Смерть немецким

лемчнхя

СТАЛИНСКАЯ АВИАЦИЯ
В БОРЬБЕ С ГЕРМАНСКИМ
ФАШИЗМОМ

К. Е.

ВЫПУСК

Лосниздат
7/Л~0

CCCJ>

2

оккупантамI

Вейгелгіи

Тин. Мигиза, в. 1211, т. 5оооо

К

\о
о
«

S _І

к Наклад и
испнска

j Иллюстр.

(

Карт

Л И С 101)

В переплети,
един,
соедин.
JÍ5M8 вып.

Таблиц

Почетных

Выпуск

Книга имеетi

з

éJS

- •

\

"

1

• • •

•;

СТАЛИНСКАЯ
АВИАЦИЯ
В
БОРЬБЕ
С ГЕРМАНСКИМ
ФАШИЗМОМ

*

К. Е. Вейіелин

САМОЛЕТ-ТАРАН

Военное И з д а т е л ь с т в о
Н а р о д н о г о Комиссариата

Обороны Союза

М о с к в а — 1942

ССР

К. Е.

Вейгелии

Само/ о т-таран
В
кпиге
излагается
возникновение,
развитие
я
п р и м е н е н и е т а р а н н ы х м а н е в р о в в в о з д у х е о т первого
тарана
наших
ванне

П.

Н.

Нестерова

сталинских
с

германским

соколов

до
в

героических
Великой

приемов

отечественной

фашизмом.

СОДЕРЖАНИЕ
1. Б о и и о р у ж и е в в о з д у х е
2. П е р в ы е т а р а н ы в в о з д у ш н ы х
3.
4.
5.
IS.

боях

. . .

Стр.
3
10

С о в е т с к и е т а р а н ы в 1941-1942 гг
Герои-таранщики под Ленинградом
. . .
Г е р о и - т а р а н щ и к и на п о д с т у п а х к М о с к в е
.
Техника тарана и его перспективы
. . .

14
28
34
42

Краткое

56

заключение

Редактор подполковник ypf.

в. Захаров

Г25421Я Подписано к печати 7.8-1942. Об'см 1"/4 п. л. 2,4 уч. авт. л .
В 1 п. л. 64.000 тип. зіі.
З а к а з 938
Типографии МООМП, Москва, ул. Горького, 18-6.

I. БОИ И О Р У Ж И Е В В О З Д У Х Е
— Семнадцать месяцев я л е т а л ніа разных фронтах За."
п а д н ш Европы, но ,не имел ни одного боевого столкновения. А оѳрівая ж е встреча в в о з д у х е на Восточном фронте
прервала в с ю мою летную работу... — Так чистосердечно
признался один германский летчик с солидным с т а ж е м ,
сбитый в в о з д у ш н о м бою над пашей территорией.
Умение вести в о з д у ш н ы й бой я в л я е т с я серьезным преимуществом советской авиации, с которым неизменно приходится считаться самолетам с паучьей свастикой.
Решительность и в ы д е р ж к а , п о р ы в в сочетании с о с т о р о ж н о с т ь ю
и упорство — с благоразумием, полная самоотверженность
и чуткость в отношении к своим боевым т о в а р и щ а м — э т и ми качествами в полной мере н а д е л е н ы сталинские соколы.
В з а р о ж д е н и и и историческом развитии тактики в о з д у ш ного боя р у с с к а я авиация сіыграіла очень видную, п о ж а л у й ,
д а ж е в е д у щ у ю роль.
Талантливый
русский летчик-изыскатель
П. H. H ес т е р о в весной 1914 іг., е щ е до начала мировой войны, в
беседе с товарищами летчиками в ы с к а з а л с л е д у ю щ е е .
— Участие авиации в б у д у щ е й воздушной войне сведется к б о р ь б е м е ж д у самолетами разных типов. Н е и з б е ж н ы е
в о з д у ш н ы е бои б у д у т с х о ж и с Нападениями ястребов на
ворон. Те летчики, которые научатся в л а д е т ь своим самолетом и сумеют придать ему «воздушную п о д в и ж н о с т ь »
ястреба, б у д у т в (состоянии л е г ч е нанести в р а г у скорейший
и серьезнейший урон путем в о з д у ш н ы х эволюции. Только
пройдя школу фигурного летания и практически освоив, в
частности, мертвую петлю, летчики б у д у т в л а д е т ь оснюв3

Талантливый

русский

летчик

П. Н .

Несте-

штабс-капитан
ров

(1887—1914),

впервые

в мире

л ю на самолете,
ник

применения
воздушном

проделавший
мертвую

пет-

основоположтарана

в

бою.

ным оружием ястребов в их нападениях на менее искусных
ворон. А кто из в а с захочет быть вороной?
Сравнение воздушного боя с приемами нападения птиц
отнюдь не было у Нестерова случайным. Заі полетам птиц
разных пород он вел пристальные наблюдения в течение
многих лет. К а ж д а я порода ловчих птиц по-разному преследует свою добычу.
Птицы соколиной породы бросаются на добычу неизменно сверху. Пускаясь в преследование, сокол поднимается
зигзагами или спиральными кругами. Так он «берет верх»
над противником. Лучшие из них в «высоком верху» делают перед нападением «ставку» (т. е. задерживаются пепод4
I

вйіжно). Й лишь после таких маневров добыча поражается
сильным ударом при мгновешйхм броске с «высокого верха».
Кречеты, т о ж е ударяющие ню добыче сверху, поднимаются над своими жертвами н е кругами, а свечкой — «столбом», подобно стренге. Выражаясь языком охотника, они
«пробиваются на хвосте».
Иначе действуют ловчие птицы ястребиной породы. У них
расчет не на удар сверху, а на внезапность и быстроту
своего преследования. Зная повадки ястребов, ловчий охотник напускает ястреба «в подлет», травий им «в угон».
Ястреб скрытно стелется над самой землей, несется пулей и
нагоняет добычу сзади, не давая ей взять «большой перед»Так охотятся в воздухе ловчие птицы. Но они искусно
пользуются и другим своим природным оружием — сильным клювом и цепкими когтями. А первые летчики — пионеры воздушного б о я — н и к а к и м оружием не располагали.
Тот ж е бесстрашный летчик Нестеров, говоря в первые
недели івойны 19 i4 г. о неизбежности воздушных боев, развивал мысль о первенствующей роли маневрирования в воздухе и о важности) преимущества перед противником но
высоте. Решительное •маневрирование, с постоянной угрозой
сшибить противника живой массой своего самолета всегда
морально подавляет врага, лишая его уверенности в . эволюциях. Проведя о д н а ж д ы на маневрах такой угрожающий
бой над «своей» территорией, Нестеров заставил своего
условного противника сесть на землю—заведомо «в н л е ф .
Он полагал возможным применять этот прием д л я поражения противника и на фронте.
Более того, Нестеров допускал, что после поражения
противника в воздушном бою прямым ударом самолета по
самолету атакующий м о ж е т благополучно
спуститься
скольжением на хвост. — Такой маневр,— говорил он, - не будет более опасным, чеім, Например, столкновение конника с конником на земле.
Но все ж е м о ж е т ли считаться боевым средством, такая
машина, которая не имеет вооружения?
5

В первые месяцы войны 1914' г. самолет -был именно такой безоружной машиной. Благодаря своей способности
появляться в любом месте, над сушей и над водой,— независимо от рельефа и препятствий на поверхности земли,—
д а ж е -малонадежные, едва оперившиеся аэропланы были использованы на фронте в качестве «глаз армии». Спортсмены-авиаторы в роли бойцов были вооружены для утехи
только карманным оружием.
В 1914 г. самолеты считались машинами, опасными в обращении до тех пор, пока им не бу'дет обеспечена «автоматическая устойчивость». Погоды и ветры все е щ е являлись главным врагом самолетов с моторами ничтожных
мощностей. М о ж н о ли было усложнять опасность полета
лишней загрузкой самолетов и новым серьезным риском, с
которым неизбежно со,пряжено пользование на борту огнестрельным оружием или метание бомб? Поэтому при первых воздушных встречах летчиков воюющих сторон на фронте к а ж д ы й был несравненно больше занят своим мотором,
погодой и непривычным обстрелом с земли, чем противником. Угроза кулаком — «-погоди же!» или д а ж е привет
рукой — «будем -пользоваться хорошей погодой!»—вот чем
обменивались сперва авиаторы воюющих сторон -вместо -разящих- гостинцев.
Понятно, такая идиллия не могла длиться долго. Боевой
самолет д о л ж е н был -получить оружие помимо своих всесильных глаз. В поисках такого оружия было -создано много весьма фантастических -проектов. Более -реальные работы велись по -приспособлению на а-зроплашх пулеметов —
как ни трудно было по началу уделить для них долю в
очень ограниченной полезной нагрузке.
Во Франции накануне войны 1914 г. на самолетостроительном заводе Морак-Солыніье иоаытыв-ала-сь очень интересная установка пулемета на одноместном моноплане.
Пулемет французской фирмы Го-чкис воздушного охлаждения, принятый на вооружение в кавалерии, был жестко
укреплен в горизонтальном положении в голове корпуса,
поверх капота мотор-a Рои 80 л. с. А д л я того чтобы пули
б

ме попадали в д о ш с т ь вйппа, был применен передаточный
механизм к спуску пулемета от работающего мотора.

Опытная пулеметная установка с синхронизатором на моноплане
М о р а и - С о л ы і е с мотором Рон 80 л. с. (июнь 1914 г.):
сверху — пулемет Гочкис кавалерийского
образца; под пцм — бензобак ; справа — пилотское » Д е н и с и р у ч к а управления перед ним. Я -- ось масляной п о м п ы с ведущей нубчлткоіі Р im к о н ц е »той оси.
Зубчатка Р
сцеплена
с ведомой
аубчаткой Р1, вращающей
крпвешші
M с той жо скоростью,
как
и мотор.
Палец D, приводимый п движение шатуном В, регулирует подачу патронов в пулемет.

