,
розы, искрятся под солнцем серебряные струи фонтанов.
Новые жители этого нового района, быть может, никогда и
не узнают, что на месте, где они живут, зияли овраги, текли
ручьи и речки, шумели боры — остатки древних лесов,
когда-то окружавших всю нашу столицу.
Одна из станций Окружной железной дороги называется
Серебряный Бор. Так же называется зеленый пригородный
18

массив, лежащий в несколь¬
ких километрах от Окружной
дороги. Свое название станцил
получила, очевидно, по сере¬
бряным стволам берез. Через
несколько лет Окружную до¬
рогу вместе с этой станцией
перенесут подальше от горо¬
да, но название ее сохранится,
так как кольцо дороги пройдет
как раз через настоящий Се¬
ребряный Бор.
Еще немного времени — и уйдет из памяти имя села
Всехсвятского. Это село как бы растворяется в огромных го¬
родских постройках, и недавняя гордость села, самое высо¬
кое его здание — пожарная каланча, поднимавшаяся выше
синего куполка соседней церкви, — кажется сегодня игру¬
шечным рядом с новыми жилыми корпусами.
0 0 0 0
о а а а
о о о а
о р о о
а
г
0 Р 0 0
0 о 00
• 1 ф \
1*11
1ДЦД.
к-
ИДИ.
ДЕРЕВЯННАЯ РУСЬ
Так по географическим именам — по топонимам горо¬
дов, районов, областей и республик — можно узнать многое,
что уже ушло из памяти людей.
У каждого народа все географические понятия — земля,
море, река, гора, озеро, населенный пункт — называются
по-своему, на своем языке или же на языке народов, жив¬
ших некогда на определенной территории. История народа
как бы записывается в географических именах, и они явля¬
ются беспристрастными свидетелями прошлого.
Русские люди с незапамятных времен жили в лесах, за¬
нимались лесным промыслом и в лесах же строили свои се¬
ления, крепости и города. В сердце лесной страны, откуда
вытекают Волга, Днепр, Дон и Северная Двина, складыва¬
лось, росло и крепло Русское государство.
Здесь же была основана и Москва.
В те годы, когда строилась Москва, основными материа¬
лами для строительства жилищ и крепостных стен служили
не камень или кирпич, не бетон или железо, а дерево. Из
него же изготовлялись всевозможные вещи и предметы до¬
машнего обихода.
Ребенка укачивали в дубовой колыбели, он забавлялся
2
19

Деревянными игрушками, мать причесывала его деревян¬
ным гребнем и кормила деревянной ложкой из деревянной
чашки. Он засыпал под скрип деревянной прялки или под
жужжанье деревянного веретена, при свете тонкой древес¬
ной лучины, горящей неярким огоньком.
А когда подрастал ребенок, то за примерное поведение
ему дарили деревянную лошадку, крашеное деревянное
яичко, расписную деревянную погремушку. За непослуша¬
ние наказывали «березовой кашей» — розгой, лозой, хворо¬
стиной. Пастушья свирель и пастуший посох, удилище, соха,
борона, лыжи, лодки, баржи, телеги, дровни, кадушки, ча¬
ны — все делалось из дерева. Даже гвозди были деревянные.
Лапти плели из лыка березы или липы. Лыко драли на
мочало, на рогожи, на кули и на веревки. Лыком или щепой
крыли деревянные бревенчатые избы, окружая их плет¬
нем — изгородью из хвороста и прутьев, перевитых меж
кольев. Из коры березы, бересты или липового подкорья,
луба, мастерили лукошки, туеса, коробы, лубяную посуду —
хранилища для воды, для меда, для кваса и для березового
сока. Доныне в русском языке бытует множество слов, ухо¬
дящих корнями в наше далекое прошлое. Народные картин¬
ки-лубки называются так потому, что их писали когда-то
на лубке: пергамент или бумага были недоступной рос¬
кошью для нищего мужичка, о котором пословица метко
говорила: «Кабы не лыко да не береста, так бы мужичок
рассыпался». А мужичок этот был нищ потому, что власть
имущие обдирали его, «как липку», — это образное выра¬
жение было очень точным: свежесрубленная липа легко об¬
дирается догола.
Но русский человек не отчаивался, не унывал, не хныкал.
И недаром про таких терпеливых людей была сложена пого¬
ворка: «Ни дров, ни лучины, а живет без кручины».
Можно привести множество сохранившихся в русском
языке слов, сравнений, пословиц, поговорок, выражений,
связанных с лесом. Определяя внешность человека, говорят,
что он «худ, как жердь», «крепок, как дуб», «тонок, как ло¬
зинка»; наблюдая разлад в каком-либо деле, насмешливо
замечают, что здесь, видимо, «кто в лес, кто по дрова»;
когда нужно приободрить, вспоминают пословицу «волков
бояться — в лес не ходить» ; изобличая недалекого человека,
шутят, будто он «из-за дерева лесу не видит», а о бестол¬
ковом говорят, что он-де «заблудился в трех соснах».
Нетрудно догадаться, что корнем слова «леший» яв¬
ляется «лес». В представлении наших предков леший из древ-
20

ле жил, хозяйничал и проказ¬
ничал в лесной пуще. Имя по-
лешан — жителей белорусско¬
го Полесья — связано с лесом,
как и слово «пуща», означаю¬
щее запущенный, непроходи¬
мый лес. Дерево по-славянски
называлось древом, и одно из
древнейших славянских пле¬
мен — древляне — получило
такое имя потому, что племя
это обитало в древах, в лесах.
Казалось бы, что и слова
«издревле», «древний», «древ¬
ность» также происходят от
слова «древо». Ведь для на¬
ших предков -старое, могучее
дерево было символом вечно¬
сти — оно незыблемо стояло
многие века, о нем рассказы¬
вали деды и прадеды, сменя¬
лись поколения, а дерево про¬
должало жить.
Но ученые считают, что
эти слова разного происхож¬
дения.
Пословиц, поговорок, на¬
званий предметов, выраже¬
ний, связанных с лесом, поч¬
ти нет у народов, жизнь кото¬
рых складывалась в условиях
П РЯ * М

равнины, пустыни или гор.
У соседнего с древлянами
племени полян, то есть на¬
рода, жившего на равни¬
не — в степях, в поле, — нет
и в помине таких слов, как
«древность» или «древний».
Украинцы вместо этих слов
говорят: стародавность, ста-
ровинность и стародавний,
старосвитьский.
Такие древние русские
слова, как «кремль», «го¬
род», «огород», «мостовая»,
тоже возникли в лесу. В ста¬
рину «кремью» называли
лучшую часть заповедного,
заветного леса, где росли
крупные и крепкие строе¬
вые «кремлевые» деревья.
Отсюда, должно быть, и
пошло слово «кремль» —
крепость, срубленная из
лучших, прочнейших бре¬
вен. Городское укрепление
называлось «кремлем» по¬
тому, что оно было сердцем
города, его защитой и в то
же время заповедным, за¬
ветным, особо охраняемым
местом. А может быть, как
полагают некоторые уче¬
ные, оно происходит не от
слов «кремь» или «кремле-
вый». Ведь в Пскове, к при¬
меру, укрепленное место в
центре города носило на¬
звание не «кремль», как в
в Москве, Казани, Туле,
Нижнем Новгороде (ныне
Горьком) и в других горо¬
дах, а «кром», хотя внутри
крома, то есть внешней
ограды, все-таки находился

кремль. Слово «кром» родственно таким словам, как «за¬
кром» (ларь в амбаре), «укромный» (уединенный), «кром¬
ка» (край, кайма, рубежная полоса). Город Кромы, Орлов¬
ской области, был назван по имени реки Крома, а по этой
реке некогда проходила южная граница нашего государства.
Что такое город? В древности городом называлось насе¬
ленное место, огороженное частоколом — частой оградой из
толстых жердей или заостренных бревен. Старый русский
глагол «городить» значит огораживать, обносить что-то за¬
бором, тыном или вообще городьбой, то есть какой-то огра¬
дой, валом, стеной. И слово «огород» означает, как извест¬
но, огороженное место, отведенное под посадку овощей.
На обширной территории нашей страны есть множество
населенных пунктов с названием Городок, Городище, Горо-
дец, Городня.
Все эти названия свидетельствуют о том, что когда-то
населенные пункты, носящие такие названия, были огоро¬
жены. Так, в Городце, Горьковской области, еще сравни¬
тельно недавно можно было видеть остатки земляных
укреплений, а во многих Городках и Городищах, огражден¬
ных в свое время деревянными стенами, от них не осталось
и следа.
Большие города росли подобно тому, как растет дерево,
наращивая кольцо за кольцом вокруг своей сердцевины —
кремля, обрастая защитной
корой — стенами, укрепления¬
ми, валами. Природный рису¬
нок на пне спиленного дерева
кажется чертежом старинного
русского города с его цент¬
ром — кремлем, кольцевой за¬
стройкой и радиальными до¬
рогами — улицами. Их мости¬
ли так же, как устилали до¬
роги по болотам или рекам:
укладывая бревна плотно
друг к другу. От этого слова
происходят и существительное
«плот» — плавучие бревна,
впритык привязанные одно к
другому, и глагол «плотить»,
подгонять одну жердь или
одну доску к другой, как мо¬
стили когда-то мостовые. Из

этого можно легко установить прямое родство между сло¬
вами «мост» и «мостовая».
Города росли. Окрестные леса вырубались на постройку
жилищ, на топливо, на укрепления, а земля освобождалась
для лугов и пашен. Неудивительно, что слова «строить» и
«рубить» в древности значили почти одно и то же: рубили
избу, рубили город. И сегодня еще основа избы называется
срубом, как и бревенчатые стенки колодца.
Тысячи географических названий непосредственно свя¬
заны с лесом и содержат в себе «лесные» корни. Всех назва¬
ний, прямо связанных с лесом, вроде белорусского Полесья,
городка Полесска, множества поселков — Лесных, Лесогор-
сков, Лесозаводсков, Лесопильных, Деревянных, Деревя-
нок, речек и гор с названиями Лесная, Лесистая, Древесная
или селений, обозначающих род занятий их жителей, заго¬
товляющих дрова, добывающих деготь, смолу, канифоль и
все то, что производится в
лесу из дерева, перечислить
невозможно.
А к этим названиям сле¬
дует добавить и такие топо¬
нимы, как Дубна на Украи¬
не и под Москвой, Дуб¬
ровка и Елец на Орловщине,
Ельня в Смоленской обла¬
сти, Ясень и Осиновка в
Белоруссии, Хвойноё под
Ленинградом, Кедровка на
Урале, Лиственичное в Ир¬
кутской области.
Названия, происходя¬
щие от слова «тополь», оче¬
видно, нечего искать на
севере, где тополь не ра¬
стет, как незачем искать
названий, происходящих
от слова «ель», на крайнем
юге нашей страны. Встре¬
тив название «Кипарисное»,
вы сразу же подумаете о
Крыме или Закавказье, где
растут кипарисы. И дей¬
ствительно, на карте Крым¬
ского полуострова стоит

кружочек, обозначающий приморское селение Кипарисное,
между Артеком и Алуштой.
Легко вспомнить десятки таких названий, как Дубовка,
Сосновка, Березовка, Осиновка, Кленовка, Тополевка, Гру-
шевка, Ореховка. Но к объяснению происхождения таких
названий следует подходить с большой осторожностью. На
месте сегодняшних Дубовок, Кленовок или Березовок, мо¬
жет быть, некогда шумели пышные дубравы, веселые рощи
кленов или берез. Можно предположить даже, что все эти
названия могут помочь нам восстановить характерный
облик прежнего пейзажа и прежней растительности. Но
утверждать это без глубокой проверки было бы грубейшей
ошибкой, так как множество названий, якобы связанных
с растительным миром, на самом деле происходят от фами¬
лий владельцев тех или иных мест — от каких-нибудь поме¬
щиков или купцов Дубовых, Кленовых, Ореховых.
А иногда топоним подобного рода рождается совсем по
другому поводу.
Есть на Северном Кавказе небольшая горная речка Бере¬
зовая, вытекающая из-под горы Чугуш, что видна с Черно¬
морского побережья, из Сочи. По карте, конечно, не узна¬
ешь, как правильно произносить это название: Берёзовая
или Березовая. Но кто мог усомниться, что название речки
происходит от слова «береза»? А местные жители почему-то
упорно называли речку Березовая.
Географы решили проверить, есть ли на этой речке бе¬
резы. Никаких берез не оказалось. Речка протекала в глу¬
хих местах, густо поросших пихтарником, и, как многие
горные речки Кавказа, была лазурно-голубой, бирюзовой.
Это породило законную догадку: очевидно, местные жители
исказили название «Бирюзовая», сохранив все же красоч¬
ный оттенок в ударении «Березовая».
Но и такое предположение было ошибочным. Оказалось,
что название речки связано не с березой и не с бирюзой,
а с фамилией человека. Еще до революции в эти дикие тогда
края попал инженер Березовский и заблудился. На поиски
его снарядили егерей Кавказского заповедника. После дол¬
гих розысков инженера нашли у безымянной речки — в те
времена безымянных речек здесь было множество — и по
имени его назвали речку-безымянку.
Название городка Берёзова на севере Омской области,
у реки Сосьвы, близ впадения ее в Обь, хорошо известно
многим по картине великого русского художника Сурикова
«Меншиков в Березове». Городок этот (сейчас он называется
25

Березово) на суровой окраине страны, окруженный непрохо¬
димыми дремучими лесами, сырой и холодный, где зима
длится восемь месяцев, служил некогда местом ссылки
«важных государственных преступников». Название город¬
ка действительно происходит от березы, хотя, кроме нее,
в местных лесах растут пихта, ель, сосна, кедр, осина и
лиственница. Этих пород тут значительно больше, нежели
березы, но такое название дали не русские казаки, а мест¬
ное население — ханты и манси. На их языках это место
издавна называлось Хил-уш или Сум-гут, что в переводе
значит «березовая роща».
Таких непонятных с первого взгляда и простых по
смыслу названий очень много. Но ведь и береза, и дуб, и
сосна, и липа, так же как и лес, и роща, и просека, и опушка
называются на разных языках по-разному.
Названия портовых городов на Балтике — латышского
Лиепая и эстонского Пярну — совсем не похожи друг на
друга, хотя оба они тезки русского города Липецк, так как
лиепа по-латышски и пярну по-эстонски на русский язык
переводится одним и тем же словом «липа».
Имена селений Зеленый Гай, Вязовый Гай или просто
Гай означают рощу, дубраву или небольшой лесок, остав¬
шийся от некогда больших зеленых массивов.
Название селения Голутвино тоже связано с лесом — го-
лутвой называлась лесная вырубка, росчисть, просека. От
этого пошли и Голутвинские переулки в Москве, сохранив¬
шей много имен, связанных с лесным прошлым города.
Все эти примеры наглядно убедят любого, что без языко¬
знания в топонимических розысках, так же как и без зна¬
ния истории, никак не обойдешься.
МОСКОВСКИЙ КВАДРАТ
В свое время жил я в Красногвардейском районе
Москвы, на углу Старосадского и Петроверигского переул¬
ков, почти напротив Исторической библиотеки. Тогда, в 30-е
годы, она еще создавалась. Сейчас это одно из крупнейших
в мире книгохранилищ: здесь собрано свыше миллиона
книг, множество старинных рукописей, карт и чертежей
нашей земли, огромные фонды старых газет и журналов,
фотокопии древних рукописей, редчайших фолиантов. . .
Основой этих богатств, хранимых в библиотеке, послужили
26

книжные и рукописные собрания, принадлежавшие некогда
знаменитым русским ученым — историкам, археологам,
нумизматам, — исторические книги, переданные другими
библиотеками, колоссальные картотеки-справочники по во¬
просам истории, завещанные многими любителями историо¬
графии и собирателями редкостей. . .
Мне приходится так подробно рассказывать об этой заме¬
чательной библиотеке потому, что именно здесь мы могли
получить ответы на интересующие нас вопросы.
Жилой квартал, в котором стоял наш дом, одной сторо¬
ной глядел на Петроверигский переулок, а другой — на Ста¬
росадский, круто спускавшийся к Солянке. Оба эти пере¬
улка, пересекающихся под прямым углом, выходили па
одну и ту же улицу — Маросейку. В старой Москве таких
кривоколенных переулков было немало.
«А почему наш переулок называется Старосадским?» —
спросили меня соседские ребята. Они, конечно, сами пони¬
мали, что название это произошло от старого сада, который,
вероятно, когда-то здесь существовал. Понимали они и то,
что прошлое Армянского переулка несомненно связано
с армянами — недаром же здесь, в здании бывшего Лаза¬
ревского института восточных языков, помещался Дом куль¬
туры Армении, рядом с ним — полномочное представитель¬
ство Армянской республики, а чуть наискосок и напротив —
винные подвалы знаменитой армянской фирмы «Арарат».
Колпачный переулок?.. Ну, тут ясное дело: замешаны ка¬
кие-то колпаки. Петроверигский? Здесь, правда, труднее по¬
нять — какой-то Петр и какие-то вериги.. . К Хохловскому
переулку, очевидно, имел отношение либо человек, по фами¬
лии Хохлов, либо здесь жили сами «хохлы», как прежде на¬
зывали малороссов-украинцев. . .
«Разгадывать» названия путем догадок, основанных на
внешних признаках, не очень трудно. Но правильны ли та¬
кие догадки? Взять, к примеру, Чистые пруды. Почему
«пруды», когда здесь только один пруд и, по рассказам
местных старожилов, на месте этого пруда некогда были
не чистые, а... поганые пруды? ..
А откуда взялось странное слово «Маросейка»? Ведь по-
русски оно совсем ничего не означает.
Почему Маросейка у Армянского и Старосадского пере¬
улков теряла свое имя и становилась Покровкой? Тут одни¬
ми догадками не обойдешься. Нужны доказательства. Найти
же их не так-то просто.
Ведь представительство Армянской республики и Доэд
27

культуры Армении могли появиться только после Октябрь¬
ской революции. А название «Армянский переулок»
встречается еще в переписке времен Пушкина и Державина.
В Кривоколенном переулке, в который упирается Армян¬
ский переулок, стоит старый дом поэта Д. Веневитинова.
В этом доме А. С. Пушкин читал впервые «Бориса Году¬
нова». Этот памятный дом фасадом своим глядит на Мяс¬
ницкую улицу, которая сейчас носит имя С. М. Кирова.
А Мясницкая улица шла от площади Лубянки (сейчас она
называется Дзержинской) до Мясницких (ныне Кировских)
ворот; справа от них расположены Чистые пруды, а слева...
Но, впрочем, достаточно пока и этого запаса названий,
в которых следует разобраться.
Можно было бы, конечно, подробно рассказать о том,
как ребята вместе со мной разгадывали тайны столичной
топонимии на сравнительно небольшой территории — ква¬
дратике, изображенном на цветной вклейке между страни¬
цами 32 и 33. Но этот рассказ, пожалуй, завел бы нас очень
далеко. Жаль, конечно, что тогда еще не были опублико¬
ваны книги П. Сытина о московских улицах, площадях и
переулках 1 и необходимые сведения нам приходилось ра¬
зыскивать в старых книгах Исторической библиотеки и до¬
бывать в беседах с нашими соседями — старожилами
столицы.
Но мы все же узнали очень многое и в первую очередь
решили задачу с названием Армянского переулка. Она ока¬
залась не очёнь сложной: название это возникло в
1781 году, когда армяне, поселившиеся в Столповом пере¬
улке (он назывался так по имени церкви Николы на столбах,
или столпах), получили разрешение построить свою церковь.
Это была единственная в то время армянская церковь
в Москве. По этой церкви Столпов переулок и переименовали
в Армянский. Название держится до наших дней, хотя на
месте церкви давно уже построено большое здание школы.
Узнали мы и о том, что вся местность к югу от нынешней
Маросейки и Покровки до реки Яузы была занята садами
Московского великого князя Василия III. В те времена сюда
ездили на отдых московские князья. Четыреста лет назад
эти сады считались загородными, дачными: город в те вре¬
мена кончался у Ильинских ворот, откуда вела улица
к Спасским воротам Кремля, под башней с часами, изобра¬
жение которой служит своеобразным символом Москвы.
1 «Прошлое Москвы в названиях улиц», Московский рабочий, 1946,
«Из истории московских улиц», Московский рабочий, 1952-
28

Углубленное знакомство с прошлым этого квадратика
как бы приподняло перед нами плотную завесу времени:
мы узнали, что по мере роста города отодвигались все даль¬
ше его пригороды, сады, огороды. В XVI веке дорога, которая
начиналась от Ильинских ворот и шла за мостом через глу¬
бокий ров, окружавший Китай-город, начала обстраиваться
и ее назвали Покровкой, по имени церкви Покрова в Садех.
Тут стоит заметить, что церкви, как постройки более фун¬
даментальные и дольше сохраняющиеся, нежели деревянные
дома, служили хорошими ориентирами при изучении любого
русского города и его топонимики, как мусульманские ме¬
чети и мазары (гробницы) на юге и юго-востоке или католи¬
ческие костелы и лютеранские кирхи на западе нашей стра¬
ны. Эти здания стояли века, и многие из них сохранились
доныне. Если они и разрушались, то имена храмов про¬
должали жить в названиях улиц, площадей или переулков.
Так до нашего века дошли названия Покровской улицы
и Спасоглинищевского переулка, хотя самих церквей — По¬
крова в Садех и Спаса в Глинищах — давно уже не суще¬
ствует. В XV веке Спасоглинищевский (сейчас улица Архи¬
пова) переулок назывался Горшечным — жили здесь гор¬
шечники, вырабатывали из местной глины свои изделия и
продавали их тут же в горшечных лавках. Уцелело доныне
и название соседнего Петроверигского переулка, хотя цер¬
ковь Петра Вериг1 была снесена еще в первой половине
XIX века. В начале Старосадского переулка стоит здание
церкви Козьмы и Дамиана, построенной в 1792 году знаме¬
нитым русским архитектором М. Казаковым. По имени
этой церкви Старосадский переулок с конца XVIII века
стали называть Козьмодамьяновским. После Октябрьской
революции первоначальное название переулка было восста¬
новлено, хотя здание церкви сохранилось и в 1959 году ее
реставрировали как памятник русского зодчества.
Но нам предстояло решить еще одну топонимическую за¬
дачу: почему у одной, по существу, улицы было два назва¬
ния — от Ильинских ворот до Армянского переулка она на¬
зывалась Маросейкой, а ее продолжение от Армянского
переулка до Бульварного кольца называлось Покровкой.
Решая эту задачу, мы познакомились с очень интерес¬
ными материалами, связанными с Маросейкой. Оказалось,
‘Вериги — железные цепи, тяжелые кандалы, добровольно на¬
девавшиеся юродивыми или религиозными фанатиками на голое тело
«для усмирения плоти».
29

что триста лет назад на
этой улице находилось
подворье украинского
или, как тогда говорили,
малороссийского посоль¬
ства. В царствование Але¬
ксея Михайловича про¬
изошло важное событие:
присоединение Малорос¬
сии (Украины) к России.
Подворье, где жили пос¬
лы Богдана Хмельниц¬
кого, размещалось на По¬
кровке, напротив Спасо¬
глинищевского переулка,
в сохранившемся доны¬
не трехэтажном доме
(№ 11), где и был под¬
писан исторический до¬
говор о воссоединении
Украины с Россией.
В память об этом
событии улица Покров¬
ка со второй половины
XVII века стала на¬
зываться Малоросейкой,
затем Малросейкой и,
наконец, Маросейкой. А спустя несколько десятилетий уже
мало кто из москвичей помнил, что искаженное имя улицы
было связано с малороссами-украинцами, хотя с памятью
о них мы встречаемся в этом районе столицы на каждом
шагу.
Рядом с Маросейкой, в границах Старосадского, Колпач¬
ного и Хохловского переулков, во времена Петра Первого
располагался обширный двор малороссийского гетмана
Ивана Мазепы. Часть прежних владений Мазепы занимает
сейчас здание Исторической библиотеки. Позади нее прохо¬
дит извилистый Колпашный переулок. В XVII веке тут
стояли дворы мастеров-колпачников, которые изготовляли
колпаки — мужские шапки. Еще в прошлом веке название
Колпашный изменилось на Колпачный. Этот переулок спу¬
скается к Хохловскому переулку, названному так потому,
что здесь, позади гетманского двора, жили «хохлы», как
называли тогда украинцев-малороссов, и в двухколенном
30

(это хорошо видно на плане — стр. 36) переулке находилось
большое поместье и дом думного дьяка Украинцева, сохра¬
нившийся до наших дней. Хохловский переулок выходит
в сторону нынешних бульваров, на небольшую Хохловскую
площадь.
Старосадский, Колпашный и Хохловский переулки круто
спускаются от Покровки к низменному району реки Яузы,
как бы сливаясь на так называемом Ивановском спуске, по¬
лучившем свое имя от Ивановского монастыря на кулиж-
ках *. Спуск этот ведет к улице Солянке, названной так по
соляным складам, стоявшим здесь в те времена, когда тор¬
говля солью была государственной монополией (свободную
торговлю этим важным продуктом разрешили только
в 1733 году).
Удалось нам также узнать, почему одна и та же улица
разделяется двумя названиями — Маросейка и Покровка.
Оказывается, в старину Маросейка у стыка Старосадского и
Столпова (Армянского) переулков перегораживалась на ночь
решеткой, у которой по очереди дежурили местные жители,
охраняя свои дома от воров, грабителей и поджигателей.
А за решеткой как бы начиналась другая улица, сохранив¬
шая прежнее название — Покровка. С тех пор прошло не
мало времени, а привычка делить одну и ту же улицу на
две части осталась доныне. Улица так и не смогла получить
единое имя: в 1954 году Маросейку переименовали в улицу
Богдана Хмельницкого, при котором Украина была вос¬
соединена с Россией, а Покровка еще в 1940 году стала
улицей Чернышевского.
К Покровке поднимается следующий за Старосадским
Колпачный переулок, как раз в том месте, где стояла неког¬
да слобода мастеров, изготовлявших котлы для варки пищи.
Слобода эта называлась Котельниками. Среди жителей сло¬
боды было немало богатых людей. Один из них, приезжий
купец Сверчков, построил в Котельниках храм Успения.
Сооружал его талантливый русский мастер Петрушка Пота¬
пов, украсивший строение чудесной белокаменной резьбой.
Великий зодчий В. И. Баженов, восхищаясь архитектурой
храма, считал его одним из красивейших зданий Москвы и
ставил его в один ряд с церковью Василия Блаженного.
По храму Успения и был назван Большим Успенским
‘Кулига, кулижка — дальний луг на берегу реки, чистое
или очищенное место, выселки. Отсюда и происходит выражение
«у черта на куличках».
31

переулок, выходящий на Покровку, а Малый Успенский со¬
единил Столпов переулок с Большим Успенским. На Малом
Успенском стояли и каменные палаты гостя Сверчкова.
«Гостями» тогда называли иностранных и иногородних куп¬
цов. От этого слова пошли гостиные дворы — купеческие
подворья, торговые ряды и гостиницы — дома для приезжих
торговых людей. Палаты Сверчкова сохранились до наших
дней; в свое время в них помещался каменный приказ,
ведавший всеми строительными работами в старой Москве.
Покровская улица, Успенские переулки, Петроверигский,
Спасоглинищевский, Ивановский и многие десятки других
переулков Москвы получили свои названия по именам
соборов, церквей, монастырей. Уже по этому можно судить,
как велико было на Руси влияние духовенства.
После Великой Октябрьской социалистической револю¬
ции новые хозяева страны решили избавиться как от церков¬
ного наследия в городской топонимии, так и от царских
имен на географической карте страны, воздав должное тем,
кто строил и украшал страну и ее города.
Так появилось на плане города Москвы и славное имя
зодчего Потапова, присвоенное бывшему Большому Успен¬
скому переулку, а Малый Успенский был назван именем
Сверчкова.
Но, к великому сожалению, храм, созданный Потаповым,
как и многие сооружения древней Москвы, которые следо¬
вало бы сберечь на радость потомкам, был снесен до основа¬
ния. Только имя его строителя осталось в названии пере¬
улка, хотя надо признаться, что сегодня лишь очень немно¬
гие из местных жителей знают, почему их переулок назы¬
вается Потаповским и кто такой сам Потапов. Когда мы для
проверки обратились к нескольким людям, живущим в этом
переулке, с таким вопросом, то один из них объяснил нам,
что Потапов — это какой-то революционер, другой назвал
его купцом-домовладельцем, а третий — видным обществен¬
ным деятелем прошлого столетия. Жаль, что никто до сих
пор не догадался установить в скверике, разбитом на месте
бывшего храма, хотя бы скромную памятную доску с указа¬
нием, что здесь до такого-то года красовалась каменная сим¬
фония, созданная замечательным русским зодчим Петром
Потаповым.
К сожалению, множество уникальных памятников ста¬
рины, свидетельствовавших о высоком уровне развития на¬
циональной культуры нашей страны, было уничтожено.
К таким же неповторимым памятникам культуры
32

>ГогэапаДн|

прошлых веков относятся и древние топонимы, в которых
отражается история нашей страны и нашего народа.
В любом старинном городе можно встретить топонимы,
которые в самих себе хранят «тайну» своего возникновения.
В Москве остались десятки древних названий, и среди
них, к примеру, название Покровских ворот — как именуют
место у выхода Покровки (нынешней улицы Чернышевского)
к Бульварному кольцу. Никаких ворот тут нет в помине, но
в свое время они существовали, а затем были снесены расту¬
щим во все стороны городом.
Снесены были не только Покровские, но и Мясницкие,
Сретенские, Петровские, Никитские и другие ворота вместе
с толстыми стенами, окружавшими Белый город, как назы¬
валось полукольцо улиц и переулков вокруг Китай-города
и Кремля. Москвичи, разумеется, давно уж привыкли к не¬
существующим воротам, о которых громогласно объявляют
водители автобусов и троллейбусов, но многие приезжие,
впервые попавшие в Москву, удивленно ищут ворота, не по¬
дозревая о том, что они исчезли уже более двухсот лет назад.
Такой же важной магистралью, как Маросейка — По¬
кровка, была и Мясницкая улица, носящая сейчас имя Сер¬
гея Мироновича Кирова. Так же как и Покровка, эта улица
заканчивалась у ворот в стене Белого города.
Почти к самым стенам примыкали дворы мясоторговцев,
а за стенами находились мясные лавки. От этого и ворота
Белого города стали называться Мясницкими.
Между Мясницкими и Покровскими воротами лежал Чи¬
стопрудный бульвар. Как и все бульвары, зеленым кольцом
окружающие древнейшую часть Москвы, он был устроен
в первой половине XIX века, когда снесли толстые стены,
окружавшие Белый город. А в XVI веке под этими стенами
шумел рынок — животинный двор, где продавали коров,
овец, свиней. Рядом с рынком стояли государевы бойни
и мытный двор, на котором взимали мыт (пошлину, налог).
Но мясники, чтобы избежать лишних расходов, били ско¬
тину не на государевой бойне, а прямо у своих мясных
лавок. Туши разделывали, а отбросы выкидывали в пруды,
из которых вытекала маленькая речка Рачка, впадавшая
в Москву-реку, неподалеку от устья Яузы.
Отходы убоя разлагались, отравляли воздух и заражали
окрестности. С весны до осени над прудами стоял страшный
смрад, и неудивительно, что они назывались «погаными».
Сейчас ничто на Чистых прудах и во всей округе не на¬
поминает о прошлом, кроме сохранившихся еще в памяти
3 И. Сергеев
33

москвичей названий Мясниц-
ких ворот и Костянского пе¬
реулка, где прежде была свал¬
ка костей, остававшихся в
мясных лавках после раздел¬
ки туш.
Когда же Поганые пруды
стали Чистыми?
В конце XVII века люби¬
мец царя Петра I Александр
Меншиков приобрел большой
участок земли у Мясницких
ворот — весь квартал от Мяс¬
ницких ворот до нынешнего
Телеграфного переулка. В сво¬
их владениях Меншиков раз¬
вел сады и оранжереи, по¬
строил каменные палаты и
великолепную церковь Архан¬
гела Гавриила, известную под
именем «Меншиковой баш¬
ни», — она выходит фасадом
на нынешний Телеграфный
(прежде он назывался Архан¬
гельским) переулок. По при¬
казанию Меншикова мясные
лавки были убраны и переве¬
дены в Замоскворечье, а По¬
ганые пруды очищены. С того
времени они и стали Чисты¬
ми, хотя в наши дни сущест¬
вует только один пруд —
остальные засыпаны и на
их месте зеленеет Чистопруд¬
ный бульвар.
Телеграфный переулок получил свое название по огром¬
ному подворью Главного почтамта, где помещался и Глав¬
ный телеграф, до перевода его на Тверскую, ныне улицу
Горького. Подворье Главного почтамта почти целиком заня¬
ло территорию бывших меншиковских владений.
С тех пор как пруды стали чистыми, в этот район потя¬
нулись на жительство приезжие «немцы» — так москвичи
называли всех иноземцев, не умевших говорить по-русски:
они были «немцами», то есть «немыми» людьми. До этого
/\Л си и 1^0
34

иностранцы уже не раз пытались селиться поближе к Ки¬
тай-городу и Кремлю. Они приобретали дворы, платя за
землю втридорога, воздвигали дома, строили свои храмы.
Но под нажимом духовенства, жаловавшегося на уменьше¬
ние доходов и на то, что «немцы» совращают православных
В свою ересь, царь Михаил Федорович запретил продажу зе¬
мельных участков иностранцам. Все «немцы» постепенно пе¬
реселились за город, в Немецкую слободу на берегу реки
Яузы, в специально отведенный для них район. Он находил¬
ся за слободой басманников — дворцовых пекарей, выпе¬
кавших казенный хлеб «басман». На месте бывших Басман¬
ной и Немецкой слобод появились впоследствии Старая и
Новая Басманные улицы, Немецкий рынок, Немецкая ули¬
ца, Старокирочный и Новокирочный переулки, где стояли
когда-то кирки — лютеранские храмы.
Пласты истории
Обо всем этом мы узнали путем долгих розысков и слож¬
ных расспросов, осторожно подходя к расшифровке очеред¬
ного «загадочного» названия — ведь каждое из них имело
своего предшественника, а у него, в свою очередь, тоже были
какие-то свои предки. Нам как бы приходилось заниматься
раскопками, снимать одно за другим наслоения времени.
Теперь уже можно было мечтать о том, чтобы своими гла¬
зами увидеть эти пласты истории — чертежи и планы
города, составленные в разные периоды времени.
В конце концов удалось найти несколько карт города:
план современной Москвы, план начала нашего века, чер¬
теж столицы, сделанный незадолго ^пед наполеоновским
нашествием, план второй половины XVI века и разные кар¬
тинные чертежи, нарисованные путешественниками.
В каждом веке была своя манера составлять городские
планы. В древности город изображался картинкой, на
которой были хаотически нагромождены друг на друга
различные строения. Позже планы города рисовались как
бы с птичьего полета, а потом их стали изображать не ри¬
сунком-картинкой, а чертежом — планом.
А нам хотелось перерисовать все эти планы в одном
масштабе, в одной манере так, чтобы при наложении друг
на друга они совпадали в каких-то неподвижных точках;
этими постоянными точками могли, конечно, служить проч¬
ные каменные сооружения — церкви, дворцы, монастыри,
3*
35

Мы полагали, что если бы эти планы перерисовать на про¬
зрачной бумаге, то у нас в руках оказался бы своеобразный
рентгеновский снимок, на котором сквозь сегодняшний день
нашего района просвечивало бы его прошлое: мы увидели
бы, как появляются и исчезают улицы и переулки, как одно
название сменяется другим.
Цветная вклейка познакомила нас с планом современной
Москвы в ее новых границах, отмеченных красной краской.
Почти в центре этого плана вы видели небольшой желтый
квадратик. О нем-то и рассказывалось в предыдущей главке.
А сейчас познакомьтесь с тем же московским квадратом,
увеличенном настолько, чтобы можно было ясно прочесть

названия площадей, улиц и переулков. План этот относит¬
ся к тому же времени, что и общая карта столицы, то есть
к 1962 году.
Следующий за ним план представит вам этот же мо¬
сковский квадрат в том виде, в каком он существовал пол¬
века назад.
На первый взгляд никаких особенных перемен на чер¬
теже за истекшие пятьдесят лет не произошло.
Но вглядитесь внимательней.
Да, топография этого района не претерпела особенных из¬
менений, зато топонимия изменилась удивительно.
От старых, дореволюционных названий до нашего вре-
37

Московский МММТ В -НАЧАЛЕ XIX вькА
мени сохранилось не больше половины. Исчезло и много кре¬
стиков, обозначавших на плане церкви. Часть их снесли за
ветхостью или потому, что они мешали растущему движе¬
нию городского транспорта, а часть церковных зданий, по¬
кинутых прихожанами и сбросившими с себя сан священни¬
ками, приспособили под культурно-просветительные учреж¬
дения. Некоторые же церковные здания были сохранены как
архитектурные памятники старины.
А на этом плане изображен тот же уголок Москвы, ка¬
ким он был за полтораста лет до наших дней, в начале
XIX века, в канун Отечественной войны 1812 года.
Нашествие Наполеона, пожар и разграбление Москвы
38

сильно изменили облик и этого района столицы: почти все
деревянные здания на Мясницкой улице сгорели. Вместо
них были построены каменные дома. Сгорела дотла правая
сторона Маросейки, и при новой застройке улица была рас¬
ширена. Все эти перемены, происшедшие после пожара, ко¬
нечно, были очень заметны для тогдашних москвичей, но
на топонимии района они почти не отразились.
Последний чертеж изображает наш московский квадрат
так, как он выглядел в начале XVI века: кривые улицы
с хаотическим нагромождением деревянных домов, камен¬
ные церкви и часовенки, крепостные стены с воротами,
ЛАоС^овСМи	& ~ХУ[

окружавшие Белый город..'. По сравнению с предыду¬
щим планом можно видеть, как изменился облик этого угол¬
ка столицы за двести с лишним лет и какие перемены были
в его топонимии.
Историки ведут свой рассказ по течению времени. По¬
вествуя о судьбах города, народа или государства, они из¬
лагают их в порядке следующих друг за другом событий.
У археологов подход к истории иной. Они идут как бы
против течения времени.
Ведя раскопки, ученые осторожно поднимают один слой
земли за другим. С великой бережностью, орудуя не только
лопатой, но и пинцетом и иглой, они извлекают из этих сло¬
ев, накрывающих друг друга, остатки материальной куль¬
туры. По черепкам горшков, полуистлевшим обрывкам ткани
и кожи, по серо-зеленым от времени медным, бронзовым из¬
делиям и монетам, по предметам обихода и различным ви¬
дам оружия, по украшениям из золота, серебра и драгоцен¬
ных камней археологи читают ненаписанные, но полные до¬
стоверности страницы жизни ушедших поколений.
Вот так же и нам, знакомясь с топонимией города и его
историей, приходилось двигаться как бы против течения вре¬
мени: мы поднимали один за другим пласты истории го¬
рода, отраженной в его планах и чертежах. Мы шли к исто¬
кам сегодняшней Москвы...
Как раз в эти годы начиналась реконструкция столицы.
На наших глазах бурно менялись топография города и его
облик: уничтожались крутые спуски, срезались холмы, за¬
сыпались овраги и ямы, выпрямлялись улицы и переулки.
Многометровые слои обнаженной земли порой походили на
настоящий археологический музей. Ведь в былые времена
улицы поливались и подметались не так тщательно, как
сегодня. Все малоценное, что падало на землю, затаптыва¬
лось прохожими: обломок ножа, сломанная игрушка, чере¬
пок, мелкая монета, утонувшая в пыли или грязи...
Особенно много таких находок было извлечено на стро¬
ительстве первой очереди метро. Часть подземных линий
строилась открытым способом; сначала по будущей трассе
прокладывалась очень глубокая траншея, а затем, после
укладки рельсов и всего подземного хозяйства, эту траншею
перекрывали и засыпали. Археологи Москвы никогда не
мечтали о таких грандиозных работах в центре столицы.
И легко представить себе, сколько ценнейших для науки ма¬
териалов принесли эти раскопки.
Много нового дали эти раскопки и жителям Москвы: до
40

этого они не очень задумывались, почему из столетия в сто¬
летие городские строения будто становились ниже ростом и,
как говорится, «врастали в землю».
Конечно, опускались в землю не здания, а из года в год
поднимался уровень земли. Этот «подъем» — на один-два
сантиметра в год — происходил совсем неприметно для горо¬
жан. А за десятилетия и века такой «культурный слой» на¬
растал на много метров. Под асфальтовой мостовой Москвы
лежит другая мостовая — брусчатая, под нею — булыжная,
под булыжной — бревенчатая. . . На одной из центральных
улиц — на улице Горького — метростроевцы обнаружили
«слоеный пирог» из девяти мостовых, лежавших одна 'над
другой.. . Между некоторыми из них чернели слои обуглен¬
ного дерева — следы московских пожаров. Ведь Москва за
долгое свое существование выгорала не однажды. Горели не
только деревянные церкви, дома, амбары, сады, заборы, но
и мостовые: они были сложены из бревен.
Раскопки помогли разгадать и одну из топонимических
загадок древнего города, дотоле не поддававшуюся расшиф¬
ровке. Москву давно уже называли «белокаменной». Но от¬
куда мог появиться такой эпитет? Стены Кремля были сло¬
жены из красного кирпича, а до этого — из бревен. Стены
домов в древней столице тоже не отличались белизной. Что
же в ней могло быть белокаменным?
Правда, похожее название было у Белого города. Однако
он назывался так отнюдь не потому, что фундаменты его
стен были выложены белым камнем, а оттого, что земля, ле¬
жавшая под защитой этих стен, считалась «белой», то есть
освобожденной от земельных налогов, которыми облагались
«черные» земли ремесленников, торговцев и землепашцев.
Тайну эпитета открыли археологи. При раскопках во
время строительства метрополитена они обнаружили, что
один из пластов мостовых представлял собой чистый белый
камень. Оказалось, что в XV веке подъезды к Кремлю со
стороны главной улицы и часть этой улицы были выложены
толстыми белокаменными плитами. Эта мостовая так пора¬
жала современников и приезжих иностранцев, что они и
назвали Москву белокаменной.
Тому, кто интересуется топонимикой, как видите, прихо¬
дится заниматься не только географией, историей, лингви¬
стикой, но и археологией. Конечно, для занятия топоними¬
кой не нужны лопаты, пинцеты и прочие орудия, с помощью
которых археологи разыскивают предметы или остатки
предметов материальной культуры. В топонимике предметом
41

исследования служит слово, обозначающее то или иное гео¬
графическое понятие. Но бывают случаи, когда без помощи
археологов топонимическую задачу не разрешишь.
Одновременно с изменением топографии города происхо¬
дили и заметные перемены в его топонимии. Она менялась
не только за счет переименований старых названий районов,
улиц, площадей и переулков, а и потому, что десятки кри¬
вых улиц, извилистых переулков, глухих тупиков и тесных
площадей исчезали и на их месте протягивались широкие
магистрали новых проспектов, открывались новые простор¬
ные площади, вырастали новые районы, расширявшие ста¬
рую границу города.
Кусочек Центра и кусок Юго-Запада
Эта небольшая главка могла бы называться и по-друго¬
му: «Как умирают и рождаются географические названия».
О гибели десятка московских топонимов пойдет рассказ
в связи с небольшим районом в самом центре Москвы — ря¬
дом с Кремлем, а о рождении сотни топонимов — в связи
с появлением нового района на Юго-Западе столицы.
Всмотритесь внимательнее в чертеж на стр. 43.
Чтобы разобраться в чертеже, возьмем за исходную
точку крестик.
Крестиком обозначена церквушка Параскевы Пятницы,
стоявшая посредине широкой улицы, именовавшейся Охот¬
ным рядом.
Тогда, то есть лет сорок назад, самым большим зданием
в Охотном ряду был огромный по масштабам того времени
Дом союзов. До 1917 года в этом доме находилось Дворян¬
ское собрание.
Рядом с ним стояли одноэтажные лабазы и лавки, где
торговали рыбой, пером и пухом.
Противоположная сторона Охотного ряда, за исключе¬
нием большого здания гостиницы, была застроена одноэтаж¬
ными и полутораэтажными торговыми предприятиями, где
можно было купить гуся, зайца, утку, медвежатину, олени¬
ну, тетерева, вальдшнепа, куропатку. От этого и вся площадь
называлась Охотным рядом.
У Охотного ряда начиналась улица Большая Дмитровка,
носящая сейчас имя Пушкина. Некогда здесь проходила до¬
рога на город Дмитров. С другой стороны торговую сутолоку
Охотного ряда пересекала Тверская улица, дорога на Тверь.
В наши дни это улица Горького.
42

Тверская улица, кривая, горбатая и узкая, особенно
в самом начале — от Воскресенской площади до Охотного
ряда, — считалась и тогда главной улицей города.
Став на углу Тверской улицы и Охотного ряда лицом
к Красной площади, вы увидели бы Воскресенские ворота,
где находилась известная в свое время икона Иверской
божьей матери. Икона эта висела в часовенке, стоявшей
43

поперек проезда на Красную площадь, между зданием быв¬
шей городской думы и похожим на ларец Историческим
музеем — его построили на месте первого русского универ¬
ситета. В узеньких воротах по обе стороны часовни всегда
была толчея, — они служили и для прохода и для проезда.
Не меньшая толчея была и на коротеньком отрезке Твер¬
ской улицы между Воскресенской площадью и узкой Мохо¬
вой улицей, являвшейся продолжением Охотного ряда. Уз-
44

кйя улица Называлась Моховой, потому что 6 свое бремя тут
продавали важный стройматериал — мох — для конопатки
щелей в бревенчатых срубах.
Параллельно Моховой улице, вдоль стен Кремля, шла
Неглинная улица, названная по реке Неглинке, протекавшей
некогда через центр города в своих естественных берегах.
Сегодня многие из приезжих удивляются названиям ули¬
цы Кузнецкий мост, где нет никакого моста, и Трубной пло¬
щади, или просто Трубы, где не видно никаких труб. Но
в этих названиях сохраняется память о прошлой топографии
столицы.
Полтора века назад река Неглинка открыто текла по тер¬
ритории нынешнего Цветного бульвара и входила в Москву
сквозь широкую трубу в толстой стене укрепления Белого
города. Поэтому в этом месте не было обычных ворот, а что¬
бы никакой злодей не мог проникнуть по трубе в город, ее
перегораживала железная решетка.
Отсюда река текла по руслу, проходившему на месте ны¬
нешней улицы Неглинки, струилась под Кузнецким мостом,
ведущим к Кузнецкой и Пушечной улицам, где стоял когда-
то Пушечный двор — орудийный завод России, вокруг кото¬
рого жили кузнецы.

Пространство между Моховой улицей и Кремлем зани¬
мали густонаселенные домишки, амбары и торговые склады,
питейные заведения, чайные, трактиры, харчевни, в просто¬
речии называемые обжорками. От Охотного ряда и Твер¬
ской улицы сюда вел узкий Обжорный переулок, соединяв¬
шийся с длинным Лоскутным тупиком, где продавали лос¬
кут — обрезки ситца, бязи, полотна. На старом плане центра
столицы (стр. 43) названия этого переулка, тупика и Воскре¬
сенских ворот не обозначены. Ведь их пришлось бы писать
очень маленькими и потому неразборчивыми буковками.
Найти же на плане местоположение всех этих объектов не
так уж трудно.
Впрочем, все эти названия — «обжорные», «лоскутные»,
«воскресенские», «иверские»—исчезли не только на совре¬
менных планах Москвы, но и почти выветрились из памяти
москвичей. О них помнят лишь любители старины. Напро¬
тив огромного здания гостиницы «Москва», выросшего на
охотный РЯД в ста ?ои МОСКВЕ

ТОТ ЖЕ угол НА ПРОСПЕКТЕ ЛЛАрКСА
( БЫВШИЙ ОХОТНЫЙ ?ЯА)
месте бывших лабазов Охотного ряда, расстилается обшир¬
ная Манежная площадь, особенно шумная в дни празднич¬
ных гуляний. Рядом с Домом союзов (рисунок на стр. 48)
поднялось величественное здание Совета Министров СССР,
бывшая Воскресенская площадь стала площадью Револю¬
ции, где стоит Музей В. И. Ленина, известный миллионам
людей нашей родины и зарубежных стран. Широкая маги¬
страль, начинающаяся от площади Дзержинского, идущая
по Театральному спуску через площадь Свердлова и затем
по Охотному ряду и Моховой улице, в конце 1961 года полу¬
чила единое новое имя — проспект Маркса.
С Охотным рядом было связано небезызвестное выраже¬
ние «охотнорядцы». Так называли «охотнорядских мо-
47

лодцов» — владельцев и
приказчиков мясных и
рыбных лавок, торговцев
птицей, пером и пухом,
жуликов и воров из Об¬
жорного переулка. Вме¬
сте с городовыми, жан¬
дармами и полицейски¬
ми шпиками они были
верными защитниками
царского самодержавия,
принимали участие в
разгонах рабочих и сту¬
денческих демонстраций,
избивая «социалистов» и
«политиков». Охотноряд¬
цы были всегда «нагото¬
ве» еще и потому, что
большая часть таких де¬
монстраций проходила
на Моховой улице, у ста¬
рого и нового универси¬
тетских зданий, как они
назывались до недавнего времени. Оба эти здания стали
«старыми» после того, как на Ленинских горах выросло
одно из величайших сооружений нашей страны — Москов¬
ский университет имени М. В. Ломоносова.
Ленинские горы (прежде их называли Воробьевыми) се¬
годня входят в состав нового района столицы — Юго-Запада.
О том, какой была в недавнем прошлом юго-западная
окраина столицы, рассказывает план-чертеж на стр. 49.
Отсюда, с Воробьевых гор, с высокого правого берега
реки Москвы, склоны которого покрывал густой, кудрявый
лес, весь город виден как на ладони, хотя «вершины» этих
«гор» поднимаются над уровнем реки всего лишь на
80 метров.
Воробьевы горы считались московской достопримеча¬
тельностью. Еще в XV веке одна из великих княгинь
приобрела небольшое сельцо у местного попа Воробья, от
фамилии которого и пошли названия гор, села, парка,
железнодорожной станции, шоссе. В XVI веке здесь стоял
загородный деревянный дворец Василия III, и, когда на
Москву внезапно напали татары под водительством хана
Менгли-Гирея, великому князю пришлось спрятаться в стоге
48

сена и сидеть там, пока завоеватели грабили дворец и двор¬
цовые погреба. В этом же дворце отсиживался Иван Грозный
во время одного из пожаров Москвы. В XVII веке на месте
подгнившего деревянного здания царь Федор приказал по¬
строить хоромы на каменном основании, но уже через сорок
лет они «пришли в ветхость», а в конце XVIII века на остав¬
шийся в целости подклет (цокольный этаж) перенесли дере¬
вянный дворец Екатерины II, до того стоявший на Волхонке.
Итак, село Воробьево на протяжении почти пятисот лет
было дворцовым селом, а после перевода столицы в Петер¬
бург высокий берег Москвы-реки стал традиционным ме¬
стом народных гуляний.

