П.3. сивков
П. 3. сивков
ЕИШШП
Страницы революционной истории
Л ЕНИЗДАТ -1972
Кронштадтские моряки издавна славились
своими революционными традициями. С городом-
крепостью на острове Котлин была связана дея-
тельность декабристов и народовольцев, там
функционировали социал-демократические марк-
систские кружки, широко распространялась ле-
нинская «Искра». В огне восстаний против цар-
ского строя выковывалось революционное муже-
ство матросов, солдат и рабочих Кронштадта.
В предреволюционные годы Кронштадт стал
прочной опорой большевистской партии на Бал-
тике. Кронштадтские моряки поддерживали тес-
ную связь с В. И. Лениным.
В 1917 году кронштадтцы активно боролись
за свержение царизма, против буржуазного Вре-
менного правительства, за переход власти в руки
Советов. Кронштадтский Совет уже в мае
1917 года стал полновластным хозяином в городе.
В июльские дни, после разгрома Временным пра-
вительством «Правды», кронштадтская больше-
вистская газета временно выполняла роль Цен-
трального Органа партии. Кронштадтские матро-
сы, солдаты и рабочие шли в первых рядах на
штурм старого мира в дни Октябрьского воору-
женного восстания.
Книга ленинградского историка П. 3. Сив-
кова знакомит читателей со многимй малоизвест-
ными событиями и фактами из истории револю-
ционного прошлого города-крепости.
Научный редактор
кандидат исторических наук
А. С. ПУХОВ
ОТ АВТОРА
Кронштадт — город морской славы, город с богатой рево-
люционной историей, сыгравший важную роль в Октябрьском воору-
женном восстании.
В революционных событиях 1917 года Кронштадту принадле-
жит почетное место. Кронштадтский Совет уже в мае 1917 года стал
полновластным хозяином в городе. Известия о борьбе Кронштадта
с Временным правительством разнеслись по всей стране, оказывая
революционизирующее воздействие. Кронштадт стал примером для
других городов. Даже далекий от Балтики Красноярск считал себя
«Кронштадтом Сибири», а небольшой промышленный город Лы-
сьва— «Кронштадтом Урала».
В. И. Ленин придавал большое значение роли Кронштадта
в Октябрьской революции. Доверие В. И. Ленина кронштадтцы
оправдали с честью, — наряду с рабочими-красногвардейцами они
были в первых рядах сил Военно-революционного комитета, штур-
мовавших Зимний дворец.
С первых дней Советской власти кронштадтцы бдительно стояли
на страже ее завоеваний. Они принимали активнейшее участие
в разгроме мятежей Керенского — Краснова и юнкеров, в ликвида-
ции различных контрреволюционных очагов, в борьбе с саботажем,
бандитизмом, в разрешении хлебных затруднений. Кронштадтцы
1917 года оставили о себе память в самых различных местах стра-
ны своим участием в организации, становлении и укреплении орга-
нов Советской власти.
Э
Славной революционной истории Кронштадта и посвящена эта
книга. Она является результатом многолетней работы автора. При
работе над рукописью использованы работы В. И. Ленина, архивные
материалы, документальные сборники, научно-исследовательская ли-
тература, большевистские газеты, многочисленные воспоминания ак-
тивных участников революционного подполья и Октябрьской рево-
люции, как опубликованные, так и неопубликованные, личные беседы
и переписка автора со старыми моряками, стенограммы их воспо-
минаний. Ценным источником явились кронштадтские газеты
1917 года «Голос правды», «Пролетарское дело», «Известия Крон-
штадтского Совета».
В книге использованы также кронштадтские буржуазные и со-
глашательские газеты «Котлин», «Кронштадтский вестник», «За
землю, за волю» и «Труд и земля». Много необходимых сведений
автор извлек из буржуазных и эсеро-меньшевистских газет, издавав-
шихся в Петрограде. Без анализа газет политических противников
большевистской партии представление об обстановке, в которой про-
текала революционная деятельность кронштадтцев, получилось бы
неполным.
Автор использовал большое количество литературы (в том числе
изданной в первые годы Советской власти) как на общие историко-
революционные темы, так и на темы об участии моряков в револю-
ционном движении и в борьбе за социалистическую революцию
в 1917 году.
За последнее двадцатилетие свыше 40 работ (включая диссерта-
ции) были посвящены участию моряков в Великой Октябрьской
социалистической революции. Однако ни в одной из этих работ
революционная история Кронштадта не являлась темой специального
исследования.
В работе над рукописью автор широко пользовался мемуарной
литературой (как книгами, так и статьями, опубликованными в жур-
налах). В числе не опубликованных в печати автором использованы
присланные ему воспоминания В. М. Зайцева, И. Г. Дудина,
С. Г. Лысенкова, а также стенограммы воспоминаний А. С. Штарева
и Ф. С. Кузнецова-Ломакина, находящиеся в архивах.
В нашей литературе содержится немало разночтений, а подчас
и не вполне обоснованных толкований по поводу тех или иных
событий и фактов революционной истории Балтийского флота, и
в частности Кронштадта. Автор считал своим долгом внимательно
изучить различные точки зрения, детально исследовать малоизучен-
ные вопросы и по возможности избежать ошибок и наслоений, до-
пущенных в некоторых исторических изданиях,
ГЛАВА I
ОТ ДЕКАБРИСТОВ ДО БОЛЬШЕВИКОВ
Навстречу буре
Эскадра Балтийского флота стояла в кильватер-
ной колонне на Большом Кронштадтском рейде. Неожи-
данно раздался грохот орудийного выстрела, и тотчас
на крюйс-брам-стеньге флагманского корабля «Влади-
мир» заполоскался черный флаг, послышалась дробь ба-
рабанов. Начался обряд гражданской казни над моря-
ками-декабристами...
Восстание декабристов 14 декабря 1825 года было
первым сознательным революционным выступлением
против крепостного права, против самодержавия. Актив-
ное участие приняли в нем офицеры Гвардейского
экипажа и Кронштадтского морского гарнизона. Веду-
щее место среди них принадлежало братьям Бесту-
жевым.
Бестужевых было пять братьев: Александр, Николай,
Михаил, Петр и Павел. Все они были сыновьями либе-
рально настроенного морского офицера. Отцом Бесту-
жевых еще задолго до восстания декабристов был осно-
ван в Кронштадте кружок, в котором полулегально в це-
лях самообразования читалась литература передовых
мыслителей Запада. Сыновья пошли дальше. Все они,
за исключением Павла, были членами тайного Северного
общества и участниками восстания 14 декабря 1825 года.
Старший из них, Александр, служил в драгунском полку.
б
Николай, Михаил и Петр по окончании Морского
корпуса служили продолжительное время на флоте1,
жили в Кронштадте. В одном доме с ними продолжи-
тельное время жил близкий друг и товарищ Н. А. Бесту-
жева декабрист капитан-лейтенант К. П. Торсон — уча-
стник экспедиции Беллинсгаузена и Лазарева, открыв-
шей Антарктиду.
Капитан-лейтенант Николай Александрович Бесту-
жев, являясь одним из трех директоров Северного обще-
ства, представлял в нем группу морских офицеров Пе-
тербурга и Кронштадта, играл большую роль и в самом
восстании. Он был большим другом и товарищем идей-
ного вдохновителя и руководителя восстания 14 декабря
1825 года К- Ф. Рылеева.
Н. А. Бестужев был высокообразованным морским
офицером. Он состоял почетным членом Адмиралтей-
ского департамента, членом Общества любителей рус-
ской словесности, членом Вольного экономического об-
щества — организации, в которой в те суровые времена
обсуждались и дискутировались проблемы преобразова-
ния человеческого общества.
Его разносторонняя одаренность поразительна. Писа-
тель и историк... Побывав в заграничных плаваниях, он
написал серию очерков и путевых записок, писал басни,
стал автором первого труда по истории отечественного
флота — «Опыт истории Российского флота». Художник
и театрал... Благодаря его способностям в рисовании до
нас дошел ряд портретов декабристов. В кронштадт-
ском театре, им же основанном, он исполнйл различные
роли в драмах и комедиях, был общественным директо-
ром этого театра, костюмером, режиссером... Он пре-
красно танцевал, был веселым и остроумным собесед-
ником.
Через Н. А. Бестужева Северное общество декабри-
стов было связано с Кронштадтом. Незадолго до восста-
ния, получив от Рылеева проект Конституции, состав-
ленной Н. М. Муравьевым, Бестужев сделал свои заме-
чания — он требовал освобождения крестьян с землей и
расширения прав народного представительства в мест-
ном самоуправлении.
1 М. Бестужев в начале 1825 года перевелся в лейб-гвардии
Московский полк,
8
В плане восстания декабристов на Кронштадт возла-
гались немалые надежды. К- Ф. Рылеев, неоднократно
приезжал в Кронштадт, где в узком кругу, за чашкой
чая обсуждались вопросы о ликвидации крепостного
права и о преобразовании государственного строя Рос-
сии. Рылеев неоднократно ставил перед моряками — чле-
нами Северного общества вопрос о привлечении на сто-
рону Общества рядовых матросов и солдат. Он требовал
от Н. А. Бестужева и К. П. Торсона, чтобы они создали
в Кронштадте «морскую управу» (филиал Общества),
которая могла бы в свой час при помощи матросов и
солдат сменить начальство и взять в Кронштадте власть
в свои руки.
В день восстания декабристов один из братьев Бесту-
жевых, Петр, являясь личным адъютантом главного
командира Кронштадтского порта вице-адмирала Мол-
лера, находился в Петербурге. Он рано утром зашел
в лейб-гвардии Московский полк к своему брату Ми-
хаилу. Узнав, что полк уже выступает, он отправился
в Гвардейский экипаж, где в это время находился его
брат Николай. Сообщение Петра Бестужева о выступле-
нии Московского полка положило конец колебаниям не-
которых офицеров. Под предводительством Н. А. Бесту-
жева экипаж вышел за ворота казармы и отправился на
Сенатскую площадь. Вместе с братом туда же напра-
вился и Петр Бестужев.
Восстание декабристов было жестоко подавлено.
Чтобы избежать ареста, Н. А. Бестужев решил бежать
в Швецию. Вечером того же дня, переодевшись матросом
и загримировавшись, он по льду Финского залива с тру-
дом добрался до Кронштадта, а затем до Толбухина
маяка, где неоднократно бывал раньше, будучи некото-
рое время помощником директора маяков. Там на пес-
чаной косе находился тогда небольшой рыбачий поселок,
в который приезжали охотники на тюлений промысел.
Бестужева постигла роковая неудача. По золотому пер-
стню на руке, он был опознан и арестован.
Несколько месяцев тянулось следствие. К суду в чи-
сле прочих было привлечено 32 морских офицера. Ни-
колай I, лично допрашивавший Н. А. Бестужева, зая-
вил: «Вы знаете, что все в моих руках, могу простить
вас, если мог бы увериться, что впредь буду иметь в вас
верного слугу». Бестужев ответил: «В том-то и несчастье,
7
что вы все можете сделать, что вы выше закона. Желаю,
чтобы впредь жребий ваших подданных зависел от за-
кона, а не от вашей угодности» 1.
По окончании следствия началась расправа. Пять ру-
ководителей Северного и Южного обществ: К- Ф. Ры-
леев, С. И. Муравьев-Апостол, П. И. Пестель, М. П. Бе-
стужев-Рюмин и П. Г. Каховский — были повешены. Из
32 морских офицеров, привлеченных к следствию, было
осуждено 18 человек. Николая и Михаила Бестужевых
приговорили к смертной казни, которую затем заменили
пожизненной каторгой. К пожизненной каторге были
приговорены морские офицеры А. П. Арбузов, Д. И. За-
валишин, В. А. Дивов; восемь человек — на .20, 12 и 8 лет
каторжных работ; пятеро, в том числе Петр Бестужев, —
разжалованы в рядовые.
Перед приведением приговора в исполнение Н. А. и
М. А. Бестужевы, К- П. Торсон, Д. И. Завалишин и дру-
гие флотские офицеры, всего 15 человек, были достав-
лены из Петропавловской крепости в Кронштадт на флаг-
манский корабль «Князь Владимир». В парадной форме
и при шпагах декабристы были построены в центре каре
офицеров. Осужденным зачитали приговор, после чего
над их головами были сломаны заранее надпиленные шпа-
ги и вместе с сорванными эполетами выброшены за борт.
Матросы Гвардейского экипажа, участвовавшие
в восстании, подверглись наказанию шпицрутенами.
Многих из них выслали сначала в Кексгольмскую кре-
пость, затем на Кавказ, где в это время шла многолет-
няя война за присоединение Кавказа к России.
Оценивая значение декабристов, В. И. Ленин писал:
«Узок круг этих революционеров. Страшно далеки они от
народа. Но их дело не пропало. Декабристы разбудили
Герцена. Герцен развернул революционную агитацию.
Ее подхватили, расширили, укрепили, закалили револю-
ционеры-разночинцы, начиная с Чернышевского и кон-
чая героями „Народной воли**. Шире стал круг борцов,
ближе их связь с народом»1 2.
После восстания декабристов прошло около 50 лет.
Русский народ пережил мрачную эпоху царствования
1 См. С. Я. Ш т р а й х. Моряки-декабристы. М., 1946, стр. 79.
2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 21, стр. 261.
В
Николая I. В стране было неспокойно. В пятидесятых и
шестидесятых годах прокатилась волна крестьянских
восстаний. В условиях нарастающего кризиса феодаль-
ного строя и подъема массовой крестьянской борьбы ре-
волюционное движение в России перешло ко второму
своему этапу — буржуазно-демократическому. На смену
дворянским революционерам пришли разночинцы-интел-
лигенты народники. Кронштадт был в числе тех горо-
дов, где народники имели свои организации.
Первый революционный кружок народников в Крон-
штадте возник в 1880 году, вскоре после раскола партии
«Земля и воля» на две организации — «Народная воля»
и «Черный передел». Организаторами и вдохновителями
кружка были А. И. Желябов и морской офицер Н. Е. Су-
ханов, слушатель Кронштадтских минно-офицерских
классов. Первое время в кружок кроме Суханова вхо-
дили лейтенанты Штромберг, Завалишин, Разумов,
Глазко, Серебряков, мичман Юнг, штурманские офицеры
Карбанович и Прокофьев.
Суханов входил в состав исполнительного комитета
«Народной воли». Его организаторские способности и
идейную убежденность высоко ценили А. И. Желябов,
С. Л. Перовская й В. Н. Фигнер. Он играл крупную роль
в казни народовольцами Александра II: принимал уча-
стие в устройстве подкопа под Малую Садовую улицу,
на которой предполагалось произвести взрыв в момент
проезда царя> изготовлял бомбы, которыми 1 марта
1881 года царь был убит. Вскоре после цареубийства Су-
ханов был арестован и по приговору суда расстрелян
в Кронштадте 19 марта 1882 года.
Революционные народники сыграли значительную
роль в истории освободительной борьбы с царизмом.
«Они,— писал В. И. Ленин, — проявили величайшее са-
мопожертвование и своим героическим террористиче-
ским методом борьбы вызвали удивление всего мира.
Несомненно, эти жертвы пали не напрасно, несомненно,
они способствовали — прямо или косвенно — последую-
щему революционному воспитанию русского народа. Но
своей непосредственной цели, пробуждения народной ре-
волюции, они не достигли и не могли достигнуть. Это
удалось только революционной борьбе пролетариата»1.
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 30, стр. 3J5—316.
9
В конце восьмидесятых — начале девяностых годов
XIX столетия на смену движению народников пришло
марксистское социал-демократическое рабочее движение.
Марксистские идеи начинают проникать и в Крон-
штадт. С первыми, еще слабыми и очень робкими при-
знаками этого движения связано начало революционной
деятельности слесаря торпедной мастерской Кронштадт-
ского порта Ивана Васильевича Бабушкина.
Здесь, В Кронштадте, под влиянием бесед с рабочими
зародилось классовое сознание Ивана Бабушкина.
Среди рабочих мастерской были пожилые, вышедшие
в отставку матросы. Бабушкин, которому при поступле-
нии в мастерскую было всего 15 лет, узнавал от них
о несправедливых штрафах, о всякого рода притесне-
ниях со стороны хозяев и администрации и о том, что тя-
жело живется не только его семье, но и многим другим.
Особенное впечатление на подростка Бабушкина про-
изводил один старый рабочий, с которым он летом в вос-
кресные дни довольно часто отправлялся на прогулки
в лес. Там между ними завязывались беседы о тяжелой
жизни рабочих и о вольготной жизни власть имущих.
С большой теплотой Бабушкин вспоминал потом об этом
рабочем, который, по его словам, смог вложить в него
«часть своей инстинктивной ненависти и протеста про-
тив капиталистов» ’.
В Кронштадте в это время среди некоторой части ра-
бочих весьма осторожно велись разговоры на политиче-
ские темы. Как вспоминал Бабушкин, шепотом, как
о чем-то страшном, шли разговоры «о каком-нибудь за-
говоре, подкопе, покушении...»1 2. Но молодого рабочего
не привлекали замыслы террористов-заговорщиков, он
искал для себя другой путь.
В 1894 году Бабушкин уехал в Петербург и поступил
слесарем на Семянниковский завод. В том же году он
стал посещать вечернюю воскресную школу, преподава-
телями в которой были Н. К. Крупская и Д. М. Книпо'
вич — члены ленинской группы марксистов-«стариков».
По их рекомендации Бабушкин стал посещать кружок,
которым руководил В. И. Ленин. Знакомство с Влади-
миром Ильичем определило всю дальнейшую жизнь
1 «Воспоминания Ивана Васильевича Бабушкина. 1893—
1900 гг.». М., 1955, стр. 18.
2 Т а м же, стр. 17.
10
Ивана Бабушкина. Он стал профессиональным партий-
ным работником.
В 1895 году из разрозненно существовавших в Петер-
бурге марксистских кружков В. И. Лениным был создан
«Союз борьбы за освобождение рабочего класса». Это
была первая в России массовая марксистская организа-
ция, предшественник Российской социал-демократиче-
ской рабочей партии. Членом этой организации в том же
году стал и И. В. Бабушкин — бывший кронштадтский
слесарь.
Работая в Петербурге, Бабушкин неоднократно при-
езжал в Кронштадт, где жили его мать и отчим
М. Ф. Лепик — котельщик Пароходного завода, поддер-
живал связь с рабочими мастерской.
Состоя членом «Союза борьбы», Бабушкин вел боль-
шую агитационную и пропагандистскую работу среди
питерских пролетариев. С созданием ленинской «Искры»,
первый номер которой вышел в декабре 1900 года, Ба-
бушкин не только распространял эту газету, но и был
активным организатором корреспонденций, устанавли-
вая связь газеты с рабочими Шуи, Иваново-Вознесен-
ска, Орехово-Зуева, Екатеринослава. Несколько раз его
арестовывали. В 1906 году при перевозке оружия из
Читы в Иркутск Иван Васильевич Бабушкин был схва-
чен царскими опричниками и расстрелян без суда.
Петербургский «Союз борьбы за освобождение рабо-
чего класса», а затем ленинская газета «Искра» знаме-
новали собой новый этап в развитии революционного
движения в России. Под влиянием агитации и пропа-
ганды «Искры» рабочие перешли от экономической
борьбы к политическим стачкам и демонстрациям,
к борьбе за свержение самодержавия. Идеи социал-де-
мократического движения, провозглашенные Лениным,
стали проникать в армию и на флот. На кораблях флота
и в береговых частях все шире распространялась ленин-
ская «Искра» и другая нелегальная социал-демократи-
ческая литература.
Впервые газета «Искра» попала в Кронштадт
в 1901 году. Проникала она на корабли чаще всего во
время заграничных походов через русских социал-демо-
кратов, находившихся в эмиграции, и даже через
11
иностранных рабочих. Так, во время стоянки брбненОсЦй
«Александр II» в Тулоне в 1901 году матрос Иван Кор-
шунов, познакомившись с одним французским рабочим,
ранее работавшим в Одессе и хорошо говорившим по-рус-
ски, получил от него экземпляр «Искры» и большое ко-
личество другой социал-демократической литературы.
Под влиянием «Искры» Коршунов создал на корабле
кружок. Это был самый первый социал-демократич'еский
кружок в Кронштадте и на флоте. Попадала «Искра» на
корабли Балтийского флота и через рабочих порта, имев-
ших связи с рабочими Петербурга.
«Искра» помогала матросам организовываться и раз-
бираться в вопросах классовой борьбы, через нее бал-
тийские моряки приобщались к революционному дви-
жению.
Осенью 1902 года возник социал-демократический
кружок в Учебно-минном отряде. Организатором его был
квартирмейстер Вонифатий Степанович Заплаткин. В чи-
сле вовлеченных им в работу кружка был матрос Сте-
пан Синельников, который в скором времени стал бли-
жайшим помощником Заплаткина по распространению
нелегальной литературы и проведению бесед с матро-
сами.
Почти одновременно с кружками Коршунова и За-
платкина возник социал-демократический кружок в мин-
ной роте крепостного гарнизона. Организатором его был
бывший питерский рабочий солдат этой же роты
В. А. Афиногенов. Кружок получал газету «Искра». Со-
циал-демократический кружок существовал также
в Учебно-артиллерийском отряде. Организатором и руко-
водителем его был К- Е. Шубников.
Эти четыре кружка были первыми социал-демократи-
ческими ячейками среди матросов, а их организаторы и
руководители Коршунов, Заплаткин, Афиногенов и Шуб-
ников — пионерами этого движения в Кронштадте.
В Кронштадте в те годы и вплоть до 1917 года су-
ществовал на Медвежьей улице так называемый Дом
трудолюбия, в котором наряду с различными профессио-
нальными кружками была создана вечерняя воскресная
школа. В ней довольно часто читались лекции на различ-
ные технические, естественнонаучные и сельскохозяй-
ственные темы. Проводились они не только местными
силами, но и приезжавшими из Петербурга студентами
12
и курсистками. Матросы, тянувшиеся к знаниям, охотно
посещали эти лекции, так как других очагов культуры
в Кронштадте не было.
В Доме трудолюбия Заплаткин и Синельников от
приезжавших лекторов получали подпольную литературу.
Легальные возможности этого Дома были использованы
для проведения бесед на политические темы. Их вел ча-
сто приезжавший из Петербурга студент Виктор Гераси-
мов, который помогал своей сестре Валентине, учитель-
нице вечерней воскресной школы, вести общеобразова-
тельные занятия. Он очень умело использовал любую
возможность для того, чтобы придать беседе политиче-
ский смысл. Читая, например, стихотворения Некрасова,
Герасимов раскрывал их содержание в антиправитель-
ственном духе.
Двадцать пятого марта 1903 года1 в Кронштадте
произошел чрезвычайный случай. Выстрелом из револь-
вера покончил самоубийством поручик крепостной ар-
тиллерии Герасимов. Началось следствие. При обыске
в комнате Герасимова были найдены две революцион-
ные листовки. Нити следствия вели в воскресную школу,
к студенту Герасимову—брату застрелившегося пору-
чика.
Одновременно начальство узнало от доносчиков
о том, что матрос Степан Синельников ведет с учени-
ками-минерами беседы «возбуждающего свойства». Си-
нельников был арестован. В его вещах нашли два письма
на рбдину, в Саратовскую губернию. В одном из них го-
ворилось о том, что «скоро наступит время, когда не при-
дется платить податей, которые идут на содержание па-
лачей» 1 2.
На допросе у следователя, проявив слабоволие, Си-
нельников рассказал, что в антиправительственную дея-
тельность его вовлек минный квартирмейстер Вонифа-
тий Заплаткин, что первые беседы, которые Заплаткин
вел с Синельниковым, были о том, что в России рабочие
и крестьяне недовольны существующими порядками, что
самодержавие будет свергнуто, будет свобода слова и
печати, а власть перейдет к парламенту.
1 Все даты до 1(14) февраля 1918 года указаны в книге по
старому стилю.
2 ЦГАВМФ, ф. 407, on. 1, д. 2931, лл. 4—5.
13
Следствием было установлено, что Заплаткип и Си-
нельников нелегальную литературу получали от Гера-
симова, что, посещая лекции в воскресной школе, они
познакомились с Шубниковым, а так как они и Шубни-
ков получали литературу из разных источников, то стали
обмениваться ею.
Заплаткин, Шубников и ряд других матросов были
арестованы1. Вот что об этом сообщалось в «Искре»:
«На вербной неделе в Кронштадт нагрянули жан-
дармы во главе с прокурором, произвели обыск и почти
во всех казармах военных матросов нашли много литера-
туры и взяли всего около 20 матросов и двух офицеров.
Вот фамилии некоторых: Новиков, Заплаткин, Гриценко,
Синельников. ...Вызваны эти аресты были тем, что уже
издавна матросы, отличаясь довольно высоким уровнем
развития и страшной ненавистью к своему непосред-
ственному начальству, всегда искали и имели связи
с социал-демократами; приток литературы к ним нико-
гда не прекращался. За последнее время С.-Петербург-
ский комитет, имея эти связи, доставил туда довольно
много социал-демократической литературы»1 2.
На смену арестованным приходили другие револю-
ционеры. Весной того же года в Кронштадт в числе но-
вобранцев очередного призыва прибыл матрос Иван По-
гребницкий, бывший слесарь из Тифлиса, состоявший
еще до призыва в рядах социал-демократической партии.
Он привез с собой много нелегальной литературы, он же
впервые установил связь с Петербургским комитетом
РСДРП. С его прибытием количество кружков возросло
и работа их активизировалась, наметился переход от
кружковой пропагандистской работы к массовой аги-
тации. Стали организовываться сходки и собрания, кото-
рые посещались не только членами кружков, но и дру-
гими революционно настроенными матросами, солдатами
и рабочими. На одной из таких сходок, организованной
Погребницким 13 апреля 1903 года, приехавший из Пе-
тербурга агитатор призывал присутствующих к дружной
и сознательной борьбе против существующего государ-
ственного строя. Выступивший после него Погребницкий
1 В. С. Заплаткин умер в застенке жандармского управления в
ноябре 1904 года. К. Е. Шубников отбывал наказание в Петербург-
ской военно-исправительной тюрьме.
2 «Искра», 15 июня 1903 г.
14
призвал матросов в случае выступления рабочих не
применять против них оружия, а использовать его про-
тив своих офицеров и присоединиться к рабочим.
О состоявшейся сходке стало известно полиции.
21 апреля Погребницкий и ряд его товарищей были аре-
стованы. При обыске у Погребницкого изъяли брошюру
о восстании рабочих Обуховского завода. Такая же бро-
шюра была найдена у матроса Титова.
Аресты не могли прекратить развития социал-демо-
кратической пропаганды. 6 мая за городом состоялась
новая сходка. На ней присутствовали 12 военных и трое
штатских, прибывших из Петербурга. Они призывали
к борьбе против самодержавия, а один из них предосте-
регал от увлечения террористическим направлением
в борьбе, которое проповедовали эсеры. Отсутствие опы-
та в конспирации привело к тому, что через неделю по-
сле этого митинга были произведены новые, третьи по
счету за весну 1903 года, аресты. У некоторых аресто-
ванных была изъята «Искра».
Двадцать третьего июня по подозрению в антипра-
вительственной пропаганде был арестован фельдфебель
20-го флотского экипажа Д. Иванов. Под подкладкой
шинели у него обнаружили брошюру, выпущенную из-
дательством газеты «Искра». 28 июня 18-й номер
«Искры» был изъят при обыске на крейсере «Адмирал
Нахимов» у матроса Егорушкина.
Волна обысков и арестов не прекращалась. Одних
арестованных отдавали под суд, сажали в тюрьмы или
отправляли на каторгу, других списывали в армию или
переводили на службу во Владивосток и Порт-Артур,
третьих, на кого не было достаточных улик, брали на
учет и под особый надзор. Если за весь 1902 год число
арестованных по политическим причинам составляло
всего несколько десятков человек, то за девять месяцев
1903 года было арестовано 270 человек. Но каких бы
мер пресечения революционной пропаганды ни придумы-
вало начальство, число революционно настроенных мат-
росов неуклонно росло.
К этому периоду относится начало большевистской
деятельности в Кронштадте таких впоследствии выдаю-
щихся революционеров, как братья Эйно и Иван (Юкко)
Рахья. Оба они были сыновьями кронштадтского двор-
ника Абрама Рахья.
15
Старший из них, Эйно Рахья, работал слесарем в той
самой торпедной мастерской порта, в которой раньше
работал И. В. Бабушкин. В 1903 году Эйно Рахья всту-
пил в РСДРП. В 1904 году за активную революционную
деятельность он был арестован. Его морили голодом и
избивали, требуя выдать имена участников революци-
онного подполья. После выхода из тюрьмы Э. Рахья
уехал из Кронштадта и поступил работать на Финлянд-
скую железную дорогу. Он перевозил в Россию нелегаль-
ную литературу, оружие и выполнял ряд других партий-
ных поручений. В 1917 году Эйно Рахья был связным
В. И. Ленина, после событий 3—5 июля организовывал
его последнее подполье, а в предоктябрьские дни помо-
гал ему вернуться в Петроград. Э. Рахья доставлял,
В. И. Ленину на конспиративную квартиру газеты и жур-
налы, передавал по адресам ленинские письма, сопро-
вождал Владимира Ильича на заседания ЦК партии 10
и 16 октября и в Смольный вечером 24 октября
1917 года.
Иван Рахья был рабочим одного из кронштадтских
предприятий. Вступив в РСДРП в 1902 году, он, как и
Эйно, вел революционную работу среди рабочих, солдат
и матросов и был участником вооруженного восстания
в октябре 1905 года. После подавления восстания, чтобы
не быть арестованным, он вынужден был уехать в Фин-
ляндию, где продолжал вести революционную работу,
в том числе и среди флотских команд. В 1917 году он —
член Петербургского комитета РСДРП (б), делегат Ап-
рельской конференции партии. За участие в июльской де-
монстрации Иван Рахья был арестован. Являясь участ-
ником исторического заседания ЦК РСДРП (б) 16 ок-
тября, он поддерживал В. И. Ленина по вопросу о воору-
женном восстании. И. А. Рахья был членом ЦК Комму-
нистической партии Финляндии, делегатом I и II кон-
грессов Коминтерна. 31 августа 1920 года он был убит
в Петрограде белогвардейскими провокаторами.
Зародившееся в 1901—1903 годах социал-демократи-
ческое движение в Кронштадте продолжало развиваться.
Некоторое время революционная пропаганда проводи-
лась нерегулярно, от случая к случаю. Петербургский
комитет РСДРП, располагая в Кронштадте явочнчмн
16
адресами рабочих, имевших связи среди солдат и мат-
росов, присылал своих агитаторов, которые проводили
беседы в кружках и группах.
Наиболее передовыми в революционном отношении
были минеры и саперы. Это объяснялось тем, что мин-
ная и саперная роты на 60—70 процентов состояли из
бывших рабочих, то есть пролетарское ядро там было
более прочным, чем даже во флотских командах. Эти
воинские подразделения показали себя самыми органи-
зованными во время вооруженных восстаний в Крон-
штадте в 1905—1906 годах.
В середине 1904 года в минной роте возник социал-
демократический кружок. . Вначале в него входило
10—12 человек, в дальнейшем число его членов возросло.
Членами кружка были В. Егоров, М. Иванов, В. Митро-
фанов, Т. Герасимов, П. Виноградов и другие. Наиболее
видную роль в кружке как агитатор и организатор играл
солдат Семен Варфоломеевич Иванов. Кружком руково-
дил приезжавший из Петербурга студент-меньшевик
Шевердун-Максименко, работавший в то время в кон-
такте с большевиками. В конце 1904 года из Петрограда
стали приезжать большевики, известные кронштадтцам
под партийными кличками «Степан» и «Макс». С при-
ездом их работа в гарнизоне крепости оживилась. Стали
создаваться кружки и в других воинских частях.
Кружок в минной роте фактически представлял со-
бою партийный комитет. На занятиях кружка сначала
читались лекции, разбиралась и комментировалась ка-
кая-либо листовка, а затем обсуждались организацион-
ные вопросы — вербовка членов, связь с частями, рас-
пределение литературы и т. д. «Таким образом, — писал
в своих воспоминаниях С. В. Иванов, — мы в одно и то
же время были и выборным органом и кружком „выс-
шего“ типа»1. На занятиях кружка обсуждались также
вопросы текущей политики и разъяснялась Программа
РСДРП.
Почти одновременно с образованием социал-демокра-
тического кружка в минной роте возникли кружки и
в других частях Кронштадтского крепостного гарнизона.
Довольно успешно работал социал-демократический кру-
жок в Учебно-минном отряде. Кружком руководил сту-
* «Пролетарская революция», 1924, № 12, стр. 139.
17
дент Технологического института В. В. Анфимов. Суще-
ствовали кружки и в 5-м и 7-м флотских экипажах, среди
рабочих Пароходного завода и в мастерских порта.
Непопулярная в народных массах русско-японская
война, начавшаяся в феврале 1904 года, еще больше
обострила классовые противоречия в стране, которые,
в свою очередь, усиливали революционные настроения
солдат и матросов. Развитию этих настроений способ-
ствовала работа социал-демократических организаций,
разоблачавших антинародный и грабительский харак-
тер войны.
Во время русско-японской войны в Кронштадте со-
здалась исключительно благоприятная обстановка для
ведения революционной пропаганды.
При отправке на Дальний Восток эскадры адмирала
Рожественского в сентябре 1904 года и эскадры адми-
рала Небогатова в феврале 1905 года с кораблей этих
эскадр было списано в Кронштадт довольно много «по-
литически неблагонадежных» матросов. Уход на этих
эскадрах около 6000 матросов и списание по неблагона-
дежности в армию 1300 человек, участвовавших в бес-
порядках в Либаве1, создали в личном составе Балтий-
ского флота некомплект, который был ликвидирован за
счет мобилизации нескольких тысяч запасных. Однако
призванные из запаса оказались также «неблагонадеж-
ными». Многие из них не явились на сборные пункты.
В пути следования между новобранцами и сопровож-
давшими их офицерами возникали конфликты. Так, на
станции Ярославль мобилизованные из запаса матросы
силой освободили из-под ареста одного из своих това-
рищей.
В начале 1905 года для пополнения Владивостокского
гарнизона из Кронштадта была отправлена большая
партия артиллеристов, вместо которых прислали солдат,
уже отслуживших свой срок службы и недовольных тем,
что их не увольняют в запас. «С прибытием их... явилась
целая масса людей... неблагонадежных»2, — говорилось
1 В феврале 1905 года в Либаве произошло крупное выступле-
ние матросов порта. Поводом к нему послужило откомандирование
матросов на эскадру, отправлявшуюся на Дальний Восток.
’ «Военные восстания в Балтике в 1905—1906 гг.». ,М., 1933,
стр. 125.
18
в отчете правительственной комиссии, расследовавшей
причины восстаний в Кронштадте в 1905—1906 годах.
Число «неблагонадежных» еще более возросло, ко-
гда во второй половине 1905 года в Кронштадт прибыла
партия матросов, участвовавших в революционных вы-
ступлениях в Каспийском флотском экипаже, и 120 че-
ловек из 8, 14 и 18-го флотских экипажей Петербурга.
Кронштадт, по отзыву правительственной комиссии,
в 1905 году служил «местом сбора порочных элементов»
и являлся «очагом революционной пропаганды для всего
флота» *.
Первый революционный взрыв
Девятого января 1905 года в Петербурге была рас-
стреляна мирная манифестация рабочих, шедших к царю
с иконами, хоругвями и петицией в надежде на то, что
«царь-батюшка» внемлет их нуждам. Град свинцовых
пуль получили они в ответ на свою петицию. Кровавое
воскресенье окончательно убило веру народа в царя. На-
чалась народная революция. Вся страна поднялась на
борьбу с самодержавием. В этой борьбе большое уча-
стие приняли и моряки.
Исключительно важным для развития революцион-
ной работы в стране, в армии и на флоте было решение
состоявшегося в апреле—мае 1905 года III съезда
РСДРП о борьбе с самодержавием путем вооруженных
восстаний. В резолюции съезда партии говорилось, что
«задача организовать пролетариат для непосредственной
борьбы с самодержавием путем вооруженного восстания
является одной из самых главных и неотложных задач
партии в настоящий революционный момент»1 2.
Вскоре после съезда партии в армии и на флоте
стали создаваться военные социал-демократические
большевистские организации. Огромную заботу о созда-
нии этих организаций проявлял В. И. Ленин. В руковод-
стве ими принимали участие видные деятели партии:
Ф. Э. Дзержинский, Ем. Ярославский, М. И. Калинин,
1 «Военные восстания в Балтике в 1905—1906 гг.», стр. 125.
2 «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и
пленумов ЦК», т. 1 (1898—1917). М., 1970, стр. 113.
19
В. Р. Менжинский, К- В- Ворошилов, М. В. Фрунзе,
М. А. Трилиссер, Р. С. Землячка и многие другие.
Одним из организаторов партийной работы в воин-
ских частях Кронштадта был посланец Петербургского
комитета РСДРП Арсений Коптюх.
Из воспоминаний непосредственных участников боль-
шевистского подполья видно, что в 1905 году в Крон-
штадте вели работу товарищи, известные под партий-
ными кличками «Татьяна», «Леонид» и «Виктор». Неод-
нократно из Петербурга в Кронштадт приезжали Бустрем
и Киршбаум («Юнкер»). Активную работу вплоть до
июльского восстания 1906 года вели местные жители —
студент Петербургского университета Павел Токмачев и
студент-медик Алексей Носков1. Среди солдат крепост-
ного гарнизона успешно продолжали вести революцион-
ную деятельность солдаты-минеры С. Иванов, В. Его-
ров, М. Иванов, В. Митрофанов, Т. Герасимов и П. Ви-
ноградов 1 2.
В конце мая 1905 года газеты принесли сообщение
о гибели в Цусимском проливе эскадр Рожественского и
Небогатова. Среди 5 тысяч матросов, погибших и попав-
ших в плен в этом бесславном бою, многие из кронштадт-
цев имели близких знакомых и родственников. Не
только революционно настроенные матросы, солдаты и
рабочие, но и далекие от революционных взглядов обы-
вательские слои населения и даже часть офицерского
состава проклинали авантюру бездарных военачальни-
ков и царского правительства. Увеличивалось число не-
довольных государственным строем.
В. И. Ленин учил, что военные неудачи обнажают
гнилость абсолютизма и облегчают пролетариату натиск
на его главного врага. Исходя из этого, кронштадтские
большевики старались максимально использовать вы-
званный военным поражением царизма политический
кризис для усиления и расширения революционной
борьбы.
1 См. «Пролетарская революция», 1924, № 12, стр. 139—141.
2 За участие в Кронштадтском восстании 1906 года М. Иванов
был осужден на 20 лет каторжных работ, В. Митрофанов — па
8 лет, Т. Герасимов и П. Виноградов — расстреляны. С. В. Иванов
в мае 1906 года был арестован и выслан в Архангельскую губер-
нию, в январе 1907 года он уехал в Либаву, где продолжал вести
партийную работу, в мае 1907 года вновь арестован и осужден на
15 лет каторжных работ. Был сослан на каторгу и В. Егоров.
20
Особенно бурный и ускоренным темпом революцион-
ные события в Кронштадте стали развиваться после вос-
стания на броненосце «Потемкин» и происходившего
в эти же дни восстания матросов либавских флотских
экипажей. Как ни пыталось начальство скрыть вести
о восстаниях от матросов и солдат, ничего из этого не
вышло. Газета «Пролетарий» с ленинскими статьями
«Революционная армия и революционное правитель-
ство» и «Русский царь ищет защиты от своего народа
у турецкого султана», посвященными потемкинскому
восстанию, а также большевистские листовки, издавае-
мые Петербургским комитетом РСДРП, проникали
в Кронштадт и раскрывали смысл происходящих собы-
тий. Пример «Потемкина» убеждал матросов и солдат
в необходимости и возможности вооруженной борьбы
с самодержавием.
Семнадцатого июня, когда «Потемкин» под красным
флагом бороздил воды Черного моря, в Кронштадте за-
бастовали грузчики, требуя повышения заработной
платы и сокращения рабочего дня. Хотя эти требования
и были удовлетворены, но грузчики в знак солидарно-
сти с потемкинцами и бастовавшими одесскими рабо-
чими в течение нескольких дней не выходили на работу.
В эти же дни произошло волнение матросов на броне-
носце «Александр II», стоявшем в Кронштадте. Десять
матросов, признанных зачинщиками, поплатились за это
свободой.
Девятого июля заволновались кронштадтские мат-
росы, требуя улучшить питание и устранить ненавист-
ных им офицеров. Главный командир порта адмирал
Никонов обещал удовлетворить эти требования. Перепу-
ганное начальство вынуждено было просить у коман-
дующего гвардией Петроградского военного округа при-
сылки в Кронштадт верноподданных воинских подраз-
делений. Прибыли драгуны, но это еще больше озлобило
моряков.
Семнадцатого июля за городом состоялся многолюд-
ный митинг. Нагрянула полиция. Организаторы митинга,
прибывшие из Петербурга, — студент Горного института
И. Ф. Эйсурович и профессиональный революционер
В. А. Антонов-Овсеенко, выступавший на митинге под
фамилией Дольницкого, его жена А. М. Василевская,
агитаторы Никитенко и Шевердун-Максименко — были
21
арестованы1. Арестовали и некоторых матросов 7-го и
4-го флотских экипажей и солдат крепостного гарни-
зона. У Василевской при обыске были изъяты записки и
письма с химическим текстом, свидетельствовавшие
о принадлежности арестованных к социал-демократиче-
ской организации. Это были первые репрессии в Крон-
штадте в 1905 году.
В городах России в это время развивалось стачеч-
ное движение, в деревнях горели помещичьи усадьбы.
Отзвуки этих событий через письма от родственников
доходили до матросов и солдат.
В воинских частях из-за плохой пищи происходили
«кухонные бунты». Под Ораниенбаумом и вблизи Се-
строрецка состоялись многолюдные митинги. В адрес на-
чальства поступали анонимные письма с требованием
улучшить питание и сократить срок службы с 7 до 5 лет,
с жалобами на грубое обращение офицеров и т. д.
В августе — сентябре Кронштадт был буквально зава-
лен прокламациями Петербургского комитета РСДРП.
Листовки расклеивались на заборах, телеграфных стол-
бах, разбрасывались в казармах, в цехах Пароходного
завода, в- мастерских Кронштадтского порта, подбрасы-
вались в мастерские и солдатские шкафики, подсовыва-
лись под подушки спящих и т. д.
Активное участие в развивающихся событиях прини-
мали рабочие Пароходного завода и мастерских порта.
Они помогали приезжавшим из Петербурга агитаторам
устанавливать связь с матросами и солдатами, подыски-
вать конспиративные квартиры, снабжать матросов и
солдат привозимыми из Петербурга прокламациями.
