/
Автор: Агеева Л.В.
Теги: теория и методика воспитания история социология казанский феномен
ISBN: 5-298-00667-1
Год: 1991
Текст
КАЗАНСКИЙ
феномен:
МИФ Й
РЕАЛЬНОСТЬ
| ЛЮБОВЬ АГЕЕВА
ЛЮБОВЬ AI M BA
FR
КАЗАНСКИЙ 5
a
феномен^ a
I
миф и *
РЕАЛЬНОСТЬ ।
__________4
н
КАЗАНЬ
ТАТАРСКОЕ КНИЖНОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО
1991
ББК. 74.200.53.
А28
Агеева Л. В.
А28 Казанский феномен: миф и реаль-
*1994Ь ,Казань: Татарское кн. изд-во,
ISBN 5—298— 00667— 1
Автор сборника пытается проанализировать
подростковые проблемы города, осмыслить изнутри
так называемый «казанский феномен». Исследуя
причины возникновения подростковых группиро-
вок, журналисты, ученые, родители высказывают
разные точки зрения, знакомят с различными под-
ходами в решении этой проблемы
Адресуется широкому кругу читателей.
1203021100- 268
А *Hl32(63)-9l---- 12—91 ББК 74.200.53
ISBN 5—298—00667—1
(С) Л. В. Агеева, 1991.
С В. П. Букин, оформление,
1991.
tit сколько СЛОВ ВМЕСТО НАПУТСТВИЯ
Когда приезжаешь в другие города, на тебя смо-
три i сочувственно. Еще бы: ты из Казани!
Наш город стал символом подростковой преступ-
но' tn О «казанском феномене» писалось во многих
iu>iii ральных газетах и журналах, в ряде зарубежных
имений. Я уж не говорю о многочисленных публи-
...их в местной печати, в том числе газете «Вечер-
ним Казань», где я работаю.
Подростковые проблемы были в поле зрения на-
тай газеты все одиннадцать лет ее существования.
Но и разные годы мы изучали их по-разному.
It 1979 1981 годах была специальная рубрика «Дай
рту, подросток». Потом она исчезла и долго не по-
нтилась, хотя публикации о воспитании были посто-
янными. Первые статьи под новой рубрикой «Город
II подросток» появились в 1986 году, когда даже не-
н< н и пшенные знали о вражде дворовых компаний,
пли «контор*, как их называли сами подростки. Об-
ш<е число публикаций, появившихся за э'ги годы, по-
милуй. не счесть, «Будет жаль если этот богатый
материал останется в лучшем случае в виде разроз-
ненных газетных вырезок»,— писал в журнале «Слово
...гатора» Татарского обкома партии руководитель
нрс<х-группы политотдела МВД ТАССР (теперь
ГССР) капитан милиции А. Маликов.
Желание систематизировать написанное, чтобы запе-
чатлеть в истории города одну из важнейших ее стра-
ниц, привело меня к мысли о создании этой книги.
Диализ газетных материалов в их хронологической
Последовательности оказался не только интересным, но
и поучительным. Вскрылись определенные закономер-
ности, стало более понятным то, что ускользало от вни-
мания в суматохе будней.
Ни в газетных материалах, ни здесь, в книге, я не
п|н гсндую на истину в последней инстанции и не обе-
щаю каких-то универсальных рецептов. Мало того,
сознательно включаю в книгу всю разноголосицу мне-
ний, выявленных газетой при оценке событий. Чи-
татель найдет здесь мнения людей разных возрастов
и социального положения, дилетантов и специалистов,
родителей и должностных лиц. Очень важно зафик-
< кровать коллективный поиск истины и путей борьбы
со злом. Естественно, предлагаю читателям и соб-
3
сгвенные материалы, написанные в разные годы и по
разным поводам.
Читатель без труда заметит, что основным жан-
ром, в котором я последнее время работала, является
интервью. Жаль, что нет возможности привести все
диалоги, нашедшие отражение в газете или оставшие-
ся в блокнотах. Несколько статей написаны специаль-
но для книги — «Долгий путь к истине>, «Группи-
ровка крупным планом». В них использованы и об-
общены многочисленные газетные материалы. Но чи-
татели найдут в них достаточно много незнакомой ин-
формации. Неизвестной страницей пока оставалась и
история банды «Тяп-ляп», хотя упоминалось о ней
в «Вечерке» неоднократно.
Сейчас, когда вес опубликованное прочитано н пе-
реосмыслено заново, есть возможность подвести какие-
то итоги, вынести уроки, полезные на будущее.
Наверное, жителям других городов и весей бу-
дет интересно узнать, чго же происходило в Каза-
ни на самом деле, насколько соответствовали реаль-
ные события публикациям центральной печати. Но не
думаю, что вы просто удовлетворите свое любопыт-
ство — и все. Наверняка каждый найдет в книге от-
звуки своих мыслей, узнает знакомые ситуации.
Несмотря на всю оригинальность так называемого
казанского феномена, он воплотил в себе многие ти-
пичные явления нашей жизни. Ведь с конфликтом
«отцов» и «детей» столкнулись не только казанцы. И не
только наш город стал средоточием многих экономи-
ческих, социальных и других проблем, которые повлекли
за собой рост преступности среди подростков и моло-
дежи. Просто в силу разных обстоятельств Казань, как
писал в «Литературной газете» Юрий Щекочихин, ока-
залась «наиболее изученной моделью явления, с кото-
рым столкнулось наше общество». Мне довелось на-
блюдать за этой моделью не со стороны. Журналисты
местных газет оказались в самом центре событий и в
силу своей профессии внделп и знали больше, чем ос-
тальные горожане. И нельзя не поделиться этими зна-
ниями с другими.
Название книги — «Казанский феномен: миф и
реальность» — взято неслучайно. И совсем не потому,
чтобы заинтриговать читателя. Нужно восстановить объ-
ективную картину того, что случилось в нашем го-
роде. Мифы мешают постижению действительности.
И лишь полная правда способна подсказать выход из
кризиса.
ВЧЕРА ЭТО БЫЛО
В НАШИХ СИЛАХ
ПРЕДЫСТОРИЯ
Листаю старые подшивки своей газеты и пытаюсь
понять, почему журналисты «проморгали» это явление
На школьные темы «Вечерка» писала много. Осо-
бенно последовательны мы были в освещении проблем
трудового воспитания и профессиональной ориентации
Активно провели обсуждение проекта Основных наврав
леннй реформы общеобразовательной и профессионала
ной шкапы. Писем от читателей пришло много, с кон-
кретными предложениями и советами. О драках раз-
говора не было.
Город еще спокоен ..
Рассказывая 4 сентября 1980 года о суде над под-
ростком Леонидом С., я не могла предположить, что
за этим конкретным уголовным делом сокрыта боль-
шая опасность. Подросток попал на скамью подсуди
мых как активный участник драки. Ватага его сверст-
ников пошла в соседний поселок, чтобы выяснить отно-
шения с тамошними мальчишками. На учет в инспекции
по делам несовершеннолетних Леня был поставлен го-
дом раньше —за такую же драку.
Что это было — предчувствие беды или уже сама
беда? Ведь в апреле 1980 года Верховный суд ТАССР
рассмотрел знаменитое дело банды «Тяп-ляп».
В 1983 году первокурсник отделения журналисти-
ки КГУ Артур Гафаров опубликовал в «Комсомольце
Татарии» статью о дворовой компании с оригинальным
названием «Грязь». Статья называлась «Кого ты хотел
удивить?» и была написана по собственным впечатленн*
«
ям Артур был членом этой компании, а когда захотел
Hi нее выйти, оказался не раз битым.
Потом у него была еще одна публикация на эту
»> нму— «Престиж улицы подлинный и мнимый». Но
ннкю не придал значения публикациям студента.
Н нашей газете первым поведал о группировках
рорреспондеит Н. Алкин—это было в том же 1983 го-
। v Рассказывая о том, как на хоккейной площадке
11кн на № 135 избили Володю Н., он с позиции взрос-
лый человека обобщил свои впечатления о подростках,
судебном процессе.
И 1984 году корреспондент газеты «Советская Та-
1,<рин* С. Кулешова писала об опасных игрушках под-
роиков: обыкновенные баллончики из-под бытовых
церонов они переделывали в «бомбочки», что нередко
иикянчнвалось травмой.
В нашей газете после большого перерыва, в январе
IHHB года, выходит корреспонденция Г. Наумова «Шел
и с городу троллейбус». Если об избиении подростка
»' дворе школы № 135 знали до газетной публикации
н> многие, то о разгромленном троллейбусе говорил
И< < > город.
И все такн две разрозненные статьи плюс публи-
iiiniiH в других газетах спокойствия горожан не нару-
шили. На пресс-конференции председателя горисполкома
Р Идиатуллина, организованной нашей редакцией
I февраля 1986 года, не было задано ни одного воп-
I.... о подростках. На собрании партийно-хозяйствен-
ною актива города, состояшегося в октябре месяце,
о драках не было произнесено ни слова.
Судя по нашим публикациям, должностные лица
v xi искали выход из положения. Например, в нюне
•Вечерка» опубликовала проект решения будущей сес-
|.и горсовета, на которой планировалось обсудить ме-
роприятия по организации досуга подростков и моло-
дежи.
7
Город еще спокоен, но проявляем беспокойство
мы, журналисты. На столе у редактора «Вечерней Ка-
зани» А. Гаврилова лежат четыре мои статьи с ана-
лизом ситуации, но горком КПСС, точнее секретарь по
идеологии Ф. Зиятдииова, не рекомендует их публико-
вать. Это тем более странно, что статьи были написа-
ны по ее просьбе. Не спасла высокая оценка профес-
сионала: доцент Казанского филиала Высшей юриди-
ческой заочной школы Н Фатхуллин в рецензии для внут-
реннего, горкомовского пользования писал: «Статьи от-
личаются глубиной анализа, целостным концептуаль-
ным подходом к решению сложной и актуальной проб-
лемы, пронизаны озабоченностью за судьбы подрастаю-
щего поколения Вместе с тем это трезвый, по-партий-
ному принципиальный взгляд на реальную действитель-
ность, смелое выявление подлинной природы негатив
ных тенденций, в том числе участившихся правонару-
шений несовершеннолетних. Последовательно объектив-
ный анализ обеспечивает н реальность выводов, на-
дежность рекомендаций».
Эту рецензию Нариман Садреевич впоследствии,
когда мы будем работать над проблемой сообща, пода-
рит мне на память.
Только после вмешательства первого секретаря
горкома партии М. Сухова мои статьи были опубликова-
ны — спустя несколько месяцев после написания. После
этого рубрика «Город и подросток» с полос газегы
уже не сходила.
Чем же объяснить отсутствие публикаций о вражде
группировок? Сегодня можно прикрываться запретами
«сверху». Однако запретов на подростковую тему в
пору становления грозного явления не было. Во вся-
ком •’учае для журналистов нашей газеты. Для нас,
как и для всех, существовали лишь единичные факты,
которым мы не придали серьезного значения. Прихо-
дится самокритично это признать.
а
Правда, мы м сей счет обладали очень малой
•|н| |рмацией. На учительских совещаниях, где я обяза-
Н-.«.но присутствовала, о драках не говорилось, на «уз-
|«е», где они обсуждались, нас не приглашали.
Видимо, сначала дракам нс придавали особого
м "ния. а когда ситуация стала обостряться, реши-
лн, по давней привычке, сор из избы не выносить, спра-
и собственными силами, без журналистов и об-
мен не ин ости.
Когда ситуация вышла из-под контроля и в Ка-
«ли>> зачастили различные комиссии из Москвы, при-
Гн । in к прямым запретам. Тогда это еще было воз-
как в случае с моими статьями. Но на другой
||Н1|м т — не упоминать в газете слово «дискотека* —
мы уже не обратили внимания. Даже из горкомов-
ски.и кабинета нельзя было запретить новую форму
Мплодежного досуга.
Позиция страуса нам дорого стоила. Время для
<ц|илнза и уж тем более активного вмешательства в
юд событий было упущено. Группировки стали »а-
1ПЛ1.ко сильны, традиции их вражды столь живучи,
это не было никаких надежд на успех с первой ка-
Оплерийской атаки. Правда, кое-кто па это упо-
• М.
Общественность постоянно успокаивали: группиро-
вок в городе не более десятка, они малочисленны и
..... пости не представляют; большинство подростков —
нормальные ребята... Так болезнь загонялась внутрь,
И<<-кнмое выдавалось за действительное. Старая бо-
мит. периода застоя, И хотя на дворе уже была пе-
ри г ройка, болезнь эта оставалась.
Сегодня, с высоты накопленного опыта, видны мпо-
I. причины, послужившие детонатором явления, ко-
Торос потом получит название «казанский феномен».
Мни публикации того времени говорили о деформациях
....> ти ребенка, подростка, об отчуждении его от
9
Семьи. от школы. Как это ни горько сознавать, мы
сами толкали ребят в группировки.
Анализируя тогда конкретные судьбы, я. как пря-
пило. не выходила на какие-то серьезные обобщения,
касающиеся социальных причин деформаций. В то
время таких причин просто не существовало. Бытн
отдельные недоработки отдельных родителей и отдель-
ных учителей, некрасивые проступки отдельных ре-
бят.
Но размышляя над судьбой своих героев, я все
чаше натыкалась на одно явление, о котором однажды
рискнула написать в «Литературную газету». Мне дове-
лось видеть гранки своей статьи с крупным заголов-
ком «Показуха», однако читатели с ней так и не
познакомились. Меня попросили написать другой ма-
териал, вышедший в свет в скромном виде читатель-
ского письма.
Корреспондент «ЛГ» Елена Шиыанко объяснила
мне. что статья не понравилась высокому должностно-
му лицу, имевшему право вето на газетные материалы
Он не без оснований заметил, что после очередного
съезда ВЛКСМ, прошедшего, как всегда, с большой
помпой, у читателей могут возникнуть нежелатель-
ные ассоциации
«ТРУДНЫЕ» ВЗЫВАЮТ О ПОМОЩИ
— И ты думаешь, что-нибудь получится?
В лучшем случае опять пообещают.
— Тише, идет кто-то.
Ребята встречают меня настороженно.
— Наверное, из детской комнаты мили-
ции? — спрашивает один. Второй, демонстра-
тивно опершись на беззубые перила лестни-
цы, цедит:
Ю
— Хоть милиция нас не забывает.— И смач-
но сплевывает в пролет. В ту же минуту сни-
зу доносится возмущенный женский голос:
Лоботрясы! Только и знаете, что пле-
। ггься. Хоть бы раз в жизни делом занялись!
Разговор грозит перерасти в скандал. Жен-
щина перешла на визг, мальчишки зло огры-
заются.
Через несколько минут, когда страсти не-
сколько остывают, вместе с ребятами спуска-
емся в подвальное помещение второго подъез-
да. Витя Аникин, оглядев побеленные стены,
говорит:
— Мы бы здесь отлично разместились.
Боксерские перчатки и гантели сами купили
бы. И штангу ребята могли бы сделать. Тен-
нис бы сюда, биллиард... Даже вечера устраи-
вать можно, как в 85-м доме. И телевизор бы
десь вот поставить...
— Хватит мечтать! — перебивают его ребя-
та.— Ничего у нас нет и не будет!
Подростки дома № 25а по улице Иппо-
тромной не знают, куда приткнуться. Холод-
ные дни загоняют их в подъезды. И тогда
десь, в подъезде, можно услышать все: от
'сресказа услышанного на уроке до грязного
мата. Здесь впервые десятилетние берут в зу-
бы папиросу, а ребята постарше складывают-
я по рублю. И те и другие азартно играют
и карты, от нечего делать пускают в ход ку-
маки. Начал с этого и Владимир Синицын.
Остальное похоже на сон: милиция, суд, при-
овор к трем годам колонии. Так закончилась
его последняя драка.
После этого случая затихли было подъ-
। <ды на улице Ипподромной. Зато прибави-
11
лось посетителей в детском клубе 'завода
«Теплоконтроль». Ребят потянуло в чистые и
уютные комнаты клуба в соседнем доме. Но
маленькие комнатки не могли вместить всех
желающих. Дело дошло до докладной запис-
ки в отдел милиции о том, что чужие выжи-
вают из клуба своих.
Я спрашиваю ребят, было ли такое.
— Было. Но мы тоже имеем право играть.
И какие мы чужие?! Помогите нам свой клуб
организовать, чтобы нас оттуда не выгоняли.
Можете?
«Трудные» просят о помощи. Значит, не
такие уж они трудные...
12 июня 1968 г.
КЕМ ОН ВЫРАСТЕТ?
Едва увидев меня, Сережа опустил голову,
сгорбился. Он знал, что ни о чем хорошем с
ним говорить уже не будут. Взрослых очень
интересует, как он додумался до взлома
трамвайных касс, почему в II лет его называ-
ют вором. Ведь на счету мальчика уже две
серьезные кражи.
Голову он так и не поднял до конца наше-
го разговора. Он не мог смотреть мне в глаза.
Что ж, это хороший признак — значит, ему
стыдно за свои проступки. «Больше не бу-
ду»,— это первое, что он мне сказал. Он еще
не приобрел наглой уверенности в себе, не
озлобился, хотя все в школе №114 иначе, как
о «трудном», о нем не говорят.
Это было бы удивительно, если бы маль-
чик был «легким». У меня рука не подымает-
12
«и ипбы описать условия, в которых он жи-
МТ Дом. в котором постоянный мат. Отец, ко-
|орый редко бывает трезвым. Мать, которая
нимицн не приласкает. Квартира, голая и
М1ы ыя. куда не хочется идти. Оскорбления и
IhiOoh Дети (у Сережи есть брат, третьекласс-
ник) растут, как сорняки — неприбранные,
неухоженные.
Рубашка на нем была грязная, из-под бе-
лых когда-то рукавов выглядывали цветные
рукава другой, тоже очень несвежей. Черный
HI II,истовый костюмчик — вместо школьной
формы. Кеды вместо ботинок.
И матери, и сыну я задавала вопросы:
Ь,таете ли где вместе? Ходили семьей в ки-
но. цирк, театр?» Мать ничего подобного вспом-
ни и. не могла, сын припомнил, как в прош-
HIM году по инициативе младшего брата все
щипли в зоопарк (когда он рассказывал про
•то, глазенки его горели, он даже выпрямил-
ся).
Единственное занятие, которое признает
('ережа,— это футбол. Гоняет мяч все свобод-
ное время.
Удивительно было бы, если б у мальчика
были какие-то другие потребности. Ни мать,
ни отец никогда не интересовались, чем дети
мнимаются после школы. Они сделали и де-
i.iioT для них минимальное — произвели на
нет, дали крышу над головой, кормят. На-
писала вот «крышу над головой» и вспомни-
|||, как мать говорила мне: «Первый вопрос,
который слышу я с порога,— какой отец?»
Если пьяный, они в дом не заходят до ночи.
Когда мать во вторую смену, хода домой им
нет. Хотя отец может не спать и ночами — и
тут держитесь и жена, и дети.
13
Сначала я жалела эту женщину. Есть го-
ремычные, которые многое терпят от мужей—
во имя детей. Но что дает детям этот, не при-
носящий в дом ни копейки, от которого одни
побои и оскорбления? Однажды он так стук-
нул Володю, что тот отлетел к стенке, уда-
рился, забился в истерике до посинения.
«Я думала: все, умрет»,— сказала женщина
просто, без эмоций.
Нет, жалеть таких не стоит. Ведь мальчик
был бы убит не только его, но и ее руками.
Это она позволяет мужу измываться над деть-
ми, держит его в квартире, которую дали ей
на заводе, кормит его на зарплату, которую
зарабатывает у пресса.
В школе настаивают, чтобы мать отдала
мальчиков в интернат, для старшего с трудом
нашли место, но мать отказалась — нет денег
на оплату.
Судите сами эту женщину. Мой разговор
о другом.
Мы знаем много примеров, когда обще-
ственность сломя голову бросается спасать об-
манутую жену, даже если ее на это не уполно-
мачивают. Тут же создалось впечатление, что
семья живет в вакууме. Молчат соседи, хотя
много терпят от пьяницы. Дает ему мирно
жить участковой милиционер, хотя не может
не знать о его «художествах».
Свидетелей того, как в семье калечатся
две детские души, много, но это немые сви-
детели. Правда, в школе после кражи в трам-
вае от тихого возмущения перешли к дей-
ствию— передают дело в комиссию по делам
несовершеннолетних, намереваются даже тре-
бовать лишения родительских прав. Хорошо,
14
•c.'iii это не поздно. Мальчики оба плохо учат-
си. могут без причины не прийти на уроки, по-
Млсннс их не из лучших. Причем младший
нячпнает копировать старшего.
В цехе, где работает мать, не раз велись
ря «говоры вокруг этой семьи. Женщины, те
|р< буют развода. И жалеют ее. Вот это на-
прасно. Жалость делает ее великомученицей.
Пилимо, ни разу ей не дали понять, что ее об-
!« жизни жесток по отношению к детям. Она
боится в этом сознаться, боится, как бы не
подумали это другие. Не потому ли очень про-
< илл меня не называть ее фамилии. «Лучше
ну< и. оштрафуют, чем через газету».
Детям необходимо помочь. Чтобы из них
выросли хорошие люди. Сегодня это еще в
наших силах.
Октябрь 1977 г.
КАЖДЫЙ ВЕЧЕР В БАНЕ
Когда, поссорившись с отцом, Шамиль Г.
ушел из дому, его друг Ильсур М. предложил
*му пожить в... бане. Баня эта давно не топи-
лич., и сюда никто не заглядывал. Здесь они
и шжнли вдвоем. Каждый вечер их навеща-
’•»» друзья. Они пели под гитару, говорили о
Том о сем, часто вместе уходили куда-то, воз-
кр.пилясь поздно ночью.
Чем они занимались? Однажды угнали мо-
тоцикл «Ява». Другой ночью, взломав желез-
ный гараж, увели мотороллер. Еще один мо-
тороллер прихватили мимоходом у лодочной
«тянцни. Накатавшись вволю, машины разби-
рали Дефицитные части продавали, ненужные
гросали.
15
На брандвахту инспекции рыбнадзора ре-
шили идти за сетями. В бытовку влезли через
окно. Взяли там, кроме сетей, две тельняшки,
резиновые сапоги, две радиостанции стои-
мостью 225 рублей каждая, авторучки. Здесь
же нашли два охотничьих ружья и две ракет-
ницы. Из ружей Ильсур и Шамиль сделали об-
резы, потом их продали, предварительно ис-
пытав в деле. Стрелять ездили в Боровое Ма-
тюшино. Ракетницы у них приобрел Ан-
дрей М., который смастерил из них пистолеты.
Они воровали, тем самым преступили за-
кон. И отвечать будут без скидок на несовер-
шеннолетие. Но столько было в их поступках
детской беспечности и бессмысленного позера
ства!.. Зачем нужны были, скажем, две ра-
диостанции, если взяли себе лишь два конден-।
сатора, а остальное, разобрав до винтика,
выбросили? Деньги, вырученные от продажи
краденого, тратились с такой же легкостью, |
как и доставались.
А может, подростки просто искали при-
ключений, риска, испытания сил? — это так
характерно для их возраста. Только вылилось
все в такие уродливые формы, что их при-
влекли к уголовной ответственности.
Чем больше я знакомилась с этим делом,
тем больше убеждалась в полной бесконтроль- !
ности подростков. Месяц не было дома Иль- |
сура. Мать думала, что он живет у отца. Так
оно и было — баня находится на отцовском
дворе. Только он ни сына, ни его друзей не
замечал, чем они занимаются в бане, не ин-
тересовался. Там побывала лишь мать Шами-
ля, когда уговаривала сына вернуться домой,
но потсм и она оставила подростков в покое.
16
I Io сути мальчишки были предоставлены
Ьмн себе и в мыслях, и в поступках. Родите-
ми не знали, где они бывали, с кем дружили,
h м нс менее у них не вызывали беспокойства
Ночные отсутствия сыновей, не удивляли до-
|)|Ц|<с вещи, вдруг появлявшиеся дома.
Приятель дал на время,— эта магиче-
1Мим фраза их вполне удовлетворяла.
Впрочем, не преувеличиваем ли мы роль
1<| ппельского контроля? И потом — что такое
мчи роль? Мать Андрея М. всерьез полагала,
... контролирует сына, ежедневно проверяя
• го карманы, а потом обнаружила в своем
Доме два пистолета.
У всех подростков отношения с родителями
складывались не лучшим образом. Вернее ска-
• йп>, с матерями, так как отцов в большинстве
и мей нет. Разводясь с женами, они забывали
и про сыновей. Фуат Ш. так скажет следова-
нпо про своего родителя: «Я его за отца
иг признаю». Исключение составлял лишь Ри-
нат X., у которого есть и отец, и мать, живут
ПИИ, по его словам, дружно, сын их уважает.
Однако когда я спросила Рината, как часто
проводит он свободное время вместе с родите-
• ями, он оказался в большом затруднении,
••••поминая, когда же это было. Сумел назвать
лишь несколько совместных посещений киног
к зтра. Кстати, в театре он был только од-
нажды, с классом. Одно время Ринат увлекся
• портом, но потом спортсекцию бросил.
— Как отнеслись к этому родители? —
спросила я.
— Так они же не знают, что я бросил!..—
сказал он.
...Когда я выходила из милиции, подъеха-
2 л-зп !7
ла спецмашина. В сопровождении милицио-
неров вышел Ринат X. Такой жалкий был у
него вид, что невольно защемило сердце.
И вдруг — словно током обожгло. Вспом-
нила строки из протокола допроса обвиняе-
мых: «Мы поехали в Боровое Матюшино и
там, на дороге, стреляли навесом по прохо-
жим...»
Сегодня они в том возрасте, когда пора от-
вечать за свои поступки самим. Они сами в
ответе и за свое будущее. Ведь жизнь для них
не заканчивается этим следствием.
15 ноября 1979 г.
УКРАЛИ ДЕТСТВО
В редакцию позвонили из комиссии по де-
лам несовершеннолетних Приволжского рай-
она:
— У нас невиданное ЧП: родители отка-
зываются от сына. Мы в третий раз вызвали
их на заседание комиссии. Приезжайте.
«Прежде разберись, что он из себя пред-
ставляет, этот сын, если собственным родите-
лям жить с ним невмоготу»,— напутствовали
меня в редакции. Действительно, разве мало
бывает случаев, когда подросток так досажда-
ет, что родители «караул!» кричат. Правда,
матери в любом случае не перестают любить
своих детей. Выходит, этот — хулиган из ху-
лиганов?
Каково же было мое удивление, когда я
узнала, что речь идет об одиннадцатилетнем
мальчике, ученике пятого класса. В школе,
где он учится, его охарактеризовали так: ер-
18
liiir n.iii, порой неуживчив с товарищами, но
1<ч» io. любознательный, учится на четверки и
PRit pKH. Мальчик как мальчик.
Что же произошло в его жизни? Как ока-
in кич., ничего из ряда вон выходящего: маль-
чик просит взять его из интерната, родители
Hi’ соглашаются. Впрочем, вправе ли мы су-
ди и. их за это? Раз ребенок живет в интерна-
ic, iii.'iMiiT, есть на то причины.
II все-таки то, что я узнала в Приволж-
iho । райисполкоме, а потом в интернате, по-
Vpm.io меня до глубины души. Да и вряд ли
И" останется равнодушным к беде Наиля.
Когда ему было четыре года, родители
ьаюшлнсь. Мальчик остался у матери. В пер-
ин il класс он пошел в интернате. Факт на-
। гораживающий. Ведь разведенных женщин—
ин ни, но мало кто отдает детей в интернат.
।»тако матери было виднее. Она копила день-
ц| на кооперативную квартиру, наверняка
много работала. Так что интернат в ее поло-
жении был все-таки выход.
Наиль не прижился в интернате с первых
• I месяцев. Про таких говорят—домашний
ребенок. Их каждый день калачами корми —
mln все равно будут тосковать по дому.
Квартиру женщина получила. Большую,
двухкомнатную, со всеми удобствами. Однако
и жизни мальчика ничего не изменилось.
II вот однажды (Наиль тогда учился в чет-
иертом классе) он неожиданно для всех исчез
с интерната.
Потом стал убегать постоянно. Днем сло-
нялся по городу, вечером шел то к отцу, то к
мн гори. На уроках почти не бывал. Заканчи-
«•
19
палась вторая четверть, а у него не было нп
одной отметки.
Классная руководительница вызвала в ин-
тернат мать, предложила ей забрать сына до-
мой. Мать дала обещание, что заберет непре-
менно—вот только сдаст экзамены в техни-
куме, где учится заочно. Мальчик тоже за-
сел за учебники, наверстал упущенное. Но в
апреле мать снова попросила его подождать—
теперь до конца учебного года. Он с большим
трудом, но согласился. Учился прилежно, год
окончил без троек. На летние каникулы ухо-
дил радостный и довольный.
Однако первого сентября он снова пришел
в интернат. Опять начались пропуски уроков.
В октябре, когда учителя, устав искать его
по всему городу, категорически потребовали,
чтобы мать исполнила данное сыну обещание,
произошло непредвиденное. Она отказалась
забирать его совсем.
— Будет он мне еще нервы трепать! — за-
явила она классной руководительнице.
Отношения с сыном у нее действительно
испортились. Мать обвиняла его в непослу-
шании. Он был груб с ней даже в присут-
ствии учителей
В субботу мать за ним не пришла. А ког-
да он приехал домой сам, выгнала его. Пос-
лала к отцу.
В интернат вызвали отца. Несколько дней
мальчик пожил у него, а потом снова вер-
нулся в интернат. И вот тогда о его суще-
ствовании узнали в районной комиссии по
делам несовершеннолетних.
Наиль со слезами на глазах просил от-
ца взять его из интерната—ему больше хо-
20
тилось жить с ним. Но тот молчал. Тогда
ши стал умолять мать. Увидев холод и в ее
глазах, закричал в пустоту:
— Ну, возьмите меня хоть кто-нибудь!
Приближались выходные дни, и, судя по
всему, мальчику предстояло провести их в
интернате. Я встретилась с ним в пятницу.
Мы разговаривали в присутствии директо-
ра. Тяжелый это был разговор.
Я спросила Наиля, нравится ли ему здесь.
— Нравится,— ответил он.— Но если у
человека есть отец и мать, он должен жить
дома.
В его глазах заблестели слезы.
— Неужели я никому нс нужен? — голос
его внезапно сорвался на крик. Он уже не мог
сдержать рыданий. Перехватило горло и у
меня.
— Я знаю, они не возьмут меня,—про-
должал он.— Но если завтра за мной никто
не придет, я убегу из интерната. И никто ме-
ня не найдет!..
— И он убежит,— со вздохом сказал ди-
ректор, когда мальчик вышел из кабинета.—
Что мы только ни делали, чтобы он успокоил-
ся и отказался от мысли о доме! У него один
ответ: <Мне обещали...» Учителя про своих
детей забыли. Следим за каждым его шаго.м.
А разве уследишь? Забрали одежду — он убе-
жал без пальто. Заперли на замок — он вы-
прыгнул со второго этажа...
Надо было «гто-то срочно предпринимать.
Но что могли мы сделать? Позвонили отцу,
попросили, чтобы он обязательно забрал сы-
на — хотя бы на выходные дни.
Отец приехал в субботу, к концу занятий.
21
Наиля в интернате уже не было. Он убе-
жал еще утром...
Все эти дни меня мучил один вопрос: от-
куда такая немыслимая жестокость к соб-
ственному ребенку? Ведь не пьяницы—нор-
мальные, здоровые люди и по характеру не
злые. На работе пользуются уважением.
Как это ни странно, они объяснили свой
отказ от сына... заботой о его благе. Мать зая-
ьнла, что не может дать сыну надлежащего
воспитания одна и потому возьмет его толь-
ко тогда, когда домой вернется отец. Отец не
решался поселить его в комнате без удобств,
где жил с новой женой, полагая, что у матери
мальчику будет лучше...
Если разобраться, отец с матерью никогда
особо не заботились о сыне. В интернате мне
сообщили поразительный факт: за содержа-
ние ребенка родители платили лишь в первом
классе. Не дождавшись денег впоследствии,
районный отдел народного образования был
вынужден погасить их долг в сумме 546 руб-
лей за счет государственного бюджета. Впро-
чем, отца в этом вряд ли обвинишь — он пла-
тил алименты. Правда, это была не слишком
большая сумма. Много ли может дать сыну
рабочий охраны, если сам получает немногим
больше ста рублей в месяц? Но как оказался
на этой должности человек с высшим образо-
ванием? Кстати, маленькая зарплата не по-
мешала ему купить собственный автомо-
биль...
Во веки веков детям отдавали последний
кусок хлеба. И в этом — важнейший нрав-
ственный закон: старшие заботятся о млад-
ших, сильные—о слабых. Ведь дети не могут
22
жить без нас. Их надо кормить, одевать. Но
еще больше, чем в хлебе насущном, они нуж-
даются в материнской ласке, отцовском уча-
стии.
И разве в наш век благоустроенных квар-
тир и собственных автомобилей жизнь стала
строиться по другим законам? Или меньше
люди стали любить своих детей?..
...Наиль вернулся в интернат сам. Види-
мо. понял, что именно в интернате он нашел
людей, которым нужен.
А вскоре за ним приехала мать и забрала
домой. Что заставило ее сделать это? Скорее
всего сила общественного мнения — ведь об
ее отношениях с ребенком узнали на работе,
в жилищном кооперативе.
Выходит, зря сомневался Наиль в том, что
ему помогут. Чужие люди разделили с ним
горе, доказали, что не может быть такого, что-
бы человек был никому не нужен, вер-
нули ему веру в добро. Без этой веры жить
нельзя.
Только вряд ли пройдет для него бесследно
эта беда, вряд ли уйдет из памяти холод в
глазах матери. Слишком недетские невзгоды
выпали на его долю в одиннадцать лет...
Я рассказала эту горькую историю на од-
ном из родительских собраний. Надо было
видеть, как были возмущены мои собеседники
бездушием родителей Наиля. Они требовали
сурово наказать их. Ведь это они украли у
сына светлый безмятежный мир детства.
Но, к сожалению, за эту кражу к суду не
привлекают. Даже подлинных имен я назвать
не могу — во имя мальчика.
23
Трагедия сына останется на их совести.
И наверняка настанет в их жизни день, когда
они горько пожалеют о случившемся. И это
будет для них самый страшный суд.
3 марта 1980 г.
«БЕСЕДА ПРОВЕДЕНА,
РАСПИШИТЕСЬ...»
По итогам прошлого учебного года десяти-
классник одной из казанских школ Шамиль
Юнусов вместо аттестата получил справку о
том, что прослушал курс средней школы. Па-
рень не успевал почти по всем предметам, за
что и не был допущен к выпускным экзаме-
нам.
Решение оставить его без аттестата потре-
бовало от учителей немалой смелости. Ведь
несмотря на официальные запреты завышать
отметки, у нас еще, к сожалению, живуч
принцип «три пишем — два в уме».
Можно было бы только похвалить учите-
лей за то, что они назвали двоечника двоеч-
ником, но знакомство с обстоятельствами де-
ла убеждает, что быть принципиальными их
заставил сам Шамиль. Дело в том, что он не
учился сознательно. Ежедневно приходил в
школу и откровенно бездельничал. Отказывал-
ся отвечать, даже если знал урок, не вы-
полнял домашних заданий, на контрольной
мог сдать чистый лист бумаги.
Теперь в школе все хотят убедить друг
друга в том, что он был плохим учеником:
эгоистом, грубияном, в общественной жизни
класса не участвовал, в комсомол не вступил.
24
не хотел учиться, не любил трудиться... Но
ведь аттестат дают не за хороший характер,
а за знания. А по мнению учителей и одно-
классников, Шамиль мог учиться даже на чет-
верки и пятерки, имел математические спо-
собности. Отметок, кроме двоек, он в послед-
нее время не имел, но никто не может с точ-
ностью утверждать, что знаний у него не бы-
ло,— учителя оценивали... молчание.
Ну, а гго касается дурного характера, то
педагоги не могли не участвовать в его фор-
мировании — Шамиль учился в одной школе
в течение десяти лет. Ни для кого не было
секретом, что мальчик воспитывался без отца,
что мать его балует. Да, характер у не-
го действительно был нелегкий. Но надо ли
сгущать краски? Дисциплины подросток не
нарушал. Первая учительница вспоминает, что
он рос добрым мальчиком, с увлечением усил-
ен— был одно время твердым «хорошистом».
«Лентяй» Шамиль пошел на завод работать,
чтобы купить потом мопед.
До восьмого класса он был как все. В де-
вятый пришел совершенно другим человеком.
Об этом мне говорили и учителя, и одно-
классники Шамиля.
Что же случилось? Отсчет событий начи-
нается с июня, когда в школе решался труд-
ный вопрос — кому идти в ПТУ, а кому — в
девятый класс. Восьмой класс, в котором
учился Шамиль, был одним из лучших по ус-
певаемости. На общем благополучном фоне
он, к тому времени съехавший с четверок на
тройки (с мальчишками такое случается ча-
сто), был одним из тех, кому предстояло
проститься со школой. Так считали учителя.
25
За него не просто решили — за него даже до-
кументы отнесли в соседнее профтехучилище.
Шамиль узнал об этом позже.
— Когда он пришел домой с этой новостью,
то даже заплакал, что с ним редко бывало,—
вспоминает мать подростка.— Сказал, что не
хочет идти в училище. Я его уговаривала сде-
лать так, как велят учителя, ведь другие по-
слушались. А он ни в какую — хочу, говорит,
в девятый класс. Тогда я пошла к директору
и попросила оставить сына в школе. А класс-
ная руководительница Раиса Семеновна да-
же слышать об этом не захотела. Уж очень,
видно, рассердилась, что он вздумал проти-
виться. А потом будто бы заявила, что все
равно не даст Шамилю аттестат, выпустит со
справкой. Я подумала: чего в сердцах не ска-
жешь...
Видимо, где-то в душе Шамиль не верил,
что учителя пойдут на крайность. Ведь не раз
видел, как аттестаты благополучно получали
и отъявленные лентяи, и злостные прогуль-
щики. Учителя укрепили в нем это убежде-
ние, когда, несмотря на плохую успеваемость,
перевели его в десятый класс.
Дело шло к выпускным экзаменам. Ша-
миль по-прежнему молчал на уроках. Учителя
забили тревогу, пытаясь как-то прекратить
этот бойкот. Подростка обсуждали на роди-
тельском комитете, педсовете, ему предлага-
лись индивидуальные консультации, наконец,
вызывали в школу мать — ничего не помогало.
Соотношение сил точно охарактеризовала
одноклассница Шамиля Людмила Анисимова:
— Ему тройки ставили бы уже за то, что
он к доске выходил, а он не выходил.
26
И педагогам ничего не оставалось делать,
как исполнить свою угрозу.
Кстати, педагогический коллектив этой
школы считается сильным. Но то, что хорошо
в целом, применительно к конкретному уче-
нику дало осечку. Как верно заметила одно-
классница Шамиля Резеда Минкина, с ним
много говорили, но ни разу не разговаривали.
И видимая забота о его будущем оборачи-
валась бездушием и формализмом.
Показательный пример. Не раз Шамиля
и его мать приглашал для беседы директор
школы. Беседовал, а потом просил их оста-
вить в доказательство «проведенной воспита-
тельной работы» подписи в специальной ам-
барной книге...
Говоря о причинах, приведших к столь пе-
чальному финалу, меньше всего хотелось бы
ставить на чашу весов, кто тут больше вино-
ват: учителя, одноклассники... Конечно, вина
в первую очередь лежит на самом Шамиле —
он был уже достаточно взрослым человеком,
чтобы понимать, что творит.
К счастью, парень оказался душевно креп-
ким. Сразу после школы пошел работать
на завод. Профессия у него—электромонтер.
Аттестат планирует получить в армии —служ-
ба не за горами...
...Я сознательно не называю ни номера
школы, ни подлинных имен. Эта история не
для принятия мер, а для размышления. Сей-
час, когда в школах идут выпускные экзаме-
ны, когда восьмые классы напоминают рас-
тревоженные ульи, пусть случай с Шамилем
станет уроком для других.
10 июня 1982 &
ПОКАЗУХА
Давно меня мучает одна проблема, но
все не решалась сесть за бумагу. Собирала
материал, ждала момента, когда, как гово-
рил Лев Толстой, не смогу молчать. И вот
вчера этот момент наступил.
Вечером, вернувшись из детского сада,
моя шестилетняя дочь заявила:
— Завтра мне надо надеть самое краси-
вое платье. Воспитательница сказала, что бу-
дет комиссия.
Она явно не понимала значения последне-
го слова.
Машинально собрала я дочери празднич-
ный наряд, в котором она обычно ходила
лишь на утренники. Но если всегда я приноси-
ла белое платье в свертке, чтобы раньше вре-
мени не измять и испачкать, то в этот раз
надела (сразу—так было велено. Забрала
дочь из сада в слезах — на белом, изрядно по-
мятом за день платье красовалось желтое от
пролитого яблочного сока пятно... Успокоив-
шись и забыв о злополучном пятне, моя дочь
неожиданно спросила:
— Мама, а зачем нам велели надеть
праздничное платье? Ведь утренника не бы-
ло.
Положение мое было трудным. Что ска-
зать дочери? Я и сама не знала, зачем для
комиссии, которая, как я узнала позже, яви-
лась проверить состояние пищеблока, нуж-
но было устраивать парад ребячьих наря-
дов.
Итак, дело дошло до шестилетиях.
Приезжает комиссия... В последнее время
эта фраза действует на людей посильнее го-
голевского ревизора.
Приедет комиссия — и на столах в столовой
появляются никогда не существовавшие до
этого салфетки.
Приедет комиссия — и в магазине, который
не отличался богатым ассортиментом товаров,
вдруг появляются дефицитные вещи.
Приедет комиссия — ив мгновение ока все
может преобразиться невообразимо.
Когда приходится участвовать в таких вот
комиссиях, с недоверием начинаешь относить-
ся к тому, что видишь.
В народе это явление назвали показухой.
В отличие от своего прародителя, глаго-
ла «показывать», слово «показуха» замешано
на фальши, очковтирательстве, желании по-
казать себя с лучшей стороны во что бы ни
стало и любыми средствами. Сейчас трудно
определить, когда зародилось это понятие,
ио, думается, во времена стародавние...
Все это, может быть, и не заслуживало бы
особого внимания, если бы такие факты не
носили массового характера, если бы за без-
обидным стремлением показать себя и свою
работу с наилучшей стороны иногда не скры-
валось большое зло.
Приехала в наш город какая-то москов-
ская комиссия по делам торговли, чтобы уз-
нать, как обстоят дела со снабжением в на-
ших магазинах. Магазины представили все в
наилучшем виде. И как была удивлена моя
шестидесятилетняя соседка, когда буквально
через 40 минут не застала в нашем гастроно-
ме того изобилия, на которое ей ранее не хва-
тило денег.
29
Комиссия уехала, видимо, удовлетворен-
ная. А ведь ее приезд мог быть результатив-
нее, ведь с продуктами питания у нас, ой, как
плохо.
Непоправимый урон наносят воспитанию
так называемые показательные школы и пио-
нерские лагеря. В нашем городе есть одна
такая школа, где работают действительно
талантливые педагоги и директорствует там
удивительный человек, сумевший сделать в
школе методический центр передового опыта
почти республиканского масштаба.
Там учат детей интересно, воспитывают их
не интуитивно, как еще бывает, а на основе
самых последних достижений педагогической
и психологической науки. Дети, оканчиваю-
щие эту специализированную «английскую»
школу, обязательно поступают в вузы.
Но в чем-то эти дети ущербны. Все, что они
ни делают, они делают напоказ. Показатель-
ный урок, показательный пионерский сбор,
показательный клуб интернациональной друж-
бы. У ребят нет ничего, что принадлежало бы
только им.
Девочка одной моей знакомой наотрез от-
казалась учиться в девятом классе этой шко-
лы. Насыщенная показательная жизнь утом-
ляет детей, лишает их поведение естественно-
сти. Кто-то приспосабливается к ней. Из та-
ких в дальнейшем получаются лицемеры
крупного масштаба.
Довелось мне поработать и в показатель-
ном лагере, да не просто показательном, но
и открытом для иностранцев... (Тогда они бы-
ли в Казани редкими гостями). За смену мы
встретили три делегации. По три-четыре дня
30
готовились к встрече. Это уже больше десяти
дней. Десять дней детей учили показухе.
Взрослые люди делали стенные газеты, го-
товили удивительные экспонаты на выставку
♦Умелые руки».
В том лагере есть интересный фонтан —
словно оживший из знаменитой пушкинской
«Сказки о золотой рыбке». Сказочный пята-
чок земли и воды перед столовой. Но «зо-
лотая рыбка» обретает «дар речи» лишь тог-
да, когда в лагере находятся гости. Сразу же
после их отъезда воду перекрывают.
Этот фонтан можно назвать символом по-
казухи. Его соорудили без механизма цирку-
ляции воды, и после отъезда гостей ее обычно
вычерпывали ведрами.
Дети, встретившие первую делегацию с во-
сторгом, третью приветствовали нехотя, лю-
бопытные не отходили от работающего фон-
тана.
Еще там был бассейн без слива. Его тоже
наполняли в основном для гостей. На время
их пребывания в лагере откуда-то появлялись
совершенно новые кресла и ковры. Детей оде-
вали в парадную форму.
— Так всегда бывает, когда гости,— пояс-
нил мне «опытный» пионер, когда я спросила,
что за праздник сегодня.— А кресла и ковры
потом спрячут.
И он оказался прав, этот маленький скеп-
тик: ковры и кресла перекочевали снова на
склад.
Не спешите обвинять руководство лаге-
ря— там трудятся добрые и честные люди,
любящие свою работу. Детям созданы пре-
красные условия для отдыха, их хорошо кор-
31
мят. С каждым годом лагерь улучшается, и
его можно показывать гостям действительно
хоть каждый день. Так в чем же дело? Зачем
понадобился такой парад?
Недавно я прочитала в «Правде» заметку
бывшей ткачихи, ставшей директором фабри-
ки. 3. Пухова с гордостью писала о том, как
не поддалась соблазну делать для показухи
рекорд на новейшем высокопроизводительном
оборудовании. И я понимаю ее гордость, так
как отказаться от заманчивого предложения
работать в идеальных условиях может только
человек с сильной волей, органически не вы-
носящий фальши. О каком рекорде может ид-
ти речь, если сравнивается несравнимое? Од-
нако такие рекорды очень распространены.
Лидерам дается лучшее оборудование, для
них не бывает перебоев в снабжении.
Не случайно последняя страница «Литера-
турной газеты» уже не раз писала о передо-
виках, забывших, что такое труд. Так, бедные,
заговорились с высоких трибун, что потеряли
не только качества лидеров, но и обыкновен-
ные, свойственные любому смертному.
Все чаще я ловлю себя на мысли, что мне
не хочется ходить на собрания. Поднять боль-
ной вопрос — почти героический поступок.
Большинство ораторов предпочитают рапор-
товать об успехах, даже если в зале смеются
над этим рапортом.
Помню одну городскую отчетно-выборную
комсомольскую конференцию. Три часа и док-
ладчик, и выступающие славили дела, не обмол-
вившись о том, что есть и серьезные недостат-
ки. Бодрые слова делегатов были такими без-
радостными, что первый секретарь горкома,
32
опытный комсомольский работник И. Дон-
ская, после официального закрытия конферен-
ции и проводов начальства из обкома партия
собрала в этом же зале всех комсомольских
секретарей и задала им один вопрос:
— Что случилось?
I И вот тогда активисты стали говорить, что
думали. Тут только вскрылись многие пробе-
лы в работе горкома комсомола.
Г — А почему ты с трибуны не говорил о
плохом? — спросила секретарь одного очень
авторитетного активиста.— Побоялся крити-
ковать?
— Критиковать не боюсь. Просто рядом
с такими «хорошими» делегатами не хотелось
быть белой вороной.
Здесь, когда он знал, что его слова истол-
куют правильно, он сказал многое. И не сов-
сем приятно было слышать его выступление
горкомовским работникам, которых обвинили в
том. что они сами способствуют распростра-
нению показухи. А от показухи в таком слу-
чае— один шаг до очковтирательства. Вот и
шли в горком отчеты, где указывались 399
участников собрания, 37 участников субботни-
ка и т. п. Сама работала в комсомоле, знаю, как
мучительно бывает высасывать участников из
пальца, когда тебя заботит только одно —
чтобы цифры были не круглые. Нс укажешь
больше — попадешь в отстающие. И неизве-
стно, будешь ли действительно отстающим,
или просто не натянешь отчет.
Недаром все чаще можно слышать рож-
денный показухой афоризм: «Не умен рабо-
тать, умей отчитываться». И в какие только
парадоксальные ситуации не попадает чсло-
3 л зи
33
век, страдающий комплексом недоверия к по-
казателям...
Не так давно в сельскохозяйственные ву-
зы пришла бумага Министерства сельского хо-
зяйства СССР со сравнительным анализом
учебной работы во всех вузах отрасли. Сколь-
ко разговоров возникло вокруг этой бумаги,
сколько споров родило определение призовых
мест в несуществующем социалистическом со-
ревновании. Вуз, о существовании которого
многие узнали только из этой бумаги, занял
первое место, а Тимирязевская академия ока-
залась дальше шестидесятого. Признаться, я
тоже усомнилась в реальности показателей.
Особенно не верилось в одну цифру. Инсти-
тут, расположенный около моря, имеет 0,4 за-
нятия на каждого студента, пропущенного без
уважительной причины, а у другого, отда-
ленного от моря на двое суток езды,— почти
16 часов набирается. Может быть все, но ведь
мы тоже были студентами н знаем, что даже
плохонький кинотеатр служит соблазном
для пропусков, не говоря о теплом южном
море.
Допускаю, что показатель реальный, хочу
верить. Но как поверить еще в одну цифру?
Бумага называла вузы, где на каждые 100
принятых на первый курс студентов получает-
ся 101 выпускник с дипломом. Показатель
так и назывался: число дипломов на каждые
100 принятых на первый курс. Как же из 100 ре-
альных студентов можно выпустить 101? Мо-
жет, происходило какое-то фантастическое раз-
множение за пять лет обучения? Вот уж поис-
тине чудеса.
34
Становится аксиомой, что отметки больше
нужны преподавателю, чем студенту. Кафед-
ру, если у нее много двоек, обвиняют в пло-
хом преподавании, а рядом с ней хвалят тех
преподавателей, которые дают грошовые зна-
ния, но зато отличные отметки.
Брать за критерии оценки работы препо-
давателя отметки его студентов — нет, мне
кажется, ничего абсурднее. В какой-то степени,
конечно, можно судить, но брать за единствен-
ный... Это все равно, что лишать пожарных
прогрессивки за то, что они не потушили пла-
новое количество пожаров.А в институтах так
делают.
Погоня за абсолютной успеваемостью заш-
ла так далеко, что кое-где достигли потолка.
Стопроцентная успеваемость при плохом ка-
честве подготовки — как все это увязать?
Четверка по русскому в аттестате и «исчо»
во вступительном диктанте — как это объяс-
нить?
Я знаю одного преподавателя, которого
буквально травят за то, что он на государ-
ственных экзаменах «режет» выпускников.
Двойки он им ставит заслуженные. Сначала
во время последней экзаменационной сессии,
а потом на госэкзаменах. И знаете, в чем
его обвиняют — в отсутствии патриотизма.
Ведь он снижает тот показатель, по которому
вверху будут судить о работе вуза. Л то, как
выпускник подошел к выпуску без элемен-
тарных знаний, в разговорах на тему о пат-
риотизме не обсуждается.
Откровенной подделкой документов зани-
маются уважаемые люди. Ведомость иногда
сдается в деканат, лишь когда в ней исчезают
3*
35
двойки. Таким образом, успеваемость берется
не по первому заходу, а со всеми последую-
щими коррективами.
В одном из вузов нашего города я наблю-
дала беспрецедентный случай. Шли поваль-
ные пересдачи: троек на четверки, четверок на
пятерки. Были студенты, пересдающие по два-
три экзамена. Fla педагогическом языке это
называлось так: повышение качественных по-
казателей успеваемости.
Довелось мне наблюдать и апогей такого
явления, как показуха.
Как вы отнесетесь к такому событию, как
юбилей? Безусловно, положительно. Но стоит
ли делать из этого события дело почти миро-
вого масштаба? Вряд ли в этом есть необхо-
димость даже при очень больших заслу-
гах.
Безусловно, надо пригласить гостей, надо
приготовиться к их встрече, надо хорошо ор-
ганизовать сами юбилейные торжества. А сто-
ит ли к юбилею делать мраморную лестницу,
где каждая ступенька стоит почти пять руб-
лей, стоит ли менять паркет, тратя вообще
на ремонт колоссальные суммы, которые мож-
но было бы использовать с большей поль-
зой?
Преподаватель возмущен тем, что ему пе-
ренесли сроки ботанической практики на вре-
мя, совершенно для этой цели не приспособ-
ленное, а ему говорят — юбилей.
В совсем неканикулярное время вдруг объ-
являются каникулы — юбилей.
Срывается важная лекция, потому что все
ждут телевидение. Юбилейная съемка.
36
Просто тошно было от избытка показу-
хи.
Через месяц из туалетов исчезли зеркала,
/лектрополотенца и туалетная бумага. Вдруг
поднялась требовательность преподавателей и
показатели в сессию стали хуже. Правда, мра-
морная лестница осталась. Она еще долго бу-
|'ст напоминать о юбилее, вернее, о его при-
торности.