Сюда стекались тысячи москвичей по воскресным и
праздничным дням отдохнуть и полюбоваться на родной го¬
род : зеленый склон правого берега Москвы-реки, тени¬
стые рощи, чистый белый мелкозернистый песок у воды,
лодки, карусели, балаганы и чайные на открытом воздухе
привлекали множество народа.
С начала нашего века здесь устраивались маевки и со¬
брания рабочих, готовившихся к забастовкам. В дни Вели¬
кого Октября «горы» стали одной из важнейших высот, от¬
куда тяжелая артиллерия Красной гвардии громила бело¬
гвардейцев, засевших в Кремле.
Но почти до половины нашего века мало что менялось на
Воробьевых горах, хотя, когда в 1935 году их переименовали
в Ленинские, судьба этой городской окраины была уже пред¬
решена планом реконструкции Москвы. По этому плану
Юго-Запад должен был стать самым благоустроенным рай¬
оном столицы.
Здесь после победоносного окончания Великой Отечест¬
венной войны на огородах и пустошах началось строитель¬
ство грандиозного здания Московского университета. Его
золотой шпиль виден сегодня за десятки километров от
Москвы. А на огромной территории стал быстро расти к юго-
западу новый город — город многоэтажных жилых корпу¬
сов, широких проспектов, парков, садов.
Вот как сегодня выглядит чертеж этого района (стр. 51).
Проектировщики и строители Юго-Запада старались ис¬
пользовать при планировке естественный рисунок местности.
50

Старый путь к горам — через Замоскворечье — был слиш¬
ком длинен, и строители решили проложить новую прямую
дорогу — через Лужники и по новому двухэтажному мосту
через реку. Почти правильная циркульная полуокружность
реки и пустыря Лужников подсказали проектировщикам
идею развернуть здесь сооружение колоссального стадиона
им. В. И. Ленина.
Новая восьмикилометровая трасса дороги, ведущая на
Юго-Запад, пересекла и преобразила одну из самых небла¬
гоустроенных окраин Москвы — район Хамовников, в кото¬
рый входили Лужники и Чудовка.
Название «Лужники», пожалуй, не требует объяснения:
на месте Лужников совсем еще недавно можно было видеть
обширные заливные луга, а местные жители, интересующи¬
еся прошлым своего района, могли рассказать вам о том, что
на этих лугах, или лужниках, паслись когда-то царские
кони.
Хамовники считались черной, работной слободой, при¬
надлежавшей царскому двору. Имя свое слобода получила от
хамовников, как в старину называли ткачей — полотнянщи-
ков и скатертников. А Чудовка была работной слободой
кремлевского Чудова монастыря. Обе эти слободы распола¬
гались на берегу реки Москвы, у Крымского брода и Крым¬
ского вала, сразу же за земляной его насыпью.
Названия Крымская набережная, Крымская площадь и
Крымская улица, Крымский переулок и Крымский мост
связаны с далеким Крымским полуостровом. В XVII веке
в этом отдаленном районе Москвы помещался Крымский
двор, в котором жили представители крымского хана.
П. В. Сытин в своей книге «Из истории московских улиц»
сообщает, что именно через этот район врывались в рус¬
скую столицу крымские татары. Конные орды татар пере¬
ходили реку вброд на том месте, где сейчас стоит Крымский
мост. Вот почему подходы к Москве с юга после крымского
набега в 1591 году стали защищать особенно тщательно и
вокруг всего города насыпали высокий земляной вал. Па¬
мять об этом сохранилась в названиях Земляных и Вало¬
вых улиц.
А память о вчерашнем облике Хамовников, Чудовки и
Лужников еще свежа у москвичей, потому что всего лишь
пятнадцать — двадцать лет назад набережная Москвы-реки
рядом с Крымским мостом представляла унылое скопище
хибарок и лачуг, складов и сараев, тянувшихся вдоль
сырого низменного берега вперемежку со свалками мусора.
52

Сегодня набережная Москвы-реки выглядит совсем по-
иному — вдоль нее тянутся великолепные здания, торжест¬
венная панорама которых особенно хорошо обозревается
с противоположного берега реки, где от Крымского моста
до Ленинских гор протянулся центральный парк столицы
и на просторах Юго-Запада столицы выросло монументаль¬
ное здание нового университета.
А вокруг университетских зданий, институтов, обсерва¬
тории раскинулся новый район, топонимия которого застав¬
ляет нас вспомнить о том, что история человечества записы¬
вается в географической номенклатуре.
Просторные проспекты Ломоносова, Вернадского, Мичу¬
рина, улицы Менделеева, Лебедева, Ляпунова — всё это но¬
вые названия новых магистралей одного из молодых рай¬
онов Москвы. Эти названия увековечивают в памяти народа
имена замечательных людей науки.
Совершенно естественно появление в этом районе и Мо¬
лодежной улицы, на которой живут тысячи будущих спе¬
циалистов, и улицы Дружбы, где высятся новые здания
китайского посольства и дома-общежития для студентов из
стран Востока.
Правильно и такое название улицы, как Мосфильмов¬
ская, где находятся студии и павильоны крупнейшей нашей
киноиндустрии — Мосфильма, и название улицы Строи¬
телей.
Все эти новые топонимы столицы точно и правильно от¬
ражают нашу действительность, и невольно вспоминаешь об
огромных масштабах градостроительства в Советском Союзе,
о тысячах новых селений, их улицах и площадях и о том,
что множество географических объектов еще ожидает своих
названий.
Многим из читателей этой книги придется принимать
участие в создании тысяч и даже десятков тысяч новых то¬
понимов. Ведь, продолжая дела своих отцов и старших
братьев, сегодняшние школьники завтра будут осваивать ве¬
ликие просторы нашей страны, открывать новые клады по¬
лезных ископаемых, строить новые дороги, рудники, заво¬
ды, города... А все это должно быть названо новыми име¬
нами.
Значительное число новых топонимов входит в жизнь,
заменяя собой старые географические названия. Меняется
облик страны, изменяется жизнь советских людей, и на сме¬
ну прежним топонимам, хранившим имена властителей ста¬
рого мира — царей, князей, фабрикантов, заводчиков, куп-
53

цов, землевладельцев, — приходят новые названия, отража¬
ющие великие перемены в жизни нашего общества.
Но очень часто, к сожалению, местных администраторов
охватывала странная страсть к переименованиям. И в пе¬
риод этих «припадков» наряду с тем, что могло быть уничто-
жено безболезненно, истреблялись сотни и тысячи ценней¬
ших уникальных топонимов.
Интересно отметить, что местное население далеко не
всегда принимало новые официальные названия. Они упорно
не «прививались», то есть, по существу, отвергались наро¬
дом, и географическим объектам возвращались прежние то¬
понимы. Советское правительство издало даже особый закон,
который ставит преграды произволу в переименованиях го¬
родов и сел. Переименования же внутригородские — площа¬
дей, улиц, переулков — по-прежнему остаются на совести
местных горсоветов. И там, где ценят славное прошлое го¬
рода, где уважают историю народа, к переименованиям
относятся с большей осторожностью.
Вот почему в Москве остались такие названия, как Не-
глинка или Кузнецкий мост, хотя нет уже давно ни реки, ни
моста. Вот почему живут и сохраняются такие названия,
как Арбат, Таганка, Сокольники или Ордынка, хотя район
Арбата в наши дни уже не предместье *, а центр города. На
Таганке давно уже не производят таганов (железных тренож¬
ников с обручем наверху, на которые ставили котлы для
варки пищи), в Сокольниках давно уже не живут соколиные
егеря, дрессировавшие соколов для царской охоты, Ордынка
не служит торговой дорогой в Орду. А в названиях близле¬
жащих Татарских улиц и Толмачевских переулков сохрани¬
лась память о том, что здесь жили когда-то приезжие тата¬
ры, которых обслуживали толмачи — переводчики, как на¬
звания Голутвинских переулков напоминают нам о давних
лесных просеках.
... Стремительно течет время, забываются многие исто¬
рические события, блекнут краски некогда ярких историче¬
ских картин, занимавших воображение наших далеких пред¬
ков. Но многое помогают сохранить и восстановить в памяти
дошедшие до нашего времени географические названия.
1 Арбат —по-арабски значит «предместье». Некогда в Москве
этим именем называлась не только теперешняя улица от Арбатской до
Смоленской площади, а все пространство, начинавшееся от Троицких
ворот Кремля, пройдя которые и спустившись по Троицкому мосту
через Неглинку на Моховую москвичи сразу же оказывались за чертой
города.
54

В них оживает не только история данной улицы или пере¬
улка, не только история района, области, отдельной респуб¬
лики или всей страны, но порой и то, что лежит в предысто¬
рии целого народа.
ГОЛУБЫЕ ДОРОГИ
Одни географические названия сохраняются на протяже¬
нии десятилетий, другие живут века, иные — тысячелетия.
А некоторые возникают и умирают, как поденки.
Крепче всего хранят свои имена голубые дороги — реки.
Переименовать улицу, площадь или даже целый город
не представляет особого труда, но изменить имя реки чрез¬
вычайно трудно. Ведь река — это не просто географическая
точка, а длинная лента, тянущаяся на сотни, а то и на ты¬
сячи километров. Десятки городов в нашей стране, получив¬
шие свое имя от реки, на которой они возникли, были впо¬
следствии переименованы. Но реки называются так же, как
назывались прежде. Названия рек помогают определить,
какие народы жили на берегу той или иной реки, и служат
верными помощниками в розысках утраченных и забытых
языков исчезнувших народов.
Географ Э. Мурзаев в своей книге «Непроторенными тро¬
пами» пишет:
«Чем древнее населенный пункт, чем больше река, озеро,
чем величественнее горные хребты, тем раньше они окре¬
щены человеком и тем труднее выяснить исходные формы
и их смысл. Географические имена искажались, менялись, и,
конечно, случается так, что при современном уровне науки
некоторые названия мы не можем расшифровать, и они
нам кажутся не имеющими смысла. Но бессмысленных на¬
званий не бывает. Многие из них, раньше непонятные, ни¬
чего не говорящие, потом оказывались содержащими опре¬
деленный смысл. Объясняется это тем, что географические
названия, которые возникали в прошлом, имели часто нари¬
цательное значение, но современное население воспринимает
многие названия только как собственные. . .»
Понять это несложно, если вспомнить, что словарный за¬
пас у наших предков был очень скудным. В их распоряже¬
нии находилось ограниченное число слов, и одним и тем же
словом они пользовались в разных случаях жизни. Когда
им нужно было выразить такие сходные по смыслу пред¬
меты и понятия, как река, вода, озеро, жажда, пить, они
55

употребляли только одно слово. Ученые-лингвисты, иссле¬
дуя словарный состав древних языков, а также слова совре¬
менных языков, сохранившие доисторические корни многих
понятий, объяснили смысл многих географических названий.
В большинстве случаев эти названия представляют простей¬
шие слова, обозначавшие воду, гору, землю.
Нельзя также забывать, что какой-то народ, пришедший
на смену другому, изменял названия, искажая их первона¬
чальное произношение. Даже в наше время одно и то же
географическое название звучит у разных народов по-своему.
Русское название «Днепр» украинцы произносят «Днипро»,
французы «Днипер», а китайцы «Денепохэ».
Дунай по-сербски — Дунав, по-словацки — Дунава, по-
немецки — Донау, по-венгерски — Дуна, по-турецки —
Туна. ..
В старой русской песне поется: «За реками, за ду-
наями. . .» Так собственное имя реки стало нарицательным,
похожим на сказочную присказку «за морями-океанами».
Но это собственное в наше время имя реки было некогда на¬
рицательным словом, обозначавшим воду, реку, озеро и пр.
Точно так же и слова (не названия, а именно слова)
«дон», «днепр», «Днестр» первоначально означали одно и то
же: река, вода.

Десятки рек Северного Кавказа носят имена с одинако¬
выми окончаниями: Хазнидон, Урсдон, Ардон, Фиагдон,
Гизельдон и др. Слово дон по-осетински и означает «река»
или «вода».
Но названий рек с такими словами, как «Днепр»,
«Днестр», «дон», «дунай», мы не встретим ни на севере на¬
шей страны, ни в Сибири, ни на Дальнем Востоке, ни в Сред¬
ней Азии — там живут народы, в языках которых понятие
воды обозначается совсем иными словами. Только в истории
реки Дуная встречается восточное слово «Узу» или «Усу» —
так называли Дунай много сот лет назад. Это словечко при¬
шло сюда в период монгольского нашествия, когда милли¬
онные орды степных народов ворвались на просторы Восточ¬
ной и Западной Европы.
На территории от Дальнего до Ближнего Востока поня¬
тия «вода» или «река» обозначают иными словами-терми¬
нами: в Китае — шу, в Тибете — чу или что, в Средней
Азии — чу и су... Как видите, термины почти всюду
схожие. Правда, произносятся они немного по-разному, но
это зависит от фонетических особенностей того или иного
языка. Монгольский термин «усу», «уса» или «ус» можно
встретить на юге Красноярского края, где река Ус впадает
в Енисей близ селения Усть-Уса.
Сотни рек, ручьев, горных потоков на Кавказе, в Казах¬
стане, в среднеазиатских республиках называются именами,
в состав которых входит термин «су»: Карасу, Сарысу,
Аксу, Кызылсу и т. п.
А сколько на географической карте рек, в названия ко¬
торых включен термин «чу»: река Чу на Тянь-Шане, Чуя
на Алтае, Чуна, Чуня, Чулым в Сибири.
На западе нашей страны бытует другой термин — упа
или упе. По-латышски и по-литовски это слово означает
«река». Так называется и одна из рек бассейна Немана. Там
же, в Прибалтике, есть реки Мелнупе и Зилупе. Река Упа
протекает и через город Тулу.
В Карелии и на Кольском полуострове много рек вклю¬
чает в свои названия термин «йоки»: Тулема-Йоки, Който-
Йоки — в Карелии, Яури-Йоки, Йоканга — на Кольском
полуострове. Йоки — по-фински «река», «поток».
Названия многих рек, протекающих на северо-востоке
Европейской части нашей страны, оканчиваются на «ва»:
Лысьва, Кожва, Сосьва, Яйва... Особенно много названий
рек с таким окончанием встречается в бассейне Камы. Там
живет народ коми, на языке которого ва означает «вода»
57

и «река» : Айва — «Мужская река», Иньва — «Женская
река», Вильва—«Новая река», Койва—«Птичья река»,
Сылва — «Талая вода». . .
По мнению некоторых ученых, слова-названия «Ока»,
«Вятка», «Кама» также означают реку или воду.
На юге, за Кавказскими горами, географические назва¬
ния голубых дорог включают в себя термины «чай», «цхали»
и «су». Первый термин (тюркского происхождения) чаще
всего встречается в Армении, второй — в Грузии, третий —
в Азербайджане. В Средней Азии можно познакомиться
еще с одним термином — аб, пришедшим из иранского язы¬
ка и означающим все ту же воду. В Таджикистане этот
термин звучит как об, и таджики вообще «окают»: они
произносят не Таджикистан, а Тоджикистон, не Ленинабад,
а Ленинобод.
Вот сколько различных терминов, обозначающих поня¬
тие «вода», «река», «поток», «влага», можно встретить в гео¬
графических названиях нашей страны. Все эти термины
были когда-то живыми, обиходными словами, такими же,
как в наши дни являются «су» у азербайджанцев, туркме¬
нов, татар, узбеков, киргизов или «об» у таджиков.
Но одно тысячелетие сменялось другим, поднимался уро¬
вень культуры человечества, языки народов становились бо¬
гаче, точнее, выразительнее — и географические названия
стали разнообразнее и точнее. Одним только словом «вода»,
которое включало в себе все, что связывалось с водой, уже
нельзя было обойтись. Ведь после того как человек приучил
животных и стал передвигаться со своими стадами с места
на место, после того как он увидел другие реки и озера, ему
понадобились новые слова, чтобы отличать одну реку от
другой и одно озеро от другого. А затем, когда пастуше¬
ские племена начали переходить от кочевого образа жизни
к оседлому, когда появилось земледелие, то слово «вода»
оказалось слишком всеобъемлющим — оно не давало пред¬
ставления, о чем именно идет речь: о большой ли реке или
маленькой речушке, о ручье или водопаде, об озере или
море.
Ведь голубые дороги могли быть разными: одна река
широкая, полноводная, глубокая, с пологими и твердыми
берегами, другая — узкая, извилистая, мелкая, с крутыми,
обрывистыми или болотистыми берегами; в одном ручье
текла хорошая пресная «сладкая» вода, в другом — невкус¬
ная, соленая, а может быть, даже и горькая; одно озеро
было большим и длинным, другое — маленьким и круг-
58

лым... Так появлялись у людей всё новые и новые слова,
несущие те или иные топонимические понятия.
Большая часть названий, связанных с голубыми доро¬
гами, заключает в себе понятие воды, влаги. Внешнее раз¬
нообразие этих названий объясняется только тем, что одно
и то же понятие выражено на многих языках, хотя народ,
приходивший на смену предыдущим хозяевам территории,
чаще всего принимал уже существующие географические на¬
звания, а не названные еще реки, озера и другие географи¬
ческие объекты он называл именами на своем языке. Бла¬
годаря этим топонимам, дошедшим до наших дней, ученые
могут изучать историю страны, даже если она не была запи¬
сана местными летописцами.
На небольшой территории Молдавской ССР, основное на¬
селение которой составляют молдаване, побывали в свое
время скифы и греки, сарматы и римляне, готы и гунны,
славяне и мадьяры, печенеги и половцы, турки и ногайцы...
А в начале XIX века в Молдавию и Буковину стали пересе¬
ляться русские, болгары, гагаузы, немцы, албанцы и пр.
Естественно, что на этих землях можно встретить множе¬
ство разноязычных географических названий — из ста два¬
дцати трех рек семь рек носят тюркские названия, две¬
надцать — венгерские, двадцать три — молдавские, а у се¬
мидесяти четырех рек имена славянские... Сопоставив эти
цифры, можно без труда установить, кто дольше всех жил
на этих землях и дал свои имена голубым дорогам.
С древнейших времен люди селились по берегам рек.
Реки были самыми удобными путями сообщения — их не
нужно было ни прокладывать, ни мостить, ни чинить. Они
выводили человека из самого дремучего леса. По реке, те¬
кущей меж непроходимых болот, он добирался до удобной
земли. Голубые дороги служили человеку круглый год —
зимой и летом, весной и осенью, выходя из строя лишь на
короткие дни половодья или долгие недели ледостава.
В районах первоначальных прибрежных поселений и вы¬
растали крупные города.
Так поднялись Киев на Днепре и Новгород у истока
реки Волхов, близ озера Ильмень. В устье реки Великой, от¬
куда вытекает Нарва, бегущая к Балтийскому морю, возник
древний Плесков, который потом превратился в Псков.
Архангельск построили у выхода Северной Двины в Белое
море, Астрахань — в дельте Волги. Рига стоит у впадения
Даугавы (или Западной Двины) в Балтику. Нижний Новго¬
род (нынешний Горький) раскинулся на берегах Оки и Вод-
69

ги, там, где сливаются
эти две реки. Да и Москва
тоже ведь возникла на
реке, от которой и полу¬
чил свое название наш
великий город.
Имена рек часто со¬
храняются в названии
города даже в том слу¬
чае, когда эта река исче¬
зает, то есть иссякает
или прячется в трубу под
землю, и когда река, ме¬
няя течение, уходит от
города или же когда сам
город «уходит» от реки,
давшей ему свое имя, как это случилось с Оренбургом.
Город этот был основан в 1735 году в устье реки Орь, при
впадении ее в реку, которая тогда называлась еще рекой
Яик. А имя реки Орь, как полагают географы, произошло от
тюркского слова «ор», что означает котловину, яму.
Оренбург основали как пограничную крепость для за¬
щиты русских земель от нападения кочевников. Но место¬
положение города — в низменной, открытой местности —
было выбрано неудачно. Никакого страха кочевникам эта
крепость не внушала, и четыре года спустя ее решили пере¬
нести на новое место — значительно ниже по течению Яика,
Там, где стоял Оренбург, осталась небольшая Орская кре¬
пость, вокруг которой и вырос впоследствии город Орск.
Вторично Оренбург поднялся на Яике, у Красной горы,
примерно в двухстах километрах к западу от Орской кре¬
пости. Но и новое место тоже оказалось неудачным. Три года
спустя Оренбург перенесли еще дальше на запад и заложили
город в третий раз, на высоком берегу Яика, в восьмидесяти
километрах ниже по течению. Здесь он стоит и поныне.
Перечислить все населенные пункты, названные по име¬
ни рек, на берегах которых они выросли, невозможно: таких
населенных пунктов множество.
Возьмем, к примеру, названия, начинающиеся только на
букву «В».
Васильсурск Горьковской области основан в XVI веке,
при великом князе Василии Ивановиче, на реке Суре. Вна¬
чале он носил имя Васильев-Новгород, позже — Васильгород
или просто Василь, и, наконец, стал Васильсурском.
60

Вольск Саратовской области... Название города произо¬
шло не от слова «воля» или «вольница», а от имени великой
русской реки. Некогда город этот называли Волгском, потом
Волжском, но звуки «г» и производный «ж» не удержались
в названии. А в наши годы на памяти юных читателей на
Волге появились города, прямо связанные с ее именем: го¬
род Волжск между Чебоксарами и Казанью, город Волж¬
ский близ Волгоградской гидростанции и город Волгоград,
как называют сегодня старый Царицын.
Волхов Ленинградской области, древний город, где на¬
ходилась таможня для ганзейских судов, идущих в Новго¬
род, получил свое название по имени реки, вытекающей из
озера Ильмень и впадающей в Ладожское озеро.
Варзуга, небольшое селение близ южного берега Коль¬
ского полуострова, названа по имени реки Варзуги, впадаю¬
щей в Белое море.
Волчанск Харьковской области назывался прежде мес¬
течком Волчьи Воды, по имени реки Волчьей.
Городок Ванч на Памире получил свое название от имени
реки Ванч (приток Пянджа), в который впадает и река Вахш.
На этой реке есть город, также носящий имя Вахш.
Город Вентспилс в Латвии стоит в устье реки Вента.
Пиле — по-латышски «город», и в республике можно встре¬
тить много названий городов с таким же окончанием:
Екабпилс, Крустпилс, Вальдемарпилс и пр.
А город Ветлуга и поселок Ветлужский? Они стоят на
берегах Ветлуги, Вилюйск и Вилючан — на реке Вилюй, где
расположен еще и Верхневилюйск, Витим стоит на реке Ви¬
тиме — притоке Лены, Витебск — на реке Витьбе...
Река может дать название не только населенным пунк¬
там. Сибирский город Верхоянск возник на реке Яне, в том
месте, откуда река становится судоходной. Ниже по течению
Яны, на правом ее берегу, стоит поселок Янский, еще ниже,
за Янскими порогами, река пересекает Яно-Индигирскую
низменность и впадает в Янский залив моря Лаптевых.
Вот сколько географических названий может быть рож¬
дено одной голубой дорогой.
НАЗВАНИЯ-ПОДСКАЗКИ
Если подчас трудно разгадать происхождение названия
какой-либо реки, то установить местоположение некоторых
населенных пунктов именно на этой голубой дороге не пред-
61

ставляет никакого труда: в самом географическом названии
этого пункта уже хранится точная подсказка.
В списке наших городов, сел и деревень существует мно¬
жество географических названий, начинающихся со слов
«верхний», «верхняя», «верхнее», а то и просто «верхне»
или «верхо»: Верхний Тагил, Верхняя Зима, Верхнее Ануй-
ское, Верхние Киги, Верхне-Камчатск, Верхоленск...
Верхний Тагил, разумеется, должен находиться в вер¬
ховьях уральской реки Тагила. Небольшое селение Верхняя
Зима лежит неподалеку от Иркутска, на реке Зима, притоке
сибирской реки Оки. Верхнее Ануйское находится на реке
Ануе, впадающей в Обь. Верхние Киги стоят на берегу реч¬
ки Киги, в бассейне реки Уфы. Название Верхне-Камчатск
можно не объяснять, потому что каждому ясно: местополо¬
жение этого городка — в верхнем течении Камчатки. По
имени этой реки был в свое время назван полуостров Кам¬
чатка. Да и происхождение названия Верхоленска тоже
понятно: город этот стоит в верхнем течении реки Лены.
Но если существует название «верхний» в сочетании
с именем той или иной реки, значит, должны быть названия
населенных пунктов, начинающихся со слов «нижний». Так
оно и есть: ниже Верхнего Тагила по течению реки стоит
один из крупнейших индустриальных центров Урала — го¬
род Нижний Тагил; ниже Верхней Зимы по течению реки
стоит железнодорожная станция Зима; ниже селения Верх¬
него Ануйского есть еще одно Ануйское, не носящее ника¬
кого эпитета, а в самом низовье, у впадении Ануя в Обь,
стоит селение Усть-Ануй. И Верхне-Камчатск тоже не оди¬
нок: ниже его по течению стоит город Средне-Камчатск, а
при впадении реки в Камчатский залив Тихого океана на¬
ходится портовый город Усть-Камчатск. Однако вам не
всегда удастся найти все три «степени» названий населен¬
ных пунктов—«верхнего», «среднего» и «нижнего».
Названия городов Нижне-Колымска и Средне-Колымска
предполагают существование и третьего населенного пункта
на реке Колыме — Верхне-Колымска. Но на карте Восточ¬
ной Сибири по течению Колымы нет такого названия...
И все же мы не ошиблись, потому что на картах прошлого
века такая надпись «Верхне-Колымск» была. Из энциклопе¬
дического словаря Брокгауза и Ефрона издания 1892 года
мы можем узнать, что «Верхне-Колымск — бывший острог
(крепостца), ныне селение Колымского округа Якутской об¬
ласти, лежит при реке Ясачной в 2 верстах от впадения ее
в р. Колыму, в 250 верстах к югу от окружного города; сд-
62

стоит из нескольких домов, в которых числится всего 31 ду¬
ша; церковь, училище, рыбный магазин. Сообщение с Якут¬
ском. .. но путь неудобен по малолюдству и глубоким
снегам». Нет, конечно, ничего мудреного в том, что это селе¬
ние исчезло — оно было, по существу, перевалочным скла¬
дом продуктов для Анадырского и Нижнеколымского остро¬
гов, давно уже переставших существовать.
Слава древнего уральского города, знаменитого некогда
Верхотурья, держалась на том, что через этот город-крепость
проходила главная дорога из России в Сибирь и вся торговля
между Россией и Сибирью. Но к началу прошлого века город
этот, как принято было тогда говорить, «впал в ничтоже¬
ство», потому что к этому времени был проложен новый, бо¬
лее удобный, южный путь в Сибирь. Верхотурье осталось
в стороне от большой жизни: укрепления разрушились, мо¬
настыри, некогда очень известные, были закрыты, исчезли
также богатые «гостиные дворы» для приезжих гостей —
торговцев, скупавших сибирскую пушнину, закрыта была
и знаменитая таможня...
Но вот рядом с Верхотурьем прошла железная дорога,
в шести километрах от города возникла станция Верхотурье,
начали работать лесозавод и предприятия по переработке
сельскохозяйственного сырья. Город зажил сызнова.
Выше по течению Туры, неподалеку от горы Благодать
и города Кушвы, находится один из старейших заводов
Урала — Верхотуринский, основанный в 1735 году. Рядом
с этим предприятием вырос город Верхняя Тура, ниже
по течению реки — еще один промышленный городок, Ниж¬
няя Тура, обязанный своим рождением Нижнетуринскому
заводу... А к северо-востоку, то есть значительно ниже по
течению, стоит город Верхотурье...
Но как может Нижняя Тура стоять на реке выше Верхо¬
турья? Ведь это противоречит элементарной логике. Однако
не торопитесь делать преждевременные выводы. Термины
«верхне» и «верхо», являющиеся частью географического
названия, очень близки по смыслу, но между ними есть ощу¬
тимая разница: если населенный пункт включает в свое на¬
звание географический термин «верхне», то это почти всегда
означает, что на этой же реке должен стоять другой насе¬
ленный пункт, с противоположным термином,— «нижне».
А термин «верхо» не требует противопоставления или каких-
то параллельных названий. К примеру, на реках Яне и
Лене имеются только Верхоянск и Верхоленск, стоящие
ь верховьях этих рек, но нет ни Среднеянска, ни Нижне-
63

ленска. Точно так же и название Верхотурье свидетель¬
ствует о том, что город этот, основанный в 1598 году, в то
время был самым «верхним» городом на реке Тура.
Не очень логичным кажется и название города Верхне-
днепровска. Ведь он расположен значительно южнее Киева,
а столица Украины стоит, как известно, в среднем течении
Днепра. Как же могло возникнуть такое бессмысленное на
первый взгляд название города? . .
Но и в появлении этого названия не было никакой бес¬
смыслицы. Город для своего времени назвали правильно.
Ведь деление Днепра на верхний и нижний Днепр исчезло
только после окончания постройки грандиозной плотины
Днепрогэса, уничтожившей знаменитые Днепровские пороги.
Они разделяли главную реку Украины на две самостоятель¬
ные части: на Верхнеднепровскую — от истока до города
Екатеринослава (ныне Днепропетровск) и Нижнеднепров¬
скую — от города Александровска (сейчас Запорожье) до
Черного моря. Порожистая полоса реки между Екатерино-
славом и Александровском, тянувшаяся на сотню с лишним
километров, являлась непреодолимым препятствием для су¬
доходства. Следовательно, наши предки не сделали никакой
ошибки, назвав город Верхнеднепровском. Это название слу¬
жит напоминанием о недавнем прошлом Днепра, лишь в го¬
ды советской власти превратившегося в главную «голубую
магистраль» Украины.
Не было сделано ошибки в названии Верхнеднепровска
еще и потому, что в те времена неподалеку от устья Днепра,
на левом берегу реки, как раз напротив города Херсона,
стоял городок Днепровск, или Алешки. Сейчас он называется
Цюрупинском — в честь А. Д. Цюрупы, видного деятеля
Коммунистической партии Советского Союза. Откуда пошло
название Алешки, мы расскажем в другом месте, а здесь
сообщим только, что официальное имя Днепровск, навязан¬
ное царским правительством, никак не принималось на¬
селением, которое упорно продолжало называть уезднъиг
городок старинным именем Алешки. И правительство вы¬
нуждено было вернуть городу его прежнее имя, сохранив за
уездом название Днепровского.
А вот еще одна небезынтересная страничка истории.
Кто из вас не слышал о реке Урал, на которой стоит зна¬
менитый город Магнитогорск, один из индустриальных пер¬
венцев наших пятилеток, выросший у подножия горы Маг¬
нитной? А выше Магнитогорска, почти у самого истока
реки, находится город Верхне-Уральск.
64

Имя реки Урал носит не только этот город, но и селение
Уральск, стоящее неподалеку от горы Вишневой, а также
город Уральск, нынешний центр Западно-Казахстанской об¬
ласти. Но населенных пунктов с этими именами до 1775 года
не существовало, как не существовало и реки Урал.
Мы уже знаем, что переименовать реку не так-то просто,
особенно реку большую. А длина реки, о которой идет речь,
достигает почти 2400 километров.
И все-таки река потеряла свое имя и приобрела новое,
которое сегодня звучит для нас так естественно, будто оно
было извечным ее именем.
Прежде река Урал называлась Яиком, Верхне-Уральск —
Верхне-Яицком, а город Уральск — Яицким городком.
В царствование Екатерины Второй на юго-востоке Рос¬
сийской империи вспыхнуло восстание. Оно началось на по¬
граничной реке Яик, где были поселены яицкие казаки. Не¬
однократно бунтовавшие против своих старшин, они и соста¬
вили основное ядро повстанцев, во главе с Емельяном Пуга¬
чевым. Центром восстания служил Яицкий городок — одна
из крепостей на реке Яике.
Крестьянская война окончилась поражением народа.
Руководителей восстания подвергли страшным пыткам и
предали мучительной смерти. Тысячи повстанцев были
убиты, искалечены, сосланы на вечную каторгу. Казнен был
и Емельян Пугачев.
Но война, в которую втянулись огромные массы обездо¬
ленного крестьянства, угнетенных «инородцев», работных
людей уральских заводов и казачества, бывшего пружиной
восстания, оставила глубокий след в народе, впервые осо¬
знавшем свою силу. Эта война поколебала устои дворян¬
ского государства, и Екатерина Вторая, пытаясь стереть
память о народном восстании, приказала забыть о том, что
существовал когда-то мятежный городок Яицкий, получив-
1^.хй имя свое от реки, на берегах которой жили «смуть¬
яны» — яицкие казаки. После разгрома восстания было
приказано забыть все, что могло напомнить о Пугачеве,
о месте восстания, о мятежной реке... И с 1775 года по ве¬
лению императрицы реку Яик стали называть Уралом, го¬
родок — не Яицким, а Уральским, казаков — не яицкими,
а уральскими. И Верхне-Яицк тоже утратил свое имя. Его
переназвали Верхоуральском, а затем Верхне-Уральском.
Наряду с географическими терминами «верхне» и
«нижне» существует другая схожая пара—«северо» и
«южно». На Уральском хребте, к примеру, расположены
5 И. Сергеев
65

города Североуральск, Среднеуральск и Южноуральск, а на
Курильских островах в Тихом океане — Северо-Курильск на
острове Парамушир, Курильск на острове Итуруп и Южно-
Курильск на острове Кунашир.
Названия населенных пунктов, выросших у выхода рек
в океан или при впадении одной реки в другую, в старину
чаще всего начинались с термина «усть». Таких названий
множество: Усть-Цильма, Усть-Ухта, Усть-Баргузин, Усть-
Оленек либо просто Устюг, Устюжна или совсем уж про¬
сто — Устье.
Взгляните на карту, ивы увидите, что город Усть-Цильма
стоит в устье реки Цильмы, впадающей в Печору; город
Усть-Ухта находится у слияния Ухты с Ижмой; Усть-Бар¬
гузин — на Байкале при впадении в озеро реки Баргузин;
станица Усть-Лабинская — на берегу реки Кубань, напро¬
тив впадения в нее реки Лабы; Усть-0ленек—на берегах
реки Оленек, впадающей в Ледовитый океан...
Все географические названия с термином «усть» как бы
сообщают точный адрес населенного пункта.
Иногда этот адрес дается в сокращенном виде: Устюг
или Устюжна. Город Великий Устюг был построен на реке
Сухоне при слиянии ее с рекой Югом и от этого получил
название Устьюг. Позже мягкий знак выпал из начертания,
и вместо двух слов образовалось одно. То же произошло и
с названием города Устюжна, стоящем в устье реки Ижина
при впадении ее в Мологу.
Казалось, все это дает нам возможность вывести топони¬
мическое правило, по которому происхождение названия
населенного пункта с приставкой «усть» объясняется его
местоположением у впадения одной реки в другую.
Но, как говорят, нет правила без исключения, и таким
исключением служит город Усть-Каменогорск на северо-вос¬
токе Казахстана, расположенный на небольшой горной реч¬
ке Ульбе, впадающей в Иртыш. Однако населенный пункт
этот первопоселенцы назвали не Усть-Ульбинском, а Усть-
Каменогорском. Они поставили свои первые дома на берегу
горной реки, прорвавшей каменные теснины и вырвавшейся
на иртышский простор. Это действительно город в каменном
устье.
Не обходится, конечно, и без курьезов. На географиче¬
ской карте Средней Азии между Каспийским и Аральским
морями тянется крупная надпись: Плато Усть-Урт или,
как пишут на картах последних изданий, Устюрт, хотя
здесь нет ни одной реки, а следовательно, нет и устьев. Через
66

это плато, представляющее огром¬
ную плоскую возвышенность, ка¬
захи перегоняли стада на зимние
пастбища полуострова Мангышлак,
или точнее Мынг-кишлак, что озна¬
чает «тысяча зимовий» (мынг —
«тысяча», кишлак — «зимовье»,
«селение»). С древних времен он
славился своими пастбищами и
родниками с пресной водой. Это
обилие и выражено в названии ме¬
стности, которая может дать приют
тысячам зимовий или поселений.
Казахи называли обширное
плато просто: «ыстюрт»—равни¬
на, плоская земля, горизонт. Но
русские топографы и картографы
записали это непонятное слово
обычным термином, к которому
они привыкли за свою многолетнюю
практику. Еще в конце прошлого
века некоторые русские географы
предлагали исправить ошибку, но
неправильное название до сих пор
осталось на географических картах
Средней Азии.
реках-тезках
В нашей стране насчитывают
свыше ста сорока тысяч больших
и малых рек. Если каждой из них
отвести только одну строку для
имени реки с ее адресом, получит¬
ся примерно двадцать книг такого
же объема, как эта.
5*

Трудно представить себе, чтобы у каждой из этих рек
было свое собственное, неповторимое имя. Да и откуда взять
столько разных имен, если такого количества слов нет во
всем нашем словаре? Значит, названия рек неизбежно по¬
вторяются, так же как повторяются имена людей. Попро¬
буйте в любом городе навести справку, сколько в нем жи¬
вет Ивановых, Петровых или Сидоровых. Вам тут же пред¬
ставят длинные списки тезок не только по фамилиям, но
и по именам и по отчествам.
Немало таких тезок встретится нам и в списке рек. Рас¬
кроем обычный школьный «Атлас СССР», первую половину
которого занимают географические карты нашей родины, а
вторую — указатель географических названий, включаю¬
щий в себя все слова, нанесенные на карты атласа.
Открыв указатель, напечатанный убористым шрифтом,
мы столкнемся с целыми сериями совершенно одинаковых
названий.
Аксай... Реки с таким именем текут на Северном Кав¬
казе, и одна из них впадает в Каспийское море, а другая —
в реку Дон. Ее тезки есть и в Южном Казахстане и в Восточ¬
ной Киргизии... Это имя носят не только реки, но и насе¬
ленные пункты: в Иссык-Кульской области Киргизской
ССР, в Волгоградской и в Ростовской областях, где на Аксае
стоит станица Аксайская.
Вслед за Аксаями идут реки с названиями «Аксу».
Имена Аксай и Аксу звучат по-разному, но смысл их
тот же самый, так как оба термина, составляющие эти на¬
звания, сай и су, обозначают одно и то же: «вода», «река»,
«поток».
Река Аксу есть в Азербайджане, к западу от Шемахи, и
на этой реке стоит селение Аксу. Есть такая же река в Ка¬
захстане, где она впадает в озеро Балхаш, и на ней тоже
стоит аул Аксу.
В Северном Таджикистане река Аксу — приток Сыр-
Дарьи, в Киргизии Аксу есть в Ошской области, а еще две
реки с таким же именем стекают с Киргизского хребта: ко¬
ротенькая Аксу — на юг, в реку Сусамыр, и очень длинная
Аксу — на север, в реку Чу.
Еще чаще встречаются на карте реки и селения с назва¬
нием Карасу. В «Атласе СССР» таких названий шестна¬
дцать! И тут же стоят несколько рек и селений с именем
Карасай...
Множество речных названий включают в себя равнознач¬
ные термины «су», «сай», «чай», «чу», «дон», «об»; Оби*

хингоу и Сурхоб в Средней Азии, Чусовая на Урале, Гизель-
дон на Северном Кавказе. ..
Термин «су» встречается на огромных пространствах —
от Молдавии, Крыма и Кавказа до Кореи. Термин «чай» мы
увидим и в Армении — в названиях рек: Арпачай, Дебеда-
чай, Базарчай, Охчичай; и в Азербайджане — Дзегамчай,
Куракчай, Агричай; и по другую сторону Кавказского хреб¬
та, в названиях северокавказских рек — Гюльгерычай, Чи-
рахчай, Ахтычай... Термин «сай» встречается как на запад¬
ном побережье Каспийского моря, так и по ту сторону Кас¬
пия — в Туркмении, в Узбекистане, в Казахстане, в Кирги¬
зии, где он чаще всего обозначает не реку, а сухое русло,
овраг, ущелье, а иногда и горный поток: Кызылсай, Сардак-
сай в Фергане, Абширсай, Джингилсай, Тюгельсай в Север¬
ной Киргизии, Серкесай, Гавасай, Конылысай в Южном
Казахстане...
Все эти названия состоят как бы из двух слагаемых.
Одно из них означает «вода», «река», а второе —
пояснительное определение: ак—«белый», кара—«чер¬
ный», кзыл и сурх— «красный», арпа— «ячменный» и пр.
Многие названия словно определяют характер реки или
свойства ее воды: Тихая, Бурная, Спокойная, Узкая, Глубо¬
кая, Широкая или Сладкая, Соленая, Горькая, Грязная,
Гнилая... Иногда эти названия встречаются в несколько
видоизмененной форме: Тихонькая, Солёнка, Горчавка,
Гнилушка, Тухлянка... Множество рек приобрело одни и те
же названия по геологическим признакам, то есть глини¬
стым, меловым, торфяным, песчаным, каменным и прочим
берегам. По этим же признакам или по названиям самих
рек получили имена населенные пункты. В «Атласе СССР»
упомянуто более семидесяти названий, связанных со словом
«камень», а названий «Каменка» насчитывается свыше
тридцати!
Не следует, конечно, забывать, что такие же названия-
тезки, обозначающие те же понятия, имеются в языках и
других народов, населяющих нашу страну.
Рядом с названиями рек-близнецов упомянем и «оку».
Название это дается с маленькой буквы, как нарицатель¬
ное, а не собственное имя, потому что с давних пор оно
означает такое же понятие, как «су», или «аб», или «ва».
Кто не знает реку Оку, соединяющуюся с Волгой у го¬
рода Горького, ту самую Оку, в которую впадает река Моск¬
ва? Но эта Ока не единственная. Ока есть и в Башкирии —
это приток Уфы. Есть Ока и в Сибири — многоводна^

река, впадающая в Ангару выше города Братска. Один из
строителей знаменитой Братской гидростанции, уроженец
Калуги, говорил мне смеясь: «Вырос я на Оке, потом уехал
в Башкирию, где много лет жил на Оке, а сейчас работаю
в Сибири, и тоже на Оке».
Немало тезок есть и у речек, носящих такие имена, как
Лука, Лужа, Моча, Ляга, Ряса, Поча, Прорва, Курья...
Эти имена закреплены, как правило, за небольшими, корот¬
кими притоками более значительных рек, и каждое из них
отражает в себе определенное понятие, связанное либо с са¬
мой рекой, либо с окружающей местностью.
Так, например, слово «лука» означает длинную излу¬
чину, дугу, залив или мыс, то есть полуостров, образуемый
поворотом реки. Это слово стало названием многих неболь¬
ших речек вроде речки Луки, впадающей в реку Мологу.
А по мысам и излучинам получили имена многие географи¬
ческие пункты: Самарская Лука на Волге, город Великие
Луки, селения Лука, Прилуки. От этого понятия родилось и
слово «лукоморье» — излучина морского берега, залив.
Название «Прорва» происходит оттого, что река или
озеро размывает и прорывает берег, рождая новую речку,
рукав или пролив. И речек и селений с такими названиями-
тезками тоже много. К ним относятся и многочисленные
Перервы. Селение, с именем Перерва стоит на Москве-реке.
Слова «лужа», «моча», «ляга», «поча», «ряса» по смыслу
очень близки друг к другу: все они означают болотистое
место, сырую низину, влажную лужайку. Речушки с этими
названиями встречаются на севере, в центральных областях
РСФСР, в Западной Сибири. По названиям этих рек или
просто по характеру местности получили имена и многие на¬
селенные пункты. Селений под именем Лужки или Лужа
мы встретим на карте не меньше чем населенных пунктов
с названием Горки.
Иногда эти слова без изменения входят в название как
его составная часть: речка Мочалейка и селение Мочалей
на Средней Волге. А иногда слово искажается настолько, что
его сразу и не определишь. Так, названия городов Ряжск и
Зарайск Рязанской области происходят от речек с имена¬
ми Ряса, которых в области около десяти. Одно из селе¬
ний на речке Раковая Ряса так и называется «Рясы», но
в названии Ряжск (он вырос на месте Рясского поля) не
сразу определишь исток этого имени. А название Зарайск,
как предполагают некоторые ученые, означает, что город
этот стоит за рекой Ряса, то есть является Зарясском,
70

Слово «курья» означает речной залив, заводь, глухой
рукав. Обычно это слово служит на севере нашей страны для
определения безымянных маленьких речек и речных про¬
токов, превращающихся летом в неглубокие озерца. И толь¬
ко в Вологодской области оно обозначает широкие и глубо¬
кие места на реке. Названия речек Курья, Курка, Курейка
встречаются на огромных пространствах — от Карелии до
Колымы. И названия многих селений повторяют имена
речек или же заливов: селения Курья в Удмуртии, на
Алтае, в Восточной Сибири, селение Закурья в Курган¬
ской области. Город Шенкурск, стоящий на реке Шеньге,
получил свое имя от этой реки и от курьи.
На определенных территориях встречаются много назва-
ний-тезок с одинаковым значением, соответствующим смыс¬
лу терминов «су», «аб», «чай» и др.
В республике Коми понятие речки или ручья, по кото¬
рому можно пройти на лодке, выражается словом «ю» или
«юг». Отсюда и названия речек: Тар-ю, Нямда-ю, Кява-ю,
Юг и пр.
На языках народов, живущих в соседнем с республикой
Ханты-Мансийском национальном округе, речка по-мансий-
ски называется «я», по-хантски—«юган» или «еган». От
этих слов и пошли такие названия речек, как Волья, Ня-
ланья, Усья или Мую-Юган, Нес-Юган, Васюган, Куль-
Еган...
У ненцев, обитающих севернее, понятие речки обозна¬
чается словом «яха», откуда и родились названия неболь¬
ших рек Сеяха, Саояха, Хэйяха, Хейгияха, впадающих
в бассейн Северного Ледовитого океана.
Эвенки пользуются для обозначения понятия «вода»
словом му или муя. Этот термин уже встречался в назва¬
нии Мую-Юган и встречается в названиях Муя, Муякан,
Муясын и др.
Якуты переводят слово «река» словом юрех, а «речка» —
юрягя. Отсюда и названия Аян-Юрях, Буор-Юрях, Кучу-
гур-Юрягя...
Но иногда водные потоки называются только основным
словом — Ю, Я, Юган, Яха, Муя, Юрях... Эти названия,
по существу, тоже безымянки, потому что они означают
просто воду, речку, реку. И таких названий-тезок на подроб¬
ных географических картах мы встретим очень много.
Точно так же, как немало тезок есть и у таких названий,
как «Безымянная»: речка Безымянная, озеро Безымянное,
поселок Безымянный...
71

Именно из-за таких повторов почти все наши реки и по¬
лучили собственные имена.
За словечком «почти» скрываются многие тысячи рек,
у которых нет даже такого имени, как Безымянная. Они
попросту безымянны и ожидают, когда их наконец на¬
зовут.
Разноцветные потоки
Река Белая... На этой реке стоит столица Башкирии —
Уфа. Белая течет по земле Донецкого бассейна. Белая рож¬
дается и на западных вершинах Кавказа, протекая по Крас¬
нодарскому краю. Белая — это приток знаменитой Ангары,
составляемый двумя речками — Большой Белой и Малой
Белой, вытекающими с горных хребтов Бурятской АССР.
Две речки Белые впадают в Обь на Алтае. Белую мы встре¬
тим и в бассейне Иртыша в Северном Казахстане, и в Яку¬
тии, и в Магаданской области.
Можно назвать еще тридцать или сорок мест, по кото¬
рым текут реки Белые.
Есть у нас в стране реки Светлые, Темные, Желтые, Крас¬
ные, Синие, Голубые, Розовые, Черные... Последних такая
масса, что каждый из вас может назвать какую-нибудь лич¬
но ему известную Черную речку...
Иногда «цветное» название реки скрыто для нас за не¬
русскими словами: «ак», «кара», «сары», «кызыл» и др.
Термины «ак», «кара» и «кызыл» нам уже встречались:
географических названий, включающих в себя эти термины,
насчитывается многие сотни. Сары означает «желтый».
Все эти термины тюркского происхождения. Для татар,
азербайджанцев, туркменов, узбеков, казахов, киргизов,
башкир, якутов, тувинцев, каракалпаков и других народов,
говорящих на тюркских языках, слова «кызыл», «кзыл» или
«кизил» несут понятия красного цвета. У народов иранской
языковой группы, к которым принадлежат таджики, оно
определяется словом «сурх». А у отдельных народов За¬
кавказья, Северного Кавказа, прибалтийских республик,
северных и сибирских народностей этот же термин звучит
по-своему: у латышей—«сарканс», у ненцев — «нарьян»,
у бурятов — «улан» и пр.
По землям Прибалтики текут Черная река и Голубая
река — Мелнупе и Зилупе, с которыми мы уже встречались,
расшифровывая окончания этих названий — упе, что по-
латышски и литовски означает «река». Латышские слова:
72

желне значит «черный», зиле—«голубой», а балтс—«бе¬
лый». По-литовски белый — балтас. От последнего «цветно¬
го» прилагательного и родилось имя Балтийского моря.
Определенный цвет, закрепленный в названии той или
иной реки, дан ей не зря. В среднеазиатских республиках,
особенно в пустынных областях, где очень много засоленных
почв, термин «ак» обычно свидетельствует о том, что вода
в «ак-реке» белая, светлая, чистая, то есть пресная, годная
для питья, потому что истоки этих рек чаще всего лежат вы¬
соко в снежных горах. Истоками «кара-рек» являются род¬
ники, грунтовые источники, то есть черная земля, а не
белоснежные горные вершины.
У белых рек быстрое течение, у черных — медленное, по¬
рой совсем неприметное. Много наших русских Черных рек
течет по болотам, и воды этих рек действительно черны из-за
перегнивших органических веществ. Черные речки обычно
текут очень медленно, а порой и вовсе останавливаются
в своем течении. Этим же именем нередко называют ста¬
рицы — старые русла рек, превратившиеся в длинные озера,
сообщающиеся с рекой лишь в половодье. «Черными» назы¬
вают и незамерзающие речки, которые и в самом деле ка¬
жутся черными, когда их берега покрыты снегом.
В горных областях цветное название реки или потока
иногда определяется истинной окраской воды, несущей
в себе растворенные частицы каких-то минералов: красный
или рыжеватый цвет воды объясняется наличием в ней же¬
леза или иных окрашивающих воду горных пород, голубой
или зеленоватый — меди, желтый — глинистых или песча¬
ных пород, и т. д. Одна из памирских рек, рождающихся
в Киргизии, носит имя Кзыл-су, но, когда эта же река вхо¬
дит в пределы соседнего Таджикистана, ее называют здесь
Сурхоб. «Цветное» имя река получила за кирпично-крас¬
ную окраску воды, от размываемых ею красно-цветных гор¬
ных пород.
Во время своих путешествий мне не раз приходилось на¬
блюдать, как одна и та же горная река на своем протяже¬
нии много раз меняла цвет воды. В нижнем течении боль¬
шинство рек обычно окрашено в неопределенный бурый
цвет, выше по течению они могут быть красными, голубы¬
ми, зелеными, желтыми, синими... Иногда эти цвета уди¬
вительны по своей яркости и чистоте. Такие разноцветные
потоки особенно часто встречал я на Памире в бассейне Оби-
хингоу. Мне всегда казалось, что где-то выше по течению
горной реки работает какая-то химическая или текстильно
73

красильная фабрика. Все эти многоцветные ручьи, включая
и такой цвет, как молочный, полученный ручьем от ка¬
ких-то светлых горных пород, придавали реке мутность,
которая и отразилась в названии Обихингоу (хингоу —
«мутный»).
Точно так же и термин «сары», откуда и родились бес¬
численные Сарысу, закрепляется обычно за потоками, окра¬
шенными либо глиной, либо лёссом в желтый цвет. Поэтому
в горах, в каменных ущельях мы почти не встретим рек
с термином «сары». Обычно эти реки текут по подгорным
равнинам, по степям или полупустыням, неся в своих водах
взвешенные частицы глины, лёсса или песка.
Но глинистые, мутные, грязные среднеазиатские реки не
всегда называются по цвету своей воды: в Кара-Кумах есть
колодец, по имени Лайлы, в Казахстане течет речка Лай¬
ла, в Таджикистане в обиходе слово «лайаб», в Узбекиста¬
не — «лайсу», в Киргизии — «ылай».. .
«Лай» — это мягкая глина, глина с песком, жидкая
грязь, остающаяся на дне колодца. «Лайсу» — это мутные
паводковые потоки. «Лайаб» — глинистые отложения на бе¬
регах речек. «Ылай» — мутная вода, грязь. К этим терминам
относят и близкий им по звучанию термин «лайда», обо¬
значающий иловатую прибрежную мель или полосу, обсы¬
хающую при отливе. На западе, в Карелии, лайдами назы¬
вают отлогие берега моря, реки или озера, время от времени
покрываемые водой, а на севере и в Сибири — небольшие
пересыхающие озера с мягкими илистыми, торфяными бе¬
регами, маленькие тундровые болотца, не имеющие стока, и
озерца, образованные пересыхающими речками.
ДВЕСТИ ПЯТЬДЕСЯТ ТЫСЯЧ ОЗЕР
Сотни маленьких озер Сибири носят, по существу говоря,
безымянное имя Лайда, а многочисленные маленькие озера
Русской равнины называют просто: Озерко, Озерки, Озерье.
В названиях многих тысяч озер на северо-западе нашей
страны встречается термин «ярви» или «явр», что на языках
финнов, карелов и эстонцев означает озеро, а на юго-
востоке— тюркские термины «денгиз», «тенгиз» или «те-
низ». Многие тысячи озер до сих пор остаются безымян¬
ными. Дать имя каждому из двухсот пятидесяти тысяч
озер просто-напросто невозможно.
74

В нашей стране находится
крупнейшее озеро земного ша¬
ра, которое так велико, что
его по праву величают морем.
С древнейших времен этот
величайший водоем носит
таинственное имя — Каспий¬
ское. Так именовали его зачи¬
натели истории — Геродот,
Плиний, Страбон, хотя в от¬
дельные века оно называлось
по-разному: Гирканским, Хо-
зарским, Хвалынским морем 1
или Хвалисским — по имени
хвалиссов, народа, исчезнув¬
шего так же, как и хозары.
Средневековые писатели име¬
новали его Бакинским мо¬
рем — по имени древнего го¬
рода Баку, а татары — Ак-
Денгиз.
Лишь одно название —
Каспийское — дошло до на¬
ших времен, и под этим именем оно значится на всех геогра¬
фических картах.
Морем издавна называют также и Аральское озеро —
четвертое по величине на нашей планете (второе место зани¬
мает озеро Верхнее в Северной Америке, а третье — озеро
Виктория в Центральной Африке), площадь которого равна
64 тысячам квадратных километров. Из соленых озер после
Каспийского оно самое большое.
Название этого озера происходит от слова арал, что
означает «остров». Сотни островков меж дельтами Аму-
Дарьи и Сыр-Дарьи у юго-восточных берегов и острова в от¬
крытом «море», очевидно, дали ему имя Арал-Денгиза. Его
называют самым синим морем мира. В ясные солнечные дни
вода у берегов Арал-Денгиза похожа на великолепный
жидкий изумруд. Но прозрачно-зеленый цвет ее, едва вы
отчалите от берега, меняется и переходит в удивительный
сине-зеленоватый. Когда же плоские песчаные берега скры¬
ваются из глаз, вода приобретает великолепную по яркости
1 Имя Хвалынского моря было воскрешено в названии волжского
городка Хвалынска, основанного в конце XVIII века на правом берегу
реки, между Сызранью и Саратовом.
75

сапфировую окраску. В первом русском атласе, «Книге
Большого Чертежа», Арал так и назывался Синим морем.
В названия озер, так же как и в названия рек, входят
свои специальные слова. Если для карелов и финнов геогра¬
фическое понятие «озеро» заключено в слове ярей, то азер¬
байджанцы это же понятие выражают словом гель, турк¬
мены — гол и кёлЬу казахи — кол, киргизы и таджики —
кулЬу якуты — кюелЬу тувинцы — холь, ханты — сор, буря¬
ты и монголы — нор и нур.
На географических картах все эти термины сохраняются
в названиях без перевода на русский язык: Каракол,
Аккуль, Кызылнор, Гек-гёль, Иссык-Куль, Шаглытенгиз,
Алтынсор и др. Только в русских названиях слово «озеро»
может помещаться либо целиком — Онежское озеро, Белое
озеро, Чудское озеро, либо в сокращенном виде: оз. Дубовое,
оз. Ольховое, оз. Камышевое и пр.
Разгадка вышепоименованных названий не представляет
большого труда, если вам, кроме терминов, выражающих
понятие озера, известно также и значение другой опреде¬
лительной части названия: «кара», «ак», «кызыл», «сары»,
«гек», «иссык», «алтын». Первые четыре определения вам
уже знакомы: гек значит «голубой», иссык—«горячий»,
алтын и алтан — «золотой».
А почему такие определения закрепились за озерами?
Озеро Гек-Гёль действительно голубое, как летнее небо,
и азербайджанский поэт Самед Вургун называл Гек-Гёль
«королевой озер». Иссык-Куль прозвали горячим за то, что
вода в нем сильно прогревается солнцем и поэтому оно ни¬
когда не замерзает. Алтынсор, Алтанколь, Алтынкуль — это
местные названия живописного Телецкого озера на Алтае.
Название озера произошло от имени народа телеутов или
телесов, обитавших на берегах этого озера.
А происхождение определения «алтын» 1 или «алтан»
объясняли тем, что оно связано либо с названием Алтайских
гор, богатых золотом и другими драгоценными металлами,
либо с рыбными богатствами самого озера, которое на про¬
тяжении многих веков было поистине «золотым» для окру¬
жающего населения.
Попутно можно отметить, что термин «алтын» — «алтан»
встречается не только на Алтае и в соседнем Казахстане —
1 Не путайте с «алты», что по-татарски означает «шесть». Отсюда
и вышедшее из употребления слово «алтын», означавшее монету стои¬
мостью в шесть денежек-полукопеек — три копейки и пятиалтынный —
монету в пятнадцать копеек.
Тб

одна из рек Центрального Казахстана носит имя Алтынсу,
а селение — Алтын-Тюбе, но и гораздо восточнее: Алдан¬
ский хребет и река Алдан в Якутии, где имеется много золо¬
тых приисков, город Алтан-Булак (Золотой Источник)
в Монгольской Народной Республике на границе с СССР —
как раз напротив нашего города Кяхта — и селение Алтан-
Эмэл в северо-восточной части Китая, неподалеку от озера
Далайнор, лежащего близ территории СССР.
Тем же именем Далайнор (что в переводе означает
Святое озеро или Святое море) называют буряты и мон¬
голы «славное море, священный Байкал». Название Байкал
или Бай-Кул на тюркских языках значит Богатое озеро.
Якуты же именуют это озеро по-своему: Баягал, что зна¬
чит «море» или, точнее, «большое озеро»; бай — это не
только «богатый», но также «большой», «обширный».
Близкое по звучанию название соленого озера на запад¬
ном побережье Крыма Бакальское не имеет никакого отно¬
шения к названию Байкальского озера. Словом «бакаль» на
Украине называют небольшие озера, во Владимирской об¬
ласти такое же понятие выражается словами «бакалда»,
«бакалбина», а в Поволжье—«калдоба» и «калдобина»,
что может означать и временное озерко, образовавшееся по¬
сле весеннего разлива, и яму, наполненную водой, и даже
ухаб на дороге.
Русские названия озер, несмотря на кажущуюся их
внешнюю простоту, требуют иногда пристального внимания.
Озеро Долгое в Белоруссии действительно длинное, дол¬
гое: оно тянется на шестнадцать километров, а ширина его
четыре километра. Озера, носящие имена Глубокое, Мелкое,
Круглое, Кривое, могут быть именно такими. Но облик гео¬
графического объекта со временем меняется, а названия
остаются прежними — глубокое озеро может обмелеть, а
круглое — изменить свою форму. Вокруг Дубового, Ольхо¬
вого или Камышового озер давно уж может не быть ни ду¬
бов, ни ольхи, ни камышей, но несомненно они когда-то тут
росли. Название озера Чудского свидетельствует о том, что
на его берегах когда-то жила «чудь» —так в древности на¬
зывали финские племена, обитавшие на огромных простран¬
ствах северо-запада, Предуралья, Урала и Сибири. Географи¬
ческих названий, связанных с именем чуди, на этой обшир¬
ной территории очень много: озеро Чудзьявр на Кольском
полуострове, селение Чудской Бор в Ленинградской области,
Чудская гора под Пермью — в эту гору ушел или, как гово¬
рит предание, «закопался» народ чудь.
77