Синхронная передача бьгла сконструирована с таким расчетом, чтобы пуля проходила через вертикальную плоскость вращения винта в те моменты, к о г д а обе лопасти
винта не будут находиться в опасной точке пролета нули.
7

Предложение французских изобретателей для того времени 'было выдающимся по остроумию и прозорливое і и.
Они вооружили не летника, а самый аэроплан. Весь самолет превращался по их проекту в летающую батарею. Помимо того, что действие пулемета обеспечивалось работой
авиамотора, наведение его на цель и приделка могли быть
осуществлены только наводкой всего самолета с помощью
рулей. Нацеливается весь самолет, а стрельба производится
с помощью его мотоіра.
'
!
Однако в силу конструктивных особенностей пулемета
Гонкие первые практические испытания н е дали ¡положительных результатов. Риск попадания пули ¡в винт не был
устранен, а в таком в и д е установка, для практики не годилась.
Об этой довоенной попытке вспомнил на фронте блестящий французский авиатор-спортсмен Г а р р о , приобревшин
мировое имя своими многочисленными рекордами в авиации. Он пришел к імысли установить на лоНартях винта, в
точках пересечения с ними ¡пуль из жестко укрепленного
пулемета', стальные плаетинки-отсекатели,
поставленные
накосо. Испытания показали, что опасные д л я винта нули
'рикошетируют от пластинок, а главная масса пуль надежно
выбрасывается вперед. Гарро пробует свой самолет-пулемет чіа фронте и в течение 1 —18 апреля 1915 г. — впервые
в мировой и с т о р и и — у с п е ш н о сбивает в воздухе огнем три
германских самолета.
После .того как один из французских мойонламов с
жесткой пулеметной у/стаиовкой попал трофеем в руки
немцев, последние рационализировали изобретение Гарро.
К тому времени Германия у ж е выпускала хорошие моторы
Бенц и Даймлер мощностью Р 150—160 л. с. Это позволило .вооружить первые немецкие самолеты подвижной пулеметной установкой на заднем месте наблюдателя, так как
грузоподъемность самолета с новыми (моторами значительно возросла. В это ж е время в германской армии появились
пулеметы с воздушным охлаждением английской конструкции Виккерс. Кроме того, была закончена
постройка
S

легкого одноместного моноплана е хорошими летными качествами іпо типу французского самолета МораіинСодьнье—
т о ж е с ротат явным мотором. Так появился первый Германский самолет истребительного типа, который в короткий
срок сделал широко известным имя своего конструктора —
«летучего голландца» Л и т о и)иі я Ф о к к б р аФоккер не мог не заинтересоваться пулеметной установкой Гарро, когда увидел ее (на первом трофейном самолете.
Это было именно то, чего иіехватпло его прыткому истребителю. Не примирившись с отсекающими пда'сл инками на лопастях винта,'снижающими его аэродинамические качества,
Фоккер пришел к той ж е идее пулеметного синхронизатора, которая годом раньше возникла у французов. Конструктивное решение идеи было облегчено у Фоккера тем, что
пулеметы Викерс лишены недостатков пулеметов Гочкис
(некоторое запаздывание подачи1 піатрофв в ствольную коробку)Конструкция Фоккеіра получила широкое распространение
на всех фронтах. С добавочной пулеметной установкой подвижного типа на заднем -месте двухместного самолета
авиация получила! свое первое вооружение: 'передний
пулемет—главным образом для атаки -в воздухе, а задняя
турсльпая установка — преимущественно для обороны.
Спортивный аэроплан превратился в боевой самолет.
И с этого момента началась разработка основ воздушного боя, тактики ВВС и коренных вопросов войны в воздуху.

2. П Е Р В Ы Е Т А Р А Н Ы В В О З Д У Ш Н Ы Х

БОЯХ

26 августа 1914 г. доблестный русский -летчик П. Нестеров в погоне за австрийским самолетом, кружийшимся над
русским штабом, воспроизвел соколиный уда-р. Взлетев один
па борту безоружного самолета, он «взял верх» йад вражеским аэропланом и атаковал его прямым ударом. Сокол
сразил ворону.
Но эта победа досталась дорогой ценой — ценой жизни
саімого героя. Самопожертвование бойца нельзя было возводить ів общее правило. Прямой удар по-соколиініому
сопряжен с чрезмерно большим риском для жиэии атакующего.
Другой отважный русский летчик — К а з а к о в , один
из первых русских аіссов войны 1914—1917 гг., испытывал! сначала миоголапую кошку-удочку для сбивания
неприятельских самолетов, а после опыта Нестерова решил
применить атаку противника «в угон» — по-ястребиному.
Нагнав Немецкий самолет сзади, Казаков пронесся непосредственно над ним, «чиркну'в» по его спине колесами
своей машнніы. Правда, поврежденный немецкий саімолет
не был сбит на месте, но он был! вынужден Немедленно
повернуть домой, не выполнив разведывательной задачи.
Казаков и его самолет остались совершенно невредимы и
боеспособны.
Эти два случая в истории русской военной авиаіции являются ЮіІаСсическими образцами. М ы Не знаем подобных
примеров в действиях военной авиации других стран.
В дальнейшем, при разработке тактики воздушного боя
огромное! значение приобрели основные свойства оружия
10

па самолете к а к д л я атаки, так и для обороны. Успешное действие передним пулеметом со стороны пилота и турелмюй установкой — со стороны стрелка-наблюдателя потребовало от летчиков большого искусства маневрирования
в воздухе. Искать уязвимые места противника, находясь
вне его обстрела, и держать его под огнем своего оружия — вот цель всякого маневрирования в воздухе для нанесения венного поражения противнику.
Усовершенствование самого оружия, увеличение его надежности и скорострельности, укрупнение калибра и увеличение числа стволов пулеметов ив борту, а в дальнейшем
применение пушечных установок,— все это обеспечило получение более мощного и напряженного огття. По линии
использования этого огня при совершенствуемых
летных
качествах самолета и хило ів дальнейшем развитие тактики
воздушного боя.
Прямые улары самолета по самолету были отвергнуты
практикой ВОЗДУШНЫХ атак за ч'етверть века до 1941 г. Однако
в
новых
летно-техиинеских
условиях
второй
мировой войніы этот прием, именуемый сейчас тяраіпом,
приобрел новую значимость, далеко выйдя за рамки тех образцов. которые были заимствованы ѵ ловчих птии. Тяган
в древности, как известно.— стенобитное орудие на войне.
Большое толстое бревно. окованное на одном конце и подвешенное горизонтально на цепях или на канатах, раскачивается и долбит крепостные стены Тяпанный прием в морской войне это — поражение неприятельского судна сильным ударом носовой частью собственного корабля на ходуПо аналогии и в воздушном флоте стали и&эыватъ тараном
прием сбитня противника в воздухе без применения огня—
живой массой самого самолета. Однако боевая практика
1941 г. в советской авиации изменила смысловое содержание термина «летный таран».
В силу каких условий таранный маневр оказался
возрожденным? — Это исторически обусловливается
г л а иным 11 факторами,

снова
тремя
11

Греческие воины, н а х о д я щ и е с я в нижней" э т а ж е осадной башни, раскачивают т я ж е л о е бревно-таран п д о л б я т им степу (осада персидской
крепости Галикарнасс в 334 г. д о нашей эры).

Первый
фактор — летно-техиический.
За
последние
10—12 лет самолеты сильно усовершенствовались .rio
своим летно-техническим качествам. Они могут надежно и
безбоязненно маневрировать в воздухе в самых различных
положениях и со скоростями горизонтальными и вертикальными, о которых лишь мечтали раньше. Машины весом в
несколько тонн вертятся подобно голубям-турманам. Они
поднимаются «трубой на хвосте», как кречеты, и носятся
молнией бреющим полетом с быстротой о десять раз большей, чем ястребы. Стальные соколы подняли «высокий
верх» до 10—12 километров от аемли, г д е никогда н е бывала еще ни одна из хищных птиц.
12

Второй фактор — тактический. Ограниченная грузоподъемность самолетов, особенно истребителей, не позволяет
им брать больішой комплект боеприпасов, А (воздушные бон.
при их скоротечности, требуют сильно напряженного огня
из многих стволов. После израсходования боевых комплектов самолет остается безоружным. Во мнбгиіх случаях это
делает невозможным выполнение тактического задания.
Поэтому в известной обстановке таранный прием может
явиться действительным средством боевой авиации. Но в
каждом отдельном случае его применений д о л ж н о бьіть
продиктовано только самой жесткой необходимостью.
Наконец, третий фактор — технологический. Металлическое самолетостроение и внедрение легких
высококачественных металлов и сплавов обеспечило материальной части
авиации высокую степень прочности. Только высококачественный металлический винт может обеспечить усле'х таранного приема, к которому выну'жден прибегнуть летчик в
критическом случае, не оставляющем другого исхода.
В п е р в ы е месяцы отечественной войны 1941 г. германская
авиация, как и в с я ее армия, имела на своей стороне два
явных и крупных преимущества, па которые неоднократно
указывал И о с и ф Виссарионович Сталин: внезапность вероломного нападения и численное превосходство. В противовес этим немаловажным факторам сталинские соколы мобилизовали всю силу своей преданности и любви к родине,
свою воинскую доблесть и творческую изобретательность
в лепном искусстве. ЧислеНрому превосходству врага противопоставлено моральное превосходство летного состава,
Ого беспредельная воля к победе и высокая летная техника.
Моральная мощь и исключительная боеспособность сталинской авиации были бысітро познаны іи признаны в гитлеровском воздушном флоте. Фашисты с оларкой летают на
наших фронтах, а при встречах в лоб неизменно меняют курс.
Они прекрасно знают, что краснозвездные самолеты
не уступают дороги и при необходимости готовы сбить любого противника собственной ма|шиной, как всадник сшибает всадника,
\
1 3

3.

СОВЕТСКИЕ Т А Р А Н Ы В 1 9 4 1 - 1 9 4 2 гг.

Современный воздушный бой, одиночный или групповой,
не может быть самоцелью. Это не средневековые турниры
во славу прекрасной дамы. К а ж д ы й бой является лишь
средством
выполнения определенного оперативного задания. Если полученное задание выполнимо без боя, никто
не должен ввязываться в бой. Но если без боя задание
не выполнимо, то бой делается обязательным.
При известных заданиях н у ж н о уметь принудительно навязывать бой, ѳсли противник от него уклоняется.
При равных прочих условиях успех в навязывании боя
обеспечен самолетом лучших летных и маневренных качеств. Большая скорость и скороподъемность, лучшая поворотливость и изворотливость, более высокий потолок —
вот летные качества машины, которые в той или иной комбинации позволяют навязать воздушному противнику бой
вопреки его желанию.
Однако дело отнюдь не решается одними машинами.
Люди, летный состав, вносят тут весьма серьезные поправки. Моральное превосходство над противником, более
высокое понимание воинского долга, большая привязанность к своей родине внушают людям большее стремление
к победе, делают летчика более искусным, более изобретательным и боеспособным. Сталинские соколы не имеют
равных себе" в искусстве — когда это нужно — заставить
противника вступить в воздушный бой.
Величием своей воинской доблести летный состав нашей
страны, как и вся Краощая Армия и Флот, завоевывает
себе всеобщее признание и мировую славу. Советские
1 4

летчики, выполняя операции в воздухе и проводя воздушные бои, повседневно изыскивают новые шути и приемы
наиболее эффективного поражения противника.
Одним из таких новых приемов является возрожденный
летный таран.
Целесообразность его применения как нового, еще
недостаточно испытанного средства доліжна быть обоснована, Представляя совершенно определенный риск д л я
нападающего, летный таран м о ж е т найти себе оправдание,
например, в следующих условиях: 1) на самолете не осталось других средств для поражения противника: израсходованы в с е боеприпасы, или отказало оружие,
или
невозможно использовать его ввиду сложившейся обстановки в воздухе; 2) все остальные способы и приемы
атаки противника исключены; 3) уничтожение противника
является
прямым выполнением
оперативного
задания;
4) проводимая противником операция грозит
нанести
крупный вред; 5) боевая ценность атакуемого самолета
много выше ценности собственной машины.
Но и во всех перечисленных случаях необходимо прежде
всего тщательно взвешивать шансы на сохранение жизни и
боеспособности экипажа, 'принимая к тому все доступные
меры.
Исходя из комплекса этих условий, м о ж н о признать целесообразным применение таранного маневра при действиях истребителя .против неприятельского бомбардировщика преимущественно в боях над собственной территорией, где вынужденный спуск после атаки не грозит экип а ж у пленом.
В отечественной войне 1941 г. таранные маневры зародились стихийно, как безудержное проявление самоотверженности и героизма советских летчиков.
В первый ж е день войны младший лейтенант Л е о н и д
Б у т е л и ir, поднявшись в воздух д л я отражения нападения вражеских бомбардировщиков на аэродром, умело сразил
огнем одного противника. Увидя, что со стороны заходит
g

2018791282

Герой Советского Союза
младший
лейтенант
-Г1. Т. Харитонов. В первые дни войны—28 июня 1941 г. — применил
таран и уничтожил Юнкере-88, после чего верн у л с я на свой аэродром.
25 августа
1941 г. он
повторил
таран,
спустившись затем
на парашюте.