Л ведь все делалось исключительно из бла-
гих побуждений. Показать себя лучше, чтобы
гости, приехавшие на юбилей, просто ахнули
от удивления.
Теперь и не разберешь, чего было больше
от этого юбилея — пользы или вреда. Одно
знаю точно: из тех студентов, которые учились
в ветеринарном институте в то время, полу-
чится самое большое количество очковтира-
телей — в расчете на каждую сотню.
Как видим, салфеточки для комиссии —
это не такая уж безобидная вещь.
Я касалась лишь тех сторон жизни, кото-
рые знаю больше. А ведь на производстве по-
казуха исчисляется на тысячи и миллионы руб-
лей. Впрочем, и в вузах можно переложить
ее на кое-какие средства. Купить, например,
электронно-вычислительную машину — просто
так, модно. И вряд ли ей найдется серьезное
применение. Но для престижа что не сдела-
ешь. Или приобрести дорогое телевизионное
оборудование для лекционной аудитории, что-
бы принять участие к конкурсе средств про-
граммированного обучения. Когда мы смотре-
ли это оборудование, на одном из телевизо-
ров среди сантиметрового слоя пыли читалось
одно непечатное слово. И как только уму-
37
дрились чьи-то руки дотянуться до экрана,
укрепленного на высокой стойке...
Что я вам написала сегодня, на собрании
не расскажешь, примут за белую ворону. Мо-
гут даже попросить заявление по собственно-
му желанию написать — за отсутствие патрио-
тизма. Да и не развяжешь эту проблему од-
ним собранием. Слишком распространенной
стала она. Потому и не могу больше молчать.
28 августа 1984 г.
МЫ ДОЛЖНЫ ВЫСЛУШАТЬ
ДРУГ ДРУГА
«МЫ ХОТИМ ВАС СЛЫШАТЬ»
За годы обсуждения подростковых проблем при
шлось прочитать сотни, а может, тысячи писем читате-
телей «Вечерки». Настроение читательской почты за-
висело и от особенностей момента, и о? опубликован-
ных ранее материалов, и от того, как происходящие со-
бытия касались людей лично.
Обобщая почту за несколько лет, нельзя не уло-
вить какие-то закономерности.
Это были как бы два потока, которые порой пе-
ресекались, а порой уводили в разные стороны. Первый
поток — это письма самих подростков, второй — письма
взрослых.
Всегда немногочисленные в редакционной почте
письма ребят после публикации исповеди Валерия «Чу-
жой среди «своих» («ВК» от 9 апреля 1987 г.) вдруг
резко увеличились. Видимо, они почувствовали в газете
доброго друга, готового выслушать и помочь. Мы опуб-
ликовали несколько больших подборок под рубрикой
«Читательский совет». Вела его моя коллега Людми-
ла Толмачева. Часть писем готовила к печати и я.
Это был своеобразный портрет юных казанцев,
нарисованный ими самими. Молодые читатели (80 про-
центов откликнувшихся — подростки) убедили нас в
том. что редакция поступила правильно, дав возмож-
ность высказать свое мнение на газетных полосах мно-
гим их сверстникам. «Мы должны выслушать друг дру-
га,— написал шестнадцатилетпнй Олег М,— Должны
наконец прийти к какому-то единому решению и покон-
10
чить с нелепой враждой между улицами и микрорай-
онами!. . .
Эта мысль звучала почти в каждом письме. И бы-
ли хорошо заметно, что, давая оценку группировкам,
ребята искали между собой единства мыслей, убежде
иий, интересов.
Взрослые писали чаще и больше. Они пытались
,.иать оценки событиям с высоты своего житейского
опыта, своих представлений о добре н зле. И это не-
сколько осложняло путь к истине. Ведь на дворе бы-
ло совсем другое время.
К сожалению, контакта между поколениями не по-
лучалось. Дружное осуждение взрослыми подростковых
компании не нашло всеобщей поддержки в среде
подростков, и не только «топников». Многие находили
и «конторах» немало привлекательных моментов. По
пытка развенчать образ «гопников», таким образом, не
удалась. Мало того, одна девочка с завистью писала,
что не может себе позволить жить так свободно, как се
се.ерстники в «конторах» — им не надо врать и изво-
рачиваться, они всегда и везде могут быть самими
собой.
В какой-то момент мы почувствовали силу ребячь
। о доверия и решились призвать подростков к «зами-
рению». К сожалению, это нс удалось. Вместо откры-
• й встречи пришлось ограничиться прямой телефонной
' вязью. Как говорили нам подростки, главари группи-
ровок на мировую не пойдут — тогда все эти «конто-
ры» теряют смысл. Серьезным тормозом была и боязнь
н'пников», что на месте сбора их встретит милиция.
Идею о «прямой связи» мы нашли в почте. «Если
бы можно было поговорить с вами по телефону, мы бы
д сказали о себе куда больше, чем сообщаем в пись-
ах»,— прочитали мы в одном из писем. Ребята сами
определили своих будущих собеседников: психолога,
прокурора, комсомольского работника, молодого дечу-
41
татя горсовета, журналистов. Правда, в полезности раз-
говора с комсомольским работником их пришлось убеж-
дать — сами они пе видели в этом большого смысла.
Жаль, что звонили больше взрослые. «Прямая
связь» еще раз убедила нас, сколь серьезна пробле-
ма. вставшая перед городом. Нужно было искать дру-
гие пути для контактов.
Не знаю, как развивались бы нашн отношения с
подростками, если бы не убийство Олега Степанова,
ученика 6-го класса. Это убийство потрясло горожан
своей жестокостью, ведь жертвой группировки стал
глухонемой мальчик.
После статьи об этом убийстве мы опубликовали
подборку писем, в которых читатели требовали ужесто-
чить наказание несовершеннолетних преступников. И хо-
тя редакция заметила в своем комментарии, что же-
стокость может породить только жестокость, ниточка
нашей связи с подростками прервалась. Какие-то всплес-
ки после отдельных материалов бывали, но цельною
среза общественного мнения о подростковой среде уже
не получалось. Если и приходили письма, то больше
нс «гопников», а их сверстников, поведение которых
не внушало нам тревог. Они помогали пам анализи-
ровать проблемы, искать выход из создавшегося по-
ложения.
Письма взрослых всегда шли достаточно ровным
н большим потоком. Причем, если в начале в нем в ос-
новном преобладали эмоции: гнев против хулиганствую-
щих подростков, некоторая растерянность перед неожи-
данным злом, то с течением времени в письмах стали
звучать более спокойные, конструктивные размышления
В них модою было почерпнуть немало дельных сове-
тов и предложений.
Мы встретились с одним очень интересным явлени-
ем: авторы некоторых посланий представлялись в об-
разе другого человека. Одна девочка (мы ее потом
42
нашли) вообразила себя проституткой; молодой человек
представился «гопником», хотя явно не входил в труп*
ппровку; взрослый человек писал от имени 16-летнего
подростка. Некто Ильдар, изображая себя суперменом
с ножом в руках, просил защитить от группировщиков
своего младшего братишку.
Все эти мистификации легко разоблачались — до-
статочно было внимательно изучить почерки, сопоста-
пить факты. Так, мнимый «гопника писал О том, чго
в их «конторе» любят рок-музыку, а мы хорошо знали,
что «гопники» и «металлисты» — недруги.
Пытаюсь понять, с чем связаны такие мистифика-
ции,— и прихожу к выводу, что таким странным обра-
зом читатели отреагировали на наш пристрастный ин-
ерес к группировкам. Им, видимо, казалось, что в та-
гом виде к их предложениям прислушаются быстрее.
Лльдар, например, предлагал «разогнать все эти ПТУ»,
«16-летиий» взрослый советовал милиции засылать в
1 руппнровки своих агентов.
Это заставило нас обратить внимание и на так
называемых благополучных подростков, которые по-
чувствовали себя в городе неуютно. Им было и без то-
го трудно —вражда группировок все более подчиняла
поим законам всех ребят. Мы своими публикациями
«сугубляли чувство беззащитности подростков перед
'-опниками». После этого в газете стали появляться ма-
териалы о нормальных детях, про которых мы в то
ремя несколько забыли. Важно было показать, что в
'олодежнон среде есть совсем другие отношения, сов-
ем другая жизнь.
чужой среди «своих»
Наверное, вы не напечатаете мое письма.
Но в нем все правда. У меня сейчас другие
друзья и интересы. Я могу заняться тем, чем
43
хочу. Но «там» остались ребята, которые то-
же поняли, в какую трясину попали, однако
не находят в себе мужества или не знают,
как из нее выбраться. «Там» остались те, кто
пришел только вчера или только собирается
прийти...
Все началось в конце шестого класса че-
тыре года назад. Мы получили новую кварти-
ру и переехали в другой микрорайон. В новой
школе я узнал от ребят, что у них своя груп-
пировка, как они ее назвали, «контора». На
переменах часто слышал рассказы о том, что
там за пацанов всегда заступятся и в обиду
не дадут.
Стал ходить и я. Вначале было даже ин-
тересно: много новых ребят. В футбол играли.
Все новенькие сначала были в одной куче. Их
называли «шелухой», высматривали тех, кто
посильнее. Я был не из слабых. В седьмом
классе меня поставили на следующую сту-
пеньку группировки: перевели в так называе-
мые Супера. Общим голосованием мы выбра-
ли своего лидера — «автора».
Вначале я с интересом узнавал, что кроме
нас, «суперов», есть еще «молодые», «сред-
ние» и «старшие», что функции у всех разные.
«Супера», к примеру, сидят в своем микро-
районе и не имеют права выходить за его
пределы. «.Молодые» участвуют в драках.
Дерутся обычно перед школой, рано утром
(это называется «побежать с добрым утром»)
или вечером («спокойной ночи»), «средние»
ездят в другие микрорайоны на переговоры.
Объявляют войну или мир. Наказывают «мо-
лодых», если те провинятся. «Старшие» опре-
деляют политику группы. Ходят на дискотеки
44
(только они имеют это право), затевают на
них ссоры с «чужими», начинают «войну»
между микрорайонами.
Сборы объявлялись простые и «строгие»...
На простых умирали от скуки. Для начала
постоишь часок без дела. Потом в подъезде
посидишь, в карты поиграешь. Главное, чего
от нас, «суперов», «молодые» требовали: быть
всегда на виду, на подхвате.
Вскоре мне, да и многим другим ребятам
все это надоело. Уроки не успеваешь делать.
По всем предметам съехал, а раньше без тро-
ек учился. Книжки почитать некогда, телеви-
зор посмотреть. Жизнь сузилась до двора и
пустых разговоров.
На «строгих» сборах наказывали прови-
нившихся перед группировкой или куда-ни-
будь бегали. Мы, «супера», не имели права
никуда самовольно отлучаться. Однажды, ког-
да стало невмоготу от скуки, поехали в дру-
гой микрорайон. Свой же нас и увидал. «Мо-
лодые» собрали «строгий» сбор. Нас построи-
ли шеренгой и устроили настоящую экзеку-
цию.
А народ прибывал. Тех из «суперов», кто
«проявил» себя — отличился в драке, перево-
дили в «молодые». Втягивали в группировку
и новых ребят. Допустим, ты предложил «мо-
таться» другу. Его проверяют. «Молодые»
поймают где-нибудь в укромном месте. «Ты
откуда? Мотаешься? Мы — враги. Вставай на
колени!» Если парень сломается, не брали.
Если сразу с ними драться идет, значит,
«свой». Критерий один был — кулак.
Особенно раздражали бессмысленные
жестокие драки, в которых по приказу «стар-
45
ших» втягивалась вся группировка, весь мик-
рорайон. Жизнь тогда сужалась до примитив-
ного: или ты бьешь, или тебя бьют. Боишься
выйти из своего района, боишься каждого
встречного, если идешь один. Действовали
волчьи законы: не хочешь драться, но прихо-
дится.
Я твердо решил выйти. Давно надоело.
Как-то сидели вместе с «суперами» и говори-
ли о том же: надоело «мотаться». У «автора»
спросили. Он тоже ответил: «Мне все до чер-
тиков опротивело, хочу уйти». Нас было око-
ло сорока. Только двос-трое не захотели уй-
ти: тупые, ограниченные. Только таким здесь
нравилось. Тем, у кого смысл жизни — драки,
деньги, карты.
Когда мы ушли, все увидели, как нас би-
ли. Каждый день приходили домой, просили
какие-то деньги. Сразу — двести рублей. От-
кажешь — бьют. Издевались при девчонках:
били, плевали, унижали. В школе учителя
или не видели, или делали вид, что не видят.
В лучшем случае позвонят в инспекцию, ска-
жут, чтобы нас на учет поставили. «Молодые»
били каждый день. Я дрался до ожесточения.
Мать не успевала отмывать кровь в подъезде.
Заставляли играть в карты. Один из нас про-
играл 800 рублей. Каждый день приходили,
требуя долг. Часть денег упросил выплатить
бабушку. Она дала 150 рублей, но от этого
пацану легче не стало.
Я понял, кто эти «молодые» и «старшие».
Фанатики, жестокие, бессмысленные фанати-
ки, которым ничего не стоит избить пацана
до полусмерти. Сколько раз мы слышали от
46
них: «Не смейте защищать девчонок. Они —
не люди».
В группировке из пацана делают волка.
Там никто не говорит о будущем, об учебе, о
семье. Только о драках. Однажды я жестоко
избил парня, который накануне в числе
пятерых напал на меня. Среда воспитыва-
ла злость, жестокость, ненависть. Я видел,
кто нами руководит: тупые, ограниченные
люди.
У меня была девчонка. Делился с ней всем.
У девчонок то же самое, что у ребят. Те же
установки. Деньги отнимают друг у друга,
вещи, дерутся, унижают друг друга.
Некоторые из тех, кто решил выйти из
группировки, лгали, что заболела мать, на-
пример. Их презирали, им не верили и тоже
били. Некоторые уговаривали родителей пере-
ехать в другой район, другой город.
Я понял, восемьдесят процентов попадают
сюда по глупости. Двенадцать-тринадцать
лет, что понимаешь в жизни? Особенно, если
у тебя нет настоящего друга. Но надо искать
его. Не связываться с группировкой! Нс по-
падаться на удочку тех, кто обещает, что там
за тебя заступятся. Все это ложь! Там выры-
вают из жизни, лишают ее радостей. Начисто
вычеркивают лучшие годы. Лидеры считают
себя суперменами, всех остальных — мусо-
ром, шелухой, рабами.
Валерий, 16 лет.
47
Прошу, хотя это нс раскаяние, как V Валерия,
напечатать мое письмо. Опубликуйте, раз /ж подняли
эту тему.
В противовес точке зрения автора .Исповеди хочу
сказать спасибо нашей «конторе* за то, что она нау-
чила меня разбираться в людях н защищаться.
Мне было 16 лет. Жил под строим контролем ро-
дителей. по все равно начал выпивать. С девчонками
не умел знакомиться. Не знал, о чем с ними говорить.
Чужих ребят боялся. Но вот мне предложили «мо-
таться»...
У нас была дружная «контора», тоже устраивали
сборы, «обязаловки», бегали на «чайников». Пить стар-
шие не разрешали. Все «качались». Был у нас свой под-
вал, который потом, правда, закрыли.
В «конторе» я перестал бояться. Теперь легко мо-
гу познакомиться с девчонкой. Нас было пятнадцать.
Никто не ушел, всем нравилось.
Вадим, 18 лет.
Не поняли, что хотел сказать своим «покаянием»
Валера. Не верим ему. Не знаем, на какой территории
существует такая «контора».
Да, все правильно: есть у нас «супера», «молодые»,
«средние». Но никто никого не заставляет «мотаться»,
никто насильно не держит! Подростки приходят и ухо-
дят добровольно.
Валерий пишет, что в группировках нравится толь-
ко тупым н ограниченным ребятам, которые от нечего
делать дерутся, режутся в карты и пьянствуют. Но по-
чему тогда они успевают н в кино сходить, и в клуб,
постоянно занимаются спортом?
Мы считаем, группировка дает многое. В ней —
строгая дисциплина, порядок, физические нагрузки Из
ребят вырастают настоящие защитники Родины, а не
48
хлюпики.\Этот Валерий оболгал, предал своих друзей.
Значит, мЛжет предать н в другой раз (если, конеч-
но, он существует и статью не сочинила сама редакция).
Без подписи.
Я «мотаюсь* более четырех лет. Но прожил их не
зря. Я — «старшей», прошел всю школу «мотании».
Как все начиналось? Конец семидесятых годов. Учил-
ся я тогда в третьем или четвертом классе. Самым
страшным было для нас нарваться на ребят
старше себя на 2—3 года. Тогда начинались мучения,
которые трудно передать словами. Нас били, издева-
лись, унижали, постоянно отнимали деньги. Я решил
бороться с ними любым путем. Пошел в школу бокса.
Сна очень многое дала. Главное—я перестал бо-
яться этих встреч. И деньги уже не отдавал, дрался
до последнего, хотя разница в возрасте была внуши-
тельной. Но если их было трое-четверо, силы оказыва-
лись неравными, и побеждали они. Тогда я решил най-
ти другой способ борьбы. Собрал знакомых ребят свое-
го возраста (в основном из класса и двора) и сказал,
что мы должны сообща бороться против таких. Вот
так сформировалась наша группировка. На эту тему
я рассказывал бы еще много. Но, мне кажется, взрос-
лые не поймут нас. Как ни жаль, но с ними, а также
с комсомолом, который в принципе мог бы как-то за-
п итить ребят, мы стоим на разных берегах.
Понимаю, что в «мотапин» больше минусов, чем
плюсов, Но если тебя воспитывают в группировке в
духе товарищества и взаимовыручки, а не просто ве-
лят сидеть там по вечерам с 6 до 9 и высматривать
«чужаков», то это нормальная «контора». Из нашей,
например, восемь человек служили в Афганистане, один
из них погиб. Посмертно его наградили орденом, он
спас девушку.
Д. м.
4 Л-311
49
Лучше было бы. конечно, встретиться с кем-ни-
будь из корреспондентов. Я бы рассказал ему куда
больше, чем узнаете из моего письма.
На мир мы никогда не пойдем. Потому что, если
а Казани все «конторы» заключат мир, пропадет в под-
ростках, как бы это лучше выразиться, стимул, что
ли. А я хочу, чтобы именно мы были «королями», имен-
но нас уважали в городе. Знаю, вы на это скажете:
уважения нужно добиваться другими путями. Трудо-
выми успехами, например, или хорошей учебой. На-
верное, отслужив в армии, я тоже когда-нибудь буду
так думать. Но сейчас давайте останемся каждый при
своем мнении. Так вот мое: этот мир никому не ну-
жен. Подростки без «конторы» умрут от скуки.
Без подписи.
Пишут нам члены одной из казанских «контор».
25 мая у нас, «молодых», были «строгие» сборы, на
которые кто-то принес «Вечерку» с материалом «Мы
в тревоге за вас, ребята!*. Читали вместе. Вместе ре-
шили и написать. Вот наше мнение об исповеди Вале-
рия, о «конторах» и методах борьбы с ними.
Ни в одной группировке силой не держат. Захо-
тел — ушел. Другое дело, что Валерия «отшили» сами
ребята: он не сдал деньги на пацанов, попавших в
беду, не пришел на «сборы», напился, занялся фарцов-
кой, не пришел защитить от врагов свою «коробку» —
да мало ли причин. Как бы там ии было, для нас Ва
лерий — трус и предатель.
Да, мы деремся. А остальные? «Спартаковцы» бьют
«динамовцев», «брейкеры» враждуют с «новой волной»
и т. д. Так чем же мы хуже?
В заключение хотим предложить свой способ при-
мирения «контор». Мы. например, никогда не пойдем
на мир с враждующей группировкой, да и они нам
его не предложат первыми. Почему бы в таком случае
50
р.йкомам комсомола не организовать встречи предста-
вителей равных «контор»? Пока мы сами не встретимся
и не договоримся о мире, его в нашем городе не бу-
дет. \
«Молодые» (64 подписи).
Хочу, чтобы мое письмо стало известно Валерию.
Хочу сказать ему: многие подростки думают сейчас
гак же. как он, но не решаются сказать об этом в от-
крытую...
Мне было почти 15 лет, когда «вписался» в группу
«друганов». Помню, домой летел, как на крыльях.
Как же! Обрел много друзей. Если что, они все за ме-
ня. Был уверен: мы встали за честь улицы. По праву
бьем чужаков за каждого обиженпого. Некоторых из
наших ребят посадили, но мы гордились ими. Счита-
ли, что они пострадали за правое дело.
А вот однажды меня избили самого. Человек пят-
надцать топтали ногами, пинали, унижали. Пятнадцать
на одного...
Валерий опомнился в 16 лет. Я же, пока не встре-
тил настоящих друзей и физически не ощутил на себе
|.оследствия драк — временами теряю зрение—только
в двадцать. И теперь откровенно жаль тех ребят, кото-
рые попали в колонию. Уверен, большинство из них
(это видно по письмам «оттуда») поняли, какое вели
бессмысленное существование.
Я поддерживаю Валерия: надо срочно выручать
пацанов 13—15 лет. Тех, кто живет сегодняшним днем
и не думает о последствиях, лишь бы отличиться пе-
ред «молодыми», лишь бы они похвалили.
Рустем, 20 лет
Я потерял брата. Его посадили за участие в драке
на «Жилке». Л теперь сам в безвыходном положении,
не знаю, что мне делать.
4
51
Все, кто несет ответственность за эти побоища,
за то. что с нами происходит, остались практически в
стороне.
Я не стану писать о том. как мы живем. В испове-
ди Валеры все правильно. Нам, более взрослым (мне
скоро 16). наверное, уже никто помочь не сможет. Раз-
ве что после выступления в печати органы МВД и юсти-
ции наконец всерьез возьмутся за эту опухоль обще-
ства. Еще лучше взяться всем миром.
Берегите мальчишек 10—12 лет. Ведь пополнение
идет за счет их. В школах № 2, 66 уже дерутся ре-
бята этого возраста. По сути, их заставляют драться.
Учителя, по-моему, только делают вид, что ничего не
знают об этом.
Частенько школы посещают сами «короли» дворов,
лично нас инспектируют.
Драки — это одно. Иногда организуются и пьянки
«в узком кругу». Тогда мы служим «отвлекающим ма-
невром», то есть милиция догоняет нас, а не «стар-
ших».
Нас заставляют дежурить на остановках, чтобы
ни один «чужой» не приехал.
Нет сил вырваться из этой жизни.
Заканчивая свое письмо, скажу: толку от ваших
комментариев нет. Займите нас (может быть, даже
насильно) трудом. А уж потом можно вести разговор
о здоровом досуге. Труд нам нужен. До пота.
Без подписи.
Когда был еще мальчишкой, в нашем дворе боль-
шие пацаны избили одного парня. Жестоко пинали
его, колотили «монтажками». Они убежали, а за ним
приехала «скорая». И тогда, глядя на это, я решпл
никогда не буду «мотаться». Сейчас из 19 мальчишек на-
шего класса не состоят в группировках только 7. Но
52
я раз навсегда сделал для себя вывод: человек, кото-
рый бьет ногами другого — не человек.
Для чего «качаются» «мотальщики»? Чтобы боль-
нее бить ногами.
Олег, 15 лет.
Письмо «молодых» — фальшь и высокопарные сло-
ва. Уже само утверждение о том, что «группнровщнки»
не пьют, не курят, а, занимаясь спортом, готовятся к
службе в армии, опровергается авторами письма. Как
можно говорить о том, что ты собираешься через год
выполнить свой гражданский долг, если сегодня, идя
на драку, ты его не только сознательно нарушаешь, но
и внутренне готовишься к возможному задержанию
милицией, к следствию и суду. В том, что многие ре-
бята из «контор» вместо армии уходят на «зону», они
пытаются обвинить кого угодно — милицию, например,
но только не себя.
А скажите, назовет ли кто-нибудь основную при-
чину вражды между микрорайонами? Никогда! Обычно
слышишь детский лепет, вроде того, что «они прибе-
жали к нам в тот раз, а в этот мы должны прислать
«ответку»,
А. Романов.
Полностью поддерживаю мнение «молодых» о
встрече представителей всех «контор» где-нибудь в
одном месте и заключении между ними мира. Надоело
жить под страхом того, что никуда невозможно выйти
дальше своей «коробки». Всюду могут «тормознуть»,
избить, снять вещи. Надоело видеть исписанный тран-
спорт и стены в подъездах — вообще все, на чем мож-
но нарисовать «корону» с надписью своего двора!
Фарит А.
53
Зря «молодые» берут на себя смелость отвечать
за все группировки города! Во многих из ut'.x действу-
ют волчьи законы. А в некоторых и закопов-то нет ни-
каких. Просто одни из-за боязни подчиняются другим.
Так, может, для начала выработаем несколько общих,
человеческих законов, для всех группировок?
Т. Ч.
Решил, как предложили,— вступить в диалог с ва-
ми. Мне 18 лет. Было время, тоже жил по законам
улицы. Теперь понял: вовремя ушел из компании. По-
воротом стало поступление в институт. В студии
«Блики» стал заниматься пантомимой. Увидел, как мно-
го интересного и неоткрытого в жизни. Теперь у меня
времени в обрез.
Ребята! Зачем нужны вам жестокие, калечащие
душу законы?! И в обычной жизни проблем хватает!
Уверен, у каждого из нас есть склонности и даже та-
ланты к работе, к творчеству. И всегда найдутся люди,
которые пойдут вам навстречу, поймут.
Р. Гильфанов, студент КАИ.
Я сам был недавно таким.
Да, подростки сейчас не знают, куда себя деть.
Они ничего не боятся у себя в «куче». Но мы боимся
силы. Сейчас не найдешь такого пацана из «кучи», ко-
торый бы ее не боялся. И почему милиция смотрит
спокойно на группировки? Собралось человек 20—30-
это уже непорядок. Их цель—только драка.
Я хотел бы видеть дискотеку без больших «кру-
гов», и чтобы на нее пускали всех, только не группи-
ровщнков. А если идут кучей подростки, гоните их
койкой милицией, разгоняйте резиновыми дубинками,
чтобы больше никогда не собирались. Или сажайте
всех в машину, везите в отделение и со всех —штраф
54
no 50 рублен. И родителей к административной ответ-
ственности надо привлекать. И строже, строже пусть
милиция относится к группировкам. Никаких им по-
блажек!
Р. Д. А.
Мне 17 лет. Я прошел все ступени группировки.
Участвовал во многих «делах» своей «конторы» и был
там на хорошем счету, пользовался уважением. Как
водится, был частым гостем в милиции.
Не скажу, что я всегда был согласен со своими
паианамн, кое-что в их поведении возмущало меня, но
Тем не менее мне нравилось быть с ними. Еще бы:
«мотаны» нравятся девчонкам, пользуются уважением
у сверстников.
Но так получилось, что я познакомился с одной
девушкой. Мы полюбили друг друга. Сначала было все
нормально, но потом она поставила условие: либо я
ухожу из «конторы», либо останусь со своими паца-
нами, но без нес. «Я не хочу, чтобы ты сел или чтобы
тебя покалечили»,—так она мне сказала. Я с ней сог-
ласился, тем более что к этому времени мне самому
все это порядком надоело. Я пришел к ребятам и все
нм объяснил. Однако «ft-шиться» было нс так-то про-
сто. Меня сильно избили, но это не был еще конец
Ходить на «сборы» я перестал, и ребята часто поджи-
дали меня около подъезда, требовали денег, били
меня.
Как выйти из этого положения — не представляю
Пойти и рассказать обо всем в милиции, как советует
мне моя девушка? Но мне не позволяют этого сделать
моя «пацановская» гордость н мои убеждения
Без подписи.
Меня заинтересовало письмо, автор которого за-
щищает «мотальщиков», даже показывает их пользу.
Но это откровенная ложь!
55
Я сам «мотался», и у меня много друзей «мота-
лись» по разным «конторам». И везде одно и то же —
драки, изнасилования, пьянки. Есть н такие фанатики
(и их немало), которым драться нравится. Это — по-
тенциальные трестугшики.
Я насмотрелся на «конторы» и понял, что они —
рассадники зла и насилия, они развращают подростков.
Поэтому с уличными драками надо жестоко бо-
роться. Ведь мои бывшие товарищи из-за безнаказан-
ности наглеют...
Спасите молодые души!
Радик К., 1в лет.
Мне уже за двадцать. В свое время я тоже «мо-
тался». На дискотеках бились так, что страшно вспо-
минать.
Не мы начали эти драки, но мы послушно про-
должили эту нелепую традицию. Эго сегодня она ка-
жется нелепой, а тогда... Нам хотелось острых ощу-
щений, хотелось побед.
Я не скажу, что школа, родители, милиция ничего
не делали. Делали. Однако многие мои ровесники луч-
шие свои годы провели в колонии.
Безусловно, нужно вести воспитание более про-
фессионально, нужен «определенный подход» к под-
росткам, нужна длительная работа. Но я так скажу:
не с этого надо начинать Надо решительно ломать
дикие традиции. Именно ломать — потому что дело
заходит слишком далеко. Ведь калечат друг друга ре-
бята!
Нужны экстренные, крупные меры, в первую оче-
редь со стороны правоохранительных органов.
Без подписи
Исповедь Валерия взволновала своей откровен-
ностью. «Мотаются», как правило, ребята недалекие.
56
У нас в классе всего один такой. Другим же. кто по-
умней, остаются два выхода: идти в «металлисты» или
быть отшельниками. Во втором случае тебя будут бить.
Поэтому я стал «металлистом».
Здесь истинная свобода личности, мы —народец
пестрый. Среди нас даже те, кто собирается работать
в милиции. Мы — за перестройку в социальной сфе-
ре. И нас беспокоят восьмиклассники. Опн еще не по-
нимают, что к чему, чаще идут в группировки «без-
думно...»
О. Макаров, десятиклассник.
Согласитесь, во всех нас живет преклонение пе-
ред силой. Все мы не умеем правильно провести свое
свободное время. На мой взгляд, эти две проблемы,
казалось бы, далекие друг от друга, надо соединить,
рассматривать в комплексе, а не раздельно.
Возможно, я не предложу что-то новое. Мало то-
го, многие со мной не согласятся. Ведь секции каратэ
у нас уже существовали и их пришлось закрыть. Тем
не менее я предлагаю создать в Казани разнообраз-
ные школы восточных единоборств и школы психоло-
гической подготовки. Но развивать надо совсем не то
каратэ, что существовало раньше.
Кара'гэ-до в его духовном варианте, то есть в
классическом виде способно нанести существенный удар
по господствующему среди молодежи культу силы. Оно
учит уважению к окружающим, к самому себе. Ребя-
та из группировок не потому главенствуют в городе,
что запугали всех подростков, а потому, что их ува-
жают, к ним примыкают многие пацаны, ценящие в
«гопниках» силу. Каратэ-до способно переориентировать
многих подростков, развить их духовный мир, так как
учит думать, концентрировать и соединять сознатель-
ные я бессознательные процессы, развивать тело и дух
Койечпо, каратэ — это сила. Но и группировки —
57
это сила, И вытеснить грубую силу можно только с
помощью другой силы, более человечной и более гу-
манной.
Думаю, что это дело мог бы взять на себя гор-
ком комсомола. Это заодно поможет комсомолу вер-
нуть свой авторитет.
Сергей И-, студент КИСИ-
С «гопниками» старше 16 лет в плане перевоспита-
ния уже ничего нс сделаешь. С ними надо разговари-
вать с позиции силы. Но больно наблюдать за паца-
нами 3—4 классов. Ведь группировки — это не толь-
ко драки и поломанные судьбы. Это социальная сре-
да, в которой существуют своя взгляды, своя мораль,
свои устои. Человека, которого воспитала эта среда,
иначе как скотом не назовешь. Это уже не человек, а
существо, живущее по волчьим законам.
Дзержинский не церемонился с врагами революции.
И меня удивляет позиция газеты в отношении гумани-
зации наказания. Пока хозяева города — не милиция,
а «конторы».
А. Крутов, девятиклассник.
Как можно такое терпеть? Они опоганили наш го-
род одним своим видом. Не слишком ли большая честь
для гопников, чтобы о них рассуждали в газетах?
Или их надо всех пересажать, чтобы навсегда вы-
бить из бритых голов охоту к дракам, или—плюнуть
на них, пусть перебьют и перережут друг друга. Мо-
жет быть, оставшиеся одумаются.
Даешь Казань без «суперов»! Кончилось время гу-
манизации для этих мерзких подонков.
Светлана А., студентка КГУ.
Мпе надоели группировки, собирание денег, драки
А уйти от такой жизни не могу. Помогите же нам!
По отдельности все равно не переловите и не пе-
58
ревоспнтаете. Надо сообща заинтересовать. Напишите
объявление: «Группировка, нам нужна ваша помощь
в том-то н том-то...» И мы придем. Только чтобы все
честно. И обязательно, чтобы была выгода и нам.
Наташа К-, 20 лет.
Знаю, как проводят время «мотальщики». На сво-
их «сборах» они просто общаются между собой, слу-
шают музыку. Чем же, допустим, я отличаюсь от них?
Только тем, что они вместе, — а я скучаю одна. И ес-
ли они «махаются» «коробка на коробку», все это —
от нечего делать. У пацанов много сил и энергии. Они
просто не знают, куда их девать. Да н в кругу подро-
стков, таких, как ты сам, многие чувствуют себя че-
ловеком. Чаще всего в группировках те, кого не по-
нимают сверстники в школе или в училище.
Как я отношусь к «мотальщикам»? Положительно,
можно даже сказать — с каким-то уважением. Иног-
да хочется пойти к этим ребятам, потому что в нашем
классе каждый занят только собой. Как жнвет одно-
классник, его не интересует. Плохо тебе, хорошо —
никому нет дела. И пусть «мотальщики» бьют кого-то
Значит, бьют за дело. Да н какой пацан не дерется в
14—16 лет?
Лена О., 9-й класс.
Мне скоро четырнадцать. Понимаю, что все эти дра-
ка бессмысленны, но все-таки давайте разберемся.
Знаю, многих пацанов и девчонок, которые входят
в «конторы». Признаюсь, они нравятся мне больше —
никогда не предадут. Рассказываю обо всем, что набо-
лело, к они понимают. К тому же долго «мотаются»
только те, кто может молчать, кто не боится, если
нужно, отомстить за друга (побить обидчика, к при-
меру). Слабые же или сами «отшиваются», или их
«отшивают».
А. А.
5?
Вы все пишете, пишете, о наших проблемах, а
вникнуть в нашу жизнь не желаете. Говорите — дра-
ки. Л что, если они справедливы? Я, например, бью
из-за лжи, подлости и клеветы.
Пацану сегодня трудно. Если у него в армии все
сразу получается, значит, он испробовал себя раньше,
пока бегал от милиции через заборы. А тот, который
ничего не умеет, всю свою жизнь просидел над книж-
ками.
Нам нужно разрешать пробовать себя в жизни,
чтобы жили мы самостоятельно. Мне, например, скоро
надо выбирать профессию, а как, если я ничего не ис-
пытала?
Конечно, в таком возрасте мы все капризны, са-
ми не знаем, Чго хотим.
Постарайтесь нас понять...
Алла-
Мне кажется, потому и нет контакта с подростка-
ми, что их психология такова, что они не любят, ког-
да им приказывают или навязывают свое мнение Что
хотят — то и делают. Тут уж все зависит от самовос-
питания. А самовоспитание зависит от того, как чело-
век воспитан в семье.
Мне кажется, пацан думающий в группировку не
полезет. Другое дело — если его туда насильно втянули.
А вот меня и моего брата никогда не трогают. По-
тому что мы ведем себя соответственно — не лезем с
ними ругаться, но и не трусим перед ними. Они зна-
ют, что с нами иметь дело неинтересно. А лезут к тем,
кто сам старается себя показать, то есть ведет себя
вызывающе, или. наоборот, трусит.
Не надо искать каких-то определенных виновников
преступлений несовершеннолетних. Все зависит от об-
щества, в котором живет человек, от культуры обще-
60
ства, от школы, которая его учит. Когда человек ви-
дит, что всюду принуждение, он делает всем назло.
Л давят на подростка и школа, и родители, да и во-
обще все окружающие люди.
М. Алеева, школа № 127-
Не могу и не хочу больше жить в постоянной тре-
воге и страхе за близкого человека. Ему и мне пят-
надцать лет. У нас настоящая, проверенная во многих
трудных ситуациях дружба. Я знала, что он «мотает-
ся», но вначале не придавала этому значения. Потом
ходить туда, где дерутся подростки, запретила. Но
сегодня мой друг пришел и сказал: «Если мы в тече-
чение суток не пострижемся (это знак отличия кашей
местности), «молодые» или изобьют, или постригут
насильно». Я испугалась, уговаривала его уйти из груп-
пировки. Он ответил, что у них железные законы, «ав-
торы» не остановятся нн перед чем, только бы отом-
стить за «предательство» (так они называют уход из
«конторы»). Сижу и думаю: Каким он придет? Бри-
тым? С синяками? Или уже лежит в больнице?
Знаю, их много, раскаявшихся «мотальщиков» про-
стых, хороших пацанов. Знакома со многими девчон-
ками, которые тоже не знают, как помочь своим
друзьям.
Лена.
Вы пишете, что в «конторах» избивают пацанов.
А знаете ли, сколько достается девчонкам?
В группировках немало хороших ребят, которые
не могут вырваться оттуда. Помогите им! Пусть при-
дут к подросткам взрослые, увлеченные люди, кото-
рые станут там своими, войдут в доверие, поведут ре-
бят за собой. Ведь страдают от тех, кто «мо-
тается», абсолютно все, хотя и в разной степени.
Сколько же это может продолжаться?
Таня. 17 лет.
61
Вот вы напечатали письма ребят. Ну и что? Не-
ужели думаете, что чем-то поможете и тем, и другим?
Не верю в это!
Ну, прочитают ваши статьи в школе, пообсужда-
ют. Все, разумеется, будут на стороне учителя, кото-
рый отругает «мотающихся». Но ведь все эти разго-
воры только «для галочки!» Может быть, я и повери-
ла бы, что взрослые действительно в тревоге аа под-
ростков, если бы не услышала однажды от своего учи-
теля: «В школе не хами, а на улице я за тебя не от-
вечаю».
И еще хочу добавить: если бы не было группи-
ровок, мы Оы померли со скуки.
Света, 15 лет.
Расскажу о событии, которое изменило мой взгляд
на «мотальщиков». Однажды на базе отдыха мы об-
мечали день рождения знакомого парня. Мы—это
три девчонки и одиннадцать парней 17—20 лет, кото-
рые «мотаются» и считаются в нашем микрорайоне
«авторами». Поверьте, провести ночь в прокуренной, за-
ставленной бутылками даче с малознакомыми ребята-
ми, конечно, жутковато. Но пацаны были к нам вни-
мательны. Мы не услышали из их уст ни одного ос-
корбительного слова, поэтому вскоре перестали боять-
ся. Мы пели под гитару, рассказывали друг другу
смешные и страшные истории, гуляли по берегу. Но по-
том ребята стали вдруг шептаться, о чем-то договари-
ваться друг с другом и по очереди уходить с ключами
на свободную дачу. Мы узнали, чТо приехали девочки
(если их так, конечно, можно назвать), предлагаю-
щие свои услуги.
Представьте картину: сидим шумной компанией,
о чем-то разговариваем, а кто-то входит и, передав
ключи другому, как ни в чем нс бывало включается
в разговор. Когда я сказала другу о том, что те-
62
перь мве просто противно быть рядом с ним, о»
очень удивился: «Пойми, это для нас то же, что в
жару выпить воды. Иной раз, правда, и пить-то нс
хочется, но отказываться жаль. Но это же не люди.
Их никто не уважает».
Я не осуждаю парней. Ненавижу этих «общих»
девчонок.
Ольга, 17 лет.
Всюду слышу, что опасаться группировок нужно
мальчишкам. А девчонкам разве легче? Разве они не
«мотаются»? Да. конечно, мальчишек в «конторах»
больше, но ведь рядом с ними и девчонки. Мне кажет-
ся, им намного труднее.
Я ничего не предлагаю. Просто расскажу о себе.
Закончила восьмой класс, мне скоро будет пятнад-
цать.
Все началось после Нового года. В магазине ко
мне подошел пацан, сказал, что я ему понравилась и не-
плохо бы познакомиться. Я ответила: «С первым встреч-
ным не знакомлюсь»,— и ушла. Он догнал меня на
улипе. Подошел еще один, потом второй. Я сначала не
реагировала на их уговоры, но, испугавшись угроз, са-
ми понимаете, пошла. Теперь знаю: я и только я вино-
вата в том, что случилось потом на чердаке... Я приш-
ла домой раньше родителей, и они, к счастью, ничего
не заметили.
Прошел почти месяц. Я начала забывать о том ве-
чере. Но забыла и другое — то, что сказала им. где
учусь. И вот снова явился один из тех пацанов, снова
пригрозил, и я пошла к нему домой...
Теперь я познала весь смысл слова «шлюха». Не
знаю, что мне делать: часто останавливают пацаны,
просят или требуют идти с ними. Мне пока везло: на-
сильно никто не тащил.
Про то, что ко мне привязываются незнакомые ре-
63
бята, знают родители. Но им неизвестно, почему. Ро-
дители считают меня не совсем послушной, но честной
девочкой. Не думают, что я их обманываю. Но что
остается делать? Рассказать все? Уж лучше я пове-
шусь, отравлюсь, но только не это...
Мне не нужна помощь взрослых! Если справлюсь
со всем сама, вырасту в собственных глазах. А мне
это очень нужно для дальнейшей жизни, ведь после
Того, как им уступила, я себя презираю. Не ненавижу
даже — презираю. Ненависть считаю более благород-
ным чувством, чем презрение.
Марина.
Знаю многих девушек, которые в свои шестнад-
цать давно женщины. Ездят они с ребятами на дачи,
совершают дальние походы, а потом плачут н подуш-
ку. Но ведь ни одна уважающая себя девушка не
пойдет неведомо куда с незнакомым парнем, не усту-
пит ему, как бы ни угрожал! Все зависит только
от нее. И если парни рядом с девушками матерятся,
пьют, курят, а потом «снимают» их на ночь нлн пе-
редают друг другу, в результате чего они становятся
«общими», в этом только их вина.
Люба Е., 18 лет.
Почему взрослые нас так ненавидят? Почему
часто из мухи делают слона?
Я один раз случайно попала в милицию. И сделали
из этого такой шум, особенно в школе. Раньше я учи-
лась на четверки, а сейчас учителя смотрят на меня
косо, «топят» на уроках — ня скатилась на двойки
Поймите: у нас разные интересы, по-разному по-
нимаем одни и те же вещи Взрослые не понимают,
что сейчас не такие времена, как раньше.
Оля, 16 лет.
БЕДЫ МОЖНО БЫЛО
ИЗБЕЖАТЬ
НА РАЗВИЛКЕ ТРЕХ ДОРОГ
Весной в школах города идет предвари-
тельное распределение восьмиклассников по
разным учебным заведениям. О том, что эта
пора пришла, видно из читательских писем...
В преддверии новой волны мы системати-
зировали письма 1984 года и попросили про-
комментировать нх заведующего гороно
И. Валиуллина, заместителя начальника
Республиканского управления профтехобра-
зования Ф. Каримова, директора авиацион-
ного техникума Л. Фомина, заведующего го-
родским методическим центром профориента-
ции учащихся В. Степанова.
Корр.: К нам нередко поступают сигналы
о перегибах в профориентации. Восьмикласс-
нице школы № 34, например, отказали в
справке, без которой она не могла поступить
на подготовительные курсы в медицинское
училище. Оказывается, в школе она попала
в списки будущих учащихся ПТУ. Мы посове-
товали матери поговорить с директором шко-
лы, что та и сделала. Справку выдали.
Если вы заметили, все письма, которые мы
предложили вашему вниманию, приблизи-
тельно одинакового содержания: родители не
находят взаимопонимания с учителями.
66
И. Валиуллин. Откуда эта категоричность:
или школа — или техникум?
Я внимательно прочитал все письма, ад-
ресованные редакции. Немало приходит их и
в гороно. И обнаруживается одна закономер-
ность. Родители горячо отстаивают свои инте-
ресы, пишут освоих желаниях или нежелани-
ях, нередко ссылаясь на Конституцию страны.
Но до чего же невнимательно они читали этот
документ! Ведь там ясно сказано, что право
на выбор профессии осуществляется не только
н соответствии с желаниями учащихся и их ро-
дителей, но и с учетом потребностей обще-
ства.
Ф. Каримов: Что порой получается: решил
восьмиклассник выбрать рабочую профессию,
принес документы в ПТУ, а следом идет раз-
гневанный родитель и эти документы заби-
рает.
И. Валиуллин: Необходимо активно вли-
ять на родителей, доказывать им, что городу
сегодня нужны не только юристы и артисты,
но в первую очередь рабочие: строители, ме-
та ллообработчики...
В. Степанов: Мы попросили старшекласс-
ников составить список из десяти дефицит-
ных специальностей. Так вот: в списке не ока-
залось ни одной (!) действительно дефицит-
ной профессии.
И. Валиуллин: Родителей часто подводит
плохая информированность о возможностях
системы профтехобразования. Вот читатель
возмущен тем, что сына не берут в девятый
класс (тот пытался поступить в суворовское
училище). Зачем, мол, сыну профтехучилище,
если он собирается стать военным?
5*
67
Ф. Каримов: На месте отца я бы не оцени-
вал ситуацию так однозначно. Есть ли уве-
ренность, что сын выбрал профессию правиль-
но, что она соответствует его способностям?
Ну, а если все-таки профессия офицера —
призвание, что помешает молодому человеку
поступить в военное училище после окончания
ПТУ? Многие так и делают.
Корр.: Хотелось бы не согласиться с та-
ким советом. Профтехучилище — это все-таки
кузница рабочих кадров, а не промежуточное
звено в подготовке специалистов с высшим об-
разованием. Конечно, кто-то станет летчиком
и после ПТУ, как, скажем, сделал в свое вре-
мя Гагарин. Но если уже сегодня, в восьмом
классе, подросток уверен, что без неба ему
не жить? Не лучше ли ему учиться в девятом
классе, чтобы на него не рассчитывали на ба-
зовом предприятии?
Ф. Каримов: Думаю, что отец нс берет в
расчет ПТУ сознательно, ошибочно считая,
что только школа даст сыну полноценное
среднее образование.
Корр.: Дело, мне кажется, не в том, что
ПТУ недооценивают. Просто человек, выби-
рая между знакомым (школа) и незнакомым
(ПТУ), предпочитает первое.
Родители, действительно, плохо знают
возможности системы профтехобразования.
Приходилось в этом убеждаться не раз. На-
пример, в прошлом году консультировала одну
знакомую. Она была в полной растерянности:
учителя советуют ее дочери идти в ПТУ, но
в какое? По ее представлению, в училищах
учат лишь на строителя и на токаря. Переб-
рали все специальности, по которым обучают
68
в казанских училищах, и остановились на
ПТУ-10, где готовят будущих хлебопеков и
кондитеров. Девочка поступила туда и очень
довольна.
Неужели такую консультацию восьмикласс-
нице и ее матери не могли дать в школе?
Там предпочли другой способ: просто отказа-
ли в праве учиться в девятом классе.
Л. Фомин: Такие случаи сейчас — нс ред-
кость. По вопросам профессионального выбо-
ра принимают волевые решения. Приведу
пример из читательской почты.
Один восьмиклассник из школы № 91 хо-
тел поступать к нам, в авиационный техникум,
но ему отказались выдать документы на том
основании, что он якобы не достоин стать уча-
щимся техникума. Но ведь это должны были
показать вступительные экзамены!..
Дело доходит до смешного: педагогов тех-
никумов не пускают в школы.
Корр.: Раньше в школы нс пускали пред-
ставителей училищ.
Ф. Каримов: И сейчас не всех пускают, а
только из своего района. Девочки из Ленин-
ского района жалуются, что им не разрешают
поступать в швейное ПТУ' (оно в Бауманском
районе), в Приволжском за каждым учили-
щем закрепили конкретные школы...
Может быть, таким способом и можно до-
биться сиюминутного эффекта, укомплекто-
вать «свои» ПТУ. Но что будет потом, в сен-
тябре, мы знаем: около 20—25 процентов но-
вичков поменяют место учебы.
Так дискредитируется сама идея ориента-
ции на ПТУ. Возникает естественное чувство
69
недоверия к училищам, в которые надо за-
таскивать силой.
И. Валиуллин: Профориентация подобного
рода мешает не только сегодня (сколько тра-
гедий разыгрывается из-за этого в восьмых
классах!), она закладывает плохую основу
для будущего. Человек вряд ли посвятит свою
жизнь профессии, которую выбрали за него
другие — учителя и родители.
Л. Фомин: Мне кажется, многих конфлик-
тов можно избежать, если бы существовали
правила приема в девятый класс. Такие пра-
вила есть во всех учебных заведениях. Поче-
му нет их в школе?
И. Валиуллин: Этот вопрос непростой. Он
активно обсуждался на страницах печати, да-
же вносились предложения о конкурсных эк-
заменах. От этой идеи решительно отказа-
лись. В девятый класс может пойти любой
восьмиклассник, независимо от его успевае-
мости и поведения.
Л. Фомин: Это лишь на словах, на деле
получается другое.
Вы заметили, что число мальчиков в стар-
ших классах резко сократилось? Их в первую
очередь пытаются определить в ПТУ.
Ф. Каримов: Нам в этом учебном году
пришлось выдержать настоящие бои с некото-
рыми директорами школ, когда в ПТУ не ста-
ли принимать документы подростков, состоя-
щих на учете в инспекциях по делам несовер-
шеннолетних. Нас тоже обвиняли в наруше-
нии Конституции. Но разве не правильнее
оставить таких ребят в школе? Там их лучше
знают. В конце концов, свой брак школа обя-
зана исправить сама.
70
И. Валиуллин: Мы должны в течение всех
десяти лет подводить школьника к осознан-
ному выбору профессии. Тогда он не воспри-
мет совет учителей как давление, как ущем-
ление его интересов.
Л. Фомин: Ориентировать на училище мож-
но по-разному. Можно рассказать о профес-
сии, о месте будущей работы, а можно ак-
центировать внимание на вокально-инстру-
ментальном ансамбле или снортсекцни. За-
манивают в училища самыми неожиданными
способами. Например, в строительном ПТУ
готовят секретарей-машинисток или художни-
ков-оформителей, в заводском училище обу-
чают водителей. План есть, нет только рабо-
чих.
Тревожат и доплаты к стипендии, которые
сулят руководители некоторых предприятий.
Эти доплаты, конечно, помогут быстрее уком-
плектовать какие-то группы, но ведь они иска-
жают мотивы выбора.
Мне как директору техникума надо бы в
первую голову болеть о престиже средних
специальных учебных заведений: у нас сейчас
практически нет выбора. Но я думаю о судьбе
современного подростка вообще. Как рано он
должен принять первое самостоятельное ре-
шение, от которого во многом зависит его даль-
нейшая жизнь! Мы должны делать все воз-
можное, чтобы он не ошибся в выборе, не
спутал случайный интерес с истинным приз-
ванием.
В. Степанов: В первую очередь надо по-
мочь ему выбирать не учебное заведение, как
это часто делается, а профессию.
10 апреля 1985 г.
71
Справка из 1990 года
Этот материал сознательно выделен из публика-
ций до 1986 года. Поскольку в разговоре за «круглым
столом», состоявшемся в 1985 году — ключ к понима-
нию многих подростковых проблем. Тогда они еще
только зарождались. И как это ни печально, те, кто
сегодня ищет причины создавшегося положения, нема-
ло этому способствовали.
Закон о школьной реформе здорово подхлестнул
процесс, начатый в Казани после создания в 1979 году
городского центра профориентации школьников. Ста-
вилась вполне благородная задача — поднять в гла-
зах ребят престиж рабочих профессий, но решалась она
испытанными методами административной педагогики.
Нс дожидаясь эффекта от множества профориентацион-
ных мероприятий, решили подкрепить их силовым дав-
лением на тех ребят, которые, по мысли педагогов, ле
должны были учиться в девятом классе.
Не думаю, что в Казани нашлись особо инициа-
тивные люди. Может, чересчур послушные, ведь не-
реальные планы комплектования ПТУ, спускаемые в
школы с 1979 года, диктовались из московских каби-
нетов. На одном из больших собраний тогдашний сек-
ретарь горкома КПСС А. Кадырова с возмущением го-
ворила о том, что плановое количество восьмиклассни-
ков, которых школы должны направить в ПТУ, превы-
шает реальное количество ребят этого возраста, а ведь
часть еще должна была идти в девятый класс, в тех-
никумы.
Помнится, одно время Татарское управление проф-
техобразования шло в стране в лидерах социалистиче-
ского соревнования. Значит, план старались выполнись
н ю всех сил.
С появлением Закона о школьной реформе роди-
лась директива, которая подводила под эти действия
72
законные основания. Правда, я не помню там поло-
жения о том. что государство берет на себя право
принимать решение о выборе места учебы за ученика.
Если раньше отток восьмиклассников из школ шел
под психологическим давлением — на ребят, на родите-
лей. то с 1985 года началось резкое сокращение числа
девятых классов — в1984из!1229 восьмиклассников в
девятый класс были приняты всего 5316 человек. Под-
росткам не оставалось иного пути, как идти в ПТУ.
Потому что устроиться на работу было практически
невозможно — не разрешали.