Очень много озер, иногда совсем маленьких (один-два
квадратных километра), называются Великими. Дело тут не
в том, что эти озера уменьшились, высохли или иссякли.
Слово «великий» в древнерусском языке означало просто
«большой», да и сейчас это значение сохранено в украин¬
ском языке и кое-где в северорусских говорах.
Иногда озером называются заливы. Некоторые из назва¬
ний таких озер долгое время представляли настоящую за¬
гадку. К ним относился и залив Кара-Богаз-гол на востоке
Каспийского моря. Точный перевод этого названия — «Озеро
Черная пасть».
Обычно богаз переводится также словом «горло». Этот
термин, встречающийся в Средней Азии, на Кавказе и в
Крыму, несет в себе понятие прохода: пролива, соединяю¬
щего два водоема, или перевала, связывающего две долины.
Но по какой же причине большой залив Каспия назван
таким странным именем — Черное горло или Черная
пасть? Почему имя пролива — Кара-Богаз — перенесено
на весь залив? Почему залив моря назван «голом», то есть
озером? Почему войти на лодке в залив можно без всякого
труда, а выгрести из залива в море почти невозможно? По¬
чему рыба, занесенная в Кара-Богаз морским течением, по¬
гибает почти мгновенно? Почему смертоносная вода быстро
разъедает железные и даже стальные части кораблей? По¬
чему нельзя утонуть в такой воде? .. Недаром сто лет назад
этот залив называли Заливом Тайн.
Оказывается, ничего таинственного во всех этих удиви¬
тельных явлениях нет: вода в заливе представляет собой
крепчайший рассол, рапу — она до предела насыщена раз¬
личными солями, имеющимися в морской воде. В такой тя¬
желой по удельному весу жидкости, как бы выталкиваю¬
щей погруженное в нее тело, разумеется, не утонешь. Эта
горько-соленая рапа разъедает металлические части кораб¬
лей, и в такой среде рыбы, конечно, гибнут. Из карабогаз-
ской воды выпариванием на солнце или вымораживанием
добывают мирабилит, или, как его называют врачи, глаубе¬
рову соль, а химики — десятиводный сернокислый натрий.
Но в старину люди не понимали физических и химиче¬
ских свойств этой смертоносной воды, в которой росли толь¬
ко удивительные по форме кристаллы. Непонятно было так¬
же, почему море никак не могло напоить этот залив. Что
в сообщающихся сосудах вода должна находиться на одном
уровне, люди знали с древнейших времен, а здесь этот не¬
зыблемый закон явственно опровергался — каспийская вода
78

шла в залив потоком, но уровень ее в заливе оставался преж¬
ним, будто вода уходила в бездонную пропасть.
И людям, всегда стремящимся раскрыть тайны природы,
пришло в голову естественное объяснение: «Если море не
может поднять уровень залива, значит, где-то на дне у него
есть огромная дыра — какая-то широчайшая пасть, в нена¬
сытную глотку которой и проваливается морская вода».
Этой сказке верили многие, и путешественник по Московии
Адам Олеарий всерьез писал о том, что на дне Каспийского
моря существуют пропасти, куда уходит вода.
Поэтому название пролива Черная пасть и перенесли
на весь залив, хотя у него было и второе имя — Аджи-Дарья.
По-туркменски аджи и означает «горький».
Загадку Кара-Богаза раскрыли русские ученые. Они об¬
следовали весь залив и выяснили, что огромная лагуна, глу¬
бина которой не превышала нескольких метров, представ¬
ляет своеобразную гигантскую сковородку. Под палящими
лучами солнца вода тут испаряется значительно быстрее,
чем в колоссальном по сравнению с площадью Кара-Богаза
каспийском водоеме. Поэтому и уровень залива всегда ниже
уровня моря. В результате постоянного выпаривания здесь
ежегодно скапливается столько мирабилита, сколько не мо¬
жет дать даже самый грандиозный химический завод —
ведь полезная площадь этой «естественной лаборатории»
равна почти миллиону восьмистам тысячам гектаров!
Сравнивая географические карты Кара-Богаз-гола, сде¬
ланные в начале нашего века, с последней по времени кар¬
той, можно увидеть, что «пасть» пролива уменьшилась во
много раз и что сегодня Кара-Богаз действительно стал по¬
ходить на озеро. Ведь за последние десятилетия уровень Кас¬
пийского моря понизился более чем на два метра.
Выше мы упомянули второе название Кара-Богаз-гола —
Аджи-Дарья. Озер с подобного рода определением «аджи»
очень много и в Средней Азии и в Закавказье. Озеро Аджи
лежит между Дербентом и Махачкалой, озеро Аджикабул—
к юго-западу от Баку, близ железной дороги, пересекающей
реку Куру, а севернее по течению этой реки — озеро Аджи-
ноур на южных склонах Кавказского хребта. На восточном
побережье Каспия, к северу и к югу от Кара-Богаза, есть
много колодцев с таким же термином в названиях: северо-
восточнее Красноводска — колодцы Яргаджи и Аджигир,
севернее — Кенаджи, Аджилма и Аджи-кую (кую — по-
туркменски «колодец»), а еще севернее, на полуострове Ман¬
гышлак, входящем в состав Казахстана, — колодец Косащи*
79

Казахи произносят «аджи»
как «ащи». На том же Мангыш¬
лаке есть несколько колодцев с
названием Ащи-кудук (кудук —
по-казахски «колодец») и впади¬
на Ащисор, в районе Караган¬
ды — речка Ащиайрык, озера
Ащикуль и Ащилы и множество
речек с названиями Ащису и
Ащиузень...
Вода этих рек, озер и колод¬
цев горько-соленая и непригод¬
на для питья. Но у водоемов с плохой водой есть и дру¬
гие определения: туз, дуз или туе, что на тюркских
языках означает «соль», джаман, жаман или яман —
«плохой, скверный», сасык—«гнилой, вонючий» и др.
Озера Туз, Кобейтуз, Джамантуз лежат в Центральном
Казахстане, и здесь же мы встретим близ железнодорожного
пути от озера Балхаш до Караганды пересыхающие речки
Жаман и Жамансары-су.
Балхаш значит у казахов «болотистое место», «топь».
По-видимому, это имя дано озеру за топкие болотистые юж¬
ные берега, густо поросшие камышом в заливах и в дельтах
рек. Некогда это озеро было соленым не только в своей вос¬
точной части 1 и занимало значительно большую площадь,
соединяясь с солеными озерами Сасыкколь и Алаколь, лежа¬
щими далеко на востоке, у границы с Западным Китаем. На¬
звание озера Алаколь произошло, очевидно, от имени
горного хребта Джунгарского Алатау, у подножия которого
лежит озеро.
С такими же названиями озер мы встречаемся и на юге
Украины и в Крыму, на протяжении многих веков испытав¬
ших сильное татарское влияние. Рядом с озерами и речка¬
ми, носящими имена Соленых, Горьких, Гнилых, стоят на
географической карте Крыма тождественные им названия:
озеро Ачи, озера Аджибайчинское и Сасык-Сивашское, реч¬
ки Сасик и Тузлова, Тузлинская коса, селение Тузлы (Ми-
хайловка) на берегу Сакского озера, прославленного знаме¬
нитым Сакским грязелечебным курортом.
В наше время у Сасык-Сивашского озера осталась только
1 Восточная (узкая) часть Балхаша соленая, западная (широкая) —
пресная. Они соединяются узким проливом Узунарал, образованным
полуостровом Сарыисек.
80

первая часть названия — Сасык. Сивашским же оно назы¬
валось потому, что сиваш означает «мелководный морской
залив, лагуну, впадину или котловину», время от времени
заливаемую морской водой. Сасыкское, Сакское и многие
другие бывшие сиваши на западном побережье Крымского
полуострова давно уже отделены от моря широкими песча¬
ными перемычками-пересыпями и стали настоящими озе¬
рами.
Наиболее известен под именем Сиваша или Гнилого моря
залив на севере и востоке Крыма. Его отделяет от Черного
моря Перекопский перешеек, а от Азовского — узкая сто¬
километровая коса — Арабатская стрелка1. Этот Сиваш
тоже называют озером, и у него есть некоторое сходство
с Кара-Богаз-голом: глубина его еще меньше, он соединен
с морем узеньким горлом пролива, испарение в этом озере
происходит значительно быстрее, чем в Азовском море, и
вода в море во много раз преснее, чем в Сиваше.
Слово «сиваш» бытует только в географических назва¬
ниях районов Черного и Азовского морей. На Севере нашей
страны, у ненцев, коми и удмуртов понятие «озеро» выра¬
жается словами то и ты, у хантов и манси — сор, тор, тур и
лор, у латышей — эзерс, литовцев — эжерас, а на юге —
у грузин — тба, у армян — лич, у молдаван — лак и пр.
И по таким названиям, как Мань-Тур, Церос-Тба, Лад-
То, Тере-Хол, Севлич, Пени-Эмтор, Юро-Ты, Котон-Лор и пр.,
можно сразу же определить, где находятся все эти озера.
Очень часто в названиях озер отражается их величина,
форма, свойства воды и пр. Сибиряки, например, пользуют¬
ся словом «хомутина» для определения озер, имеющих
форму хомута или подковы. В Европейской части РСФСР
для определения круглого по форме озера, котловины, ямы
или расширения русла реки служит древнее слово «ендова»,
как называли в старину большую чашу-посуду для вина,
пива или меда.
На Европейском севере словом «тальник» называют неза¬
мерзающее озеро, а на юге, в степных районах, маленькое
озеро-блюдце носит название «баклуша». Таких баклуш
особенно много в Заволжье и в Барабинской степи, иначе
называемой Березовой из-за множества березовых колков —
небольших рощ, расположенных меж озер.
1 Она получила свое название по имени турецкой крепости Арабат,
взятой русскими в 1771 году.
б И. Сергеев
81

Народы тюркских языков располагают еще многими
более точными озерными терминами: так, в Барабинской
степи есть озеро Урюм. В других районах это слово про¬
износится Ирим, что означает озеро, образовавшееся из-за
пересыхания реки. Поэтому «иримы» или «урюмы» пред¬
ставляют обычно цепочки продолговатых озер. Термин
«копа» служит для обозначения мелкого болотистого озер¬
ка, поросшего растительностью. Термин «хак» или «как»
означает пересыхающее озерко. «Челкар» или «шалкар»
означает большое, но мелкое озеро, а «джалтыр» или «жал-
тыр» — открытое озеро, не заросшее травой. То же понятие
содержат в себе и термины «джаланаш»—голый, открытый,
и «кашка» — лысый. В Казахстане есть несколько озер и
рек с такими названиями. А в названии Жасылкуль или
Джасылкуль термин жасыл значит «зеленый, лазоревый».
Этими именами обычно называются высокогорные озера,
питающиеся водами ледников.
Термины, уточняющие представление о характере озера,
существуют, конечно, у каждого народа. Буряты и монголы
называют озеро с непригодной для питья водой «гуджир»
или «худжир», а мелкое соленое озеро— «цайдам»...
Сотни подобных терминов в сочетании с тысячами по¬
яснительных определений и позволили дать собственные
имена двумстам пятидесяти тысячам озер.
ВОЛОКОВЫЕ ИМЕНА
Названия таких городов, как Волоколамск в Московской
области, Вышний Волочок в Калининской и Волок в Ленин¬
градской областях, так же как названия селений Переволо¬
ки на Самарской луке, Перевоза в Башкирии и в Иркутской
области, Тазовского Волока на севере Сибири содержат
в себе один и тот же смысл.
Все они произошли от глаголов — волочить, перевола¬
кивать, перевозить.
Первый из названных городов можно было бы называть
более точно: «Волок на реке Ламе». Город возник там, где
в древности перетаскивали или волочили посуху суда из
одной реки в другую1. Этим же занимались и в Вышнем
Волочке, и в Волоке, и всюду, где природные условия вы-
1 Позже город был перенесен на другое место, но название его со¬
хранилось.
82

нуждали людей преодолевать сухие перешейки между ре¬
ками, текущими в разных направлениях.
Имя Вышнего Волочка заставляет нас сразу же пред¬
положить, что должен существовать также либо Нижний
Волочок, либо просто Волочок, иначе откуда же взяться
Вышнему Волочку? Но на сегодняшних картах такого на¬
селенного пункта нет. А на старых чертежах мы его найдем:
селение Нижний Волочок в свое время стояло неподалеку
от Боровичей.
Знаменитый путь «из варяг в греки» — из Скандинавии
в Византию — начинался у Финского залива. Отсюда по
короткой, но многоводной Неве суда входили в озеро Нево
(Ладожское), шли вверх по реке Волхову до озера Ильмень,
пересекали его и двигались против течения реки Ловать.
Достигнув верховий Даугавы (Западной Двины), люди пере¬
волакивали суда в Даугаву; пройдя по ней до устья Каспли,
входили в речку, шли против течения и, приблизившись
к верховьям Днепра, перетаскивали суда в Днепр. Тут начи¬
нался более легкий путь — вниз по течению, хотя в среднем
течении Днепра надо было еще преодолеть страшные по¬
роги — скалистые преграды, стремнины, водовороты, пере¬
каты, отмели, подводные камни с устрашающими назва¬
ниями (вы познакомитесь с ними в главе «Новые лоции»).
За порогами открывалась спокойная дорога по реке, а затем
по морю, где не было уже ни мелей, ни волоков, ни пере¬
катов. Но здесь-то и начиналась самая опасная часть дороги,
так как плоскодонным судам нелегко было справиться
с морской стихией.
Волок на пути «из варяг в греки» назывался Смоленским
потому, что суда, перетащенные из Западной Двины, вхо¬
дили в Днепр у города Смоленска. А между этими реками
лежало немалое расстояние — более тридцати километров!
Имя Смоленска, одного из древнейших городов нашей
страны, происходит от рода занятий его первых жителей.
Прежние названия города — «Смольнск», «Смольнеск»,
«Смоленьск». Здесь конопатили и смолили суда, прошедшие
нелегкую дорогу по рекам и тряским волокам от Балтики и
которым предстоял еще долгий путь до Черного моря.
Смолу для этих работ добывали местные смолокуры в ле¬
сах, окружавших Смоленск.
Существовало еще много волоков. Был знаменитый в
свое время и Донской волок, между Волгой и Доном, там,
где реки близко подходили друг к другу. Его обычно имено¬
вали Переволоком, и расстояние между реками, которое
6*
83

приходилось преодолевать, равнялось восьмидесяти кило¬
метрам.
В старину Волоколамск (или Волок Дамский) назывался
просто Волоком. Иностранцы из всех русских волоков лучше
всего знали именно этот. Воскресенская летопись устанавли¬
вает, что Волок существовал уже в 1137 году.
Именно волоки на перешейках и послужили причиной
появления многих населенных пунктов, жители которых в
основном занимались волоковым промыслом: они волочили
тяжелые суда с товарами, используя для этого разные при¬
способления — валки, катки, рычаги, вороты, салазки. По¬
рой прибегали и к тягловой силе — лошадям. А иногда че¬
рез перешеек переволакивалось не судно, а только грузы.
Купцам-корабелыцикам во всех случаях приходилось обра¬
щаться к помощи обитателей волоков, перевозов или пере¬
носов. Товары перетаскивались в особых коробах — повоз¬
ках, называемых волочугами. Их можно было видеть еще
в первые десятилетия нашего века при переправе с Пезы
на Цильму — из бассейна Печоры в бассейн Мезени.
Вот почему с незапамятных времен русских людей не
оставляла мысль сделать на местах волоков специальные
прокопы — каналы. Еще в XIII веке князь Глеб Василькович
приказал спрямить каналом крутую излучину на реке Су¬
хоне и построил канал от реки Вологды. Царь Петр Первый,
понимая, какое жизненно важное значение имеет для стра¬
ны состояние ее водных путей, мечтал о каналах, которые
связали бы Белое море с Балтийским, а Каспийское — с
Черным, и говорил о том, что хорошо было бы сесть в лод¬
ку под стенами Московского Кремля и высадиться на на¬
бережной Невы.
Он не только мечтал, но и старался осуществить свои
мечты: одновременно со строительством Санкт-Питербурха
началось сооружение Вышневолоцкой системы, которая
должна была связать Балтику с Волгой. Шесть лет спустя
по новому водному пути двинулись баржи с камнем, лесом,
песком и металлом для новой столицы России, подни¬
мавшейся на Неве. При Петре начали строить и обходный
канал вдоль берегов Ладоги — от устья Волхова до истоков
Невы. При Петре же наметили трассу будущей Мариинской
системы, составили проекты Беломорско-Балтийского канала
и судоходного пути между Москвой-рекой и Волгой...
Особенно заботил Петра Первого канал между Волгой
и Доном, но от попыток соединить Дон с Волгой не осталось
ничего, кроме большой земляной насыпи у реки Иловли —
85

следа больших работ, затеянных Петром Первым. На этом
месте выросло селение Петров Вал. Впоследствии оно стало
крупным железнодорожным узлом, откуда ведут дороги к
югу — на Волгоград, к северо-западу — на Балашов — Там¬
бов — Москву, на север — к Саратову, на восток — к берегу
Волги, где в устье Камышинки стоит город Камышин.
Название реки и города (прежде села Камышинки) про¬
изошло от камышей, которые в изобилии росли в этих
местах. Напротив села, на правом берегу реки, в год начала
строительства волго-донского «прокопа» была заложена кре¬
постца Петровская, и вокруг нее выросло небольшое селение.
Когда работы на «прокопе» прекратились, крепостца была
оставлена, жителей правого берега переселили на левый
берег, в село Камышинку, переименовав его в город Дми-
триевск. Но, после того как беднейшее население города
примкнуло к отрядам Пугачева, Дмитриевск был снова пере¬
именован — ему вернули прежнее имя, Камышин, чтобы
вытравить в народе память о Дмитриевских «бунтовщиках».
Сохранять такую память особенно на Волге, по мнению
екатерининских сановников, было небезопасно.
Постоянную опасность представляла и Самарская лука,
где находился, пожалуй, самый знаменитый волок на Руси,
близ небольшого селения Переволоки.
Название Самарской луки объясняет рисунок-чертеж
этого участка Волги. Река в своем течении вынуждена
огибать Жигулевские горы, начинающиеся на севере Ка-
86

раульным бугром. На этой высокой точке стоял некогда
государев сторожевой пост, следивший за передвижением
заволжских кочевников и идущими по Волге судами. За
Караульным бугром поднималась над рекой гора Кабацкая,
за нею гора Лепешка, потом Девичий курган, Молодецкий
курган... Длинной вереницей тянутся по правому берегу
Волги зеленые шапки курганов.
Дозорные на Караульном бугре не спускали глаз с реки,
потому что здесь, у Жигулей, с незапамятных времен шел
разбой. «Разбойнички», как ласково называло удалых мо¬
лодцов местное население, скрывались в долине легендар¬
ной речки Уса, впадающей в Волгу у горы Лепешка. У них
тоже были свои дозоры, наблюдавшие за богатыми купече¬
скими караванами. Как только барка, груженная товаром,
приб.г гжалась к разбойничьей засаде, раздавался оглуши-
тельн й свист: измученные бурлаки, тащившие барку, тут
же бросали лямки и немедля ложились на землю. Вслед за
этим слышался резкий крик: «Сарынь, на кичку!», и вся
«сарынь», то есть артель или ватага, сопровождавшая барку,
выскакивала на палубу и, добежав до кички (носовой части
барки), бросалась лицом вниз. Разбойники на легких лодках
подъезжали к барке, и в мертвой тишине начинался грабеж.
Царские караульщики, а позже и полиция были бес¬
сильны в борьбе с разбойниками, потому что их атаманы
пользовались в народе большой популярностью, а сами раз-

бойники вербовались из бывших крепостных, бежавших от
помещиков, работного люда, спасавшегося от каторжного
труда на заводах, солдат, не вынесших издевательств дворян-
офицеров.
На рисунке (стр. 86) видна излучина, по очертанию на¬
поминающая туго натянутый лук или же высокую луку
казачьего седла. Основанием Самарской луки, или тетивой
лука, можно считать реку Усу и селение Переволоки у не¬
высокого перевала, отделяющего Усу от Волги.
Добрые молодцы удалые разбойнички учли это геогра¬
фическое обстоятельство: получив выкуп с хозяев судна,
огибавшего Самарскую луку, они переволакивали свои лег¬
кие лодки через невысокий перевал, спускались по Усе и
вновь встречали барку грозным окриком «Сарынь, на кич¬
ку!». Не мудрено, что купцы шалели от неожиданности,
а кто был суеверен, тот считал разбойников оборотнями.
Ведь в те времена в недоступные разбойничьи Жигули 1ужие
люди не проникали. Холмы и горы Самарской луки были
покрыты непроходимыми лесами, и удалым молодцам
ничего не стоило в пять раз быстрее баржи, идущей на бечеве
против течения, спуститься по Усе и свалиться купцам как
снег на голову — длина водного пути вокруг Самарской луки
превышает сто пятьдесят километров, а ширина перешейка
не достигает и тридцати.
Волоки существовали не только в Европейской части
страны, но и за Уралом. Именно благодаря большому воло¬
ковому опыту русские землепроходцы сумели так стреми¬
тельно пройти через всю великую Сибирь, что это доныне
служит предметом удивления и восхищения виднейших гео¬
графов мира.
В наше время, когда мы располагаем подробными кар¬
тами Сибири и подлинными документами землепроходцев,
когда мы знаем, какими техническими возможностями они
располагали в своих путешествиях «встреч солнцу», нам
остается лишь с гордостью присоединить наше восхищение
к единодушному голосу крупнейших ученых.
Неудивительно, что всех поражала быстрота, с какой
Россия двигалась на восток. Поглядев на карты полушарий,
сравните протяженность Североамериканского материка
с востока на запад и протяженность Азиатского материка
с запада на восток. Даже на глаз легко определить, что рас¬
стояние от Атлантического побережья Америки до берегов
Тихого океана почти втрое меньше, чем от Уральского хребта
до мыса Дежнева или оконечности Камчатки. Но, «в то
88

время как в Северной Америке европейцы даже и после трех
с половиной веков, прошедших со дня высадки Христофора
Колумба, все еще не достигли окраины страны, русским
понадобилось всего лишь полстолетия, чтобы преодолеть
огромные пространства от Оби до Тихого океана». Так
писал европейский географ Оскар Пешель.
Вам уже знаком путь «из варяг в греки», то есть с севера
на юг. Познакомьтесь же с дорогами на восток, по которым
шли некогда наши славные землепроходцы.
На рисунке, помещенном на страницах 90—91, вы
видите, как пунктирные линии пересекают кое-где безвод¬
ные пространства — перешейки — между реками, по кото¬
рым двигались утлые ладьи первооткрывателей Сибири.
На этих сухих, болотистых или поросших дремучей тайгой
водоразделах и устраивали землепроходцы свои волоки.
Каких гигантских усилий требовала такая работа! Нуж¬
но было, вытащив ладью на берег, волочить ее на катках,
сделанных тут же, на месте, из срубленных деревьев, нужно
было с топором в руках прокладывать дорогу ладье сквозь
густые дебри. И это делалось не в своей, а в неведомой стра¬
не, где путешественников на каждом шагу подстерегала
опасность.
Землепроходцы, петляя по извилистым руслам сибир¬
ских рек, перетаскивали свои ладьи через наспех устроенные
волоки и, охраняя на привалах друг друга от нападения
туземцев, думали о том, что скоро придется кое-где спрямить
реки, укоротить дорогу на восток, заменить волоки удоб¬
ными прокопами — каналами, поставить крепостцы и верфи.
И на местах волоков вырастали укрепленные селения —
острожки, как называлось место, огороженное острыми
кольями, или заимки-острожки — укрепленные дворы, а за¬
тем, если место было выбрано удачно, тут поднимался
город.
До прихода русских в Сибирь здесь было очень мало
городов, и названия населенных пунктов, существующие
сейчас на географических картах, в основном создавались
русскими людьми.
Одним из немногих городов был город Сибирь, стоявший
некогда неподалеку от того места, где впоследствии поднял¬
ся Тобольск. Город Сибирь, основанный в начале XVI века
ногайским ханом Маметом на высоком берегу Иртыша, счи¬
тался неприступным. До взятия города казаками Ермака
здесь жили сибирские цари Едигер и Кучум. А после осно¬
вания Тобольска на притоке Иртыша, Тоболе, город, в кото-
89

ром еще продолжали жить татары, запустел и стал раз¬
рушаться. Этому помогала и река, подмывавшая высокий
берег. В конце прошлого века на месте города Сибири
лежали только бесформенные груды камней...
Вот эти самые места, расположенные на Иртыше, не¬
подалеку от впадения его в могучую Обь, и назывались
в древности Сибирью. Отсюда получила название огромная
страна, простирающаяся от Каменного пояса, как называли
в древности Уральские горы, до Тихого океана.
Первые русские поселения и города в этой стране осно¬
вывались либо на старых волоках, то есть на междуречьях,
либо на берегах самих рек. Закладывая новые города, рус¬
ские патриоты меньше всего задумывались о возможности
увековечить себя в названиях новых географических пунк-
90

тов и еще меньше о том, чтобы польстить своему начальству,
назвав какую-нибудь гору или болото именем приказного
дьяка, боярина или даже царя. Вот почему большую часть
сибирских городов они назвали именами рек, на которых
стоят эти города: город Тюмень — на Тюмени, Лозьвинский
острог — на Лозьве, Пелым — на Пелыме, Тара — на Таре,
Сургут — на Сургуте, Обдорск 1 — в Обской губе, Енисейск—
на Енисее.
А если среди огромного списка «речных» городов вам
встретятся Березов, Кузнецк, Якутск или им подобные, то
1 Сейчас Обдорск носит другое название — Салехард, что по-не¬
нецки значит «мыс-город». Салехард — центр Ямало-Ненецкого нацио¬
нального округа»
91

происхождение названия Березов вам уже известно, на¬
звание Кузнецк закрепилось за этим местом потому, что
здесь издревле жили кузнецы, а Якутск был назван так
потому, что этот город был поставлен в самом центре земли,
населенной якутами.
Только нескольким безымянным притокам Колымы рус¬
ские дали имена. Среди них была и река Ясачная, названная
так потому, что на ее берегах собирался ясак: подать «мяг¬
кой рухлядью» —пушниной или мехами.
Но имена замечательных землепроходцев до сих пор еще
слабо отражены в топонимике Сибири.
Имя казака Дежнева было присвоено крайнему восточ¬
ному мысу Азиатского материка только в 1898 году, хотя
смелый казак открыл пролив из Ледовитого океана в Тихий
за двести пятьдесят лет до этого.
Именем землепроходца Хабарова назван один из круп¬
нейших дальневосточных городов на Амуре, а имя и отчество
Хабарова дали железнодорожной станции на Великой Си¬
бирской магистрали, и тот, кто впервые едет по этой дороге,
с удивлением читает странное название станции: «Ерофей
Павлович».
Но ведь не только Дежнев и Хабаров открывали эту
страну. Многим, вероятно, известны имена землепроходцев
Василия Пояркова, Владимира Атласова, Михаила Стаду-
хина, Ивана Москвитина — того европейца, который первым
пришел с далекого запада на берег Великого океана и уви¬
дел Охотское море.
Но слышали ли вы когда-нибудь о таких именах, как
Василий Бугор, Кондратий Курочкин, Семен Мотора, Елисей
Буза, Иван Ерастов, Юрий Селиверстов, Ивашка Ребров,
Курбат Иванов, Никита Семенов, Дмитрий Колуга, Тимофей
Булдаков, Григорий Истома, Федор Алексеев, Семен Сороко-
умов, Иван Нагиба?.. А это лишь немногие из сотен отваж¬
ных русских людей, пробившихся на восток по тяжким воло¬
кам, сквозь лесные дебри и полярные льды. И знает о них
до сих пор, увы, только очень узкий круг специалистов —
историков и географов, хотя именно эти отважные люди
своим трудом и ценою своей жизни положили начало освое¬
нию величайшей в мире страны — Сибири.
Их имен вы не найдете на географических картах.
Даже имя знаменитого казачьего атамана Ермака Тимо¬
феевича, прославленного в народном эпосе и в русской исто¬
рической литературе, не нашло достойного отражения
в топонимии Сибири. Именем Ермака назван только один

населенный пункт в Северном Казахстане — на реке Иртыш,
близ города Павлодара.
Народ, умеющий хранить память о достойных людях,
все же назвал в честь Ермака несколько географических
пунктов, но из-за своей незначительности их обычно не
помещают на картах.
Ермаковым волоком назвали перешеек, по которому
казаки Ермака тащили свои струги из реки Серебряной Кам¬
ского бассейна в реку Жеравлю бассейна Оби. Ермаковым
городищем названо было урочище на реке Тагиле, где, по
преданию, Ермак построил сильное укрепление. Ермак-
Камень называется береговая скала над рекой Чусовой.
В пещерах этой высокой скалы, сложенной из известняка,
Ермак, по преданию, зимовал со своей дружиной. Ермаковой
перекопью называют канал, якобы прорытый Ермаком для
сокращения пути в изгибе Иртыша через озеро Табай. Изгиб
этот известен под названием Вагайской луки. Ермак знал об
этом сокращенном пути и, очевидно, воспользовался им,
но вряд ли немногочисленный отряд казаков мог решиться
на строительство такого канала (по-видимому, Вагайская
лука была естественной протокой, улучшенной в свое время
местным татарским населением). А неподалеку от этой
луки есть Ермакова заводь — небольшой залив, образован¬
ный рекой Иртыш, близ Вагая, где и окончил свою жизнь
Ермак Тимофеевич.
Слово «волок» имеет не одно, а несколько значений.
В старину волоком называли след, оставленный волоку¬
шей, тяжелой бороной, и волок означал границу в лесистых
местностях верхнего Поволжья, Приднепровья и Подвинья.
Волоком называлась мера земли (около двадцати деся¬
тин; десятина = 1,092 гектара), а также отдельные лесные
области или урочища. Лесной массив по реке Илети, впадаю¬
щей в Волгу, с севера несколько выше Казани, называется
Илецким волоком. По лесным урочищам названы многие
селения, города и озера, лежащие в пределах того или иного
волока. На большом пространстве от верховьев Западной
Двины, Днепра и Волги до Северной Двины мы встречаем
два Волочка, Волоковое, Волочки, Волоку и др., в бассейне
Северной Двины — Подволочье и Волочки.
Словом «волок» называли глухой, дремучий и преимуще¬
ственно непроезжий сосновый лес, в котором уже велась
рубка и из которого с помощью особых приспособлений —
волоков — выволакивались тяжелые бревна. В эти волоки
запрягались лошади, и выволакивание бревен к сплавным
93

рекам было необычайно трудным и хлопотным занятием.
От этого слова «волок» и произошло знаменитое на Руси
слово «волокита».
А «переволокой» в старину называли гужевой путь, про¬
ложенный через дремучий лес.
В Сибири и на Европейском севере слово «волок» обозна¬
чает санный путь, если он идет по замерзшим рекам и озе¬
рам ; в Ярославской области — пойму и низменные берега
рек; на Рязанщине — пологую горку, склон, откос.
МНОГОЗНАЧНЫЕ ТЕРМИНЫ
Любое слово — море, река, озеро, гора, ущелье, город, се¬
ло и т. п. — означает определенное понятие. Но многие гео¬
графические слова-термины имеют многогранные значения;
примером этого служит хотя бы тот же «волок».
Известно также, что имя реки может быть перенесено на
озеро, в которое эта река впадает, или, наоборот, река может
получить имя по названию озера, если она вытекает из него.
Озеро Шаглытенгиз в Казахстане, к примеру, получило свое
название по реке Чаглинке, впадающей в озеро, а река Нева,
вытекающая из Ладожского озера (прежде оно называлось
Нево), стала носить его имя. Иногда реки могут дать имя
даже морю; Карское море Ледовитого океана, например,
получило свое название от имени реки Кара, вытекающей из
северных отрогов Урала, а Охотское море — от реки Охота.
В устье реки стоит сейчас портовый городок Охотск, на
месте которого в XVIII веке казаки-землепроходцы основали
зимовье Косой Острожек. В те времена река называлась не
Охотой, а Окатой, что по-эвенкийски значит «река». Казаки
же «для понятности» переименовали Окату на Охоту. Отсюда
и пошли все «охотские» названия, и в XIX веке городок стал
называться Охотском — по имени моря.
Море обычно рождает множество топонимов; так поя зил-
ся город Балтийск на Балтике, Беломорск — на Белом море,
Каспийск — на Каспии, Аральск — на Аральском море, се¬
ление Черноморское — на Черном море. Но бывает и наобо¬
рот: Азовское море, например, получило свое название
от турецкой крепости Азов, запиравшей выход из реки
Дон, в древности называвшийся рекой Танаис. Если бы
этот населенный пункт назывался по имени моря, то его
имя было бы Азовск.
94

Греки называли Азовское море «Меотида»; римляне —
«Меотис палюс»; меоты, древние насельники этих мест, —
«Темеринда»; скифы—«Каргалук»... По предположению
ученых, слово «темеринда» означает «мать моря», так как
меоты полагали, что матерью большого моря (Черного), ле¬
жащего за проливом (Керченским), является именно это
неглубокое озеро. Озером-болотом (палюс) считали его и
греки и римляне. А сам город Азов, в древности основанный
греками, носил название «Танаис» — по имени реки, в устье
которой он был построен.
Туркмены, казахи, узбеки и другие тюркоязычные на¬
роды называют Черное море Караденгизом, Каспийское —
Хазарденгизом и Каспыденгизом, Аральское — Аралденги-
зом. Денгиз, дениз или тенгиз значат «море» или «большое
озеро». У иранцев и таджиков для обозначения большой
воды служит слово дарья, и этим термином, в древности
означавшем «море», широко пользуются все среднеазиат¬
ские народы, назвавшие свои большие реки такими име¬
нами, как Аму-Дарья, Сыр-Дарья, Кара-Дарья, Кашка-
Дарья и др.
Нет ничего удивительного в том, что народы степей и
пустынь, для которых вода всегда была драгоценной, счи¬
тали морем и такой водоем, как Аральский, и значительные
по величине озера и полноводные широкие реки. Даже
в богатых водой районах, таких, как Сибирь, некоторые
озера народ называет морями. К ним относится и «славное
море священный Байкал».
В наши дни, очевидно уже «по традиции», крупные
водохранилища, созданные на Волге, Днепре, Дону, Каме,
Ангаре, Зеравшане, называются морями: Московским, Ры-
95

бинским, Цимлянским, Каховским, Волжским, Камским,
Братским, Катта-Курганским или Узбекским.
Но эта традиция, о чем следует сказать прямо, дурная,
и чем скорее мы от нее избавимся, тем лучше. Географиче¬
ское понятие «море» имеет определенный смысл, и вряд ли
стоит его искажать. Пышные названия «морей», прилагае¬
мые к небольшим водоемам, вносят никому не нужную и
вредную путаницу.
Есть в Крыму река и водопад Учан-Су, что значит Летя¬
щая вода, а в Азербайджане есть озера Сарысу... Выходит,
что один и тот же термин «су» может обозначать не одно
понятие, а несколько.
И термин «кол» также может быть иногда связан с озе¬
ром, а иногда с заливом или рекой. У калмыков, бурятов
и монголов «нур» или «нор» означает озеро, пруд, а у эвен¬
ков— море. В Удмуртии и в республике Коми слово «нюр»
связывается с понятием болота, а болото по-мансийски «няр»,
у хантов это же понятие выражается словом «нярым>,
откуда и пошло название Нарым. В Западной Сибири омут
или яму с водой называют «нор». Ученые полагают, что
от этого родилось и название Норильских озер, в районе
которых вырос заполярный город Норильск, а также имена
многих рек: Норбы в бассейне Амура, Нуры в Казахстане...
Однако в Казахстане словом «нура» называют длинный
овраг или балку с крутыми склонами. Этот же термин встре¬
чается в названии Эспенура. Эспе в одном значении —
«колодец», а в другом, более распространенном, обозначает
степную реку, пересыхающую в летнее время и распадаю¬
щуюся на отдельные озерки. В Казахстане есть несколько
географических объектов с таким именем: озеро Еспетуз,
речка Эспесай и др.
Еще шире распространен другой термин— «шор». Этим
словом в Средней Азии и в Казахстане обозначают солон¬
чаки — днища высохших соленых озер и земли, пропитан¬
ные солью, образовавшейся вследствие испарения грунто¬
вых вод. В разных местах и у разных народов термин этот
произносится по-разному: у таджиков—«шур», у турк¬
мен— «шор», у казахов—«сор».
На севере Таджикистана, в Ферганской долине, есть
городок Шураб. Смысл его имени можно не переводить, так
как оба слова, составляющие это имя, «шур» и «аб» вам
уже известны. На юго-востоке этой же республики есть
селение Шурчи. К востоку от Шурабада лежит в Киргизии
селение Шуран, севернее — в Узбекистане, неподалеку от
96

Намангана, — селение Шур-курган, а на северо-западе Турк¬
мении — огромный солончак Карашор. Названия Шуралин-
ских самосадочных озер, лежащих на правом берегу Волги,
близ Астрахани, где в конце прошлого века шла разработка
соли, очевидно, связаны с этим же словом «шур», так же как
многие географические пункты в Азербайджане, в названиях
которых встречается это слово.
Неподалеку от столицы Азербайджана, города Баку,
чуть севернее Апшеронского полуострова стоит селение
Шураабад. Абад значит «населенное, благоустроенное
место», и географических названий, оканчивающихся на
«абад», можно привести очень много: Новабад, Ленинабад
в Таджикистане, Ашхабад в Туркмении, Дехканабад в Уз¬
бекской ССР, Кировабад, Сабирабад в том же Азербайджане,
где находится и Шураабад. Но слово «шура» в этом назва¬
нии вовсе не связано с термином «шур». Шура означает
«совет» в смысле «советский», и название селения следует
пояснить просто: Советскоград или еще короче — Советск
(на некоторых картах иногда помещают второе название
Шураабада — Советабад). А ведь можно допустить, что
пройдет какое-то время и второе «а» в названии утратится.
Вот почему при разгадке любого названия надо обязательно
знать, как оно писалось прежде.
Для примера возьмем один из незначительных притоков
Волги — речку Сарпу. На этой речке некогда возник городок
Сарепта, ныне ставший большим волжским городом Красно¬
армейском, — он стоит у начала Волго-Донского канала
им. В. И. Ленина.
Между названием речки Сарпы и географическими тер¬
минами «шур», «шор» или «сор», казалось бы, нет ничего
общего. Но существование этой речки тесно связано с цепоч¬
кой Сарпинских озер, протянувшихся с юга на север вдоль
подножия Ергеней, как называют возвышенности в южной
части Волго-Донского водораздела («эрге» или «ерге» по-
калмыцки означает обрыв, крутой берег, возвышенность
с резко обрывающимися склонами). Большая часть этих озер
горько-соленая, а пресная вода появляется в них только в не¬
долгий период бурного таяния снегов, когда с Ергеней катят¬
ся сотни ледяных потоков, переполняя озера и русло Сарпы.
В недавнем прошлом вся эта местность, от берегов Кас¬
пийского моря до Волго-Донского водораздела, носила на¬
звание Калмыцкой степи. Калмыки же называли речку не
Сарпа, а Шорбажур. В последнем названии мы и находим
уже знакомое нам словечко «шор».
! Й. Сергеев
97

Таким образом, «шур», «шор», «сор» означают обычно
пересыхающий соленый водоем — озеро, цепь озер, реку.
«Сор» у казахов — это солончак, засоленное днище водоема,
временного озера. Но у хантов, живущих в иных климатиче¬
ских условиях, водоемы благодаря обилию влаги никогда не
высыхают, и «сор», как вы уже знаете, означает просто
озеро.
Термин этот имеет огромное распространение. В Запад¬
ной Сибири им пользуются не только народы, живущие на
берегах Оби и называющие сорами обские отмели, ежегодно
заливаемые полой водой и заросшие березняком и талом.
В Томской области «сор» — это обширные речные поймы,
более или менее постоянные заливы. Отсюда и обычные для
Западной Сибири прилагательные — «соровой» или «сор¬
ный» в значении речной поймы или отмели. В. И. Даль в свое
время отметил, что слово «сор» напоминает северные слова
«сарма» или «сорма», означающие мель или перекат \ и
записал, что на Байкале слово «сор» или «соры» служит
для обозначения отмелей, поросших камышом и кугой. Та¬
кое же значение имеет это слово и в Якутии, а южнее —
в Прибайкалье «сор» — это степное озеро, и рыба в нем
называется соровой или сорожиной.
А к западу от Уральского хребта у чувашей термин
«шор» употребляется для характеристики обычного болота
или заболоченной низины. Удмурты, живущие северо-восточ¬
нее чувашей, называют этим же термином обыкновенный
ручей, а у коми-зырян и коми-пермяков слова «шор» и «ва»
обозначают реку.
Ученые полагают, что широко распространенное слово
«шор», которое у коми и удмуртов обозначает ручей и реку,
можно связать со словом «шар» — пролив между островами.
И действительно, Югорский Шар, между материком и ост¬
ровом Вайгач, Маточкин Шар, который разделяет Новую
Землю на два острова, и Костин Шар, отделяющий остров
Междушарский от Новой Земли, являются проливами, очень
похожими на широкие реки. К тому же в языке коми шор
и шоор означают «пролив», а также «рукав реки».
Вот как многогранны по своему значению некоторые гео¬
графические слова-термины. Каждый из них служит для
определения различных и в то же время отдаленно схожих
* Помимо этого объяснения, Даль приводит еще один вариант: сар¬
мой нередко зовут также омут, бучило. И действительно, у татар По¬
волжья это слово означает котловину, наполненную водой, омут, яму
на дне реки.
08

друг с другом географических понятий. Это не относится,
конечно, к тем географическим словам-определениям, кото¬
рые при внешнем сходстве означают противоположные поня¬
тия. Термин «кар», например, у коми и удмуртов служит
для определения понятия города: Сыктывкар, Кудымкар,
Шурышкар и др.; у армян кар означает «камень» и уча¬
ствует во многих местных названиях; у киргизов он выра¬
жает понятие снега: один из снежных хребтов Тянь-Шаня
называется Карлыкта.
Таких совпадающих по звучанию и различающихся по
смыслу слов не очень много, но их надо знать, чтобы не
впасть в грубую ошибку при разгадке географического на¬
звания. Ведь само оно не дает возможности сразу опреде¬
лить, о чем идет речь: о море или озере, горе или городе,
долине или реке. Своеобразными помощниками служат
общепринятые «сигналы» —определительные слова, кото¬
рые сопутствуют названию: р. — река, м. — мыс, г. — гора,
пер. — перевал, вдп. — водопад, зал. — залив, оз. — озеро,
о. — остров и т. п.
Ведь если бы, скажем, название «Чердынь» не было
оснащено одним из таких «сигналов», мы не знали бы,
к чему относится это название — к озеру, городу, болоту,
реке или горе.
Однако во многих географических названиях как бы
заложено готовое объяснение, что именно обслуживает тот
или иной топоним: город или реку, озеро или гору.
С такими названиями мы сталкиваемся на каждом
шагу, но очень часто даже не подозреваем об этом.
НАЗВАНИЯ-ЦЕПОЧКИ
Река Дон... Река Чу... Река Ока...
Объяснить происхождение этих географических назва¬
ний не очень сложно: река Река, река Река, река Река...
Однако такой перевод хоть и не совсем бессмыслен, но
все же смешон.
Все знают также, что бург — это «город».
А что такое город Петербург? Давайте переведем по-
русски: «город Петра город».
Так по-русски не говорят.
Ну а город Новгород? Разве не то же самое? Разве ЗТО
не похоже на реку Реку или город Петра город?
99

Таких названий, похожих на цепочки, составленные из
одинаковых звеньев, на географической карте нашей родины
великое множество.
Но мы привыкли к ним, нас они ничуть не удивляют и
не режут слуха. В большей части таких названий прямых
повторений нет, и к тому же они разнообразятся тем, что
одно из звеньев, как правило, имеет особую определитель¬
ную окраску — предметную, цветовую, именную.
Город Ленинабад, город Кировкенд, город Ташкент, го¬
род Шахристан, город Крустпилс, город Махачкала, город
Мелитополь, город Сыктывкар — все эти названия звучат
совершенно естественно, и никто не будет переводить на рус¬
ский язык географические определения абад, кенд, кент,
шахр, пиле, поль, кала или кар. Все они означают одно и
то же: «город».
Таковы и названия гор: Карадаг в Крыму, гора Актау
к западу от Бухары, горы Танну-Ола в Красноярском крае,
гора Бабайтаг к востоку от Ташкента, горы Тянь-Шань на
Памире, горы Алатоо на границе Киргизии и Казахстана.
Даг, тау> ола, таг, шань, тоо означают одно и то же: «гора».
Названия островов Кокарал на Аральском море, Кара-
ада на Каспии близ Кара-Богаз-гола, Эзель на Балтике, Сур-
сари в Финском заливе, Парамушир в Курильской гряде
созданы по тому же самому принципу: арал, ада, эзель,
сари, мушир — по-русски «остров».
И вряд ли есть необходимость переводить на русский
язык с казахского название острова Кокарал — остров Зеле¬
ный остров, или с туркменского Кара-ада — остров Черный
остров, или с узбекского название горы Актау — гора Бе¬
лая гора, или с киргизского Алатоо — горы Пестрые горы,
или с азербайджанского название города Кировабад — город
Кирова город...
Но взгляните на северо-западную часть карты Советского
Союза, на республику Карелию и Кольский полуостров:
озеро Колозеро, озеро Топозеро, озеро Выгозеро, озеро Пяозе-
рр, озеро Тикшозеро...
Рядом с этими озерами-озерами синеют на карте озеро
Янисьярви, озеро Суоярви, озеро Вудьявр, озеро Чудьявр.
Ярви и явр тоже означают по-русски «озеро». Но до этих
названий не успела добраться рука безвестного переводчика,
который занимался явно ненужной и бессмысленной работой
по указанию царских чиновников-русификаторов, подавляв¬
ших национальную культуру и насильно насаждавших рус¬
ский язык.
100

<уСоВои I-	=\^
Г С
«. - . - *
Нетрудно представить, как
выглядела бы наша географиче¬
ская карта, если бы русифика¬
торам удалось провести свою ра¬
боту до конца.
Что такое в переводе на рус¬
ский язык река Обва? Это же и
есть река Река-река. Что озна¬
чает название горы Дагтау? Это
гора Гора-гора. А название озера
Норкуль? Это озеро Озеро-озеро.
А если мы переведем по-
русски название реки Чусовая,
то получится «река Река-река-
река».
Откуда же могло появиться
такое название?
Представим себе, что какой-
то народ назвал в незапамятные
времена безымянный водный поток име¬
нем Чу, то есть дал ему имя воды или
реки.
Спустя века в этот край пришел народ
родственного языка, в котором река обо¬
значалась несколько иным словом — су, и
название водного потока стало более длин¬
ным — «Чусу», то есть Чу-река.
Много воды протекло в русле этой реки,
пока пришел на ее берега другой народ,
уже не с востока или с юга, а с запада.
В языке этого народа река обозначалась
словом ва — так родилось новое название
«Чусува», то есть Чусу-река.
тш
1У0
-^-751 * а
в,
101

А потом на реку с именем «Чусува» пришли русские,
называвшие свои реки Белая, Красивая, Великая... И по
законам своего языка они добавили к названию северной
реки всего лишь одну букву — так получилось ее название
«Чусовая».
Но, может быть, это были даже не русские люди, а на¬
род, в языке которого слово я означает «река». И тогда
к трем звеньям цепочки прибавилось бы еще одно звено:
«река Река-река-река-река».
Так соединяются в цепочку или скрещиваются друг
с другом однозначные географические термины.
Об одном из таких скрещений рассказал нам исследо¬
ватель Средней и Центральной Азии географ Э. М. Мур-
заев.
Однажды, будучи в Улан-Баторе, он заинтересовался
происхождением названия озера Убса, расположенного меж¬
ду СССР и Монголией. На официальных картах последнего
издания это озеро носит имя Убсу-Нур. Уланбаторские
жители называли его несколько иначе — Обс-Нур. Нур
по-монгольски и по-бурятски значит «озеро», и это прекрас¬
но знал наш географ, а слово обе представляло собой
загадку — в топонимической литературе оно отсутствовало
и никто из местных жителей не мог его объяснить.
«Но мне все же удалось расшифровать данное название,
когда я попал на берега этого большого озера, — рассказы¬
вал Эдуард Макарович. — Здесь экспедиция познакомилась
с дюрбетами и баятами — западномонгольскими племенами,
кочующими со своими стадами в котловине Убса и окру¬
жающих ее горах. Я ясно слышал, как местные жители,
сидя в юртах за традиционным чаем и разговаривая со мною
об озере, произносили название своего большого водоема —
Усуа-Нор или Усва-Нор, что весьма отличалось от уланба¬
торского Обс-Нур. Такое местное произношение и дало мне
ключ к разгадке названия озера. Здесь оказалось скрещен¬
ное слово, каких миллионы в составе географических на¬
званий : ус + ва, где и первый и второй слоги означают
«вода».
Но бывает и так, что тот или иной географический
объект имеет не одно, а несколько названий. Чаще всего
это случается с реками; так, среднеазиатская река Каракол
после впадения в нее реки Суек меняет имя Каракол на
Кочкур, а Кочкур, приняв в свое русло воды Джуван-
Арыка, становится рекой Чу.
Две речки — Утмек и Ала-Бель — при слиянии теряют
102

О 40	$0	120
свои имена и становятся рекой Сусамыр. После слияния
с Западным Караколом Сусамыр получает новое имя —
река Кекемерен, которая впадает в реку Нарын, а эта река,
соединившись с Кара-Дарьей, рождает вторую по величине
среднеазиатскую реку — Сыр-Дарью.
Одна из памирских рек, начинающаяся в Афганиста¬
не, идет по Советскому Таджикистану под именем Ак-Су,
затем меняет это имя на Мургаб, вливается в Сарезское
озеро, выйдя из него, она принимает в свое русло воды реки
Кудара и под именем реки Бартанг вливается в Пяндж.
Река Пяндж — это верхнее течение величайшей средне¬
азиатской реки Аму-Дарьи. А Пяндж рождается от слия¬
ния Вахан-Дарьи и пограничной реки Памир, вытекающей
из лазурного озера Зор-Куль, лежащего на высоте, превы¬
шающей четыре километра. Это озеро и считается истоком
Аму-Дарьи.
Пяндж значит «пять» не только на языке иранцев и
таджиков. Северная провинция Индии тоже называется
Пенджаб или Панджаб, что означает Пять вод или Пяти-
речье — пять рек и в самом деле орошают эту провинцию.
103

Название Пяндж, возможно, и произошло от пяти рек,
образующих могучий водный поток — границу СССР и
Афганистана.
Но ледяные потоки, образующие озеро Зор-Куль и вы¬
текающие из него под именем реки Памир и реки Пяндж, —
все это названия верхнего течения величайшей средне¬
азиатской реки, которая только после слияния Пянджа
с многоводным бурным Вахшем (в переводе это слово значит
«бешеный») получает известное всем имя Аму-Дарьи. Во
времена Александра Македонского у этой реки было иное
имя — Оке, и все земли к востоку от нее именовались
Трансоксанией, то есть «лежащие за Оксом». А что озна¬
чает древнее имя Оке, как и более молодое Аму, ученые
точно не знают. Но им известно еще одно имя этой реки —
Обиаму.
ИМЕНА В ГОРАХ
У всех народов существуют особые слова, выражающие
многообразие земного рельефа: гора, хребет, кряж, отрог,
возвышенность, сопка, вулкан, плоскогорье или плато, пере¬
вал, ледник, вершина, пик, утес, ущелье, теснина и пр.
В предыдущей главе приведена цепочка определений,
обозначающих понятие «гора»: даг, таг, тау, тоо, ола,
шанъ...
Наибольшее распространение имеют термины «даг» и
«тау». С первым мы чаще всего встречаемся в Крыму,
в Азербайджане, в Туркмении: Кара-Даг, Боз-Даг, Копет-
Даг. Со вторым — на Урале, в Башкирии, в Татарии, в Ка¬
захстане: Уралтау, Каратау, Кокчетау, Алатау,.. В Узбеки-
104

стане и Таджикистане «даг» звучит как «таг» и «тог»,
в Киргизии— «тоо» и «то», а на Алтае— «туу» и «ту», но
повсюду эти термины служат для обозначения гор.
По-разному у отдельных народов звучат и пишутся дру¬
гие термины, связанные с горами. Дере по-туркменски и
по-персидски, откуда и заимствован этот термин, значит
«ущелье», но в Таджикистане он произносится как «дара»
и «дора». Кроме этого слова, вам известно еще одно, кото¬
рое служит также для обозначения пролива, перевала, про¬
хода, горла: «богаз» или «бугаз».
Высокогорные пастбища, или, как их называют гео¬
графы, альпийские луга, куда летом перегоняют стада
с выжженных равнин, называются: в Крыму — яйла,
в Азербайджане — эйлаг, на Алтае — айлю, в Казахстане —
жайляу, в Киргизии — джайла. Казахское слово «жай»
и киргизское «джай» означают лето. Крымское слово
«яйла», обозначающее пастбище, вообще стало географиче¬
ским названием горного хребта, защищающего узкую по¬
лоску южного берега Крыма от северных ветров.
Точно так же и слово «йол» или «ёл», означающее
в Туркмении тропу или дорогу, меняется соответственно на
«джол» в Киргизии, «жол» — в Казахстане...
В горном хребте, протянувшемся вдоль границы Ирана
с Туркменией, есть ущелье Йол-дере и Уч-дере. Уч —
по-тюркски «три». Уч-Дере переводится как «три ущелья»,
а Йол-Дере—«дорога-ущелье». Многие названия в Таджи¬
кистане несут в себе этот же термин: река Шахдара, впа¬
дающая в Пяндж, на которой стоит город Хорог, селение
Товиль-Дора на горной реке Вахш, горный кишлак Кудара,
между ледником Федченко и Сарезским озером.
Родственные по смыслу и по звучанию «дара» и «дере»
встречаются в очень многих географических названиях Сред¬
ней Азии, Казахстана и Кав¬
каза, включающих в себя по¬
нятия прохода между горами,
урочища меж холмов, доли¬
ны, оврага и даже реки, теку¬
щей меж крутых берегов.
Этот же термин присут¬
ствует в названии города Дер¬
бента, расположенного на
склоне Кавказских гор, спу¬
скающихся к Каспийскому
морю. Узкая береговая полоса
105

меж горами и морем многие тысячелетия была великой
дорогой народов, передвигавшихся из Азии в Европу. Ха¬
зары отвоевывали этот проход у персов, после падения пер¬
сидской монархии Сассанидов он перешел в руки арабов.
Позже с юга на север ворвались по береговой прикаспийской
полоске полчища Тамерлана и на территории Северного
Кавказа столкнулись с ордой Тохтамыша. По этой же до¬
роге прошли многие народы, чьи потомки доныне живут
в городах и аулах Дагестана. И совершенно понятно, что на
этой береговой полоске должен был возникнуть город-
крепость, город-застава, охраняющий важнейший проход.
«Дербент» в переводе с персидского и означает заставу
у прохода, у дверей (дере—«дверь», бент—«плотина, за¬
става, преграда»). У арабов этот город назывался Баб-уль-
абваб—«Главные ворота», у турок Темиркапысы—«Же¬
лезные ворота». Грузины называли его Дагвискари —
«Морские ворота», армяне — вратами Джора или Гунским
проходом, потому что там прошли гунны.
С родственным термином «богаз» мы встретимся и
в Крыму: Эски-Богаз — это проход через Яйлу в Байдар-
скую долину, по которой идет шоссе от Севастополя в сто¬
рону Ялты. Несколько богазов отделяют Чатыр-Даг от
Яйлы; по Ай-Василь-Богазу проложена дорога в Бахчи¬
сарай, а по широкому Ангар-Богазу проходит шоссе из степ¬
ного Крыма в Алушту.
Эски в тюркских языках означает «старый». На карте
Узбекистана стоят названия селений Эскиабад на правом
берегу Сыр-Дарьи и Эскиараб к югу от него, а восточнее —
в Киргизии, близ города Кызыл-Кия, есть два населенных
пункта — Иски-Наукат и Янги-Наукат (здесь «эски» звучит
как «иски», а янги значит «новый»). На Аму-Дарье в
Туркмении рядом с городом Чарджоу стоит селение Иски-
Чарджоу. Чарджоу значит «четыре канала» («чар» —
четыре, «джоу» — канал). Слово кия или кая значит
«скала». Географических названий с этим термином очень
много от Крыма до Китая.
Байдарская долина, по существу, является тем же «бога-
зом», и это понятие заложено в самом ее названии, которое
обычно производят от имени деревни Байдары, лежащей
в центре долины. Но «бай» + «дара» и означает большой,
обширный проход или ворота.
В названии «Чатыр-Даг» нужно объяснить только пер¬
вую его половину — чатыр, что по-персидски значит «па¬
латка», а по-индийски — «четыре»>. От слова «чатыр» и
106