Бурно развивающиеся революционные события
в Кронштадте настоятельно требовали объединения и
централизации руководства борьбой в руках единого
органа. Вскоре возник такой руководящий орган —коми-
тет военной организации. Он объединил все существо-
вавшие в городе большевистские кружки и группы. По
свидетельству «Очевидца», опубликовавшего в газете
«Казарма» 8 мая 1906 года свою статью, подобный ор-
ган был создан незадолго до Кронштадтского восстания
1 В. А. Антонов-Овсеенко просидел под арестом в кронштадт-
ской следственной тюрьме свыше трех месяцев. Был освобожден по
случаю Манифеста 17 октября 1905 года, за несколько дней до вос-
стания в Кронштадте 26—27 октября.
22
26—27 октября ’. В статье говорилось: «События захва-
тили вновь созданную организацию в самом ее развитии,
комитет успел только несколько раз собраться до 17 ок-
тября». Далее «Очевидец» рассказывал: «Комитет заве-
довал делами организации и не присутствовал при
устраиваемых собраниях (в целях конспирации.—П. С.).
Раз или два в неделю он собирался и обсуждал устрой-
ство собраний, число членов на них, составлял листки
или давал материалы для их составления. На собраниях
присутствовал кто-либо из Питера».
Организация повела работу как среди матросов и
солдат гарнизона, так и среди рабочих Кронштадта. Од-
нако только что созданная и еще не успевшая окрепнуть
военная организация кронштадтских большевиков оказа-
лась не подготовленной к бурным революционным собы-
тиям, охватившим Балтийский флот и Кронштадт в ок-
тябре 1905 года.
Генеральные классовые бои первой русской револю-
ции начались осенью 1905 года. По всей стране забасто-
вали рабочие, и служащие железных дорог. В октябре
стачками были охвачены все промышленные центры.
Прекратили работу почта и телеграф. В стачках при-
няли участие служащие различных государственных и
частных учреждений — инженеры, адвокаты, врачи, учи-
теля. Грозная волна всероссийской октябрьской стачки,
готовой вылиться в повсеместное вооруженное восста-
ние, докатилась до самых отдаленных уголков страны.
Экономическая жизнь страны была парализована. Ба-
стовавшие рабочие требовали не только улучшения эко-
номических условий жизни, но и политических свобод.
Рост революционных выступлений и всеобщего недо-
вольства вынудил царя 17 октября издать Манифест,
обещать народу «незыблемые основы гражданской сво-
боды, действительную неприкосновенность личности,
свободу совести, слова, собраний и союзов». Это был
маневр с целью отвлечь народ от революционной
борьбы.
1 О времени создания Кронштадтской военной организации
большевиков свидетельствуют также воспоминания других непо-
средственных участников революционной работы в Кронштадте (см.
воспоминания К. С. Жерновецкого, «Красная летопись», 1925,
№ 3, стр. 60, и Л. А. Г л е б о в - Л е н ц н е р. Кронштадт в 1905—
1906 гг. М., 1956).
23
Обещанные Манифестом права и свободы чрезвы-
чайно заинтересовали матросов и солдат. По воинским
уставам того времени, они имели только обязанности
и не имели никаких прав. Особенно наглядно отражал
бесправие солдат и матросов Устав внутренней службы.
Статьи этого устава запрещали солдатам и матросам ез-
дить внутри конок и трамваев, занимать места в желез-
нодорожных вагонах 1-го и 2-го классов, в театрах они
могли занимать места только на галерке. Не разреша-
лось иметь у себя книг, не засвидетельствованных ротным(
командиром, и состоять членом каких-либо обществ.
. Быт и служебная деятельность определялись не
только уставными положениями. Начальники отдельных
гарнизонов и командиры воинских частей своими прика-
зами и распоряжениями вводили для нижних чинов до-
полнительные ограничения. Так, например, матросы и
солдаты Кронштадта могли ходить только по одной сто-
роне Екатерининской улицы, прозванной ими «ситце-
вой»: другая сторона, «бархатная», предназначалась для
господ офицеров. Запрещалось посещать многие сады
и скверы, при входе в которые рядом с объявлением
«Собак в сад не водить» висело и другое: «Солдатам
и матросам вход строго запрещен».
Матросы сразу же обратили внимание на резкое не-
соответствие между «дарованными свободами» и своим
бесправным, каторжным положением. Перед ними воз-
никал вопрос: а будут ли и они пользоваться свободами,
о которых говорится в Манифесте? Манифест горячо об-
суждался в казармах и в кубриках кораблей.
Царское правительство, обеспокоенное тем, что ши-
рокое толкование Манифеста может привести к неже-
лательным результатам, решило «разъяснить» его сол-
датам и матросам. С этой целью по указанию властей
была отпечатана громадным тиражом книжка «Толко-
вание Высочайшего Манифеста 17 октября 1905 года».
Специальным циркуляром Главного штаба она была ре-
комендована всем воинским частям. В ней указывалось,
что военнослужащего «из Манифеста касается только
одна свобода — свобода вероисповедания».
Относительно свободы собраний в книжке говори-
лось:
«Если солдаты будут ходить по собраниям, то от
этого, во-первых, испортится армия и, во-вторых, полу-
24
чится опасность для населения», а потому — «на собра-
ниях солдату не место». О «свободе печати» было ска-
зано: «Только то можно писать безнаказанно, что по-
зволяет закон».
Такое «толкование» Манифеста не удовлетворяло
матросов и солдат. Они начинали приходить к вы-
воду, что подлинную свободу можно получить не из
рук царского правительства, а вооруженной борьбой
с ним.
Откликаясь на всероссийскую политическую стачку,
Кронштадт забурлил митингами и демонстрациями.
14 октября серию митингов и собраний открыли ученики
старших классов мужской гимназии. 18 октября рабо-
чие, солдаты и матросы вышли на первую массовую
демонстрацию. Они прошли по главной улице города
с красными флагами, с пением революционных песен.
У Морского манежа состоялся митинг. С речами высту-
пали ораторы, прибывшие из Петербурга. Большевики
говорили, что царь пытается Манифестом обмануть на-
род, что свободы можно добиться, лишь свергнув царизм
путем всеобщего вооруженного восстания. Решив снова
собраться в воскресенье 23 октября, рабочие, солдаты и
матросы закончили митинг пением «Марсельезы».
Большевики в эти дни ежедневно доставляли в Крон-
штадт большое количество листовок Петербургского и
Центрального комитетов партии. Печатались большевист-
ские листовки и в самом Кронштадте. В одной из них
говорилось:
«Проснитесь же, солдаты, и поднимитесь на нашего
общего врага...
Братцы, не стрелять в народ, а объединяться с наро-
дом, сплотиться с рабочими, и общими усилиями, друж-
ным напором сломим мы царское самодержавие.
Долой самодержавие!
Да здравствует вооруженное восстание!
. Да здравствует демократическая республика!
Исполнительный комитет солдатской
организации г. Кронштадта РСДРП»1
Двадцать третьего октября в Кронштадт прибыл член
ЦК РСДРП Иосиф Федорович Дубровинский. Это был
1 «Военные восстания в Балтике в 1905—1906 гг.», стр. 138.
25
опытный партийный работник, большевик, которого хо-
рошо знал и высоко ценил В. И. Ленин. Приезд Дубро-
винского свидетельствовал о том, что партия придавала
большое значение Кронштадту в плане всеобщего воору-
женного восстания.
В этот воскресный день, несмотря на пасмурную и
дождливую погоду, у Морского манежа собралось мно-
жество матросов и рабочих. Встревоженный этим, при-
ехал в сопровождении флагманов и командиров экипа-
жей главный командир порта адмирал Никонов. Со-
бравшиеся потребовали разрешить провести им митинг
в здании манежа. Один из матросов от лица всех
собравшихся задал адмиралу вопрос, распространяется
ли свобода, о которой говорится в Манифесте, и на них
Уклоняясь от вопроса, Никонов пытался доказать,
что «долг и Устав внутренней службы запрещают им
участвовать в каких-либо сборищах, тем более с парти-
кулярными людьми». Приказано было разойтись. Со-
бравшиеся не подчинились приказу адмирала. Около
5 тысяч человек отправились на Якорную площадь. Со-
стоялся митинг. С горячей речью выступил Дубровин-
ский.
«Товарищи рабочие, матросы и солдаты! — говорил
он. — Царское правительство, напуганное мощным на-
ступлением рабочего класса, выпустило лживый Мани-
фест, потому что оно очень хорошо понимает, что про-
играет последний, решающий бой, который окончательно
сметет с лица русской земли всю царскую разбойничью
шайку дворян, капиталистов и помещиков... Революци-
онному народу нужен такой Манифест, чтобы не было
в России кровавого самодержавия, чтобы была народ-
ная, демократическая республика, чтобы хозяевами
этой республики были рабочие в союзе с крестьянством.
Что же для этого надо сделать? Свергнуть самодержа-
вие, царское правительство, капиталистов, дворян и по-
мещиков. Товарищи матросы и солдаты! Революционное
сознание у вас есть, корабли, пушки, пулеметы и вин-
товки у вас тоже есть, а потому да здравствует всеоб-
щее вооруженное восстание!»1 2
1 ЦГАВМФ, ф. 417, on. 1, д. 3023, л. 489.
2 Цит. по кн.: Л. А. Глебов-Ленцнер. Кронштадт
в 1905—1906 гг., стр. 54—55.
2в
На митинге были составлены требования к царю.
В них говорилось о том, что матросы должны являться
такими же гражданами, как и все, что они имеют право
собираться и обсуждать свои дела, было выставлено
требование о сокращении срока службы с 7 до 5 лет, об
увеличении жалованья и улучшении качества обмунди-
рования. Высказывалось требование убрать позорящие
солдат и матросов надписи в садах и парках, запрещаю-
щие их посещать. Участники митинга требовали уничто-
жения сословий, свободы религии, неприкосновенности
личности, права образования на родном языке и дей-
ствительной свободы слова.
Двадцать четвертого октября собрались на митинг
артиллеристы и пехотинцы крепостного гарнизона, кото-
рых 23 октября не пустили в город, чтобы пресечь обще-
ние с матросами и рабочими. На их митинге была при-
нята резолюция, аналогичная принятой 23 октября на
Якорной площади.
В этот и следующий день адмирал Никонов объез-
жал флотские экипажи, опрашивая претензии и уговари-
вая матросов быть верными долгу присяги. Матросы
предъявляли как в устном, так и в письменном виде
различные требования.
Около 80 солдат 2-го Кронштадтского крепостного
пехотного батальона, выйдя из повиновения начальству,
26 октября с пением революционных песен прошли
строем на Павловскую улицу, где были расположены
казармы флотских экипажей. С криками «Ура!», «Сво-
бода!», «Сейчас все равны!» они вошли во двор Учебно-
минного отряда и стали звать матросов присоединиться
к ним. На их призыв никто не откликнулся, так как в этот
час в казармах никого, кроме дневальных, не было: учеб-
ные команды находились на занятиях в школьных мастер-
ских и лабораториях. Продолжая выкрикивать <«Ура!» и
«Свобода!», солдаты прошли мимо 5-го флотского эки-
пажа к казармам Учебно-артиллерийского отряда, но и
здесь на их призыв никто не откликнулся. Пехотинцам
пришлось после этого вернуться в расположение своей
части. Там они были взяты под стражу и под конвоем
направлены на вокзал крепостной железной дороги для
отправки в один из старых фортов.
При посадке в вагоны арестованные обратились
к собравшимся на перроне матросам с просьбой освобо-
27
дить их из-под ареста. Моряки решили выручить солдат,
в конвой и в командовавших им офицеров полетели
камни. Конвой открыл огонь. Был убит матрос 4-го флот-
ского экипажа Свиридов и два матроса ранены. Воз-
мущенные расправой с товарищами, матросы бросились
в свои казармы.
В 7-м флотском экипаже был взломан арсенал. Под
руководством матроса Буловского, вооруженная винтов-
ками и боевыми патронами, команда экипажа вышла на
улицу и стала призывать соседние флотские экипажи
присоединиться к ней, однако оказалось, что по приказа-
нию адмирала Никонова ворота во дворы всех казарм
наглухо закрыты. Тогда матросы 7-го флотского эки-
пажа направились к казармам Учебно-артиллерийского
отряда. С помощью присоединившихся к ним артиллери-
стов они взломали ворота у казарм 3, 5 и 10-го флотских
экипажей.
Матросы высыпали на улицу. Повсюду слышалось
пение революционных песен, крики «ура», стрельба в
воздух, возникали летучие митинги... Однако никто из
восставших не знал, что делать дальше. Выступавшие
на митингах ораторы говорили о революции, о борьбе
за свободу, но не в состоянии были внести организован-
ность в стихийно вспыхнувшее восстание.
Растерявшееся в первый момент начальство, не имея
достаточных сил, действовало крайне нерешительно.
Городская полиция была совершенно деморализована.
В докладе генерала Водара на имя царя говорилось, что
полицейские из опасения быть убитыми переодевались
в штатское ’.
Между тем команды флотских экипажей разошлись
по соседним улицам, не имея никакого определенного
плана. В различных местах при встречах с воинскими
частями гарнизона происходила перестрелка, но восстав-
шие уклонялись от решительных схваток.
Вскоре, воспользовавшись неорганизованностью вос-
ставших и бездеятельностью местных властей, на улицах
появились хулиганы и деклассированные элементы. Они
стали громить ювелирные, часовые и другие магазины.
Среди громил находились переодетые городовые. К гро-
милам примкнул кое-кто из несознательных матросов и
1 См. «Военные восстания в Балтике в 1905—1906 гг.», стр, 51а
28
солдат. В Морском офицерском собрании были выбиты
окна и разграблен буфет. Разбиты были почти все вин-
ные лавки. На улицах появилось много пьяных. Нача-
лись поджоги: горели Татарские ряды, Гостиный двор
и несколько частных зданий в разных концах города.
Участвовавшим в восстании большевикам во главе
с Дубровинским пришлось приложить немало сил, чтобы
не дать провокаторам свернуть восстание на путь по-
громов. Однако придать ему организованный характер
и возглавить его так и не удалось.
Утром 27 октября в Кронштадт стали прибывать вой-
ска, вызванные адмиралом Никоновым. Восстание было
подавлено. Начались аресты. Дубровинскому удалось
конспиративно выехать в Петербург.
Правительство было намерено жестоко расправиться
с «бунтовщиками» и судить их военно-полевым судом,
но за кронштадтских матросов и солдат вступились
питерские рабочие. По фабрикам и заводам прокатилась
волна митингов и собраний. Рабочие требовали немед-
ленного освобождения арестованных, отмены смертной
казни, отмены военно-полевых судов и заявили о готов-
ности объявить политическую забастовку.
В защиту кронштадтских матросов и солдат высту-
пил созданный в дни всероссийской октябрьской стачки
Петербургский Совет. 1 ноября 1905 года состоялось
экстренное заседание Совета. Были заслушаны сообще-
ния о восстании и информации рабочих фабрик и заво-
дов, после чего было принято решение: «Завтра, 2 ноя-
бря, в 12 часов дня рабочие Петербурга прекращают
работу с лозунгами „Долой полевые суды!", „Долой
смертную казнь!11»1.
Забастовка, начавшаяся 2 ноября, по своей организо-
ванности и массовости превзошла даже октябрьскую
стачку. Стали все железные дороги, за исключением
Финляндской. Остановились электростанции. Уже к ве-
черу 3 ноября число бастующих достигло 140 тысяч
человек. Перепуганное мощным народным движением,
правительство было вынуждено пойти на уступки. 2 ноя-
бря вечером по его указанию состоялось заседание
Адмиралтейств-совета, на котором было принято реше-
ние отменить назначенный над кронштадтцами военно-
1 «Красный флот», 1925, № 10, стр. 29.
28
полевой суд и заменить его военно-окружным судом.
Решением Совета 7 ноября забастовка была прекращена.
«Петербургский рабочий класс, — писала большевист-
ская газета «Новая жизнь», — еще раз показал свою
политическую зрелость и высокий подъем революцион-
ной энергии»1.
Оценивая значение Кронштадтского восстания,
В. И. Ленин писал: «Пусть правительство... победило
восстание в Кронштадте, пусть расстреливает оно теперь
сотни матросов, еще раз поднявших красный флаг,—
этот флаг взовьется еще выше, ибо это знамя есть знамя
всех трудящихся и эксплуатируемых во всем мире»1 2.
Снова восстание
После подавления восстания 26—27 октября 1905 года
Кронштадтская партийная организация была разгром-
лена. В городе ввели военное положение. Береговые и
судовые команды были разоружены, винтовки на кораб-
лях и в береговых частях оставлены только для нужд
караульной службы.
В декабре 1905 года для восстановления партийной
организации Петербургский комитет РСДРП команди-
ровал в Кронштадт своего представителя* студента
Петербургского университета К- С. Жерновецкого
(«Пана»). С его приездом была налажена связь с теми
членами партии и революционно настроенными рабо-
чими, которых не затронули октябрьско-ноябрьские аре-
сты, в том числе и с рабочими Балтийского судострои-
тельного завода, командированными в Кронштадт для
выполнения судоремонтных работ. На квартире у Павла
Токмачева была устроена явка как для местных, так и
для приезжавших из Петербурга членов партии. Местом
явок служила также столярная мастерская, специально
открытая для этих целей столяром М. В. Григорьевым.
В скором времени в Кронштадте уже работало восемь
рабочих кружков. Занятия в кружках проводились на
квартирах у рабочих. Нелегальная литература достав-
лялась из Ораниенбаума вместе с продуктами для одной
из столовых и привозилась из Петербурга рабочими
1 «Новая жизнь», 8 ноября 1905 г.
2 В. И. Л е н н н. Поли. собр. соч., т. 12, стр. 57—58<
30
Балтийского завода. Через членов кружка была установ-
лена связь почти со всеми мастерскими Кронштадтского
порта, с Пароходным заводом и некоторыми воинскими
частями. В частях флота и крепостного гарнизона стали
создаваться партийные группы, из представителей кото-
рых был создан временный партийный комитет.
Большевистская партийная организация первое время
была единой, в нее входили и рабочие и военные, но по
мере роста она разделилась на военную и гражданскую.
Военная организация вскоре обзавелась своей штаб-
квартирой. В системе гражданской организации суще-
ствовала боевая группа. В задачу ее входило создание
боевых дружин, обучение их стрельбе, изыскание оружия
и знакомство с формами баррикадной борьбы.
Помимо гражданской и военной организаций, в Крон-
штадте существовала эстонская большевистская группа,
в которую входили слесарь Тоом, студенты Сермус и
Макс, курсистка Ида Сермус (Педер) и другие. Они
вели работу главным образом среди эстонцев, но некото-
рые из них, хорошо говорившие по-русски, помогали
в работе гражданской и военной организаций.
С наступлением лета вместо кружковых занятий
стали организовываться массовые митинги за городом,
на сестрорецком и ораниенбаумском берегах.
Вскоре, однако, жандармы выследили организаторов
партийной работы. К- Жерновецкий и ряд других това-
рищей были арестованы.
Петербургский комитет РСДРП командировал в Крон-
штадт Д. 3. Мануильского. С прибытием его партийная
организация была не только восстановлена, но работа ее
приобрела еще больший размах. Из Петербурга в Крон-
штадт поступало огромное количество нелегальной лите-
ратуры. Так, например, за шесть месяцев, предшество-
вавших 1-й конференции военных и боевых организаций
РСДРП, состоявшейся в Таммерфорсе в ноябре 1906
года, в Кронштадте было распространено 12 тысяч бро-
шюр, 2400 экземпляров газеты «Казарма» и около 10 ты-
сяч листовок.
В революционный подъем втягивались все новые и
новые силы. Росли кадры партийных агитаторов и орга-
низаторов. В Кронштадте в этот период кроме Мануиль-
ского и Токмачева вели работу студент Климовский,
почтовый чиновник Козенкраниус, квартира которого
31
служила местом явок. Среди военных вели работу боль-
шевик по кличке «Гражданин», питерский рабочий Кано-
пул, студент Рижского политехнического института Ата-
беков, матрос Дружинин, матрос Егоров, переведенный
из Каспийской флотилии как «неблагонадежный». В кре-
постном гарнизоне по-прежнему вели работу солдаты
Герасимов и Виноградов.
Связь с Петербургским комитетом поддерживали гор-
ный инженер Малоземов и военный врач Гусаров. Оба
они входили в состав редакции газеты «Казарма», изда-
ваемой Военной организацией ПК РСДРП.
Митинги устраивались большевиками не только за
городом и вне острова Котлин, но и в самом Крон-
штадте— в казармах флотских экипажей, на площади
у Пароходного завода и даже в Морском манеже. Так,
например, в ночь на 28 мая в столовой 7-го флотского
экипажа состоялся митинг 1, 7 и 20-го флотских экипа-
жей. Узнавший об этом дежурный офицер проникнуть
туда не смог, так как двери в столовую оказались закры-
тыми с внутренней стороны. По особому сигналу мат-
росы разбежались, и никто из них не был арестован.
Чаще всего летучие сходки собирались поздно вече-
ром во дворе 1-го флотского экипажа. На этих сходках
бывали матросы почти всех экипажей. Фельдфебели по
указанию офицеров пытались узнать, о чем идет раз-
говор, но их сумели изолировать. В распространении
нелегальной литературы и в организации сходок веду-
щую роль играли матросы 5-го флотского экипажа.
В самом конце мая состоялся многолюдный митинг
у Морского канала. На нем обсуждались вопросы как
экономического, так и политического характера. На этом
же митинге была создана беспартийная организация —
касса безработных, на заседании которой неоднократно
выступал Д. 3. Мануильский.
В результате проводимой работы росло число рево-
люционно настроенных матросов, солдат и рабочих, уча-
стились случаи неподчинения и дерзких ответов началь-
ству. Характерным примером массового неподчинения
распоряжениям начальства был отказ матросов идти на
панихиду по адмиралу Чухнину, убитому матросом Аки-
мовым в Севастополе.
В первых числах июня в Кронштадте должна была
состояться забастовка пекарей и булочников, труд кото-
32
рых немилосердно эксплуатировался владельцами мел-
ких, примитивно оборудованных хлебопекарен. 3 июня
в Кронштадт прибыли 15 представителей Петербург-
ского союза пекарей и булочников для подготовки общей
забастовки. 4 и 5 июня было решено провести собрания,
но об этом узнала полиция. В булочные и пекарни были
посланы городовые. В результате собрания и забастовка
были сорваны, а сами агитаторы арестованы.
Шестого июня за городом состоялся митинг рабочих
Балтийского завода, на котором присутствовали местные
кронштадтские рабочие и солдаты крепостного гарни-
зона. Рабочие доказывали необходимость подготовки
вооруженного восстания и обращались к солдатам с при-
зывом не стрелять в повстанцев.
В эти дни в Кронштадте произошли инциденты, кото-
рые еще более накалили обстановку.
По требованию начальства для несения охранной
службы и для борьбы с «беспорядками» прибыли дра-'
гуны. Они нагайками разгоняли собиравшихся в группы
матросов и солдат. Однажды под их нагайки попали
матросы с крейсера «Громовой», который стоял в доке,
залечивая раны, полученные в Цусимском бою. Прибе-
жав на корабль, моряки подняли на ноги всю команду.
Возмущенные поступком драгун, матросы, захватив
десантные пушки, пытались выгрузить их на берег, с тем
чтобы двинуться в город. Командиру корабля с трудом
удалось остановить матросов. Через четыре дня после
этого случая драгуны были выведены из Кронштадта.
Второй случай произошел 26 июня во время учебных
стрельб за городом. Около Кронштадтского пехотного
полка вертелся мальчик, продававший квас. Командир
батальона приказал ему удалиться. Мальчик не послу-
шался. Рассвирепевший офицер, обнажив шашку, нанес
ему две рубленые раны. Этот зверский поступок стал
широко известен матросам и солдатам. За городом со-
бралось более 200 матросов и солдат. На состоявшемся
там митинге было решено обратиться с жалобой в Госу-
дарственную думу и, если в двухнедельный срок коман-
дир батальона не будет привлечен к ответственности,
убить его. И тем не менее за свой бесчеловечный посту-
пок командир батальона получил всего лишь выговор.
Эти два факта широко использовали в своей агита-
ционной работе как большевики, так и эсеры. Однако
2 П, 3. Сивков	38
эсеры провоцировали немедленную вооруженную аван-
тюру, а большевики призывали к тщательной подготовке
восстания и к ожиданию подходящего момента.
В годы революционной борьбы с самодержавием
большевики считали возможным идти на временные
соглашения с эсерами не только по таким вопросам, как
стачки, демонстрации и т. п., но и по вопросу о воору-
женном восстании. По взаимной договоренности с эсе-
рами, которые имели в то время в Кронштадте свою
довольно крупную организацию, был создан на равных
началах специальный орган — Исполнительный комитет1
из десяти человек (по пять членов от каждой партии).
От большевиков в состав комитета вошли Мануильский,
Атабеков и др.
В задачи Исполнительного комитета входило: раз-
работка плана нового восстания, учет сил и оружия,
а также распространение получаемой литературы. Но
эсеры, не считаясь с мнением большевиков, без их согла-
сия поручили вопрос о разработке плана членам своей
организации, командировав их для этой цели в Петер-
бург.
Развивая агитацию за вооруженное выступление,
эсеры наводняли Кронштадт множеством своих агита-
торов. Все они призывали матросов и солдат к немедлен-
ному восстанию, не считаясь с тем, что общая обста-
новка в стране для этого еще не созрела.
Выступая на митингах, эсеры говорили: «Россия в на-
стоящий момент — бочка с порохом, а Кронштадт — фа-
кел, который должен зажечь эту бочку»1 2. Они считали,
что стоит лишь поднять на восстание Балтийский флот,
двинуть его корабли на Петербург, как к матросам при-
соединятся рабочие столицы и революция совершится.
В своем руководящем органе «Социалист-революционер»
(№ 2) эсеры писали: «Петербург держится Кронштад-
том. Главная сила правительства — Балтийский флот.
Захватить все — и наша победа. Коротко, ясно и про-
сто...»3. Это был чистейший авантюризм.
Опровергая взгляд эсеров на вооруженное восстание,
большевики Кронштадта утверждали, что выступления
1 Д. 3. Мануильский называл этот орган контактным бюро.
2 «Красная летопись», 1922, № 5, стр. 321.
3 С. Ф. Найда. Революционное движение в царском флоте.
М.» 1948, стр. 278.
14
частей армии и флота без народного восстания «роковым
образом осуждены на неудачу»1. Разоблачая эсеровский
авантюризм, В. И. Ленин доказывал, что «для успеха
движения недостаточно одного брожения в войсках»1 2.
Он считал, что движение тогда будет успешным, когда
в единый поток сольются три разрозненных потока вос-
стания— рабочий, крестьянский и военный. «От слияния
этих трех русл восстания, — писал он, — зависит, пожа-
луй, всего более успех всероссийского восстания»3.
Большевики, усиливая деятельность по подготовке вос-
стания, стремились приурочить его к новому подъему
революционной волны.
Ожесточенная борьба между большевиками и эсе-
рами Кронштадта в 1906 году происходила не только
из-за времени восстания, но и по другим принципиаль-
ным вопросам. Эсеры доказывали, что всякие разногла-
сия и теоретические споры по программным и тактиче-
ским вопросам «распыляют силы революции». Они на-
стойчиво предлагали объединить военные организации
обеих партий.
Вопрос об объединении большевистской и эсеровской
военных организаций в Кронштадте был одним из самых
острых и злободневных. Он неизбежно возникал на всех
нелегальных митингах и собраниях. Подыгрываясь под
настроения беспартийных масс, эсеры всячески муссиро-
вали этот вопрос. Большевики Кронштадта были реши-
тельно против объединения организаций.
Не считаясь с возражениями большевиков, эсеры
созвали специальное собрание, на котором после про-
должительных и бурных споров было создано так назы-
ваемое «Техническое бюро». Ему поручили выработать
условия, на которых могли бы объединиться обе органи-
зации. Решено было не допускать грубых пререканий на
митингах; доставлять литературу обеих партий на суда
и в казармы и т. д.4. «Техническое бюро» вскоре, однако,
прекратило свое существование.
1 «Второй период революции. 1906—1907 гг. Документы и ма-
териалы», кн. 1, М., 1964, стр. 126.
2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 12, стр. 227.
3 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 13, стр. 318.
4 См. «Восстания в Балтийском флоте в 1905—06 гг.». Л., 1926,
стр. 101.
2*	35
Точка зрения кронштадтских большевиков была об-
стоятельно и четко изложена в листовке Исполнитель-
ного комитета Кронштадтской военной и рабочей органи-
зации. В ней говорилось: «Организация рабочих — Рос-
сийская социал-демократическая партия — может вести
борьбу за свободу вместе с другими друзьями свободы...
Мы, кронштадтские социал-демократы, на приглашение
слиться в беспартийную военную организацию города
Кронштадта ответили: мы можем войти в эту организа-
цию для взаимного обсуждения и совета, но мы не мо-
жем подчиняться решениям большинства этой организа-
ции по двум причинам. Во-1-х, мы не признаем возмож-
ным, чтобы кронштадтская организация самостоятельно,
помимо воли остальной России, решала бы такой общий
вопрос, как вопрос о восстании; во-2-х, мы, социал-демо-
краты, должны повиноваться в наших выступлениях воле
нашей всероссийской партии... Наши взгляды: не воен-
ные бунты нужны нам, а переход войск в решительный
момент на сторону восставших народных масс»1.
Нелегко было рядовым революционно настроенным
матросам и солдатам разобраться в разногласиях между
большевиками и эсерами. Матросов и солдат в известной
мере увлекали псевдореволюционные лозунги эсеров, их
террористическая тактика, создавшая им ореол «героев».
Пользовалась популярностью среди крестьянской части
матросов и солдат эсеровская программа социализации
земли и передачи ее в распоряжение сельских общин.
Именно поэтому эсеровская организация в Кронштадте
была в то время настолько многочисленной и сильной,
что пыталась навязывать свою волю кронштадтским
большевикам.
Большевистская организация Кронштадта после раз-
грома октябрьского вооруженного восстания 1905 года
была ослаблена. Она четырежды подвергалась усилен-
ным репрессиям: в октябре — ноябре 1905 года, в январе,
мае и июне 1906 года. Многие ее ведущие партийные
работники находились в заключении.
Несмотря на то что большевики Кронштадта реши-
тельно выступали против недостаточно подготовленного
и преждевременного вооруженного восстания, оно все-
1 «Второй период революции. 1906—1907 гг. Документы и мате-
риалы», кн. 1, стр. 127—128.
36
таки произошло. Непосредственным толчком к нему по-
служило Свеаборгское восстание.
. Когда 8 июля 1906 года царское правительство рас-
пустило I Государственную думу, эсеры, не считаясь
с тем, что революционное движение после декабрьского
вооруженного восстания в Москве находится на спаде,
с новой силой развернули агитацию за немедленное
вооруженное выступление. Чтобы поднять на восстание
солдат Свеаборгской крепости, они послали туда своих
эмиссаров.
На конференции военных и боевых организаций
РСДРП в Таммерфорсе в ноябре 1906 года возглавляв-
ший Военно-боевой центр Финляндской военной органи-
зации М. А. Трилиссер докладывал, что незадолго до
восстания в Гельсингфорс приехал представитель эсеров-
ской организации Кронштадта, который заявил, что «на
днях Кронштадт начинает вооруженное восстание», и
предложил поддержать это восстание выступлением гар-
низона Свеаборгской крепости. Военно-боевой центр
отклонил это предложение, указав, что необходима санк-
ция РСДРП и план действий, разработанный партией.
Было достигнуто соглашение о том, что обе организации
должны готовиться к восстанию, но ни та, ни другая
не должны выступать без извещения друг друга о готов-
ности.
Готовясь к восстанию, гельсингфорсские эсеры всяче-
ски разжигали революционные страсти солдат и матро-
сов, доказывая им, что не только Кронштадт, но и мно-
гие корабли флота готовы к выступлению. Это была гру-
бейшая ложь. Кронштадт не был готов к восстанию,
не были готовы к нему и эскадренные броненосцы
«Цесаревич», «Слава» и крейсер «Богатырь», на которые
эсеры возлагали особенные надежды. Кадровые команды
этих кораблей действительно были настроены достаточно
революционно, но кроме матросов на всех трех кораблях
находились проходившие практику гардемарины — буду-
щие офицеры царского флота. С этим нельзя было не
считаться...
Восемнадцатого июля восставшие минеры и артилле-
ристы Свеаборга овладели укрепленными островами
Михайловским, Артиллерийским, Александровским, Ин-
женерным и смело вступили в бой как с наступавшими
со стороны суши войсками, так и против гарнизонов
ST
островов Лагерного и Комендантского, на которых нахо-
дились верные правительству части. Руководство восста-
нием, коль скоро оно началось, возглавили большевики —
подпоручики А. П. Емельянов и Е. Л. Коханский.
Между восставшими и верными правительству вой-
сками разыгралось настоящее сражение. В нем только
со стороны повстанцев было выпущено 492 снаряда раз-
личного калибра из полевых орудий, 31 снаряд из шести-
дюймовых орудий и 23 снаряда из одиннадцатидюймо-
вых мортир. По восставшим один только броненосец
«Цесаревич» выпустил 44 двенадцатидюймовых и 360
шестидюймовых снарядов1.
Двое суток продолжался артиллерийский и пулемет-
ный поединок восставших с правительственными вой-
сками, но несвоевременно начатое и плохо подготовлен-
ное Свеаборгское восстание было жестоко подавлено.
Вслед за Свеаборгом поднялся Кронштадт. Но вос-
стание, как и в Свеаборге, было подготовлено плохо.
Достаточно сказать, что оружие у всех команд было изъ-
ято еще в конце 1905 года. Поднимать восстание, не
имея оружия, было грубейшей ошибкой.
В Кронштадте дислоцировались Учебно-артиллерий-
ский и Учебно-минный отряды, 1, 2, 3, 4, 5, 7, 11, 12, 14,
15, 19 и 20-й флотские экипажи. В доке находились крей-
серы «Громовой», «Диана» и «Терек», ожидавшие ре-
монта после возвращения с Дальнего Востока. Бронено-
сец «Александр II» и учебное судно «Океан» стояли на
Большом Кронштадтском рейде. Из крепостных команд
в Кронштадте находились 94-й Енисейский полк, 2-й ба-
тальон лейб-гвардии Финляндского полка и три ба-
тальона пехоты. На фортах и в самом городе были рас-
положены артиллерийские части, минная и саперная
роты и другие специальные команды крепостного гарни-
зона.
Днем 18 июля в Кронштадт, по адресу Высокая улица,
дом 3, квартира 1, на имя вымышленного лица Виль-
гельмины Гельме пришла условная телеграмма: «Отец
болен. Нужны деньги. Александров». Эта телеграмма
1 См. «Военные восстания в Балтике в 1905—1906 гг.»,
стр. 215—216.
88
означала не только начало восстания в Свеаборге, но и
то, что восставшие корабли уже идут в Кронштадт, чего
на самом деле не было. Броненосцы «Слава», «Цесаре-
вич» и крейсер «Богатырь», на приход которых рассчи-
тывали эсеры, в этот момент своей артиллерией обстре-
ливали восставших на островах Свеаборгской крепости.
Телеграмма «Отец болен» была провокационной. Не-
ожиданность подобной телеграммы (ожидалась теле-
грамма «Отец здоров», что означало бы лишь то, что
Свеаборг восстал) внесла сумбур и путаницу в руковод-
ство эсеровской организации. Большевики были постав-
лены в известность об условном сигнале только утром
19 июля, при этом эсеры ультимативно заявили: «При-
соединяйтесь к нам; если не присоединитесь, то мы
начнем одни»1.
Телеграмма «Отец болен» была получена не только
в Кронштадте, но и в Ораниенбауме. В Ревель для крей-
сера «Память Азова» на имя баталера Гаврилова при-
шел такой вариант телеграммы: «Родилась дочь Сан-
дель», а в Перкиярви, Выборг, Вильманстранд и Або, где
стояли русские воинские части, пришла другая: «У нас
торговля началась, начинайте, отправляйте сюда»1 2.
Кто конкретно был автором этих телеграмм, так и
осталось тайной.
Утром 19 июля состоялось гарнизонное собрание
представителей воинских частей и рабочих организаций,
созванное объединенным Исполнительным комитетом.
На нем выяснилась неопределенность в настроениях
пехотных частей и артиллеристов. Большевики и на этом
собрании высказались против немедленного вооружен-
ного восстания. Выступивший от их имени Мануильский
заявил: «Если действительно вспыхнет Россия, тогда, но
только тогда, мы присоединимся. Не нам начинать, а на-
роду. Нам надо стать на сторону народа... Надо сначала
создать общероссийский центр для руководства восста-
нием, и тогда в общем движении найдется место и Крон-
штадту» 3.
На этом собрании эсеры огласили свой план дей-
ствий, только что доставленный из Петербурга. По этому
1 «Красная летопись», 1925, № 3, стр. 82.
2 «Красная летопись», 1922, № 5, стр. 186—187.
3Ю. Зубилевич. Кронштадт в 1906 году. Кронштадт, 1917,
стр. 21—22.
39
плану первыми должны были выступить минеры, как
наиболее организованные. Им предлагалось захватить
форт Константин и ровно в 11 часов вечера дать четыре
холостых выстрела-сигнала для выступления остальных
команд Кронштадта. Так как в строевом отношении
флотские команды делились на две дивизии, то руковод-
ство восставшими также разделилось по этим дивизиям.
Первую дивизию возглавил член Государственной думы
трудовик Ф. Онипко1, а вторую — матрос-эсер Н. Его-
ров1 2.
В задачу 1-й дивизии входило поднять на восстание
Енисейский полк, захватить почту, телеграф, банк, Мор-
ской арсенал, управление коменданта крепости и поли-
цейские участки. На Енисейский полк возлагались боль-
шие надежды, так как из всех частей Кронштадтского
гарнизона только он имел в своем распоряжении доста-
точное количество ручного огнестрельного оружия.
Енисейский полк предполагалось поднять на восста-
ние с помощью 400 матросов, которые содержались
в арестном помещении вблизи от казарм полка и охра-
нялись его караулом. Один из надзирателей этого арест-
ного помещения эсер Петрушкевич заверял, что он
сумеет договориться с караулом об освобождении аресто-
ванных, а затем караул и освобожденные из-под ареста
матросы захватят оружие и поднимут весь полк. Однако
это были пустые слова. Ни с караулом, ни с арестован-
ными, как выяснилось позже, Петрушкевич не говорил.
Он оказался предателем.
На 2-ю дивизию возлагалась задача отправиться на
катерах на морские форты и захватить их.
Убедившись, что эсеры намерены выступать, больше-
вики Кронштадта обратились за указанием в Централь-
ный и Петербургский комитеты РСДРП. Срочно, в этот
же день, чтобы принять участие в руководстве восста-
нием, в Кронштадт прибыли члены Военной организации
ПК РСДРП Ф. В. Гусаров и А. П. Малоземов.
Примерно за три-четыре часа до начала восстания
между Мануильским и эсеровским вожаком Михалеви-
1 Ф. Онипко в 1917 году был комиссаром Временного прави-
тельства при командующем Балтийским флотом.
2 Н. Егоров после восстания бежал в Петербург, где в декабре
1906 года выстрелом из револьвера убил главного прокурора Пав-
лова. По приговору военного суда был расстрелян.
40
чем состоялся довольно острый разговор. Мануильский
еще раз пытался доказать пагубность преждевременного
и неподготовленного восстания, но безрезультатно.
Эсеры продолжали действовать обособленно от больше-
виков.
В листовке Исполнительного комитета Кронштадтской
военной организации РСДРП, изданной сразу же после
подавления восстания, по этому поводу говорилось:
«Эсеры... не только не хотели считаться с очень серьез-
ными связями, какие мы имели на судах и в крепостных
батальонах, они не потрудились сговориться и с рабо-
чими организациями. Все свое дело они вели, как заго-
ворщики... Мы же полагали, что если уж идти на восста-
ние, то надо придать ему массовый характер, надо под-
готовить настроение на митингах и массовках и в реши-
тельный момент вызвать на улицу многотысячную толпу
рабочих. Эсеры воображали, что могут обойтись и без
этого. Они подготовляли взрыв и не сочли нужным ни
полусловом уведомить социал-демократов о своих за-
теях... И вдруг, в один прекрасный день, нас извещают,
без дальних слов: сегодня, в И часов ночи, будет вос-
стание... Рассуждать, спорить, критиковать было не-
когда. Что можно было сделать... то было сделано. Но
времени было мало: многих матросов мы просто физи-
чески не успели известить, другие приняли наши при-
зывы холодно и недоверчиво, ведь ничего не было под-
готовлено, ведь мы накануне доказывали неразумность
этого шага» Ч
Восстание началось ровно в 11 часов вечера 19 июля
1906 года. Начало его было довольно успешным. Все
флотские экипажи выступили организованно и одновре-
менно. Находившихся в казармах офицеров арестовали,
а сопротивлявшихся уничтожили. Но затем обнаружился
катастрофический недостаток оружия. Так, например,
у команды Учебно-артиллерийского отряда на 120—130
человек было 30 винтовок и всего.... 5 патронов. Во 2-й
дивизии было 50 винтовок. Не лучше обстояло дело и
в 1-й дивизии, где у незначительного числа матросов,
имевших оружие, было не больше двух-трех патронов на
каждого. После того как окончательно выяснилось, что
поднять на восстание Енисейский полк не удалось, что
1 «Восстания в Балтийском флоте в 1905—06 гг.», стр. 142—143.
41
он выступил на стороне правительственных войск, эсе-
ровские руководители растерялись. Выступление енисей-
цев против восставших коренным образом изменило
планы эсеров. 2-й дивизии, вместо того, чтобы приступить
к захвату фортов, было приказано соединиться с 1-й ди-
визией.
Не имея твердого централизованного руководства,
отдельные отряды по собственному усмотрению двига-
лись по городу в различных направлениях. То тут, то
там раздавалась стрельба, происходили незначительные
перестрелки с подразделениями Енисейского и Финлянд-
ского полков, от боя с которыми плохо вооруженные
матросские отряды вынуждены были уклоняться.
Один из отрядов 2-й дивизии направился к Морскому
арсеналу, где его должны были ожидать 12, 14, 19-й
флотские экипажи и рабочие. Но ни матросов, ни рабо-
чих там не оказалось. Вместо того чтобы взять арсенал
и добыть себе оружие, отряд направился к казармам
Енисейского полка, хотя и знал, что енисейцы выступили
против восставших. Вскоре к арсеналу подошел отряд
из 1-й дивизии под руководством П. Токмачева. Выло-
мав двери арсенала, матросы нашли там только 100 вин-
товок. Патронов в арсенале не оказалось.