Хорошо зная механизмы этого эксперимента (что
интересно, его антипедагогический характер понимали,
кажется, все), мы решили доступными нам силами хоть
как-то противостоять наметившимся тенденциям. Так
появился «круглый стал» «Па развилке трех дорог».
После этой публикации редактору газеты Л. Гав-
рилову было сделано серьезное внушение. Незадолго
др этого появившаяся на посту секретаря горкома пар-
тии по идеологии Ф. Знятдинова полагала, что «вверху»
лучше знают, где учиться восьмиклассникам.
Последующие годы — это время противоборства
газеты и руководящих органов. Опи — давили на шко-
лу, мы — писали о добровольности комплектов a mi я
ПТУ, о том, что каждый (!) может учиться в девятом
классе. Конфликты, как правило, решались в пользу
ребят, правда, как видим на примере десятиклассника
школы № 50 («Беседа проведена, распишитесь...), по-
рой это лишь продлевало их личные драмы.
Возможно, события развивались менее болезненно,
если бы под идею о приоритетности профтехобразова-
ния была заложена какая-то разумная основа. Проф-
техучилища, волевым росчерком пера превращенные в
средние, оказались не готовы к такому повороту собы-
тий. Хотя отдельные ПТУ действительно давали сред-
нее образование не хуже, чем в школе, казанцы не
73
могли не видеть, что педагогические кадри профтех-
образования слабее, что совмещение общеобразователь-
ной и профессиональной подготовки идет за счет пере-
грузки учащихся, что материальная база многих ПТУ
никуда не годится, и профессии при таком раскладе,
когда в мастерских стоят допотопные станки, а на прак-
тике ребята бьют баклуши, выучиться не удается.
Для парадной вывески имели прекрасный ком-
плекс, построенный Казанским авиационным производ-
ственным объединением имени Горбунова, другие учи-
лища старались гостям не показывать. Когда стали
чуть реальнее смотреть на веши, несколько ПТУ за-
крыли.
Конечно, какие-то добрые перемены ощущались.
Было построено несколько современных комплексов,
ряд училищ расширили площади. И педагоги прекрас-
ные были, и велись поиски таких форм учебы, которые
помогали бы выпустить из стен училища если не вы-
сококвалифицированного, то хотя бы неплохого рабо-
чего. Так. в ПТУ-51 ввели бригадный метод обучения.
Но все это не подняло престиж училищ, ои падал
год от года, как ни сопротивлялась этому администра-
тивная система.
В 1988 году удалось добиться отмены негласного
приказа о том, что восьмиклассникам документы на
руки нс выдаются. У ребят появилась реальная воз-
можность самим распорядиться собственной судьбой.
И число восьмиклассников в ПТУ упало с 4267 в 1937
до 2866. На следующий год, когда было разрешено ид-
ти работать, этим воспользовалось более 700 подрост-
ков. В ПТУ пошло 2749 ребят, в девятый класс 6747,
а всего восьмиклассников было 12 232.
Конечно, на отношение подростков к ПТУ влияло
слишком много факторов: и падение престижа рабо-
чих профессий, труда вообще, и чувство протеста па-
мятного еще давления, и боязнь учиться в «рассаднн-
74
ке преступлений», и желание праздно просидеть в шко-
ле еще два года, надеясь иа действие старого закона
«три пишем, два в уме». Тем не менее — результат есть
результат. Система профтехобразования оказалась в
кризисе. И Казань не являлась здесь каким-то исклю-
чением. Эти процессы с большими или меньшими
издержками шли по всей стране.
Трудно сосчитать, сколько подростков носило в се-
бе обиду за свою «второсортность*. Волевое комплек-
тование ПТУ обостряло не только их ненависть к
сверстникам, пользующимся уважением учителей, но и
притупляло веру в справедливость, ведь они видели,
как из школы изгонялись неугодные подростки, остава-
лись же тихие, послушные, либо имеющие «выгодных»
родителей (от директоров заводов до продавцов), об-
служивающих разными услугами как всю школу, так и
отдельных учителей.
Таким образом в ПТУ сконцентрировалась «кри-
тическая» масса так называемых трудных подростков.
Тут не могли не найтись желающие этим воспользо-
ваться. И номер училища, где предстояло подростку
учиться, стали называть уже не школьные педагоги, а
главари группировок.
Такая вот целенаправленная дискредитация систе-
мы профтехобразования (я пе касаюсь других причин
ее плачевного состояния) продолжалась много лет.
И мы дожили то того, что горожане дружно заго-
ворили о том, что все ПТУ стоят того, чтобы
их вообще закрыть и готовить рабочих на производ-
стве. Такая мысль стала возникать и в головах неко-
торых власть имущих. И вот уже современный комп-
лекс, построенный для своего училища заводом точно-
го машиностроения, чуть было не отдали под боль-
ницу.
Чем все это закончится? Давать прогнозы не бе-
русь. Не исключена новая волна произвола, посколь-
7S
ку решения по-прежнему принимают не там, где их
выполняют, а в высоких служебных кабинетах. Инже-
нерно-педагогические коллективы училищ № 10, 33, 42,
51 и других остались со своими проблемами один па
один. В Министерстве народного образования ТАССР,
объединившем две системы обучения, профтехобразова-
ние — в пасынках.
Боюсь, что мы на пороге еще одной серьезной
ошибки.
СЛОВНО НА РАЗНЫХ ЯЗЫКАХ
В последнее время взрослых все чаще беспокоят
проблемы воспитания подростков. Не все понятно в
их поведении родителям, немало загадок задают они
учителям и даже юристам.
Серия статей, подготовленных корреспондентом
«Вечерки»,—это попытка разобраться в причинах про-
исходящего, определить пути совершенствования воспи-
тания подрастающего поколения.
В драке на Горках участвовало около пя-
тидесяти подростков. «Выясняли отношения»
мальчишки восьмого и десятого микрорай-
онов. Начали драку ребята из десятого, но
явно переоценили свои силы. Пришлось спа-
саться бегством. Три парня при отступлении
упали, и им досталось больше всего...
Печальная хроника групповых драк под-
ростков дает немало примеров, когда фина-
лом этих далеко не детских игр становится
суд. Для некоторых ребят подобные «выясне-
ния отношений» закончились трагически.
Прежде чем задаться вопросом, почему та-
кое происходит, хочу предложить читателям
несложный тест.
76
Как вы оцените поведение подростка, если
он принимал участие в такой драке? Нет, не
бил, не бросал камни, железный прут даже в
руки не брал. Просто бежал вместе со всеми,
наводя страх на окружающих, а потом, в ре-
шительный момент, по какой-то причине, осоз-
нанно или нет, сумел остаться в стороне?
Уверена, однозначной оценки не будет.
Одни поделят ответственность на всех, а зна-
чит, и этого, оставшегося в стороне, будут
требовать наказать по всей строгости закона.
Другие сердобольно пожалеют, втянули, мол,
несмышленыша в дурную компанию, но он,
заметьте, все равно не дрался...
Оценка зависит от одного обстоятельства.
Сегодня, когда сын сидит дома и мирно смот-
рит телевизор, родители гневно обличают рас-
поясавшихся подростков. Л завтра, в зале су-
дебного заседания, они же будут твердить о
невиновности собственного чада, который дей-
ствительно не дрался (он играл роль наблю-
дателя).
Если суд будет руководствоваться нашими
противоречивыми оценками, он наверняка за-
плутается на пути к истине. Между тем нам
сейчас никак нельзя терять объективности.
Да, детские шалости наших великовозрастных
детей зашли слишком далеко и никак нельзя
мириться с этим. Но, с другой стороны, мы,
взрослые, должны отчетливо представлять се-
бе, что суд отправляет подростка не в пио-
нерский лагерь. И если он идет на это, значит,
не видит другого пути к исправлению.
Наказывая несовершеннолетнего, судьи и
народные заседатели как ни в каком другом
случае думают о будущем подсудимого. Как
77
оно сложится, это будущее, зависит прежде
всего от самого подростка. А еще — от нас с
вами. От того, какими глазами мы взглянем
на случившееся. Посчитаем это досадной слу-
чайностью, нелепым стечением обстоятельств
или попытаемся понять, где допустили промах
в воспитании наших детей.
...Трудно оставаться беспристрастным, ко-
гда читаешь обвинительные заключения, ви-
дишь нагловатые физиономии ребят, развяз-
ных даже здесь, в суде. Ну, а если прихо-
дится встречаться с ними на улице, видеть,
с какой жестокостью они дерутся...
Сегодня не каждая мать может поручиться
за то, что ее сын не входит в дворовую груп-
пировку. Ведь они есть во многих микрорай-
онах города.
Если разобраться, ничего предосудитель-
ного в этих компаниях нет. Психологи, изу-
чающие особенности этого возраста, утверж-
дают, что общение со сверстниками приоб-
ретает для ребят очень большую ценность: в
компании они чувствуют себя взрослее, а по-
тому увереннее. Особенно привлекательны так
называемые стихийные группы, полностью
свободные от опеки взрослых. Однако цен-
ности, цементирующие уличные группы, иног-
да бывают антисоциальными, и тогда группа
может стать преступным сообществом или
хулиганской шайкой.
Знакомство с судебными делами о подро-
стковых драках позволяет заметить, как ве-
лико влияние такой компании. Она диктует
особый стиль поведения — развязный тон,
браваду, порой нарочитую невоспитанность...
Один подросток никогда не сотворит того, что
78
он сделает в компании сдрузьями. Они сами
признаются в этом на допросах.
Мне приходилось наблюдать дворовые
компании на дискотеке Молодежного центра
(теперь на танцы ходят в основном парни).
В зале было два круга, в которые не вставал
ни один посторонний. Без труда можно было
определить, кто в компании главный,—он на-
чинал делать какое-то движение, все дружно
подхватывали...
Что случается, если эти танцующие круги
вступят в конфликт, можно видеть на приме-
ре драки во Дворце культуры имени Урицко-
го. Некоторым подросткам после драки пот-
ребовалась помощь медиков. А потом был су-
дебный процесс.
Жестокость несовершеннолетних преступ-
ников потрясает. Они бьют лежачего, не ща-
дят слабого. Считается нормальным, когда
несколько человек нападают на одного.
«Зачем вы подобрали кирпич?» — этот
вопрос судья Р. Уразманов задавал всем под-
росткам, привлеченным к уголовной ответ-
ственности за драку во Дворце культуры
строителей.
Они ухмылялись, эти великовозрастные
дети: разве не ясно, зачем? Чтобы побольнее
было... «При это я сознавал, что грубо нару-
шаю общественный порядок в микрорайоне,
сознательно этого желал, знал, что за мои
действия могут меня наказать, как хулига-
на»,— это откровенное признание сделал на
допросе у следователя учащийся СПТУ-51
Григорьев.
Убегая на улицу от диктата взрослых, ре-
бята оказываются в еще большей зависямо-
79
сти от своих же сверстников. Правда, не хо-
тят в этом признаваться. «Если я не захочу
сам, на драку не пойду»,—уверял меня один
из подростков. А пятью минутами раньше го-
ворил о том, что за неповиновение бьют. Не
в одном протоколе допроса я читала о том,
как запугивают подростков, стремящихся не
внязываться в драки. «Не придешь — побьем
самого»—такое напутствие, например, полу-
чила вся группировка восьмого микрорайона
Горок.
Таковы законы этого «товарищества».
Много испытаний вынесет несовершенно-
летний преступник, пока поймет, что товари-
щество, которое он спасал в кабинете следо-
вателя и зале суда,— ложное. Л пока, подчас
себе во вред, он стоит на страже его интере-
сов: «Кто был в ДК еще, не знаю». «Никого
не видел», «Никого не знаю...» — вот типич-
ные ответы на допросах. Кое-кому благодаря
таким показаниям удается выйти сухим из
воды. Выгораживают чаще всего сильного —
мести своих сверстников некоторые подростки
боятся больше, чем суда.
А вообще-то все они храбрые только в
компании. Поодиночке празднует труса каж-
дый. Стараясь уйти от ответственности, изво-
рачиваются, как могут: не признают свою ви-
ну, меняют по несколько раз показания. Та-
кое ощущение, что их никто и никогда не учил
быть честными.
Пожалуй, наиболее «способным» в этом
отношении оказался выпускник школы № 122,
ныне студент КГУ Каширин. Сначала он на-
писал объяснительную от имени некоего толь-
яттинца, приехавшего в Казань в гости. По-
80
том, когда в милиции узнали его настоящую
фамилию, признал, что был в тот вечер, когда
произошла драка, во Дворце культуры имени
Урицкого, но участие в ней отрицал. И толь-
ко обезоруженный показаниями товарищей
по компании и свидетелей, сознался, что на-
ходился на дискотеке.
В ходе следствия выяснилось, что Каши-
рин уже прибегал к чужой фамилии. В сен-
тябре прошлого года, когда вместе с другими
ребятами ехал на драку в Бауманский район
и их задержали работники милиции, благода-
ря этому он ушел от ответственности. На сей
раз тоже предусмотрительно отдал кому-то
свой студенческий билет. Пояснил следовате-
лю: не хотел, чтобы о его пребывании в мили-
ции узнали в университете. Заботиться о сво-
ей репутации его, видно, научили, ведь учился
он в показательной, английской школе. Вот
только все ли средства хороши для этого?..
Видимо, на этот счет не было у них там раз-
говора.
Сверстники дали Каширину красноречи-
вую кличку — Мелкий, Значит, у них были
основания убедиться, каково его истинное
лицо.
Чудеса изобретательности проявляют
участники драк, чтобы доказать свое алиби.
Чаще всего они прибегают к помощи «своих»
девушек. Так, один из подозреваемых писал
в объяснительной записке, что в часы драки
он был с подругой в театре. Вскоре выясни-
лось, что они не бывали в театрах ни в тот
злополучный вечер, ни ранее.
Иногда девушки, как и названная выше,
не идут на такую ложь. Однако не все спо-
е л зи
8!
собны выдержать столь серьезный нрав-
ственным экзамен: только в Московском рай-
суде в последние месяцы привлечены к уго-
ловной ответственности за дачу ложных пока-
заний три человека.
Оборотная сторона медали — полное рав-
нодушие к тому, что происходит с твоим зна-
комым, товарищем. Одна из учащихся хими-
ко-технологического техникума на допросе
сказала следователю, что видела среди деру-
щихся своего приятеля. Потом выяснилось,
что она сказала неправду. Свидетельница
объяснила это так: «Назвала его, чтобы в ми-
лиции быстрее отвязались. Могла назвать лю-
бого...» О том, чем могло закончиться для
парня такое свидетельство, она не поду-
мала.
Мне показалось, что подсудимые пока еще
не осознали, что с ними случилось. Они слов-
но продолжают играть в какую-то странную
игру. Правила в ней заданы, и от тебя требу-
ется беспрекословно им подчиниться.
Следователи, судьи задают подросткам
один и тот же вопрос: «Где корни вражды
дворовых компаний?» В большинстве случаев
звучит ответ: «Не знаю». Это на самом деле
так: они не знают. Аглиуллин, один из лиде-
ров группировки восьмого микрорайона Го-
рок, попытался объяснить так: «У нас устано-
вился такой порядок: они не должны появ-
ляться на нашей территории». Когда и кем
заведен такой порядок, он тоже не знает. Ви-
димо, для того, чтобы его лучше соблюдать, он
на момент драки нигде не учился и не рабо-
тал. Ранее был судим, но получил отсрочку
исполнения приговора.
«2
Из-за чего в сущности началась драка в
десятом микрорайоне? Из-за того, что маль-
чишки одного двора поиграли в футбол на
хоккейной площадке чужого двора и ее, если
можно так сказать, хозяева решили их за это
наказать. В этой драке погиб мальчишка...
Сидя в зале суда, наблюдая за подсуди-
мыми и их родителями, думаешь о том, как
нелепо все получается. Как будто разбили до-
рогой сосуд — и уже не склеить его. И это в
самом начале жизни, когда так много мечта-
ется о будущем, когда весь мир перед тобой.
И вот подрублены у мечты крылья...
Дело юристов — разобраться, кто виноват
перед законом больше, а кто меньше. Но пе-
ред своими сверстниками они виноваты в оди-
наковой степени. Тем, что разделили Казань
на зоны нездорового соперничества, заставив
играть в свои нелепые игры сотни других ре-
бят. Посудите сами: погоду в городе делает
не большинство. Как нам сообщили в Управ-
лении внутренних дел, групповые драки слу-
чаются в окрестностях нс полных трех десят-
ков школ. А ведь общее их число — почти 140.
Наказывают ребят строго: большинство
лишаются свободы на достаточно длительные
сроки —от двух до семи лет. Ведь они не ма-
ленькие и ответственность должны нести
сполна.
Вот только далеко не все подсудимые эту
ответственность чувствуют. Если они и гово-
рят о раскаянии, то чаще всего в их словах
нет искренности. «Олег, скажи, ведь тебе
стыдно?» — спрашивала сына во время судеб-
ного заседания одна из матерей. Я наблюда-
ла за парнем: стыдно ему не было.
6
83
Нравственные представления подростков
не могут не вызывать тревоги. Они видят мир
в каком-то искаженном зеркале. Так, в амери-
канском фильме «Конвой» многих привели в
восторг сцены погони и драк. Одно время его
даже запрещали показывать в кинотеатрах
Казани.
У них свои представления о долге, о му-
жестве, о дружбе. Даже такое важное в этом
возрасте понятие, как справедливость, пред-
стает в искаженном виде. Они не видят ниче-
го несправедливого в том, что дерутся пятьде-
сят человек, а на скамью подсудимых попада-
ют десять-семнадцать...
Порой мы словно говорим на разных язы-
ках. Это становится особенно очевидным в за-
ле суда. Подростки, обвиняемые в злостном
хулиганстве, в намеренном нарушении обще-
ственного порядка, чувствуют себя... героями.
Суд пытается возвратить всем понятиям
их первозданный смысл: преступники ничего
общего не имеют с настоящими героями. Па
их «геройство» есть соответствующие статьи
в Уголовном кодексе РСФСР. Но почему так
восторженно встречают подсудимых на улице,
когда они по узкому проходу идут к машине?
Тут есть о чем подумать...
6 июня 1986 г.
ВОСПИТАНИЕ НАКАЗАНИЕМ
Многие подростки, которых принято назы-
вать трудными, уже не удивляются повышен-
ному интересу к своей персоне. «Где только
его не обсуждали!» — эта фраза часто звуча-
ла в залах судебных заседаний. Имелись в
Bl
виду не только многочисленные разборы в
учебном коллективе, на педсовете и родитель-
ском комитете, но и более серьезные разгово-
ры. В комиссии но делам несовершеннолет-
них, например.
Из тринадцати участников одной из драк
шестеро состояли на учете в инспекциях по де-
лам несовершеннолетних. Два участника дра-
ки на Горках уже были осуждены, но получи-
ли отсрочку исполнения приговора. И через
некоторое время снова преступили закон...
Все это заставляет задуматься об эффектив-
ности работы по профилактике правонаруше-
ний.
Зачастую она сводится к лекциям на пра-
вовые темы, встречам подростков с работни-
ками правоохранительных органов. Если мож-
но так выразиться, это воспитание устраше-
нием: нарушите закон — вас накажут.
Закона большинство мальчишек боятся,
однако это не мешает нм совершать противо-
правные действия. Почему?
Известно, что воспитание, основанное на
создании внешних стимулов, на использова-
нии всякого рода поощрений и наказаний, для
которого ребенок — только объект, неизбежно
терпит крах в главном: оно не формирует
подлинную личность, не создает основ, внут-
ренних побуждений для ее активности. Одна-
ко сколько ни призывают нас ученые уйти от
авторитарных форм воспитания детей, мно-
гие предпочитают добиваться выполнения
своих требований любой ценой.
Одно из распространенных средств воздей-
ствия в таком случае — угроза наказания.
Увы, учителя — люди, знающие основы пси-
85
хологии не понаслышке,— исключения тут не
составляют. В роли «кнута» они очень часто
используют родителей. До чего тут можно
дойти, рассказала в письме в редакцию мама
одного третьеклассника (дело давнее — фа-
милии называть не буду). Учительница ее
сына не нашла другого способа научить маль-
чика сидеть на уроке смирно, как ежедневно
в течение недели оставлять в его дневнике
соответствующую запись. Это продолжалось
до тех пор, пока ребенок не отказался ходить
в школу. С помощью редакции конфликт был
улажен, и сейчас у мальчика взаимоотноше-
ния с учителями нормальные
На угрозы и наказания скоры все. Но если
ребенок может простить чрезмерную стро-
гость отцу или матери, то учителям — не всег-
да, тем более что порой она осложняется не-
доверием, нежеланием взрослых вникнуть в
существо дела и несправедливыми оценками.
Сужу по многолетним наблюдениям: не
всегда педагоги учитывают, что детям свой-
ственны какие-то шалости, зачастую безобид-
ные. Но то, что в годы нашего детства каза-
лось естественным и нормальным, сегодня ре-
шительно пресекается. В хулиганы нередко
зачисляют просто непоседливого ребенка.
Думаю, не зря само понятие «школа» для
некоторых ребят ассоциируется с местом, где
постоянно наказывают. Однако современные
дети не стали от этого послушнее и дисципли-
нированнее. Наоборот, они доставляют все
больше хлопот и неприятностей своим непо-
слушанием.
С детства помним, что самая страшная
угроза связывалась с именем «дяди милнцио-
86
нера». Так вот, сейчас эта мифическая фи-
гура материализовалась в инспектора по де-
лам несовершеннолетних, и угроза стала ре-
альной: за непослушание могут поставить на
учет. Приходилось слышать, как «учетом» пу-
гали третьеклассника, а в разговоре с пяти-
классником брали на порядок выше: ему
угрожали судом.
В одной школе на учет грозились поста-
вить девятиклассников, которые самовольно
ушли из загородного лагеря труда и отдыха,
где для них не было работы. Директор дру-
гой школы рассказывала, как безуспешно
убеждала инспектора ИДИ в том, что маль-
чика, запустившего в ручей горящий бумаж-
ный кораблик, можно наказать как-то иначе...
И одновременно на учет ставят подрост-
ков, совершивших кражу, избивших случай-
ного прохожего, оскорбивших женщину...
Но ведь каждому ясно, какие это разнове-
ликие поводы! И результат: в поле зрения
милиции оказываются нс только подростки,
действительно требующие пристального вни-
мания, но и самые обычные мальчишки, чье
поведение не представляет социальной опас-
ности. О какой индивидуальной работе может
идти речь, если на учете в каждой инспек-
ции — десятки подростков?
При таким массовом охвате не сформиру-
ешь у ребят четких правовых ориентиров:
границы между шалостью и правонарушени-
ем в их представлении не всегда четки. И по-
том— все поставленные на учет автоматиче-
ски уравниваются, попадают в разряд «труд-
ных». И за малейшую провинность — разбо-
ры, обсуждения...
87
Представляю, сколь болезненно переносят
это мальчишки, которых поставили на учет
«на всякий случай». Некоторые из чувства
противоречия и в самом деле становятся труд-
ноуправляемыми.
Однако, пожалуй, самая драматичная
участь — у ребят из неблагополучных семей.
По сути их ставят на учет... за родителей.
Именно так случилось, например, с Гришеч-
киным, одним из участников драки в ДК
строителей.
Материалы следствия представили его как
самого непослушного, не поддающегося абсо-
лютно никакому влиянию. В милиции его уже
знали в лицо — так часто он задерживался.
Надо сказать, всегда за дело — за бродяжни-
чество, за употребление спиртных напитков,
«за попытку драки». Трижды его поведение
обсуждалось районной комиссией по делам
несовершеннолетних.
Л началось все в шестом классе. Один из
разговоров с отцом закончился для мальчи-
ка вызовом «скорой помощи». Отец ударил
его так сильно, что неделю пришлось проле-
жать в больнице. Причина — подросток в
чем-то ослушался родителей. Видимо, этот
эпизод был в жизни Гришечкина не единич-
ным. И в седьмом классе он впервые убежал
из дома. Целую неделю где-то пропадал. Тог-
да его и поставили на учет в ИДИ — за «злост-
ное уклонение от учебы».
Материалы следствия и судебных процес-
сов не дают возможности детально проанали-
зировать работу инспекций по делам несовер-
шеннолетних. Однако пришлось наблюдать
некоторые факты, которые не могут не насто-
88
рожить. Характеристику на участников одной
драки, состоящих на учете, давали инспекто-
ра, которые с ними знакомы не были. Один
инспектор указал в характеристике несовер-
шеннолетнего Зиновьева, а затем подтвердил
в суде, что у подростка патологическая
склонность к правонарушениям. Однако, от-
вечая на вопрос адвоката, не смог подтвер-
дить свою мысль конкретными фактами. Го-
ворил о том, что Зиновьев любит рисоваться,
пререкаться со старшими, однако это скорее
свидетельствует о плохом воспитании, чем о
патологии. Педагоги СПТУ-2, где Зиновьев
учился, мнение инспектора не разделили. Под-
росток, конечно, не сахар, но и не «уголовный
фанатик».
Найдут ли общий язык воспитатель и по-
допечный, если взрослый подходит к оценке
поведения подростка с заведомо ложных по-
зиций? Вопрос, конечно, риторический...
Народный суд, рассмотрев дело о драке
в ДК строителей, вынес в адрес Вахитовской
районной инспекции по делам несовершенно-
летних частное определение, отметив серьез-
ные недостатки в ее работе с подростками.
Недостатки эти типичны. Как отметил один
из судей, инспектора ( в основном это жен-
щины) охотнее работают с бумагами, чем
с мальчишками. Понять их можно: труд
инспекций до сих пор оценивается по бума-
гам, тогда как важнее конечный результат.
Если добиваться не бумажного, а реального
влияния на жизнь дворовых компаний, то ни
о каком формализме не может быть и речи.
А пока его много — и в организации шефства
89
над «трудными» подростками, и в работе с
неблагополучными семьями.
Стоит, видимо, четко определить, что же
такое «учет в ИДН»: средство профилактики
или наказание? Я слышала и одно мнение, и
другое. Подростки воспринимают учет одноз-
начно— как наказание. Из разговора со стар-
шеклассниками поняла, что у них это вроде
«боевого крещения». Свидетельство о взро-
слости, так сказать.
К постоянным наказаниям привыкают.
Некоторые даже суд воспринимают как оче-
редное разбирательство. Плохо, что органи-
зация судебных процессов по делам о груп-
повых драках порой этому способствует. Ду-
мается, напрасно не соблюдается ритуал су-
да. Уже он дисциплинирует. Допрос ведется
с места, когда подсудимый находится бок о
бок со сверстниками и чувствует их под-
держку. А ведь ему сейчас так необходимо ос-
таться с законом один на один.
Профессионально подготовленный судеб-
ный процесс тоже воспитывает. И не только
подсудимых. Тем, кто был на заключитель-
ном, выездном заседании Приволжского суда,
рассмотревшего дело о драке на Горках, на-
долго запомнится горячее выступление после
приговора Антонины Петровны Тимофеевой,
судьи. Она уже много лет занимается делами
несовершеннолетних и не могла на этот раз
ограничиться служебными рамками. Высту-
пила как старший товарищ, как мать. Внима-
тельно слушали ее учащиеся СПТУ-11 и 51:
это их товарищей лишили свободы.
Потом я пригласила в редакцию комсо-
мольских активистов из этих училищ. Говори-
90
ли долго. В том числе и о «трудных» ребятах.
Поинтересовалась, стремятся ли они, чтобы
их сняли с учета в ИДН. Оказывается, стре-
мятся, но потому, что... надоедает отмечаться
в инспекции. Не очень нравятся и регулярные
приходы инспектора домой, в училище.
Контроль, конечно, не помешает. Однако
не стоит переоценивать его роль. На скамье
подсудимых я видела подростков, которых
мамы буквально водили за руку на дискотеку
и кино. Но разве уследишь за каждым шагом
вполне взрослого сына?
Казалось бы, с подростка, поставленного
на учет в инспекции, глаз не спускают. Куда
там... Пришлось встретиться с поразительным
фактом: в характеристиках восьмиклассни-
ков, перешедших учиться в ПТУ, не указано,
что они состоят на учете. Пока педагоги проф-
техучилищ это выяснят, новичок уже успеет
натворить что-нибудь еще.
Почему так происходит? Объяснение про-
стое: в последние годы приемные комиссии
ПТУ без большой охоты берут документы
школьников, привлекавшихся к ответственно-
сти за противоправные действия, и учителя
нашли способ «усыпить их бдительность».
В школе № 83 в характеристике ученика 8 «Г»
класса Королева «забыли» указать, что он
судим, получил отсрочку исполнения пригово-
ра.
Спрашивается, о ком в подобных случаях
беспокоятся учителя — о ребятах, которые
нуждаются в пристальном внимании, или о
себе, собственном спокойствии?
Знакомясь с уголовными делами, наблю-
дая во время судебных заседаний за подсуди-
91
мыми, я долго не могла понять, в чем причи-
ны их «геройства». Объяснение нашла у пси-
хологов. Оказывается, если ситуация, когда
ребенок в общении со взрослыми предпочита-
ет быть наказанным, но нс подчиниться их
требованиям, повторяется часто, то восприя-
тие наказания уже не будет вызывать у него
чувства стыда и позора, без которых наказа-
ние бессмысленно. Напротив, он будет испы-
тывать чувство гордости и самоутверждения.
Такая неадекватная оценка, к сожалению,
получает поддержку в среде их сверстников.
Товарищи по дворовым группам проникаются
к ним большим уважением за то, что не вы-
дали других. Одноклассники, однокурсники
чаще жалеют, даже если на классных часах и
комсомольских собраниях выступают с осуж-
дением. Еще хуже — когда они проявляют
полное равнодушие к их проступкам.
Очень важна для несовершеннолетних под-
судимых реакция на случившееся их родите-
лей. В каждой семье разные между ними от-
ношения, но в такие минуты любой подросток
обычно жалеет отца и мать, видя, какое горе
им причинил.
Нет слов, родители переживают не луч-
шие минуты в своей жизни. Но во имя буду-
щего своих же детей надо оставаться гражда-
нином в это трудное время. Ведь по отноше-
нию родителей, как по камертону, сыновья оп-
ределяют меру своей вины и ответственности.
Вот только камертон этот не всегда надеж-
ный. Порицая сына в кругу' семьи, они вся-
чески защищают свое чадо перед законом.
«Запомни: ты никого не видел и ничего не
знаешь!» II такое пришлось услышать в зале
92
суда. Какой урок при этом получил молодо»
человек, которому адресовался этот совет?
Отец Рязанова, член партии, слесарь-нн-
струменталыцик таксомоторного парка, помо-
гал дочери редактировать заявление прокуро-
ру с ложным алиби. Не брезговала средства-
ми для того, чтобы увести сына от ответствен-
ности, и мать Гордеева, воспитатель детских
яслей № 22.
Стремясь защитить свое чадо, родители
проявляют завидную активность. В уголов-
ных делах — десятки заявлений от знакомых,
соседей подсудимых. Механика их написаний
проста: родители составляют текст, знакомые,
соседи подписываются. Подобное произошло
и в механико-технологическом техникуме.
Когда за участие в драке на улице Карбы-
шева был задержан учащийся Маннанов, на
стол прокурора города легли сразу два заяв-
ления с просьбой освободить его из-под стра-
жи: от руководства учебного заведения и
коллективное, от группы, в которой подросток
учился. В них Маннанов характеризовался
только с положительной стороны. Как выяс-
нилось в разговоре с педагогами и активиста-
ми группы, они действительно знали его как
хорошего ученика и товарища, так что в за-
явлениях не погрешили против истины. Вот
только было ли у них право на эти заявле-
ния? Педагоги и однокурсники к моменту под-
писания заявлений знали Маннанова всего
полгода. Срок слишком малый, чтобы пись-
менно гарантировать, что, «совершив ошибку,
он все осознал и впредь никогда больше не
повторит». Мало того, авторы заявлений да-
же не поинтересовались, а что, собственно.
93
натворил Маннанов. И заявлений они не пи-
сали: «подмахнули» текст, написанный роди-
телями Маннанова.
...Я была в зале Дворца культуры строи-
телей, когда там на открытом судебном про-
цессе оглашали приговор. В глазах родствен-
ников стояли слезы. «Почему так строго?» —
этот вопрос пришлось слышать неоднократно.
И вспомнилось, как несколькими днями рань-
ше матери подсудимых, обсуждая ход допроса
своих сыновей, говорили о том, что серьезного
повода для судебного разбирательства нет —
ведь материальный ущерб от драки невелик.
Будто все в нашей жизни измеряется только
материальным ущербом...
7 июня 1986 г.
ЭТОТ НЕСЛУЧАЙНЫЙ СЛУЧАЙ
При подготовке этого материала приш-
лось разговаривать со многими казанцами —
и удивительное дело: вопрос о том, что надо
сделать, чтобы уличные компании не калечи-
ли судьбы наших детей, практически всех за-
ставал врасплох. А ведь я шла по проторен-
ному пути! Мои собеседники — родители, пе-
дагоги, руководители трудовых коллективов,
где работают отцы и матери подсудимых, —
уже вступали в контакт с работниками орга-
нов правосудия, а те пытались выяснить то
же самое.
Вот несколько конкретных примеров.
— Нет, обсуждения поведения подрост-
ков пока не проводили. Ждем решения су-
да,— так ответили в СПТУ-2.
94
А в это время уже шел судебный процесс
и перед судом выступали мастера производ-
ственного обучения этого училища. С их по-
мощью судья Р. Уразманов и народные засе-
датели пытались понять причины случивше-
гося. Ведь среди подростков, привлеченных к
уголовной ответственности за драку в ДК
строителей, было шесть учащихся второго
курса СПТУ-2.
Педагоги СПТУ-41 оказались в «лучшем»
положении: по делу о драке в ДК имени
Урицкого проходил лишь один их воспитан-
Иик — первокурсник Цветков. О случившемся
сочли достаточным поговорить в его группе.
Остальных учащихся просто проинформирова-
ли на линейке. Похоже, серьезного разговора в
группе не получилось. Во всяком случае, во-
прос о том, почему Цветков («надежный че-
ловек, очень интересовался профессией радио-
механика, трудолюбивый, вежливый») ока-
зался на скамье подсудимых, так и остался
открытым. Не ответили комсорг и староста
группы и на другой вопрос: что конкретно де-
лается в училище, в его комсомольской орга-
низации, чтобы на месте Цветкова не ока-
зался другой?
В школе № 111 моя невидимая собеседни-
ца (разговор был телефонным) сразу пошла
в наступление:
— Вы смотрели телепередачу «Двенадца-
тый этаж»? Поучительная передача. Там ска-
зали: «Школа болеет болезнями общества»...
Что же вы от нас хотите?
Чтобы узнать мнение общественности,
не надо было никуда ходить — достаточно оз-
накомиться с материалами следствия, где
95
представлены характеристики на родителей
подсудимых.
Впрочем, те из них, которые довелось про-
читать, никакой помощи следствию оказать
не могли. Там порой даже не указано, что у
данного работника есть дети. Зато щедрой
рукой рассыпаны лестные эпитеты: добросо-
вестный, инициативный, дисциплинированный
труженик, ударник коммунистического тру-
да, наставник молодежи, активный общест-
венник, член ДНД, работает над собой, повы-
шает технические знания и так далее и тому
подобное.
У нас нет оснований не верить этим сло-
вам. Но почему бы руководству завода неф-
тесмазок и РТИ объединения «Казаньрезиио-
техника» не задуматься над тем, уместна ли
в данном случае информация о том, что де-
журный слесарь-сантехник Григорьев «поме-
щался на Доску почета»? Справедливее было
бы указать, что отец четверых детей часто
выпивал, случалось, и на собрания в школу
приходил нетрезвый.
Впрочем, откуда все это знать руководи-
телям завода? Их, да и не только их, всегда
интересовал Григорьев-работник, а не отец.
Не принято у нас вмешиваться в «чужие
дела».
Возможно, во все и не следует вмеши-
ваться. Но уж коли обнаружилась брешь в
семье, особенно в воспитании детей (за упо-
требление спиртных напитков сын Григорьева
был поставлен на учете ИДН), не закрывать
бы глаза. Глядишь, общими усилиями беду
предотвратили бы (подросток проходил по делу
96
о драке на Горках как один из ее организато-
ров).
Официальные ответы на представление
следственных органов и частнье определения
суда вызывают еще большее недоумение.
Обкатанные, безликие, трафаретные форму-
лировки: «Указано на плохое воспитание де-
тей»; «Потребовали больше внимания уде-
лять детям»; «Строго указали...». Но дело да-
же не в стандартных формулировках.
Всех «осудили» — на собраниях, заседа-
ниях профкомов. Это по официальным кана-
лам. А неофициально, между собой пожале-
ли, посочувствовали: ведь и впрямь беда с че-
ловеком стряслась.
В Приволжском районе решили погово-
рить о драке на Горках во всех трудовых кол-
лективах. На собрания приглашались работ-
ники правоохранительных органов. Кое-где
удавалось вызвать народ на серьезный раз-
говор о воспитании детей. Ведь не для того
же. чтобы пальцем указать на провинивше-
гося родителя, отвлекались люди от дел.
Некоторые мамы и папы честно попросили
о помощи — сами справиться с детьми не мо-
гут. За такими семьями закрепили коммуни-
стов-наставников. Миссию эту доверили толь-
ко тем, кто сам выразил желание рабо-
тать с подростками. Проверено на опыте: при-
нудительное шефство помощи не даст.
Все это радует. Но чем объяснить, что до
сих пор осталось без ответа представление
следственной группы в адрес Приволжского
РОВД, в котором шла речь о плохой работе
инспекции по делам несовершеннолетних?
Такие представления были посланы и в
7 л-311
97
трудовые коллективы, где работают родители
осужденных по этому делу подростков. Отве-
ты пришли лишь из двух организаций.
Почему молчали руководители Казанского
спецотдсления «Сельхозтехники», инженерно-
строительного института, где работают роди-
тели Лглиуллина и Гулевича, зачинщиков
драки? Те, кто писал представления в адрес
этих организаций, имели все основания ут-
верждать,что подростки не получили должно-
го воспитания в семье. К моменту драки они ни-
где не работали и не учились. Мало того, са-
ми родители во время следствия и судебного
заседания вели себя недостойно. Отец и мать
Гулевича, например, не явились на вызов
следователя. Родители Аглиуллина пытались
освободить сына от ответственности с по-
мощью лжесвидетелей.
Практически не понес серьезного наказа-
ния и Чиглеев, водитель КПОГАТ-2. Началь-
ник отдела кадров сообщил, что после обсуж-
дения на общем собрании Чиглеев обещал
наконец заняться сыном, устроить его на ра-
боту (тот бездельничал с июля прошлого го-
да). С трудоустройством теперь придется на
несколько лет повременить. А вот как быть
с обещанием? Ведь наверняка давалось оно
не в первый раз, если, как сообщается в от-
вете из КПОГАТ-2. Чиглеев за плохие воспи-
тание сына неоднократно обсуждался на за-
седании цехкома. Единственное наказание,
которое он понес: сняли с междугородных
маршрутов.
Создается впечатление, что ответы на пред-
ставления судебных органов пишутся в тиши
служебных кабинетов — отписались, и ладно.
98
Знают ли в трудовых коллективах о случив-
шемся, задумались ли о причинах? Почему
остаются в стороне партийные огранизацин?
Почему до сих пор вопросы воспитания детей
в семье практически не рассматриваются на
заседаниях партийных и профсоюзных коми-
тетов, на собраниях, а если и рассматрива-
ются, то уже после того, как началось след-
ствие?
Особая ответственность лежит на родите-
лях — членах партии и руководителях. В
последнее время спрос с них за воспитанно
детей поднимается. Так, пришлось расстаться
с должностью начальника отдела кадров тре-
ста «Каздорстрой» Катаеву, ему объявлен
выговор по партийной линии. Партийная ор-
ганизация «Татхимчнстки» на своем собрании
заслушала отчет генерального директора объ-
единения Гатауллина о воспитании сына:
подросток неоднократно вызывался на засе-
дания районной комиссии по делам несовер-
шеннолетних.
Однако должна заметить, что наказание
в таком случае —не самоцель. Важнее дру-
гое: помочь сослуживцу разобраться, почему
сын оказался на скамье подсудимых, а заодно
и остеречься всем остальным. Ведь ошибки
в воспитании детей, особенно подростков, ти-
пичны.
Представляю, как тяжело человеку дер-
жать ответ перед товарищами по работе, еще
тяжелее — в суде. Вряд ли родители грешат
против истины, когда в ответ на вопрос, по-
чему сын принял участие в драке, в лучшем
случае признаются, что причин не знают, в
худшем — всячески свое чадо оправдывают.
1* 99
— В наше время тоже дрались, — твердят
отцы. Правда, справедливости ради добавля-
ют: — Но не с такой жестокостью...
С годами забывается, что в любое время
были подростки, отличавшиеся особой агрес-
сивностью. Однако не они задавали тон
во дворах, школах и училищах, наверное, во
многом потому, что сверстники не гнулись пе-
ред ними, как тростинки.
А сегодня что не характеристика, то «без-
вольный», «легко поддается дурному влия-
нию», «несамостоятелен в решениях...»
Кто же воспитал их такими?
Показателен разговор в одном из дет-
ских садов, где работает мама осужденного
подростка. Мой интерес к личности матери,
заведующей детсадом, был понятен, и она по-
делилась со мной своими наблюдениями. Но
когда я спросила, какие же выводы из слу-
чившегося сослуживцы сделали как педагоги,
моя собеседница удивилась: « У нас ведь ма-
ленькие дети, они так не дерутся».
Но как не бывает дерева без корней, так
не бывает человека без детства. Так ли уж
случайно участие подростков в драках, как
пытаются представить иные взрослые?
Много прошло перед моими глазами ре-
бячьих судеб, и у каждой были свои истоки.
Только не хотят видеть этого ни родители,
ни педагоги. Потому что зачастую ниточка
тянется от них самих. Как правильно заме-
чено, мы киваем на других (родители на
учителей, учителя — на родителей, а все вме-
сте— на улицу) потому, что стараемся заг-
лушить укоры собственной совести.
100
К педагогам школы №111 я напросилась
на долгий разговор. Он и впрямь продол-
жался дано — пять часов. Поначалу они ве-
ли стойкую оборону — с этим уже приходи-
лось встречаться и в других педколлективах.
Сама мысль подвергнуть сомнению ту боль-
шую работу, которую школа проводит с деть-
ми, казалась учителям оскорбительной. Нс
принималось во внимание и то, что работа
эта не дает ожидаемого результата.
И только когда мои собеседницы убеди-
лись, что я пришла не затем, чтобы оцени-
вать их труд, а вместе с ними проанализиро-
вать случившееся, они всерьез задумались,
почему же Гордеев, Бажанов, Севостьянов и
Муктасипов оказались на скамье подсудимых.
Педагогов сейчас критикуют часто и ие
без оснований.
Конечно, не во всех бедах виновата шко-
ла. Однако зачастую именно на педагогов
взваливают всю вину. И они вынуждены ду-
мать не о том, как исправить создавшееся по-
ложение, а о том, как снять с себя не всегда
справедливые обвинения.
Между тем слово и дело школьных учите-
лей, преподавателей и мастеров производ-
ственного обучения ПТУ могут стать сегодня
решающими.
8 июня 1986 г.
101
СПРОСИ С СЕБЯ
Разговор с учителями школы № 111 на-
чался с проблем семейного воспитания.
Многолетняя практика убеждает педаго-
гов в том, что самый короткий путь наскамью
подсудимых — у ребят из неблагополучных
семей. Судьбы конкретных подростков дают
возможность наблюдать весь «букет» этого не-
благополучия: безотцовщина, пьянство роди-
дителей, семейные конфликты... Болезненно
переносят подростки развод родителей. Сов
сем плохо для подростков, если он осложня-
ется длительными конфликтами, как это слу-
чилось у подсудимых Сагдеева и Виноград-
ского (отец с матерью развелись, но продол-
жали жить в одной квартире, терзая детей
выяснением отношений).
Однако сложнее всего складывается для
подростков жизнь в семье с пьющими родите-
лями. Чаще пьют отцы, но пришлось встре-
титься и с выпивающей мамой.
На этом же процессе по делу о драке в
ДК строителей довелось узнать о семье Весе-
ловых. В уголовном деле есть такие пронзи-
тельные до боли строки: «Отец сильно пил.
Видимо, поэтому я плохо учился, давалась
учеба с трудом. Когда развелись, стал
учиться лучше». Несколько лет отец не жил
с семьей; однако в то время, когда подросток
оказался под влиянием уличной компании,
родители снова сошлись.
Пил и отец Сагдеева, учащегося СПТУ-11.
Разведясь с женой, он никуда не ушел. Про-
должавшиеся скандалы бывших супругов не
могли не травмировать парня. О том, как
102
складывались его отношения с отцом, крас-
норечиво говорит тот факт, что подросток не
смог сказать следователю, ин где конкретно и
кем работает отец на заводе «Сантехприбор»,
ни в каком году он родился.
И дело тут не в том, что в семье алкого-
лика обязательно вырастет пьяница, хотя и
такое случается. Ребята из неблагополучных
семей чаще других оказываются в уличной
компании.
И еще одно наблюдение. У подростков,
воспитывающихся в неблагополучных семьях,
чаще отмечаются такие черты, как мститель-
ность, агрессивность, озлобленность, стремле-
ние подавлять других. Недовольство соб-
ственной жизнью они, порой неосознанно,
выплескивают на своих сверстников.
Неблагополучные семьи у педагогов —
как на ладони, и они, как могут, стоят на за-
щите интересов детей. Бывает, выходят в со-
ответствующие инстанции с ходатайством о
лишении родительских прав.
Гораздо сложнее дело обстоит с семьями,
которые не вызывают больших опасений.
Однако именно в них, судя по изученным мной
уголовным делам, воспитывалось большин-
ство участников групповых драк. У ребят есть
братья и сестры. Семьи, в основном, полные.
Далеко не всех отцов и матерей можно упрек-
нуть в том, что сын рос без родительского гла-
за. Во всяком случае семьи бывших учеников
школы №111 Севостьянова, Гордеева, Мук-
тасипова и Бажанова неблагополучными не
считались, хотя эти ребята хлопот учителям
доставляли немало. Это теперь, задним чис-
лом, мои собеседницы без особого труда об-
юз
наружили уязвимые места в семейном воспи-
тании мальчиков. Одна мама во всем пота-
кала сыну; другая слишком опекала свое ди-
тя, Поощряя его явно завышенные претензии;
третья практически никак на сына не влияла,
смирившись с тем, что все его недостатки —
от отца; четвертая восстановила подростка
против отца собственным к нему неуважени-
ем... Четыре разные семьи—четыре пути, ве-
дущие в тупик.
Когда судья А. Тимофеева сказала мне,
что одна из главных причин подростковых от-
клонений в том, что родители не пользуются
у своих детей авторитетом,я удивилась: ведь
среди законных представителей подсудимых
по делу о драке на Горках не было плохих
матерей, отцов-тунеядцев или алкоголиков.
Антонина Петровна пояснила:
— Для того, чтобы быть авторитетом для
ребенка, мало не пить или хороню работать.
Надо еще правильно жить...
Не так уж много надо, чтобы дети усом-
нились в истинах, которые родители пропове-
дуют. Достаточно один раз поступить вопреки
им. Это хорошо видно по семьям, где родите-
ли — педагоги.
«Прямая, честная, принципиальная», так
характеризовали мне в детсаде № 126 воспи-
тательницу Каширину. Она наверняка учила
быть честным и принципиальным своего сына.
Но принципиальность ее, видимо, простира-
лась до определенного предела. Она не поме-
шала Кашириным иметь в доме два самогон-
ных аппарата.
Соколов с его средними способностями
мог и не поступить в школу с математическим
104
уклоном, но там работала его мама. И что
из этого получилось: учиться в школе он не
смог, вынужден был перейти в кулинарное
училище, где оставил о себе недобрую славу
прогульщика и лентяя. «Из-под влияния ро-
дителей вышел»,—таково мнение педагогов
училища.
Но вряд ли будет правильно говорить
лишь об авторитете родителей. Дети оцени-
вают не только их, но и соседей по дому, зна-
комых, учителей — весь мир взрослых в под-
ростковом возрасте подвергается критическо-
му анализу. И не потому ли наши слова о
действительных ценностях жизни не всегда
доходят до подростков, ибо они видят, что и
взрослые зачастую поклоняются совсем дру-
гим идолам?
Перемены в нашем обществе, наметившие-
ся в последнее время, не могут не отразиться
на воспитании детей. Ведь такие недостатки,
как показуха, формализм, очковтирательство,
расцвели пышным цветом и в школе, где раз
рыв между словом и делом губителен более
всего. Даже такое чисто школьное явление,
как процентомания, сейчас стало всеобщей
«болячкой», привело к тому, что сотни выпуск-
ников школ не любят, не умеют, а главное
не хотят честно трудиться. В этом легко убе-
диться, изучая короткие биографии подсуди-
мых. Все не без способностей, однако переби-
вались на тройки. Профессию в ПТУ выби-
рали наобум, там тоже учились кое-как. Но
это еще не все. Вместе с процентоманией в
школе поселилась неправда, которая в конеч-
ном итоге сняла с ребят всякую ответствен-
ность за свои знания. Оценки стали более
105
нужны учителям, чем детям. В обстановке,
когда самоуправление практически сведено
к нулю (даже в том случае, если ученические
организации по указке учителей проявляют
«кипучую деятельность»), воспитать самостоя-
тельность, инициативу, стремление к совер-
шенствованию не так-то просто.
Так что не стоит учителям ждать, пока
общество перестроится. Есть непочатый край
работы по устранению собственных огрехов.
Только вот нс хотят видеть их педагоги.
Как я ни просила моих собеседниц в 111-й
школе сосредоточить внимание на недостат-
ках школьного воспитания, они упорно дела-
ли акцент на плохой работе других: родите-
лей. трудовых коллективов, милиции. Но дело
даже не в этом. Тем более что в своем кругу
они более самокритичны. Печалит другое: не
всегда разговор о педагогических упущениях
подкрепляется поиском путей их ликвидации.
Убедилась в этом нс только в школе № 111.
С кем бы ни разговаривала, четкой програм-
мы действий ни у кого нет. Отсюда возможны
шараханья из одной крайности в другую (вче-
ра полная безнаказанность, сегодня — упова-
ние на железную дисциплину), попытка бо-
роться со следствиями, не устраняя причин, !
их породивших.
Нс думаю, что здесь возможны какие-то
рецепты. Проблема слишком сложна, чтобы
определить конкретные пути на все случаи
жизни. У педагога они одни, у родителей — 1
другие, у руководителя предприятия — третьи, I
v прохожего на улице — четвертые. И в то же
время речь не идет о никому нс ведомых фор- I
мах воспитательной работы.
106
Нередко можно слышать, как просчеты в
воспитании пытаются оправдать отсутствием
материальной базы: нет, мат, рядом Дома
культуры, кинотеатра, дворового клуба... Ко-
нечно, хорошая база воспитанию помощник,
и город во многом в дачгу перед детьми. Но
не надо преувеличивать ее роль. Открыли дво-
ровый клуб «Спутник» в Вахитовском районе,
а подростки в него не пошли, предпочитая,
как и прежде, собираться на улице...
Наивно полагать, что можно решить проб-
лемы подросткового возраста сразу, немедлен-
но. Их появление лучше предупредить, обра-
тив особое внимание на подрастающих маль-
чишек и девчонок. Еще лучше последовать со-
вету многих поколений: воспитывать дитя, по-
ка оно поперек лавки лежит.
Однако сегодня внимание педагогов пе-
реключено на работу с «трудными» подростка-
ми. В результате, как призналась на суде ма-
стер производственного обучения СПТУ-2
Л. Георгиева, другими заниматься просто не
когда. Если учесть, что большинство участ-
ников драк, как и ее воспитанник Веселов, на
учете в ИДИ не состояли, это не может не
тревожить.
Нас постигнет неудача и в том случае, ес-
ли будем решать проблемы взаимоотношений
ребят из разных микрорайонов только сила-
ми взрослых. Горком и райкомы ВЛКСМ в
последнее время предприняли практические
шаги по активизации самих подростков. Так,
на Горках создан оперативный комсомоль-
ский отряд, и десятки старшеклассников сами
следят за порядком на улицах. Но это — как
107
«Скорая помощь». А нужна серьезная профи-
лактическая работа.
Дело чести комсомольцев школ и ПТУ —
вернуть авторитет своим организациям, так
изменить жизнь в учебных заведениях, чтобы
подростки потянулись к ним, а не к дворовым
атаманам. Уличная компания тоже может
стать союзником, если удастся сориентиро-
вать ее на что-то хорошее.
Правда, тут без помощи взрослых не обой-
тись. Школы, училища, дворовые клубы очень
нуждаются в надежных шефах. Нужны не
просто пионерские вожатые, руководители
кружков, тренеры. Нужны энтузиасты, гото-
вые посвятить себя детям не только по долгу,
но прежде всего по зову сердца. Они есть се-
годня, но их мало.
Неужели в большом городе не найдутся
такие энтузиасты? Может, они просто не зна-
ют, с чего начать, к кому обратиться? Далеко
ходить не надо. Дело есть и во дворе, и в со-
седней школе. Опыт показывает, что в тех го-
родах, где к организации работы с подрост-
ками подходят неформально, где созданы все
условия для творчества настоящих ребячьих
комиссаров, проблемы правонарушений под-
ростков (кстати, характерные не только для
Казани) удается решить.
