Странные события в ТЦ "Лабиринт"

Автор: Становская Т.

Теги: художественная литература

Похожие

Дело про маньяка и странные события

Елизавета или Повесть о странных событиях жизни моей

Странные истории из кабинета неудачника

Этот странный парижский процесс

Текст

ОГЛАВЛЕНИЕ
стр.
ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ

ИСТОРИЯ ВТОРАЯ

ИСТОРИЯ ТРЕТЬЯ

ИСТОРИЯ ЧЕТВЁРТАЯ

ИСТОРИЯ ПЯТАЯ

ИСТОРИЯ ШЕСТАЯ

ИСТОРИЯ СЕДЬМАЯ

ИСТОРИЯ ВОСЬМАЯ

ИСТОРИЯ ДЕВЯТАЯ

ИСТОРИЯ ДЕСЯТАЯ

ИСТОРИЯ ОДИННАДЦАТАЯ

ИСТОРИЯ ДВЕНАДЦАТАЯ

ИСТОРИЯ ТРИНАДЦАТАЯ

ИСТОРИЯ ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ИСТОРИЯ ПЯТНАДЦАТАЯ

ИСТОРИЯ ШЕСТНАДЦАТАЯ

ИСТОРИЯ СЕМНАДЦАТАЯ

ИСТОРИЯ ВОСЕМНАДЦАТАЯ

ИСТОРИЯ ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

104

ИСТОРИЯ ДВАДЦАТАЯ

113

ИСТОРИЯ ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

120

ИСТОРИЯ ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ (ЧАСТЬ 1)

128

ИСТОРИЯ ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ (ЧАСТЬ 2)

136

ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ
– Простите, уважаемый,
– пожилая дама в строгом
длинном
платье
с
кружевными манжетами
и старомодном чепчике
подошла к посту охраны
в торговом центре. – Вы
не
подскажете,
куда
подевалось
кафемороженое «Снежинка»?
–
Хм…
–
мужчина
задумался: он работал в
ТЦ «Лабиринт» с самого
его открытия, но не
помнил, чтобы здесь было
кафе
с
упомянутым
названием. – Вообще
фудкорт
располагается
на третьем этаже, там всё
есть – пицца, суши,
бургеры
и
даже
пельменная, – охранник вспомнил о пельменях и тут
же ощутил пустоту в желудке, а до пересменки
оставался ещё целый час. – Проходите через рамку и
поднимайтесь на лифте, он вон там за углом. И
сумочку на тумбу поставьте: я должен её
дополнительно просканировать, – мужчина потряс в
воздухе металлоискателем, который за пять часов
работы чуть ли не стал продолжением его правой руки.
– Нет-нет, мне не нужно наверх, – возразила дама,
крепче зажимая подмышкой крошечный ридикюль. –
Я точно помню, что вход в кафе где-то на первом
3

этаже. С ранней юности мы с подругами каждый год
в один и тот же день встречаемся в «Снежинке», едим
потрясающее мороженое – такое больше нигде не
делают – и делимся новостями.
– Гражданка, что Вы мне голову морочите?! – мужчина
недовольно засопел. – Наш торговый центр построили
на месте пустыря семь лет назад.
– Всё верно, – невозмутимо кивнула старушка. – До
того, как тут возвели эту махину, – она обвела
взглядом
гигантские
площади,
заставленные
всевозможными товарами народного потребления, –
попасть в кафе было гораздо проще: хотя надо
признать, что вход через лисью нору имел некоторые
неудобства.
– Через лисью нору, говорите?.. – охранник
внимательно
посмотрел
на
загадочную
посетительницу, сделал вывод о её невменяемости и
решил, что следует позвонить в медицинское
учреждение. – А давайте-ка я уточню у начальника,
где может находиться эта Ваша «Снежинка».
– Буду Вам безмерно благодарна, – пожилая дама
расплылась в улыбке.
– Вы только меня дождитесь, хорошо?
– Ну разумеется!
К тому моменту, как мужчина вернулся к пропускному
пункту, количество странных старушек увеличилось
втрое.
– Прошу прощения за беспокойство, – виноватым
тоном произнесла дамочка с ридикюлем. – Подруги
сами меня нашли.
4

– Вам потребуется помощь? – охранник с облегчением
выдохнул: возиться самостоятельно с сумасшедшей не
хотелось, так что подруги оказались очень кстати.
– Нет, всё в порядке, – отозвалась та, что была в
соломенной шляпке, украшенной яркой красной
лентой. – Эрика уже отыскала вход в «Снежинку»! Так
что не будем отвлекать Вас от работы.
– В «Снежинку»? – мужчина насторожился. – Ту самую,
куда раньше все вы попадали через лисью нору?..
– Всё верно, – подтвердила третья старушка, на груди
которой красовалась огромная брошь в виде лилии. –
Идёмте, девочки, мы опаздываем! – «девочки»
направились
к переходу
в соседнюю часть
«Лабиринта», где располагались мебельные салоны.
«Дурдом на выезде, – подумал охранник. – Как бы они
чего не учудили».
– Позвольте вас проводить, – он догнал дамочек и
придержал дверь в переход, пропуская их вперёд.
– Ох, какой галантный кавалер! – старушка в
соломенной шляпке кокетливо стрельнула в него
глазками.
И пока «кавалер» размышлял о том, как реагировать
на подобное поведение женщины, годящейся ему в
бабушки, дамочки остановились посреди перехода.
Охранник осмотрелся и обнаружил, что в одной из
стен появилась стеклянная дверь, на которой
витиеватыми буквами было написано «Снежинка.
Кафе-мороженое». За дверью действительно стояли
столики, а
за
ними
виднелся
прилавок
с
установленным на него фризером.
5

Но всего этого совершенно точно не могло
существовать в реальности! За семь лет работы
мужчина от и до изучил схемы помещений
«Лабиринта». Блоки торгового центра были соединены
между собой переходами без окон и дверей. И уж тем
более никто и никогда не позволил бы пристраивать к
переходам коммерческие помещения. Владелец
«Лабиринта» слегка «двинулся» на теме эзотерики и
лично наблюдал за тем, как закладывали фундамент и
возводили
стены,
с
вертолёта:
по
задумке
собственника, торговый комплекс сверху должен был
выглядеть
как
восьмиконечная
звезда
с
симметричными и равными по длине лучами.
Тем временем старушки зашли в кафе и закрыли за
собой дверь. Охранник взглянул на них через стекло и
ахнул: к прилавку, грациозно покачивая бёдрами, шли
три юные девушки лет восемнадцати.
Мужчина потёр глаза кулаками, а когда снова
посмотрел на стену, то никакого входа в кафе там уже
не было.
– Эй, Савельев! Где твоя ненормальная? – крикнул
начальник, заходя в переход, после чего приблизился
к подчинённому, встал рядом и уставился на стену.
– Ушла куда-то, – пожал плечами Савельев.
– А ты чего тут делаешь?
– Так это… – охранник запнулся, но быстро понял, что
правду рассказывать не стоит, иначе он сам станет
пациентом спецучреждения. – Валерий Михалыч,
сюда подростки с баллончиком краски в руках
забежали. Вот проверяю, всё ли нормально.
6

– Ох уж эти подростки! – пробурчал начальник. – Всё
бы им поганить! Ладно, иди на пост и отмени вызов
психиатрички. А я ещё раз всё перепроверю.
Савельев зашагал в сторону поста и на кой-то чёрт
оглянулся перед тем, как выйти из перехода: Валерия
Михалыча нигде не было, единственным, что увидел
охранник, была закрывающаяся металлическая дверь
с табличкой «Спортивный клуб Юность».

ИСТОРИЯ ВТОРАЯ
– Петь, может, снова
камеры
проверить?
–
всхлипнула
худенькая
девушка в джинсах и
фирменной
футболке
салона
сотовой
связи
«Сотка».
– В десятый раз? –
охранник тяжело вздохнул.
– Верочка, ты же своими
глазами видела: ночью в
«Сотку» никто не заходил.
– Угу, – девушка тряхнула
рыжими
кудрями
и
разрыдалась:
вчера
вечером она сама закрыла
салон и отправилась домой,
а утром обнаружила, что пропал дорогущий смартфон,
который только-только поступил в продажу. Само
собой, недостачу «повесят» на персонал, а точнее на
того, кто эти треклятые смартфоны распаковывал и
на витрины выставлял, – то есть на Верочку. И будет
она ближайший год работать бесплатно.
– Не реви, – мужчина похлопал продавщицу по плечу
и принялся обдумывать возможные варианты. –
Давай-ка мы с тобой записи с внутренних камер
посмотрим. Что если злоумышленник нашёл другой
способ проникнуть в салон?..
Пётр Савельев, уже семь лет трудящийся охранником
в торговом центре «Лабиринт», был человеком
8

рациональным до мозга костей, но даже он не мог не
признать: здесь творится какая-то чертовщина. Пару
месяцев назад случилось нечто, поставившее под
сомнение всё, в чём он когда-либо был уверен: Пётр
лично
видел,
как
его
начальник
зашёл
в
несуществующую дверь и бесследно исчез. В общем-то
в тот момент Савельев и не думал о том, что Валерий
Михалыч уйдёт навсегда, но вышло, как вышло.
Наутро выяснилось, что никакого начальника охраны
Степанова в торговом центре «Лабиринт» отродясь не
было, а самого Петра обвинили в употреблении
запрещённых веществ. Пришлось сдавать кучу
анализов и доказывать, что он не «верблюд».
А сегодня беда случилась у Верочки – милой и
искренней девчушки, к которой Пётр относился как к
младшей сестрёнке.
– Гляди-ка! – она потянула мужчину за рукав пиджака.
Он отмотал запись назад, уменьшил скорость
воспроизведения, нажал на play и с трудом удержал
челюсть на месте: после того, как продавщица
закрыла салон снаружи, дверца витрины открылась,
затем новомодный гаджет взлетел и растворился в
воздухе.
– Ничего не понимаю, – Пётр пожевал губами. – Я,
конечно, перенаправлю видео твоему директору, но
даже не представляю, как искать пропажу.
– Спасибо и на том, – девушка невесело улыбнулась и
умчалась на рабочее место, а Савельев вернулся на
пост.
В течение дня поступило ещё несколько жалоб.
Продавцы утверждали, что их ограбили, однако
камеры показывали одно и то же: вещи исчезали
9

посреди бела дня без видимых на то причин. По
окончании смены Пётр передал пост сменщику и
отправился в комнату охраны – изучать записи за
последние сутки. К вечеру он проголодался и подумал,
что надо бы купить сэндвич, пока фудкорт на третьем
этаже не закрылся. Он поднялся по эскалатору наверх,
подошёл к витрине с сэндвичами и увидел, как один
из них взмывает в воздух, как если бы его взял кто-то
невидимый, ростом на голову ниже Петра.
– А ну стой! – рявкнул охранник и, резко сорвав с себя
пиджак, бросил его на то место, где стоял
предполагаемый воришка.
– Ой, – донеслось из-под пиджака, ткань которого
постепенно становилась полупрозрачной.
Пётр кинулся к объекту под пиджаком и попытался
наощупь заломить ему руки за спину. Объект
барахтался и вырывался, а потом с его головы слетела
шапка, и он внезапно стал видимым.
– Дяденька, отпустите, – запричитал парнишка лет
двенадцати в широких полинявших штанах и рубахе.
– Я больше не буду!
Савельев
купил
два
сэндвича
–
себе
и
злоумышленнику, притащил парнишку в комнату
охраны и заварил две кружки чая.
– Ну, рассказывай!
– А что тут рассказывать, – воришка виновато
потупился. – Мамка дала мне вчера денег, чтобы я
купил шапку: у меня уши слабые, чуть продует – сразу
отит. Вот я и пришёл сюда, – парень набросился на
сэндвич, потом отхлебнул чай и расплылся в
блаженной улыбке: – С самого утра ничего не ел.
10

– А дальше что было? – строгим тоном спросил Пётр.
– На втором этаже мне попалась лавка со смешным
названием «Венец», – мальчишка хихикнул, а Савельев
нахмурил брови: о том, что в «Лабиринте» есть бутик
«Венец», он не знал. – Ну… Заглянул я туда и стал
шапки разные примерять. А потом взял вот эту, – он
указал на головной убор, который у него изъял Пётр, –
посмотрел в зеркало, а там никого. Вот я и решил
ситуацией воспользоваться.
– А мама тебе не говорила, что воровать плохо? –
охранник покрутил шапку в руках.
– Дяденька, простите меня, – взмолился парнишка. –
Я верну всё, только мамке не рассказывайте! Она с
меня шкуру спустит и, что гораздо хуже, Порфирий
Иванычу в ученики отдаст, а я страсть как не хочу
золотарём становиться!
– Что ты несёшь? Каким таким золотарём? –
раздражённо рявкнул Савельев, который никак не мог
понять, что же с мальчонкой не так.
– Пожа-а-а-алуйста, – заканючил воришка.
– Ладно, – Пётр махнул на него рукой. – Вещи на стол
выкладывай, у меня тут список украденного имеется.
Парнишка выудил из карманов ручку Parker, золотое
колечко, тот самый смартфон из «Сотки» и прочие
похищенные предметы.
– До дома-то сам дойдёшь? – охранник проводил
мальчонку до выхода.
– Ага, мне недалеко, – ответил тот.
11

– Ну бывай! И не воруй больше! Ещё раз попадёшься,
так просто не отделаешься!
– Спасибо, дяденька! Век Вашей помощи не забуду! –
просиял парнишка, после чего резко развернулся,
добежал до перехода в соседнюю часть «Лабиринта»,
нырнул в узкий коридор и пропал.

ИСТОРИЯ ТРЕТЬЯ

– Спать охота – сил нет! – Игорь оглушительно зевнул.
– Давай бодрящего чая выпьем, что ли? – он достал из
рюкзака термос и пирожки, испечённые и аккуратно
упакованные его любимой тёщей.
– Ага, – Пётр согласно кивнул.
Вообще все выходы торгового центра «Лабиринт»
ежедневно в одиннадцать часов вечера закрывали и
13

здание ставили на сигнализацию, а затем сотрудники
службы охраны, которым довелось трудиться в
последнюю смену, отправлялись по домам. Но неделю
назад собственник «Лабиринта» объявил, что на их
площадях будет проходить международная ювелирная
выставка, а потому в расписание охранников нужно
добавить ночную смену: камеры во всех помещениях
– это, конечно, хорошо, но заменить живых людей на
сто процентов они не могут. Да и в случае
возникновения непредвиденной ситуации лучше,
чтобы специалисты были на месте, а не мчались
проверять, почему сработала сигнализация, через весь
город.
Дежурить
этой
ночью
выпало
Савельеву
и
Никанорову.
Первые
пару
часов
охранники
чувствовали себя достаточно «свежими» и даже
умудрились решить несколько сканвордов, но вот
после половины второго ночи их начало вырубать.
Засим бодрящий чай от тёщи оказался весьма кстати.
Мужчины практически молниеносно умяли пирожки и
выпили крепкий чёрный напиток с добавлением
высушенных стеблей лимонника.
– Ну что, кто первый пойдёт? – спросил Игорь.
Продолжительность ночной смены составляла девять
часов – с одиннадцати вечера до восьми утра. И за это
время, в соответствии с распоряжением руководства,
нужно было произвести два обхода – в два часа ночи
и в пять утра.
– Давай я, – Пётр поднялся со стула. – А то что-то пока
не действует твоё чудо-зелье.
Савельев взял фонарик, рацию, универсальный
электронный ключ, служебное оружие – и отправился
мерить шагами пространство ТЦ. Он уделил особое
14

внимание подсобному помещению на первом этаже,
где хранились доставленные ювелирные изделия, –
чисто: ни тебе шорохов, ни теней. К счастью,
выставка должна была открыться уже утром и идти не
более десяти дней, а там всё, включая график работы,
вернётся на круги своя.
Ради очистки совести Пётр направился к лестнице,
поскольку эскалаторы на ночь всегда отключали. На
втором и третьем этажах тоже было спокойно, а вот
на
четвёртом
противный
мужской
голос
с
выражением декламировал стихи. Савельев пошёл на
голос и в итоге очутился перед зоомагазином. Тем
временем «чтец» завершил выступление.
– Кто здесь? – Пётр приложил «ключ» к считывателю,
вошёл внутрь и включил свет.
– Ну наконец-то живая душа, с которой можно
поговорить! – обрадовался огромный рыжий кот и
сверкнул разноцветными глазами (левый глаз кота был
жёлтым, а правый – зелёным).
– Опять какая-то чертовщина творится, – Савельев
коротко ругнулся, одновременно размышляя о том, не
мог ли чай тёщи Никанорова вызвать у него слуховые
галлюцинации.
– И вовсе я не чертовщина! – возмутился его
собеседник.
– А кто тогда? – усмехнулся охранник. – Кот учёный?
Как у Пушкина?
– Говорящих котов не бывает, – назидательным тоном
сообщил Петру пушистый любитель поэзии. – А я,
между
прочим,
глава
кабинета
министров,
превращенный по нелепому стечению обстоятельств в
15

животное и запертый в клетке с неведомой
зверушкой, – в углу клетки обнаружился злобно
скалящийся чихуахуа. Ценник на клетке сообщал, что
завести этого «друга человека» можно всего лишь за
пятьдесят тысяч рублей – Савельев хмыкнул и покачал
головой: да уж, месячный оклад за такую мелочь!
– Эй, послушай меня! – кот протянул лапу сквозь
прутья клетки и царапнул Петра по тыльной стороне
ладони, чтобы тот не отвлекался. – Мне нужно выйти
на волю! Утром сюда доставят подвеску в виде
гусиного пера. Когда я её надену, превращусь обратно.
Но если останусь взаперти, ничего не получится.
– И как ты себе это представляешь? – Пётр
выжидающе приподнял левую бровь. – Нельзя
выпустить кота из зоомагазина. Это воровство! Кота
можно только купить.
– Ты не можешь меня купить, – завопил «глава
кабинета министров». – Я – разумное существо!
– А выглядишь как кот! – Савельев рассмеялся. –
Ладно, сделаем так: я заберу тебя в комнату охраны, и
ты будешь сидеть там, пока я не получу от
сотрудников подтверждение того, что никакая
живность у них не пропадала. И это… Не пугай моего
напарника разговорами, пусть думает, что ты забежал
в «Лабиринт» среди дня и заблудился.
– Так и быть, я согласен, – пафосно заявила жертва
обстоятельств.
В комнате охраны глава кабинета министров был
вынужден
терпеть
форменные
издевательства:
Никаноров пытался усадить его к себе на колени,
16

почесать за ушком, сфотографировать на телефон…
Спасибо, хоть колбаской догадался угостить!
В восемь утра Игорь засобирался домой, а Пётр взял
недовольного кота в охапку и поднялся на третий
этаж, чтобы позавтракать на фудкорте и дождаться
открытия выставки и зоомагазина.
– Артефакт в здании! Я его чувствую! – тихо прошипел
рыжий. – Идём скорее!
– Дай хоть кофе допью, – охранник потянулся к
кружке.
– Потом будешь пить свою чёрную жижу, – кот впился
когтями в левую руку мужчины.
– Вот зараза! – Пётр стукнул наглеца между ушей
свёрнутой в рулон бесплатной газетой, но всё-таки
пошёл за ним.
Спустя
десять
минут
кот
носился
между
выставочными витринами, обнюхивая и чуть ли не
облизывая каждую из них. В конце концов он
подбежал к Петру, больно боднул его головой в колено
(судя по всему, мстил за давешний удар печатным
изданием) и метнулся к нужному прилавку.
– Здравствуйте, – Савельев вымученно улыбнулся
девушке,
представлявшей
изделия
фабрики
«Ювелирмаг». – Вам, наверное, это покажется
странным… Но не мог бы я примерить вот это
прекрасное золотое перо на моего кота?..
– На кота, говорите? – девушка недоверчиво
прищурилась, но всё-таки выполнила его просьбу:
как-никак желание клиента – закон.
17

Мгновение – и перед витриной возник высокий
сухопарый мужчина с длинными рыжими волосами и
не менее длинной рыжей бородой. К счастью, к
страдальцу вернулся не только человеческий облик, но
и одежда, в которой он был до происшествия.
– Уважаемый Кáррон, рад видеть Вас на нашем
мероприятии, – к главе кабинета министров спешил
владелец Лабиринта. – Позвольте, я всё Вам тут
покажу, – он взял важного гостя под руку и, широко
улыбнувшись, потянул его за собой.
Савельеву
же
от
работодателя
достался
уничтожающий взгляд. Охранника накрыла такая
паника, что он стремительно понёсся к выходу из
торгового центра. В себя Пётр пришёл лишь в тот
момент, когда оказался дома.