В тот момент, когда матросы были заняты поиском
патронов, подошедшая к арсеналу рота Финляндского
полка открыла по ним огонь. В ответ раздались лишь
одиночные выстрелы. Уклоняясь от обстрела, матросы
перебрались на территорию Пароходного завода, подо-
шли к крейсеру «Громовой», стоявшему на ремонте
в доке, и стали призывать его команду присоединиться
к восстанию. Оказалось, однако, что все матросы заперты
во внутренних помещениях корабля, а по палубе расха-
живают вооруженные офицеры. Угрожая револьверами,
они предложили матросам подобру-поздорову разойтись
по своим казармам.
Выступление против восставших Енисейского полка,
батальона финляндцев и некоторых других воинских
частей гарнизона подорвало веру в успех восстания, и
первоначального энтузиазма среди повстанцев уже не
было. Матросы покидали свои отряды и возвращались
к себе в казармы. А там уже шли массовые аресты...
Бывший депутат Петербургского Совета рабочий-ли-
тейщик А. Пцскарев, участвовавший в восстании с при-
42
бывшей из столицы рабочей дружиной Московского рай-
она, в своих воспоминаниях писал: «Подготовка восста-
ния была так плоха, что даже наша рабочая дружина
не знала, что делать и на что употребить имеющиеся
у нее бомбы... Неожиданно послышалась пальба в раз-
ных местах. На улицах показались растерянные группы
матросов с винтовками и безоружные. Мы спрашивали
их, а они — нас: куда идти и что делать? Никто ничего
определенного не знал, и узнать было негде... Неразбе-
риха была невообразимая...»1
Наибольшую организованность в начале восстания
проявили солдаты минной роты, находившиеся в это
время в лагере в западной части острова.
В 11 часов под руководством прибывших в роту сту-
дента Порфирия Конакова, рабочего Обуховского завода
Константина Иванова, члена Петербургского Совета
Арама Тер-Мкритычанца, при участии солдат минной
роты Петра Виноградова и Тихона Герасимова1 2 восстав-
шие перерезали телефонные провода, соединявшие ла-
герь с городом, организованно и бесшумно завладели
оружием и патронами. При аресте офицеров были убиты
оказавшие сопротивление командир роты полковник
Александров и его заместитель капитан Врочинский.
Остальных офицеров арестовали.
. Из своего лагеря минеры направились в лагерь пехот-
ных частей, находившийся рядом, где размещались две
полуроты 2-го Кронштадтского пехотного полка, часть
саперной и электротехнической рот. Восставшие надея-
лись повести за собой солдат этих подразделений, захва-
тить там орудия и пулеметы и двинуться в город на
помощь основным силам восстания. Однако оказалось,
что в пехотном лагере никого нет, солдаты с орудиями
и пулеметами были уже направлены в город с каратель-
ными целями.
Потерпев неудачу, минеры отправились на артилле-
рийскую батарею «Литке», где арестовали офицеров и
запаслись большим количеством патронов. Вскоре туда
подошел поезд с крепостной железной дороги. Захватив
поезд и погрузившись в вагоны, минеры поехали к форту
Константин. У входа на дамбу, соединявшую форт
1 «Красный Балтиец», 1920, № 4, стр. 39.
2 Все пять человек по приговору суда были расстреляны.
43
с берегом, восставшие обезоружили караул и ворвались
по дамбе в форт, не встретив сопротивления со стороны
артиллеристов. Офицеров взяли под арест. Незначитель-
ное число солдат-артиллеристов присоединилось к вос-
ставшим, большинство же держало себя нейтрально.
По плану восстания требовалось дать сигнал — че-
тыре холостых выстрела из орудия, но этого минеры сде-
лать не могли, так как не оказалось ни снарядов, ни
зарядов. Был дан только один выстрел. Боеприпасы
были заперты в снарядном погребе. Отыскали содержа-
теля склада, который под угрозой оружия открыл пак-
гауз, вошел в него, но мгновенно закрыл за собой тяже-
лую кованую дверь. Открыть ее было невозможно,
а взрывать опасно, так как от взрыва и детонации весь
форт мог взлететь на воздух.
В 4 часа утра к форту подошла пулеметная рота и
стала обстреливать восставших. Завязалась ожесточен-
ная перестрелка. Вскоре на помощь пулеметчикам подо-
шла полевая артиллерия, прибывшая из Ораниенбаума.
Начался обстрел шрапнелью, снаряды рвались над голо-
вами повстанцев. Использовать же артиллерию форта
против прибывших правительственных войск было
нельзя, так как орудия были установлены с ориентацией
на море, а не в сторону тыла. Положение стало безвы-
ходным.
Чтобы узнать, что делается в городе, послали туда
на разведку катер «Понтонер». Вернувшиеся разведчики
сообщили, что в Кронштадте идут аресты. Это оконча-
тельно сломило мужество восставших. Они подняли на
мачте белый флаг.
Около 6 часов утра не только минеры, но и солдаты-
артиллеристы под эскортом пулеметчиков и роты Фин-
ляндского полка были доставлены в тюрьмы и арестные
помещения Кронштадта.
Короткая летняя ночь закончилась поражением вос-
ставших. С 6—7 часов утра 20 июля по всем кронштадт-
ским улицам ходили патрули присланных из Петербурга
правительственных войск. Шли массовые аресты, было
арестовано свыше 3 тысяч человек.
В тот момент, когда в городе Кронштадте и на форту
Константин происходили столкновения с правительствен-
44
ными войсками, линейный корабль «Александр II» и
учебное судно «Океан» стояли на Большом Кронштадт-
ском рейде. На кораблях было известно, что в городе
готовится восстание, но о подробностях подготовки никто
ничего не знал. В ночь с 19 на 20 июля до кораблей со
стороны города стали доноситься звуки ружейной
стрельбы. Команды не спали. Матросы кучками собира-
лись на верхней палубе, не решаясь что-либо предпри-
нять. Не спали и офицеры, готовые ежеминутно принять
меры к подавлению мятежа.
Матросы «Океана» знали, что с берега должен быть
дан сигнал, после чего им следует немедленно захватить
власть на корабле, идти на Малый рейд и своей артил-
лерией воспрепятствовать подвозу в Кронштадт прави-
тельственных войск. Однако ожидаемого сигнала так и
не последовало.
«Океан» стоял сравнительно близко к форту Констан-
тин. С корабля было слышно, что между фортом и бере-
гом происходит пулеметная и артиллерийская пере-
стрелка. Было даже видно, как над фортом рвется шрап-
нель. Когда от форта отошел катер, матросам было при-
казано задержать его, но они отказались выполнить этот
приказ. За этот отказ более ста человек команды после
подавления восстания подверглись допросу, но никто из
них не выдал зачинщиков неповиновения. Следствие
было прекращено.
Команда линкора «Александр II», тоже оторванная
от берега, не смогла принять участия в восстании. Когда
началось сражение за форт Константин, командир
корабля приказал спускать на воду баркасы и идти на
помощь верным правительству войскам. Но приказ этот,
повторенный трижды, так и не был выполнен. Из опасе-
ния, что вышедшая из повиновения команда захватит
ручное оружие, пулеметы, легкую десантную артиллерию
и сможет присоединиться к восставшим, командир тайно
от матросов распорядился затопить погреба с оружием
и боеприпасами.
Впоследствии за неповиновение приказу 334 матроса
с «Александра II» по приговору военно-морского суда
были осуждены к различным видам и срокам наказа-
ния...
После подавления восстания Д. Мануильский и
П. Токмачев остались в Кронштадте для спасения остат-
45
ков организации и лишь на четвертый день, покинув
город на яхте одного из кронштадтских рабочих, выса-
дились в Стрельне. Вскоре, однако, их выследила и
схватила царская охранка.
Одновременно с арестами в Свеаборге и Кронштадте
были произведены аресты в Петербурге. Почти полно-
стью был арестован руководящий состав Военной орга-
низации при Петербургском комитете РСДРП и члены
редакции большевистской газеты «Казарма». В числе их
были Менжинский, Чужак, Фрумкина, Гусаров и Мало-
земов (последние двое были арестованы в Кронштадте).
На второй-третий день после восстания кронштадт-
ские большевики писали в своей листовке: «Товарищи,
восстание в Кронштадте потерпело поражение. Но это
было бы с полгоря, если бы вместе с тем разбиты были
и те ошибки, которые его породили, если бы умерла вера
в военный бунт, не связанный с общим выступлением,
вера в возможность подменить массовые выступления
заговорщицким внезапным нападением, оторванным от
общего движения... Будем учиться, будем подниматься
после каждого поражения и наступать на врага все гроз-
нее и сильнее, — конечная победа обеспечена за нами...»1
Началась расправа над повстанцами. Уже 20 июля
состоялся первый суд, и в этот же день был приведен
в исполнение смертный приговор над семью минерами,
обвиненными в убийстве офицеров. Следующий приговор
был вынесен 5 августа 154 минерам и артиллеристам. Из
них было расстреляно 10 человек, 81 сослан на каторж-
ные работы на срок от 4 до 20 лет, 33 отправлены в ис-
правительные арестантские отделения на срок от 2 до
4 лет и 7 человек—в тюрьмы гражданского ведомства.
В последующие дни, по третьему процессу, было привле-
чено 700 человек, из них расстреляно 19, сослано на
каторгу 132, в исправительные ареста'нтские отделения
отправлено 420 человек. По четвертому процессу при-
влекалось 711 человек, из них 15 были приговорены
к каторжным работам и 579 отправлены в исправитель-
ные арестантские отделения.
По приговору отдельно состоявшегося военно-мор-
ского суда было расстреляно пять человек за подготовку
покушения на коменданта Кронштадтской крепости гене-
1 «Восстания в Балтийском флоте в 1905—06 гг.», стр. 143.
46
рала Адельберга и председателя военно-морского суда
генерала Томашевича. В числе расстрелянных были две
девушки-курсистки А. Мамаева и А. Венедиктова.
Одновременно со Свеаборгским и Кронштадтским
восстаниями в ночь с 19 на 20 июля произошло восста-
ние на крейсере «Память Азова». Это был флагманский
корабль Учебно-артиллерийского отряда, базировав-
шийся на Кронштадт и ежегодно в период летней кам-
пании проходивший учебные артиллерийские стрельбы
в различных пунктах Финского залива. На корабле нахо-
дилось свыше 700 человек команды, большинство кото-
рой составляли ученики Артиллерийской школы.
Восстание на «Памяти Азова» было частью единого
плана восстания, которое готовилось на всем Балтий-
ском флоте. На корабле еще в период зимней стоянки
в Кронштадте велась революционная пропаганда. Эту
работу вели большевики — артиллерийский квартирмей-
стер Н. Лобадин, гальванерный квартирмейстер А. Ко-
лодин, баталер С. Гаврилов и другие.
В летнюю кампанию 1906 года крейсер «Память
Азова», минные крейсеры «Абрек», «Воевода», мино-
носцы «Ретивый», «Послушный» и небольшие номер-
ные миноносцы 103, 106, 107, входившие в состав Учеб-
но-артиллерийского отряда, базировались на бухту
Папон-вик, находящуюся в 60 километрах восточнее
Ревеля.
Девятнадцатого июля вечером из Ревеля в бухту Па-
пон-вик с продуктами для всего отряда вернулся «Аб-
рек». На этом корабле прибыл переодетым в матросскую
форму Арсений Коптюх. Большевики крейсера знали
его еще по Кронштадту. Это был молодой (ему было
всего 20 лет), но достаточно опытный профессиональный
партийный работник, участвовавший в социал-демокра-
тическом движении на Юге и в Севастополе, подвергав-
шийся арестам и побывавший в эмиграции. С мая
1906 года, являясь членом Ревельской военной органи-
зации РСДРП, Коптюх под именем Оскара Минеса вел
работу среди солдат Ревельского гарнизона и среди мат-
росов кораблей, базировавшихся на Ревель.
Около 11 часов вечера в малярном отсеке корабля
состоялось заседание судового комитета. Обсуждалась
47
условная телеграмма «Родилась дочь Сандель», полу-
ченная из Гельсингфорса на имя баталера Степана Гав-
рилова и, по-видимому, означавшая, что в Свеаборге вос-
стание. Присутствовавшие на заседании долго решали:
выступать или не выступать, подвергая сомнению досто-
верность полученного сообщения.
Один из учеников-комендоров матрос Тильман, ве-
стовой судового священника, донес старшему офицеру
капитану 2-го ранга Муразову о том, что на корабле
находится посторонний человек. В результате поисков
Коптюх был схвачен. Могли арестовать и других. Тогда
по команде Лобадина было выключено электричество.
Матросы вооружились винтовками и захватили ящик
с патронами. Между ними и офицерами завязалась пере-
стрелка. Были смертельно ранены старший офицер Му-
разов и вахтенный начальник Сборовский, убит штур-
манский офицер Захаров, застрелен выбросившийся за
борт лейтенант Македонский, ранены лейтенанты Селит-
ренников и Вердеревский. Через световой люк кают-
компании были убиты судовой врач Соколовский и пре-
датель Тильман.
Видя, что восставшие одолевают, оставшиеся офи-
церы решили бежать с корабля. Спустившись в прича-
ленный к борту баркас, они поплыли к берегу. В погоню
за ними матросы послали паровой, катер, вооруженный
37-миллиметровой пушкой. Выстрелами из нее были
убиты командир крейсера капитан 1-го ранга Лозинский,
мичман Погожин и тяжело ранен лейтенант Унковский.
Всех оставшихся на корабле офицеров арестовали,
а Коптюха освободили. На матросском собрании был из-
бран комитет для управления кораблем, в состав кото-
рого вошли А. Коптюх, Н. Лобадин, С. Гаврилов, А. Ко-
лодин, Г. Болдырев и другие. Командиром корабля из-
брали Нефеда Лобадина.
После завтрака стали сниматься с якоря, чтобы идти
в Ревель, где предполагалось поднять на восстание ра-
бочих и команду учебного судна «Рига».
Командир минного крейсера «Воевода», стоявшего
недалеко от крейсера «Память Азова», услыхав
стрельбу, заподозрил, что на крейсере что-то неладно.
Он решил сняться с якоря и приблизиться к «Памяти
Азова». Азовцы усмотрели в этом маневре стремление
атаковать их торпедами. «Воеводе» был передан сигнал
48
«стать на якорь», а «Абреку» и «Ретивому» — сниматься
с якоря и следовать за восставшим крейсером. На этих
кораблях был поднят сигнал «ясно вижу», но, как оказа-
лось, они не собирались выполнить требование азовцев.
Получив по семафору приказание «разводить пары»,
командиры «Абрека» и «Ретивого», умышленно затяги-
вая ответ, скрытно от «Памяти Азова» на шлюпках вы-
садили команду на берег, а затем, отклепав якорные ка-
наты, выбросили свои корабли на берег. Их примеру по-
следовал и «Воевода». На «Послушном» были открыты
кингстоны, чтобы пустить его ко дну.
Сделав два выстрела из шестидюймового орудия по
высадившимся командам, крейсер «Память Азова» вы-
шел в море. По пути в Ревель ему встретился миноносец
«Летучий», который в ответ на приказание присоеди-
ниться к восстанию стал быстро удаляться.
Расчет на встречу в Ревеле с «Ригой» не оправдался.
При подходе к острову Нарген азовцы увидели, что
«Рига» уходит на запад. Догонять ее было бесполезно.
Впоследствии выяснилось, что попытка восстания на
этом судне была ликвидирована. Около 60 матросов, вы-
скочивших на верхнюю палубу, были быстро обезору-
жены офицерами, кондукторами и проходившими на ко-
рабле практику слушателями офицерских артиллерий-
ских классов.
В то время когда на крейсере «Память Азова» еще
продолжалась вооруженная схватка, между командовав-
шим гардемаринским отрядом капитаном 1-го ранга
Бостремом и Морским министерством шел усиленный об-
мен радиограммами. Смертельно перепуганный морской
министр адмирал Бирилев и чины Главного морского
штаба, боясь, что к восставшему крейсеру присоединятся
другие корабли, что «Память Азова» может пойти
в Кронштадт и оказать там поддержку повстанцам или
же по примеру «Потемкина» уйти за границу и там ин-
тернироваться, решили пойти на самые крайние меры,
вплоть до потопления крейсера.
В радиограмме Бострему, переданной в начале ночи
20 июля Морским министерством на эскадренный бро-
неносец «Цесаревич» говорилось: «Оставьте, если надо,
1 До получения этой радиограммы «Цесаревич» 19 июля весь
день вел обстрел восставшего Свеаборга.
49
одно из судов вашего отряда в Гельсингфорсе. С осталь-
ными, и захватив два минных крейсера, идите немед-
ленно привести в повиновение взбунтовавшуюся команду
„Памяти Азова“, где убиты командир и пять офицеров.
„Память Азова“ вчера находился в Рамассарской бухте.
Не допустите его до Кронштадта, если необходимо, не
стесняйтесь утопить»4.
Приказ о потоплении «Памяти Азова» Бострем пере-
дал миноносцу «Летучий», но там не было торпед. Приш-
лось идти в Тверминне для того, чтобы получить их
с учебного судна «Европа». Однако команда этого судна,
узнав о назначении требуемых торпед, категорически от-
казалась выдать их. Тогда распоряжение потопить крей-
сер «Память Азова» было отдано начальнику отряда
подводного плавания адмиралу Шенсновичу, который
вместе с базой подводных лодок «Хабаровск» и несколь-
кими подводными лодками вышел из Ганге по направ-
лению к Ревелю.
Передавая приказ миноносцу «Летучий», а затем от-
ряду Шенсновича, капитан 1-го ранга Бострем отнюдь
не был уверен в исполнении, поэтому он продублировал
приказ о торпедировании «Памяти Азова» на миноносец
«Туркменец-Ставропольский». Но так как команда и
этого корабля была ненадежной, то ей было приказано
временно перейти на миноносец «Эмир Бухарский», а на
«Туркменец-Ставропольский» прислали вместо нее
12 офицеров и 43 гардемарина. Предполагалось, что тор-
педная атака будет производиться под прикрытием бро-
неносца «Цесаревич», который к этому времени должен
был прийти на Ревельский рейд. Но приводить в испол-
нение этот план не пришлось.
В 5 часов вечера 20 июля крейсер «Память Азова»
отдал якорь на Ревельском рейде. Лобадину доложили,
что кондуктора ведут на корабле разлагающую аги-
тацию, настроение матросов упало. По его приказанию
последовал сигнал «кондуктора наверх». По этому сиг-
налу кондуктора и склонившиеся на их сторону ученики
выбежали на верхнюю палубу вооруженными. Завяза-
лась перестрелка. Победителями из этой схватки вышли
предатели-кондуктора, так как на их стороне оказалось
большинство переменного состава из числа молодых мат-
1 ЦГАВМФ, ф. 417, on. 1, д. 3457, л. 129.
60 1
росов. Лобадин был тяжело рамен и, чтобы не сдаваться
в руки усмирителей, застрелился. Коптюх бросился за
борт и пытался спастись вплавь, но был арестован.
За период восстания и при подавлении его погибло
20 матросов, 48 матросов получили ранения; были убиты
7 офицеров и один кондуктор, ранены 5 офицеров и су-
довой священник.
Пять дней, с 31 июля по 4 августа, заседал военно-
морской суд. К расстрелу было приговорено 18 матро-
сов, к каторжным работам на различные сроки—12,
к отправке в дисциплинарные батальоны и к заключе-
нию в тюрьмы — 15 матросов. Расстрелы производились
на острове Карлос.
Царское правительство и командование флотом про-
должало бояться побежденных, но не покоренных духом
азовцев. Тех, кому суд оставил жизнь, приказано было
перевезти в Кронштадт на транспорте «Лахта». В трюм,
где находились осужденные, был проведен пар, для того
чтобы применить его в случае бунта Ч Кроме того, коман-
диру минного крейсера «Воевода», который сопровождал
«Лахту» при переходе из Ревеля в Кронштадт, было
дано указание при малейших признаках восстания на
«Лахте» торпедировать транспорт1 2.
Крейсер «Память Азова» был лишен гвардейского
звания и георгиевского флага, который он носил за под-
виг своего далекого предшественника — корабля «Азов»
в бою под Наварином в 1827 году, и переименован
в «Двину».
Во время восстания в Свеаборге, Кронштадте и на
крейсере «Память Азова» Центральный Комитет РСДРП
был меньшевистским, а поэтому не руководил и не мог
руководить революционными действиями. Но в Петер-
бурге в это время находился В. И. Ленин, и Петербург-
ский комитет был в своей основе большевистским. Через
голову ЦК Ленин и Петербургский комитет партии ру-
ководили работой в войсках. Восстание на Балтике не
было неожиданностью для Петербургского комитета.
Еще за день до восстания в Свеаборге под председа-
тельством В. И. Ленина на Малой Морской улице, в ре-
сторане «Вена», состоялось совещание Исполнительной
1 ЦГАВМФ, ф. 870, on. 1, д. 34449, л. 53.
2 ЦГАВМФ, ф. 417, on. 1, д. 3457, лл. 271—272.
61
комиссии ПК. На нем было принято решение, написан-
ное В. И. Лениным, в котором, в частности, говорилось:
«1	) послать немедленно в Свеаборг делегацию из то-
варищей NNNN1;
2)	поручить этой делегации принять все меры для
тщательного выяснения положения дел на месте;
3)	поручить ей повлиять на местных членов партии,
революционеров и население в том смысле, чтобы до-
биться отсрочки выступления...
4)	поручить той же делегации, в случае полной не-
возможности остановить взрыв, принять самое деятель-
ное участие в руководстве движением...»1 2
Сразу же, как только восстание в Свеаборге нача-
лось, В. И. Ленин вызвал к себе члена Петербургского
комитета И. А. Теодоровича и поручил ему организовать
беспрерывное дежурство на всех конспиративных квар-
тирах во всех подрайонах города, для того чтобы в лю-
бой момент по условному сигналу быстро поднять на за-
бастовку рабочих Петербурга.
Двенадцатого июля стало известно о восстании
в Кронштадте. Ход событий требовал поддержки вос-
ставших со стороны питерского пролетариата. В. И. Ле-
нин предложил большевикам — членам ЦК и ПК рас-
пределить между собой районы города, связаться с ра-
бочими промышленных предприятий и призвать их
к «немедленной забастовке. Рабочие быстро откликну-
лись на призыв большевиков. Работа на фабриках и
заводах остановилась. Через несколько часов в Петер-
бурге бастовало около 100 тысяч человек.
Забастовку было, решено сделать всеобщей и выпу-
стить по этому поводу специальное обращение к рабочим.
С этой целью на станции Удельная должно было состо-
яться совещание Петербургского комитета и членов ЦК.
Но не успели участники совещания собраться в полном
составе, как 19 человек были арестованы окружившими
дачу жандармами и городовыми.
Узнав о поражении Свеаборгского и Кронштадтского
восстаний, В. И. Ленин предложил лозунг о всеобщей
стачке снять.
1 В состав делегации решено было включить Н. М. Лядова,
Р. С. Землячку и А. Г. Шлихтера.
2 В. И. Л ен и и. По;1н. собр. соч., т. 13, стр. 328.
62
Петербургский комитет РСДРП (б) выпустил ли-
стовки, в которых говорилось:
«Слава вам, кронштадтские братья! Вы смело подня-
лись на поддержку Свеаборга, вы не жалели своей
жизни! Не бойтесь суда, — Россия за вас! Вы в плену,
а не в тюрьме. Русский народ победит...» 1
«...Вперед же, товарищи рабочие, к новой борьбе!
Восстание в Свеаборге и Кронштадте подавлено. Вечная
память и слава павшим героям-борцам, и да здравствует
всероссийское восстание! Будем же готовиться к нему
еще сильнее, еще дружнее, еще энергичнее»1 2.
Восстания в Свеаборге, Кронштадте и на крейсере
«Память Азова» были жестоко подавлены царским са-
модержавием. Они потерпели поражение потому, что не
были как следует подготовлены, и, главное, потому, что
силы первой русской революции находились уже на
спаде.
В поражении восстаний во многом повинна авантю-
ристическая деятельность эсеров. Так, рассылкой их пу-
таных и по сути дела провокационных условных теле-
грамм определенно руководила чья-то грязная рука.
Многое говорит за то, что это была рука известного про-
вокатора Евно Азефа, который в дни Свеаборгского вос-
стания находился в Гельсингфорсе. Подтверждением по-
добного предположения служит записка лидера эсеров
Б. В. Савинкова в ЦК эсеров о том, что Азеф «был чле-
ном Центрального комитета эсеров и принимал участие
во многих крупных революционных предприятиях и в об-
суждении всех без исключения планов, в том числе пла-
нов Московского, Свеаборгского и Кронштадтского вос-
станий» 3.
Борьба продолжается
Революция 1905—1907 годов потерпела поражение.
Большевистские партийные организации, в том числе ар-
мейские и флотские, ушли в глубокое подполье, но ре-
волюционная борьба не прекращалась, в зависимости
от условий она приобрела лишь иной характер. Изменив
1 «Листовки петербургских большевиков», т. 1 (1902—1917 гг.).
М., 1939, стр. 409.
2 Т а м же, стр. 421.
3 В. М. Митрофанов. В память жизни. Л., 1930, стр. 21.
63
свою тактику, умело сочетая легальные методы борьбы
с нелегальными, партия пролетариата накапливала
силы, чтобы через некоторое время вновь перейти в на-
ступление на самодержавие.
Наступила эпоха реакции. Разогнав II Государствен-
ную думу и расправившись с ее социал-демократической
фракцией, царское правительство перешло к разгрому
политических и профессиональных организаций трудя-
щихся. В стране свирепствовал столыпинский террори-
стический режим. Тысячи рабочих и крестьян были за-
мучены, расстреляны, повешены, сосланы в Сибирь. Ты
сячи солдат и матросов заполнили тюрьмы военного ве-
домства, были сосланы на каторгу, отправлены в аре-
стантские исправительные батальоны и экипажи.
Личный состав флота за период 1907—1911 годов
подвергался бесконечным чисткам и фильтрациям.
В Кронштадт, в 1-й Балтийский флотский экипаж, со
всего флота списывались «политически неблагонадеж-
ные» и отсюда направлялись в армию. Из месяца в ме-
сяц росло число арестованных. Все карцеры, гауптвахты
и морские тюрьмы были переполнены. Из старых, отжив-
ших свой век кораблей на всех базах флота были обору-
дованы плавучие тюрьмы. В Кронштадте такой тюрьмой
стал блокшив «Волхов».
Для создания себе опоры в матросской среде коман-
дование флота пошло по пути увеличения численности
кондукторов и сверхсрочнослужащих. Но и эта мера не
могла оградить флот от проникновения в него револю-
ционных идей. Антагонизм же между начальниками и
подчиненными на флоте еще больше усилился.
Боязнь революции заставила царское правительство
дойти даже до такой нелепости, как издание приказа об
изъятии не только огнестрельного ручного оружия на ко-
раблях и в береговых частях, но и замков корабельных
орудий.
Эпоха реакции была непродолжительной. С середины
1910 года по всей стране началась полоса экономических
и политических стачек. В декабре 1910 года, анализируя
происходящие в России события, В. И. Ленин писал:
«Полоса полного господства черносотенной реакции кон-
чилась. Начинается полоса нового подъема»1.
1 В. И. Л е н и н. Поли. собр. соч., т. 20, стр. 74.
Б4
Новый революционный подъем охватил и Кронштадт
и военные корабли. В январе 1910 года в Кронштадт-
ском военно-морском суде состоялся судебный процесс
над 20 матросами Либавского флотского экипажа, обви-
ненными в революционной деятельности. Он открыл со-
бою новую серию политических судебных дел.
В 1910 году возникла довольно сильная социал-демо-
кратическая группа на Пароходном заводе. Среди рабо-
чих завода стал вести революционную пропаганду от-
служивший срок военной службы на флоте М. И. Мар-
тынов. В конце того же года возник революционный кру-
жок в Машинной школе. Кружок получал нелегальную
литературу из Петербурга4.
В 1912 году в одной из кронштадтских пекарен вел
революционную работу Н. И. Налетов. Он регулярно по-
лучал из Петербурга большевистскую газету «Звезда»,
а затем «Правду».
В Кронштадте, в чайных, и за городом происходили
встречи и сходки, на которых присутствовали и высту-
пали приезжие агитаторы. В сводках . кронштадтского
жандармского управления неоднократно отмечалось, что
в городе «заметно усилилась работа революционных ор-
ганизаций».
Возвращаясь в Кронштадт из заграничных плава-
ний, матросы привозили с собой большое количество не-
легальной литературы, полученной от русских политэми-
грантов.
Во время плаваний немало нижних чинов, желая из-
бавиться от несносных условий и издевательства офице-
ров, совершало побеги с военной службы. 18 июля
1908 года во время заграничного плавания учебного ко-
рабля «Двина», не выдержав издевательств судового ин-
женер-механика и других офицеров, с корабля сбежала
почти вся машинная команда. Подобные случаи имели
место и на других кораблях. Количество побегов с
флота ежегодно возрастало. В 1910 году бежало 238 че-
ловек, в 1911 — 320, в 1912 — 409, в 1913 —5252.
Из заграничных походов, совершенных кораблями
Балтфлота в этот период, представляет особый интерес
плавание линейного корабля «Слава». 14 июля 1910 года
1 См. «Красная летопись», 1930, № 3, стр. 142.
? ^Красная летопись», 1930, № 3, стр. 129.
«Слава» в составе других кораблей вышла из Крон-
штадта. На переходе от Портсмута к Гибралтару вышли
из строя котлы. «Слава» с большим трудом дошла до
Тулона. Специалисты, осмотревшие котлы, определили,
что на ремонт их потребуется около года.
На ремонте корабельных котлов работало 75 фран-
цузских рабочих. От них матросы корабля услышали,
что в Париже живет В. И. Ленин. Узнав адрес,
они написали ему коллективное письмо. Это было в де-
кабре 1910 года. Владимир Ильич в это время только
что вернулся с острова Капри, где читал лекции русским
политэмигрантам.
«Как раз в это время, — вспоминала Н. К- Круп-
ская, — пришло письмо из Тулона от группы матросов
социал-демократов с крейсера1 „Слава“, которые про-
сили литературу и особенно человека, который помогал
бы вести революционную работу среди моряков. Ильич
направил туда одного товарища, знавшего хорошо усло-
вия конспиративной работы, который и поселился в Ту-
лоне» 1 2.
Вскоре, однако, о существовании на корабле «пре-
ступного сообщества» стало известно русской полити-
ческой агентуре, а через нее и командиру корабля.
С 21 марта по 1 апреля 1911 года на корабле прошли
аресты. Из революционной организации «Славы» было
арестовано 19 человек. При обыске у матросов С. Пет-
рова и К- Серова была изъята социал-демократическая
литература.
Дальнейшее следствие установило, что существовав-
шая на «Славе» организация свои собрания устраивала
в трактирах и ресторанах города. На собраниях присут-
ствовал присланный из Парижа «товарищ Алексей», но
кто он такой, агентуре известно не было.
На корабле в то время существовало две "группы ре-
волюционно настроенных матросов — большевики и
эсеры. Наиболее видную роль среди большевиков играли
матросы Н. Я. Кроненберг, А. К. Самсон и С. П. Петров.
В большевистскую группу входили также матросы
Анашкин, Кузнецов, Маслов, Тепельс и другие.
1 Так в воспоминаниях. Должно быть: линейного корабля.
2 Н. К. Крупская. Воспоминания о Ленине. М., 1957,
стр. 162—163.
56
Восьмого апреля 1911 года в Тулон из Кронштадта
с довольно большой партией матросов, предназначенной
для пополнения штатного некомплекта, прибыло учебное
судно «Океан». Вскоре «Океан» вышел в обратный рейс,
имея на борту 19 арестованных. Для того чтобы они не.
могли общаться с командой корабля, их поместили в ка-
натный отсек. В этом переполненном до отказа отсеке,
среди оглушительного грохота, лязгания и скрежета
якорной цепи, арестованные пробыли около месяца.
В 1911 и 1912 годах революционные организации су-
ществовали почти на всех кораблях Балтфлота и в бере-
говых частях Кронштадта, Гельсингфорса и Ревеля.
В эти годы состоялось два судебных процесса — «про-
цесс 59-ти» и «процесс 52-х». В первом из них перед су-
дом предстали в основном матросы с кораблей и из бе-
реговых частей Кронштадтской военно-морской базы,
а во втором — с кораблей, базировавшихся на Гельсинг-
форс и Ревель.
В «процессе 59-ти» было объединено четыре различ-
ные группы: первая группа — матросы с учебных кораб-
лей «Двина», «Николаев», «Адмирал Корнилов», базиро-
вавшихся на Кронштадт; вторую группу составляли не-
сколько человек из береговых частей Кронштадта; тре-
тья группа — матросы «Славы», арестованные в Тулоне;
четвертая — матросы с крейсера «Аврора». Эти четыре
группы в своей деятельности не были связаны между со-
бою, но идейно их объединяла одна и та же цель —
борьба с самодержавием и ниспровержение существую-
щего государственного строя.
Самой многочисленной была первая группа. Ее функ-
циональный центр находился на учебном корабле
«Двина». Революционно настроенные матросы-двинцы
довольно часто собирались» на конспиративные собра-
ния — то в бане, то в прачечной, то в каюте у корабель-
ного фельдшера эсера Коломийцева, который возглав-
лял организацию. В январе 1912 года при обыске в фо-
нарной каюте корабля был обнаружен шрифт, типограф-
ские принадлежности и нелегальная литература. Это по-
служило основанием для возбуждения судебного дела,
к которому были приобщены и дела других кораблей.
На суде, состоявшемся в июле 1912 года, всем при-
влекаемым по процессу было предъявлено обвинение
в том, что они вступили в «преступное сообщество», стре-
57
мившееся «к насильственному посягательству на изме-
нение существующего государственного строя», хранили
и распространяли «преступную литературу», участвовали
в тайных собраниях, готовились к восстанию и убийству
своих начальников.
В 1910—1913 годах в Кронштадте и на кораблях
флота еще преобладало эсеровское влияние. Между боль-
шевиками и эсерами шла ожесточенная борьба за
массы. Основываясь на том, что расстрел рабочих на
Ленских золотых приисках в апреле 1912 года вызвал
волну стачек и демонстраций в Петербурге и в других
городах, эсеры, так же как и в 1906 году в Свеаборге и
Кронштадте, толкали матросов и солдат на немедленное
вооруженное восстание.
Большевики и в этот период решительно выступали
против авантюрных действий, против «игры в рево-
люцию».
В. И. Ленин считал, что время для вооруженного
восстания еще не пришло. В статье «Восстания в армии
и во флоте», опубликованной в «Рабочей газете» 30 июля
1912 года, он писал: «Призывы к восстанию теперь
крайне неразумны. Восстания еще преждевременны.
Только соединенный натиск рабочих масс, крестьянства
и лучшей части армии может создать условия победо-
носного, т. е. своевременного восстания... Только во главе
натиска миллионов, только в теснейшем, неразрывном
союзе с ними может победить и победит царскую монар-
хию революционная часть русского войска!» 1
Многие участники революционного подполья в Крон-
штадте, ставшие позже большевиками, в те годы еще не-
достаточно осознали принципиальное отличие ленинской
партии, партии нового типа, от соглашательских пар-
тий. «Вопрос деления на большевиков и эсеров, — писали
впоследствии бывшие матросы И. Дудин, С. Лысенков и
В. Мартынов,— был выражен очень слабо. Слово „боль-
шевик“ употреблялось очень редко, и понимали его не-
многие. Понятие о социал-демократах и эсерах было са-
мое примитивное: социал-демократы — это рабочая пар-
тия, эсеры — это крестьянская партия. Разбирающихся
в тонкостях программных и тактических разногласий
было мало. Матросы говорили: „Мы все, социал-демо-
1 В. И. Л е н и н. Поли. собр. соч., т. 22, стр. 3—4.
58
краты и эсеры, готовились к восстанию, нас объединяла
борьба за свержение царизма. Готовы ли рабочие к вос-
станию — такого вопроса для нас не существовало. Мы
верили, что рабочие нас поддержат**»Рядовая мат-
росская масса сплошь и рядом не разбиралась, с кем ей
идти — с социал-демократами или с эсерами. Эсеров-
ский крикливый революционаризм, романтика заговоров
и террористических актов против царя, министров и гу-
бернаторов будоражили умы многих. Многие матросы
были настроены исключительно революционно, по-бое-
вому, но еще не понимали, что реальным залогом гря-
дущей революции является рабочее движение, а не во-
енные бунты и заговоры.
Одновременно с кронштадтским «процессом 59-ти»
возникло дело о 52 матросах с кораблей «Цесаревич»,
«Павел I» и «Рюрик». Зиму 1911—1912 годов эти ко-
рабли стояли в Свеаборгском порту. На них существо-
вали хорошо законспирированные революционные груп-
пы. К концу 1911 года эти группы через большевиков-
рабочих А. Волкова и И. Кондратьева1 2 установили связь
с Русским отделом при гельсингфорсском Рабочем доме.
Организацию большевиков Рабочего дома возглавлял
профессиональный партийный работник, член КПСС
с 1899 года А. В. Шотман. Установление связи с Рус-
ским отделом послужило толчком к дальнейшей активи-
зации корабельных революционных организаций и к об-
щению между ними.
Под впечатлением кровавых ленских событий, проис-
шедших 4 апреля 1912 года, и забастовок на фабриках
и заводах Петрограда большинство революционно на-
строенных матросов, увлекаемых эсеровской агитацией,
настаивали на немедленном вооруженном выступлении.
22 апреля на собрании, происходившем за городом, это
1 Личный архив автора. Из неопубликованного коллективного
воспоминания И. Дудина, С. Лысенкова и В. Мартынова.
2'Алексей Волков (Воробьев Исидор Петрович), член КПСС с
1901 года. В советское время был председателем Главтабака и за-
нимал ряд других ответственных должностей. Кондратьев Иван
Иванович — член КПСС с 1905 года. При Советской власти — за-
меститель председателя Ленинградского облисполкома, с 1935 года—
председатель Союзверфи.
68
требование вылилось в решение начать восстание. Перед
выходом кораблей в море, 24 апреля, А. Волков и другие
большевики не смогли противостоять настроению мат-
росской массы.
По плану, разработанному эсерами и принятому на
сходке 22 апреля, восставшие корабли должны были
идти в Ревель, поднять там восстание на крейсерах, вме-
сте с ними идти в Кронштадт, овладеть им и следовать
в Петербург. Матросы были убеждены, что питерские ра-
бочие поддержат их. Составители плана не учитывали
не только общей обстановки в стране, но и того, что
большинство матросов совершенно не готово к восста-
нию. Этот план, так же как и в 1906 году, был по сути
дела заговорщическим и авантюристичным.
Восстания в намеченный день не произошло. На ко-
раблях и на берегу начались аресты. А. В. Шотман и
А. Волков решили нелегально пробраться в Париж и ин-
формировать В. И. Ленина о попытке восстания, об аре-
стах и о настроениях моряков. В первых числах мая
1912 года они были у В. И. Ленина. «Слушал он нас
очень внимательно, — писал позже Шотман, — задал не-
сколько вопросов и несколько раз как бы про себя по-
вторял: „Без участия широких рабочих масс дело не вы-
горит, какой бы хороший план мы ни выработали**»’.
Н. К. Крупская, вспоминая об этой встрече, писала, что
Владимир Ильич «с интересом стал расспрашивать
Шотмана об организации, которая была сама по себе
интересным фактом... но указывал на нецелесообраз-
ность в данный момент таких выступлений. Было сомни-
тельно, чтобы восстание в этот момент поддержали пи-
терские рабочие»1 2.
В письме А. М. Горькому в августе 1912 года
В. И. Ленин писал: «А в Балтийском флоте кипит! У меня
был в Париже (между нами) специальный делегат, по-
сланный собранием матросов и социал-демократов. Ор-
ганизации нет, — просто плакать хочется!! Ежели есть
у Вас офицерские связи3, надо все усилия употребить,
1 А. Шотман. Как из искры возгорелось пламя. М., 1935,
стр. 174.
2 Н. К. Крупская. Воспоминания о Ленине, стр. 186—187,
3 В этот период в России кое-где стали создаваться офицер-
ские организации, оппозиционно настроенные к правительству.
60
чтобы что-либо наладить. Настроение у матросов боевое,
но могут опять все зря погибнуть»
Несмотря на срыв выступления, намеченного на 24 ап-
реля, эсеры не успокоились. Не прошло и двух с поло-
виной месяцев, как они вновь решили поднять восста-
ние— на этот раз 10 июля, во время стоянки эскадры
кораблей в устье реки Наровы. Но и этот план закон-
чился полным провалом. Были привлечены к судебной
ответственности 59 человек.
В. Н. Залежский, один из руководящих работников
Русского бюро ЦК и Петербургского комитета
РСДРП (б) в 1915—1916 годах, хорошо осведомленный
о революционной работе на флоте в предвоенные и воен-
ные годы, так характеризовал этот период: «Для исто-
рика является совершенно бессцорной тесная зависи-
мость матросских выступлений от революционной
борьбы пролетариата. Однако сознание этой зависимо-
сти, сознание необходимости держать контакт с орга-
низованными рабочими массами в то время проникало
туго не только в толщу волнующихся воинских масс, но
и в головы их руководителей... Среди флота особенно
было распространено и крепко держалось, мнение, что
он „сам по себе“ представляет такую крупную силу, что
сможет независимо от общей борьбы пролетариата сде-
лать революцию»1 2.
Однако судебные процессы 1912—1913 годов многому
научили матросов. Они способствовали проникновению
в их среду идей пролетарской солидарности. Передовые
матросы все отчетливее начинали понимать, что их
борьба является частью общепролетарской борьбы и
полностью зависит от нее. Влияние большевиков на фло-
тах усиливается. Большевистская пропаганда становится
действеннее и результативнее, на кораблях и береговых
базах все шире распространяется социал-демократиче-
ская подпольная литература, а эсеровские издания по-
степенно теряют свою популярность среди матросов.
Начавшаяся мировая война резко изменила взгляды
матросов как на эсеров, так и на меньшевиков. Те и дру-
гие своим участием в военно-промышленных комитетах
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 48, стр. 84.
2 В. Залежский. Борьба за Балтийский флот. М.—Л.,
1925, стр. 6.
61
и земских союзах, голосованием в Государственной думе
за военные кредиты и призывами к «гражданскому
миру» со всеми слоями общества скомпрометировали
себя. Весьма характерно, что в Кронштадте в годы
войны почти не чувствовалось деятельности эсеров и
меньшевиков. «Патриотический» угар, коснувшийся в на-
чале войны некоторой части матросов и солдат, быстро
выветрился. Призывы меньшевиков и эсеров к войне до
победного конца не находили сочувствия среди матро-
сов и солдат. Балтийские моряки все решительнее ста-
новились под знамена большевистской партии.
Влиятельные большевистские группы действовали
в 1-м Балтийском флотском экипаже. Этот экипаж был
не только революционным центром Кронштадта, но и
поставщиком революционно настроенных матросов для
всего Балтийского флота. Он был единственной воин-
ской частью на весь флот, куда списывали всех полити-
чески неблагонадежных. В связи с объявлением войны
в 1914 году туда по мобилизации прибыли из запаса
тысячи матросов — участников революционных событий
1905—1907 и 1910—1912 годов. В Кронштадте их распи-
сывали по кораблям действующего флота, где они ста-
новились организаторами большевистской работы.