Как ни странно, даже сейчас многие пред-
почитают оставаться в стороне. Показателен
один телефонный звонок в редакцию. Какой-
то мужчина возмущался, что вынужден встре-
чать своего взрослого сына после спортивных
тренировок. «Когда наконец в городе будет
наведен порядок?» — вопрошал он.
Выслушав его, я поинтересовалась, смог
108
бы он, работник вуза (мужчина предста-
вился), организовать для ребят из класса свое-
го сына или двора какой-нибудь кружок.
Мон собеседник опешил:
— А при чем тут я и какой-то кружок?
Пусть милиция лучше работает...
Позиция, пожалуй, характерная. Уповаем
на милицию, комсомол, городские власти,
требуем с педагогов... Они, конечно, сложа
руки не сидят: принят ряд важных решений
по улучшению воспитательной работы с деть-
ми. А почему бы каждому горожанину не
спросить с себя: что могу сделать лично я?
Нет, кивают на других, шлют гневные письма
в редакции центральных газет, партийные ор-
ганы. будто приедет из Москвы некто всесиль-
ный и наведет у нас порядок. Никто, кроме
нас, этого не сделает.
Как показали беседы с педагогами, этот
вопрос пока не задают себе даже они. Учите-
ля мало соотносят судьбы своих учеников с
общими бедами школьного воспитания, а свою
работу — с общей ситуацией. А раз так, то
откуда взяться чувству личной ответственно-
сти за все происходящее?..
Жаль, что учителя и комсомольские работ-
ники не ходят без вызова на судебные процес-
сы. Там на эффективность воспитательной ра-
боты начинаешь смотреть другими глазами.
Педагогика — передовой фронт борьбы за
наше будущее. Л на переднем крае трудно,
практически невозможно отсидеться в сторо-
не.
Хорошо бы каждому ощутить себя на ме-
сте юного героя известной повести Сэлинд-
жера «Над пропастью во ржи»: «...Я себе
109
представил, как маленькие ребятишки играют
вечером в огромном поле, во ржи. Тысячи
малышей, и кругом—нн души, ни одного
взрослого, кроме меня. А я стою на самом
краю обрыва, над пропастью... И мое дело —
ловить ребятишек, чтобы не сорвались в про-
пасть... они играют и не видят, куда бегут, а
тут я подбегаю и ловлю их, чтобы они не сор-
вались...»
Не это ли главная задача: уберечь наших
детей от опасности? Ведь они пока ее не ощу-
щают...
9 июня 1986 г.
СИЮМИНУТНЫЙ УСПЕХ —
НЕ ГЛАВНОЕ
Мой собеседник — кандидат философских
наук, доцент Казанского филиала Высшей
юридической заочной школы Н. С. Фатхуллнн.
Как всякого обществоведа, его не могут не
интересовать проблемы преступности не-
совершеннолетних. В составе специальной
группы он проводил в Казани социологиче-
ское исследование, выявляя причины группо-
вых правонарушений и пути их предотвраще-
ния. Был командирован в Москву, в НИИ
Прокуратуры СССР для знакомства с новей-
шими научными достижениями, а также с
опытом практической деятельности в этом
направлении в других городах.
Это тот случай, когда ученые взялись ре-
шать конкретную практическую задачу. Но
насколько бы выиграло дело, если бы союз
науки и практики состоялся пораньше.
НО
Я спросила Наримана Садреевича, пов-
семестно ли наблюдаются групповые право-
нарушения подростков. Вот что он ответил:
Как тут нс вспомнить общеизвестную
истину о том, что философы лишь объясняют
мир, а надо его переделать. А переделывать —
это уже дело практиков.
В последние годы о правонарушениях не-
совершеннолетних говорится и пишется мно-
го. Вроде бы принимаются меры, а положение
к лучшему не меняется. Думается, происходит
это потому, что идет борьба идей, но нет
борьбы за претворение этих идей в жизнь.
В жизни пока все остается по-старому.
В большинстве случаев.
Слов нет, сближение науки и практики
необходимо. Но надо еще посмотреть, что ему
мешает. На мой взгляд, ученые более распо-
ложены к практике, чем практические работ-
ники к науке. Социологи еще лет 10—15 лет
назад дали объяснение многим наблюдае-
мым сегодня явлениям, изложили свои пози-
ции и предложения, как это у нас принято,
аргументированно и доказательно. И что же?
Их рекомендации не приняты. Почему? Мы
не знаем. Те, кто не принял, не утруждал се-
бя доказательствами.
Помнится, несколько лет назад я написал
статью «Пациент медвытрезвителя», по тем
временам очень острую и нелицеприятную.
Мне в публикации отказали: вы, мол, слиш-
ком обобщаете. А как же в нашем деле без
обобщения, тем более если для него есть все
основания?
— Но ведь учителя, работники правоохра-
нительных органов — все, кто причастен к ра-
111
боге с детьми, делами много. Школа теперь
вообще работает без выходных.
— Этот еще ни о чем не говорит. Довольно
часто приходится встречаться с неправильным
пониманием самой практической деятельно-
сти. Не трогая корней явления, люди пыта-
ются уничтожить его плоды и тратят на это
громадные усилия. Но так в лучшем слу-
чае можно решить какие-то сиюминутные за-
дачи. Л у нас работа на далекхю перспекти-
ву.
Что сейчас происходит? Правоохранитель-
ные органы вынуждены ужесточать наказа-
ние несовершеннолетних. Одной из распро-
страненных его форм стала изоляция от об-
щества. Нам кажется, что мы лечим болезнь,
а на самом деле лишь загоняем ее вглубь.
Подростков не запугать. Они просто изощ-
реннее будут маскироваться, чтобы не пойма-
ли. Сомневаюсь, что таким наказанием мож-
но изменить психологические, моральные,
житейско-нравственные установки подсуди-
мых. К тому же некоторые подростки воспри-
нимают наказание как несправедливость по
отношению к ним.
Удивительное дело, но некоторые наделен-
ные большими полномочиями лица понимают
практическую работу как процесс принятия
решений. Однако положение меняют не слова,
а дела.
— А может, люди просто не знают, что де-
лать. потому что не видят причин происходя-
щего? Спросите в любой аудитории, откуда
эта вражда между микрорайонами. Ни сами
подростки, ни взрослые сразу ответа не дадут.
— Подростки — это понятно. Они действи-
112
тельно могут и не осознавать, что творят. Но»
взрослые!..
Между прочим, это очень удобно: делать
вид, что ничего не знаешь, ничего не понима-
ешь. Когда зло не разгадано, за него и спро-
сить трудно. Остается недоуменно пожимать
плечами. Это, если хотите, социальная безот-
ветственность тех, кто по долгу службы дол-
жен знать, что происходит с подростками.
Тайн в поведении несовершеннолетних нет.
Психологи, социологи, криминологи давно
объяснили непонятные, на первый взгляд, от-
клонения в поведении ребят. Неужели вы
всерьез полагаете, что они есть только у ка-
занских подростков?
— И какие же причины толкают их на
правонарушения?
— Это тема отдельного разговора. К том}
же многие из них ваша газета уже назвала
в публикациях пол рубрикой «Город и под-
росток»: упущения в школьной практике, се-
мейном воспитании, социальном управлении,
идеологической работе...
Причин много, и они взаимосвязаны. Не-
которые с течением времени привели к обра-
зованию нового качества состояний и типов
повеления. Скажем, традиционные драки на
льду Кабана, которые проходили, как прави-
ло, один раз в году, сейчас трансформирова-
лись в драки между жителями разных микро-
районов.
— Выходит, это наследие прошлого?
— Я бы не сказал. Мы слишком долго
утешали себя тем, что объясняли наблюдае-
мые в обществе пороки наследием прошлого.
И вот сформированы новые поколения, а по-
8 Л-311 113
роки живы. Мало того: появились новые.
Я имею в виду бездуховность, запоздалое
гражданское становление, иждивенчество мо-
лодежи.
Когда наблюдаешь и сравниваешь жизнен-
ные явления, интересные вещи порой обнару-
живаются. Скажем, я полагал, что работа в
сфере обслуживания и торговли определен-
ным образом деформируют этико-правовое
сознание молодых люден. А когда мы провели
н Татарии социологическое исследование, ока-
залось, что туда в большинстве идут юноши
и девушки со смещенными нравственными и
правовыми установками. В этом случае при-
ходится говорить не только и не столько о
том, что человека портят обстоятельства,
сколько о том, что он сам ищет такие обстоя-
тельства, осознанно или неосознанно.
Значит, причины следует искать в дотру-
довом периоде социализации личности, то есть
в детстве.
— Выходит, мы опять должны бросить уп-
рек школе?
— Безусловно, школа, если в ней должным
образом не поставлено воспитание, может
способствовать деформации личности. Но ре-
шающим я бы все-таки назвал влияние
семьи.
Деятельность семьи, в отличие от других
социальных институтов воспитания, наиме-
нее регламентирована. Каждая семья в зави-
симости от своих установок вырабатывае.
собственные ценности и передает их детям.
Духовно бедные семьи меньше сориентирова-
ны на общественные, больше — на внутри-
групповые интересы. В такой обстановке ча-
114
щс всего формируется неколлективнстская
личность с эгоистическими наклонностями и
чувством социальной безответственности На
наш взгляд, так называемый корпоративный
тнп семьи за последние 25 лет получил очень
широкое распространение.
Здесь уместно напомнить о том, что взя-
тый с середины 50-х годов чрезмерно подчер-
киваемый курс на значительное улучшение
материального благосостояния при отстава-
нии темпов развития культуры оказался лож-
ным. Предполагалось, что достижение чело-
веком материального достатка повлечет за
собой н духовное развитие. Увы, жизнь опро-
вергла такого рода ненаучное прогнозирова-
ние.
— Анализируя причины подростковых от-
клонений, определяя меру ответственности ро-
дителей, педагогов, различных социальных
институтов воспитания, не снимаем ли мы от-
ветственность с самих ребят? Ведь они уже
взрослые люди. Во всяком случае очень хотят
быть взрослыми.
— Опасность распыления ответственности
действительно есть, вину на других, как пра-
вило, взваливают и сами подростки. Для них
это своего рода психологическая защита.
Сначала они убеждают в собственной неви-
новности других, а потом постепенно и себя.
Плохо, когда этому способствуют родители.
И все-таки сегодня больше беспокоит дру-
гое: как сформировать чувство ответственно-
сти за свои поступки, как развить у молодого
человека стремление к самосовершенствова-
нию?
Нравственное воспитание молодежи нераз-
8*
рывно связано с формированием активной
жизненной позиции. А это, в свою очередь,
предполагает определенную меру самостоя-
тельности, ответственности. Сегодня, пожа-
луй, особо актуально звучат ленинские слова
о том, что «нельзя воспитать ответственность,
не поручая ответственных дел». К сожалению,
самостоятельности нашим детям не хватает.
Они не самостоятельны даже в своих общест-
венных организациях. Не потому ли комсомол
во многом утратил свое влияние среди моло-
дежи?
Формализм в работе школ и профтехучи-
лищ оттолкнул ребят от организованных кол-
лективов. Они все чаще предпочитают нефор-
мальные группы, то есть дворовые компании.
— Где же выход?
— В двух словах не скажешь.
У нас нет другого пути, как искать выход
в той самой среде, которая породила все эти
нездоровые явления. Как писал В. И. Ленин,
«учение, воспитание и образование молодежи
должно исходить из того материала, который
оставлен нам старым обществом».
Чтобы выбрать наиболее эффективные
средства, важно изучать болезненные процес-
сы во всех их проявлениях. То есть работу по
профилактике правонарушений надо вести не
стихийно, а на научной основе. И ученые го-
товы дать практикам конкретные рекоменда-
ции. Есть такие рекомендации и в справке,
которая подводит итоги социологического ис-
следования в Казани. Мы представили ее в
горком партии.
Многие из этих рекомендаций можно воп-
лотить в жизнь уже сегодня. Например, раз-
гиб
работать единую комплексную систему, объ-
единяющую усилия всех заинтересованных сто-
рон, с единым центром управления.
Прежде всего я бы запретил диффузию
ответственности за положение дел. У нас по
десятку шефов и ответственных лиц на каж-
дого «трудного», а толку нет. Недаром гово-
рится: «У семи нянек дитя без глазу».
Анализируя обстановку в городе за не-
сколько лет, мы пришли к выводу о том, что
КПД социального управления воспитанием
очень низок. Нет каких-либо надежных ме-
ханизмов, эффективно воздействующих на со-
циализацию подрастающего поколения.
Нужен государственный подход к реше-
нию проблемы Пора создать специальный ор-
ган, который отвечал бы за работу с моло-
дежью в комплексе. Силами одной общест-
венности, как бы она ни была активна, трудно
поправить положение. Пример тут показывает
Пенза, где за короткий срок сумели перело-
мить ситуацию. Там проблемами подростков
занимались предметно и на самом высоком
уровне. В условиях жесткого контроля была
создана материальная база для работы по
месту жительства. Нашлись люди, которые
занимаются воспитанием неформально... Не-
ужели мы не сможем сделать то же самое в на-
шем городе? Пока же больше решений и
имитации дела.
Напоследок пример из жизни. Одни про-
фессор из года в год ставит перед будущими
юристами одну и ту же задачу. Во дворе жи-
лого дома ежевечерне собираются подростки,
поют под гитару, что,' естественно, мешает
жильцам. Вопрос: «Что следует предпринять
117
в связи с поступающими от жильцов жалоба-
ми?» Так вот, 90 процентов ответов предпо-
лагают варианты принудительного воздейст-
вия: запретить, наказать и т. д. И лишь 10
процентов слушателей рекомендуют подыс-
кать для ребят такое место, где бы они, му-
зицируя по вечерам, никому не мешали.
Увы, позиция первой группы сегодня очень
распространена. II не только среди юристов.
Сложившаяся в городе, еще раз замечу,
не только у нас, неблагоприятная ситуация с
молодежью формировалась годами. Отсюда
вполне понятна необходимость столь длитель-
ной, настойчивой, кропотливой работы по ис-
правлению. Ставка на сиюминутный успех,
волюнтаристские методы в этом случае край-
не опасна и потому недопустима.
4 декабря 19d6 г.
ГЛЯДЕТЬ В КОРЕНЬ
Александр Геннадьевич Корнишин был
замполитом в СПТУ-15. В конце прошлого
учебного года перешел на преподавательскую
работу.
— С ребятами и так останусь, — пояснил
мне при встрече.— Я не «праздничный» чело-
век. А на посту замполита больше праздника-
ми занимаешься, чем реальным делом Да
еще бумагами. Не по мне это...
Человек он удивительный. -' Бывший член
Б КД КАИ, повидавший многих подростков,
преступивших закон, он тем не менее сохра-
нил к этому племени очень добрые чувства.
«Любого можно натолкнуть на преступле-
118
ние, если окружающим нет до него дела», —
считает он. И все эти годи пытается создать
в своем училище такую систему отношений,
которая бы начисто исключала равнодушие.
Сам он человек в высшей степени нерав-
нодушный. Пишет по научному серьезные,
с формулами трактаты о педагогике, стучится
со своими идеями в разные, в том числе и ре-
дакционные двери. Вот так мы и встретились
однажды. Инициативу в разговоре сразу взял
он. Такой уж у него хаоактер — наступатель-
ный и решительный.
В последнее время проблемы воспита-
ния стали рассматриваться на страницах ва-
шей газеты через призму подростковых груп-
пировок. Давно пора...
Помню, в ноябре I984 года я был вызван
«на ковер» и один из кабинетов Ленинского
райисполкома по причине стремительного ро-
ста правонарушений в училище. Был устроен
форменный разнос, после которого я сделал
вывод: административную систему не интере-
сует дело. Когда я попытался объяснить, что
проблему группировок не разрешить в преде-
лах одного училища, меня сурово прервали:
- Оставьте наши бредни при себе! В Ка-
зани никаких группировок нет. Работать надо
лучше, а те...
Лишь в 1985 году группировки, наконец,
заметили.
Их надо разобщить и ликвидировать!—
быстро смекнули «наверху». И спустили нам
«рецепт»:
— подростков вовлечь в кружки и секции,
заставить'посещать культурно-массовые ме-
роприятия;
119
— проводить разъяснительную работу о
правонарушениях с подростками и их родите-
лями. Чем чаще, тем лучше.
Так началась работа под лозунгом: «Да-
ешь «второе расписание:»! Нам било приказа-
но силой держать учащихся в ПТУ после за-
нятий. Создавалось впечатление, что на по-
мощь милиции, заняв кресла в райкомах и
райисполкомах, собрались все массовики-за-
тейники города.
— Александр Геннадьевич, думается, вы
очень строги в оценках. Мы действительно
оказались неготовыми к развивающимся со-
бытиям. Не так-то просто было сориентиро-
ваться, найти выход.
— Но почему к выработке решений не бы-
ли привлечены ни обществоведы, ин психоло-
ги? Почему решения принимались «наверху»
и никто не поинтересовался нашим мнением?
И что в итоге? Необходимое, но все же
второстепенное направление воспитательной
работы выдавалось за главное. На это трати-
лись силы, деньги, а главное — время. А под-
ростки, словно выполняя чью-то злую волю,
ежегодно десятками отправлялись в места ли-
шения свободы.
В начале 1987 года бредовые идеи разоб-
щить «конторы» с помощью организации до-
суга (не без помощи журналистов, кстати)
потеряли свою популярность. Па повестку дня
был выдвинут новый лозунг: «Всех подрост-
ков устроить на работу!»
— Надеюсь, против этого лозунга вы воз-
ражать не станете?
— Нет. Он стоит к проблемам воспитания
гораздо ближе, чем предыдущий. Но в жизнь
120
его претворяли в лучших традициях нашей ад-
министративной системы.
— Мы не сдвинем дело с мертвой точки,
пока не переориентируем группировки на бо-
лее полезные занятия, чем «балдением в подъ-
ездах.
— Не так-то легко это сделать, если иметь
в виду законы их жизни, которым подростки
подчиняются безропотно. Кстати, мне непо-
нятно, почему мы до сих пор называем груп-
пировки подростковыми, если от 10 до 40 про-
центов их составляют «старики» в возрасте
от 20 до 35 лет. »
— Называем так по привычке. Но тот
факт, что многими группировками действи-
тельно руководят взрослые, как-то странно
действует на организаторов работы с моло-
дежью. Разоружает, что ли. Л с другой сторо-
ны, вселяет уверенность в том, что стоит ми-
лиции изолировать главарей — и все будет
в порядке.
— Изолировать необходимо. Но при этом
не забывать, что мы имеем дело с явлением.
Лидеры могут появиться другие. Надо корче-
вать корни.
— У вас есть конкретные предложения?
— Конечно. Прежде всего надо устранить
условия существования группировок. В одной
из ваших публикаций дан, на мои взгляд, аб-
солютно правильный рецепт изменения ситуа-
ции: пересмотреть принципы материального
обеспечения молодежи, ликвидироватьижди-
венчество, как можно раньше вовлечь ее в
сферу производства. Пусть те, кто не хочет
учиться, идут на завод учениками. От себя
добавлю: надо увеличить «ножницы» в опла-
121
те работника грамотного и полуграмотного.
Тогда стимулов для получения среднего об-
разования будет больше.
Мы много навредили себе, когда ввели
в ПТУ трехгодичный срок обучения. Это ста-
ло своеобразным катализатором в процессе
становления группировок.
— Вы думаете, что стоит уменьшить в учи-
лище число ктрудных» ребят — и положение
поправится?
— Как мы любим универсальные рецепты!
Нет у меня таких гарантий. Нужен целый
комплекс мер. Прежде всего надо всячески
поддерживать формирование компаний под-
ростков с позитивной направленностью.
— Речь, думается, идет об альтернативном
выборе, перед которым стоят сегодня учени-
ки 4—5-х классов: куда податься? В группи-
ровку или в другую < команду», с иными усло-
виями существования? В тот же дворовый
1 рудовой отряд, например?
— Мне кажется, я нашел способ, с по-
мощью которого можно нейтрализовать вред-
ное влияние группировок. В своем училище
мы взяли на вооружение инициативу рабо-
чих Северского трубного завода в Свердлов-
ской области, которые еще в начале 70 х го-
дов стали жить по принципу коллективной га-
рантии дисциплины и качества труда, а не-
колько лет назад ввели коллективную ответ-
ственность за воспитание детей.
— И как она конкретно осуществляется?
— Если сын или дочь работника бригады
что-нибудь натворит, рабочие сами отказыва-
ются от премии. Экономический рычаг ока-
122
зался в деле сплочения коллектива резуль-
тативнее других.
Вот мы и попытались создать в своем учи-
лище такую систему ученического самоуправ-
ления, при которой группы несут коллектив-
ную ответственность за успеваемость и пове-
дение каждого учащегося.
Начиная в 1984 году эксперимент, я имел
в виду два обязательных фактора: первое —
коллективы, поддерживающие почин, должны
находиться в лучших материальных и мораль-
ных условиях; второе—их должно быть мно-
го, чтобы коллективная ответственность была
нормой, а нс исключением. Первое условие
обеспечивало Добровольность включения
групп в эксперимент, второе позволяло посте-
пенно повышать требования, которые учили-
ще предъявляло к ребятам
— Ну, и как — получилось?
— Противники эксперимента оказались и
среди коллег, и средн учащихся. II все-такн в
нашем училище эксперимент шел нормально.
Если в 1984 году было задержано милицией
32 учащихся нашего ПТУ, то за 9 месяцев
1986-го — всего 11! Находясь в жестоком про-
тивоборстве с группировками, учпрофком ис-
подволь диктовал подросткам необходимую
линию поведения.
В училище был пересмотрен порядок ма-
териального обеспечения учащихся. Если
раньше каждый учащийся получал стипендию
и доплату от предприятий, то теперь доплата
начислялась только членам бригад, которые
включились в эксперимент. Бригады органи-
зовывались небольшие от 5 до 8 человек.
123
Существовали они только на первом и втором
курсах.
Требовательность к учащимся год от года
повышалась. В 1984/85 учебном году бригады
теряли лишь часть доплаты, и то лишь в слу-
чае противоправного поступка кого-то из ре-
бят. Потом в сферу коллективной гарантии
были включены и другие требования к уча-
щимся. Стали учитываться успеваемость, по-
сещаемость занятий, выполнение финансового
плана. Была введена коллективная ответст-
венность за исключение учащихся из ПТУ за
грубое нарушение правил внутреннего распо-
рядка. За употребление спиртных напитков
бригада лишалась 30—40 процентов доплат.
Были случаи, когда подростки получали
лишь одну стипендию.
Конечно, из группировок подростки не
ушли. Но, боясь осложнений с товарищами
по учебной группе, они занимали в дворовых
компаниях более выжидательную позицию.
Это не прошло незамеченным в «конторах».
Группировки третировали бригадиров, вынуж-
дали подростков выступать против коллектив-
ной ответственности. Пик противостояния при-
шелся на весеннюю профсоюзную конферен-
цию 1987 года.
— И что же случилось на той конферен-
ции?
— Один из бригадиров второго курса зая-
вил, что эксперимент привел к повышению
сознательности учащихся, к падению влияния
группировок.
— Это был вызов «конторам».
— Так это и было воспринято. Тут же по-
следовали санкции: выступавший бригадир
124
был жестоко избит, а затем были организо-
ваны две драки с участием первокурсников.
— Насколько мне известно, к вашему учи-
лищу присоединились ПТУ № 19 и 50.
— Да. Но уже в 1985 году мы снова ока-
зались одни. В 19 и 50 училищах были сдела-
ны ошибки тактического характера. Вопрос о
том, берет ли группа обязательства по коллек-
тивной ответственности, решали не ребята, а
преподаватели.
Позиция учащихся, которые неохотно шли
на эксперимент, мне понятна. Не так-то про-
сто пойти на то, чтобы из-за одного вся груп-
па отказалась от доплат к стипендии.
— Провинившегося могли элементарно из-
бить.
— Вы знаете, подростки, в отличие от
взрослых, в таких ситуациях за десять рублей
бить не будут. Они могут провинившегося да-
же пожалеть. Но в другой раз тот постара-
ется больше в таком положении не оказы-
ваться.
— Ну, и как, есть ли результат от экс-
перимента?
— Не утопия ли требовать, чтобы влия-
ние одного училища на группировки всего
города было сильнее, чем влияние группиро-
вок на училище?
Эксперимент в рамках одного училища
большого результата не даст. Влияние кон-
тор» на подростков столь сильно, что не идет
ни в какое сравнение с влиянием учебной
группы. *
Почему бы горкому партии, Госпрофобру
не взять судьбу эксперимента в свои руки,
не распространить повсеместно?
125
Her, ищут виноватых в росте правонару-
шений. Успокоим себя тем, что виноваты все:
и семья, и школа, и ПТУ, и общество в це-
лом—и займемся, наконец, практической
работой, учитывая все законы социальной пси-
хологии.
7 апреля 1988 г.
Справка из 1990 года
Это интервью нуждается в продолжении. После
нашей встречи Александр Геннадьевич проработал в
ПТУ-15 недолго. Надо сказать, что коллеги не очень
серьезно относились к его предложениям, считали Кор-
нишина каким-то «чудикомэ, человеком не от мира
сего. И наверное, с облегчением вздохнули, когда он
ушел
По счастью, Корнишин от своих идей не отказат-
ся. Он поступил в аспирантуру НИИ профтехпеда-
готики АПН СССР, продолжая там поиск оптималь-
ных путей воздействия на ситуацию в городе.
Александр Геннадьевич был очень заинтересо-
ван в нашем разговоре. Он надеялся, что интервью
будет способствовать поддержке эксперимента. Но
1 осп;> >фобр Татарии нашу публикацию просто не за-
кетвл.
Подводя итоги эксперимента на республиканском
научно-практическом семинаре, посвященном подро-
стковой проблеме, А. Корнишин с болью констатиро-
вал что группировки оказались сильнее педагогов н
органов ученического самуправлення.
Судьбу эксперимента решило не только это обстоя-
тельство. Сказалась незаинтересованность в реальном
деле как руководства профтехснстемы, так и препода-
вателей, мастеров производственного обучения ПТУ.
Для него нужна была экономическая база, когда опла-
та педагогов зависела бы от результатов их труда.
126
НАКАЗАНИЕ ИЛИ МЕСТЬ
На задней площадке 26-го автобуса трос
били одного.
События разворачивались на наших гла-
зах. Выпивший мужчина, явно не из креп-
ких «алкашей», прицепился к трем парням..
Мы увидели, точнее услышали, чем это кон-
чилось. Он упал головой вниз, в пролет двери.
Едва встав, снова полез выяснять отношения.
Парням уйти бы на другое место, благо, ав-
тобус был по-вечернему пустой. Но они реши-
ли наказать пьяного.
Больше всего поразило остервенение, с
каким его били. Мстили в самые уязви лыс
места — в голову, в пах. Когда пьяный упал,
били ногами.
Как в одну секунду переменились парни!
Милые, симпатичные с виду, скорее всего сту-
денты, возвращавшиеся с занятий, они сейчас
мало чем отличались от хулиганствующих
подростков, наводящих страх на горожан сво-
ей агрессивностью и жестокостью.
По адресу тех подростков мы мечем громы
и молнии. А эти, чувствуется, из разряда бла-
гополучных, чьи мамы, тревожась за соб-
ственных чад, шлют письма в редакцию, тре-
буя суровой кары для «мотальщиков». Но как
же сблизил их угар куража, демонстрации
собственной силы! И выявилось из-под личи-
ны общее лицо — злобное, беспощадное. Отку-
да такая жестокость?
Попытка редакции напомнить о том, что
жестокость жестокостью не победишь, повер-
нула гнев горожан против журналистов, ко-
127'
торых обвинили в излишней мягкотелости,
в потакании преступникам.
Вот тогда и появилась мысль показать всю
эту почту специалисту, который мог бы оце-
нить разные точки зрения. Свой выбор мы
остановили на докторе психологических наук,
профессоре НИИ профтехпедагогики АПН
СССР Рафаиле Хайрулловнче Шакурове, в
область научных интересов которого входят к
психология и педагогика.
СУРОВЫЕ МЕРЫ: ЗА И ПРОТИВ
Начиная нашу долгую беседу, он сказал:
— Я хорошо понимаю людей, приславших
в редакцию эти гневные письма. Особенно ма-
терей, чьи дети пострадали в нелепой дворо-
вой войне. Сам недавно испытал такие же
чувства, когда рядом с домом ни за что ни
про что избили моего сына. Первой мыслью,
помню, тоже была мысль о суровой каре. Но
потом пришла другая: а какой должна быть
кара, чтобы она помогла справиться с этим
злом? Вот в чем вопрос.
И тут, как бы ни было сильно наше него-
дование, мы должны признать: пресечь пре-
ступность среди молодежи при помощи од-
них суровых мер в принципе невозможно.
Сошлюсь на опыт борьбы с пьянством. Были
приняты очень суровые, даже шоковые меры.
Психологи в самом начале предупреждали:
эти меры больших результатов не дадут, если
за ннми не последуют действия, способные
переломить ситуацию иным путем. Получи-
лось так, как мы и предполагали. Вначале
пьяницы стали вести себя осторожнее, а по-
128
том приспособились к ситуации — в массовом
масштабе развернулось самогоноварение.
Такие же процессы, уверен, будут наблю-
даться и в молодежной среде, если мы станем
уповать исключительно на суровые меры. На
какое-то время мы, конечно, нагоним страху
на подростков, они притихнут. Но потом в
других формах, по другим каналам негатив-
ные явления снова всплывут на поверхности
и получат, возможно, более опасное развитие.
И пресечь их будет уже труднее.
Однако я, как специалист в области со-
циального управления, знаю также другую
закономерность. Методы управления меня-
ются в зависимости от ситуации. Вспомним
Ленина: подчинение может при идеальной
сознательности и дисциплинированности на-
поминать мягкое руководство дирижера. Оно
может принять жесткие формы, если нет та-
кой сознательности и дисциплинированности.
Так бывает всегда: как только наступает
критическая ситуация, сознательно или бессо-
знательно методы управления становятся же-
сткими. А разве сейчас в Казани не такая си-
туация?
В нашем правосудии, на мой взгляд, на-
блюдается чрезмерная и неоправданная ста-
тичность. Во все времена и везде — в более
спокойных местах и там, где преступления
буквально захлестывают, — неизменно при-
меняются одни и те же законы. Может, в
прошлом это было оправдано, но в наше ди-
намичное время, когда социальные ситуации
меняются быстро, когда так же быстро меня-
ется нравственность, —вряд ли.
9 л-311
129
Мне кажется, надо ввести новые законы,
которые учитывали бы эти процессы.
А пока мы уговариваем подростков: не
шалите, это нехорошо... Как можно занимать-
ся уговорами, когда нам уже грозят кара-
ми! Посмотрите, что написал один из «мо-
тальщиков» в редакцию: «Мы махаемся меж-
ду собой по своей воле, а вас не трогаем.
Ну, а если будут приняты более жесткие ме-
ры против пацанов (дубинки, усиленные на-
ряды и т. д.), то все пацаны в конечном счете
объединятся и сделают перемирие против
вас».
— Я тоже обратила внимание на это пись-
мо, конечно же, анонимное. Вот только его
авторы — некие М. И. и М. К. — преувеличи-
вают число «мотающихся». Подавляющее
большинство казанских подростков в группи-
ровки не входит. К тому же многие группи-
ровки создаются просто с целью самозащи-
ты. Судя по почте, сами подростки страдают
от драк. Вог что пишет один из них: «Многие
мои сверстники против применения шаров и
арматур. Но если другие «заряжены», то те-
бе ничего не остается, как вооружаться».
Взрослые в гневе обрушиваются на всех
подростков вообще. Не зря в ряде писем за-
дается один и тот же вопрос: а не помешает ли
этот всеобщий настрой взрослых на жестокость
нащупать подлинные причины происходя-
щих событий? В одном из писем читаем: «Ва-
ши статьи типа «Даешь Казань без «суперов»
только отдаляют вас от молодежи. Попро-
буйте без «даешь!»
Не могу не обратить внимания на один
важный аспект проблемы. Какие бы меры ка-
130
<анцы ни предлагали для ужесточения нака-
зания (от ружей, заряженных солью, дубинок
и принудительных экскурсий в тюрьму до во-
енного положения и публичных казней на пло-
щади Свободы), все они направлены на то,
чтобы запугать ребят. На этот счет определен-
нее всех высказался инженер Р.: «Огромное
количество людей не совершают преступле-
ний только потому, что боятся наказания. Па-
нацея в борьбе с преступными подростковыми
группировками — это «красный террор».
Страх, действительно, неплохой регулятор
поведения людей. Наша страна убедилась в
этом на горьком опыте. Не случайно А. Му-
барякшин, рассуждая о подростках, вспоми-
нает сталинские времена, когда давали семь
лет за несколько колосков, подобранных в по-
ле после комбайна. Не из того ли же лекси-
кона и слово «террор»?
Одного не учитывают горожане, делающие
ставку на страх. Подростки не могут бояться
того, чего не знают. Всю тяжесть несвободы
они осознают, как правило, уже в колонии.
Нет у них и страха за собственную жизнь.
Помню, на допросе одного из подозреваемых
в убийстве я заметила, что в драке вполне мо-
гли убить и его. Он, не задумываясь, подтвер-
дил это, а потом надолго замолчал. Как мне
показалось, он только сейчас ощутил всю тра-
гичность этого предположения.
Ложное товарищество, страх перед силь-
ным главарем, нежелание прослыть трусом —
все это в конечном счете пересиливает страх
перед наказанием. Не раз приходилось слы-
шать: подростки предпочитают сесть на
скамью подсудимых, но не выдать сообщ-
9*
131
ников. И главари этим пользуются. Наказан-
ными не всегда оказываются те, кто этого
действительно заслужил. И наоборот, в ко-
лонию может угодить неплохой, в общем-то
парень, бе «ропотно подчинившийся законам
улицы.
А мы их всех под одну гребенку. И лиде-
ров-фанатов, и слабовольных исполнителей
чужих приказаний.
Удивительное дело, но очень многие ребя-
та совсем не приучены сопротивляться об-
стоятельствам.
— Во-первых, никто не приучал. Во-вто-
рых, такова специфика этого возраста. Не зря
его называют переходным. Как иногда полу-
чается? Учится в школе хороший, очень на-
дежный мальчик. Никто не сомневается, что
из него выйдет достойный человек. А в под-
ростковом возрасте все хорошее вдруг исче-
зает куда-то. Во всем неустойчивость — нрав-
ственная, волевая.
ВНИМАНИЕ — ПОДРОСТОК!
— Вы замечали, когда человек сверхэмо-
ционален, возбужден, все тормоза куда-то ле-
тят? А у подростков такое состояние наблю-
дается постоянно. Они часто не учитывают
нравственную сторону дела. Для них важна
лишь внешняя сторона.
Помните мысль Макаренко? Для подрост-
ков все равно: что грабить сад, что охранять
его.
— Когда особенности этого возраста не
учитывают старушки на скамейках — полбе-
ды. Но когда об этом забывают педагоги, ра-
132
ботники правоохранительных органов и пра-
восудия — это настоящая беда. Я с интересом
прочитала в одном из номеров журнала «Мо-
лодой коммунист» предложение выделить уго-
ловные дела несовершеннолетних в отдельное
судопроизводство. По-моему, правильно будет.
Л наши читатели иного мнения. Вот что пи-
шет будущий педагог Юля С.: «В наше время
нельзя делить молодежь на совершеннолет-
них и несовершеннолетних. Раз они убивают
друг друга, они не могут считаться несовер-
шеннолетними...»
— Но ведь когда начинается драка, под-
ростки не ставят своей целью кого-то убить.
Однако вожаки групп, которые организовали
драку (как правило, это люди далеко не под-
росткового возраста), понимают, к каким по-,
следствиям она может привести. На них и
должна быть направлена вся сила чрезвычай-
ных законов. По отношению к ним надо при-
менять самые суровые меры вплоть до рас-
стрела.
Мне кажется, суд должен более тщатель-
но анализировать мотивы того или иного пре-
ступления несовершеннолетних. Нельзя не
учитывать, что сама обстановка в городе
иногда толкает подростков на противоправ-
ные действия. Не будь долголетней вражды
группировок, уверена, многие ребята не всту-
пили бы в конфликт с законом.
ЧЕЛОВЕК И ОБСТОЯТЕЛЬСТВА
— Виноваты обстоятельства, говорите?
Эта проблема волнует философов и правове-
дов уже .много веков. Если человек — резуль-
133
тат влияния обстоятельств, среды, то можно
ли спросить с преступника по крупному сче-
ту? Ведь виновата среда...
Такие представления в научном плане не-
состоятельны Человек — нс пассивный про-
дукт среды, он сам активен. А отсюда и соб-
ственная ответственность за свои поступки.
Когда суд определяет меру наказания, он
стремится воздать должное за совершенное
преступление. Но одновременно преследуются
и педагогические цели: если человек будет
знать, что он ни за что не отвечает, это раз-
вяжет ему руки и сознание.
— Показательно в этом отношении письмо
Залуманиса Нормунда: «Я тоже дрался, без-
образничал до тех пор, пока меня,как гово-
рят, не поймали за руку. Дали год условно.
Немножко помогло, но все равно продолжал.
Но уже когда нависла угроза тюрьмы, вдруг
образумился. Это бывает, наверное, с каж-
дым».
Однако мне приходилось убеждаться в
том, что подростки не осознают всей тяжести
наказания. Специалисты говорят, что это при-
ходит к ним позднее, к восемнадцати годам.
Может, потому, что они слабо представляют,
как изменит их жизнь колония.
— Я не очень хорошо знаю положение дел
в колониях для несовершеннолетних преступ-
ников, но, по имеющимся сведениям, условия
содержания и окружение там таковы, что ма-
ло способствуют перевоспитанию. Значитель-
ная часть осужденных выходит оттуда с еще
более преступными намерениями.
— Или морально сломленными...
— Конечно, в колонии нет комфортабель-
134
ных условий — это нс курорт. Но там должны
быть более или менее человеческие условия.
Пусть будет тяжелый физический труд, какие-
то жизненные неудобства, но персонал дол-
жен обращаться с заключенными гуманно.
В противном случае человеческое достоин-
ство не воспитаешь.
Если с подростками все время обращаться
как с преступниками, можно направить их
развитие в негативное русло. У них будет дру-
гая самооценка.
— Поэтому так беспокоит общий недоб-
рожелательный настрой в отношении к под-
росткам. В каждом видят прежде всего плохое.
— Уровень преступности среди несовер-
шеннолетних впрямую зависит от воспитания.
В конечном счете личность формируется не
просто системой наказании, а системой воспи-
тания, в целом условиями жизни. И было бы
наивно уповать в нашей ситуации лишь на
правоохранительные органы, как это делают
многие читатели. Как бы ни были сильны
группировки, большинство подростков в них
не вступает. Потому что у них воспитаны дру-
гие интересы.
Читатели правы, когда отмечают, что гла-
венствующая роль здесь принадлежит семье.
Сейчас часто говорят и пишут о недостат-
ках семейного воспитания. Многие упреки
справедливы. Но я бы нс возлагал на плечи
родителей всю полноту ответственности за то,
что происходит сейчас с молодежью. Во-пер-
вых, не одна семья воздействует на ребенка,
а вся совокупность общественных отношений.
Во-вторых, почти нет родителей, которые бы
не хотели воспитать сына или дочь достойным
135
человеком. Просто они не нашли нужных спо-
собов воздействия В подавляющем большин-
стве случаев мы имеем дело именно с такими
семьями. Родители сами глубоко страдают.
Если мы еще начнем их наказывать, выгонять
с работы, это будет сплошь и рядом непра-
вильно.
— А ведь наказывают, публично обсужда-
ют и осуждают...
— Пусть те, кто наказывает, посмотрят на
себя: всегда ли они сами могут оказать на
своего ребенка нужное воздействие? Особенно
в подростковом возрасте. Сколько мы ни го-
ворим о необходимости педагогического все-
обуча. многие родители имеют весьма слабое
представление о педагогике и психологии.
Конечно, есть другая категория родителей,
которые пьянствуют, дерутся, воруют. Ясно,
что таких надо наказывать решительнее.
— Нас наверняка упрекнут в том, что мы
в таком большом разговоре не занялись ана-
лизом причин подростковых драк, не предло-
жили конкретных рекомендаций.
— Не объять необъятного. Это тема от-
дельного разговора.
И все-таки в современных условиях я бы
не уповал на одну только педагогику. Самый
действенный способ ликвидировать преступ-
ность среди молодежи — ускорить перестрой-
ку.
Честно говоря, я сейчас больше думаю об
общих проблемах нашей жизни, чем о бедах
школы. Потому что все педагогические сред-
ства настолько ограничены, локальны, что, по-
ка мы не перестроим общество, все его инсти-
туты и отношения (производство, распределе-
136
ние, политическую атмосферу, народное обра-
зование, средства массовой информации и
пропаганды), результата нс будет. Так что,
повторю: самое надежное средство воспита-
ния подрастающего поколения—это пере-
стройка.
Мы все сейчас ломаем голову: что же де-
лать? Решим ли мы подростковые проблемы,
если отправим всех «трудных» в колонию?
Сколько их, «трудных»? И считать ли «труд-
ными» тех троих из 26-го автобуса?
Отвечать на эти вопросы легко, если перед
тобой безликая масса. И очень сложно — ког-
да конкретный подросток, со своим харак-
тером, со своей судьбой...
9 августа 1988 г.
ЧТО СЛУЧИЛОСЬ СО ШКОЛОЙ?
Размышляя о судьбе казанских подрост-
ков, я не могла не вспомнить собственное дет-
ство, школу в городе Отрадном Куйбышев-
ской области, в которой училась, учителей.
Правда, помню немногих, а поддерживаю
связь лишь с Валентиной Тимофеевной Ле-
онтьевой, первой учительницей, и Тамарой
Петровной Алисовой, учителем истории, ди-
ректором школы. У нее я и начала работать —
пионервожатой. Этот человек во многом оп-
ределил и мой профессиональный выбор, и в
большей мере — мироощущение вообще.
Я нс могла с ними не встретиться. Но, к
сожалению, интервью с Валентиной Тимофе-
евной не состоялось — цветы пришлось нести
уже на могилу. А вот с Тамарой Петровной
мы сидели долго.
137
Вспоминая время моей учебы, мы пыта-
лись понять, что произошло со школой, поче-
му она из дома радости превратилась в свое-
образную каторгу для тысяч детей.
— Тамара Петровна, давайте посмотрим на
25 лет, прошедшие после моего выпускного
бала, более внимательно.
Я помню школу совсем другой, не такой,
как сегодняшние. Это было место, куда мы
бежали с радостью. Помню не только уроки,
но и работу в поле, на школьной кроликофер-
ме. Это мы начинали сажать первые деревья
в городском парке. Помню, как на собран-
ный нами металлолом был куплен новенький
автобус — храню снимок, на котором вы вру-
чаете мне как председателю совета дружины
символический ключ от него, а рядом — вос-
торженные лица ребят.
Зная об истинном положении современной
школы — и как мать, и как журналист, для
которого народное образование — сфера осо-
бого интереса, я не могу не видеть, какие
серьезные деформации здесь произошли.
— Я пока еще всерьез не осмысляла это.
Давай подумаем вместе.
Начнем с того, что 25 лег назад, как и се-
годня, школы и учителя были разные. Уже
тогда воспитание было авторитарным. Оно и
не могло быть другим в авторитарном обще-
стве. Атмосфера нашей школы была другой.
Мы стремились к тому, чтобы ученики были
постоянно включены в жизнь города, стара-
лись сделать все возможное, чтобы в школе
было интересно, чтобы она принадлежала в
первую очередь детям. Ты помнишь, и пио-
138
нерская, и комсомольская организации рабо-
тали у нас неформально,
— Значит, уже в то время где-то в другой
школе шел процесс разложения, дело заме-
нялось пустословием, пышным цветом расцве-
тал формализм, оказавшийся таким губитель-
ным для воспитания?
К сожалению, да. Я видела, что колле-
ги из других школ работают по-другому. Так,
наверное, было во всех городах. Разные были
школы, разные были учителя. Сегодня ведь
тоже так: кому-то из ребят повезет—и он
попадет в добрые руки, кому-то нет и он
сполна познает, что такое авторитарная пе-
дагогика.
Но все-таки 25 лет назад атмосфера в це-
лом была здоровее. Меньше было очковтира-
тельства, показухи.
Я тогда была молодой, только что стала
директором школы. Было много интерес-
ных планов, старалась работать нестан-
дартно.
Но дело тут не только в моих личных ка-
чествах, не в том, что у нас сложился хоро-
ший педагогический коллектив и был хоро-
ший контакт с родителями. Все это важно.
Но главное в другом — все, что мы делали,
совпадало с нашими истинными устремления-
ми и интересами. Не было лжи и лицемерия,
которые появились позднее практически пов-
семестно. Был какой-то удивительно гармо-
ничный мир, в котором всем было хорошо и
радостно жить. При всем при том, что мы ви-
дели несовершенство нашей жизни, бедность
нашей школы.
Ушел этот мир — и школа перестала су-
139
шествовать для ребенка как родной и желан-
ный дом.
— Сегодня это отчуждение достигло ката-
строфических пределов.
Но как же вам удавалось сохранить этот
гармоничный мир, если разрушение школы
уже шло?
— Я думала над этим, читая Библию. Мы
ведь тогда тоже были верующими. Только
роль бога у нас играла абстрактная идея. Что
является основой всякой религии? Святая ве-
ра в абсолютные истины. Так вот мы не сом-
невались ни в чем. И вас растили такими же.
На уроке я цитировала слова Маркса о том,
что все надо подвергать сомнению, и тут же
говорила: раз так сказал Маркс, значит, это
истина, которую надо принимать без сомне-
ния.
Мы были одержимы в своей вере. Мы не
сомневались, что строим лучший мир. Мы
проповедовали вам свои идеи — и сами жили
ими.
— Наверное, поэтому ваши идеи вошли
в нас не в виде мертвых схем, а в виде убеж-
дений. Идеи и сегодня прекрасны, но вот
только в реальной жизни места им не наш-
лось.
, — Когда отрыв слов от дела стал виден
всем, дисгармония стала всеобщей. Разве
школа могла оставаться в таких условиях
гармоничной? Как одна морская капля явля-
ет все свойства моря, так и школа несет на
себе отпечаток всего общества.
•.Сегодня положение школы особенно опас-
но: ни учителя, ни ученики ни во что не ве-
pHj Развенчаны и идеи, и бывшие кумиры.
IW
— Вряд ли стоит сожалеть о ложных
идеях и кумирах.
— Конечно. Но нельзя забывать, что ря-
дом с нами дети. Как они себя чувствуют в
вакууме безверия? Чем обернется для них
сегодняшняя пестрота мнений?
Детей, как утверждают ученые, лучше все-
го воспитывать на положительных примерах.
Но где их взять, когда общество нацелено на
отрицание?
— Но ведь отрицая ошибочные ценности,
общество очищается. Этот процесс необходим.
Хотя мне гоже не по душе определенный ма-
зохизм в критике нашего прошлого. Не хва-
тает свежего воздуха для дыхания, не видно
перспективы...
— Признаюсь, я тоже в некоторой расте-
рянности Дело, по-моему, не в том, что крити-
ки много. Хотя про наш город этого не ска-
жешь. Здесь перестройки пока не видно.
Мы затеяли капитальный ремонт своего
дома, все от крыши до фундамента разруши-
ли, а о том, в каких условиях жить, не поду-
мали.
— Наверное, надеялись, что ремонт будет
недолгим. Да и нет у нас другого дома, чтобы
сменить жилье на время ремонта.
— В том-то и дело. Значит, надо было по-
думать о том, чтобы процесс очищения не при-
нес новых бед.
— В чем же тут наше спасение?
— В учителе. Он должен научить детей
видеть мир не черно-белым, а объемным,
многокрасочным. Это спасет наших детей от
цинизма, и, будем надеяться, они сумеют, вот-
141
.тичие от нас, построить более справедливое и
счастливое общество.
— Давайте вернемся к школе. Меня удив-
ляет та неприязнь, с которой сегодня отно-
сятся к отличникам. Это наблюдается и в
школе, и в вузе. На страницах печати о них
говорят тоже преимущественно в ироническом
ключе. Может, я ошибаюсь, но в нашей шко-
ле «пятерки» не были поводом для иронии.
Ты не ошибаешься. В нашей школе от-
личников уважали. Но за этими «пятерками»
стояли реальные знания, чего сейчас зача-
стую не бывает. Престиж знаний тогда был
еще высок.
— И когда он стал падать?
— После введения всеобщего среднего об-
разования. Что было раньше: слабый ученик
оставался на второй год, потом, если хотел и
мог, подтягивался до остальных или уходил
из школы — шел работать. Причем работа.!
с желанием, чаще всего находил себе место
по силам — и был счастлив. Ведь любая рабо-
та хороша, если она приносит человеку удов-
летворение. Я вижу, с какой гордостью наша
дворничиха оглядывает прибранный двор. Ей
может позавидовать любой инженер, который
работает из-под палки.
Одна из главных задач учителя, я счи-
таю,—уловить тот момент, когда ученик не
может или категорически не хочет учиться, но
в нем есть желание физического труда. Очень
много зависит от того, как будет строиться
его жизнь дальше. В годы твоей учебы это
был естественный отбор. После введения все-
общего среднего образования уход из школы
стал невозможен. Мы заставляли ученика де-
дать то, к чему он питал явное нежелание.
Делали вид, что учим, а ученик просто отси-
живал положенные часы, уверенный в том,
что его все равно переведут в другой класс.
А это уже не что иное, как воспитание таких
качеств, как лицемерие, ложь, наглость, рав-
нодушие к делу, стремление без труда вынуть
рыбку из пруда.
— Последствия этого нравственного раз-
ложения мы будем ощущать еще долго. Шко-
ла воспитала целое поколение лентяев, лю-
дей недобросовестных и бесчестных, привык-
ших брать, но не желающих отдавать.
— Как вы, журналисты, легки на обобще-
ния. Во-первых, мы делали это не по своей во-
ле, во-вторых, в это же самое время школу за-
канчивали тысячи людей достойных.
— Но почему учительство страны не воз-
мутилось, ведь вы не могли не предвидеть по-
следствия этой ошибки?
— Это сегодня мы безбоязненно обсужда-
ем партийно-правительственные постановле-
ния. И что могла я, рядовой директор рядо-
вой школы, поделать? Я была вынуждена
принять новые правила игры. Ведь при оцен-
ке работы школы смотрели не на то, как мы
реально учим и воспитываем, а на то, как хо-
рошо мы встретим проверяющих, напишем от-
чет...
— Вы действительно не имели самостоя-
тельности? Или роль инструкции сверху в по-
лемическом задоре преувеличивается?
— Мне удавалось воплотить свои замыслы
процентов на сорок. Очень часто слышала:
«Нельзя!» Помню, однажды, когда зарубили
на корню очередную нашу инициативу, я да-
143
же расплакалась на заседании горисполкома.
— Мне трудно судить о жизни шестой
школы. Работать пришлось мало, а потом из
Отрадного уехала вовсе. Но при наших встре-
чах вы всегда говорили о каких-то новых иде-
ях. То о школьных мастерских, то об эстети-
ческом факультативе.
— Но знала бы ты, с каким трудом все
это воплощалось в жизнь! И с какой лег-
костью разрушалось, когда надо было выпол-
нить чье-то указание.
Не понимаю, зачем надо было закрывать
у нас школьные мастерские, если в них школу
труда проходили десятки старшеклассников?
Объяснение простое: велено было создавать
учебно-производственный комбинат.
Мастерские разорили, и УПК их не заме-
нил.
И сколько таких решений принималось
сверху. И выполнять их приказывали всем,
без учета местных условий, независимо от то-
го, есть ли средства, кадры.
— Очевидно, что надо менять атмосферу
школы. Но как?
— Надо сделать все возможное, чтобы
пробиться к душе ребенка, воспитать в нем
культуру чувств. Это, пожалуй, главное. И
это невозможно без гуманизации, демократи-
зации образования. К сожалению, не все учи-
теля это осознали.
— Я не помню, чтобы в «мое» время учи-
телей заставляли как-то особо работать с
«трудными». Хотя, конечно же, были в нашем
классе мальчишки, которых, по сегодняшним
понятиям, можно отнести к педагогически за-
пущенным. Несколько лет назад одного из
144
них я видела на Доске почета какой-то Отрад-
ненской организации.
— Мы не выделяли таких ребят из общей
массы. Может, поэтому и они не стремились
выделиться. Этому правилу я следовала всег-
да. Требовала от учителей не планов по про-
филактике правонарушений, а реальной, жи-
вой работы. Разобьем, бывало, всех таких ре-
бят по учителям-мужчинам. Как и чем они
заинтересуют мальчишек — это они выбирали
сами. Кто-то увлекал автоделом, кто-то —
спортом...
— В моем журналистском блокноте много
историй о бедах современной школы.С особой
тревогой пишешь о репрессивной педагогике,
при которой учитель всегда прав. Педагоги
жестоки к детям, дети — к учителям. Скажи-
те, откуда начинается жестокость? Где отправ-
ная точка?
— Как правило, первоисточник конфлик-
та — ученик. Но от учителя зависит развитие
этого конфликта: раздуть его до вражды и
обоюдных страданий или задушить в зароды-
ше. Я не беру случаи, когда в школе работа-
ют люди, которым это противопоказано. От
них — большое зло.