ИСТОРИЯ ЧЕТВЁРТАЯ
– Ну, до завтра, – Пётр
пожал руку сменщику и
зашагал прочь от поста
охраны «Южный», где
он провёл последние
семь с половиной часов,
сканируя посетителей
торгового
центра
«Лабиринт» и их сумки
металлодетектором.
Мужчина посмотрел на
большие круглые часы,
что висели прямо над
входом.
Половина
четвёртого. До встречи
с
экспертом
по
аномалиям, на которого Пётр Савельев вышел через
приятеля из спецслужб, оставалось целых полтора
часа. Потому охранник решил зайти в салон сотовой
связи «Сотка», чтобы купить новое зарядное
устройство для смартфона: старое пришло в
негодность, после того как Пётр случайно поставил на
провод массивное кресло и плюхнулся в него с
размаху.
По дороге к «Сотке» мужчина заметил девочку (на вид
лет тринадцати-четырнадцати), которая стояла
напротив входа в магазин одежды и рыдала.
– Что такое? Кто тебя обидел? – несмотря на то, что
рабочая смена закончилась четверть часа назад,
оставить человека в беде охранник не мог.
19

– Там мой брат, – девочка, не переставая всхлипывать,
указала в сторону магазина.
Пётр пригляделся, но не увидел внутри ни одного
посетителя, тогда он перевёл взгляд на вывеску и
понял, что не может прочитать название бутика:
буквы казались знакомыми (вроде как, латинский
алфавит), но складываться в слова категорически не
хотели.
– Так вы с братом поругались? Не переживай,
помиритесь! – Савельев успокаивающе похлопал
девочку по плечу.
– Да нет же! Он заколдован! Видите ростовую куклу в
алой рубашке и чёрных бархатных брюках? – Пётр
нашёл подходящий под описание манекен и кивнул. –
Вот! Это и есть мой брат.
А дальше девочка рассказала охраннику невероятную
историю: она утверждала, что её брат – наследный
принц. Его Высочество хотел жениться на миленькой
придворной колдунье, но, к несчастью, приглянулся
дочери правителя соседнего государства. Царевна
наняла злую ведьму из дремучего леса Форенуáр,
чтобы та наказала отвергшего её принца и всех, кто
ему дорог. Так весь королевский двор попал под
действие заклятия безвременья. Сама девочка в тот
печальный день гостила у дальних родственников,
поэтому и спаслась.
– Ты, выходит, тоже принцесса? – Пётр огляделся по
сторонам: вполне возможно, что настоящий брат
стоит где-нибудь за углом и ждёт, пока сестрица
отвлечёт сотрудника охраны разговорами, чтобы
можно было незаметно стянуть какую-нибудь вещь.
20

– Её Высочество Амалия, – собеседница тем временем
изобразила книксен.
– Слушай, а как же царевна смогла добраться до
ведьмы, если та живёт в непроходимом лесу? –
Савельев прищурился и внимательно осмотрел платье
«принцессы»: похожие носили девчонки-ролевики.
– По хрустальному шару связалась, а как ещё? –
Амалия от удивления даже перестала шмыгать носом.
–
Во
всех
порядочных
домах
установлены
стационарные хрустальные шары. А уж во дворцах
тем более.
– И чтобы расколдовать брата, поди поцелуй истинной
любви нужен?
– Это вряд ли, – девчонка пожала плечами. – Его
истинная любовь тоже заколдована, как раз рядом с
ним стоит, – возле манекена в алой рубашке был ещё
один – в изумрудном платье.
– И что теперь делать? – Савельев хотел было
выпроводить Амалию из «Лабиринта», но вдруг
подумал, что и сам неоднократно сталкивался в ТЦ с
необъяснимыми явлениями. Мужчина втайне от
коллег проводил собственное расследование, пытаясь
выяснить, куда исчез его бывший начальник, о
существовании которого все напрочь забыли. И как бы
дико не звучал рассказ девочки, он мог оказаться
правдой. Ведь и в шапку-невидимку Пётр бы никогда
не поверил, если бы не увидел её собственными
глазами.
– Мне нужно отыскать мастера Омнипоте́нтуса, пока
заколдованные не переместились в другое измерение.
Знали бы Вы, как долго я искала брата по разным
21

мирам! А мастер поможет, если, конечно, у меня
окажется что-то, чем я смогу ему заплатить.
– И сколько стоят услуги такого рода? – Савельев
вспомнил рекламное объявление, которое видел в
бесплатной газете метрополитена: победитель «Битвы
экстрасенсов» проведёт диагностику Вашей кармы
всего за сто тысяч рублей. Мужчина усмехнулся: за сто
тысяч рублей он и сам с помощью металлодетектора
любую диагностику мог бы провести.
– Понятия не имею. Говорят, он сам решает, что
забрать: счастливые моменты из прошлого, событие из
будущего или какое-то приглянувшееся ему качество
характера, – Амалия вздрогнула.
– А особые приметы у твоего мастера есть?
Из бокового перехода в сторону охранника и
принцессы направлялся хозяин «Лабиринта». Амалия
уставилась на мужчину с восхищением и ужасом
одновременно.
– Савельев? – процедил работодатель сквозь зубы. – Ты
что здесь забыл? Разве твоя смена не закончилась?
– Так и есть, – согласился охранник. – Я собирался за
новой зарядкой для мобилы в «Сотку» зайти, а тут
девочка плачет.
– Иди, спаситель! Без тебя разберёмся, – Пётр
почувствовал, что ноги сами несут его в сторону
салона сотовой связи. Но, свернув за угол, охранник
собрал в кулак всю волю, несколько раз глубоко
вдохнул, чтобы успокоить рвущееся из груди сердце, и
принялся подслушивать.

–... готова пожертвовать собой и заменить их? –
донёсся голос владельца ТЦ.
– Д-да, – заикаясь, ответила принцесса.
– Хорошо, тогда по рукам.
Пётр хотел выйти из своего укрытия, но внезапно
окружающее пространство закрутилось вокруг него
юлой, и он потерял сознание. Проходившие мимо
посетители вызвали скорую, врач которой отправил
Петра в больницу с подозрением на гипертонический
криз. Однако результаты исследования показали, что
и с давлением, и с сердцем у Савельева полный
порядок. Тем не менее на всякий случай ему дали
семидневный больничный.
Вернувшись на работу, Пётр первым делом пошёл к
тому самому бутику, где встретил принцессу. Увы,
магазина с нечитаемым названием там больше не
было.
На
его
месте
расположился
торгововыставочный
павильон
с
работами
молодых
дизайнеров одежды, победивших в городском
конкурсе. Савельев зашёл внутрь и обомлел: среди
безликих манекенов, наряженных в брючные
костюмы, стояла его давешняя знакомая Амалия в том
же самом сиреневом платье, в котором он видел её
неделю назад.

ИСТОРИЯ ПЯТАЯ
– Простите, я не могу
пустить Вас в таком
виде, – Пётр Савельев,
работающий охранником
в
торговом
центре
«Лабиринт»,
преградил
дорогу
неопрятному
старику.
Посетитель
сильно смахивал на лицо
без определённого места
жительства:
седые
волосы длиной до плеч и
такая же седая борода
длиной
до
середины
груди были всклокочены,
одежда
напоминала
лохмотья,
а
смесь
ароматов, исходивших от
старика, намекала на его
тягу к спиртному.
– Разве я непонятно объяснил? – старик грозно
сдвинул брови. – Где-то здесь спрятан проход в
Мастерскую, мне нужно попасть туда, чтобы починить
магический жезл, – посетитель потряс перед носом
охранника
массивным
деревянным
посохом,
увенчанным набалдашником из мутного стекла.
– Приведите себя в порядок и возвращайтесь, –
посоветовал старику Пётр.
– Если бы ты знал, сколь долгим и опасным был мой
путь сюда, то не говорил бы таких глупостей, –
фыркнул посетитель и попытался отодвинуть
24

Савельева своим посохом, но тот лишь отрицательно
покачал головой и остался стоять на месте.
– Мужчина, Вы чего проход перегородили? – женщина
с ребёнком гневно зыркнула на старика и недовольно
наморщила нос, уловив запах алкоголя. – А Вы что
столбом встали? – накинулась она на Петра. – Уберите
этого отсюда! Здесь, между прочим, люди с детьми
ходят!
– Сейчас доложу старшему, – кивнул Савельев, не
желавший
вступать
в
дискуссию
с
представительницей
сообщества
«яжемать»,
и,
связавшись с начальником охраны по рации,
обрисовал тому ситуацию.
Спустя четверть часа к пункту охраны «Северный»
подошли
Иван
Семёныч
(непосредственный
руководитель Петра) и владелец ТЦ. Охранник
насторожился:
всякий
раз,
когда
на
месте
происшествия появлялся хозяин Лабиринта, в
торговом центре творилась какая-то чертовщина.
– Т-т-ты! – старик вытянул вперёд дрожащую правую
руку и ткнул посохом в направлении владельца ТЦ.
Затем странный посетитель начал выкрикивать слова
на неизвестном Петру языке.
– Что? Не работает твоя деревяшка? – одетый с
иголочки мужчина некоторое время невозмутимо
разглядывал свои ногти, после чего уставился на
оппонента и заинтересованно приподнял левую бровь.
– Чем ещё удивишь?
Старик крепко сжал «магический жезл» обеими
руками и с неистовым воплем понёсся на хозяина
«Лабиринта», но тот каким-то непостижимым образом
25

оказался за спиной нападающего и без особого труда
вырвал посох из его рук. Старик грохнулся на колени,
закрыл лицо ладонями и дико завыл. В тот же момент
в ТЦ явилась полиция, которую Иван Семёныч вызвал,
как только получил сигнал от Савельева. Отвечать на
вопросы служителей закона ненормальный старик
отказался, вместо этого он продолжал причитать, что
не справился с миссией и что никому не позволено
владеть точкой перехода.
– Мне этот алкаш сразу не понравился, – женщина
одной рукой крепко прижимала к себе сына, а другой
нервно теребила подол платья. – Сначала нёс какую-то
околесицу, а потом и вовсе набросился с дубиной на
мужчину, – она указала на хозяина «Лабиринта»,
стоявшего напротив. Тот поймал взгляд случайной
свидетельницы и подмигнул ей.
– А где эта дубина теперь? – полицейский принялся
смотреть по сторонам.
– Видимо, кто-то утащил, – владелец ТЦ пожал
плечами. – Когда я её отобрал, то тут же в сторону
отшвырнул – во избежание.
– Да, я краем глаза заметила, что мимо пробегала
группа
подростков,
–
подтвердила
версию
«пострадавшего» женщина. – Наверное, они унесли.
– Как пить дать они, – подхватил Иван Семёныч. –
Такая уж молодёжь нынче пошла. Вот в наше время…
Эх, – начальник охраны махнул рукой и замолчал.
Савельев нахмурился, всё было иначе: работодатель
отобрал у старика посох, а потом палка словно
растворилась в воздухе. Само собой, рассказывать об
этом полиции не стоило, иначе мог возникнуть риск
26

отправиться сдавать тест на наркотики вместе с
ненормальным стариком. Пожалуй, надо снова
попробовать установить контакт с экспертом по
аномалиям из правительственного исследовательского
института. В первый раз встреча сорвалась, потому
что Пётр попал в больницу с подозрением на
гипертонический криз. Затем эксперт уехал в
командировку на Алтай – изучать какие-то древние
находки. Но, как известно, бог троицу любит.
Тем временем старика под руки повели на выход. Он
по-прежнему что-то неразборчиво бормотал себе под
нос, но перед тем, как сесть в полицейскую машину,
вдруг распрямил плечи, гордо вскинул голову и будто
помолодел лет на пятнадцать-двадцать:
– Ничего не закончилось! Будут и другие!
–
Весеннее
обострение,
–
равнодушно
прокомментировал владелец ТЦ и приблизился к
рамке-металлодетектору, установленной на входе. – А
вот их следовало бы заменить на более современные
устройства.
– Да куда ж современнее? – Иван Семёныч почесал
затылок. – Вроде полгода назад последнюю модель
покупали.
– Я сам найду правильного поставщика, –
работодатель на мгновение задумался. – Выявлять
металлические предметы – это хорошо, но выявлять
дурные намерения – гораздо лучше. А ты как
считаешь, Савельев? – неожиданно обратился он к
Петру.
– Ага, было бы неплохо, – отозвался охранник и тоже
подошёл к рамке.
27

В следующее мгновение Савельеву пришлось собрать
в метафорический кулак всю свою волю, чтобы никто
не заметил того, как сильно он шокирован: охранник
увидел на лацкане пиджака хозяина «Лабиринта»
необычную булавку, поразительно напоминающую
исчезнувший посох, разве что раз в сто меньше. Когда
Пётр прищурился, чтобы получше её рассмотреть,
стекляшка на вершине засияла так ярко, что мужчина
чуть не ослеп.
– Отлично! Значит оформлю заявку на новые рамки
завтра утром, – владелец ТЦ довольно улыбнулся и
зашагал прочь.

ИСТОРИЯ ШЕСТАЯ

Пётр прикрыл рукой рот и зевнул: сегодняшняя смена
выдалась на удивление спокойной. Возможно,
причиной тому была дождливая погода, из-за которой
сократилось число покупателей торгового центра
«Лабиринт», где Пётр Савельев трудился охранником.
Что до тех отважных посетителей, что рискнули
допрыгать сюда по лужам ради крайне необходимых
покупок, то и они казались сонными, медлительными
и будто погруженными в свои мысли. Существовало и
другое, совершенно иррациональное объяснение того,
почему все вокруг вдруг стали расслабленными и
29

умиротворёнными: неделю назад владелец торговых
площадей уехал из города по каким-то срочным делам
личного характера (по крайней мере, так сказала
Анюта из бухгалтерии, которой пришлось в
экстренном порядке рассчитывать отпускные и
оформлять сопутствующие документы).
До конца смены оставалось полтора часа, когда на
экране смартфона, подаренного Петру на день
рождения коллегами, высветился незнакомый номер.
В первый раз мужчина не ответил: наверняка это
очередная стоматология, банк или мошенники,
именующие себя то полицией, то прокуратурой, а то и
вовсе
представителями
федеральной
службы
безопасности, – тем не менее неизвестный абонент
продолжал названивать.
– Слушаю, – любопытство победило, тем более что
поиск по номеру телефона в интернете не дал никаких
результатов.
– Савельев? – поинтересовался собеседник.
– А кто спрашивает?
– Это Пал Палыч, – говоривший сделал паузу и
уточнил: – Эксперт. Мы с Вами собирались
встретиться, но обстоятельства складывались не так,
как нам бы хотелось.
– Пал Палыч? – Пётр наконец узнал голос специалиста
по аномалиям, к которому обратился некоторое время
назад для того, чтобы разобраться с происходящим в
«Лабиринте» и выяснить, куда исчез его прежний
непосредственный начальник. – Я пытался сам
связаться с Вами пару недель назад, но Вы были вне
зоны доступа.
30

– Да-да, – подтвердил эксперт. – В алтайской
экспедиции я, к сожалению, потерял телефон и пока
ещё не восстановил старый номер. Но это не столь
важно. Лучше скажите мне вот что… Во сколько Вы
заканчиваете работать? Я мог бы подъехать в
торговый
центр
и
лично
осмотреть
места
происшествий.
Сейчас
для
этого
самый
благоприятный момент.
– Да, понимаю, – Савельев усмехнулся. – Наш главный
как раз в отъезде, так что нам никто не помешает. Я
дежурю у «Северного» входа до половины четвёртого.
– Отлично, выезжаю. Ждите.

За пять минут до окончания смены к Петру подошёл
мужчина лет пятидесяти, больше напоминавший
работника НИИ, чем сотрудника спецслужбы –
средний рост, небольшие залысины, очки с толстыми
стёклами. Ярко-жёлтый дождевик с капюшоном,
надетый поверх серого классического костюма,
придавал образу эксперта по аномалиям некоторую
комичность.
– Вы – Савельев? – мужчина откинул капюшон и
принялся расстёгивать кнопки дождевика.
– Он самый, – кивнул охранник. – А Вы, как я
предполагаю, Пал Палыч?
– Именно, – эксперт по аномалиям справился-таки с
кнопками и вытащил из внутреннего кармана блокнот
формата А6. – Возьмите. Ознакомитесь на досуге, – он
протянул записи Петру и стал сворачивать дождевик.
31

Тем временем длинная узкая стрелка на больших
круглых часах, что висели над входом, приблизилась к
цифре шесть, а её короткая широкая «товарка»
расположилась ровно посередине между тройкой и
четвёркой. И секунда в секунду к посту охраны
прибыл сменщик и приятель Петра – Игорь
Никаноров.
– Ну как тут? – коллеги обменялись рукопожатием.
– Тишина и покой, – Савельев улыбнулся, убирая
блокнот в карман своего пиджака. – Мог ли я когда-то
подумать, что полюблю дождливые дни?!
– Пётр, Вы освободились? – Пал Палыч уставился на
рамку-металлодетектор.
–
Какая
любопытная
конструкция.
–
Собственник
после
недавнего
распорядился установить защитные
последней модели, – пояснил Игорь.

инцидента
устройства

– Вот как? – эксперт постучал кончиком пальца по
панели металлодетектора, испускавшей едва заметное
сиреневатое свечение. – Никогда таких не видел.
Интересно, что это за сплав?..
– А Вы – специалист? – удивился Никаноров и тоже
пригляделся к рамке.
– Можно и так сказать, – ответил Пал Палыч. – Итак,
Савельев, покажете мне, где тут что?
– Конечно, идите за мной.
Эксперт
по
аномалиям
сделал
шаг
через
металлодетектор и застыл на месте, а рамка тут же
32

засветилась так ярко, что оба охранника были
вынуждены прищуриться.
– Что за дела? – Игорь протёр глаза.
Пётр хотел подойти к Пал Палычу и помочь, но
сформировавшееся вокруг силовое поле не давало
приблизиться к тому ни на миллиметр. Затем по
панели
металлодетектора
побежали
огненные
искорки, которые собравшись в одной точке
образовали нечто, похожее на маленькую молнию.
Молния сорвалась с панели и, ударив в грудь,
отшвырнула эксперта на пол перед входом в ТЦ.
Охранники кинулись к пострадавшему.
– Пал Палыч, всё в порядке? – Пётр склонился над
мужчиной.
– Простите, это Вы ко мне обращаетесь? – эксперт по
аномалиям недоверчиво приподнял бровь. Он не был
уверен в том, что его зовут Павлом Павловичем,
однако был на сто процентов уверен, что видит этого
молодого человека в первый раз в жизни.
– Игорь, вызывай медиков, – вздохнул Савельев.

Врач скорой осмотрел пациента и предположил, что
удар электрическим током стал причиной спонтанной
амнезии. Пал Палыча забрали в больницу, а Пётр
отправился домой.
Только после ужина он вспомнил о блокноте. Записи
эксперта касались «Лабиринта» и личности его
хозяина. Судя по той информации, что успел собрать
Пал Палыч, пустырь, на котором построили торговый
33

центр, пользовался дурной славой со времён соляного
бунта: здесь пропадали люди, появлялись неизвестные
науке существа и предметы с необычными
свойствами, а участники группы энтузиастов,
решившие полвека назад исследовать аномальную
зону, в течение полугода сошли с ума один за другим.
К собственнику вопросов было не меньше. В
документах, которые владелец ТЦ предъявлял в
различные инстанции, были указаны разные даты и
места его рождения, и даже имя было написано поразному. Пал Палыч и его команда провели проверку
этих документов, и все они оказались подлинными.
Тогда они направили запросы в те роддома, где
теоретически мог родиться хозяин «Лабиринта».
Полученные ответы поставили их в тупик: по
полученным данным, этот человек никогда и нигде не
рождался.
Савельев несколько раз перечитал записи эксперта и
пришёл к выводу, что нужно связаться с коллегами
Пал Палыча. Если он не разберётся что к чему, то
неровен час и сам свихнётся, как те энтузиасты.
Определившись
с
дальнейшим
направлением
действий, Пётр отправился спать. А когда проснулся,
то понял, что блокнот, оставленный на прикроватной
тумбочке, исчез.

ИСТОРИЯ СЕДЬМАЯ
– Сань, привет! Мы можем
встретиться?
–
Пётр
Савельев набрал номер
старого
приятеля,
которого он в старшей
школе постоянно защищал
от нападок сверстников.
Санёк с детства был
влюблён в царицу наук, и
вряд ли кто-то из его
обидчиков
мог
бы
предположить в те годы,
что победитель областных
олимпиад по математике
станет
сотрудником
специального отдела.
–
Я
слышал
о
происшествии с нашим
общим знакомым, – отозвался тот. – Ты с какого часа
сегодня трудишься?
– С половины четвёртого.
Служба охраны торгового центра «Лабиринт» обычно
работала в две смены: первая начиналась в половину
восьмого утра, поскольку кофейни на первом этаже
открывались в восемь, а вторая длилась с пятнадцатитридцати до двадцати трёх-тридцати, поскольку часть
бутиков
и
кафешек
закрывались
только
в
одиннадцать вечера.
– Отлично! Буду ждать полтретьего в городской
библиотеке через дорогу от твоего «Лабиринта».
35

– А напротив какого входа? – уточнил Савельев. – Сам
же знаешь, там со всех сторон дорога.
– Один момент, – приятель открыл на рабочем
компьютере карту города. – Напротив восточного. Тут
рядом ещё почтовое отделение и небольшой сквер с
фонтаном.
– Понял, – Пётр посмотрел на электронные часы,
встроенные в духовой шкаф. – Через полчаса буду
выдвигаться.
Савельев переоделся из домашней футболки и
спортивных брюк в классический костюм – униформу,
выданную сотрудникам службы охраны «Лабиринта»
работодателем, вышел из дома, спустился в метро и,
зайдя в вагон поезда, принялся размышлять о том, что
же ему известно о том месте, где он проводит бо́льшую
часть своей жизни.
Долгие годы на месте торгового центра находился
огромный пустырь, заросший сорными травами и
дикими кустарниками, а также за время своего
существования обросший множеством легенд. Около
десяти лет назад пустырь, со всех сторон отрезанный
от остального городского пространства широкими
магистралями, выкупила крупная строительная
фирма. Её собственник был материалистом до мозга
костей, и потому его не пугали ни суеверия, ни
загадочные истории. До того, как приобрести
бесхозные площади с дурной славой у департамента
земельных отношений, он возвёл несколько жилых
кварталов на территории бывших кладбищ, но
потревоженные мертвецы так за ним и не явились.
Впрочем, всего через месяц после покупки пустыря
бизнесмен отправился на тот свет сам: ходили слухи,
что перед сердечным приступом, послужившим
36

причиной его преждевременной кончины, бизнесмен
как раз просчитывал варианты использования нового
приобретения и лично размечал доставшуюся ему по
бросовой цене землю. Наследников у мужчины не
было, и всё имущество покойного, включая прóклятый
пустырь, должно было отойти муниципалитету, однако
в последние сутки шестого месяца (если считать со дня
смерти бизнесмена) объявился его внебрачный сын.
Несколько месяцев у возникшего из ниоткуда
правопреемника ушло на подготовку документов и
судебные тяжбы с городской администрацией. Но
сразу после улаживания формальностей новый
собственник пустыря приступил к реализации плана
по строительству гигантского торгового центра. Через
два года здание было возведено – и «Лабиринт»
распахнул двери для посетителей.
Пётр добрался до библиотеки вовремя, но, когда
заглянул внутрь, был крайне удивлён: в помещении не
оказалось ни персонала, ни читателей.
– Проходи в дальнюю комнату, – услышал Савельев
голос друга детства.
– А почему здесь пусто? – Пётр оглядел скромную
комнатку с несколькими деревянными стульями,
деревянным же столом, на котором стояла какая-то
аппаратура, похожая на радиоприёмники середины
двадцатого века, и большим окном, через которое
можно было (при наличии острого зрения или бинокля)
рассмотреть восточный вход «Лабиринта».
– Эти помещения были опорным пунктом наблюдения
группы Пал Палыча, – Александр сидел за столом,
опершись локтями на свободную часть столешницы и
подперев руками подбородок.
37

– Как он? – Пётр пододвинул стул и разместился
напротив приятеля.
– Ничего не помнит, никого не узнаёт, – друг потёр
переносицу. – С его группой тоже какая-то ересь
происходит. Один, не предупредив ни коллег, ни
родных, подписал контракт на исследование Арктики
и покинул город, связи с ним нет. Другая – уволилась
одним днём и переехала к родителям на Дальний
Восток, якобы отцу осталось недолго, но в его
медкарте такие сведения отсутствуют. Третий –
вообще в монастырь ушёл и в ответ на любые вопросы,
связанные с делом, читает молитвы. А единственного
оставшегося мы сами скоро в профильное учреждение
сдадим: крепкий взрослый мужик, служивший в
горячих точках, носит с собой соль и во всех кабинетах
круги ей «рисует», а по углам зажжённые спички
кидает – того и гляди пожар устроит.
– И что теперь? – Савельев нахмурился. – В
«Лабиринте» творится чёрт знает что, это дело нельзя
бросать.
– Начальство планирует сформировать новую группу,
– Александр хотел было предложить школьному
приятелю присоединиться к расследованию в
качестве внештатного сотрудника, но тут в дверь
постучали. – Пойду проверю, кто там.
Спустя пару минут Александр вернулся, держа в руках
коробку с пиццей и два бумажных стаканчика с кофе.
Мужчина поставил всё перечисленное на стол, взял
один из стаканчиков и сделал глоток обжигающего
крепкого (почти горького) напитка – именно такой
кофе он и любил.