другой
фашистский
бомбардировщик,. Бутеілин
смело
атаковал ¡ero, хотя патронов на борту у ж е не было. При
сильном столкновении обоих самолетов фашистская ¡машина .взорвалась и упала, н е причинив никакого вреда на
аэродроме. Но, подобно Нестерову, герой Бутелим т о ж е
погиб в этом бою смертью храбрых.
Пылкая молодежь самоотверженно использует таран в
боях, когда у ж е израсходованы патроны, а противник
остается неслаженным. Младшие лейтенанты: П . T. X а р ит о н о в , С. И. 3 д о р о в ц с в и М. П. Ж у к о в , пришедшие в армию лиі'шь в 1938 г. и всего годом раньше окончившие летную школу, у ж е в первые дни отечественной
16

Герой
за

Советского

младший

М. П. Ж у к о в .
первых,
ранный
не

Сою-

лейтенант
Одни

из

применивших таманевр

Ленинграда

шистских

гірп охраот

фа-

стервятников.

войны успешно таранят фашистские бомбардировщики на
подступах к Ленинграду, не подпуская их к северной столице.
Бее они подбираются к своим противникам сзади и при
незначительной ¡разнице в -скоростях хода головной частью
овоих машин удачно сносят хвостовое оперение вражеских
самолетов. Фашистские бомбардировщики, лишенные устойчивости и уІправлСиня, безнадежно гибнут вместе с экипажами, а победители благополучно возвращаются «а свои
аэродромы.
Эти таранные победы сыграли немалую роль -в ходе
дальнейшей обороны Ленинграда^ тіаік как
заставили
17

фашистов соблюдать большую осторожность в своих
нападениях.
Указом президиума Верховного Совета С С С Р от 8 ию'ля
1941 г. летчикам Харитонову, Здоровцеву іи Ж у к о в у было
присвоено звание Героев Советского Союза — это первые
герои отечественной войны, награжденные «Золотой Звездой» и орденом ЛенинаВ энской авиачасти, г д е командиром капитан С. Андреев,
впервые применил таран лейтенант О б о р и н при защите
аэродрома от налета вражеских стервятников. Израсходовав боеприпасы в интенсивном поединке, летчик решился
на энергичную атаку сбоку и протаранил левое1 крыло
противника- Вражеская машина была сражена и погибла в
пламени вместе с экипажем. Д л я атакующего бой кончился
вполне благополучию: ort без осложнений сел -па своем
аэродроме.
В -первых числах июля 1941 г. геройски расправился с
двумя неприятельскими бомбардировщиками старший лейтенант Н. В. Т е р е X и н. Раісстреляв вСе патроны, он
наскочил на хвост неприятельской машины и отбил его
крылом своего самолета. Противник рухнул, ио машина
Терехипа сохранила управляемость- Мало того, отважный
пилот решился на новую атаку. ОтсіТеІгеув на- ходу привязные ремни и откинув фонарь кабины, он врезался о
другого врага-. В этом столкновении обе машины развалились в куски. Несмотря ніа незначительную высоту —
400 метров—Терехим удачно спустился ніа, парашюте неподалеку от двух неміецких летчиков, попавших к нам в плен.
С таким ж е исходом и в аналогичных условиях был закончен бой старшего лейтенанта М о р о з о в а с немецким
самолетом Мессершмитт-109. И здесь таранивший летчик
остался в строго, а разбитая немецкая майшнй упала ніа машу территорию.
В числе первых сталинских соколов, успешно применивших тарам, был младший лейтенант Д.. А. З а й ц е в . Он подобрался к фашистскому Юнкіерсу-88 снизу -и врезался
18

Герои
за

Советского

- младший

Д . Л.
нил

Сою-

лейтенант

Зайцев.

Протара-

фашистский

керс-88

и

произвел

Юн-

благополучно
посадку.

и хвостовую часть его, в то место, г д е заканчивается броня.
Несмотря на сильный удар, машина Зайцева не вышла из
повиновения. П л а н и р у я ' с высоты четырех тысяч метров,
Зайцев видел беспорядочно падающий фашистский самолет
и двух его летчиков, спускавшихся на парашютах (два других погибли). Сам герой, не выпуская шасси поврежденного ястребка, благополучно сел иа засеянное поле.
Младший лейтенант А. Л у к ь я н о в ,
вылетевший по
тревоге на аэродроме, рассказывал о своей победе в июле
1 ?

1941 г. над двухмоторным фашистским «Ягуаром» констру|к iдай Мібссеіршмитт.
— Я пошел на сближение с противником. Немец пытался
уклониться от боя и вошел в пикирование. Я — следом за
ним1. Немец открыл огонь, по я занял такое положение, что
оказался вне сферы обстрела. Вражеские -пули клевали
только воздух. Немец перешел На бреющий полет, и я также. ДуМаю: тут тебе и конец! Немец нрибарил скорость—
я пустил свой вдогонку. Мой ястребок быстрее' его «Ягуара». Вот он рядом, кажется, рукой достану. Н а ж а л гашетку, но пулеметы молчат. Гоняясь за врагом, я 'расстрел я л — оказывается — веб патроны.... Неужели упустить?
Не,т, пойду на таран!
Молниеносно Сложился пліаін действий.
Буду биіть
винтом іпо левому крылу. Зашел с левой стороны, сбавил
газ и — Как полосну винтом по левому крылу... Треск. М е ня тряхнуло так, что очки съехали ніабок. Гляжу, «Ягуар»
делает свой последний прыжок в пропасть...
Потом
узнал,
что экипаж
фашистского
самолета,
выбросившийся Да ¡парашютах, был в з я т в плен истребительным батальоном. А я свой самолет -посадил на три
точки...
Во всех подобных случаях сталинские соколы, пылкие
патриоты своей родины, -принимали бес/страшное решение
итти на тарам для лучшего (выполнения поставленного им
задания, когда других средств для поражения противника
не оставалось. Они заведомо шли на крупный риск, применяя совершенно неиспытанные боевые приемы, которые
не опробовались -нигде и никем.
В некоторых исключительных условиях атакующие сталинские соколы шли на эаЬедомое самопожертвование для
сражения противника силой своего самолета.
Самопожертвование не всегда может служить образцом
высокой добліести и героизма. Советскому героизму чуждо
самопожертвование, не оправдываемое явной необходимостью. Вот небольшая иллюстрация,
20

Еще в царское время некий русский изобретатель обратился в морское ведомство с предложением построить
крупную управляемую мину д л я взрыва неприятельских
кораблей. На этой мине-торпеде было сделано удобное
оидеін(ие для рулевого, который д о л ж е н был наводить мину
на цель и разделить судьбу неприятельского корабля при
взрыве. На сделанное ему возражение о неминуемой гибели рулевого изобретатель с пафосом возразил: «В России
не было и nie будет недостатка ів людях, готовых пожертвовать собой для отечества».
В Советской стране хорошо помнит глубоко знаменательный ответ товарища Сталина, данный великому летчику
нашего времени В. П. Чкалову после применения им одного рискованного маневра д л я сохранения в целости самолета: «Ваша жизнь для нас д о р о ж е всякой машины».
Бережное отношение к людям, к к а ж д о м у бойцу — это
отличительная черта советской военной этики. Красной Армии и Флоту совершению ч у ж д ы приемы, к которым вынуждена прибегать фашистская армия д л я демонстрации
своего якобы «героизма». Психические атаки, при которых
пьяные фашисты открыто идут во весь рост, неся громадные потери,--г- это не советский стиль. Тут много общего с
отвергнутой идеей русского изобретателя —• взрывать вместе с миной и ведущего ее рулевого.
Всякое советское
самопожертвование 1 должно быть
оправдано обстановкой. Оно уместно и глубоко патриотично там, где нет никакого другого средства д л я устранения
серьезной опасности, д л я предотвращения большого уроеа),
или, например, в условиях, когда приносящий себя в добровольную жертву не имеет другого выхода, когда оц,
обезвреживая противника, заведомо идет на гибель, не
видя для себя спасения другими .средствами.
В таких исключительных случаях самопожертвования мож е т быть использован и таран как эффективное средство
обезвреживания противника.
Одним из первых пожертвовал собой капитан Г а с т е лл о, обрушившийся
тараном на фашистскую
танковую
21

колонну после того, как его самолет был безнадежно поражен вражеским огнем с земли. Этот подвиг отнюдь
не остался единичным. К самопожертвованию па самолетах,
пораженных противником, прибегали и другие герои. Преклоняясь перед мужеством и самоотверженностью
этих
патриотов, мы сохраним д л я потомства их имена.
Подобно Н. Ф. Гастелло поступили несколько экипажей
советских бомбардировщиков
под
командой лейтенанта
Д м и т р и я Т а р а с о в а (штурман — лейтенант Е р е м и н
и стрелки-радисты: К а п у с т и н и К о в а л ь с к и й ) ; под
командой летчика
Ск оБородина
(члены экипажа:
В е т л у ж с к и х и Ч е р к а ш и н ) ; под командой лейтенанта В д о в е н к о
(штурман Р о м айн е н к о,
стрелок
К у п а т о в и радист К а р п о в ) ; под командой лейтенанта
Степанова,
капитана
Пасхина,
капитана
А в д е е в а , черноморского летчика Б у з а н о в а. Несколько доблестных сталинских соколов отдали свою жизнь за
родину в таких ж е условиях н а штурмовых самолетах. Вот
их имена: лейтенант
Г л а д е н к о, старший
лейтенант
К л іо ч к о, младший лейтенант В. С л у ж е н и к и и и др.
Первые удачные тараны, примененные советскими летчиками, не могли nje привлечь к себе внимания со стороны
всего летного состава наших ВВС- Естественно возник
вопрос об усовершенствовании таранного маневра таким
образом, чтобы, по возможности, надежнее сохранить не
только жизнь атакующего экипажа, но и материальную
часть.
Полоса стихийного та ранения миновала — в боевой практике началась более планомерная разработка новой летиотактической задачи.
В начале августа капитан Л е б е д и н с к и й , сбив своим
огнем один вражеский «Хейнкель», на поврежденном самолете обрушился тараном и сразил второй «Хейіпкель».
Несмотря на повреждения в своем самолете, он дотянул
от места боя в расположении противника д о
своей
территории.
22

Командир звена истребителей морской летчик М а р т ищ е н к о , взяв верх в 150 метров над фашистским бомбардировщиком, всей тяжестью своей машины сокрушил врага
под Ленинградом. К а к и Лебединский, он не оставил своего «коня», перешедшего в штопор, и, уничтожив противника, сам остался невредимым.
Капитан В. И. М а т в е е в т а к ж е удіарил концом крыла
своего самолета по оперению вражеского «Хейнкеля».
Самолет противника рассыпался на чаісти, а таранивший
вернулся домой невредимым, хотя и на поврежденной
машине.
Успешно завершился и таран морского летчика 3 о с им о в а , который ударил по крылу фашистского самолета
нижней частью своей машиныНа подступах к Ленинграду младший лейтенант П. Т. Харитонов еще 28 июня 1941 г- сразил фашистский бомбардировщик,
сокрушив
его оперение
головной
частью
собственной
машины.
Противник
был
уничтожен,
а
Харитонов благополучно вернулся на свой аэродром.
Винтами своих самолетов удачно поражают
противника
доблестные паши летчики-истребители под Москвой —
Е р е м е е в , T a i n a л и х и н , К и с е л е в , К а т р и ч и капитан А и д р е е в. Они отважно подбираются под крыло,
под брюхо, чаще под хвост противника и с самых различных положений рубят противника своим работающим винтом, выводя из строя ответственные части вражеских самолетов.
Творческая мысль передовых советских летчиков интенсивно работает над тем, чтобы обеспечить при таране невредимость не только экипажа, но и всей материальной части самолета.
Морской летчик старший лейтенант M и т и н одним из
первых отказывается от сильного удара по противнику. Он
рекомендует сближение сзади, в угон, с подравниванием
скорости и легким ударом после добавки небольшой порции газа в моторе сбиггь противника. Правда, его первый
23