родилось наше слово «шатер».
В древности эта гора называлась
Трапезуз, то есть Столовая (тра¬
пеза— по-гречески «стол»). Гора
Чатыр-Даг в самом деле похожа
на стол, накрытый скатертью.
Русские солдаты, пришедшие в
Крым, назвали эту гору Палат-
горой из-за ее сходства с шат¬
ром-палаткой.
Слово «ай» или «айя» вклю¬
чается во множество крымских географических названий:
мыс Айя и мыс Ай-Тодор, горы Ай-Петри и Ай-Никола,
деревня Ай-Василь близ селения Дерекой, недавнего пред¬
местья Ялты, вошедшего сейчас в черту города, и пр. Ай
или айя значит «святой» — Святой Федор, Святой Петр,
Святой Николай и пр. Вспомните, наконец, знаменитый
византийский храм в Стамбуле — Константинополе, — пре¬
вращенный мусульманами в мечеть. Он называется «собор
Айя-София», то есть «собор Святой Софии».
Но не спутайте слово ай со словом аю, что значит
«медведь». Многие, кому доводилось бывать в Артеке,
видели Аю-Даг — Медведь-гору, с западной стороны очень
похожую на гигантскую фигуру медведя, уткнувшегося
мордой в море. Сходство с медведем довершается еще за¬
рослями леса, покрывающего гору и похожего на густую
шерсть животного. Средневековые итальянские моряки, не
очень хорошо знакомые с медведями, называли эту гору
Камилле, то есть Верблюд, а древние греки — Криу-Мето-
пом — Бараний лоб.
Название «Дерекой» потребует расшифровки только вто¬
рой его части — кой, что значит «деревня». Это словечко
сохранилось и в названии важной узловой железнодорожной
станции Джанкой (джан—«новый»). Ялта происходит от
греческой Ялиты, которую арабские историки называли
Джалитой (ялос — по-гречески «берег»).
Бахчисарай, древняя столица крымского ханства, сла¬
вился своими садами и дворцами: баг или бах—«сад»,
«чи» означает родительный падеж, сарай—«дворец». Гео¬
графических названий с нарицательным баг-бах довольно
много и на Кавказе и в Средней Азии:'Карабах в Азербай¬
джане, Чорбаг в Самарканде, Бахтемир в дельте Волги.
От этого же, кстати, происходит и всем известное слово
«бахча» — открытый (неогороженный) огород, где выращи-
107

ёают арбузы, дыни, тыквы... Бакча или бахча — слово
персидского происхождения, а равнозначное по смыслу
Слово баштан татарское.
И, наконец, последнее слово ангар, что обозначает «ши¬
рокая долина», мы встретим не только в Крыму. Приток
реки Салгира — речка Ангара, стекающая с Чатыр-Дага, по
долине которой идет шоссе к Алуште, названа так именно
за широту долины, и название этой речки перекликается
с именем могучей сибирской реки Ангары.
Славянское слово «долина» породило много географиче¬
ских названий: на восточной стороне Карпат есть городок
Долина, у южной оконечности Волынско-Подольской воз¬
вышенности — селение Долинское, на северном берегу
Иссык-Куля, в Киргизии, — русское село Долинка, в Донец¬
ком бассейне — станция Долинская, на Сахалине — город
Долинск. Населенные пункты Подол, Подольск, Подолинск
и пр. называются так потому, что они лежат по долу,
в низине. А один из крупных притоков Амура, река Шилка,
в переводе с эвенкийского языка означает «долина» или,
как говорят на Дальнем Востоке, «падь». На реке Шилке
стоит и город, названный по ее имени.
Среди горных названий есть много таких, которые
требуют особой расшифровки, потому что они состоят не из
географических терминов, а представляют имена собствен¬
ные, не повторяющиеся, — Памир, Тянь-Шань, Урал, Кар¬
паты, Донецкий кряж, Крестовый перевал, гора Казбек
и т. п.
Что означают эти названия? Откуда они произошли?
Кто их придумал?
В индийской поэме «Махабхарата», созданной две с по¬
ловиной тысячи лет назад, упоминается о центральной
выпуклости земли, называемой Упа-Меру, откуда, по пред¬
ставлению древних индийцев, стекали все азиатские реки.
Эту горную страну китайцы называли По-Ми-Ло, а мест¬
ные жители именовали свои горы Памиры, разделяя их
на Калон-Памир («калон» — большой), Харгуши-Памир
(«харгуши» — заячий), Ранг-Куль-Памир («ранг» — осока) и
др. Сейчас весь горный массив называется Памиром, и
название это переводят как «Крыша мира».
Если для таджиков название Памир является родным
и близким, то Тянь-Шань для киргизов название новое.
Еще совсем недавно, лет сорок назад, большая часть жите¬
лей центрального горного массива республики не знала
такого имени, в переводе с китайского означающего «Небес-
108

ные горы». Так же называют эти горы и монголы, только
на своем языке: Тенгри-ола. Киргизы же знают одно
название: Ала-тоо—«Пестрые горы». Эпитет «ала» встре¬
чается во многих географических названиях, но в горной
топонимии он всегда связывается только с хребтами, покры¬
тыми вечным снегом и отличающимися очень пестрыми
склонами: отдельные белые пятна снегов, черные, лишен¬
ные растительности скалы, каменистые россыпи, зеленые
альпийские луга, хвойные леса, серые гранитные массивы. ..
Высочайшую вершину горного узла Алатау киргизы на¬
зывают наполовину по-монгольски — Хан-Тенгри. Имя это
до последнего времени неправильно переводили как «Царь
духов» или «Властелин духов». Правильный перевод «Царь
небес» точно передает господствующее над всем каменным
океаном гор и хребтов положение этой грандиозной ледяной
вершины.
Происхождение названия Урал значительно сложнее.
До второй половины XVIII века такого имени не было на
географических картах. Русские издавна называли Ураль¬
ский хребет Земным Поясом, Поясовым Камнем или просто
Камнем. Этот географический термин употреблялся в при¬
менении и к отдельным высотам: Павдинский Камень, Кон-
жаковский Камень, Денежкин Камень — или же к примеча¬
тельным скалам и утесам в районе Северного Урала. На
реке Вишере, к примеру, имеется целая серия таких Камней,
и о каждом из них сложены легенды и сказки, за досто-
.верность которых никто не может поручиться. По именам
многих Камней названы населенные пункты — села и де¬
ревни. Даже несколько речек получили свои имена от бли¬
жайших к ним Камней. Но есть Камни, названия которых
легко могут быть проверены: Дыроватый и Ветреный Камни
названы так за то, что их поверхность носит на себе явствен¬
ные следы работы ветра, Белый Камень назван по цвету,
Острый Камень — по форме, Боец-Камень — по характеру,
если так можно сказать: об этот утес разбились сотни пло¬
тов, барж и других судов. Писаный Камень получил свое
название по рисункам, напоминающим грубые изображения
людей и животных, написанным красной краской на отвес¬
ной стене Камня, сложенного из светло-серого известняка.
Говорливый Камень, представляющий собой не одинокую
скалу, а высоченные отвесные утесы на правом берегу
Вишеры, обладает «замечательным свойством ясно и отчет¬
ливо отражать не только каждое сказанное на реке слово,
но и малейшие переливы звука. Есть такие пункты на
109

реке, откуда эхо дает удивительные эффекты: сначала от¬
голосок повторяется несколько раз, а потом как бы подни¬
маются целые тысячи постепенно ослабевающих и удаляю¬
щихся голосов».
Эта цитата приведена мною из V тома «России», полного
географического описания нашего отечества. Говорливый
Камень дал свое имя и речке Говорухе, и селу Говорлив-
скому.
В наши дни «Камнями» называют только отдельные
высоты Уральского хребта. О том же, что сам хребет на¬
зывался некогда Камнем, уже мало кто помнит. Его сме¬
нило название Урал... На языке народа манси, живущего
в низовьях Тобола и Иртыша, впадающих в реку Обь, слово
ур — это «гора, водораздел». Башкиры, населяющие южные
отроги хребта и примыкающие к нему степи, называют водо¬
раздельные горы «Урал-Тау». С Южным Уралом русские
познакомились очень давно. Искаженное название записано
в книге Большого Чертежа, где говорится, что «река Яик
вытекла наравне с Аралтовой горой». В литературе слово
Урал впервые встречается у писателя-экономиста XVIII века
П. И. Рычкова. С тех пор оно и вошло в широкое обращение.
Однако для местных жителей манси и для башкир назва¬
ние «Уральские горы» было так же чуждо, как «Тянь-Шань»
для киргизов. Под названием «Урал» башкиры подразуме¬
вали только определенную часть гор, но не весь горный
кряж, самую северную оконечность которого можно видеть
в Новой Земле, а южную оконечность — в невысоких Мугод-
жарах, немного не доходящих до Аральского моря.
Понятие «камень», выражаемое словом кар, вклады¬
вается некоторыми учеными и в название «Карпаты». В ал¬
банском языке карпе означает «скала». Но имя горного
хребта, очевидно, пришло не с юга и запада, а родилось на
месте от славянских слов «хрб» и «грб», откуда произошли
слова хребет, горб, горбатый.
Название Донецкого кряжа возникло из имени реки,
огибающей кряж с северо-востока. Реку эту, являющуюся
правым притоком Дона, до сих пор еще многие называют
Северным Донцом, хотя это бессмысленно. Почему «север¬
ный»? Ведь ни южного, ни западного, ни восточного Донцов
не существует. Однако неверное название реки стояло во
всех учебниках, на всех географических картах, бытовало и
в разговорной речи и в литературе. Лишь в очень немногих
книгах, в частности в многотомной «России», выходившей
под редакцией В. П. Семенова-Тяншанского, вы могли найти
110

правильное название этой реки — Северский Донец. Его надо
связывать не с севером как частью света, а с Северской
землей — Северским удельным княжеством древней Руси,
названной по имени славянского племени северян, обитав¬
шего восточнее Днепра.
Сегодня вековую ошибку исправляют: в учебниках исто¬
рии и географии реку называют правильным именем, но на
картах для экономии места эпитет дается в сокращенном
виде — «Сев. Донец», и поэтому многие еще пользуются ста¬
рым, неверным именем реки.
Название Крестового перевала на Военно-Грузинской до¬
роге через Кавказский хребет произошло от гранитного
креста, поставленного кем-то на самом перевале. А. С. Пуш¬
кин в «Путешествии в Арзрум» писал, что это «старый
памятник, обновленный Ермоловым».
Дорога к этому перевалу идет узким Дарьяльским уще¬
льем, известным по картинам художника Р. Судковского и
стихам М. Лермонтова, который рассказал романтическую
легенду о царице Тамаре и старинной башне, стоявшей
В глубокой теснине Дарьяла,
Где роется Терек во мгле. ..
Путешествуя по Кавказу, А. С. Пушкин внимательно
приглядывался к окружающему, и его сочинения позволяют
нам познакомиться с топонимическими интересами вели¬
кого русского поэта:
«...Терек шумит как колеса, движущие жернов. Против
Дарияла на крутой скале видны развалины крепости. Преда¬
ние гласит, что в ней скрывалась какая-то царица Дария,
давшая имя свое ущелию: сказка. Дариал на древнем пер¬
сидском языке значит ворота. По свидетельству Плиния,
Кавказские врата, ошибочно называемые Каспийскими, на¬
ходились здесь. Ущелие замкнуто было настоящими воро¬
тами, деревянными, окованными железом. Под ними, пишет
Плиний, течет река Дириодорис. Тут была воздвигнута и
крепость для удержания набегов диких племен и пр. Смо¬
трите путешествие графа И. Потоцкого, коего ученые изыска¬
ния столь же занимательны, как и испанские романы».
В этом небольшом, чуть насмешливом и отнюдь не пре¬
тендующем на научность отрывке автор «Путешествия
в Арзрум» пытается удовлетворить законную любознатель¬
ность читателей — ведь во времена Пушкина Кавказ был
малоизвестной страной. Поэт не очень доверяет сочинениям
111

графа Потоцкого, служившего при
Александре Первом в министерстве
иностранных дел и писавшего о
России на французском языке. Сам
Пушкин предельно краток и точен,
когда по ходу повествования ему
приходится объяснять то или иное
географическое название: «дерев-
		 л ня Казбек находится у подошвы
горы Казбек и принадлежит князю
Казбеку... Мост называется Чебан-
Кэпри (мост пастуха)... Горы эти
называются Ак-Даг (белые горы); они меловые... Арзрум
(неправильно называемый Арзерум, Эрзрум, Эрзрон) осно¬
ван около 415 года... Никакого исторического воспомина¬
ния не соединяется с его именем».
Ироническое отношение к «ученым изысканиям» полы
ского графа лучше всего оттенено краткими, исчерпываю¬
щими и безупречно правильными топонимическими рас¬
шифровками самого Пушкина. Ирония его вполне оправ¬
данна: никакой царицы Дарии, по имени которой якобы
названо было ущелье, не существовало (Лермонтов примени¬
тельно к Дарьяльскому ущелью дает иное имя — легендар¬
ной царицы Тамары).
Название горы Казбек, возвышающейся в средней части
Кавказского хребта, возникло в самом начале прошлого
века. До этого грузины называли гору Ледяной (Мквинари),
а осетины — горой Христа (Хресттсуб). Имя ее действитель¬
но пошло от фамилии местного князя Казибека, который
жил в принадлежавшем ему селении, расположенном на
склоне горы, неподалеку от дороги, ведущей в Дарьяльское
ущелье. Все проезжающие по этому оживленному пути либо
встречались с самим князем, либо сталкивались с его име¬
нем, и оно же закрепилось за горой. Для Пушкина сомни¬
тельно и «свидетельство» Плиния, потому что знаменитый
римский ученый никогда не видел Кавказа, писал о нем
с чужих слов и потому спутал Дарьяльское ущелье с Дер¬
бентом — «воротами» народов.
Названия Дербент и Дарьял по смыслу очень близки
друг к другу: «дере» или «дара» означают «горный проход,
ущелье, каньон». Дара + Йол, или Дарьял, значит «ущель-
ная дорога, дорога в ущелье», и следовательно, знаменитое
Кавказское ущелье является тезкой туркменскому ущелью
Йол-дере.
112

ИМЕНА НА РАВНИНАХ
На протяжении многих веков большая часть народов,
местом обитания которых были равнины, вела кочевой образ
жизни. В пустыне кочевали туркмены, в полупустынных
степях — казахи, а в тундре — многие северные народности.
На юге кочевники пасли овец, лошадей, верблюдов, а на
севере — оленей.
Такими же кочевниками были и скифы, некогда обитав¬
шие на землях нынешней Украины и Крыма.
Это не означало, разумеется, что в далеком прошлом
многие из этих народов не знали городской культуры и не
имели своих больших городов. Последние раскопки совет¬
ских археологов доказали наличие крупных культурных
центров и в Крыму, и на территории Средней Азии. Науке
давно уже были известны погребенные песками города в
Кара-Кумах, на правобережье Аму-Дарьи, в оазисе Мургаба,
то есть в тех местах, где в последние столетия обитали
в основном только племена кочевников.
За долгие века кочевые народы выработали разнообраз¬
ную и точную терминологию, определявшую те или иные
особенности рельефа равнины, так же как жители гор со¬
здали особую терминологию горного рельефа. Для горожан
средней полосы России слово «пустыня» с достаточной пол¬
нотой определяет характер местности; ну, можно добавить
еще для пояснения: безводная пустыня, песчаная пустыня
и т. п. А для жителя пустынь такое определение не годится.
Ведь пустыни бывают разные: если песчаные, то с движу¬
щимися песками или с песками, закрепленными раститель¬
ностью ; пустыня может быть глинистая и каменистая, глад¬
кая и бугристая, лёссовая плодородная или солончаковая...
Кому не известно название пустыни Кара-Кум, которое
обычно переводится словами «черные пески». Таких Кара-
Кумов у нас несколько, но эти пустыни отнюдь не черного
цвета. И термин «кара» у туркменов означает вовсе не цвет
песков, а так сказать, их характер, в отличие от песков,
которые называются «аккум».
Аккумы — это чистые, ничем не закрепленные, подвиж¬
ные пески, а каракумы — пески неподвижные, скрепленные
растительностью, похожие на обычную землю, отчего «кара-
кум» иногда переводят «земля-песок». В древности тюркское
слово «кара» вообще означало землю, сушу.
Для горожанина слово «колодец» означает скважину
в земле, откуда черпают воду. Но для туркмена это понятие
8 И. Сергеев
113

очень многогранно: ведь колодец может питаться дожде¬
выми водами и грунтовыми, вода в нем может быть пресной,
соленой или горькой, а сам колодец — глубоким, не очень
глубоким или мелким. Мелкий колодец, глубиной в метр-
полтора, туркмены называют «эспе», колодец глубиной до
четырех метров—«урпа», до семи метров — «кудук» или
«кую», а свыше тринадцати метров— «чинграу». Поэтому,
если вам встретится название с одним из вышеприведенных
терминов, то вы сразу же расшифруете его смысл.
Слово «тундра», по определению современного словаря
русского языка, означает «безлесное пространство при¬
полярных областей, в зоне вечной мерзлоты, обычно болоти¬
стое, мшистое, каменистое или покрытое мелкой раститель¬
ностью». Слово это финского происхождения. Даль в своем
«Толковом словаре» поясняет: «На севере Европейской
части России под этим словом подразумевается ровная, боло¬
тистая, мшистая плоскость до Ледовитого моря, сибирские
жители различают мокрую, моховую и сухую тундру, а на
Камчатке это слово вообще означает луга, степи и т. д.».
Для каждой из таких тундр у местных жителей, разумеется,
есть свое название.
К северной приполярной зоне примыкает лесная зона, и
жители ее также создали для лесов свою географическую
терминологию. Наиболее известны два таких термина:
«парма» в Европейской части России и «тайга» в Сибири.
Пармой обычно называли возвышенности, покрытые елями,
пихтами и кедрами. Ученые не без основания полагают, что
от этого термина произошло название города Пермь, возник¬
шего некогда в приуральской парме.
Слово «тайга» означает дремучий, малодоступный хвой¬
ный лес, широкой полосой тянущийся от Урала до Охотского
моря, хотя в последнее время в мировой географической ли¬
тературе этим термином стали обозначать вообще зону хвой¬
ных лесов Европы и Азии. В Восточной Сибири тайгой
называется любая необитаемая лесная глушь, а западней
Енисея этот термин сменяется равнозначащим термином
«урман», пришедшим с далекого юга.
С этим словом мы встречаемся и в Средней Азии. Даже
в такой почти безлесной стране, как Туркмения, «орман»
означает лесистое место, рощу, чащу. Казахи, волжские та¬
тары и башкиры называют этим словом труднопроходимый
глухой лес, преимущественно хвойный.
Плоская земля обозначается в русском языке различ¬
ными словами: равнина, поле, низменность, на которой
114

могут быть бугры, горки, холмы, курганы, ложбины, балки,
овраги и пр.
Все эти слова-понятия, кроме единственного слова «кур¬
ган», обозначают естественные проявления природных сил.
Курган же — это искусственная насыпь, бугор над древней
могилой, могильник.
Слово курган не русское, а тюркское и означает «кре¬
пость». В древности крепости окружались земляными вала¬
ми, и название укреплений было переосмыслено нашими
предками: они стали называть курганами не только бугры
или холмы над древними могилами, но и высокие насыпи,
на которых стояли дозорные посты. Таких сторожевых кур¬
ганов было очень много на границах древней Руси.
Немало населенных пунктов в равнинных районах СССР
названо по курганам, горкам, буграм и другим возвыше¬
ниям: город Матвеев Курган на юге РСФСР, областной го¬
род Курган в Западной Сибири, станица Курганская на
Северном Кавказе, поселок Кургановка в Кемеровской об¬
ласти, города Курган-Тюбе и Катта-Курган в Узбекистане,
(катта значит «большой»), Курган-Тюбе и Кургонча в
Таджикской ССР, Талды-Курган, Актюбинск, Каратобе,
Актобе в Казахстане, Кетмень-Тюбе в Киргизии, Геок-Тепе
в Туркмении. «Тюбе», «тобе», «тепе» — это варианты одного
и того же географического определения, означающего кур¬
ган, холм, бугор. Этот же термин заключен и в слове «тюбе¬
тейка», так называется маленькая круглая шапочка, похо¬
жая на холмик или на полушарие.
Любой приметный знак на равнине, будь то курган,
холм, бугор, горка или шихан (шихан по-татарски означает
«возвышенность, незатопляемую во время паводков»), поро¬
ждал географическое название: село Шиханы на Волге...
Немало названий включают в себя и такие слова, как
«бугор» или «горка». Населенных пунктов с именем Горки
насчитывается у нас в стране не один десяток. Самые
известные Горки — это железнодорожная станция и неболь¬
шое селение под Москвой, где провел последние годы своей
жизни и умер великий Ленин. В отличие от всех прочих
Горок они называются Горки Ленинские.
В названиях географических пунктов, расположенных
на равнинах, обычно отражаются различные характерные
особенности местности. Названия Болотное, Болотино,
Болотов как бы указывают на присутствие болот, близ
которых образовался тот или иной населенный пункт, хотя
эти болота к нашему времени могли исчезнуть по раз-
8*
115

Личным причинам: высохнуть или быть осушенными. Но
эти же названия могли родиться от имени владельца зем¬
ли — какого-нибудь боярина Болото, помещика Болотова
или первопоселенца Болотина. Установить истинное проис¬
хождение названия обычно помогают местные архивы.
«Разгадать» происхождение таких топонимов, как Пше¬
ничное, Ячменное, Ягодное, Полынное, Камышово, Боровое,
Дубовка, Ольховка, Терновка, -Тополевка, Липецк, не так
уж трудно, если названия эти происходят не от фамилии
владельца земли или первопоселенца.
Каждое из этих названий, конечно, может звучать
у разноязычных народов по-своему. На севере Таджики¬
стана, в Ферганской долине, есть прелестный городок Кани-
бадам. Прежде он назывался Кенд-и-бадам, что значит
«Город миндаля». Сады Канибадама до наших дней сла¬
вятся миндалем. На берегу Балтийского моря стоит порто¬
вый город Лиепая (до революции он назывался Либава от
немецкого Либау). Он носит сейчас древнее свое имя города
лип («липа» по-латышски лиепа).
В столице Узбекистана Ташкенте есть улицы: Кок-
Терак — «Зеленый тополь», Катор-Тал — «Вереница ив»,
Беш-агач — «Пять деревьев» и т. п. Из всех этих терминов
нам знаком только термин «тал», повторяющийся в бесчис¬
ленных названиях рек, озер и населенных пунктов, связан¬
ных с кустарниковой ивой, ветлой, вербой и вообще с зарос¬
лями водолюбивых растений. Слово «тал» тюркского про¬
исхождения, и географические названия с этим термином
и в этом значении встречаются на огромной территории
нашей страны — в речных поймах, в широких влажных
долинах, на террасах рек, поросших тальником.
Однако Таловый, Таловка, Таловское, Тальник, Таловое
могут происходить не только от термина «тал», но и от гла¬
гола «таять». В Восточной Сибири и на Камчатке незамер¬
зающие родники и теплые минеральные источники носят
имя «талец» или «талица», а в Архангельской области сло¬
вом «тальник» называют незамерзающее озеро. Иногда
слово «таловый» означает низменный, луговой, заливаемый
водой берег реки (таловая сторона), в отличие от противо¬
положного, высокого берега.
Все эти примеры доказывают, что, не зная таких по¬
дробностей, можно стать в тупик перед простейшей топони¬
мической задачей.
Серия подобного рода задач возникает в связи с такими
географическими терминами, как «поль» и «поле».
116

С ними связано значительное число названий населен¬
ных пунктов на равнинах: Тирасполь в Молдавии, Никополь
на Днепре, Мариуполь, Мелитополь, Симферополь на юге
Украины, Чистополь в Татарии, Каргополь в Архангельской
области, Каргополье за Уралом, Юрьев-Польский во Влади¬
мирской области, Гуляй-Поле на Украине, Краснополье
в Донбассе, на Днепре и под Харьковом...
Откуда произошло название города Тирасполя? Термий
Поль происходит из древнегреческого Слова полис—«город»*
Константинополь — город Константина, Адрианополь — го¬
род Адриана, Овидиополь — город Овидия, получивший
свое имя по месту ссылки опального римского поэта.
Но если не знать, что Днестр прежде назывался Тира-
сом, то несложная топонимическая задача превратится в за¬
гадку. Решение же ее или разгадка очень проста: Тирас¬
поль значит город на Тирасе, то есть на Днестре, иначе
говоря — Днестроград.
Значительно сложнее происхождение названия города
Никополя, близ которого производится добыча марганца.
Городов с таким названием есть несколько в различных
странах, но древнейшим был Никополь в Греции, на юго-
западной оконечности Эпира. Город этот был основан рим¬
ским императором Августом в ознаменование победы над
Антонием. Ники или Никэ считалась у греков богиней
победы. Уже ко времени Юлиана город пришел в упадок,
а готы довершили его разрушение. Позже он был восстанов¬
лен Юстинианом, но уже в средние века Никополь исчез из
истории, оставив по себе память: развалины двух театров,
акведука, стадиона и других внушительных сооружений.
Город победы сохранился и в Болгарии, на реке Дунай.
Во время войны с турками 1877—1878 годов этот город был
взят русскими войсками. Сейчас он называется Никопол
(в болгарском языке нет мягкого «ль»),
Никополь на Днепре не имеет никакого отношения к бо¬
гине победы Ники. На месте нынешнего города была Запо¬
рожская Сечь у Никитина рога («рог» — это мыс, а название
мыса связано с каким-то первопоселенцем Никитой). После
разорения Сечи (по приказу Петра Первого за участие каза¬
ков в измене Мазепы) на Никитином роге выросло село
Никитино, а позже на месте села появилось местечко Нико¬
поль, уже более ста лет назад превращенное в город.
Почему же появилось в названии города окончание
«поль»? Ведь город мог быть назван просто Никитином. Но
если мы узнаем, что переименование города произошло
117

в конце XVIII века, то появление названия «Никополь»
сразу же станет нам понятным. В царствование Екате¬
рины II и ее внуков, Александра I и Николая I, вся Европа
переживала увлечение культурой древней Греции. Мода
эта длилась очень долго, и вслед за Европой этой моде от¬
дала дань и Россия: русские архитекторы подражали древ¬
негреческим строителям, воздвигая дома с колоннами и
портиками, скульпторы стремились подражать древнегре¬
ческим ваятелям, женщины носили туники — длинные
одежды со свободно падающими складками ткани, писатели
переводили Гомера и древнегреческих классиков, в учебных
заведениях начали изучать классический древнегреческий
язык. Следы этой моды сохранились и в названиях появив¬
шихся в то время городов — Никополя, Севастополя, Мариу¬
поля, Мелитополя, Симферополя.. .*
Здесь на помощь топонимике, как видите, приходит уже
не лингвистика, а история. Без ее участия мы не смогли бы
объяснить, как и почему возникло название днепровского
Никополя.
Но, чтобы объяснить названия остальных южных горо¬
дов, приведенных в этом коротком списке, нам снова надо
обратиться к помощи языковедов. Оказывается, все эти на¬
звания греческого происхождения: Севастополь значит «Ве¬
личественный город» (от «севастос» — величественный, пыш¬
ный), Мариуполь — «город Марии», Мелитополь — «Медо¬
вый город» («мелита» — пчела, «мелитос»*— родительный
падеж от «мели» — мед), Симферополь — «Город-собира¬
тель» (от «симферо» — собирать).
Названия Чистополь и Каргополь совсем иного про¬
исхождения, и появились они задолго до увлечения грече¬
ской модой. В давние времена на месте первого города стоял
безымянный поселок, созданный беглыми помещичьими кре¬
стьянами. Впоследствии всех их переловили, вернули хозяе¬
вам, поселок разрушили, и на месте поселка образовалось
«чистое поле». А позже, когда здесь же снова возникло
селение, оно получило имя Чистого Поля, откуда и пошло
нынешнее название города.
Название Каргополь еще древнее — имя города Карго¬
поля упоминается в старинных документах XV века, и не¬
сомненно, что вторая часть топонима представляет собой не
греческое «поль», а русское «поле». Но что такое «карга»?
1 Даже А. С. Пушкин в «Медном всаднике» видоизменил название
Петербурга так: «И всплыл Петрополь, как Тритон, по пояс в воду по¬
гружен».
118

Один ученый считал, что название го¬
рода надо переводить «Медвежье по¬
ле», потому что каргу по-фински зна¬
чит «медведь». Другой ученый пере¬
водил это название словами «Воронье
поле», так как карга на тюркских
языках «ворона». Но существует и
третье предположение: на реке Онеге,
там, где стоит Каргополь, этим сло¬
вом (карга) называют каменистый
берег, заливаемый водой, скалистую
подводную гряду. Термин «карга»
или «корга» широко распространен
на Европейском севере и в Сибири.
Название города Юрьев-Польский,
который лежит на северо-востоке от
Москвы, никакого отношения к Поль¬
ше или полякам не имеет. Название
это пошло от местности, издавна со¬
вершенно безлесной, хотя она и нахо¬
дилась в лесной зоне. Эта безлесная
полоса шириной не более двадцати
пяти километров с давних пор служи¬
ла предметом спора между почвове¬
дами. Они спорили о том, как мог по¬
явиться здесь на севере «юрьевский
чернозем». И действительно, темные
плодородные почвы в краю сплошных
лесов казались неестественными. Но
именно по этой полосе полей вся
местность с давних времен называ¬
лась Опольем, В конце концов уче-
119

ным все же удалось
выяснить, что в глубо¬
кой древности ее то¬
же покрывали густые
леса.
По имени местно¬
сти городок и был на¬
зван Юрьев-Опольской
или просто Юрьев-
Польской. В конце про¬
шлого века название
было переделано на
« Юрьев-Пол ьский » и
сохранилось до наших
дней. Эпитет «Польской» был приставлен к основному на¬
званию города в отличие от второго Юрьева, находившегося
на западе страны за Чудским озером. Оба эти города очень
древние: Юрьев на западе основан в начале XI века одним
из наиболее знаменитых русских князей, Ярославом Пер¬
вым, христианское имя которого было Юрий1, а Юрьев-
Польской возник в глубине Руси в половине XII века, и его
основание связывают с именем великого князя Юрия Долго¬
рукого. Обоим городам пришлось немало претерпеть за ис¬
текшие столетия, но значительно больше несчастий выпало
на долю западного Юрьева. Несколько раз население его
истреблялось до единого человека и чудью, и немецкими
псами-рыцарями, но город вновь возрождался. В XIII веке
он был переименован немцами и получил имя Дорпат
(Дерпт). Сейчас город находится в границах Эстонской ССР
и называется Тарту.
Название Юрьева-Польского так же тесно связано с по¬
лем, как и название украинского города Гуляй-Поле. В этом
имени как бы отразился характер казачьей вольницы. Ведь
неподалеку от Гуляй-Поля шумела на Днепре знаменитая
Запорожская Сечь. Последнее название произошло оттого,
что эта Сечь лежала за днепровскими порогами, а имя
«Сечь» порождено словом «засека», обозначавшим загра¬
ждения из подсеченных, но не до конца срубленных де¬
ревьев. Самым известным из таких заграждений были Туль¬
ские засеки. На степной Украине засекой служили не
деревья, а деревянный тын, ограждавший укрепление.
Много равнинных географических терминов, которые
! Юрий — Георгий (древнеславянское Гюрги)*
120

сорок — пятьдесят лет назад имели весьма ограниченное рас¬
пространение, сейчас вошло в литературный и разговорный
обиход. Ученые берут на вооружение и вводят в науку,
а затем и в жизнь термины, определяющие те или иные
географические понятия и характерные особенности рав¬
нинного ландшафта, точно так же как вчерашние кочев¬
ники, перешедшие на оседлый образ жизни, вводят в свой
словарь термины городской топонимии.
Тридцать — сорок лет назад кочевникам были далеки
такие понятия, как город, село, поселок, деребня, хутор,
дача. Они знали только большой населенный пункт, при¬
вязанный к месту, и маленький пункт, постоянно передви¬
гающийся, — юрту, кибитку или несколько таких перенос¬
ных жилищ. А в самом городе ведь есть множество топони¬
мических деталей: центр и окраина, площадь, улица и
переулок, бульвар, перекресток, тупик... Таких понятий,
а следовательно, и слов для выражения этих понятий в языке
кочевников не существовало. Поэтому, переходя на осед¬
лость, они были вынуждены либо выдумывать какие-то
новые слова, либо использовать кое-что подходящее из
своего языка, либо принимать чужие слова, как приняли и
успешно используют ученые терминологию «пустынной» и
«степной» топонимии.
Да и к чему выдумывать какое-то новое слово для опре¬
деления песчаной гряды или песчаного вала, способных под
действием ветра передвигаться с места на место, если уже
существует точное слово «бархан». К чему искать новое
слово вместо слова «такыр», обозначающее плоскую глиня¬
ную площадку среди песков, на которой весной ненадолго
задерживается вода, а когда она испаряется, площадка вы¬
сыхает и растрескивается, образуя своеобразные «паркет¬
ные» плитки. Нет смысла создавать новое слово и для опре¬
деления возвышенности, являющейся водоразделом степных
или пустынных рек, когда уже давно существует точное
слово «сырт». Слово «арык», означающее оросительную ка¬
наву, вошло в орфографический словарь русского языка
наряду со словами «бархан», «сырт», «аул», «кишлак» идр.,
хотя в Азербайджане слово «арык» произносится и пишется
«арх», а в Туркмении кое-где еще сохранился в географи¬
ческих названиях аналогичный термин «джуй» («джоу»).
Знание этих терминов дает возможность без особого труда
расшифровать очень много географических названий.
Приведем один только пример со словом «мост».
Постройка моста через равнинную реку в пустыне или
121

в степи обычно отражается в географическом названии на¬
селенного пункта, расположенного у переправы через вод¬
ную преграду: в Туркмении есть городок Ташкепри, в Узбе¬
кистане близ города Коканда есть кишлак Учкупрюк, на
юго-западе Киргизии — Кепрюкбаши, в Азербайджане —
Керпюкенд... Кепри, кепрю, керпю означает одно и то же:
«мост». В первом случае он определяется эпитетом таш —
«каменный», во втором к «мостовому» термину прилагается
количественное определение уч— «три», и поэтому кишлак,
в котором было когда-то три моста, получил точное назва¬
ние Учкупрюк; в третьем случае мы видим слово «баши»
(от баш—«голова»), и поэтому название можно перевести
как «головной» или «главный мост», а в четвертом назва¬
нии нам встречается знакомое слово «кенд», и название
в целом означает «Город (селение) у моста».
Принимая очень много местных географических терми¬
нов в интернациональный словарный запас, ученые вводят
в употребление географические названия, дотоле неизвест¬
ные местному населению, как это случилось с названием
«Тянь-Шань», до последнего времени чуждого жителям этого
самого Тянь-Шаня. Точно так же название пустыни Кара-
Кумы еще недавно было совсем не известно туркменам, жи¬
вущим в каракумских песках, хотя Кзылкумы давно уж
получили свое название от красноватого оттенка песков.
Европейские же географы и картографы давно уж закре¬
пили за северной пустыней название Кара-Кум, точно так
же, как за песками на юге было закреплено название
Южных Кара-Кумов. Сегодня эти названия стали широко
известны в Туркмении благодаря учебникам географии,
печати, кино, радио, так же как и название Тянь-Шань
в Центральной Киргизии. Разница заключается лишь в том,
что для туркменов название пустыни было родным по зву¬
чанию, хотя и обозначало не пустыню, а только тип или
характер песков, для киргизов же название родных гор
было совершенно чуждым.
В широкий научный и бытовой обиход вошло греческое
слово «лиман», обозначающее мелководный морской залив.
Особенно часто оно встречается на приморском юге нашей
страны 1. С греческим наследием сталкиваемся мы и в крым¬
ском названии местности Ливадия, расположенной непода-
1 Ученые полагают, что греческое слово «лиман», «лимень» поро¬
дило русский термин «ильмен», что означает мелкое озеро в дельте
реки.
122

леку от Ялты. Ливадион — по-гречески «луг». Это же
слово присутствует в украинском слове «левада», в болгар¬
ском— «ливад», в албанском — «левад», означающих луг,
низменный берег, затопляемый в половодье.
Давным-давно бытует в географических названиях и
слово «холм», означающее бугор, небольшую возвышенность,
горку с пологими склонами. По буграм на берегу Днепра
назван небольшой город Смоленской области Холм-Жирков-
ский. Пояснительное название приставлено для того, чтобы
не спутать этот город с другими населенными пунктами, но¬
сящими то же самое имя. Но хотя названия этих городов
одинаковые, происхождение их совсем разное.
Имя города Холма в Новгородской области не имеет
прямого отношения к слову «холм», потому что никаких
холмов тут нет. Город расположен в низменной, болотистой
местности. Некогда этот населенный пункт новгородской
земли лежал на пути «из варяг в греки». Уже с тех пор
в русскую речь местных жителей начали проникать ино¬
странные слова. Одним из них было слово хольм, что зна¬
чит «возвышенность, остров», входящее в состав названий
Стокгольм, Бронхольм и др. Понятие же «остров» в русском
языке это не только земля, со всех сторон окруженная во¬
дой. В старину леса делили на острова — отдельные делян¬
ки; плодородный кусок земли (своеобразный оазис) тоже
назывался островом; у горняков островом называют це¬
лик — часть рудного пласта, обойденного кругом выработ¬
кой. На севере же островом издавна называлось сухое место
среди болот, небольшая возвышенность, то есть, по существу,
тот же холм.
Но слово «холм» может иметь и совершенно иное зна¬
чение.
Что такое Холмогоры
Среди топонимических названий часто встречаются
такие простые и ясные, что расшифровать их казалось
бы не представляет никакого труда. Возьмем, к примеру,
такое простое и немудреное название селения на Северной
Двине, в котором родился Михаил Васильевич Ломоносов,—
село Холмогоры.
Название это с виду кажется очень нехитрым: состав¬
ляют его два русских слова — холмы и горы. Значит, как
может подумать каждый, населенный пункт этот построен
где-то на холмах или рядом с какими-то возвышенностями.
123

Этот топоним заинтересовал ленинградского писателя
Л. Успенского. В справочнике-путеводителе, который попал
в руки писателя, было указано: «Город Холмогоры лежит
на берегу Северной Двины, а с трех остальных сторон окру¬
жен безбрежными заливными лугами... поверхность Холмо¬
горского района имеет равнинный характер». Откуда же
в название попали «холмы» и «горы»?
«Может ли быть, — спрашивает Л. Успенский, — чтобы
наши далекие предки, основывая поселение, называли его
вопреки здравому смыслу?» И отвечает: «Нет, этого никогда
не случается». А чем же объяснить такое несоответствие?
И Л. Успенский объясняет так:
«Область, прорезаемая Северной Двиной, заселена рус¬
скими сравнительно недавно: они на легких челнах пришли
сюда из Новгорода примерно в XI веке. До этого громадный
и лесистый край был обжит предками нынешних коми,
коми-пермяков, удмуртов — народами финского племени.
Конечно, они давно успели назвать своими именами и реки,
и озера, и горы суровой страны. И русские вовсе не сочли
нужным непременно менять эти древние, хотя и непонятные
им названия. Они оставили их. А если «чудское» (новго¬
родцы часто называли все финские племена «чудью») имя
напоминало какое-нибудь русское слово, новые поселенцы
начинали понимать его по-русски, придавая его звукам со¬
всем новое, свое значение. Не случилось ли чего-либо подоб¬
ного и с именем «Холмогоры»?
Языковед, желающий разгадать название, должен вни¬
мательно изучить топографию и историю той местности,
к которой оно относится. Что же он встретит тут, на Двине?
Во-первых, довольно много «чудских» названий, оканчи-
124

вающихся на слово «кар»: Войкар, Сыктывкар, Кудымкар.
Слово это у древних финнов примерно соответствует грече¬
скому ноль: кар значит «город».
Во-вторых, археологами напротив Холмогор, на Кур-
острове, обнаружен огромный древний чудский могильник —
старое кладбище, где «чудины» испокон веков погребали
усопших. А мертвец, покойник по-фински будет «калман»;
слово кальмакар означало «кладбище», «город мертвых».
Оно точно соответствует древнегреческому «Некрополь».
Понятность русского названия «Холмогоры» является
кажущейся, ложной. Это не русское слово... Имя это «чуд¬
ское» ; оно возникло, наверно, еще в те далекие времена,
когда против старого могильника на берегу широкой реки
останавливались перед переправой древние люди, «чудины»,
привезшие сюда для погребения тела своих близких».
Так объяснил Л. Успенский это «простое» название.
А правильно ли это объяснение?
Ведь географических названий с окончанием «горы»
здесь, на севере, очень много: на берегу Онежского озера есть
селение Ворзогоры, к юго-западу от Холмогор стоит населен¬
ный пункт Янгоры, к югу, на той же Северной Двине, — Мор-
жегоры, к востоку — Карпогоры, а неподалеку от Карпогор,
на реке Мезень, — селения Ценогора, Вожгора... Населен¬
ные пункты эти расположены не на «горах», а в низменнос¬
тях, болотах, но обязательно на берегах рек, озер или моря.
Можно ли допустить, чтобы все эти географические на¬
звания были связаны с термином «кар»? В одном случае
такое искажение «кар» на «горы», конечно, могло про¬
изойти, второй случай уже был бы натяжкой, а третий, чет¬
вертый, пятый... От такой гипотезы приходится отказаться
начисто.
Но откуда же все-таки появились «холмы» и «горы»?
Очевидно, надо взять под сомнение данные справочника,
о котором упоминает Л. Успенский.
Конечно, с точки зрения географа в этом низменном
северном крае настоящих гор нет. Для местных же урожен¬
цев плоского, болотистого края и небольшой бугор может
сойти за гору. Известный биограф М. В. Ломоносова А. Мо¬
розов, уточняя место рождения великого русского ученого,
пишет, что «Михаил Васильевич Ломоносов родился на
Большом острове, расположенном в Северной Двине, прямо
против Холмогор».
Автор особо подчеркивает ударение на первом «о», а не
на третьем,. как мы обычно произносим это название.
12*

Описывая Двину, разделяющуюся у Холмогор на не¬
сколько рукавов и проливов, образующих девять островов,
А. Морозов отмечает, что некоторые из них представляют
собой песчаную отмель, другие — болотистую низину, а два
острова, Куростров и Ухтостров, — это «холмистые, по¬
крытые пашнями острова, пестреющие многочисленными
деревеньками, рассыпанными по ложбинам и по пред¬
горьям» (слова, обозначающие возвышенности, выделены
мною. — И. С.). Двинские острова всегда были гуще насе¬
лены, чем соседняя «матера земля» или «нагорье». Во время
ледоходов вода нередко уносит и разбивает овины и даже
дома... Очертания островов постепенно меняются, и на
месте былых угоров — крутых берегов — образуются обрывы
и отмели.
Из книги мы узнаём, что мать Ломоносова была дочерью
дьякона из соседних Матигор. Селение это стояло на про¬
токе Матигорка, как Холмогоры — на протоке Холмогорка.
«За туманной пеленой, подернутой синей дымкой лесов, вид¬
нелась островерхая колоколенка матигорской церкви, —
продолжает А. Морозов. — Если пойти потихоньку в обход
Куростровского холма, скоро откроется изумрудно-зеленый
влажный луг... Дорога то спускается к деревенькам, при¬
таившимся в разлогах, то снова забирает вверх. Деревня
Кочерино расположилась на отлогом зеленом холмеу кото¬
рый исстари прозвали Низова гора... А стоит подняться
еще выше, к деревне Строительской, что на Пахомовой горе,
так откроются взору синие извивы Ровдогорки и Быстрокур-
ки... Дорога поворачивается вокруг Палишиной горы...»
Как видите, есть в этом равнинном краю и холмы и горы.
Следовательно, Холмогоры могли так и называться, без при¬
влечения «чудской» терминологии.
Но таких оснований у нас нет именно потому, что во
многих других селениях, названия которых оканчиваются
на «горы» или «гора», гор и даже холмов нет в помине.
Откуда же взялось название «Холмогоры»?
Историки свидетельствуют, что первоначальное название
этого важного торгового селения было не «Холмогоры»,
а «Колмогоры». Это имя впервые встречается в грамоте
XIV века. До этого здесь, на месте нынешнего города, стояло
небольшое селеньице, а рядом, на Ухтострове и на Мати-
горах, жили новгородские посадники. Когда селение и два
посада разрослись и соединились в одно целое, большой
населенный пункт получил имя «Колмогор».
Слово колмо или колме по-фински значит «три»*
126

а несомненно именно это «счетное» слово и составляет пер¬
вую половину названия города Холмогоры. Несомненно и
то, что все здешние названия, оканчивающиеся на «горы»
или «гора», являются в первой своей половине не русскими,
а «чудскими» словами. Вторая же половина названий — это
русский термин, широко распространенный на севере и озна¬
чающий высокий берег или просто берег.
Удивляться такому понятию слова «гора» не приходит¬
ся — ведь в русском языке гора не обязательно должна иметь
многокилометровую высоту, и в старой русской песне «Стоит
гора высокая» речь идет вовсе не о настоящей горе. В «Тол¬
ковом словаре» В. И. Даля слово «гора» означает «общее
название всякой земной возвышенности»: идти в гору —
это просто подниматься вверх; предгорье, пригорье, нагорье,
загорье — понятные слова по значению предлогов; «ехать
горою» в понимании жителей северных областей значит
ехать берегом, по сухопутью; горный берег на Волге — это
высокий, правый берег, в отличие от левого, лугового, и т. п.
Вот сколько разных материалов — географических, исто¬
рических, этнографических, лингвистических — пришлось
нам привлечь, чтобы объяснить название «Холмогоры», хотя
оно кажется простым и достаточно откровенным.
Подобного рода откровенность есть и в названиях аула
Учтобе и области Джетысу в Казахстане, города Чарджоу
в Туркмении, селения Бешарык в Узбекистане и горы Беш¬
тау на Северном Кавказе. Установить происхождение этих
топонимов не очень сложно, но для этого все же надо знать,
как и в случае с Холмогорами, «счетные» слова, на сей раз
не финские, а тюркские: «уч» — три, «беш» — пять, «дже-
ты» — семь, и персидское «чор» или «чар» — четыре. И сра¬
зу станет понятно, что Учтобе означает «Три холма», Дже¬
тысу — «Семиречье», Чарджоу— «Четыре канала», Беш¬
арык— «Пять каналов», а Бештау—«Пять гор». У под¬
ножия этой пятиглавой горы и раскинулся город-курорт
Пятигорск.
ОТКРОВЕННЫЕ НАЗВАНИЯ
Неподалеку от Пятигорска стоят города-курорты с не
менее откровенными названиями — Железноводск и Кисло¬
водск, известные своими нарзанными источниками. Слово
нарзан означает «богатырский», нарт — по-осетински «бо¬
гатырь, силач». Пятигорск во времена Пушкина назы-
127

вался Горячеводском, потому что первые здания курорта
были построены у подножия гор, из которых били целеб¬
ные родники горячей минеральной воды. Железноводск на¬
зван по источникам с «железистой» водой, а Кисловодск —
по источникам с «кислой» водой. Название железнодорож¬
ной станции и города Минеральные Воды не требует объ¬
яснения, так же как и название городка Прохладного, рас¬
положенного к юго-востоку от Пятигорска, в местности,
обильной холодными реками, текущими из ледников Кавка¬
за, со снеговых вершин которого веет освежающий ветерок.
Владикавказ, Верный *, Грозный, Владивосток — имена
городов-крепостей, поставленных царским правительством
на завоеванных землях. Имена эти как бы говорят сами за
себя: «Владей Кавказом», «Будь верным родине», «Стань
грозным для врагов», «Владей Востоком». ..
И точно так же понятны нам прежние печальные назва¬
ния многих белорусских селений: Голодное, Мохоеды, Бес-
коровичи... Немало таких названий было и у нищих рус¬
ских деревенек. Н. А. Некрасов в своей поэме «Кому на
Руси жить хорошо» красочно выразил в географических на¬
званиях тогдашнюю жизнь русских крестьян
Подтянутой губернии,
Уезда Терпигорева,
Пустопорожней волости
Из смежных деревень —
Заплатова, Дырявина,
Разутова, Знобишина,
Горелова, Неелова,
Неурожайки тож...
Крестьяне бежали из голодных мест в надежде найти
свое счастье на новых землях
Непоротой губернии,
Непотрошенной волости,
Избыткова села!
Переселенцы из Гореловок, Нееловок и Неурожаен осе¬
дали на просторах казахских степей и Западной Сибири,
в таежной глуши и на берегах широких дальневосточных
1 Владикавказ носит сегодня иное имя — Орджоникидзе, столица
Северной Осетии. Рядом с небольшой крепостцой-городком Верным и
на месте самой крепостцы вырос огромный город-сад Алма-Ата, сто¬
лица Казахстана.
128

рек, у подножий среднеазиатских гор, на склонах зеленых
сопок, откуда был виден Тихий океан. И всюду поднимались
молодые селения с радостными названиями — Светлое, Мно¬
гоудобное, Привольное, Веселое, Отрадное, Приятное. ..
Но жизнь на новых местах для большей части переселен¬
цев оказывалась темной, нерадостной, кабальной. И здесь
были всё те же кулаки, урядники и жандармы. Память
о родной покинутой земле рождала новые для этих новых
мест и старые в то же время названия, которые присваива¬
лись переселенцами поднимавшимся Полтавкам, Чернигов-
кам, Белгородкам...
Населенные пункты с названиями русских городов
можно найти во многих частях света, куда переселялись
русские, украинцы и белорусы в поисках лучшей доли, ка¬
кой они не могли найти в прежние времена на своей родине.
И на другом краю земли — в Канаде и Соединенных Шта¬
тах — есть селения, названные именами наших городов.
«В Соединенных Штатах можно насчитать целый десяток
Петербургов. Москва есть в штате Огайо, есть и еще две
Москвы в двух других штатах. Один из Петербургов имеет
целую сотню тысяч жителей. Есть Одесса. Не беда, если
возле Одессы нет не только Черного моря, но и вообще ни¬
какого моря. Помещается она в штате Техас. Какого это
одессита забросило так далеко? Нашел ли он свое счастье,
этого, конечно, уже никто не знает», — писали И. Ильф и
Е. Петров в своей книге «Одноэтажная Америка».
В появлении всех этих названий на зарубежных картах
нет ничего удивительного. Многие европейские и азиатские
города имеют двойников в Новом Свете, как называли когда-
то Американский материк. В тех же Соединенных Штатах,
куда стекались люди со всех концов мира, есть Парижи и
Лондоны, Шанхай и Бомбей, Неаполи и Флоренции, Вар¬
шавы и Женевы. По этим названиям нетрудно определить,
кто были первопоселенцы этих новых городов — французы,
итальянгы или поляки...
Откровенные географические названия обычно сами под¬
сказывают, откуда они произошли. К ним относится боль¬
шое число населенных пунктов, названных по тем богат¬
ствам, на которых эти селения стоят: на угольных ли зале¬
жах, на железных рудах, на марганцовых или медных ме¬
сторождениях. .. Вряд ли нужно объяснять, почему один из
городов острова Сахалин назван Углегорском, а города на
Урале и в Донбассе носят имена Углеуральска или Углешах-
тинска. Не требуют объяснений происхождения названия
9 И. Сергеев
129

портового поселка Угольный на Чукотском побережье Берин¬
гова моря, городов Нефтегорска на Северном Кавказе, Мар¬
ганца на Украине, Медногорска, Асбеста, Изумруда и Ал¬
маза на Урале, городка Никель и станции Апатиты на Коль¬
ском полуострове, поселка Слюдянки на Байкале, станции
Оловянной в Восточной Сибири... Немало географических
названий связано с залежами глины, песка, камня, мела,
мрамора, соли и других минералов или с местами их раз¬
работок — карьерами, каменоломнями, рудниками...
В каждом отдельном случае нужно внимательно прове¬
рять географическое название на месте и на месте же зна¬
комиться с историей географического пункта. Ведь очень
часто случается, что первоначальное его название, основан¬
ное на каких-то видимых доказательствах, впоследствии
утрачивает эти доказательства; к примеру, город Могилев
на Днепре, как говорит предание, был назван по курганам —
могилам, — от которых сейчас не осталось и следа. А Моги¬
лев на Днестре или иначе Могилев-Подольский называется
по фамилии молдавского господаря Могилы, в честь кото¬
рого его зять, воевода Потоцкий, выстроил замок, назвав
его Могилов. Впоследствии вокруг замка выросло селение,
а затем и город, чье имя было изменено на Могилев, кото¬
рому в отличие от белорусского Могилева добавили второе
имя — Подольский (по долине Днестра).
Десятки населенных пунктов на севере нашей страны
называются: Солигалич, Сольвычегодск, Соликамск, Сольцы
и др. В этих пунктах существовали соляные варницы. Сей¬
час соль завозят в эти города из других мест — из Соль-
Илецка, Баскунчака, Славянска и Артемовска (неподалеку
от него находится и железнодорожная станция Соль).
В Луганской области на Украине есть небольшой город
Золотое, а также крупный поселок городского типа Алмаз¬
ная. Из странного согласования — город Золотое и поселок
Алмазная— легко установить, что когда-то город был селом,
а поселок — станцией. Но в селе и вокруг села Золотого и
близ станции Алмазной не добывали ни алмазов, ни золота.
Поэтому такие названия, если их не проверить на месте,
могут лишь ввести людей в заблуждение.
Населенные места называются иногда не по имени ми¬
нералов, а по его цвету. Так, в Донбассе есть станция Мело¬
вая и неподалеку от нее станция Белая близ села Белого,
расположенного на реке Белой, в районе которой издавна
разрабатывали светлые огнеупорные глины. Севернее этих
мест, на берегах Северского Донца, сложенных из меловых
130

пород, и еще дальше, за Харьковом, у Белгорода, до сих пор
добывают мел, как и в Белогорье Воронежской области. Все
эти и подобные им названия — Старобельск на Украине, Бе-
логлинск и Белая Глина на Северном Кавказе — связаны
с теми же залежами ископаемых, от которых произошло на¬
звание реки Меловой и слободы Меловатки на реке Красной.
А залежи песка и камня породили такие названия, как
Песчаная, Пески, Каменка...
Подобного рода географические названия, связанные
с углем, нефтью, солью, железом и другими ископаемыми,
мы можем встретить на картах Средней Азии, Закавказья,
Сибири, Севера и Дальнего Востока. Но, для того чтобы рас¬
шифровать их, надо знать другие языки. Ведь даже на род¬
ственном русскому украинском языке слово железо —
«зализо», нефть — «нафта», соль — «силь», а уголь— «ву-
гиль». Таким образом, понятное для туркмена имя города
Небит-Даг, а для казаха — имя города Темир-Тау мы пой¬
мем только после того, как узнаем, что «небит» значит
нефть, а «темир» — железо.
У города Гарм на реке Сурхоб есть немало двойников
в Таджикской республике: на реке Вахш стоит городок Оби-
гарм, в ущелье Гиссарских гор есть курорт Ходжа-Обигарм.
В переводе с таджикского языка слово «гарм» значит горя¬
чий, соответствуя тюркскому «иссык». И все эти названия
свидетельствуют, что в этих населенных пунктах бьют из-
под земли горячие источники.
Название Калаи-Хумб (или Кала-и-Хум, как писали
прежде) происходит от двух слов: кала — «крепость,
укрепленный город» и хум — «горшок, чаша». Две огром¬
ные каменные чаши, по которым это селение получило свое
название, сохранились доныне. По местному преданию, ка¬
менные чаши, сделанные из одного куска камня, созданы
руками дэвов (духов) по велению Александра Македонского.
Эту сказку распространяли здешние муллы (мусульманские
священники). Но местные ремесленники объясняют проис¬
хождение каменных чаш более прозаически: они были сде¬
ланы лет двести пятьдесят назад по заказу приезжего из
Западного Китая кустаря для разведения красок и окраски
бумажных тканей (цветными тканями в свое время славил¬
ся Дарваз). А горная река, на которой стоит Калаи-Хумб, на¬
зывается Оби-Хум именно потому, что по течению этой
реки некогда добывался камень для выделки хумов. Вообще
же в Средней Азии хумы делались обычно из глины и затем
обжигались.
9*
131