– Спасибо, что подумал о перекусе, – улыбнулся он
Петру. – Так о чём это я? – Александр открыл коробку
с пепперони, оторвал от неё кусочек и отправил его
себе в рот.
– Саня, я ничего не заказывал! – насторожился
Савельев.
– А кто тогда? Еду принесли из пиццерии «Eterno
oblio», ТЦ «Лабиринт», третий этаж, – прочёл друг
информацию на коробке.
– Не ешь это! – Пётр попытался отобрать у приятеля
очередной кусок пиццы.
– Петь, ты чего? – удивился тот. – Я тебя позвал
сказать, что с завтрашнего дня мы будем работать
совсем рядом: меня приняли на должность
заведующего библиотекой – этой самой, – Александр
окинул взглядом комнату.
– Саня, какая библиотека? Ты же в спецотделе
работаешь!
Друг не отреагировал.
– А как же Пал Палыч и его группа? – не унимался
Савельев.
– Какой такой Пал Палыч? – Александр в недоумении
наморщил лоб, а после посмотрел на наручные часы. –
Петь, тебе пора. Уже двадцать минут четвёртого.
– Да, пора, – пробормотал Савельев в
растерянности и вышел из библиотеки.

полной

ИСТОРИЯ ВОСЬМАЯ
«Внимание! По случаю
дня рождения торгового
центра «Лабиринт» в
ближайшую
пятницу
(13.10)
в
13:10
состоится
розыгрыш
ценных призов среди
посетителей,
совершивших в октябре
покупки на сумму более
5
тысяч
рублей.
Главный
приз
–
романтическое
путешествие на двоих
на райские острова!» –
гласили яркие флаеры.
В
конце
прошлого
месяца руководство ТЦ
наняло
студентов
библиотечного
колледжа,
проходивших практику, что вполне предсказуемо, в
библиотеке, расположенной через дорогу – напротив
входа «Восток». В течение двух недель ребята активно
раздавали листовки посетителям и регистрировали
покупателей, получивших право участвовать в
лотерее. Наконец «час икс» наступил: все торговые
площади украсили воздушными шариками и
разноцветными ленточками, а на первом этаже
установили небольшую сцену, где после объявления
результатов розыгрыша должна была выступать
молодая, но крайне перспективная поп-группа.
– Всем доброго дня и прекрасного настроения! –
приглашённый ведущий поднялся на сцену ровно в
40

десять минут второго. По слухам, в это самое время
восемь лет назад для посетителей одномоментно
открылись все восемь входов «Лабиринта». – Сегодня у
нас день рождения! А что это значит?
– Что? – «заглотила наживку» собравшаяся перед
сценой толпа.
– Что мы будем дарить подарки нашим любимым
покупателям! – участники розыгрыша встретили
заявление ведущего аплодисментами. – Вот здесь у нас
ящик с купонами, на которых написаны номера
ваших лотерейных билетов, – мужчина указал на
полупрозрачный бокс, установленный на сцене. – И
для того, чтобы всё было на сто процентов почестному, мы попросим помощи у представителя
городской администрации. Михаил Всеволодович,
будьте любезны, поднимайтесь к нам.
Грузный гладко
костюме вышел
микрофону.

выбритый
на сцену

мужчина в
и протянул

дорогом
руку к

– Здравствуйте! Прежде, чем приступить к
возложенной на меня миссии, – он профессионально
улыбнулся, – хочу от лица администрации города
поблагодарить администрацию АО «Лабиринт» за
вклад
в
сохранение
культурно-исторического
наследия. Возможно, кто-то из вас видел через дорогу
библиотеку. Последние годы она в связи с отсутствием
финансирования не функционировала полноценно.
Но теперь, когда «Лабиринт» взял над ней шефство и
привлёк к работе молодых специалистов, всё
изменится. Собственно, к текущему моменту им
удалось обнаружить материалы, которых нет ни в
одном архиве страны!
41

Народ недовольно загудел: люди пришли выигрывать,
а не слушать рассказы о книгах и архивах.
–
Очень
интересно!
–
ведущий,
быстро
сориентировавшийся
в
ситуации,
отобрал
у
чиновника микрофон. – Но давайте всё-таки начнём
определять победителей. Итак, первый приз –
смартфон, любезно предоставленный нам салоном
сотовой связи «Сотка». Михаил Всеволодович,
достаньте, пожалуйста, из ящика один купон и
назовите его номер.
Через
полтора
часа
смартфон,
мультиварка,
сертификат на приобретение солнечных очков, набор
элитной косметики, золотая подвеска в виде голубки и
прочие подарки нашли своих получателей.
– Ну что же… – ведущий сверился со списком
презентов. – Нам осталось разыграть последний приз
– путешествие на райские острова. Михаил
Всеволодович?
– Номер три-пять-два-ноль-ноль-один,
чиновник.

–

зачитал

– Три-пять-два-ноль-ноль-один, – повторил ведущий. –
Есть такой билет?
– Есть! – выкрикнул из толпы мужской голос.
– Пропустите, пожалуйста, счастливчика! – на сцену
поднялась молодая семейная пара. – А вручать
главный
приз
будет
генеральный
директор
«Лабиринта»… Простите великодушно, но я напрочь
забыл, как его зовут, – глаза ведущего забегали по
сторонам: он был уверен, что видел имя владельца,
когда подписывал договор.
42

– Это не важно. Коль скоро мы в «Лабиринте», можете
называть меня «Минотавром», – хозяин ТЦ подмигнул
толпе. – И я рад презентовать победителям
двухнедельный тур в лето. На этих островах
произрастает
удивительный
фрукт
–
fructus
amantium. По местной легенде, сорвать плод
амантиума можно только вдвоём. И эти двои должны
искренне любить друг друга, иначе фрукт не дастся в
руки. Глядя на наших победителей, я не сомневаюсь,
что им это удастся.
– Слушай, Пётр, а я ведь помню этих ребят, – тихо
прошептал на ухо коллеге и приятелю один из
охранников ТЦ – Игорь Никаноров. – Они –
молодожёны, последние пару недель каждый день
заходят что-нибудь для семейного гнёздышка
покупают. Хорошо, что они выиграли!
– Это точно, – отозвался Пётр Савельев. – Я их тоже
помню: трогательные такие, глаза прямо сияют.

В
конце
ноября
молодожёны
вернулись
из
романтического путешествия и снова направились в
торговый центра.
– Извините, – они подошли к Петру, который в этот
день стоял на посту у западного входа. – А как можно
переговорить с Вашим директором?
– Что-то произошло? – насторожился Савельев.
– О нет! Всё в порядке! Мы всего лишь хотели ещё раз
сказать «спасибо» и передать маленький сувенир.
– Хорошо, – кивнул Пётр. – Пойдёмте.
43

Охранник сопроводил молодых к служебному лифту и
доставил их на восьмой этаж, где размещался кабинет
генерального. Тот, словно почувствовав приближение
посетителей, вышел навстречу.
– Илья, Екатерина, – хозяин «Лабиринта» радушно
улыбнулся. – Как отдохнули?
– Просто прекрасно, – девушка мечтательно прикрыла
глаза. – Солнце, океан, пляж – фантастика! А мы Вам
небольшой презент привезли. Илюш, достанешь?
Парень открыл рюкзак и извлёк оттуда розовый фрукт
в форме сердца.
– О! – владелец ТЦ бережно принял подарок. – Я в вас
верил. Этот плод, вобравший в себя вашу любовь,
займёт достойное место в моём музее редкостей.

Прошло две недели. Пётр по обыкновению закончил
смену в половину четвёртого и по дороге домой решил
заглянуть в магазин трикотажа – выбрать новый
свитер. Возле магазина он увидел рыдающую Катю.
– Добрый день, Екатерина! Что у Вас случилось?
– Я так больше не могу! – простонала она сквозь слёзы.
– И как меня угораздило выйти замуж за этого
придурка?!
– Но Вы же любите друг друга…
– Любовь? Что это вообще такое? – девушка нервно
повела плечами.
44

– Всё верно, – ядовито хмыкнул вышедший из
магазина Илья. – Нет никакой любви. Это сказки для
детей. Чего припёрлась? – рявкнул он на супругу. – Я
тебе что сказал делать?
– Дома сидеть, – Катя шмыгнула носом.
– Вот и вали домой, пока в глаз не получила, – Илья
замахнулся на неё кулаком, и девушка убежала.
– Эй, зачем ты так? – Савельев поймал парня за руку.
– Не твоё дело! Иди, куда шёл! – Илья вырвался и тоже
умчался прочь.
Пётр задумчиво посмотрел ему вслед и побрёл к
станции метро: оставаться в ТЦ и тем более что-то
покупать Савельев уже не хотел.

ИСТОРИЯ ДЕВЯТАЯ
– Эй, браток! – к
охраннику
торгового
центра
«Лабиринт»
Петру
Савельеву,
дежурившему
этим
вечером
у
югозападного
входа,
подошёл
худощавый
невысокий
мужчина
средних лет в чёрном
пальто
и
кепке,
надвинутой чуть ли не
на нос. – Где тут у вас
ателье «Новая жизнь»?
Мне бы перетереть с
ними за перерождение.
–
Хм…
–
Пётр
задумался: он уже не
удивлялся тому, что
время
от
времени
посетители
искали
несуществующие бутики и рестораны и, как ни
странно,
находили
их
где-то
в
переходах,
соединяющих разные торговые галереи «Лабиринта».
Однако в этот раз охранника что-то насторожило: то
ли манера речи мужчины, то ли то, как тот сутулился
и втягивал шею в плечи, будто не желал быть
узнанным. – Проходите через рамку, а я пока уточню
у начальства про ателье.
Савельев связался по рации с Иван Семёнычем –
своим непосредственным руководителем – и получил
от него детальную инструкцию:
46

– Петь, я занят, не могу сейчас отлучиться и
сопроводить клиента лично. Поэтому запоминай:
идёшь с ним в служебный лифт и там одновременно
нажимаешь кнопки шестого и седьмого этажей. Ещё
раз обращаю внимание – одновременно! Это очень
важно! По-другому в «Новую жизнь» не попасть. А я
предупрежу, чтобы вас встретили.
– Принято, – отозвался Савельев.
После того, как охранник проделал описанную
последовательность действий, пространство лифта
озарилось голубоватым сиянием – и механизм
тронулся с места, но почему-то поехал не вверх, а
куда-то в сторону, хотя логика подсказывала Петру,
что это невозможно.
– Добро пожаловать в «Новую жизнь», – раздался из
динамиков женский металлический голос, и двери
открылись.
Савельев и его спутник вышли на этаж, которого не
было на плане здания, и очутились в просторном холле,
ослепляющем стерильной белизной и оглушающем
абсолютной тишиной. Пётр бросил взгляд на
посетителя: тот, будучи одет во всё чёрное, напоминал
кляксу, случайно посаженную на чистый лист бумаги.
– Рады приветствовать дорогих гостей в нашем
уникальном ателье, – к мужчинам «подплыла»
блондинка
в
коротком
трикотажном
платье
серебряного цвета с бейджиком «администратор». –
Кутюрье ждёт. Расскажите мне по дороге, какой Вы
видите свою новую жизнь?
– Ну… – посетитель замялся и снял кепку. – Для начала
не мешало бы сменить внешность. Не знаю, что за
47

дрянь я подогнал вашему боссу, но теперь моя
«фоторожа» на каждом фонарном столбе висит.
– Без проблем, – администратор ателье кивнула, а Пётр
наконец понял, что его так смутило в посетителе:
фоторобот мужчины действительно мелькал в
оперативных сводках, в том числе его показывали по
федеральным каналам. Получается, что именно этот
товарищ проник в музей истории народов мира и
каким-то непостижимым образом вынес оттуда
экспонат, привезённый в Россию из далёкой
Австралии. В телеграм-каналах писали, что эта штука
называлась «чуринга» и представляла собой что-то
типа круглого камня, покрытого узорами и
письменами. Туземцы из племени аранда верили, что
чуринги вмещали души умерших родственников и
оберегали живых от злых духов. Но зачем владельцу
«Лабиринта» древний амулет коренных австралийцев?
– А можно мне будет «клюв» поменьше сделать? –
поинтересовался похититель артефакта.
– Как пожелаете. Вам доступны изменения по
следующим запросам: рост, вес, возраст, комплекция,
цвет глаз, форма и размер любой из частей тела,
отпечатки пальцев и даже корректировка прошлого,
например, уровня образования или трудового опыта.
С семейным положением и наличием детей работать
немного сложнее, но тоже возможно.
– Вот как? – Савельев не удержался и вклинился в
разговор, хотя планировал просто слушать и
наблюдать.
– Мы не какие-нибудь там халтурщики! – девушка
гордо задрала подбородок вверх. – Наше ателье
оказывает услуги по «пошиву» новой личности более
48

шести тысяч лет. И за всё это время мы не получили
ни одного негативного отзыва! Более того, некоторые
клиенты обращаются к нам на регулярной основе.
Маэстро, принимайте заказ! – администратор легко
коснулась белой стены, и та отъехала в сторону.
За стеной обнаружился гигантский цех: Пётр
таращился на уходящие вдаль ряды столов со
швейными машинками и не мог объяснить самому
себе, как это всё помещается на территории одного
этажа ТЦ.
– Милочка, – перед девушкой, словно из-под земли,
возник коренастый коротышка с пышной огненнорыжей шевелюрой, из которой (Савельев готов был
поклясться) торчали аккуратные рожки. – А что этот
тут делает? – кутюрье недовольно зыркнул на Петра.
– Сопровождающий, – девушка пожала плечами.
– Не положено! – возмутился коротышка. –
Проконтролируй, чтобы и духу его здесь не было! И
чтобы потом сразу занялась чем-нибудь полезным.
Бестолковка пустоголовая!
– За мной, – приказала администратор Петру и снова
прикоснулась к белой стене. Та бесшумно закрылась.
– Что это вообще за место и кто такой этот кутюрье? –
пока Савельев шёл следом за блондинкой, его мозг
постепенно
закипал,
не
в
силах
осмыслить
происходящее.
– Не положено, – процитировала девушка «маэстро» и
подвела Петра к лифту, а затем внезапно
приблизилась к мужчине и выдохнула в его губы. –
Всё, что ты сегодня видел, всего лишь сон, который
забудется в момент пробуждения. Шесть, пять,
49

четыре, три, два, один. Проснись! – она резко
втолкнула Савельева в лифт, нажала на кнопку
первого этажа и сделала шаг назад.
– Не дождёшься, – крикнул в ответ Пётр. – У меня
хорошая память.
– Упс… – девушка ринулась к нему, но двери лифта
закрылись прямо перед её носом.
Савельев вернулся на пост, повторно связался с Иван
Семёнычем (интересно, начальника охраны тоже
администраторша ателье обрабатывала или он заодно
с кутюрье и компанией?), отчитался о доставке
клиента на место и вытащил из внутреннего кармана
пиджака блокнот для записей, где с недавнего
времени фиксировал все странности, случившиеся в
«Лабиринте».
Спустя пару часов Савельев почувствовал на себе чейто настойчивый взгляд: молодой крепкий парень под
два метра ростом направлялся к выходу, у которого
стоял охранник, и широко улыбался, как если бы они
с Петром были приятелями.
– Ну, бывай! – произнёс он голосом давешнего
посетителя. – И спасибо тебе за помощь!

ИСТОРИЯ ДЕСЯТАЯ
– Приятель, ты меня
совсем
забыл,
–
школьный друг подошёл
к Петру Савельеву, когда
часы
над
восточным
входом в торговый центр
«Лабиринт» показали три
тридцать
пополудни.
Пётр, работавший в ТЦ
охранником, только что
передал пост сменщику и
намеревался отправиться
домой.
–
Саня,
–
Савельев
вымученно улыбнулся. Он
был рад видеть друга, но
с
недавнего
времени
старался
избегать
общения со всеми, кто
был ему дорог, ради их же
безопасности. Он уже испортил жизнь Александра,
когда втянул его в расследование событий,
происходящих в «Лабиринте»: как бы странно это ни
звучало, но прошлое приятеля изменилось за
считанные мгновения, и из аналитика спецслужбы он
превратился в библиотекаря. Ничего из того, что было
на самом деле, друг не помнил. Имена бывших коллег,
как и их самих, – тоже.
– Петь, что-то случилось? – Александр всмотрелся в
лицо приятеля: между бровей залегла вертикальная
складка, под глазами наметились тёмные круги,
свидетельствующие о недосыпе. – Ты же знаешь, что
51

можешь рассказать мне обо всём, что тебя беспокоит.
Как известно, одна голова хорошо, а две – лучше.
– Всё в порядке, Сань, – Савельев попытался
изобразить беззаботность. – Давай зайдём на фудкорт,
перекусим и поболтаем. Я как раз освободился.
– С удовольствием, – обрадовался друг: он надеялся на
то, что за чашкой кофе Пётр станет более
разговорчивым и поделится переживаниями. – Но
сначала зайдём в книжный? Хочу приобрести новый
детективный
роман
автора,
пишущего
под
псевдонимом «товарищ майор». Ходят слухи, что он и
правда работал или до сих пор работает в органах,
потому все его сюжеты максимально правдоподобны.
А ещё я взял с собой бумаги из архива библиотеки,
думал отдать вашему начальству.
– Что за бумаги? – Савельев насторожился.
– В общем-то, ничего особенного. В десятых годах
двадцатого века некий учёный Малиновский
организовал на месте, где сейчас находится наша
библиотека, пункт наблюдения за пустырём, на
котором построен ваш ТЦ. То ли у него было богатое
воображение, то ли он просто сошёл с ума, но его
записи дадут фору любому фэнтезийному роману. Эх,
если бы их издать… – Александр мечтательно прикрыл
глаза.
– И что там? – Пётр почувствовал, что вот-вот узнает
нечто, что приблизит его к разгадке тайны
«Лабиринта».

Товарищ Малиновский известен нам под псевдонимом
Александр Богданов и является автором идеи создания
всеобщей организационной науки – «тектологии».


По
пути
в
книжный
магазин
«Монархия»,
арендовавший площади на пятом этаже, Александр
вкратце пересказал содержимое лабораторного
журнала Малиновского. Учёный занимался вопросами
омоложения организма и считал, что сможет получить
в других мирах недостающие ингредиенты для
создания эликсира молодости. Он предполагал, что
пустырь – это точка пересечения множества
вселенных, и проводил эксперименты. Если верить его
записям, то привлечённые к исследованиям студенты
посещали параллельные миры, перемещались во
времени и даже на другие планеты. Но в какой-то
момент система дала сбой, и в начале 1926 года все
его студенты исчезли. Как указал в протоколе
эксперимента сам Малиновский, они попросту не
вернулись из межпространственных путешествий.
На подходе к книжному Савельев услышал женский
голос, который показался ему смутно знакомым.
– …нет, дневники для переписывания жизни начисто
у нас ещё остались. Мне нужна тетрадь смерти хотя бы
с одной пустой строчкой.
Мужчины зашли в магазин, и Пётр увидел эффектную
блондинку
–
ту
самую,
что
трудилась
администратором в ателье «Новая жизнь» и неделю
назад пыталась лишить его воспоминаний о
посещении упомянутого ателье, которое, если теория
товарища Малиновского была верной, располагалось в
ином измерении. Она стояла спиной к входу и
общалась с короткостриженой брюнеткой, на рубашке
которой красовался бейджик «продавец-консультант
высшей категории Ла́мия».
– Вы же знаете, что для приобретения тетради смерти,
– будничным тоном, словно к ней каждый день
53

выстраивалась очередь из желающих приобрести
оружие массового поражения, уточнила брюнетка, –
требуется письменное согласование хозяина?
– Это в наших общих интересах, – блондинка
судорожно втянула воздух. – Несколько дней назад я
столкнулась с субъектом, не поддающимся внушению.
Судя по тому, что я успела выяснить, он постоянно
что-то
вынюхивает
и
доставляет
неудобства
обитателям «Лабиринта».
– Да, я слышала про него. И всё равно, – продавщица
развела руками, – не могу продать артефакт,
отнимающий
жизни,
без
соответствующего
разрешения. Запишитесь на приём к хозяину и
объясните ему ситуацию.
– Какую ситуацию? Что произошло? – Пётр вздрогнул
от неожиданности, когда за его спиной возник
владелец «Лабиринта».
– Ой, – блондинка обернулась и коротко поклонилась.
Но затем девушка заметила Савельева и мгновенно
преобразилась: её красивое лицо исказила гримаса
ярости. – Ты?! – она кинулась к Петру, но была
перехвачена собственником ТЦ.
– Нет, – мужчина покачал головой. – Его нельзя
трогать.
– Но… на него не действует мой гипноз! – блондинка
обиженно поджала губы.
– Я в курсе, – владелец «Лабиринта» усмехнулся. – Это
не твоя проблема, возвращайся к работе. Ламия,
книгу, которую я заказывал, доставили?