тарам не в ы ш е л «мягким» — пришлось выброситься и з самолета на парашюте. ІТо ©par был уничтожен.
Летчики на подступах к Москве особенно тщательно занялись разработкой техники тарана винтом собственного
самолета, по возможности без удара.
Всякий удар с использованием живой силы атакующего
самолета — полной или частичной (например, удар по противнику крылом или шасси) всегда сопряжен с лишним
риском для атакующего. М е ж д у тем без удара при сближении и выравнивании скоростей шансы на благополучный
исход тараиа значительно возрастают. Самолеты, идуйцие
одним курсом на выравненных скоростях, можно рассматривать условно к|ак относительно стоящие на месте. И в
таком положении ебитие противника при сближении «впритирку» одной силой работающего винта іне угрожает материальной части атакующего серьезным риском при значительных шансах полного сокрушения врага. Секрет такого
маневра заключается в умелом сближении с противником,
тонком, безошибочном расчете и высоком летном мастерстве
во всех стадиях этой серьезнейшей операции. Как показал
боевой опыт, действие по хвостовому оперению вражеского
самолета, особенно rio горизонтальному оперению, является
наиболее эффективным приемом, обеспечивающим
успех
атаки.
Лейтенант И. И. М е щ е р я к о в , преграждая путь германским бомбардировщикам на подступах к городу Н. и
оставшись без боеприпасов после сбитая огнем одного противника, решился на таран. Винтом своего самолета он
перерубил хвост Юпкерсу-88, который
грохнулся
на
землю. Свой (истребитель, несмотря на повреждения в и|ем,
Мещарйков благополучно посадил на іполе вблизи аэродрома;
На Западном фронте в первых числах января 1942 г. лейтенант И в а н Ш у м и л о в, атакованный несколькими вражескими истребителями, т о ж е ударил по хвостовой части
фюзеляжа одного из Мессершмиттов-109. Спускаясь на парашюте, отважный летчик видел, как его противник, пы24

лая, вонзился в землю. Это был девятый гитлеровский самолет в списке побед отважного истребителя.
Так ж е отрубил хвост Юнкеіреу-88 сержант JI я м и и по
Юго-Западном фронте на высоте около 7000 метров над
городом С. Несмотря на то, что Лямин впервые принимал
воздушный бой, он умело уклонялся от огни противника, а
после израсходования патронов сокрушил винтом его хвостовое оперение. Юикерс-88 похоронил под своими обломками двух летчиков и подкинул нам в плен остаЛы-гых
членов экипажа. Лямин вернулся на аэродром невредимым.
На Южном фронте 23 января 1942 г. летчиком-комсомольцем М. О с и п о в ы м б ы л уничтожен е щ е одни Юнкерс-88Этот случай характерен тем, что таран был применен на
бреющем полете.
В составе ввегаа истребителей лейтенант Осипов принимал участие в прикрытии, йавалерии, ринувшейся
в
атаку. Неожиданно вдали показались фашистские. Юнкерсы.
Предупредив качанием крыльев своих товарищей, Осипов
пошеД на сближение с воздушными пиратами. Последние уклонились от встречи, повернув обратно. Тем не менее1, наш истребитель пустился в преследование и настиг
один Юикерс-88. Умело маневрируя -на близкой дистанции
под интенсивным обстрелом из боковых и задних пулеметов
бомбардировщика, Осипов при нескольких заходах вывел из
строя своим огнем не только вражеских стрелков, но и
правый мотор у самолета ¡противника. Враг, круто спикировав, сделал попытку спастись та одном моторе. Но истребитель повторил этот маневр и искусно выравнялся вз
Юнкерсом на ничтожной высоте в 10—15 метров. Необходимо было подбить у фашистского самолета второй мотор.
Но тут Осипов обнаружил отсутствие патронов.
— И все-таки не уйдешь, — решил самоотверженный
комсомолец. Сделав заход на бреющем полете, он пристроился за хвостом бомбардировщика и приготовился таранить его оперение. Операция была сделана мастерски. Советский винт отсек фашистский хвост.
Бомбардировщик
25

рухнул- Возникший пожар и -взрыв бомб доканади его.
Осипов, удачно
отвалившись
в сторону,
немедленно
набрал высоту, хотя его ястребок весь д р о ж а л и сильно
сотрясался после столкновения. Несмотря иа это пилот
сделал -посадку н-а неровном снежном поле, не выпуская
колес шасси- Летчик и самолет остались невредимыми.
Подобно Осипову в марте 1942 г- мастерски сразил фашистский истребитель на Карельском троите лейтенант С ор о - к и н . Белофинский Фоккер, хорошо защищенный броней, оставался неуязвимым под огнем. Резонно опасаясь
таранного штурма, противник круто снизился и пошел бреющим полетом над верхушками деревьев. Сорокин, не отставая, преследовал его на той ж е -высоте — около 20 метров. На резком развороте советский ястребок отрубил
своим крылом хвостовое оперение Фоккеру.
Последний
грузно рух-нул- носом вниз и через мгновение взорвался.
Сорокин сохранил управляемость своего самолета, хотя
были повреждены крыло и в с е три лопасти винта. На
малой скорости победитель благополучно дотянул до своего аэродрома.
Победными таранами отличились двадцатилетние комсомольцы С и л а н т ь е в и К о в з а и.
Силантьев, прикрывая на истребителе действия наземных
частей на Западном фронте в феврале 194-2 г., участвовал
в нападении на звено Юііікер;сов-88, шедшее на бомбежку
в нише расположение. Израсходовав все патроны, он сокрушил фашистский бомбардировщик, отрубив ему хвост,
а сам после столкновения выбросился ни -парашюте.
Комсомолец
Ковзан,
после
удачного
таріаінения
Меесершмитта-110 в ноябре 1941 г., вторично
применил
такой ж е маневр в -начале марта 1942 г. на Калининском
фронте. Ж е р т в о й его второго тіаірана б ы л Юнкерс-88. Советский летчик на
самолете Як-1 искусно подобрался
вплотную к противнику -сзіаД-и и снизу и после уравнения
скоростей -перерубил с одной стороны юнкерсовіский руль
высоты. Враг штопором вонзился в землю — погиб весь.
26

экипаж. Сталинский сокол, несмотря на (повреждение в
машине, блестяще сделал вынужденную посадку на маленькой полянке в лесу.
Конечно, не; все случаи применения таранов
кончались
благополучно д л я атакующего.
При таране -противника на Северном фронте погиб
смертью храбрых старший лейтенант И. И. И в а н о в , а на
Северо-западном направлении — летчик М а м о н т о в .
Победные тараны летчиков: А н д р е я
Данилова,
П е т р а И г а ш о в а, комсомольца Д е м е н ч у к а на подступах к Москве и С е р г е я Т и т о в к и под Ленинградом
т а к ж е оплачены жизнью самих героев. Победы
отнюдь
не давались даром.
В последовательных испытаниях тарйнных
маневров
крупная заслуга принадлежит летчикам-истребителям, работавшим на подступах к Москве и Ленинграду.

4. Г Е Р О И - Т А Р А Н Щ И К И П О Д

ЛЕНИНГРАДОМ
i
На подступах к Ленинграду таран был применен удачно
в первые ж е дни войны летчиком К о к о р е в ы м , сразившим фашистский бомбардировщик. По его следам пошла
у ж е упомянутая геройская тройка: младшие N лейтенанты:
Петр Харитонов, Степан Здоровцев и Михаил Ж у к о в .
28 июня 1941 г. Харитонову пришлось вступить в 'первый
воздушный бой с бомбардировщиком Юнкерс-88. К моменту израсходования всех огневьіх средств на самолете
были перебиты бензопровод и маслопровод. Всю кабину залило маслом. Но эти неисправности н е смущали отважного бойца. Он продолжал прижимать вршга к земле, еще
не представляя себе с достаточной ясностью, что делать
дальше. Твердым было только одно решение — пи в коем
случае не дать фашисту уйти живым.
Так давил он врага, пока до земли осталось всего лишь
50 метров. — Бить самолетом по самолету, — решил Харитонов.
Обстановка для тарана была очень неблагоприятной: на
такой высоте при поломке самолета парашют может не
выполнить своего назначения. Но летчик не думал об этом.
Он подскочил к хвосту противника и вонзился головной
частью своего ястребка в его
хвостовое
оперение.
«Я ощутил такой силы удар, что, казалось, мой самолет
разлетается вдребезги», — рассказывал геройПротивник был уничтожен, в т о время как
советский
самолет, сотрясаясь от удара, продолжал полет, послушный рулям, и благополучно вернулся на свой аэродром.
2ь

В середина августа 1941 г. вдоль железной Дороги на
подступах
к Ленинграду летчик-истребитель лейтенант
В. М и х а л е в несколько раз встречался
с
фашистским
подносным монопланом Хеншель-126, которого не видали
з д е с ь раньше. При четвертой встрече с этой машиной Михалев вступил с ней в решительный поединок.
— Враг беспрерывно стреляет и лезет в облако,— рассказывает Михалев. — Я лезу зіаі ним. Патронов нет —
расстрелял. Уйти домой ни с чем я н а мог. Залетаю к
хвосту. Расстояние скрадывается. Мой самолет пристраивается все ближе и ближе. Он почти прилип к стабилизатору. Решаю: рубить винтом. Рублю хвост. Раздается
глухой треск. На мои плечи падают мелкие обломки
ф ю з е л я ж а . Они попадают в кабину. Я ничего больше н»
замечаю. Машина идет в штопор. Хочу выброситься с парашютом, по выбрасываться поздно. Пытаюсь вывести машину из штопора-. Трудно. Высота 150. Ма|шину трясет, как
в лихорадке. Едва выравниваюсь и вижу, как в безнадежном штопоре падает ненавистный враг- Легко стало у меня,
па душе, но не знаю, доберусь ли сам д о аіэродрома.
С трудом выпускаю шаоси, делаю разворот на посадку.
Старший лейтенант В л а с о в так описывает сівой таран:
— . Я сидел в кабине своего истребителя и внимательно
следил за воздухом. Немецкий спімолет выскочил неожиданно. Через минуту я был у ж е в воздухе. Заметив меня,
враг — это был пикирующий бомбардировщик Юнкерс-88—
открыл интенсивный огонь и повернул в сторону фронта.
Но расстояние было очень віелнко, и я не отвечал на огонь.
В районе села Т. я подошел к стервятнику на дистанцию
в 200 метров и обрушил на него ливень пуль. Фашист прод о л ж а л рваться в сторону фронта. Дистанция
сокращалась. Когда нас разделяло не более 50 метров, мои пулеметы замолчали — иссяк запао патронов. «Все равно
nte уйдешь, гад!», — подумал я и повел ма|шину и а таран.
Я подходил к фашисту слева, несколько н и ж е его. Это
29