В каждом классе стало больше детей с
нервными заболеваниями, кони, как правило,
агрессивны, жестоки, неуправляемы, очень
сильно влияют на других. Иной раз идешь на
урок, так к нему готовишься — ну, думаешь,
сейчас всех удивлю. А заходишь в класс —
он, как еж, ощетинился. Кто-то с кем-то под-
рался, кто-то кого-то обидел... И все твои пла-
ны долой. Но раздражаться нельзя.
Недавно узнала, что у экстрасенсов есть
10 л-зн
145.
такое правило: не раздражай раздраженного.
Это значит, сначала надо человека успокоить,
а уж потом лечить. Вот так же должны рабо-
тать учителя. Положить спокойно руку на
плечо строптивого мальчишки, хотя он зве-
рем на тебя смотрит. Сейчас с ним разби-
раться не надо. Потом, когда отойдет...
Конфликтовать с учеником — это значит,
опуститься до уровня его ошибок, закрепить
их. что не совместимо с главной задачей педа-
гога — учить и воспитывать. Как можно учить
тому, чем не обладаешь сам?
На ребят сердиться нельзя. Как правило,
у тех, кто нас беспокоит, сложная судьба, не
все в порядке дома.
Но я должна сказать, что и среди учите-
лей много стало людей равнодушных. Особен-
но средн молодых. Мы с детьми забывали
про собственные семьи, а сегодня иной учи-
тель ни минуты не задержится в школе
сверх положенного. Ни за что не будет рабо-
тать с учеником дополнительно: двойка — и
коней общению. Разве дети этого не чувству-
ют?
— Сейчас много разговоров о педагогике
сотрудничества. Но у меня такое ощущение,
что я все это знаю из жизни. По-моему, наша
школа жила по таким законам.
— Да, это было, было, это хорошо забы-
тое старое. Спасибо учителям-новаторам, что
они нам напомнили. Но это возврат на новом
витке. Новаторы пытаются все школы сделать
открытыми для детей, пробуждают в каждом
учителе творчество, собственное «я».
КАК ЖИТЬ
НАШИМ СЫНОВЬЯМ?..
10*
ПРАВО НА САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ
— Парадоксально, но люди больше верят;
авторитетам, чем реальному положению ве-
щей. Еще Кузьма Прутков это отмстил. Пом-
ните? Если на клетке со слоном висит таблич-
ка «Буйвол», не верь глазам своим. Однако
верят именно табличке.
Между тем даже в науке какие-то аксиомы
со временем требуется подвергнуть сомнению.
Но попробуй подвергни. На себе такое не раз
испытывал. До сих пор помню спор с препо-
давателем матанализа. Я ему — свое мнение
но поводу одной теоремы, он мне — о том,
что не мне об этом судить...
Мое доказательство знаменитой теоремы
Ферма занимает всего три строчки. Вы улыбае-
тесь... Конечно, сотни лет эту теорему никто
разгадать не может — и вдруг я. Увы, типич-
ная реакция на любое посягательство взгля-
нуть критически на мнение авторитета. В луч-
шем случае примут за чудака, а могут посчи-
тать и ненормальным. А если я прав?!
Впрочем, я не о физике и математике хочу
поговорить. Меня, как и всех казанцев, бес-
покоят подростки. Но и здесь, по-видимому, по-
сягну на чьи-то авторитеты. Предлагаю соз-
дать самостоятельную подростковую органи-
зацию...
:14Я
Думаю, читатель уже заинтересовался мо-
им собеседником и в какой-то мере предста-
вил сто характер. Владимир Барц работает
оператором станка с ЧПУ в моторостроитель-
ном объединении. Если учесть, что в шко-
ле № 91, которую он закончил в 1980 году,
Барц был одним из лучших учеников, то место
работы более чем скромное. Он вполне мог
бы иметь высшее образование.
В вуз Володя поступил. Два года проучил-
ся на мехмате КГУ, не понравилось. Понял,
что не туда попал. Ушел на завод. И не жа-
леет. Учится заочно на предпоследнем, четвер-
том курсе Московского станкоинструменталь-
ного техникума. В цехе на хорошем счету.
Программы для своего станка составляет сам.
Был признан лучшим молодым рационализа-
тором предприятия.
Много интересного рассказал Володя о
своей работе, о том, как разумнее организо-
вать современное промышленное производ-
ство. как лучше обучать ребят в ПТУ. И каж-
дая тема могла быть предметом для разгово-
ра. Но был уговор побеседовать о подростках:
они занимают его сейчас больше всего. Хотя
сам давно из этого возраста вышел, а своих
детей пока нет.
— Подростки сегодня — вроде марионет-
ки, которую вертят в разные стороны и не
знают, что же с ней делать. О том, как изме-
нить положение, думают, кажется, все, но раз-
говор больше идет о частностях. А требуются
кардинальные перемены.
Общеизвестная истина: человек должен
себя уважать, чтобы жить достойно. Помните,
в каком-то фильме кладовщица, которую в
149
цехе никто не замечал (работает себе и рабо-
тает), вдруг заставила обратить на себя вни-
мание. Достаточно было устроить кавардак
на складе. И как ее тогда зауважали?..
Не так ли происходит сегодня с подро-
стками?
— Но они-то не могут пожаловаться на
недостаток внимания к себе.
— Я не о внимании веду речь. Подросток
в глазах взрослых — совершенно бесправное
существо. Попробуйте обыскать взрослого че-
ловека— только с санкции прокурора. А об-
шарить карманы пятнадцати-шестнадцатилет-
него парня — в порядке вещей.-
В глазах старших подростки — просто на-
хлебники, о чем им, кстати, постоянно напо-
минают.
Драки — это ведь своеобразная форма са-
моутверждения. И трудно изменить сложив-
шееся в городе (и не только в нашем) поло-
жение дел, ничего не меняя в самой жизни.
Надо дать подросткам права, в том числе
право на собственное мнение, на свою музыку,,
свою одежду. Сейчас эти права они бер\гг с
боем.
— Но почему для этого необходимо созда-
вать специальную организацию? Ведь есть же
комсомол.
— Чтобы права не остались пустой дек-
ларацией, надо создать условия, гарантирую-
щие их реализацию в жизни, в конкретных об-
стоятельствах.
Подростковая организация может стать
составной частью комсомола И здорово, если
вожаками ребят будут комсомольские лиде-
ры. Но лишь те, кто не страдает кабинетным
150
синдромом и пользуется у подростков реаль-
ным авторитетом.
Нельзя не заметить, что цели и задачи у
комсомола и подростковой организации раз-
ные. Комсомол — в первую очередь организа-
ция общественно-политическая, а подрост-
ковая — производственно-техническая. Она
объединяет учащихся школ и ПТУ в трудовые
отряды. И потом — нужна организация, соз-
данная не для подростков, а ими самими.
— Но как быть с инфантильностью ребят?
— Инфантильность молодежи во многом
объясняется опекой взрослых. Представьте
ситуацию. Обезьяну привязали к креслу и,
наблюдая за ней. сделали вывод: двигатель-
ной активностью не отличается. Не в таком
ли положении находятся современные под-
ростки? Им ничего не разрешается делать
без соизволения родителей, учителей. И их
же обвиняют в пассивности!
— Каким же образом предлагаемая вами
организация исцелит и взрослых, и подро-
стков?
— Она подведет под их отношения эко-
номическую основу. Социальная самостоятель-
ность — ничто без самостоятельности эконо-
мической.
— Похоже на утопию. Что же, выходит,
подростки будут сами себя кормить?
— Если не кормить, то хотя бы на кар-
манные расходы зарабатывать своими ру-
ками.
Вот видите, как мы не доверяем ребятам.
Но почему? Почти всю историю человечества,
за исключением последних 20—25 лет. подро-
стки работали наравне со взрослыми и дома,
151
и на производстве. Это считалось в порядке
вещей...
15 апреля 1987 г.
ДАЙТЕ мальчишкам работу
Ни один подросток на интервью Володи
Барца не откликнулся.
Трудно сказать, почему они проигнориро-
вали его идею. Он считает, что виновата я:
по его мнению, интервью могло быть более
интересным и убедительным (в газету пошла
лишь часть, правда, значительная, нашего-
разговора). Думаю, что Володя просто не учел
реальной ситуации, как всякий теоретик, рас-
сматривая идею абстрактно.
Я прогнозировала, что писем нс будет. По-
этому использовала любую возможность, лю-
бую аудиторию, чтобы пропагандировать его
идею.
Володя торопил события, нервничал. Его
возмущало то, что не откликнулись официаль-
ные органы, в первую очередь, комсомольские.
Обратился н молодежную приемную газеты
«Правда», обвинив комсомольских лидеров в
формализме, и его письмо 22 июня 1987 года
опубликовали. Не помогло — написал еще, и
16 ноября появилась вторая публикация под
таким вот длинным заголовком: «Не будь бе-
лой вороной» — такой вывод мог сделать моло-
дой рабочий от общения с комсомольскими
работниками».
Спецкор «Правды» В. Евсеев в коммента-
рии писал: «Та публикация в «Правде», кото-
152
рую нс заметил секретарь обкома, началась
словами Владимира; «Дайте мне точку опоры,
и за два-три года работы с подростками я
сделаю больше, чем школьная реформа за
двадцать пять лет!*
Ах, уж эти «неудобные» люди! Ну, чтобы
сказать помягче, поспокойнее, без излишнего
максимализма — глядишь, и быстрее бы под-
держали. /\ то — «новая подростковая орга-
низация», «экономическая самостоятельность»,
«точка опоры»... Ведь это просто пугает. Мак-
симализма предостаточно и в сегодняшнем
письме Владимира, даже в сокращенном и
несколько смягченном нами виде. Но нужно
понять и его: отстаивая свою идею, свою точ-
ку зрения, разве можно быть «минимали-
стом»?
Насколько мне известно, после этого его
внимательно выслушали во многих служебных
кабинетах, дали возможность выступить на
пленуме горкома комсомола. Потом до меня
дошли сведения, что он ушел с завода, ре-
шил создать подростковый кооператив, со вре-
менем кооператив трансформировался в мо-
лодежный. Сказать более определенно о том,
чем он сейчас занимается, не могу, так как
в редакции он больше не появлялся, на мои
приглашения не откликался.
Володя был по-юношески нетерпелив,
столь естественные сложности, которые воз-
никли по мере изучения его идеи, воспринял
как чистый бюрократизм, формализм, равно-
душие. Конечно, в какой-то мере не обошлось
и без скрытого сопротивления новой 1идее.
Кое-кто объявил Володю чудаком. Были да-
же попытки поинтересоваться его здоровьем.
153
И все-таки решающую роль, как мне кажет-
ся, сыграли вполне объективные трудности.
Идею Володи можно было воплотить в
жизнь только с помощью самих подростков.
Но что делать, если они ее не восприняли?
Что предлагал ребятам Володя взамен
праздного шатания по улицам? Зарабатывать
деньги. Как выяснилось, большой потребно-
сти они и этом нс имели. Труд в группировке
не был занятием престижным. На призыв га-
зеты совместить учебу с работой откликну-
лись совсем другие молодые люди, те, чье
поведение и так не внушало опасения ни ро-
дителям, ни учителям, ни работникам мили-
ции.
Все-таки сколь велика сила инерции! Втом,
87-м, году я сама восприняла мысль Вар-
ца создать самостоятельную подростковую ор-
ганизацию как чистое прожектерство. Правда,
такая идея к тому времени уже мелькала на
страницах центральных газет. Но тогда каза-
лось, что подобные решения могут принимать-
ся только в Москве. Должно было пройти два
года, чтобы подростковая организация была
создана. Правда, в Москве, но локальная.
«Союз непрнчесанных» — так назвала «Ком-
сомольская правда» Московский союз подро-
стков. Да и в Казани в конце концов осозна-
ли необходимость создания самостоятельной
подростковой ассоциации — этим занялось
объединение «Подросток».
Думается, сработало против идеи Барна
и то, что он допускал мысль о создании под-
ростковой организации в структуре комсомо-
ла, о том, что отряды могут и должны возгла-
вить комсомольские вожаки. При критическом
154
отношении молодежи к комсомолу, к его ли-
дерам это оттолкнуло от идеи Барна не толь-
ко «группнровшиков», но и ребят, если можно
гак сказать, благополучных. Новая организа-
ция представилась им очередным формалисти-
ческим крючком; «галочкой» в чьих-то пла-
нах.
Зато за идею труда ухватились взрослые.
В редакцию косяком пошли письма ветера-
нов, которое, вспоминая свое детство, видели
в труде панацею от всех бед. Потом стали по-
ступать сведения об организации первых тру
довых отрядов. Значительный шаг вперед был
сделан летом 1987 года, когда за дело взялись
юрисполком и горком партии. Была изучена
потребность города в ребячьих руках. Летом
многие предприятия—завод ЭВМ, объеди-
нение «Татхимфармпрепараты», фабрика «Аро-
мат», швейные предприятия, обувное объеди-
нение «Спартак» — пригласили школьников к
себе. Некоторые сделали это не без нажима
«сверху». Так, завод автоспсцоборудовання
категорически отказался, но потом дело для
старшеклассников нашлось — 10 девочек ра-
ботали нянями в детсаду.
Была значительно упрощена процедура
оформления на работу. Информация о нали-
чии мест концентрировалась в штабах, соз-
данных при райкомах комсомола, которые ра-
ботали в тесном контакте с бюро по трудо-
устройству.
Решалась очень важная проблема, но она
была очень далека от идеи Барца. Работаю-
щие подростки никак между собой связаны
не были, даже в пределах одного предприя-
тия Правда, попытка объединить их в соста-
155
не лагеря труда и отдыха на некоторых круп-
ных предприятиях была сделана. Днем под-
ростки работали, а во второй половине дня
все вместе отдыхали.
Опыт работы таких лагерей в Казани есть..
Уже много лет они существуют в пригородных
совхозах. В последние годы организуются при
межшкольных учебно-производственных ком-
бинатах, отдельных школах: 39-й (ремонтные
бригады), 3-й (работа в пригородном лесни-
честве). Тагоблсовпроф с большим энтузиаз-
мом финансировал лагеря, предлагал деньги,
на создание палаточных городков. Но, к со-
жалению, никто этим предложением не вос-
пользовался.
Я вспоминаю собственные школьные годы,
когда мы летом вместе с учителем биологии
ездили в колхоз собирать веточный корм.
Жили в палатках на опушке леса, еду гото-
вили сами — продукты выделял колхоз.
Не знаю, у кого спрашивал разрешения
на такой лагерь наш добрый наставник. На-
верное, и он нес за жизнь каждого из нас
персональную ответственность. Но она его
не пугала. Потому что больше, чем о себе,,
он думал о нас, о том, как важен нам месяц,
проведенный в таких вот условиях.
Когда я интересовалась у педагогов, по-
чему нельзя устроить такой палаточный ла-
I ерь сегодня, мне говорили о каких-то ин-
струкциях и массе других препятствий.
Помнится, несколько лет назад замполит
профтехучилища № 20 Р. Богоутдинова на
страницах нашей газеты рассказала о том,
как она вопреки всем инструкциям создала
у себя трудовой отряд, который хорошо пора-
156
ботал на сборе урожая где-то на юге. Статья
замполита была встречена гробовым молча-
нием, ее примеру не последовали ни в одном
ПТУ.
Удивительна сила инструкций, даже если
рее понимают, что они устарели. Пришлось
убедиться в этом, когда секретарь горкома
комсомола Люба Никонова стала создавать
подростковый отряд, который бы работал как
ССО. Сколько нашлось запретителен! И все-
таки отряд «Спарта> был создан. Мы с ин-
тересом наблюдали за ним. потому что это
была приблизительная модель сообщества, о
котором думал Володя Барц.
Следующим летом горком комсомола ор-
ганизовал уже пять таких отрядов. То ли
труд подростков был организован хуже, то
ли студенты не сумели создать нужного ми-
кроклимата, но отряды работали много хуже.
И летом 1989 года не было создано ни одно-
го. Мало того — резко сократилось число не-
совершеннолетних, которых взяли работать
в составе ССО.
Беда в том, что этот эксперимент не имел
продолжения. Как было бы хорошо, если
бы подобные отряды не распадались и зимой.
Но приходил сентябрь, и подростки разбре-
дались по своим дворам, по своим группи-
ровкам. Студенчество Казани оказалось не-
способным повести их за собой. О многом го-
ворит тот факт, что в педагогическом вузе во-
обще остались в стороне от этого эксперимен-
та.
Большую результативность имело другое
направление действий—организация произ-
водительного труда в свободное от учебы вре-
157
мя. Скорее всего потому, что интерес проя-
вили все — от горкома партии до предприя-
тий Ведь уже первые ростки опыта показали,
что это нужно не только школам и профтех-
училищам.
В том, как много могут наши дети, казан-
цы убедились на специальной выставке, ко-
торая работала в январе 1989 года. Ее экс-
понатами можно было оборудовать столярную
и слесарную мастерские, класс радиоэлектро-
ники в школе, обставить квартиру или садо-
вый домик.
И была это не просто выставка. Учебные
заведения искали партнеров для делового со-
трудничества: наши руки — ваши заказы л
материалы. Только зря директора школ и
ПТУ взяли с собой на оптовую ярмарку блан-
ки договоров. Ни один из них подписан не
был. Руководители предприятий посетили эту
выставку в роли экскурсантов.
Единственным партнером школ и 11ТУ стал
универмаг «Детский мир», открывший специ-
альные отделы н головном магазине и одном
из своих филиалов.
Совершенно новая для учебных заведений,
особенно школ, сфера деятельности поста-
вила перед педагогами массу проблем. Изу-
чение спроса на товары, регулирование эко-
номических и правовых отношений — все это
нм явно не под силу. Представляю, в какую
непростую ситуацию попали бы трудовые от-
ряды. руководимые самими подростками.
Выход, естественно, находится. Два учеб-
яо-производствепных комбината — Приволж-
ский и Вахитовский — взяли функцию дис-
петчерского центра на себя. Воспользовав-
158
шись самостоятельностью в определение
штатного расписания, директор ПТУ-33 Г Го-
родецкий принял на работу специалиста по
снабжению. В ряде школ посредником стали
выступать клубы НТТМ. При горкоме комсо-
мола было организовано трудовое 'объеди-
нение школьников. Клуб «Зеленый мир» вы-
шел с предложением создать городскую бир-
жу для учащейся молодежи.
В общем, дело по-прежнему двигали эн-
тузиасты. Там же, где ощущали давление
«сверху», приспосабливались, как могли. На-
пример, трудовые отряды стали комплекто-
ваться в «принудительно-добровольном по-
рядке».
Володя Барц в своем интервью подчерки-
вал— трудовые отряды должны создать са-
ми подростки. Не без помощи взрослых, ко-
нечно. Выбрали вариант проще и надежнее—
отряды стали создавать взрослые, чаше все-
го—в школах и ПТУ. Подросткам оставалось
лишь в них вступить. Лишь в Советском рай-
оне возникли трудовые отряды по месту жи-
тельства.
И все-таки можно было радоваться — оз,
хотя и со скрипом, сдвинулся с места. Празда,
на чистом энтузиазме искались заказы, ма-
териалы, инструменты, расчет был на доброго
дядю на заводе, фабрике. Много делалось
«силовым» методом — давили горком партии,
райисполкомы...
Новые условия существования предприя-
тий поставили под удар и «силовые» методы,
и чистый энтузиазм. И город моментально это
почувствовал. Шефы в своей помощи учеб-
ным заведениям стали значительно скупее.
15»
Если раньше в воспитательных целях они все
же находили подросткам работу у себя
в цехах или давали заказы мастерским школ
и ПТУ, то теперь возиться сними стало не-
выгодно.
Полбеды, если подросток нс находит ме-
сто после уроков, другое — когда получает от
ворот поворот тот, кто решил после восьмо-
го класса идти работать.
Анализируя положение на заседании рес-
публиканской комиссии по делам несовер-
шеннолетних, мы столкнулись с тем, что да-
же Прокуратура республики оказалась бес-
сильной. Лозунги о социальной защищенности
подростков, о праве каждого на труд повисли
в воздухе.
Ясно, что прежде всего беззакония тво-
рятся в отношении «трудных» — тех, кто ос-
вобожден из колонии или специальных учеб-
но-воспитательных учреждений, также состо-
ит на учете в инспекциях по делам несовер-
шеннолетних. Надо ли удивляться, что из
привлеченных к уголовной ответственности не-
совершеннолетних в 1989 году 76 не работали
и не учились.
Бурным получилось то заседание респуб-
ликанской комиссии. Досталось всем —от
прокурора до директоров заводов. В духе ста-
рых времен грозили санкциями, партийными и
административными. А поразмыслив, решили
найти такие механизмы, чтобы предприятиям
было выгодно брать на работу несовершен-
нолетних. Ведь возятся же с подростками из
производственном объединении «Элекон» —
в 1989 году в его цехах работало около 500
учащихся. А объединение надело хомут еще
160
больший — создало школьный завод, готово
сделать его городским. Доверило школьникам
производство калькуляторов.
Таких заводов на Казань надо несколько.
Проект постановления с привычным «по-
высить», «усилить» отклонили, поручили раз-
работать специальную программу «Подро-
сток и труд». К моменту выхода книги она
уже будет действовать. В ней учтены право-
вые, экономические, воспитательные аспекты
проблемы. Трудоустройство молодежи перей-
дет на государственные рельсы — поставлена
задача найти источники финансирования для
специальной службы. Только на обществен-
ные начала надеяться не приходится.
Что-то меняется и в среде родителей. Все
чаще звонят в редакцию: «Помогите устроить
сына на работу. Не хочу, чтоб болтался по-
сле уроков без дела...» Наконец поняли, что
деньги зарабатывать должен не только от-
прыск американского миллионера.
...И все-таки город упустил шанс сде-
лать труд главным воспитателем. Ведь в
идее Володи Барца были заложены не толь-
ко экономические, но и нравственные возмож-
ности. Его подростковая организация могла
бы стать важным рычагом самоутверждения
казанской молодежи, создать условия для
полноценной социализации. Кто знает, может,
с ее помощью удалось бы переориентировать
на добрые дела целые дворовые компании.
Почему же ребята не откликнулись на ин-
тервью? Ведь в беседах со мной они идею
Барца поддерживали.
А может, они просто нам не поверили?
П л зп
161
ПУСТЬ БУДЕТ У РЕБЯТ
СВОИ АЭРОПОРТ!
В 1980 году в Казани начал действовать
новый аэропорт. Старый, находящийся в чер-
те города, доживал последний год, когда на
страницы газет вылилась дискуссия о его
судьбе.
Идея содать на базе старого аэропорта
центр авиатехнического творчества детей и
молодежи казалась нам такой естественной,
что, публикуя письмо директора городской
станции юных техников С. Борзенкова, мы
не сомневались, что казанцы и власти ее под-
держат. Ведь разумнее использовать имею-
щиеся постройки аэропорта — ангар, другие
здания, чем строить новые сооружения.
Идея создать в Казани городской центр
технического творчества детей и молодежи
родилась в начале 80-х годов. Комсомольские
активисты мечтали возродить былые тради-
ции. Это удивительно, но в крупнейшем
центре авиапромышленности с несколькими
предприятиями, авиационным институтом и
техникумом, несколькими профтехучилищами
этого профиля техническое творчество прак-
тически в загоне. Оно поддерживается ценой
энтузиазма отдельных любителей. Если в 50-е
годы планер студенческого КБ «КАИ-12» по-
шел в серию и стал основным в аэроклубах
страны, то сегодня на возрожденных слетах
конструкторов-любителей казанцев далеко
обошли куйбышевцы, харьковчане и даже жи-
тели небольших городов и поселков.
О том, как рождалась идея, в июле
1989 года на страницах «Вечерки» рассказал
162
один из ес разработчиков, впоследствии ра-
ботник горкома ВЛКСМ С. Новиков.
Сформировавшаяся при городской станции
юных техников инициативная группа, изучив
опыт других городов, вышла с идеей созда-
ния городского авиационного летно-технииг-
ского центра (АЛТЦ), подготовила проект его
устава и принципов организации. Обнародо-
вала эту идею в «Советской Татарии» писа-
тель Нонна Орешина. Пошли в обком комсо-
мола.
Ругать комсомол сегодня признак хо-
рошего тона. Но и тогда, и сейчас случись
что, куда сначала обратятся? Вот и авиато-
ры, прикинув, «чей лоб прочнее», пошли к
тогдашнему секретарю обкома Дамиру Ша-
яхметову. Встретили полную поддержку и
заверение, что борьбы за АЛТЦ будет более
чем достаточно. Примерно тогда же дирек-
тор Бауманского клуба юных техников
Ю. Сергеев обратился в облсовпроф с пред-
ложением отдать старый аэропорт под Дво-
рец авиации. Но в то время кабинеты в ин-
станциях часто меняли хозяев, а в комсомоле
начали создавать центры НТТМ. Под пред-
логом «дай бог это осилить» вопрос об АЛТЦ
был отложен.
Вот что писал 7 июля 1988 года по этому
поводу С. Борзенков: «Какое же дело пред-
ложить молодым, чтобы прекратилось ра-
стление душ? Говорят, что клин вышибают
клином. Давайте разберемся, откуда у под-
ростков стремление к дракам. Они ищут ос-
трых ощущений, желают самоутвердиться сре-
ди сверстников. Думаю, это вполне естествен-
П*
163
но н непорочно. Порочно то, во что выливает-
ся это стремление.
А если парню вместо железного прута да-
дим в руки руль мотоцикла, штурвал само-
лета, стропы парашюта? И пускай рискует
и самоутверждается на здоровье! Разве мож-
но сравнить этот риск, воспитывающий му-
жество, характер, силу духа, смелость, с опас-
ностью быть искалеченным или даже убитым
в уличных драках?»
Редакция попросила прокомментировать
предложение С. Борзенкова генерального ди-
ректора авиационного производственного объ-
единения имени С. П. Горбунова Виталия
Егоровича Копылова. Он назвал эту идею
«сверхценной» и предложил свою помощь.
«Я интересовался стоимостью переоборудова-
ния аэропорта и дальнейшей эксплуатации.
Если это не под силу нашему предприятию,
то на паях содержать будет нетрудно. При
мощном индустриальном потенциале города
проблем нет»,— сказал он.
Совсем иную оценку получила эта идея в
горисполкоме. В официальных ответах, при-
сланных заместителем начальника УКСа
А. Поповым, директором института «Каз-
гражданпроект» М. Кафиатуллиным, главным
архитектором города М. Агишевым, сообща-
лось следующее: «На вопросы, что будет на
месте старого аэропорта, всегда давался од-
нозначный ответ: новый жилой район. С се-
редины 70-х годов проектный институт «Лен-
гипрогор» начал проектировать этот жилой
массив...
ГлавАПУ считает нецелесообразным ис-
пользование бывшего аэропорта под аэро-
164
дром ДОСААФ н центр технического творче-
ства».
Доводы официальных лиц не убедили го-
рожан. В своих письмах они просили пере-
смотреть решения, принятые в 1969 году, ког-
да проблемы с подростками не стояли
так остро. Горожане полагали, что нельзя
оценивать этот вопрос только с экономиче-
ской точки зрения. Да, жалко уже затрачен-
ных денег, да, меньше получим новых квар-
тир. Но можно ждать выигрыш в другом. Сей-
час нельзя упускать ни одного шанса, чтобы
изменить жизнь подростков. Создание центра
технического творчества — реальная возмож-
ность отвлечь тысячи мальчишек от улицы.
В истории с аэропортом проявили завид-
ную настойчивость комсомольские работники.
В отличие от авторов писем в «Вечерку», во-
оруженных только эмоциями, ребята из гор-
кома комсомола и комитета ВЛКСМ авиа-
ционного объединения имени С. П. Горбуно-
ва вступили в спор с фактами в руках.
По подсчетам энтузиастов (горком ком-
сомола работал в тесном сотрудничестве с
руководителями профсоюзных клубов юных
техников и клубов ДОСААФ), центр с само-
го начала мог бы принять 1500—1700 ребят,
в основном подростков, а со временем здесь
смогли бы заниматься до трех с половиной
тысяч человек.
Конечно, авиатехнический центр не решил
бы всех подростковых проблем. Да и возмож-
на ли тут какая-то одна панацея? Но он соз-
давал бы надежную основу для воспитания
у юных казанцев любви к технике, потребно-
сти в осмысленном досуге. Опыт показывает,
165
что ребята, занятые техническим творчеством,
не «мотаются».
Пробивать идею центра приходится, слов-
но штурмовать хорошо укрепленную высоту.
Доводы «против» каждый раз приводятся не-
шуточные. Сначала была попытка прикрыть-
ся заботой о жилье, но, как оказалось, жи-
лые кварталы будут находиться за предела
ми спорной территории. Потом стали пугать
казанцев децибелами — мол, не успели изба
виться от одних самолетов, предлагаются дру-
гие. Авторы идеи уточнили: как это ни пе-
чально, но от взлетной полосы в черте города
приходится отказаться—летать юные авиа-
торы будут в Куркачах. На последнем витке
борьбы снова возникла спорная ситуация: ли-
бо детский авиацентр, либо городской авто-
вокзал, проект которого разработан Новоси-
бирским филиалом института «Гипроавто-
транс» и уже прислан в Казань для согласо-
вания.
Впрочем, перед ГлавАПУ (теперь Главказ-
архитектура) каких «либо-либо» нс стояло —
заказывая «Казгражданпроекту» разработку
планировочной структуры Советского района,
па территории которого находится старый аэ-
ропорт, управление дало четкую установку—
автовокзал на 800 мест. А получило (о, бла-
гословенные времена демократии!) — альтер-
нативный вариант. Авторы проекта С. Сана-
чин и Ф. Евсеева сделали то, что надо было
сделать раньше — просчитали несколько ва-
риантов размещения автовокзала. И предло-
жили построить его в другом месте, что поз-
волит отдать старый аэропорт под детский
центр. Их идею поддержали коллеги по ипс-
166
титуту, она нашла своих приверженцев на
i радостронтельном совете ГлавАПУ, секции
Союза архитекторов, у членов городского ко-
ординационного совета по техническому твор-
честву молодежи.
Было это уже в мае 1989 года, когда ка-
федра охраны природы Казанского универси-
тета и Управление вневедомственной госэкс-
пертизы ТАССР отвергли предложение Глан-
АПУ. Размещение автовокзала на террито-
рии старого аэропорта сильно осложняло и
без того опасную экологическую обстановку
в Советском районе.
Проектировщики из Новосибирска завери-
ли, что проект будет переработан с учетом по-
желаний казанцев. Но этого не потребова-
лось. Судьбой старого аэропорта распорядил-
ся Совет Министров ТАССР, который не внял
доводам оппонентов и встал на точку зрения
Главказархнтектуры.
На совещаниях много говорилось об эко-
номии государственных денег: мол, вложен-
ных затрат в проектирование нового жилого
массива, автовокзала не вернуть. Но не за-
мечались очевидные факты.
Заведующий отделом рабочей молодежи
горкома ВЛКСМ С. Туруллин писал в «Ве-
черке»: «Действительно, на освоение нового
района уже израсходовано более 20 миллио-
нов рублей. Но эти затраты нельзя целиком
отнести к затратам на новый жилой массив.
Например, котельная будет снабжать дома
Азино и некоторые микрорайоны Горок».
Брали в расчет экономическую сторону
проблемы и проектировщики из «Казграждан-
проекта». Если решение ГлавАПУ требовало
167
семимиллионных расходов, то их предложе-
ние обошлось бы городу в один миллион.
Ощутима разница и в стоимости авнатехни-
ческого центра. Ведь необходимость его соз-
дания не подвергалась сомнению. Это преду-
сматривалось целевой комплексной програм-
мой развития научно-технического творчества
молодежи Татарии на 1986—1990 годы, ут-
вержденнной обкомом партии, Совмином ав-
тономной республики, облсовпрофом и обко-
мом комсомола. Для нового строительства
центра нужно 3—3,5 миллиона рублей, пере-
оборудование сооружений старого аэропорта
снизило бы затраты в 2,5 раза. Как заметил
на страницах «Вечерки» председатель обко-
ма ДОСААФ Г. Шакиров, в случае переобо-
рудования центр смог бы принять юных тех-
ников уже через год.
Чем больше я вникала во все эти споры,
тем более очевидным становился вопрос: что
штурмует общественность? Не ведомственные
ли амбиции?
Несмотря на все доказательства, порой
действительно убедительные, о невозможно-
сти пересмотреть решения 1969 года, выяв-
лялось простое стремление настоять на своем.
Это не был диалог равных оппонентов. Офи-
циальные власти не столько убеждали обще-
ственность в правоте собственных решений,
сколько лишний раз доказывали ей, кто в го-
роде хозяин. Это стало особенно ясно на пуб-
личной дискуссии в Доме политпросвещения,
которая проводилась в сентябре 1988 года.
Неприятие людей вызвал не сам отказ, а
ход обсуждения. По одному факту они сдела-
ли два вывода: во-первых, городские власти
16Я
по-прежнему не считаются с мнением горо-
жан, во-вторых, проявляя на словах готов-
ность решать подростковые проблемы, они на
деле не используют реальной возможности
сделать хотя бы один шаг в этом направле-
нии.
Вопрос о судьбе старого аэропорта приоб-
ретал принципиальный характер. Речь шла
не столько о конкретном решении, сколько о
доверии к властям. Я помню, как после вы-
ступления председателя горисполкома на дис-
куссии в Доме политпросвещения зал демон-
стративно покинули те немногие подростки,
которые пришли сюда. И хотя ребят из Прн-
голжского района заботили совсем другие
проблемы, не аэропорт, они убедились, что
между взрослыми и подростками по-прежне-
му глухая стена непонимания.
Горисполком, а точнее ГлавАПУ, стоял
насмерть. Не поколебали его даже публика-
ции в центральной прессе. «В конце концов
взрослые просто обязаны восполнить тот из-
начальный дефицит внимания, с которого, ду-
мается, и начались все беды»,— писала в
журнале «Кругозор» В. Толмачева. «Что же
•ыберут казанцы»?— этим вопросом завер-
шала она свой репортаж из Казани.
Перед сессией горсовета, где должны были
обсуждаться проблемы народного образова-
ния, мы еще раз вернулись к судьбе старого
аэропорта, рассчитывая на поддержку на-
родных депутатов.
Заканчивая обзор читательских писем,
20 сентября 1988 года мы обратились к де-
путатам с такими словами: «Судьба моло-
дежного центра технического творчества в
!69
ваших руках. Неужели мы до сих пор не уяс-
нили себе, что есть такие решения, принимать
которые в служебных кабинетах нельзя? Тут
, ешающес слово должно принадлежать тем,
ради кого решения принимаются». Но депу-
таты не заметили ни этого призыва, ни на-
каза избирателей, под которым стояло
883 подписи. Рассуждая о путях совершен-
ствования воспитания, они сочли вопрос об
авиатехническом центре слишком мелким,
чтобы обращать на него внимание. Я была
этому свидетелем.
С резким осуждением решения Совмина
ТАССР выступил в нашей газете уже изве-
стный С. Новиков.
5 июня 1989 года в статье «Только ли об-
щественность проиграла?» он писал: «Как
можно пренебрегать уникальными сооружения-
ми, так нужными самодеятельным конструк-
торам? Тем же ангаром, построенным еще из
крупповской стали. ГлавАПУ такого не со-
орудит, это уж точно. Ангар нуждается в ре-
конструкции. Но ведь она обойдется дешев-
ле. И зачем уничтожать отлаженный, обжи-
той. пропитанный духом авиации организм
аэропорта? Ведь сюда же все задуманное
впишется идеально».
В ответ было гробовое молчание. Ни одна
из официальных организаций не стала убеж-
дать казанцев в правильности принятого ре-
шения. Видимо, не сочли нужным.
ПОСМОТРЕТЬ
ПРАВДЕ В ГЛАЗА
СУДЬБА ПОДРОСТКОВ:
КРИМИНАЛЬНЫЙ АСПЕКТ
Почему в Казани молодежные проблемы
носят криминальный характер, а не полити-
ческий, идеологический, как в других горо-
дах?
Какая связь между войной группировок
и бандой «Тяп-ляп»? Какие причины обусло-
вили перерождение обычных дворовых компа-
ний в преступные сообщества? Почему в борь-
бе с ними оказались бессильны правоохрани-
тельные органы?
Думаю, без поиска ответа на эти вопросы
здесь не обойтись. Точки зрения на этот счет
существуют разные, поэтому я предоставлю
слово нескольким собеседникам, которые бы-
ли не просто наблюдателями, а непосред-
ственными участниками событий.
Из всех причин, обусловивших острогу мо-
лодежных проблем, выделю две, которые но-
сят, так сказать, криминальный характер.
Первая связана с давней городской тради-
цией. Из поколения в поколение повторялась
легенда о том, как на льду Кабана, в центре
города, сходились в жарком поединке казан-
ские батыры, чтобы помериться силой, утвер-
дить свою власть в городе. Не о таком ли
событии писал Лермонтов, рассказывая о куп-
172
пе Калашникове? Легенда, естественно, нахо-
дила повторение в жизни. Правда, поединки
со временем видоизменялись. Если в далеком
прошлом они скорее всего носили националь-
ный характер — после покорения Казани Ива-
ном Грозным русским полагалось жить по од-
ну сторону озера, татарам — по другую, то в
нашем столетни, а, может, и раньше и пра-
вая, и левая стороны посылали к месту пое-
динка (с точки зрения современного закона—
массовой драки) интернациональное «войско».
Мне не удалось определить, когда закончи-
лись эти схватки. Последнее свидетельство
имею от «бойца» 1943 года рождения.
Иные «теоретики» современных группи-
ровок, прикрываясь седой стариной, считают
себя наследниками той традиции. Но дра-
лись на льду Кабана на кулаках и до первой
крови, лежачего не били, слабых на драку не
посылали. А что сегодня?
О какой удали может идти речь, если «ба-
тыры» пускают в ход металлические шары и
прутья, доски и колья, кирпичи и холодное
оружие? Если топчут упавшего и насыща-
ются только кровью, как вампиры? Медики
отмечают, что редкая драка обходится без
проломленного черепа. Не раз приходилось
слышать, что на специальных занятиях груп-
пировщикн учатся бить без промаха по поч-
кам.
Вторая причина связана тоже с тради-
циями, но иного плана. Как мне говорили
многие, Казань не была городом, спокой-
ным в криминальном отношении. Преступ-
ный мир здесь имеет сильные и глубокие кор-
ни. Тот факт, что перерождение дворовых
173
компании не обошлось без его влияния, не
отрицает никто.
Трудно анализировать события задним чис-
лом. Сейчас можно предположить всякое. Су-
ществует несколько точек зрения на этот счет.
Многие связывают разделение города на
враждебные территории с примером банды
«Тяп-ляп». Подробнее об этом вы прочитае-
те в следующей главе.
Не исключено, что разделение на «своих»
и «чуж)их», взаимные набеги и примирения
помогали подросткам как-то оживить их до-
вольно скучные будни. Ведь играли же в
свое время в Тимура, его команду и компа-
нию Мишки Квакина. К этому времени школь-
ная жизнь потеряла для мальчишек всякий
интерес. Она не давала возможности попро-
бовать свою удаль, была лишена абсолютно
всякой романтики, о риске я уже не говорю.
Начавшись безобидно, игра «кто сильнее?» со
временем трансформировалась в настоящую
войну.
Есть и иное мнение: систему группировок
создал преступный мир, видя в ней своеоб-
разную школу для подрастающей смены. Не
исключено, что, толкая малолеток на кражи,
изнасилования, угоны автотранспорта, на мас-
совые драки, матерые преступники тем са-
мым сковывали силы милиции.
Какая из этих точек зрения ближе к ис-
тине, сейчас определить практически невоз-
можно. Одно несомненно — в какой-то степе-
ни наверняка имели место все три причины.
Впрочем, лучше предоставить слово про-
фессионалам, работникам правоохранитель-
ных органов.
174
И. Матвеев, начальник следственного от-
дела Управления внутренних дел Казанского
горисполкома:
— Думаю, события развивались бы по
другому сценарию, если бы не практика от-
кровенного очковтирательства, которая на-
блюдалась в семидесятые и начале восьми-
десятых годов. За состояние преступности от-
вечал прокурор, который мог в твоем при-
сутствии бросить в корзину любой рапорт.
Многие данные держали под семью замками.
Ни в коем случае нельзя было допустить рост
преступности несовершеннолетних, наоборот,
в официальных отчетах данные занижались.
О достигнутых «успехах» говорили с высоких
трибун. Истинное же положение знали не-
многие. Но и они, называя реальные цифры,
нередко переходили на шепот. Попробуй зая-
ви открыто.
Те, кто, выступал против такой «хнмнн», из
органов изгонялись. А многие сами ушли —
не хотели кривить душой.
Горожане о наиболее тяжких преступле-
ниях, конечно, узнавали — слухи помогали. Но
их утешали: в семье, мол, не без урода. А ког-
да приоткрыли завесу—все ахнули. Оказы-
вается, подростки нс только из-за шалости но-
сы друг другу разбивали, но и грабили, на-
силовали, совершали дерзкие разбойные на-
падения и даже убивали.
Ясно, что преступность несовершеннолетних
поднималась не на пустом месте. Давали о
себе знать упущения в борьбе с общей пре-
ступностью.
Помню такое время, когда нам некогда бы-
ло заниматься квартирными ворами, семей-
175
нымн дебоширами — все силы были брошены
на группировки.
Е. Гатцук, заместитель начальника Уп-
равления внутренних дел Казанского горис-
полкома:
— На момент существования банды «Тяп-
ляп» в городе было еще несколько преступ-
ных сообществ. Я бы не назвал их бандами.
Но это и не группировки в современнном по-
нимании этого слова. Целью их создания не
было разделение сфер влияния—они созда-
вались с целью обогащения. Как правило, та-
кие группы существовали параллельно, кон-
фликты имели только между собой.
Уже в ту пору были, конечно, и дворовые
компании, оспаривавшие право считаться са-
мыми сильными в городе. Случались драки
между ними, спорадические, стихийные.
Если бы мы умели прогнозировать собы-
тия, если бы думали о возможных последстви-
ях, если бы приглядывались к мелочам, ко-
торые на самом деле не мелочи. Если бы...
Но мы не думали, не приглядывались. Ма-
ло того, когда события заставили-таки обра-
тить на себя внимание, им не придали особо-
го значения. Хотя многие уже понимали, что
в городе происходит что-то неладное.
После разоблачения банды «Тяп-ляп» ста-
ло относительно спокойно. Резкий подъем
пришелся на 1982 год. Драки между груп-
пировками шли с применением кольев и дру-
гих «подручных средств».
В 1984 году «Жилка» и «Грязь» устроили
«ледовое побоище» на озере Глубоком, где
собрались до 400 человек. Ясно, что за горо-
дом в один час они оказались не случайно.
176
Понадобились немалые силы правопорядка,
чтобы усмирить разбушевавшиеся группиров-
ки.
А ведь у нас имелись факты, которые
должны были бы насторожить...
В 1982 году директор ПТУ-51 М. Ганеева
сообщила нам (я тогда работал начальником
в Приволжском райотделе милиции), что в
училище многие ребята нацепили значок од-
ного образца: маленький красный треугольник
Речфлота РСФСР. Мы узнали, где он прода-
ется, и выяснилось, что в течение недели бы-
ло раскуплено две с половиной тысячи штук.
Кто выдвинул эту идею, кто организовал? Не
могли же все враз принять одно решение?
Может, и нс было в том событии ничего
криминального — просто ребячье подража-
тельство. Но через несколько лет подростки
не будут скрывать от взрослых свою симво-
лику, оденутся в одну униформу, придумают
знаки различия группировок, чтобы по типу
вязаной шапочки можно было узнать «свое-
го» и «чужого».
О том, что идет процесс организованного
укрепления, можно было догадаться и по та-
кому факту. В дни майской и ноябрьской
демонстраций в одно место стягивались сразу
несколько группировок. Они словно пробова-
ли наши силы. И постепенно стали перехо-
дить в наступление.
Когда несовершеннолетний Хабибуллнн и
трое его дружков совершили злостное хули-
ганство и групповое изнасилование, они бы-
ли арестованы и отданы под суд. После про-
цесса группировкой была предпринята попыт-
ка отбить их у конвоя.
12 -л-311
177
Мы уже не могли помешать главному —
механизмы вражды сложились. В одночасье
обнаружили, что конфликтует весь юрод.
Группировки пошли в наступление. Когда в
марте 1985 года после допроса в милиции
скончался один из подростков Кировского рай-
она, на похороны собралась, пожалуй, вся мо-
лодежь города. Это была настоящая демон-
страция.
И как бы мы ни старались казаться хо-
зяевами положения, силы, противостоящей
группировкам, в городе не было.
Если в середине семидесятых годов драки
разных компаний были стихийными, то через
10 лет они становятся в большинстве своем
организованными, заранее спланированными.
Группировки то мирились, то враждовали, а од-
нажды вообще заключили всеобщее переми-
рие. Когда Казань была полна слухами о
предстоящем съезде панков. Наши «моталь-
щикн» решили дать им отпор. Пришлось
поставить под ружье всю милицию города.
К счастью, все закончилось без происше-
ствий. Но после этого подросткам, остри-
женным на манер панков, стало небезопасно
появляться на улицах города.
Не могу утверждать наверняка, но мне
кажется, что казанским «мотальщикам* так
понравилась популярность — о них писали в
газетах и журналах, снимали фильмы и теле-
передачи, с ними встречались высокие долж-
ностные лица и ученые, что когда наступала
относительная тишина, они подогревали се
с помощью нехитрых приемов. Например, пус-
кали по городу слух о «месячнике любви»,
приводя в трепет тысячи казанских матерей
178
и их дочек. Или наезжали в другие горо-
да. Особую популярность наши «гопники»
приобрели в Москве. И хотя процент иного-
родних преступников из числа казанских под-
ростков в столице был небольшой, их выделя-
ли из общей массы.
Конечно», даже отдельные факты таких
«гастролей» вызывали наше беспокойство.
Для своевременного предотвращения подоб-
ных преступлении мы тесно сотрудничали с
транспортной милицией и московскими кол-
легами.
Сегодня хозяева положения — уже не
iруппнровки. Нам удалось переломить ситуа-
цию. Мы получили возможность заняться ее
анализом, реальной профилактикой. Наша
главная задача сегодня — это выявление по-
тенциальных группировщиков в среде две-
надцатилетних. Мало того, мы выявили ребят
из группы риска во всех первых классах казан-
ских школ. Но работа с ними — конечно же,
не милицейское дело. Ребятам нужна помощь
психологов, педагогов, медиков. Им нужны
нормальные условия жизни и взросления, что-
бы через несколько лет они не встретились с
работниками милиции уже в новом качестве.
Н. Быков, старший следователь Ленин-
ского РОВД:
— Где-то году в 80-м или 81-м мне поручи-
чили приглядеться к молодежи Соцгорода. По
нашим предположениям здесь тоже действо-
вала преступная группа. Район этот к тому
времени представлял устойчивую городскую
территорию заводской застройки со сформи-
ровавшимся населением, значительную часть
которого составляли ранее судимые. Своеоб-
12*
179
разным организующим центром такого рода
элементов, стягивающим преступников раз-
ного калибра со всего города, был птичий ры-
нок. место легальных встреч и знакомств.
Я неделю не вылазил из Соцгорода — ме-
ня освободили от всех других дел. Однако
выводы, к которым я пришел, моему началь-
ству не понравились. Мне даже намекнули,
не больной ли я?
Так что не надо казанцев обманывать: мы
знали, что в нашем городе существовала не
одна банда «Тяп-ляп». Причем, если в пору
ее деятельности остальные преступные груп-
пы не высовывались, то после суда над ней
голову подняли другие.
Можно было предположить, что пример
«Тяп-ляпа», державшего в страхе весь город,
кому-то покажется заразительным, что най-
дутся другие группы, которые захотят занять
лидирующее место в преступном мире.
В 1984—1985 годах в противоборство бы-
ли втянуты практически все казанские груп-
пировки. и преступные, и обычные, дворовые.
Жесткий прессинг положение немного стаби-
лизировал. После амнистии наметился новый
подъем. В Ленинском районе, например, из
мест заключения вернулись 33 человека, зна-
чительная часть уголовных дел о хулиганстве
была прекращена.
Осужденные вернулись в свои группиров-
ки, а их места оказались заняты другими «ав-
торитетами». Доказывая свое право на преж-
нее место в сообществе, некоторые шли да-
же на преступление.
Почему же правоохранительным органам
не удалось предотвратить это явление?
180 _____________
Нас прежде всего подвело неумение рабо-
тать качественно, профессионально. Я имею-
в виду не теки, ко беспомощность инспектора
ИДН, который не имеет нужных знаний и
навыков, и малоквалифицированного следо-
вателя, но и в целом работу правоохрани-
тельных органов.
Мы думали, что «силовыми» методами
одолеем группировки, а получилось наоборот:
мы сплотили их, подняли преступный «про-
фессионализм» вожаков, выходящих на сво-
боду из колоний более жестокими и более из-
воротливыми.
Нам бы помнить, что ребята из подворо-
тен — никакие они не подонки, а наши дети.
Я не верю, что с каждым конкретным па-
реньком нельзя разобраться. Устать с ним, ко-
нечно, можно. Порой так хочется плюнуть с
досады. Но кто ему тогда поможет?
До каждого паренька разве мы доходили?
Что мы сделали в масштабах всего горо-
да? Противопоставили подростков горожанам.
Ужесточили контроль по всем направлениям.
Многие формы работы, взятые на воору-
жение, не приносят пользы. Скажем, без
конца дергаем ребят из группировок, обсуж-
даем, осуждаем, предупреждаем, заставляем
регулярно являться пред наши очи, организу-
ем многолюдные партийно-хозяйственные рей-
ды. когда процесс воспитания напоминает кон-
вейер. Кто-нибудь задумывался, имеет ли все
это результат? Я нс раз убеждался, что таким
образом мы лишь усугубляем положение дел.
Попав «на крючок» милиции, подросток
подвергается в группировке такой обструк-
ции, что ему не позавидуешь. Он еще больше
1S1
настраивается против нас, в другой раз стара-
ется напакостить так, чтобы его не поймали.
А почему все это происходит? Потому чтс
спрашивают не за конечный результат, а зь
бумаги, за «мероприятия», за планы.
Мне кажется, милиция должна работат'
по примеру американской. В каждом круп-
ном микрорайоне — что-то наподобие шерифа
со штатом, материальными ресурсами и пол-
ной самостоятельностью в действиях. Но и с
полной ответственностью за порядок на своей
территории. Тогда и спросить можно будет
построже.
Нуждается в переосмыслении деятельность
всех общественных формирований, которые
взаимодействуют с милицией. Скажем, район-
ные комиссии и инспекции по делам несовер-
шеннолетних во многом дублируют друг дру-
га. Может, комиссии вообще не нужны?
У нас любое дело могут так заформализо-
вать, что выхолащивается сама суть. Ска-
жем, в нашем районе мы подошли к мысли е
необходимости специализации сотрудников
для работы с главарями группировок. Потом
группы «Лидер» были созданы везде, уже фор-
мально. И вместо будничной кропотливой ра-
боты начались отчеты, справки...
А. Авдеев, начальник организационного от-
дела управления охраны при МВД ТАССР:
— В Казани уже десять с лишним лет раз-
рабатываются специальные планы по борьбе
с групповыми правонарушениями, однако ре
зультата ощутимого нет. Причина проста:
нельзя набором каких-то разрозненных мер
изменить то, что является плодом бездейст-
вия на протяжении многих лет.
IB2
Весь город боится «гопников». Не слиш-
ком ли много у нас «испугавшихся»? Не про-
сматривается ли в этом простое обыватель-
ское равнодушие? Почему за подростков ста-
ли нести ответственность только работники
милиции?
Мы делали не одну попытку привлечь к
охране общественного порядка широкую об-
щественность. Практика последних лет убе-
дила, что существующая система доброволь-
ных народных дружин, основанная на произ-
водственном принципе, себя изжила. Дополни-
тельные три дня к отпуску как-то дисципли-
нировали людей, отмена их повлекла массо-
вые невыходы на дежурство.
Три года мы пытались перестроить ДНД:
создавали их не на предприятиях, а по месту
жительства. Дружина из жильцов имеет мно-
го преимуществ. Начала потихоньку возрож-
даться забытая общественная мораль, у со-
седей появился повод познакомиться друг с
другом. Мобильнее стали формы работы —
дружинники не только патрулируют на ули-
це, но и заходят в квартиры, где живут «труд-
ные» подростки. Если на дружинника со сто-
роны можно было не обратить внимание, то
на помощь «своему» приходят другие жиль-
цы, а с народом не повоюешь. Важно, что в та-
кую дружину приходят в основном мужчины.
Мы не отрицаем и роль молодежных фор-
мирований по поддержанию общественного
порядка. Но попытки создать массовые отря-
ды в противовес группировкам заранее были
обречены на провал. Мы только противопоста-
вили одну категорию молодежи другой. Вот
что писал в «Вечерке» об окодовцах один из
183
группировщиков, пожелавший остаться неиз-
вестным: «Не всех берут «мотаться». Л тс,
кого отсеяли, идут в ОКОД, ОиД и кричат на
всех углах, что решили бороться с группиров-
ками. Но среди них нет ни одного путевого
человека, все они последние трусы. Когда они
кучей подходят к группе ребят, то такие наг-
лые, дерзкие, смелые. Но один оидовец или
группа без милиции постараются с «гопника-
ми» не встречаться».