– Да, хозяин, – продавщица «нырнула» под прилавок и
извлекла оттуда толстенный том в потёртом кожаном
переплёте. Савельев прищурился и разобрал название
и дату выхода книги: «Гримуаръ «Черная курочка»,
изданiе 1829 года».
– Прекрасно, – собственник ТЦ принялся листать
книгу. – А тебе что здесь нужно? – он внезапно поднял
взгляд на Петра.
– Какая удача, что мы встретились! – Александр
подался вперёд и с совершенно не присущей ему
одержимостью (Савельев мог поклясться, что с другом
творится что-то невообразимое) начал тараторить. –
Благодаря предоставленному Вами финансированию
мы наняли лучших архитекторов, они сумели
«расколдовать»
механизм
потайной
двери.
В
секретном помещении хранились научные архивы, и
среди
них
нашлись
протоколы
исследований
принадлежащего Вам пустыря. Я предположил, что
они Вас заинтересуют…
– Изучу на досуге, – хозяин «Лабиринта» кивнул и
протянул руку, в которую Александр тут же вложил
лабораторный журнал Малиновского. – Ну что же… Не
буду мешать выбирать чтиво на вечер. Если
понадобятся книги для библиотеки, оставьте список
Ламии – она закажет.
Владелец ТЦ зашагал прочь, а Александр направился
к полками с новинками детективного жанра.
– Сань, ты хоть копии с тех документов снял? – тихо
спросил Савельев, когда работодатель скрылся из
виду, а продавщица занялась распаковкой коробок с
канцелярией.
55

– Каких документов? – приятель удивлённо округлил
глаза. – Петь, ты о чём?
– Да так, неважно… – Савельев неопределённо махнул
рукой: подставлять друга под очередной удар он не
хотел. – Бери свой бестселлер от «товарища майора» и
пойдём пить кофе.

ИСТОРИЯ ОДИННАДЦАТАЯ
– Веди себя прилично,
иначе дяденька-охранник
тебя укусит! – молодая
женщина, державшая за
руку мальчугана лет пяти,
заговорщицки подмигнула
Петру Савельеву, который
в этот раз дежурил на
северо-западном входе в
торговый
центр
«Лабиринт».
– Непременно укушу, –
подтвердил охранник и
улыбнулся посетительнице:
на
пятом
этаже,
неподалёку от книжного,
недавно открылся детский
развлекательный
центр
«Детоград»,
потому
мамочек с непоседами в ТЦ стало больше.
– А у тебя что, тоже зубы чешутся? – ребёнок
недоверчиво вылупил светло-карие глазёнки на Петра.
– Да, страсть как чешутся, – притворно вздохнул
Савельев. – Особенно, когда рядом непослушные
мальчишки и девчонки.
– Идём с нами! – мальчуган потянул охранника за руку.
– Дядя Веня и для тебя целебное зелье подберёт!
– Я бы с радостью, – Пётр указал на свой бейджик,
прикреплённый к нагрудному карману пиджака, – но
мне нужно стоять на посту: вдруг кому-то из
57

покупателей надо будет подсказать дорогу. Вам,
кстати, нужно свернуть направо. Там будет
красочный лифт, который без остановок довезёт вас
на пятый этаж – к входу в «Детоград».
– Нет-нет, – возразила женщина. – Мы пришли в лавку
алхимика Венефиция. Вы даже не представляете, –
затараторила она, заправляя прядь каштановых
вьющихся волос за ухо, – как весь клан обрадовался,
когда построили «Лабиринт»! Всё необходимое под
рукой! Например, зубной ополаскиватель с экстрактом
волчьей ягоды, чтобы облегчить зуд в период, когда у
детей пробиваются первые клыки. А раньше нам
приходилось
оформлять
доставку
из
другого
измерения, и вечно что-то шло не так: то адрес
перепутают, то не то средство отправят.
Савельев насторожился: рассказ дамочки звучал
подозрительно. Лавка алхимика теоретически могла
быть одной из игровых зон в «Детограде», но
посетительница явно говорила о чём-то другом. Хотя,
может, это у них с сыном игра такая?..
– Мама! – мальчуган захныкал и принялся чесаться. –
Снова начинается!
Пётр бросил на него взгляд и обомлел: предплечья
мальчишки постепенно покрывались густой шерстью,
а сам он трясся словно в эпилептическом припадке.
– Пожалуйста, возьмите его на руки! – женщина
умоляюще посмотрела на охранника. – И бежим! Надо
успеть, пока он не обернулся!
Савельев подхватил мальчугана и поспешил вслед за
его матерью, которая помчалась к служебному лифту.
Она быстро набрала на панели, расположенной над
58

кнопкой вызова, комбинацию цифр
открылись.

–

и двери

– Скорее! – женщина приложила ладонь ко лбу сына. –
Он весь горит! Держите его так крепко, как только
сможете.
Одновременное нажатие кнопок с числами «два» и
«три» привело к тому, что внутренне пространство
кабины озарилось зеленоватым светом, потом лифт
несколько раз тряхнуло – и пассажиры добрались до
места назначения.
Этаж, на котором расположилась лавка алхимика и
который,
разумеется,
не
был
обозначен
на
техническом плане торгового центра, по атмосфере
напоминал
подземелье.
Напротив
лифта
был
установлен
огромный
экран,
на
котором
транслировалась реклама: несколько травинок,
кружась под умиротворяющую музыку, обвили
огромный зелёный крест. После в левом нижнем углу
кадра появилась змея, она заползла на самую вершину
креста и высунула длинный раздвоенный язык, с
которого тут же прямо на травинки стал капать яд.
Далее травинки, пропитанные змеиным ядом, упали в
возникшую внизу колбу, заполненную прозрачной
жидкостью, и та моментально сменила цвет на
болотный. В финале рекламного ролика с разных
сторон экрана в центр выскочили буквы, которые в
результате сложились в надпись «Микстуры и зелья
ка́уна Венефиция».
– Добрый день! Чем вам помочь? – высокий
худощавый субъект с бледной кожей и длинными
острыми ушами, увенчанными кисточками наподобие
рысьих, приблизился к посетителям со спины. –
59

Нравится? – он подошёл к экрану. – Неделю назад
установили.
– Ка́ун Венефиций, – женщина бросилась к странному
субъекту. – Прошу Вас, помогите Вольфу.
– Дядя Веня, – прошептал мальчик и внезапно издал
звук, больше похожий на собачий вой, после чего
предпринял попытку вырваться из захвата Петра.
– Идёмте, – алхимик шагнул сквозь экран. Савельев с
ребёнком на руках и мать мальчика проследовали за
ним.
Помещение, в которое они попали, выглядело как
средневековая аптека: всюду стояли разнообразные
банки и склянки, висели пучки трав, лежали тканевые
мешочки с неизвестным содержимым.
Алхимик взял один из мешочков, открыл его и сунул
под нос мальчугану:
– Вдыхай! – Вольф послушно втянул носом воздух и
закашлялся. – Ещё!
Судороги прекратились так же внезапно, как и
начались. Тогда алхимик достал из-под прилавка
баночку с ароматной мазью и намазал ей покрытые
шерстью руки мальчика. Мгновение ничего не
происходило, но вдруг волосинки будто стали
втягиваться обратно в кожу.
– Ну вот и всё, – Венефиций растянул тонкие губы в
улыбке. – Кристина, я упакую тебе набор
противоликантропных средств и напишу инструкцию
по их применению.
– Спасибо, – женщина благодарно поклонилась.
60

– Дядя Веня, – подал голос окончательно пришедший
в норму Вольф. – А Вы найдёте лекарство для
дяденьки-охранника? У него зубы чешутся, –
мальчуган хихикнул, – как у малыша.
– Зубы? – алхимик прищурился на Петра.
– Мы пошутили над Вольфом, – пояснил Савельев, но,
столкнувшись с внимательным изучающим взглядом
Венифиция, неожиданно испытал чувство тревоги.
– Я вижу, – алхимик задумался. – Но также я вижу
наведённую амнезию. У меня есть настойка, которая
активирует память. Однако в случае, когда амнезия
имеет магическую природу, её использование может
дать побочные эффекты. Поэтому я бы рекомендовал
Вам посетить гипнолога.
– Простите, но Вы ошибаетесь, – Пётр нахмурился. – С
моей памятью всё в порядке.
– Боюсь, что нет, – Венефиций покачал головой. – Вы
наверняка помните, что делали вчера или даже год
назад. Но помните ли Вы, кто Вы на самом деле?
– Конечно, – хмыкнул Савельев. – Меня зовут Пётр
Савельев, я работаю охранником в «Лабиринте» с
момента его открытия.
– Хорошо, – алхимик уложил в бумажный пакет
препараты для Вольфа и передал пакет Кристине. – А
назовите-ка мне дату своего рождения и расскажите
о родителях.
Пётр открыл было рот, чтобы ответить на вопрос, но
понял, что не знает ответа.

– Считаете, мне надо сходить к гипнологу? – Савельев
ощутил, как на лбу выступили капельки пота.
–
Настоятельно
рекомендую,
–
Венефиций
утвердительно прикрыл глаза. – И искренне надеюсь
на то, что Вы сохраните наш разговор втайне от
хозяина «Лабиринта». Формально я поддерживаю
нейтралитет, а значит, не должен давать Вам ни
лекарств, ни советов. Но будьте уверены, я на Вашей
стороне. А теперь Вам пора возвращаться на пост.
Заодно прово́дите Кристину и её сынишку.
Ошарашенный Пётр кивнул
утянуть себя за руку к выходу.

позволил

Вольфу

Когда они добрели до северо-западного входа в ТЦ,
там Петра ждал его сменщик – Игорь Никаноров.
– Дядя Иго́р! – радостно закричал мальчуган и рванул
навстречу Никанорову, тот потрепал Вольфа по
волосам и подошёл к Кристине, чтобы обнять её.
– Вы знакомы? – удивился Пётр.
– А то ж, – фыркнул сменщик. – Крис – моя троюродная
сестра.
– Вот как?.. – в сознании Савельева завертелись
метафорические «шестерёнки»: если родственники
Никанорова – оборотни, то выходит, что и Игорь тоже?
«Разберись сначала, кто ты сам, а потом уже о других
рассуждай», – ехидно заметил внутренний голос, и
Пётр, попрощавшись со сменщиком и его роднёй,
отправился домой.

ИСТОРИЯ ДВЕНАДЦАТАЯ
В

течение последних
двух
недель
Пётр
Савельев
пытался
разобраться
в
себе
самом. Первую неделю
он
внимательно
рассматривал
своё
отражение, выискивая
невесть что, а вторую –
«медитировал» на фото в
паспорте. Паспорт, на
первый взгляд, казался
более
полезным
источником
данных,
однако всякий раз, когда
мужчина его открывал,
дата и место рождения
менялись:
судя
по
документу,
Петру
Афанасьевичу Савельеву
было
примерно
от
двадцати до трёхсот сорока лет (хотя сам он ощущал
себя на тридцать-тридцать пять, что в принципе
подтверждало и зеркало в ванной комнате),
конкретная точка появления мужчины на свет также
перемещалась в пространстве – от Харбина до Рио-деЖанейро. Сведения о браке, разводе или наличии
детей в паспорте отсутствовали. А вот место
жительства, зафиксированное на соответствующей
странице документа, удостоверяющего сомнительную
личность того, кто считал себя Петром Савельевым,
было постоянным.

Мужчина выписал в блокнот адрес регистрации и
задумался: название улицы и номер дома не совпадали
с местом его фактического проживания, но откуда-то
были ему хорошо знакомы. Пётр открыл приложение
«Карты» на смартфоне, вбил туда искомые дом и улицу
и обомлел: по указанному адресу располагался
торговый центр «Лабиринт», в котором Савельев
больше восьми лет работал охранником и кроме
которого ничего из своей жизни не помнил.
С трудом дождавшись очередного выходного дня,
мужчина перевернул вверх дном всю квартиру в
поисках дополнительной информации – увы, ни
свидетельства о рождении, ни аттестата, ни диплома
не нашлось, словно и нет в мире никакого Петра
Савельева. В отчаянии Пётр выдвинул последний
непроверенный ящик стола и обнаружил там договор
аренды жилого помещения. Странно, он точно был
уверен в том, что никому не платил за квартиру и тем
более никогда в глаза не видел арендодателя.
Пролистав договор, Пётр тяжело вздохнул: как и
следовало ожидать, соглашение о найме было
заключено между неким агентством недвижимости и
ТЦ
«Лабиринтом».
По
всему
выходило,
что
работодатель
арендовал
жильё
для
ценного
сотрудника. Опять тупик!
Савельев
решил
осторожно
поговорить
на
интересующую его тему со школьным приятелем: Саня
мог бы сказать, где находится школа, в которой они
когда-то вместе учились. Друг с готовностью
согласился встретиться и поболтать в кофейне
напротив дома Петра.
– Как идут дела в библиотеке? – Савельев сделал глоток
карамельного латте и улыбнулся: в этом заведении
готовили отменный кофе, вкус которого напоминал
64

мужчине о юности,
Чёрного моря.

проведённой

на

побережье

– Потихоньку, – Александр пожал плечами. –
Разбираем и оцифровываем архивы. Представляешь,
оказалось, что под нами несколько этажей, уходящих
под землю. Никто и не подозревал!
– Здóрово! – Пётр аккуратно откусил край
восхитительного пирожного «Павлова» и ясно увидел
заснеженную сибирскую степь, по которой они с
Санькой топали в школу в сорокаградусный мороз. –
Слушай, а я тут подумал организовать встречу
одноклассников: почитай с самого выпуска не
пересекались!
– Подожди… – Александр замер и погрустнел. – Ты
разве не слышал?
– Чего не слышал? – Савельев насторожился.
– Помнишь год, когда мы купили горящую путёвку в
Египет и отправились смотреть на пирамиды?
– Э-э… Конечно! – пугать единственного друга своей
амнезией Пётр не планировал.
– В то же самое время в школе проводили вечер
встречи по случаю десятилетия с дня нашего выпуска,
– Александр быстро заморгал, чтобы смахнуть с
ресниц наворачивающиеся слёзы. – В общем… Был
пожар. Здание сгорело дотла, люди не спаслись.
Причину возгорания установить не удалось. Нам с
тобой повезло, что тот тур подвернулся.
Расспрашивать приятеля дальше Пётр не стал:
интуиция вопила о том, что не начни он проявлять
излишний интерес к прошлому, одноклассники, имена
65

и лица которых он забыл (а может, и не знал вовсе),
были бы сейчас живы. Что же… Похоже, оставался
всего один способ выяснить правду – сходить на
приём к гипнологу, как советовал Савельеву
таинственный алхимик, с которым ему довелось
познакомиться пару недель назад.

Пётр намеренно выбрал специалиста, кабинет
которого находился в высотном здании бизнесцентра,
возведённого
пару
лет
назад
на
противоположном от ТЦ «Лабиринт» конце города.
Гипнологом оказалась приятная женщина лет
пятидесяти, одетая в деловой брючный костюм.
Савельев позволил себе немного расслабиться: он
опасался того, что под вывеской «гипнолог» может
скрываться шарлатан-эзотерик, но собеседница
сообщила,
что
является
дипломированным
психотерапевтом и уже много лет проводит сеансы
гипноза для самых разных пациентов. Потому Пётр
может не беспокоиться: если он действительно что-то
забыл, то традиционный гипноз – одна из наиболее
безопасных и быстрых методик для решения этой
проблемы.
– Устраивайтесь поудобнее, – женщина кивнула в
сторону мягкого велюрового кресла. – Прежде, чем
перейти к непосредственной терапии, мы с Вами
проведём небольшое тестирование. Хорошо?
– Хорошо.
– Смотрите на маятник, – она взяла с невысокого
столика типа журнального блестящий шарик,
66

прикреплённый к цепочке, и стала раскачивать его
перед лицом Савельева. – И слушайте мой голос.
Пётр выполнил озвученные инструкции и в какой-то
момент почувствовал, что проваливается в сон и даже
не осознаёт того, что именно слышит.
– Посмотрите мне в глаза, – гипнолог убрала маятник
в сторону и изучила лицо пациента. – Прекрасно.
Вытяните руки прямо перед собой и соедините в
замо́к. Вы не можете их разомкнуть ни при каких
обстоятельствах! Проверьте!
– Угу, – пробормотал Савельев и вдруг понял, что
состояние дрёмы исчезло. Он без особого труда развёл
руки в стороны и вопросительно уставился на
женщину.
– Хм… – она покачала головой. – Боюсь, я не смогу Вам
помочь. Есть небольшой процент людей, не
поддающихся гипнотическому воздействию. И, судя
по всему, Вы в их числе. Я бы рекомендовала
попробовать арт-терапию, сейчас дам Вам визитку
коллеги, занимающейся этим направлением. Ну а если
воспоминания не вернутся, то в этом случае имеет
смысл подобрать препараты.
Растерянный Пётр взял визитку арт-терапевта,
попрощался с гипнологом, которая категорически
отказалась брать оплату за бесполезный сеанс, вышел
из её кабинета и очутился на седьмом этаже ТЦ
«Лабиринт» – возле входа в кинотеатр.

ИСТОРИЯ ТРИНАДЦАТАЯ
– Добрый день! – к
Петру
Савельеву,
отрабатывавшему
смену на посту охраны
у юго-западного входа
в
торговый
центр
«Лабиринт», широким
уверенным
шагом
подошла энергичная
крупная женщина лет
сорока. Следом за ней,
будто утёнок за мамойуткой,
семенил
долговязый парень. –
Где
в
Вашем
заведении
продают
мягкую
мебель?
–
женщина
помахала
перед
носом
охранника рекламным
флаером.
На буклете значилось:
«Обитель Морфея» – новый качественный подход к
отдыху. Вы хотели бы научиться вставать с
правильной ноги? Или отвадить того, кто постоянно
кусает среди ночи за бочок и мешает спать? А может,
Вы мечтаете проснуться утром совершенно другим
человеком? Если ответили «да» хотя бы на один вопрос,
звоните по номеру +7(125) 764-72-61 и записывайтесь
на сеанс морфеотерапии. Кроме того, мы предлагаем
в номере телефона «Обители Морфея» посредством метода
гематрии зашифрована фраза «Час моего сна».


услуги по индивидуальному изготовлению подушек со
сновидениями. Спектр доступных локаций и сюжетов
ограничен только Вашей фантазией!
–
Секундочку,
сейчас
сверюсь
со
списком
организаций, – Пётр взял в руки планшет, открыл
каталог арендаторов и вбил в поисковую строку
запрос «Обитель Морфея».
Планшеты охранникам раздали после того, как на
прошлой неделе в «Лабиринте» случился грандиозный
скандал: приятель Савельева – Игорь Никаноров – не
смог объяснить крайне важному посетителю, где
можно купить новое яблоко для блюдца. Старое
(яблоко, не блюдце), видите ли, погрызли мыши – и
транслируемая картинка стала неполной, как бы
обкусанной. Посетитель, возмущённый до глубины
души
некомпетентностью
сотрудника
ТЦ,
пожаловался хозяину «Лабиринта», с которым состоял
в приятельских отношениях. В итоге Никаноров
получил выговор и лишился квартальной премии.
Тогда же Иван Семёныч – глава службы охраны – и
придумал идею с планшетами. Во избежание
повторения ситуации, так сказать!
– Хм… Салон «Обитель Морфея» располагается на
шестом этаже, но в противоположном секторе. Мы с
Вами находимся у юго-западного входа, – Савельев
показал женщине схему, открывшуюся на планшете,
а Вам надо к северо-восточному.
– Мам, может, не пойдём? – заныл парень.
– Не «мамкай» мне тут! – прикрикнула на сына
женщина. – Выпускной класс, а он понятия не имеет,
чем будет заниматься в будущем! – пожаловалась она
Петру. – Когда я двадцать три года назад заканчивала
69

школу, тоже была мямлей без царя в голове, но
«Обитель Морфея» сделала из меня человека. И
Берендея там наставят на путь истинный!
– Я не хочу терять себя! – старшеклассник зашмыгал
носом.
– Не говори глупостей, – женщина отвесила ему
подзатыльник. – И не распускай нюни на людях! Ты
же взрослый! И вообще скажи «спасибо», что можешь
так запросто прийти на сеанс к лучшим специалистам
по настройке личности. В моё время вход в «Обитель
Морфея» находился в медвежьей берлоге.
– Спасибо, – парнишка поджал губы.
– А давайте-ка я Вас с Берендеем провожу, –
предложил Пётр, смекнувший, что в салоне мебели для
спальни его ждёт очередной кусочек пазла, благодаря
которому он сможет приблизиться к разгадке
«Лабиринта».
– Буду признательна, – благодушно улыбнулась
женщина. – А то я во всех этих схемах и картах плохо
разбираюсь.
По дороге до «Обители Морфея» мать продолжала
шпынять сына, а Савельев размышлял о том, как,
должно быть, нелегко приходится школьнику с таким
редким именем. Лет двадцать назад все словно с ума
посходили и начали называть отпрысков по принципу
«чем необычнее, тем лучше». Но зачем – этого Пётр не
понимал.
– А вот и Ваш салон мебели, – Савельев указал на
тёмно-синюю вывеску, украшенную мерцающими
звёздочками, и
придержал двери, пропуская
посетителей внутрь. «Странно, – прокралась в голову
70

охранника непрошенная мысль. – Обычно среди дня
все бутики распахивают двери, чтобы привлечь
покупателей».
Пётр огляделся: «Обитель Морфея» явно занимала не
меньше трети этажа. Торговые площади были
разделены на разные зоны: часть из них была
спрятана за перегородками, а в оставшихся в
творческом беспорядке были расставлены диваны,
кровати, небольшие тумбочки, зеркала и вазоны. А на
стеллажах, вмонтированных в стены, лежали
комплекты постельного белья, пледы, одеяла и
подушки.
– Здравствуйте, Ли́тия! – обратилась посетительница к
девушке-администратору. – Мы по записи: нужно
слепить из моего балбеса приличного наследника
бизнес-империи.
– Всё сделаем в лучшем виде, – пообещала
миниатюрная шатенка. – Ведь когда-то и Вы, Урсула
Михайловна, пришли к нам робкой и застенчивой
мечтательницей.
– Что правда, то правда, – женщина усмехнулась. – Тот
день стал поворотной точкой на моём жизненном
пути. А для Вас, если мне не изменяет память, это был
первый день стажировки в салоне.
– Точно так, – администратор кивнула и протянула
Урсуле Михайловне листок бумаги и ручку. –
Заполните, пожалуйста, анкету, чтобы мы могли
подобрать оптимальные параметры нового характера
Вашего сына.
– Мам, я не хочу новый характер! – снова заканючил
Берендей.
71

– Цыц! – отмахнулась от сына женщина.
– И обратите внимание на примечание, – девушка
ткнула указательным пальцем в соответствующую
строчку
анкеты.
–
Некоторые
параметры
противоречат друг другу, поэтому можно отметить
лишь один из них. Например, пункт «независимость
суждений» не сочетается с пунктом «исполнение
родительской воли». Так что выбирайте тщательно,
рассудительно и не торопитесь. Мои помощники
проводят вас с сыном в комнату отдыха.
Откуда-то из глубины торгового зала появились двое
молодых мужчин, похожих друг на друга как две
капли воды. Близнецы молча поклонились и жестами
пригласили Урсулу Михайловну и её отпрыска
следовать за ними.
– Чем я могу помочь Вам?
профессиональным
интересом
рассматривать Петра.