Название города Душанбе, столицы Таджикистана, в пе¬
реводе значит «Понедельник». Это не удивило меня, потому
что до посещения таджикской столицы я несколько дней
прожил в Джума-базаре на реке Зеравшан в Узбекистане и
знал уже, что по пятницам (этот день — «джума» — у му¬
сульман считается праздничным днем недели) здесь бывает
большой базар. А в Душанбе такие же базарные дни были
по понедельникам.
По дороге в Душанбе я побывал в городе Пенджикенте.
Мне было известно, что пяндж значит «пять», а кенд —
«город». Но почему такое имя дано этому небольшому пыль¬
ному городку? Неужели на его месте стояли некогда пять
селений? Лишь много лет спустя, работая в Военно-истори¬
ческом архиве, я увидел на старой карте Туркестанского ге¬
нерал-губернаторства совсем иное название городка —
«Пянджшамбе», и смысл его раскрылся сразу же: оно было
сродни и Джумабазару и Душанбе. Душанбе означало вто¬
рой день недели (шанбе — по-таджикски «неделя»), то
есть понедельник, «Джума» — пятницу, а «Пянджшамбе» —
пятый день недели, то есть четверг. И этот городок был не
каким-то таинственным Пятиградьем, а просто-напросто
в нем по четвергам происходили базары.
Такие же откровенные названия носят русский город
Торжок, происхождение которого объясняется торговым зна¬
чением этого населенного пункта, и Кузнецкий угольный
бассейн, получивший свое имя от селения Кузнецк и про¬
славившийся своими угольными богатствами — при совет¬
ской власти здесь было найдено впятеро больше угля, чем
в Донбассе. Первоначальное же название город получил от
стоявшей на его месте Кузнецкой крепости, а сама крепость
от кузнецов, работавших тут с давних времен.
Иногда «откровенность» названия скрывается за непо¬
нятным словом, давно уже вышедшим из употребления.
Все знают город Керчь, где находится один из крупней¬
ших металлургических заводов нашей страны. На керчен¬
ских рудах в древности работали местные кузнецы, от кото¬
рых и пошло само название города. Древнее слово кырч
или корч означало «кузнец», корчиница — «кузница»,
корчин мех — «кузнечный мех». Историки-лингвисты
связывают слово «кырч» со словом «крица» (откуда пошел
термин «кричное железо»), то есть «свежая глыба выварен¬
ного из чугуна железа, идущая под огромный кричный мо¬
лот, для отжимки, проковки и обработки», как пишет
3. И. Даль в своем «Толковом словаре русского языка».
132

Название селения Ар¬
гунова тоже профессио¬
нального характера. В
основе его лежит слово
«аргун». Аргунами же во
Владимирской губернии
называли плотников.
Среди топонимических
задач попадаются иногда
неожиданные и странные.
С одной из них мне при¬
шлось столкнуться на
Урале и в Восточной Си¬
бири, когда я узнал о су¬
ществовании в этих краях
населенных пунктов с уди¬
вительными названиями:
Лейпциг, Париж, Варша¬
ва, Берлин, Бранденбург, Шарлеруа... Это было удивитель¬
но! В таежной глуши, в диких скалах, у подножия зеленых
сопок — и вдруг Шарлеруа!.. Гораздо легче представить
себе Воронеж или Конотоп где-нибудь в Канаде, в Арген¬
тине или в Соединенных Штатах, потому что каждому по¬
нятно, что эти названия дали селениям русские люди, по¬
павшие на чужбину. Но здесь, за Уралом, в Сибири, невзрач¬
ная деревенька носит имя Парижа, а село, в котором всего
десятка два дворов, зовется Лейпцигом...
Местные историки давно уж решили эту «тайну». Все
эти названия принесли с собою русские солдаты, соратники
Суворова и Кутузова. Под их водительством они изгоняли
захватчиков из пределов родины, бились под Лейпцигом,
брали Берлин, победителями непобедимого Наполеона вхо¬
дили в Париж. ..Ив память о славе русского оружия да¬
вали они новым селениям имена столиц и городов, сдав¬
шихся на милость победителей.
В дневниках тридцатилетней давности, которые я вел
в дни первых моих путешествий по Средней Азии, сохрани¬
лась топонимическая история, записанная в Самарканде.
Однажды мой знакомый корреспондент республиканской
газеты «Кзыл Узбекистан» повез меня к своим родственни¬
кам в пригородный кишлак на какое-то семейное торжество.
Гости съехались со всех сторон. Среди гостей были две
девушки в паранджах и чачванах. В то время значительная
часть женщин еще ходила в серовато-голубых паранджах,
133

похожих на глухой мешок, окутывавший фигуру женщины
с головы до пят, а узкое треугольное отверстие для лица за¬
крывал чачван — густая сетка, сплетенная из черного кон¬
ского волоса.
Но безобразное одеяние все же не могло скрыть ни мо¬
лодости, ни природного изящества этих девушек, одна из ко¬
торых оказалась двоюродной сестрой моего приятеля.
—	Откуда она? — поинтересовался я. — Здешняя или
из Самарканда?
—	Нет, из Парижа, — весело ответил приятель, — а под¬
руга ее из Мадрида. Это недалеко от Парижа.
—	Что за шутки! — готов был обидеться я. — Тебя же
серьезно спрашивают!
Но ему и в голову не приходило шутить; он недоуменно
взглянул на меня и воскликнул:
—	Уй, какая история! Так ты про тот Париж подумал,
да? И про Мадрид, который в Испании? Так это же наши
кишлаки, понимаешь? Здесь, под Самаркандом.
—	Ничего не понимаю! — искренне удивился я. — При
чем тут Париж или Мадрид?
И тут мне рассказали, что под Самаркандом существо¬
вали не только Париж с Мадридом, но и Каир и Пекин, по¬
явившиеся более пяти веков назад, во времена завоевателя
Тимура или Тамерлана, которому принадлежит крылатое
выражение, что «населенная часть мира слишком мала для
того, чтобы иметь двух царей». Тимур сделал все возможное
для доказательства правоты своих слов: он захватил всю
территорию нынешних Туркмении, Узбекистана, часть Ка¬
захстана, Афганистана, Закавказья, большую часть Индии,
Персии, Сирии, огромные пространства до Волги и Дона. Он
жег и грабил русские города, разрушал чужие столицы и
украшал свою собственную — древний Самарканд.
В дни Тимура город этот, по свидетельствам современни¬
ков, был одним из самых богатых и красивых городов мира.
Со всех концов завоеванных земель свозились в Самарканд
не только награбленные драгоценности, но и представители
всех отраслей искусства и науки, которых воины Тамерлана
захватывали в покоренных странах. При Тимуре Самарканд
украсился великолепными зданиями дворцов, храмов, гроб¬
ниц, духовных учебных заведений. И тогда же вокруг города
выросли новые селения, которым были даны имена столиц
Испании, Франции, Китая и Египта, то есть тех стран, куда
еще не дотянулась рука завоевателя.
Вспомнив эту небезынтересную историю, я понял, что
*34

русские солдаты с большим правом называли свои поселки
Дрезденами, Лейпцигами, Берлинами и Парижами — ведь
они не только мечтали об этих городах, а входили в них как
победители.
ИМЕННАЯ И ФАМИЛЬНАЯ ТОПОНИМИКА
Очень много географических названий, закрепленных за
небольшими селениями, поселками, местечками, городками
и некоторыми городами, произошли от имен и фамилий быв¬
ших владельцев тех мест, где возник тот или иной населен¬
ный пункт.
И в наши дни много крупных населенных пунктов носят
имена их основателей — великих князей, царей, бояр, вель¬
мож, либо тех лиц, в царствование которых рождались новые
города. Правда, после революции количество таких названий
заметно убавилось: на географических картах нашей родины
заменено много названий городов, начиная с названия
самого главного города дореволюционной России — Петер¬
бурга или Петрограда, как он стал называться в начале пер¬
вой мировой войны и назывался так до конца января 1924 го¬
да. Нет на карте СССР ни Петергофа, ни Александрополя, ни
Екатеринодара, ни Екатеринбурга, ни Елизаветграда, ни
Романовска, ни Константинограда, ни многих других «цар¬
ских» или «великокняжеских» названий населенных
пунктов.
Их сменили новые имена, отразившие в себе огромные
перемены, свершившиеся в нашей стране. Царская столица
России стала городом Ленинградом. Именем Владимира
Ильича Ульянова-Ленина был назван не только этот город,
где под руководством создателя Коммунистической партии
и Советского государства готовилась и свершилась Великая
Октябрьская социалистическая революция. Ульяновском
был назван город Симбирск, где родился Владимир Ильич,
городами его имени стали Ленинабад — бывший город Ход-
жент в Средней Азии, Ленинакан — бывший Александро-
поль в Армении, Лениногорск — бывший город Риддер на
Алтае, в Северо-Восточном Казахстане, и еще много населен¬
ных пунктов получили славное ленинское имя.
Именами основоположников социализма были названы
волжские населенные пункты: городом Марксом — бывший
Екатериненштадт и городом Энгельсом — бывший Покровск.
Именем руководителя крестьянского восстания Е. Пугачева
135

назвали город Николаевск в Заволжье. Имя революционера
С. Халтурина получил северный городок Орлов, а револю¬
ционера И. Бабушкина — селения Лосиноостровское под
Москвой и Мысовск на берегу озера Байкал.
В новых названиях городов увековечены имена соратни¬
ков и учеников Ленина: всесоюзного старосты М. Калини¬
на — города Калинин (бывшая Тверь) и Калининград (быв¬
ший Кёнигсберг), первого председателя Центрального Испол¬
нительного Комитета Я. Свердлова — города Свердловск на
Урале (бывший Екатеринбург) и в Донбассе (бывший желез¬
нодорожный узел Должанская), С. Орджоникидзе — город
Орджоникидзе (бывший Владикавказ), В. Куйбышева — го¬
род Куйбышев (бывшая Самара), именем Ф. Дзержинского
названо несколько населенных пунктов — Романов на Укра¬
ине, Растяпино под городом Горьким, Щербиновка в Дон¬
бассе, Кайданово в Белоруссии, а Днепродзержинском —
бывшее Каменское на Днепре. Городом Днепропетровском
назвали бывший губернский город Екатеринослав в честь
первого председателя Всеукраинского Центрального Испол¬
нительного Комитета Г. Петровского. Имя старого больше¬
вика В. Ногина было дано подмосковному городу Богород-
ску, имя А. Цюрупы — городу Алешки на Днепре. Память
о С. Кирове хранят несколько городов: Киров — бывшая
Вятка, Кировабад — бывшая Ганджа в Азербайджане,
Кировакан — бывший Караклис в Армении, Кировоград —
бывший Елизаветград на Украине, Кировск — бывший Хи-
биногорск на Кольском полуострове. ..
В именных и фамильных топонимах нового времени от¬
ражена и русская наука: имя М. Ломоносова дано городу
Ораниенбауму близ Финского залива, имя И. Мичурина —
тамбовскому городу Козлову, имя академика С. Чаплыги¬
на — городу Раненбургу в Липецкой области, именем ака¬
демика Н. Жуковского назван новый город под Москвой, ря¬
дом со станцией Отдых, а имена президентов Академии
наук СССР А. Карпинского и В. Комарова были даны соот¬
ветственно городу Богословску на Урале и населенному
пункту Келомяки на Карельском перешейке.
Нашли отражение в топонимах и имена военных деяте¬
лей нашей родины: именем одного из героев Отечественной
войны 1812 года П. Багратиона назван город Прёйсиш-
Эйлау на Балтике, именем Н. Щорса назван город Сновск на
Украине, имя М. Фрунзе носит столица Киргизии — быв¬
ший Пишпек, имя В. Чапаева присвоено нескольким насе¬
ленным пунктам, и среди них — крупному селению Ива-
136

щенково в Куйбышевской области. Имя генерала Советской
Армии И. Черняховского закреплено за бывшим городом
Инстербургом Калининградской области.
Имена писателей увековечены в названиях многих горо¬
дов : именем А. Пушкина называют сегодня бывшее Царское
Село, именем В. Белинского — город Чембар в Пензенской
области, имя Лев Толстой носит городок Астапово под Ту¬
лой. Имя Т. Шевченко дано форту Александровскому на
Каспийском море — он называется Форт-Шевченко. Имя
А. Чехова присвоено городку Лопасня под Москвой и насе¬
ленному пункту Нода на острове Сахалин. Городом Горьким
стал Нижний Новгород. Имя Д. Фурманова закреплено за
бывшим городком текстильщиков Середа в Ивановской об¬
ласти. Именем А. Серафимовича названа станица Усть-
Медведицкая. Имя певца казахских степей Джамбула дано
бывшему городу Аулие-Ата.
В некоторых случаях переименование города связано
с местом рождения выдающегося гражданина нашей стра¬
ны, в другом — с местом, где прошли его детство и юность,
в третьем — с ареной его общественной или научной дея¬
тельности. . .
Переименована, конечно, только небольшая часть насе¬
ленных пунктов Советского Союза. На карте осталось не¬
мало городов, носящих имена бывших владык и могущест¬
венных правителей удельных княжеств древней Руси: Яро¬
славль, Владимир, Львов, Дмитров, Льгов...
Основание города Ярославля относят к началу XI века и
связывают с именем великого князя Ярослава Первого, а имя
города Владимира на Клязьме, одного из древнейших рус¬
ских городов, ведут от князя Владимира Первого. Город
Львов, по преданию, построен в первой половине XIII века
галицким князем Даниилом Романовичем и назван в честь
его старшего сына Льва, а по другому сказанию, был осно¬
ван самим Львом Данииловичем. Основание города Дми¬
трова под Москвой приписывается великому князю Юрию
Долгорукому, велевшему заложить город на том самом
месте, где его застало известие о рождении сына Дмитрия,
впоследствии носившего имя великого князя Всеволода
Третьего.
Сложнее происхождение названия города Льгов. По пре¬
данию, город был заложен князем Олегом, которого когда-то
называли «вещим», то есть умным, мудрым, умеющим пред¬
видеть будущее. Во время монгольского нашествия, как го¬
ворят сказания, город был разрушен, а много веков спустя
137

-Чл-РМ
на месте Олегова городища возникло селение Ольгово, став¬
шее затем городом Ольговом или просто Льговом.
Город Петрозаводск, столица Карельской АССР, вырос
у железоделательных заводов, основанных Петром Первым.
Сохранилось и название бывшей крепости Иван-города, под¬
нявшейся напротив города Нарвы в XV веке, в год откры¬
тия Америки. Сейчас Нарва входит в состав Эстонской ССР,
а границей между Эстонией и РСФСР служит река Нарва,
по которой город и получил свое название. Крепость же
была названа по имени великого князя Ивана Третьего, со¬
бирателя Руси. В свое время населенных пунктов с таким
^се названием «Иван-город» было очень много, но еще до
революции один Иван-город, на западе нынешней Велико-
луцкой области, переименовали в Себеж — по названию Се-
бежского озера, на полуострове которого возник этот город,
а другой Иван-город, переименованный впоследствии в Сви-
яжск, стоял на высоком холме, круто спускавшемся в до¬
лину реки Свияги, впадающей в Волгу неподалеку от
Казани. Оба были названы по имени царя Ивана IV — Гроз¬
ного. Иван-городом называются также два населенных
пункта на Украине: первый — между Уманью и Гайсином,
а второй — в центре треугольника, составляемого Нежиным,
Конотопом и Прилуками. К русским царям эти названия не
имеют отношения.
Но «царских», «великокняжеских» или «княжеских» на¬
званий все же было гораздо меньше, нежели «боярских»,
« помещичьих »,	« монастырских »,	« военных », « купече¬
ских» — таких, как города Ковров, Скадовск, Каховка, стан¬
ция Иловайская в Донбассе, Перловка под Москвой, город
Гурьев на Каспийском море. ..
Город Ковров на реке Клязьме во Владимирской области
138

вырос на месте деревни Епифановки, по преданию, основан¬
ной в XII веке зверопромышленником Епифаном. В XVI веке
здесь уже было большое село Рождественское, принадлежав¬
шее князьям Ковровым, по фамилии которых и был назван
город.
Черноморский город Скадовск получил свое название по
фамилии помещиков Скадовских, на землях которых он и
был основан, так же как и Каховка, выросшая на земле об¬
ширного поместья дворян Каховских.
Станция Иловайская и поселок того же имени на желез¬
ной дороге из Донбасса в Таганрог и Ростов-на-Дону, преоб¬
разованный сейчас в город Иловайск, получили свое назва¬
ние по фамилии крупного помещика Иловайского. Ему при¬
надлежали большие площади плодородных земель, в том
числе и тех, на которых возникли селение и станция.
Дачная станция Перловка под Москвой на Северной же¬
лезной дороге была названа по фамилии известного вла¬
дельца чаеразвесочных фабрик Перлова, имение которого
находилось на месте нынешнего дачного поселка. .
Город Гурьев в устье реки Урал (Яик) назван по имени
одного из первых каспийских рыбопромышленников Ми¬
хаила Гурьева, который в начале XVIII века вместе со сво¬
ими сыновьями построил здесь деревянный острог на Яике
или Яицкий городок 1.
Много географических названий рождены именами пер¬
вооткрывателей — путешественников, ученых, землепроход¬
цев и мореплавателей. Такие названия, как вы уже знаете,
с большими трудностями появлялись на географической
карте, и только всемирное признание заслуг этих людей за¬
ставляло царское правительство уделять им какое-то внима¬
ние. Но чаще всего географическое название внедрялось
в жизнь против воли и желания царских чиновников, а за¬
тем уже, как прочно вошедшее в обиход, появлялось на
картах.
Такие именные названия мы встретим в районах Край¬
него Севера, Сибири, Дальнего Востока: самый северный
мыс Азиатского материка называется мысом Челюскина,
самая восточная оконечность Азии — мысом Дежнева, про¬
лив между Новой Землей и полуостровом Таймыр носит имя
Бориса Вилькицкого, острова в Карском море названы име-
1 Не путайте этот Яицкий городок с другим большим населенным
пунктом того же названия, который с 1775 года стал именоваться
Уральском.
139

нами полярных исследователей Шокальского, Сибирякова,
Неупокоева, Исаченко, Воронина. ..
Среди морей, названных именами известных географов
Баренца и Беринга, появилось на географических картах
море Лаптевых, которого не существовало на старых, доре¬
волюционных картах. Оно было названо в честь замечатель¬
ных исследователей Арктики Харитона Прокофьевича и
Дмитрия Яковлевича Лаптевых, принимавших участие в
Великой Северной экспедиции XVIII века. Именем Дмитрия
Лаптева назван и пролив, соединяющий море Лаптевых
с Восточно-Сибирским морем, а берегом Харитона Лаптева
назвали северо-западное побережье Таймырского полуостро¬
ва — от Пясинского залива до залива Таймырского.
Не существовало до революции и таких названий горо¬
дов, как Махачкала, Демидов, Тутаев.
Махачкала, столица Дагестана, в недавнем прошлом на¬
зывалась Порт-Петровском. Порт этот вырос на месте укреп¬
ления, где некогда, по преданию, стоял лагерь Петра Пер¬
вого. Нынешнее название свое город получил по имени Ма-
хача (Магомеда) Дахадаева, одного из организаторов борь¬
бы за советскую власть в Дагестане, героя гражданской
войны, погибшего осенью 1918 года.

Районный центр Смоленской области город Демидов до
.1918 года назывался Поречьем. Его переименовали по реше¬
нию местных властей в честь Я. Е. Демидова, секретаря уезд¬
ного комитета партии, зверски убитого контрреволюционе¬
рами осенью 1918 года. Когда жители города решили увеко¬
вечить имя Демидова, закрепив его за городом, для переиме¬
нования не требовалось утверждения центральных прави¬
тельственных органов — новое название и без этого утвер¬
ждения прочно закрепилось за бывшим Поречьем.
Точно так же появился на карте Ярославской области
город Тутаев. Прежде он назывался Романовом-Борисоглеб-
ском. Новое имя было дано городу в конце 1918 года
местными властями в память о красноармейце И. П. Ту-
таеве, павшем смертью храбрых при подавлении белогвар¬
дейского мятежа в Ярославле.
Одно из дальневосточных селений близ города Хаба¬
ровска называется Волочаевкой. Это о нем поется в песне;
И останутся, как сказка,
Как манящие огни,
Штурмовые ночи Спасска,
Волочаевские дни...
Населенных пунктов с названием Спасск, Спасское, Спас-
Деминское, Спас-Тешилово, Спас-Угол, Спас-Городище в до¬
революционной России было очень много. Почти все эти на¬
звания связаны с именами церквей или соборов святого
Спаса или иначе — Спасителя. Одних лишь монастырей
с таким «святым» термином насчитывалось, по данным
энциклопедии Брокгауза и Ефрона, сорок. А Волочаевка
была одна.
Такие «простые» названия очень трудно объяснить, осо¬
бенно, когда прошло много времени с тех пор, как возникло
селение. Но в случае с названием «Волочаевка» нам, как го¬
ворится, повезло: во-первых, со дня рождения Волочаевки
прошло немногим более полувека и, во-вторых, что самое
главное, остались еще живые свидетели, на глазах которых
создавалось это селение.
О происхождении названия селения Волочаевка успел
рассказать П. М. Волочаев, сын Макара Семеновича Воло-
чаева, который в 1908 году вместе со своими земляками из
кубанской станицы Ивановской, гонимых безземельем и
нуждой, двинулся на «край света», как тогда называли
Дальний Восток.
141

Тридцать пять семейств, приехавших сюда под началом
Макара Волочаева, поставили свои избы у подножия сопки
и начали новую жизнь. И только после того, как вырос по¬
селок, они задумались над тем, как его назвать.
Царские чиновники предложили дать поселку имя гене¬
рал-губернатора, но переселенцы отказались от такой чести,
решив на сельском сходе назвать селение по фамилии своего
вожака — Волочаева. И чиновникам пришлось согласиться
с волей народа.
В этом коротком рассказе промелькнуло название кубан¬
ской станицы Ивановской. Ивановских, Ивановок, Иванови¬
чей в нашей стране не один десяток. Такое же множество
селений есть с названиями Александровка, Алексеевка,
Борисовка, Васильевка, Владимировка, Григорьевка, Дми¬
триевка, Екатериновка, Захаровка, Ильинка, Кузьминка,
Лавровка, Марковка, Николаевка... Впрочем, тут можно
пройти по всему алфавиту — до Юрьевок и Яковлевок.
Некоторые из этих названий пошли от имени первопо¬
селенца, другие — по фамилии владельца земли, на которой
выросло селение, третьи — по имени христианского свя¬
того. .. А может быть еще и четвертый, и пятый, и шестой
путь, по которому приходит на карту географическое на¬
звание.
Портовый город Николаев, расположенный на восточном
берегу Южно-Бугского лимана, был основан князем Потем¬
киным в 1784 году как военное укрепление на Черном море.
Позже рядом с крепостью начал расти поселок корабле¬
строителей, создателей нашего Черноморского* флота. Этот
населенный пункт входил в состав шести «адмиралтейских
поселений» Херсонской губернии. Здесь создавался не толь¬
ко флот, но и кадры флотоводцев: в городе Николаеве были
открыты мореходные юнкерские классы, техническое порто¬
вое училище для шкиперов, машинистов и кочегаров, море¬
ходное училище...
На верфях Николаева были построены корабли Сенявина
и Нахимова, севастопольская эскадра, первый русский ко¬
лесный пароход ♦ Везувий», первый русский броненосец
« Екатерина II» и знаменитый «Князь Потемкин-Тавриче-
ский», поднявший красное знамя восстания в первую рус¬
скую революцию.
Но самым первым кораблем, построенным в этом городе,
был огромный по тому времени многопушечный фрегат. Его
наименовали «Святым Николаем», считавшимся покровите¬
лем моряков. В день окончания постройки фрегата Екате-
142

рина Вторая подписала
указ об основании нового
города.
Этот город должен
был получить название
по имени первого кораб¬
ля, спущенного на воду
с первой верфи. Так ро¬
дилось еще одно из сотен
географических назва¬
ний, происшедших от
имени «Николай» или от
фамилии «Николаев».
Однако ни одно имен¬
ное или фамильное на¬
звание населенных пунк¬
тов по своей «массово¬
сти» не может соревно¬
ваться с географически¬
ми названиями, в состав
которых входит слово
«красный».
КРАСНЫЕ ГОРОДА, СЕЛА,
ДЕРЕВНИ...
Многие из читателей
будут удивлены, узнав,
что географических пунк¬
тов с эпитетом «крас¬
ный» у нас в стране не
сотни, а тысячи... Кое-
кто тут же вспомнит о
том, что Царевокок-
шайск, к примеру, сразу
же после революции пе¬
реназвали Краснокок-
шайском, Екатерино-
дар—Краснодаром, Кон-
стантиноград — Красно-
градом, Романовен на
Кавказе — Красной По¬
ляной, и пр.

Красный цвет — символ революции. Под красным знаме¬
нем боролись за свои права рабочие, красные флаги прино¬
сили они на запретные маевки, которые разгонялись поли¬
цией.
Красные знамена реяли над баррикадами 1905 года,
красные лоскуты, привязанные к штыкам, поднимались над
окопами в конце первой мировой войны, море красных зна¬
мен бушевало на площадях и улицах с первых же дней ре¬
волюции.
Красное знамя с золотым знаком серпа и молота стало
государственным флагом первого в мире социалистического
государства рабочих и крестьян.
Но красный цвет широко бытовал в русском языке и в до¬
революционной топонимии, потому что слово «красный»
означало не только цвет, но и красоту. Отсюда же родилось
и слово «прекрасный».
Красная площадь была названа так именно за свою кра¬
соту. Здесь красовался чудесный Кремль с зубчатыми сте¬
нами и высокими башнями, не похожими друг на друга,
сказочный по красоте собор Василия Блаженного с его мно¬
гоцветными куполами.
А сколько различных понятий связано было со словом
«красный»: красная девица, красный молодец, краснобай,
красная изба, красное окно, красный стол, красная лавка,
красный лес, красный зверь, красная рыба...
Первые три выражения не требуют комментариев, а
красной избой, как свидетельствует В. И. Даль, называлась
в старой России «чистая, белая, то есть с трубой, с изразча-
той печью (вспомните о том, что в старину крестьянские
избы топились по-черному, без печи. — И. С.) и красными
косящатыми (а не волоковыми, через которые выволакивал¬
ся дым. — И. С.) окнами и рамами. Такая изба служила
крестьянам для приема гостей...»
Красной лавкой называлась деревянная лавка, стоявшая
в самом светлом месте избы, под красным окном — большим
окном, прорубленным в стене, выходящей на юг, на крас¬
ное солнышко; в красном, почетнцм углу избы хозяева уса¬
живали самых почтенных и уважаемых гостей. Красным же
столом называлось угощение у родителей жениха, либо ве¬
чером после совершения брака, лдбо на следующий день.
Красным лесом называли хвойный лес, в отличие от
лиственного леса. Красный зверь с ценным мехом — это мед¬
ведь, волк, лиса, рысь,— зверье, из шкур которых шили
шубы и другую зимнюю одежду. Красной рыбой считалась
144

лучшая рыба — осетр, шип и сев¬
рюга, в отличие от черной, ко¬
стистой рыбы; красную рыбу
подавали к царскому столу. Про¬
стой народ довольствовался
рыбкой попроще.
Как видите, эпитет « крас¬
ный» широко употреблялся в
русском быту.
Столь же широко отражен он
и в дореволюционной топо¬
нимии.
В почтово-телеграфном реест¬
ре, которым пользовались работ¬
ники связи до Октября 1917 го¬
да, названия со словом «крас¬
ный» занимают много страниц:
Красные села, Красные слободы,
Красные поляны, Красные ста¬
ницы, Красные холмы, Красные
горки, города Красный, Красно-
став, Краснополь, Красносло-
бодск, Красноборск, Красно-
водск, Красногорск, Красно¬
ярск. .. В любой губернии можно
было найти населенные пункты
с эпитетом «красный». Поэтому,
расшифровывая географическое
название с таким эпитетом, не
торопитесь объяснять его проис¬
хождение.
Путешествуя по Южному
Уралу, я попал как-то в город
Красноуфимск на реке Уфе и,
убежденный в том, что такое на¬
звание города появилось после
Октября, поинтересовался, какое
же имя было у него прежде.
Помню, как мне пришлось
краснеть, выслушивая объясне¬
ние, что город действительно
однажды менял свое имя, только
это случилось давно, еще во вре¬
мена Пугачева: до этого он на-
г
—
окн-0
Ы й
Ю и. Сергеев

зывался Красноуфимской крепостью, а потом стал горо¬
дом Красноуфимском.
Но такие названия населенных пунктов, как Красная
Звезда, Красноармейск, Красногвардейск, Красное Знамя,
Краснофлотск, Красный Октябрь, Красный Профинтерн,
Красный Маяк, могли появиться, конечно, только после
Великой Октябрьской социалистической революции.
Очень много географических пунктов с эпитетом ♦крас¬
ный» носят совершенно одинаковые названия. Населенные
пункты с именем «Красный Октябрь» есть во Владимирской,
Карагандинской, Курганской областях, в Ставропольском
крае и в других местах.
Населенные пункты с названием «Красное» мы встретим
в Волгоградской, Воронежской, Кемеровской, Кировской,
Смоленской и других областях.
«Красный» — по-украински червонный: Червонная Ка¬
менка, Червонная Земля, Червоноград, Червоноармейск,
Червоное... Но на Украине есть и «красные» населенные
пункты, которых еще больше, чем «Червонных».
В республиках, где говорят на тюркских языках, Кызыл-
кенд, Кызыл-Аскер, Кызыл-Кишлак, Кзыл-Аул означают
в переводе Красноград, Красноармейск или, точнее, Красно-
солдатск, Красносельск, Красная Деревня и пр. Названия
с тем же термином встречаются и в глубине Сибири — гора
Кызыл-Тайга и поселок Кызыл-Маны на Алтае, а в центре
Азиатского материка — река Кызыл-Хем и главный город
Автономной Социалистической Советской Тувинской рес¬
публики — Кызыл.
Тувинцы, так же как якуты и хакасы, говорят на язы¬
ках тюркской группы, а рядом с Тувой у народов, го¬
ворящих на монгольских языках, «красный» — улан: сто¬
лица Бурятии Улан-Удэ значит «Красный (город) на (реке)
Удэ». Отсюда и названия многих населенных пунктов в со¬
седней с нами Монгольской Народной Республике. Самый
большой город Монголии, ее столица, называется Улан-
Батор, что значит «Красный Богатырь».
У любого из народов, населяющих СССР, есть топонимы,
включающие в себя понятие «красный», но у армян, грузин,
молдаван, литовцев, латышей, эстонцев, карелов, ненцев,
эвенков это понятие выражается по-своему, и при расшиф¬
ровке топонима нужно, разумеется, знать, как пишется и
произносится этот термин на том или ином языке.
Термин «красный» в географическом названии может
обозначать не только красоту или цвет. Названия города
146

Красноборска на Северной Двине, Красных Боров под Ле¬
нинградом и в Татарии связаны уже не с красотой или цве¬
том, а с определенной породой деревьев. Город Красноводск
в Туркмении, на восточном берегу Каспийского моря,
в Красноводском заливе, получил свое имя, так же как и
залив, вовсе не «от красноватого цвета воды», как сообщали
дореволюционные энциклопедии, а от цвета скал, окружаю¬
щих залив. В тихую, безветренную погоду на закате солнца
эти скалы, отраженные в воде залива, кажутся особенно
красными.
Многие Красные Холмы и Красные Яры названы так не
за красоту местоположения, как город Красноярск на Ени¬
сее, живописно раскинувшийся на высоком полуострове, а
именно за цвет холмов и яров. Селения с названием «Крас¬
ный Яр» в «Атласе СССР» встречаются семнадцать раз. Не¬
которые из этих яров носят «красные» названия потому, что
они расположены у обнажений красной глины, красноватого
цвета камней или песка. Яром обычно называется обрыв,
крутые склоны глубоких оврагов, обрушившихся берегов
реки или озера. Слово это тюркского происхождения. У турк¬
мен оно произносится, как и у киргизов, «джар», у каза¬
хов — «жар», у татар — «яр», откуда оно и вошло в русский
язык. Названия с этим термином довольно часто встречают¬
ся на карте СССР: поселок Крутоярский на Урале, селение
Крутояровка на Украине, что соответствует по значению и
смыслу названиям селений Крутой Лог в Пермской области
или Круча на правобережье Волги, близ Саратова.
Лучше всего смысл таких названий, а также их проис¬
хождение определять на месте. Но и тут нужно всегда по¬
мнить, что внешние признаки, по которым было дано «крас¬
ное» имя, могли со временем скрыться под городскими строе¬
ниями, под асфальтом или булыжником мостовых и площа¬
дей, под садами и парками. Даже сам яр — обрыв, круча —
может сгинуть без следа после засыпки этого яра и нивелли-
ровки местности.
В этих случаях чрезвычайно ценны свидетельства старо¬
жилов, изустные предания о недавнем или давнем прошлом,
если не сохранились официальные документы, карты, планы
и записки старых краеведов. Такие свидетельства, к кото¬
рым, конечно, нужно относиться с большой осторожностью,
особенно важны в малонаселенных областях и краях, где
выросли новые города и поселки вокруг новых водохрани¬
лищ и новых промышленных комбинатов, в районах осво¬
ения «новых земель».
10*
147

ПРАВО ПЕРВООТКРЫВАТЕЛЕЙ
В наши дни на географической карте Советского Союза
почти уже нет белых пятен. Правда, безымянных географи¬
ческих пунктов и сегодня существует множество, но это
в прямом смысле слова безымянные названия: речка Безы-
мянка — таких речек много, озеро Безымянное — их тоже
немало, село или деревня Безымянная.
Один из топографов, старый геодезист, объяснял мне:
«Ведь откуда пошли все эти безымянные имена? От
усталости. Прошагаешь за день километров пятьдесят, так
никакой фантазии в голове не останется. Наносишь, зна¬
чит, местность на каГрту, течет по этой местности неказистая
речушка. Вода у нее с привонью, потому что речка эта из
болота начало берет. Спрашиваешь: «Как речка называет¬
ся?» — «А никак, — говорят. — Стоит ли ее как-то называть,
коли она такая никудышная». — «Ну, а селение? Есть у него
имя какое-нибудь?» — «Да никакого нету». Иной, конечно,
с усталости да со зла назовет деревушку Плёвой, а речку,
скажем, Вонючей или Никудышной. А многие, чтоб жителей
не обижать, запишут: речка Безымянка, селение Безымян¬
ное. Думаешь, поживут люди немножко, ну и дадут какое-
нибудь название. Ан глядишь, полсотни лет минуло, а безы?
мянные наши имена как присохли, так и держатся, не ото¬
рвешь. И ходят они из карты в карту».
До последнего времени привольным краем для любите¬
лей открытий была Арктика с ее островками, не то что не
названными, а даже не нанесенными на карту. Но за послед¬
ние четверть века Арктика облетана и осмотрена доскональ¬
но, и сотни островков получили свои названия.
Немало открытий сделано за последние тридцать лет
в горах Памира и Тянь-Шаня. Одной из горных вершин
Южного Памира дал «свое» название писатель П. Лукниц-
кий. Принимая участие в комплексной памирской экспеди¬
ции, он первым заметил высокий ледяной пик, еще не нане¬
сенный на карту, и предложил назвать его именем Влади¬
мира Маяковского. Предложение это было поддержано чле¬
нами экспедиции, и на границе с Афганистаном и Индией
появилось новое географическое название, связанное с име¬
нем замечательного советского поэта. Высота этого пика
6500 метров.
А к востоку от пика Маяковского экспедиция нанесла на
карту еще два новооткрытых пика: пик Энгельса—6800 мет¬
ров и пик Карла Маркса — 7000 метров.
148

В канун Великой Отечественной войны участники одной
из высокогорных экспедиций обнаружили неизвестную вер¬
шину неподалеку от Хан-Тенгри. Даже на глаз она казалась
значительно выше Властелина Небес.
Но определить истинную высоту вершины исследовате¬
лям не удалось: у них не было ни точных геодезических
инструментов, ни времени для подготовительных работ. Кро¬
ме того, крутую вершину пика скрывал ряд окружавших его
хребтов. Вот почему пик так долго оставался неизвестным.
Летом 1943 года одна из экспедиций установила точное
положение загадочного пика — его вершина достигала
7439 метров над уровнем океана.
Именно эта вершина, как выяснили ученые, и являлась
высочайшей точкой Тянь-Шаньского массива, центром гор¬
ного узла, откуда растекаются могучие ледники и куда схо¬
дятся хребты и основные снежные цепи Тянь-Шаня.
Новый пик назвали пиком Победы.
Название это было символом надежды на конечную побе¬
ду над фашистами, поднявшими оружие против народов
нашей страны. Но в имени этого пика отразились также
упорство и настойчивость советских людей, преодолевавших
неимоверные трудности и на фронтах и в тылу.
Ученые, посланные партией коммунистов на покорение
заоблачных высот, открывали не только пики. Они открыли
множество месторождений полезных ископаемых, разрушив
старую теорию о нищете недр Памира и Тянь-Шаня. Они от¬
крыли новые дороги на высочайшее в мире горное плато.
И через весь Памир протянулась автомобильная трасса —
из Ферганской долины в Хорог. В канун Великой Отечест¬
венной войны эта трасса была продолжена от Хорога до Ду¬
шанбе. На Тянь-Шане и на Памире возникло немало пред¬
приятий — рудников и шахт. На горных реках были постро¬
ены гидроэлектростанции. А подле них выросли новые рабо¬
чие поселки, новые города.
И если вам захочется узнать, как изменился облик этого
недавно еще глухого горного края, то сравните две географи¬
ческие карты: дореволюционную, покрытую белыми пятна¬
ми и редкими точками крохотных горных селений, и нынеш¬
нюю карту Советского Памира.
Для меня же самой убедительной картиной происшедших
перемен было сравнение двух дорог из Гарма в Кала-и-Хумб.
Тридцать лет назад мы осилили этот путь за двадцать два
утомительнейших дня, а в канун войны, когда летом 1940 го¬
да в удивительно короткий срок — за сто один день! — по-
149

строили шоссе от столицы республики до Хорога, я проделал
впятеро более длинный путь за несколько часов.
Таких перемен в любом районе Советского Союза очень
много, и все они обязательно сопровождаются появлением
десятков и сотен новых географических названий. Но по¬
путно с открытиями и появлением новых названий проис¬
ходят и обратные процессы, то есть «закрытия» топонимов.
С этими «закрытиями» я познакомился еще в школьные
годы, когда вместе с товарищами, молодыми краеведами,
совершал пригородные экскурсии. Объезжая на велоси¬
педах наш район, мы внимательно присматривались ко всем
нанесенным на карте знакам. На географических картах
крупного масштаба мы не замечали никаких изменений на
местности — все оставалось на своих местах, но детальные
карты, особенно трехверстки, все время приходилось уточ¬
нять, то есть «закрывать» или «открывать» мелкие геогра¬
фические объекты.
В Донецком бассейне близ реки Кальмиус и на берегах
Нижней Крынки мы обнаружилй, что в одном месте исчез
рукав реки и образовалась заводь, похожая на озерко, в дру¬
гом месте не нашли значительного холма высотою более
двадцати метров — он просто-напросто исчез, в третьем про¬
пал хуторок с ветряной мельницей, а в четвертом «откры¬
ли» новый поселок, рядом с не нанесенной еще на карту
шахтой... «Закрытий», надо признаться, у нас было больше,
чем «открытий».
Происходило это потому, что карта, по которой мы све¬
ряли местность, была сделана за двадцать пять — тридцать
лет до наших «путешествий». За это время исчез курган, по¬
тому что через него прошла ветка железной дороги. Желез¬
ная дорога стерла с лица земли и маленький хуторок с вет¬
ряной мельницей, на месте которых вырос полустанок-разъ¬
езд, обмелела речушка и произошло еще много других
изменений.
Ю. К. Ефремов в своей книге «Курильское ожерелье» пи¬
шет: «Нам еще много осталось открывать... Если вы имеете
подробную карту новейшей съемки и обнаруживаете, что
она неточна, что на ней пропущен хребет, ледник, озеро, и
если вы к тому же знаете, что ни один из прежних исследо¬
вателей никогда этого хребта, ледника или озера не описы¬
вал, — значит, они принадлежат вам, как ваши, пусть ма¬
ленькие, пусть скромные географические открытия.
Мне с юности была знакома сладость «малых открытий».
В заповедных, диких углах Западного Кавказа, путешествуя
150

с очень подробной картой, мы, группа студентов, обнару¬
жили целое созвездие не нанесенных на карту лазурных
горных озер... Там же нам пришлось повернуть (разу¬
меется, на карте) верховья большой реки из кубанского бас¬
сейна в черноморский и передвинуть на несколько километ¬
ров Главный Кавказский хребет, вершины которого в этих
местах превышают три тысячи метров. Такие исправления
карты мы любили называть «крупными земляными рабо¬
тами».
Увлекаясь, мы немножко преувеличивали значение сво¬
их «открытий». Но какая это была радость — иметь свои
собственные, нами открытые и названные озера: Синеокое,
Удивленное, Ацетукское, свои ледники, свои пики, неизвест¬
ные даже местным проводникам и охотникам!»
И вот, попав на Курильские острова сразу же после
окончания Великой Отечественной войны, Ю. К. Ефремов
стал заниматься уточнением японских карт. Они проверя¬
лись по данным аэрофотосъемок, проведенных советскими
летчиками. Фотоснимок с самолета — это самый правдивый
документ. Топограф, составляя карту, мог ошибиться, на¬
нести какую-нибудь точку на местности чуть правее или
чуть левее, исказив истинное положение того или иного гео¬
графического объекта: причиной этому могла быть и уста¬
лость— работа топографа нелегка, и недобросовестность —
кто и когда еще проверит его работу? А чаще всего топо¬
графу просто-напросто не хотелось забираться в глушь, деб¬
ри, болота. И он фантазировал, наносил на карту всякую от¬
себятину. Но фотоснимок тут же разоблачал нечестную
работу топографа или невольные его ошибки.
Так и на Итурупе, корректируя карту острова по аэро¬
фотосъемкам, наши ученые обнаружили, что японские то¬
пографы «прозевали» и не нанесли на карту вулкан, стоя¬
щий рядом с другим вулканом, который советские люди уже
назвали именем Ивана Грозного.
Как же назвать новый, только что найденный вулкан?
По праву первооткрывателей они могли дать ему любое
имя... И у них возникла такая мысль: рядом с новым вул¬
каном дымится Иван Грозный. Отсюда, с далеких Куриль¬
ских островов, особенно ясно видны великие заслуги этого
человека, начавшего когда-то раздвигать пределы России за
Уральские горы. Отсюда, с Тихого океана, еще виднее вели¬
чие начатого им дела: от походов Ермака до присоединения
Курильской гряды. И советские географы решили увекове¬
чить рядом с Иваном Грозным и Ермака. По соседству стоя-
151

ли эти имена в истории —
рядом будут стоять они и на
географической карте.
Так был открыт вулкан
Ермак на самом краю совет¬
ской земли. Немало таких от¬
крытий — с помощью самоле¬
та и фотоаппарата — сделано
современными географами во
всех труднодоступных угол¬
ках нашей планеты.
«Мы не присваиваем себе
всей полноты этой находки, —
пишет Ю. К. Ефремов. — Ис¬
тинным первооткрывателем
был, конечно, безвестный со¬
ветский летчик, совершавший
далеко не безопасные полеты
над дымящимися пастями ку¬
рильских кратеров. Быть мо¬
жет, не он первый видел эти
горы с самолета, но он первый
увековечил наш вулкан, запе¬
чатлел его искусным снимком,
а мы только истолковали ре¬
зультаты его труда».
Новые имена на карте
«Новое время — новые песни», — говорит пословица.
Новое время рождает и новые названия на географической
карте.
Новое время стерло с карты мира название «Российская
империя» — его заменило новое имя страны — Союз Совет¬
ских Социалистических Республик. Появились новые назва¬
ния : РСФСР — Российская Советская Федеративная Социа¬
листическая Республика, объединившая десятки различных
народов, говорящих на разных языках, Украина, Грузия,
Казахстан, Армения, Литва, Эстония, Удмуртия, Татария,
Каракалпакия... В названиях всех союзных и автономных
республик, автономных областей и округов отражается имя
народа.
Сравните сегодняшнюю карту вашего района или об-
152

ласти со старой уездной или губернской картой и даже
с картой сороковых годов. Если эти карты достаточно по¬
дробны, вы увидите большие топонимические перемены.
Новые имена приходили на карту не только из-за пере¬
именований населенных пунктов. Немало топонимов воз¬
никло в результате своеобразного «дооткрытия» страны.
Старая царская Россия не знала всех своих владений, гео¬
графическая карта ее пестрела белыми пятнами. Страну
пришлось «дооткрывать».
Научные экспедиции, впервые начавшие планомерное
изучение крайнего севера страны, открыли много неизвест¬
ных островов и островков, и на географические карты легли
новые названия.
Острова Октябрьской Революции, о. Большевик, о. Ком¬
сомолец, о. Пионер, о-ва Арктического Института, о-ва Из¬
вестий ЦИК, пролив Красной Армии, архипелаг Седова, мыс
Фрунзе, о. Кирова, о. Ушакова, о. Шмидта, о. Визе, о. Старо-
кадомского... Все эти названия не требуют объяснений.
Много «дооткрытий» было совершено в Сибири, на Дальнем
Востоке, в горных массивах Памира и Тянь-Шаня.
Советские ученые не только открывали неизвестные тер¬
ритории, реки, горные пики и долины, но и уточняли уже
существующие карты, исправляя давние ошибки картогра¬
фов. Эти ошибки были порой очень значительны: горные
хребты и реки переносились на десятки и даже сотни кило¬
метров восточнее или западнее, менялось направление рек
и местоположение горных массивов. Так, горы в полукольце
Верхоянского и Колымского хребтов изображались на ста¬
рых картах в меридиональном направлении, и в их долинах
текли Яна, Индигирка и Колыма, на самом же деле эти горы
стояли не вдоль, а поперек течения Индигирки и Колымы,
которые текли не по долинам, а по прорытым сквозь горы
ущельям. На прежних картах Тянь-Шаня горный массив
был похож на пучок хребтов, расходящихся из одной точки,
а на самом деле этот массив выглядит совсем по-иному.
Эти ошибки объясняются тем, что топографические
съемки в прежнее время велись не такими совершенными
методами, какими они ведутся сейчас. Географические
пункты иногда наносились не по показаниям инструментов,
а по рассказам жителей. Аэрофотосъемка же позволяет
за несколько часов работы получить точнейшие карты мест¬
ности, изготовление которых прежде тянулось годами.
Поправки на старых картах, естественно, вызывали и по¬
явление десятков новых географических названий.
153

За последние тридцать лет на земле нашей родины
появились многие сотни населенных пунктов, поднявшихся
рядом с промышленными предприятиями. Магнитогорск на
Южном Урале, Бокситогорск под Ленинградом, Кировск на
Кольском полуострове, Новомосковск под Москвой, Ишим-
бай в Башкирии, Комсомольск-на-Амуре, Небит-Даг в Турк¬
мении, Чирчик в Узбекистане, Норильск в Заполярье,
Караганда в Казахстане, Сумгаит в Азербайджане, Рустави
в Грузии — всё это названия крупных городов, центров
новых промышленных районов, где добывают уголь, нефть,
руды различных металлов, боксит, апатиты, где производят
машины, станки, химические продукты...
Не всегда, конечно, новые города возникали на пустом
месте. Город Новомосковск вырос на месте небольшого села
Бобрики, названного так по имени владельца, графа Боб¬
ринского, город Дзержинск (неподалеку от Горького) под¬
нялся на месте села Растяпино. Город Электросталь под
Москвой раскинулся на месте деревни Затишье. Город Див-
ногорск создан близ Красноярской ГЭС, где когда-то стоял
монастырский скит.
Новые топонимы рождались и в районах освоения новых
земельных массивов: в Закавказье на юге Азербайджана,
где была создана мощная ирригационная сеть в Муганской
степи, и в Таджикистане, где построили плотину на реке
Вахш, у которой стоит доныне город с именем Вахшстрой,
и в Казахстане, где большой кусок Голодной степи был пре¬
вращен в «Пахта- Ара л» — «Хлопковый остров», — и на юге
РСФСР, в Сальских степях, где раскинулись владения сов¬
хоза «Гигант».
Но масштабы этого зернового хозяйства трудно даже
сравнить с той поистине гигантской территорией, которая
была освоена на степных просторах Западной Сибири и Ка¬
захстана. На этих целинных землях, занимающих такую
огромную площадь, что в период созревания хлебов это жел¬
то-золотое пятно может быть ясно различимо даже с Луны,
выросли сотни новых населенных пунктов. Немало новых
топонимов возникло и вдоль линий новых железных дорог,
и на новых шоссейных трассах — ведь протяженность этих
дорог и трасс исчисляется десятками тысяч километров.
Наибольшее число названий родилось уже и продолжает
появляться там, где по воле советского человека меняется
топография страны: в местах строительства новых каналов,
новых гидростанций, новых водохранилищ.
Уже строительство первых гидростанций, начатых при
154

жизни В. И. Ленина, — Волховской близ Ладожского озера
и Земо-Авчальской у слияния Куры и Арагви — вызвало
некоторые изменения в топографии этих мест: плотина Вол¬
ховской ГЭС подняла уровень реки, затопила берега, и под
водным зеркалом оказались места, где стояло несколько де¬
ревень и селений. Изменения в Закавказье были менее при¬
метны, так как строительство плотины шло не на равнине,
а в горных ущельях.
Часть старых названий все же сохранилась, переменив
свое местоположение, так как некоторые населенные пункты
были перенесены с будущего дна новых водохранилищ и по¬
ставлены на новые берега. А часть названий навсегда ушла
в историю.
Значительно больше изменений вызвало строительство
канала, проложенного между Балтийским и Белым морями.
Пройдя частично по руслам рек и по озерам, а также по
искусственным водным дорогам и водоемам, он заметно из¬
менил топографию края. Маленькие порожистые речки
стали реками, зеркала озер расширились, множество остров¬
ков ушло под воду, похоронив сотни топонимов.
Но в то же время канал породил и множество новых на¬
званий. Их пришлось давать новорожденным заливам, мы¬
сам-полуостровам, островам, шлюзам, новым населенным
пунктам, поднявшимся вдоль трассы канала.
Немало новых топонимов родилось и на новых средне¬
азиатских каналах, которые прошли по землям трех респуб¬
лик — Киргизии, Узбекистана и Таджикской ССР. Эти ка¬
налы носят одинаковые имена, различающиеся только опре¬
делениями: Большой Ферганский канал, Северный Ферган¬
ский канал и Южный Ферганский канал. Самый знамени¬
тый из них — это Большой Ферганский, длиною в 330 кило¬
метров, прославившийся в свое время тем, что его построили
в течение полутора месяцев. На этой народной стройке рабо¬
тало 160 тысяч человек.
Ферганскую долину, по имени которой названы все эти
каналы, местное население называет просто Фергана, Фар-
гона или, еще точнее, Паргона. Слово паргона — географиче¬
ский термин, означающий «котловина, лежащая меж гор»,
из которой есть только один выход. Именно такую обшир¬
ную котловину, замкнутую горными хребтами, и представ¬
ляет собой Ферганская долина, имеющая только один выход
на запад — неширокие ворота, пробитые в горах рекой Сыр-
Дарьей.
В центре Узбекской республики, близ города Катта-Кур-
155

ган, создано новое водохранилище, питаемое водами реки
Зеравшан, что в переводе означает «золотонесущий» или
♦золотораздающий». В этом названии есть два смысла. Одно
из них как бы определяет богатство реки, вытекающей из
ледников, лежащих на заоблачных стыках Туркестанского
и Зеравшанского хребтов: в верховьях Зеравшана во време¬
на бухарского эмира действительно добывали золото. Но
русские географы прошлого века правильно полагали, что
эпитет зер или зар, означающий «золото», надо понимать
в ином смысле — в значении реки как источника богатств,
которые не идут ни в какое сравнение с ничтожным количе¬
ством золота, намываемого местными старателями. Иррига¬
ционное же значение этой реки громадно, так как благосо¬
стояние одного из богатейших оазисов Средней Азии —
Зеравшанского, урожаи хлопчатника, риса, фруктов зависят
от этой реки, от того, достаточно ли в ней воды для оро¬
шения.
Катта-Курганское водохранилище собирает всю «лиш¬
нюю» воду Зеравшана, который сейчас стал поистине золо¬
той рекой, орошающей огромные плантации хлопчатника,
рисовые поля, сады и виноградники оазисов.
Новые географические названия рождаются сегодня и на
берегах Южно-Каракумского канала в Туркмении. Первая
очередь — от Аму-Дарьи до Мургабского оазиса, вторая —
от Мургабского оазиса до Теджена и третья — от Теджена
до Ашхабада уже закончены. Сквозь безводную страну про¬
тянулась на запад могучая река и двинулась дальше —
к Каспийскому морю.
Сегодня на берегах Южно-Каракумского канала еще
мало селений, но в ближайшие годы, когда территория, при¬
легающая к действующему каналу, будет освоена по-настоя¬
щему, на серебряной ленте, преображающей облик древних
Кара-Кумов, поднимутся в свежей зелени густых садов и ви¬
ноградников десятки новых населенных пунктов, и топони¬
мия Туркмении станет еще богаче.
Все эти каналы — Беломорско-Балтийский, Ферганские,
Каракумский, каналы в Закавказье, Казахстане, Киргизии
и в других местах — породили сотни новых топонимов, свя¬
занных главным образом с населенными пунктами. Но строи¬
тельство крупных гидростанций и создание огромных водо¬
хранилищ, образованных высокими плотинами, внесли зна¬
чительные изменения и в топографию огромных территорий.
Рождение гигантских водоемов вызвало также появление но¬
вых лоций, о чем и расскажет следующая глава,

Новые лоции
Лоциями называются особые книги, в которых подробно
описываются побережья морей и океанов со всеми особен¬
ностями береговой линии — маяками, приметными знаками,
местными береговыми течениями, отмелями, подводными и
надводными скалами, пристанями и портами... Эти книги
пишутся моряками для моряков, чтобы штурманы кораблей
могли безопасно провести суда вдоль берегов и бросить якорь
в удобном месте.
Но, подходя к незнакомому порту, штурман все же под¬
нимает на мачте особый лоцманский флаг — сигнал, по ко¬
торому на борт корабля тут же прибывает знаток фарвате¬
ра — лоцман. Он вводит корабль в порт и обеспечивает без¬
опасное плавание судов по рекам или отдельным участкам
рек со сложным фарватером.
С одним из старых лоцманов я познакомился лет три¬
дцать назад в городке Александровске на Днепре.
Напротив Александровска чернел знаменитый остров
Хортица, который был некогда главным станови!цем про¬
славленной Хортицкой или Запорожской Сечи.
Он получил свое название по имени речки Хортица, впа¬
дающей в Днепр напротив этого крупнейшего из днепров¬
ских островов.
У Запорожской Сечи было правильное географическое
название — ведь она находилась как раз за порогами
Днепра.
Пороги кончались у Александровска, начинаясь почти
у самого города Екатеринослава.
Широкий Днепр становился тут голубой ниткой, если
смотреть на карту, и эта нитка тянулась на сто с лишним
километров. Если же вы поглядели бы не на карту, а на са¬
мый Днепр, то увидели бы, как в узком русле, где торчали
из воды гранитные скалы и каменные гряды — лавы, кипел,
ревел и стонал бурный поток.
А от Александровской пристани пароходы свободно шли
на юг — к Херсону, к Черному морю.
Вот почему энциклопедии того времени писали: «Эконо¬
мическое значение Днепра, несмотря на чрезвычайно выгод¬
ное положение его между восточной и западной половинами
Европы и морями Балтийским и Черным, представляется
крайне ограниченным. Причина этому — пороги, делающие
сквозное по Днепру судоходство невозможным и разделяю¬
щие реку на две совершенно отдельные части».
157

Скалистые острова, от¬
дельно торчащие каменные
глыбы, нагромождения ва¬
лунов, подводные скалы и
воронки, вокруг которых
бешено крутилась вода,
встречали смельчаков, пу¬
скавшихся в опасное плава¬
ние из верхнего Днепра в
нижний. Подняться вверх,
против течения, было невоз¬
можно.
Но вниз по течению шли
суда и сплавлялись плоты.
Их-то и водил знакомый
мне лоцман.
Топонимия днепровских
порогов была очень выра¬
зительной. Отдельные гря¬
ды, скалы и проходы назы¬
вались Стрельчатая, Бога¬
тырская, Гроза, Разбойник,
Шкода, Волчье горло, Ло¬
хань. Поглядите на карту
одного из таких порогов —
Ненасытецкого, находив¬
шегося в средней части по¬
рожистого участка Днепра.
Протяженность участка, по¬
казанного на этой карте, не
превышает десяти километ¬
ров, но какую массу пре¬
пятствий встречал здесь
лоцман: островки, мели,
надводные и подводные
скалы!..
Весною 1932 года закон¬
чилось строительство пло¬
тины Днепрогэса* перегоро¬
дившей Днепр у острова
Хортицы. Река впервые за
свое существование остано¬
вила течение и начала под¬
ниматься. Ее новый уровень