В числе призванных из запаса, прибывших в Крон-
штадт, были старые члены РСДРП (б) И. С. Круглов,
И. К- Глухаченков, А. М. Любович, В. Ф. Полухин,
К. И. Пронский, В. Д. Трефолев. С очередными набо-
рами 1914—1916 годов попали в Кронштадт и были рас-
писаны по школам учебных отрядов большевики
В. А. Машкевич, А. Я- Попов, А. В. Баранов, Н. А. По-
жаров, Н. Г. Маркин, С. С. Гридюшко и другие.
Комендант Кронштадтской крепости генерал Мани-
ковский в апреле 1915 года докладывал командующему
6-й армией, в оперативном подчинении которого находи-
лась крепость: «С объявлением войны в числе запасных
матросов, призванных вновь на службу, прибыло во
флот немало порочных и распропагандированных ниж-
них чинов, принимавших прямое и косвенное участие
в вооруженных восстаниях 1905—1906 годов. Весь этот
вредный элемент, как и вообще все порочные матросы,
распоряжением адмирала Эссена1 списываются с судов
1 Командующий Балтийским флотом.
62
действующего флота в наличие 1-го Балтийского флот-
ского экипажа. Вследствие подобного распоряжения эта
воинская часть переполнена всеми отбросами... Таким
образом, в центре высочайше вверенной мне крепости
имеется постоянный значительный кадр нижних чинов,
представляющих вполне благоприятную почву для ре-
волюционной пропаганды»4.
В экипаже начиная еще с 1912 года существовала
крепкая, спаянная группа большевистски настроенных
матросов. В нее входили С. Г. Лысенков, Н. И. Писарев,
И. Г. Дудин, Ф. 3. Зимин, М. А. Андреев. Организато-
ром и наиболее активным членом этой группы был Сте-
пан Лысенков.
Лысенков был весьма своеобразным революционером.
Вначале его в одинаковой степени увлекала как боль-
шевистская, так и эсеровская пропаганда. По отзыву
сослуживцев, это был отчаянный бунтарь, подчас невоз-
держанный, ярый противник палочной дисциплины на
флоте. Его часто ставили под ружье, сажали в карцер
и наконец, чтобы избавиться, списывали в другие части
с характеристикой политически неблагонадежного. Он
отбывал наказание в Архангельском флотском дисципли-
нарном полуэкипаже, в Петербургской исправительной
тюрьме, в плавучей тюрьме «Волхов».
В донесении за февраль 1914 года командир 1-го
Балтийского флотского экипажа дал Лысенкову сле-
дующую характеристику: «Весьма вредно влияет на мат-
росов, революционно распропагандирован. Постоянно
осуждает действия и распоряжения начальства. Хранит
у себя и читает нелегальные тенденциозные издания.
Ознакомляет с содержанием таковых матросов»1 2.
При участии Лысенкова в мае 1914 года в одной из
рот экипажа был создан кружок в шесть-семь человек,
который знакомился с нелегальной литературой и рас-
пространял ее среди матросов. Кружок получал больше-
вистскую «Правду», выходившую тогда под разными на-
званиями. Сам Лысенков, заподозренный в доставке
в Кронштадт нелегальной литературы, вынужден был
бежать в Петербург. Скрываясь от агентов жандарм-
1 ЦГАВМФ, ф. 716, on. 1, д. 36, л. 231.
2 Документальный фонд Центрального военно-морского музея.
Донесение начальника кронштадтского жандармского управления
от 24 мая 1914 года, № 7.
63
ского управления, он продолжал переправлять в Крон-
штадт нелегальную литературу через знакомых ему мат-
росов.
В состав 1-го Балтийского флотского экипажа вхо-
дила рота писарей учетной канцелярии. На должности
писарей назначались наиболее грамотные матросы.
Среди них были революционно настроенные матросы
Н. И. Писарев, С. М. Шуров и Е. П. Марченков, через
которых можно было получить бланк увольнительного
билета и даже гражданский паспорт. Через Писарева и
шла в Кронштадт почти вся нелегальная литература, до-
бытая Степаном Лысенковым.
Активным работником кронштадтского подполья был
матрос С. Г. Пелихов. Это был энергичный и начитан-
ный человек. Он прошел путь от монаха Задонского мо-
настыря Воронежской губернии до пламенного агита-
тора-атеиста. Он отошел от партии эсеров, к которой
принадлежал вначале, и стал убежденным большевиком.
В 1909 году Пелихов был призван на Балтийский
флот, но, не желая служить царю, в 1911 году дезерти-
ровал. Однако в 1913 году, воспользовавшись амни-
стией по случаю 300-летия дома Романовых, он вернулся
в Кронштадт и активно включился в революционную ра-
боту, войдя в группу большевиков 1-го Балтийского
флотского экипажа. Назначенный в обслуживающую
команду Морского, госпиталя, Пелихов организовал там
революционный кружок, в который вошли И. Г. Дудин,
П. И. Скворцов и И. Я. Ягунов.
Во второй половине 1913 года один из членов госпи-
тального кружка И. Дудин был назначен электриком
в Петроградскую военно-морскую исправительную
тюрьму. Это назначение он использовал для нелегаль-
ной работы. Чтобы усыпить бдительность администра-
ции, Дудин согласился прислуживать в тюремной церк-
ви — подавать кадило дьякону во время богослужения,
ходить в город за свечами и елеем для лампад и т. д. Та-
ким образом, он имел возможность лишний раз побывать
в городе, встретиться с кем нужно. Доставляя нелегаль-
ную литературу, Дудин через Лысенкова переправлял
ее в Кронштадт.
В конце 1914 года командование Балтийского флота
формировало из «политически неблагонадежных» матро-
сов батальоны и отправляло их на самые опасные
64
участки фронта. С одним из таких батальонов в январе
1915 года был..отправлен на фронт и Пелихов. Но он бе-
жал в Петроград и вошел в состав большевистской под-
польной организации. Установив связь с Лисенковым и
Дудиным, Пелихов взял на себя доставку литературы
в Кронштадт. Вскоре, однако, Лысенков, узнав о том,
что за ним охотятся агенты жандармского управления,
уехал в Москву, где принял участие в революционной
. работе московских булочников и пекарей, а Пелихов был
выслежен охранкой и арестован !.
Вторая, довольно сильная, большевистская группа,
сложившаяся в Кронштадте в 1913—1914 годах, суще-
ствовала в Учебно-артиллерийском отряде. В эту группу
в разное время входили И. Д. Сладков, Ф. С. Кузнецов-
Ломакин, М. М. Сотников, И. А. Спиридонов, И. Г. Чи-
стяков, 3. А. Закупнев и еще несколько человек.
Большевистские кружки и группы, кроме того, суще-
ствовали в Водолазной и Машинной школах, в Учебно-
минном отряде, на Пароходном заводе и в частях кре-
постного гарнизона. В береговой команде Учебно-мин-
ного отряда действовал А. А. Рогожкин. В Машинной
школе еще в начале 1913 года за большевистскую про-
паганду и принадлежность к социал-демократической
партии были арестованы и преданы суду восемь человек.
На учебном судне «Океан», на котором проходили прак-
тику ученики Машинной школы, вел работу большевик
В. Л. Панюшкин, на Пароходном заводе — бывший мат-
рос слесарь М. И. Мартынов.
Большую работу на учебном корабле «Николаев»
проводил минный машинист Семен Дитятин. Это был
опытный агитатор и пропагандист. Вот что сообщал
в своем докладе командующему Балтийским флотом на-
• чальник кронштадтского жандармского управления
23 февраля 1914 года: «По имеющимся в моем распоря-
жении сведениям, на учебном судне „Николаев" в дина-
момашине часто собираются матросы, среди коих
присутствует известный Вашему Высокопревосходитель-
ству по докладам моим минный машинист Семен Дитя-
тин. На этих сборищах матросы читают под руковод-
ством Дитятина газету социал-демократического направ-
ления „Путь правды", которую достает, по-видимому,
1 ЦГАВМФ, ф. 407, on. 1, д. 7681, л. 5.
3 П. 3. Сивков
65
сам же Дитятин, так как при чтении этой газеты он дает
матросам соответствующие разъяснения. Подобные чте-
ния влияют на матросскую среду весьма повышенно,
возбуждая в них вражду по отношению к действиям и
распоряжениям правительства, а также морского на-
чальства» !.
Работа большевиков в Кронштадте и на кораблях
флота принимала широкий размах. Особенно хорошо она
была поставлена на линейном корабле «Александр II»,
входившем в состав Учебно-артиллерийского отряда.
Организаторами этой работы были служившие на флоте
с 1911 года Иван Давыдович Сладков и Федор Спири-
донович Кузнецов-Ломакин.
Крепкая и хорошо законспирированная организация
была на крейсере «Россия»; организатором и руководи-
телем ее был унтер-офицер Тимофей Иванович Ульян-
цев, служивший на флоте с 1909 года. Рабочий-слесарь,
он вступил в РСДРП (б) еще до призыва на флот. Знав-
шие его старые моряки с восхищением вспоминали, на-
сколько умело вел он пропагандистскую работу.
Разговорившись с матросом, Ульянцев часто, напри-
мер, рекомендовал ему почитать какой-либо увлекатель-
ный роман, где говорилось о веселой и беспечной бар-
ской жизни. Прочтет матрос книжку, а Ульянцев его
спросит:
— Ну как, доволен?
— Доволен, — хорошая книжка.
— А живут-то как! — восхитится Ульянцев. — Как
сыр в масле катаются. А ты как жил до военной службы?
Как твой отец живет?
Задумается, бывало, матрос, а Ульянцев, улучив
удобный момент, дает ему листовку, рассказывающую
об эксплуатации трудящихся буржуазией и помещиками
и о классовой борьбе.
«Умный был Ульянцев,— вспоминал Кузнецов-Лома-
кин. — Как он далеко видел вперед. Учил нас многому,
о Ленине много рассказывал. Это был твердокаменный
большевик, чудесный подпольщик и человек, отдавав-
ший всю жизнь делу революции. Все мы безгранично
любили Ульянцева, а он был нашим вожаком»1 2.
1 ЦГАВМФ, ф. 407, on. 1, д. 6797, л. 22.
2 «Морской сборник», 1948, № 1, стр. 73.
66
В первой половине сентября 1915 года на крейсере
«Россия» произошло стихийное волнение команды. Мат-
росы, собравшись на баке, стали требовать улучшения
пищи, человеческого отношения к себе и удаления с ко-
рабля ряда офицеров. Через провокаторов начальству
удалось выявить 11 человек — зачинщиков бунта. Все
они были списаны в Кронштадт, в 1-й Балтийский флот-
ский экипаж. Среди них был и Тимофей Ульянцев.
В Кронштадте Ульянцев встретился со своими ста-
рыми друзьями по подпольной работе И. Д. Сладковым,
Н. И. Писаревым и Ф. С. Кузнецовым-Ломакиным и
предложил создать единую партийную организацию
всего Балтийского флота. Предложение было горячо
одобрено, так как для решения этой важной задачи ус-
ловия уже созрели. Об этом, в частности, свидетель-
ствовали установившиеся в Кронштадте контакты между
кружками 1-го Балтийского экипажа, Учебно-артилле-
рийского отряда, полуэкипажа, Машинной школы и дру-
гих частей и подразделений.
Флотское большевистское подполье Кронштадта
вступало в новый организационный этап.
Консолидация большевистских сил
В конце сентября — начале октября 1915 года в чай-
ной «Заря» под руководством Т. И. Ульянцева состоя-
лось совещание кронштадтских большевиков, на кото-
ром было решено объединить раздельно работающие
флотские большевистские группы и создать общефлот-
ский центр — Главный судовой коллектив *.
1 В статье «К истории возникновения большевистских органи-
заций в Балтийском флоте» («Военйо-исторический журнал»,
1966, № 11) И. Соловьев и Т. Федоров утверждают, что названия
«Главный судовой коллектив» не существовало. Этой же точки зре-
ния придерживается М. А. Столяренко. В своей книге «Сыны пар-
тии— балтийцы» (Лениздат, 1969) на стр. 144 он утверждает, что
была некая «Центральная группа связей», которая и руководила
всей партийной работой на флоте. Свои доводы он основывает на
документе под названием «Программа центральной группы связей»,
считая, что именно из этого документа вытекает название органи-
зации. По утверждению же ныне здравствующего бывшего члена
Главного судового коллектива Ф. С. Кузнецова-Ломакина, этот до-
кумент был написан Т. И. Ульянцевым и представляет собой лишь
инструкцию для связи, в которой изложены задача и структура
коллективов в частях. О том же говорят и воспоминания других
3*
67
В состав Главного судового коллектива вошли орга-.
низации линейных кораблей «Александр II», «Павел I»,
«Гангут», «Полтава», «Петропавловск». Наиболее круп-
ной и сильной судовой большевистской организацией
в Кронштадте была группа, созданная И. Д. Сладковым
на линейном корабле «Александр II». В состав ее, по
данным кронштадтского жандармского управления и су-
дебно-следственных органов, входили Ф. С. Кузнецов-
Ломакин, 3. А. Закупнев, И. М. Вещев, Н. Г. Красиль-
ников, Г. М. Линяев, Е. С. Овсянников, И. А. Рудаков,
А. С. Сергеев, Л. X. Томсон, М. Г. Рудаков и др. Но жан-
дармы не знали всех членов группы. Их было гораздо
больше. Известно, например, что в состав большевист-
ской организации корабля входили также П. Д. Хохря-
ков и Ф. Д. Степанов.
В состав Главного судового коллектива вошли наряду
с другими группа Н. И. Писарева из 1-го Балтийского
флотского экипажа, в которой состояли имевшие по не-
скольку лет стажа подпольной работы Ф. В. Зимин,
П. Гребенщиков, П. Журавлев, и группа Учебно-минного
отряда, возглавляемая А. А. Рогожкиным и Ф. Г. Соро-
киным.
В первые же дни существования Главного судового
коллектива возникла острая необходимость связаться
с Петербургским комитетом РСДРП (б), восстановить
временно прерванную доставку в Кронштадт нелегаль-
ной литературы. Решено было связаться с доставлявшим
прежде эту литературу электриком Дудиным, служив-
шим в Петроградской военно-морской исправительной
членов организации — Н. А. Ховрина и В. М. Зайцева. В. Залеж-
ский— член Петербургского комитета РСДРП (б), имевший прямое
отношение, к флотскому подполью в 1915 году, в изданной в 1925 го-
ду книге «Борьба за Балтфлот» называет эту организацию «Глав-
ным коллективом военной организации». В архивных документах
приводятся названия, близкие к названию «Главный судовой кол-
лектив». Так, в обвинительном акте по делу матросов этой органи-
зации она именуется «Руководящим коллективом судовых органи-
заций», в сборнике документов «Революционное движение в армии
и на флоте в годы 1-й мировой войны» (Воениздат, 1966, стр. 346)
говорится о «Руководящем коллективе судовых организаций». На-
звание «Главный коллектив» флотскими большевиками было заим-
ствовано от заводских большевистских организаций Петрограда,
где цеховые организации объединялись в Главный заводской кол-
лектив.
68
тюрьме. По поручению Ульянцева за это дело взялись
Сладков и Кузнецов-Ломакин.
«Трудности заключались в том, — рассказывает
Ф. С. Кузнецов-Ломакин, — что ни я, ни Ульянцев, ни
Сладков не знали Дудина в лицо. Я решаюсь пойти
в тюрьму, а Сладков нести дежурство... Подхожу смело
и решительно, перешагиваю через порог, смотрю —
стоит дядя, а у него три треугольника на рукаве — тю-
ремный стражник. Не успел я подойти к нему, как он
спрашивает меня: „К кому идешь?“, я и говорю: „К Ду-
дину Ивану". „Как фамилия?" — новый вопрос. — „Куз-
нецов-Ломакин",— говорю, держусь по-матросски раз-
вязно... Говорю, что иду к брату. „Какой же брат тебе
Дудин, когда у вас фамилии разные?" Я разозлился.
„Вот чудак, — говорю ему, — его мать и мой отец— брат
и сестра, а сестра вышла замуж и, следовательно, сме-
нила фамилию". Вдруг из-под арки выходит Дудин и
прямо ко мне: „Братишечка" — и обнимается со мной.
Оказывается, он слышал весь наш разговор и поспешил
выручить меня... В следующее воскресенье поехали на
Ждановскую набережную. Дудин уже был там. Здесь он
дал нам адреса за Невскую заставу, чтобы восстановить
связь с ЦК» ’•
Вскоре Ульянцеву и Сладкову через Выборгский рай-
онный комитет удалось наладить связь с Петербургским
комитетом РСДРП (б). В качестве постоянного предста-
вителя в Кронштадт был выделен Кирилл Орлов
(И. Н. Егоров) —член РСДРП (б) с 1903 года, опытный
профессиональный партийный работник.
Создание большевистского флотского центра не могло
ограничиться только одним Кронштадтом. Необходимо
было наладить связь с кораблями действующего флота,
базирующимися на Гельсингфорс и Ревель. В решении
этого вопроса помогла счастливая случайность. Один из
активных членов Главного судового коллектива матрос
с крейсера «Россия» Николай Брендин после лечения
в Кронштадтском морском госпитале получил шестиме-
сячный отпуск для восстановления своего здоровья.
Т. И. Ульянцев, И. Д. Сладков и Ф. С. Кузнецов-Лома-
кин уговорили его не ехать в провинцию, а отправиться
1 Личный архив автора. Стенограмма воспоминаний Ф. С. Куз-
нецова-Ломакина.
69
в Гельсингфорс и установить там, а затем и в Ревеле
связь с кораблями флота. Брендин согласился. Выехав
в Гельсингфорс и поступив там работать на завод Люф-
лона, он сумел установить связь с жившим в Гельсинг-
форсе членом ЦК РСДРП (б) „Альбертом**1 и с больше-
виками, служившими на кораблях, стоявших в Свеаборг-
ском порту. Через Ховрина и Марусева была установ-
лена связь с организацией на «Павле I», с Мурашевым
на «Полтаве», с Поповым на «Гангуте», с Варюхиным
и Хрулевым на «Петропавловске», с организациями на
крейсере «Диана», на тральщиках «Фита» и «Взрыв», где
вели работу Филиппов, Вахрамеев и Пешков.
Размах работы Главного судового коллектива как
в Кронштадте, так и на кораблях флота встревожил пе-
троградских, кронштадтских и гельсингфорсских жандар-
мов. Наконец им удалось напасть на след организации.
За Сладковым, Ульянцевым и другими членами коллек-
тива началась усиленная слежка.
Сладкову однажды потребовалось получить в Петро-
граде очередную партию прокламаций. Начальство
с «Александра II» угадало цель его поездки и по догово-
ренности с кронштадтским жандармским управлением
разрешило съездить в столицу. По возвращении из Пе-
трограда каждый шаг Сладкова тщательно контролиро-
вался. Из подслушанного телефонного разговора началь-
ству стало известно, что часть привезенных из Петро-
града листовок Сладков должен был передать на линей-
ный корабль «Цесаревич» матросу Ерохину. Не успел
Сладков ступить на палубу «Цесаревича», как был за-
держан. При обыске у него и у Ерохина изъяли много
прокламаций и другие компрометирующие материалы:
записки с адресами, шифр и т. д. Оба они были аресто-
ваны.
Аппарат жандармского управления завертелся. Аре-
сты начались не только в Кронштадте, но и в Гельсинг-
форсе, в Ревеле, на линейных кораблях «Павел I», «Пе-
тропавловск», «Гангут», «Полтава», на крейсерах
«Диана» и «Россия». В Гельсингфорсе арестовали Хов-
рина, Марусева, Брендина и других членов организации.
1 Кому принадлежал этот псевдоним, на следствии и на суде
не было установлено, не знали этого и матросы, входившие в со-
став Главного судового коллектива.
70
В Кронштадте были схвачены Кузнецов-Ломакин, Писа-
рев, Закупнев, Вещев и многие другие. Почти последним
был арестован Ульянцев.
В те же дни были арестованы многие члены Петер-
бургского комитета РСДРП (б). В предательстве как
петроградской, так и флотской организаций РСДРП (б)
сыграл зловещую роль провокатор меньшевик Шурка-
нов, с которым неоднократно общались Орлов и Уль-
янцев.
По окончании следствия к судебной ответственности
привлекли 17 человек с 10 кораблей и из 2 береговых от-
рядов. Кроме матросов по этому делу были арестованы
Кирилл Орлов, его жена Армина Михельсон и питер-
ский рабочий Михаил Стакун — агитатор, неоднократно
бывавший в Кронштадте.
Петроградское и кронштадтское жандармские управ-
ления считали, что с арестом руководителей Главного
судового коллектива его деятельность в Кронштадте
прекращена. Однако это было далеко не так. Было аре-
стовано лишь руководство коллектива. Большевистская
работа в Кронштадте и на кораблях флота продолжа-
лась. Арестованных товарищей заменили другие.
Почти год длилось расследование по делу большеви-
ков Главного судового коллектива. Некоторые его участ-
ники в период следствия сидели в Петропавловской кре-
пости и в «Крестах». Много трудов потратили следова-
тели, чтобы полностью раскрыть большевистскую
общефлотскую организацию. Но это им не удалось. Не
удалось также доказать виновность целого ряда аресто-
ванных.
В сентябре 1916 года следствие было закончено.
В обвинительном заключении прокурора говорилось:
«С осени 1915 года в Кронштадтское жандармское
управление стали поступать негласные сведения, что
среди судовых команд Балтийского флота заметно уси-
лилась деятельность революционных организаций соци-
ал-демократического направления, стремящихся наса-
дить во флоте наибольшее число своих сторонников, ко-
торые должны были подготовить судовые команды
к выступлениям с различного рода требованиями ко
времени окончания войны... Параллельно с этими дан-
ными Петроградское охранное отделение также получило
сведения о возникновении военной организации Россий-
71
ской социал-демократической рабочей партии среди Су-
довых и береговых команд Балтийского флота. Согласно
этим сведениям, на каждом военном корабле образова-
лись социал-демократические кружки, имеющие предста-
вителей в общем руководящем комитете». Далее указы-
валось на то, что «идейные руководители движения вся-
чески стараются удерживать матросов от одиночных
беспорядков, дабы иметь готовую обстановку на случай
общих выступлений, учитывая возможность активного
движения со стороны рабочего класса, могущего оказать
решительное влияние на изменение существующего госу-
дарственного строя»1.
Двадцать шестого октября 1916 года состоялось за-
седание кронштадтского военно-морского суда. Из
17 матросов, привлеченных к ответственности, были при-
говорены к каторжным работам: Т. И. Ульянцев — на
8 лет, И. Д. Сладков и Н. В. Брендин — на 7 лет; все
остальные, в том числе и активнейший участник созда-
ния Главного судового коллектива Ф. С. Кузнецов-Ло-
макин, были «за недоказанностью обвинения» оправ-
даны и через некоторое время, как «политически небла-
гонадежные», отправлены на передовую линию фронта.
На решение суда повлияли массовые протесты питер-
ских рабочих против расправы над матросами. По при-
зыву Петербургского комитета РСДРП (б) в дни суда
почти на 50 фабриках и заводах состоялись забастовки.
В течение трех дней в Петрограде бастовало 130 тысяч
человек. В эти же дни ПК РСДРП (б) издал листовку,
в которой говорилось:
«Товарищи матросы и солдаты! Мы заявляем свой
голос возмущения против смертельной расправы с вами.
В знак союза революционного народа с революционной
армией мы останавливаем заводы и фабрики. Над вами
занесена рука палача, по она должна дрогнуть под мощ-
ным протестом восстающего из рабства народа.
Долой суд насильников! Долой смертную казнь! Да
здравствует стачка протеста! Да здравствует единение
революционного пролетариата с революционной ар-
мией!» 1 2
1 «Петроградский пролетариат и большевистская организация
в годы империалистической войны. 1914—1917». Сб. материалов и
документов. Л., 1939,. стр. 123—124.
2 Т а м же, стр. 173.
72
В сентябре 1915 года, еще в то время, когда созда-
вался и набирал силу Главный судовой коллектив, охва-
тывая своим влиянием корабли и береговые части Крон-
штадта, Гельсингфорса и Ревеля, из годичного отпуска
после контузии вернулся в Кронштадт старый партий-
ный работник, член РСДРП (б) с 1905 года В. М. Зай-
цев. Получив назначение рулевым к начальнику управ-
ления службы связи и наблюдения Балтийского флота
и по совместительству на должность писаря и баталера
в роту связи, он сразу же занялся восстановлением
прежних партийных связей. Ему удалось связаться
с Журавлевым и Писаревым из 1-го Балтийского флот-
ского экипажа, с Ягуновым из Морского госпиталя, Ро-
гожкиным из Учебно-минного отряда. Группа Зайцева
самостоятельно установила контакт с Петербургским ко-
митетом РСДРП (б).
Во время поездок в Петроград Зайцев встречался
с товарищами «Дмитрием» (Б. А. Жемчужиным) и
«дядей Яшей» (М. И. Лацисом). Через Писарева и Жу-
равлева Зайцев познакомился с Ульянцевым и Сладко-
вым. «Мы договорились, — пишет в своих воспомина-
ниях В. М. Зайцев, — что наша группа будет продолжать
работать самостоятельно, а связь между мной и Ульян-
цевым остается обязательной и осуществляется через
Журавлева»
Таким образом, при тесной связи с Главным судо-
вым коллективом группа Зайцева существовала и вела
работу на правах автономной группы. Именно поэтому
во время арестов руководящей группы Главного судо-
вого коллектива она почти не была затронута, незначи-
тельно пострадала лишь ее низовая береговая ячейка.
Совершенно не претерпела репрессий низовая крепост-
ная ячейка, видную роль в которой играл солдат элект-
ротехнической роты Е. Ф. Зинченко. Общее руководство
всей революционной работой и всеми ячейками, которые
не были раскрыты жандармским управлением, Зайцев
принял на себя по указанию Т. И. Ульяпцева, секретно
переданному через охрану тюрьмы.
Революционная работа в Кронштадте продолжалась
без перерыва. Во время рождественских «душеспаситель-
ных» бесед и лекций в Сухопутном манеже, организован-
1 Дичнмй архив автора. Из воспоминаний В. М. Зайцева.
73
ных командованием, среди солдат и матросов успешно
распространялись листовки Петербургского комитета
РСДРП (б) Большевистские прокламации распростра-
нялись в те дни среди солдат Алексеевского и Никола-
евского фортов, в электротехнической роте, в 1-м и 2-м
артиллерийских полках и даже во время богослужения
во Владимирском соборе1 2. В январе 1916 года в Крон-
штадте появилась листовка, изданная к годовщине Кро-
вавого. воскресенья — 9 января 1905 года. Она призы-
вала солдат и матросов вести борьбу за прекращение
империалистической войны, не подчиняться лживой при-
сяге и становиться в ряды революционной армии. Эта
листовка в количестве ста экземпляров была доставлена
из Петрограда в Кронштадт солдатом нестроевой роты
кронштадтского артиллерийского склада Черныше-
вым 3.
В связи с арестом Кирилла Орлова на некоторое
время прекратилась регулярная связь кронштадтских
большевиков с Петербургским комитетом партии, но уже
в феврале 1916 года она была восстановлена. В одном
из своих докладов коменданту крепости начальник жан-
дармского управления полковник Тржецяк по этому по-
воду сообщал: «В феврале сего года агентура указы-
вала, что нижние чины кронштадтской артиллерии... во-
шли в непосредственные сношения с Петроградским ко-
митетом РСДРП через неизвестных тогда членов этого
комитета»4. Несколько позже жандармскому управле-
нию стало известно, что эта связь осуществлялась че-
рез представителя ПК РСДРП (б), рабочего завода «Ай-
ваз» Карла Рейнгольда Эглита (он же Павел Петрович
Австриец). Только после Февральской революции мат-
росам стало известно настоящее имя этого большевика.
Это был член РСДРП (б) с 1914 года Петр Мартынович
Кимен5.
1 ЦГАВМФ, ф. 1340, on. 1, д. 547, л. 8.
2 Т а м ж е, лл. 8, 10, 11, 25.
3 Т а м ж е, л. 638.
4 Т а м же, л. 580 об.
5 П. М. Кимен был назначен для связи Петербургского коми-
тета РСДРП (б) с Кронштадтской партийной организацией вскоре
после ареста Кирилла Орлова (И. Н. Егорова). Оба они работали
на заводе «Айваз». Не исключена возможность, что именно Ки-
рилл Орлов незадолго до ареста рекомендовал Кимена для связи
с Кронштадтом.
74
В середине апреля 1916 года в Кронштадте распро-
странялась листовка ПК РСДРП (б), призывающая
ознаменовать день 1 Мая стачками, демонстрациями и
выступлениями с протестом против империалистической
войны.
В кронштадтское жандармское управление поступили
сведения b том, что «возникшее уже объединение рас-
пропагандированных нижних чинов и матросов Крон-
штадтского порта» призывает матросов и солдат к борьбе
за прекращение войны и к свержению существующего
строя Жандармы вынуждены были признать, что дея-
тельность большевиков в Кронштадте «отнюдь не пресе-
чена» 1 2.
В этом же документе жандармское управление пи-
сало, что «пропаганда среди береговых команд Крон-
штадтского порта осуществлялась исключительно через
членов Петроградского комитета»3.
Семнадцатого мая агентура в своей сводке сообщала
о прибытии в Кронштадт трех «посторонних лиц», среди
них был и П. М. Кимен. Им была доставлена и распро-
странена среди солдат и матросов большая партия ли-
стовок ПК РСДРП (б). В сводке говорилось, что с Ки-
меном связан матрос Учебно-минного отряда Федор Со-
рокин, что в 1-м Балтийском флотском экипаже ведет
работу писарь 1-й статьи Егор Марченков.
Через два дня после прибытия Кимена в Кронштадт
в лесу на ораниенбаумском берегу состоялась сходка
выборных от большевистских групп кронштадтских мор-
ского и сухопутного гарнизонов. На сходке присутство-
вали Кимен и два других члена Петербургского коми-
тета. Это было организационное собрание, на котором
состоялось официальное оформление Главного коллек-
тива Кронштадтской военной организации. Из воспоми-
наний В. М. Зайцева видно, что на сходке присутство-
вали Ягупов, Рогожкин, Журавлев, Зинченко, Петухов,
Черников, Донской (эсер, имевший связи с большеви-
ками) и другие— всего 15—18 человек. Сходка проводи-
лась по всем правилам конспирации. Выставили дозор.
На случай обнаружения собравшихся полицией на траве
1 ЦГАВМФ, ф. 1340, on. 1, д. 547, л. 580 об.
2 Там же.
3 Т а м же, л. 580.
75
разложили бутылки с пивом, квасом и всякую снеДь.
Представитель ЦК РСДРП (б) сделал краткое сообще-
ние о состоянии партийной работы среди рабочих и сол-
дат Петрограда, а затем объявил, что Главный коллек-
тив утвержден Петербургским комитетом партии, утвер-
жден и его руководитель В. М. Зайцев 1.
В сводках кронштадтского жандармского управле-
ния неоднократно отмечалось, что наиболее сильная
большевистская организация существует в нестроевой
роте крепостного артиллерийского склада. Члены этой
организации вели работу не только в своей роте, но и
в других воинских частях сухопутного гарнизона. В мае
деятельность организации настолько активизировалась,
что, не боясь осведомленности начальства и жандарме-
рии, солдат Ю. Вуйцик проводил денежный сбор на рас-
ходы по партийным делам и на приобретение партийной
литературы1 2.
Жандармы считали, что организация артиллерий-
ского склада является основным руководящим центром
Кронштадтской большевистской организации, солдат-ма-
стеровой Н. И. Ильин — ее руководителем. Это было
ошибкой. Действительным руководителем организации
был В. М. Зайцев. Он был значительно опытнее в во-
просах конспирации, чем его товарищи по работе, и
именно поэтому жандармы не имели сведений о его дея-
тельности. Так же осторожно вел работу на постах
службы связи призванный из запаса унтер-офицер теле-
графист А. М. Любович— член РСДРП (б) с 1907 года,
числившийся в списках полковника Тржецяка «полити-
чески неблагонадежным».
Шестнадцатого июля П. М. Кимен вновь приехал
в Кронштадт. На Петроградской пристани его встретили
Е. Зинченко и матрос службы связи Д. Ерохин. Все они
прошли на Петровскую улицу, в дом № 12, в здание слу-
жбы связи, где служил В. М. Зайцев.
Кимен в своих воспоминаниях писал, что встречи
с Зайцевым происходили в Петровском парке, в чайной
и в других местах, что он дважды передавал ему пачки
прокламаций. Одйажды, чтобы обмануть бдительность
1 Рукописный фонд ЦВММ. Из записи беседы с В. М. Зайце-
вым.
2 ЦГАВМФ, ф. 1340, on. 1, д. 547, л. 583 об.
76
агентуры жандармского управления, Кимен приезжал
в Кронштадт в форме капитана торгового флота1.
Создание Главного коллектива Кронштадтской воен-
ной организации сильно оживило партийную работу.
Влияние его распространялось на крепостные части, ко-
рабли, стоявшие в гавани, на 1-й Балтийский флотский
экипаж, полуэкипаж, на все школы учебных отрядов.
Партийные организации росли численно и качественно.
В Учебно-минном отряде под руководством членов Глав-
ного коллектива А. А. Рогожкина и Ф. Г. Сорокина рабо-
тала группа молодых большевиков, в которую входили
И. Колбин, Н. Пожаров, А. Павлов, В. Церешко, в группе
Учебно-артиллерийского отряда состояли М. А. Черни-
ков, Д. Н. Кондаков, А. В. Баранов, А. Я- Попов, в группе
Машинной школы и в ячейке учебного судна «Океан» —
Ф. В. Громов, В. С. Мясников, В. Л. Панюшкин, в группе
1-го Балтийского флотского экипажа — П. Журавлев,
П. Скворцов, М. Мортиков, в группе полуэкипажа —
А. Потехин, Н. Неверовский, в ячейке линейного корабля
«Александр II» — П. Д. Хохряков и Ф. Д. Степанов.
В крепостном гарнизоне, кроме того, работали С. С. Гри-
ценко, В. П. Громов, И. Жеребцов, в Морском госпи-
тале — И. Я. Ягунов, на Пароходном заводе — М. И. Мар-
тынов и многие другие.
В двадцатых числах июля 1916 года в Петрограде
был арестован целый ряд видных партийных работни-
ков, 21 июля был арестован и П. М. Кимен. После его
ареста связь с Петербургским комитетом РСДРП (б)
продолжала осуществляться непосредственно В. М. Зай-
цевым через Б. А. Жемчужина, М. И. Лациса и В. Н. За-
лежского. Встречи с ними происходили не только на
явочных квартирах Петрограда, но и в Озерках, Шува-
лове, Парголове и Лесном.
Агенты кронштадтского жандармского управления
31 июля установили, что в трактире на углу Малой Ека-
терининской и Бочарной, в доме № 2/7, состоялось со-
брание членов Главного коллектива, в котором участво-
вали четыре солдата крепостного гарнизона и четыре
матроса. В числе этих восьми человек был и В. М. Зай-
цев. Дав ему кличку «Ялик», жандармские агенты не
1 Партийный архив при ЦК КП Латвии. Воспоминания
П. М. Кимена.
77
смогли установить его фамилию. Из остальных трех
матросов двое были из 1-го Балтийского флотского эки-
пажа и один из Учебно-минного отряда, фамилии их
также не были установлены. Арестовать никого не
удалось.
В целях конспирации руководство Главного коллек-
тива избегало проводить многолюдные собрания. Если
они иногда и устраивались, то в лесу, на ораниенбаум-
ском или сестрорецком берегу, и даже на кладбище Вы-
боргской стороны в Петрограде. В Кронштадте встречи
по партийным делам происходили небольшими груп-
пами- в трактирах «Малый Ярославец», «Веселая до-
лина», «Зарайск», «Орел», «Тулон», в трактире Гор-
деева и в чайной «Заря». В «Зарайске» хозяйкой трак-
тира была очень расторопная двадцативосьмилетняя
вдова Степанида Андреева — из крестьян Рязанской
губернии, присвоившая своему трактиру название род-
ного города. Она прекрасно знала в лицо всех агентов
и предупреждала матросов о появлении их в трактире,
за что числилась в полиции «неблагонадежной».
Между тем, расширяя свою деятельность, Главный
коллектив Кронштадтской военной организации издал
тиражом в несколько тысяч экземпляров листовку
«К организованным солдатам и матросам». Она призы-
вала создавать нелегальные кружки и вести пропа-
ганду против империалистической войны, за свержение
самодержавия.
Одиннадцатого августа 1916 года начальник петро-
градской охранки информировал начальника Крон-
штадтского жандармского управления, что Петербург-
ский комитет РСДРП (б) в ближайшем будущем пред-
полагает выпустить по заказу Главного коллектива
новую листовку в количестве 100 000 экземпляров. Он
писал, что «в кронштадтском коллективе дело постав-
лено очень серьезно, конспиративно и участники его все
молчаливые и серьезные люди» J.
Вскоре за подписью Главного коллектива Крон-
штадтской военной организации была выпущена и
распространена в огромном количестве листовка под
названием «Когда же конец?».
1 «Большевики в годы империалистической войны. 1914 — фев-
раль 1917». Сб. документов. М., 1939, стр. 205.
78
«Товарищи солдаты и матросы! — говорилось
в ней. — Уже третий год длится мировая война... Война
сама по себе уже теперь несет капиталистам небыва-
лые выгоды и барыши. Миллионы людей истекают кро-
вью на полях сражения, тысячи калек вынуждены ни-
щенствовать и побираться... стонет весь народ, изнемо-
гая под тяжестью дороговизны и голода, а в сундуки
банкиров и торговцев, фабрикантов и помещиков текут
миллиарды за миллиардами... Пора понять это, пора
положить конец преступной войне, пора начать реши-
тельную борьбу за жизнь и свободу народов...
Так дружно, товарищи, за дело! Долой преступную
войну! Долой монархию! Да здравствует 2-я россий-
ская революция!» 1
Размах работы Главного коллектива, выпуск им ли-
стовок, сообщения агентов наружного наблюдения
о тайных сходках матросов и солдат серьезно перепу-
гали кронштадтское жандармское управление. Предпо-
лагая, что основное ядро организации находится в не-
строевой роте артиллерийского склада, жандармы
в ночь на 9 сентября явились в эту воинскую часть.
Тщательно обыскав всю роту и не найдя ничего подо-
зрительного, они арестовали Н. Ильина, которого без-
основательно считали главным руководителем, Ю. Вуй-
цика, ведавшего партийной кассой, а также С. Черны-
шева, А. Козырина, С. Трофимова и П. Купцова. В 1-м
Кронштадтском артиллерийском полку были арестованы
Н. Турбанов, А. Берглер и И. Белкин. В ту же ночь в 1-м
Балтийском флотском экипаже арестовали Ф. Зимина и
Е. Марченкова, в Учебно-минном отряде — Ф. Сорокина,
‘А. Рогожкина и П. Гребенщикова, в службе связи —
Д. Ерохина. 20 сентября на ораниенбаумской пристани
был арестован возвращавшийся из отпуска Е. Зинченко.
Часть этих лиц входила в состав руководящей группы
Главного коллектива. Всего в ночь на 9 сентября было
произведено 107 обысков, из них 70 в крепостном гар-
низоне, 30 в военно-морских частях и 7 в гражданских
квартирах2.
Обыски не дали никаких результатов, так как члены
организации были осведомлены о них заблаговременно
1 «Петроградский пролетариат и большевистская организация
в годы империалистической войны. 1914—1917», стр. 119—122.
? ЦГДВМФ, ф. 1340, on. 1, д. 547, л. 512.
79
матросом Сорокиным, который, побывав перед этим
в Петрограде и узнав там, что арестован П. М. Кимен
и ряд других руководящих работников Петербургского
комитета РСДРП (б), сообщил об этом Главному кол-
лективу. Все были наготове. Все, что можно было спря-
тать или уничтожить, было спрятано и уничтожено.
После арестов и обысков жандармское управление
поспешило заявить, что «преступная деятельность Глав-
ного кронштадтского коллектива ликвидирована». Но и
на этот раз жандармы просчитались.
В октябре повторным тиражом была вновь выпу-
щена листовка «Когда же конец?». Это еще больше
встревожило начальство. 5 ноября 1916 года начальник
кронштадтского жандармского управления докладывал
коменданту крепости, что, несмотря на принятые меры,
Главный коллектив вновь возобновил свою деятель-
ность Ч При этом шеф жандармов допустил явную не-
точность — следовало бы сказать не «возобновил»,
а «продолжает» деятельность, так как перерыва в ра-
боте Главного коллектива не было. В докладе говори-
лось, что число политически неблагонадежных возра-
стает и «обслуживать... большой, постоянно увеличи-
вающийся кадр распропагандированных нижних чинов
местного гарнизона... не представляется возможным».
Начальник жандармского управления настаивал на
принятии решительных мер и с тревогой заявлял, что
«число распропагандированных нижних чинов есте-
ственно будет возрастать и в конечном результате вы-
зовет повторение печальных событий 1905—1906 годов,
с тою лишь разницей, что при возникновении беспоряд-
ков рассчитывать на содействие местных войск вряд ли
потребуется» 1 2.
На подозрении у жандармов оставалось здание
службы связи — дом № 12 по Петровской улице. 22 но-
ября они арестовали работавшего здесь делопроизводи-
телем унтер-офицера 1-й статьи В. М. Зайцева. Жан-
дармы не знали, что именно он является основным
руководителем Кронштадтской военной организации.
После двухнедельного пребывания в кронштадтской
следственной тюрьме Зайцев был освобожден. Этому по-
1 ЦГАВМФ, ф. 1340, on. 1, д. 547, л. 692.
2 Там же, л. 692 об.
80
могло и ходатайство начальника следственной части
службы связи капитана 1-го ранга Пяткина, который
заявил, что Зайцев ни в чем предосудительном замечен
не был и заниматься противоправительственной пропа-
гандой не мог, так как всегда перегружен служебной
работой. Действительно, Зайцев, чтобы не навлечь по-
дозрений начальства своими поездками в Петроград,
обычно выезжал туда не по собственной инициативе,
а по просьбе командира роты связи подполковника Ор-
лова, который доверил ему подготовку своего сына для
поступления в гимназию. Бывая в Петрограде, Зайцев
посещал Выборгскую районную большевистскую орга-
низацию, встречался с Б. А. Жемчужиным и с М. И. Ла-
цисом и только потом выполнял служебные и личные
поручения своего начальства.