лишало врага возможности расстреливать меня из пулемета.
Винтом я срезал противнику рули высоты и поворота.
В следующее мгновение мой самолет бросило в стороиу и
развернуло под углом в 90°. Винт падающей неприятельской машины ударил по моему самолету;. Бой происходил
на высоте 4500 метров, очнулся ж е я, когда д о земли было
1000—1500 метров. Попробовал управление — все в порядке, машина (слушается. Выр-авняв самолет, осмотрелся и
пошел ніа снижение- Мотор не работал, винт был погнут,
козырька- не было. Болела левая рука, со лба сочилась
кровь. Закрывался правый глаз, а левым было
трудно
смотреть, так как из очков вырвалось стекло.
Садился, не выпуская шасси. Когда самолет остановился, я потерял сознание. Очнулся в госпитале. Теперь-думаю
об одном — поскорей бы вернуться в строй.
Младший лейтенант Х а р и т о н о в — Герой Советского
Союза — после первого тарана сумел удачно сбить т о ж е
таранным приемом второй германский бомбардировщик.
25 августа 1941 г. он поднялся по треіво-ге на подступах
к Ленинграду вместе с лейтенантом Иозица, с которым
у ж е неоднократно вылетал в паре.
— Вскоре показались фашисты, — повествовал герой о
новой встрече.—Не -принимая боя, они свернули в большое
д о ж д е в о е облако и находились в нем довольно долго. Фашисты не вылезали. Наконец, выскочили двое. О д н о г о ' и з
них — того,, что поближе: — я выбрал своей целью. 1 За
другого принялся Иоз-ица;.
Ввязываюсь -в бой и чувствую — старая история: -передо мной опытный, сильный враг. Но и я был у ж е не, тот,
что прежде.
После ряда атак самолет врага загорелся о т пулеметной
очереди. Вижу, он горит, а хода не теряет. Удирает во всю.
А у меня кончаются боеприпасы. Не упускать ж е фашиста.
Решил таранить. Захожу немцу, в хвост, прибавляю скорость, подлетаю к самому оперению. Ближе некуда — фа30

шиістский стрелок д а ж е стрелять не мог, чтобы не разбить
собственного хвоста.
Стал я прилаживаться, чтобы ударить врага винтом. Но
тут случилась неприятность: сильным воздушным потоком
меня отбрасывает вправо, и я проскакиваю вперед. Вот
история! Опасно ведь — можно попасть под смертельный
огонь. Тогда я решаю таранить из любого положения,
таранить тем, что есть под рукой. Бросаю свою машину на
правое крыло фашиста' Удар! Своим левым крылом рублю
его по концу правого крыла. Кусок его крыла сразу отваливается. Вижу—фашистский самолет крепится, падает и в
воздухе разваливается на куски. Мой самолет
потерял
управление и перешел в пике, Я ж м у изо всех сил, а он
падает. Ж а л ь мне машину, но утешаю себя тем, что у меня — истребитель и я один, а у врага гибнет бомбардировщик с экипажем в четыре человека. Счет все-т|ак;и в мою
пользу. М о ж н о прыгать.
С трудом оторвавшись от сиденья, прыгаю. Смотрю: я в
воздухе не один. Рядом спускаются четыре фашиста.—Эге
думаю, — компания не подходящая, тем более, что пистолет я оставил Ві машине. И что ж е вы думаете? На земле
один из них с автоматом погнался за мной. Но спасибо
Иоэице: он с воздуха следил, спикировал и подстрелил нападавшего фашиста. Мой друг Иозица спас мне жизнь...
Три спасшихся фашиста со сбитого бомбардировщика,
попали в плен. Они оказались матерыми хищниками, украшенными орденами «железный крест». Д а ж е при спуске на
парашютах они всячески пытались подстрелить Харитонова, парашют которого колыхался в воздухе в ста метрах
ниже их. Но на земле фашисты сдались, окруженные
нашими бойцами.
Ленинградские истребители в течение осени и зимы
нещадно отстаивали неприкосновенность города Ленина с
воздуха, неоднократно прибегая к тарану при п о д х о д я щ е й
обстановке для уничтожения отдельных бомбардировщиков
и для острастки фашистских налетчиков-громил.
31

8 сентября 1941 г. старший лейтенант Г а в р и к е ц ,
в бою на подступах к Ленинграду с несколькими немецкими «Мессершм-иттами», искусно сбил огнем одного из них.
В пылу победы он пошел в атаку ¡и на другого противника. Протараненный фашистский истребитель нашел себе
могилу под самым местом боя, а победитель остался
невредимым.
Не так удачно, т о все ж е благополучно закончился после
тяжелой боевой схватки таран летчика-истребителя К р ас и л ы г и к о в а. Преследуя бомбардировщик Юнкерс-88,
советский ястребок израсходовал на него вое свои патроны.
У противника задымились моторы, но фашист еще держалс я и мог удрать. Этого нельзя было допустить. Следуя по
пятам за іврагом, Красильников мужественно принимает на
себя веер его пуль. В бензобаке оказывается пробоина.
Вспыхиваіет бензин, и пламя врывается в пилотскую кабину.
Н о вместо того чтобы сбивать п о ж а р пикированием
вниз, летчик энергично посылает свою горящую машину
вперед. Ястребок врезается с хвостовую часть Юикерса и
наносит ему смертельную рану.
Советский сокол очнулся на поляне в лесу. С трудом
напрягая память, Красильников восстанавливает подробности напряженного боя. Через два дня т я ж е л о г о пути он
добирается до своей части.
Поздней осенью е щ е два бомбардировщика конструкции
Юнкере сделались жертвами таранов советских летчиков
под Ленинградом. Летчик А н т о н о в сразил фашиста, обломав ему киль крылом своей машины, а младший лейтенант С е в а с т ь я н о в в ночном бою ударил своим истребителем по правому крылу противника: после пожара Юнкере рассыпался на части еще в воздухе. В обоих случаях
герои-таранщики не пострадали.
В январе 1942 г. старший лейтеінант Ч и р к о в , у ж е записавший в свой актив, семь сбитых немцев, удачным тара-ном
на высоте 4000 метро-в1 сбил фашистский Хейнкель-113,
после чего, однако, вынужден был воспользоваться пара32

шютом. В этом случае тара/н был выполнен не на с о в е т с к о м
самолете, а впервые ніа американской машине «Томагаук».
Упорные нападения немцев на Ленинград с воздуха вызвали не менее упорную борьбу со стороны советской истребительной авиации. Фашистские потери под Ленинградом
за полгода составляют свыше полуторы тысячи самолетов,,
уничтоженных на аэродромах и в воздухе. В числе воздушных побед наших героев-истребителей здесь зарегистрировано до 1 января 1942 г. семнадцать таранов.

Летчики Красной
Армии!
Перехватывайте
фашистских стервятников на пути.,
навязывайте им бой,
громите в воздухе,
вгоняйте в землю.
Не давайте жгітъя воздушным
пиратам!

з*

S. ГЕРОИ-ТАРАНЩИКИ

НА П О Д С Т У П А Х

К

МОСКВЕ

Н а подступах к М о с к в е в о з д у ш н а я оборона т а к ж е испытывала весьма интенсивное наступление с о стороны фашистской авиации. И з д е с ь наши герои-истребители шли в
воздушных боях на самые решительные маневры.
П е р в ы й таран н е д а л е к о от М о с к в ы был применен 25 июл я 1941 г. лейтенантом В а с и л ь е в ы м .
Ч е р е з несколько
дней после него старший лейтенант П. В. Е р е м е е в таким
ж е приемом сразил -германский бомбардировщик. В б е с е д е
с военным корреспондентом Еремеев т а к описывает свой
бой.
— П е р в о г о противника я у в и д е л в луче п р о ж е к т о р а . Р а з вернулся и в и ж у — п о нему кто-то поверх меня стреляет трассирующими пулями. Пристроился, д а л несколько очередей.
Хотел было вторично зайти, но д а л е к о мелькнул силуэт
второго гада, ш е д ш е г о обратным курсом д л я второй бомбежки- Он был на моей высоте, и я начал преследование.
Чорт его знает, негодяй ш е л какими-то пьяными короткими
зигэа-гами, не предусмотренными теорией полета. Я развернулся, а пристроиться никак не могу. На другой машине
сразу у д а л о с ь бы, а у этой скоростёнка • порядочная — сунешься под пулемет стрелка, а е щ е х у ж е — -врежешься в
машину. Н а ч а л я сразу длинными очередями и з боковых.
Н и ж н и й стрелок Юнкѳрса умолк, верхний ж е п р о д о л ж а л
огонь из крупнокалиберного пулемета, правда, д о в о л ь н о
бестолково.
Н о мне у д а л о с ь заиіять положение
под
стабилизатором Юнкер с а в наивыгоднейшей позиции. Правда, меня
о ч е н ь качало потоками воздуха и выхлопными газами.
34

После короткой очереди пулеметы заклинило, а в большом — я знал — патронов не было. Ж а р к о мне йтало о т
злобы: вроде я экспортирую гада. Думаю: как ж е рубят
хвосты? Д а л скоростёнку и рубанул винтом. От удара посыпались искры, и Юнкерс-88 пошел к земле.
Кое-как выравнял свой самолет. Но началась такая тряска, что нельзя было ручку) удержать. Вижу — с «конем»
надо расставаться. Отыскал колодку шлемофона Іи разъединил шнур. Подобрал ноги, сунул ручку от себя, и меня
выбросило из кабины. Только бедром стукнулся — д о л ж н о
быть о стабилизатор. Сразу стало тихо. Внизу горел самолет, не знаю ч|еи- Опустился хорошо, мягко, на опушке
леса. Собрал парашют, лег на него, закурил. Потом минут
за 30 дошел д о сельской усадьбы. По пути догнала машина
секретаря райкома. Приехали в райком. А туда у ж е .привезли руль высоты Юнкерса-88 '.
Героическую серию таранов «а подступах к Москв'е открыл молодой летчик младший лейтенант В. Талалихин
при массированном нападении на Москву в ночь на 7 августа 1941 г. Герой-истребитель лично отписал свой ночнрй
воздушный бой, в течение которого его не покидало сознание долга—во что бы то ни стало уничтожить противника— По приказу командования я поднялся в воздух на своем
истребителе. Зайдя со стороны луны, стал выискивать самолеты противника и на высоте 4800 метров увидел Хейнксль-111. Он летел надо мной и направлялся к Москве. Я
зашел ему в хвост и атаковал.
Мие удалось подбить правый мотор бомбардировщика.
Враг резко развернулся, изменил курс и ico снижением полетел обратно. Я продолжал атаки — повторил их до шести
раз. При этом мой ястребок оставался недосягаемым для
врага. Меня прикрывал его ж е стабилизаторВместе с противником я снизился до высоты примерно в
2500 метров, и тут у меня кончились боеприпасы. М о ж н о
было преследовать врага и дальше. Но что толку? На одном
1 « К р а с н а я звезда»,

17 августа

1941 г.

1

35

Герой Советского Союза младший лейтенант В. Т а л а л н х і ш ,
успешно протаранивший Хеі'шкель-111 при налете на М о с к в у
в ночь па 7 августа 1941 г.