г\.
должен был превысить
прежний на 37,5 метра.
«Ну, вот и конец! —
сказал мне старик лоцман,
с которым мы стояли на бе¬
регу реки, медленно покры¬
вавшей черные скалы и ка¬
менные лавы. — Никто и
никогда уж не увидит этих
проклятых порогов. Ни де¬
ти наши, ни внуки».
1 мая 1932 года Днепро¬
гэс дал первый промышлен¬
ный ток. На месте бывших
порогов и реки, кипевшей в
узком каменном русле, ле¬
жало длинное водное зерка¬
ло, и по зеркальной глади
его беспрепятственно шли
пароходы — Днепр стал су-
доходен на всем своем про¬
тяжении.
Исчезли не только все
пороги и все их названия.
Еще раньше исчезли старые
имена городов Александ-
ровска и Екатеринослава.
Новый город Запорожье с
его сталелитейными пред¬
приятиями и заводами, ра¬
ботающими на электротоке
Днепрогэса, так же мало
походит на прежний Алек¬
сандровен, как старый Ека-
теринослав—на город Днеп¬
ропетровск. Все стало но¬
вым на новых берегах
Днепра.
Несколько лет спустя,
работая над книгой «Роди¬
на», я вспомнил солнечный
день, когда вода сомкну¬
лась над гранитными гре¬
бешками самых высоких

порогов. И в разделе книги, посвященном Украине, где
стояли две фотографии: слева — пороги Днепра, а справа —
плотина Днепрогэса, под первым снимком мы поставили
подпись: «Этого на Днепре уже не увидишь»...
Но в канун десятилетия существования величайшей
в Европе гидростанции, когда на земле Украины бушевала
война, железобетонная плотина была взорвана. Днепр снова
разделился на две части — верхнюю и нижнюю. Снова вы¬
лезли из реки черные каменные гребни. Ожили старые на¬
звания. И старые порядки вернулись на днепровские берега.
Эта жизнь длилась недолго. Осенью 1943 года передовые
части Советской Армии, изгоняя врага с родной земли, вы¬
шли к Днепру в районе Запорожья. На месте грандиозной
плотины длиною в восемьсот метров они увидели бетонно¬
железный хаос — серые глыбы взорванной машинной стан¬
ции, ржавые горы стальных конструкций, сухие, искорежен¬
ные камеры шлюзов... Восстановить плотину и ГЭС было
труднее, нежели строить ее заново, однако все было восста¬
новлено. Днепр вновь стал единой рекой, а гидростанция
стала вырабатывать еще больше энергии, чем прежде.
В те же годы, когда развернулось строительство Беломор¬
ско-Балтийского канала и подходила к концу стройка Дне¬
прогэса, под Москвой начались работы по созданию круп¬
нейшего гидротехнического сооружения: канала Москва —
Волга. Волжская вода должна была прийти в Москву и сде¬
лать столицу СССР, отстоящую за тысячу с лишним кило¬
метров от Балтики, Белого, Азовского, Черного и Каспий¬
ского морей, крупным портовым городом, у причалов кото¬
рого могли бы швартоваться морские суда.
Почти одновременно с этой стройкой были начаты и ра¬
боты по реконструкции верхнего течения реки Волги.
Территория, на которой начались большие топографиче¬
ские перемены, была издавна обжита русскими людьми.
Трасса канала проходила не по пустынным пескам, как
в Южных Кара-Кумах, не по малообжитым лесам, скалам и
болотам, как в Карелии, а по местам сравнительно густона¬
селенным, где было много деревень, сел, городков, заводов,
фабрик, карьеров. Особенно много таких географических
пунктов стояло на берегах Волги, которую в этих районах
никак нельзя было назвать великой рекой. Верхний плес
Волги, от Твери до Рыбинска, был несудоходен, да и от
Рыбинска до Нижнего Новгорода и от Нижнего до Самары
пароходы то и дело встречались на своем пути с мелями и
перекатами.
160

Город Тверь называется сейчас Калинином, Нижний
Новгород — Горьким, Самара — Куйбышевом. Все эти го¬
рода и связала с Москвой широкая водная дорога.
Лежавшие на трассе канала и на месте нынешних водо¬
емов географические пункты ушли под воду. Топографиче¬
ские перемены, естественно, повлекли за собою и топоними¬
ческие изменения: исчезли названия сотен населенных пунк¬
тов, небольших речек, оврагов, болот, множество знаков, ви¬
димых на старой карте. А на новой карте появилось много
новых названий: ими были отмечены и голубые линии но¬
вых каналов, и пятна новых водоемов — Истринского водо¬
хранилища, Клязьминского, Учинского, Икшинского, Ях¬
ромского. Все эти водохранилища, образованные плотинами
на реках Истре, Клязьме, Уче, Икше и Яхроме, в своих на¬
званиях повторяют имена рек, чьи воды образовали новые
проточные озера.
Самое большое из водохранилищ канала Москва — Волга
образовано Иваньковской плотиной, названной по имени
села Иванькова, стоящего на правом берегу Волги. К западу
от него сверкает водная гладь площадью в 327 квадратных
километров. На этой площади до ее затопления стояло много
населенных пунктов и среди них такой значительный, как
город Корчева. Только одно самое высокое в Корчеве зда¬
ние — бывшая колокольня — напоминает сейчас о затоп¬
ленном городе. Ее верхушка торчит над водой и служит
маяком.
Глубока и широка стала Москва-река, в русле которой
И и. Сергеев
161

текут волжские воды. Насосные станции гонят в столицу
столько воды, сколько дали бы двенадцать таких рек, как
Москва-река до ее реконструкции. Благодаря Волге в сто¬
лице появилось много новых географических названий, и
среди них — Северный порт, раскинувшийся вдоль Ленин¬
градского шоссе, и Южный порт в районе Замоскворечья.
В годы Великой Отечественной войны родилось крупней¬
шее в мире искусственное водохранилище — Рыбинское.
У его плотины была создана гидростанция, мощностью
лишь немногим уступающая Днепрогэсу. Ниже по течению
реки поднялся Угличский гидроузел, а затем и плотина,
перегородившая реку у города Городца. Так был преобразо¬
ван верхний плес реки, которую по праву стали называть
Большой Волгой.
Рыбинское водохранилище росло очень медленно, так как
Волге и другим рекам, впадающим в него, понадобилось не¬

мало времени, чтобы наполнить чашу этого гигантского во¬
доема, резко изменившего природу этого края.
После того как новое водохранилище вошло в указанные
ему берега, географы вынуждены были исправить карты
Европы и нанести на них большое голубое пятно. Его пло¬
щадь достигает 4500 квадратных километров, и сегодня оно
украшает все карты мира.
Легко представить себе, сколько географических назва¬
ний было похоронено на дне такого большого водоема. Не¬
сколько десятков прежних названий все же оставили за на¬
селенными пунктами, перенесенными на берега водохрани¬
лища, но не было никакого смысла переносить на новые
места сотни сел, деревень, поселков и даже старинный го¬
род Мологу. Этот город целиком ушел на дно водохрани¬
лища вместе с устьем реки Мологи, у которого он стоял.
И все реки этих мест, впадавшие прежде в Волгу, намного
сократили свою протяженность и стали впадать в огромный
водоем, который местные жители с легкой руки журналистов
называют Рыбинским «морем».
На морях и океанах мне приходилось бывать не раз.
В своих путешествиях попадал я и в песчаные бури и в бу¬
раны, спасался от снежных и каменных лавин в горах, тер¬
пел землетрясения, штормы и ураганы. Но все это трудно
сравнить с тем, что пришлось мне испытать на Рыбинском
водохранилище поздней осенью 1945 года.
Тогда еще уровень водоема не достиг предельной отмет¬
ки, и «море» было очень мелким. А любой моряк подтвер¬
дит, что даже океан в бурю гораздо безопаснее такого искус¬
ственного водохранилища, глубиной в 7—9 метров, по кото¬
рому резвятся волны трехметровой высоты. Говоря откро¬
венно, и пассажиры большого парохода, и вся его команда
почувствовали себя крайне неуютно, когда, взлетев на волну,
пароход со всего размаха плюхнулся дном о дно «моря».
Еще один такой удар — и наша громоздкая посудина разле¬
телась бы вдребезги. Нас мотало по «морю», валяло с боку
на бок несколько часов, и только искусство штурмана, не
потерявшего фарватер, спасло пароход от гибели. .
А фарватером служило старое русло реки, лежавшее на
дне новорожденного водохранилища. По этим руслам Волги
и ее притоков проходили тогда «морские» пути.
На пароходе я познакомился с местным старожилом-реч-
ником, и, когда мы, облегченно вздыхая, пришвартовались
у причалов Рыбинска, он рассказал о лоции нового моря-
Лоции морей и океанов создаются и постоянно уточня-
11
163

ются моряками и гидрографами. Но лоцию Рыбинского во¬
дохранилища, оказывается, создали еще до его рождения.
Ведь дно водоема было превосходно изучено, когда оно еще
было сушей, а проектировщики и строители моря заранее
знали все очертания будущих берегов, все извилины буду¬
щих бухт и заливов, все будущие мели и глубины.
Сухопутные эти материалы, конечно, должны были до¬
полняться штурманами кораблей, определяющими фарва¬
тер по береговым знакам, и все время уточняться, так как
старые русла потонувших рек могли размываться течения¬
ми, а подводные течения, особенно близ устьев рек, впадаю¬
щих в водоем, усложняли плавание судов, как усложняли
его торфяные островки и острова, всплывавшие на поверх¬
ность водоема со дна, где лежали затопленные торфяные
поля.
Мой новый знакомый знал это дно, как свою ладонь. Он
рассказывал мне, как перед рождением водоема переселя¬
лись с будущего дна жители города Мологи, сел, деревень,
и объяснял, почему так или иначе назывались некоторые
потонувшие населенные пункты.
Вслед за Рыбинским водохранилищем на водоразделе
Волги и Дона начали строить новый канал, который должен
был связать Черное море с Каспийским.
Это сооружение решало не одну только транспортную за¬
дачу, как Беломорско-Балтийский канал, не только тран¬
спортную и энергетическую задачи, как Днепрогэс, не только
задачи транспорта, энергетики и водоснабжения, как канал
Москва — Волга, но и важнейшую ирригационную задачу —
орошение большой территории, всегда страдавшей от без¬
водья и засухи.
Для этого в степи и создавалось огромное Цимлянское
водохранилище (см. цветную вклейку между стр. 160—161).
Рождение голубого водоема породило много новых гео¬
графических названий — их нужно было присвоить прежде
всего новым селениям, многие из которых сохранили свои
прежние имена с добавлениями термина «ново»: Ново-
Цимлянский, Ново-Соленовский... Здесь, в степи, было очень
много названий, напоминающих о соли: хутора Сухо-Соле¬
ный, Мокро-Соленый, Нижне-Соленый, Соленая Балка...
В этих названиях отражалась трудная жизнь здешнего зем¬
ледельца, страдавшего от недостатка воды и от избытка за-
солоненных почв. Летом, когда степь высыхала, даже сла¬
бый ветерок поднимал над землей тучи едко-соленой пыли.
Здешние ветры так и назывались — солеными. Самыми же
164

страшными считались в этих краях соленые бури и соленые
ураганы...
Часть населенных пунктов, переходя на новые места,
сохраняла прежние свои названия, а хутора, сселяясь в одно
место, принимали либо имя одного из этих хуторов, либо
выбирали новое. На берегах тихой степной речки Карповки
стояли крохотные хутора Зеленый, Платонов, Советский,
Скачки... Их жители сселились в одно место, и на крутом
берегу Карповского водохранилища возникло новое боль¬
шое село.
Помимо названий для селений, нужно было выбрать
новые имена заливов, мысов, полуостровов и островков,
рожденных водоемом. Ведь без этих названий нельзя было
создать Цимлянскую лоцию, а без нее на таком широком
водном просторе, где часто бывают штормовые ветры, не
обойтись.
Свое название водохранилище получило от станицы Цим¬
лянской, издавна прославленной красным «игристым» ви¬
ном — донским шампанским. У этой станицы и началось
сооружение огромной плотины, высотой в сорок метров и
длиной в тринадцать километров, которая перегородила
Дон. А сама станица носила имя притока Дона — речки
Цимлы, на берегу которой и поднялись в свое время первые
на Дону виноградники.
От этой плотины начало разливаться и расти степное
«море».
Основу лоции создавали не так, как обычно — не дол¬
гими и утомительными промерами глубины, а посуху —
ведь рядом с будущими берегами не было ни капли воды,
она булькала только в походных фляжках топографов.
В едкой пыли соленых степных вихрей, на выжженных
зноем холмах и равнинах люди строили прибрежные селе¬
ния, прокладывали новые улицы и на дома вешали дощечки
с необыкновенными надписями: Набережный проспект,
Портовая улица, Морская площадь, Рыбацкий переулок.
Вода и рыба должны были появиться в недалеком будущем.
Но жители новых городов и селений знали, что это будущее
близко, и в ожидании его плели рыболовные сети, готовили
снасти для ужения рыбы, еще гулявшей в волжских и в дон¬
ских водах, ладили лодки, челны и шлюпки.
А потом в сухую степь стал прибывать будущий местный
флот: по железной дороге на платформах специальных эше¬
лонов везли катера, моторки, небольшие пароходики, хотя
о будущем пока шумел только соленый степной ветер да
165

лоция заранее предупреждала, что «плавание судов по Цим-
лянскому водохранилищу во все периоды навигации будет
происходить в условиях часто наблюдающегося волнения.
Ветровой режим этого района в навигационный период
характерен преобладанием северо-восточных и восточных
ветров, значительных по силе».
Новые лоции созданы и для нового Каховского водохра¬
нилища, раскинувшегося на степных просторах Украины,
в южном течении Днепра, и для Куйбышевского водоема,
уровень которого на двадцать пять метров выше прежнего
уровня Волги. Этот водоем, шириной до сорока километров,
тянется от Жигулей на пятьсот километров вверх по тече¬
нию Волги и Камы. Одного взгляда на карту достаточно,
чтобы представить себе, сколько перемен в топонимике
волжских и камских берегов принесли топографические их
изменения.
Десятки городов и сотни селений, стоявшие в десяти —
двенадцати километрах от Волги, оказались сейчас на са¬
мом ее берегу. Сотни селений пришлось перенести на новые
высокие места, а многие города переменили свое прежнее
местоположение. И среди городов Поволжья есть несколько
новых: тезка дальневосточного молодежного города Комсо-
мольск-на-Волге, новый город Жигулевск и новый город
Волжский, который вначале называли Деревянным город¬
ком, потом Каменным и, наконец, Волжским. В этих назва¬
ниях как бы отразилась биография нового селения: вначале
жители его обитали в деревянных стандартных домах,
потом переселились в каменные здания...
К северу от плотины Волгоградской ГЭС протянулось
вверх по реке новое водохранилище, еще более обширное,
чем Куйбышевское. А строители волжских плотин трудятся
сейчас в глубине Сибири, в горах Средней Азии, в закав¬
казских республиках, где поднимаются плотины новых ги¬
дростанций.
Заметные перемены произошли в Азербайджане, на бе¬
регах крупнейшего водного потока Грузии и Азербайджана—
реке Куре.
Эта река начинает свой бег за рубежом, в горах Турции,
и до своего впадения в Каспийское море пробегает более по¬
лутора тысяч километров.
По пути к морю она принимает в свое русло сотни рек,
ручьев и горных потоков, но у выхода на равнину в азер¬
байджанские степи на дороге Куры встает горный хребет
Боз-Даг.
166

Имя хребта в переводе «Серая гора». Название это точ¬
ное: хребет Боз-Даг на самом деле сер, словно его припуд¬
рили пеплом. Мягкие очертания гор, их нерезкие складки
напоминают смятое жемчужно-серое сукно. Седая пыльная
трава покрывает горные склоны.
Сквозь эти горы и прорывается Кура. Ущелье, пропилен¬
ное ею в горах, давным-давно назвали воротами Боз-Дага.
У этих ворот совсем еще недавно лежало, прижавшись к под¬
ножию хребта, маленькое азербайджанское селение Мин-
гечаур.
Мингечаур, как полагают, означает: «Поворачивай на¬
зад» или иначе — «Дальше пути нет». Имя в достаточной
мере меткое — ворота впрямь были непроходимы. Стреми¬
тельная Кура бурлила и ревела между двумя далеко отсто¬
явшими друг от друга скалами, и никто даже не пытался
пройти вверх по реке.
Куру недаром называют бешеной, хотя в переводе с азер¬
байджанского слово «кур» или «кюр» звучит более мягко:
своенравный, капризный. За хребтом Боз-Даг река броса¬
лась из стороны в сторону, ломала вековые деревья, подта¬
чивала и разрушала холмы. Но выход для нее был один —
ворота Боз-Дага.
Вырвавшись из этих ворот на равнину, Кура удесятеряла
свою ярость. Она кидалась на невысокие холмы, размывала
их, меняла русло, сносила строения, губила сады и по¬
севы. .. На протяжении многих веков люди пытались хоть
немного укротить реку: сооружали запруды, прокладывали
каналы. Но строптивая Кура легко губила человеческий
труд: разрушительные наводнения повторялись ежегодно,
разоряя земледельцев, садоводов и виноградарей.
Огромные площади превосходной земли, такой плодо¬
носной, что она сама могла бы служить удобрением, изны¬
вали от жажды. А рядом лежали болота, захлебываясь ку-
ринской водой. Густой щетиной торчал над болотами ядо¬
вито-зеленый камыш, а над ним серой тучей висели маля¬
рийные комары.
Веками мечтали люди об укрощении Куры. И мечта эта
осуществилась.
Восьмидесятиметровый вал, на создание которого пошло
16 миллионов кубометров камня, бетона, металла и зем¬
ли, — закрыл ворота Боз-Дага.
Река остановила свой стремительный бег и стала подни¬
маться все выше и выше, образуя за Серой горой новое,
Мингечаурское водохранилище.
167

Оно невелико по площади — всего 620 квадратных кило¬
метров. Для него не нужно было создавать лоцию, потому
что на таком пространстве не разгуляешься. Но глубина
этого водохранилища очень велика: в нем собрано 16 куби¬
ческих километров воды! А это намного больше, чем в
Цимлянском море, отмеченном на всех географических
картах.
У подножия плотины, сдерживающей такой титаниче¬
ский напор, стоит гидростанция, питающая энергией не
только новый город Мингечаур, его промышленные предпри¬
ятия и насосные станции орошения, но и весь Азербайджан.
Маленькое селение Мингечаур стало большим промыш¬
ленным центром — городом энергетиков и машиностроите¬
лей. Сейчас это один из крупнейших городов республики —
по количеству населения он занимает четвертое место.
По огромным трубам идет куринская вода, орошая сотни
тысяч гектаров колхозных и совхозных полей.
Исчезают болота, чье существование зависело от излиш¬
ней щедрости Куры. Они высыхают под жарким южным
солнцем, и люди, дренажируя их, спуская воду, помогают
им быстрее исчезнуть. И в память о прежних болотах и тря¬
синах остаются только географические названия.
Одно из таких названий мы встретим близ побережья
Каспия, на юге Апшеронского полуострова. Локбатан — сей¬
час поселок нефтяников, но само название его означает, как
утверждают жители, «место, где утонул верблюд». Это не
совсем точный перевод, потому что лок — это не верблюд,
а нечто «большое», «крупное» или даже «всё». Батан же
действительно переводится словом «утонул». Очевидно, на¬
звание и содержит в себе понятие болота или трясины.
«Апшерон» (а в первоначальном, не искаженном транс¬
крипцией звучании — «Аб-ширин») означает Сладкая
вода. На сухом Апшероне в древности были колодцы со
сладкой, то есть пресной, водой. Но есть и другое объяснение
этого названия: некоторые ученые полагают, что первона¬
чальное звучание второй части названия было не «ширин»,
а шоран, что означает «солончак».
Имя города Сумгаит местные жители переводят на рус¬
ский язык поэтическим призывом «Вода, вернись» или, точ¬
нее, «Вернись, моя вода» («Су-юм-гаит»). Это же имя носит
и река, впадающая в Каспий севернее города Сумгаита.
Время меняет истинный смысл многих географических
названий. На сухом Апшероне сегодня много пресной, слад¬
кой воды, которую привел сюда человек. В Локбатане уже
168

нет ни болот, ни трясин, в которых тонуло всё. Серая гора
Боз-Даг становится постепенно зеленой, потому что на ее
склоны взбираются мингечаурские сады, а Мингечаур, чье
имя означало «Поворачивай назад!» или «Дальше пути
нет!», стал для республики символом новой дороги в бу¬
дущее.
„Новые" территории
Эпитет «новые» недаром взят в кавычки: речь пойдет не
о новых, а о древних землях, давным-давно всем известных.
Но большая часть этих земель была пустынной, ненаселен¬
ной и знали о них очень мало. К этим землям относились
огромные малоисследованные просторы Казахстана, Коль¬
ский полуостров, окраины страны на побережье Охотского
моря и на Крайнем Севере, отдельные территории, лежащие
в Центральной Азии и на юге Сибири.
Во всех этих местах менялась не топография, а жизнь на¬
селявших их народов. И эта новая жизнь на старых землях
отразилась в новой топонимии.
* * *
Пустынной или, с географической точки зрения, полу¬
пустынной зоной был огромный край, который сейчас назы¬
вается Казахстаном — Страной казахов.
Города в этой стране располагались только вдоль ее гра¬
ниц. От Каспийского моря тянулись на восток Гурьев, Яиц-
кий и Илецкий городки, Оренбург, Орск... Это были селе¬
ния-крепостцы, казачьи станицы, созданные для охраны
российских рубежей. Многие слышали, должно быть, такое
выражение: «линейные войска». Эти войска и стерегли ли¬
нию границы.
Но позже, когда вся страна, до высочайших гор на юге
и востоке, была занята Россией, русские крепости выросли и
вдоль границы с Китаем. Одним из таких опорных пунктов
был городок-крепость Верный, поднявшийся на месте древ¬
него казахского селения Алматы, что значит «Яблочное».
С юга границей служили горы и пустыни, а с запада — Кас¬
пийское море, да и там был поставлен форт Александров¬
ский на окраинной точке полуострова Мангышлак.
Бездорожная, дикая страна стала тюрьмой не только для
народа, который был ее настоящим хозяином, но и для «бес¬
покойных элементов», направляемых сюда из Российской
169

империи. В казахские степи был сослан и гениальный поэт
Тарас Григорьевич Шевченко.
Недра казахской земли хранили ценнейшие ископа¬
емые — уголь, нефть, железную руду, медь, свинец, серебро
и золото. Об этом свидетельствовали названия многих мест,
где в древности добывали и железо, и медь, и другие метал¬
лы. Но, для того чтобы добыть из-под земли руду, нужно
было создать рудники. Чтобы получить из руды металл, надо
было построить заводы, электростанции и в первую очередь
дороги. А через весь огромный Казахстан тянулась только
одна стальная ниточка дороги, соединявшая Оренбург
с Ташкентом. По этой дороге из Туркестана, как тогда назы¬
вали Среднюю Азию, везли в Россию хлопок. Она лишь пе¬
ресекала страну казахов, но почти не влияла ни на ее эко¬
номику, ни на культуру кочевого народа.
Если сравнить карты старого и нового Казахстана, то
главное, что бросится в глаза, — это новые дороги (см. цвет¬
ную вклейку между стр. 176—177).
Первой новой дорогой, построенной здесь на заре сущест¬
вования республики, был Турксиб, соединивший Туркестан
с Сибирью. Благодаря этой дороге страна получила второй
выход в мир.
А вскоре казахский народ стал переходить от кочевой
жизни к оседлой. Этот процесс начался в 1930 году.
В том году я работал на юге Казахстана, в выездной
бригаде газеты «Правда». Нашей базой был город Чим¬
кент. Название это означает «Земляная крепость» или
«Земляной город». Об этом свидетельствовали остатки зем¬
ляных валов или укреплений, которые когда-то его защи¬
щали.
Предгорная полоса Южного Казахстана представляла
идеальное место для заселения и освоения. Тут были пло¬
дородные земли и много рек, стекающих с гор. В названиях
селений и железнодорожных станций — станицы Беловод-
ской (сейчас этот пункт называется Белые воды, по имени
речки Ак-су, притока Арыси), селения Бурного (по горным
ветрам, летящим с Таласского хребта, названного по имени
реки Таласе, протекающей вдоль его подножия), селения
Подгорного у подошвы Киргизского хребта, селения Лугово¬
го (сейчас город Луговой) на берегу одного из притоков реки
Чу, — лучше всего отражается характер местности. А на¬
звание одной из первых станций Турксиба, Ленинжол —
«Ленинский путь», свидетельствует о новой жизни казах¬
ского народа.
170

С 1930 года на южных землях республики стали созда¬
ваться населенные пункты, где должны были осесть кочев¬
ники. Будущих селений было так много, что никаких назва¬
ний им не давали, а помечали на карте номерами: аул № 1,
аул № 2, аул № 5... аул № 11... аул № 34... И уж потом
сами жители называли свои селения теми именами, какие
были приятны вчерашним кочевникам.
Вслед за Турксибом были построены новые железные до¬
роги. От южной трассы прошел новый путь на север, по
окраине пустыни Муюнкум и Голодной степи — Бетпак-
Дала к Караганде, Акмолинску (ныне Целинограду) и далее
к городу Петропавловску на Великом Сибирском пути, —
это был третий выход республики к широким русским про¬
сторам. Затем была проложена дорога от Каспийского моря
к Южному Уралу. А совсем недавно закончена стройка еще
одной железной дороги до границы с Китаем.
Пески Муюнкум называются так потому, что песчаные
гряды их похожи на дуги или изогнутые верблюжьи шеи —
му юн в переводе «шея». «Бет-Пак-Дала» означает Илистая
равнина. Термин дала широко распространен, только он
пишется иногда не «дала», а «тала».
Между Муюнкумами и степью Бет-Пак-Дала стоит невы¬
сокая гора Джамбул (974 метра). По имени ее был назван
родившийся у подножия этой горы великий акын Казахста¬
на, а к северо-востоку от этой горы, на пустынном плоско¬
горье между сухими руслами рек, стоит небольшое селение,
носящее то же знаменитое имя певца степей. Городом
Джамбулом стал и один из древнейших населенных пунктов
Южного Казахстана — город Аулие-Ата — «Отец селений».
Ему-то и суждено было стать важным центром, где работала
комиссия по переводу казахов на оседлость.
Старую железную дорогу через Аральск, Кзыл-Орду,
Эмбу и Актюбинск пересекает новый стальной путь, идущий
из Гурьева на Каспийском море к городу Орску на Южном
Урале. От моря на восток эта дорога идет по богатейшим
землям Эмбинского нефтяного района, а на подходе к Уралу
проходит по новому промышленному району, о котором
рассказывают сами названия населенных пунктов: Никель-
тау, Хромтау и др. Никель и хром — это не географические
термины, конечно, а названия ценных металлов...
Город Аральск, названный по имени Аральского моря,
стал сейчас одним из крупных центров рыбной, консервной
и сульфатной промышленности. Сульфат добывают в неболь¬
шом озере, расположенном к востоку от Аральска, и насе-
171

ленный пункт рядом с этими разработками носит имя
Аралсульфат. Город Эмба и весь Эмбинский нефтяной
район получили свои названия от имени реки, на которой он
расположен; город Актюбинск прежде назывался «Ак-Тю-
бе», и это название можно не переводить, так как вам уже
известны составляющие его термины. А к северу от Актю¬
бинска стоит городок со странным названием «при Заводе
Ферросплавов»...
Железная дорога, ведущая к Караганде — Целино¬
граду — Петропавловску, пересекает два русла рек — Жа-
ман-Сарысу и Жаксы-Сарысу (в переводе «Плохая Желто-
водка» и «Хорошая Желтоводка»). Вдоль этих рек проложен
стальной путь на запад, к центру республики, где работают
новые рудники, шахты и заводы. Сердце промышленного
района — древние копи Джезказгана, в которых добывалась
некогда медная руда. Имя Джезказган и привело геологов
в глухую, безлюдную пустыню.
Название города Караганды переводится обычно «Чер¬
ная почва» или «Черный грунт». Это может быть объяснено
и тем, что летом на этой земле травы выгорали дотла, и тем,
что здесь почти на поверхность выходил черный минерал —
каменный уголь.
К северу от Караганды железная дорога, не доходя до
станции Актаг («Белая гора»), ответвляется к новому про¬
мышленному центру — Темир-Тау («Железная гора»), где
вырос металлургический центр республики. Казахское на¬
звание города Акмолинска, прежнего Ак-Мола, означало
«Белая могила». Сейчас этот город переименован в Целино¬
град и стал центром огромного Целинного края, включив¬
шего в себя пять северных областей Казахстана.
В Целинном крае идут гигантские работы по освоению
полупустынных степей. Со всех концов Советского Союза
съехались сюда по призыву партии добровольцы-энтузиасты.
Сотни новых населенных пунктов появились на целине. Но¬
вые пункты, если только они поднялись не на местах преж¬
них деревень, сел или степных аулов, носят имена: «Новая
Жизнь», «Новая Москва», «Новая Эпоха»... «Красная Заря»,
«Красный Октябрь», «Красный Восток», или имена борцов
за свободу и революционеров. Новые совхозы на целинных
землях называются: «Московский», «Ленинградский», «Ки¬
евский», «Минский», «Ярославский». И эти названия пра¬
вильны: их дали новым населенным пунктам люди, при¬
ехавшие из Москвы, Ленинграда, Киева, Минска, Ярославля
и других городов страны.
172

* * *
Века безмолвно лежал за Полярным кругом Кольский
полуостров — Мурманская земля, край поморов, или, как
ее называли на старых дореволюционных географических
картах, Лапландия.
Слово это произошло от имени народа финского племе¬
ни — лапландцев или лопарей, населявших Кольский полу¬
остров и соседние с ним северные округа Финляндии, Нор¬
вегии и Швеции.
У новгородцев, которые пришли в эти края еще в канун
нашего тысячелетия, слово «лопарь» считалось бранным
словом, означавшим: басурман, нехристь, еретик (лоп
значило «некрещеный младенец»). Лапландцы называли
себя «саами». Некоторые исследователи полагают, что от
этого имени родилось и название Финляндия — Страна
Суоми.
Слово саами означает «люди». Самоназвания многих
других народностей Севера и Дальнего Востока нашей стра¬
ны в переводе также означают «люди».
В канун нашего столетия на всем Кольском полуострове
не насчитывалось и десяти тысяч человек. Единственным го¬
родом полуострова был городок Кола, носящий имя реки,
впадающей в залив, также называемый Кольским. В город¬
ке проживало 750 человек. Справочники сообщали, что
главный город уезда «неказист, незначителен и плохо от¬
строен».
Жизнь на Мурмане шла тихо и неприметно. Писали об
этом полунощном крае редко и мало, хотя ученые знали, что
недра заполярной земли хранят клады полезных ископа¬
емых.
О богатствах таких полунощных земель, как Кольский
полуостров, писал и Михаил Васильевич Ломоносов:
«По многим доказательствам заключаю, что и в север¬
ных земных недрах пространно и богато царствует натура
и искать оных сокровищ некому... А металлы и минералы
сами на двор не придут. Они требуют глаз и рук своему
прииску...»
Только в годы первой мировой войны о Кольском полу¬
острове пришлось вспомнить: русский флот был заперт
в Черном и в Балтийском морях, русская армия нуждалась
в снарядах и в амуниции, а союзники — Франция и Англия,
отрезанные от своих колоний, — в продовольствии. Было ре¬
шено срочно строить железную дорогу к незамерзающему
173

заливу Кольского полуострова, куда подходили последние
струи теплого североатлантического течения Гольфстрима 1.
В связи с этой постройкой рядом с городом Колой вырос
поселок Романов-на-Мурмане. Его сколотили наспех, как
наспех была проложена и железная дорога. Ее так и не
успели достроить: в России началась революция. Царское
имя в названии поселка сразу же отпало, и поселок стал
называться просто Мурманском.
Имя городка Колы происходит, как полагают, от саам¬
ского слова кол или кул, что значит «рыба». Городок
этот очень старый — о нем упоминают новгородские лето¬
писи 1264 года. А новгородцы пришли сюда, в страну «ди¬
кой лопи у Студеного моря», еще в канун или в самом на¬
чале нашего тысячелетия. По имени новгородского поселения
Колы стал впоследствии называться и весь полуостров. Он
действительно мог носить имя Рыбного полуострова, потому
что рыба была основным богатством этого края.
Название города Мурмана, а затем Мурманска состав¬
лено из двух саамских слов: мур— «море» и ма — «земля»,
то есть «земля у моря». Есть, правда, и другое предположе¬
ние, которое высказывали некоторые дореволюционные уче¬
ные, полагавшие, что слово мурман — это искаженное «нор¬
манн», как называли варягов-скандинавов, грабивших
русские земли и служивших наемными воинами у славян¬
ских князей.
О переменах в истории Мурманского края за годы совет¬
ской власти лучше всего расскажут географические карты.
На дореволюционной карте вы увидели бы всего лишь три
названия крохотных рыбачьих селений: Кола, Териберка и
Кандалакша. А все, что есть на новой карте, создано уже
при советской власти.
Сегодня пригород Мурманска — древняя Кола — насчи¬
тывает больше жителей, чем было на всем полуострове. Мур¬
манская область, которая занимает весь Кольский полуост¬
ров, по проценту городского населения занимает первое
место в СССР, а главный город области — Мурманск —
является самым крупным из городов мира, лежащих за
Полярным кругом.
1 Название «Гольфстрим» было предложено в 1772 году известным
ученым Франклином (по-английски гольф — «залив», стрим — «тече¬
ние»), а до этого оно называлось Флоридским течением, потому что те¬
чение это идет от берегов Америки, из залива близ полуострова Флорида,
через весь Атлантический океан и, обогнув Скандинавию, угасает в Ба¬
ренцевом море у северо-западных берегов СССР.
174

Понятно, почему городское население на полуострове
преобладает над сельским. Ведь сельскохозяйственное зна¬
чение Мурманской области не так велико, как промышлен¬
ное. А Кольский полуостров прославили несметные клады
камня плодородия — апатиты, найденные в Хибинах, а за¬
тем и другие металлы и минералы, о которых когда-то писал
Ломоносов.
Название невысоких Хибинских гор происходит от фин¬
ского слова хибен, означающего «холм» или «возвышенное
место». У подножия этих гор, на берегу озера Вудьявр
(«вуд» означает верхнюю безлесную часть горы), и вырос
первый индустриальный центр Кольского полуострова — го¬
род Кировск. Его назвали именем пламенного трибуна рево¬
люции Сергея Мироновича Кирова, неустанно заботившегося
о подъеме и процветании Заполярного края. В этом краю до¬
бывают сегодня и никель — близ города Никель, и другие
ценные минералы — близ новых городов Мончегорска и
Оленегорска на озере Имандра, и рыбу в Белом и Баренце¬
вом морях, омывающих полуостров.
175

На белые пятна старых географических карт полуостро¬
ва за последние тридцать лет были нанесены тысячи новых
названий. Они давались не только городам, поселкам, сов¬
хозам, гаваням, железнодорожным и научным станциям,
но и безымянным горам, долинам, речкам и озерам. О том,
как рождались названия на заполярном берегу озера
Имандра близ Монче-губы, рассказал А. Е. Ферсман, изве¬
стный ученый-геолог, академик, один из энтузиастов освое¬
ния Кольского полуострова, вместе со своими сотрудниками
открывший здесь десятки ценнейших кладов.
Экспедицию, в которой принимал участие Александр
Евгеньевич Ферсман, вел проводник, старый саами Архипов.
«— Как зовут этот скалистый наволок, что вдается
в губу? — спросили мы Архипова.
—	Да как зовут... Просто зовут — наволок.
—	А вот следующий?
—	Это еще наволок.
—	А там, дальше, вон со скалой у входа в губу?
—	Еще, еще наволок. Ну чего спрашиваешь? Нету имени
у этих губ да наволоков, — говорил старый седой саами.
А наш географ что-то аккуратно записывал в книжечку.
Прошло два года. Из печати вышла большая прекрасная
карта полярного озера Имандры, со всеми островами, губами
и речушками. На месте западных изрезанных берегов красо¬
вались тонко выгравированные названия: «Просто-наво-
лок», от него «Еще-наволок», а дальше «Еще-еще-наволок».
Так родилось слово, и тщетно будут разбирать через сто
лет великие знатоки финских языков, фольклористы и исто¬
рики, где искать корни этих загадочных названий».
Наволоком на севере называется низменный мыс, полу¬
остров, а порой и береговая пойма, заливаемая во время по¬
ловодья. На Кольском полуострове так называют землю,
отделяющую одно озеро от другого, через которую обычно
переволакивают лодку, как переволакивают ее и через длин¬
ные узкие мысы-наволоки, чтобы не объезжать их.
В небольшом рассказе. «Рождение слова» А. Е. Ферсман
описывает, как происходили «крестины» гор и долин Хибин¬
ской тундры. В этом обряде принимали участие не только
географы, геологи, но и местные жители саами.
«Рождение слова не шутка, не забава для хибинцев, это,
так сказать, священнодействие...
—	Вот эту речушку, — говорит молодой саами Нико¬
лай, — надо назвать Сентисуай — по-русски Таловка; она
ведь никогда не замерзает, бежит даже зимой...
176

ЖЕ/1ЕЗ++ЫЕ ДОРОГИ
К/4 3/4 X СТУШИ- !

Больше споров вызы¬
вают названия гор. Одни
хотят назвать их так: отро¬
ги первый, второй, третий—
по военному ранжиру; дру¬
гие, воспитанные в геогра¬
фическом духе: Северная
долина, Меридиональный
хребет, Юго-восточный от¬
рог ; третьи, помоложе, еще
живут воспоминаниями
Майн Рида и Купера:
Вождь Большой Реки, Озе¬
ро Косматых Медведей,
Племя Длинного Дня...
— Вот здесь раньше паслись стада диких оленей... Зна¬
чит, эту гору надо назвать Гора Оленьей Долины, по-
саамски — «Поачвумчоор»: олень — долина — гора.
Нашим саамским экспертам предложенное название
очень нравится. За ним быстро принимается Ворткуай
(Громотуха), Саамка, Ущелье географов»...
Но не всегда крестины проходили так единодушно. Не
всегда привлекались к этому делу и местные жители. Не
всегда хватало времени для длинных обсуждений.
«Заканчивается постройкой новая ветка железной до¬
роги. Вместо старого, захудалого разъезда Белый целая на¬
стоящая станция с девятью путями, а дальше, у входа
в ущелье, — разъезд, потом город Кировск — Хибиногорск,
а в горах, у самого апатитового рудника, — конечная стан¬
ция всей апатитовой ветки.
Надо дать названия новым станциям, включить их в ре¬
естр железнодорожных путей всего Союза, напечатать но¬
вые билеты, бланки, реестры, квитанции, накладные, лите¬
ра, — с'ловом, записать новые названия в книгу прихода.
12 ц. Сергеев
177

—	Ну, конечно, самая главная станция — это на маги¬
страли, — говорит старый железнодорожник, — ее надо на¬
звать Апатиты.
—	Но ведь апатит не здесь, — пытаюсь я скромно вме¬
шаться в разговор.
—	Ничего, зато сюда его везут. Значит, решено — эта
станция будет Апатиты. Там, на тринадцатом километре, —
разъезд, назовем его Титан.
—	Но ведь там титана, как руды, нет и не было, — пы¬
таюсь я снова подать голос.
—	Ну ничего, сейчас нет, так надо, чтоб вы, геологи,
нашли там титан. Ясно? Ну, а конечный путь ветки надо,
конечно, назвать, у самого апатитового рудника, Нефели¬
ном. Тут, я думаю, и минералоги не будут возражать.
—	Но ведь там, слава богу, нефелина мало.
—	Ну ничего, батька, хоть мало, а все-таки есть; значит,
и станция — Нефелин.
Так родилось слово, так решил отец Саваоф — железно¬
дорожное начальство».
И еще одна маленькая выдержка из того же рассказа:
«Геохимики нашли около самого разъезда № 68 замеча¬
тельное месторождение. Они говорят, что здесь открыты ми¬
ровые руды титана, сотни миллионов тонн. .. Ну, значит,
будут строить завод, фабрику, поселок.
Даже неловко: мировые руды, а разъезд просто № 68.
Так думает старый железнодорожник.
—	Надо переименовать. Да очень эти минералоги будут
смеяться, назовешь их словом, а они тебя этим словом! Не
знаю. Да и жарко сегодня, не до крестин. А тут еще при¬
стал диспетчер, поезжай в Октоканду, принимай какой-то
барак — кляузное дело, и в такую жару! Ну просто Африка,
Африканда какая-то!
Разъезд был назван Африкандой, и по всему миру, на
сотнях языков, во всех минералогиях, во всех музеях стояло
отныне гордое слово: «Африканда, Кольский п/о, СССР».
Так родилось еще одно слово!»
И сегодня вы видите эти слова — новые названия насе¬
ленных пунктов — в том самом месте географической карты
нашей страны, где полвека назад лежал нищий, пустынный
край, в котором на одного человека приходилось пятнадцать
квадратных километров территории, где не было ни дорог,
ни городов, ни промышленности, ни сельского хозяйства.
И этот край служит живой иллюстрацией бессмертных слов
Сергея Мироновича Кирова, сказанных им академику Ферс-
178

ману: «Нет такой земли, которая бы в умелых руках при
советской власти не могла быть повернута на благо челове¬
чества».
* * *
Мы ограничиваемся только двумя рассказами о «новых»
территориях, хотя топонимические перемены на карте СССР,
вызванные дооткрытием страны, рождением новых населен¬
ных пунктов, прокладкой новых железных дорог и авто¬
трасс, позволяют нам значительно расширить эти расска¬
зы. .. . Географам все время приходится уточнять старые
карты. Ежегодно на них наносится по нескольку тысяч но¬
вых географических названий. Особенно «урожайными» го¬
дами были годы, наступившие сразу же после окончания Ве¬
ликой Отечественной войны.
ВОССТАНОВЛЕНИЕ СПРАВЕДЛИВОСТИ
Одержав историческую победу в Великой Отечественной
войне, Советская Армия освободила земли, некогда принад¬
лежавшие русским, открытые русскими людьми, названные
ими и освоенные. К числу таких освобожденных земель от¬
носилась южная половина острова Сахалин и вся цепочка
Курильских островов, протянувшаяся дугой от южной око¬
нечности полуострова Камчатка до северных владений ост¬
ровной Японии.
За годы японского владычества на Курильских островах
(с 1875 года) и на Южном Сахалине (с 1905 года) захватчики
не только хищнически опустошали русские земли, но и ста¬
рались стереть с карт и вытравить из памяти людей все
прежние географические названия. Новые хозяева истреб¬
ляли все следы русского прошлого — японцы разрушали
даже русские постройки.
После возврата тихоокеанских земель истинному их вла¬
дельцу можно было приступить к восстановлению справед¬
ливости и стереть с географических карт следы пребывания
временных захватчиков на Курилах и на Сахалине. Но
нельзя было «упускать и поистине неповторимую возмож¬
ность увековечить целую плеяду достойных имен первых
русских исследователей островов, политических узников
сахалинской каторги, партизан, боровшихся с японцами
в 1905 году, наконец, имена самых близких нам героев —
12*
179

освободителей Южного Сахалина и Курильских островов от
японцев».
Так писал географ Ю. К. Ефремов, командированный
в 1946 году на Дальний Восток с заданием «навести порядок
в топонимике Южного Сахалина и Курильских островов».
Задача эта была очень сложной — об этой сложности и рас¬
сказывал Юрий Константинович в своей книге «Курильское
ожерелье»:
— Географические названия отлагались на карте сооб¬
разно с ходом истории, подобно геологическим пластам, и
эти названия являются интереснейшими историческими па¬
мятниками. ..
Первые русские исследователи бережно сохранили мест¬
ные древнейшие названия географических пунктов, данные
айнами-курильцами.
Чтобы легче разбираться в местных названиях, приведем
несколько терминов сахалинско-курильской топонимики,
взятых из языка айнов:
Мошири, мушир — остров.
Ши — лучший, крупный.
Шири — земля, страна, остров.
Котан — селение, место.
Най, пет — река.
Томори — пристань.
Нупури, нобори — гора.
Поро — большой.
По, пон — малый.
Пара — широкий, обширный.
Оне — старый, прошлый.
Куна — черный.
Соя — скалистый грунт, голые скалы.
С помощью этих терминов нетрудно определить, что на¬
звание острова Кунашир значит «черная земля» или «чер¬
ный остров», имя населенного пункта Онекотан — «старое
поселение», Парамушир—«широкий (или обширный) ост¬
ров», Поронай — «большая река», а Шикотан — «лучшее
место». И действительно: на Шикотане чудесные бухты, ка¬
ких нигде не сыщешь на Курилах — глубоко врезающиеся
в остров, зеркальные, как озера, узкие, как фиорды; хоро¬
ши на Шикотане и леса — из пихт, елей, берез и кленов,
перевитых диким виноградом; и луга на острове богатые,
сочные, ярко-зеленые, луга без труднопроходимых зарослей
кедрового стланика...
180

Русские землепроходцы были скромными людьми и не
увековечивали своих заслуг в названиях открытых ими зе¬
мель. Тем важнее было закрепить на картах имя В. Атла-
сова, который первым из европейцев увидел снежную шапку
одного из курильских вулканов; имя М. Наседкина, кото¬
рому в его смелом плавании по неизведанному морю открыл¬
ся первый из северных островков Курильской гряды; имена
первых русских людей, ступивших на курильскую землю, —
Д. Анциферова и И. Козыревского; имя знаменитого земле-
проходца-дальневосточника А. Шестакова; имена И. Евреи-
нова и Ф. Лужина, смелых геодезистов, посланных Петром
Первым, чтобы положить на карту неизвестные острова; имя
казачьего сотника И. Черного, впервые описавшего по соб¬
ственным наблюдениям все острова, кроме Кунашира.
На старых географических картах таких имен не значи¬
лось. А те, которые существовали — их тоже было немно¬
го, — убрали с карт японцы. Исчез с карт и пролив Голов¬
нина, названный в честь замечательного исследователя
Курил, плававшего здесь на корабле «Диана» в начале про¬
шлого века, в канун Отечественной войны. В. Головнин про¬
должил исследование, начатое И. Крузенштерном, который
назвал крупнейшие вулканы северной части Курильской
гряды именами русских ученых В. Севергина и Н. Фусса,
мореплавателей П. Креницына и Г. Сарычева. Некоторым
мысам и заливам были присвоены имена ученых Ф. Соймо¬
нова и Ф. Беллинсгаузена, деятелей русского флота Д. Сеня-
вина и С. Мордвинова, а группа мелких скал, едва не погубив¬
ших в тумане крузенштерновский корабль «Надежду», полу¬
чила меткое название «Каменные Ловушки».
Исследуя южную часть островной гряды, Головнин
исправил на картах некоторые ошибки Крузенштерна. Тща¬
тельно собрав все географические сведения, которыми рас¬
полагали коренные жители гряды, он уточнил местные
названия островов, их произношение и написание.
Но работа Головнина была прервана японцами, веролом¬
но захватившими его в плен в маленьком прибрежном селе¬
нии острова Кунашир. Неизвестно, чем окончилась бы исто¬
рия с Головниным, которого японцы продержали в заточении
более полутора лет, если бы в Японию с дальнего запада не
доползло известие о разгроме Наполеона. И японцы решили
не связываться с таким опасным соседом, как русские.
Наведение порядка в топонимии Южного Сахалина и
Курил началось с возвращения географическим пунктам их
прежних законных имен. Следовало увековечить имена ге-
181

роев Великой Отечественной войны, штурмовавших японские
укрепления на Сахалине. Нужно было присвоить куриль¬
ским мысам и селениям имена отважных участников пер¬
вых советских десантов, освобождавших Курилы от япон¬
ского владычества.
Переименование названий и появление новых началось
еще до того, как приступила к работе специально созданная
для этого комиссия. Колхозы, организовавшиеся сразу же
после окончания войны, получали названия: «Победа», «Но¬
вая жизнь», «Заветы Ильича», поселки, выраставшие на
освобожденной земле, — «Совхозное», «Колхозное», «Перво¬
майское», «Ударное», «Пионер»...
А самую высокую точку Южного Сахалина — вершину
горного хребта (японцы называли ее Сикигава-яма 1) — было
решено переименовать в гору Возвращения.
* * н*
Но, прежде чем вести дальнейший рассказ, попробуем
выяснить основное: что означают названия «Курилы» и
«Сахалин»?
Русские казаки называли жителей островов «Курилами»
или «курильскими мужиками», очевидно, потому, что на во¬
прос казаков, кто они такие, любой житель отвечал: кур,
то есть «человек». От этого и все острова стали называться
Курильскими.
Вице-адмирал Головнин объяснил это название по-иному.
Название Курильских островов, по его мнению, произо¬
шло от вулканов, которые как бы курятся, дымятся. Вулка¬
нов же на Курилах в самом деле множество, и более трети
из них действуют — над их вершинами всегда курятся дым¬
ки. Объяснение Головнина удовлетворяло многих: так
обычно и объяснялось слово «Курилы».
Существовало еще и третье объяснение, данное англий¬
ским миссионером, который долгое время жил у айнов на
острове Хокайдо, составил словарь айнского языка и, ко¬
нечно, занимался айнской топонимикой. Оказалось, «кур»
и «кури» по-айнски означало также облако, тень, мрак, ту¬
ман, а на Курильских островах, у которых сталкиваются
теплые и холодные морские течения, туманов и облаков хоть
отбавляй. Такое объяснение слова «Курилы» показалось
миссионеру правильным, и он на нем остановился. Но ведь
1 «Яма» по-японски — гора; отсюда Фудзияма, Асамаяма, Хи-»
райяма, Курояма и прочие «ямы».
182

слова «курильские мужики» стали известны русским за¬
долго до того, как они узнали не только о существовании
вулканов, но даже о самих островах, частенько окутывае¬
мых туманами.
«Курильскими мужиками» во время Атласова и Насед¬
кина, то есть в конце XVII и начале XVIII века, называли
жителей островов, лежащих к югу от Камчатки. Первый из
них находится неподалеку от южной оконечности Камчат¬
ки — мыса Лопатка, прозванного так за свою форму. Назва¬
ние же острова Сахалин происходит...
Нет, тут коротко не ответишь. И объяснение придется
начать издалека.
По-айнски Сахалин называется Крапто или Крафто.
По-китайски — Куедао. Японцы приняли за основу тузем¬
ное название Крафто, которое по-японски звучало как
Карафуто. В словах японского языка обычно не встречает¬
ся несколько согласных подряд, и если японцам приходится
иметь дело со словами другого языка, то они вставляют
между согласными гласные. Впоследствии же, стремясь пол¬
ностью японизировать название, они изменили в нем еще
один звук, и остров получил имя Кабафуто.
Как видите, это имя совсем не похоже на Сахалин.
Поглядите на карту Дальнего Востока. Вдоль всего побе¬
режья, лежащего против острова Сахалин, тянется мощный
горный хребет Сихотэ-Алинь. Он подступает к самому океа¬
ну. Восточные склоны его круты, а реки, стекающие
к морю, бурны и коротки. Вернее, это даже не реки, а гор¬
ные потоки; западные же склоны Сихотэ-Алиня пологи, и
на высотах хребта рождается полноводная Уссури — один
из крупнейших притоков Амура.
Этот край хорошо известен многим по книгам писателя
Арсеньева, знатока Уссурийского края, автора знаменитых
книг «Дерсу-Узала» и «В горах Сихотэ-Алиня».
А что такое Сихотэ-Алинь?
Правильнее это название следует писать так: Си-хэ-та
Алинь. Си-хэ-та — слово китайское, Алинь — тунгусо-ман-
журское.
Си означает «западный» или «запад». Это слово часто
встречается в китайских географических названиях; к при¬
меру, Шаньси означает «Западные Горы» (слово шань вам
уже известно по названию Тянь-Шань).
Хэ по-китайски— «река»: вспомните хотя бы могучую
Хуанхэ — Желтую реку. Нашу Неву китайцы называют
Невахэ, среднеазиатскую Аму-Дарью — Амухэ.
183

Та или да значит «большой». Алинь—«хребет». Сле¬
довательно, всё название хребта Сихотэ-Алинь надо пере¬
вести так: Западных рек Большой Хребет.
У подножия Сихотэ-Алиня поворачивает на север вели¬
кая река Амур. Маньчжуры называли ее по имени хреб¬
та — Сахалин, хотя местное название Амура — Черная
река, а у китайцев — Хэйлунцзян, ити «река Черного Дра¬
кона». Эпитет «черная» дан ей потому, что вода Амура го¬
раздо темнее, чем у многих ее притоков. Сунгари, к при¬
меру, несет в Амур желтовато-белую мутную воду, и она на
большом протяжении не смешивается с амурскими водами.
Великая река впадает в море как раз против большого
острова. Эти места — устье реки и земля, лежащая перед
этим устьем, — были нанесены на карту в начале XVIII века
тамошними миссионерами. Одна из копий этой карты по¬
пала во Францию и стала широко известной, потому что во¬
шла в знаменитый атлас географа д’Анвиля, изданный в Па¬
риже. На этой карте против устья Амура стоит надпись:
«Сахалин анга хата», что по-монгольски означает «хребет,
остров, большая скала при устье черной реки». От этой кар¬
ты и пошло название острова — «Сахалин». Оно распростра¬
нилось вместе с парижским географическим атласом, где
было много карт Китая, Татарии и Тибета. Отсюда пошло и
название Татарского пролива, отделяющего Сахалин от ма¬
терика. Татарией же, как известно, в Европе называли все
огромное пространство к востоку от Урала.
Русские, обосновавшись на Сахалине и на Курилах, стре¬
мились сохранить местные географические названия, а но¬
вые поселения называли по имени первых жителей того или
иного места или в честь наиболее приметных людей, живу¬
щих в селении. А. П. Чехов в своих замечательных записках
об острове Сахалин сообщал, что гиляцкая1 деревушка
Уск-во стала селением Усково, что на месте деревушки
Паль-во выросло селение Палево (Чехов, очевидно, не знал,
что паль по-нивхски значит «гора», а во—«селение»). Се¬
ление Дербинское на реке Тымь названо по имени тюрем¬
щика Дербина, убитого арестантами за жестокое обращение
с каторжниками. Как видно, А. П. Чехов серьезно интере¬
совался топонимией Сахалина, и его записи о каторжном
острове помогли расшифровать немало географических на¬
званий, что особенно важно, потому что Чехов был на Саха¬
лине незадолго до того, как остров попал в руки японцев.
‘Гиляками прежде называли нивхов.
184

Захватив Южный Сахалин и Курилы, японцы вытрав¬
ляли из памяти населения, оставшегося жить на этих остро¬
вах, не только русские географические названия, но и те,
которые были даны другими европейскими исследовате¬
лями. Несколько названий, правда, сохранили прежний
смысл, однако никто не узнал бы в этих названиях старые
имена, так как они были переведены на японский язык:
село Лиственничное стало называться Карамацу (по-япон¬
ски лиственница), село Третья Падь превратилось в Сан-
носава (по-японски третья долина) и т. п.
Но даже в тех редких случаях, когда японцы решали
сохранить старое название, оно уродовалось так, что стано¬
вилось неузнаваемым. Островок Авось, названный в честь
корабля-тендера «Авось», на котором мичман Давыдов со¬
вершил свое смелое плавание в Русскую Америку (а сам
корабль получил такое обнадеживающее имя в связи с ри¬
скованностью предпринятого рейса), вначале звучал у япон¬
цев как Абосу, а потом это название было сменено на
Хокаке. Мыс Великан зазвучал как Уэрикан (в японском
языке «л» отсутствует). В названиях Морудзи и Гуродзонуй
трудновато опознать русские названия поселка Морж и
мыса Грозный, так же как в названии Марауэфусики — имя
селения Муравьевское.
Только название села Сенявина узнавалось в японском
произношении — Сениауин.
Возвращая всем этим изуродованным и покалеченным
названиям их прежнее звучание, товарищи, работавшие над
наведением порядка в курильской и южносахалинской топо¬
нимии, заодно исправляли всякого рода ошибки, неизбежно
возникавшие в давние времена.
Ошибки заключались и в неточном написании древних
географических названий, и в том, что несколько географи¬
ческих пунктов назывались одним и тем же именем. Прежде
с такими одинаковыми названиями еще можно было ми¬
риться — ведь в старину не существовало почты, телеграфа
и радио, а в наши дни одинаковые названия путают работу
связистов.
Нетрудно понять, что люди, селившиеся вдали друг от
друга, могли называть свои селения одинаково: «новым»,
«большим», «старым», «красивым», свои бухты — «тихой»,
«бурной», «спокойной»; свои острова—«грозным», «боль¬
шим», «малым». Но, когда связи становились прочнее, когда
люди все чаще посещали друг друга, начиналась путаница
с одинаковыми адресатами.
185