–

Лития с
принялась

– В Вашем рекламном проспекте написано, что Вы
изготавливаете подушки со сновидениями. Это так? –
уточнил Савельев.
– Всё верно, – подтвердила работница салона. – Какую
тематику предпочитаете? В последнее время особым
спросом пользуются триумфальные сны, они очень
хороши для укрепления веры в себя и поднятия
самооценки. Не поверите, но по количеству запросов
этот жанр обогнал даже эротику! – девушка
подмигнула охраннику.
– А что насчёт снов-воспоминаний? – как бы
мимоходом спросил Пётр. – Хочется иногда вернуться
в детство, увидеть образы близких людей…
72

– Без проблем, – обрадовала его администратор. – Но
нам нужно будет просканировать Ваш мозг, чтобы
определить наиболее важные и приятные моменты
прошлого. Затем мы передадим информацию на
фабрику, чтобы они вплели её в ткань, из которой
будет сшита подушка.
– Хорошо, – решился Савельев. – Сканируйте.
Лития вытащила из-под прилавка шлем, чем-то
напоминающий мотоциклетный, и надела его на
Петра. Потом она соединила USB-кабелем шлем и
ноутбук, что стоял у неё на столе, и запустила
программу сканирования. По экрану ноутбука
побежали какие-то цифры, буквы и символы, но
спустя мгновение программа выдала ошибку
«Невозможно идентифицировать объект» – и экран
погас.
– Ерунда какая-то! – фыркнула девушка после того,
как на протяжении получаса пыталась устранить
неполадки и запустить сканирование повторно. –
Боюсь, что сегодня принять Ваш заказ не получится.
Но я непременно напишу в службу поддержки, и
уверена, что мы разберёмся с проблемой в ближайшее
время. Приходите через пару дней.
– Договорились, – разочарованно выдохнул Пётр: ещё
одна ниточка оборвалась, так никуда его и не
приведя. В тот же момент запиликала рация,
висевшая на поясе охранника.
– Савельев! – раздался из динамика голос Иван
Семёныча. – Где тебя черти носят? Почему на посту
никого нет?

– Сопровождал посетителей, чтобы они не потерялись.
Уже возвращаюсь, – отозвался Пётр и отправился
обратно к юго-восточному входу ТЦ «Лабиринт».

ИСТОРИЯ ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Наступили
долгожданные
жаркие летние дни, и
потому все восемь
входов
в
ТЦ
«Лабиринт»
были
распахнуты настежь.
Пётр
Савельев,
дежуривший на посту
охраны у западного
входа, в очередной
раз прищурился: лучи
заходящего
солнца
проникали
сквозь
стеклянные стены (кто
только
придумал
строить
торговые
комплексы из стекла и
стали?) и били ему
точнёхонько в глаза,
хотя мужчина время
от времени делал шаг
влево или вправо,
чтобы «выйти из-под прямого солнечного удара».
Наконец светило скрылось за элитной высоткой, что
построили пару лет назад через дорогу от «Лабиринта».
И в тот же самый момент на площади перед входом
зазвучала лиричная музыка. Пётр вышел на площадь,
чтобы посмотреть, что происходит, и увидел
длинноволосого
парня
лет
двадцати.
Парень
перебирал струны на простенькой акустической
гитаре, а рядом с ним сидел дворовый пёс, который на
особенно высоких и пронзительных нотах начинал
«подпевать»
инструменту.
Вокруг
музыканта
75

собралась небольшая толпа: люди с мечтательными
лицами слушали разливающуюся в воздухе мелодию, а
некоторые из них бросали монетки в кепку, лежавшую
у ног парня. Савельев прислушался: мелодия
показалась ему знакомой, как если бы он знал её с
детства. Мысленно «ухватившись» за незатейливый
мотив, Пётр будто бы вернулся в далёкое детство: он
вспомнил запах булочек с корицей, которые пекла
бабушка, звонок, который приладил отец к его
первому велосипеду, а потом совершенно ясно
осознал, что все эти воспоминания иллюзорны;
достаточно сорвать «ширму» – и он поймёт, кем
является на самом деле. Петру не хватило нескольких
секунд: мелодия оборвалась. Савельев вернулся на
пост, рассуждая о картинках, возникших в его
памяти. А музыкант, высыпав содержимое кепки в
ладонь, последовал за ним.
– Подожди меня здесь, – наказал он псу, и тот улёгся в
тени.
Через четверть часа парень вышел из «Лабиринт», неся
в одной руке упаковку с собачьим кормом, а в другой
уже надкушенный сэндвич.
– Простите, Вы бы не могли достать из моего рюкзака
миску для Приятеля? – обратился музыкант к Петру.
– Без проблем, – охранник отодвинул висевшую за
спиной парня гитару и добрался до рюкзака.
Вскоре миска была обнаружена, а дворовый пёс по
кличке Приятель – накормлен.

Уличный музыкант стал появляться у ТЦ «Лабиринт»
каждый день, и все коллеги Петра, которым довелось
услышать его игру, уверяли, что берущая за душу
мелодия словно переносит их в лучшие моменты
жизни. Через неделю Савельева снова распределили
дежурить у западного входа, и вновь на закате он
вышел на улицу, чтобы насладиться прекрасной
музыкой, хотя раньше никогда не считал себя
меломаном. И опять Петру не хватило всего пары
секунд.
– Великолепно, – владелец «Лабиринта», обычно
работающий до одиннадцати вечера в своём кабинете
на восьмом этаже, неожиданно появился на площади.
– Прошу прощения, молодой человек, а откуда у Вас
эта гитара? – он прищурился, изучая инструмент.
– Тут вот какая странная история, – парень склонил
голову набок. – Неделю назад я шёл домой с учёбы, и
на меня налетел какой-то тип на самокате. Я отскочил
в сторону и врезался в дерево. Сам я особо не
пострадал, а вот моя прежняя гитара восстановлению
не подлежала. На моё счастье, в мастерскую пришёл
дедок, который искал, кому бы пристроить ставший
ненужным инструмент. То ли у него сын занимался да
бросил, то ли ещё чего… – музыкант убрал упавшую
ему на лицо прядь длинных волос. – В общем, дедок
отдал эту гитару мне и посоветовал прийти сюда.
Сказал, что у «Лабиринта» всегда много людей, будет
перед кем выступать. Конечно, это не Fender, но
играть можно.
– Действительно, – кивнул собственник ТЦ, – занятный
рассказ. Прямо-таки экспонат для моего музея
редкостей, – он усмехнулся. – А как выглядел тот
дедок?
77

– Дедок как дедок, – пожал плечами парень. – Длинные
седые волосы, седая борода… Судя по всему, в
молодости с хиппи тусовался. А почему Вы
спрашиваете?
– Неважно, – хозяин «Лабиринта» потёр переносицу. –
Я хотел сказать, что у Вас потрясающая техника
владения инструментом, но, само собой, с этим, – он
указал на гитару, – пробиться на большую сцену не
выйдет. Так что… Как Вас зовут, если не секрет?
– Витя, – музыкант с недоумением уставился на
владельца ТЦ. – А что?
– Очень приятно, – улыбнулся хозяин «Лабиринта». –
Виктор, приходите завтра на обеде в «МузМаг» на
четвёртом этаже – подберём Вам что-нибудь из
нашего ассортимента.
– Но я вряд ли смогу заплатить, – развёл руками
парень.
– Плата не потребуется, – уверил музыканта
собственник ТЦ. – Как раз завтра стартует акция по
обмену старых инструментов на новые. Приходите, не
пожалеете!

– Здравствуйте! – на следующий день Виктор зашёл в
«Лабиринт» с восточной стороны в тот момент, когда
часы над входом показывали ровно час дня. – А Вы не
подскажете, как пройти в «МузМаг»?
– Я Вас провожу, – отозвался Пётр Савельев, который
никак не мог понять, что могло понадобиться хозяину
«Лабиринта» от уличного музыканта.
78

На дверях музыкального магазина и правда был
наклеен рекламный плакат, обещавший покупателям
грандиозные скидки и бесплатную замену старых
инструментов на новые в течение ближайших семи
дней.
– Добрый день! – перед Петром и Виктором словно изпод земли возник невысокий плотный мужчина лет
сорока. Мужчина назвался менеджером Аркадием и
тут же потащил парня смотреть гитары.
Музыкант с восторгом прикасался к палисандровым
декам и серебряным струнам, восхищённо охал и
пробовал играть на разных инструментах, чтобы
почувствовать тот, который подходит именно ему.
Савельев наблюдал за процессом выбора и в какой-то
момент поймал себя на мысли, что знакомая мелодия
больше не пробуждает в нём воспоминаний о
прошлом.
– Я решился! Вот эта! – Виктор протянул менеджеру
«правильный» инструмент, заполнил необходимые
документы по обмену старой гитары на новую и
умчался покорять большую сцену.
– Гас, иди сюда! – позвал менеджер своего помощника.
К
нему
моментально
подскочил
сухощавый
белобрысый парнишка, на груди которого красовался
бейджик «стажёр Гассион». – Отнеси хозяину артефакт
памяти, – он передал помощнику оставленный
музыкантом инструмент.

– Помнишь парнишку, что играл возле входа месяц
назад? – Игорь Никаноров, только что спустившийся с
79

третьего этажа, где располагался фудкорт, достал из
пакет хот-дог и протянул его своему другу и коллеге
Петру.
– Ага, – ответил тот, приступая к перекусу. – Виктор,
кажется.
– Именно так! Так вот, этот Виктор будет сегодня
выступать у нас по случаю дня торговли, – огорошил
Савельева коллега. – Мальчишка играл у какого-то
клуба, и его там приметил продюсер. Представляешь?
Теперь наш уличный музыкант практически звезда:
ротация на радио, больше миллиона просмотров на
YouTube! Если бы сам не знал эту историю, никогда бы
не поверил!
– И не говори, – согласился Пётр.
Тем временем на установленную в центре первого
этажа сцену вышел давешний парень. Он виртуозно
исполнял какую-то популярную песню, общался с
публикой и даже поставил несколько автографов на
футболках фанаток.
Сквозь шум толпы и грохот колонок Савельев
услышал, что внизу кто-то скулит. Он опустил голову и
увидел понурого пса, который когда-то подвывал
мелодии уличного музыканта.
– Что, Приятель, забыл тебя твой друг? – Пётр отдал
псу остаток хот-дога и почесал его за ушком. Тот
принял угощение, затем бросил тоскливый взгляд на
Виктора и побрёл прочь.

ИСТОРИЯ ПЯТНАДЦАТАЯ
Пётр

Савельев, чья рабочая
смена на посту у северовосточного входа в торговый
центр «Лабиринт» только что
закончилась, поднимался на
третий этаж, чтобы взять
чего-нибудь на вынос на
фудкорте: готовить ужин
самостоятельно
у
него
сегодня не было настроения.
Утром
владелец
ТЦ
организовал
внеплановую
проверку службы охраны и
подослал к ним «тайного
покупателя»,
который
пытался пронести в здание
холодное
оружие
–
настоящую казачью шашку.
Мужчина уверял охранников, что всего лишь хочет
устроить фотосессию в фойе «Лабиринта», и требовал
немедленно его пропустить. В ответ на вежливый
отказ мужчина начал размахивать оружием перед
носом Петра и подоспевшего ему на помощь Иван
Семёныча – и в результате ими же и был скручен. Но
когда об инциденте узнал собственник ТЦ,
подчинённые получили самый натуральный выговор
за превышение полномочий и неспособность решить
проблему
посредством
простого
человеческого
общения. Пётр хотел бы посмотреть на то, какие
действия предпринял бы в подобной ситуации сам
владелец «Лабиринта», однако спорить с начальством –
себе дороже.

В расстроенных чувствах Савельев пнул смятую
алюминиевую
банку,
брошенную
кем-то
из
посетителей фудкорта на пол, и его настроение
опустилось ещё ниже: подошва левого ботинка
оторвалась от основы и теперь из носовой части его
«оксфордов» торчали пальцы в ярко-салатовых носках.
Пётр взвыл от досады: ну что за день такой?! Получит
ли он в этом месяце премию, учитывая претензии со
стороны начальства, – большой вопрос. А вот покупку
новой обуви отложить никак нельзя: вряд ли
руководство обрадуется, увидев его на рабочем месте
в кроссовках. Пришлось подниматься на четвёртый
этаж – в сектор обувных магазинчиков.
– Добрый день! – Пётр зашёл в первый попавшийся
бутик и обратился к молоденькой девушке,
выкладывавшей на полки товар из новой коллекции.
– Мне бы оксфорды подобрать. Чёрные, кожаные и…
не слишком дорогие.
– Здравствуйте, – девушка робко улыбнулась. –
Давайте посмотрим, что у нас есть. Я на стажировке
всего неделю, – она продемонстрировала бейджик, на
котором значилось «стажёр 1-й категории», но уже
довольно неплохо изучила ассортимент. Обувь – это
моя страсть! У Вас есть какие-нибудь предпочтения по
материалу верха, подошвы, стельке?
– Нет, – Савельев покачал головой и поплёлся за ней к
полкам с соответствующими его запросу товарами.
– Присаживайтесь, – стажёр указала на плюшевый
пуфик. – И, будьте так любезны, дайте мне свой
ботинок, чтобы я могла определить, какой размер и
характер обуви Вам подходит.

– Пожалуйста, – Пётр протянул девушке тот самый
злополучный левый ботинок и мысленно хмыкнул:
интересно, какой у обуви может быть характер?
Стажёр исследовала полки около четверти часа, но
вместо того, чтобы что-то принести на примерку, она
в полном изумлении уставилась на Петра.
– Что-то не так? – Савельеву не нравилось быть
объектом пристального внимания незнакомых людей.
– А Вы уверены, что он Ваш? – девушка потрясла в
воздухе порванным ботинком.
– В смысле?..
– Ну… Знаете такую пословицу: «пройти милю в чужих
сапогах»?
– Слышал, – кивнул Пётр.
– Так вот! Вы ходите в чужой обуви и, следовательно,
живёте чужой жизнью! – огорошила Савельева стажёр
1-й категории.
– И что мне делать? – Пётр усмехнулся: всё выглядело
так, словно девушка намеревалась его закадрить. С
одной стороны, это было мило, но с другой… Он
пришёл в магазин за покупкой, а не на случайное
свидание.
– К сожалению, у меня не вышло найти для Вас
идеальную
пару
из
представленного
здесь
ассортимента, – она виновато отвела глаза (ну точно
флиртует!), – но думаю, что наша менеджер Вам
поможет.

Стажёр умчалась в подсобное помещение и вскоре
вернулась с рыжеволосой дамой лет сорока пяти.
Следом за той шли двое мужчин, которых любой
моментально заподозрил бы в близком родстве.
– Благодарю, душечка, – старший из них –
приземистый и низкий – поцеловал руку женщины. –
Надеюсь, мой сын поймёт, каково это – быть в моих
башмаках!
– Пока не за что, – дама тряхнула волосами. – На
всякий случай напоминаю, что покупку можно
вернуть только в течение месяца. Да и носить чужую
обувь дольше этого срока также не рекомендуется.
Покупатели заверили женщину, что всё прекрасно
поняли, и удалились, а она направилась к Савельеву.
– Добрый день, – менеджер прищурилась на Петра, и
тот испытал странное чувство, будто его просветили в
рентген-аппарате. – Хм… Любопытно… Подождите-ка
пару минут.
Женщина направилась к прилавку с кассой и
стационарным телефоном. Она подняла трубку,
набрала номер и, когда собеседник ответил, сказала:
– У нас чрезвычайная ситуация. Требуется Ваше
участие.
Закончив разговор, она снова подошла к Савельеву и
начала выяснять, как долго он носил порвавшиеся
ботинки и сколько пар обуви у него дома. Стажёр тем
временем вновь сосредоточилась на распаковке
коробок из новой коллекции.
– Послушайте, к чему все эти расспросы? – Пётр
тяжело вздохнул. – Что происходит? Зачем Вы
84

морочите мне голову? Нет моего размера или нужного
фасона, так и скажите!
– Надо же как грубо! – в магазинчик шагнул хозяин
«Лабиринта». – Наа́ма старается тебе угодить, а ты ей
хамишь!
– Всё в порядке, – женщина профессионально
улыбнулась. – Я попробую подобрать что-то похожее
на
прежние
оксфорды,
–
она
адресовала
вопросительный взгляд владельцу ТЦ, и тот один раз
моргнул.
Спустя десять минут Пётр стал обладателем новой
пары обуви, которая практически ничем не
отличалась от старой, и, покинув бутик, спустилсятаки на третий этаж за бургером.
Когда он уже планировал пойти домой, перед ним, как
из-под земли, возникла стажёр из обувного. В руках у
неё была коробка.
– Возьмите, – она вручила свою ношу Петру. – Эти
обязательно Вам подойдут! Носите их – и Ваша жизнь
изменится к лучшему!
– Спасибо, – Савельев принял коробку. – А сколько я
Вам за них должен?
– Нисколько, – девушка сжала его руку. – Если что, то
меня зовут Кали, и я на Вашей стороне.
Спросить у девушки, что она имела ввиду, Савельев не
успел: стажёр просто растворилась в воздухе, оставив
недоумевающего Петра перед витриной с бургерами.

ИСТОРИЯ ШЕСТНАДЦАТАЯ

– Эй, браток! – голос посетителя, подошедшего к
северо-западному входу торгового-центра «Лабиринт»,
показался Петру смутно знакомым.
– Добрый вечер, – Пётр Савельев,
охранником в «Лабиринте» больше
повернулся к посетителю и увидел
молодого крепкого парня под два метра

работающий
восьми лет,
перед собой
ростом.