Работа Главного коллектива Кронштадтской воен-
ной организации продолжалась. Рост числа «неблагона-
дежных», множество большевистских листовок, распро-
страняемых среди матросов, солдат и рабочих, трево-
жили не только жандармов, но еще в большей степени
кронштадтского генерал-губернатора и главного коман-
дира порта адмирала Вирена. В отчаянии он писал
15 сентября 1916 года контр-адмиралу Гейдену:
«...я не останавливаюсь перед крайними крутыми ме-
рами, если потребуется, введу вместо розги плеть, вме-
сто одиночного строгого заключения — голодный недель-
ный арест, но должен сознаться, опускаются руки. Вме-
сте с этим письмом я послал пятое обширное донесение
командующему Балтийским флотом, а выдержки из
него министру внутренних дел; положение принимает
характер катастрофы. Вы, граф, играющий столь вид-
ную роль в Морском министерстве и в кругу близких
к Государю лиц, обязаны знать всю правду. Под моим
началом находится сейчас армия в 80 тысяч человек1
всех родов оружия, вплоть до траллеров и инженерных
частей для отражения газовых атак... Я по совести го-
ворю, что достаточно одного толчка из Петрограда, и
Кронштадт вместе с судами, находящимися сейчас
в Кронштадтском порту, выступит против меня, офи-
1 В эту цифру Вирен включал, по-видимому, не только гарни-
зон Кронштадта, но и целый ряд военно-строительных и пехотных
частей, расположенных по побережью Финского залива.
91
церства, правительства и кого хотите. Крепость — фор-
менный пороховой погреб, в котором догорает фитиль —
через минуту раздастся взрыв. Вчера я посетил крейсер
,,Диана“. На приветствие команда отвечала по-казен-
ному, с плохо скрытой враждебностью. Я всматривался
в лица матросов, говорил с некоторыми по-отечески;
или это бред уставших нервов старого морского волка,
или я присутствовал на вражеском крейсере, такое впе-
чатление оставил у меня этот кошмарный смотр. В ка-
ют-компании офицеры откровенно говорили, что мат-
росы сплошь революционеры. Внезапные поиски выяс-
нили наличие сети сильной подпольной организации,
арестовать ядро ее не удается. Так всюду в Кронштадте.
Мы судим уличенных, ссылаем, расстреливаем их, но
это не достигает цели: 80 тысяч под суд не отдашь»1.
Революция приближалась. Самодержавие доживало
свои последние месяцы.
1 «Известия Кронштадтского Совета», 20 июля 1917 г.
ГЛАВА II
КРОНШТАДТ ШАГАЕТ В РЕВОЛЮЦИЮ
Долой царский режим!
Наступил февраль 1917 года. Недовольство про-
гнившим царским режимом, империалистической войной,
голодом и разрухой вызвало в Петрограде мощную волну
стачек и демонстраций. Начались вооруженные столкно-
вения рабочих с полицией. К восстанию питерских про-
летариев вскоре присоединились солдаты Петроград-
ского гарнизона и матросы Балтийского флота.
Вспыхнув в столице, буржуазно-демократическая ре-
волюция охватила всю страну. Руководимая В. И. Ле-
ниным большевистская партия сумела придать органи-
зованность и политическую остроту стихийному выступ-
лению российских пролетариев, крестьян, солдат и
матросов, возглавить их восстание против царизма и
привести его к победе над самодержавием.
Хотя революцию совершили рабочие и крестьяне, го-
сударственная власть в стране перешла в руки буржу-
азного Временного правительства. В то же время твор-
чеством народных масс был создан Петроградский
Совет рабочих и солдатских депутатов как орган рево-
люционно-демократической диктатуры пролетариата и
крестьянства. Наряду с органами буржуазной власти по-
всеместно создавались Советы рабочих и крестьянских
депутатов. Образовалось двоевластие. В. И. Ленин пи-
сал: «В чем состоит двоевластие? В том, что рядом
83
с Временным Правительством, правительством буржуа-
зии, сложилось еще слабое, зачаточное, но все-таки не-
сомненно существующее на деле и растущее другое пра-
вительство: Советы рабочих и солдатских депутатов»
С получением первых известий о революции в Пет-
рограде военное командование, Кронштадта — главный
командир порта адмирал Ф. Н. Вирен и комендант кре-
пости адмирал А. П. Курош позаботились о том, чтобы
изолировать кронштадтцев от происходящих в столице
событий. Был закрыт выезд из Кронштадта и въезд
в него, запрещена для общего пользования телефон-
ная и телеграфная связь.
Но полностью изолировать Кронштадт от револю-
ционного Петрограда все же не удалось. Сведения,
правда поначалу скудные и разноречивые, проникали
через торговый транспорт, ежедневно доставлявший из
Ораниенбаума продукты для гражданского населения,
проникала-1 информация и через государственную службу
связи, обслуживаемую «особо надежными» телефони-
стами и телеграфистами. Кронштадтцы с напряженным
вниманием прислушивались к каждому новому изве-
стию из Питера.
Руководителю Кронштадтской военной организации
большевиков В. М. Зайцеву, который работал делопро-
изводителем роты службы связи и был вне каких-либо
подозрений у начальства, удавалось без особого труда
через знакомых телефонистов и телеграфистов узна-
вать, какие распоряжения и сообщения поступали из
Петрограда на имя адмирала Вирена и каковы были
его донесения в Морское министерство. Но этого было
недостаточно. Поняв, что наступили часы решающих
событий, он решил лично связаться с петроградскими
большевиками.
Под предлогом очередных занятий по математике
с сыном своего командира роты и выполнения служеб-
ных поручений рано утром 24 февраля В. М. Зайцев вы-
ехал в Петроград. Здесь он встретился с членами пар-
тийного комитета Выборгской стороны, ознакомился
с событиями в столице, а затем, получив указания о не-
обходимости начать восстание в Кронштадте, в тот же
день вернулся в свою часть.	«,
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 31, стр. 145.
84
Вечером под руководством Зайцева состоялась кон-
спиративное совещание руководящей группы Главного
коллектива Кронштадтской военной организации
РСДРП (б). Выступление было решено начать вечером
28 февраля по сигналу (пулеметные очереди) из 3-го
пехотного полка. Всем присутствовавшим на совещании
большевикам было поручено возглавить движение
в своих частях и рабочих организациях. Так, например,
матросу П. Д. Хохрякову было поручено поднять на
восстание 1-й и 2-й батальоны одного из кронштадтских
артиллерийских полков.
Большевики Кронштадта были готовы к свержению
у себя в городе ставленников царского правительства.
Почти во всех воинских частях и рабочих организациях
имелись группы большевиков, объединенные Главным
коллективом Кронштадтской военной организации. В бе-
реговой команде Учебно-минного отряда вели работу
И. Н. Колбин, Н. Г. Маркин, А. Г. Пронин и В. А. Це-
решко, на учебных кораблях этого отряда — Н. А. По-
жаров и И. К- Глухаченков, в береговых частях Учебно-
артиллерийского отряда — Д. Н. Кондаков, А. В. Бара-
нов и М. А. Черников, на линкоре «Александр II» —
П. Д. Хохряков и Ф. Д. Степанов, в Машинной школе —
Ф. В. Громов, на учебном корабле «Океан» — В. С. Мяс-
ников, И. Семенов и В. Л. Панюшкин, в 1-м Балтийском
флотском экипаже — И. Ф. Мортиков и П. Скворцов,
в полуэкипаже — В. П. Потехин и Н. М. Неверовский,
в Морском госпитале — Ягунов, в телеграфной роте
крепости — член партии с 1907 года А. М. Любович,
в 3-м Кронштадтском пехотном полку — И. Жеребцов,
во 2-м артиллерийском полку — С. С. Гридюшко, среди
рабочих Пароходного завода и военных мастерских —
М. И. Мартынов, М. Д. Лебедев и В. П. Ермоленко
и т. д. Это были преданные делу революции люди,
вполне зрелые большевики, хотя некоторые из них офи-
циально еще и не числились членами партии.
Рабочие Пароходного завода 28 февраля пришли на
завод по гудку, как обычно. Но работу не начинали,
а собирались группами и обсуждали события в Петро-
граде. Толпа* на заводском дворе все увеличивалась.
Настроение у всех было боевое и решительное. В 2 часа
дня возбужденная рабочая масса хлынула за пределы
завода и заполнила прилегающие к нему улицы. Тут же
86
на митинге были выработаны требования, главными из
которых были прекращение войны и улучшение мате-
риального положения рабочих.
О выступлении рабочих узнал адмирал Вирен. Окру-
женный личной охраной, он вскоре появился среди них
и грубо спросил:
— Что вам нужно?
Выступил слесарь Пароходного завода Цыганков.
Он обстоятельно изложил претензии и требования ра-
бочих.
— Та-а-ак, — протянул Вирен, — значит, вы присое-
диняетесь к бунтовщикам?
— Да, — спокойно ответил ему Цыганков.
— Хорошо. Выходите все завтра на Якорную пло-
щадь. Вы там получите от меня ответ.
Вернувшись к себе в штаб, Вирен созвал совещание,
на котором присутствовали комендант крепости вице-
адмирал Курош, начальник штаба крепости адмирал
Бутаков, командир 1-го Балтийского флотского экипажа
генерал Стронский и другой начальствующий состав
кронштадтских морского и крепостного гарнизонов. Пе-
ред собравшимися был поставлен вопрос: «Можно ли
рассчитывать на солдат и матросов в случае, если по-
требуется идти на усмирение восставшего Петрограда?»
Большинство офицеров заявило, что на это рассчиты-
вать никак не приходится, так как нижние чины сразу
же присоединятся к восставшим1.
В тот же день по городу был расклеен приказ Ви-
рена, запрещающий собираться и произносить речи,
около Якорной площади были расставлены пулеметы.
Офицеры получили указание не отлучаться из своих ча-
стей и никого не увольнять в город.
В ночь с 28 февраля на 1 марта в Кронштадте никто
не спал.
В Учебно-минном отряде и в некоторых частях кре-
пости первое неподчинение матросов и солдат началь-
ству выразилось в том, что после вечерней поверки они
отказались петь молитву.
Около 11 часов вечера раздалось несколько пуле-
метных очередей. Это 3-й пехотный полк возвещал о на-
чале выступления. По этому сигналу сразу же поднялся
1 См. «Голос правды», 16 апреля 1917 г.
86
Учебно-минный отряд под руководством матросов Кол-
бина и Павлова. Матросы и солдаты, встретившись на
Павловской улице, по-братски приветствовали друг
друга.
Восставшие подошли к 1-му Балтийскому флотскому
экипажу, сломали запертые ворота и ворвались во двор.
С криками «ура» команда экипажа присоединилась
к восставшим. На улицу вышли команды Учебно-артил-
лерийского отряда, полуэкипажа, Машинной школы,
1-го артиллерийского полка, саперной роты, пехотные
полки. В полном боевом порядке — с оркестром, со зна-
менами и при трех офицерах — выступил 2-й артилле-
рийский полк.
На Павловской улице, где было расположено боль-
шинство флотских казарм, собравшиеся разделились на
три группы: одна двинулась к тюрьмам освобождать
заключенных, вторая — к Северным казармам, а тре-
тья— к казармам, расположенным на Александровском
бульваре.
С пением революционных песен, под звуки оркестров
колонны двигались, не встречая на своем пути ника-
кого сопротивления, приобщая к себе все новые и но-
вые воинские части и подразделения. В течение каких-
либо одного-двух часов все береговые и судовые коман-
ды Кронштадта вышли на улицу.
Около часа ночи, когда восстание в Кронштадте
было в полном разгаре, вице-адмирал Курош доносил
по прямому проводу морскому министру: «Части ходят
по улицам с музыкой. Принимать меры к успокоению
с тем составом, который имеется в гарнизоне, не нахожу
возможным, так как не могу ручаться ни за одну
часть» *.
К 2 часам ночи восставшие пришли на Усть-Рогатку
к стоявшим там кораблям. Их команды сразу же при-
соединились к восстанию. Большинство офицеров из
страха перед расплатой попряталось по своим каютам;
лишь на некоторых кораблях офицеры пытались с ору-
жием в руках воспрепятствовать командам сойти на бе-
рег, но были тут же убиты.
Всю ночь на 1 марта центральные улицы и площа-
ди Кронштадта были заполнены восставшими. На
1 ЦГАВМФ, ф. р-92, on. 1, д. 1, л. 34,
97
перекрестках горели костры, все, кто ждал избавления
от ненавистного царского режима, вышли на улицу, и
лишь немногочисленная кронштадтская буржуазия —
домовладельцы, купцы, трактирщики, владельцы мел-
ких бытовых мастерских, чиновники, а также городо-
вые и жандармы прятались в укромных местах или бо-
язливо наблюдали за событиями из-за оконных зана-
весок.
То тут, то там раздавались выстрелы. Это матросы
и солдаты расправлялись с ярыми приверженцами ста-
рого режима. Веками накопившаяся ненависть к экс-
плуататорам, к классовым врагам, мучителям и истяза-
телям проявлялась с неудержимой силой. Матросы
знали по опыту революции 1905—1907 годов, что либе-
ральничать с врагами не следует, и поэтому всех, кто
оказывал сопротивление, расстреливали на месте. От
стихийного гнева восставших пострадали, главным об-
разом, те офицеры, которые отличались наибольшей не-
справедливостью и зверским обращением с подчинен-
ными.
Под утро огромная толпа матросов подошла к рези-
денции Вирена и потребовала его к себе. В незастегну-
той шинели, из-под которой виднелись ордена, адмирал
вышел на улицу. Десятки рук потянулись к нему. Зная,
как действовал обычно на нижних чинов его адмираль-
ский крик, Вирен скомандовал: «Смирно!» В ответ раз-
дался взрыв хохота и соленой матросской ругани. Ад-
мирал растерянно замолчал. Подгоняя штыками и при-
кладами, матросы погнали его на Якорную площадь.
По дороге сорвали эполеты. Накопившаяся ненависть
матросских масс к этому самодуру была настолько ве-
лика, что до площади его не довели. Он был убит и
сброшен в ров. Его участь разделил и комендант крепо-
сти Курош.
Столь же жестокое возмездие настигло в эти дни на-
чальника штаба крепости адмирала Бутакова, началь-
ника Учебио-артиллерийского отряда адмирала Один-
цова, командира 1-го Балтийского флотского экипажа
генерала Стронского, командира саперной бригады ге-
нерала Волкова.	*
Около 500 арестованных, 39 убитых приверженцев
самодержавия в февральско-мартовские дни в Крон-
штадте... Что могли значить эти цифры в сравнении
89
с тысячами Мйтросон, сосланных на каторгу, убитых И
казненных при подавлении восстаний 1905—1906 годов!
Грозные события, происшедшие в Кронштадте в ночь
на 1 марта, перепугали деятелей, военной комиссии Го-
сударственной думы. Ими было послано в Гельсинг-
форс командующему Балтийским флотом адмиралу
А. И. Непенину распоряжение «навести порядок»
в Кронштадте силою кораблей флота. Из Петрограда
предполагалось направить в Кронштадт отряд войск
из солдат Семеновского и Егерского полков.
Ни то, ни другое не было выполнено. Непенин от-
ветил: «Из-за льда с флотом прийти туда не могу»1.
Послать же отряд войск без согласия Петроградского
Совета не удалось.
Восстание в Кронштадте не встретило серьезного со-
противления. Небольшое . противодействие было ока-
зано лишь у полицейского участка на Козьем Болоте.
Засевшие там городовые упорно не хотели сдаваться.
Пришлось привезти пушку и прямой наводкой дать вы-
стрел, которым снесло крышу и разрушило верхнюю
часть зданиятПосле этого полицейские капитулировали.
Шестеро из них были убиты, остальные арестованы.
Не присоединившееся к восставшим Военно-морское
училище было окружено солдатами и матросами. На-
против здания училища они установили пулеметы и
трехдюймовое орудие. Оказавшись под угрозой об-
стрела, юнкера заявили о своем «нейтралитете».
Утром 1 марта 1917 года Якорная площадь не вме-
щала всех собравшихся. Шел митинг. Решался вопрос
о создании новой местной власти. Кронштадтцы вы-
брали революционный орган, названный ими Комите-
том движения. В него вошли семь человек: матросы
Зайцев и Громов, солдат Гридюшко, рабочий Калабу-
шев, лейтенант Глазко, военный инженер Красовский и
студент Ханох. В последующие дни число членов Ко-
митета движения значительно возросло. Каждая воинская
часть и гражданская организация посылали в него
своего представителя. В состав Комитета движения
входило и несколько большевиков, но их было мало.
Значительный численный перевес был на стороне мень-
1 См. В. В. П е т р а ш. Моряки Балтийского флота в борьбе за
победу Октября. М., 1966, стр. 47.
89
шевиков и эсеров. Не искушенная в политике масса еще
не разбиралась, кому следует доверить защиту своих
интересов.
Комитет движения с первых же дней своей работы
оказался в хвосте событий. Матросы и солдаты метко
окрестили его «недоноском». Это был типичный мень-
шевистско-эсеровский, соглашательский орган. Предсе-
дателем его был избран народный социалист (энес) сту-
дент Ханох. Большинство членов Комитета движения
считало установление буржуазно-демократических по-
рядков венцом достижений революции.
Второго марта Комитет движения принял решение
о созыве Гарнизонного делегатского собрания, для чего
всем воинским частям, независимо от их численности,
было предложено избрать по одному представителю.
О создании приемлемой для буржуазии «революци-
онной власти» в Кронштадте проявляло заботу и Вре-
менное правительство. В этот же день за подписью ми-
нистра-председателя князя Г. Е. «Львова и министров
А. Ф. Керенского, Н. В. Некрасова, В. Н. Львова и
А. И. Коновалова был издан приказ о назначении
в Кронштадт комиссаром Временного правительства
члена Государственной думы кадета В. Н. Пепеляева1.
Комитет движения, со своей стороны, всячески стре-
мился подчинить Кронштадт буржуазному правитель-
ству. Узнав о назначении Пепеляева, он в тот же день
в адрес председателя Временного комитета Государ-
ственной думы Родзянко, министра-председателя
Львова и военного и морского министра Гучкова по-
слал телеграмму, в которой «единодушно и востор-
женно» приветствовал новое правительство.
Третьего марта Пепеляев прибыл в Кронштадт и не-
медленно издал приказ, в котором призвал кронштадт-
цев «к спокойствию и порядку» и «к решительной
победе над Вильгельмом»1 2.
Вечером того же дня при участии Пепеляева состоя-
лось Гарнизонное делегатское собрание, на котором об-
суждался Приказ № 1 по Петроградскому гарнизону,
изданный Петроградским Советом.
1 В. Н. Пепеляев впоследствии был премьером в правительстве
Колчака. 7 февраля 1920 года расстрелян по приговору Иркутского
ревкома.
2 См. «Кронштадтский вестник», 4 марта 1917 г.
90
Приказ № 1 сыграл роль мощного толчка, пробудив-
шего массовую политическую активность солдат и мат-
росов в первые дни буржуазно-демократической рево-
люции. Он был написан под диктовку самих же солдат.
Делегаты-солдаты, невзирая на сопротивление соглаша-
тельских элементов, добились, чтобы в приказ было
включено большинство требований многомиллионных
солдатских масс. Керенский говорил позже по поводу
Приказа № 1 Петросовета, что он «отдал бы десять лет
жизни, чтобы приказ вовсе не был подписан»1.
В оригинале приказа был пункт о выборности
командного состава, но из страха, что армия выйдет из
подчинения Временному правительству, соглашатель-
ское руководство Совета распорядилось уже во время
печатания приказа изъять этот пункт из текста.
Приказ № 1 имел не только местное, но и общерос-
сийское значение, несмотря на то что формально он от-
носился только к частям Петроградского военного
округа. Впервые в истории российской армии приказ
декларировал об освобождении солдат и матросов от
бесправного положения, от слепого подчинения офицер-
скому составу и устанавливал для них общеграждан-
ские права. Приказ Петроградского Совета положил на-
чало массовым демократическим организациям армии и
флота — комитетам, в значительной степени помог боль-
шевизации вооруженных сил страны. Приказ расколол
армию на два враждующих лагеря — верноподданниче-
ски настроенных офицеров и рядовую солдатско-мат-
росскую массу, поддерживаемую всеми здоровыми, де-
мократическими элементами армии. В армии и на флоте
сложилось по сути дела такое же двоевластие, как и во
всей стране.
Несмотря на все последующие попытки военных вла-
стей отменить Приказ № 1 или хотя бы ограничить его
действие, матросско-солдатские массы явочным путем
повсеместно проводили его в жизнь вопреки всяким за-
прещениям. Офицерский корпус армии и флота встре-
тил этот приказ враждебно и всячески стремился изъ-
ять его из обращения.
Приказ № 1 предоставлял солдатам и матросам
определенные гражданские права, но в то же время он
1 «История гражданской войны», т. 1. М., 1935, стр. 79.
91
не предусматривал еще целого ряда прав, которыми
должен пользоваться солдат свободной демократиче-
ской страны. На митингах и собраниях солдаты и мат-
росы требовали уточнения и расширения своего право-
вого статута. Подчиняясь этим требованиям, военный и
морской министр Гучков вынужден был своим прика-
зом от 5 марта подтвердить отмену титулования, обра-
щения к солдатам на «ты», упразднить название «ниж-
ний чин», отменить статьи Устава внутренней службы,
запрещающие солдатам и матросам участвовать в по-
литических организациях, а также ездить внутри ваго-
нов трамвая, занимать места в партере театров и т. д.
Под напором настойчивых требований дальнейшая
разработка прав солдат и матросов в виде декларации
была поручена специальной комиссии под председа-
тельством генерала Поливанова, однако эта «разра-
ботка» затянулась на два с лишним месяца.
Обсуждая Приказ № 1, Гарнизонное собрание при-
няло решение создать во всех воинских частях судовые,
ротные, батальонные, полковые и т. п. комитеты, а для
командования частями избрать пользующихся доверием
и авторитетом опытных командиров и начальников.
С организацией комитетов в воинских частях преж-
нее единоначалие было уничтожено. Все приказы и рас-
поряжения стали издаваться за подписью командира
части и председателя комитета. Выбранный командный
офицерский состав -дотя и лояльно относился к проис-
шедшей революции, но полного доверия со стороны сол-
дат и матросов к нему, конечно, быть не могло, так как
в классовом отношении он оставался им чуждым.
Гарнизонное собрание 3 марта, проведенное под ру-
ководством Комитета движения, всячески стремилось
угодить Пепеляеву, закрепить его власть в Кронштадте
и создать ему авторитет. В постановлении этого собра-
ния было записано: «Начальники отдельных частей
в своих действиях руководствуются указаниями комис-
сара Временного правительства... Принятые собранием
представителей гарнизона Кронштадтской крепости по-
становления представить комиссару Временного прави-
тельства для распубликования в приказе»1. *
На этом же собрании был избран исполнительный
1 «Кронштадтский вестник», 5 марта 1917 г.
92
орган Гарнизонного собрания и Комитета движения —
«Совет десяти», председательство в котором руководи-
тели собрания предоставили Пепеляеву.
Облеченный большими полномочиями, Пепеляев ре-
шил круто повернуть дела на первых же порах своего
«губернаторства». Вступив в должность комиссара Вре-
менного правительства и обладая в то же время пра-
вами главного командира Кронштадтского порта, он по-
вел политику на сдерживание всех революционных
устремлений кронштадтских матросов, солдат и рабо-
чих, прикрываясь внешней военной угрозой Кронштадту
со стороны германских авиации и флота. Он ввел воен-
ную цензуру писем, запретил увольнения после 6 часов
вечера, стал издавать собственные приказы о переме-
щении должностных и начальствующих лиц.
Четвертого марта на военных предприятиях Крон-
штадта происходили выборы в Совет рабочих депута-
тов. 5 марта состоялось первое заседание этого Совета.
Председателем его стал рабочий Серов1. На этом же
заседании был избран Исполнительный комитет в со-
ставе десяти человек. 8 марта в него было доизбрано
еще восемь человек. 13 марта председателем Совета
вместо Серова избрали студента-технолога А. Лама-
нова1 2, а председателем Исполнительного комитета Со-
вета рабочих депутатов — рабочего А. Андреева3.
С первых шагов своей деятельности Совет рабочих
депутатов, руководимый большевиками М. И. Марты-
новым, М. Д. Лебедевым, В. П. Ермоленко и другими,
принял ряд важных постановлений, касающихся труда
и быта рабочих. Совет установил на военных предприя-
тиях Кронштадтского порта 8-часовой рабочий день,
была увеличена заработная плата. На своем первом за-
седании 5 марта Совет рабочих депутатов обратился
с приветствием к воинским частям флота и крепости и
заявил, что он «ждет образования Совета военных де-
путатов для дружной совместной с ним работы...»4.
1 ЦГАВМФ, ф. р-661, оп. 1, д. 12, л. 1.
2 А. Н. Ламанов позднее переметнулся в лагерь контрреволю-
ции и в 1921 году по приговору Военно-революционного трибунала
был расстрелян, как один из организаторов кронштадтского контрре-
волюционного мятежа.
3 См. «Котлин», 10 марта 1917 г.
4 ЦГАВМФ, ф. р-661, on. 1, д. 12, л. 1.
93
Шестого марта собрание представителей Кронштадт-
ского гарнизона совместно с Комитетом движения вы-
несло постановление об образовании Совета военных
депутатов. При создании его были допущены грубые на-
рушения элементарных основ демократии. Каждой во-
инской части было предложено независимо от числа из-
бирателей послать в Совет двух депутатов (от рядо-
вого состава и от начальника части).
Седьмого марта во всех военно-морских и сухопут-
ных частях гарнизона состоялись выборы.
На первом заседании Совета, состоявшемся в этот
же день, разыгрался скандал. Одна треть депутатов
оказалась из офицеров, что вызвало со стороны матро-
сов и солдат бурный протест. С резкой критикой неде-
мократических выборов выступил матрос-большевик
с учебного судна «Океан» Семенов. Председатель Гар-
низонного собрания меньшевик Гудимов пытался оправ-
дать подобную систему выборов, но его не стали слу-
шать. В конце концов было принято решение: «Началь-
ники частей лишаются права участия в Совете военных
депутатов»1. Этот инцидент имел важное политическое
значение: матросы и солдаты Кронштадта проявили
в нем настойчивость, принципиальность и заставили
эсеро-меньшевистское руководство Совета считаться
с их волей и желанием. Опираясь на поддержку снизу,
незначительная группа большевиков-депутатов на этом
же заседании дала первый бой соглашательскому руко-
водству Совета.
Восьмого марта на заседании Совета военных депу-
татов состоялись выборы в Исполнительный комитет.
В него вошло 18 депутатов от военно-морских частей и
столько же от крепостного гарнизона.
Большой победой большевистской фракции Совета
было избрание председателем Исполнительного коми-
тета большевика А. М. Любовича. Но руководство Со-
ветом в целом оставалось в руках эсеров и меньшеви-
ков. Его председателем был меньшевик, ярый оборонец
офицер Красовский, а секретарем — инженер Живо-
товский, по происхождению не то помещик, не то фаб-
рикант. В состав Совета входили большевики Сладков,
Гридюшко, Пелихов, Пожаров, Семенов и другие, но
1 ЦГАВМФ, ф. р-661, on. 1, д. 9, л. 3.
94
Сбглашйтёльское большинство при рёшёнйи вОпрОсОИ
побеждало количеством голосов. По стилю работы Со-
вет военных депутатов мало чем отличался от Комитета
движения. Во главе его стояли случайные, чуждые ре-
волюции люди.
На первом заседании Исполнительного комитета
8 марта под председательством Любовича детально раз-
бирался вопрос об арестованных офицерах. После пре-
ний решили явно контрреволюционных офицеров содер-
жать отдельно и применить к ним суровый режим. Для
выяснения степени виновности арестованных была со-
здана следственная комиссия, председателем которой
был избран большевик И. Д. Сладков. В этом вопросе
большевики сумели в прениях победить эсеро-мепьше-
вистское большинство Исполкома, требовавшее осво-
бождения арестованных.
На первых порах раздельного существования Совета
рабочих депутатов и Совета военных депутатов наблю-
далось некоторое неравенство в их взаимоотношениях.
Совет военных депутатов претендовал на руководящую
роль, как более многочисленная организация, отводил
себе первое место в решении всех вопросов, ссылаясь на
специфику военного города-крепости. В одном из его
воззваний было записано: «Никто не может и не дол-
жен без ведома Совета военных депутатов и помимо его
утверждения делать те или иные распоряжения... Все
постановления по организации морских и сухопутных
сил, по водворению порядка и защите завоеванных сво-
бод исходят исключительно от Совета военных депута-
тов» *.
Совет военных депутатов считал своим преимуще-
ственным правом сноситься с Петроградским Советом
и с Временным правительством, определять местную по-
литику по отношению к ним.
Совет военных депутатов был органом матросов и
солдат. В Совет рабочих депутатов входили предста-
вители рабочих и служащих военных предприятий (Па-
роходного завода, военных мастерских, военных скла-
дов и военного строительства). В обоих Советах совер-
шенно не были представлены рабочие и служащие
мелких бытовых мастерских, банковские и почтовые
1 ЦГАВМФ, ф. р-661, on. I, д. 370, л. 28.
95
служащие, извозчйки, купцы й Мелкйе торговцы, вла-
дельцы ресторанов и чайных, домовладельцы, домашние
хозяйки, прислуга, врачи, парикмахеры, духовенство и
прочие.
Учитывая, что деятельность обоих кронштадтских
Советов под нажимом масс проявляет тенденцию скло-
няться влево, Пепеляев решил из этой чрезвычайно пе-
строй социальной прослойки создать в помощь себе бу-
ферный орган, названный им Городским исполнитель-
ным комитетом. На 9 марта были назначены выборы
в этот комитет. Предварительно все гражданское на-
селение города было разбито на 13 избирательных
групп, но не по территориальному признаку, а по иму-
щественно-профессиональному.
Выборы продолжались несколько дней. Было вы-
брано 65 депутатов (по 5 человек от каждой группы из-
бирателей). К концу выборов оказалось, что создавать
такой орган нет надобности, так как к этому времени
обстановка изменилась, власть Пепеляева уже стала
сходить на нет. Встал вопрос о том, как поступить
с вновь избранными депутатами. Пепеляев надумал
было придать их к городской думе, но потом пришел
к выводу, что кучера, сапожники, извозчики и прочая
«грязная» публика недостойны заседать вместе с при-
вилегированными господами. В конце концов он решил
путем второстепенных выборов от каждых пяти человек
выбрать по одному наиболее «достойному» кандидату
в гласные городской думы, которая, получив подобное
пополнение, стала именоваться «обновленной». Так за-
тея Пепеляева создать послушный себе исполнительный
орган для управления городом свелась к нулю.
Таким образом, создание органов власти в Крон-
штадте после свержения самодержавия шло своеобраз-
ным, несколько иным путем, чем в Петрограде и других
городах. Кронштадтцы не использовали в достаточной
степени опыт революции 1905—1907 годов по объедине-
нию революционных сил рабочего класса и армии. Не
был ими использован и опыт первых дней Февральской
революции, когда сразу же после свержения самодер-
жавия был создан Петроградский Совет рабочих и сол-
датских депутатов. В Кронштадте первое время суще-
ствовал целый ряд промежуточных, полудемократиче-
ских и демократических органов власти.
06
Это своеобразие «Известия Петроградского Совета*
отметили таким образом: «Организационный процесс
в Кронштадте значительно отличался от того, что про-
исходило в Петрограде. В первый день движения, 1-го
марта, был совершенно стихийно избран на недемокра-
тических началах комитет, получивший название „Ко-
митет движения**. Параллельно с этим комитетом со-
здавался Объединенный комитет морских частей и,
кроме того, Совет рабочих депутатов Кронштадтского
порта. Впоследствии был созван Совет военных депута-
тов (из представителей морских частей и крепостной пе-
хоты и артиллерии)»1.
Жизнь двигалась вперед. Допущенные ошибки устра-
нялись. Члены Совета военных депутатов и Совета ра-
бочих депутатов при своих поездках в Петроград, зна-
комясь с деятельностью Петроградского Совета, при-
ходили к убеждению, что между двумя кронштадтскими
Советами необходим более тесный контакт. На этом
настаивали и большевики.
Десятого марта этот вопрос обсуждался на заседа-
нии Совета военных депутатов. Было решено в состав
его Исполнительного комитета ввести 10 представите-
лей от рабочих (через два-три дня число представите-
лей от рабочих увеличили до 18). По предложению
депутата Косухина объединенный орган решили имено-
вать Исполнительным комитетом Совета рабочих и сол-
датских депутатов. Было решено заседания Совета во-
енных депутатов проводить утром, а вечером проводить
объединенное заседание двух Советов, что фактически
объединяло их в единый орган—Совет рабочих и сол-
датских депутатов. День 10 марта стал, таким образом,
днем основания Кронштадтского Совета рабочих и сол-
датских депутатов.
Объединением Советов не было, однако, полностью
завершено образование Кронштадтского Совета рабо-
чих и солдатских депутатов. Некоторое время объеди-
нившиеся Советы и их исполнительные органы продол-
жали собираться раздельно и решать свои узкопрофес-
сиональные рабочие или воинские вопросы. Так,
автономные собрания Совета рабочих депутатов продол-
жались до 15 мая, когда наконец по докладу депутата
1 «Известия Петроградского Совета», 17 марта 1917 г.
4 П. 3. Сивков
97
Козлова было принято решение, в котором говорилось:
«Совет рабочих депутатов отныне будет называться ра-
бочей секцией Совета рабочих и солдатских депутатов,
а Исполнительный комитет Совета рабочих депутатов —
рабочая секция Исполнительного комитета Совета ра-
бочих и солдатских депутатов»!. Этим постановлением
закончился довольно длительный и своеобразный орга-
низационный путь становления Кронштадтского Совета
рабочих и солдатских депутатов.
Однако объединенному Совету пришлось вести
борьбу с раскольнической деятельностью бывшего руко-
водства Совета военных депутатов. Игнорируя объеди-
ненный Совет рабочих и солдатских депутатов, оно за
его спиной продолжало вести самостоятельную дея-
тельность, пользуясь при этом поддержкой Временного
правительства.
Так, 14 марта на заседании Совета военных депута-
тов его председатель Красовский зачитал полученную
им телеграмму заместителя военного министра гене-
рала Маниковского: «Кронштадт. Председателю Совета
военных депутатов. Приветствую все меры, принимае-
мые Вами для восстановления порядка и спокойствия»2.
В ответ на эту телеграмму тут же была отправлена пол-
ная верноподданнических чувств депеша: «Совет воен-
ных депутатов Кронштадта шлет Вам ответ как члену
Временного правительства, идущему рука об руку с Пе-
троградским Советом солдатских и рабочих депутатов,
верным выразителем заветной мечты демократических
масс»3. 15 марта на имя председателя Совета военных
депутатов прислал телеграмму «социалистический» ми-
нистр Керенский. Он взывал: «Товарищи, знайте!
Судьба государства в руках русской революции. Верьте
в свою силу и выполняйте свой долг... Пока я министр,
не беспокойтесь... Поддержите всех нас»4. Не рассчи-
тывая на поддержку со стороны Совета рабочих и сол-
датских депутатов, Керенский обращался не к нему,
а к соглашательскому руководству упраздненного Со-
вета военных депутатов. Но этот соглашательский ор-
ган уже потерял всякое значение.
---------- »
1	«Известия Кронштадтского Совета», 19 мая 1917 г.
2	ЦГАВМФ, ф. р-661, on. 1, д. 81, л. 63.
3	Т а м же.
4	Т а м же.
88
Большевики организуются по-новому
Политическая ориентация матросов, солдат, рабочих
и прочего населения Кронштадта в первые дни револю-
ции была довольно нечеткой. Кроме большевиков,
в Кронштадте в 1917 году были меньшевики-интернацио-
налисты и меньшевики-оборонцы, эсеры правые, эсеры
центра и эсеры-интернационалисты (впоследствии ле-
вые эсеры), были близкие к кадетам народные социали-
сты (энесы), существовало два крыла анархистов —
анархисты-синдикалисты и так называемые анархисты-
коммунисты, ничего общего с научным коммунизмом не,
имевшие.
Если среди матросов преобладали большевистские
настроения, то среди солдат наибольшим влиянием
пользовались эсеры. Подобное положение объясняется
тем, что большевистское ядро, существовавшее в кре-
постных частях, было арестовано во время сентябрьско-
октябрьских событий 1916 года, в то время как в воен-
но-морских частях Кронштадта сохранялись группы
большевиков, не затронутых арестами. Много револю-
ционно настроенных солдат было отправлено на пере-
довые позиции сухопутного фронта, среди матросов же
в Кронштадте осталось немало «политически неблаго-
надежных», списанных с кораблей и с других баз Бал-
тийского флота. Да и вообще бывших рабочих было
больше среди матросов, а крестьян — среди солдат.
В составе войск крепости помимо кадровых команд
находилось несколько строительных трудовых дружин.
Это были ратники, главным образом, из крестьян пожи-
лых возрастов, мобилизованные во время войны для
крепостных строительных работ. Среди них тоже пре-
обладающим влиянием пользовались меньшевики и
эсеры.
Недостаточным еще было влияние большевиков
среди рабочих Пароходного завода и многочисленных
мастерских порта. Хотя в Кронштадте было не меньше
17 тысяч рабочих’, они не были объединены в профес-
сиональные организации. В одной из статей первого но-
мера «Известий Кронштадтского Совета» (17 марта
1917 г.) низкий уровень политической сознательности и
1 «VI съезд РСДРП(б). Протоколы». М., 1958, стр. 319.
4*
99
организованности кронштадтских рабочих объяснялся
тем, что в годы царизма их состав тщательно фильтро-
вался.
К моменту Февральской революции только чудом
уцелели, не будучи арестованными, вожаки кронштадт-
ских рабочих М. И. Мартынов, М. Д. Лебедев и
В. П. Ермоленко. Однако большевистская организация
среди кронштадтских рабочих сохранила свое существо-
вание. Это была хотя и ослабленная, но хорошо органи-
зованная часть Главного коллектива Кронштадтской
военной организации РСДРП (б), оставшаяся после
крупных сентябрьско-октябрьских арестов 1916 года и
состоявшая из небольших групп большевиков берего-
вых частей и кораблей учебных отрядов.
Первого марта в Кронштадт прибыли освобожден-
ные из тюрем матросы-большевики Т. И. Ульянцев,
И. Д. Сладков и С. Г. Пелихов. Из кронштадтской
следственной тюрьмы вышел бывший член Главного
Кронштадтского коллектива Е. Ф. Зинченко. Из числа
этих и некоторых более молодых товарищей, не дожи-
даясь официальных выборов, большевики образовали
Временный комитет РСДРП (б). Председателем его был
избран В. И. Зайцев
В новых, легальных условиях, когда на место борьбы
с самодержавием встали задачи борьбы за дальнейшее
развитие революции и за усиление влияния на массы,
необходимо было в первую очередь создать крепкую,
боевую большевистскую организацию, установить связь
с партийными организациями Петрограда. Руководите-
лям кронштадтских большевиков необходимо было озна-
комиться самим и ознакомить кронштадтцев с подроб-
ностями происходящих в Петрограде событий, для чего
пригласить в Кронштадт осведомленных в этих вопро-
сах партийных товарищей.
Для выполнения этого поручения выехали в Петро-
град Т. И. Ульянцев и С. Г. Пелихов. Они отправились
в Выборгский районный комитет большевиков, играв-
ший в то время важную роль среди партийных органи-
заций города. Там в это время происходило расширен-
ное заседание. Получив разрешение присутствовать па
1 Письмо В. И. Зайцева Ф. С. Кузнецову-Ломакину. Рукопис-
ный фонд Центрального Военно-Морского музея.
100
нем, Ульянцев и Пелихов информировали заседание
о положении в Кронштадте и просили послать им в по-
мощь агитаторов. Студент одного из петроградских ин-
ститутов Ф. Дингельштедт, рабочий завода Нобеля
И. М. Гордиенко, рабочий Нестеров и еще два-три че-
ловека вызвались поехать в Кронштадт.
Третьего марта делегация Выборгского районного
комитета вместе с Ульянцевым и Пелиховым поздно ве-
чером прибыла в Кронштадт. «При горячей поддержке
большинства членов комитета с товарищем Зайцевым
во главе, — вспоминал позже Ф. Дингельштедт,— мы
решили немедленно же с утра начать организацию мас-
совых митингов...» 1
Четвертого марта в рабочих организациях Крон-
штадта шли выборы в Совет рабочих депутатов. В этот
день кронштадтские большевики и выступавшие на ми-
тингах и собраниях представители Выборгского райкома
РСДРП (б) резко критиковали предательскую политику
меньшевиков и эсеров и разоблачали буржуазную сущ-
ность Временного правительства.
О происходящих в городе митингах и собраниях
узнал комиссар Временного правительства Пепеляев.
Он хотел было арестовать прибывшую делегацию, но,
решив, что это может кончиться для него неприятно-
стями, пригласил ее к себе на заседание «Совета де-
сяти». Приглашение было принято.
В одном из уютных кабинетов Морского офицер-
ского собрания, развалившись в мягких кожаных крес-
лах, сидели члены «Совета десяти» — Пепеляев, вольно-
определяющийся .Гуйтов, студент Ханох, два представи-
теля от городской думы и два матроса. Пепеляев лю-
безно ухаживал за прибывшими петроградцами и даже
сам подавал им кофе.
Состоялся краткий обмен мнениями. Выборгские
большевики дали понять, что революция еще не кончи-
лась, что они не намерены останавливаться на полдо-
роге и что в Кронштадт они приехали, чтобы поде-
литься своим опытом и рассказать матросам, солдатам
и рабочим, чего хотят большевики.
Почувствовав в большевиках стойких противников,
пепеляевцы прежде всего попытались их опорочить и
1 «Красная летопись», 1925, № 1, стр. 197.
101
оклеветать. «Совет десяти» послал в Петроград своих
доверенных лиц. Поздно вечером 4 марта на заседании
Исполнительного комитета Петроградского Совета они
сделали лживое и провокационное сообщение. По-
сланцы Пепеляева утверждали, что в Кронштадте про-
исходят якобы столкновения между моряками и солда-
тами, а большевики-выборжцы своей критикой Времен-
ного правительства и Петросовета еще больше ослож-
нили положение в крепости.
Заслушав такое сообщение, Исполнительный коми-
тет постановил командировать в Кронштадт своих пред-
ставителей — членов Совета.
Пятого марта представители Петроградского Совета
меньшевики Бройдо и Юдин были в Кронштадте. В это
время в крепостных и флотских частях продолжались
митинги. Вечером состоялось Гарнизонное делегатское
собрание. Бройдо и Юдин расхваливали Временное пра-
вительство, доказывали необходимость продолжения
войны. Выборжцы и кронштадтцы резко опровер-
гали их.
Выступил Пепеляев; Пристращав всех, что «весной
ожидается наступление германского флота», он призвал
к «бдительности» и к отказу от межпартийной борьбы.