моторе он мог лететь е щ е довольно долго и все равно
ушел бы. Оставалось одно — таранить. «Если погибну,
так один, — подумал я, — а фашистов в бомбардировщике
четверо».
Решив обрубить противнику хвост винтом, я стал вплотную подбираться к тему'. Вот нас раізделяет у ж е каких нибудь 9—10 метров. Я вижу грязносерое брюхо вражеского
самолета. В это время враг пустил очередь из крупнокалиберного пулемета. Мне обожгло правую руку, и я сразу дал
газ, и у ж е не винтом, а всей своей машиной протаранил
противника. Раздался страшный треск. Мой ястребок перевернулся вверх колесами. Надо было; поскорее выбрасываться с парашютом. Примерно 800 іметроів я летел затяжным прыжком. И только, к о г д а в стороне услышал гул от
падения моего ястребка, — раскрыл парашют. Взглянув
вверх, я увидел, как все больше воспламеняется вражеский
36

бомбардировщик, как o¡r„ наконец, взорвался и рухнул
1
вниз.
•i
idf'^l
Опустился я на небольшое озеро, выбрался на берег.
Вскоре подбежали три колхозника- А дотом, наверное, весь
колхоз собрался около ¡меня — так много было народу. Тут
ж е перевязали мне руку. На 'лошади отправили в чайть.
Потом я поехал в автомобиле посмотреть т а сбитый бомбардировщик. Он ,еще горел. Кругом віалялоісь много невоспламенившихся зажигательных бомб. Метрах в ста от самолета лежали двое летчиков его экипажа. Д в о е других
были найдены в лесу. Саімолет рухнул с тІа(кой силой, что
их выбросило очень далеко 1 ...
Молодой летчик-истребитель В. А. К и с е л е в рассказывает о своем тараце 9 - - 1 0 авігуета' 1941 -г.
-—• Выішло это не совсем удачно. Я уверен—таранить можно так, что свой (самолет непременно останется цел, Но я
погорячился, и получилось, не как (хотел. Практики не было.
Патроны у меня кончились. Противник пробил мне .масляный бак и радиатор. Мотор -вот-вот д о л ж е н был заклиниться. А врага упуістить .ніелъзя.
П о д х о ж у к нему ¡снизу, чтобы царапнуть івиіиітіом по хвостовому оперению. Рассчитать можно правильно—чуть-чуть
только зяідеть копчиком впита. Но тут Міаіслом залило у
меня козырек — стал плохо видеть. Все ж е подкрался. В
это время струя воздуіха от самолета брос'ает мой истребитель кверху. Тут я погорячился и протаранил его сверху—
врезался ему в левый бок.
Сам я ничего не почувствовав. Н е предусмотрел только,
что меня бросит ¡вперед, и ударился щекой об ручку, просто
говоря, по-глупому, Сразу ж е вражеский самолет исчез.
Был ом -в лучах Ирожіеікітора — и нет (его. Мой истребитель
вошел в пітопор. Один виток, другой виток, третий ¡виток...
Хочу вывести его из штопора, вижу—нет... Надо прыгать.
Сразу подобрал ноги с ніедалей, приподнялся, высунулся, а
I «Известия»,

8 августа

1941

г,
3 7

струен меня и перегнуло. Не могу выбраться из кабины —
как прилепило.
Бой был всего-то на тысяче двухстах метрах. Я уперся
одной ногой и, наконец, вывалился. Считаю до восьми,
Шарю парашютное кольцо, но найти не, магу. Оказалось,
оно у меня под мышкой. Дернул. Парашют раскрылся.
Опускаюсь и вижу—на земле горит только одни самолет, а
другого нет. «Неужели,— думаю, — это мой, а противник
ушел?» Неприятную пережил минуту. Оказалось, горел немец. А мой истребитель,— мы его потом два дня искали,—
упал неподалеку в лесу и закопался в землю, как снаряд —
на поверхности торчало лишь одно хвостовое оперение 1 ...
Так был сражен ночыо фашистский
бомбардировщик
Хейнкель-111. Никакие его хитроумные попытки 1 уйти
от преследования змейкой успеха ніе имели. Советский герой
после тарана навеки припечатал его к земле,.
В августе 1941 г. столь ж е успешно таранил врага лейтенант К а т р и ч, блестящий мастер летного искусства.
Алексей Толстой с его слов так описывает этот ¡замечательный воздушный бой— В десятом часу утра я получил сообщение, что один
самолет противника идет курсом на Москву. Взлетаю и з а мечаю в воздухе белую полосу, образуемую конденсацией
паров. Беру направление на эту дымчатую дорожку. С высоты шести тысяч метров в и ж у чуть заметную точку. Противник был выше меня и далеко впереди. Надеваю маску
кислородного прибора. Самолет на этой высоте ведет себя
лучше, чем на земле. Это меня радует.
Точка -впереди растет и принимает форму самолета. Различаю опознавательные знаки, вижу стрелков в стеклянной
кабине. Высота—восемь тысяч метров, дистанция—сто метров. Теперь не уйдешь! Прошиваю пулями от хвоста
к мотору весь самолет противника. Только после этого фашисты меня заметили. Стрелок из кабины, отвечает огнем. Я
вновь повторяю атаку, делаю длинную очередь и вижу
i А. Т о л с т о й ,
3 8

«Таран», « К р а с н а я

звезда»,

16 августа

1941 г

Герой Советского Союза лейтенант А. H Катрич. Д в а ж д ы мастерски
таранил под М о с к в о й
в р а ж е с к и е самолеты Юикерс-88 и Дорньс-215
•рубанпем» впитом по хвостовому оперению, сохраняя свой самолет.

вспышки -пламени ш
левом моторе противника. После
тре-ть'ей атаки у меня кончились боеприпасы. -Стрелок хвостового опіереиіия молчал. Я убил сто- Левый мотор дымил,
по бомбардировщик продолжал лететь. Он рассчитывал, что
у меля скоро кончится горючее. Принимаю решение таранить.
-O том, к а к надо таранить саімолет и в каких сліу-чаях это
делать, я много дуімал. Первое сообщение о подобных героических поступках наших ліетчиков меня сильно взволновало. Но они, тараня противника, теряли -свой самолет.
Я пришел к выраоду, что м о ж н о таранить, сохранив самолет. Настало время проверить мой ¡вывод.
Быстро сближаюсь с бомбардировщикрм. З а х о ж у ему
с левой стороны, прицеливаюсь носом на хвостовое опере3 9

ние с таким расчетом, чтобы только кончиком винта зацепить стабилизатор в киль. Расчіет оправдался. Раздался легкий стук. Я мгновенно убрал газ и тут ж е отвалил истребитель азі сторону. Когда я вышел из разворота, самолет
противника, перейдя в крутое планирование^ быстро несся к
земле. Я планирую вслед за ним. Бомбардировщик делает'
несколько попыток выровняться. О н форсирует 1 мотор, добивается на несколько секунд горизонтального полета, по потом вновь теряет управление, входит в крутое пикирование,
врезается в землю и вспыхивает.
К нему беігут крестьяне, работавшие <в поле. Тогда я решаю итти па свой аэродром. Моітоір работает безотказно, но
погнувшийся винт даСт большую вибрацию, и Саімоліет трясет. Посадка прошла благополучно.
Не истек и месяц после Первого Таріаиа Катрича1, как он
отличился ів новом бою под Москвой. В первых числах сентября он встурил в бой с германским бомбардировщиком
Дорвь'е-215. В своем преследовании, расстреляв патроны,
Катрич сокрушил противника, отбив у самолета со свастикой левый киль. Советская маішина в сохранности вернулась
nia свой аэродром,
Блестящие успехи подмосковных героев-таранщиков послужили прекрасным примером д л я летного- состава Московской зоны ПВО.
_
Через несколько дней после второго тарана КатричД
фашистский Юнкерс-88 был сражен .тараном младшего
лейтенанта Г р у ш и н а после израсходования им своих
боеіприпасов. Г.рунин проломил противнику крыло и повредил мотор, а сам остался невредимым. Рухнувший немецкий самолет был покинут экипажем из 4 чеіловек, спасшимся на парашютах. Весь экипаж попал в плен.
Через пять дней такой ж е бомбардировщик
Юнкерс-88
был сбит под Москвой на высоте 7000 метров двумя молодыми летчиками — П и р о ж к о в ы м и Д о в г и м —
тем ж е классическим приемом — «ріубашем» ¡по хвостовому оперению. Вражеский самодіеіт вошел в штопор и
40

Штопором ж е уткнулся в землю. Взрыв и пожар уничтожили как саімолет, так и весь его экипаж. Оба победителя благополучно вернулись на истребителях в свою часть.
Десятый тарант, зарегистрированный под Москвой, пришелся да долю младшего лейтенанта С т al р ц е о а.
Вернувшись к своему аэродрому (после йайрулироваимя,
летчик случайно заметил в обліакіаіх самоліет. Н е зная, чья
это машина, он решил проверить и -снова Івзмыл в высоту.
Но незнакомец скрывался в облаках. Все ж е Старцев в
одном просвете распознал его — (то б ы л фашистский бомбардировщик, направлявшийся на бомбежку станции С.
Краснозвездный ястребок незаметно подирался сзади и
открыл огонь. Противник не -был, однако, поражен и прод о л ж а л свой іпуТь. Д л я повторной ат-акм ну'жеп был новый
заход. Но на ястребке оставалось мало (горючего в баках—
нужно было -спешить. -Старцев подоШел у ж е на десятьпятмадц-ать метров сзади, по воздушной струей от винта
противника его отбросило на-ваД. Повторив атаку, Старцев
наскочил на крыло бомбардировщика. Фашистский самолет стал разваливаться по частям и, наконец, рухнул m
землю. (Поврежденный ястребок перешел в штопор. Старцев -спустился н а парашюте.
Следующий, одиннадцатый, подмосковный таран был сделан ів начале октября 1941 г. сержантом К - р а с - н о п е в ц е в ы м.
Его же-ртвой был -пикирующий бомбардировщик ІОнкерс-88. Фашист, скрывшийся Сначала в облаках, вынырімул оттуда
совершенно 1 неожиданно
и
оказался
в непосредственной
близости
от поджидавшего
его
Красно певцева-. Он был так близко, что
советский
летчик
не (мое д а ж е
открыть огонь, а разворачиваться ему н е хотелось. Он опасался, что противник
скроется вновь. Обстановка дйктоівал-а применение таранного маневра. В данной ситуации это был целесообразный
прием. Мгиовешгы-м тараном серж-ант сшиб фашиста на землю.

6. ТЕХНИКА Т А Р А Н А

И ЕГО

ПЕРСПЕКТИВЫ

Боевая практика героев-летчиков в а ш е й авиации позвол я е т с д е л а т ь некоторый элементарный анализ
таранного
маневра.
О б о б щ а я опыт применения лсѵиого тарана, м о ж н о в ы д е лить три основных в и д а :
1) Таран прямой ударный, к о г д а атакующий
поражает
противника всей массой самолета и скоростью е г о хода.
В этом виде летный тарам аналогичен тарану в морском бою.
2) Таран неполный, частичный, с подсеканием
или —
условно — с «чирканием». З д е с ь т о ж е используется собственная ж и в а я сила самолета, но лишь частично. Основная
задача — не разгром в р а ж е с к о г о самолета в целом, а поражение в нем одной из наиболее ответственных частей, в
результате чего гибель противника в с е ж е д е л а е т с я неизбежной.
3) Таран безударный, к о г д а ж и в а я сиіла а т а к у ю щ е г о самолета совершенно не, используется д л я п о р а ж е н и я врага.
Этот вид тарамеиия заключается в «рубапии» ответственной части самолета противника лопастями в р а щ а ю щ е г о с я
винта при летком, по в о з м о ж н о с т и , контактировании сраж а ю щ и х с я самолетов.
Д в а последних вида тарана, разработанных советской
авиацией, совершенно оригинальны и специфичны. Ч т о касается первого вида, то механическое перенесение приемов
морского боя в технику воздушного боя, конечно, недопустимо. Воздушная стихия и основные свойства материальной части военно-воздушных сил в их оперативном
применении д и к т у ю т свои о с о б ы е требования' Боевая мрак42

Ударный таран носовой частью ф ю з е л я ж а в центроплап
противника.