– Помнишь меня? – хитро улыбнулся тот: лукавый
прищур умудрённого опытом проныры абсолютно не
подходил юному открытому лицу.
Савельев внимательно изучил собеседника и пришёл к
выводу, что «да, помнит»: около полугода назад музей
истории
народов
мира
обокрали,
тогда
же
разыскиваемый органами гражданин Прошкин
наведался в ателье «Новая жизнь», расположенное гдето между этажами «Лабиринта» (Пётр строил разные
версии относительно того, где же на самом деле
размещались
все
эти
инфернальные
ателье,
алхимические лаборатории и прочие подозрительные
конторы, но, к сожалению, ни одну из теорий нельзя
было ни подтвердить, ни опровергнуть). Там бывшему
вору в прямом смысле слова сшили новую личность и
внешность. И теперь актуальная версия гражданина
Прошкина опять зачем-то пожаловала в ТЦ.
– Хотите ещё раз сменить облик и условия жизни? –
предположил Савельев.
– Нет, – усмехнулся бывший вор. – Текущее положение
дел меня более чем устраивает. Только вот спать
спокойно не могу, – он внезапно помрачнел. – Меня же
раньше никогда кошмары не мучали – и вдруг такое!
– гражданин Прошкин развёл руками, не в силах
выразить степень своего возмущения словами.
– И как мы можем Вам помочь? – Пётр взял в руки
планшет, в котором хранилась информация обо всех
организациях, арендующих площади в «Лабиринте».
– Мне сорока на хвосте принесла, что есть у вас
химчистка с поэтичным названием «Чистая совесть», –
бывший вор хмыкнул. – Покажешь, куда идти?
87

Савельев вбил название химчистки в поисковую
строку – и на экране в ту же секунду появилась
подробная инструкция, состоявшая из пяти пунктов:
1) сопроводить посетителя до служебного лифта,
2) зайти вместе с посетителем в лифт,
3) нажать на панели с кнопками комбинацию из
чисел «4» и «5»,
4) передать посетителя менеджеру «Чистой
совести» у выхода из лифта,
5) вернуться на пост.
В конце четвёртого пункта стояла красная звёздочкасноска, а внизу экрана крупным красным шрифтом
сообщалось, что сотрудникам охраны ТЦ строго
запрещено находиться на площадях «Чистой совести».
– Конечно, покажу! – Савельев связался по рации со
своим
непосредственным
начальником
Иван
Семёнычем и оповестил того, что отлучится с поста,
чтобы
доставить
гражданина
Прошкина
до
химчистки.
Тем, что после нажатия указанных в инструкции
кнопок свет в лифтовой кабине начал мигать всеми
цветами радуги, Петра уже было не удивить: за годы
работы в «Лабиринте» он видел и более странные вещи.
Однако в тот момент, когда лифт вместо того, чтобы
подняться, стал стремительно падать вниз, Савельев
вздрогнул. Впрочем, падение длилось недолго – секунд
десять. А затем двери разъехались в стороны – и Пётр
с гражданином Прошкиным шагнули в крошечное
прямоугольное помещение с серыми стенами, полом и
потолком. Прямо напротив них стоял указатель со
стрелкой вниз и надписью «Чистая совесть», а сразу за
указателем скрывалась лестница, по которой к
мужчинам навстречу почти что вприпрыжку бежал
88

парень лет восемнадцати-двадцати. Савельев твердил
себе, что таращиться на кого бы то ни было некрасиво,
но проснувшееся чутьё требовало рассмотреть
сотрудника химчистки во всех деталях, чтобы занести
данные о нём в блокнот с загадками «Лабиринта».
Парень был одет в белую рубашку с длинным рукавом,
чёрную жилетку и чёрные шорты, из которых торчали
огромные птичьи лапы. А к нагрудному карману
жилета был пристёгнут бейджик: «клиентский
менеджер Иван Нечистых».
– Доброго времени суток, – менеджер встал рядом с
указателем, загородив собой обзор на лестницу. – Что
Вас интересует? Устранение пятен с ауры? Чистка
кармы? Искоренение зависимостей? – парень
вытянулся в струну и изобразил профессиональный
оскал.
– Очищение совести, – бывший вор тяжко вздохнул.
– Отлично! – сотрудник химчистки просиял: похоже,
озвученная
процедура
относилась
к
числу
дорогостоящих. – Нам с Вами надо будет спуститься
на минус третий этаж – в прачечную, а Вы, –
обратился парень к Петру, – возвращайтесь в лифт.
– Нет, он пойдёт с нами, – возразил гражданин
Прошкин. – Он – типа мой талисман, удачу мне
приносит.
– Один момент, – менеджер Иван по-птичьи склонил
голову набок, и его глаза остекленели.
– Слышь, пацан, ты чего? – бывший вор потряс
застывшего, словно статуя, парня за плечо, но тот
«отвис» лишь через минуту.
89

– Руководство не против, – прощебетал сотрудник
химчистки. – Следуйте за мной.
Пётр, к сожалению, не видел, что происходило за
закрытыми дверьми на минус первом и минус втором
этажах, но прачечная оказалась совершенно не такой,
какой Савельев её себе представлял. Минус третий
этаж «Чистой совести» идеально подошёл бы для
съёмок какого-нибудь фильма в жанре киберпанка: у
правой
стены
гигантского
помещения
были
установлены ряды столов с мониторами, за которыми
сидели, судя по птичьим лапам, сородичи менеджера
Ивана; а в левую стену были вмонтированы капсулы,
внутри которых, если как следует приглядеться,
можно было различить человеческие силуэты.
Менеджер подвёл гражданина Прошкина к одному из
столов с мониторами:
– Это наш очиститель совести – Роман! –
отрекомендовал он своего коллегу, на столе которого
обнаружился кубок с надписью «лучший эксперт XX
века».
– Буду рад помочь, – Роман вскочил на лапы и стал
бегать кругами вокруг бывшего вора, принюхиваясь и
присматриваясь к нему. Спустя десять минут он
устало плюхнулся на стул. – Всё ясно! Мы поступим
следующим образом: для начала Вы зайдёте в
разделитель, – лучший эксперт кивнул на капсулу, –
после чего мы вынем из Вас душу, потом извлечём из
души совесть и поместим её в стиральную машину.
Процедура очистки продлится около двух суток, а Вы
всё это время будете спать. Возьмите, – он протянул
гражданину Прошкину толстый журнал. – Выберите в
каталоге сновидений, где бы Вам хотелось побывать в
ближайшие два дня.
90

– Вынете душу, говоришь? – бывший вор нахмурился.
– А без этого никак?
– Увы, никак, – Роман отвёл взгляд. – Но уверяю,
мероприятие не доставит Вам ни малейшего
дискомфорта, наоборот – расслабитесь, отдохнёте,
почувствуете себя так, будто заново родились.
– Расстаться, пусть и всего на два дня, с душой? –
гражданин Прошкин почесал нос. – Пожалуй, к такому
я пока не готов.
– Как знаете, – пожал плечами лучший эксперт. – Если
что, обращайтесь, мы работаем почти круглый год:
каждые двенадцать лунных месяцев из тринадцати.
Вань, проводи клиента к лифту.

– Неправильно это как-то – без души, – поделился с
Савельевым сомнениями бывший вор, когда они оба
вышли из лифта на первом этаже «Лабиринта». –
Скажи, ты бы на моём месте согласился?
– Не думаю, – покачал головой Пётр.
– Вот и я не думаю, – гражданин Прошкин пожевал
губами. – Ладно, бывай! Может, свидимся ещё какнибудь, – он помахал рукой и быстро зашагал к
выходу.
– До свидания, – крикнул ему вслед Савельев и
поспешил на пост, пока начальник не начал его
разыскивать.

ИСТОРИЯ СЕМНАДЦАТАЯ
– Здравствуйте! Что за
бардак
у
вас
здесь
творится?! – к Петру
Савельеву, дежурившему
на посту у восточного
входа в торговый центр
«Лабиринт»,
подбежала
взволнованная блондинка
лет тридцати.
– Не переживайте, мы во
всём
разберёмся,
–
поспешил успокоить её
охранник. – Что у Вас
случилось?
– У меня?! – возмутилась
женщина. – Это не я
пустила в торговый центр
цыганский табор! Они
уже не меньше получаса
на втором этаже народ обрабатывают!
– У Вас что-то украли? – Пётр присмотрелся к
небольшой дамской сумочке, висевшей на плече
блондинки. На первый взгляд, всё было в порядке:
молния застёгнута, порезов и проколов нет.
– Вот ещё! На меня все эти фокусы с гипнозом не
действуют, – надменно фыркнула женщина и
походкой от бедра продефилировала на выход.
– На меня, к сожалению, тоже, – тихо прошептал
Савельев, вспомнивший о неудавшемся сеансе у
профессионального гипнолога.
92

Пётр вызвал по рации начальника службы охраны и
сообщил о том, что от посетительницы поступил сигнал
о
возможном
совершении
преступления
на
территории ТЦ, поэтому он вынужден оставить пост с
целью проверки полученной информации.
В просторном холле второго этажа действительно
происходило нечто странное: молодые женщины в
ярких цветастых платьях, с массивными браслетами
на тонких запястьях и бусами на изящных лебединых
шеях организовали что-то типа гадального салона
прямо посреди «Лабиринта». Савельев насчитал
дюжину невысоких раскладных столиков, к которым
выстроились очереди из покупателей ТЦ.
– Что, дорогой? – за плечом Петра раздался
мелодичный женский голос, который меломаны
определили бы как контральто. – Не можешь
определиться, к кому обратиться за советом?
Савельев обернулся и увидел симпатичную, но крайне
необычную цыганку с тёмно-синими волосами и
разноцветными глазами: правый – зелёный, левый –
серый.
– Заниматься предпринимательской деятельностью на
территории торгового центра без разрешения
администрации запрещено, – предупредил он
девушку.
– Мы ничего не продаём и не покупаем, – равнодушно
заметила цыганка. – Кто виноват в том, что люди
желают узнать грядущее? – она пожала плечами. –
Такова их природа.

– Если ваша компания не покинет «Лабиринт» сию же
секунду, мне придётся вызвать полицию, – отчеканил
Савельев.
– М-да… – девушка неодобрительно покачала головой
и уставилась на Петра. – Ты, как я погляжу, совсем
себя потерял. Поторопись! Пропажу нужно найти,
пока Нептун не перешёл в следующий зодиакальный
знак. Иначе никогда не вспомнишь, кто ты есть.
– Как это? – охранник нахмурил брови.
– Многие лета назад мой народ отправился в
странствие из своего мира, но путь был слишком
долгим: и когда люди решили вернуться, оказалось,
что те, кто знал, где находится наш дом, давно
сгинули. С тех пор мы скитаемся по измерениям в
надежде почувствовать место, способное принять нас
как родных. Мы рождаемся, взрослеем и умираем в
дороге. Упустишь шанс – повторишь нашу судьбу.
– Что я должен делать? – Пётр внезапно понял, что в
словах предсказательницы кроется ответ – нужно
лишь истолковать его надлежащим образом. Он взял
цыганку за руку, и девушка изменилась в лице: её
глаза расширились, скулы заострились, а рот стал
открываться и закрываться, как если бы она что-то
говорила, однако охранник не услышал ни единого
звука. Через минуту она пришла в себя и резко
отдёрнула руку, чтобы не касаться Савельева.
– Мой народ почитает твоего вечного соперника,
поэтому я не имею права рассказывать тебе истину.
Но то, как дела обстоят сейчас, – абсолютно
неправильно! Более того, это опасно! Точка перехода
не может принадлежать кому-то одному: если
равновесие не будет восстановлено в ближайшее
94

время, все миры начнут сворачиваться, – цыганка
вздрогнула. – Покажи ладони, только не дотрагивайся
до меня.
Недоумевающий Пётр вытянул руки перед собой,
развернул их ладонями вверх и вместе с гадалкой
принялся изучать начерченные на них линии.
– То, что я вижу, – девушка недовольно поджала губы,
– наносной слой, он относится к твоей искусственной
личности. Сотри, – она достала из кармана платок и
передала его Савельеву.
Охранник выполнил инструкцию и хотел было вернуть
клочок ткани цыганке, но та отказалась его забирать.
– Оставь себе: твоя энергия, пусть и в таких
незначительных количествах, может мне навредить, –
объяснилась
предсказательница.
–
Давай-ка
посмотрим, что получилось, – она вновь вгляделась в
линии жизни и судьбы Петра.
– Что там? – обычно спокойный Савельев
почувствовал, как все нервы, что есть в его организме,
смотались в тугой клубок и сконцентрировались в
области
горла.
Он
попытался
сглотнуть
образовавшийся комок, но тот ни в какую не желал
проваливаться в желудок.
– Скоро всё разрешится, – голос девушки стал ещё
ниже, а глаза закатились. – К тебе явится скорбящий
об утрате, а после замурованный проводник укажет
направление поисков. Ничему не удивляйся и не
вздумай отступать!
Цыганка шумно втянула воздух, отошла на шаг назад
и врезалась в выросшего за её спиной, словно из-под
земли, владельца «Лабиринта».
95

– Что тут у нас? – хозяин торгового центра
прищурился. – Не припомню, чтобы я согласовывал
прошение об учреждении магического салона в стенах
моего заведения.
– Мы просто путешествуем, – девушка потупилась. –
Надолго не задержимся.
– Семёныч, – позвал собственник ТЦ начальника
отдела охраны, – покажи нашим транзитным
пассажирам, где в «Лабиринте» зона вылета.
Иван Семёныч подскочил к цыганке:
– Пройдёмте, гражданочка! – он покрутил головой из
стороны в сторону и добавил: – И подруг своих
позовите, будьте так любезны. А ты, – рыкнул
начальник на Савельева, – марш на пост! О
нарушении трудовой дисциплины после поговорим!

Пётр спустился к восточному входу в «Лабиринт» и,
устроившись возле рамки-металлодетектора, вдруг
осознал, что до сих пор сжимает в руках платок,
уничтожающий всё наносное. Он бережно сложил
кусочек цветастой материи и убрал его в карман
пиджака.
По окончании смены Савельев нёсся домой на всех
парах. Добравшись до квартиры, он распахнул дверь
и помчался в ванную, чтобы протереть волшебным
платком лицо и узреть себя настоящего.
Но стоило Петру взглянуть в зеркало, как он в тот же
миг с криком ужаса отшвырнул цветастую тряпку
прочь: сквозь привычный облик охранника Савельева
96

проступали черты лица, которое было ему хорошо
знакомо, – и это было лицо хозяина «Лабиринта».

ИСТОРИЯ ВОСЕМНАДЦАТАЯ
Пётр

Савельев проспал
до обеда: сегодня он
работал
во
вторую
смену, а значит, мог
позволить
себе
отдохнуть
подольше.
Первым делом после
пробуждения
он
направился в ванную
комнату, где с опаской
заглянул в зеркало. К
огромному облегчению
Петра, его отражение
было самым что ни на
есть обычным и, что
важно, ни капельки не
похожим
на
собственника торгового
центра «Лабиринт», в
котором Савельев уже
больше
восьми
лет
трудился охранником.
«Что же это было за наваждение?» – Пётр недоверчиво
покосился на платок, что ему вчера дала загадочная
цыганка, утверждавшая, что её табор путешествует
по мирам: кусочек цветастой материи валялся на полу
– ровно там, куда мужчина его бросил. Савельев не
любил бардак в доме, потому подцепил тряпицу
кончиками пальцев, повесил её на край раковины и
аккуратно расправил.
Затем Пётр завершил водные процедуры и занялся
приготовлением завтрака и обеда в одном флаконе.
98

Уплетая за обе щеки омлет с беконом, он продолжил
рассуждать о вчерашних событиях. По всему
выходило, что гадалка всё-таки сумела воздействовать
на его сознание, а ещё может статься так, что платок
был обработан каким-то наркотическим веществом,
вызывающим галлюцинации. Несмотря на все те
странности, с которыми Савельев столкнулся за время
работы в «Лабиринте», он по-прежнему был уверен, что
всему произошедшему должно найтись логическое
объяснение. В конце концов, когда-то давно люди
считали молнии оружием богов, а не атмосферным
явлением, зато теперь каждый школьник знает, что
это такое. Возможно, с другими мирами и их
обитателями та же история: до тех пор, пока наука их
официально не откроет, человечество будет сочинять
собственные теории.
Пётр сверился с настенными часами в своей
крохотной кухоньке – пора. Он снял с вешалки
рубашку и костюм, достал из шкафа чистые носки,
надел вещи и начал обуваться, но внезапно
почувствовал, что купленные не так давно ботинкиоксфорды ему жмут. «Точно какой-то “химозой” меня
траванули, – предположил Савельев. – Вот и ноги в
результате отекли». Он распахнул дверцы низенького
комода и отыскал там коробку с парой ботинок,
подаренных ему стажёркой из обувного: новенькие
дерби сели идеально. «Наконец-то всё правильно», –
промелькнула в голове Петра случайная мысль. Что
«всё» и как «правильно», он не понимал, но настроение
моментально стало благостным – и, удовлетворённо
улыбаясь, Савельев поспешил на работу.

– Верните её! – у северо-восточного входа в ТЦ, возле
которого Петру предстояло нести дежурство до
одиннадцати вечера, молодой человек в алой рубашке
порывался схватить за грудки владельца «Лабиринта».
– Был бы рад помочь, – отозвался тот, отступая на шаг
назад, – но не понимаю, о чём Вы толкуете.
– Моя сестра у Вас! Где Вы её держите?! – парень
кинулся на хозяина ТЦ, но был перехвачен сменщиком
Петра – Игорем Никаноровым.
– Я никогда никого не удерживаю в стенах
«Лабиринта» против их воли, – процедил сквозь зубы
собственник «Лабиринта». – Но, если Вы настаиваете
на том, что Ваша сестра здесь и желаете лично
осмотреть наши помещения, не стану препятствовать
– при условии, что Вы будете вести себя прилично и не
помешаете другим посетителям, – руководитель
быстрым шагом удалился к служебному лифту,
оставив молодого человека на попечение двух
охранников.
Никаноров горестно вздохнул:
– Кажись, я тут застрял и на день рождения
племянника не попаду. Помнишь Вольфа?
– Конечно, – кивнул Савельев.
– Ему нынче шесть, ещё год пролетит – и в школу
пойдёт, но уже вовсю учится читать и писать: я ему в
«Монархии» подарок выбрал, – Игорь выудил из
кармана
пиджака
миниатюрную
книжицу
с
названием «Первый оборот. Мифы и легенды».

100

– Здо́рово, – одобрил Савельев. – Иди на день
рождения, я разберусь, – он повернул голову в сторону
притихшего парня.
– Правда? – обрадовался сменщик. – Петь, большое
тебе волч… человеческое спасибо!
– Ну что, – стоило Никанорову умчаться на праздник,
как Савельев приблизился к молодому человеку в алой
рубашке,
парень
ему
кого-то
напоминал.
–
Рассказывай, что у тебя стряслось и как помочь
твоему горю.
– Я – А́льберт, – тот гордо расправил плечи. – Я ищу
младшую сестру. Она спасла всех нас, но сама
сгинула.
– И как сестру зовут? – уточнил Пётр, заранее зная,
какой ответ услышит.
– Амалия… – молодой человек вдруг шмыгнул носом. –
Это я во всём виноват! Если бы не моё стремление
жениться по любви, ведьма не наложила бы на
королевский двор заклятие безвременья, а Амалии не
пришлось бы обращаться к мастеру Омнипотентусу,
чтобы он нас расколдовал!
– Тише-тише, – Савельев постарался успокоить
наследного принца неведомого королевства. – Мастер
Омнипотентус – это, как я понимаю, владелец
«Лабиринта»?
– Не уверен, что это его настоящее имя, – пожал
плечами парень.
В мозгах Петра закрутились шестерёнки: да, он лично
видел манекен, одетый в платье девочки, но можно ли
на основании увиденного заключить, что она
101

превратилась в куклу? Вдруг это хитрый план, чтобы,
например, потребовать выкуп у отчаявшихся родных?
«А как ты объяснишь тот факт, что вся её семья тоже
была манекенами?» – ехидно поинтересовался
внутренний голос, но Пётр от него отмахнулся.
– Не переживай, мы придумаем, как её вызволить, –
пообещал Савельев принцу.
– Благодарю за поддержку, – молодой человек грустно
усмехнулся, – но боюсь, что моё предприятие
безнадёжно. Как только мы очнулись, я сразу нанял
лучшего мага в королевстве, однако вся его сила
помещалась в посохе, который после воздействия
заклятия пришёл в негодность.
– Подожди-ка… – Пётр на мгновение «завис».
Выяснив у принца, как выглядел нанятый им
кудесник, он сделал вывод о том, что безумец,
напавший некоторое время назад на собственника ТЦ
и отправленный полицией в психиатрическую
больницу, и есть искомый маг.
– Получается, что он в вашем мире? И его магический
инструмент утрачен? – парень спрятал лицо в ладонях
в попытке скрыть эмоции, которые особам
королевской крови не пристало демонстрировать на
публике.
– Поступим так… – Савельев испытал острое чувство
несоответствия, и это чувство доставляло ему почти
что физический дискомфорт, для устранения которого
всё нужно было вернуть на положенные места: посох –
безумному старику, принцессу – её семье. – Я узнаю,
куда отвезли мага, и мы вместе его навестим, а он
подскажет нам, что делать. До той поры можешь
102

поселиться у меня. Не королевский двор, конечно, но
хоть что-то.
– Почему Вы мне помогаете?
– Потому, – Пётр переступил с ноги на ногу, отмечая
про себя, насколько же удобными оказались
подаренные ботинки, – что так будет правильно.

103

ИСТОРИЯ ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
–

Можно ехать, – Пётр Савельев закончил говорить по
мобильному и победно потряс в воздухе блокнотом. Он
добыл-таки адрес психиатрической лечебницы, куда
104

поместили безумного старика, намеревавшегося
поколотить посохом владельца торгового центра
«Лабиринт», где Савельев работал охранником.
– Я готов, – А́льберт, наследный принц иномирного
королевства, временно проживающий в квартире
Петра, подскочил с табуретки и ударился головой о
кухонный шкаф: он до сих пор не мог привыкнуть к
крошечным комнаткам, в которых ютились жители
этого мира.
– Осторожнее, – Савельев побарабанил пальцами по
блокноту. – Только нам нужно продумать легенду…
Скажем так, мы с тобой – братья, а маг – наш
выживший из ума дед, ушедший из дома много
месяцев назад. Как его зовут?
– Мастер О́йген, – принц с опаской покосился на угол
навесного шкафа и направился в прихожую, где чуть
не споткнулся об обувную тумбочку.
– Значит, будет дедом Женей, – постановил Пётр и,
слегка потеснив недоумевающего Альберта, достал из
тумбочки пару ботинок – тех самых, в которых он
чувствовал себя самим собой, как бы странно это ни
звучало.

Здание больницы – бетонная коробка, выкрашенная
много лет назад жёлтой краской, что облупилась по
углам и в местах стыка плит, – находилось на окраине
города, потому добираться до него пришлось почти
два часа.