Название острова Шумшу, самого северного острова
Курильской гряды, было записано казаками и землепроход¬
цами неточно: правильное его имя Шимушир или Си-
мушир, что означает, как вы уже знаете, «крупный остров».
Но уточнять это название не было смысла, так как южнее,
в самом центре гряды, находится другой остров Симушир.
Поэтому решили оставить за островом хоть и не совсем точ¬
ное имя, но зато близкое древнему названию.
Для всех островов Курильской гряды советские люди
восстановили старые айнские названия. Правда, никто из
айнов уже не мог бороться за восстановление такой истори¬
ческой справедливости: на самих Курилах айны исчезли —
их вытеснили отсюда японцы, жестоко преследовавшие и
уничтожавшие добродушный, мирный и трудолюбивый на¬
род. Да и на Южном Сахалине после появления здесь япон¬
цев жизнь айнов стала настоящей пыткой. Новые хозяева
согнали айнов с удобных для жилья мест, над айнами изде¬
вались, заставляя их выполнять самые тяжелые и опасные
работы, обрекая на голод, болезни и вымирание. Ярче всего
о трагической судьбе этого некогда многочисленного народа
рассказывают айнские названия рек, мысов и селений: се¬
ление Токотан («Место Смерти»), река Увенпет («Река Скор¬
би»), мыс Увешири («Земля Рыданий»), селение Райчили
(«Плач по умершему»)...
Советские географы считали своим долгом сохранить
память об айнском народе, увековечив названия, данные
некогда айнами всем крупным островам Курильской гряды
и ряду вулканов: вулкану Чикурачки на Парамушире, вул¬
канам Ширинки, Маканруши, Чиринкотан, Экарма, Рай-
коке, Расшуа, Ушишир, Кетой, Чирпой, пику Уратман на
Симушире, вулкану Ивао на Урупе, вулканам Атсонупури,
Камуй, Чирип, Урбич, Стокап, Мотонупури и Беретарубе на
Итурупе, вулканам Томари и Ноторо на Шикотане и вулка¬
нам Руруй и Тятя на острове Кушашир.
Многие из этих названий до сих пор не расшифрованы.
Некоторые из них можно объяснить, пользуясь айнским
словариком, приведенным в начале этой главы: Ушишир
значит «бухты земля» — на этом острове очень оригинальна
бухта, образовавшаяся в кратере погасшего вулкана. Уруп
значит «лосось», Чирпой — «мелкие птицы», Камуй —
«грозный», «божественный», «величественный», Атсонупу¬
ри— «противостоящая гора», а вулкан Тятя, один из кра¬
сивейших вулканов на Курилах, назывался по-айнски
Чача-нупури, то есть «Отец-гора» или «Старик-гора». Япон-

цы, не имея в своем языке слога
«ча», переделали Чача-нупури
в Тятя-яма.
Утверждая список новых на¬
званий, наши географы поддер¬
жали местных жителей, кото¬
рым имя Тятя пришлось по
душе. Отец-гора действительно
как бы возглавляет остальные
вулканы острова Кунашир.
В просторечии его уже называли
Батей и Папашей. И с этим при¬
шлось считаться особенно пото¬
му, что смысл первоначального
айнского названия благодаря
случайному совпадению никак
не нарушался.
Разумеется, не все айнские
названия сохранились на кар¬
тах: одинаковые названия по¬
вторялись в разных местах и их
надо было заменить. Пришлось
отказаться и от нескольких не¬
благозвучных и трудно произно¬
симых названий, вроде Уяхкупа
или Перетурпить, которые неиз¬
бежно искажались в произноше¬
нии — русские старопоселенцы
Южного Сахалина и Курильских
островов и новые жители на зем¬
лях, возвращенных родине, пре¬
вращали название Ноцука в
«Ночку», Тифунбецу — в «Су-
хумбица», Тофузу — в «Тофи-
цу». Одни и те же географиче¬
ские пункты назывались по-раз-
иому: у пограничников гора
Маруяма превратилась в сопку
Пирог, а жители селения, рас¬
положенного на другой стороне
горы, называли эту же сопку
Марусей. И в обиход стали уже
входить по два-три названия од¬
ного и того же пункта.
Ъер Ет-л р у * 6
Р А СШ у Л
137

Наводя порядок на картах, советские географы бережно
сохраняли географические названия, данные иностранными
исследователями — французами, голландцами, англичана¬
ми и даже японцами.
Следовало не забывать также и о том, что триста, двести
и даже сто лет назад сложные географические комплексы
обладали только одним именем: остров такой-то, и все.
А ведь у каждого острова есть свои заливы, бухты, мысы,
перешейки, горы, холмы, речки, озера, ущелья, отмели и
еще десятки особенностей. Каждая из них обязана была
иметь свое особое название.
И названий таких в этих местах, ожидавших новой топо¬
нимии, насчитывалось более десяти тысяч.
* * *
Топонимическая комиссия не могла ограничиться только
восстановлением старых, так сказать, законных названий и
уточнением неправильных географических имен. Надо было
уже думать о том . времени, когда на пустынные острова,
в безлюдные, ненаселенные горы и долины придут посе¬
ленцы. Конечно, за ними останется право назвать селение
или город, который они построят, тем именем, какое они
сами выберут. Они же назовут и улицы, и площади, и пере¬
улки нового населенного пункта.
Но у этого пункта должен быть точный адрес еще до
закладки фундамента первого дома. Если поселок заложат
в долине, то она обязана уже иметь название, так же как и
горы, меж которыми лежит эта долина, как и вершины гор,
как и река, текущая по долине, и все географические точки,
имеющие право на особое название.
Начало работы шло без особых осложнений. Города и
крупные населенные пункты были переименованы сравни¬
тельно быстро. Этим пунктам возвратили прежние айнские
и русские названия. Вспомнить их помогли не только мест¬
ные старожилы, но и запечатленные в книге «Остров Саха¬
лин» свидетельства Антона Павловича Чехова. Его имя от¬
ныне накрепко связалось с островом: именем Чехова назвали
небольшой уютный городок на западном берегу Сахалина
и самую высокую вершину Сусунайского хребта, у подножия
которого раскинулся Южно-Сахалинск.
В запасе у топонимической комиссии был длиннейший
список с именами и фамилиями людей, память о которых
хотелось увековечить в географических названиях Курил
188

и Сахалина: казаки-землепроходцы и купцы, зверопромыш¬
ленники и геодезисты, мореплаватели и географы, геологи,
этнографы, врачи, гидрографы, краеведы, герои войны
1905 года и герои освобождения Сахалина и Курил...
Короче говоря, всё, что когда-либо было связано с этими
далекими краями, запечатлялось на новых географических
картах.
Но этот, казалось бы, бесконечный запас названий таял
с поразительной быстротой. Пришлось прибегнуть к ста¬
рому методу, каким пользовались путешественники-откры¬
ватели много сот лет назад: вот эта гора торчит, как па¬
лец — назовем ее Пальцем; вот эта речка течет в закрытое
озеро — назовем ее речкой Запертой; вот над этим вул¬
каном всегда висит кудрявая шапка газов — назовем его
Кудрявым; вот этот берег песчаный, гладкий, когда с него
скатывается волна прибоя, блестит как зеркало — назовем
его Зеркальным Пляжем; вот это озеро почти круглое по
форме — назовем его озером Круглым...
Самое главное — не повторяться!
Географам помогала память о знаменитых людях стра¬
ны: одной из наиболее красивых бухт на Шикотане при¬
своили имя художника Айвазовского. Его же именем на¬
звали и скалистый остров, о каменные ребра которого
с грохотом разбиваются океанские волны. Обрывистый, кру¬
той мыс получил имя великого природолюба — писателя
Пришвина. Один из кунаширских вулканов был назван
именем Менделеева — у подножия этого вулкана бьют де¬
сятки минеральных ключей и текут разноцветные ручьи.
Но еще многие географические пункты оставались не¬
названными, и комиссия вынуждена была обращаться за
помощью к местному населению, прибывшему с материка.
Собрания проходили бурно. Не так уж часто представ¬
лялась людям возможность самим выбрать имя своему се¬
лению. В имени, скромном, красивом и отличном от других
топонимов, уже имеющихся на Курилах, должен был отра¬
жаться облик поселка.
На одном из таких собраний в рыбацком селе жители
предлагали:	«Аккуратное», «Прибранное», «Уютное»...
и тут же отвергали их. Наконец остановились на имени
«Ясное». Его оправдывало почти постоянно ясное небо над
селом, когда вокруг всюду висел туман.
Но член комиссии, проводивший собрание, отклонил
это имя: его уже присвоили поселку на другом конце
острова.
189

Тогда было предложено еще одно — «Доброе». Поселок
действительно мог быть так назван. Но оказалось, что и
это имя уже занято селом, лежавшим неподалеку от села
Ясного. И у села были исторические права на такое назва¬
ние: в 1807 году русский офицер Хвостов столкнулся
в этом месте с японцами, самовольно захватившими остров,
и выгнал их из этой бухты. В честь такого события бухту
назвали Добрым Началом. И понятно, почему решили дать
селу, стоящему в этой бухте, имя Доброе.
Жители искренне огорчались, говорили, что и слов под¬
ходящих вроде больше не осталось, и жалели свое безымян¬
ное, но такое хорошее, славное село.
И тут кто-то из рыбаков предложил назвать село Слав¬
ным. Имя понравилось всем — такое будто и прославляю¬
щее и обязывающее. Год спустя в Указе Президиума Верхов¬
ного Совета РСФСР в числе прочих селений Курильского
района гордо значилось и село Славное.
* * *
Но до того, как произошло это событие, географам и
местным организациям пришлось еще немало поработать
над завершением полного свода всех названий.
Первые тысячи названий, имевшихся в запасе, были из¬
расходованы быстро, закрепившись за определенными гео¬
графическими пунктами. На шестой тысяче имен к геогра¬
фическим названиям пришлось привязывать различные
прилагательные вроде «бурный», «грозный», «высокий»,
«низкий», «пологий», «песчаный», «северный», «южный»,
«западный», «восточный», «глубокий», «мелкий», «камен¬
ный», «скалистый»... Но вот закончена шестая тысяча,
седьмая, восьмая. А впереди еще целая гора неназванных
географических объектов.
Комиссия изнемогала. Откуда еще набирать новые на¬
звания? Попробуй дать имена семерке рек, стекающих в Ти¬
хий океан...
—	Семерка? Ну, назовем их днями недели, — предло¬
жил один из членов комиссии.
И на карте появились семь речушек: Понедельник, Втор¬
ник, Среда, Четверг, Пятница. . .
А на очередь вышли еще двенадцать некрещеных речек.
—	Двенадцать? Ежели двенадцать, так, пожалуй, ис¬
пользуем месяцы.
И на карту легли новые географические наименования
190

двенадцати речек: Январская, Февральская, Мартовская,
Апрельская, Майская...
Быть может, лет через сто—полтораста часть этих речу¬
шек высохнет — останутся три-четыре речки: Майская, Ав¬
густовская, Ноябрьская... и будущие исследователи начнут
гадать, откуда взялись такие странные географические
имена?
* * *
Вот какими путями приходят иногда на географическую
карту удивительные названия. А бывает, что на картах по¬
являются такие топонимы, которых никто и не ожидал.
К таким неожиданным топонимам на картах Дальнего Во¬
стока можно отнести и острова Шишки в Малой Курильской
гряде близ острова Полонского.
Острова эти, маленькие, круглой формы, сложенные из
каменных слоев, очень походят на шашки. А некоторые из
них, повыше ростом, смахивают на дамки. За это сходство
географы и решили назвать острова «Шашки».
Но.. . тут уж нить теряется... То ли при перепечатке
ошиблась машинистка, то ли описался картограф, но из пе¬
чати вышла новая карта с островами, которые назывались
уже не Шашками, а Шишками.
Так эти шишки и доныне сидят на картах.
А в другом случае географам пришлось протестовать. На
острове Матуа, где дымится вулкан Сарычева, есть мыс, ко¬
торый на старых русских картах носил название мыса Ска¬
листого. Позднейшими исследованиями было выяснено, что
на этом мысу зимовал в 1756-57 году отважный русский
шкипер Юрлов, и его имя было решено дать этому ска¬
листому мысу.
Новое название утвердили. Но на новой географической
карте напечатали иное имя — мыс Орлова. Кто-то допустил
ошибку.
Но справедливость восторжествовала. Ошибка была ис¬
правлена, и на картах стоит уже правильное название,
напоминающее нам об одном из смелых русских людей,
двести лет назад осваивавшем Курильские острова.
* * *
А вот о том, как родилось бессмысленное название
«бухта Бухта», стоит рассказать подробней.
Однажды с высоты приморского кряжа перед геогра*
191

фами открылся чудесный вид на побережье — горы, доли¬
ны между ними, а внизу, под ногами, сияла лазурная,
словно изнутри светящаяся синевой бухта.
Местные жители, недавние переселенцы из Тамбовской
области, называли этот чудесный лазурный залив бухтой
Софьей.
—	Почему? Кто дал ей это название?
—	Да мы сами, — отвечали новоселы. — По-японски
бухта эта называлась «Сокия», а что это за название? Ни¬
чего оно по-нашему не означает. Вот мы и переправили его
чуть-чуть. И выговаривать легче, и вроде по-русски.
Географы согласились: можно и «София», в Болгарии
даже столицу так называют.
И название закрепили за бухтой и за селением.
Но название надо еще утвердить в высшей инстанции.
А до высшей инстанции ведут несколько ступеней. И вот
на одной из них кому-то не понравилось имя «София»,
и его вычеркнули, а так как рядом с этим именем стояло
слово «Бухта», то за поселком и оставили это странное на¬
звание.
«Это искажение было сделано уже после того, как я про¬
верил правильность всех переименований, — рассказывает
Ефремов, — и каково же было мое удивление, когда год
спустя я открыл только что изданную карту и, не веря своим
глазам, прочел невероятную надпись «бухта Бухта». Что
такое? В глазах у меня двоится, что ли? Но нет, на карте
эта бессмыслица напечатана совершенно отчетливо. И по¬
степенно я начинаю понимать, как могла получиться такая
нелепость: очевидно, картограф, увидев, что имя «София»,
стоявшее у кружочка, означавшего селение, заменено сло¬
вом «бухта», механически перенес это исправление и на на¬
звание бухты София, заменив это имя «бухтой», откуда
и получилось абсурдное двойное имя «бухта Бухта».
В своей книге «Курильское ожерелье» Ю. К. Ефремов
пишет:
«... Сколько сил потрачено на упорядочение названий —
и все-таки ухитряется, как бурьян, прорастать путаница и
глупость. Надо исправить ошибку. Пишу картографическому
начальству о происшедшем недоразумении. При издании
следующих карт «бухта Бухта» должна исчезнуть и усту¬
пить место бухте София с селением Бухта».
Книга Ефремова вышла в 1953 году и была переиздана
в 1962 году, но до сих пор еще «бухта Бухта» украшает кар¬
ту дальневосточных окраин нашей страны.
192

НА ДЕРЕВНЮ ДЕДУШКЕ'
Мне понятны раздражение и обида географа, долгая и
кропотливая работа которого одним прочерком бездумного
чиновника может пойти насмарку, но, право же, «бухта
Бухта» не такое уж плохое название. Его ни с чем уж не
спутаешь.
А таких именно названий, в некоей степени напомина¬
ющих адрес, надписанный чеховским Ванькой Жуковым,
у нас еще очень много.
В пятнадцати союзных республиках, куда входят два¬
дцать автономных республик, восемь автономных областей
и десять национальных округов, насчитывается более четы¬
рех тысяч городов и городков, более пятидесяти с поло¬
виной тысяч сельских Советов, а на территории каждого из
них есть по нескольку населенных пунктов. .. Все эти рес¬
публики, области, края, национальные округа, районы, го¬
рода, рабочие и курортные поселки, дачные места, сельские
Советы, села, аулы, кишлаки, железнодорожные станции,
полустанки, разъезды, пристани носят свои названия...
Было бы, конечно, очень хорошо, если бы каждое геогра¬
фическое имя было вроде бухты Бухты, чтобы его не путали
с другим, которое звучит и пишется совершенно одинаково.
Но это невозможно сделать, потому что к существующим на¬
званиям уже привыкло местное население, названия эти
стоят в паспортах, в книгах, в словарях, в справочниках.
Несколько лет назад, когда я был на Северном Кавказе,
мне пришлось отправлять письмо и, по обыкновению, писать
обратный адрес.
—	Обязательно указывайте: Пятигорск-Ставрополь-
ский, — предупредили меня на почте.
—	А зачем? — удивился я. — Разве кроме этого Пяти¬
горска. . .
—	В том-то и дело, что похожее название есть где-то
в Белоруссии, да и на Урале тоже имеются Пятигоры. Не¬
досмотрят и зашлют...
Но Пятигорск куда ни шло: два-три населенных
пункта с таким названием, и все. А такие пункты, как Алек-
сандровка, Алексеевка, Ивановка или Красный Яр? ..
В «Трактовом указателе-справочнике», которым пользу¬
ются все работники связи, тридцать два почтовых отделения
имеют одинаковые наименования Красный Яр. Ивановок
в этом указателе насчитывается девяносто семь, Алексее-
вок — семьдесят четыре, Александровок — сто три!
13 и. Сергеев
193

Точно такие же названия закреплены еще за сотнями
населенных пунктов, где нет почтовых отделений.
На карте-полуторамиллионке Донецкой области Украин¬
ской ССР мы найдем три Александровки, в Красноярском
крае — четыре, в Башкирии — две...
Понятно, что эти названия родились не вчера, а много
времени назад. Но зачем сегодня Донецкой области или
Красноярскому краю столько Александровок?
К сожалению, переименовывают чаще всего тот населен¬
ный пункт, улицу или площадь, которые носят редчайшие
названия, заменяя такие топонимы обыкновенными, тысячу
раз повторяющимися названиями. И происходит все это,
главным образом, из-за удручающей привычки к стандарту.
Этот стандарт уже породил не только множество одина¬
ковых географических названий, но и таких «имен», кото¬
рые не могут называться именами.
Город Чапаев или Чапаевск, станция Чапаево, станица
Чапаевская, поселок Чапаевский или деревня Чапаевка —
это правильные географические названия. Каждый может
сказать: я живу в Чапаеве, Чапаевске, Чапаево, Чапаевской,
Чапаевском, Чапаевке... А что скажет человек, если он
живет в селе имени Чапаева, которых насчитывается не
менее десяти?
Географическое название должно быть кратким, ясным,
удобопроизносимым и таким, чтобы от него легко можно
было образовать производные формы. Например, Москва —
московский, москвич; Киев— киевский, киевлянин; Баку —
бакинский, бакинец; Памир — памирский, памирец, памир¬
цы. .. А попробуйте произвести подобного рода формы от
таких названий, как «Хребет Академии наук СССР», «остро¬
ва «Известий ЦИК», «острова «Комсомольской правды»,
«поселок имени 26 бакинских комиссаров», или «город При
Заводе Ферросплавов», название которого исчезло всего
лишь несколько лет назад.
Во многих городах есть по пять, десять, пятнадцать улиц
и переулков с одинаковыми именами. В Москве названия
более трех тысяч улиц, переулков, проездов и площадей по¬
вторяются от двух до восемнадцати раз. Центральных улиц,
к примеру, в столице насчитывается восемнадцать! В Дзер¬
жинском районе есть пять Ботанических, три Железнодо¬
рожные, две Зеленые и три Советские улицы.. . В Ленин¬
граде десятки улиц носят одно и то же имя. В Киеве более
четырехсот улиц назывались Новыми, но сейчас их число
заметно убавилось. Однако найти нужного человека на
194

одной из таких новых улиц не легче, чем дедушку Ваньки
Жукова.
Предположим, вы написали письмо по точному адресу:
Краснодон
Луганской области УССР,
Краснодонский район,
почта, до востребования
такому-то
Где же именно находится этот населенный пункт?
Поглядим в «Советскую энциклопедию»:
«Краснодон — центр Краснодонского района Луганской
области УССР. Расположен на левом берегу реки Большая
Каменка (левый приток Северского Донца) в 3 километрах
от станции Тормозная. Краснодон — один из центров добычи
угля в Донбассе». ..
А под этой заметкой идет следующая:
«Краснодон — поселок городского типа в Краснодонском
районе Луганской области УССР. Расположен в Донбассе,
в 6,5 километрах от железнодорожной станции Семейкино,
на линии Родаково — Изварино. В Краснодоне — каменно¬
угольные шахты».
От одного Краснодона до другого немногим более десяти
километров. В какой же из них попадет ваше письмо?
На это вам никто не сможет ответить — ведь адреса-то
совершенно одинаковые.
Один из Краснодонов вырос на месте селения Сорокино,
названного по фамилии первопоселенцев Сорокиных. В этом
же Краснодоне работала в подполье героическая «Молодая
гвардия»...
Вот бы этот город и назвали Молодогвардейском.
Но города Молодогвардейска на карте Донбасса нет.
Перемена географического названия — дело сложное,
особенно когда переименовывают крупный населенный
пункт, связанный со всей страной железной дорогой, шос¬
сейными и водными путями, авиатрассой, телефонной и те¬
леграфной связью... На транспорте приходится печатать
новые билеты, с названием нового пункта, перепечатывать
все карты путей сообщения, указатели и справочники, на
почтамтах надо менять штампы погашения марок, вводить
новые названия в огромный «Трактовый указатель», без ко¬
торого не могут обойтись работники почты, телеграфа, теле¬
фона, радио; приходится менять соответствующие страницы
учебников, исправлять географические карты, путеводи-
13*
195

тели... Короче говоря, перемена одного лишь названия в от¬
дельных случаях обходится государству в сотни тысяч
рублей!
Министерство путей сообщения иногда сохраняет при
населенных пунктах, названия которых изменились, старые
имена железнодорожных станций. Это, разумеется, не пред¬
ставляет больших удобств для пассажиров, которые едут,
к примеру, в город Энгельс, а билет берут до Покровска-
Приволжского, или направляются в город Чаплыгин с биле¬
том до железнодорожной станции Раненбург. При подготов¬
ке к печати новых справочников некоторые названия стан¬
ций иногда получают новое имя города, а иногда станции
помогают сохранить древнее наименование населенного
пункта, имеющее историческое значение, — так было сохра¬
нено имя Пишпек за железнодорожной станцией столицы
Киргизии — города Фрунзе. В Пишпеке родился один из
организаторов Красной Армии, советский полководец
М. В. Фрунзе.
Но еще хуже, когда один и тот же населенный пункт пе¬
реименовывается по многу раз. Тут уж начинается полный
ералаш, и можно лишь порадоваться тому, что немало горо¬
дов уже вернулись к своим прежним названиям — Бежица,
Енакиево, Лиски, Кадиевка, Ставрополь, Луганск, Орен¬
бург, Рыбинск и многие другие.
Это лишний раз доказывает, что можно было обойтись
без таких переименований, и учит нас уважению к истории
родной страны и родного народа. На огромной территории
Советского Союза ежегодно рождаются многие сотни новых
населенных пунктов рядом с новыми заводами, фабриками,
гидростанциями, совхозами, новыми линиями железных
и шоссейных дорог... Новых пунктов на карте с избытком
хватит для новых географических названий. Лишь бы
только они не повторяли друг друга и были настоящими
названиями.
КЛЮЧИКИ К ЛАРЦАМ
Разгадку происхождения того или иного топонима очень
часто усложняют искажения и ошибки в его написании. Та¬
кие искажения иногда являются главными препятствиями
при расшифровке. Возьмем известное уже нам слово «Маро¬
сейка». На одном из планов города Москвы начала
XVIII века мне встретилось иное название — «Моросейка»,
196

а на другом плане того же века — «Морозейка». В этих сло¬
вах первоначальный смысл топонима, связанного с Мало¬
россией, был утрачен окончательно.
А как разобраться в ошибке, если географическое назва¬
ние родилось в языке иного народа, если в слово это вкра¬
лась какая-то ошибка или оно было искажено русскими сна¬
чала в произношении, а затем и в написании?
Наши предки узнавали о каком-то географическом
пункте, лежащем за тогдашними границами страны, назы¬
вая этот пункт так, как удалось переврать его имя перевод¬
чику. Вслед за переводчиком перевирали название перепис¬
чики. Из-за этого на всех картах мира, в том числе и на на¬
ших русских, множество ошибочных географических имен.
Все эти названия-ошибки нас не смущают, так как
мы не знаем языка народа, создавшего эти названия, и не
чувствуем искажений или ошибок в начертании слов, чуже¬
родных нашему сознанию. Американский педагог Джордж
С. Корнфилд, справедливо полагая, что «объяснение смысла
географических названий оживляет преподавание и возбу¬
ждает воображение учащихся», пытался по-своему объ¬
яснить названия русских городов, происхождение этих на¬
званий. Однако, не зная русского языка, он давал такие
объяснения: «Название города Красноводск означает «Кра¬
сивый город на восточном берегу Каспийского моря». Корн¬
филд путает здесь два значения слова «красный» — краси¬
вый и «красный» — красного цвета. Точно так же названия
городов Борисоглебск и Борисово Корнфилд производит
не от имени «Борис», а от слова «бор», поясняя, что бор —
это хвойный лес. Верхнеудинск, по его мнению, — «высокий
город на реке Уде»...
Такое толкование безусловно вызывает улыбку. Но мы
ведь тоже нередко ошибаемся, пытаясь объяснить географи¬
ческие названия, в основе которых лежат корни слов не рус¬
ского языка, а языков других народов, населяющих нашу
огромную родину.
А кто может знать полтораста языков и множество наре¬
чий, на которых говорит население Советского Союза?
Нельзя забывать также о том, что многие народы, оставив¬
шие о себе память в географических названиях, уже бесслед¬
но исчезли вместе со своими языками, и названия эти, быть
может, навсегда останутся загадками. Да и среди русских
названий на географической карте есть немало таких, кото¬
рые были искажены до неузнаваемости так давно, что сего¬
дня уже нельзя найти в них никакого смысла.
197

Каждое географическое
название можно предста¬
вить в виде какой-то закры¬
той шкатулки или ларца, в
котором хранится ответ.
Некоторые из этих ларцов
закрыты наглухо и ключи
к ним давным-давно поте¬
ряны. Но большую часть
открыть возможно — надо
только в длинной связке
ключиков найти подходя¬
щий.
Что же это за ключики?
Вам они уже знакомы
из предыдущих страниц
книги, а для американского
педагога такими ключика¬
ми служили бы точные
смысловые значения рус¬
ских слов «красно», «верх-
не», «нижне», «средне», а
также перечень имен соб¬
ственных. Ведь совершенно
ясно, что Корнфилд огра¬
ничился только одним зна¬
чением слова «красно» — в
смысле «красивый», он
искал в русско-английском
словаре слово «Борисов» и,
найдя там «бор», закончил
на этом свои розыски. По¬
добного рода смысловые
ошибки мы встретим у мно¬
гих иностранных ученых.
Ошибки эти допущены не
только из-за незнания язы¬
ка, но и из-за плохого зна¬
комства с историей геогра¬
фических открытий.
Например, между остро¬
вами Ушишир и Расшуа на
Курилах есть пролив, на¬
зываемый Средним.

Очень многие русские, глядя на карту средней части
Курильской гряды, полагают, что это название дано про¬
ливу за то, что он занимает именно такое среднее положе¬
ние. Об иностранных атласах и говорить нечего; их авторы
перевели это название более ясным по смыслу словом Цент¬
ральный.
Но это грубейшая ошибка. Настоящее имя пролива не
Средний, а Среднего.
Пролив назван по имени лежащего в нем архипелага не¬
больших скал —островков, открытых в 1811 году молодым
участником экспедиции Головнина на корабле «Диана»,
штурманским учеником Василием Средним. По приказу
Головнина островкам и проливу, где лежат эти островки,
была присвоена фамилия первооткрывателя.
Как видите, главное здесь не в знании географического
ключика «средне», а в знакомстве с историей географиче¬
ских открытий.
Ключики, о которых мы говорим, — это слова-термины,
часто повторяющиеся в географических названиях, состоя¬
щих обычно из двух-трех таких элементов.
В названиях русских населенных пунктов очень часто
встречаются одни и те же слова-элементы: Беловодье, Бело¬
горск, Белоомут, или Глинка, Глинково, Глинск, или Ду¬
бовая, Дубовик, Дубовязовка... Если вы знаете точное
значение элементов «бел», «глин», «дуб» и т. п., для вас
уже раскрыта половина смысла названия, но надо по¬
мнить, что слово «бело»
(так же как и «красно»)
имеет не одно, а несколько
смысловых значений.
Часто повторяющиеся
элементы встречаются и в
нерусских названиях: Таш¬
кент, Ташкепри, Таштепе, а
иногда этот же «таш» стоит
не в начале, а в середине
или в конце названия:
Адамташ, Акташ, Кок-
таш. . . Легко понять, что
если отдельные элементы
названий повторяются так
часто, то смысл, заключен¬
ный в них, очевидно, один
и тот же.	I

I
Всем известно, что замки и клю¬
чи к ним выпускаются сериями и
каждая серия отличается от дру¬
гой небольшими изменениями: в
бородке ключа имеется лишний
зубчик или, наоборот, отсутствует
какой-то неприметный с виду вы¬
ступ, что соответствует изменениям
в самом механизме замка. Точно
так же видоизменяются и слова-
термины, с помощью которых от¬
крывают смысл и тайну географи¬
ческих названий. Термин «таш»
может выглядеть по-иному: «тас»
или «даш», а термины, относящие¬
ся к топонимии горных районов,
могут звучать по-разному: «таг»,
«даг», «тау», «тоо»...

Слова, означающие воду, реку, поток, — «ва», «су»,
«шу», «сай», «чай», «ус»,	«хэ», «хем», «най», «пет»,
«цхали», «аб», «об», «дон», «йоки» и др. — встречались нам
в самых различных сочетаниях. Известно, что ими пользу¬
ются татары, башкиры, узбеки, казахи, монголы, китайцы,
тувинцы, айны, иранцы, таджики, осетины, финны...
Неодинаковое звучание одного и того же термина у на¬
родов, близких друг к другу по языку, вас уже не будет сму¬
щать, если вы вспомните, что у народов, близких не только
по языку, но и по территории, как, например, у русских,
украинцев и поляков, одни и те же слова звучат и пишутся
по-разному. Русские говорят: «человек», «город», «дерев¬
ня». Украинцы: «чоловйк» («людина») «мйсто», «село».
Поляки: «чловек», «място», «весь». Как видите, у народов-
соседей, говорящих на родственных языках, различий не
меньше, чем у турок и узбеков, азербайджанцев и кара¬
калпаков, башкир и якутов, живущих друг от друга на
большом расстоянии.
Расшифровывая географическое название, надо быть
очень внимательным и с большой осторожностью пользо¬
ваться терминами, чтобы не попасть впросак и не прийти
к анекдотическому решению топонимической задачи. Ведь
некоторые географические термины, бытующие у разных
народов, внешне выглядят совершенно одинаково, а смысл
их различный.
Широко распространенный тюркский термин «ям», как
известно, означает конную подставу, почтовую станцию, где
в недавнем прошлом ямщики меняли лошадей. А на Край¬
нем Севере, у ненцев, это же словечко «ям» служит для
определения большой, полноводной реки или даже моря.
Японцы называют гору
«яма», а в русском языке
слово «яма» имеет противопо¬
ложное значение — впадина,
провал.
Значение одинакового по
написанию и звучанию терми¬
на может быть различным не
только потому, что народы,
использующие этот термин,
говорят на разных языках
или живут далеко друг от
друга.
Ненцы и манси, обитаю¬
Л м А
Г0РА
п о-
Лпоиски

щие на севере Западной Сибири, — близкие соседи, но тер¬
мин «я» у ненцев означает землю, страну («ямал» значит
конец земли, что очень точно определяет географическое
положение полуострова), а у манси—речку: Волья, Усья. ..
Даже у русских одинаково звучащий термин может
иметь различный смысл, в зависимости от места, где этот
термин употребляют: в Тульской и Орловской областях,
к примеру, слово «верх» значит овраг, а «вершиной» назы¬
вается широкое низменное пространство, покрытое лесом.
Вот почему никогда не торопитесь с выводами и решайте
топонимическую задачу, взвесив все возможные варианты.
Особенно это относится к русифицированным, то есть пере¬
деланным на русский лад, местным географическим назва¬
ниям. Попробуем расшифровать несколько таких названий.
Есть на Черном море остров Березань.
Оковала его неба бирюза...
Так начинается стихотворение Дм. Петровского о малень¬
ком островке, лежащем в устье Днепра, под городом Оча¬
ковом.
Первое, что может прийти нам в голову при решении
топонима «Березань», — это, конечно, наша береза. Но на¬
звание островка не имеет никакого отношения к березе.
Островок этот гол, пустынен, каменист, на нем ничего не
растет. Здесь в марте 1906 года были расстреляны три черно¬
морских матроса и лейтенант П. Шмидт, один из руководи¬
телей восстания в Севастополе. Этим героям первой русской
революции и посвятил свое стихотворение советский поэт.
Но откуда же появилось у острова такое имя?
Оно пришло из Греции и звучало совсем по-иному — «Бо-
рисфен». Греки назвали островок именем реки Борисфена
(Днепра), в устье которой он лежал. Много веков спустя
сюда пришли турки, хозяйничавшие на северном побережье
Черного моря до прихода русских. Турки переделали имя
островка на свой лад, назвав его Бюрю-Узень-ада, то есть
«остров Волчьей реки». А когда предки нынешних русских
и украинцев спустились к морю, они принесли с собою или,
вернее, ввели в обиход старое имя Днепра — греческое на¬
звание реки сравнительно быстро выветрилось из памяти
и вышло из обращения, а название маленького островка
в турецкой переделке сохранилось. Но слово «Бюрузень»
звучало для наших предков чуждо, и народ переделал его
в близкое по звучанию и ясное по смыслу слово «Березань».
202

Когда именно произошло такое изменение, трудно уста¬
новить. Возможно, что название возникло уже после того,
как появился неподалеку от Черного моря населенный пункт
Березань, выросший на дороге от Киева к Полтаве, и здесь-
то, наверно, в появлении «березового» названия дело не обо¬
шлось без настоящих берез. А ближе к Киеву, на запад от
Березани, стоит городок Борисполь, название которого явно
перекликается с греческим именем Днепра.
Неподалеку от Петрозаводска, на берегу Онежского
озера, у пролива, соединяющего это озеро с Ломмозером,
стоит селение Соломенное. На прежних картах оно называ¬
лось Соломино. Ничего мудреного как будто в названии
нет, — вероятно, название произошло от слова «солома»,
может подумать каждый из вас. Однако к соломе название
это не имеет никакого отношения. Оно происходит от ка¬
рельского слова соломе, что значит «пролив».
Севернее селения Соломенного мы встретим еще одно
похожее название на западном берегу Белого моря — Соло¬
менный мыс в Кандалакшской губе. Со стороны этот мыс
кажется отдельно стоящей горой-островом. И тут мы уже не
ошибемся и не станем производить название мыса от слова
«солома».
А к северу от мыса Соломенного лежит город Канда¬
лакша, выросший на месте рыбачьей деревушки, носившей
то же имя, по которому была названа и «Кандалакшская
губа».
Таких губ на русском севере немало: Двинская губа,
Онежская губа, Чёшская губа, Мезенская губа, Печорская
губа, Обская губа и др.
Географический термин «губа» означает залив, бухту,
фиорд с устьем реки в глубине залива.
Название всех этих губ, кроме одной — Кандалакшской,
даны по именам рек: Северной Двины, Онеги, Чёши, Мезени,
Печоры, Оби... Название Кандалакши прямо связано
с водой: финское слово лахти или карельское лакши озна¬
чает «залив». Название же Кандалакша переводится «Залив
в углу» (в данном случае подразумевается — моря), что
точно соответствует географическому положению и этого
залива и города Кандалакши — они находятся в отдален¬
ном углу, в самой западной, глубокой губе или заливе Бе¬
лого моря.
На берегу озера Иссык-Куль стоит рыбачье селение Саза-
новка. Сазан, как известно, рыба из породы карпов. Но про¬
изошло название не от слова «сазан», а от географического
203

термина «саз», что по-киргизски означает заболоченное
грунтовыми водами место или мокрый луг. Впрочем, сейчас
название селения изменено: оно носит имя Ананьево.
Чаще всего, как это ни удивительно, такие ошибки ро¬
ждаются на месте, хотя ученые уже давно и правильно
объяснили происхождение многих географических названий.
Но эти объяснения остаются неизвестными для местных
жителей, и они до сих пор пробавляются мифическими пре¬
даниями или столь же недостоверными сказками.
Мало кто из жителей Донецкого бассейна, где протекают
речки Айдар и Деркуль, впадающие в Северский Донец, свя¬
зывают происхождение названий этих речек с какими-то
ущельями, хотя Айдар и Деркуль текут в глубоких оврагах,
а Деркуль (на картах последних изданий — Деркул) имеет
даже двойника, у впадения которого в реку Урал стоит город
Уральск. Уральский Деркул вытекает из родников, располо¬
женных в своеобразном «ущелье», а что значат все эти
«дар», «дер», «дара», вы уже знаете.
Такие похожие друг на друга слова, как «узень», «озень»,
«узун», «узынь», очень часто стоят на карте СССР рядом
с голубыми ниточками рек. Реки Большая Узень и Малая
Узень текут из Казахстана по земле Саратовской области.
Один из притоков реки Белой в Башкирии, берущий начало
в Уральских горах, называется Узян. Две половины озера
Балхаш — соленую и пресную — разделяет пролив Узун-
арал. На берегу реки Узункаргалы в Казахстане раскинулось
селение Узун-Агач, а на севере этой же республики есть се¬
ление Узунбулак. В Сурхан-Дарьинской области Узбеки¬
стана стоит селение Узун. В Армении близ границы с Азер¬
байджаном — село Узунтала... Все эти названия похожи и
внешне и по смыслу.
Термин узун нередко служит для обозначения поня¬
тия «длинный»: Узун-Агач— «Длинное (высокое) дерево»,
Узунтала— «Длинная долина». Пролив Узун-Арал на Бал¬
хаше вы легко переведете именем «Длинный остров», что
станет особенно понятным, когда вы взглянете на карту
озера Балхаш, разделяемого узкой косой полуострова, кото¬
рый, возможно, был когда-то островом. Может быть, вам
известно казахское выражение «узун-кулак» — длинное
ухо. Так в казахских степях называют слух, известие,
сплетню, с удивительной быстротой распространяющиеся по
необъятным просторам республики.
Слово булак, стоящее в названии Узунбулак, означает
по-тюркски «источник», «родник». С названиями, в кото¬
201

рые входит это слово, мы можем встретиться и в Крыму,
и в Восточной Сибири, и в Азербайджане, и в Средней Азии.
Понятия «верх» и «низ» каждый народ выражает по-
своему. Одним из самых распространенных терминов для
обозначения понятия «верх» служит тюркское слово
баш— «голова». Оно встречается и в названиях рек: Баш-
Хем в Тувинской области, впадающая в верховья Бий-хема
(Большого Енисея), Баш-Кызылсай, стекающая с верховьев
Красной горы (Кызылнура) на востоке от Ташкента, Субаш—
один из источников, снабжающих водой город Феодосию
в Крыму. В названиях гор «баш» и «бас» обозначают вер¬
шину, высокую гряду: Баш-Таш в Башкирии, гора Кара-
бас в Казахстане к западу от озера Балхаш, а на самом озере
есть остров Бас-Арал и значительно севернее Балхаша селе¬
ние Бас-Коль в Павлодарской области, озеро Камыслыбас
и железнодорожная станция того же имени на пути меж
Кзыл-Ордой и Аральском. Изменение «баш» на «бас» про¬
исходит по тем же законам казахского языка, по которым
термин «даш» переходит в «тас», «камыш» — в «камыс»,
а «шор» — в «сор». У таджиков «баш» звучит как «бош»
или «боши»: кишлак Купрукбоши на севере Ферганской
долины. В Центральной Киргизии есть селение Атбаши,
в Азербайджане — аул Башлыкент.
В русском языке от этого же слова происходят такие сло¬
ва, как «башка», «башлык», «башибузук» (разбойник,
а в точном значении слова — сорвиголова). Слово «баш» во¬
обще равнозначно русскому слову «голова» и его производ¬
ным: головное сооружение канала, голова горы, голова ко¬
лонны, городской голова и пр.
Понятие «средний» в Азербайджане, Киргизии и Туркме¬
нии передается словом орта: селение Ортатала в Закав¬
казье, Ортакойское водохранилище в Киргизии, колодец
Орта-Кую в Туркмении. Он назван так за то, что стоит на
середине караванного пути через Кара-Кумы. У нас в РСФСР
эту же роль географического пункта, стоящего на середине
(половине) пути, играет станция Половинка на трассе Сибир¬
ской железной дороги.
Знакомство с такими географическими терминами не
только помогает расшифровать истинный смысл топонима,
но и открывает давний облик местности. Название Кос-
Арал на Аральском море значит «двойной остров», «Кос-
Коль» в Оренбургской области—«двойное озеро», «Кое-
Кудук» на юге Казахстана — «двойной колодец». Может
статься так, что одно из озер высохнет, что один или даже
205

оба колодца исчезнут, но название все же сохранится. Гео¬
графические имена служат своеобразной подсказкой: если
впереди лежит озеро Ащекуль или Тузкуль, то путешествен¬
нику нечего рассчитывать наполнить свою флягу хорошей
водой, потому что аще, ащи или ачи переводится словом
«горький», а туз — «соленый». Точно так же ему не удастся
напиться в реке Сасык-су или в источнике Сасык-булак,
потому что сасык значит «гнилой», «вонючий», «зловон¬
ный». Река Аксу или местность Аксуат означает, что здесь
можно утолить жажду белой (светлой, чистой) водой, а слово
аксуат означает «водопой» (аг — лошадь).
Сейчас вам уже ясно, что с помощью двух-трех десятков
слов-терминов можно расшифровать тысячи названий, по¬
тому что эти слова представляют собой либо часть географи¬
ческого названия, либо, сочетаясь друг с другом, дают целое
название. С такими сочетаниями мы много раз уже встре¬
чались на страницах этой книги.
Сейчас в наших руках есть не два-три десятка ключи¬
ков, а во много раз больше. Славянские ключики, тюркские,
монгольские, финские, айнские и другие дают нам возмож¬
ность раскрыть смысл множества топонимов.
Каждый топоним представляет собой определенный гео¬
графический объект. Это может быть река, озеро, море, гора,
хребет, перевал, ущелье, долина, город, село, крепость, бо¬
лото, берег, остров, перешеек, мыс, дорога и пр.
Но с каждым из этих объектов связывается много разно¬
язычных терминов. Понятие воды или реки хранят в себе
слова-термины, полтора десятка которых мы перечислили
только что (на стр. 201). А таких слов вы знаете гораздо
больше. Слову «озеро» сопутствуют такие термины, как
«гол», «гёль», «кол», «коль», «куль», «явр», «ярв», «ярви»,
«сор», «нур» и др. Понятие города заключается в таких
словах, как «град», «бург», «кент», «кант», «кенд», «кала»,
«абад», «поль», «кар», «пиле», «калаки», «шахар» и пр.
Как видите, все слова-ключики, относящиеся к тому
или иному географическому объекту, можно собрать
воедино, и, подобно тому как обыкновенные домашние
ключи нанизываются на связку, мы также составим связки
слов-ключиков, каждый из которых может помочь нам
открыть определенный ларчик, то есть географическое на¬
звание реки, озера, города, села, горы, перевала, ущелья.
Таких связок можно создать столько, сколько требует¬
ся по числу географических объектов или же по их
группам,
т

Можно не составлять отдельные связки для названий
гор, хребтов, кряжей, ущелий, перевалов, а объединить все
горные объекты в одну связку. Использовать эти связки
надо, разумеется, с большим вниманием и не пытаться с по-
мощью айнского ключика открывать азербайджанский или
грузинский ларчик. Ведь и ключиком от портфеля не откро¬
ешь чемодан или квартиру.
Но обычно никто, кроме специалистов-ученых, и не за¬
нимается топонимией всей страны. Ведь для исследования
широкой территории надо знать если не много десятков
языков, то хотя бы обладать очень подробными их слова¬
рями. Нужно иметь под рукой массу исторических справоч¬
ников и располагать возможностью получить совет или разъ¬
яснение квалифицированного географа, лингвиста, историка,
археолога... Чаще всего люди, занимающиеся топонимикой,
ограничивают свои интересы пределами определенного края,
района или даже города. И они совершенно правы: ведь и
на самой маленькой территории людям, интересующимся
топонимическими вопросами, приходится сталкиваться со
множеством трудностей.
Любая территория, пусть это будет небольшой район или
даже небольшая площадь, какого-нибудь городка, за мно¬
гие века была свидетелем различных перемен: приходили и
уходили народы, один язык сменялся другим, изменялись
и социальные условия... Все это создавало многообразную,
многослойную географическую номенклатуру, которая от¬
ражает историю той или иной местности.
Ключики несомненно помогают раскрывать тысячи и де¬
сятки тысяч географических ларчиков. Но далеко не всегда
они могут помочь расшифровать даже очень простой с виду
топоним, решение которого тянет за собой длинную цепочку
различных догадок. Для примера возьмем один такой топо¬
ним — Калач.
С этим топонимом я столкнулся в ранней юности. Тогда
еще Калач был не городом, а станицей на реке Дон, и в эту
станицу переехал на жительство мой школьный товарищ.
Название станицы очень меня заинтересовало. До сих
пор я видел и покупал калачи только в булочных, а тут це¬
лое селение называется Калачом. Быть может, подумал я,
в этом городе пекут калачи, поэтому он так и называется?
А может быть, и не потому. Да и откуда вообще взялось
такое слово— «калач»?
Тогда я еще не знал, что существуют специальные этимо¬
логические словари, объясняющие происхождение слов, что
207

имеется много книг, в которых
есть подробные научные объясне¬
ния, откуда пошло то или иное сло¬
во. Но в конце концов мне все же
удалось узнать, что слово «калач»
нерусского происхождения и что в
основе его лежит корень кала или
кале. А это слово означает «укреп¬
ленное место», «город», «крепость».
Много ли у меня нашлось тогда
примеров названий со словечком
«кала» или «кале», уже не помню.
А сейчас я мог бы назвать не мень¬
ше десятка: Махачкала и Мемед-
кала в Дагестане, Калаихумб в
Таджикистане, Кала в Киргизии,
Тупрук-кала в Узбекистане, Кара-кала и Ходжакала в Турк¬
мении, Ахалкалаки в Грузии, Чуфут-Кале и Ени-Кале в
Крыму — когда-то и Керченский пролив назывался Ени-
кальским.
В недавнем прошлом словом «калач», как свидетель¬
ствует «Толковый словарь» Даля, называли любой пшенич¬
ный хлеб, но у калача есть и своя особая форма: это «пше¬
ничный сгибень с дужкою», и у калача различают «животок
с губкою и ручку — дужку или перевясло».
Вот, значит, откуда пошло название селения, где жил
мой товарищ. Я тут же написал ему о своих розысках. А он
мне ответил, что все это, мол, интересно, но к их селению,
наверно, не относится. «Наша станица, — писал он, — стоит
на калаче Дона».
Это было новой загадкой, но ее сразу же помог решить
старый словарь русского языка: оказалось, что калачом
называется крутая излучина реки, огибающая остров или
полуостров, проток, впадающий в ту же реку. А эта излу¬
чина, должно быть, и походила на «сгибень с дужкою».
И, по всей видимости, именно этот «калач» и дал имя дон¬
ской станице.
Сейчас Калач уже не станица, а город. И название его
немного иное — Калач-на-Дону, в отличие от Калачей, ко¬
торые находятся в Воронежской и Свердловской областях.
И город стоит уже не на калаче Дона, а на берегу огромного
Цимлянского водохранилища, образованного плотиной Вол¬
го-Донского канала им. Ленина.
К очень распространенным и важным географическим
208

ьовущцсс
'(АНЕГО*
'пиши]

терминам следует отнести и определение стан, которое толь¬
ко что встретилось вам в слове «станица».
Термин этот очень древний. Станом или станком русские
называли временный лагерь, остановку в пути, место для
стоянки рыбаков, охотников или для причала судов — от¬
сюда родились и такие слова, как «пристань», «застава»,
«подстава», «ставка». Станками назывались также постоя¬
лые дворы и почтовые станции, где путников ждала под¬
става лошадей. Из временных станков и станов многие пре¬
вращались в постоянные селения (станицы у казаков), ста¬
новища (в Сибири).
Происхождение всех этих слов от «становить» не вызы¬
вает никакого сомнения.
Но такой же термин «стан» встречается и в географиче¬
ских названиях Ближнего и Среднего Востока, обозначая
собой целые страны: Дагестан, Узбекистан, Афганистан,
Пакистан, Казахстан, Туркменистан и пр. Дагестан — это
Страна Гор, Узбекистан — Страна Узбеков, Афганистан —
Страна Афганцев...
Следовательно, этот термин включает в себя понятие
страны, большой площади, территории. Главные городские
площади в Самарканде и в Бухаре называются «Регистан».
Иногда от русского «стана» или «станицы» пытаются
производить и слово «станция», то есть остановка в пути.
Слово это действительно очень близкое по смыслу и по зву¬
чанию, но оно не восточного, а западного, латинского проис¬
хождения, и этим словом пользуются многие народы Запад¬
ной Европы.
Решая топонимические задачи, нельзя забывать о том,
что многие географические названия с течением времени из¬
меняют свой облик, то есть свои прежние начертания.
Четверть века назад столица Грузии называлась в офи¬
циальных документах «Тифлис», столица Армении — «Эри-
вань», столица Литвы—«Вильно», столица Туркмении —
«Асхабад».
Сейчас вместо этих названий на географических картах
стоят правильные имена: Ашхабад, Вильнюс, Ереван,
Тбилиси... Эти названия правильны потому, что народ
этих стран именно так и называл всегда свои главные го¬
рода.
В той же Грузии изменилось множество названий: уже
нет названий городов Кутаис, Ватум, Сухум, Гагры, Бор¬
жом и др. Названия этих городов приобрели новые оконча¬
ния : Кутаиси, Батуми, Сухуми, Гагра, Боржоми и пр.
14 и. Сергеев
209

Точно так же изменились и названия рек: прежде писали
не Арагви, Риони, Алазани, Бзипи, а Бзыпь, Алазань, Рион,
Арагва...
Новый Афон, например, называется сейчас Ахали-
Афони, что в переводе означает то же самое, ибо термин
ахали — «новый» — мы встречаем во многих грузинских
топонимах: Ахал-Даба, Ахалкалаки, Ахалсопели, Ахалцихе
и пр.
Эти изменения проведены в соответствии с законами гру¬
зинского языка и с теми давними звучаниями названий,
к которым привыкло местное население. Старые начертания
географических имен вынуждены были публиковать даже
дореволюционные энциклопедии; так, словарь Брокгауза и
Ефрона в статье «Тифлис» сообщал, что «у грузин название
города произносится «Тпилиси», а мусульманские писатели
употребляют иное начертание — «Тефлис». На самом деле
правильное грузинское название города не «Тпилиси»,
а «Тбилиси», и это имя было дано полторы тысячи лет
назад за обилие теплых (по-грузински «тбили») источников.
Теплые серные источники послужили основой экономиче¬
ского развития города: их целебные свойства привлекали
множество больных, на этих источниках выросли бани,
предприятия по выделке кож и пр.
Изменились географические названия и в прибалтийских
республиках. Столица Эстонии носит сегодня имя Таллин,
а не Ревель, древний университетский город Юрьев (Дерпт)
называется сейчас Тарту. Остров Эзель получил название
Сарема, остров Дагэ стал островом Хиума, город Пернов —
Пярну и пр.
В Латвии имя города Либава изменили на Лиепая, город
Виндава — на Вентспилс, Митава — на Елгава, Двинск — на
Даугавпилс, Режица — на Резекне и пр. Река Западная
Двина сейчас именуется Даугава, Виндава — Вента, Аа —
Гауя и т. д. Это, разумеется, не переименования, а уточнения
географических имен, бытовавших в языке латышского
народа.
На карте Литвы эти уточнения не столь разительны:
имена городов Вильнюса, Каунаса, Паневежиса или Шауляя
очень похожи на старые русифицированные названия —
Вильно, Ковно, Поневежа или Шавли. Точно так же в пра¬
вильных, сегодняшних названиях Радзивилишкис, Вилка-
вишкис, Ионава, Друскининкай легко узнать прежние иска¬
женные названия, стоявшие на дореволюционных картах:
Радзивилишки, Вилковишки, Янов, Друскеники... Ну, а пе-
210

ремена названия города Мемель на Клайпеда относится
к исключениям: немецкое имя города происходило от реки
Неман, которая у немцев называется Мемель.
Особенно часто менялись и меняются начертания геогра¬
фических названий в Средней Азии. Но и в этих разночте¬
ниях нет ничего удивительного. Ведь первые среднеазиат¬
ские карты чаще всего составлялись «понаслышке» — по
расспросам местных жителей, и названия географических
объектов записывались картографами, не знавшими мест¬
ных языков.
Туркменский город Мерв сегодня называется Мары,
город Чарджуй — Чарджоу, залив Карабугаз — Кара-
Богаз-гол. В Узбекистане город Раумитан под Бухарой стал
называться Рометан, Пискент — Пскентом. Таджикский
город Пенжакент обозначается сейчас на картах именем
Пенджикент, Варзаб — Варзобом и пр. Изменения про¬
изошли и в Казахстане: город Лепсинск стал городом
Лепсы, название песков Муюнкум писалось прежде Моюн-
Кум, а пустыню Бет-Пак-Дала географы называли Бек-
Пат-Дала.
Географические названия изменяются неспроста: уче¬
ные стремятся нанести на карту более правильный топо¬
ним, чтобы он обозначал именно то понятие, какое вложил
в него народ, чтобы топоним не был бессмысленным. К со¬
жалению, очень много названий, прочно существующих
на географических картах, географы даже не пытаются
уточнить, потому что негде и не у кого узнать, как должно
звучать то или иное древнейшее название и как его следует
писать правильно.
Внимательно рассматривая географические карты одного
и того же района или края, изданные в разное время, вы
найдете в них множество разночтений. Их обязательно надо
учитывать еще до того, как вы начнете пользоваться ключи¬
ками.
Нередко случается, что «исправленное» название не по¬
могает раскрытию истинного смысла, а затемняет его, пре¬
вращая загадку в настоящую тайну.
Вот почему, как правило, нельзя приступать к расшиф¬
ровке географического (особенно малоизвестного) названия,
не разузнав как следует о предыстории его, не определив
точно, как оно писалось прежде. Необходимо помнить так¬
же, что многие названия в официальном их написании и
в местном употреблении весьма часто отличаются друг от
друга из-за наличия местных диалектов, говоров, манеры
И*
ш