Свое выступление он закончил тем, что горячо пожал
руку меньшевику-оборонцу Бройдо и демонстративно
расцеловался с ним.
В конце собрания Бройдо предложил резолюцию,
в которой предлагалось приветствовать Временное пра-
вительство и говорилось о том, что лучшей гарантией
для завоевания свободы является победоносное, завер-
шение войны. Однако кронштадтские матросы и солдаты
думали иначе. Посыпались поправки и дополнения,-в ре-
зультате которых принятая резолюция почти полностью
потеряла свой первоначальный меньшевистско-эсеров-
ский смысл.
Седьмого марта делегация выборжцев вернулась
в Петроград. Вместе с нею выехал в столицу и
В. М. Зайцев. На состоявшемся в этот день заседании
Петербургского комитета РСДРП (б) Зайцев и делега-
ты-выборжцы сделали сообщение о состоянии партий-
ной работы в Кронштадте и просили помочь кронштадт-
цам в создании местной большевистской организации,
прислать партийных работников и литературу.
102
В протоколе заседания ПК РСДРП было записано:
«Товарищем] моряком заявлено о необходимости закре-
пить революционное движение в Кронштадте, организо-
вав имеющиеся налицо революционные силы, для какой
цели предполагает желательным назначение в руководи-
тели движения моряка, представителя Петербургского]
Комитета].
Постановили: а) организовать [в Кронштадте] транс-
порт печатного] ор[гана] „Правда"; и б) оказать со-
действие к утверждению предложения товарища мо-
ряка» Ч
Надо сказать, что Петербургский комитет еще до
этого позаботился об укреплении Кронштадтской пар-
тийной организации, командировав туда 7 марта Ки-
рилла Орлова.
Восьмого марта при участии прибывших из Петро-
града Кирилла Орлова и Семена Рошаля состоялось
первое собрание большевиков Кронштадта. После сооб-
щения Зайцева о заседании Петербургского комитета
был избран первый легальный Кронштадтский комитет
РСДРП (б)1 2.
В состав его вошли моряки Т. И. Ульянцев, В.М.. Зай-
цев, С. Г. Пелихов, И. Н. Колбин, И. Д. Сладков и
Д. Н. Кондаков; солдаты Е. Ф. Зинченко и С. С. Гри-
дюшко и профессиональные партийные работники
С. Г. Рошаль и И. Н. Егоров (К- Орлов). Председате-
лем комитета был избран Т. И. Ульянцев.
Организационное построение Кронштадтского коми-
тета РСДРП (б) и его численный состав менялись в за-
висимости от роста партийной организации, расширения
объема ее работы и усложнения встававших перед нею
задач.
1 «Первый легальный Петербургский комитет большевиков в
1917 г. Сборник протоколов и материалов». М., 1927, стр. 26—27.
2 В литературе утвердилось неверное мнение о том, что первый
легальный Кронштадтский комитет РСДРП (б) был создан 4 марта
1917 года. Эта ошибочная дата появилась впервые в воспоминани-
ях И. Н. Колбина (см. «Красная летопись», 1927, № 2, стр. 138).
Подтверждением того, что Кронштадтский комитет РСДРП (б) был
создан не 4, а 8 марта, служат материалы Апрельской конференции
партии (см. «Седьмая (Апрельская) Всероссийская конференция
РСДРП (б). Петроградская общероссийская конференция РСДРП
(большевиков). Апрель 1917 года. Протоколы». М.,	1958,
стр. 125—179).
103
Двадцатого апреля состоялись новые выборы. Чис-
ленный состав комитета возрос до 15 человек1.
К 31 мая состав Кронштадтского комитета вновь изме-
нился. В него вошло 20 человек1 2. Председателем был
избран Ф. Ф. Раскольников.
Организационное построение Кронштадтского коми-
тета к середине лета 1917 года было таким же, как и Пе-
тербургского комитета РСДРП (б). Во главе его стоял
председатель. В качестве рабочего органа избиралась
исполнительная комиссия. На отдельных членов коми-
тета возлагались организационные и агитационно-пропа-
гандистские функции. В состав Исполнительной комис-
сии входили Ф. Ф. Раскольников, С. Г. Рошаль,
А. М. Любович, В. И. Дешевой, И. Н. Егоров (Кирилл
Орлов), В. П. Конге и С. Л. Энтин.
На ответственного организатора, которым некоторое
время был Кирилл Орлов, возлагались следующие обя-
занности: создание партийных коллективов на кораблях,
в воинских частях и на предприятиях, созыв митингов,
собраний и прочие организационные функции. На
С. Г. Рошаля была возложена обязанность ответствен-
ного агитатора, то есть вся деятельность комитета по
пропаганде и агитации (доклады, лекции, курсы агита-
торов, кружки и т. п.).
Из состава комитета было избрано четыре секретаря:
В. И. Дешевой, Д. Н. Кондаков, Е. Ф. Зинченко и
Е. М. Плодухина. В их обязанности входили организа-
ция исполнения решений комитета, ведение протоколов,
1 В комитет второго созыва входили: от флотской партийной ор-
ганизации— Ф. Ф. Раскольников, Т. И. Ульянцев, И. Н. Колбин,
Д. Н. Кондаков, Ф. Д. Степанов, Ф. В. Громов, А. Павлов; от ра-
бочих партийных организаций — В. Р. Матяс; от крепостных партий-
ных организаций — А. М. Любович и Козырин и профессиональные
партийные работники И. Т. Смилга, С. Г. Рошаль и С. Л. Энтин,
избранные на партийных собраниях флотских крепостных и рабочих
организаций (см. «Голос правды», 22 апреля 1917 г.).
2 В Кронштадтский комитет РСДРП (б) третьего созыва вошли:
от флотских и армейских организаций — Ф. Ф. Раскольников,
Н. А. Пожаров, И. Н. Колбин, Д. Н. Кондаков, Ф. В. Громов,
Ф. Д. Степанов, В. А. Потехин, А. В. Баранов, В. И. Дешевой; от
рабочих организаций — В. П. Конге, В. П. Ермоленко, Е. М. Пло-
духина, Е. А. Федотова и Сярьке; рт крепостных партийных органи-
заций — А. М. Любович, А. М. Постников и Е. Ф. Зинченко и
профессиональные партийные работники С. Г, Рошаль, Кирилл
Орлов и С. Л. Энтин (см. «Голос правды», 6 июня 1917 г.).
104
взимание членских взносов, учет и оформление всту-
пающих в партию, выдача партийных билетов, ведение
делопроизводства и т. д. Секретарь комитета В. И. Де-
шевой был в то же время секретарем редакции газеты
«Голос правды». Один из членов комитета, Ф. Д. Степа-
нов, выполнял обязанности казначея.
Кроме комитета на общегородских партийных со-
браниях выбирались комиссии: ревизионная, финансовая
и хозяйственная. Некоторой особенностью Кронштадт-
ского комитета было существование при нем так назы-
ваемого «районного совета», созданного в апреле и
вновь избранного в мае. В него входили по одному пред-
ставителю от каждой организации. Создание его пре-
следовало цель более близкой связи партийных органи-
заций кораблей, частей и промышленных предприятий
с комитетом и проведение в жизнь решений комитета на
местах. Это был своего рода официально избранный
актив.
Такова была в общих чертах организационная схема
Кронштадтского комитета РСДРП (б).
Работники Кронштадтского комитета поддерживали
регулярный контакт с В. И. Лениным, почти ежедневно
беседовали с ним по телефону, докладывали обо всем
происходящем в Кронштадте, получали инструкции.
Связь Кронштадтского комитета с Центральным и
Петербургским комитетами РСДРП (б) в течение всего
1917 года была самой тесной. Секретарь Петербургского
комитета В. Н. Залежский в своих воспоминаниях пи-
сал: «Не проходило дня, чтобы из Кронштадта не за-
прашивали по тем или иным вопросам мнение ПК- От-
дельные матросы и делегации от кораблей были посто-
янными завсегдатаями дома Кшесинской»’.
Кронштадтская партийная организация, насчитывав-
шая в начале Февральской революции всего несколько
десятков человек, росла очень быстро и к моменту Ап-
рельской партийной конференции, то есть за время около
двух месяцев, выросла до 3000 человек1 2. Среди партий-
ных организаций Балтийского флота она была самой
крупной и самой сильной.
1 «Пролетарская революция», 1923, № 1, стр. 153.
2 «Седьмая (Апрельская) Всероссийская конференция РСДРП (б).
Протоколы», стр. 279.
10$
Если в Кронштадте большевистская организация до-
вольно быстро завоевала преобладающее влияние на
матросские, солдатские и рабочие массы, то на главной
базе Балтийского флота — в Гельсингфорсе — дело об-
стояло иначе. Большевистская организация Гельсинг-
форса рождалась в ожесточенных боях с меньшевиками
и эсерами.
Созданная в первых числах марта в Гельсингфорсе
единая социал-демократическая организация, присвоив-
шая себе наименование Гельсингфорсского комитета
РСДРП (большевиков), в действительности была полу-
меньшевистской. В ней объединялись и большевики, и
меньшевики.
Подобное положение продолжалось недолго. Проти-
воречия стали быстро сказываться по центральному во-
просу — о дальнейших путях развития революции, и от-
сюда— о лозунгах на демонстрациях. Большевистская
часть организации состояла преимущественно из мат-
росов.
Кронштадтские большевики решили помочь своим
гельсингфорсским товарищам. Согласовав этот вопрос
с Петербургским комитетом РСДРП (б), они в конце
марта послали в Гельсингфорс Б. Жемчужина, С. Пели-
хова и Е. Зинченко. Местные матросы-большевики
П. Е. Дыбенко, Н. А. Ховрин, В. М. Марусев, Г. А. Свет-
личный, В. Д. Дмитриев, В. Д. Трефолев, Г. И. Силин,
П. Д. Мальков и другие при помощи прибывших крон-
штадтцев начали борьбу за сплочение действительно
большевистских сил. На транспорте «Ша» было созвано
организационное совещание, которое положило начало
Свеаборгскому матросскому коллективу РСДРП (б).
В состав этого коллектива вошли кроме матросов артил-
леристы Свеаборгской крепости и рабочие Свеаборг-
ского порта. В руководство его были избраны Б. Жем-
чужин, С. Пелихов, Е. Зинченко, П. Мальков, В. Мару-
сев, Н. Ховрин и другие.
Вновь созданная организация горячо взялась за рас-
пространение своего влияния на матросские, солдатские
и рабочие массы Гельсингфорсской базы, Свеаборгской
крепости и Свеаборгского порта.
Появление Свеаборгского матросского коллектива
гельсингфорсский полуменыпевцртский комитет встретил
крайне враждебно. Поднялся крик о «раскольничестве»
ЮТ
и о «Дезорганизации партийных рядов». Но молодая ор-
ганизация уверенно продолжала свою деятельность.
Второго апреля из Кронштадта прибыл Кирилл
Орлов (И. Н. Егоров). Состоялось совещание коллектива,
на котором было решено повести наступление на мень-
шевистское руководство Гельсингфорсского комитета.
В конце концов большевикам Свеаборгского матрос-
ского коллектива удалось изъять у Гельсингфорсского
комитета печать, партийную кассу и добиться его само-
роспуска.
Четвертого апреля большевики провели общегород-
скую конференцию, на которой Свеаборгский матрос-
ский коллектив реорганизовался в Гельсингфорсский ко-
митет РСДРП (большевиков). На кораблях и в частях
Гельсингфорсской базы, Свеаборгской крепости и Све-
аборгского порта были проведены митинги и собрания,
разоблачающие меньшевистскую тактику и политику
распущенного комитета. Местные меньшевики были раз-
громлены настолько, что до июня не могли собрать своих
сил и организовать свой самостоятельный партийный
комитет.
После того как Гельсингфорсский комитет РСДРП (б)
прочно стал на ноги, С. Пелихов, Е. Зинченко и К. Ор-
лов вернулись обратно в Кронштадт. Б. Жемчужин
остался работать в Гельсингфорсе, где редактировал
местную большевистскую газету «Волна».
Исключительно важная роль в большевизации мат-
росов, солдат и рабочих Кронштадта принадлежала пар-
тийной печати.
Пятого марта 1917 года в Петрограде возобновила
свою деятельность газета «Правда» — Центральный Ор-
ган РСДРП (б). Громадными пачками доставлялась она
в Кронштадт, но спрос на нее был так велик, что присы-
лаемого количества не хватало. Перед большевиками
Кронштадта встал вопрос об издании своей местной га-
зеты. Инициаторами издания были Ульянцев, Сладков и
Пелихов. Они предполагали организовать в Кронштадте
отделение «Правды», перепечатывая из нее наиболее
важные руководящие статьи, а для местного материала
давать вкладной лист. По их мысли, издаваемая таким
образом газета должна была стать рупором большевист-
ской «Правды» для населения и воинских частей Крон-
штадта.
107
Для печатания газеты нужна была бумага. Достй-
вать ее взялись командированные Петербургским коми-
тетом РСДРП (б) Б. А. Жемчужин — студент Технологи-
ческого института и П. И. Смирнов — студент Политех^
нического института. Жемчужин взял на себя заботу
о всех технико-хозяйственных вопросах, связанных с из^
данием газеты, а Смирнов — редактирование газеты.
Необходимо было в первую очередь обзавестись типо-
графией. В Кронштадте в это время издавалось две га-
зеты: «Котлин», обслуживавшая буржуазные и обыва-
тельские круги, и официозная военно-морская газета
«Кронштадтский вестник». Каждая из них имела свою
типографию. Кроме того, в Кронштадте была еще част-
ная типография, владельцем которой был некий Ко-
маров.
Одновременно с вопросом о большевистской газете
зашла речь об издании органа Кронштадтского Совета
рабочих и солдатских депутатов.
Изданию в Кронштадте обеих газет было посвящено
два заседания 10 марта — утреннее заседание Совета во-
енных депутатов и вечернее заседание только что создан-
ного Исполнительного комитета Совета военных и рабо-
чих депутатов. На утреннем заседании большевики
внесли предложение реквизировать типографию газеты
«Кронштадтский вестник». Меньшевики и эсеры яростно
протестовали против реквизиции типографии, мотивируя
свое возражение тем, что «нельзя посягать на частную
собственность». После продолжительных и острых пре-
ний, участие в которых принимали большевики Сладков,
Ульянцев, Пелихов, Гридюшко, Громов, Лебедев, после
двукратного голосования победу в этом вопросе одер-
жали большевики. Предложение о реквизиции типогра-
фии было принято большинством голосов.
Вечером вновь вспыхнули ожесточенные прения.
Меньшевики и эсеры настаивали на издании только
«Известий Кронштадтского Совета», ибо партийную га-
зету, говорили они, можно получать из Петрограда. Вы-
ступая против издания двух газет, меньшевики и эсеры
мотивировали свои возражения и тем, что для двух га-
зет потребуется иметь две типографии.
Подводя итог прениям nof обоим вопросам, выступил
председательствовавший на Заседании А. М. Любович.
«В Кронштадте у нас,— заявил он, — крайняя пестрота
108
Социальных направлений, а между тем это нигде не на-
ходит себе отражения... Нам безусловно нужны „Изве-
стия Совета солдатских и рабочих депутатов'*. На общем
дневном заседании Совета военных депутатов... решено
секвестровать типографию „Кронштадтского вестника**,
следовательно, здесь же мы можем печатать и „Изве-
стия**...» 1
Это устроило большинство спорящих. После голосо-
вания в протоколе появилась запись: «...создать „Изве-
стия Кронштадтского Совета солдатских и рабочих де-
путатов**, воспользовавшись для печатания реквизиро-
ванной для газеты „Правда** типографией»1 2.
«Правду» с вкладным листом издавать не пришлось.
15 марта под редакцией Б. А. Жемчужина и П. И. Смир-
нова (Светловского) в Кронштадте вышел первый номер
большевистской газеты, но не под названием «Правда»,
как предполагалось вначале, а «Голос правды». 17 марта
вышла газета «Известия Кронштадтского Совета», веду-
щее положение в которой заняли большевики. Главным
редактором ее стал большевик А. М. Любович.
«Голос правды» была в числе первых большевистских
газет, начавших издаваться в России в марте 1917 года,
сразу же после Февральской буржуазно-демократической
революции3.
Враждебно встретили кронштадтские эсеры появле-
ние газеты «Голос правды». Недоброжелательно отнес-
лось к выходу ее в свет и руководство Совета военных
депутатов. В «Известиях Петроградского Совета» и в не-
которых других газетах появилась статья корреспон-
дента «Кронштадтского вестника», который сообщал, что
«Голос правды» в Кронштадте «не пользуется автори-
тетом и агитация его признана вредной»4. В защиту
1 ЦГАВМФ, ф. р-661, on. 1, д. 1, л. 1.
2 Т а м же. Типография «Кронштадтский вестник» оказалась
непригодной для печатания газеты. Была использована типография
Комарова, оказавшаяся в лучшем состоянии.
3 5 марта стала издаваться газета «Правда», 7 марта — газета
московских большевиков «Социал-демократ», 10 марта — харьков-
ский «Пролетарий» и «Красноярский рабочий», 11 марта — «Кав-
казский рабочий», 14 марта — киевский «Голос социал-демократа»
и 15 марта— кронштадтский «Голос правды» (сведения взяты из
справочников газетного фонда Государственной Публичной библио-
теки им. Салтыкова-Щедрина).
4 «Известия Петроградского Совета», 18 марта 1917 г.
109
кронштадтской газеты выступила «Правда». Опровергая
грубый вымысел «Известий Петроградского Совета»,
она 19 марта писала: «Все это оказалось ложью и кле-
ветой на нашего собрата».
На выпады против «Голоса правды» матросы, сол-
даты и рабочие Кронштадта ответили сбором средств
в «железный фонд» «Правды» и в фонд «Голоса
правды».
Активнейшими корреспондентами газеты «Голос
правды» были рядовые матросы, солдаты и простые ра-
бочие. На страницах своей газеты они высказывали все,
что накопилось у них за долгие годы борьбы с цариз-
мом, рассказывали о непорядках в казармах и на кораб-
лях, выявляли провокаторов и приверженцев старого ре-
жима, писали о взаимоотношениях с офицерами, выра-
жали свое отрицательное отношение к Временному пра-
вительству, публиковали письма из деревни, в которых
рассказывалось о жизни крестьян. Газета отражала думы
и чаяния матросов, солдат и рабочих Кронштадта.
В первых же номерах редакция «Голоса правды»
перепечатала из «Правды» «Письма из далека»
В. И. Ленина. Не было случаев, когда бы «Голос
правды» не публиковал на своих страницах руководя-
щих партийных материалов из «Правды», важнейших
статей В. И. Ленина.
«Голос правды» стала любимой газетой матросов,
солдат и рабочих Кронштадта. Она осуществляла боль-
шое, ответственное и благородное дело по воспитанию
кронштадтцев в духе большевистских идей, вела смелую
и ожесточенную борьбу против антинародной политики
Временного правительства и поддерживавших его мень-
шевиков и эсеров, разоблачала ложь и клевету, возво-
димые буржуазной прессой на В. И. Ленина, больше-
виков и на Кронштадт, пропагандировала необходи-
мость перехода власти в руки Советов и решительно вы-
ступала против продолжения войны.
Газета широко распространялась за пределы Крон-
штадта. Через экспедицию «Голоса правды» только за
15 дней марта в провинцию и на фронт было отправлено
51260, а в апреле — 73 220 экземпляров газеты. Орга-
низованным порядком газета отправлялась в Петро-
градскую, Московскую, Новгородскую, Черниговскую,
Могилевскую, Псковскую, Ярославскую, Полтавскую,
110
Вологодскую, Вятскую, Тверскую, Рязанскую, Костром-
скую, Архангельскую, Киевскую, Каменец-Подольскую
губернии, в Лифляндию и в Сибирь1.
В большом количестве газета «Голос правды» шла
на фронт. Так, например, с 18 марта по 1 мая 1917 года,
как-это видно из финансового отчета Кронштадтского
комитета РСДРП (б), было издано газет на 9528 рублей,
а из них отослано на фронт на 6214 рублей1 2 — при-
мерно 65 процентов всего тиража. Кроме того, большое
количество газет отсылали в письмах на фронт и в про-
винцию сами матросы и солдаты.
Довольно значительную роль в большевизации мат-
росов, солдат и рабочих Кронштадта играла газета «Из-
вестия Кронштадтского Совета». Хотя она являлась не
партийным органом, а органом Совета и в ней поэтому
иногда печатались статьи и корреспонденции меньше-
вистско-эсеровского направления, в основном она,
благодаря редактору Любовичу, выдерживала больше-
вистский тон.
В «Известиях Кронштадтского Совета» печаталось
много статей, в которых разоблачалось меньшевистско-
эсеровское соглашательство с буржуазией, статьи, резко
направленные против Временного правительства. В га-
зете в очень подробном изложении печатались прото-
колы заседаний Совета; читая их, матросы, солдаты и
рабочие узнавали не только о том, какие вопросы обсуж-
дались и решались на заседаниях, но и как выступали
их депутаты. Если тот или иной депутат выступал за со-
глашательскую политику, его немедленно отзывали и на
его место выбирали другого. Именно поэтому в 1917 году
за восемь месяцев, предшествовавших Октябрьскому
вооруженному восстанию, Кронштадтский Совет переиз-
бирался трижды (5—6 марта, 2—3 мая и в сентябре).
После каждых выборов в его составе оставалось все
меньше и меньше представителей соглашательских пар-
тий и возрастало число большевиков.
В 1917 году в Кронштадте издавались и другие га-
зеты— политические противники «Голоса правды».
До 22 апреля продолжала издаваться газета «Кот-
лин» — орган местной городской думы — и военно-мор-
1 См. «Голос правды», 6 июня 19|7 г,
2 Там же.
111
ская газета «Кронштадтский вестник». Направление
этих газет было по сути дела контрреволюционным. В ап-
реле обе газеты были закрыты Кронштадтским Советом.
Продолжительное время в Кронштадте издавалась
газета народно-социалистической (энесовской) партии.
Возникла она на базе прекратившей свое существование
газеты «Котлин». Эта фактически буржуазная, полука-
детского типа газета была явным проводником политики
Временного правительства. При ничтожной численности
энесов в Кронштадте (их представителей не было даже
в Кронштадтском Совете) газета жила на широкую ногу,
издавалась большим форматом и продолжала существо-
вать до 26 октября 1917 года за счет средств своих бо-
гатых хозяев из Петрограда и городской думы.
До 23-го номера энесовская газета носила название
«Труд, земля и море». Слово «море», по замыслу органи-
заторов и издателей, должно было служить приманкой
для матросов. Но издатели просчитались. Возмущенные
контрреволюционным содержанием газеты, матросы по-
требовали изъять из ее названия слово «море», и она
стала называться «Труд и земля». Не имея своего соб-
ственного партийного девиза, газета издавалась под эсе-
ровским девизом «В борьбе обретешь ты право свое!».
Эсеры издавали свою газету «За землю и волю».
Было издано всего 16 номеров. Матросы не пожелали
оказывать ей финансовую поддержку, и за недостатком
средств она вынуждена была прекратить свое существо-
вание.
Девятнадцатого мая в Кронштадте вышел первый но-
мер «беспартийной» крестьянской газеты, издаваемой
Союзом крестьянских землячеств. Инициатором ее был
лидер эсеров-интернационалистов А. Брушвит. Но и эта
газета просуществовала недолго.
Двадцать пятого июня в Кронштадте появился един-
ственный сдвоенный (№ 1-2) выпуск газеты «Трудовая
республика», которая планировалась как еженедельник.
Инициатором ее выхода был дирижер церковного хора
Рывкин, а издателем — инициативная группа петроград-
ских и кронштадтских эсеров-максималистов.
Третьего июля вышел первый и последний номер га-
зеты «Гражданин» — органа при комиссаре Временного
правительства. Кронштадтский Совет не утвердил к из-
данию эту газету, и она была закрыта.
112
Выход офицеров и матросов из казарм Гвардейского экипажа па
Сенатскую площадь 14 декабря 1825 года.
И. В. Бабушкин.
И. Ф. Дубровинский.
Выступление И. Ф. Дубровин-
ского на Якорной площади
5 ноября 1905 года.
К. С. Жерновецкий.
Д. 3. Мануильский.
А. Коптюх.

Казармы флотских экипажей на Павловской улице в Кронштадте
и артиллерия лейб-гвардии Финляндского полка, участвовавшего
в подавлении июльского восстания 1906 года.
Обложка дела Синода о награждении священников за участие в по-
давлении восстания в Кронштадте в ноябре 1905 года.
Крейсер «Память Азова».
Н. Л. Лобадин.
П. Колодин.
Д. Григорьев.
А. Крючков.
И. Кротков.
Т. И. Ульянцев.
И. Д. Сладков.
Ф. С. Кузнецов-Ломакин.
С. Г. Пелихов.
Кирилл Орлов (И. Н. Егоров).
П. М. Кимен.
В. М. Зайцев.
Здание полицейского
участка на Козьем Бо-
лоте в Кронштадте по-
сле обстрела его вос-
ставшими матросами
1 марта 1917 года.
ж  *»

М. И. Мартынов.
А. М. Любович.
Дом, в котором в 1917 году
помещался Кронштадтский
комитет РСДРП (б).
П. Д. Хохряков.
Роосхйская Соша^ь-Демократическая Рабочая Пар^я.
голосъ
ПРАВДЫ
«ш» <ssj>aw
ОРГАНЪ
Крмштдао Комитета
Р. С.-Д. Р. В.
м । ш-	гашиш шт	«•» м»у» ш f
^йштадтсий мот Р. С4 Р. I	*s:
т*₽яш* «?<«»«. лот « рйвтоге. а
w ««Mtewte gpewwsKKro &>««•«» ?. €,-Д. ?, Э.
„аи„ йишм^ fawm Р. С.< Р. И.
<rsa®M. ар»м»»» » Кадо ИшИу₽ша» i&Mswra
р. Г.-Д. Р. И- в»тв*м s*	алжад» 3 >«йХ
Шй6ЙЛЙ&Т«««О уйра^МЙ* *т*T^miJSjm
Первый номер газеты «Голос правды».
Двадцать второго июля кронштадтские меньшевики-
интернационалисты выпустили газету «Искра», было из-
дано всего четыре номера.
С 5 августа стала выходить газета Союза крестьян-
ских землячеств — «Союз крестьян, рабочих и матро-
сов».
Имела свой печатный орган и группа кронштадтских
анархистов. С 1 августа по понедельникам выпускался
«Вольный Кронштадт». В первом номере этой газеты,
в статье «К товарищам», говорилось: «Кто не берет, тот
не имеет!» — девиз, пропагандирующий уголовную рас-
пущенность. Вдохновителем газеты был анархист Блейх-
ман. Газета просуществовала недолго.
Двадцать пятого октября кронштадтские меньше-
вики выпустили единственный номер газеты «Социал-
демократ».
Таковы были политические противники газеты «Го-
лос правды» на территории Кронштадта. Все они были
настроены враждебно по отношению к большевикам.
Но все попытки противников большевизма собрать
под знамена своих партий массы трудящихся, расши-
рить круг читателей своей прессы кончались неудачей.
Матросы, солдаты и рабочие Кронштадта знали только
две свои газеты — «Голос правды» (позже «Пролетар-
ское дело»») и «Известия Кронштадтского Совета» и не
хотели признавать никаких других газет.
В вихре событий
С первых же дней Февральской буржуазно-демокра-
тической революции между Кронштадтом и Временным
правительством установились враждебные отношения.
Не проходило ни одного контрреволюционного мероприя-
тия буржуазной власти, по поводу которого Кронштадт
не высказал бы своего резко отрицательного суждения.
На митингах и собраниях и через газету «Голос правды»
большевики регулярно информировали кронштадтцев об
этих мероприятиях, раскрывая их классовую, антина-
родную сущность.
Отмена Временным правительством изданного Пет-
роградским Советом Приказа № 1, вводившего демокра-
тические начала в армии и на флоте; опубликование по-
становления о привлечении к уголовной ответственности
5 П. 3. Сивков
129
крестьян Казанской губернии за выступление против
помещиков; указ Временного правительства о суровых
карах за самочинный захват крестьянами помещичьих
земель; распоряжение министра-председателя князя
Львова о подавлении крестьянских восстаний вооружен-
ной силой; издание закона «Об охране посевов», гаран-
тировавшего помещикам неприкосновенность их земель;
установление пенсий бывшим царским министрам; при-
каз о принятии на службу бывших жандармов и горо-
довых — все эти и ряд других антинародных актов не
прошли мимо внимания матросов, солдат и рабочих
Кронштадта, которые выражали свой резкий протест
в многочисленных резолюциях митингов и собраний.
Чаще всего обсуждались вопросы о власти, об оконча-
нии войны и о земле. О чем бы ни говорилось на ми-
тинге или собрании, все выступления в конце концов
сводились к этим трем основным проблемам.
В первой половине марта 1917 года Временное пра-
вительство, добиваясь безоговорочного подчинения своей
власти армии и флота, опубликовало новый текст воин-
ской присяги. Угар первых дней Февральской револю-
ции, навеянный широковещательными декларациями
буржуазной власти, еще не выветрился из умов рабочих
и солдат. Без каких-либо трений и инцидентов к присяге
приводились все новые и новые части и подразделения.
Меньшевики и эсеры оказывали в этом правительству
активную помощь.
Иначе отнеслись к присяге кронштадтцы. На заседа-
нии 12 марта большевики — члены Совета военных депу-
татов с возмущением указывали на недемократический
характер присяги, на совершенную недопустимость со-
держания в ней элементов «вероисповедного характера»,
на то, что в ней нет ни слова о защите интересов рево-
люционного народа. Считая текст присяги неприемле-
мым, Совет военных депутатов поручил Исполнитель-
ному комитету договориться с Временным правитель-
ством о разработке нового текста присяги *.
Газета «Голос правды» откликнулась статьей «Пре-
ступное покушение», в которой разъясняла, что опубли-
кованная присяга — «явное преступное покушение Вре-
менного правительства на права народа, на свободу, до-
1 См. «Голос правды», 16 марта 1917 г.
130
бытую революцией»1. Кронштадтский Совет рабочих и
солдатских депутатов заявил: «Свободному народу при-
сяга не нужна. Не народ должен давать присягу пра-
вительству, а правительство должно принести присягу
народу»1 2.
Матросы и солдаты на своих митингах и собраниях
единодушно поддержали позицию кронштадтских Сове-
тов. Это была первая серьезная трещина во взаимоотно-
шениях между Кронштадтом и Временным правитель-
ством.
День за днем эти взаимоотношения обострялись. На
заседании Совета военных депутатов 15 марта, взамен
убитых в февральско-мартовские дни адмиралов Вирена
и Куроша, генералов Стронского, Волкова и других, во-
преки воле и желанию Временного правительства были
избраны: комендантом крепости — генерал Герасимов,
которому матросы доверяли, а начальником всех мор-
ских частей Кронштадта — известный среди матросов
своей гуманностью старший лейтенант П. Н. Даманов3.
Для контроля над ними были избраны специальные ко-
миссии.
Двадцать третьего марта в Кронштадте, как и в сто-
лице, происходили похороны жертв Февральской рево-
люции. Погода была солнечная и теплая. Состоялся па-
рад, а вслед за ним демонстрация. Около 60 тысяч сол-
дат, матросов и рабочих собралось в этот день на Якор-
ной площади. Сразу же после парада состоялись бого-
служения и торжественная панихида на могилах павших
в февральские дни.
(Надо сказать, что лозунги революции долго еще про-
должали уживаться на флоте с религиозными воззре-
ниями, подчас весьма причудливо и своеобразно. Автор
этой книги служил в те времена на кораблях флота и
сам был свидетелем того, как висевшая в одном из ко-
рабельных кубриков икона Николая-чудотворца, считав-
шегося на флоте «главным боцманом» и «покровителем
мореплавателей», была декорирована красной материей,
а на венец вокруг головы «святого» была повешена ку-
мачовая шелковая лента.)
1 «Голос правды», 15 марта 1917 г.
2 Т а м же.
3 Брат А. Н. Ламанова.
а*	131
После панихиды на могиле павших борцов с устро-
енной тут же на Якорной площади трибуны с привет-
ствием к кронштадтцам от Петербургского комитета
партии выступил В. Дешевой и от Кронштадтского коми-
тета Т. Ульянцев.
В час дня открылся митинг, по окончании которого
демонстранты, разбившись на отдельные колонны, с му-
зыкой и песнями ходили в разных направлениях по го-
роду. Среди гражданских колонн особо выделялась ко-
лонна швейно-парусной мастерской Кронштадтского
порта. В этой колонне было довольно много солдаток,
мужья которых находились на фронте. Встречаясь в ка-
ком-либо пункте города, колонны приветствовали друг
друга возгласами «ура». Тут же возникал митинг.
Демонстрации завершились общим грандиозным ми-
тингом, в конце которого была принята революционная
резолюция, направленная против власти буржуазии!.
Около 20 000 рук поднялось за эту резолюцию. В ней
кронштадтцы впервые четко выразили свой взгляд на
дальнейшее развитие революции, чем еще больше обо-
стрили отношения с Временным правительством и со-
глашательским Петроградским Советом.
Митинги на Якорной площади и в помещении Мор-
ского манежа состоялись 24, 25 и 26 марта. На послед-
нем из них собралось около 1500 женщин-работниц, сол-
даток и домохозяек. Этот митинг был результатом спе-
циального обращения Кронштадтского комитета
РСДРП (б) к женщинам — «Организуйтесь!». Выступая
на митинге, женщины требовали полного равноправия,
охраны материнства и младенчества, пенсий и пособий
матерям-солдаткам, мужья которых погибли на войне
или находились на фронте. Со слезами на глазах выска-
зывались женщины против империалистической войны,
лишившей многих из них мужей, отцов и братьев. В при-
нятой резолюции говорилось, что «движение женщин-
пролетарок не смешивается с буржуазно-женскими дви-
жениями... Женщины-работницы борются вместе со всем
рабочим классом не только за полную демократическую
свободу и за уничтожение капиталистического строя, но
и за социализм»1 2.
1 См. «Голос правды», 25 марта 1917 г.
2 «Голос правды», 28 марта 1917 г.
132
Двадцать восьмого марта в Кронштадтском комитете
РСДРП (б) состоялось организационное собрание, поло-
жившее начало систематической работе среди женщин
Кронштадта. Эту работу несколько позже возглавляла
присланная из ЦК РСДРП (б) член партии с 1899 года
Людмила Николаевна Сталь.
Кронштадт болыпевизировался. Митинги протеста
против политики и действий Временного правительства
проводились все чаще и все больше беспокоили мини-
стров и руководство Петроградского Совета.
Кронштадтский Совет к этому времени стал уже пол-
новластным хозяином в городе и крепости. В отличие от
других городов России в Кронштадте в вопросах мест-
ного самоуправления не было двоевластия1, да и делить
эту власть было не с кем. Крупной местной промышлен-
ной буржуазии не имелось. Промышленность Кронштад-
та — Пароходный завод, военные мастерские, строитель-
ные организации, обслуживание доков, электростанций,
водопровода — принадлежала государству. Прежних
распорядителей этих предприятий уже не было. Таким
образом, и промышленность Кронштадта оказалась
в полном распоряжении Совета.
Буржуазия и мелкая буржуазия, напуганные собы-
тиями 1—2 марта, в политической жизни города участия
не принимали. Мелкая буржуазия оказывала определен-
ное влияние лишь на выразителей своих интересов — эсе-
ров и меньшевиков. Деятели городской думы хотя и про-
должали по инерции именоваться «отцами города», но
должны были выполнять то, что потребует Совет.
Особенностью Кронштадтского Совета в 1917 году
было также и то, что он был и высшей военной властью.
Его распоряжения и постановления были обязательны
для коменданта крепости и начальника всех морских ча-
стей Кронштадта.
Пытаясь прибрать крепость к рукам, Временное пра-
вительство и руководящие органы соглашательских пар-
тий решили направить в Кронштадт своих представите-
лей. 18 марта Кронштадт посетил товарищ председателя
Петроградского Совета, член Государственной думы
меньшевик М. И. Скобелев. Вслед за ним 28 марта
1 Зависимость Кронштадта от Временного правительства оста-
валась лишь в области финансов и снабжения продовольствием.
133
прибыл в Кронштадт «сам» А. Ф. Керенский — «восхо-
дящая звезда» буржуазно-демократической республики.
Завоевав себе популярность в 1912 году как адвокат
по делу о Ленском расстреле, он быстро пошел в гору.
Был в составе IV Государственной думы и как ее член
вошел в состав Временного правительства, в котором
получил портфель министра юстиции.
Выступая на митинге в Морском манеже, Керенский
заявил: «Мы начали с уничтожения позора старого ре-
жима, с уничтожения смертной казни. Никто не может
отнять у человека права жить... Пусть в кандалах, на
каторге, но пусть живет»1. Столь оригинальное понятие
о свободе вызвало лишь удивление собравшихся. Но,
войдя в азарт, министр-юрист продолжал оглушать слу-
шателей потоком трескучих фраз и упрекнул кронштадт-
цев в «самостийности», в неподчинении указам Времен-
ного правительства, в жестоком обращении с арестован-
ными офицерами. После небольшой паузы, изменив тон
выступления, он с жаром призвал к единению с прави-
тельством в час, когда «Родина в опасности», и, прило-
жив платок к глазам, делал вид, что утирает слезы.
С ответом на упреки Керенского выступил председа-
тель Исполнительного комитета Кронштадтского Совета
А. М. Любович. Он сказал: «Мы чувствуем свою силу и
в сознании ее спокойно и последовательно перестраиваем
жизнь на демократических началах, и ни перед чем не
остановимся мы, чтобы закрепить наши идеи и добытую
свободу»2.
По окончании собрания, выпрямившись и по-наполео-
новски заложив одну руку за спину, а другую за борт
своего френча, Керенский, ни с кем не прощаясь, поры-
висто вышел из помещения, сел в автомобиль и уехал на
пристань. Три с половиной часа пребывания в Крон-
штадте отнюдь не повысили настроения этого рвущегося
к власти авантюриста.
Пятого апреля вместе с сербским генералом Попо-
вичем, в окружении большой свиты, в Кронштадт при-
был командующий Петроградским военным округом ге-
нерал Л. Г. Корнилов. Генерал задался целью уговорить
кронштадтцев принять присягу на верность Временному
1 «Кронштадтский вестник», 30 марта 1917 Г
'Также!
134
правительству. Но с первых же минут пребывания на
острове Котлин Корнилов почувствовал явное неуваже-
ние к своей персоне. Оно выразилось в том, что на Пе-
троградской пристани его не встретили с положенными
по уставу почестями, и в том, что от пристани до Якор-
ной площади ему пришлось добираться пешком.
На площади в это время по случаю приезда в Крон-
штадт делегации Обуховского завода происходил много-
тысячный митинг. Корнилову любезно предложили вы-
ступить перед собравшимися. Генерал поспешил заявить,
что он «служит революции верой и правдой», и призвал
к «единению со всеми слоями общества во имя револю-
ции» и к «гражданскому миру». Затем Корнилов при-
нялся доказывать, что теперь-де народ и правительство
Должны быть едины, и в конце речи упрекнул крон-
штадтцев за дерзкий ответ Временному правительству
на предложение принять присягу.
На трибуну поднялся матрос Учебно-минного отряда
А. Павлов. Отвечая на заверение Корнилова, что тот
«служит революции верой и правдой», он предложил ему
самому дать клятву верности революции. Это требова-
ние было настолько неожиданным, что Корнилов пона-
чалу опешил, но, быстро овладев собой, повернулся ли-
цом к Морскому собору, стал на одно колено и, лице-
мерно воздев руки к небу, произнес слова требуемой
клятвы.
Вслед за Корниловым уговаривать кронштадтцев,
призывать их к смирению и беспрекословному подчине-
нию «революционному правительству» приехала эсерка
Е. К- Брешко-Брешковская, прозванная «бабушкой рус-
ской революции». Уважая ее 74-летний возраст, зная,
что при царизме она многие годы провела в тюрьме и
в ссылке, кронштадтцы встретили ее с почетом. Для че-
ствования «бабушки» состоялось специальное заседание
Исполнительного комитета.
Выступая на этом заседании, Брешко-Брешковская
решила заступиться за арестованных офицеров, упрек-
нула кронштадтцев в мстительности и высказала сожа-
ление по поводу враждебного отношения к Временному
правительству.
Председатель Исполнительного комитета А. М. Лю-
бович вежливо, хотя и не без сарказма, ответил ей: «Ба-
бушка, о ваших внучатах говорят, что они расшалились,
135
что не признают остальной России, что, говорят, здесь
ужасы. Просим верить, бабушка, что ничего не делается
нами сверх того, что необходимо для дела революции.
Мы считаемся с тем, что революция еще не кончена, что
дело свободы нужно еще защищать и что, следовательно,
мы можем быть поставлены пред необходимостью само-
обороны. Это не жестокость... а суровая необходимость»
Убеждать кронштадтцев в необходимости смирения
перед Временным правительством приезжала и лидер
левых эсеров М. А. Спиридонова. Выступая на Якорной
площади, она яростно защищала свою партию, расхва-
ливала ее заслуги перед крестьянством. После нее на
трибуну поднялся кочегар с «Зари свободы» Павел Хох-
ряков — разъездной агитатор Кронштадтского комитета
РСДРП (б). В простых, доходчивых словах он раскри-
тиковал мнимые заслуги эсеров и их бесконечные обе-
щания дать крестьянам землю. Спиридонова не смогла
противостоять его доводам и сошла с трибуны.
Приезд в Кронштадт разного рода «знатных» лиц не
заставил кронштадтцев отказаться от большевистских
убеждений и идей, которые с каждым днем все глубже
проникали в сознание матросско-солдатских масс.
1 «Известия Кронштадтского Совета», 9 апреля 1917 г.
ГЛАВА III
ЛЕНИНСКИМ КУРСОМ
Да здравствует товарищ Ленин!
Третьего апреля 1917 года в Кронштадте стало
известно о возвращении из эмиграции в Россию
В. И. Ленина.
Для участия во встрече вождя в Петроград была
спешно отправлена довольно большая делегация крон-
штадтских матросов во главе с С. Г. Рошалем. Но лед
на Финском заливе уже таял, и это задержало делега-
цию. Поезд из Ораниенбаума, к которому она спешила,
прошел, пришлось дожидаться следующего. Крон-
штадтцы опоздали к встрече на Финляндском вокзале,
поэтому, приехав в Петроград, они направились прямо
к особняку Кшесинской, где помещались Центральный и
Петербургский комитеты РСДРП (б).
Особняк был окружен плотным кольцом рабочих,
солдат и матросов. Вид организованного воинского под-
разделения заставил расступиться собравшихся. Рошаль
вошел в здание. С улицы туда доносились голоса мат-
росов, приветствовавших Ленина и требовавших, чтобы
он выступил.