105

– Здравствуйте! – Савельев склонился к окошечку, за
которым сидел щуплый мужичок в форме охраны. –
Мы с братом почти год разыскиваем деда – Савельева
Евгения Петровича. У него проблемы с памятью и
мировосприятием. В один из дней он уехал из своего
деревенского домика, якобы в гости к внукам – то есть
к нам, но в нашей квартире так и не объявился.
Говорят, что похожий человек проходит лечение здесь.
– Вот оно что, – мужичок хмыкнул и набрал на
стационарном телефоне с диском внутренний номер.
– Галь, напомни-ка, что твой пророк в последние дни
предсказывал.
Женский голос в трубке что-то пробубнил.
– За ним и правда внуки пожаловали. Сейчас к тебе
провожу, – охранник больницы нажал на кнопку – и
лампочка на турникете загорелась зелёным.
Всё то время, пока трое мужчин пешком поднимались
на пятый этаж (палата мага располагалась именно
там, а все лифты в здании третий месяц кряду были
на ремонте), Пётр и Альберт были вынуждены слушать
рассказы о своём «чудаковатом дедушке».
– И всё-таки какой-то дар у вашего деда имеется, – не
унимался щуплый мужичок. – Галю – это его лечащий
врач – он предупредил про сына. Она, конечно, не
поверила, что её балбес великовозрастный задолжал
букмекерам кругленькую сумму, однако решила
проверить на всякий пожарный. Всё подтвердилось! А
потом старик подсказал, какую ставку ему сделать,
чтобы отыграться.
– Надеюсь, с сыном Галины всё хорошо, –
посочувствовал горю врача принц, который тоже чуть
106

не попался на рекламную удочку подобной конторы:
благо, Пётр его вразумил.
– Лучше не бывает, – поддакнул охранник больницы. –
А меня он домой к матушке заставил бежать. Еле
успел: у неё инсульт случился, если бы я скорую в тот
момент не вызвал, был бы сиротой теперь. На «Битву
экстрасенсов» вашему деду надо!
– Так это же антинаучно всё, – усмехнулся Савельев.
– Антинаучно, – согласился мужичок. – Но ведь
работает! А тараканы… У кого из нас их нет?
Альберт адресовал Петру вопросительный взгляд, мол,
причём
тут
тараканы?
Тот
в
ответ
лишь
неопределённо пожал плечами, заранее представляя,
какой занимательный разговор у них состоится после
освобождения мага.
– Пришли, – охранник постучал в дверь и, услышав
заветное «Войдите!», передал «внуков» пациента его
лечащему врачу Галине.
Та обрадовалась, узнав, что у старика есть родные
люди, но предупредила, что не сможет выписать его
вот так сразу, потому как расстройство личности у
деда Евгения, который сам себя именует мастером
Ойгеном, всё-таки имеется.
– Можете с ним пообщаться, – она подвела «внуков» к
двери с номером восемь. – Вашему дедушке нужны
покой и тишина, поэтому мы выделили ему отдельную
комфортабельную палату.

107

– Я вас ждал, – заявил мастер Ойген вместо
приветствия, – и организовал всё так, чтобы вас
пустили без лишних препятствий.
– Мастер, мы заберём Вас отсюда, – принц присел на
краешек кровати старика.
– Нет, – покачал головой маг. – Я пока что останусь
здесь. Где ещё найдёшь безопасное место с крайне
занимательными собеседниками и трёхразовым
питанием? К тому же, меня никто тут не держит: я
могу отлучаться, куда пожелаю.
– Но как же моя сестра?.. – Альберт побледнел и потёр
переносицу, чтобы сдержать подступающие слёзы.
– Спасти Её Высочество Амалию поможет твой
спутник, – предрёк мастер Ойген. – Впрочем, сначала
ему для этого нужно разобраться в себе, – маг
прищурился на Петра. – Спрашивай!
Пётр боялся что-либо упустить, посему он достал из
кармана пиджака блокнот и стал зачитывать все
заметки о необычных происшествиях в «Лабиринте».
– И каков же твой вопрос? – мастер Ойген с искренним
интересом разглядывал Савельева, словно видел его в
первый раз.
– Кто я такой? И как помочь Альберту? – Пётр кивнул
на принца, который переместился к окну и теперь
обречённо в него пялился.
– Это целых два вопроса, – заметил маг, – но, так и
быть, отвечу на оба. В начале времён не было ничего,
кроме крошечной точки, содержащей в себе
непроявленный потенциал множества миров. Когда
эта точка вышла из себя, для того чтобы стать целой
108

Вселенной, она создала семь пар принципов. Каждая
пара заключала в себе полярные элементы, на базе
которых и выстроилось мироздание, каким мы его
знаем и любим, – начал рассказ мастер Ойген.
– Простите, – прервал его Пётр. – А можно ближе к сути
проблемы?
– Это и есть самая суть, – маг звонко, что совершенно
не соответствовало его возрасту, рассмеялся. – Ладно,
зайдём с другой стороны. Как думаешь, почему
вытерев лицо волшебным платком, ты стал похож на
кого-то другого?
– Понятия не имею, – недовольно буркнул Савельев: он
надеялся, что старик даст инструкции или хотя бы
совет, но нет – тот решил поиграть в «угадайку».
– Что ж, не буду тебя мучить, – выдохнул мастер Ойген,
заметив перемены в настроении Петра. – Волшебный
платок снял верхний искусственный слой твоей
личности и показал тебе, какой потенциал в тебе
скрыт.
– Выходит, я могу стать хозяином торгового центра, в
котором работаю? – предположил Савельев. – И как
это поспособствует поиску ответов на мои вопросы?
– Ни в коем случае! Место перехода между мирами
вообще не может принадлежать кому бы то ни было! –
маг нахмурился. – Это крайне опасно для всех
существующих измерений.
– Цыганка говорила то же самое…
– Умная девочка, – похвалил гадалку мастер Ойген. –
Итак, ты – его отражение. Что это означает?
109

– То, что их силы и возможности равны, но они
принадлежат разным полюсам, – подал голос принц,
не поворачивая головы.
– Именно! – просиял маг и ласково посмотрел на Петра.
– Это всё, что я могу поведать относительно твоей
личности, «внучок». Остальное ты должен вспомнить
самостоятельно. Я планировал «разбудить» твою
память, направив к тебе бродячего музыканта с
подходящим артефактом, но парнишка потерял
гитару и провалил возложенную на него миссию.
– А что с Амалией? – Савельев был раздосадован:
старик водит его за нос!
– О, тут всё просто! – бодро отозвался мастер Ойген. –
Тебе нужно добыть мой посох, починить его в
мастерской, а затем коснуться его навершием
принцессы – и она вновь оживёт.
– Действительно просто, – Пётр растянул губы в
кривой улыбке. – Осталось найти посох, мастерскую и
принцессу. Всего-то делов!
Внезапно в сознании Савельева возник образ
владельца «Лабиринта»: тот, как всегда, был одет в
классический костюм, и на лацкане пиджака блестела
английская булавка, в которой Пётр без особого труда
опознал уменьшенный посох мастера Ойгена.
– Стоп! Кажется, я знаю, где спрятан посох, – Савельев
поделился догадками с магом.
– А проход в мастерскую определённо находится гдето в «Лабиринте», – подключился к решению
головоломки Альберт. – И теоретически посох сам
укажет нам дорогу.
110

– Верно! Что касается Амалии, – маг почесал бороду, –
то её вы с наибольшей вероятностью отыщете в музее
редкостей. Я слышал, что тот, кто известен нам под
именем мастера Омнипотентуса, коллекционирует
уникальные вещи, явления, эмоции и чувства. В
принцессе
его,
как
я
полагаю,
привлекла
жертвенность: пойти на всё даже ради близких людей
сумеет не каждый.
Пётр попытался в очередной раз мысленно разложить
задачу на составляющие, но вдруг понял, что в ней
гораздо больше компонентов. Где-то в музее редкостей
хранится настоящая любовь, упомянутая гитараартефакт и бог знает что ещё! И все эти вещи, явления,
эмоции и чувства находятся не там, где им положено
быть.
– Вам пора! – мастер Ойген неожиданно поднялся с
кровати и, подхватив Петра и принца под руки,
потянул
их
в
сторону
платяного
шкафа,
установленного прямо возле окна.
– Куда? Зачем? – Альберт завертел головой по
сторонам.
– Что происходит? – Савельев высвободился из захвата
мага.
– Откройте дверь, – старик ткнул пальцем в дверцу
шкафа, – и уходите! Он близко!
Принц шагнул внутрь первым – и исчез. Пётр же не
торопился следовать за Альбертом: он недоверчиво
прищурился на мастера Ойгена, ожидая пояснений.
– Прошу! – прошептал маг, делая страшные глаза. –
Быстрее!
111

Савельев не стал спорить со стариком и, уже заходя в
шкаф, столкнулся взглядом с собственником ТЦ, что
стремительно ворвался в палату мага. Однако мастер
Ойген успел захлопнуть за Савельевым дверцу – и
через несколько секунд Пётр обнаружил себя стоящим
рядом с Альбертом в переходе между восточным и
южным блоком «Лабиринта».

112

ИСТОРИЯ ДВАДЦАТАЯ

– Я пойду с тобой! Ама́лия – моя сестра! – А́льберт
подорвался с табуретки и в который раз ударился
головой об угол навесного шкафа. – Ай! – он потёр лоб.
– Я не могу остаться в стороне.
Вечерние посиделки на кухне превратились в некое
подобие военного совета в миниатюре: Пётр и Альберт
намеревались разработать стратегию действий – от
«захвата» посоха до возвращения принца и принцессы
113

в их родной мир. Что делать дальше с собственной
жизнью Пётр Савельев пока что не понимал, но об
этом он подумает после того, как расставит всех и вся
по правильным местам.
– Приложи ко лбу, чтобы шишки не было, – Пётр достал
из холодильника кубик льда и передал его принцу. –
Альберт, если ты пойдёшь со мной, я не смогу
гарантировать твою безопасность.
– Но без меня у тебя вообще ничего не выйдет! –
молодой человек всплеснул руками и чуть не разлил
чай. – Как ты живёшь в этой крошечной каменной
клетке?
– Хороший вопрос, – Савельев вспомнил о документах
на квартиру и помрачнел. – Это жильё принадлежит
организации,
управляющей
торговым
центром
«Лабиринт». Значит, его хозяин может заявиться сюда
в любой момент.
– Когда всё закончится, мы подберём тебе приличный
дворец в нашем королевстве, – пообещал принц. – А
сейчас сосредоточимся на реализации первого этапа
нашего плана. Я снова приду в «Лабиринт» и потребую,
чтобы мастер Омнипотентус отдал Амалию, устрою
потасовку, а ты бросишься нас разнимать и незаметно
снимешь булавку-посох с лацкана его пиджака.
– Не уверен, что он меня к себе подпустит, – тяжело
вздохнул Савельев. – Хотя…
Идея, оформившаяся в сознании Петра, была
одновременно простой и дерзкой. Мужчина помчался
в комнату и достал из комода вязаную шапку, которую
когда-то отобрал у мальчишки, промышлявшего в ТЦ
воровством.
114

– Эта вещица нам пригодится, – Савельев вернулся на
кухню. – Гляди, Альберт! – он надел шапку и исчез.
– Петь, ты где? – принц изумлённо хлопал ресницами
и ощупывал воздух в том месте, где только что стоял
Пётр.
– Вот он я, – Савельев снял головной убор. – Тебе не
придётся устраивать потасовку, просто отвлеки его
разговором. Мой работодатель ведь сам предлагал тебе
войти и убедиться в том, что Амалии нет в
«Лабиринте». Скажешь ему, что за этим и явился.

Всё прошло как по маслу: владелец ТЦ спустился к
входу по первому требованию и без возражений
согласился пропустить Альберта в здание. А за те пару
минут,
что
принц
и
мастер
Омнипотентус
обменивались любезностями, невидимый Пётр сумел
бесшумно подкрасться к хозяину «Лабиринта» и
стянуть у него булавку-посох.
Когда принц в компании невидимки Савельева
отправился
исследовать
торговые
площади,
собственник ТЦ пригладил лацканы своего пиджака и
усмехнулся вслед посетителям, которых давно ждал:
– Игра подходит к концу. Семёныч! – позвал он
начальника охраны, тот сию же секунду вырос перед
ним, словно из-под земли. – Напомни мне сообщить
твоему подчинённому о том, как комично он
смотрится в детской шапке.
– Савельев тут? – Иван Семёныч начал озираться по
сторонам: Пётр сегодня не явился на утреннюю смену
115

и не ответил на звонок по мобильному, пришлось в
срочном
порядке
вызывать
его
сменщика
Никанорова. Начальник уже было решил, что что-то
стряслось.
– Прямо по курсу, – хозяин «Лабиринта» прищурился и
прочёл название бутика, у которого в этот самый
момент находились Альберт и Пётр. – Идёт мимо
«Дикой розы».
Семёныч секунд двадцать безрезультатно таращился в
пространство рядом с упомянутым салоном женского
белья:
– Не вижу, – он развёл руками.
– И не должен, – хмыкнул владелец ТЦ. – Возвращайся
к работе!

– Куда теперь? – когда принц и охранник свернули в
переход между блоками «Лабиринта», Пётр снял-таки
шапку.
– Понятия не имею, – Альберт пожал плечами. –
Попробуй покрутить посох в руках: по крайней мере,
мастер О́йген всегда так делает.
– Если бы нам было известно название мастерской,
можно было бы глянуть, где она находится, в планшете
на пункте охраны, – Савельев положил булавку-посох
в центр ладони и совершенно серьёзно ей заявил: –
Слушай, волшебная вещица, давай договоримся. Ты
укажешь путь, а мы отнесём тебя к тому, кто сможет
тебя отремонтировать.
116

Посох засиял так ярко, что почти ослепил Петра, а
затем оторвался от его ладони и полетел вперёд,
двигаясь рывками. При каждом рывке магический
инструмент увеличивался, пока наконец не дорос до
первоначального размера. Тогда же посох остановился
возле кованой железной двери.
– Инженерная мастерская ка́уна Артиза́на, – прочёл
надпись на табличке Альберт.
– Ты понимаешь, что здесь написано? – удивился
Савельев.
– Конечно, это же язык моего королевства, – принц
распахнул двери.
За прилавком обнаружился высокий худощавый
субъект с бледной кожей и длинными острыми ушами,
увенчанными кисточками наподобие рысьих.
– Чем я могу быть вам полезен? – осведомился он.
– Простите, а мы раньше не встречались? – Пётр
испытал острейшее чувство «дежавю». – Кажется, в
лавке алхимика.
– Каун Венефиций – мой младший брат, – мужчина за
прилавком тепло улыбнулся. – Он у нас – алхимик, а я
– инженер. Так чего вы хотели?
– Нам бы посох починить, – Альберт кивнул на
парящий в воздухе магический инструмент.
– Ну-ка, посмотрим, – в глазах кауна Артизана
вспыхнул профессиональный интерес. Он несколько
раз оббежал посох по часовой стрелке, потом один раз
– против часовой – и вдруг резко остановился. – Не
переживай, дружок! Всё в порядке! Нужно всего лишь
117

обработать тебя расплавленным лунным серебром: оно
смоет чужеродную магию, забившую вырезанные на
твоей поверхности руны.
Мужчина принёс из подсобного помещения банку с
мерцающей жидкостью, после обмакнув неё самую
обыкновенную губку и принялся бережно протирать
магический инструмент. Когда процесс чистки посоха
был завершён, тот вновь засиял и уменьшился до
размеров булавки, которая подлетела к Петру и
самостоятельно прикрепилась к лацкану его пиджака.
– Осталось выяснить, где искать вход в музей
редкостей, в котором томится моя сестра, – Альберт
сжал кулаки.
– О, – воскликнул каун Артизан. – Все знают, что вход
в музей располагается на цокольном этаже
«Лабиринта». Вот только попасть в него можно разве
что в качестве экспоната. Никто, кроме хозяина, не
способен в него войти: у дверей музея денно и нощно
обитает страж – доспех без воина, пробуждённый к
жизни магией запредельного уровня. Сто́ит ему
завидеть чужака, как он сразу пускает в ход
зачарованный меч, рассекающий любую цель надвое.
– А откуда тебе известны такие подробности? – принц
подозрительно покосился на инженера.
– Каюсь, грешен, – тот склонил голову. – Хотел
позаимствовать уникальный артефакт, помещающий
в предметы настоящие человеческие души, но еле унёс
ноги.
– Ничего, – Пётр подмигнул принцу. – Есть у меня одна
идея, как обмануть этот доспех без рыцаря. Идём,
118

Альберт! Пора вызволить
«Лабиринте» порядок.

Амалию

навести

119

ИСТОРИЯ ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
– Ну как? – Пётр вышел
из ванной комнаты, где
провёл
больше
часа,
готовясь к операции
«музей редкостей»: он с
ног до головы протёр
себя
волшебным
платком, что дала ему
цыганка
из
иного
измерения.
Цветастая
тряпица
к
концу
очистительной
процедуры
будто
бы
полиняла,
а
Пётр
Савельев
полностью
преобразился
и
буквально стал копией
собственника торгового
центра «Лабиринт».
– Кхы-кхы… – принц
А́льберт, расположившийся на кухне – прямо
напротив двери ванной, в изумлении округлил рот и
подавился чаем. – Родная матушка не отличит, –
заявил он после того, как откашлялся. Пётр же в
очередной раз попытался вспомнить, как зовут его
родителей и как они выглядят, но снова потерпел
неудачу. – Когда отправляемся за Амалией?
– Не отправляемся, а отправляюсь! – Савельев сердито
сверкнул глазами. – Мы ведь уже обсуждали: у стража
музея есть зачарованный меч, которым он разрубает
чужаков
надвое.
Ты
–
наследный
принц,
следовательно, не имеешь права рисковать жизнью:
120

тебе ещё королевством править. Поэтому я пойду
один.
– Но Амалия – моя сестра!.. – начал было Альберт.
– …которая вряд ли обрадуется тому, что её брат погиб
по собственной глупости! – Пётр прекрасно понимал
парня: нет ничего хуже бездействовать, осознавая
свою беспомощность. Увы, выбора не было. – Я пойду
один.
– А что, если страж поймёт, что ты не его хозяин?
– Тогда буду действовать по обстоятельствам, –
предупредил
Савельев
возможные
возражения
принца. Мужчина бросил взгляд на настенные часы: –
Пора! Владелец обычно появляется на работе ближе к
обеду, значит, я приду к девяти утра, чтобы иметь
фору по времени. А ты, – Пётр пристально уставился
на Альберта, – сиди здесь и жди сестру. И чтобы
никакой самодеятельности!
– Удачи! – принц шмыгнул носом.
– Не переживай, – улыбнулся ему Савельев. – Вот
увидишь, всё получится! – он и сам не мог объяснить,
откуда взялась непоколебимая уверенность в том, что
план сработает, но сейчас куда важнее было передать
эту уверенность наследному высочеству.
Пётр проследовал в коридор, обулся в новые удобные
ботинки, надел пиджак, на лацкане которого был
приколот магический посох, уменьшившийся до
размеров булавки, и отправился в торговый центр
«Лабиринт», где почти девять лет служил охранником.

121

Савельев без труда проник в ТЦ через восточный вход,
на посту возле которого дежурил его сменщик Игорь
Никаноров, прошёл к служебному лифту и,
воспользовавшись рабочим пропуском, вызвал его.
Дверцы разъехались в разные стороны – и Пётр,
шагнув внутрь, нажал на кнопку «минус один».
Без каких-либо приключений добравшись до
цокольного этажа, Савельев покинул лифт и оказался
в длинном узком коридоре, в конце которого у
огромных ворот стоял тот самый страж музея
редкостей – доспех без рыцаря, крепко сжимавший в
латных рукавицах зачарованный меч. Пётр вздрогнул,
в красках представив, как лезвие прокладывает путь
от его левого плеча к правому бедру. Но отступать было
некуда, потому он решительно приблизился к стражу
и,
копируя
интонации
хозяина
«Лабиринта»,
потребовал:
– Открой!
Ярко-оранжевые огоньки, заменявшие магическому
доспеху глаза, сфокусировались на Савельеве, а
спустя пару секунд страж послушно исполнил приказ.
Ступив за ворота, Пётр огляделся и тут же выругался:
название ТЦ дали не просто так, поскольку музей
редкостей представлял собой самый настоящий
лабиринт. И у Петра не было ни малейшего
предположения, где в нём искать Амалию.
– Волшебная вещица, – обратился он к булавке-посоху,
– будь добра, помоги!
Посох оторвался от лацкана его пиджака, засиял,
принял первоначальный размер и полетел вперёд,
освещая путь. Не дольше чем через полчаса Пётр и
122

магический инструмент очутились перед манекеном в
платье Амалии.
– Эх, была не была! – Савельев обхватил руками посох
и коснулся его навершием заколдованной принцессы.
Пространство вокруг юной девушки тут же заискрило,
и в воздухе запахло грозой. А когда крошечные молнии
исчезли, Амалия несколько раз моргнула и пришла в
себя.
– Мастер Омнипотентус,
склонила голову.

–

она

приветственно

– Иди за мной, – Пётр не стал сразу рассказывать
принцессе, кто он и зачем сюда явился, чтобы не
терять понапрасну время, а также, опасаясь того, что
Амалия случайно может выдать его на обратной
дороге стражу.
Савельев повертел головой по сторонам: вроде, чисто.
– Волшебная вещица, – вновь воззвал он к посоху, –
прошу тебя, выведи нас из лабиринта в «Лабиринте».
Магический инструмент откликнулся на просьбу
Петра и помчался к выходу. На одном из поворотов
Савельев обнаружил знакомые предметы: на стене
нашлась гитара уличного музыканта, что когда-то (до
того, как стать мегапопулярным) играл у западного
входа в ТЦ, а на невысоком столике стояло блюдце, на
котором лежал fructus amantium – розовый фрукт в
форме сердца, подаренный хозяину «Лабиринта»
молодожёнами, что вскоре после передачи фрукта
музею утратили любовь. Пётр повесил гитару за спину,
прижал ама́нтиум к груди и продолжил идти за
посохом.
123

Уже на выходе Пётр приметил блокнот с ярко-голубой
обложкой, валявшийся на коричневом кожаном
кресле. У Савельева возникло чувство, что он видел его
раньше, но отвлекаться было некогда: Амалию
надлежало как можно быстрее доставить к брату.