самолета

тика, самоотверженность и высокое летное искусство нашего летного состава позволили отчетливее выявить эти
требования и наметили некоторые шути и перспективы для
создания в будущем самолета-тарана.
У д а р н ы й т а р а и самолета по примеру морского тарана наносит надежное поражение противнику, но он сопряжен в настоящее время с сильным риском для жизни
атакующего,
поэтому
прямой
тарам
нельзя
считать
испытанным и целесообразным методом атаки. Только в
43

исключительной обстановке, например при тя|же-лом поражении своего самолета, находящегося к тому ж(е ів расположении противника, прямой таран целесообразен и является действительно героическим подвигом патриотов нашей
родины.
В нашей боевой практике отмечено несколько случаев
применения прямого ударного тарана.
На подожженном противником самолете решился на таран отважный летчик каіпитан Ш а п о в а л о в .
Сразив
вражеский Мессершмитт-110, он сам благополучно спустился да парашюте.
В августе 1941 г. на Северном фронте летчик-истребитель капитан К р а с и о л у ц к и й, вступив в бой с гитлеров"
ским «Мессершмиттом»,- п о ш е л в лобовую атаку. Немец
струсил и хотел увернуться в стор-оніу. Но было у ж е поздно- Юраснолуцкий ударил врага в бок и низверг его на землю. Победитель благополучно івериулся домой-'
Конечно, н е вісе такие ¡случаи заканчивались благополучно д л я таранящих. Редкое геройство было ¡проявлено
двадцатидвухлетним
лейтенантом
JI и с к о н о ж е н к о.
Оторваиіный -в лрупповом бою от своих товарищей, он стал
целью при атаке звена германских Мессершмиттов-109.
Лискоиожѳнко не смутился превосходством сил противника. Он набросился тараном на| один фашистский самолет,
по, -сокрушив -врага, он сам получил ранение ¡в голову и
плечо. Однако и это не лишило -его отваги. .Пользуясь
своим преимуществом по высоте, он пошел в лобовую атаку на другой Мессерршитт, Последний упал, загоравшись.
Лискоиож-емко пытался сесть на сильно покалеченной
машине, но ястребок у ж е не слушался рулей. Летчик оказался похороненным под обломками своей маішйны. Доблестный подвиг Н. Лискоіноженко был отмечен посмертным
присуждением -ему звания Героя Сов-етскоіго Союза.
Редкий лобовой уд-ар но противнику был применен в декабре 1941 г. да Карельском фронте старшим лейтенантом
Р е з н и к о в ы м . Сражаясь в ¡составе, звена над вражеской
<И

Территорией с семью самолетами Мессершмитт-109, Резников ввязался в жестокий бой с одним иэ противников, В
решительной лобовой атаке противнику не удалюсь уклониться от встречи. Самолеты столкнулись с громадной
встречной скоростью. Противник был сраіжіеін, lio погиб и
самоотверженный советский сокол.
Другой лобовой таіран m том ж е Карельском фронте в
начале февраля 1942 г. имел благополучный исход.
Д е с я т ь фашистских оаімолетов атаковали
небольшую
группу наших самолетов, возвращавшихся после штурмовки.
Несмотря
на очень ограниченное
количество
оставшихся боеприпасов, наши летчики смело приняли бой.
В то время как один фашист зашел в хвост советскому самолету, командир соседней машины старший лейтенант
К н и ж н и к , спеша на выручку товарища, решился на таран — патронов у него у ж е Не было. Лобовым ударом
Книжник сокрушил вражеский самолет, отбив у н|его правое крыло, а сам благополучно на неповрежденной машине вернулся на аэродром.
Отважный летчик С к о б а р и х и н такіже применил прямой таіран на встречном курсе. В лобовом ударе противник
сделал попытку уйти вверх. Однако советский самолет
срезал у вражеской машины нижнюю часть фюзеляжа и
хвостовое оперение. Фашистский самолет разлетелся по
частям, а в материальной части Скобарихипа был поврежден только винт.
Весьма поучительно разыгрался таран «в угон» у капитана Л л a б и и a на Северном фронте.
В одном воздушном бою он увидел перед собой очень
смелого -противника, который сам дерзко лез в лобовую
атаку. Алабин нашем в себе силу не поддаться искушению прямого удара в лоб. Он решил Испробовать все меры,
чтобы сразить противника без всяких потерь для себя. Фашистский пират уходил в обл!ака>. Алабин лез за ним и
стрелял. Но броня спасала фашиста 1 dir советских пуль.
Вышли все патроны, но не иссякла выдержка у советского
героя.
45

Он решил таранить. Пытался сперва подойти к противник^ tía малой скорости, по это иіе удалось. Улучив минуту, когда немец пошел ©верх, Алабин ударил его сзади и
снизу на всей своей скорости. Шаісси фашистского самолета было снесено. Винты обеих машин оказались т о ж е
сокрушенными, и моторы заглохли- Скрещенные самолеты
летели, однако, по инерции вперед. Алабин ясно видел фашиста с двумя крестами на груди, привставшего из
кабины, чтобы выскочить. В последнее мгновенье Алабин
энергично отжал от себя ручку и задравшимся хвостом своей
машины сокрушил фашистский самолет, с силой ударив' его
по брюху. Сам Алабин успел выброситься на парашюте.
В боевой практике отмечен единственный случай, когда
летчику удалось благополучно закончить на поврежденном
самолете прямой ударный таран д а ж е по наземной цели.
В ноябре 1941 г. лейтенант К у п р и я н о в
после разведки обнаружил на посадочной площадке' противника два
транспортных неприятельских самолета, свозивших горючее д л я танков. Летчик атаковал один из них, когда тот
вышел в воздух. Пораженный огнем, вражеский самолет
вспыхнул факелом и упал. По после этого зенитным огнем
был подбит и наш ястребок. И на нем полыхнуло пламя.
При небольшой высоте нельзя было ни потушить огонь,
ни спасаться на парашюте. Куприянов соколом набросился
на второй транспортный самолет, стоявший на земле, и
сокрушил его. Потеряв на некоторое время сознание при
своем падении, он во-время очнулся при подходе нескольких фашистов и удачно скрылся в лесу. Через несколько
дней он возвратился в расположение наших войскН е п о л н ы й т а р а и условно может быть подразделен
на два вида: а) «чиркание» противника сверху;, при очень
ограниченном превышении, нижней частью своего самолета
на параллельных или пересекающихся курсах; б) «рубание» по противнику концом крыла собственной машины. В
обоих случаях атакующему надо учитывать неизбежное
последствие — перевертывание своего самолета на спину
ф и атаке на пересекающихся курсах46

Неполный таран (частичный) по хвостовой части
в р а ж е с к о г о самолета.

фюзеляжа

Основоположником неполного тарана первого вида был
русский асс Казаков. Многие советские летчики па без
успеха применяли второй прием, сокрушая вражеские самолеты мощными удара-ми концами крыльев ісвоих истребителей.
Выше были помянуты три частичных тар'айа по германским самолетам, выполненные летчиками Терехи-ным, Матвеевым и Антоновым. Все они били по хвостовому оперению концами крыльев своих машигг.
Применяв такой ж е прием в сентябре 1941 г. под Ле^
ішнградом, лейтенант Д а р- г и с о д е р ж а л с-вою пятую
воздушную победу над Юнкерсом-88, когда Ца его МИГе
вышли все патроны. А лейтенант С е р о ш т а « сразил Мессершмитт, «рубанув:» по его крылу к-рылом своего самолета, у которого перед тем вражеский огонь повредил хвостовое оперение. На парашюте победитель благополучно опустился иа землю.
4 7

Блестящим
подтверждением
успешности
применения
удара по противнику крылом собственной машины могут
служить два тараню летчика Х л о б ы с т о в а в одном м
том ж е воздушном бою.
8 апреля 1942 ir.-, при фашистском налете на г. Мурманск
15 бомбардировщиков 10-87 совместно с 13 истребителями
Мессершмитт-109 шестерка советских истребителей смело
вступили1 в бой с -налетчиками. Летчик-гвардеец А. Хлобыстоів сокрушил один Мессершмитт: оні искуссио срезал ему
хвост правым крылом своей міашины, сохранив при этом ее
полную управляемость и боеспособность. Продолжая схватки с врагами, лейтенант Хлобыстов пошел на второй таран,
когда сложилась благоприятная к тому обстановка. Другой
фашистский самолет рассыпался на части в воздухе т о ж е
от удара по его фюзеляжу крылом, советской машины.
Летчик Хлобыстов лишился в своем самолете деформированного конца крыла, отскочившего после удара. Но все
ж е летчик удержал самолет в повиновении и благополучие сделал на нем посадку на- своем аэродроме.
Т а р а н б е з у д а р н ы й может быть условно подразделен на три вида по месту наносимого противнику поражения: а) «рубание» по хвостовому оперению вражеского
самолета; б) «рубание» по хвостовой части фюзеляжа;
в) «рубание» <по крылу.
Летные качества, тип и вооружение, Самолетов, ведущих
бой, высота и место сражения (в своем или во вражеском
расположении), взаимное положение и курсы, атмосферные
и прочие, условия — все эти факторы должны быть учтены при выборе атакующим точки поражения самолета противника!, поэтому нет никакой возможности дать даже
грубый сравнительный анализ различных видов безударного тарана. Тем больший интерес предсТаІвляют отдельные приемы и навыки, из которых слагается весь таранный
маневр, независимо от точки наносимого поражения.
Здесь необходима оговорка. Имеющийся боевой опыт и
опубликованные далеко не полные материалы, которыми
48

Безударішліі таран «рубашіем» вннтом по хвостовому
самолета врага.

оперсишо

мы располагаем о летных таранах, конечно, недостаточны
Для -строгого 'анализа, но первые обобщения и 'приближенн ы е выводы все ж е могу т быть сдед-аны.
В безударном таранном маневре можно выделить три
последовательные фазы: 1) непосредственное сближение,
подход и пристраивание к противнику; 2) «ірубаиие вннтом»; 3) «отваливание» от противника.'
При «¡рубании» винтом нет никакой
необходимости
действовать по вражеско-му са-мол-ету живой силой собственного самолета. Такой удар всей массой самолета при
подходе на скорости, большей, чем око-рость вражеского
самолета, часто бывает не только излишним, но д а ж е
вредным, усложняя задачу сохранении -материальной части
своей машины.
Задача
атакующего
сводится
не к <
нанесению удара, а лишь к пристраиванию, с погашением
избытка относительной скорости. Другими словами, тара"4

49

нищий, пристраиваясь к атакующему, д о л ж е н всемерно
уравнивать скорости, чтобы и з б е ж а т ь жесткого удара.
После первых удачных таранов посредством «рубаиия»
винтом летчики стали применять этот прием с учетом всего боевого опыта отважных таранщиков, неизменно ставя
себе задачу — поразить противника и сохранить собственную машину.
Морской летчик М и т и н, получив в бою повреждение
в самолете "й оставшись без патронов над расположением
Противника, сознательно пошел на таранный удар. Он описал все перипетии этого воздушного боя.
— Что ж е , машина все равно погибла, бить ее не, жалко.
А у меня есть пистолет с собой. Дуімаю—'сяду, отобьюсь,
выйду к своим. Драться все равно чем — пистолетом или
самолетом. Бил я его, конечно, не без расчета. Вам кажется, таранный удар — что в стену? Это неверно. Тут все
дело в ¡соотношении скоростей
Надо догнать вплотную,
подравнять скорость, потом «газануть» и легонько стукпуть. Лучше всего винтом: много ли этой постройке падо — сразу развалится. А вы только винт себе погнете и
спланируете. Нападающий всегда в выигрыше. Ну, я подгадал ему под пузо, сбоку, в самое чувствительное место—
и ударил.
i
После, удара перед кабиной показалось пламя — загорелся бензин. Вывалившись из кабины, Митнн затянул прыжок, чтобы ¡сбить пламя с загоревшегося косгпома и вернее
спастись от обстрела его с земли- Таран был на высоте
всего лишь 250 метров.
— Вижу, близко земля. Пришлось парашют открыть. Но
пролетел я па нем надолго. У ж е совсем Над лесом был. Д а
еще лямка одна по дороге сгорела. Снижался быстро —
стреляли очень. А я ручки сложил христосиком и не шевелюсь, — пусть думают, что я у ж е прострелен. Так и сел
колышком 1 .
• Л. С о б о л е в
50

«Тара'диый

удар», « П р а в д а * ,

17 августа

1941

г.