Узнав о прибытии кронштадтцев, Ленин вышел на
балкон. Появление его было встречено бурными аплоди-
сментами и криками «ура». Владимир Ильич ответил
словами теплого привета, обращенными к революци-
онным морякам. В своем кратком выступлении он
137
повторил пламенный призыв, уже ставший известным
массам с момента исторической речи Ленина с броне-
вика у Финляндского вокзала: «Да здравствует социали-
стическая революция!»
Кронштадтцы, которые еще 23 марта на своем ми-
тинге приняли решение бороться за уничтожение капи-
тализма, за установление диктатуры пролетариата, бур-
ной овацией встретили призыв вождя.
Газета «Голос правды» 4 апреля, приветствуя при-
езд В. И. Ленина, писала: «Все партийные с-.д. работ-
ники всегда считались с его мнением. Все сознательные
рабочие учились у него, углубляли, развивали и прояс-
няли свое классовое самосознание при помощи его ста-
тей...»
С первых же дней своего приезда в Россию В. И. Ле-
нин со свойственной ему энергией отдался революцион-
ной работе. 4 апреля он дважды выступил в Тавриче-
ском дворце с докладом, в котором изложил и проком-
ментировал свои знаменитые тезисы, вошедшие в исто-
рию под названием Апрельских. Это был гениальный
план перехода от буржуазно-демократической револю-
ции к революции социалистической.
«Своеобразие текущего момента в России, — указы-
вал В. И. Ленин, — состоит в переходе от первого этапа
революции, давшего власть буржуазии в силу недоста-
точной сознательности и организованности пролета-
риата, — ко второму ее этапу, который должен дать
власть в руки пролетариата и беднейших слоев крестьян-
ства» ’.
Определив курс на перерастание буржуазно-демокра-
тической революции в социалистическую, В. И. Ленин
установил и политическую форму организации власти —
республику Советов. «Не парламентарная республика,—
возвращение к ней от С. Р. Д. было бы шагом назад,—
а республика Советов рабочих, батрацких и крестьян-
ских депутатов по всей стране, снизу доверху»1 2.
Апрельские тезисы В. И. Ленина были встречены
буржуазией, меньшевиками и эсерами в высшей степени
враждебно. Против большевистской партии и ее вождя
началась яростная клеветническая кампания. Буржуаз-
1 В. И. Л е н и н. Поли. собр. соч., т. 31, стр. 114,
2 Т а м ж е, стр. 115.
138
ные и соглашательские газеты, соревнуясь во лжи, пе-
чатали всевозможные небылицы и самые гнусные на-
веты. Черносотенная «Лига борьбы с большевизмом»
приняла решение, в котором говорилось: «Ульянова,
именующего себя Лениным, лишить жизни. Типографию
газеты „Правда" — взорвать...»1
Большевики неустанно разоблачали клевету и ложь
врагов революции и противопоставляли контрреволюци-
онной агитации свою правдивую, деловитую революцион-
ную пропаганду и агитацию.
Большую и напряженную работу в этот период про-
водила группа агитаторов при Петербургском комитете
РСДРП (б). В ее состав входили и два члена Кронштадт-
ского комитета РСДРП (б)—матросы С. Г. Пелихов и
И. Н. Колбин. Агитаторы почти каждое утро собирались
во дворце Кшесинской, где получали очередной инструк-
таж, который неоднократно проводил В. И. Ленин, но
чаще всего Я- М. Свердлов или Н. И. Подвойский.
И. Н. Колбин в своих воспоминаниях рассказывал:
«Числа 10 апреля, собравшись по обыкновению в агита-
ционном отделе ЦК, мы узнали, что к нам приедет
т. Ленин. Все насторожились, приготовились слушать
большой и сложный доклад. Но вот быстро открылась
дверь, вошел Владимир Ильич. Он поздоровался с нами
и подошел к столу. ...Владимир Ильич объяснил нам, что
он не собирается делать доклад, а пришел просто побе-
седовать... За 15 минут, проведенных с нами, Владимир
Ильич дал нам во сто крат больше, чем дал бы двух-
часовой инструктивный доклад кого-либо другого. Вла-
димир Ильич дал нам наглядный урок, как нужно было
делать доклады, чтобы они были просты и понятны ря-
довому рабочему и крестьянину»1 2.
Через несколько дней после этой беседы стало из-
вестно, что кадеты готовят контрреволюционную
антибольшевистскую демонстрацию. 14 апреля в агит-
отделе ЦК были собраны агитаторы. Находившийся
здесь же В. И. Ленин, увидев моряков, осведомился,
как у них идет работа, а затем предложил С. Г. Пели-
хову отправиться в Кронштадт и привезти оттуда чело-
век 100 матросов с военным оркестром, а И. Н. Кол-
1 См. «Правда», 22 июня 1917 г.
2 «Красная летопись», 1926, № 6, стр. 43—44.
139
бину—связаться со 180-м пехотным запасным полком й
подготовить его на совместное с кронштадтцами выступ-
ление.
Шестнадцатого апреля был воскресный день. Вместо
100 человек, о которых говорил В. И. Ленин, желающих
поехать в Петроград набралось гораздо больше. Захва-
тив с собой духовой оркестр, кронштадтцы прибыли
в Петроград и вместе со 180-м полком и колоннами
петроградских матросов пришли ко дворцу Кшесин-
ской. На балкон дворца вышли В. И. Ленин и Я. М. Свер-
длов.
Владимир Ильич приветствовал моряков, затем
кратко обрисовал политическую обстановку и призвал
матросов продолжать борьбу за дальнейшее развитие
революции и разоблачать клевету буржуазии на боль-
шевистскую партию. Воодушевленные речью Ильича,
матросы двинулись на Невский проспект1.
На улицах Петрограда в этот же день появилась
спровоцированная кадетами шовинистическая манифе-
стация с лозунгами, направленными против Ленина и
большевиков, за продолжение империалистической войны
до полной победы. На легковых и грузовых автомобилях,
на санитарных и орудийных двуколках, на телегах дви-
гались инвалиды и раненые, специально собранные для
этой цели из всех госпиталей Петрограда.
Повстречавшись с демонстрацией инвалидов, мат-
росы и солдаты смешались с их колонной и провели
разъяснительную работу, призывая не поддаваться
контрреволюционной демагогии и шовинистско-оборонче-
ской агитации. Многие инвалиды, побросав свои плакаты
и лозунги, влились в солдатские и матросские колонны
и вместе с ними двинулись по городу под революцион-
ными знаменами.
Когда под воздействием черносотенных элементов и
многочисленных буржуазно-соглашательских газет часть
солдат Петроградского гарнизона начала было скло-
няться на сторону антинародных сил, для работы в во-
инских частях столицы было вызвано из Кронштадта
200 матросов-агитаторов. Вот что рассказывает об ,этом
в своих воспоминаниях один из руководителей Военной
организации РСДРП (б) Н. И. Подвойский:
1 См. «Красная летопись», 1926, № 6, стр. 44—45.
140
«Из Кронштадта были вызваны матросы... могущйё
простым непосредственным убеждением разбивать ту
агитацию, которая велась в воинских частях буржуазией
и соглашательскими партиями... Эти колонны убежден-
ных агитаторов пошли в солдатские массы побеждать и
убеждать, и пред их безыскусственными доводами пасо-
вала самая искусная диалектика соглашательских и бур-
жуазных ораторов: серая крестьянская масса понимала
их, так сказать, „нутром“, чувствовала в них своих, и
в короткое время настроение частей явно начало скло-
няться на сторону большевизма»1.
Высокой оценки своей деятельности кронштадтские
матросы-агитаторы удостоились и на VII (Апрельской)
Всероссийской конференции РСДРП (б). Делегат от Пе-
троградского округа в своем выступлении сказал:
«Кронштадт, славящийся агитаторскими силами, кото-
рыми он снабжал всегда Петроград, сыграл огромную
роль в петроградском движении; всеми товарищами про-
делана колоссальная работа, которую они могли выпол-
нить, имея свободный доступ в казармы»1 2.
О выступлении матросов-агитаторов в частях Петро-
градского гарнизона с восхищением рассказывал
Н. И. Подвойский и на VI съезде большевистской пар-
тии в июле 1917 года. Одиннадцать полков, по его свиде-
тельству, в каких-нибудь десять дней оказались на сто-
роне большевиков. «Это был широко организованный
большевистский поход агитаторов во все казармы Пет-
роградского гарнизона»3, — вспоминал он.
Как ни бесновались, как ни пытались очернить и
оклеветать Ленина и большевиков буржуазия и согла-
шатели, добиться им удалось немногого. Авторитет Ле-
нина и большевиков рос. Победа осталась за большеви-
ками, и некоторую долю в эту победу вложили и крон-
штадтские агитаторы-матросы.
В дни, предшествующие работе Всероссийской конфе-
ренции партии, Апрельские тезисы В. И. Ленина с его
комментариями, опубликованные «Правдой» в ленинской
статье «О задачах пролетариата в данной революции»4,
1 «Красная летопись», 1926, № 6, стр. 70—71.
2 «Седьмая (Апрельская) Всероссийская конференция РСДРП (б).
Протоколы», стр. 127.
3Н. Подвойский. Ленин в 1917 году. М., 1957, стр. 20.
4 См. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 31, стр. 113—118.
141
обсуждались во всех партийных организациях Крон-
штадта. 20 апреля, за четыре дня до открытия конфе-
ренции, в Морском манеже состоялось общее собрание
Кронштадтской большевистской организации. В соответ-
ствии с Апрельскими тезисами в повестке дня стояли во-
просы: о войне, об отношении к Временному правитель-
ству и об отношении к Советам рабочих и солдатских
депутатов.
После докладов и прений были приняты резолюции,
ярко определявшие отношение кронштадтских большеви-
ков к этим трем важнейшим вопросам. В резолюции
о войне они заявили: «Борьба против империалистиче-
ской войны является обязанностью каждого социал-де-
мократа... Единственной борьбой за мир в данный
момент может быть только борьба с буржуазным
правительством собственной страны... Только мир, за-
ключенный самим народом, будет миром демократиче-
ским».
В резолюции о Временном правительстве отмечалось,
что Временное правительство неспособно выполнить за-
дачи, выдвигаемые революцией, что оно идет по пути
контрреволюции, и подчеркивалось, что, отказывая Вре-
менному правительству в какой бы то ни было под-
держке, следует разоблачать все контрреволюционные
шаги его и вести работу, «подготовляя переход власти
в руки народа».
Резолюция о Советах рабочих и солдатских депута-
тов утверждала, что Советы, «выдвинутые победоносной
революцией, должны по существу являться органами
подлинного народовластия», что им «придется взять всю
полноту власти в свои руки» ’.
«Эти три резолюции, — говорилось в газете „Голос
правды**, — излагающие взгляды [Кронштадтской орга-
низации] на главнейшие вопросы текущего момента, при-
няты для обязательного руководства делегатам на Все-
российскую партийную конференцию»1 2.
После принятия резолюций состоялись выборы деле-
гатов на Апрельскую конференцию. Были избраны
А. М. Любович, Ф. Ф. Раскольников, С. Г. Рошаль,
И. Т. Смилга и Т. И. Ульянцев. На этом же собрании
1 «Голос правды», 22 апреля 1917 г.
2 Т а м ж е.
142
был обновлен и расширен до 15 человек состав Крон-
штадтского комитета РСДРП (б).
С 24 по 29 апреля в Петрограде проходила VII (Ап-
рельская) Всероссийская конференция РСДРП (б).
Она была призвана обсудить ленинский курс на переход
от буржуазно-демократической к социалистической ре-
волюции, сделать его общепартийным курсом. По важ-
ности и значению стоявших и решенных на конференции
вопросов она была равна съезду.
Делегаты с мест рассказали о росте численности пар-
тии и ее влияния в массах.
О состоянии партийной работы в Кронштадте, Вы-
борге, Гельсингфорсе и Петрограде доложил конферен-
ции И. Т. Смилга. Кронштадтская организация больше-
виков к апрелю 1917 года насчитывала в своих рядах
уже 3000 членов (1500 рабочих и 1500 матросов и ар-
тиллеристов).
Судя по протокольной записи, сообщение о Крон-
штадте было очень кратким и состояло главным образом
из цифровых данных1. Этот недостаток в значительной
мере был восполнен в прениях.
Двадцать пятого апреля на четвертом заседании кон-
ференции в прениях выступил делегат А. М. Любович.
Он подробно рассказал о положении Кронштадтской
организации, о настроениях кронштадтских матросов,
солдат и рабочих. «В Кронштадте, — заявил он, — вся
власть, административная и оборонная, фактически в ру-
ках Совета рабочих и солдатских депутатов... Ничего не
ускользает от нашего взгляда, мы можем воспрепятство-
вать разоружению, отводу революционных частей из
Кронштадта. Явочным порядком введен 8-часовой рабо-
чий день, урегулирована заработная плата (установлен
минимум и максимум)»1 2.
Двадцать шестого апреля газета «Голос правды» по-
местила на своих страницах большую статью о впечатле-
ниях с конференции, о выступлении с докладом В. И. Ле-
нина. По окончании конференции в газете были напеча-
таны все принятые резолюции, ее работе была посвящена
передовая статья.
1 См. «Седьмая (Апрельская) Всероссийская конференция
РСДРП (б). Протоколы», стр. 125.
2 Т ам же, стр. 135—136.
14?
Второго мая в Кронштадте на общегородском партий-
ном собрании делегаты конференции подробно доложили
собравшимся об итогах ее работы.
Решения Апрельской конференции имели исключи-
тельно. важное значение. На ней был одобрен и принят
к руководству ленинский план борьбы партии и рабочего
класса за перерастание буржуазно-демократической ре-
волюции в революцию социалистическую, определена
точка зрения большевистской партии по всем коренным
вопросам революции — о власти, о войне, о земле,
о борьбе с голодом. Апрельская конференция показала
единственный выход из тяжелого положения — переход
всей государственной власти в руки Советов рабочих,
солдатских и крестьянских депутатов по всей России.
В качестве ближайшей задачи конференция приняла
ленинский лозунг «Вся власть Советам!».
Решения конференции стали планом и программой
большевистской партии, путеводной нитью для всех ее
местных организаций, в том числе и для Кронштадтской
партийной организации.
В дни апрельского кризиса
В апреле 1917 года, в то время, когда партия боль-
шевиков брала на вооружение ленинский курс на социа-
листическую революцию, в стране день ото дня росло
недовольство масс империалистической политикой Вре-
менного правительства. Отношения между буржуазным
правительством и трудящимися массами все более обо-
стрялись.
В первой половине апреля в Кронштадте произошло
событие, в котором ярко проявился боевой революцион-
ный дух балтийских матросов.
С первых дней Февральской революции на кораблях,
стоявших в Кронштадтской гавани, вместо андреевских
флагов были подняты красные революционные флаги.
Матросская масса ревностно относилась к этому за-
воеванию революции. И вдруг судовой комитет учеб-
ного судна «Николаев» под влиянием агитации офице-
ров прислал на имя начальника всех морских ча-
стей Кронштадта просьбу разрешить ему в день ре-
лигиозного праздника поднять па корабле андреевский
флаг.
144
Об этой просьбе стало известно на всех кораблях,
стоявших в гавани. Команды с гневом откликнулись на
эту вылазку. Команда учебного судна «Рында» заявила:
«Под андреевским флагом нас расстреливали, мы про-
тестуем...» Линейный корабль «Заря свободы» пригро-
зил, что откроет огонь по всякому, кто попытается под-
нять андреевский флаг, в том числе и по штабному
кораблю «Зарница», если оттуда последует разрешение
на подъем этого флага *. Провокационный демарш был
сорван волей революционных моряков.
Сильно ухудшили отношения между Временным пра-
вительством и Кронштадтским Советом отказ Исполкома
Совета освободить офицеров, арестованных 1 и 2 марта,
установление в воинских частях выборности командного
состава и другие демократические действия, порядки,
утверждавшиеся в крепости.
В кронштадтских тюрьмах сидела не одна сотня офи-
церов— ревностных слуг старого режима. Временное
правительство неоднократно требовало передать всех
арестованных в ведение государственных судебных ор-
ганов. Поскольку там решали дела старые царские
чиновники, кронштадтцы упорно уклонялись от вы-
полнения этого требования. Они создали свою след-
ственную комиссию и тщательно разбирали каждое
дело.
История с арестованными офицерами в значительной
степени обострилась в связи с делом одного из контрре-
волюционеров— капитана Альмквиста. Неизвестные
влиятельные лица добивались его освобождения. Керен-
ский несколько раз телеграфировал комиссару Времен-
ного правительства Пепеляеву об ускорении разбора
дела Альмквиста, но кронштадтцы не торопились и,
чтобы не наделать ошибок, подходили к этому вопросу
осторожно.
Видя неподчинение кронштадтцев, Керенский прика-
зал 7 апреля создать специальную следственную комис-
сию под председательством государственного прокурора
Переверзева. 8 апреля она приехала в Кронштадт и
вместо того, чтобы согласовать свою деятельность
с Кронштадтским Советом, явилась в одну из тюрем и
самочинно освободила Альмквиста. Но по дороге па при-
1 См. «Красная летопись», 1927, № 3, стр. 26.
149
стань Альмквист встретился с солдатами своей части,
и около 9 часов вечера в президиуме Исполнительного
комитета стало известно, что по Екатерининской улице
толпа солдат и матросов ведет «бежавшего из-под аре-
ста» офицера и что настроение у всех очень возбужден-
ное. На место происшествия был послан представитель
Исполкома, который убедил собравшихся отправить
офицера на гауптвахту. Матросы и солдаты, узнав, кто
освободил Альмквиста, настроились чрезвычайно агрес-
сивно против комиссии, требуя не допускать ее к работе.
Рано утром следующего дня комиссия Переверзева
вынуждена была вернуться в Петроград, так и не выпол-
нив возложенного на нее поручения.
Этот, казалось бы, незначительный эпизод взбудора-
жил всю буржуазную и меньшевистско-эсеровскую пе-
чать. Он послужил поводом для разнузданной лжи и
клеветы. Буржуазные газеты «Новое время», «Речь»,
«День», соглашательские «Рабочая газета», «Единство»,
«Дело народа» и другие подняли крик об «ужасах крон-
штадтских застенков», о том, что над арестованными
всячески издеваются, что Кронштадт не выполняет реше-
ний центральной власти, что он подрывает завоевания
революции и т. д. и т. п. «Биржевые ведомости» уведо-
мили, в частности, своих читателей, что в Кронштадте
толпа якобы вынесла смертный приговор прокурору, что
несколько человек подошли к Переверзеву и «хотели
поднять его на штыки», что матросы разыскали двух
офицеров, освобожденных с Альмквистом, и повели их
«казнить на Якорную площадь».
Примерно в эти же дни в Кронштадте произошел
инцидент, который взволновал всю общественность го-
рода и поставил под угрозу престиж его революционных
организаций. Бандой из пяти грабителей было совершено
нападение на квартиру врача. Для Кронштадта, против
которого буржуазная печать вела необузданную травлю
и где охрана порядка и гражданских прав находилась
в руках общественности, этот случай был чрезвычайным
происшествием.
Здание, где укрылись бандиты, немедленно оцепили
матросы, солдаты и рабочие. Бандитов удалось схватить.
Разгневанная толпа единодушно потребовала вывести
всех пятерых за город и расстрелять без суда и след-
ствия. Приговор толпы был выполнен,
14$
Кронштадтский Совет строго осудил самосуд над
грабителями и обратился к населению города с разъ-
яснением, что всякая борьба против преступных элемен-
тов должна быть организованной. Но случай этот уже
стал известен буржуазным корреспондентам и подавал-
ся ими в самом извращенном виде. О Кронштадте пы-
тались создать впечатление как о гнезде анархии и
разбоя.
Пятого апреля «Известия Петроградского Совета»
в статье под названием «Подпольная работа провокато-
ров» сообщали о листовках, распространяемых в Петро-
граде. В этих листовках говорилось, что «в Кронштадте
царят „озверевшие солдаты**, Пепеляев не смеет выйти
из дома, так как солдаты угрожают „поднять его на
штыки**, солдаты держат под арестом в казармах триста
офицеров, издеваются над ними, угрожают им мучитель-
ной казнью. В Кронштадте царят немецкие шпионы,
засыпающие солдат золотым дождем. Солдаты грозят
Петрограду расстрелять его из каких-то двух фортов...
Жители терроризированы солдатами. Тайны морских
минных заграждений в руках немцев»1.
Провокационные сообщения о Кронштадте разноси-
лись по всей стране. Провинциальные борзописцы, пере-
печатывая лживые сообщения из центральных газет,
искажали их еще больше...
Чего только не писалось о Кронштадте! Кронштадт
в глазах неосведомленных обывателей превращался
в символ дикого ужаса. Дело доходило до того, что-крон-
штадтцами стали пугать маленьких детей.
Сообщения о разнузданной клевете на Кронштадт и
кронштадтцев привозили матросы и солдаты, возвращав-
шиеся из отпусков. Матрос Зудин, побывавший в Москве,
так передавал свои впечатления в «Известиях Крон-
штадтского Совета»: «Меня... встретили какими-то испу-
ганными глазами и чуть ли не шепотом просили расска-
зать о событиях, происшедших в Кронштадте»1 2. В дру-
гом номере газеты солдат Махалов писал: «Обидно, ко-
гда бываешь в Петрограде и слышишь там всевозможные
нелепые слухи, позорящие кронштадтцев. Вот что гово-
рят про Кронштадт в Петрограде: в Кронштадте анар-
1 «Известия Петроградского Совета», 5 апреля 1917 г.
2 «Известия Кронштадтского Совета», 15 апреля 1917 г.
147
кия, там происходят уличные беспорядки, выражаю*
щиеся в ежедневных печальных инцидентах, в некоторых
случаях заканчивающихся чуть ли не расстрелом офи-
церов и других лиц... Кронштадт как крепость ослаблен
в боевом отношении...»1 Гардемарин Военно-морского
инженерного училища Е. Бахметьев, примкнувший к ре-
волюционным матросам, рассказывал о посещении им
своего друга в Москве. Когда тот знакомил его со своей
женой, та в ужасе отшатнулась. «Прочь, уберите эти
руки! Они у вас в крови!» — истерически закричала жен-
щина1 2.
Приведенных примеров вполне достаточно для того,
чтобы ясно представить, до какой беспардонной лжи
доходила буржуазная печать в своей борьбе против ре-
волюционного Кронштадта.
С целью образумить кронштадтцев и «призвать их
к порядку» в Кронштадт стали прибывать делегации
с фронта, из крупных городов страны и даже из отдален-
ных провинций. Все они быстро убеждались в лживости
буржуазной агитации и, разъезжаясь, рассказывали
правду о положении в крепости.
Из Ставки верховного главнокомандующего в Крон-
штадт приехала делегация солдат и офицеров. Выступив-
ший на заседании Совета один из делегатов заявил:
«В Ставке были чудовищные слухи о Кронштадте... Де-
путация очень рада видеть, что порядок в Кронштадте
образцовый, этот порядок мы перенесем в армию»3. Де-
легат Северного фронта солдат Дзюба говорил: «На
фронте ходят слухи, что в Кронштадте полная анархия,
что пути к Петрограду открыты, крепости разоружены...
К великой радости, мы нашли Кронштадт в образцовом
порядке, о чем и передадим нашим братьям, сидящим
в окопах»4.
В апреле в Кронштадте побывала довольно многочис-
ленная делегация 4, 5 и 6-й армий и 1-й Гренадерской
дивизии Западного фронта. Она очень внимательно озна-
комилась с порядками в Кронштадте и опубликовала
в печати резолюцию своего общего собрания. Даже
редакция меньшевистской «Рабочей газеты» не посмела
1 «Известия Кронштадтского Совета», 16 апреля 1917 г.
2 См. «Красный балтиец», 1920, № 6, стр. 35.
3 «Голос правды», 2 апреля 1917 г.
4 «Известия Кронштадтского Совета», 22 апреля 1917 г.
148
отказать столь внушительной делегации солдат в поме-
щении этой резолюции.
«Порядок в городе, — говорилось в резолюции,—
стройная система работы и дисциплина гарнизона не
оставляют желать большего. Избранный гарнизоном Со-
вет рабочих и солдатских депутатов построил отношение
к воинскому долгу на сознательном понимании солда-
тами своей ответственности перед народом. Подчинение
в служебных отношениях избранному офицерству—пол-
ное... То, что сделано Кронштадтским гарнизоном и ра-
бочими в течение первых пяти недель свободы, превос-
ходит всякие ожидания... Страна и действующая армия
могут быть спокойны... боеспособность Кронштадтской
крепости вполне на высоте... Общее собрание шлет това-
рищам кронштадтцам — солдатам, морякам, рабочим и
офицерам... свой братский привет и пожелание довести
до конца начатую работу — сделать из Кронштадта
неприступную твердыню и обратить его в оплот народ-
ной свободы»1.
Так постепенно правда о Кронштадте распространя-
лась по всей России. Популярность его в стране и на
фронтах росла.
Много хлопот доставляли кронштадтским большеви-
кам буржуазные журналисты и репортеры. Все они, при-
езжая в Кронштадт, в первую очередь добивались
разрешения посетить кронштадтские тюрьмы. Им шли
навстречу. Они подолгу беседовали с арестованными,
но вынуждены были прийти к выводу, что тюрьмы
«ничуть не хуже петроградских, московских, заграничных
и других». Когда об этих тюрьмах возникал разговор
с кем-либо из руководящих работников Кронштадта,
корреспондентам обычно отвечали: «Не наша вина, что
царское правительство не построило лучших тюрем».
В ответ на статью буржуазной газеты «Новое время»
«Что происходит в Кронштадте» группа заключенных —
полковник Никифоров, подпоручик Поглазов и другие,
всего 7 человек,— прислала в «Известия Кронштадтского
Совета» коллективную корреспонденцию, в которой
сообщала, что жаловаться на отношение тюремной адми-
нистрации у них нет никаких оснований1 2.
1 «Рабочая газета», 8 апреля 1917 г.
2 См. «Известия Кронштадтского Совета», 30 мая 1917 г.
149
Посещали тюрьмы и офицеры, приехавшие с фронта.
Когда один офицер-фронтовик услыхал жалобу офице-
ров на плохие жилищные условия в тюрьме, то со вздо-
хом заявил: «...видно, вы не были в окопах, не стояли
по колено в воде. Давайте поменяемся местами. Я согла-
сен сидеть здесь... хоть „до полной победы"»
На черносотенную агитацию буржуазных газет крон-
штадтцы откликнулись посылкой в Петроград и в про-
винцию своих агитаторов, печатали статьи в «Голосе
правды» и в «Известиях Кронштадтского Совета» и по-
сылали опровержения в буржуазную прессу, настойчиво
добиваясь их опубликования.
Тринадцатого апреля в передовой статье «Известия
Кронштадтского Совета» писали: «Первое, что не понра-
вилось буржуазии, это... когда матросы и солдаты Крон-
штадта сами выбрали себе своих начальников. В этом
буржуазия усмотрела анархию и подняла вопль о недо-
пустимости выборного начала». В передовой 15 апреля
эта же газета писала: «Чего только не говорят, чего
только не пишут про Кронштадт досужие „собственные
корреспонденты", сбежавшие, очевидно, из охранного
отделения. Темной банде выгодно создавать вокруг
Кронштадта атмосферу удушливых слухов... Как же
парализовать выступление этих холопов буржуазии, как
обезвредить всякую попытку внести дезорганизацию
в нашу среду?.. Нужно подчинить организационной
дисциплине всякий шаг, и тогда пусть каркает воронье,
но ему не разбить стройную революционную армию,
если в ее рядах будет сохраняться революционная
спайка».
Чем яростнее бесновалась буржуазная печать, чем
неистовее злословили в своей клевете на Кронштадт
меньшевики и эсеры, тем быстрее большевизировались
кронштадтские матросы, солдаты и рабочие, тем по-
пулярнее во всей стране становился Кронштадт, тем
больше становилось его сторонников.
Приход к власти Временного правительства, ничего
по сути дела не изменил ни в политике, ни в экономике
страны. Земля оставалась у помещиков, фабрики и за-
1 ЦГАВМФ, ф. р-402, оп. 2, д. 143, л. 6.
150
воды — у фабрикантов. Война продолжалась. Уровень
расшатанной войной экономики страны падал все ниже
и ниже. Война требовала новых человеческих жертв и
новых огромных материальных затрат.
Еще в первой половине марта 1917 года, чтобы хоть
как-нибудь поддержать тяжелое финансовое положение
страны и залатать дыры военного бюджета, Временное
правительство решило выпустить так называемый «заем
свободы». Его громкое название в первые месяцы бур-
жуазно-демократической революции подкупало многих.
Не все понимали, что средства от распространения займа
пойдут прежде всего на продолжение империалистиче-
ской войны. Буржуазия и соглашатели умело использо-
вали добросовестно-оборонческие настроения и искрен-
нее стремление широчайших народных масс укрепить
завоевания революции. Успешная реализация «займа
свободы» должна была, по мысли его инициаторов,
существенно укрепить положение буржуазного Времен-
ного правительства.
Газета «Правда» 10 марта в статье «Заем свободы
или заем порабощения» разъясняла трудящимся антина-
родную направленность займа и, подчеркивая, что он
«дает возможность буржуазии продолжать кровавую
бойню», призывала пролетариат решительно воспроти-
виться его распространению.
Вслед за «Правдой» выступил ее младший собрат
«Голос правды». 16 марта в статье «Залог будущего»
газета раскрыла истинный смысл выпускаемого займа.
Автор статьи С. Г. Рошаль писал: «Ни одной капли
трудовой крови, ни одной копейки народ не потратит
ради приобретения буржуазией новых рынков и владе-
ний. Довольно крови и рабства».
В Кронштадте подавляющее большинство матросов,
солдат и рабочих, прислушиваясь к голосу большевист-
ской печати, были против этого займа.
Четырнадцатого апреля на заседании Кронштадтского
Совета обсуждался вопрос «О международных сноше-
ниях Временного правительства». Речь зашла и о «займе
свободы». В резолюции Совета, принятой по предложе-
нию фракции большевиков, говорилось о том, что «тя-
жесть материальной расплаты за войну должна лечь на
цдечи капцталистор и помещиков», и предлагалось «по-
161
крыть потребность в материальных средствах путем ча-
стичной конфискации капиталов» ’.
Через два дня после этого заседания по инициативе
Кронштадтского комитета РСДРП (б) в Морском манеже
состоялся многотысячный митинг. Его участники выска-
зались против «займа свободы» и потребовали опублико-
вать все тайные договоры, которые царское правитель-
ство заключило с союзниками.
Прошло несколько дней. Политическая конъюнктура
для меньшевистско-эсеровского большинства Кронштадт-
ского Совета изменилась. За этот период соглашатель-
ский Петроградский Совет принял решение поддержать
выпущенный Временным правительством «заем свободы».
Кронштадтские эсеры и меньшевики стали в тупик: как
же быть? Ведь они 14 апреля участвовали в принятии
резолюции об изыскании финансовых средств не путем
займа, а за счет капиталистов и помещиков. Пришлось
бить отбой.
Двадцать восьмого апреля состоялось второе заседа-
ние Кронштадтского Совета по вопросу о займе. Доклад-
чиком, как и в первый раз, был А. Л4. Любович. Он гово-
рил: «Наше предыдущее решение о займе не совпадает
с решением Петроградского Совета рабочих и солдатских
депутатов, который считает поддержку займа своим нрав-
ственным долгом... Мы... не должны слепо следовать за
ним... Мы должны сами высказывать ясно и откровенно
свои мнения... Заем при настоящих условиях пойдет на
дело убийства свободы»1 2.
Большевик М. Д. Лебедев, поддерживая Любовича,
заявил: «Решение Петроградского Совета... для нас не-
приемлемо... Он [заем] пойдет не на укрепление свободы,
а для продолжения войны...»3
С пеной у рта выступали против большевиков эсеры
и меньшевики. «Мы даем деньги, чтобы правительство
скорее прекратило войну... Стране нужны деньги, и мы
не имеем права отказывать ей в этом... Деньги нужны
не правительству, а Родине», — взывали соглашатели.
Брушвит, лидер кронштадтских эсеров, настаивал на
необходимости подписки на заем.
1 «Известия Кронштадтского Совета», 16 апреля 1917 г.
2 «Известия Кронштадтского Совета», 4 мая 1917 г.
3 Т а м ж е.
152
Как ни доказывали большевики, что заем пойдет па
убийство свободы, эсеро-меньшевистское большинство
в Совете взяло перевес. Была принята соглашательская
резолюция, поддерживающая выпуск «займа свободы».
Предложение большевиков голосовать вторично за резо-
люцию, принятую 14 апреля единогласно, Совет отверг.
В этом сказалась беспринципность и непоследователь-
ность эсеро-меньшевистского большинства Кронштадт-
ского Совета.
Одновременно с мероприятиями по укреплению воен-
ного бюджета за счет выпускаемого займа Временное
правительство, продолжая проводить империалистиче-
скую внешнюю политику, всячески раздувало шовинисти-
ческую истерию. Около 150 буржуазных газет изо дня
в день кричали: «Война до полной победы!»
Двадцать третьего марта министр иностранных дел
Милюков дал интервью корреспондентам кадетской га-
зеты «Речь». В откровенной беседе со своими коллегами
по партии министр рассказал им о планах переустрой-
ства Австро-Венгрии и расчленения Турции, о поддержке
Временным правительством идеи захвата Россией Кон-
стантинополя и черноморских проливов.
Информируя кронштадтцев об этих империалистиче-
ских замыслах, газета «Голос правды» писала: «Итак,
точка над ,,i“ поставлена. Русские империалисты в лице
своего официального представителя громко заявили
о своих захватных стремлениях, и так же громогласно
должен заявить им русский народ, что он не позволит
пролиться ни единой капле солдатской крови во славу
„наполеоновских" планов г. Милюкова»1.
Откровенное заявление Милюкова об империалисти-
ческих целях Временного правительства, опубликованное
во всех петроградских газетах, вызвало бурю протестов,
и в первую очередь в воинских частях.
Восемнадцатого апреля (1 мая по новому стилю)
в Петрограде, Кронштадте и в других городах происхо-
дили массовые первомайские демонстрации рабочих, сол-
дат и матросов. На знаменах и транспарантах красова-
лись лозунги: «Да здравствует 1 Мая!», «Долой войну!»,
«Мир без аннексий и контрибуций!», «Опубликовать тай-
ные договоры царского правительства с союзниками!».
1 «Голос правды», 28 марта 1917 г.
153
И в этот же день министр иностранных дел Милюков
направил ноту правительствам Англии и Франции о том,
что Временное правительство стремится довести войну
против австро-венгерского блока до решительной победы
и что оно намерено соблюдать все обязательства по отно-
шению к союзникам, данные бывшим царским правитель-
ством России.
«Коротко и ясно, — писал В. И. Ленин. — Война до
решительной победы. Союз с английскими и француз-
скими банкирами священен...
Ни один сознательный рабочий, ни один сознатель-
ный солдат не поддержит более политики „доверия**
к Временному правительству. Политика доверия обан-
кротилась» *.
Нота Милюкова вызвала волну протеста питерских
рабочих, солдат и матросов. 20 апреля на улицы Петро-
града вышло около 100 тысяч демонстрантов. На их зна-
менах были лозунги: «Опубликовать тайные договоры!»,
«Долой войну!», «Вся власть Советам!», «Долой Времен-
ное правительство!».
Массовые демонстрации продолжались 21 и 22 апреля.
Отрывочные и далеко не полные сведения о собы-
тиях в Петрограде дошли до Кронштадта. Вечером
20 апреля состоялось заседание Кронштадтского коми-
тета РСДРП (б). Вернувшиеся из Петрограда товарищи
доложили, что в Питере неспокойно, происходят демон-
страции, в различных частях города раздаются выстрелы.
Утром 21 апреля из Петрограда в Кронштадтский коми-
тет партии позвонил Н. И. Подвойский. От имени Воен-
ной организации РСДРП (б) он потребовал немедленного
приезда в Петроград отряда надежных матросов для
выступлений на митингах.
Выполняя это указание, Кронштадтский комитет
спешно подготовил к отправке отряд численностью около
150 человек, который в этот же день выехал в Петроград.
У особняка Кшесинской отряд был встречен Подвойским
и после краткого инструктажа распределен по заво-
дам и воинским казармам1 2. Это была третья по счету
массовая поездка кронштадтских агитаторов в Петро-
град.
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 31, стр. 297—298.
2 См. «Красная летопись», 1923, № 7, стр. 91—93.
164
Между тем 21 апреля в Кронштадт прибыл член
Исполнительного комитета Петроградского Совета мень-
шевик Вайнберг. В 11 часов утра открылось экстренное
заседание Кронштадтского Совета. Вайнберг информи-
ровал членов Совета о ноте Милюкова, о том, что «нота
встретила отрицательное отношение со стороны Испол-
нительного комитета Петроградского Совета» и что Ис-
полнительный комитет потребовал удаления из состава
Временного правительства министра иностранных дел
Милюкова и военного министра Гучкова, как инициато-
ров и главных виновников опубликованной ноты.
Заседание было бурным. Выступавшие в прениях
большевики доказывали, что удаление из правительства
двух министров не изменит его политики, так как прави-
тельство останется буржуазным, и призывали не дове-
рять Временному правительству.
На заседании Совета выступали почти одни больше-
вики. Эсеры и меньшевики, зная, что солдатско-матрос-
ская масса настроена против войны, выступать за ее
продолжение боялись.
Чтобы не подорвать свой престиж, лидер местных
эсеров Брушвит выступил весьма осторожно. Он заявил:
«Выступать открыто против Временного правительства
есть риск, а выступая, мы берем на себя огромную ответ-
ственность... Нужно предложить Петроградскому Совету
убрать двух человек из Временного правительства, и
тогда мы посмотрим, что из этого выйдет... мы посмот-
рим— уйдет ли остальное правительство или исправится
и будет лучше». Смешно было ожидать от правитель-
ства, чтобы оно добровольно уступило власть или «ис-
правилось», но эсеры делали вид, что верят в это.
По окончании прений была принята резолюция эсе-
ров, за которую голосовали не только эсеры и меньше-
вики, но и вся внепартийная фракция. В этой резолюции,
подправленной в результате критики ее большевиками,
отмечалось, что «Кронштадтский Совет находит совер-
шенно недопустимыми подобные преступные шаги Вре-
менного правительства», и предлагалось вывести из его
состава обанкротившихся министров. В отвергнутой
большинством Совета резолюции большевиков говори-
лось, что «смена отдельных лиц из состава данного
правительства не изменит его сущности как ставлен-
ника буржуазии и поставит лишь борьбу с личноСтя-
Ш
ми на место борьбы с системой и классом капитали-
стов...» 1
Не соглашаясь с резолюцией Совета, Кронштадтский
комитет РСДРП (б) 21 апреля организовал по городу
ряд митингов. Одним из первых состоялся митинг рабо-
чих на Пароходном заводе. Выступавшие с гневом вы-
сказывались против ноты Милюкова и резко критиковали
оппортунистическую мягкотелую резолюцию Крон-
штадтского Совета. В принятой по этому вопросу резо-
люции было сказано: «Принимая во внимание, что Вре-
менное правительство своей нотой об иностранной поли-
тике бросает вызов всему пролетариату и демократии
и явно становится на путь контрреволюции, постанов-
ляем: «Всеми силами бороться за свержение Временного
правительства и за переход власти в руки Советов»1 2.
В этот же день в Морском манеже и около здания
Кронштадтского комитета РСДРП (б), по соседству
с Якорной площадью, состоялись митинги. На первом
присутствовало 6 тысяч, а на втором — 20 тысяч человек.
На всех этих митингах единодушно и безоговорочно
была принята резолюция рабочих Пароходного завода.
По окончании митингов состоялась внушительная
демонстрация по городу. На плакатах демонстрантов
были лозунги: «Долой тайные договоры!», «Мир без ан-
нексий и контрибуций!», «Вся власть Советам!» и «Долой
Временное правительство!».
В. И. Ленин осуждал лозунг «Долой Временное пра-
вительство!», считая его несвоевременным. Этот лозунг,
выдвинутый в то время группой членов Петербургского
комитета РСДРП (б) во главе с С. Я. Багдатьевым, шел
вразрез с линией партии на’ мирное завоевание власти
Советами. В то же время Владимир Ильич отмечал, что
рабочие, как правило, вкладывали иное содержание, чем
группа Багдатьева, в лозунг «Долой Временное прави-
тельство!» и понимали этот лозунг исключительно в том
смысле, что вся власть должна перейти Советам.
В. И. Ленин писал, что «при таком понимании указан-
ного лозунга исключена всякая мысль о легкомыслии
или авантюризме»3.
1 «Известия Кронштадтского Совета», 22 апреля 1917 г.
2 Т а м же.
3 В. И. Лепин. Поли. собр. соч., т. 31, стр. 323.
156
Апрельские демонстрации наглядно показали, что
трудящиеся массы, солдаты и матросы — против продол-
жения войны, что они требуют передачи всей полноты
власти Советам.
Во время обсуждения вопроса об отношении к ноте
Милюкова на заседании Кронштадтского Совета между
большевиками и соглашательским большинством Совета
произошел конфликт, имевший далеко идущие послед-
ствия. Причиной конфликта послужил следующий эпи-
зод. Вечером 21 апреля, еще до конца заседания, отлу-
чился из здания Совета по делам следственной комиссии
член большевистской фракции С. Г. Рошаль. Возвра-
щаясь обратно, он встретился с большой колонной
демонстрантов. Оказалось, что эта демонстрация воз-
никла стихийно из-за недовольства Советом, принявшим
соглашательскую резолюцию и отклонившим резолюцию
большевиков. Демонстранты просили Рошаля разъяс-
нить им, что происходит в Петрограде. Рассказав все,
что ему самому было известно, он упомянул о разно-
гласиях с меньшевиками и эсерами при обсуждении ноты
Милюкова на заседании Совета. Собравшиеся бурно
реагировали на это сообщение. Раздавались нелестные
выкрики в адрес Кронштадтского Совета.
После вечернего перерыва заседание Исполнитель-
ного комитета возобновилось. Расценивая выступление
Рошаля перед демонстрантами как «нарушение депутат-
ской дисциплины», как выступление, которое «разжигает
страсти» и «подрывает авторитет Совета», Исполком,
несмотря на протесты большевиков, исключил С. Г. Ро-
шаля из своего состава. Главной причиной этого решения
было, конечно, не надуманное «нарушение депутатской
дисциплины», а желание избавиться от Рошаля как офи-
циального представителя Кронштадтского комитета
РСДРП (б).
Весть об этом быстро облетела все корабли, берего-
вые части и рабочие организации Кронштадта. Возму-
щенные матросы, солдаты и рабочие потребовали немед-
ленно восстановить Рошаля в правах члена Исполкома.
Многие организации в категорической и ультимативной
форме поставили вопрос о переизбрании Совета.