На первом этаже «Лабиринта» опять организовывали
какое-то мероприятие – то ли день покупателя, то ли
ещё что-то: сцена была собрана, аппаратура
установлена, рядом суетились конферансье и диджей.
Пётр оббежал взглядом толпу и не поверил своему
везению: Катя и Илья, сумевшие сорвать плод
амантиума, стояли неподалёку.
– Амалия, подожди меня здесь, – сказал он принцессе.
– Как пожелаете, мастер Омнипотентус, – отозвалась
девушка.
– Здравствуйте! Рад приветствовать вас снова, – Пётр
приблизился к паре. – Как семейная жизнь?
– Замечательно, – процедил сквозь зубы Илья, его жена
лишь затравленно кивнула, как бы подтверждая слова
мужа.
– Помните фрукт, который вы мне привезли? –
Савельев продемонстрировал им плод. – Сейчас он
наконец дозрел, и вы просто обязаны его отведать, –
он разломил «сердце» на две половинки и протянул их
супругам.
– Ну что Вы, не стоит… – еле слышно пролепетала
Катя.
124

– Берите-берите, – настоял Пётр. – Это истинный
деликатес – вкус любви.
– Любви, говорите? – фыркнул Илья и всё-таки
отправил сочный плод в рот. – Сладкий, даже
приторный, но мне нравится. Ну-ка ешь! –
прикрикнул он на Катю.
Та быстро прожевала вторую половинку фрукта и
посмотрела на мужа. Когда их взгляды встретились,
они одномоментно дёрнулись, словно от удара током.
– Катюша, милая… – прошептал Илья. – Да что же это
с нами?
– Илюша! – она бросилась в объятья супруга.
Савельев довольно улыбнулся и оставил их наедине,
чтобы не мешать воссоединению любящих сердец. Он
подошёл к сцене в тот самый момент, когда на неё
вышел Виктор. Пётр, по-прежнему скрываясь под
личиной владельца «Лабиринта», поднялся за ним.
– Виктор, добрый день! Вы помните гитару, с которой
начинали путь в шоу-бизнесе? – Савельев передал
артефакт мастера О́йгена парню. – Доставьте всем
нам удовольствие: сыграйте на ней сегодня!
Виктор принял инструмент, затем взял несколько
аккордов и через пару минут по первому этажу ТЦ
полилась чудесная мелодия, пробуждающая в памяти
людей светлые воспоминания. Завершив игру,
музыкант повернул голову в сторону восточного входа
в «Лабиринт» и замер: в дверях топтался дворовый пёс.
– Приятель! – Виктор отложил гитару и помчался к псу.
– Как я мог забыть о тебе? Прости меня! – он присел на
125

корточки и принялся чесать пса за ухом, а тот в ответ
пытался лизнуть парня в нос.
Савельев вернулся к Амалии и вдруг вспомнил
(вероятно, помогла мелодия), откуда он знает тот яркоголубой блокнот. Именно его отдал Петру эксперт по
аномалиям Пал Палыч, и именно в нём была собрана
вся имеющаяся информация о собственнике ТЦ.
– Игорь, – Пётр обратился к Никанорову, который всё
так же стоял на посту у восточного входа, – отвези
Амалию домой к Савельеву. Там её ждёт брат, зовут
Альбертом.
– А как же дежурство? – удивился сменщик.
– Выполняй! – Пётр максимально точно скопировал
интонации хозяина «Лабиринта». – И закажи такси: не
нужно ей в общественном транспорте трястись.
– Да, конечно! – Никаноров вытянулся по стойке
смирно. – Девушка, прошу за мной!
Дождавшись, пока Игорь и Амалия сядут в
подъехавшую машину, Савельев спустился на
цокольный этаж. Страж без проблем открыл ворота,
ведущие в музей редкостей, и где-то через четверть
часа Пётр, сжимая в руках заветный блокнот, вышел
из ворот музея во второй раз. Вышел и встал на месте
как вкопанный, потому как вместо доспеха без
рыцаря его встретил хозяин «Лабиринта» собственной
персоной.
– Надо же, как интересно, – хмыкнул тот, изучая
Савельева. – А ведь действительно похож! Вот только
ответы ты ищешь не там…

126

У Петра зашумело в ушах, сердце заколотилось со
страшной силой, будто задумало выпрыгнуть из груди,
– и он принял единственно верное решение. Бежать!
Савельев рванул по направлению к лифту и,
оказавшись в нём, стал нажимать все кнопки подряд.
Двери разъехались на четвёртом этаже и впустили
внутрь знакомую Петру девушку-стажёра из обувного
магазина.
– Привет! Помнишь меня? Я – Кали! – улыбнулась она.
– Как ты меня узнала? – Савельев нахмурился и
попробовал
рассмотреть
своё
отражение
в
металлических стенках лифта.
– По ботинкам, – рассмеялась Кали. – Как же ещё? От
него прячешься?
– Ну да, – признал очевидное Пётр.
– Тогда тебе надо на седьмой этаж – в кинотеатр
«Пятая стена»: там проще всего затеряться. Но если
что, то я тебе этого не говорила, – девушка подмигнула
Савельеву и нажала кнопку с цифрой «семь».

127

ИСТОРИЯ
(ЧАСТЬ 1)

ДВАДЦАТЬ

ВТОРАЯ

Двери лифта открылись на седьмом этаже торгового
центра «Лабиринт», и Пётр Савельев, ни секунды не
медля, помчался к кинотеатру «Пятая стена». Касса
пустовала, ближайший сеанс, судя по расписанию,
вывешенному на стекле, должен был начаться
примерно через полтора часа в зале номер три.

128

– Первый день моей жизни, – Пётр прочёл название
предлагаемого к просмотру фильма и усмехнулся. –
Главное – чтобы он же не стал и последним.
Мужчина покрутил головой по сторонам, однако
никого не нашёл. Тогда он решил войти в один из
зрительных
залов,
чтобы
укрыться
там
от
собственника «Лабиринта», который (Савельев был в
этом уверен) его преследует. Он прошёл мимо дверей
с номерами «один», «два» и «три» – и с удивлением
обнаружил, что после зала номер три идёт зал номер
семь. Впрочем, если бы кто-нибудь сказал Петру, что
вместо цифры «семь» на дверь была приколочена
табличка со схематичным изображением звезды магов
(что в общем-то логично, ибо лучей у этой звезды как
раз семь), он изумился бы ещё больше.
– Была не была! – Савельев шумно выдохнул и
осторожно повернул ручку двери, ведущей в зал номер
семь: пустые ряды таких же пустых кресел,
гигантский белый прямоугольник на стене и полумрак.
Отличное место для «игры в прятки». Пётр шагнул
внутрь помещения и направился к первым рядам.
Как только дверь за его спиной захлопнулась, на
экране кто-то запустил демонстрацию чрезвычайно
странного фильма: ни тебе титров, ни сюжета, ни
операторской работы – камера около десяти минут
снимала центральную площадь городка, на которой
ничего не происходило. Сиреневый пёс спал,
пригревшись на полуденном солнышке; работница
летнего кафе со скучающим видом глазела в окно;
фонтан,
установленный
в
центре
площади,
размеренно и однообразно шумел, время от времени
обдавая брызгами сиреневого пса.

129

Внезапно картинка изменилась: по небу проплыл
дирижабль, а сразу же после его появления на экране
возникла
знакомая
Савельеву
физиономия.
Мальчишка ошарашенно уставился на Петра, потом
нацепил на нос нелепые очки без стёкол, пару раз
моргнул и в конце концов протянул мужчине руку в
чёрной кожаной перчатке:
– Идёмте, дяденька!
– Куда? – опешил Савельев: он совершенно не ожидал
увидеть по ту сторону экрана воришку, который,
воспользовавшись
шапкой-невидимкой,
пытался
обчистить «Лабиринт», где Пётр служил охранником.
– Меня за Вами магистр Ка́ррон прислал.
– Какой такой магистр? – Савельев нахмурился.
– Главный из наших министров, – охотно пояснил
мальчишка. – Он меня в помощники с месяц назад
взял. Да Вы его чай тоже помните: если бы не
расколдовали, век бы в кошачьей шкуре маялся.
– Погоди-ка, – Пётр на мгновение задумался. – Каррон
твой… Такой высокий, худой и рыжий?
– Ага, – согласился его собеседник. – Он в волшебном
шаре всё-превсё рассмотреть может. Вот Вас намедни
там и углядел. Сказал, что помощь Вам понадобится,
и меня сюда сей же момент порталом перебросил.
Хотя, как по мне, лучше было на своих двоих
добраться: во-первых, тут от дома магистра недалеко,
и во-вторых, после использования порталов меня
завсегда мутит, как если бы я рыбы протухшей съел, –
пожаловался мальчишка.

130

– Сочувствую, – Савельев кивнул. – И что же магистр?
Велел к нему меня отвести?
– Так точно, – подтвердил несостоявшийся воришка.
– И как я пройду сквозь экран?
– Так магистр же мне артефакт перехода дал! –
мальчишка продемонстрировал Петру перчатку и
вновь протянул ему руку, которая на сей раз вылезла
из экрана в реальный мир.
Савельев крепко сжал ладонь мальчишки и,
зажмурившись, пересёк грань, отделяющую миры
друг от друга. Пётр почувствовал, как по телу
распространяется дрожь, а когда упомянутое
ощущение исчезло, имел удовольствие наблюдать в
витрине кондитерского магазина своё родное
отражение: личина хозяина «Лабиринта» спа́ла
(вероятно, при переходе).
– Как тебя зовут-то? – спросил он мальчишку.
– Ва́дька, – улыбнулся тот и потащил Савельева к
высокой башне, шпиль которой возвышался над
всеми зданиями города, будто бы сошедшего с
экранов
мультфильмов
об
альтернативной
стимпанковой версии развития человечества и
окружающей его среды.

Сухопарый магистр Каррон уже три часа кряду не мог
разобраться в том, что не так с Петром. Он перебрал
все
артефакты,
дарующие
истинное
зрение
(наподобие очков, которые Вадька так и не снял),
употребил
дюжину
микстур,
способствующих
131

концентрации, и выкачал из Савельева не меньше ста
миллилитров крови, которую смешивал с различными
настойками, пробовал на вкус и даже поджигал.
– Ничего не понимаю, – магистр принялся теребить
длинную рыжую бороду. – Самый обыкновенный
человек, самая обыкновенная кровь… Но интуиция
подсказывает, что именно в тебе кроется ключ к
разгадке тайн «Лабиринта».
– Да какие там тайны? – отмахнулся от предположения
экс-кота Пётр. – Владелец ТЦ, как и Вы, – если к коту
Савельев без проблем обращался «на ты», то позволить
себе выказать вопиющее неуважение по отношению к
магистру он не мог, – маг, только спятивший; а сам
«Лабиринт» – что-то типа перекрёстка миров.
– На первый взгляд, всё так, – Каррон пожевал губами.
– Но меня смущают некоторые обстоятельства. Зачем
лишать Вас памяти о прошлом? Почему Вам было
позволено так далеко зайти?
– Что значит «позволено»? – хмыкнул Пётр.
– Неужели Вы полагаете, что мастер Омнипотентус не
в состоянии справиться с неким Петром Савельевым?
– магистр хохотнул и повернулся к мальчишке: –
Вадька, чего уши развесил? Иди принеси нам чай со
свежими плюшками!
Мальчишка тотчас умчался на кухню – исполнять
распоряжение.
– Ну… – Савельев почесал затылок. – Гипноз меня,
например, не берёт…
– Что абсолютно логично, – перебил его Каррон. –
Искусственная
личность
блокирует
доступ
к
132

настоящим воспоминаниям и, как следствие,
отражает любые попытки ментального воздействия.
Однако помимо гипноза существуют более… скажем
так, радикальные способы устранения проблемы.
В лабораторию главы кабинета министров влетел
Вадька:
– Магистр, плюшки закончились, – он развёл руками.
– Утром Вы велели позаботиться о почтовых голубях,
вот я им всё и скормил. Разрешите до булочной
Лукерьи Платоновны добежать? За четверть часа
обернусь!
– А давай-ка я с тобой схожу, – предложил Савельев,
мозг которого был готов взорваться от количества
вопросов, по сей день остающихся без ответа. – Хоть
развеюсь немного.

В булочной Петра ждал сюрприз: он несколько раз
протирал глаза кулаками и тряс головой, не в силах
поверить в увиденное, но прямо перед ним в очереди
стоял Валерий Михалыч – тот самый начальник
охраны, с исчезновения которого Савельев когда-то
начал расследование странностей, творящихся в
стенах ТЦ «Лабиринт».
– Валерий Михалыч? Вы? – Пётр тронул за плечо
бывшего начальника, о котором все сослуживцы
напрочь забыли.
– Савельев! – обрадовался тот. – А я тут за плюшками
из дому вышел! Лукерья Платоновна знатные булочки
133

стряпает, рекомендую! – он принял пакет с выпечкой
у круглолицей розовощёкой женщины лет пятидесяти.
– Валерий Михалыч, куда же Вы пропали? – Пётр
смотрел на бывшего начальника и никак не мог взять
в толк, что тот, оказывается, всё это время спокойно
жил в другом мире.
– Пойдём ко мне! Угощу тебя чаем с плюшками, –
бывший начальник подмигнул Петру, – и расскажу всё
по порядку.
– Вадька, передай магистру, что я скоро буду, – бросил
Савельев помощнику главы кабинета министров
неведомого государства и вместе с Валерием
Михалычем покинул булочную.

В дом бывшего начальника, расположенный сразу за
углом, вела железная дверь с табличкой «Спортивный
клуб «Юность». Внутри бо́льшую часть пространства
занимали спортивные снаряды и маты.
– Проходи, располагайся, – Валерий Михалыч
поставил пакет с выпечкой на компактный столик в
углу, налил воду в электрический самовар и достал из
кармана брюк мобильный телефон, после чего быстро
набрал чей-то номер и, как только на другом конце
линии ответили, передал короткое сообщение: – На
месте!
– Ну так что? – Пётр потянулся за ароматно пахнущей
булочкой с корицей. – Почему Вы ушли, ни с кем не
попрощавшись? И как так вышло, что все Вас забыли?
134

– Всё просто, – пожал плечами Валерий Михалыч. –
Мой контракт подошёл к концу, и я задумался о
пенсии. Благо, на житьё-бытьё заработал.
В дверь постучали.
– Кто там? – Савельев насторожился.
– Ты это… – бывший начальник подорвался с места, –
не серчай на меня, Петь! Так будет правильно!
Двери распахнулись – и в помещение шагнул хозяин
«Лабиринта».

135

ИСТОРИЯ
(ЧАСТЬ 2)

ДВАДЦАТЬ

ВТОРАЯ

– В начале времён не было ничего, кроме крошечной
точки,
содержавшей
внутри
непроявленный
потенциал множества миров. Когда эта точка вышла
из себя, для того чтобы стать целой Вселенной, она
создала семь пар принципов. Каждая пара заключала
в себе полярные элементы, на базе которых
выстроилось мироздание, – собственник торгового
центра «Лабиринт» потянулся за ароматной и ещё
тёплой булочкой с корицей, после чего откусил чуть ли
136

не треть за раз и блаженно улыбнулся. – Всё-таки в
телесности есть преимущества. Ведь правда? – он
хитро подмигнул Петру Савельеву, который с полным
недоумением таращился на работодателя.
– Где-то я это уже слышал, – пробормотал Пётр. Он
никак не мог взять в толк, что от него нужно владельцу
ТЦ. Савельев, сколько себя помнил, числился в службе
охраны «Лабиринта», и всё было замечательно. До того
дня, когда он впервые заметил происходящие в ТЦ
странности
и
когда
Валерий
Михалыч
(его
непосредственный начальник) волшебным образом
бесследно исчез, причём не только из жизни, но и из
памяти других людей. Тогда-то Пётр и начал вести
расследование относительно творящегося в стенах
«Лабиринта» безобразия и личности хозяина ТЦ.
Впрочем, ни одного удовлетворительного ответа
Савельев так и не получил. Пожалуй, единственным
его достижением стало «ограбление» музея редкостей,
расположенного на цокольном этаже «Лабиринта».
Хотя можно ли назвать возвращение утраченного
законным владельцам ограблением? Убегая из музея,
Пётр ни на секунду не сомневался: собственник ТЦ
отправился за ним в погоню, чтобы вновь водрузить
на полки необычные экспонаты и поквитаться с
охранником, сующим нос не в свои дела. А что в итоге?
Они мирно пьют чай с плюшками у Валерий
Михалыча, который, как оказалось, просто вышел на
пенсию и переселился в другой мир. «Ну да! Вот так
просто! – ехидно хихикнул внутренний голос. – У нас
же сплошь и рядом пенсионеры в иные измерения
переезжают в поисках вкусной выпечки!»
– Подозреваю, что нечто подобное тебе мог говорить
мастер Ойген, – кивнул хозяин «Лабиринта». – Однако
вопрос в том, понял ли ты услышанное?
137

– Очередная версия возникновения Вселенной, – Пётр
пожал плечами. – Но я-то тут при чём? – Савельев
машинально взял салфетку и собрал со стола крошки:
бардак доставлял ему почти что физический
дискомфорт.
– Значит, всё-таки не сработали ботинки, – сделал
вывод собственник ТЦ. – Что же, я верну тебе память,
но прежде хочу, чтобы ты подумал о тех, кто тебе
до́рог, – он бросил взгляд на Валерий Михалыча, – и о
тех, кто изо всех сил старался тебе помочь.
– Что с ними будет? – насторожился Пётр.
– Ничего особенного, – владелец «Лабиринта»
неопределённо махнул рукой. – Проживут самые
обыкновенные жизни в родных мирах.
– А моя память? Она тоже где-то в музее? – Савельев
принялся размышлять о том, что же такого
уникального могло храниться в его воспоминаниях.
– О нет! – собственник ТЦ искренне рассмеялся. – Этот
экспонат нуждается в более тщательной защите,
потому предлагаю продолжить разговор в моём
кабинете.
Хозяин «Лабиринта» поднялся из-за стола, жестом
пригласил Петра идти следом и направился к двери.

За период расследования Савельев настолько привык
к чудесам, что вовсе не удивился, когда, шагнув за
пределы жилища бывшего начальника, в тот же миг
очутился в упомянутом кабинете владельца ТЦ.
138

– Нам сюда, – тот сдвинул в сторону небольшую
картину, висевшую на стене, и стеллаж с полками, на
которых как попало были расставлены всевозможные
образчики сувенирной продукции (от фигурок
животных до стопок и миниатюрных подсвечников),
отъехал влево, открывая проход в идеально круглую
комнату. В центре комнаты прямо в воздухе парил
кристалл, переливающийся всеми цветами радуги.
– Это она? – Пётр испытал непреодолимое желание
прикоснуться к кристаллу.
– Вперёд, – хозяин «Лабиринта» утвердительно качнул
головой.
Савельев приблизился к вместилищу своей памяти,
дотронулся до него кончиками пальцев и с
абсолютным
ощущением
правильности
происходящего стал наблюдать за тем, как свечение
кристалла распространяется на его руки, поднимается
к шее и затем распределяется по всему телу. В какойто момент Петру показалось, что он стоит посреди
бескрайнего заснеженного пространства и откуда-то
сверху на него сходит лавина воспоминаний.

Семь пар полярных принципов действительно
появились одновременно со Вселенной, и одной из
этих пар стали Порядок и Хаос. Первоначально их
присутствие в новорожденных мирах было равным,
однако постепенно Порядку оставалось всё меньше и
меньше места для проявления себя. Остро страдая от
вопиющей несправедливости, он решил, что следует
«перезапустить» Вселенную: пусть всё вернётся в
исходную точку и начнётся заново. А для того, чтобы
139

реализовать этот нехитрый план, требовалось всего-то
обнаружить
область
перехода,
иначе
говоря,
перекрёсток миров. Согласно законам мироздания,
присутствие принципов в таких пространственных
аномалиях не допускалось, поскольку на эти аномалии
опиралась вся конструкция Вселенной. А длительное
нахождение какого-либо из принципов в области
перехода с вероятностью 99,(9)% привело бы к
сворачиванию
Вселенной.
Смешные
существа,
живущие в одном из миров и называющие себя
людьми, даже придумали термин «Большое сжатие»
(правда, не так давно, уверовав в то, что человечеству
известны все правила игры, они отказались
рассматривать эту теорию всерьёз). Что до Порядка,
то он знал о Вселенной гораздо больше, чем люди, и
намеревался воспользоваться своим знанием.
Как о замыслах Порядка проведал Хаос – неизвестно.
Но он умудрился захватить один из перекрёстков
миров первым, после чего заточил Порядок в
человеческое тело и лишил его памяти.
– И чего ты добивался? – Пётр, он же воплощённый
Порядок, выжидающе уставился на телесную оболочку
своей вечной противоположности.
– Я показал тебе, что наша Вселенная не так
безнадёжна, как ты думаешь, – Хаос с облегчением
выдохнул: ему порядком надоели игры с Порядком
(pardonnez-moi за невольный каламбур) и бестолковые
маги, возомнившие себя спасителями мироздания, но
не подозревающие, кому и в чём они стремятся
помочь на самом деле.
– Как ни печально признавать, – Пётр-Порядок
наморщил нос, – но ты прав. За ничтожный срок
пребывания в области перехода я встретил множество
140

интересных существ: все они, безусловно, далеки от
совершенства, но заслуживают жизни.
– Рад, что сумел достучаться до тебя, – Хаос устало
улыбнулся.
– И что теперь? – прищурился Порядок.
– Покинем пределы аномалии и отправимся в
путешествие по мирам. В конце концов, мы можем
принять форму любого существа во Вселенной, –
предложил Хаос.
– Почему бы и нет? – Порядок представил карту миров
и стал мысленно выстраивать их в очередь.

К огромному пустырю, поросшему бурьяном,
подъехали
пять
внедорожников.
Представили
департамента земельных отношений и крупной
строительной компании высыпали из автомобилей на
край бесхозного участка и начали активно обсуждать
перспективы возведения здесь нового жилого
комплекса на две тысячи квартир.
Внезапно их беседу прервал громкий волчий вой.
Люди вглядывались в заросли высокой травы, ожидая
увидеть хищников. Однако к ним навстречу вышла
дюжина крепких парней.
– Эта земля всегда была и останется ничьей, – рыкнул
тот, что шёл первым. – Уяснили?
Глаза парней полыхнули жёлтым – и через мгновение
пять внедорожников умчались прочь, высекая искры
из дорожного покрытия.
141

И никто из жителей города так и не вспомнил, что ещё
вчера на месте про́клятого пустыря работал торговый
центр «Лабиринт».

142