произношения: есть местности, в которых говорящие акают,
то есть произносят «о» как «а», или окают, заменяя звук
«а» звуком «о», есть местности, где не произносят сочетания
«д» + «н», а удваивают последний звук, что породило даже
стишок-дразнилку:
Менный ковш упал на нно
И обинно, и досанно,
Ну да ланно,
Все онно.
ТОПОНИМИКА НА СЛУЖБЕ НАУКИ И ОБЩЕСТВА
Топонимикой интересуются не только географы, исто¬
рики, языковеды, этнографы, археологи, но и ученые многих
других специальностей. Географические названия живут
очень долго, сохраняя в себе слова исчезнувших языков и
народов, элементы древней топографии местности, сведения
о наличии тех или иных природных богатств, о существова¬
нии в далеком прошлом тех или иных промыслов. Топонимы
служат для ученых драгоценнейшими источниками знаний.
Ведь названия географических объектов рождались в те да¬
лекие времена, когда у народов, создавших эти топонимы,
еще не было письменности. Самые древние памятники пись¬
менности тюркских народов относятся к VII веку, славян —
к началу X века, монгол — к XIII веку, маньчжуро-тунгу-
сов — к XVI веку. А географические названия на этих язы¬
ках значительно старше. По этим названиям, навечно при¬
крепленным к определенному месту, можно восстановить
картину былого расселения народов, а иногда и былой об¬
лик местности.
Берега Балтийского моря из века в век медленно подни¬
маются, и море как бы отступает. Это отступление можно
заметить не только по следам, оставленным морем.
Оно отразилось и в географических названиях вдали от
морской кромки, в глубине суши, где встречаются топонимы,
в основе которых лежат понятия «берег», «бухта», «залив».
Когда на картах Казахстана или Киргизии среди мно¬
жества нерусских имен встречаются русские или украин¬
ские названия населенных пунктов, то каждый понимает,
что все эти пункты основаны переселенцами из России или
Украины.
На карте центральных областей Европейской части
ш

РСФСР мы читаем одно за
другим странные, заведомо
нерусские названия селений:
Сампур, Понсари, Талдым,
Каргли, Веникляй, Шача, Вя-
жли, Ракша, Парсат...
А рядом с ними вдоль из¬
вилистых голубых ленточек
стоят непонятные слова: Пан¬
да, Керша, Таракса, Ломовис,
Кеплись, Рысля, Кермись,
Почкарь, Оторма, Пурля, Мок¬
ша, Цна, Тяньга... Это имена
рек Тамбовской, Рязанской и
Пензенской областей.
Города Моршанск, Тамбов,
Рязань, Арзамас... Мы при¬
выкли к этим именам, считаем их родными и близкими нам.
Но они близки нам только по звучанию, а не по смыслу, ибо
в русском языке нет таких слов, как «каргли», «шача»,
«ракша», «Тамбов» или «цна», — по-русски эти слова ничего
не значат.
Для того чтобы они приобрели какой-то смысл, их надо
перевести на русский язык. Морша значит «ровное место»,
Тамбов — «омут»... Все эти слова взяты из мордовского
языка. Название этнографической группы мордовского на¬
рода — эрзя входит в имена Рязань и Арзамас. Внешне эти
наименования как будто совсем не похожи друг на друга,
а было время, когда один из этих населенных пунктов назы¬
вался «Эрзянь», а другой— «Эрзямас».
Так географические названия помогают историкам опре¬
делить сравнительно точные границы, в каких жил некогда
мордовский народ, населяющий сейчас небольшую террито¬
рию Мордовской АССР, к югу от Горьковской, к востоку от
Рязанской, к северу от Тамбовской и Пензенской областей.
Точно так же историки Грузии, изучая западные районы
республики, где сейчас говорят только на грузинском языке,
нашли несколько мингрельских географических названий
и сделали вывод, что в прошлом мингрелы занимали боль¬
шую территорию, чем занимают в настоящее время.
По топонимическим следам устанавливаются и пути вен¬
гров, по которым они пришли в центр Европы. Этот народ
резко отличается по языку от окружающих его славян, ру¬
мын, чехов, немцев и поляков. Язык его близок к языкам
г»:п7
I *Ж'	•
ГЭРЗЛЯЬ^ШР
213

манси, хантов, удмуртов, но в венгерском языке есть немало
слов, сходных с языками народов, населяющих Казахстан
и Алтай. Одним из венгерских племен было племя бесерме-
нов, потомки которых и сейчас живут в Приуралье. В свое
время от имени этого племени родилось бранное слово ба¬
сурман, означавшее «нехристь», «чужеземец». Чаще всего
оно относилось к татарам-мусульманам. Но на татар его
перенесли, конечно, значительно позже. В Венгрии же и сего¬
дня есть город Бесермены, а в столице Венгерской Республики
Будапеште — улица Бесермен.
Географическая карта рассказывает нам и о том, как да¬
леко на запад простирались некогда славянские земли, впо¬
следствии захваченные немцами. За долгие века владычест¬
ва захватчики почти полностью онемечили славянское насе¬
ление и переделали на свой лад древние географические на¬
звания. Померания, занимавшая побережье Балтики от
Вислы на востоке до Одера и Эльбы на западе, была насе¬
лена поморами, то есть людьми, живущими по морскому бе¬
регу. Но если в названии Померании можно легко узнать
поморянское происхождение, то не так-то просто угадать
в типично немецком имени города Шверин, расположенном
на берегу Шверинского озера, славянский корень «зверь» —
город Зверин, озеро Зверинское. Кстати, и столица Германии
город Берлин, как полагают ученые, вырос на месте славян¬
ского поселения, основанного в XIII веке в низменной, по¬
крытой лесами, заболоченной местности. Древнеславянские
слова «брлина» и «берлен» значат лужа и болото, а дру¬
гие исследователи предлагают взять основой названия такое
же древнее слово «бедлин» — стража.
Старинное новгородское селение Ямы, переименованное
Петром Первым в город Ямбург, выросло, по-видимому, на
месте одного из бесчисленных «ямов» ]. «Ям» —это селение
или станок-подворье, где проезжий мог переменить лошадей
и ехать дальше. От этого термина происходит и слово «ям¬
щик», а также многие географические пункты, носящие имя
«Ям» или «Ямская», напоминающие нам о том, что когда-
то через эти пункты проходила большая дорога. До нашего
1 Сейчас этот город Ленинградской области, стоящий близ границы
РСФСР с Эстонией, называется Кингисеппом — в честь видного деятеля
Коммунистической партии, организатора советской власти в Эстонии.
В. Э. Кингисепп руководил подпольной работой Эстонской компартии
в условиях жестокого буржуазного террора, был выдан провокатором,
арестован и расстрелян в 1922 году.
314

времени сохранились Ямская ули¬
ца в Ленинграде, Ямские улицы в
Москве, Ярославле, Курске, Торж¬
ке, Зарайске, Шатске, Можайске и
других городах. На Тверских-Ям-
ских улицах в Москве жили ямщи¬
ки и стояли ямские дворы. Слободы
ямщиков были и на Смоленской, и
на Дорогомиловской, и на Пере¬
яславской дорогах.
Из обширного списка «Ямов»
надо исключить только Ямск Мага¬
данской области, на берегу залива
Шелехова в Охотском море, — на¬
звание этого населенного пункта было дано по реке Яма,
близ устья которой и выросло это небольшое селение.
Нетрудно представить себе, что по населенным пунктам,
в чьих топонимах присутствует термин «ям», можно было
бы нанести на карту старые дороги России, по которым от
одного яма до другого мчались ямщики.
Роль этого же термина в Узбекистане и в Таджикистане
выполняет термин «лянгар», буквально переводимый словом
«якорь», а в переносном смысле означающий место стоянки,
остановку. Термин лянгар можно встретить и в Иране, и
в Афганистане, и в Западном Китае на старых караванных
дорогах, где он означает постоялый двор, дом для приезжа¬
ющих, почтовую станцию. И сейчас еще остались на карте
Азии десятки кишлаков и селений с этим древним именем
«лянгар». И по этим названиям историки могут определить
давние пути торговли и культуры.
Новгородцы, пришедшие тысячу лет назад на Крайний
Север Европейского материка — Кольский полуостров и
занявшие Мурманское побережье, оставили прочную память
в географических названиях. Эти названия помогают исто¬
рикам установить дороги, по которым шло расселение
поморов.
На полуострове Рыбачьем среди угро-финских названий
географических пунктов встречается немало русских назва¬
ний мысов — Корабельный, Городецкий, Наволок, а также
населенных пунктов — селение Зубовка близ Скарбеевской
губы, деревенька Кутовая в Мотовском заливе и др.
Вдоль побережья Ледовитого океана мы увидим на карте
мысы Выев, Лодейный Бык, селения Лопатино, Выевка, За-
рубиха, Мало-Оленье, Лодейное, Гаврилово, а на реке Во-
/а» иЛ| и
215

ронья — Белоусиха, Воронье и Галицино. Обилие русских
географических названий на этой реке свидетельствует, что
Воронья была одной из основных дорог, по которым новго¬
родцы двигались на север. Речку, впадающую в Воронью,
они назвали Черной, одно из селений — Нивкой, горы — За-
шейкой, Половинной, Каменистой, пороги на реке — Боль¬
шим, Дьявольским, Медвежьим, Кровяным...
Русские названия встречаются и по дороге на древнюю
Колу: Ягельный бор, Орловка, река Лебяжья, гора Комари¬
ная, гора Гремяха и озера Домашнее, Медвежье, Улита, из
которого вытекаетфека Улита.
О давнем пребывании поморов на побережье свидетель¬
ствуют древние имена многих северных рек к западу от реки
Вороньей — Климановка, Зарубиха, Средняя Титовка и др.,
которые окружены озерами, рекамй, горами, тундрами и бо¬
лотами, называемых по-местному. Но термины, входящие
в местные географические названия, по мере продвижения
на запад постепенно изменяются.
К востоку от Мурманского меридиана озера называют¬
ся : Кылп-явр, Чудзь-явр, Мал-явр.. . К западу — термин
явр встречается реже, и его заменяют яур и ярей: Лабб-яур,
Калло-яур, Лоунас-ярви, Пур-ярви.., А в Финляндии тер¬
мин «ярви» является составной частью названий почти
всех озер.
Финский термин «ярви» — такая же неотъемлемая часть
географического названия озер, как йоки в названиях рек.
А еще западнее, в Норвегии, это слово пишется и произно¬
сится «йок*са».
На территории СССР, соприкасающейся с Финляндией,
многие реки носят названия, похожие на финские: Яури-
йоки, Наутси-йоки, Петсамо-йоки и пр. Но к востоку от
мурманского меридиана притоки реки Вороньей называ¬
ются Лонйок, Чудзьйок, Кучельйок... Река Кола, по имени
которой назван Кольский полуостров, некогда носила имя
Кульйок или Кольйок, что, как известно, означает «рыбная
река».
Ближе к востоку и юго-востоку термин этот звучит еще
мягче — йог. Отсюда и появилось название реки Юг, весьма
смущавшее меня в детстве: я не мог понять появление Юга
на севере и пытался объяснить это тем, что эта река была
самым южным притоком Северной Двины.
Топонимика помогает не только географам, историкам и
языковедам. Ее подсказками с давних пор пользуются уче¬
ные-геологи, экономисты, работники народного хозяйства.
216

Ведь множество географических названий хранят в себе цен¬
ные указания на природные богатства местности, которые
некогда разрабатывались, а потом по разным причинам
были заброшены, или указывают на местные (тоже забытые)
промыслы и занятия населения. Любой краевед поведает
вам не одну такую топонимическую историю. В книге
«Страна Сокровищ» я рассказал «Историю одной находки»,
связанную с топонимическими розысками молодых краеве¬
дов и открытием ими старинных карьеров керамической
глины и минеральных красок близ села Гончаровки.
В СССР есть немало селений с похожими названиями: Гон-
чарка, Гончары, Гончарное... Почти всегда такие назва¬
ния свидетельствуют, что в этих местах было гончарное
производство и что поблизости находятся залежи огнеупор¬
ных глин, если, конечно, название не произошло от фамилии
бывшего владельца селения — какого-нибудь Гончарова или
Гончаренко. В «Истории одной находки» дело усложнялось
тем, что Гончаровкой до самой революции владели поме¬
щики Гончаровы, но совпадение имени владельцев и назва¬
ния села было случайным. Гончаровы приобрели это село
с окрестными землями у помещика Щукина в первой поло¬
вине прошлого века. А гончарйый промысел в Гончаровке
угас еще задолго до того, как Гончаровы сменили Щукиных.
Установить все это помогли архивные документы.
В селе Рудном за Уралом не добывалось никакой руды.
Однако краеведам удалось по архивным розыскам устано¬
вить, что прежде тут добывалась руда, но разработку место¬
рождения прекратили, так как процент содержания металла
в руде был очень невысокий. Современная же техника
с успехом может использовать такие руды.
По топонимической подсказке было найдено в XVIII веке
и золото на Алтае. Академик Ф. Миллер, работавший в Си¬
бири около десяти лет, собрал за это время множество цен¬
нейших исторических материалов и познакомился с мест¬
ными языками. В Алтайских горах добывали железо, сереб¬
ро, медь, свинец, олово. Но топоним «Алтай» навел акаде¬
мика на мысль, что в горах непременно должны быть и за¬
лежи золота. Об этом, кстати, упоминал еще в VI веке один
византийский писатель, называвший Алтай «Золотыми го¬
рами». Догадка ученого была подтверждена разведками, и
вскоре с Алтая пошли обозы с золотыми слитками в цар¬
скую казну.
А двести лет спустя после Миллера, топоним «алдан»
привел золотоискателей на берега притока Лены — Алдана*
217

сУ
с * р а и
Алдан тоже значит «золото».
И маленький поселок со
скромным названием Неза¬
метный вскоре стал городом
Алданом, центром богатей¬
шего золотопромышленного
района в Якутии.
«Цветные» названия рек
также могут служить указа¬
ниями на то, что берега, раз¬
мываемые водой, содержат
в себе определенные минера¬
лы или руды металлов. Об
этом уже рассказано в главе
«Разноцветные потоки». А та¬
кие названия рек, как Ржа¬
вая, Ржавец или Ржавка, ука¬
зывают не только на то, что
в воде растворена глина. Цвет
воды может зависеть и от рас¬
творенных в ней окислов же¬
леза.
Древний топоним «Джез¬
казган» привлек в свое время
внимание молодого казахско¬
го ученого К. Сатпаева. Мест¬
ность, носящая это имя, лежа¬
ла в пустынных степях Ка¬
захстана, и название ее в пе¬
реводе означало «место, где
копали медь». Уже будучи
академиком и президентом
Казахской Академии наук,
Сатпаев закончил разведку
старинных копей, и Советская
страна получила богатейшие
месторождения медных руд.
А еще раньше медь нашли и
южнее Джезказгана — на бе¬
регу озера Балхаш.
В этой же республике,
близ Темир-Тау — «Железной
горы», работает сегодня пер-
Еенец казахской металлургии.

Но гора называлась железной задолго до того, как у ее под¬
ножия задымили трубы первых доменных печей. Примерно
такая же история была и с Магнитной горой на юге Ураль¬
ского хребта, где сейчас стоит город Магнитогорск. Гор
с таким же названием на Урале несколько, и около одной из
Магнитных (близ Тагила) был построен первый уральский
железоделательный завод — Невьянский.
Для расшифровки таких названий, как «Алтай», «Джез¬
казган», «Алдан», «Темир-Тау», необходимо, конечно, знать
не только русский язык, хотя в нем, как и в нашей топони¬
мике, остались глубокие следы многовекового общения
с различными народами Востока. Алтын, казан, очаг, ло¬
шадь, кустарь, балык, нефть, лабаз, ладан, базар, арбуз,
караул, сарай, казна, каланча, караван и тысячи других
слов, вошедших в нашу речь, считаются русскими, а все они
пришли из восточных языков — не только тюркских, но и
персидского и арабского.
Значительная часть этих слов сохранила в себе основной
смысл, но многие слова были переосмыслены: к примеру,
«сарай» значит дворец, «лабаз» — просто навес, а не камен¬
ное или деревянное строение, «арбуз» — это дыня, «ба¬
лык» — рыба, а не какой-то особый ее сорт. Некоторые
слова были переиначены: так, слово «кустарь» произошло
от слова «уста» (мастер), слово «лошадь» — от «лоша» или
«алаша».. . А очень много слов, в том числе и географиче¬
ских названий, так русифицировались, что с первого взгляда
и не определишь их нерусское происхождение.
К таким названиям относятся имена двух волжских
городов — Царицын и Саратов. По начертанию они совсем
не похожи друг на друга, хотя начальные корни этих назва¬
ний (каждое из них состоит из двух слов) одни и те же.
Что может быть проще имени «Царицын», как прежде
назывался Волгоград? «Очевидно, это означало «ца-
219

рицын город», — подумают
многие. — И здешняя речка,
впадающая в Волгу, тоже на¬
зывается Царицей. А нам уже
известно, что по имени реки
обычно называли и город».
В этом несомненно есть
доля истины. Но слово «цари¬
ца» тут ни при чем, так как
приток Волги до появления
здесь русских назывался не
Царица, а Сарысу. Имя это
было дано ему, очевидно, по
цвету воды, несущей с собой
песок и глину.
За долгое время Желтая
река намыла у своего устья
в Волгу небольшой островок Сары-чин (чин значит «остров»).
На этом островке выросло поселение, а затем и крепость.
После завоевания Средней Волги русские перенесли поселе¬
ние на берег, слегка переиначив старое название. Под име¬
нем Царицына упоминание об этом городке встречается уже
в летописи 1589 года.
Название Саратова также произошло от двух слов:
«Сары» + «тау». Если бы наши предки хотели сохранить
смысл этого названия, они могли назвать город Желтогор¬
ском. Высокие холмы с глинистыми вершинами-лысинами
и поныне стоят здесь, но многие горожане не знают, что
именно от этих гор и пошло имя Саратов.
Примерно такая же история, как с Царицыном, случи¬
лась и с Царским Селом, появившимся в начале XVII века
неподалеку от Петербурга, на месте деревеньки-хутора
Саари-моиси, что значит «Высокая мыза». Слово «мыза» хо¬
рошо известно ленинградцам — оно означает загородный
дом со службами, хутор или дачу, а саари — по-фински
«остров» или «высокое место».
Петр Первый подарил эту деревеньку с окружавшим ее
лесом своей жене, Екатерине Алексеевне, построив для нее
деревянный дворец, позже замененный каменным. Особенно
заботилась о дворце, парке, садах и украшении села Саар¬
ского дочь Петра, царица Елизавета, проводившая здесь
много времени, так же как и Екатерина Первая. В районе
Саарского Села, славившегося своим красивым местоположе¬
нием, стала строить свои дачи и петербургская знать, а при
220

Александре Первом в одном из царских дворцов разместил¬
ся первый в России лицей — закрытое высшее учебное за¬
ведение для дворян-аристократов. В этом лицее учился и
А. С. Пушкин.
В конце царствования Екатерины Второй Саарское Село
называли уже слегка сокращенно — Сарское. Одно из своих
стихотворений, написанных в 1791 году, Державин назвал
«Прогулка в Сарском Селе». Отсюда, то есть от «Сарского»,
до «Царского» оставалось совсем немного. В просторечии
село это уже давно именовалось Царским — ведь в нем
жили цари. И молодой Пушкин в своем стихотворении, ко¬
торое читал на экзамене в присутствии Державина, называл
Сарское Село и Сарские сады Царским Селом и Царскосель¬
скими садами 1.
После Великой Октябрьской социалистической револю¬
ции Царское Село было переименовано — его назвали Дет¬
ским Селом, Детскосельском, а затем, в память о великом
русском поэте, этот населенный пункт, ставший уже настоя¬
щим городом, назвали именем Пушкина.
Топонимические розыски помогают нам узнать о многом,
что в свое время не запечатлелось на бумаге либо было не¬
когда записано, а затем утрачено безвозвратно.
О происхождении названия города Рыбинска от Рыбной
слободы, поставлявшей красную рыбу ко двору московских
царей, мы знаем из документов, дошедших до нашего вре-
1 «Воспоминания в Царском Селе» было первым стихотворением, на¬
печатанным Пушкиным за его полной подписью.

мени. Но от многих других слобод, как и от посадов, кото¬
рых было, пожалуй, не меньше, чем слобод, не осталось ни¬
каких свидетельств, кроме названий. От слов «слобода» и
«посад» родились такие слова, как «посадский», «слободка»,
«слободской». Все эти слободы и посады были пригород¬
ными поселениями: ремесленные, ямские, стрелецкие сло¬
боды всегда находились неподалеку от города, а еще ближе
к нему стояли торговые посады.
Несомненное происхождение слова «слобода» от «свобо¬
ды» подтверждается не тем, что слова «свобода» и «свобод¬
ный» в просторечии произносились как «слобода» и «слобод-
ный», но главным образом тем, что в слободах жили свобод¬
ные люди, освобожденные правителем города от налогов и
других повинностей. Стремясь привлечь опытных мастеров,
ремесленников, военных искусников, умельцев-грамотеев, го¬
род давал им всякие льготы, а купцам и торговому люду
разрешал садиться на землю, где и возникали посады.
За названиями многих городов, слобод, посадов, деревень
и сел встают давным-давно позабытые истории.
Вот несколько из них, связанных с названиями Новго¬
рода, Алешки, Херсона, Матвеева Кургана, Таганрога, Ро¬
стова-на-Дону, Углича, Весьегонска, Пошехонья, Соро-
чинска...
Имя нового города присваивалось обычно новому насе¬
ленному пункту, возникавшему на месте старого города, раз¬
рушенного временем или завоевателями. Новые хозяева
основывали свой город на развалинах или рядом с развали¬
нами старого города. У Новгорода на Волхове есть множест¬
во двойников не только в границах Советского Союза. На-
укент в Южной Киргизии в переводе означает «Новый го¬
род», как и три Новабада в Таджикистане, Еникенд в Азер¬
байджане, Янги-Кишлак в Узбекистане, Ахалкалаки в Гру¬
зии, Кишинев в Молдавии (первоначальное его название
Кишлак Ноу), Джанкент в Казахстане, от которого оста¬
лись только развалины на левом берегу Сыр-Дарьи, непо¬
далеку от бывшего Хивинского укрепления Джан-кала
(джан, янг — «новый»), Неаполь Скифский, на месте
которого вырос город Симферополь, назывался Скифским,
в отличие от многих Неаполей, в том числе и от известного
всем итальянского города Неаполя. К этому заграничному
Новгороду можно добавить еще десяток Новых Городов, на¬
чиная от Нью-Йорка в США, Невшателя в Швейцарии, Виль-
нева во Франции, Виллановы в Италии, Нейштадта в Герма¬
нии, Нове Места в Чехии, Ново-Места в Югославии и Нове
222

Мяста в Польше, Енишехира в Турции. Древний Карфаген,
от которого сейчас остались лишь развалины неподалеку от
Туниса, тоже был когда-то Новгородом (слово Карфаген или,
точнее, по-финикийски Карт-Хадашат означает в переводе
«Новый город»).
Однако наш Новгород получил свое имя потому, что
вначале его построили на низменном берегу реки, но она за¬
ливала селение, и его пришлось перенести на противополож¬
ный, более высокий берег, отчего город, как утверждают
местные жители, и стал называться Новгородом. Свидетель¬
ства местных жителей, подчас очень правдоподобные, все
же нельзя целиком принимать на веру. Последнее слово
всегда остается за наукой, за учеными. А ученые еще не ска¬
зали по этому вопросу своего последнего слова.
Город Алешки стоит близ устья Днепра, напротив города
Херсона, построенного более двухсот лет назад, — тогда он
назывался еще не Херсоном и не городом, а Александров¬
ским укреплением, впоследствии разрушенным за ненадоб¬
ностью. Полвека спустя, в царствование Екатерины, князь
Потемкин предложил поставить на этом месте хорошо укреп¬
ленный город-порт, где можно было бы строить черномор¬
ский флот и налаживать торговлю империи с черноморски¬
ми странами. Сооружение крепости и корабельных верфей
было поручено сыну «арапа Петра Великого»—генералу
Ганнибалу, деду А. С. Пушкина. И город был назван Херсо¬
ном в память Херсонеса Таврического, древнегреческого
города, стоявшего некогда неподалеку от того места, на ко¬
тором впоследствии вырос Севастополь. До наших времен
дошло название мыса Херсонес, или Херсонесского, самого
западного мыса на юге Крымского полуострова.
Таким же греческим словом, как Херсон, является и
название города Алешки, основанного греками в устье
Днепра тысячу лет назад для укрепления торговых связей
с Киевом. Первоначальное имя этого поселения было «Елис»
или «Элекс», что для русских звучало, как «Елисей» или
«Алексей». В летописях XIII века селение это упоминается
под названием Олешье. У запорожцев его называли Олеш¬
ки (по-украински Алексей пишется Олексий или Олекса).
Отсюда и пошло русское название Алешки.
Потемкин переименовал селение, назвав его Днепров¬
ском, но, хотя это имя и стояло на картах, народ не пере¬
ставал называть город Алешки. Официальным властям
пришлось подчиниться такому упорству, и когда в 1802 году
это селение стало уездным городом, то уезд был назван Дне-
223

провским, а городу вернули старое название Алешки,
утраченное только в послереволюционное время, когда город
был назван Цюрупинском.
Матвеев Курган на железной дороге, ведущей из Донбас¬
са в Таганрог и Ростов-на-Дону, получил свое имя от
древнего кургана — могильника скифского времени, кото¬
рый высится неподалеку над ровной степью. Рядом с этим
курганом и возникло селение, основание которого одни свя¬
зывают с донским казаком Матвеевым — защитником ста¬
рой веры, мечтавшим о союзе с яицкими казаками против
московского царя, а другие относят основание поселения
к более позднему времени. Исследования документов этого
края могут помочь установить истинное происхождение на¬
звания селения, которое существовало уже в то время, когда
прокладывалась железная дорога, и станция, как обычно,
получила имя ближайшего населенного пункта.
Название города Таганрога Ростовской области происхо¬
дит от двух слов: тюркского таган, — «железная подставка
для котла» (таганы с котлами были своеобразными поход¬
ными кухнями татарских орд, у которых и заимствовали
это удобное устройство стрелецкие полки Ивана IV), а вто¬
рое слово рог в переносном смысле означает «мыс». На та¬
ком мысу и расположен город Таганрог. В далекой древно¬
сти на оконечности рога стоял таган с котлом, наполненным
смолой, по ночам ее зажигали, и этот примитивный маяк
обслуживал тогдашних моряков.
А откуда взялось имя города Ростов-на-Дону? Судя по
пояснительному добавлению, уточняющему местоположение
населенного пункта «на Дону», легко понять, что где-то дол¬
жен был существовать еще какой-то Ростов. И он в самом
деле существовал и существует доныне — это Ростов Яро-

славской области, который с начала на¬
шего тысячелетия называли Ростовом Ве¬
ликим. Позже торжественный эпитет от¬
пал, потому что по сравнению с огромным
Ростовом на юге страны северный его
тезка выглядит сегодня небольшим го¬
родком.
Этот некогда славный в истории древ¬
ней Руси северный городок раскинулся на
болотистом низменном берегу озера Неро
или Каово.
Здесь жил митрополит Дмитрий Ростовский, один из
образованнейших людей эпохи Петра I, причисленный цер¬
ковью к лику святых. А в 1731 году на правом берегу Дона,
неподалеку от впадения его в Азовское море, была постро¬
ена крепость святой Анны. Тридцать лет спустя ее сменила
новая крепость и в честь нового святого, Дмитрия Ростов¬
ского, стала именоваться Ростовской. Вокруг крепости
быстро рос город, удобное местоположение которого на вод¬
ном пути, а затем в узле трех железных дорог содействовало
тому, что Ростов превратился в один из самых крупных и
богатых торгово-промышленных центров юго-востока Евро¬
пейской России.
Имя одного из древнейших русских городов, Углича, как
предполагают, произошло от слова «угол», то есть крутого
поворота, который Волга делает у Углича. А по другому
предположению, имя города связано с угольем, погорелым
местом. На углях, на пожарище якобы и вырос впоследствии
этот город.
Имя Весьегонска упоминается в грамотах Ивана Гроз¬
ного, но селение это возникло гораздо раньше, на земле фин¬
ского племени весь. Река Молога в давние времена называ¬
лась Весьйоги, то есть «Весь — река», и русские называли
людей, живущих на берегах этой реки, «весь ёгонская».
Город Пошехонье (сейчас он называется Пошехонье-Воло-
дарск) возник на месте древнего села Пертомы. Похожее
название селения, Пертоминск, есть и на берегу Двинской
губы Белого моря. И так же как прибрежная полоса Белого
и Баренцева морей называлась Поморьем, а жители ее —
поморами, так и вся местность вдоль берегов реки Шексны
или, как ее называли прежде, Шехони называлась Поше-
хоньем.
Название украинского селения Сорочинцы под Миргоро¬
дом, хорошо известного по гоголевской «Сорочинской ярмар-
15 и. Сергеев
225

ке», происходит от Сорочинского или, правильнее, сарацин¬
ского пшена, то есть риса, которым торговали здесь в те
времена, когда этот продукт был заморской редкостью.
Как видите, раскрытие происхождения и смысла топо¬
нимов может помочь историкам узнать о многом, что про¬
исходило на нашей земле, так же как без помощи историков
мы не сумели бы разгадать и объяснить многие географиче¬
ские названия.
СКАЗКИ, ЛЕГЕНДЫ ДОМЫСЛЫ
Немало сказок и легенд породили географические назва¬
ния, и вряд ли найдется хоть один писатель, который не по¬
святил бы своего времени разгадкам топонимических тайн.
С такими разгадками или попытками разгадок мы встретим¬
ся в произведениях классиков нашей литературы.
Отдал этому дань и великий писатель земли русской Лев
Николаевич Толстой, из сочинений которого приведем не¬
большую сказку под названием «Шат и Дон».
«У старика Ивана было два сына: Шат Иваныч и Дон
Иваныч. Шат Иваныч был старший брат, он был сильнее и
больше, а Дон Иваныч был меньший и был меньше и слабее.
Отец показал каждому дорогу и велел им слушаться. Шат
Иваныч не послушался отца и не пошел по показанной до¬
роге, сбился с пути и пропал. А Дон Иваныч слушал отца и
шел туда, куда отец приказывал. Зато он прошел всю Рос¬
сию и стал славен.
В Тульской губернии, в Епифанском уезде, есть деревня
«Иван-озеро», и в самой деревне есть озеро. Из озера выте¬
кают в разные стороны два ручья. Один ручей так узок, что
через него перешагнуть можно. Этот ручей называют Дон.
Другой ручеек широкий, и его называют Шат.
Дон идет все прямо, и чем дальше он идет, тем шире ста¬
новится.
Шат вертится с одной стороны на другую. Дон прошел
через всю Россию и впал в Черное море. В нем много рыбы,
и по нем ходят барки и пароходы.
Шат зашатался, не вышел из Тульской губернии и впал
в реку Упу».
С такими смысловыми объяснениями чаще всего прихо¬
дится сталкиваться при попытке расшифровать то или иное
географическое название. Почему «Шат»? Да потому, что
он не идет, а шатается из стороны в сторону. А «Дон» иное
220

дело. Слышите, как звучит слово — будто удар колокола:
дон! дон!
В той же Тульской губернии, названной по имени глав¬
ного губернского города, стоящего на реке Упе при впаде¬
нии в нее речки Тулицы, можно было услышать такое объ¬
яснение :
«Река Тулица по лесам тулится. Лесами в древности
наш край славился, и речка эта самая в дремучих лесах
тулилась, пряталась. Отсюда ей и название пошло».
Насчет лесов спорить, конечно, не приходится. Леса под
Тулой были знаменитые, недаром же здесь находилась обо¬
ронительная линия — тульские засеки. Да и сейчас еще
можно встретить на земле Тульской области остатки этих
лесов. Но происхождение названия речки от русского гла¬
гола «тулиться», то есть прятаться, скрываться, хорониться,
весьма сомнительно, как сомнительно и предположение
В. И. Даля, не лишенное, впрочем, остроумия: он полагал,
что название города произошло от слова «тула», записан¬
ного им в бывшей Саратовской губернии и означавшего
скрытное, недоступное место, затулье, притулье, для защи¬
ты, приюта или заточения.
Можно допустить, что «тула» или «тула» — слово нерус¬
ское, а также что не город был назван по реке, а речка — по
городу. Так, по-видимому, и было: в древности городок
стоял не у впадения Тулицы в Упу, а значительно выше по
течению Тулицы и как бы главенствовал над всей речкой.
Однако слова «упа» и «тула» не русского, а литовского
происхождения: упе по-литовски «речка», а тула означает
«поселение, колония». Очевидно, эта Тула была одним из
самых восточных литовских владений — ведь в свое время
литовское княжество занимало очень большую территорию.
И небольшая речка, являющаяся притоком реки Упы, полу¬
чила свое имя по слову, обозначавшему селение.
Крупный район города Архангельска называется Со-
ломбалой. О происхождении этого названия рассказывали,
будто оно родилось во время Петра Первого. Царь якобы
приказал однажды устроить на этом месте бал в честь от¬
крытия новой корабельной верфи. А так как место это было
сырое, болотистое, то землю устлали толстым слоем соломы.
Отсюда и пошло название Соломбала.
Это, конечно, сказка, хотя Петр действительно не раз
бывал на Белом море и в 1693 году, обратив внимание на
глубину фарватера Северной Двины у большого острова на¬
против Архангельска, основал на острове корабельную
15*
227

верфь и адмиралтейство. Вокруг них впоследствии и разрос¬
лась Соломбальская слобода, но никакого бала тут, конеч¬
но, не устраивалось. Сейчас, когда вы уже знаете, что этот
остров стоит у пролива, у вас, разумеется, не остается со¬
мнения в происхождении названия «Соломбала» от «со¬
ломе», а не от «солома».
Вот почему при решении топонимических задач нельзя
русифицировать чужое слово и подгонять его под всем по¬
нятный смысл.
Много географических названий коверкаются для того,
чтобы придать им более ясный смысл, большую понятность.
Примером этому может служить название «Яблоновый хре¬
бет» в Забайкалье, у подножия которого лежит город Чита,
а неподалеку , к западу, — селение и станция Яблоново, сто¬
ящее как раз на перевале, в седловине Яблонового хребта.
Никакого отношения к яблокам и яблоням эти названия,
конечно, не имеют: яблок здесь прежде не разводили из-за
сурового климата. А местное монгольское название хребта
было совсем иным: Яблени-даба. Термин даба имеет
несколько значений: «гора», «хребет», «перевал», «седлови¬
на». Русские же, придя на Восток, для «большей понят¬
ности» русифицировали название хребта.
На месте знаменитого ныне города Братска, у Падун-
ского порога, триста тридцать лет назад был заложен острог,
названный Бурятским острогом. Но русские поселенцы
сразу же изменили официальное название, и острог стал
Братским, потому что русские со времени своего появления
в этом краю называли местных бурятских жителей «брат¬
скими». И село, выросшее впоследствии неподалеку от ост¬
рога, также стало называться Братским. На месте бывшего
острога сейчас уже не осталось ничего, а на погосте (клад¬
бище) этого поселения был похоронен знаменитый наш зем¬
лепроходец Ерофей Павлович Хабаров.
В Москве существует переулок Сивцев Вражек на ны¬
нешнем Гоголевском бульваре. Происхождение названия
переулка известно совершенно точно: на месте этой улочки
был овражек или иначе — вражек, по дну которого протека¬
ла речушка Сивка, загнанная в прошлом веке в подзем¬
ную трубу. Отсюда и родился Сивцев Вражек. Но некоторые
жители этого района называли этот переулок Ситцевым
Вражком. Ситцев Вражек, конечно, понятней, нежели ка¬
кой-то Сивцев. Ведь сивых овражков не бывает, и поэтому-то
и выдумали сказку, что был, мол, здесь когда-то овраг, где
торговали ворованным ситцем.
228

Очевидно, любой из
вас припомнит не одно
такое искажение. Ко¬
гда же эти покалечен¬
ные названия входят в
обиход, то и получает¬
ся какая-нибудь «вы-
терба», «Мамыри» или
«Маросейка», из ко¬
торых не так-то про¬
сто извлечь истинный
смысл.
Мы не останавли¬
ваем внимания чита¬
теля на легендах и
сказках о происхожде¬
нии географических на¬
званий. Такими сказ¬
ками и домыслами
можно было бы на¬
чинить сотню толстых
томов.
Но наряду со сказ¬
ками и легендами есть
немало попыток объяснить то или иное название с научной
точки зрения, подкрепляя эти объяснения более или менее
правдоподобными доказательствами.
Есть в Орловской области город Мценск. Откуда проис¬
ходит это название?
В. И. Даль полагал, что от пчелы, но рядом с этим пред¬
положением ставил знак вопроса. И ставил совершенно спра¬
ведливо.
«В Костромской и в Вятской губерниях, — писал
В. И. Даль, — пчелу называют «мчелой» или «мцелой». От
этого и мчельник (пчельник) или мценец. А отсюда, вероят¬
но, самое название города Мценска».
Несомненно, в основе многих географических имен ле¬
жат местные диалекты (говоры). Но в данном случае вряд
ли можно привлекать искаженное в северных областях слово
и связывать его с географическим названием более южной
области, где северным говорам не было места.
Мценск — город древний, по возрасту своему ровесник
Москвы; в летописях имя его появляется с 1147 года, но
произносилось и писалось оно тогда несколько иначе: Ме-
229

ченеск или Мценеск. Объяснить древнее название, разумеет¬
ся, нелегко, хотя ученым приходилось разгадывать более
древние загадки и раскрывать тайны городов и даже наро¬
дов, совершенно исчезнувших с лица земли. И происхожде¬
ние названия Мценска, надо надеяться, будет со временем
расшифровано.
Темен и смысл названия столицы Белоруссии — Минска.
Это название впервые упоминается в летописи 1066 года,
когда город был разрушен завоевателями, следовательно, он
существовал значительно раньше XI века. В летописях го¬
род встречается под схожими названиями: Менск, Меньск,
Менеск, Минеск... Есть предположение, что имя это связано
с меновой торговлей и происходит от слова «мена». Но это
только предположение.
Неясно также имя древней русской столицы Москвы.
Десятки исследователей и ученых пытались разгадать за¬
гадку происхождения этого названия. Так как город полу¬
чил свое имя по реке Москве, то задача расшифровать на¬
звание сводилась, по существу, к чрезвычайно трудной раз¬
гадке имени самой реки.
В конце XVIII века ученые пришли к выводу, что слово
«Москва» взято из языка сарматов, населявших в I и II ве¬
ках огромные пространства нашей страны. По-сарматски это
слово якобы означает «искривленная» или «крутящаяся».
Применительно к реке Москве слово это подходило, так как
русло реки действительно очень прихотливо, извилисто, ис¬
кривлено.
Несколько позже слово «Москва» стали рассматривать
как слово угро-финского корня — названия множества рек
нашего севера, где жили народы финского племени, имеют
то же окончание «ва». А что такое «моек» на таком же утра¬
ченном языке, как и скифско-сарматский, никто толком не
знал.
В XIX веке ученые пытались произвести это загадочное
слово от «мостков», которые якобы существовали в древ¬
ности на Москве-реке. «Москва» —это искаженное название
«Мосткова», то есть «Мостковая река», говорили ученые и
среди них — известный историк, знаток московских древно¬
стей И. Е. Забелин.
Но гипотеза эта была признана произвольной, несостоя¬
тельной. От нее отказались и придумали десяток новых
столь же «достоверных», которые по той же причине не по¬
лучили признания.
Последние изыскания археологов привели к выводу на
230

основе раскопок и находок на территории самого города, что
первыми жителями на этой территории все же были скифы-
сарматы.
Поэтому вернулись к старой гипотезе о сарматском про¬
исхождении слова «Москва». Но значения этого слова уче¬
ные так и не установили. Название нашей столицы остается
неразгаданным.
Город Таллин на картах царской России назывался «Ре¬
вель», а до этого носил имя Колывань. Последнее назва¬
ние удерживалось за городом очень долго, с XIII века до
начала XVIII века. Одним из фантастических объяснений
происхождения этого имени была попытка вывести его из
двух русских слов: «кола» (ограды) и «Иван». Но эта древ¬
няя этимологическая попытка объяснить загадочный топо¬
ним может служить лишь ярким доказательством того, что
русские считали слово «Колывань» родным. И это не удиви¬
тельно, так как имя Колывань встречается в суздальских
летописях уже в 1223 году.
Более правдоподобной кажется попытка связать имя го¬
рода с именем легендарного богатыря русских былин Колы-
вана (Ивановича). Истоки этого имени приводят нас к ге¬
роям эпоса соседних народов — Вейнемейнена, Леммикей-
нена, Куллерво и других, которые в рунах называются обыч¬
но сыновьями Калева или по-фински — Калеван-поика
(«поика» — сын). Слагатели русских былин сделали из фин¬
ского имени Калева — Калеван собственное имя Колуван
или Колыван. Сказания о сынах Калева рассеяны по всей
Финляндии, Эстонии и Карелии, где в наибольшем количе¬
стве были собраны руны Калевалы. Главный герой эстон¬
ского эпоса Калевипоэг тоже сын Калева. И от этого имени,
вероятнее всего, пошло и старинное русское название города
Колывани на Балтике и Колывани на востоке, в долине реки
Оби, неподалеку от Томска *. Сибирский городок Колывань
не получил никакого отличия в своем названии, потому что,
когда этот город образовался (в 1822 году), имя Колывань на
западе уже исчезло с географической карты и ушло в исто¬
рию. Вместо него появилось новое имя «Ревель».
Название Ревель, как утверждают некоторые ученые,
1 На сегодняшней географической карте СССР есть немало «колы-
ванских» названий: помимо Колывани Новосибирской области, мы
встретим город с таким же именем в Алтайском крае, селение Колы-
ванское в долине реки Барнаулки и хребет Колыванский к северо-во¬
стоку от Семипалатинска.
231

произошло от шведского слова ревфель или датского рев ль,
что значит «мель». В латвийских хрониках к 1219 году это
селение называлось Линданиз и связывалось с именем
Линды, жены Калева и матери Калевипоэга. В скандинав¬
ских хрониках имеются очень похожие названия этого же
города — Леденетс и Лиденес. Окружающая же селение
местность тогда называлась Ревеле или Реваля, а в сканди¬
навских сагах — Рефалянд. После захвата этого края дат¬
чанами в XIII веке город был переименован ими в Реваль
(по русской транскрипции Ревель). Этим именем местное
население никогда не пользовалось и заменяло его более
понятным названием «Таанилинн» (лмнн — по-эстонски «го¬
род».) Поэтому название «Таани-линн» или «Таалинн», а
затем «Таллин» нужно переводить просто, как «Датско-
град». После изгнания датчан город вновь стал называться
Колыванью, затем Ревелем и, наконец, Таллином. Но неко¬
торые эстонские ученые, быть может, не без основания про¬
изводят название города от двух слагаемых: «Линда + линн»,
откуда и могло произойти сегодняшнее имя столицы
Эстонии.
Расшифровка древних топонимов дело трудное — ведь
если нет прямых доказательств, то ученым поневоле прихо¬
дится строить всякие гипотезы и предположения.
Но есть на картах нашей страны совсем молодые насе¬
ленные пункты, а их отнюдь не таинственные названия уже
успели обрасти всякими домыслами.
В Сибири на реке Енисей стоит город-порт Игарка. В Ма¬
гаданской области есть населенный пункт Атка. В Охин-
ском районе острова Сахалин существует поселок Дамир,
неподалеку от залива Уркт, где находится и городок Асо.
Откуда же пошли эти новые названия: Игарка, Атка,
Дамир, Уркт и Асо?
На месте заполярного порта Игарки в начале нашего
века стояла бревенчатая избушка охотника-одиночки Егор¬
ки. Местные немногочисленные тогда жители этого края
называли его Игорка. Первый поселок, выросший рядом
с этим «станком»Егорки (а станками в Сибири и на нашем
русском севере называли издавна рубленую избушку, слу¬
жащую пристанищем рыбаков, лесников, охотников, зверо¬
ловов), был назван искаженным именем «Игорка», которое
вскоре изменилось на «Игарка». Такие «изменения» в на¬
чертании географических имен встречаются нередко, и чаще
всего причиной этого служит случайная описка или опе¬
чатка.
232

Название поселка Атка дей¬
ствительно походит на местные гео¬
графические названия, и в ряду та¬
ких имен, как Хупка или Амга,
оно не очень выделяется. Но ни¬
какого отношения к местным язы¬
кам это название не имеет. Во вре¬
мя строительства знаменитой Ко¬
лымской трассы на месте этого
селения была расположена база
автомобильно-тракторной колонны,
или сокращенно АТК, откуда и по¬
шло в дальнейшем новое географи¬
ческое название.
Название поселка Дамир на Се¬
верном Сахалине заставило многих
любителей докапываться до смыс¬
ла географических имен, искать
корни этого звучного названия в языках айнов и нивхов. Но
не было никакой нужды разыскивать корни этого названия
в словарях айнского или нивхского языков, потому что оно
было дано комсомольцами, прибывшими на Сахалин в
1930 году в счет «тысячи двухсот», мобилизованных на
освоение окраины страны. Со свойственным юношеству за¬
дором молодежь, строившая новый поселок, дала ему назва¬
ние-лозунг «Даешь мировую революцию», откуда после из¬
вестного сокращения и родилось название Дамир!
Залив Уркт по звучанию своего названия очень походил
на некоторые слова местных языков, но происхождение это¬
го географического названия было весьма прозаическим: до
постройки железной дороги сообщение с заливом по реке,
впадающей в него, поддерживалось на катерах Управления
речного катерного транспорта. Управление это существо¬
вало с 1930 по 1937 год, а затем, когда железная дорога
вступила в эксплуатацию, было закрыто, но имя этого управ¬
ления, как видите, сохранилось в названии залива.
Точно так же родилось и название городка Асо, весьма
схожее с японскими названиями на соседних островах. Но
к Японии оно не имело никакого касательства — городок
этот возник в первые годы после установления на Сахалине
советской власти как база одного из управлений рыбными
промыслами острова «Асо-рыба», по имени Акционерного
сахалинского общества.
Рядом со строительными площадками промышленных
233

предприятий обязательно возникали поселки и городки, на¬
зывавшиеся Итеэровскими. И сегодня еще кое-где остались
возле заводов, фабрик и комбинатов поселки с явно нерус¬
скими названиями: «Итеэр», «Итеэровский», «Итеэровка».
Для участников строительства первых пятилеток в этих
названиях не было ничего мудреного: тогда существовали
не только поселки с таким именем, но и клубы, и магазины,
и дома отдыха. ИТР означало «инженерно-технический ра¬
ботник». Сегодня же слово «итеэр» и все производные от
него выходят из обращения, как исчезло уже неблагозвучное
слово «шкраб», широко распространенное в первые годы
революции и означавшее учителя, педагога — школьного ра¬
ботника.
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Развертывая утром газету или слушая «Последние изве¬
стия» по радио или телевидению, мы узнаём, что происходит
в разных местах нашей родины и за рубежом. Каждое такое
место — это топоним, рождающий в сознании человека опре¬
деленный образ. Чем больше таких топонимов-образов есть
у человека, тем лучше он знает мир, в котором живет. Чем
больше топонимов есть у страны, тем полнее она изучена.
А чем лучше люди знают свою родину, тем больше благ из¬
влекают они из сокровищ природы. Недаром в одной из не¬
больших, но культурных стран Европы — Швеции, как уже
сообщалось в начале книги, число топонимов доходит до
12 миллионов. Можно добавить также, что в этой стране вот
уж более полувека деятельно работает государственная то¬
понимическая комиссия.
Географические названия, рожденные в давно минувшие
времена, по праву могут считаться драгоценными историче¬
скими памятниками. Немало географических названий на¬
считывают многие тысячелетия. Давно исчез народ, назвав¬
ший на своем языке реки, горы, долины, давно угас этот
язык и никто не знает смысла, вложенного в таинственные
географические названия, а они продолжают жить.
Географическая карта нашей родины полна «темных»,
«смутных», «неясных» топонимов. Русские географы еще
в прошлом веке мечтали о том, чтобы «раскрыть» эту карту,
расшифровав нанесенные на нее названия.
Но, помимо «темных» топонимов, были на этой карте и
«пустые места» — на огромных территориях чернели пол-
234

тора-два десятка географических названий, а их тут могло
быть в сотни раз больше. Географическая карта требовала
не только своего раскрытия, но и дополнения.
В такой «работе над картой», как полагали ученые,
должны были принять участие географы, историки, линг¬
висты, краеведы и тысячи любителей-добровольцев.
Однако все это оставалось мечтой, потому что в дорево¬
люционной России три четверти населения не знало гра¬
моты, а в таких местах, как Туркестан, казахские степи,
Якутия, Крайний Север, читать и писать могли два-три че¬
ловека из ста.
Только в наши дни давняя мечта русских ученых может
быть успешно осуществлена.
Географическая карта Советского Союза намного бо¬
гаче названиями, чем карты Российской империи. Тысячи
экспедиций «дооткрывали» страну, стирая «белые пятна»,
разведывали недра и горные массивы, прокладывали до¬
роги сквозь льды, тайгу, степи, горы и болота. И на трассах
этих дорог вырастали новые города, рабочие и совхозные
поселки. А вместе с новыми населенными пунктами появ¬
лялись тысячи новых топонимов.
Но и сегодня еще остаются неизвестными сотни тысяч гео¬
графических названий. Е. А. Бокарев, профессор Института
языкознания, помогавший автору в ряде лингвистических
вопросов, рассказал ему однажды о своей встрече с горцем
на берегу северокавказской речки.
—	Как называется эта речка? — спросил профессор.
Горец поглядел на него иронически и усмехнулся:
—	Разве речка человек, чтобы у нее свое имя было? Та¬
ким речкам в наших горах счету нет. Выходит, каждой
речке надо имя давать? Это речка — просто речка.
Кое-кого из вас, пожалуй, удивят эти слова, как удивили
они и московского профессора. Он был убежден, что у речки
несомненно было какое-то название. Но он не знал, что и
под Москвой тоже существует множество таких, «просто
речек». Когда четверть века назад впервые был издан список
рек Подмосковья, то из 2025 рек, зарегистрированных в этом
списке, у 1342 рек не оказалось официальных названий. На
местах эти речки, конечно, как-то назывались, но ученые не
знали их имен, и на географических картах голубые ниточ¬
ки оставались безымянными.
Не пора ли собрать их названия? Да и не только речек.
Разве с озерами происходит не то же самое?
До сих пор еще почти не начали собирать и названия
235

мелких географических объектов — полей, лугов, рощ, бо¬
лот, утесов, больших камней, дорог, переправ, мелей... Ка¬
кие драгоценные для науки материалы могут дать миллио¬
ны всех этих названий!
Уже давно профессор истории С. Б. Веселовский предла¬
гал организовать особые «экспедиции за названиями». Но,
если бы эту работу стали проводить только ученые, она за¬
тянулась бы на много десятилетий.
А ее можно было бы сделать за три-четыре года.
В каждой школе, в каждом педагогическом техникуме
или институте найдутся будущие историки, лингвисты, гео¬
графы, сотни любителей — исследователей своего края, об¬
ласти, района, которые смогли бы провести работу по сбору
топонимического материала, помогая разысканиям и рас¬
крытию тайн географических названий.
Нельзя, конечно, увлекаться только разгадками топони¬
мов, как не следует рассчитывать и на легкость таких раз¬
гадок. Познакомившись с этой книгой, вы, очевидно, уже
поняли, что правильно решить даже очень несложную, ка¬
залось бы, топонимическую задачку не так-то просто. При
расшифровке названия особенно следует остерегаться скоро¬
спелых выводов. И вместо догадок лучше всего обратиться
за советом и помощью к специалистам. Если бы вы нашли
какой-то незнакомый вам минерал или неизвестное расте¬
ние, вам без помощи ученого-специалиста тоже трудно было
бы ответить, что это такое.
Но самое главное — поиск и сбор топонимов. Утратить
ценные географические названия можно безвозвратно, по¬
тому что множество таких топонимов хранится в памяти
старожилов, престарелых колхозников и колхозниц, в па¬
мяти первопоселенцев, принимавших участие в создании
новых городов и поселков. Немало материалов можно найти
в записках местных краеведов, историков, топографов,
в комплектах старых газет и журналов и в местных архи¬
вах. Записывать топонимы надо очень внимательно, обяза¬
тельно указывая ударение и приводя, помимо основного
топонима, различные его варианты. И, конечно, следует за¬
писывать также все местные объяснения географического
названия.
Никаким ученым экспедициям за десятки лет работы
не удастся собрать такой обильный материал, какой в тече¬
ние одного года поднимут сотни тысяч любителей. Тут широ¬
кое раздолье для любых организационных форм, раз¬
личных «экспедиций», которые можно проводить, не выез*
?30

жая в дальние края, — в своей деревне, селе, городе, рай¬
оне. .. Работу можно вести поисковыми партиями, изыска¬
тельскими отрядами, комплексными группами под руковод¬
ством педагогов русского языка, литературы, географии,
истории. Школы, техникумы, институты имеют возможность
развернуть настоящее научное соревнование. Все эти работы
внесут огромный вклад в науку и помогут не только препо¬
даванию учебных предметов, сделав его живее, интереснее,
глубже, но и народному хозяйству своего района, области,
республики.
И можно надеяться, что со временем мы будем пользо¬
ваться уже не ключиками к раскрытию географических на¬
званий, а настоящими, вначале районными, а затем област¬
ными и республиканскими, топонимическими словарями,
которые помогут географической карте заговорить полным
голосом.

ОГЛАВЛЕНИЕ
Вместо предисловия	 3
Подступы к топонимике	 7
Что такое «вытерба»	10
О том, что рядом	16
Деревянная Русь	19
Московский квадрат	26
Пласты истории	35
Кусочек Центра и кусок Юго-Запада .	42
Голубые дороги	'	55
Названия-подсказки	61
О реках-тезках	67
Разноцветные потоки	72
Двести пятьдесят тысяч озер	74
Волоковые имена	82
Многозначные термины	94
Названия-цепочки	99
Имена в горах	104
Имена на равнинах	113
Что такое Холмогоры	123
Откровенные названия	127
Именная и фамильная топонимика .	.	.	135
Красные города, села, деревни	143
Право первооткрывателей	148
Новые имена на карте	152
Новые лоции	157
«Новые» территории	169
Восстановление справедливости	179
«На деревню дедушке»	193
Ключики к ларцам	196
Топонимика на службе науки и общества .	212
Сказки, легенды, домыслы	226
Послесловие	234

К ЧИТАТЕЛЯМ
Издательство просит отзывы об этой
книге присылать по адресу: Москва,
А-479 ул. Горького, 43. Дом детской
книги.
Для одиннадцатилетней школы
Сергеев Иван Владимирович
ТАЙНА ГЕОГРАФИЧЕСКИХ НАЗВАНИЙ
Ответственный редактор Г. В. Малькова
Художественный редактор Е. М. Гуркова
Технический редактор С. К. Пушкова
Корректоры
Л. М. Николаева и А. Б. Стрельник
Сдано в набор 12/ХП 1962 г. Подписано
к печати 2/У1Н 1963 г. Формат 60Х90’/|б —
15,5 печ. л (14,09 + 4 вкл. = 14,53 уч-изд. л ).
Тираж 55 000 экз. ТП 1962 № 711. А07511.
Цена 60 коп.
Детгиз. Москва, М. Черкасский пер., 1.
2-я фабрика детской книги Детгиза Мини¬
стерства просвещения РСФСР. Ленинград,
2-я Советская, 7. Заказ № 778.

В Детгизе в 1963 году выходят в свет
следующие научно-художественные и научно-популярные нниги:
Кублицкий Г. Волга, Волга...
Рассказы, посвященные интересным событиям истории, заповедным
уголкам природы, великим уроженцам Поволжья
Бахтамов Р. Человек штурмует землю.
Рассказы о том, как человек добывает и использует полезные
ископаемые
Варшавский А. Все, что выше материка.
Книга о поисках археологов разных стран мира
Григорьев С. Кит на лине.
Рассказы о китобойной флотилии «Слава»
Ильин М. Необыкновенные путешествия,
или удивительные, но совершенно правдивые приключения
Захара Загадкина на одной шестой части земной суши,
рассказанные им самим и дополненные примечаниями
будущего ученого Фомы Отгадкина
Пьер де Латиль. От „Наутилуса" до батискафа.
Перевод с французского. Книга о покорении человеком глубин
Мирового океана.
Эти книги вы можете приобрести в магазинах Книготорга и потреби¬
тельской кооперации.
Книги высылаются по почте наложенным платежом отделом «Книга —
почтой» областных, краевых и республиканских книготоргов.