А. Патулян, начальник республиканской
инспекции по делам несовершеннолетних:
— Если соотнести пики активности дворо-
вых группировок, то без труда углядишь, что
они приходятся на годы «спячки» правоохра-
нительных органов. Разогнали «Тяп-ляп» —
и успокоились. Через несколько лет отправили
за решетку сотни подростков — опять «засну-
ли». А ведь события надо было упреждать.
Или хотя бы идти с ними вровень.
Мы все эти гиды запаздывали. Пытались
улучшить положение какими-то частными
изменениями, а на мой взгляд, вся система
работы правоохранительных органов нужда-
ется в кардинальной перестройке.
Мы говорим: главное направление нашей
работы — профилактическое. Л мы не заблуж-
даемся? Не лучше ли профилактикой, а точ-
нее— воспитанием заниматься другим соци-
альным институтам: семье, детскому саду,
школе, учреждениям культуры? А нам оста-
вить другие функции—обеспечение правопо-
рядка, работу с теми, кто представляет об-
щественную опасность.
Я считаю, что систему инспекций по де-
лам несовершеннолетних необходимо упразд-
Я4
нить вообще. Во-первых, ИДН сегодня не
имеют полноценный кадровый состав, во-вто-
рых, обязанностей у инспекторов столько,
что изначально планируется нулевой резуль-
тат. Разве может один человек держать в по-
ле зрения до четырех-пяти тысяч подростков?
А ведь у него есть и другие обязанности —
дежурить по райотделу милиции, участво-
вать в раскрытии преступлений, даже по
службе БХСС поручения дают. С другой сто-
роны, все отделы занимаются несовершенно-
летними. Будто не ясно, что любое дело про-
фессионал сделает лучше дилетанта.
Если уж оставить инспекции, то они
должны иметь государственный статус.
С. Тесис, начальник отдела по борьбе с ор-
ганизованной преступностью МВД ТАССР:
— К сегодняшним проблемам мы шли лет
пятнадцать, и, пожалуй, подошли к молодеж-
ному кризису раньше других городов. Пото-
му и прославились.
Мы, к сожалению до сих пор не имеем
полного знания о группировках, о процессах,
происходящих в молодежной среде, а потому
очень часто «бьем по хвостам». Переориента-
ция дворовых компаний на социально полез-
ные дела практически не удастся.
Ждали мы помощи от науки. Но на Всесо-
юзной конференции по вопросам молодеж-
ной преступности, проходившей в 1989 году
в Минске, я убедился, что ученые не могут
нам дать конкретных рекомендаций. Хотя по-
добное явление теперь наблюдается уже во
многих городах страны.
Правда, я в своем выступлении сказал,
что Казани наука в какой-то степени помогла.
185
В частности, исследования, проводимые социо-
логической лабораторией университета во
главе с А. Салагаевым, которые были прове-
дены по ряду судебных процессов, в том чи-
сле и банды «Тяп-ляп».
До сих пор сильна установка решать моло-
дежные проблемы милицейскими методами.
Конечно, нам зевать не надо. Но правоохра-
нительные органы сегодня оказались в очень
сложном положении. Авторитет милиции и в
молодежной среде, и у населения очень спал.
Причин тут много. Да и сами работники отно-
сятся к своей работе без должного уважения.
Велика текучесть кадров. По итогам социо-
логического исследования, 38,5 процента хоте-
ли бы сменить работу. В прокуратуре и суде
этот показатель еще выше — соответственно
50 и 60 процентов. Люди говорят о постоян-
ных перегрузках. А объем и сложность рабо-
ты не только не уменьшаются, а наоборот,
увеличиваются.
Не думаю, что нам за короткие сроки уда-
стся стабилизировать обстановку. Но и не
стоит пугать горожан апокалипсисом. Нельзя
сказать, что «гопники» терроризируют весь
город, хотя такое мнение довольно устойчиво.
Конфликты в основном не касаются горо-
жан — группировки выясняют отношения меж-
ду собой.
Пока у нас нет основания говорить и о
том, что преступный мир распространил свое
влияние на все группировки, но опасность та-
кая есть. Вот почему фиксируем каждый шаг,
стараемся докопаться до корней.
К трагическим событиям 1988 пода с
семью смертельными исходами, думаю, уже
186
не вернемся. Все очевиднее становится ориен-
тация «мотальщиков» на корыстные преступ-
ления. Прослеживается система вымогатель-
ства денег у сверстников. Нс исключено, что
есть виды на подростков у рэкетиров. Широ-
кое распространение в группировках имеет
карточная игра.
Сегодня мы больше знаем, лучше умеем
работать. Отсюда и результаты ощутимее.
Интервью эти нуждаются в небольшом
комментарии. Мон собеседники—специали-
сты в своем деле, в этом не раз приходилось
убеждаться. Более эффективная работа с
группировками во многом связана с тем, что
на ключевых позициях оказались как раз та-
кие люди.
Все они в последние год-два поменяли ме-
сто работы. Правда, причины у каждого раз-
ные. И. Матвеев ушел на пенсию, но поля боя
не покинул. Тесная связь с журналистами при-
вела его к мысли самому взяться за перо
он перешел на работу в редакцию «Вечерней
Казани». Е. Гатцук, ранее работавший на-
чальником РОВД Кировского района, возгла-
вил новую городскую службу — управление
профилактики. Руководитель республикан-
ской ПДН С. Тесис стал начальником отдела
по борьбе с организованной преступностью.
Мы об этом сожалели, но понимали, что под-
ростки по-прежнему будут у него на контроле.
И очень жаль, что проработал в этом отделе
недолго — его перевели в Москву, в МВД
РСФСР.
Бывшие начальники районных ИДН А. Па-
туляи и Н. Быков продолжают работать с
18"
подростками, правда, на другом уровне. А вог
заместитель начальника УВД города А. Авде-
ев совершенно неожиданно для нас стал на-
чальником отдела, который к ребятам ника-
кого отношения не имеет.
Как я выяснила, сделал он это отнюдь не
по своему желанию. Нетрудно вычислить при-
чины. Заместителя начальника УВД, в компе-
тенцию которого входила борьба с преступ-
лениями несовершеннолетних, принесли в
жертву, когда понадобилось продемонстриро-
вать Москве, что в Казани не дремлют, нака-
зывают за плохой результат. Между тем Алек-
сандр Дмитриевич «крайним» тут не был. Хо-
тя бы потому, что на своем месте делал все
возможное, чтобы молодежные проблемы ре-
шались. На очередной сессии горсовета он, а
не кто-то другой, говорил о необходимости
трудоустройства подростков на время каникул.
Его статья в нашей газете «Откуда усобица
и как ее преодолеть?» наводила на размышле-
ние не только о правовых аспектах «казан-
ского феномена».
Нельзя не отметить, что при всех издерж-
ках именно правоохранительные органы ока-
зались способны как-то влиять на разви-
тие событий. Если бы не их наступательность,
положение могло бы оказаться много серьез-
нее.
ЛЕГЕНДА ПОД НАЗВАНИЕМ «ТЯП-ЛЯП»
Мне по-человечески жаль эту женщину,
хотя она сама во многом виновата в своих бе-
дах: наши дети воздают нам то, что мы в
них вложили или не вложили.
188
Десятки служебных кабинетов обошла она
за последние десять лет своей жизни, но ни
в одном не получила поддержки. И вот те-
перь, по ее мнению, забрезжил для нее лучик
надежды. Она не хочет умереть матерью бан-
дита, она умоляет снять с сына это позорное
клеймо. Ей очень хочется верить, что его осу-
дили напрасно, а потому сегодня, в пору пере-
смотра многих прежних представлений, рас-
считывает на реабилитацию..,
— Вы расскажите людям правду, и пусть-
они скажут, правильно ли его осудили, — уже
в который раз просит она меня.
Как ей объяснить, что мой рассказ мало
что изменит в ее судьбе? Разве что еще более
озлобится против нее людская молва, которая
вряд ли подвергнет приговор десятилетней
давности сомнению — скорее пожалеет, что
расстреляли всего двоих, а не всех четверых,
как было решено вначале.
Это для нее Джавдат — любящий, забот-
ливый мальчик — единственная надежда и
опора родителей. Для других—он главарь
преступной банды.
Ей никогда не найти понимания и сочув-
ствия у людей, которые содрогаются при од-
ном упоминании об этом уголовном деле.
«Тяп-ляп» для Казани — это знак беды, на-
ложившей отпечаток на судьбы многих горо-
жан. «Тяп-ляп» — это символ зла, которое не
удалось победить даже суровым приговором,
лишившим жизни ее сына.
Было это в 1979 году. Журналистов при-
гласили на процесс, обещавший стать про-
цессом года, а потом бесцеремонно выставили
189
за дверь — и ни один материал о банде «Тяп-
ляп» не появился. Люди питались слухами
Помню, мне с большой долей уверенности
очевидца рассказывали, как «тяп-ляповцы»
ездят на маш-шс по городу и стреляют по про-
хожим из обрезов. Какого-то старика убили
прямо на скамейке у дома.
Появление «тяп-ляповцев» вызывало шок.
Один из моих коллег так вспоминает встречу
с ними во Дворце культуры имени Урицкого:
«Они приехали на автобусах, профессиональ-
но блокировали зал, где проходили танцы, —
и начали всех подряд избивать. Местная мо-
лодежь мужественно защищалась. К концу
дракн подоспела милиция. Автобусы отпра-
вились обратно с эскортом. Но, по-моему, это
больше походило на охрану, чем на задер-
жание хулиганов. Насколько мне известно, и
этот поход прошел для «тяп-ляповцев» безна-
казанно».
Этого эпизода в уголовном деле нет. Там
дела пострашнее.
Октябрь 1977 года—две попытки убийст-
ва приемщика посуды Гришина — чтобы не
«стучал» в милицию.
Февраль 1978 года—убийство с третьей
попытки Даньшина. Убийство жестокое —
шестеро на одного.
Июль 1978 года — драка с местными у
магазина деревни Старое Победилово. Двое
пострадавших получили ножевое ранение,
один — смертельное, в одного стреляли из пи-
столета. Событие случайное по завязке, но
закономерное по существу. На всякий случай
«тяп-ляповцы» имели при себе оружие, рези-
новый шланг и напильник.
190
II наконец та самая «пробежка» но ули-
цам Ново-Татарской слободы в конце августа
1978 года. О ней стоит рассказать подробнее.
Начну с цитаты из уголовного дела: «В 1973—
1976 гг. в жилом микрорайоне казанского за-
вода «Теплоконтроль» сгруппировалась часть-
молодежи, склонной к правонарушениям, со-
вершая драки из хулиганских побуждений с
подобными же группировками ул. Павлюхи-
на, Тукаевской, в микрорайонах Казанского
мехобъедннения—ул. Меховщиков, К. Яку-
ба, Ш. Камала и других (так называемой
Ново-Татарской слободе). Эти столкновения
носили стихийный, неорганизованный харак-
тер, в них участвовало незначительное число
лиц. В такой противоправной форме зача-
стую разрешались личные счеты».
У меня еще будет возможность рассказать
о взаимоотношениях казанской молодежи на
почве соперничества. Здесь достаточно инфор-
мации о том, что молодежь, живущая рядом
с заводом «Теплоконтроль», в просторечии
именуемом «Тяп-ляп», враждовала с моло-
дежью Ново-Татарской слободы. «Тяп-ляпов-
цы» очень хотели подчинить соперников свое-
му влиянию, но Ново-Татарская сопротивля-
лась. И вот в конце августа 1978 года ру-
ководящее ядро «тяп-ляповской» компании
принимает решение проучить «врагов» — на
29 августа была назначена своеобразная «ка-
рательная» акция. «Тяп-ляповцы* должны бы-
ли проехать по улицам Ново-Татарской сло-
боды на мотоциклах, но нм помешали работ-
ники милиции. Операцию пришлось отложить
на 31 августа.
Собрались все в одном месте, получили
191
инструкции и на машине отправились на место
акции, где пробежали толпой по двум ули-
цам. избивая первых встречных. Вот краткая
хроника этой операции :
— избили металлическими прутьями муж-
чину;
— забросали такими же прутьями мото-
циклиста с пассажирами;
— обстреляли другого мотоциклиста с пас-
сажирами;
— обстреляли микроавтобус с четырьмя
людьми;
— обстреляли микроавтобус с работника-
ми милиции;
— у дома убит 74-летний Закиров, двое
получили огнестрельные ранения, одна из по-
терпевших осталась в 20 лет инвалидом;
— на железнодорожной платформе Вахи-
тово избили напоследок двух молодых муж-
чин.
Я представляю, в какой ужас были вверг-
нуты в этот день жители улиц Зайцева и Ме-
ховщиков. Число жертв могло быть больше:
не взорвалась граната, брошенная Тазетднно-
вым вблизи от людей.
Это нападение было бессмысленным и же-
стоким. Мстили одним, а избивали других.
Мало того, опьяненные своей силой, не забо-
тились даже о безопасности своих —и в ре-
зультате четыре человека получили в пере-
стрелке ранения, один — Музафаров—скон-
чался в больнице.
Трудно понять, как умудренные преступ-
ным опытом вожаки «тяп-ляповцев» пошли на
столь рискованный шаг — финал его можно
было предсказать заранее. Отвечать приш-
192
лось уже нс только за набег, но и за другие
преступления.
Как видим, были у нападавших и метал-
лические прутья, и оружие, даже граната бы-
ла припасена. Вот как охарактеризован этот
эпизод в уголовном деле: «Умысел участников
бандитского нападения 31.8.78 на жителей
Приволжского района был направлен на со-
вершение нападения на граждан в составе
вооруженной банды: многочисленность напа-
давших, обеспечение транспортом, оговорен-
ность предстоящих команд и действий до на-
чала нападения, наличие оружия и средств
маскировки (чулки на лицах), выполнение
команд и построений — все это охватывалось
сознанием всех участников».
Итог известен — 27 человек на скамье под-
судимых с обвинением по 77-й статье УК
РСФСР (бандитизм), 28-й привлекался к
уголовной ответственности за недоноситель-
ство.
Фамилии преступников мало что скажут
читателям. Но кое-какне сведения о них пред-
ставляют несомненный интерес. Люди разных
специальностей и социальных положений: ра-
бочие, служащие, учащиеся техникумов. Сред-
нюю школу закончили 17 человек, неполное
среднее образование имели 10, у одного за пле-
чами была только семилетка. Один в момент
нападения был военнослужащим, дома ока-
зался случайно и вместо спортивных соревно-
ваний угодил на целых 10 лет в колонию.
Семь человек не работали и не учились.
Возрастной состав довольно пестрый: са-
мому старшему — 26, и лишь семеро — несо-
вершеннолетние. То есть чисто молодежное
13 л эн
193
сообщество, в котором проходили <практику>
малолетки. Немаловажно, что были в компа-
нии в основном люди холостые, женаты —
двое, оба имели по ребенку.
Очень важная деталь: десятеро были ра-
нее судимы, в основном, за хулиганство.
Меня в этой компании больше всего инте-
ресовал Джавдат Хантемиров, или Джавда,
как звали его в дворовой компании.
Его биография уместилась в несколько
строк из судебного фолианта в 30 томов: ро-
дился в феврале 1956 года, окончил 10 клас-
сов школы №48, работал электриком в Моло-
дежном центре и одновременно учился на пя-
том курсе строительного техникума, холост,
жил вместе с родителями—отец 1926 года
рождения, участник Великой Отечественной
войны, мать с 1929 года.
Родители радовались, наблюдая, с каким
упорством идет сын к диплому — выходцы из
деревни, они сами не получили образования и
очень хотели, чтобы это сделал их сын. Навер-
ное, уже мечтали о внуке — знали, что у сына
есть подруга.
И вот последним августовским днем
1978 года на всем этом—на родительских
мечтах, на его собственных планах — был по-
ставлен крест.
Впрочем, его тень появилась много рань-
ше— в январе 1974 года, когда он за хули-
ганский проступок был осужден на 4 года
6 месяцев. Никто тогда не увидел в нем зако-
ренелого преступника, и после года с неболь-
шим лишения свободы он был освобожден —
сначала с привлечением к труду, а потом ус-
ловно досрочно.
194
Очень трудно совместить в одном лице два
разных лика—с одной стороны, добрый сын
и умный ученик, который читал Конфуция, с
другой — опасный преступник. Вот какую ха-
рактеристику дала Джавде следственная
группа по делу банды «Тяп-ляп»; «Хорошо
развитый, по характеру волевой и жестокий,
обладающий специальными познаниями в об-
ласти бокса, насаждал средн членов банды
культ силы... Крайне опасный, жестокий пре-
ступник, в достижении своих преступных це-
лей не останавливается ни перед чем, готовый
на любое, самое тяжкое преступление».
Видимо, противоречивые чувства испыта-
лип те, кто находился в зале суда, когда шел
этот нашумевший процесс. Джавда, напоми-
нающий подростка, совсем не походил на ор-
ганизатора и главаря преступного сообщест-
ва. Тем более, что сам он не совершал тех
злодеяний, о которых шла речь. В огромном
уголовном деле было всего два эпизода с его
участием, которые при другом стечении об-
стоятельств скорее всего не повлекли бы ли-
шения свободы.
Судили его, однако, не за то, что он вме-
сте с товарищами украл овцу, озорства ради,
и не за то, что, выясняя отношения, ударил
человека. Семьдесят седьмая статья УК
РСФСР позволяла привлечь его к уголовной
ответственности именно как организатора
банды, даже если сам он ничего не делал.
О том, что Джавда был инициатором преступ-
лений, в начале следствия говорили несколь-
ко подсудимых, однако потом они от своих
слов отказались. Сам Джавда избрал такти-
ку молчания. Он, единственный, отрицал все
13
195
обвинению. Руководитель следственной группы
по делу В. Красов в нашем разговоре вспом-
нил слова Конфуция, которыми руководство-
вался подсудимый: «Когда я молчу, я выиг-
рываю:».
Но Конфуций не предвидел всей сложно-
сти положения, в котором оказался Хантеми-
ров. Молчание только усугубило его вину.
Видимо, теперь так и не удастся выяснить,
каким он был на самом деле. Есть официаль-
ная точка зрения, изложенная в приговоре.
Комментируя ее, В. Красов говорил о том, что
Джавда был в банде своего рода идеологом.
Это он стремился к тому, чтобы подчинить
влиянию «тяп-ляповцев» все молодежные ком-
пании города. Именно он, вернувшись из ко-
лонии, организовал устойчивую вооруженную
группу. Есть свидетельства тех, кто с ним рос,
дружил, сидел на скамье подсудимых. Не от-
рицая того, что Хантемиров пользовался в
среде «тяп-ляповцев» авторитетом, входил,
что называется, в высшие эшелоны руковод-
ства бандой, а порой был вообще на первых
ролях, они не признавали за ним роль главно-
го вожака.
Сейчас вряд ли усмотришь в их призна-
ниях какую-то корысть. Мало того: есть тут
определенная опасность: если главарь не
Джавда, то кто? И хотя с той поры немало
воды утекло, я не почувствовала в собеседни-
ках желания раскрыть все карты. Кто зна-
ет — может, игра тем процессом не закончи-
лась или прервалась только временно.
У меня такое ощущение, что и подсуди-
мые, и те, кто их оценивал, знали, что в зале
суда речь идет лишь о верхушке айсберга.
196
В уголовном деле целевые установки бан-
ды были сформулированы так: нападение, фи-
зическая расправа и уничтожение граждан, не
поддающихся влиянию банды или препятствую-
щих действиям банды, или заподозренных в на-
рушении интересов членов банды и их знако-
мых, совершение корыстных преступлений, раз-
бойных нападений, грабежей и краж. Отдель-
ные эпизоды уголовного дела подтверждают
эти установки. Однако те корыстные преступ-
ления, о которых идет речь в приговоре, на мой
взгляд, совсем не требовали создания банды.
В деле фигурируют магнитофоны (два), мохе-
ровый шарф, кроссовки, часы (двое), куртка,
украденная с вешалки, ворованные овца и гу-
си... У одного прохожего отняли чемодан и сум-
ку, у другого — две бутылки вина, коробку кон-
фет и золотое кольцо. Наибольшей притяга-
тельностью пользовались у стяп-ляповцев»
джинсы и мотоциклы — и тех, и других укра-
дено по четыре.
Если учесть, что список подсудимых по
этому делу составил 28 человек, а большин-
ство корыстных преступлений совершались
отдельными лицами или небольшими группа-
ми, а потому рассматривались отдельно от об-
винений по 77-й статье, имеет ли смысл гово-
рить об организованном преступном промы-
сле? Однако, как утверждают специалисты,
такой промысел все же был. Ко времени су-
ществования банды «Тяп-ляп> у нас относят
зарождение рэкета (это слово мы тогда знали
из кинофильмов про итальянскую мафию).
В уголовном деле находим отголоски остав-
шихся за кадром событий: один из потерпев-
ших едва не поплатился жизнью за помощь
197
милиции в изобличении трех вымогателей.
В деле есть показания об одном бармене, ко-
торый под пыткой был вынужден написать
расписку о выдаче тысячи рублен, правда, в
обвинительное заключение они не попали. По-
казательно, что средн свидетелей было много
представителей «денежных» профессий: мяс-
ники, приемщики посуды, таксисты, директор
комиссионного магазина.
Официальная версия конфликта «тяп-ля-
повцев» с бывшим сотоварищем Даньши-
ным— его контакты с молодежью Ново-Та-
тарской слободы, с которой компания Ханте-
мирова враждовала. Есть мнение, что Коля-
Колесо стал вторым «медведем» в берлоге и
кому-то мешал. А, может, все было много про-
заичнее? В среде бывших «тяп-ляповцев» мне
говорили о большой сумме денег, которую
должен был отдать Даньшин и не отдавал.
Возможно, это был карточный долг, возмож-
но, преступная добыча.
Убийство Даньшина, согласно выводам
следствия, организовал Хантемиров. Но край-
ним был не он. Хантемиров исполнял чью-то
волю. Но чью?
Неужели следователи, судьи не знали это-
го?
Естествен вопрос: чем это объяснить?
Московская журналистка Ольга Чайка, впер-
вые обнародовавшая историю банды «Тяп-
ляп» и назвавшая имя ее настоящего главаря,
отвечает на этот вопрос без обиняков: такой
расклад дела был выгоден казанской мафии
(в ее существовании она не сомневается):
«Джавда явился, собственно говоря, типич-
ной фигурой, которой играющий мафиози был
198
готов пожертвовать в своем игре и пожертво-
вал» (Отрицательный угол. Молодая гвардия.
1990).
По ее предположениям, банда имела на-
дежное прикрытие в правоохранительных ор-
ганах, а возможно, и еще кое-где повыше.
Чем иначе объяснить, что в период деятель-
ности преступной группы в Приволжском рай-
оне было укрыто 28 преступлений из 36 по
городу? Я тоже располагаю сведениями о том,
что работники милиции будто боялись «тяп-ля-
повцев»—тс без всякой опасности кутили в
ресторанах, имея там «свои» столики, играли
в карты в «своем» номере гостиницы «Татар-
стан». Тем не менее я бы поостереглась де-
лать уверенные заключения. Их не докажешь.
Есть и другие обстоятельства, которые нельзя
нс учитывать.
Первое: работники милиции и следствия
не были готовы к борьбе с новым видом пре-
ступной деятельности. Анализируя все фак-
ты, связанные с бандой «Тяп-ляп», я не наш-
ла прямых подтверждении о се связях с силь-
ными мира ссго.
Не сомневаюсь, что следователи знали
больше, но не на все преступления могли
представить суду доказательства. Организо-
ванная преступность тем и сильна, что созда-
ет особые условия существования, гаранти-
рующие максимальную безопасность. Ведь
совсем не случайно Хантемиров нс запачкал
своих рук в убийствах, и Даньшина убивал
совсем не тот, кому он помешал. В свою оче-
редь Джавда предпочел расстаться с жизнью,
но не выдал, от кого получал указания.
199
Свидетель обвинения Манты, такой же
преступник, но из другого клана, назвал ис-
тинного главаря банды, но подтвердить пока-
зания в суде побоялся. Страх парализовал и
жителей Ново-Татарской слободы — многие,
на кого было совершено нападение, остались
в материалах дела неустановленными лица-
ми.
В правовых «университетах» преступных
сообществ учат, как уйти от возмездия. Су-
ществует строгая конспирация, которая не
позволяет всем знать друг друга. В ходу толь-
ко клички, между собой знакомы лишь ру-
ководители «пятерок». При случае у каждого
в наличии—минимальная информация.
Если бы не глупая выходка «тяп-ляпов-
цев», решивших в открытую попугать «вра-
гов» из Ново-Татарской слободы, быть может,
милиция и не подобралась к банде, кусая ее
по мелочам. Уже в ходе следствия от основ-
ного уголовного дела отпочковалось несколько
«дочерних». Все, что не имело надежных до-
казательств связей с основным сюжетом след-
ствия, рассматривалось отдельно, не по 77-й
статье. Истинный главарь, которого все-таки
удалось изобличить, был обвинен совсем за
другие дела: его судили одновременно по двум
статьям: 146-й (разбойное нападение) и 117-й
(изнасилование).
Второе: система очковтирательства, кото-
рая была сильна в то время, могла покрыть
любое преступление, если это нужно было для
радужного отчета. И не только правоохрани-
тельных органов. В. Красов рассказывал мне,
что трижды в неделю он бывал в одном высо-
200
ком кабинете обкома партии. Однажды чуть
не лишился своего поста, поскольку его вер-
сия не устраивала руководство республики.
«У нас нет преступного мира», — говорил
ему большой человек из Прокуратуры.
Начальству было от чего волноваться: ко-
му же хотелось прославиться на всю страну?
Родители осужденных «тяп-ляповцев» за-
блуждаются, считая, что дело было сфабри-
ковано для получения наград и почестей (я
читала их письмо в «Литературную газету»
с просьбой о реабилитации сыновей). На са-
мом деле была довольно настойчивая попыт-
ка сделать вид, что ничего особенного не
произошло — обычное уголовное дело. По
признанию одного из участников событий, на
70-м году советской власти говорить о су-
ществовании банды было не в унисон с побед-
ными репортажами о состоянии преступности.
Следственной группе стоило немалого муже-
ства отстоять свое заключение. В награду
же они получили по 30 рублей (Красову как
руководителю дали 160), хотя полгода ра-
ботали без выходных.
Почему вдруг выводы следствия нашли
высокую поддержку, сказать трудно. Но
можно предположить, что не последнюю роль
здесь сыграла передача какой-то западной
радиостанции, куда просочились сведения о
«тяп-ляповском» деле. Передачу, естественно,
слышали и в Москве...
В Верховный суд ТАССР дело пришло уже
с «согласованным» обвинительным заключе-
нием. Каде сказал мне судья Б. Шакуров, ко-
201
торый его рассматривал, довольно смелая по
тем временам формула обвинения, появив-
шаяся на стадии следствия, была вызвана
безысходностью ситуации. Суд руководство-
вался законом. Действия преступной группы
подпадали под статью 77, хотя большинству
подсудимых наказание все-такн определяли
за конкретные преступления. Они бы его в
любом случае получили.
Я не юрист и приходится верить на слово.
Могу лишь засвидетельствовать, что все две-
надцать адвокатов заявили в суде, что необ-
ходимых доказательств существования банды
у следствия не было. Правда, к их словам
надо тоже относиться критически. В порыве
защитить подопечного (само это право сом-
нению не подвергается) кое-кто охарактери-
зовал преступную а,кцию с двумя трупами,
совершенную «тяп-ляповцами» 31 августа
1978 года, «проявлением хулиганства», прос-
той «пробежкой» по улице.
Я спросила у Б. Шакурова, как бы он
поступил, если бы это уголовное дело приш-
лось рассматривать сейчас, подписал бы
смертный приговор Хантемирову? Вместо от-
вета он сказал следующее: «Как же низко
опустился порог чувствительности! К убий-
ству стали относиться как к нормальному
явлению. Суд исходил из общественной опас-
ности преступной группы, учитывая конкрет-
ные обстоятельства того времени».
Я не зря уделила столько внимания Джав-
дату Хантемирову. Так понятнее многие ме-
ханизмы событий, сокрытые от нас десяти-
летней давностью. Джавда стал не только
202
жертвой своих сообщников, попавшихся на
нехитрую уловку — они поверили слуху о его
самоубийстве, а узнав, что он жив, с той же
легкостью свалили вину на мертвого Муза-
фарова. Хантемирова принесла в заклание
сама Фемида, которой в тот момент, види-
мо, было все равно, чья голова падет в ис-
купление зла.
На скамье подсудимых находилась дале-
ко не вся компания. При желании ее вожа-
ки могли намного увеличить число нападав-
ших, поскольку к тому времени имели едино-
мышленников во всем городе.
Интересно, что завоевывали они их по-раз-
ному. Кого-то подчиняли силой, к кому-то за-
сылали для ведения переговоров своих «дип-
ломатов», как было с молодежью Кировско-
го района. Причем действовали по-умному:
не разрушали старых компаний, а ставили во
главе своих людей.
По мнению социологов университета,
стремление «тяп-ляповцев» захватить новые
территории стало одной из причин возникно-
вения тех специфических форм, которые при-
няли молодежно-подростковые компании в
нашем городе. Политика экспансии вызыва-
ла сопротивление у ребят из других микро-
районов, возникла необходимость защитить
себя, свои интересы. Компании объединялись.
Нс все они обладали преступной ориентаци-
ей, но идеология была одна — защитить свою
территорию. Это и стало пусковым механиз-
мом явления, которое проявило себя в полной
мере много позднее. Не случайно сегодняшние
группировки во многом похожи на «тяп-ля-
повскую» — по своей структуре, разделению
203
ролей, законам жизни. По мнению специали-
стов, они более организованны, чем их пра-
родитель.
Помню, как одна ученая дама из москов-
ского НИИ поучала меня: мол, не должны
вы связывать современные группировки с
бандой «Тяп-ляп». Видимо, она полагала,
что с «Тяп-ляпом» покончено навсегда. В от-
личие от нее, у меня не было тогда достаточ-
ной информации, чтобы судить об этом. Те-
перь связь между событиями разных лет для
меня очевидна.
Но я бы не стала упускать из виду и дру-
гие обстоятельства.
Что и говорить — Хантемиров, не выдав
ни одного своего сообщника, ушел из жизни
героем в глазах подростков. Сама банда ста-
ла в глазах казанской молодежи легендой.
Мальчишки из микрорайона «Теплоконтроля»
растут с ощущением своей избранности. Прав-
да, сожалеют, что сегодня «Тяп-ляп» уже нс
так грозен, как раньше.
Не думаю, что они имеют склонность к
преступному миру. Вряд ли сегодняшние
подростки представляют, что это такое —
банда «Тяп-ляп». Психология у них такая,
что они весьма критичны ко всему, что гово-
рят взрослые. И чем напористее те пугают
бандой, тем больше прибавляют ей мифиче-
ского авторитета. Удивляться не приходит-
ся—до сих пор уголовное дело о банде пок-
рыто флером неизвестности. Волевое реше-
ние закрыть журналистам рот (вполне воз-
можно, руководствовались каким-нибудь доб-
рым побуждением) через годы дало неожи-
данный эффект. Будь у мальчишек последую-
204
щих поколений более полная информация о
деяниях <тяп-ляповцев», они, наверное, не
стали бы их столь романтизировать.
Мы рискуем ошибиться, если будем рас-
сматривать идеологию войны группировок
только с чисто криминальной стороны. Что-
бы понять, что случилось с молодежью горо-
да, надо заглянуть в шестидесятые годы,
когда на окраине Казани, рядом с заводом
«Теплоконтроль», появился новый микрорайон
из панельных пятиэтажек, в которые вселял-
ся в основном рабочий люд. Хантемнровы пе-
реехали сюда в 1961 году, когда Джавдату
было 5 лет. Когда он стал подростком, в этом
микрорайоне поселился тот, кто сыграл ро-
ковую в жизни многих ребят роль.
Почему именно этот человек стал в компа-
нии савторитетом», сейчас сказать с досто-
верностью трудно. Говорят, сначала его тут
крепко избили — и он позвал на подмогу
приятелей с прежнего места жительства,
А потом новые друзья посрамили старых —
картежники и воры, кучкующиеся в районе
рынка Суконной слободы, вынуждены были
уступить более молодым и более сильным
«тяп-ляповцам».
В том, что надо держаться дружной ком-
панией, юные новоселы убедились, что на-
зывается, на собственной шкуре.
Микрорайон, в котором они жили, был
окружен частными домами, одной стороной
выходил на промышленные предприятия, соз-
дававшими отнюдь не лучшую экологическую
обстановку. Мальчишки из соседних поселков
Калиновка, Нахаловка и Борисково встрети-
205
ли новоселов в штыки — то один, то другой
был бит.
Здесь не было ничего, кроме жилых до-
мов и самых необходимых магазинов. Чтобы
как-то заполнить свободное время, мальчиш-
ки ездили в центр или Дворец культуры на
улице Павлюхина. Там их тоже били.
Драки между ребячьими компаниями в
то время были спонтанными, никто из взрос-
лых не придавал им особого значения. Та-
ким образом утверждали себя, соперничая
с другими, как молодые олени в брачную
пору. Как признавался мне один из бывших
«тяп-ляповцев», жить в группе было много
легче. Они объединялись, чтобы защитить
себя перед лицом общей опасности. Основой
объединения стал спорт. В подвалах домов
они оборудовали несколько спортзалов (пер-
вый появился где-то в 1970 году), где «ка-
чались», занимались боксом. Некоторые по-
сещали спортивные секции, ездили на сорев-
нования.
Годах в 1972—1974 «тяп-ляповцы» разгро-
мили калнновцев, совершали рейды по дру-
гим районам и однажды переломили соотно-
шение сил в свою пользу.
Калнновка объединилась с Борисковом.
Появились монтировки, прозвучали первые
выстрелы, начался счет жертв. Консолидация
шла с обеих сторон. В этой обстановке каж-
дый мальчишка был вынужден подчиниться
обстоятельствам — иначе просто было нель-
зя. Мир разделился на «своих» и «чужих».
Постепенно «тяп-ляповская» компания бе-
рет в городе верх. Она ищет и находит союз-
ников. На улицах, где живут «враги»
206
«врагов», во дворах, где раньше жили маль-
чишки.
Когда-то их били на танцплощадке, те-
перь они там верховодят. «Сохнут» по «ге-
роям» с «Теплоконтроля» девчонки. Чем даль-
ше, тем больше растет у парней уверенность
в своих силах,' стремление главенствовать,
добывать блага любой ценой. Видимо, в этот
момент обычная дворовая компания пере-
рождается в преступное сообщество. Она бы-
ла готова на все — и этим умело воспользо-
вались те, кому нужны были «боевики». Ес-
ли вначале боролись, что называется, за свет-
лые идеи (бей чужих, чтобы они не насило-
вали твою сестру!), то постепенно на первый
план вышли идеи совсем другие — коры-
стные. Всеобщим становится опыт, принесен-
ный из преступного мира и дополненный опы-
том мира обычного: молодые люди видели,
что живет лучше не самый умный и трудолю-
бивый, а тот, кто при деньгах или при власти.
Зачем идти на завод (дорога для многих бы-
ла именно туда), если можно и без этого
иметь все, что хочешь.
Милиция им особо не досаждала. Во-пер-
вых, как говорили мне бывшие «тяп-ляповцы»,
ей за это платили, во-вторых, жертвы меж-
групповой войны у стражей порядка жалости
не вызывали. Если бы не августовские собы-
тия 1978 года, убийство Даньшина и покуше-
ние на Гришина, по всей вероятности, оста-
лись бы нераскрытыми.
Как видим, нет оснований говорить о том,
что идеология вражды была кем-то привне-
сена извне, она развивалась естественным
путем. Не только романтика двигала подро-
207
стками, а прежде всего необходимость вы-
жить в этом сложном для них мире.
Разоблачение «тяп-ляповцев» вызвало в
городе неоднозначную реакцию. «Враги» по-
радовались, друзья огорчились, считая, что
разбор дела был необъективным, а приговор
несправедливым.
Кто тогда задумался, какими будут по-
следствия этого уголовного дела.
Семьдесят седьмая статья, по которой су-
дили «тяп-ляповцев», придала нм еще боль-
ший авторитет. В зоне их встречали с особым
почтением. Они принесли туда иные нравы,
видоизменив привычный «кодекс чести» пре-
ступного мира. Говорят, колонией, где сидели
казанцы, управлять обычными методами бы-
ло невозможно. В свою очередь дорога на-
зад, привычный мир, оказалась для многих
затруднена. Л ведь не все угодившие тогда
на скамью подсудимых были закоренелыми
преступниками. Они стали жертвами своего
времени, и их судьба во многом оказалась
предопределенной. Поселись Джавдат Ханте-
миров в другом месте, он был бы сейчас в
живых.
Сошлюсь опять на мнение бывшего «тяп-
ляповца». По его мнению, агрессивность их
компании во многом — порождение того мощ-
ного прессинга, который они на себе испыты-
вали.
В обществе, где все настроено на воспи-
тание победителей, где победителю прощают
все, где в достижении победы все средства
хороши, не умеют проигрывать с достоин-
ством, с честью. Мой собеседник проводил
параллели с боксом: там в выигрыше чаще
208
всего не тот, кто умеет бить, а тот, кто на*
учился не получать удары.
Так что в каком-то смысле матери «тяп-
ляповцев», просящие реабилитировать их сы-
новей, правы. Они назвали их жертвами за-
стойного времени.
Направив общественное мнение исключи-
тельно против «тяп-ляповцев», мы загнали
болезнь вглубь, через несколько лет она во-
зобновилась, но уже в более сложных фор-
мах. Ведь почва для ее возникновения оста-
лась и дала всходы.
ПОДРОСТОК и ЗАКОН
Горячая дискуссия вокруг проекта Основ
уголовного законодательства поделила обще-
ство на две части. Одни требовали ужесточе-
ния наказания, другие призывали к гуман-
ности.
Для Казани этот спор не был чисто теоре-
тическим, и разноголосица мнений не могла
не влиять на тех, кто разговаривал с подро-
стками от имени закона.
Однако допущения тут вряд ли правомер-
ны. Здесь важно мнение специалиста. Я по-
просила прокомментировать письма читате-
лей и свои наблюдения Прокурора Татарской
АССР, государственного советника юстиции
3-го класса О. Антонова.
— Олег Михайлович, как вы относитесь
к дискуссии на предмет «казнить или мило-
вать»? Приведу два полярных мнения.
С. Новиков, инженер: «Диагноз постав-
лен: скажем так —рак в запущенной форме.
Лечение? Если следовать призывам «Ве-
М л-зц
209
черки» — чистить зубы и закалять организм.
Поздновато это. Метастазы надо вырезать.
Потом уже лечить».
Н. Зимнякова, пенсионерка: «Никогда не
соглашусь, что осталось только отсечь боль-
ное место. Как и где отсекать? Не останется
ли большая, долго не заживающая рана?
Есть ли уверенность, что удалим корни?»
— Беда многих — крайности. Мне кажет-
ся, вообще на эту тему спорить нельзя. Осо-
бенно с дилетантских позиций. Каждый раз
суд имеет дело с конкретным преступлением
и конкретным преступником. Вопрос о мере
наказания, жесткой или гуманной, всегда
должен решаться дифференцированно, с уче-
том тяжести содеянного, личности подсуди-
мого, наступивших последствий.
Если оценивать положение в Казани, то
мы старались из стороны в сторону не ша-
рахаться. Наказание и не ужесточалось, и не
смягчалось.
— И все-таки, анализируя статотчетность
Министерства юстиции ТАССР, я заметила
определенную цикличность, которая легко увя-
зывается с особенностями ситуации того или
иного года.
Я понимаю: судьи — тоже живые люди, и
они не могли не ощущать всеобщих ожида-
ний казанцев, пребывающих в святой уверен-
ности, что город освободится от скверны,
стоит всех «гопников» пересажать в колонии.
Во-вторых, наблюдалось определенное дав-
ление из руководящих кабинетов.
— Я не могу согласиться с вами: мера
ответственности подростков перед законом
определялась в суде, а не где-то наверху.
210
— Конечно, прямых распоряжений могло
и не быть. Но на совещаниях с участием ру-
ководителей правоохранительных органов не
раз приходилось слышать о необходимости
строже подходить к участникам драк.
— Конечно, призывы активнее бороться
с опасным злом с трибун звучали. Но меру
наказания определял все-таки суд.
Если и говорить о каком-то влиянии, то
мы его ощущали совсем из других кабинетов:
когда, начиная с 1987 года, наши приговоры
стали один за другим опротестовываться в
Москве. И это послабление не могло не отра-
зиться на последующих судебных процессах.
На волне ложной гуманизации стали
больше уповать на общественное воздействие,
и в результате некоторые лица, не желающие
встать на путь исправления, поняли гумани-
зацию как вседозволенность и совершили бо-
лее тяжкие преступления.
Аналогичная картина произошла и с груп-
пировками. Основной формой борьбы с этим
негативным явлением стали уговоры, нази-
дания — и в результате мы имели массовые
хулиганские проявления в 1988 году. Сейчас
все поняли допущенные просчеты, и инициа-
тива в выборе мер наказания не сковывается.
— Мне трудно спорить с Прокурором
республики, когда речь идет об общих тен-
денциях в определении мер наказания. Но по
отдельным уголовным делам, с которыми до-
велось ознакомиться, можно проследить, ког-
да «закручивали гайки», а когда «отпуска-
ли вожжи».
Один партийный лидер в 1986 году убеж-
дал меня, что ужесточением наказания мы до-
14* 211
бились главного: подростки испугались и
больше не дерутся. Разговаривали мы летом,
когда драк действительно не было. В сентяб-
ре они снова начались. Мой собеседник, ви-
димо, не знал, что летом у группировок —
тоже каникулы. Или всерьез полагал, что на
торфяном болоте пожар можно потушить, сбив
пламя на поверхности. Такне заблуждения
нам дорого стоили.
Никому не придет в голову освобождать
от ответственности преступников. Но откуда
у людей уверенность, что лучший способ для
этого — лишить подростка свободы?
Снова обращусь к письмам читателей.
Здесь тоже оценки противоположные.
Р. Тагиров, доцент КГУ: «Видимо, в ко-
лониях более беззаботная жизнь, чем на сво-
боде. Поэтому побывавший там не боится
попасть в колонию снова. Л ведь были вре-
мена, когда лишение свободы сочеталось с
каторжным трудом. Это давало результаты:».
И. Долгушев: «Мне не понятно, почему
подростковые колонии называются воспита-
тельными. Ведь там никого не воспитывают.
Наоборот, время пребывания в колонии ста-
новится временем подготовки к будущим
преступлениям.
Я глубоко убежден, что колонии для не-
совершеннолетних должны быть другими, ес-
ли нельзя от них вообще отказаться. Пусть
подросток отбудет свой срок среди хороших
книг, рядом с настоящими педагогами:».
Какова ваша точка зрения, Олег Михай-
лович, на эти письма?
— Как легко люди рассуждают о том, че-
го не знают! Приходилось читать предложс-
212
ння о том, что несовершеннолетние не долж-
ны отбывать срок вместе с взрослыми пре-
ступниками. Но так оно и есть: для взрос-
лых — исправительно-трудовые, для несовер-
шеннолетних — воспитательно-трудовые ко-
лонии.
Каторжного труда в колониях, конечно, нет.
И нс должно быть. По все осужденные несо-
вершеннолетние работают. Например, в Ка-
занской колонии, где отбывают наказание
юноши 14—18 лет, ежегодно изготовляется
промышленной продукции на 2,5 миллиона
рублей. Это манометры, компакт-кассеты для
магнитофона, игрушка «вертолет». Осужден-
ные имеют возможность учиться, нормально
отдыхать.
Если придет в колонию посторонний, по-
разится— и вправду, все, как на воле. На
первый взгляд, чего тут не жить! Но это
тольдо на первый взгляд. Подростки попа-
дают в мир, где законы существования, как
в джунглях. Все построено на 'насилии, на
ущемлении прав слабого. Вот только выхо-
дя на свободу, ребята об этом вспоминать нс
любят.
Мы не можем говорить о перевоспитании
еще и потому, что имеем в колониях кадры
воспитателей, укомплектованных по «оста-
точному принципу». Воспитатели постоянно
ущемляют и без того малые права осужден-
ных: за малейшие нарушения наказывают,
лишают связи с родственниками, а опыт по-
казывает благотворность этих связей.
— Я получила письмо из колонии от одно-
го из казанцев, осужденного уже во второй
раз. Вот что он пишет: «Мне очень трудно
213
преодолеть ту социальную пропасть, что раз-
деляет нас: вы — в городе, я — в зоне. О за-
ключенном годами складывалось одно мне-
ние— как о человеке, лишенном принципов,
законченном негодяе, у которого нет святого,
не способном мыслить, страдать, любить,
быть нужным людям. Ла, здесь, конечно, вся-
кие встречаются. Но в подавляющем боль-
шинстве это глубоко несчастные люди. Мно-
гие из них, попав сюда, лишаются всего, в
том числе и семьи. В этой жизни главное —
вовремя остановиться, а иначе не вылезешь
из трясины, которая с каждым, даже незна-
чительным нарушением тюремного режима
затягивает тебя все глубже и глубже в омут
этого омерзительного болота. Хорошо, если
рядом окажется человек, который протянет
руку помощи и постарается тебя оттуда вы-
тащить».
Автор письма подтверждает и ваши сло-
ва: «Зона— это замкнутый круг, где царят
беззаконие, насилие, взяточничество и дру-
гие пороки застойных времен».
— Работники Прокуратуры нашей рес-
публики постоянно бывают в колонии, но
внешнего .контроля мало. Если мы хотим из-
менить атмосферу мест заключения, нужно
менять там педколлективы полностью.
— Как бы ни пытались подростки, вер-
нувшиеся из колонии, скрыть, как плохо они
там жили, это все равно всем известно. И все
равно зона ребятам не страшна. Наоборот,
она стала мерилом особых заслуг «гопни-
ка» — своего рода орден.
Почему же уголовное наказание не являет-
214
ся сдерживающим фактором? Неужели под-
ростки не боятся лишения свободы?
— Боятся. Но каждый думает, что он в
колонию не попадет. Нам, к сожалению, нс
удалось создать обстановку неотвратимости
наказания. И тут казанцы, критикующие пра-
воохранительные органы, правы.
Вспомним 1983—1986 годы. Драки следуют
одна за другой. Милиция либо запаздывает —
и все успевают разбежаться, либо хватает всех
подряд. Дерутся человек 60, а на скамью под-
судимых попадают 7—14. Бывало и так: из-
битые есть, а виновных нет. Вернее, виновные
есть, но вина их не доказана. И тогда не мо-
жет быть и речи об уголовной ответствен-
ности.
И праведный гнев горожан обрушивался
на работников Прокуратуры — это мы не
давали осудить, нарушая закон. Гневаться
же надо было на следователей, которые не
могли представить суду необходимые дока-
зательства.
— Яс такими случаями встречалась. Но
наблюдалась и такая картина: закон приме-
нялся к подросткам избирательно — за одно
и то же преступление одного направляли в
колонию, другого — на поруки. Это не могло
вызвать уважения к закону, особенно, если
мера наказания определялась какими-то внеш-
ними факторами, местом работы родителей,
например.
Многие работники правоохранительных ор-
ганов говорили мне, что статистика преступ-
ности корректировалась, в сторону уменьше-
ния, конечно. Вы ведь тоже сталкивались с
подобными фактами. В мае 1988 года на кол-
215
легии Прокуратуры ТАССР были вскрыты
такие факты: Вахитовская, Московская и
Приволжская прокуратуры поставили на учет
37 незарегистрированных дел, каждое вто-
рое—о хулиганстве. Незаконно отказано в
возбуждении 87 уголовных дел. Из 35 заре-
гистрированых 23 были не раскрыты. Кто
понес за это наказание?
— Прокуратура республики внесла пред-
ставления министру внутренних дел и на-
чальнику следственного отдела, по результа-
там рассмотрения которых в дисциплинарном
порядке было наказано 28 человек, в том
числе бывший заместитель министра Нев-
метов.
Сейчас факты укрытия преступлений еди-
ничны, но остается проблема качества след-
ствия — не все преступления раскрываются.
— И все-такн в последнее время следствие
по подростковым делам действительно стало
вестись более квалифицированно — появился
опыт. Но тем не менее многие подростки вы-
ходят сухими из воды. Горожане обвиняют
в этом плохие законы, следственные работ-
ники — суды. Так, старший следователь
МВД СССР по Татарии А. Николаев писал
в «Вечерке», что не законы у нас плохи —
просто их плохо используют. В частности, его
возмущало то, что где-то там, наверху, не
разрешают квалифицировать действия груп-
пировок по статье I903. Много приходилось
слышать сетований и о несовершенстве Уго-
ловного законодательства. Насколько они
состоятельны?
— Советы о том, какие статьи применять,
216
слышатся отовсюду. Кто советует 77, кто —
190*.
Простой горожанин, он, конечно, не знает
всех тонкостей законодательства, но старший
следователь должен знать, что 206 и 1901
статьи определяют меру ответственности за
разного рода преступления: первая — против
общественного порядка, вторая — против по-
рядка управления.
Для более точной оценки содеянного, уче-
та возраста преступников уголовные дела не-
совершеннолетних в Татарии рассматривают
специальные составы судов из наиболее опыт-
ных, квалифицированных работников.
А вот сетования на несовершенство за-
конодательства справедливы. В Уголовном
законодательстве нужны специальные нормы,
предусматривающие ответственность за об-
щественно опасные деяния, связанные с су-
ществованием преступных группировок. Они
должны охватить все правовые институты.
Необходимо законодательно закрепить по-
нятие антиобщественной группировки: лидер-
ство, членство, соучастие, подстрекательство,
вовлечение подростков путем уговоров, обма-
на, подкупа, угроз и так далее, предусмот-
реть правовую ответственность за все виды
препятствия добровольному выходу из сооб-
щества и разработать правовой механизм
освобождения от ответственной™ за такой
выход.
Как свидетельствует статистика, наиболь-
шее число совершаемых группировками пре-
ступлений— это хулиганство. Однако в дей-
ствующем законодательстве квалифицирую-
щего признака совершения хулиганства груп-
217
лой лиц не предусмотрено. Введение этой
нормы позволило бы привлекать к ответ-
ственности всех участников групповых прояв-
лений. -
Еще два года назад мы ставили перед Про-
куратурами Союза и РСФСР вопрос о необхо-
димости такой нормы. Будет ли она в новом
Уголовном законодательстве России —не
знаю. В Москве до сих пор существует мне-
ние, что война подростковых компаний — ло-
кальное, чисто казанское явление, а потому,
мол, не стоит вводить подобную норму в за-
кон. Я уверен: если была бы уголовная от-
ветственность за сам факт участия в груп-
повой драке, они не получили бы у нас тако-
го широкого распространения.
— Знакомство с судьбами конкретных под-
ростков позволяет сделать вывод о том, что
профилактическая работа среди несовершен-
нолетних не дает результатов. Много нарека
ний вызывает безосновательная постановка
на учет в инспекции по делам несовершенно-
летних, работа специальных учебных заведе-
ний— мальчики возвращаются оттуда еще
более озлобленными и агрессивными. А если
учесть, что порой туда посылают лишь за про-
пуски уроков и конфликты на этой почве с
учителями, можно предположить, как опасно
такое перерождение.
— Совсем безвинных туда все же не от-
правляют.
— Смотря что понимать под виной.
— По каждому конкретному случаю надо
разбираться отдельно.
К сожалению, факты, когда ребят за ма-
лозначительные поступки ставят на учет в
218
ИДИ, встречаются. Это или перестраховка,
или желание показать результаты своей ра-
боты.
— Вы знаете, один из подростков говорил
мне, что у милиции есть план: сколько по
какой статье в год посадить.
— Это выдумки, конечно. Но многие го-
ды и наша работа определялась валовым под-
ходом.
Видимо, пора ставить вопрос о том, что в
спецшколы и спецПТУ должен направлять
только суд, и обязательно с участием адво-
ката. И конечно, их работу тоже надо в кор-
не изменить.
— Казанцев радует, что милиция стала
вести себя в отношениях с подростками бо-
лее решительно. И результаты не замедлили
сказаться — хулиганы присмирели. Но все ли
средства хороши для этого? Есть ли у нас
гарантия, что дубинка в руках милиционера
не обернется против нас? В редакцию при-
ходит много писем о том, что подростков в
милиции бьют. К сожалению, они все аноним-
ные и проверить их нельзя.
— Такими фактами Прокуратура не рас-
полагает.
Мы не можем поставить прокурора возле
каждого милиционера. Но любой гражданин
вправе защитить себя сам — для этого дос-
таточно сообщить о беззаконии в органы
Прокуратуры.
— Если он знает закон. Но правовое не-
вежество поразительно! И некоторые долж-
ностные лица этим пользуются.
— Работники милиции немногого добьют-
ся, если будут действовать со связанными
219
руками. В конце концов они стоят на страже
интересов всех горожан.
Почему наши сыновья должны иметь уре-
занные права? Они живут в атмосфере по-
стоянного их ущемления.
— А закон может помочь тем, кто захо-
тел выйти из группировки?
— Конечно. У нас есть уголовные дела,
возбужденные но фактам преследований. Бы-
ло бы у самих подростков желание обратить-
ся ц защите закона.
— Но как оно возникнет, если закон для
них — это прежде всего карающая десница?
— На нашей эмблеме — два меча. Задача
органов Прокуратуры — не только карать, но
и защищать.
— Надо, чтобы об этом знали не только
работники Прокуратуры, но и подростки.