Старший лейтенант Митмн) выбрался домой лишь после
нескольких приключений в гитлеровском стане.
Летчик Ч в а т о в так описывает свою победу.
— Во время полета- я заметил в стороне вражеский
самолет и ринулся ни него -в атаку. В pair яростно отстреливался. ГІосл-е очередной атаки мои пулеметы смолкли. Противник, воспользовавшись этим, начал удирать. Мне оставалось одно — таранить. Пошел над ним «-впритирку»
сверху. Вижу, члены экипажа, подняли руки: «сдаемся»Я им подал знак, чтобы они шли на посадку, а сам немного
отвалил в сторону- Фашисты послали мне вдогонку пулеметную очередь. Ну,— думаю, — церемониться больше нечего. Сделав заход, выравнял скорость своего ястребка со
скоростью вражеского самолета. Подойдя ближе, слегка
Дал газ и отрубил винтом стабилизатор.
Командир той части, в которой находился Чватов, при
описании этого подвига указывает еще на следующие подробности.
Летчик Чватов поставил винт на малый шаг, дал средние обороты и на маневре погасил скорость. Вскоре он
почувствовал удар и увидел, как летят куски обрубленного
хвостового оперения. Вражеский самолет мгновенно потерял управление, резко перешел- в пикирование и под большим углом врезался в землю. Весь фашистский экипаж
сгорел. Чватов благополучно вернулся на свой аэродром,
где на его машине быстро заменили винт. Впрочем, -на этот
раз пришлось немного выпрямить и нижний капот мотора.
Л ело в том, что летчика беспокоило, как бы удар не
оказался недостаточным, поэтому он промедлил какое-то
мгновение, и капот получил небольшую ¡вмятину.' Это
небольшое повреждение было быстро исправлено, и ів тот
ж е день Чватов снова участвовал- в боевом вылете.
Авторитетная комиссия, которая освидетельствовала са-молет Чватова после е-го -победы, нашла на винте -лишь
незначительные отломы на каждой лопасти.
Капитан А н д р е е в тоже опис-ал свой таранный маневр.
51

-— Я атаковал один из бомбардировщиков сзади, идя
слева иод раккурсом примерно в две. четверти. Однако в
этой атаке мне не удалось подавить огонь стрелка-радиста.
Патроны в с е вышли, и я р ф і и л таранить.
С этой целью я сманеврировал: отвалил вправо и атаковал врага сзади, с кабрирования, опять -под раккіурсом ів
две четверти. Моей задачей было — разрубить ¡плоскость
(стабилизатор). Я ¡поставил винт на малый шаг, убрал газ
до средних оборотов, чтобы при ударе не заело винта. Скорость при маневре была погашена и уравнена со -скоростью
бомбардировщика. Следует отметить, что в Этот момент
плоскость его защищала меня от огня штурмана. С -малым
к р о ф м мой -самолет вышел да консоль вражеской машиныУдар был .-Нанесен на -высоте 800—900 метров. Винт моего самолета легко перерубил консоль руля бомбардировщика. Почувствовав, что у д а р -произошел, я тотчас ж е
отвалил, чтобы предохранить себя от огни штурмана-. Вражеская машина потеряла устойчивость, сразу ¡п-ерещла в
правую спираль и у ж е -не вышла из нее.
Мой самолет остался невредимым,' была только погнута лопасть ¡винта. Однако и это повреждение следовало
учесть, так как аэродинамические свойства винта несколько
нарушились,
поэтому, не меняя шага
винта,
чтобы
не повышалась нагрузка мотора, я благополучно -вернулся
на свой аэродром. После смены винта машина была снова
готова к полету.
Сохранение малого шага винта после тарана, но моему
мнению, имело большое значение. Д е л о в том, что деформированный при ударе винт мог разлететься от изменения
шага. Он мог т а к ж е вызвать большую тряску мотора, угрож а ю щ у ю разрушением -последнего'.
Ко второй фазе таірашого маневра, т. е. -непосредственному поражению ви-нггом, летчики приступали немедленно
' Капитан А н д р е е в «Таран
кол, 20 сентября 1941 г.

52

в воздушном бою» «Сталинский

со-

после сближения с ¡противникомНаиболее уязвимым
местом можно считать хвостовое оперение вражеского
самолета. Д а ж е относительно слабое «рубание» по оперению лишает противника управляемости и угрожает полным
поражением.
\
Операция, условно названная «рубаиием», занимает от
полусекунды до секунды. За это время винт делает
примерно от 15 до 25 оборотов. Атакуемый самолет получает, следовательно 1 , от 30—45 д о 50—75 мощных ударов
лопастями (учитываем д в е или три лопасти в винте). Этого
вполне достаточно для разрушения частей легких конструкций в самолете,
Третья фаза в таранном маневре — отваливание — имеет
существенное значение для судьбы атакующего. Здесь
«промедление смерти подобно». Вырывание вверх, винз
или в стороны при таране в угон будет диктоваться
сложившейся в бою обстановкой. В ч а с т о с т и здесь нужно,
учитывать расположение огневых точек во вражеском
самолете.
По указаниям некоторых таранщиков к операции «рубания» надо подходить с кабрированием. Однако утверждавь,
что э т о
действительно
целесообразно,
-еще
весьма
преждевременно-.
Подполковник В. Когрушев ¡рекомендует такие, приемы:
— Чтобы правильно нанести таранный удар, летчик
должен:
1) идя строго в хвост или под углом 10—15° сзади, разогнать свой -самолет на скорость, превышающую скорость противника;
2) взять примижеи|ие ¡метров 5—10;
3) подходя к самолету противника, сбавить газ, чтобы
не было полных оборотов — это сохранит мотор при нанесении удара;
4) снизу плавно подводить винт своего самолета под
хвост вражеского.
53

Повредив хвостовое оперение противника, сразу теряющего управление и ¡идущего вниз, самолет отваливает в
наиболее выгодную сторону.
При таком грамотном расчете тарана /летник свободно
может вернуться к ¡себе на базу на своем самолете 1 .
М ы не беремся рекомендовать именно эти приемы,
равно ф к и иные, полностью или частично- Более того:
мы ¡решительно возражаем против предпосланного утверждения автора, что таран в воздушном бою «фипе детально
¡разработан» (выше и н и ж е Иами дается другая оценка)- Но
_советы подполковника Когрушева, основанные на боевом
опыте, конечно, заслуживают полного внимания.
Первые испытания и разработка' в советской аівиации таранных приемов дали обильную пищу
изобретательным
людям как в составе ВВС, так и сіреди всех слоев населения Советского Союза для создания и конструирования
всевозможных приспособлений и устройств, при
помощи
которых м о ж н о было бы выполнять операЩию «рубапия»
при безударном таране.
Надежное ¡поражение противника при условии сохранения собственной ¡материальной части оказывалось достижимым с помощью работающего винта ¡самолета. Следовательно, положение вещей может измениться только к
лучшему, если «рубалыиуго» работу винта заменить действием какого-нибудь разящего механизма, специально приспособленного для «рубапия». Такая идея в принципе не
может быть неправильной.
Зачем прдвертать совершенно излишнему риску такие
важные органы в самолете, как его кірыло или винт? Не говоря у ж е о том, что при «рубании» винтом летчик всегда
рискует остаться без собственной тяги, д а ж е и легкие
деформации в крыле или в лопастях винта
снижают
аэродинамические качества и, значит, ограничивают, летные
возможности машины после тарана. М е ж д у тем, устрой1 «Сталинский

54

сокол», 22 марта

1942 г, —

«О технике

тарана».

ство, специально предназначенное, для
«рубаиия», при
удачном его ¡выполнении не будет умалять летных качеств
машины.
Конечно, этот вопрос в техническом выполнении далеко
не простой.
«Рубальное» приспособление на д о л ж н о ложиться большим бременем па полезную нагрузку самолета — оно д о л ж но быть минимального веса. Механизм д о л ж е н быть
обязательно простым, надежным в действии и вполне
безотказным. Конструирование и испытание устройств такого рода требует немалых денежных затрат и времени.
М о ж н о думать, что в будущем, более близком или отдаленном, такие технические предложения, соответственно
разработанные и испробованные, найдут свое применение в
сам о л ете-т а р аяе.

Летчик! Отлично знай
технику
выполнения
тарана.
Применяй его в критнческгіх
случаях.

КРАТКОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Опыт воздушной войны С С С Р с вооруженной д о зубов
гитлеровской Германией в ы я в и л со всей убедительностью
значительное превосходство нашего летного состава к а к в
морально-боевом, т а к и в летаю -техническом отношении.
Горячая привязанность к родине и бесстрашие, ненависть
и беспощадность в отношении к гнусным 'васильииКаімврагам пробудили в могучей с т а е сталинских соколов подспудные творческие силы. Эти силы нашли себе яркое
в ы р а ж е н и е в повседневных в о з д у ш н ы х боях и средствах
их проведения с наибольшей действенностью и наилучшими результатами.
В поисках новых приемов в о з д у ш н о г о боя советские летчики провели, сперва стихийно, а потом с и з в е с т н о й планомерностью, испытания таранных маневров, наметив оригинальный прием безударного т а р а н е ш я - Боевой опыт за девять месяцев войны позволяет с д е л а т ь два предварительных вывода.
1. В сложной обстановке в о з д у ш н ы х
боев .применение
советского тарана м о ж е т б ы т ь признано целесообразным
как крайнее средство, при отсутствии других
возможностей д л я 'поражения противника.
2. Тарам
является
актом
величайшего
героизма
и
самоотверженности, но отнюдь не актом самопожертвования. Тактика тарана окончательно е щ е не отработаиаѵ
Особенно трудно решаются вопросы сближения. П о э т о м у
н а д тактикой тарана надо думать и изыскивать наиболее
удобные способы применения тарана, особенно в части
с б л и ж е н и я с противником.

К

Ч И Т А Т Е Л Я М

И з д а т е л ь с т в о просит присылать свои отзывы о
данной книге по а д р е с у : М о с к в а , О р л и к о в пер., 3.

ИЗО 9 I-

Г

Г"

Ж

Ш

і

I
1

I
I

1

I

'

лf