ГРУППИРОВКА КРУПНЫМ ПЛАНОМ
Письма подростков дают довольно полное
представление о структуре, отношениях, жиз-
недеятельности казанских «контор», которые
во многом схожи, но имеют и существенные
различия. Исходя из законов своей группи-
ровки, авторы откликов на исповедь Валерия
и оценивали сообщаемую им информацию,
в чем-то соглашаясь с ним, с чем-то споря.
В основном Валера нарисовал довольно
точную картину нравов в мальчишеской сре-
де. Но, видимо, резко негативное отношение
к сверстникам, которые причинили ему мно-
го плохого, помешало ему быть до конца
объективным. Спорили с ним в основном по
двум позициям. Он писал о том, что в «кон-
220
торах» нравится только тупым, ограниченным
подросткам, о дворовых вожаках — тупых,
ограниченных людях. Такое представление о
«мотальщиках» встречается и сегодня как в
ребячьей, так и во взрослой среде, но оно
нуждается в серьезной корректировке.
Если принимать за ограниченность отсут-
ствие каких-либо духовных потребностей — то
Валерий прав. Ребята из группировок дей-
ствительно мало чем интересуются. Любимые
занятия у них — кино- и видеосеансы, спор-
тивные тренировки. Посещение дискотек —
не столько вид отдыха, сколько возможность
самоутверждения, из-за чего танцплощадки
стали местом постоянных драк.
Группировка нивелирует вкусы и пристра-
стия ребят. Никто не признается, что имеет
какое-то отличное от других увлечение. Ча-
ще всего свободное время отдается коллек-
тивному «балдению». И хотя такое общение
в подростковом возрасте тоже имеет цен-
ность, постоянное ничегонеделание вызывает
тревогу.
Не раз приходилось убеждаться, что ка-
кое-то серьезное увлечение — учеба в худо-
жественной или музыкальной школе, занятия
в клубе юных техников — может спасти от
«конторы». Во-первых, ребятам из-за большой
занятости не до «балдения», во-вторых, к та-
ким не пристают.
Конечно, есть исключения. Знаю паренька,
который учится играть на кларнете. Два раз-
ных занятия — музыка и группировка — пло-
хо уживаются друг с другом и трудно ска-
зать, в чью пользу он сделает выбор. Не
уверена, что победит музыка.
221
Многие «моталыцики» занимаются в спор-
тивных школах и секциях. Но они живут в
ином режиме, чем остальные: могут не хо-
дить на «сборы», не участвовать в драках.
Что же касается тупости «мотальщиков»...
Конечно, лица их не назовешь одухотворен-
ными, и манеры далеки от идеальных. Це-
ремониться в их среде не принято, мат так
же естественен, как дыхание. Однако каждый
«гопник» в отдельности может оказаться вов-
се не глупым парнем, один, без компании,
он и ведет себя совсем по-другому.
Казанские ученые исследовали влияние
группировок на индивида, отмечая, что откло-
няющееся поведение во многом обусловлено
стадным чувством. Так, И. Юсупов и Э. Аха-
това, опрашивая учащихся ПТУ, выяснили, что
почти каждый пятый группировщик совер-
шает противоправные деяния под влиянием
группового эмоционального заряжения. Один
из «мотальщиков» признавался мне, что в
толпе сверстников он становится сильнее и
увереннее в своих силах, куда-то пропадает
страх за собственную жизнь.
Предмет особого внимания ученых и
правоохранительных органов — руководители
группировок. Когда наша газета начала упот-
реблять по отношению к ним слово «лидер»,
имея в виду понятие из области психологии,
нас забросали гневными письмами. Как мы
смеем называть хорошим словом нехороших
люден?! Пришлось учесть общественное мне-
ние и пользоваться другим понятием — гла-
варь. Однако в принципе это ничего не ме-
няло. Мы порой слишком упрощенно толкуем
222
вещи, которые выходят из круга привычных
нам представлений.
Мне пришлось встретиться с тремя раз-
ными вариантами управления группировка-
ми. Одна имела совет «авторов», во второй
заправляли три судимых сверстника, третья
управлялась «дедом», которого рядовые «мо-
тальщики» не знали. Как правило, вожаки в
излишней рекламе нс заинтересованы, их
имен в милиции наверняка не знают. Исклю-
чение составляют несколько человек. Такие,
как главарь «Жилки» Хандр. Он имел как
бы два лица — положительный на работе и
дома, Хайдр пользовался непререкаемым ав-
торитетом среди подростков, и не только на
Жилплощадке. Зная о его роли в группиров-
ке, работники милиции тем не менее долго не
могли к нему подступиться.
Нейтралитет взрослых по отношению к
ребячьим взаимоотношениям привел к тому,
что исчез положительный лидер двора. По-
явился главарь. Он тоже защитит слабого,
даст отпор хулиганам из соседнего района.
Исчезли только функции благородства.
Если раньше дворовый лидер одновремен-
но являлся лидером в школе (это был ком-
сомольский активист, спортсмен и т. л.), то
сейчас школьный активист во дворе не
пользуется никаким авторитетом, и за ним
ребята нс идут. Вся беда заключается в том,
что официального лидера назначают учителя
и чаще всего выбирают удобного и послуш-
ного, а во дворе лидер выявляется сам.
Олин из казанцев, прошедший полную
школу «мотания», сказал о вожаках так: «Дво-
ровая среда выдвигает естественных лидеров,
223
которые не сумели найти способов самоут-
верждения в нормальной жизни. Общество
намного бы выиграло, если бы использовало
их положительный потенциал. Лидеры, как
правило, на голову выше других и по уму,
и по жизненному опыту. Могут многому на-
учить, и не только плохому. Сам на себе
испытал. Принято считать, что их авторитет
держится только на силе кулака. Но это не
так. Вожаку не обязательно быть самым
сильным. Для этого ему достаточно соблю-
дать законы социальной справедливости, при-
нятые в мальчишеском миро.
Речь, конечно, идет о законах, которые
порой очень далеки от норм нормального че-
ловеческого общения.
Внедряя в сознание подростков грубые
стяжательские ориентации, полное безразли-
чно ко всему, что выходит за пределы инте-
ресов группы, воспитывая жестокость по от-
ношению к «чужакам», главари преступного
мира способствовали процессу масштабной
нравственной деградации сотен подростков
и юношей. Это дало возможность моей кол-
леге из «Комсомольца Татарии» С. Бессчет-
новой предсказать для Казани скорый апо-
калипсис.
Я бы воздержалась от столь пессимисти-
ческих прогнозов, но и преуменьшать опас-
ность не следует. Дело ведь не в том, что у нас
много «гопников». Их. в общем-то, нс так мно-
го. Если ребят 14—17-летнего возраста в Ка-
зани чуть более 57 тысяч, то лишь 1218 из
них (данные на 1 января 1990 года) вызы-
вали опасение работников милиции. Анали-
зируя сведения, полученные в УВД Казани,
224
количество «мотальщиков» увеличить нетруд-
но, приплюсовав сюда около тысячи че-
ловек, снятых по разным причинам с уче-
та: привлечены к уголовной ответственности,
отправлены в специальные учебные заведе-
ния, призваны в армию... Свыше трехсот
подростков вышли из группировок — как пи-
шется в официальных бумагах, по исправле-
нию. И все-таки это лишь малая часть. Прав-
да, по мнению социологов, в «конторах»
объединена одна четвертая часть казанской
молодежи. По сила группировок измеряется
не количеством «гопников», а распространен-
ностью их идеологии. Заместитель начальни-
ка УВД Казгорисполкома Е. Гатцук сравнил
ее со СПИДом: есть «больные», которые
нуждаются в «лечении», а есть «бациллоно-
сители»— в плохом себя не проявляют, но
«гопников» не осуждают. Это очень затруд-
няет воспитательную работу с молодежью.
Помню, на одной из встреч со старше-
классниками Приволжского района одна
вполне примерная девочка спросила меня не-
доуменно: «А что в этих группировках пло-
хого?» Аргументы привела знакомые: в груп-
пировках не пьют, не курят, не употребляют
наркотики, ребята, готовя себя к армии, за-
нимаются спортом. Другую сторону деятель-
ности группировок — преступную, она в рас-
чет не принимала, хотя о ней знала.
Вся беда в том, что так думает не одна
эта девочка. Во всем обществе грань между
нормальным и ненормальным сегодня очень
размыта. Одни называют «несунов» ворами,
другие — умеющими жить. Уже не может
быть и речи о четком разграничении нрав-
15*лзп 225
ственных ориентиров. Мало того, один из
бывших «тяп-ляповцев», отсидевший доволь-
но большой срок, говорил мне о том, что в
среде преступников порядочности больше. Об
этом же поведал собкору «Учительской газе-
ты» Д. Мдивани тбилисский вор в законе:
«Взяточник на должности, хотя и хуже улич-
•ного грабителя, но при всех своих — почет,
уважение, служебная машина, дефицитные
товары» («Учительская газета» от 3 августа
1989 г.). По его мнению, разочаровавшись в
лозунгах, видя несправедливость, «молодняк»
тянется к воровской справедливости: «Наши
законы требуют одного — объективности, да-
же в том случае, если виновен родной брат.
И никто из нас не возьмет грех покривить
душой. Иначе мсжешь потерять все...»
Стоит ли удивляться, что подростки так
восприимчивы к законам преступного мира:
им нравится «уголовная романтика» (жаргон,
наколки), они верят в «групповое братство»
со всеми вытекающими отсюда последствия-
ми— законами кровной мести и молчания.
Однако так было не всегда.
Благодаря социологическим исследованиям
кандидата философских наук Н. Фатхуллина
и кандидата юридических наук Р. Валеева,
проведенным в 1985 году, мы с большой долей
вероятности можем судить о том, что объеди-
няло ребят в дворовые компании в то время
и каковы были их связи с преступным миром.
Ученые попросили инспекторов ИДИ дать
характеристику групп, за которыми те ведут
постоянные наблюдения. По мнению боль-
шинства опрошенных, «убежденные» право-
нарушители составляли лишь небольшую
226
часть. Мальчишеские компании — это скорее
психологическая общность, чем объединение
по интересам и убеждениям.
Чем привлекают группировки современных
подростков? Своя компания в условиях горо-
да, поделенного на враждебные территории,
их защищает. И чем группировка сильнее,
тем безопаснее парень себя чувствует. На
чужой территории ему бывает достаточно
назвать свою «контору», «Грязь», напри-
мер,— и его не тронут.
Ни родителей, ни учителей, ни правоохра-
нительные органы подростки в расчет не бе-
рут — взрослые их защитить, увы, не могут.
Лишь в единичных случаях ребята прибегают
к помощи закона.
С годами «защитительные» функции груп-
пировок становятся для них все очевиднее.
Можем проследить это по результатам со-
циологических исследований, проведенных в
разное время.
Исследователи пединститута И. Юсупов и
Э. Ахатова проводили свой опрос в 1988 го-
пу. По их данным, 52,4 процента ребят из
ПТУ пришли в группировку добровольно,
48,1 процента указали, что это дает личную
безопасность. Среди 64 группировщиков, оп-
рошенных Ю. Фисиным и С. Гапецом
в 1990 году в Советском районе, уже 64,3 про-
цента пришли в «контору» за защитой,
52,8 процента — чтобы отомстить за себя, а
!7,5 процента — за товарища. -
Видимо, автономное существование под-
ростков вне группировки становится с годами
псе сложнее и сложнее, и ребята выбирают из
двух зол наименьшее.
227
Мой приятель сокрушался, глядя на своего
сына, мало общающегося со сверстниками.
«Я не знаю,— говорил он мне,— что хуже:
сидеть вот так, одному, бирюком, или быть
в компании, но иметь голову, чтобы не по-
пасть в милицию...» Врач-психотерапевт
В. Менделевич, изучающий механизм жесто-
кости подростков, подтвердил опасность та-
кого воспитания, ведь общение со сверстни-
ками формирует многие важные черты ха-
рактера. По его наблюдениям, чувство стра-
ха перед группировкой зачастую становится
причиной неврозов. Он наблюдал такое яв-
ление: ребята стремятся получить в драке
травму, причем желательно в голову — в та-
ком случае группировка оставляет в покое.
Но такое бывает с теми, кто уже хлебнул
«уголовной романтики» и хочет, что назы-
вается, на волю. Лишь 5 процентов опрошен-
ных заявили, что пришли в группировку по
принуждению. Таковы данные обоих опросов,
о которых речь шла выше.
Директор школы № 83 А. Неманов, вы-
росший среди «мотальщиков», так объясняет
добровольность вхождения подростков в груп-
пировку: «Контора» предложила им тс цен-
ности, которые оказались ближе, чем школь-
ные. Тот же культ силы, который ранее жил
в основном только в преступном мире, а сей-
час получил широкое распространение. Как
ни крути, каждый мальчишка в душе — су-
пермен. Один он едва ли пойдет в ресторан,
а компанией — пожалуйста.
Большую роль в укреплении идеологии
группировок сыграли девочки. Кого они пред-
почитают: хлюпика, который не может за
228
себя постоять, или сильного рыцаря, которо-
го никто пальцем не тронет? А о том, как
важно ребятам отношение к ним девочек, го-
ворить не приходится.
Тут есть еще один важный момент. В под-
ростковом возрасте все хочется познать, по-
пробовать. Приходит и время сексуальных
потребностей. Реализовать их мальчишке не
так-то просто. А в группировке — пара пустя-
ков. К услугам ребят — «общие» девочки.
Ясно, что выбор в пользу сильного был
сделан на определенном духовном, точнее,
бездуховном фоне».
Продолжение этой мысли я нашла в статье
академика Д. С. Лихачева в «Литературной
газете» (30 мая 1990 г.), где он писал об
агрессивности бездуховности, о том, что для
агрессивности характерно стремление скола-
чиваться в группы, собираться в банды.
Целевая установка казанских группировок
для каждого нормального человека абсурдна,
но для подростков защита своей территории,
борьба за сферы влияния, отмщение за по-
страдавшего товарища — все это имеет боль-
шой смысл.
По мнению бывшего заместителя началь-
ника УВД Казгорисполкома А. Авдеева,
имеющего большой опыт общения с группи-
ровшиками, «конторы» укрепляет солидное
материальное обеспечение, или «общак». Ре-
бята чувствуют себя ущемленными без денег.
«Общак» выручает: можешь взять любую
сумму денег, потом вернешь.
Как формируется «обшак»? Прежде все-
го это добровольные взносы самих «гопни-
ков», во многих группировках они регуляр-
15 л-зп
229
ны. Существуют «откупные» деньги — есть
сведения, что за выход из группировки надо
заплатить 250 рублей. В «общак» стекаются
деньги, отнятые у сверстников, а чаще всего
у малышни В последнее время стало из-
вестно, что группировщики, которые в одиноч-
ку или небольшими компаниями занимаются
квартирными кражами, платят «конторе»
дань — за то, что из-за своего промысла не
могут быть ее активными членами.
А. Авдеев писал в нашей газете: «Удивляет
та обреченность, с которой подростки и их
родители воспринимают денежные поборы.
Поводы разные — на похороны, на подкуп
должностных лиц, на зону. Куда идут день-
ги на самом деле, никто не знает. Наверняка
большая часть оседает у главарей, которые
беспечно кутят в казанских ресторанах».
Одно время казанцы были потрясены
важной новостью: социолог А. Салагаев па
страницах «Комсомольца Татарии» предпо-
ложил, что общая сумма «общака» в группи-
ровках составляет один миллион. Цифра
пошла гулять по свету уже в виде непрелож-
ной истины.
Точные данные о сумме «общака» вряд ли
кто знает. Имеют ли эти деньги отношение к
покупке автомобилей для главарей, как бы-
ло заявлено со страниц «Литературной га-
зеты»? Ответ на этот вопрос — тоже из об-
ласти предположений. Лишь одна группировка
может позволить себе это — так мне сказал
один из бывших «тяп-ляповцев». Думаю, у
него сведения точные.
Кандидат исторических наук К. Мяло, ко-
торая изучала казанские группировки, опре-
230
делила их как типично средневековую обще-
ственную структуру: «Человечество начинает-
ся там, где вместо стаи возникает сложная
и развивающаяся социальная организация.
Там же, где сложная социальная организа-
ция начинает но каким-то причинам распа-
даться, там и возникает обратное движение —
к стаям, бандам» («Литературная газета» от
12 октября 1988 г.). Казанский психолог
Т. Горшенина пришла к такому же выводу,
увидев в группировках все признаки прими-
тивной группы. Прежде всего это иерархия
групповых ролей, раз и навсегда заданных —
Главарь, Авторитет, Ведомые, определенные
нормы поведения, которым подчиняются все
члены компании («Вечерняя Казань» от 20 мар-
та 1989 г.). По ее мнению, группировка—это
отражение существующей, точнее существовав-
шей, общественной структуры. Она замкнута,
каким долгие годы было наше общество, не
допускает иной идеологии, кроме общепри-
нятой в группе, тоталитарна по сути, низво-
дит отдельного человека до положения «вин-
тика».
Подтверждение ее точки зрения я нашла
в беседе с одним из бывших «мотальщиков»,
который много размышлял о том, что случи-
лось с ним и его сверстниками.
Меня всегда удивляло, почему подростки,
уходя из жесткого формализированного мира
в школе, ПТУ, с такой легкостью принимают
в чем-то даже более жесткие законы дворо-
вой компании. Но, видимо, удивляться тут не-
чему: они приучены к таким взаимоотноше-
ниям, поскольку не знают иных. Ребята с ак-
тивно выраженным чувством 1собственного
15. 231
достоинства в группировке, дсак правило, не
приживаются.
Группа социологов Казанского универси-
тета под руководством А. Салагаева в своем
исследовании антиобщественной деятель-
ности объединений подростков, проведенном
в 1989 году, сравнила обычные дворовые ком-
пании и группировки и пришла к таким вы-
водам.
Традиционная компания складывается, дак
правило, вокруг лидеров—наиболее ува-
жаемых и авторитетных сверстников или лю-
дей постарше. При исчезновении лидеров
компании, как правило, распадаются, пока не
выделяются новые лидеры. Но руководитель
компании здесь — не главарь, а скорее пер-
вый среди равных. Он является образцом для
подражания.
Раньше в роли тадих лидеров чаще всего
выступали школьные активисты, которые бы-
ли авторитетны и во дворе. Сейчас таких ре-
бят не уважают, поскольку их выбирает не
класс, а учительница.
Если такая дворовая компания попадала
под влияние преступного мира, то чаще все-
го через лидера. Ее можно было довольно-
таки быстро нейтрализовать — достаточно
изолировать его.
Совсем иная картина в группировках. Это
организация с жесткими нормами поведения.
Отношение к ребятам определяется здесь не
столько их личными качествами, сколько
местом, которое они занимают в иерархии.
Казалось бы, жесткую структуру легче
сломать, чем неопределенную, аморфную ор-
ганизацию традиционной компании. На са-
232
мом деле все наоборот — целостность нефор-
мальной компании поддерживается за счет
личностных отношений, тонких и уникальных.
Целостность группировки поддерживают все
ее члены. Лидеры этой структуры легко мо-
гут быть заменены, но группировка не рас-
падается — на место выбывших встанут дру-
гие.
Тем не мене'е роль вожаков казанских
группировок преуменьшать нельзя. Особенно
тех, кто стоял у истодов этого социального
явления, формировал «кодекс чести» группи-
ровок, составляя «неписаные» правила.
Раньше жесткие формы организации яв-
лялись средством, обеспечивающим защиту
от «внешних врагов», теперь наличие в груп-
пировках таких структур определяет их даль-
нейшее развитие. Есть люди, заинтересован-
ные в сохранении «контор». Это прежде всего
главари преступного мира.
Кандидат философских наук Р. Булатов
исследовал связи молодежно-подростдовых
компаний с преступным миром. Он выделяет
три типа преступных групп несовершеннолет-
них, отличающихся друг от друга не только
направленностью основных видов групповой
деятельности, но и уровнем организации.
Первый тип представлен традиционными
преступными группами, малочисленными и
нестойкими. В таких группах в 1988 году в
Казани было совершено каждое третье пре-
ступление. Подавляющее их большинство со-
деяно в результате внезапно возникшего
умысла в конкретной жизненной ситуации.
Это в основном кражи, грабежи, разбои, треть
преступлений — хулиганские действия.
233
Второй тип—это переходные группы от
первого типа к преступным сообществам вы-
сокого уровня развития, более многочислен-
ные, лучше организованные, дольше сущест-
вующие. В них меньше подростков младшего
возраста, но больше взрослых — 18—20 лет.
Налицо повышенная криминальная актив-
ность таких групп. Они разделены на микро-
группы, которые соотносятся друг с другом че-
рез «авторов». Прекращение преступной дея-
тельности в такой компании, как правило,
связано с вмешательством правоохранитель-
ных органов, а не распадом самих групп.
Третий тип — это устойчивые образования
с преобладанием лиц старшего возраста — в
среднем до 42 процентов. Их уже не назовешь
подростковыми в собственном смысле. Эти
группы достигли такого уровня развития, при
котором практически невозможно вести рабо-
ту, направленную на переориентацию в соци-
ально значимом направлении. Они носят «за-
крытый» характер, а потому труднее под-
даются изучению. Такие группы наиболее
опасны.
Паразитируя па повышенной потребности
подростков в общении со сверстниками и их
отчужденности от формальных общественных
институтов, преступные группы предлагают
подросткам альтернативу для самоутвержде-
ния. Чем выше организация в преступной
группе, тем она губительнее для социализа-
ции подростков.
Специалисты-практики, имеющие прямые
контакты с группировками, делят их на две
группы. Одни «конторы» создаются в чисто
234
оборонительных целях, чтобы защитить себя
и свою территорию от «чужаков». Они не
представляют большой социальной опасности.
Вторая группа—это «конторы» агрессивные,
регулярно делающие набеги в другие микро-
районы, самоутверждающиеся в драках и
избиениях. Сведения о группировках второго
типа, напоминающих бандитские формирова-
ния, противоречивы. Одно должностное лицо
считает, что их 6, другое — 13. По мнению
третьего, такое разделение вообще проводить
нельзя, поскольку в конкретных обстоятель-
ствах любая группировка может совершить
тяжкое преступление, даже убийство.
Система правил, определяющих жизнедея-
тельность группировок, во многом остается
стабильной, однако наблюдаются кое-какие
изменения. Если раньше гарантией безопас-
ности подростка могла стать его спутница,
то в последнее время нападению стали под-
вергаться и парни с девушками. Мало того,
избиение в присутствии девушки стало одним
из способов унижения подростка.
Существует целая система мер для «ра-
боты» со строптивыми, вступающими в кон-
фликт с группировкой. Причем избиение —
самый легкий путь для жертвы, наблюдаются
прямые заимствования из преступного мира,
например, обряд «опускания» — когда вся
группировка мочится на провинившегося. При
задержании одного из «гопников» в Ленин-
ском районе был найден своеобразный днев-
ник учета «воспитания» недисциплинирован-
ных — «разборке» подвергался каждый, кто
трижды без уважительной причины не пришел
235
вместе со всеми на дискотеку. Обязательны-
ми являются и драки.
И все-таки в последнее время наметилась
тенденция открытого противостояния группи-
ровке. Трудность в том, что подросткам мало
кто может помочь. Я слышала об одном па-
реньке, которого дважды сильно избивали —
но не сломали. У большинства сил на сопро-
тивление не хватает. К тому же они встре-
чают неприятие в среде нормальных ребят, да
и педагоги не готовы протянуть руку помощи.
Родителей тут, как правило, в союзники не бе-
рут, даже отцов.
Если раньше «мотальщики» чаще всего
выясняли отношения между собой и роковым
был вопрос «за кого мотаешься?», то сейчас
жертвами междоусобицы нередко становятся
так называемые чушпаны. Для двоих из них
встреча с группировкой закончилась траги-
чески, причем оба подростка были избиты до
смерти возле дома. Это открытая демонстра-
ция силы. И перед враждебными группиров-
ками, и перед горожанами.
Группировки всегда оказываются мобиль-
нее официальных структур, легко меняют так-
тику, учитывая особенности ситуации. Появн
лось решение горисполкома о том, что несо-
вершеннолетним запрещается быть на улице
после 21 часа — и к программе «Время» они
бывали дома. Л драться стали не вечером, а ут-
ром. В городе контролировался каждый двор и
каждая улица—они мерялись силами за го-
родом. Милиция задерживала для проверки
любую компанию, было приказано в общест-
венных местах больше пятерых не показы-
ваться. Научились предотвращать массовые
236
драки — начались групповые избиения: пятё-
ро-шестеро на одного. Потери — те же, най-
ти виновных много труднее.
Число «мотальщиков»-преступников ра-
стет. Но группировки мешают городу не столь-
ко активной преступной деятельностью, сколь-
ко самим фактом существования устойчивых
структур с четким управлением, жесткой дис-
циплиной и умелой конспирацией. Такая ком-
пания может направить свою активность на
что угодно, в том числе и против общества.
Нет никакой гарантии, что не найдутся же-
лающие использовать их в политической борь-
бе. Но куда реальнее вовлечение подростков
в преступный мир, что уже наблюдается. Ре-
бят привлекает возможность иметь большие
деньги, не работая. Как это ни горько призна-
вать, но идеология преступного мира имеет
очень широкое распространение в группиров-
ках.
Есть еще один аспект общественной опас-
ности «контор» — это порожденная ими ат-
мосфера страха, подчиненности и взрослых,
и детей нелепым законам междоусобицы. Мно-
гое в городе делается с оглядкой на нее. Пом-
нят о ней, когда выбирают место учебы и ра-
боты, кружок во Дворце культуры или клубе
юных техников, когда организуют дискотеки
и открывают досуговые центры в микрорай-
онах.
В «конторы» входят только мальчики и
юноши, но возле каждой из них обязательно
есть особы женского пола, так называемые
«общие» девочки». Это еще одна грань явления
с названием «казанский феномен».
237
В преступном мире распространено отно-
шение к другому человеку как к средству. Ви-
димо, с этим связано отношение «гопников»
к своим сексуальным партнершам. Достаточ-
но иметь статус группировщика, чтобы приоб-
рести право на пользование «общими» девоч-
ками. Средн девушек подобного рода, помимо
тех, кто встал на путь половой распущенно-
сти добровольно, есть и те, кого заставили уг-
розами и принуждением.
Случаи насильственного принуждения де-
вушек к вступлению в половую связь со сто-
роны «гопников» в последние годы участи-
лись. Снижается и возраст потерпевших. Ста-
тистика выявляет здесь одну закономерность:
большинство потерпевших живет на «чужой»
территории. Так в данном случае проявля-
ется идея своей исключительности. Половой
акт становится не столько средством удовлет-
ворения сексуальной потребности, сколько
средством самоутверждения. Причем в оди-
ночку такие преступления против личности не
совершаются.
Социолог А. Тузиков, исследуя уголовные
дела по изнасилованиям, выяснил, что при-
мерно 60 процентов подростков-преступников
не испытывают моральных раскаяний. С точ-
ки зрения «гопника» это вполне приемлемый
вариант реализации сексуальных потребно-
стей.
Интересно проследить социальный состав
группировок. Это выходцы из самых разных
семей — рабочих, служащих, интеллигенции,
рядовых и руководителей, ребята разных на-
циональностей. В последние годы сократи-
лось число учащихся ПТУ, увеличилось коли-
238
чество работающей молодежи — соответст-
венно изменениям, происходящим в самой жиз-
ни. Если раныпс студент в группировке был
редкостью, то теперь эмблемы уличных «коро-
лей» увидишь практически во всех вузах Ка-
зани. Это сразу заметно сказалось на уровне
общей культуры в стенах институтов.
Группировки во многом определили одно-
родность молодежной среды Казани. Здесь
не получили развития иные формы группиро-
вания: рокеры, металлисты, пацифисты. «Гоп-
ники» ведут с ними непримиримую борьбу.
Вузы до сих пор представляли собой автоном-
ные территории. Не исключено, что в резуль-
тате «нашествия» группнровщиков они эту
автономию потеряют.
В последние годы «гопники» и помолоде-
ли, и постарели одновременно. С одной сто-
роны, группировки распространяют свое влия-
ние даже на первоклассников, с другой — по-
ловина «гопников» — взрослые люди, некото-
рым под тридцать.
В прежние годы армия чаще всего стано-
вилась рубежом между подростковыми «заба-
вами» и серьезной жизнью. Сейчас многие
бывшие солдаты возвращаются в «конторы».
Группировка не отпускает даже женатых,
имеющих детей.
Пришлось встретиться с таким фактом:
расстроенная мама, получив письмо от сына
с жалобой на «дедовщину» в армии, сокруша-
лась, что ее чадо нс получило должной закалки
в группировке. Говорят, казанские «моталь-
щики» не бывают в числе обиженных. Когда
в одной части оказываются ребята из разных
районов Казани, это не мешает им держаться
239
землячеством. После возвращения домой они
снова оказываются по разные стороны бар-
рикад».
Какими только факторами не пытались
объяснить жестокость подростков. Перебрали,
кажется, все: от влияния планет до каких-то
специальных гормонов. В последнее время все
чаще стали раздаваться голоса о том, что под-
ростковые отклонения связаны с нарушения-
ми психики. Я попросила прокомментировать
это мнение врача-психотерапевта В. Менде-
левича. Вот что он сказал:
— Есть опасность воспринимать как болез-
ненное любое поведение, не соответствующее
чьему-то пониманию нормы. Это результат дли-
тельного воспитания в условиях догматиче-
ского мышления.
Наши представления очень не похожи на
представления наших детей. Так, вызываю-
щее поведение группировщнков, с точки зре-
ния их среды, — это норма, для нас оно деви-
антное, то есть отклоняющееся. В свою оче-
редь, им не кажется нормальным наш образ
жизни, с его двуличием и лицемерием.
В подростковом возрасте поведение часто
можно характеризовать с помощью слова
«слишком»: слишком застенчивый, слишком
подвижный, слишком впечатлительный... Я бы
поставил в этот ряд «слишком жестокий». Это
норма для этого возраста. Однако многие
склонны видеть здесь патологию. Жестокость
объясняется не психическими расстройствами,
а социально-психологическими факторами.
Нельзя отрицать, что в группировках есть
ребята с психическими отклонениями. Но они,
по нашим подсчетам, составляют не более 25—
240
30 процентов. Душевнобольные в подростковой
среде чаше всего являются ведомыми, чем ве-
дущими. Тем не менее их роль довольно ак-
тивная. Это, как правило, самая агрессивная
часть «конторы»: они первыми начинают дра-
ку, возбуждая всеобщие страсти.
Группировки не раскрывают всех своих
секретов, поэтому многие оценки специали-
стов — психологов, социологов, криминали-
стов. журналистов — предположительны и не
всегда соответствуют истине. Так, некоторые
говорят о наличии в городе некоего координа-
ционного центра, который управляет всеми
группировками. Он устанавливает время «вой-
ны» и время «мира», определяет взаимодей-
ствие отдельных группировок. Раньше «гре-
шили» на ЦРУ, сейчас ищут концы в преступ-
ном мире. Другие утверждают, что организа-
ционное оформление группировок в преступ-
ные структуры еще не закончилось и это да-
ет надежду на успешное лечение опасного со-
циального недуга. Если такой координирую-
щий центр появится, положение в городе мо-
жет выйти из-под контроля.
Довелось слышать и такую точку зрения:
преступный мир якобы обеспокоен «беспреде-
лом» в подростковой среде, но не может его
прекратить. В обстановке, когда милиция дер-
жит весь город как бы под колпаком, рэкети-
ры и иные преступники вряд ли чувствуют
себя спокойно.
Эта противоречивость информации застав-
ляет быть осторожным в оценках. Изучаемый
в течение более чем десяти лет мир казанских
группировок во многом еще остается непоз-
нанным.
241
В ЗЕРКАЛЕ СТАТИСТИКИ
С годами тускнеют впечатления, стира-
ются в памяти имена. Само восприятие собы-
тий прошлых лет порой становится другим, и
ты рискуешь ошибиться, не проверив себя по
документальным источникам. И только ста-
тистика позволяет сохранить историю в ее
первозданном виде. Если, конечно, не най-
дутся желающие ее подретушировать.
Такие желающие, как выяснилось, в Ка-
зани были. И поэтому не всем данным, кото-
рые приводятся в этой главе, можно верить.
Тем не менее картину удается восстановить
достаточно полно и точно. Работу тю сверке
одних и тех же показателей из разных источ-
ников (а расхождения порой весьма сущест-
венные) оставляю за кадром, чтобы читатель
Динамика преступности в СССР (в тыс.) Всего
зарегистрировано преступлений
242
Преступиость весовершенннолетних в Кавани
(количество преступлений)
ВО» 81 82 83 84 85 86 8? 88 89»
Удельный вес преступности несовершеннолетних
в общей преступности в Казани (%)
243
Осужденные несовершеннолетние
А) республиканские показатели
Б) казанские показатели
244
не заблудился в дебрях канцелярщины застой-
ного времени.
Надо сказать, что, пиши я эту книгу не-
сколько лет назад, рассуждать было бы не о
чем: официальная статистика о состоянии пре-
ступности была закрыта даже для ученых, ве-
дущих исследования в этой области.
Насколько зорче становятся глаза, когда
видишь сухие столбцы цифр! Как было не
ошибиться, делая выводы и принимая реше-
ния, если мы блуждали в потемках!
Прежде всего проследим динамику пре-
ступности — в целом по стране, в Татарии и
Казани.
Как видим, у преступности несовершенно-
летних несколько иная сюжетная канва, чем
у общей. Соприкосновение имеем лишь по-
следние три года (идет рост) и в 1987 году
(относительный спад). Динамика преступно-
сти в республике и ее столице в целом согла-
суется с ситуацией в стране.
Преступность несовершеннолетних имеет
четкую тенденцию к росту. Если удельный вес
ее в общей преступности по линии уголовного
розыска в 1980 году составлял в Казани 12,7
процента, то в 1989 — уже 23,5 процента. Наи-
больший скачок зарегистрирован в 1988 году:
за год юн поднялся с 16,3 до 23,3 процента.
Такая же картина по республике. Скорее все-
го, это результат того, что данные статотчет-
ности стали более реально отражать жизнен-
ные события.
За последние 5 лет преступность несовер-
шеннолетних в республике возросла на 69 про-
центов, количество несовершеннолетних пре-
ступников увеличилось на 32,9 процента.
16 Л-311
245
Все годы, начиная с 1980, растет группо-
вая преступность. Если в 1980 году таких пре-
ступлений было 139, то в 1989 —уже 454.
Однако надо отметить, что этот показатель
вбирает в себя все виды групповой преступ-
ности. Далеко не все преступления, совершен-
ные в группе, можно отнести на счет группи-
ровок. Отдельно такие преступления не учи-
тывались. Каждое второе преступление в груп-
пе совершено с участием несовершеннолетних
(по данным 1989 года, в ТАССР 59,4 процен-
та, в Казани — 59,3 процента). Число таких
преступлений увеличивается, как и количество
их участников. Сравним данные двух послед-
246
них лет (первая строка—отчетность МВД
ТАССР, вторая—Минюста ТАССР):
Количество несовершен-
нолетних, принимавших
участие в преступлениях
В том числе в группо-
вых
ТАССР Казань ТАССР Казань
1988 Г. 2266 816 1542 536
1988 г. 1397 501 703
1'г-'1 г. 3090 912 2134 575
1989 г. 1682 611 1057
Помогает прояснить картину отчетность
МВД о количестве несовершеннолетних, прив-
леченных по 206 статье (за хулиганство): зна-
16'
217
чительный рост, начиная с 1985 года, за-
тишье— в 1987 году, снова рост со ill до
162 преступлений в 1988 году.
Велся и учет групповых драк.
Пик их приходится на 1983 год. В 1989 го-
ду органы милиции не зарегистрировали ни
одной массовой драки. Конечно, это нс значит,
что стычек между группировками не было.
Драки случались, но были скоротечными, не
имели каких-либо опасных последствий и со-
ответственно не регистрировались. Видимо, в
статистические отчеты попадают лишь те дра-
ки, по которым возбуждаются уголовные
дела.
Если верить некоторым публикациям цент-
ральных газет и тревожным письмам казан-
цев из нашей редакционной почты, в городе
убивают чуть ли не на каждом углу. Действи-
тельно, наблюдается рост числа преступников,
осужденных по статьям 102, 104 и *108 —за
убийство или нанесение тяжких телесных пов-
реждений: с 4 в 1983 году до 13 в 1987, 18 в
1988 и 21 в 1989. Самым трагичным был у
нас 1988 год—7 загубленных жизней, из них
пять жертв — в первые три месяца.
Что и говорить — горестная статистика.
II все-таки на каждом шагу не убивают.
В последние два года увеличилось число
избиений с участием группировщиков: в 1987
году их было 55, в 1988—77, в 1989---84.
О многом заставляет задуматься анализ
видов преступности несовершеннолетних.
В последние 5 лет наблюдается устойчивая
тенденция роста корыстных преступлений — в
два раза только по Казани. Это происходит на
фоне снижения, правда, пока незначительного.
248
преступлений, связанных с нарушением об-
щественного порядка.
Сравним данные по осужденным в респуб-
лике за 1985 и 1989 годы:
— кражи личного имущества — 658 и 1239
человек,
— грабежи и разбои — 190 и 461 человек.
Как видим, рост числа таких преступни-
ков налицо. Та же картина — в Казани. За
последние два года эти показатели выросли
соответственно с 245 до 327 (привлекались по
144 статье) и со 102 до 138 (статьи 145 и
146). Число разбоев увеличилось в два раза.
Растет число угонов автотранспорта по ре-
спублике. В Казани — незаметное снижение.
Такая же картина—с изнасилованиями. Л в
целом тенденции по видам преступлений в Та-
тарии и ее столице одинаковые.
В отчете Министерства юстиции ТАССР
нахожу подтверждение многим высказывани-
ям работников правоохранительных органов.
Четко прослеживается цикличность: более
«строгий» 1980 год сменяется двумя годами
относительного «послабления», потом четыре
года подряд число осужденных возрастает; в
1985 году —снова спад, правда, всего на год
(в Казани, наоборот, рост); рекордное коли-
чество дает 1986 год — и в республике, и в
Казани соответственно 1897 и 854; затем
уменьшение в течение двух лет и опять «стро-
гий» 1989 год, (осуждено в Татарии 1682,
в Казани 611 несовершеннолетних преступни-
ков). •
С другой стороны, эти цифры дают пред-
ставление и о положении дел с преступностью
подростков. Судя по всему, наибольшее беспо-
249
койство опа могла вызывать в 1986 году.
Напомню, это был год, когда казанцы узнали,
что происходит на улицах их города.
Статотчстность Минюста убеждает в без-
основательности упреков в том, что наказание
подростков бывает слишком мягким. Суды
Татарии в либерализме не обвинишь: за 10
лет не было ни одного года, когда бы в коло-
нию не было отправлено менее полутысячи
несовершеннолетних. Причем неуклонно сни-
жалось число лиц, получивших срок до года,
и увеличивалось число лиц, осужденных на
срок до пяти лет. Более ста человек в 1980,
1986 и 1989 годах были осуждены на срок
более пяти лет.
Процент лишения свободы всегда был до-
статочно высок, лишь в 1983 году он опу-
стился ниже 40 и составил 32,8 процента.
Максимальные величины приходятся на 1980
и 1981 годы—соответственно 50,9 и 50,5 про-
цента. В последние два года в колонию от-
правляется 42 с небольшим процента подрост-
ков.
Приходилось слышать много упреков в
адрес судов: дескать, слишком часто приме-
няется статья 46 прим УК РСФСР. На самом
деле количество несовершеннолетних, полу-
чивших отсрочку исполнения приговора, в по-
следние годы стало даже меньше, чем, ска-
жем, было в 1984 и 1988 годах (сравните:
828 и 603 —в республике, 258 и 187 —в Ка-
зани).
Статистика нс даст оснований говорить о
четкой тенденции роста рецидивной прсступ-
250
ности в длительной перспективе — колебания
год от года. Но данные двух последних лет
оптимизма не вызывают: в Казани число под-
ростков, которые на момент совершения пре-
ступления были уже судимы, выросло в 1989
году по сравнению с предыдущим со 103 до
183. В 1989 году 40 несовершеннолетним пре-
ступникам за продолжение противоправной
деятельности была отменена отсрочка приго-
вора.
Статистика отражает характер процессов,
происходящих в подростковой среде. Мы наб-
людаем тенденцию роста преступников 14—
15-летнего возраста (сравните: ТАССР (дан-
ные Минюста) — 195 в 1982 году и 289 в 1989;
Казань (данные УВД) — соответственно 124
(19,3 процента) и 223 (24,4 процента). Уве-
личивается и число ребят этого возраста, ко-
торые состоят на учете в ИДН. Зато уменьша-
ется количество 16—17-летних, привлекаемых
к уголовной ответственности (сравните: в Каза-
ни — 80,6 процента от всех несовершеннолет-
них в 1982 и 75,5 процента в 1989 году).
Практически каждый третий из привлечен-
ных к уголовной ответственности на момент
суда уже имел дело с правоохранительными
органами.
Стоит сказать о девичьей преступности. Де-
вочек привлекают к уголовной ответствен-
ности, конечно, много меньше — за исключе-
нием 1988 года, число колеблется от 45 до 65.
В 1988 году в Казани их было привлечено 39.
Статотчетность и по республике, и по горо-
ду дает подтверждение того, что группировки
251
сдерживают рост пьянства среди несовершен-
нолетних (сравните: 257 подростков соверши-
ли преступление в состоянии опьянения в 1983
году, в 1987—только 71). Правда, в последние
два года здесь наблюдается рост. В 1989 го-
ду их было уже 183.
По статотчетности Минюста можно просле-
дить условия воспитания несовершеннолетних
преступников. Среди них много ребят, воспи-
тывавшихся в неполных семьях или вне семьи
(в интернате, у бабушки и т. д.) — минимум
в 1982 году—379. максимум в 1989—580.
В 1989 году наблюдалось максимальное число
ребят из неполных семей — 510 (сравните:
317 в 1983 году). Это данные по Татарии.
Ежегодно в республике регистрируется
37—38 тысяч браков, из них почти каждый
третий, а в Казани — почти каждый второй
распадаются. В 70 процентах случаев инициа-
торами развода бывают женщины. В 63 про-
центах распавшихся семей имелись дети.
Социальный состав всех преступников Социальный состав участников группиро- вок в Казани
данные .МВД по респуб- лике, % данные УВД по Ка- зани, %
1989 г. 1988 г. 1?«3 Г. 19!?0 г.
Школьники 23,9 Учащиеся ПТУ 31,9 Работающая мо- лодежь 22,9 И не работают, и не учатся 9,4 18,6 26,1 30,7 8,3 20 45,4 17 5 11.2 30 36,5 8,2
252
Только в 1989 году около 10 тысяч детей оста-
лись без отца или матери.
Полезно сравнить социальный состав не-
совершеннолетних преступников, в том числе
участников группировок. Приведу не абсолют-
ные показатели — важно выявить тенденции.
По данным УВД, за 1989 год на учете со-
стояло 67 группировок с 2016 участниками, из
них 1218 — несовершеннолетние, 798 — взрос-
лые. Количество группировок наверняка пре-
уменьшено, ведь регистрируются только круп-
ные сообщества. Так, в группировку «Кварта-
ла» входит сразу несколько дворовых компа-
ний с разной степенью активности. Естест-
венно, на учете прежде всего те «конторы», ко-
торые уже вступали в конфликт с законом.
Сегодня милиция держит каждую такую
группировку в поле постоянного внимания.
В статотчете УВД есть несколько цифр,
в которые верится с трудом: разобщены 5
группировок с 942 участниками, вышли из груп-
пировок 308 человек.
Если группировку не видно, это еще не
значит, что она распалась. Это может быть
маневр для усыпления бдительности легко-
верных взрослых или временное прекра-
щение активной деятельности, связанное с
внутренними условиями жизни подростков.
В 1989 году в школе № 3 мне с гордостью гово-
рили, что разобщена местная группировка, а
в 1989 году к уголовной ответственности были
привлечены 7 ее активных участников.
Нельзя сказать, что органы внутренних дел
сегодня имеют цель приукрасить положение.
253
Просто их представления о группировках не-
сколько расходятся с мнением казанцев, мало
знакомых с Уголовным кодексом.
Впрочем, не будем совсем сбрасывать со
счетов и нежелание выдавать все оператив-
ные данные. Материал, что называется, не для
славы...
ДОЛГИЙ ПУТЬ К ИСТИНЕ
Поиск причин, вызвавших непонятное, пу-
гающее город явление, с высоты его сегодняш-
него понимания напоминает вхождение в не-
знакомый лес. Мы робко углублялись в чащу в
одном месте, чуть-чуть продвигались вперед,
но впереди была кромешная темнота—и мы
отступали. Делали попытку в другом месте,
выходили на широкую дорогу и думали, что
уже у цели, но конца пути все не было и не
было — и мы снова отступали. И так было
много раз.
Между тем лес лучше всего изучать с вы-
соты птичьего полета.
За понимание этой истины мы заплатили
годами пробуксовки, сотнями ребячьих судеб,
сломанных группировками, слезами матерей и
отцов.
Газета—не научное издание, где знания
предстают в полном и системном виде. Это
скорее калейдоскоп мнений, отражающий жи-
вое дыхание жизни. Но если каждый отдель-
ный «камушек» научной ценности не представ-
ляет, то все вместе они дают достаточно убе-
дительную картину.
Наша беда в том, что осмысление происхо-
дящего началось с большим опозданием. Увы,
254
нс был услышан призыв писателя Наби Дау-
ли, который еще в апреле 1986 года советовал
горожанам задуматься о том, что происходит
с нашими детьми: «Пришла в наш общий дом
беда. Должно же это беспокоить наши серд-
ца! Может быть, сегодня оглянемся и подума-
ем? Ведь завтра может быть поздно!..» Не вня-
ли совету аксакала. Пришлось потом догонять
события.
Причем все делали по годами накатанной
колес: планы, решения, заседания, собрания,
штабы... Призывы «Вечерки» посмотреть в ко-
рень явления тоже никто не услышал. Имев-
шиеся уже в ту пору научные работы о «труд-
ных» подростках оставались без применения.
Видимо, каждому должностному лицу нужен
был личный опыт, который припер бы к стен-
ке, чтобы понять всю сложность положения.
К сожалению, и ученые (а в Казани соб-
раны значительные силы) большой актив-
ностью не отличались. На проблемы города они
откликнулись лишь в последние поды. Но си-
лы разных научных учреждений были разоб-
щены, многие исследования дублировали друг
друга. Практики о научных разработках не
знали.
Наука постоянно отставала от жизни. Уче-
ные еще только выясняли причины молодеж-
ных проблем, а учителя, родители, работники
правоохранительных органов, городские вла-
сти нуждались в советах, как жить дальше.
В исследовании социологов университета
1989 года указывается еще одна причина: в
70-е годы и первой половине 80-х внимание
ученых было сосредоточено на проблемах со-
вершенствования деятельности различных
255
организаций, работающих с молодежью, но не
исследовалась ситуация, когда определенные
группы молодых людей оказывались в сфере
влияния тех или иных субкультур.
Впоследствии все увлеклись изучением ху-
лиганствующих группировок — и упустили пе-
реориентацию несовершеннолетних на коры-
стную преступность.
Нельзя не признать, что одной из главных
причин «группировочной чумы» стал довольно
низкий уровень духовной культуры в нашем
городе. Речь идет не просто о малом числе уч-
реждений культуры —даже то, что есть, мо-
лодежь нс использует. Это отражение общей
ситуации в стране, когда бездуховность ста-
новится нормой жизни для тысяч, десятков
тысяч наших сограждан.
Казань считается не самым последним
культурным центром страны. Но если проана-
лизировать ситуацию, как это сделали социо-
логи университета, то окажется, что здесь вел-
ся интенсивный «отстрел» людей с активной
жизненной позицией, которые выбивались из
общих стандартов. Закрывались дискуссион-
ные клубы, запрещалась самодеятельная пес-
ня... Помню, с каким скандалом запретили
школу общения в Молодежном центре — объ-
яснили аморальным поведением ее руководи-
теля.
Общественная жизнь свелась в глазах детей
и подростков к ограниченному набору стан-
дартных форм, спущенных сверху: Ленинский
зачет, пионерские Марши... Пятиклассницы
одной из казанских школ рассказывали мне,
что перед классным вечером должны обяза-
тельно завизировать его сценарий не только
256
у классной руководительницы, но и у заву-
ча.
Сегодня мы имеем немало серьезных иссле-
дований молодежных проблем, которые пред-
ставляют большую ценность не только для
Казани. Это работы ученых НИИ профтсх-
недагогики АПН СССР, социологической ла-
боратории КГУ, других вузов. Казанского
филиала Московской высшей заочной юриди-
ческой школы. В нашем городе проводили
свои исследования и научные работники из
Москвы.
К сожалению, невозможно здесь расска-
зать обо всех газетных публикациях и науч-
ных исследованиях, посвященных «казанско-
му феномену». Даже собственные материалы
в большинстве останутся за кадром. Прихо-
дится ограничиться общим обзором.
Все — и ученые, и практики, специалисты
и родители — искали ответ на один вопрос:
что случилось с нашими детьми? И чем доль-
ше продолжался этот поиск, тем запутаннее
рисовалась картина. Где-то я прочитала, что
преступность определяется 450 факторами.
У молодежных проблем причин, видимо,
больше.
Интересно проследить процесс осмысления
во времени. На первых порах причины всех
бед искали в воспитании: семейном, школь-
ном, правовом, трудовом... Обвиняли учите-
лей, родителей, милицию... Кто-то, может, и
в самом деле думал, что корень зла здесь.
Но многие понимали, что копать надо глубже.
О социальной обусловленности молодеж-
ных проблем центральная пресса заговорила
в 1985 году. Но для местных журналистов эта
257
тема еще была закрыта. В своей статье «Этот
неслучайный случай» я могла апеллировать
лишь к телепередаче «Двенадцатый этаж».
Ясно, что при таком подходе мы вынуждены
были копать лишь в своем, казанском, «ого-
роде». И потому сформировалось мнение, что
корни подростковых группировок—здесь, в
Казани. Не избежали этого заблуждения и
московские журналисты, и даже исследовате-
ли, которые не могли не знать, что подобные
конфликты наблюдаются не только в нашем
городе.
Конечно, нельзя сбрасывать со счетов и
специфичные казанские условия. Это прежде
всего неразвитость социальной инфраструкту-
ры. Положение до сих пор остается критиче-
ским: не хватает не только кинотеатров и бас-
сейнов — не хватает школ и детских садов.
На семьдесят третьем году Советской власти
мы были вынуждены признать, что у нас есть
трущобы. Стали бедствием для города и
«спальные» районы, главные очаги преступно-
сти несовершеннолетних. Образование, куль-
тура— все, что связано с духовными потреб-
ностями, приоритетным для города не было.
Миллионный город оказался мало приспособ-
ленным для нормальной жизни.
Впрочем, все эти беды в нашей стране но-
сят всеобщий характер. Так что не буду раз-
делять казанские и неказанские проблемы.
Тем более что действуют они в комплексе.
Воспользуюсь классификаций члена-кор-
респондента АПН СССР Л. Воловича, который
выделяет несколько групп проблем. Прежде
всего он рассматривает молодежные пробле-
мы как результат всего общественного развн-
258
тня страны: «Подросток стал по существу
субъектом отражения на интегральном уровне
всей сложности социального отчуждения и са-
моотчуждения», Это и разрушение интеллек-
туального генофонда страны в период массо-
вых репрессий, и размывание трудового слоя
крестьянства в период раскулачивания, и ин-
тенсивный рост численности рабочего класса
вследствие индустриализации и урбанизации.
Все эти процессы, начатые в первые годы Со-
ветской власти, в той или иной мере продол-
жаются и сейчас.
Кандидат педагогических наук А. Вай-
сбург в статье о причинах деформации лично-
сти подростка писал: «Нужно прямо признать,
что в течение долгого времени социально-по-
литические условия нашей жизни не способ-
ствовали воспитанию нравственных качеств.
Сталинский деспотизм, растлевающая эпоха
застоя с се ложью, обманом, показухой не про-
шли даром. Они разрушили душу, обесценили
гуманные идеи социализма. Духовность стала
немодной, ненужной молодежи».
Многие исследователи отмечают, что «со-
циальные одежды», предлагаемые подрастаю-
щим поколениям, оказались скроенными не
по тем образцам. Речь идет о безусловном
примате классовых ценностей над общечело-
веческими, о политизации образования и вос-
питания, об агрессивном неприятии религии
и многих других ценностей прошлого, о праг-
матизме, доведенном до абсурда. Мы удивля-
емся тому, что в женщине перестали ценить
мать, что молодежь не уважает старших, что
родной язык стал ненужным. Но ведь обще-
ство по сути к этому стремилось, когда провоз-
259
глашало, что человек славен прежде всего
трудом (какой же прок от старика и кормя-
щей матери?), что главное — это обществен-
ный, а не личный интерес (какая же семья по-
бедит в конкуренции с заводом, а то и всем
обществом?).
Финский этнолог и демограф Сеппо Лал-
лукка в интервью Т. Барееву, опубликован-
ному в «Вечерке», обратил внимание на этни-
ческий аспект: «Процесс утраты националь-
ных корней частью татар и других националь-
ных групп привел к тому, что эти люди не
владеют своей национальной культурой, но
и не усвоили русской... Маргиналы во многих
случаях оказываются моральными мутантами
со слабыми представлениями об этике и нрав-
ственности».
Правомерно считать маргиналами и тех.
кто лишился каких-то важных «корней», пере-
ехав из деревни в город,—а в Казани это зна-
чительная часть населения. Люди оказались
как бы в подвешенном состоянии — порвали
с сельской культурой, с сельскими традиция-
ми, с сельскими нравственными нормами, но
ничего не обрели в породе. Работая в ветери-
нарном институте, где в основном учится мо-
лодежь из села, я не раз убеждалась, что из
городской жизни студенты берут не самое
лучшее.
Современная молодежь инстинктивно на-
чала сопротивляться традициям прошлых
лет — и взрослые забили тревогу: рушится
связь поколений! Это действительно болез-
ненный процесс, не всеми понимаемый одно-
значно. С одной стороны — гневное возмуще-
ние молодежью, которая забыла идеалы от-
260
цов, с другой — мучительный комплекс вины
за совершенные ошибки.
Нельзя не учитывать и объективных при-
чин. Ленинградский ученый Н. Кофырин, при-
нимавший участие в конференции социоло-
гов Казанского университета, отмечал в своем
докладе, что все ускоряющийся процесс со-
циального и технического развития делает
опору лишь на опыт прежних поколений явно
недостаточным. Старшие порой сами не зна-
ют, как решать те или иные проблемы. Мо-
лодежь должна сама искать выход. Готова ли
она к этому? Вот в чем вопрос.
Воспитанные в условиях административно-
командной системы единомыслия, молодые не-
сут на себе печать мира взрослых. <Дети не
придумывают свое новое социальное устрой-
ство, они берут его у нас, — писала в «Вечер-
ке» психолог Т. Горшенина. — Бездумные по-
пытки поскорее избавиться от группировок
равносильны желанию избавиться от самих
себя».
Читательница М. Раскина высказалась
на этот счет так: «Как-то один известный
Французский писатель сказал, что каждое об-
щество заслуживает своих преступников. Мы
своих подростков заслужили. Группировки —
это же наше зеркало, пусть кривое, извращен-
нее, но разве трудно нам узнать в них себя?
Давайте взглянем на себя: к какой груп-
пировке принадлежим мы, взрослые? Ведь
у нас тоже кругом — «свои» люди: в торговле,
в аптеке, в больнице... Попробуй-ка выйди из
этого круга нужных людей — и будешь раздет,
разорен, да и побитым быть шанс тоже есть.
Неужели наши дети этого не видят?»
261
Анализ социальных аномалий сделал мно-
гопредметнее и точнее анализ собственно вос-
питательных процессов. За недоработками от-
дельных учителей и родителей, педагогиче-
ских коллективов стали видны общие законо-
мерности.
Прежде всего это семейные деформации,
определяемые опять же социально-экономи-
ческими условиями наше?! жизни. У этого яв-
ления много ликов. Тут и массовые разводы,
очень часто связанные с пьянством, привед-
шие к скрытой или яввой безотцовщине, феми-
низации воспитания, и эмансипация женщины,
обернувшаяся ее двойным закабалением, и
структурные изменения семейного уклада, ко-
гда в одном доме редко живут представители
разных поколений, когда на смену многодет-
ной семье пришла однодетная.
Условия существования современной семьи
привели к тому, что были сведены на нет мно-
гие естественные формы социализации подра-
стающего поколения. Такие качества лично-
сти, как трудолюбие, доброта, сострадание
ближнему, ранее прививавшиеся самим укла-
дом жизни, сегодня нельзя воспитать без со-
циального тренинга.
Общество практически никак не среагиро-
вало на эти изменения. Например, дошколь-
ные учреждения и школы оказались не в со-
стоянии восполнить потерн, возникающие в
семье, когда родители целый день на работе.
Группы продленного дня, создаваемые во
благо, но со всеми атрибутами казарменной
педагогики, очень быстро дискредитировали
себя.
262
Я нс буду останавливаться на других де-
формациях общественного воспитания—об
этом достаточно много сказано в предыдущих
главах книги.
Как известно, воспитывают не только ро-
дители н учителя. Долгие годы мы слишком
упрощенно понимали процесс воспитания. Об
этом напомнил в «Вечерке» заведующий ка-
федрой Казанского института культуры Р. Ха-
кимов: «Я живу в новом красивом доме. Спа-
сибо строителям. Вот только трубу с горячей
водой они подсоединили не к главной маги-
страли, а к другому дому — и на всех горячей
воды не хватает.
Уважаемый строитель! Ты думаешь, что
ты нс воспитатель, ты — строитель, а воспи-
татель— я. И если твой сын хулиганит, зна-
чит, надо спрашивать с меня. Ты ошиба-
ешься... Получается, что и ты воспитатель,
вернее, антивоспитатель, уважаемый строи-
тель».
Некоторые исследователи полагают, что
мы имеем дело со слабой педагогизацией об-
щества. Мне кажется, что педагогизация не
может быть слабой или сильной — воздейст-
вие окружающей жизни на ребенка есть всег-
да. Другое дело — каково оно, это воздейст-
вие, какие качества личности развивает, а
какие, наоборот, нет.
Л. Волович определил вторую группу при-
чин молодежных отклонений как социокуль-
турный дефицит личности подростка. Мы из-
начально закладывали эти отклонения, о чем
говорят целевые установки общества в обла-
сти воспитания. Ведь еще вчера мы не под-
вергали сомнению такие вот утверждения:
263
«Никогда в обществе, до социализма, не было,
чтобы вся система социальных институтов —
семья, школа, массовые детские и юношеские
организации — целенаправленно воздейство-
вала на создание всех членов общества на
основе общих принципов, норм и идеалов, от-
ражающих единые интересы» (подчеркнуто
мной в цитате нз книги академика Г. Л. Смир-
нова «Советский человек: формирование со-
циалистического типа личности», М., 1980).
Исходя из этого постулата, секретарь Ка-
занского горкома партии Ф. Зиятдинова писа-
ла в своей диссертации о необходимости сквоз-
ного контроля над личностью, распространяя
его от заводской проходной до места житель-
ства. Все это оправдывалось благими намере-
ниями: «расширением социальной базы кол-
лективизма как характерной черты социали-
стических отношений и как социалистического
нравственного принципа». Все бы хорошо, вот
только главным мерилом коллективистских
отношений претендент на степень кандидата
педагогических наук рассматривала созна-
тельную дисциплину и организованность. Если
это так, то мы должны признать, что настоя-
щие коллективистские отношения у нас се-
годня— в группировках. Там и с дисциплиной,
и с организованностью все в порядке, в отли-
чие от школы.
В этой связи заслуживает внимания статья
кандидата психологических наук Ю. Фи-
сина «В группе и поодиночке», который рас-
сматривал процессы интенсивного группиро-
вания молодежи как результат ярко выражен-
ного коллективистского воспитания: «Мы на-
стойчиво внушаем детям, что отношения с
264
близкими надо строить ио принципу «Один
за всех, все за одного». У такого воспитания
есть и негативный эффект. Если у подростка
коллективистские чувства развиты слабо, то
в случае конфликта со сверстниками он будет
находить выход из него одни, например, нач-
нет заниматься боксом, чтобы отомстить обид-
чику, а чаще забудет обиду. Если же парень
имеет много друзей, он отомстит с их по-
мощью. Тот, в свою очередь, не останется в
долгу...»
Авторы многих публикаций пытались сде-
лать из казанских подростков эдаких бунта-
рей против тоталитаризма. Процитирую статью
начальника юридического бюро одного из
казанских НИИ, в прошлом следователя
X. Гнльмитдинива: «Среда обитания для под-
ростков неприемлема и тягостна. Они постоян-
но думали, как покинуть эту среду или изме-
нить ее. И постепенно нм стало казаться, что
все окружающие их люди не правы, опасны
и вредны. Они пытались сначала влиять на
них, но, убедившись в бесплодности своих уси-
лий, стали их избегать, а потом начали
мстить нм и другим, п всему обществу в це-
лом».
«Хулиганомания» — так автор определил
процессы, происходящие в группировках. На
первых порах — выражение протеста, а через
некоторое время - потребность в совершении
преступлений становится нужна подросткам
как доза наркоману—для успокоения, физи-
ческого и душевного наслаждения.
Если и можно тут рассуждать о каком-то
протесте, то он скорее на бессознательном
уровне.
17 Л-311 265
Какие же качества личности оказались ре-
шающими в определении приоритетности вы-
бора подростками способа существования?
Жесткая регламентация школьной жизни, ав-
торитарность отношения со взрослыми: роди-
телями, учителями, при котором ребенок — не
субъект, а объект воспитания, вербальный и
обязательный характер форм воздействия,
ориентация на коллектив и нивелировка лич-
ности— все это и привело в конечном итоге
к тому, что ребята оказались «вытолкнуты»
, из основных институтов социализации. И на-
шли себя в группировках.
По мнению Г. Забрянского, каждой стадии
подросткового, юношеского периода онтоге-
неза характерны свои потребности, мотивы,
ценностные ориентации. Наряду с особенным
существует общее — потребность в самоут-
верждении, самоопределении, самореализации,
самостоятельности и в самооценке. Эти пять
«С» составляют ядро личности подростка.
Анализ возможностей, которые социокультур-
ная среда представляет человеку, и дает от-
вет на вопрос: как ведет себя подросток (ме-
ханизм поведения), почему он поступает в
конкретной жизненной ситуации так или ина-
че (мотивация поведения). Современный ка-
занский подросток не имеет достаточных воз-
можностей реализовать ни одно из этих <С».
Дворовые группировки предоставили ему та-
кие возможности. Их «авторитетамиэ стали
те, кто не смог реализовать себя в школе или
ПТУ. Их ровесники, согласившиеся и здесь на
роль ведомых, ничего по сути не потеряли.
Привыкшие к абсолютному повиновению
сначала родителям, а потом учителям, они до-
266
сгаточно легко адаптировались в уже знако-
мой атмосфере авторитаризма. Здесь так же
не надо было напрягать ум, не привыкший к
условиям выбора — за тебя думают другие.
Г. Забрянский назвал обе эти группы мо-
лодежи аутсайдерами — это «[неспособные»,
«неуспевающие», «недисциплинированные»,
в общем, «трудные» в учительском понимании
этого слова.
Научные сотрудники НИН профтехпедаго-
гики В. Фазулзянов и Е. Соловьева, анали-
зируя особенности потребностно-мотнвацион-
ной сферы «трудных» подростков, пришли к
выводу о том, что безмотивная агрессия, наб-
людаемая в подростковой среде и ставящая
в тупик не только дилетантов в деле воспита-
ния. но и специалистов — это реализация пот-
ребности утвердить себя в глазах сверстников
н своих собственных: «Во многих случаях аг-
рессивность подростков совершенно свободна
от корыстных целей... Духовный голод, не-
удовлетворенность потребностей в богатой впе-
чатлениями, разнообразной жизни упрощает
сферу потребностей и способы их удовлетво-
рения».
Исследователи, изучая потребности казан-
ской молодежи, отмечают приоритет второ-
степенных ценностей и падение ценностей ос-
новных, например, потребности в знаниях, от-
торжение от культуры в пользу примитива,
рост потребительства. Из опрошенных 283 под-
ростков, живущих на Жилплощадке (место
обитания группировки «Жилка»), лишь 7
процентов читают газеты и художественную
литературу, зато 94 процента посещают ви-
деосалоны (данные Р. Булатова).
18*
267
Исследования М. Гарифуллиной подтвер-
дили, что подростки дают низкую оценку бло-
ку качеств, отражающих взаимоотношения
людей: доброте, уступчивости, нежности, вни-
мательности, тактичности. Низкий рейтинг и
у ниициативност I, увлеченности, творческой
активности. Явная недооценка прослежива-
ется и по блоку качеств, необходимых для са-
мосовершенствования личности.
Первопричины этого понимаются учеными
по-разному. На страницах «Вечерки» состоя-
лась своеобразная дуэль между Ю. Фисиным
< и академиком АПН СССР Р. Шакуровым.
Первый утверждал, что отклонения в молодеж-
ной среде объясняются невысоким интеллек-
туальным развитием подростков, второй ви-
дел причины прежде всего в эмоциональной
глухоте, в эмоциональной скудости челове-
ческих контактов.
В последние годы получило довольно ши-
рокое распространение мнение о том, что аг-
рессивность подростков объясняется наруше-
ниями психического развития. Конечно, сам
медицинский аспект сбрасывать со счетов
нельзя. Частота нервных заболеваний, на-
пример, не может нс сказаться на взаимоотно-
шениях подростков между собой и со взрос-
лыми. К сожалению, исследования в этом
направлении только начались. Но это один
из факторов, не самый решающий.
Есть попытки проследить влияние на ре-
бят экологических факторов, в частности,
большого числа химических заводов. Ю. Фи-
син тоже обращает внимание на взаимосвязь
личности с условиями обитания. Он считает
чрезмерную плотность, скученность населения
268
в городе одной из причин негативных измене-
ний в психике: «Молодым приходится тяже-
лее всего, так как они больше времени прово-
дят во взаимодействии с себе подобными.
В условиях высокой частоты контактов поступ-
ки людей носят главным образом инстинктив-
ный, полуавтоматический характер, то есть
подчиняются простейшей схеме «стимул —
реакция». В результате у молодых людей фор-
мируется поверхностное мышление, личность
бедная, лишенная духовного начала».
Кандидат архитектуры Л. Надыршина, рас-
сказывая об исследовании группы студентов
Казанского инженерно-строительного институ-
та, связала деятельность группировок с ха-
рактером городской застройки. Статистика
показывает, что наиболее спокойными явля-
ются улицы с индивидуальной застройкой,
тесными старыми двориками. Об этом же пи-
сал А. Авдеев: «Казань в полной мере выяв-
ляет беду миллионных городов, где население
разобщено, где утрачены привычные формы
взаимоотношений, характерные для неболь-
ших дворов старых кварталов, с лавочками у
ворот, где контролируется поведение соседей,
контролируется, может быть, чересчур прямо-
линейно, но честно и гласно».
Так получилось, что раньше всех заинте-
ресовались «казанским феноменом» кримина-
листы. Отрицать влияние на подростков пре-
ступного мира, конечно, нельзя. Приоритет
ложных ценностей сформировался в молодеж-
ной среде во многом под этим влиянием. Но
мы слишком долго рассматривали «казанский
феномен» через призму уголовного кодекса.
269
И соответственно решения принимали «крими-
нальные». По мере того, как слух о «казан-
ском феномене» разнесся по всей Руси вели-
кой и к нам зачастили визитеры из Москвы,
город все меньше внимания уделял пробле-
мам воспитания — все силы были брошены на
перевоспитание. Так что в этой обстановке
вполне логичным было решение, принятое в
высоких кабинетах: просить промышленные
предприятия поделиться средствами, направив
их не на нужды школы, не на объекты соц-
культбыта, а на материальное обеспечение ми-
лиции (там, конечно, тоже нужда большая —
здесь важны приоритеты).
Теперь самое время перейти к третьей
группе причин молодежных отклонений. Л. Во-
лович объединил их общим понятием — раз-
общенность и неадекватность воспитательных
усилий всех социальных институтов.
Было бы несправедливо утверждать, что
городские власти ничего не делали для реше-
ния молодежных проблем. Произошли изме-
нения к лучшему в материальной базе куль-
турно-спортивной работы, в ее организации
стали больше исходить из потребностей самих
подростков. Благотворные перемены пришли
во многие школы города. Демократизация от-
ношений заменяет былой авторитаризм, прав-
да, процесс этот долгий и трудный. По-ново-
му строится учебная работа в начальных
классах введена пятидневка, в старших — за-
четная система контроля знаний, появились
классы с углубленным изучением отдельных
предметов. Больше внимания стали уделять
проблемам татарского языка и культуры. Вы-
270
нужденныс бороться за каждого учащееся,
меняют учебные планы профтехучилища.
Однако все это не ослабило группировки.
Попытаемся понять, почему.
Большинство горожан остаются сторонни-
ми наблюдателями. Правда, они не скупятся
на советы, порой даваемые в приказном
тоне.
Особенно огорчает позиция студенчества, а
оно у нас в Казани являет собой силу нема-
лую. С каждым годом сокращается число
подростков, которых берут с собой на летние
работы студенческие отряды, лишь единицы
руководят кружками, секциями, клубами в
школах и ПТУ. Зато студенты громче других
кричат: «Очистить город от «гопников»!
С таким лозунгом прошла в 1988 году сту-
денческая демонстрация (специально по это-
му поводу организованная), только эта мысль
родилась в головах участников митинга, со-
стоявшегося в мае 1989 года, после убийства
группировщнками первокурсника КАИ.
Ксения Мяло определила основную причи-
ну создания группировок как результат раз-
ложения целостной среды обитания подрост-
ка, подчеркивая, что это нс частное проявле-
ние недоработок школы, комсомола, органи-
заторов досуга, а самостоятельная социаль-
ная патология. Вот почему заранее были
обречены на неудачу попытки бороться не с
болезнью, а с ее следствиями. Причем сама
эта борьба проводилась в лучших традициях
административно-командной системы.
Долгие годы эффективность работы с под-
ростками оценивалась не реальным положе-
нием на казанских улицах, а количеством
271
проведенных мероприятий и исписанной бу-
маги. Решения о том, что надо делать, при-
нимались не там, где что-то можно было
реально сделать, и не теми, кто мог за это
взяться. Формы и методы работы диктова-
лись чаще всего администраторами от воспи-
тания. Они умудрялись загубить на корню
даже интересные идеи. Так, больше вреда,
чем пользы, принесли клубы выходного дня
в школах, «второе расписание» в ПТУ.
В 1986 году горком партии вернул из не-
бытия сходы, пригласив подумать о детях
всем миром. Казанцы дружно откликнулись
на призыв — сходы собрали многотысячную
аудиторию. Людям впервые сказали всю
правду без прикрас, дали возможность вы-
сказаться. Но дальше слов дело не пошло.
Так было и после публичной дискуссии, про-
веденной в Доме политического просвещения.
«Пора дело делать!»—призывали горожа-
не со страниц нашей газеты. К этому време-
ни люди уже разуверились в решениях и по-
становлениях.
«Почему нет результата от того, что сде-
лано?»— спрашивал ветеран труда А. Хами-
дуллин. II сам же отвечал: «Разработанные
в служебных кабинетах мощные импульсы
грозных решений, следуя к исполнителям,
интенсивно теряют свою амплитуду на про-
межуточных бюрократических порогах и до-
ходят до низа искаженными, неубедительны-
ми и часто непригодными». Он имел в виду
компетентные решения. А как много было
некомпетентности! Она правила бал на всех
уровнях — от руководящего звена города и
республики до конкретной школы, когда один
272
неумелый педагог мог свести на нет усилия
десятков людей.
«Бумажная профилактика», однако, зани-
мала много времени и отнимала много сил.
Чего стоят одни сообщения из милиции по
месту работы родителей и учебы подростков!
Их отправляли сотнями. Признавались со
страниц газет, что отдачи нет — и снова пи-
сали.
А сколько всего делалось «для галочки»!
Взять то же шефство над «трудными». Воз-
можно, и были какие-то единичные случаи от-
дачи от такого наставничества, но в целом —
чистая имитация работы.
Секретарь парторганизации одного из
ПТУ жаловалась мне, что плохо провела
ноябрьские праздники. «Пришлось два дня
возиться с одним «трудным»,— пояснила
она.— Один день в училище его пасла, на
другой день позвала к себе домой — чтоб на
глазах был...» Представляю, как себя чув-
ствовал ее подопечный. И что он думал о
нас, взрослых.
Не верю я и в многочисленные «индиви-
дуальные беседы», тем более во время пар-
тийно-хозяйственных рейдов. Это когда де-
сятки людей отправляются в опорные пункты
милиции, где «профилактируют* сотни под-
ростков и их родителей. Есть ли какая поль-
за от этих рейдов, не знаю, но отчеты о них,
публикуемые нашей газетой, впечатляют ци-
фирью.
Что же касается реальных дел, сулящих
немалый эффект, то они поддержки зачастую
не встречали. Так было, например, с авиаци-
онным техническим центром, с объединением
273
клубов по месту жительства «Подросток»,
созданных по инициативе горкома комсо-
мола.
В какой-то момент комсомольские лидеры,
припертые к стенке сильной критикой, всерьез
взялись за дело. Например, Советский рай-
ком комсомола провел специальный пленум,
куда пригласили и группировщиков. В этом
же районе было создано объединение «Ком-
мунар», отвечающее за работу по месту жи-
тельства. Оно быстро завоевало авторитет.
Это и неудивительно, ведь о нем заботились
не только райком ВЛКСМ, но и райком
партии, и райисполком, н промышленные
предприятия.
Объединение, созданное в масштабах го-
|юда, такой поддержки не получило.
Появление «Подростка», благословленного
ЦК ВЛКСМ и Госкомтрудом СССР, который
разрешил поставить зарплату работников в
зависимость от их труда, в городе приветст-
вовали все. В том числе и горисполком, ко-
торый должен был передать в бюджет объ-
единения миллион рублей. Но не передал.
А когда комсомольские активисты стали
очень сильно требовать обещанное, в клубы
«Подростка» ринулись многочисленные ин-
спектора разного уровня. И уподобился «Под-
росток» зерну, которое постоянно раскапы-
вали, чтобы увидеть росточек. Полезное дело
оказалось почти на краю гибели.
Зато другое начинание, рожденное в сте-
нах горкома партии, получило зеленую ули-
цу. Речь идет о социально-педагогических
комплексах, появившихся в Казани в 1986 го-
ду. Было в этой идее рациональное зерно —
274
объединить в каждом микрорайоне силы, ко-
торые способны строить по-новому работу по
месту жительства, создать для этого единый
денежный фонд. Конечно, хорошо, что в го-
роде стали проводиться праздники улиц и
дворов, что прибавилось средств для этого.
А в остальном КПД комплексов оказался не-
большим. Многие задачи, которые перед ни-
ми ставились, оказались невыполнимыми.
Предложений о том, как вести работу с
детьми и молодежью, за эти годы высказано
немало. Но реализованы единицы. Не учтены
были и рекомендации ученых. До сих пор,
например, не создан единый орган по коор-
динации и руководству всей работы с моло-
дежью, не устранены ведомственные перего-
родки. А ведь еше в 1985 году кандидат фи-
лософских наук Н. С. Фатхуллин и кандидат
юридических наук Р. М. Валеев в своих ре-
комендациях, составленных по просьбе гор-
кома партии, писали об отсутствии надежно-
го управления социализацией подрастающе-
го поколения. Свои предложения внес и Ев-
гении Бааль, подготовивший, опять же по
заказу горкома партии, комплексную про-
грамму борьбы с правонарушениями моло-
дежных группировок по месту жительства,
В ней он указывал на необходимость созда-
ния Бюро Совета Министров ТАССР по де-
лам молодежи, народного образования, куль-
туры и спорта. Будет ли такое Бюро в обнов-
ленном Совете Министров — не знаю. Зато
в Казани создана депутатская комиссия по
работе с молодежью, решается вопрос о соот-
ветствующем подразделении в аппарате гор-
исполкома.
275
Одновременно сверху и снизу начал фор-
мироваться творческий коллектив ученых и
практиков для выработки целевой програм-
мы по молодежной политике. Над программой
работают философы, психологи, социологи,
педагоги, юристы, медики, экономисты, жур-
налисты.
Требуется переориентировать город на
борьбу.с социальным явлением—пока же
боремся с его носителями, отдельными под-
ростками и группировками. Обостряем и без
того сложное положение подростков, а это
еще более отчуждает их от нас, от общества
вообще, разводит два мира — мир детей и
мир взрослых — в разные стороны.
По сути, мы объявили своим детям войну.
Но вряд ли в такой войне могут быть побе-
дители...
Работая над книгой, я прочитала все, что
написано за эти годы в «Вечерней Казани»,—
и с ужасом обнаружила, что многие публи-
кации все так же актуальны.
Может, рассчитывая на быстрый успех, мы
были наивны — слишком сложными оказа-
лись подростковые проблемы. Может, до сих
пор страдаем слепотой — пытаемся разовыми
инъекциями поднять на ноги тяжелобольно-
го. Лекарства вроде бы хороши, медсестра
опыта набралась, укол по всем правилам —
а толку нет.
Но пока подобным образом практикуем,
жизнь наших детей в опасности. Значит, в
опасности и наша жизнь, наше будущее.
276
КАЗ/ХНЬ: ВЗГЛЯД СО СТОРОНЫ
что видно ИЗ МОСКВЫ?
Публикации центральных газет и журна-
лов о «казанском феномене» могли бы соста-
вить еще одну книгу. По этой теме «отмети-
лись», по-моему, все, кроме «Веселых карти-
нок» и «Мурзилки». Однако читатель этой
книги попал бы в весьма затруднительное
положение, поскольку нашел бы в ней не-
мало противоречий и несоответствий. Это и
понятно: авторы чаще всего брали информа-
цию из разных источников (а расхождения
тут бывают в пределах одного ведомства),
из-за краткосрочности командировок не мог-
ли ее перепроверить. Порой по случайным
интервью делались обобщения, не всегда вер-
но отражающие тенденции. Даже собкоры,
живущие в Казани, порой грешили против
истины.
Не могу удержаться, чтобы не привести
несколько примеров. Автор журнала «Наука
и религия* среди причин возникновения
вражды группировок прежде всего выделила
социальные. Вот как обрисовала она микро-
район Приволжского района, прародителя
печально известной банды «Тяп-ляп»: «Про-
странство, населенное запертыми в нем «ста-
рика мн»-ветеранамн, «страшными» подрост-
ками из группировок, растапливателями пе-
чей, носильщиками воды из колонок, поеда-
тслями сырого черного хлеба,— пространство
это будто давит гнилостным удушливым воз-
духом, ощеривается зияющими там и тут
канализационными дырами».
277
Что и говорить — картина впечатляющая.
Но когда я прочитала это одному из бывших
«тяп-ляповцев», он снисходительно улыбнул-
ся. Да, в районе объединения «Теплоконт-
роль» есть поселок, где в частных домах нет
воды и газа, но ребята оттуда отличаются
завидным трудолюбием, что и спасло многих
от тюрьмы. И банда «Тяп-ляп» произошла
совсем не из этого поселка.
Не исключено, что автор сосредоточила бы
свое внимание на другом, если бы не встре-
тила в Казани писательницу Фаузию Байра-
мову, которая и навела ее на мысль о том,
что казанские «мотальщики» — это своеоб-
разные борцы за свободу. Их хотела видеть
в этой роли сама Байрамова, но это другое
дело. В письме совета матерей Татарского
общественного центра и инициативной груп-
пы Народного фронта, опубликованном тут
же, в «Науке и религии», об этом говорится
без обиняков: «Вы — большая сила, и вам
надо повернуть эту силу против несправедли-
вости, против бюрократии, против «знати»,
живущей за счет народа». Но как бы ни хо-
телось авторам этой концепции поделить ка-
занскую молодежь на «бедную» и «сытую»,
в группировки входит самый пестрый народ:
здесь и дети рабочих, и сыновья начальства.
Не приходилось встречать лишь выходцев
из семей творческой интеллигенции Они
объединяются по другому признаку, чаще
всего в сообщества «металлистов», с кото-
рыми «гопники» враждуют. Но вражда эта
не носит характер социального антаго-
низма — просто «гопники» не любят рок-му-
зыки.
278
Очень неприязненно была встречена многи-
ми казанцами статья в журнале «Огонек»,
автор которой здорово романтизировал груп-
пировшиков. Тем, кто встречался с ними на
улицах города, было совсем не до романтики.
Искать причины сложного явления, сидя в
московском кабинете,— дело опасное. Один
автор расселяет «мотальщиков» по трущобам
центральной части города (упор на плохие
бытовые условия), другой — по «спальным»
районам (отсутствие социальной инфраструк-
туры). И оба оказываются правы. Потому
что «конторы» есть и там, и тут. Вывод по-
лучается несколько другой.
Журналисты из Москвы часто брали в
союзники социологов из Казанского универ-
ситета, местных коллег. Не отказывался от
встреч Савелий Тесис, в то время главный
специалист по несовершеннолетним преступ-
никам и связям с прессой. Это должно было
бы страховать от ошибок и ложных выводов.
Тем не менее в публикациях встречается не-
мало погрешностей. Не так страшно, когда
одному из журналистов дает интервью ди-
ректор несуществующего в Казани ПТУ-43.
Кула серьезнее, когда в «Собеседнике» сочно
описывается убийство, которое не имеет ни-
какого отношения к «войне» группировок.
Компания пьяных подростков, забившая до
смерти своего собутыльника, была известна
инспекции по делам несовершеннолетних Со-
ветского района за пристрастие к спиртному
и не входила ни в одну «контору», В боль-
шинстве казанских группировок пить строго
запрещено^ .., ..
279
Некоторые ошибки воспринимались очень '
болезненно. Так, в одном из журналов сооб-
щалось, что Хантемиров, осужденный как
главарь банды «Тяп-ляп»,— убийца. Мама
Хантемнрова обратилась к судье В. Шакуро-/
ву с просьбой защитить сына — он действи-i
тельно никого не убивал.
Слава богу, обошлась без последствий пуб-
ликация «Моталки» в «Комсомолке», где
журналисты, решив блеснуть знаниями по
истории, сыпанули соли в кровоточащую ра-
ну. В обстановке возрождаемого националь-
• ного самосознания всплыли старые обиды.
Вот и татары болезненно вспоминают собы-
тия многовековой давности, когда Иван
Грозный покорил Казань. И если москвичам
абзац с лозунгами «Поставим Москву на ко-
лени! Наши предки покоряли Москву — по-
корим и мы!» мог показаться удачным в
смысле выразительности, то казанцам было
не до красот словесности. Когда мы научим-
ся учитывать отдачу каждого своего сло-
ва?
Наиболее раскованным в обращении с фак-
тами оказался корреспондент «Советского
спорта». Он писал о Казанском (читай: Та-
тарском) обкоме комсомола, о двадцати го-
дах, отделяющих сегодняшний день от вре-
мени существования банды «Тяп-ляп»
(в 1969 году в Казани и не слыхивали о та-
кой банде). Мало того, в отличие от других
коллег, от ученых, которые точно не могут
указать причины подростковой вражды, автор
уверенно назвал главную. Оказывается, все
началось 40—45 лет назад, когда в Казань
понаехало много эвакуированных: «...и в ря-
280
hy других проблем появляется проблема борь-
бы за власть между коренным молодежным
йаселением и приезжими».
' «Что происходит в Казани?» — так озагла-
вил свою статью автор журнала «Семья и
Школа». На дворе 1989 год, а ощущение та-
кое, что первый человек взялся за перо, что-
бы написать о «казанской заразе, которая
расползается все шире».
Он сообщил читателям, что к призывному
возрасту половина ребят попадает за решет-
ку, а две трети оставшейся половины, полу-
чив увечья в драках, признаются негодными
к воинской службе. В Татвоенкомате очень
удивились такой осведомленности столичного
журналиста. По их сведениям, Татария одна
из республик, которые в наше неспокойное
время выполняют наряды по призыву. Хотя,
конечно же, человек 400—500 ежегодно вмес-
то армии попадают совсем в другие места.
Если верить журналу, «всевозможные леев-
доспортивные сообщества, далекие от идеа-
лов спорта и тем более от общечеловеческих
идеалов», возникли в Казани после того, как
здесь стали открывать спортивные клубы.
В жизни же все было наоборот. Конечно,
рисковали, создавая секции тяжелой атлети-
ки, бокса. Но в них занимались не только те,
кто хотел ловчее бить, но и те, кто учился
защищать себя.
Из всех материалов столичных авторов,
посвященных «казанскому феномену», бли-
же всего к истине мне кажутся публикации
в «Литературной газете», журнале «Новое
время* и очерк О. Чайки в книге «Отрица-
тельный угол».
18 л-зц 2ЯГ
Еще в 1988 году Юрий Щекочихин советов
'вал не рассматривать вражду казанских труп/
пировок как локальное, казанское явленно.
В беседе «За круглым столом», опублико-
ванном 12 октября, было названо много дру-
гих адресов. Ксения Мяло в двух статьях нз
«Нового времени» дала достаточно полное
толкование причин, обусловивших молодеж-
ные проблемы, прогнозы их развития (№ 33—
34, 1988 г.). Ольга Чайка связала современ-
ные группировки с бандой «Тяп-ляп», буду-
чи лучше казанских журналистов защищен-
ной от местных преступников и их высоких
покровителей, рассказала о том, о чем до
этого на широкой аудитории не говорили.
Читатели из других городов и весей фор-
мировали свое мнение в зависимости от тех
или иных публикаций. Смысловые передерж-
ки и фактические неточности, вольные или
невольные, таят в себе немалую опасность.
Прежде всего потому, что мешают осмыс-
лить происходящее адекватно, создают иска-
женное представление о сложном социальном
явлении. «У нас на каждом шагу убивают!» —
истошно кричала со страниц «Комсомольской
правды» моя землячка. Такие письма прихо-
дили и к нам, но по неписаным журналист-
ским правилам мы проверяли сообщаемые в
них факты. Подобные преувеличения в атмо-
сфере нагнетения страстей вокруг Казани
воспринимались за чистую монету. И мы это
быстро почувствовали, когда уменьшилось
количество иногородних абитуриентов в ка-
занских вузах, когда стали отказываться
приезжать к нам на гастроли артисты. Наш
город стал вроде пугала, которым пугают
282
маленьких детей. «В Москве «назревает»
Казань» — такой заголовок появился в «Мо-
сковских новостях» в июне 1989 года.
Есть еще одна сторона лавины публикаций
о «казанском феномене». Не могу утверждать
достоверно, но мне кажется, что возникнове-
ние группировок в других городах Татарии,
в соседних автономных республиках можно
связать с газетными публикациями. Они в
какой-то мере могли служить распростране-
нию «преступного» опыта, ведь некоторые
журналисты уж очень увлекались, так ска-
зать, технологией подростковой «войны».
Наши доморощенные «мафиози» приобрели
особый вес. Об этом говорилось в одной из
публикаций «Московских новостей». Расска-
зывая о «гастролях» в Москву хулиганствую-
щих подростков из других городов, газета
писала: «Московские рэкетиры начали ис-
пользовать «казанскую фирму» для запуги-
вания жертв: «Мол, мы казанские, вы ж знае-
те, мы никого не жалеем».
В «Известиях» за 4 февраля 1989 года
читаем: «...не можем не сказать о том, что
нередко разговоры о «казанских налетчиках»
основаны на всяческих слухах. К примеру,
перед зимними каникулами в Подмосковье
пошли гулять «сведения» о готовящейся «не-
деле любви», как, дескать, было в Казани. На
самом деле ни в столице Татарии, ни за ее
пределами никакой «недели любви» не было,
был слух о ней, повторенный учительницей
одной из подмосковных школ для того, чтобы
«в конце четверти удержать ребят дома и за-
ставить учить уроки».
И все-таки казанцы должны сказать спа-
18* 283
сибо московским журналистам. Только после;
их публикаций городские власти всех уровней
наконец обратили внимание на молодежные
проблемы. Помню, сразу после новогодних
праздников, 3 января 1987 года, нас неожи-
данно вызвали в обком партии. Узнав, о чем
пойдет разговор, легко вычислили причины
такой поспешности — буквально за несколько
дней до этого в «Комсомолке» была опубли-
кована статья собкора В. Козина, которая
впервые выводила проблемы казанских груп-
пировок на обозрение всесоюзного читателя.
Собрание прошло в духе традиционных
«накачек». Больше всего досталось милиции.
Тогдашний секретарь обкома партии по идео-
логии Р. Беляев спросил комсомольского ли-
дера, какие у него проблемы, и был вполне
удовлетворен ответом: оказывается, не хва-
тало транспорта для боевых комсомольских
отрядов. Заинтересованно обсуждались проб-
лемы двух рабочих общежитий, где накануне
побывало «высокое» начальство.
«Если в колхозе на 100 граммов падает
надой молока, поднимается весь актив»,— за-
метил один из ораторов. Теперь ставили всех
под ружье подростковые проблемы. Бюро Ка-
занского горкома партии собиралось проана-
лизировать ситуацию нс откладывая, через
месяц, обком намеревался вернуться к этому
вопросу через полгода.
— Пока никого не наказали, никого не
сняли...— Фраза эта прозвучала вполне опре-
деленно. Ее весомость подкрепил секретарь
обкома: «Если драки не прекратятся...»
Драки не прекратились, хотя с тех пор со-
брания, заседания, совещания по проблемам
2М
подростков стали проходить с завидной по-
стоянностью. Но это — тема для другого раз-
говора.
Чем чаше писали о Казани центральные
газеты, тем больше съезжалось к нам конт-
ролеров из различных ведомств, тем нервнее
шел разговор, тем определеннее он перево-
дился с рельс серьезного анализа ситуации на
поиск виноватых. Иногда это были правоох-
ранительные органы, иногда — журналисты.
Все зависело, в каком кругу идет разговор.
Мы ждали от центральных издании других
публикаций. Местным журналистам было
весьма сложно давать оценку республикан-
ским и городским властям (это сегодня кри-
тикой первых лиц никого не удивишь). Ка-
занцам меньше всего нужны были живопи-
сания драк, леденящие души обывателей не
только других городов, но и жителей нашего
города (мы старались «жареной» стороной
эту тему'не разворачивать — сами жили в
этой атмосфере, знали, что страху хватает и
без этого). Они требовали конкретных дейст-
ствий. II если бы о некомплексности застрой-
ки новых районов, о переполненности классов
и детсадовских групп, о социальной незащи-
щенности подростков писалось не только в
наших газетах, но и в московских, толку бы-
ло бы больше. Сила печатного слова очень
зависит от ранга газеты. Мы имели возмож-
ность не раз убедиться в этом.
Конечно, немного обидно, когда глаза лю-
дям «открывали» не твои публикации, а дру-
гие, написанные порой по твоим следам. Но
сочтемся славой... Неужели нужно было не-
пременно назвать проблему «казанским фе-
285
номеыом», чтобы посчитать ее действительно
серьезной?
Здесь самое время разобраться с этой
звучной словоэтикеткой — «казанский фено-
мен >. Мне не удалось установить, кто упо-
требил это понятие впервые, но авторство не-
сомненно принадлежит столичному коллеге.
Существуют две версии его появления.
Есть мнение, что о «казанском феномене»
стали говорить после показа по Центрально-
му телевидению фильмов Казанской студни
кинохроники. И вправду, ни одна газетная
статья нс сравнится с силой воздействия да-
же одного кинокадра, снятого, скажем, в
морге.
Речь идет о картинах «Л у вас во дворе...»,
«Страшные игры молодых» и «Крик. ПТУ нс
с парадного подъезда». Первый появился
в 1987 году. Его создатели без шокирующих
подробностей пытались осмыслить взаимоот-
ношения подростковых компаний. Их колле-
ги, снявшие три фильма на молодежные те-
мы, пошли по другому пути — их интересо-
вали нс столько причины, сколько следствия.
«Страшные игры...» повергли зрителей в со-
стояние шока. Об этом они писали нам в
своих письмах. А поскольку аудитория у
картины была огромной (тираж 275 копий,
сюжет в телепередаче «Взгляд»), о Казани
заговорила вся страна. Вот тогда-то и зача-
стили в наш город столичные журналисты,
а после их публикаций — и коллеги из мно-
гих зарубежных изданий.
Я считаю, что московские журналисты
могли обратить внимание на казанские груп-
пировки уже после первых публикаций в
центральной печати. Это были статьи В. Га-
това «Усобица» («Неделя», № 12)н В. Ко-
зина «Стая» («Комсомольская правда» от
29 апреля), опубликованные в начале 1988 го-
да. После них в редакциях столичных газет
должны были с большим вниманием отне-
стись к письмам из Казани. Мы знаем, что
еще в 1987 году «казанская» почта стала те-
мой отдельного разговора в редакции «Изве-
стий».
Казанцы забили тревогу в 1986 году. Тог-
да большая группа родителей (300 человек)
обратилась в ЦК КПСС с просьбой навести
в нашем городе порядок. Положение с груп-
пировками уже ни для кого в Казани не бы-
ло секретом — .публикации в местных газе-
тах шли одна задругой. Ив этом смысле мы,
может быть, действительно накликали на го-
род броский журналистский ярлык — «казан-
ский феномен». Взывая со страниц своих га-
зет к казанцам, мы ведь меньше всего дума-
ли о том, что Казань может дурно выглядеть
в зеркале всесоюзного общественного мне-
ния. Писали — потому что болело, потому что
не могли молчать. А за это нас клеймили с
высоких трибун, что мы зря драматизируем
ситуацию, что именно мы несем ответствен-
ность за все эти. драки. Будто драки сущест-
вовали только на страницах газет.
Если говорить о необычности явления—то
оно, как это ни печально, имело место. Одна-
ко в словаре В. Даля слово «феномен».опре-
деляется еще одним важным компонентом —
необычное, редкое явление. Было ли оно та-
ким уж редким или вообще единственным,
как это кое-кому представлялось? Мы адо-
рово погрешим против истины, если ответим
на этот вопрос утвердительно. Ведь раньше
казанских «гопников» стали известны под-
московные «люберы». И первые публикации
о вражде подростковых компаний, объеди-
ненных по признаку территории, посвящались
не Казани, а городу Дзержинску, что в Горь-
ковской области. Как оказалось, нечто подоб-
ное наблюдается во многих других регионах
страны — в Казахстане, Белоруссии...
Так что события, происходившие у нас, не
были сугубо казанским явлением. Просто
Казань стечением обстоятельств оказалась в
' числе первых городов страны, где множество
социальных болячек, проблем семьи, воспи-
тания и образования подрастающего поколе-
ния, понимаемые как абстрактные, вылились
в нечто конкретное, осязаемое и мало при-
влекательное.
И очень жаль, что до сих пор это явление
рассматривается как локальная проблема.
Что опыт Казани не заставил ни правитель-
ство страны, ни народных депутатов СССР
наконец повернуться к детям лицом, сделать
материнство и детство приоритетными в своей
политике. Что еще должно случиться, чтобы
все поняли, что не будет у нас ни здоровой
экономики, ни нормальной жизни, если дав-
ний лозунг «Все лучшее—детям» не обретет
реальность?
Наверное, все-таки есть основание говорить
о феномене. Но не о казанском, а о всесоюз-
ном.
Общество, которое не заботится о моло-
дежи, строит свое будущее на шатком фун-
даменте.
288
ЧТО ПИШУТ ЗА ГРАНИЦЕЮ . . у
Журналисты из ФРГ. Австрии, Испании,
Швейцарии, а чуть ранее корреспондент га-
зеты «Нью-Йорк- тайме», которого тоже до-
велось сопровождать, представляют средства
массовой информации - разной ориентации.
Но в Казань их позвала одна тема — под-
ростки. «Подготовленные» нашей централь-
ной прессой, -они с удивлением обнаружили,
что на улицах города царит спокойствие. Три
дня мы колесили по городу в надежде оты-
скать хотя бы часть какой-нибудь группиров-
ки, чтобы корреспондент австрийского теле-
видения мог оправдать свою командировку.
Но более четырех-пяти человек нам не встре-
чались, пока, наконец, возле Казанки нс уви-
дели несколько подростков, в которых не-
трудно было угадать «гопников». Разговор
состоялся интересный. Ребята из «Киров-
ской» группировки охотно пошли на контакт.
Этот разговор подтвердил некоторые мои
опасения.
Ребята охотно разговаривали с журнали-
стами до тех пор, пока к нам не подошли
еще два парня, старше по возрасту. Те, что
помоложе, сразу примолкли. Подошедшие с
деланным недоумением расспрашивали про
«казанский феномен». «Что вы, у нас ника-
ких драк нет! Живем дружно»,— убеждал
один из них, с большой татуировкой на ру-
ках. Как потом выяснилось, он уже отсидел
два срока, причем, по его мнению, каждый
раз несправедливо.
Этн были явно из «авторитетов».
Теперь уже по-другому воспринималась
289
информация, полученная ранее. У группиро-
вок теперь нет постоянного места сбора,
каждый раз назначается новое.
В управлении внутренних дел пояснили,
что «Кировская» ведет себя очень тихо, хотя
имеет повод к отмщению. В феврале месяце
у 11УМа был убит один из ее «гопников» —
Марат Хайруллин, 17 лет.
Пять группировок объединяют подростков
и молодежь центрального Бауманского рай-
она. В каждой, по сведениям прокурора рай-
она Л. Мингазова,— по 40 и более человек.
Выявлено 19 главарей в возрасте до 30 лет,
в основном это ранее судимые. Двоих из них
мы. видимо, и встретили возле Казанки.
После этого разговора стало как-то тре-
вожно. Тишина на казанских улицах уже не
радовала. Чувствовалась тревожная атмо-
сфера предгрозья. Что это — перегруппиров-
ка сил? Период обучения «новобранцев» но-
вым условиям существования, когда в роли
«учителей» выступают преступники? Или
просто летнее расслабление?
Вместе с патрульной машиной поздним ве-
чером 14 июля мы объехали наиболее опас-
ные места города. Везде было спокойно. Мо-
лодежи не оказалось в парках. Пустынно бы-
ло возле кафе «Грот», которое в тот вечер
не работало.
— Мы увидели «мертвый» город,— дели-
лась впечатлениями Мария Хубер, коррес-
пондент швейцарской газеты «Вельтвохе»
Убедившись, что «казанские страсти»
преувеличены, она тем не менее нашла пи-
щу для размышлений. Мария приняла к све-
дению сообщение о том, что большая часть
290
молодежи находится или за городом на от-
дыхе, или работает в трудовых отрядах. Но
она не могла не заметить, что, окажись под-
ростки в городе, им практически нечем было
бы заняться. Она была поражена тем, как
мало в Казани мест для отдыха.
На прощание я попросила К. Шмидт-Хойе-
ра предсказать, в каком направлении будут
развиваться события. Давать прогнозы он
отказался: не хватает информации. Но за-
метил, что посещение Казани убедило его в
том, что говорить о «казанском феномене»
вряд ли правомерно. Немало молодежных
проблем он видел в других городах. Не под-
твердилось и другое мнение, которое ему до-
велось слышать: о том, что в казанских груп-
пировках началось расслоение по националь-
ному признаку.
Нельзя не заметить, что материалы о на-
ших подростках они собирали тщательнее,
чем некоторые московские журналисты.
В этом мы убедились, когда i'5 июля 1989 го-
да в газете «Нью-Йорк тайме» была опубли-
кована статья спецкора Фрэнсиса Клайнса
«Советский город встревожен возвращением
молодежных группировок*. Приведу несколь-
ко фрагментов из этой публикации.
«Десять лет назад, когда паника в Каза-
ни — древнем городе на берегу Волги, вы-
званная столкновениями между бандами под-
ростков, достигла своего пика, был пригово-
рен к высшей мере наказания и расстрелян
один из главарей —Джавдат Хантемиров. По-
нему мрачно скорбели подручные из банды
«Тяп-ляп», которым предстояло отбыть дли-
тельные сроки тюремного заключения. Власть,
291
твердая в Советском Союзе, как гранит, и
на этот раз решила проблему своей жесто-
костью, не раз оправдавшей себя в прошлом.
Но вот сейчас, спустя десять лет, духи
бандитов из «Тяп-ляп», похоже, переселяют-
ся в новое поколение молодежи. Однако сей-
час цепи и металлические прутья, которые
пускают в ход скорые на расправу молодчи-
ки, приводят к совершенно иной реакции —
некоему сочетанию умеренных контрмер и
глубокого чувства вины. Во всяком случае,
именно так откликаются на тревожные собы-
тия городские власти.
Отсутствие повальной наркомании и невоз-
можности приобретения огнестрельного ору-
жия удерживает ситуацию на уровне, кото-
рый бы не очень тревожил полицейских во
многих западных странах. Однако в общест-
ве, где семейные традиции остаются важным
социальным фактором, а привычка подчине-
ния власти чрезвычайно сильна, казанские
группировки представляют собой поистине
зловещий призрак. ,
Некоторые читатели обвинили газету в раз-
дувании проблем группировок. По журналист
Любовь Агеева, освещающая эту тему, счи-
тает их следствием растущих социальных
проблем.
Не признавая понятия «казанский фено-
мен», возникшего на страницах центральной
печати, она считает, что Казань подает при-
мер другим городам в смелости анализа су-
ществующих проблем. Они тоже должны ре-
шиться посмотреть правде в глаза».
К сожалению, материал других зарубеж-
ных.изданий к нам не попал. ,
292
СЛОВАРЬ КАЗАНСКИХ ПОДРОСТКОВ
Молодежная среда всегда имеет свой жаргон. Ка-
кие-то словечки живут в ней годами. Например, преду-
предительный клич об опасности «атас», который я пом-
ню с детства, встречается и сегодня. Есть понятия, свя-
занные с определенным временем, с определенным уров-
нем общественного развития. Наконец, возможны какие-
то новообразования, характерные для определенного
региона страны.
Казань в этом отношении являет пример показа-
тельный. Новое социальное явление в среде молодежи
не могло не оставить своего следа в языке. Словарь
казанских подростков составляют достаточно много по-
нятий, которые определяют ранее не существующие
отношения. Одни из них — «мотаться», «мотальщики»—
стали широко известны благодаря публикациям цен-
тральных газет и телепередачам, другие обитают в пре-
делах Казани и Татарии.
Чтобы читатели лучше смогли ориентироваться в
жизни казанских подростков, предлагаю вашему вни-
манию словарь наиболее употребительных жаргонизмов,
введенных в русский язык группировками.
Мотаться - быть членом группировки, жить по ее
законам.
Мотальщики, мотаны, гопники — так называют
членов группировок.
Контора—молодежная компания, объединяющая
молодежь определенного двора, микрорайона, улицы.
На официальном языке конторы называют группиров-
ками
Шелуха, салаги--члены группировки 10—13 лет.
Это резерв «конторы».
293
Супера —члены группировки 14—16 лет.
Молодые — члены группировок 17—19 лет. входя-
щие в руководящее ядро молодежных компаний
Старики, старшие — юноши и взрослые люди. Воз-
растные границы — от 20 до 35 лет и даже старше.
Авторитеты — высшее звено руководства группи-
ровкой Их еще называют «стариками», «дедами», «ко-
ролями».
Автор — руководитель определенного возрастного
отряда, определяющий жизнедеятельность группы. Он
входит в руководящее ядро группировки, обеспечивает
связь своего отряда с другими частями, компаниями.
Коробка — исходное ядро группировки, которое
включает двор или несколько рядом стоящих много-
этажных домов. Группировку может образовать одна
•«коробка», но есть «конторы», включающие несколько
«коробок».
Сбор, обязаловка — регулярные встречи членов
группировки в точно назначенные дни и часы.
Разборка —обсуждение всей группировкой «боевых
действий»—набегов на «чужую территорию», драк...
Чушпан — подросток, не состоящий в группировке,
тот. > тс. не мотается.
К опилка — черепно-мозговая травма.
Грязнушка (Грязь), Жилка, Чайники, Пентагон,
Двадцатый двор, Воровский, Финны, Стандартный посе-
лок и другие — названия группировок.
Общак — коллективная касса группировки, которая
состоит из добровольных взносов, разовых и регуляр-
ных, с- также из поступлений, добытых преступным пу-
тем.
Общая девочка — при многих группировках есть
девичьи компании, полностью разделяющие законы их
жизни Они вместе проводят время, являются сексуаль-
ными партнершами всей компании.
ОГЛАВЛЕНИЕ
Несколько слов вместо напутствия ....
Вчера это было в наших силах ....
Предыстория. Трудные взывают о помоши
Кем он вырастет? Каждый вечер в бане
Украли детство. «Беседа проведена, распиши-
тесь...» Показуха.
Мы должны выслушать друг друга . . .3?
«Мы хотим вас слышать*. Чужой среди
«своих».
Беды можно было избежать ....
На развилке трех дорог. Словно на разных
языках. Воспитание наказанием. Этот неслу-
чайный случай. Спроси с себя. Сиюминутный
успех —не главное. Глядеть в корень. Нака-
зание или месть. Что случилось со школой?
Как жить нашим сыновьям? . .
Право на самостоятельность. Дайте мальчиш-
кам работу. Пусть будет у ребят свой аэропорт'
Посмотреть правде в глаза.....................
Судьба подростков: криминальный аспект. Ле-
генда под названием «Тяп-ляп». Подросток
и закон. Группировка крупным планом. В зер-
кале статистики. Долгий путь к истине. Ка-
зань: взгляд со стороны.
Словарь казанских подростков. 293
Массово-политическое издание
Любовь Владимировна Агеева
КЛЗЛНСККП ФЕНОМЕН: МИФ и РЕАЛЬНОСТЬ
Редактор В. с. !UaKupoea
Художник В. И Пикин
Художественный редактор /// л- нае.1П^
Текиическн. 01.ДЙК7О1> ф р
Корректоры Г Ф ДяйрмЛ,,амо. н " ^м>ва
ИБ Nt 5в«3
1212 90 **
т)ряая> Печать высокая Vci иг. * ‘Гарнитура «.Зигер.
«Р-ОТТ. К26 уч ТГЛ05+Хр/ ™ &
Заказ Л 311. Ценя 55 к„п РаЖ 5000 “3
Т, *н"Ж"ое издательство алии v
Полиграфические коиСина/'ии 1(*,эа1*1’- Ул- Бауиа-
Л»1Н. 1ГНИОГО комитета Татарской ССР „ ** ИЛ" Як>'ва Гост
" -₽ .фки „ книжной ^Х-^за^ь