Двадцать девятого апреля вопрос о Рошале по требо-
ванию команд учебных судов «Океап» и «Освободитель»
был вновь поставлен на обсуждение Совета. Эсеры и
157
меньшевики демонстративно покинули зал заседания.
О таком поведении соглашателей стало известно избира-
телям. Количество частей, требовавших перевыборов
Совета, увеличилось, а некоторые воинские части, не
дожидаясь перевыборов, стали отзывать из состава Со-
вета своих представителей, голосовавших за исключе-
ние Рошаля. Вопрос о Рошале остался открытым, но не-
надолго. Этот созыв Совета доживал свои последние
дни.
Первого мая Кронштадтский комитет РСДРП (б) ра-
зослал по всем воинским частям и рабочим организа-
циям свою резолюцию, в которой исключение С. Г. Ро-
шаля из состава Исполнительного комитета оценивал
как оскорбление, нанесенное партии большевиков. Резо-
люция требовала пересмотра этого решения, как неза-
конного.
Эта резолюция после обсуждения ее на кораблях,
в береговых частях и в рабочих организациях еще
больше усилила недовольство соглашательским Советом.
Доверие к нему падало. Массы перестали его слушаться
и уважать.
В конце апреля перед буржуазией встал вопрос, как
разрешить кризис власти, создавшийся в результате
апрельских событий. Временное правительство решило
пойти на маневр — расширить свой состав, введя в пра-
вительство эсеров и меньшевиков. 26 апреля правитель-
ство опубликовало специальную декларацию по этому
поводу, а 27 апреля за подписью министра-председателя
князя Львова и председателя Петроградского Совета
меньшевика Чхеидзе было опубликовано обращение,
в котором заявлялось, что выходом из создавшегося
положения может быть привлечение в состав правитель-
ства представителей от Советов, то есть создание коали-
ционного министерства.
Каждый раз, когда правительству или Петроград-
скому Совету предстояло решить какой-либо большой
важности политический вопрос, оно направляло в Крон-
штадт кого-нибудь из своих видных агитаторов. Так было
и на этот раз.
Тридцатого апреля на Якорной площади состоялся
19-тысячный митинг. С докладом о текущем политиче-
ском моменте выступил известный меньшевик и ярый
оборонец комиссар Северного фронта В. С. Войтинский.
1Б8
Он горячо ратовал за необходимость создания коалици-
онного правительства.
Как и обычно, Якорная площадь бурно аплодировала
большевикам и, наоборот, освистывала соглашателей,
не давая говорить Войтинскому и его сторонникам.
Большевики и поддерживающие их беспартийные мат-
росы в своих выступлениях требовали отстранения от
власти Временного правительства, прекращения травли
В. И. Ленина и большевистской партии, опубликования
тайных договоров, немедленной передачи земли в распо-
ряжение земельных комитетов, а фабрик и заводов —
в распоряжение фабрично-заводских комитетов. Многие
выступили с требованием прекращения империалистиче-
ской войны, конфискации движимого и недвижимого
имущества бывших царских министров и сановников,
перевода в Кронштадт для содержания под арестом быв-
шего царя Николая Романова. Выдвигалось и предло-
жение об объявлении бойкота буржуазным и соглаша-
тельским газетам.
Основные требования и предложения были тут же на
митинге объединены в единую резолюцию — наказ Пет-
роградскому Совету. Подобной резолюции никак не ожи-
дал ни меньшевистский комиссар Войтинский, ни послав-
ший его Петроградский Совет.
Не менее ожесточенная стычка большевиков Крон-
штадта с меньшевиками и эсерами по вопросу о коа-
лиционном правительстве произошла через два дня.
2 'мая на заседание Совета прибыл член Петроградского
Совета меньшевик Вайнберг. В своем докладе он всяче-
ски стремился доказать, что только создание пра-
вительства, в которое войдут представители демокра-
тии, способно вывести страну из состояния войны и раз-
рухи.
В резолюции, предложенной фракцией большевиков
по докладу Вайнберга, говорилось: «Буржуазия в лице
Временного правительства бессильна установить полити-
ческую и хозяйственную жизнь страны... Только передача
всей власти в руки Совета, а не привлечение отдельных
членов Совета к участию в буржуазном правительстве
(контрреволюционном по существу), способна вывести
страну из угрожаемого положения»1.
1 «Известия Кронштадтского Совета», 6 мая 1917 г.
159
Резолюция большевиков была отклонена. Кронштадт-
ский Совет одобрил решение Петроградского Совета
послать своих представителей во Временное правитель-
ство и тем окончательно подорвал доверие матросов,
солдат и рабочих к своим депутатам. Это было послед-
нее заседание Кронштадтского Совета мартовского со-
зыва.
В результате апрельского кризиса образовалось новое
Временное правительство — коалиционное, в которое во-
шли десять министров-капиталистов и уже не один «со-
циалист» — Керенский, а целых шесть. Керенский в этом
правительстве вместо портфеля министра юстиции полу-
чил портфель военного и морского министра.
Уход Милюкова и Гучкова и получение шести мини-
стерских портфелей во Временном правительстве согла-
шатели рассматривали как крупную победу своей поли-
тики. Большевики же оценивали это изменение как пер-
сональную перегруппировку, ничуть не изменяющую со-
циальное лицо Временного правительства.
В. И. Ленин так расценивал эту мнимую победу
меньшевиков и эсеров: «Дурачки эсеровской и меньше-
вистской партий ликовали, купаясь самовлюбленно в лу-
чах министерской славы их вождей. Капиталисты поти-
рали руки от удовольствия, получив себе помощников
против народа в лице „вождей Советов11, получив обе-
щание от них поддерживать „наступательные действия
на фронте11...» 1
Третьего мая во всех воинских частях и в рабочих
организациях Кронштадта проходили выборы в город-
ской Совет второго созыва. Накануне состоялось до-
вольно бурное заседание Совета. Обсуждался порядок
и норма представительства. Новый порядок выборов
резко отличался от прежнего. Первый Совет был избран
по принципу равного представительства от каждой воин-
ской части и гражданской организации независимо от
численности избирателей. Новая инструкция предусмат-
ривала выборы депутатов от определенного числа изби-
рателей, а именно: воинские части и рабочие организа-
ции, имевшие от 30 до 100 избирателей, выбирали од-
ного депутата, от 100 до 300 — двух, а в более крупных
организациях на каждые 200 человек (сверх 300) выби-
1 В. И. Ленин, Поли. собр. соч., т. 34, стр. 63.
160
рался дополнительно еще один депутат. Организации и
части численностью менее 30 избирателей объединялись
в группы до 30 человек и более и тоже выбирали одного
депутата. Этот порядок выборов, хотя и более демокра-
тичный, чем прежний, фактически тоже страдал нера-
венством в представительстве.
Помимо упомянутых в инструкции норм представи-
тельства три места в Совете и одно в Исполнительном
комитете получила каждая социалистическая партия.
К 5 мая выборы в новый Совет закончились. Было
избрано 298 депутатов. Если в прежнем составе Совета
большевиков было всего 60, то в новом составе их было
уже 93, эсеры получили 91 мандат, меньшевики —46 и
беспартийные — 68 *. Таким образом, большевистская
фракция стала самой крупной в Кронштадтском Совете.
Характеризуя состав Кронштадтского Совета майского
созыва, «Правда» писала: «...новый Совет сделался
ярче»2.
Кронштадтские эсеры, хотя они и вели борьбу
с большевиками, были левее своих петроградских кол-
лег. К тому же многие из кронштадтских эсеров были
интернационалистами. Они выступали против продолже-
ния войны и по этому вопросу голосовали заодно с боль-
шевиками.
Фракция меньшевиков в новом составе Совета играла
незначительную роль. Большинство из них также счи-
тали себя интернационалистами, и лишь около десяти
депутатов-меньшевиков были ярко выраженными обо-
ронцами.
Много неприятностей большевикам во вновь избран-
ном Совете доставляла фракция беспартийных. В состав
этой фракции входили те матросы, солдаты и рабочие,
которые еще не успели как следует разобраться в суще-
стве политических партий и течений. Они были против
межпартийной борьбы и отстаивали «единство», считая,
что разногласия между партиями лишь подрывают силы
революции. Представители этой фракции, выступая в
Совете, на митингах и собраниях, обычно кричали: «За-
чем нам делиться? Будем все едины!» Лидеры внепар-
тийной фракции техник Ламанов и прапорщик Парчев-
1	«Известия Кронштадтского Совета», 10 мая 1917 г.
2	«Правда». 14 мая 1917 г.
6 П. 3. Сивков
161
ский фактически склоняли ее на эсеровский путь,
а несколько позже, когда маскироваться под беспартий-
ность им было уже нельзя, они основали в Совете пар-
тийную фракцию эсеров-максималистов. Эта партия,
провозглашавшая своей целью создание «трудовой вла-
сти» в стране, фактически ничем не отличалась от дру-
гих соглашательских партий.
Хотя большевики в новом составе Совета имели
самую большую фракцию, но все же при голосовании
принципиальных вопросов меньшевики, эсеры и часто
отдававшие им свои голоса члены «беспартийной» фрак-
ции нередко добивались большинства. Усилиями согла-
шательского блока при выборах председателя Совета
большинством голосов снова был избран А. Н. Ламанов.
Товарищами председателя стали Ф. Ф. Раскольников
(большевик), К. Шугрин — солдат телеграфной роты
(эсер) и А. Н. Альниченков — рабочий Кронштадтского
порта (меньшевик).
В состав Исполнительного комитета было избрано
30 человек: 9 большевиков, 9 эсеров, 5 меньшевиков
и 7 беспартийных. Председателем Исполнительного
комитета был вновь избран большевик А. М. Любо-
вич \
Несмотря на то что новый Совет оставался по боль-
шинству своего состава эсеро-меньшевистским, общее
руководящее положение в Кронштадте сохранялось за
большевиками. Влияние большевиков на беспартийную
массу ширилось и закреплялось.
Мы из Кронштадта!
Кронштадт своим оппозиционным отношением к Вре-
менному правительству, своей борьбой против меньше-
виков и эсеров подавал заразительный пример провин-
ции и фронтам. Кронштадтский Совет ежедневно полу-
чал множество писем, содержащих приветствия и
одобрения за революционную стойкость. Ознакомиться
с легендарным Кронштадтом с передовых позиций
фронта, из провинциальных городов и из глухих дере-
вень приезжали многочисленные делегации. Одни из них,
поверив в клевету буржуазных газет, приезжали для
1 См. «Известия Кронштадтского Совета», 10 мая 1917 г.
162
того, чтобы призвать кронштадтцев «к порядку», дру-
гие— чтобы удостовериться, на чьей стороне правда,
третьи — чтобы заимствовать у кронштадтцев опыт
в строительстве новой жизни.
Наибольшее количество делегаций было с фронта и
непосредственно из окопов. Там больше, чем где-либо,
меньшевики и эсеры распространяли о Кронштадте все-
возможные небылицы, и там же в большей степени, чем
в тылу, сохранились старые дореволюционные порядки
во взаимоотношениях между солдатами и офицерским
составом.
Тридцать первого марта в Кронштадт приехала оче-
редная довольно большая делегация с фронта. Выступая
на заседании Кронштадтского Совета, делегаты-фрон-
товики рассказывали, что во многих местах на фронте
выборные солдатские ротные, батальонные и полковые
комитеты не имеют никакой силы и что офицерский
состав абсолютно не считается с их постановлениями.
Наряду с этим делегаты сообщали, что в большинстве
солдатских комитетов сидят соглашатели, которые ду-
дят в одну дудку| с офицерами, призывая к продолжению
войны «до полной победы».
Заслушав рассказы солдат о существующих на
фронте старорежимных порядках, Кронштадтский Со-
вет принял решение послать на фронт делегацию из
30 человек: 10 матросов, 10 солдат и 10 рабочих крон-
штадтских предприятий, «не считая агитаторов, послан-
ных от социалистических партий, существующих в Крон-
штадте» Ч
В делегацию вошло 36 человек. Возглавить ее было
поручено разъездному агитатору Кронштадтского коми-
тета партии большевиков кочегару линкора «Заря сво-
боды» П. Д. Хохрякову. Другими руководителями деле-
гации были большевики С. С. Гридюшко и А. Я. Панов,
а также эсеры Донской и Приселков. Они составили
своего рода совет делегации. Для составления программы
деятельности делегации была создана комиссия, в кото-
рую от большевиков вошли А. Любович и К. Орлов.
Матросу с учебного судна «Океан» Семенову было пору-
чено обеспечить фронтовиков литературой. Из средств
фонда добровольных пожертвований для подарков
1 «Известия Кронштадтского Совета», 2 апреля 1917 г.
16Э
6*
в окопы Совет отпустил 3361 рубль. Так, по-деловому,
в течение одного заседания Совет разрешил все органи-
зационные вопросы, связанные с созданием делегации,
едущей на фронт.
Препятствия возникли неожиданно. Исполнительный
комитет Петроградского Совета не согласился с довольно
широкой программой деятельности кронштадтской деле-
гации и ограничил деятельность делегации формулой
«для взаимного ознакомления», а вместо 36 человек
предложил послать только 18.
Кронштадтцы, однако, все-таки решили ехать в наме-
ченном ранее составе.
Много мытарств и хлопот пришлось преодолеть Хох-
рякову и его товарищам при получении пропусков па
фронт, так как Временное правительство, боясь усиления
среди солдат влияния большевиков, постаралось огра-
дить войска от посещений большевистских делегаций
различными бюрократическими рогатками.
Пятого апреля делегация прибыла в Петроград.
В бушлатах, опоясанные ремнями, с револьверами на
поясах, семеро кронштадтцев во главе с Хохряковым,
невзирая на протесты секретарей, явились в кабинет
председателя Исполкома Петроградского Совета Н. С.
Чхеидзе и изложили ему цель своего посещения. Зная,
что кронштадтцы будут агитировать против войны, про-
тив политики правительства и ратовать за братание на
фронте, Чхеидзе пытался отговорить делегацию от по-
ездки на фронт, заявив, что считает их поездку беспо-
лезной и даже вредной затеей. Но избавиться от крон-
штадтцев было не так-то просто. В конце концов он
направил делегацию к бывшему еще тогда военным и
морским министром А. И. Гучкову, уведомив, что ей
«в помощь» Петроградский Совет придает двух своих
членов.
Пришли к Гучкову. В приемной адъютант министра
заявил, что «его превосходительство» принять не может.
Кронштадтцы возмутились: «Как так не может? Это же
делегация от города и флота! Это неуважение к демо-
кратическим организациям!»
Неожиданно дверь кабинета открылась. В приемную
вышел сам Гучков.
— В чем дело? Что за шум?..
164
Щелкнув каблуками, адъютант лихо подскочил к ми-
нистру и скороговоркой доложил:
— Это кронштадтцы, едут на фронт и просят пропуск.
— Пропуск выдать не могу.
— Гражданин министр, к нам приезжают делега-
ции, жалуются, что на фронте творятся безобразия и
нет никакой культурной работы...
— Я же сказал вам...
— Но мы ничего еще не сказали вам, гражданин
министр! Скажете, когда выслушаете, — перебил его
острый на язык матрос Семенов.
Гучков побледнел. Стоявшие поблизости министер-
ские чины молча наблюдали за этим словесным поедин-
ком между кронштадтцами и военным министром.
— Ну, я вас слушаю, — неохотно промолвил Гучков.
Павел Хохряков, стоявший до этого несколько в сто-
роне, выступил вперед и заявил:
. — Мы — делегация, уполномоченная кронштадтскими
демократическими организациями. Если вы не дадите
нам пропуск, то мы поедем обратно в Кронштадт и рас-
скажем обо всем этом в газетах... Что тогда скажет
революционная демократия?
Апелляция к «революционной демократии» подей-
ствовала. Помявшись, Гучков сдался и заявил, что про-
пуск он даст только в одну 12-ю армию генерала Радко-
Дмитриева, и, видимо, решив задобрить кронштадтцев,
приказал адъютанту отпустить им на расходы по по-
ездке 500 рублей.
Кронштадтцы не стали спорить. «Был бы пропуск,
а там дорогу сами найдем», — думали они и, повернув-
шись по-военному кругом, с достоинством удалились из
кабинета.
На Варшавском вокзале делегация штурмом овла-
дела одним из товарных вагонов. Расторопный Семенов
погрузил в вагон закупленные для фронта подарки и
несколько мешков с агитационной литературой, полу-
ченной по распоряжению Петербургского комитета пар-
тии от издательства «Прибой». Делегация в составе всех
36 человек1 выехала поездом на Ригу.
Поезда ходили медленно. В эшелоне, следовавшем
па фронт, ехало много солдат с побывки и после лечения
1 ЦГАВМФ, ф. р-402, оп. 2, д. 182, л. 3.
165
в госпиталях. Кронштадтцы и здесь нашли применение
своей энергии. Хохряков, Гридюшко, Попов, Семенов и
другие, рассыпавшись по вагонам, вели среди солдат
беседы на злободневные и интересующие их темы, и
больше всего о необходимости покончить с войной. Авто-
ритет делегации среди солдат эшелона быстро рос. На
остановках они уже сами подходили к вагону крон-
штадтцев, ища предлог для разговора, спрашивали, нет
ли среди них земляков, а затем приглашали их к себе
в вагон «попить чайку» и продолжить разговор.
Рига встретила делегацию неприветливо. В городе
были расквартированы штабы, учреждения и запасные
части 12-й армии. Исполнительный комитет солдатских
депутатов армии (Искосол) состоял почти сплошь из
меньшевиков и эсеров и был не выборным, а назначен-
ным командованием. Большевистская организация ар-
мии, возглавляемая прапорщиком Р. Ф. Сиверсом, в этот
период была еще малочисленной. В Исполнительном
комитете солдатских депутатов делегацию приняли хо-
лодно и недоверчиво. Задали вопрос: «Зачем приехали?»
Кронштадтцы выдержали тон и ответили: «Посмотреть,
как вы тут живете».
Для ночлега кронштадтской делегации отвели биль-
ярдную комнату в каком-то клубе. Спать пришлось пря-
мо на столах. Руководители Искосола даже отказали
кронштадтцам в питании и средствах передвижения. Но
моряки не отчаивались. Они из разговоров с солдатами
успели убедиться, что те, в противоположность руково-
дителям армейского комитета, смотрят на матросов как
на истинных поборников демократии и своих единомыш-
ленников.
На второй день после приезда делегации в здании
Рижского городского театра открылся солдатский съезд
12-й армии. Организаторами съезда были меньшевики и
эсеры и возглавляемый ими Искосол. Большевиков-сол-
дат на съезде были считанные единицы.
Усадили кронштадтцев на галерке. Морякам очень
хотелось дать словесный бой меньшевикам и эсерам, и
прежде всего прапорщику Рому, верховодившему на
съезде. И вот с галерки на головы солдат, сидевших
в партере, посыпались записки, в которых кратко рас-
сказывалось, зачем приехала делегация и как ее при-
няли. В зале поднялся шум и крики: «Кронштадтцев
166
просим!.. Товарищи моряки здесь!.. Почему моряки не
на почетных местах? В президиум моряков!..»
Волю солдат пришлось выполнить. Хохряков и Гри-
дюшко заняли места в президиуме и сразу же выступили
с приветственными речами от флота, от кронштадтских
рабочих, солдат и матросов. При этом оба не преми-
нули заметить, что Временное правительство не желает
выполнять требований народа. Говорили кронштадтцы
о том, что рабочим нужен 8-часовой рабочий день, кре-
стьянам — земля, а солдатам и всему народу — конец
проклятой грабительской войны и мир, что Временное
правительство — правительство капиталистов-фабрикан-
тов и помещиков, которые заинтересованы в войне, по-
тому что она дает им огромные барыши, что меньшевики
и эсеры поддерживают буржуазное Временное прави-
тельство и тем самым предают рабочих и крестьян.
«Только большевики-ленинцы борются за интересы ра-
бочих, крестьян, солдат и матросов, — заявили орато-
ры. — Да здравствуют большевики! Да здравствует
Ленин!» 1
Ответом на слова кронштадтцев были оглушительные
аплодисменты солдат.
Рига была последним пунктом, где делегация нахо-
дилась в полном составе. Хохряков и его товарищи своей
агитационной поездкой решили охватить весь Рижско-
Двинский фронт, поэтому делегация разбилась на не-
сколько групп.
В Двинске, где стоял штаб 7-й армии, тоже, как и
в Риге, верховодили офицеры — меньшевики и эсеры. Но
солдаты были настроены революционно. Выступления
кронштадтцев повсюду встречались восторженно.
В Белой Церкви командир 1-го корпуса 7-й армии,
какой-то кавказский князь, встретил кронштадтцев
льстиво, чуть ли не с распростертыми объятиями,
устроил им богатый прием. С помощью попа и своих
трех подручных-соглашателей он сначала пытался уго-
ворить кронштадтцев не ездить на линию фронта и не
«разлагать» солдат его корпуса. Когда же князь пове-
рил, что кронштадтцы едут на фронт проводить куль-
турную работу, то не только одобрил их намерение,
но даже приказал предоставить им свой собственный
1 ЦГАВМФ, ф. р-402, оп. 2, д. 182, лл. 9—10.
167
автомобиль. (Шофер этого автомобиля оказался сочув-
ствующим большевикам и в ходе поездки по фронту сам
стал неплохим агитатором.)
На фронте то тут, то там происходило братание с не-
мецкими солдатами. Там, где его не было, кронштадтцы,
зная опыт других частей, помогали его организовать.
Между русскими и немцами происходил обмен прокла-
мациями. Издавались иллюстрированные рукописные
стенные газеты, в которых простыми, порой аляпова-
тыми, но доходчивыми рисунками выражались антивоен-
ные идеи. Эти стенгазеты-плакаты передавались в гер-
манские окопы. По рупору с бруствера окопа выкрики-
вались заранее заученные немецкие фразы с призывом
кончать войну.
Чтобы подействовать на настроения германских сол-
дат, кронштадтцы отыскивали лиц, знавших немецкий
язык, и поручали им писать прокламации. При встречах
с немцами объяснялись чаще всего мимикой и жестами.
Немецким рабочим и крестьянам, одетым в солдатские
шинели, советовали по примеру русских свергнуть мо-
нарха, кончать войну, повернуть винтовки против своих
офицеров и капиталистов.
На участках, где происходило братание, немецкое
командование через каждые 5—6 дней меняло свои ча-
сти. Но прибывшие вновь знакомились с русскими и от-
казывались от стрельбы по их окопам. Были случаи, что
немецкие солдаты заранее предупреждали русских, ко-
гда по приказу своего командования они будут обстре-
ливать их позиции.
Тяжкое впечатление произвели на кронштадтцев ус-
ловия окопной жизни. Дело было весной, в окопах —
трупный смрад и гнилая грязь по колено. Питание —
чаще всего черствый хлеб, вонючая вода и чечевица. Не-
которые воинские части находились в окопах без смены
по 18 месяцев, и за этот период солдаты почти не бы-
вали в бане. Вшивость была поголовным явлением. Война
всем осточертела. Мечты о мирной жизни, о доме, о се-
мье владели всеми окопниками.
Успех агитационной поездки делегации, возглавляе-
мой большевиком Хохряковым, был исключительный.
Солдаты жадно слушали кронштадтских матросов, сол-
дат и рабочих. Они видели в них посланцев партии, ко-
168
торая печется об их интересах, стремится к окончанию
несправедливой войны.
Волнующую картину отношения солдат к кронштадт-
цам привел в своих воспоминаниях один из участников
поездки матрос А. Я. Попов. «Восторг масс и их благо-
дарность приехавшей пропгруппе... не знали пределов...
Неоднократно по километру пропгрупповцев.. несли на
руках с митинга на митинг... Помнится такой случай:
пропгрупповцы уезжали. Прощальные речи произноси-
лись со ступени вагона узкоколейки. Уехали лишь тогда,
когда сотни людей, выстояв в длинной очереди, испы-
тали удовольствие обнять и поцеловать одного из проп-
групповцев. Странную, незабываемую картину представ-
ляло это прощание»1.
Двадцать четыре дня пробыли кронштадтцы на
фронте. Сотни километров проделали они пешком, в ав-
томобилях, на лошадях, в вагонах узкоколейки. Многие
тысячи солдат охватила делегация своими выступле-
ниями, групповыми и индивидуальными беседами.
По возвращении в Кронштадт четверо руководителей
отдельных групп делегации сделали на заседаниях Крон-
штадтского Совета обстоятельные доклады. В газете «Го-
лос правды» Хохряков, обращаясь к вдохновителям
войны, к меньшевикам, эсерам и ко всем оборонцам, пи-
сал: «Товарищи солдаты с позиции поручили нам спро-
сить у всех крикунов, которые кричат о войне до побед-
ного конца, какую награду получат те, которые стра-
дают в настоящее время, какую награду, получат те
родители, у которых убили любимого сына, та жена, у ко-
торой убили любимого мужа, та сестра, у которой убили
любимого брата, и те дети, у которых убили отца... Так
не кричите же, наглые буржуи, о войне до конца, о войне
до победы»2.
Эта хорошо организованная поездка на фронт сыграла
значительную роль в большевизации солдат тех участ-
ков 12, 7, 1 и 5-й армий, где побывали кронштадтцы.
В своей агитационной и организационной работе среди
крестьян партия большевиков широко использовала так
1 ЦГАВМФ, ф. р-402, оп. 2, д. 182, лл. 12—13.
г «Голос правды», 20 мая 1917 г.
169
называемые землячества. Большую работу проводили и
кронштадтские крестьянские землячества.
Инициатива создания землячеств в Кронштадте при-
надлежала эсерам-интернационалистам, но очень скоро
влияние в них перешло к большевикам.
В Кронштадте в 1917 году существовало 48 губерн-
ских и 5 (польское, литовское, украинское, зырянское,
татарское) национальных землячеств. Землячества не-
редко создавались при наличии 20—30 матросов, солдат
и рабочих из одной местности, но были в Кронштадте и
землячества, насчитывавшие в своих рядах по 200—300
и более человек. Почти каждая губерния имела в Крон-
штадте свое землячество, самым крупным было тверское
(около 1500 человек). Большинство членов землячеств,
разъезжая по деревням, проводили большевистские ло-
зунги о мире, земле и по другим вопросам внутренней и
внешней политики, ибо они были им ближе, чем оппор-
тунистические лозунги эсеров.
В мае 1917 года из представителей всех землячеств
был создан Совет крестьянских депутатов, который, од-
нако, на территории самого Кронштадта не пользовался
никакой властью. Объектом его деятельности была кре-
стьянская провинция.
Для расходов по землячеству — на приобретение ли-
тературы, газет и на командировки в провинцию — были
установлены членские взносы. Матросы и солдаты пла-
тили по 20 копеек, а рабочие—по 1 рублю. Для веде-
ния прихода и расхода денежных средств выбирался каз-
начей, а всеми организационными вопросами занимался
совет землячества.
Основную цель, которую ставили перед собой боль-
шевики, работавшие в землячествах, — помочь деревне
организоваться, разъяснить крестьянам антинародную
политику Временного правительства в вопросах о войне,
о земле, внушить им мысль о необходимости перехода
власти в руки Советов. Осуществление этих задач про-
водилось различными способами. Самым простым из них
были письма, для чего в газетах «Голос правды» (позже
«Пролетарское дело») и в «Известиях Кронштадтского
Совета» печатались наставления и вопросники, объяс-
нявшие, о чем писать в деревню и какие вопросы ста-
вить перед своими родственниками и односельчанами.
Широко практиковалась посылка в деревню газет и ли-
17Q
тературы. Ни одна прочитанная газета не пропадала да-
ром, она аккуратно запечатывалась в конверт и отправля-
лась в деревню. Солдаты посылали -газеты и землякам
в окопы, причем некоторые на краях газеты делали раз-
личные приписки, например: «Если вы будете слушаться
меньшевиков и эсеров, то останетесь без земли и не вы-
лезете из окопов». В письмах в провинцию направлялись
резолюции собраний землячеств, в которых решались во-
просы своего уезда, волости или деревни.
Наиболее активной и широко практикуемой формой
помощи деревне была посылка делегаций, которыми
обыкновенно охватывались все уезды той или иной гу-
бернии. В каждый уезд посылалось по 1—2, даже по
4 делегата, а на всю губернию — от 10 до 20 человек,
в зависимости от числа уездов. Посылка делегаций в де-
ревню носила массовый характер. Посылалось иногда до
400—500 человек в месяц.
Часто для этой же цели использовались матросы и
солдаты, едущие в очередные отпуска. Напутствуя уез-
жающих в деревню, газета «Голос правды» рекомендо-
вала им знакомить своих односельчан с текущими поли-
тическими событиями и политикой партии большевиков
по земельному вопросу. «Кто не может сам в доста-
точной степени этого сделать, — писала газета, — тот
пусть берет нашу литературу и распространяет ее
там» Ч
' Для уезжающих в деревню создавались краткосроч-
ные курсы агитаторов, где давались сведения из револю-
ционной истории России, о государственном устройстве
в разных странах, объяснялось, чего должны добиваться
рабочие и крестьяне.
Наряду с агиткурсами создавались специальные сель-
скохозяйственные курсы, в программу которых входили
лекции по землеустройству, лесоводству, полеводству,
скотоводству — по всем тем вопросам, которые жиз-
ненно интересовали крестьянскую массу. Желающих за-
ниматься на курсах было много. Организатором и од-
ним из лекторов на этих курсах был член Кронштадт-
ского комитета РСДРП (б) ветеринарный врач
В. П. Конге.
1 «Голос правды», 23 марта 1917 г.
171
Заботой о деревне была проникнута и организация
в Кронштадте артели «Землероб», которая из различных
отходов производства изготовляла лемехи для плугов,
вилы, зубья для борон, подковы и другие не особенно
сложные предметы сельскохозяйственного инвентаря,
а также гвозди, дверные и оконные петли и т. д. Вопрос
об этой артели возник на десятитысячном митинге на
Якорной площади. Здесь же для первоначального обору-
дования мастерской несколько матросов, обойдя с бес-
козырками многотысячную массу, собрали 692 рубля.
Решение митинга о создании артели было утверждено
Кронштадтским Советом. Изделия артели «Землероб»
направлялись в те губернии и в те сельские местности,
где в них, по докладам вернувшихся из провинции, ощу-
щалась наибольшая нужда. Отпускались они по ценам
ниже рыночных и в сопровождении агитаторов от зем-
лячеств направлялись в деревни. Такая практическая
помощь еще больше поднимала авторитет Кронштадта
среди крестьянских масс.
Временное правительство пыталось закрыть артель
«Землероб», но ее работники отказались выполнить это
распоряжение. Кронштадтский комитет большевиков и
Кронштадтский Совет поддержали рабочих. Артель суще-
ствовала в Кронштадте довольно продолжительное
время.
В командировочных документах от Совета крестьян-
ских депутатов, вручаемых уезжающим делегатам, гово-
рилось, что они должны участвовать на правах депута-
тов в работе губернских, уездных и местных Советов.
Разными путями землячества узнавали о времени созыва
губернских, уездных и волостных съездов Советов и по-
сылали на эти съезды свои делегации, снабжая их опре-
деленными наказами. В ряде случаев, уезжая в провин-
цию, делегаты получали задание добиваться на месте
конфискации помещичьих земель и передачи их в веде-
ние земельных крестьянских комитетов, но были и такие
задания, как конфискация типографии, обложение нало-
гом предприятий, пользующихся наемным трудом, кон-
фискация у помещиков сельскохозяйственного инвентаря
и хлебных запасов.
Не всегда поездки делегатов в провинцию проходили
успешно, не везде признавали их полномочия. Немало
было таких случаев, когда посланцы на местах сталки-
172
валйсь с контрактацией. Иногда дело кончалось тем,
что их сажали под арест.
Один из таких случаев обсуждался 7 июня на засе-
дании Кронштадтского Совета. В резолюции, вынесенной
по этому вопросу, говорилось: «Совет рабочих и солдат-
ских депутатов через. комиссара г. Кронштадта требует
от Временного правительства освобождения т. матроса
1-го Балтийского флотского экипажа Чмыля [арестован-
ного] в Черниговской губернии в г. Глухов, а также осво-
бождения арестованных товарищей кронштадтцев в дру-
гих пунктах России, строжайшего расследования и при-
влечения к ответственности лиц, производящих аресты...
Поставить в известность Всероссийский Совет рабочих и
солдатских депутатов об аресте товарищей кронштадт-
цев и немедленно их освободить и протестовать против
политики министра внутренних дел. Параллельно с этим
Кронштадтский Совет рабочих и солдатских депутатов
отправляет уполномоченных лиц для освобождения аре-
стованных революционным путем, если правительство не
примет мер» *.
Когда делегату той или иной губернии чинили пре-
пятствия или ущемляли его достоинство, оскорбляли
и т. п., он слал об этом донесение в Кронштадт. В ответ
на такое донесение по указанному адресу шло грозное
письмо, в котором говорилось, что кронштадтцы не по-
терпят подобного отношения к их доверенному лицу, что
они будут вынуждены послать на место вооруженную
силу. Эти письма оказывали воздействие.
Так, преодолевая различные препятствия и затрудне-
ния, кронштадтские матросы и солдаты смело и реши-
тельно организовывали крестьянскую массу против по-
мещиков и Временного правительства. Под их руковод-
ством на митингах и собраниях принимались револю-
ционные резолюции, при их же участии они проводились
в жизнь.
В различные правительственные органы поступало
немало жалоб на деятельность членов кронштадтских
землячеств. Так, например, тульский губернский комис-
сар 21 июля сообщал вышестоящему начальству, что
в один из уездов прибыл из Кронштадта матрос, под
влиянием агитации которого крестьяне готовятся к раз-
1 «Известия Кронштадтского Совета», 8 июня 1917 г.
173
Делу помещичьей земли. Тульская эсеровская газета
«Земля и воля» писала, что в селе Кочетах Новосиль-
ского уезда местные большевики развернули активную
деятельность под руководством кронштадтского мат-
роса. В телеграмме одного из помещиков Черниговской
губернии сообщалось: «Прибыл в село Белогош Мглин-
ского уезда... матрос тральщика „Пламя"... Возмутил до
сего мирное село... Начальник уездной милиции бесси-
лен» Ч Из Бирского уезда Уфимской губернии жалова-
лись, что член кронштадтского землячества Мокшанцев,
выступая на митингах, призывает крестьян к восстанию
против помещиков. Из Вятской губернии Кикурский
комитет общественной безопасности сообщал Времен-
ному правительству об агитации матроса Григория Це-
лищева и просил сделать распоряжение, чтобы «ленин-
цам», приезжающим из Кронштадта, пропуск внутрь
России был запрещен, дабы избежать их вредного вли-
яния.
Много хлопот властям Казанской губернии наделал
делегат кронштадтских землячеств матрос Халапсин.
Часто выступая на митингах в Чебоксарах, он организо-
вал двухтысячную демонстрацию крестьян, арестовал
комиссара Временного правительства студента Россолов-
ского. Объезжая волости Чебоксарского уезда, он вел
агитацию за захват помещичьих и монастырских зе-
мель; под его руководством крестьяне Спасского, Лаи-
шевского и Свияжского уездов отобрали у помещиков и
кулаков пахотные земли, луга, лес и сельскохозяйствен-
ный инвентарь. Комиссар Временного правительства Ка-
занской губернии слал тревожные телеграммы в Мини-
стерство внутренних дел о деятельности Халапсина, че-
боксарский уездный комиссар арестовал его, но по тре-
бованию нескольких тысяч собравшихся крестьян он был
освобожден, а уездный комиссар арестован и, как укры-
вающийся от фронта, передан в распоряжение уездного
воинского начальника1 2.
Делегат, побывавший в Вяземском уезде Смоленской
губернии, на заседании своего землячества докладывал,
что ему совместно с крестьянами удалось отобрать у по-
мещика покосы.
1 «Исторические записки», 1957, т. 60, стр. 101.
2 Там же, стр. 101, 103, 113.
174
Жизнь в землячествах била ключом. Творческие силы,
проснувшиеся в каждом матросе, искали выхода. Каж-
дый делегат-агитатор, облеченный доверием своего зем-
лячества, проникнутый жаждой сделать для своей де-
ревни, села или уезда что-либо хорошее, находил в этом
для себя громадное удовлетворение, и чувство того,
что он делает полезное дело, было для него лучшей на-
градой.
Со всех концов необъятной России Кронштадтский
комитет РСДРП (б), редакции газет «Голос правды»
(«Пролетарское дело») и «Известия Кронштадтского
Совета» получали о работе матросов из провинции
массу отзывов, приветствий и благодарностей.
«Приветствуем вас... — писали солдаты 59-й марше-
вой роты 5-го запасного батальона из г. Старицы Твер-
ской губернии, — и благодарим вашего товарища с учеб-
ного судна „Океан" Петра Попкова за его. посещение
нас и за то, что он нас просветил, опровергнул всю не-
правду, которую сеет буржуазия, и снабдил нас газетами
„Голос правды" и „Известия Совета рабочих и солдат-
ских депутатов", которых мы не получали. Нас только и
угощают одними черносотенно-буржуазными газетами»’.
Особенно широко при помощи кронштадтских земля-
честв большевики флота и Кронштадта развернули ра-
боту по большевизации деревни в период подготовки
к Октябрьскому вооруженному восстанию.
Авторитет Балтийского флота, и в частности Крон-
штадта, к этому периоду настолько возрос, что туда об-
ращались за советами и помощью. В Кронштадт присы-
лали петиции и приезжали жаловаться на непорядки,
царящие на местах. Так, например, на заседании Крон-
штадтского Совета 29 сентября слушался доклад деле-
гации из Казани об избиении и расстрелах крестьян ка-
рательными отрядами Временного правительства. (Было
убито 15 и ранено 150 человек.) В принятой по этому
вопросу резолюции Кронштадтский Совет заявил:
«...в этой ужасной расправе всецело виновато Времен-
ное правительство, которое всей своей политикой по-
могает помещикам и капиталистам грабить народные
массы»1 2.
1 «Голос правды», 7 июня 1917 г.
2 «Известия Кронштадтского Совета», 1 октября 1917 г.
175
Выслушав крестьянских ходоков, возмущенные этим
событием члены Совета пришли к единодушному мне-
нию, что мало ограничиться констатацией факта и обви-
нением Временного правительства — надо принять ка-
кие-то более действенные меры. На этом же заседании
для поездки в Казанскую губернию была выбрана деле-
гация, которой было поручено расследовать инцидент
на месте. Делегации был дан наказ: в пути следования
мобилизовать население губернии на протест против
действий местных властей, натравливающих солдат на
крестьян.
Выполняя этот наказ, - делегация останавливалась
в нескольких близлежащих к месту происшествия селах
и в уездном центре. Везде выносились резолюции про-
теста, а на некоторых крестьянских сходках выбира-
лись представители в состав делегации. Прибыв на ме-
сто, делегация ободряюще подействовала на бедноту.
Крестьяне убеждались, что большевики защищают их
интересы. Косо и враждебно смотрели на матросов мест-
ные богатеи. После крестьянского схода все резолюции
протеста вместе с требованием подробно расследовать
этот антинародный акт и виновных привлечь к ответ-
ственности были вручены местным властям.
На заседании Кронштадтского Совета 10 октября вы-
ступила делегатка от Уфимской губернии учительница
Селиванова. Она со слезами на глазах рассказывала
о том, что в Петрограде она обошла ряд организаций,
в том числе побывала и в Исполнительном комитете
Всероссийского Совета крестьянских депутатов, и нигде
не могла добиться правды. Она жаловалась на то, что
в их губернии у крестьян насильно отбирают хлеб, в то
время как у помещиков он лежит нетронутым. Как и
всегда в таких случаях, Кронштадт направил туда
своих представителей, чтобы организовать крестьян-
скую массу на борьбу против помещиков и изъять у них
хлеб.
В период непосредственной подготовки Октябрьского
вооруженного восстания землячества,, в том числе и
кронштадтские, сыграли значительную роль в подготовке
провинции, и особенно крестьян, к захвату власти Сове-
тами. Через землячества партия большевиков крепила
связи с деревней. Проводя политику большевистской
партии в деревне, землячества во многом способствовали
179
укреплению союза рабочего класса и беднейшего кре-
стьянства.
Большую роль в политической жизни Кронштадта
в 1917 году играл центральный плац города — Якорная
площадь. Она стала местом регулярного сбора своеобраз-
ного народного революционного вече. Многие агитаторы-
кронштадтцы, выступая здесь, впервые испытали свои
ораторские способности.
Когда-то на месте этой площади был густой лес, но
в 1719 году по приказу Петра I лес был вырублен.
В 1754 году площадь приспособили для хранения яко-
рей и якорных цепей. В начале XX века на грошовые от-
числения, взимавшиеся с матросов в течение многих лет,
на площади был выстроен огромный Морской собор, по
стилю напоминающий Айя-Софию в Константинополе.
До Февральской революции Якорная площадь выпол-
няла роль плаца для парадов и строевой подготовки
флотских команд.
После Февраля площадь стала местом для много-
людных митингов. Десятками тысяч голосов откликалась
она на каждое политическое событие. 1917 год был го-
дом сплошных митингов и собраний. На митинги шли
охотно, шли все свободные от нарядов и служб. Собира-
лись быстро. Через несколько минут после гудка Паро-
ходного завода или флажного сигнала с вышки морского
телеграфа Якорная площадь гудела тысячами голосов.
Популярность ее была исключительно велика. Пусто-
вала она редко.
На митингах большевикам, как правило, принадле-
жала руководящая роль. Якорная площадь задавала тон
всей политической жизни Кронштадта и определяла по-
году на заседаниях Совета. По никем не установленному
правилу как-то стихийно сложилось, что все наиболее
важные решения и постановления после принятия их
в Совете выносились на митинг, и здесь они или одоб-
рялись, или опротестовывались.
Буржуазная «/Маленькая газета» 16 апреля 1917 года
писала: «А митинги в Кронштадте всесильны до того,
что они отменяют решение специальной следственной
комиссии, посланной Керенским в Кронштадт, снимают
С нее полномочия и отправляют обратно в Петроград».
177
В бурные дни 1917 года Якорная площадь была свое-
образным партийным университетом, где формирова-
лось политическое сознание матросов, солдат и рабочих.
Здесь рождались воля и желание кронштадтских масс
двигать революцию вперед, здесь выковывались агита-
торы и пропагандисты. Сюда шли, чтобы получить ответ
на животрепещущие политические вопросы. Отсюда на-
строение кронштадтцев, вместе с принятыми на площади
резолюциями, переносилось на корабли, форты, в казар-
мы, в мастерские порта, к тем, кто по условиям службы и
работы не мог присутствовать на Якорной площади, и
находило свое отражение в десятках и сотнях новых ре-
золюций, митингов и собраний, выражающих недоверие
Временному правительству, требующих передачи власти
в руки Советов, немедленного прекращения грабитель-
ской войны и передачи земли крестьянам. Прямо с ми-
тинга на Якорной площади возвращались на фронт и
в провинцию многочисленные делегации солдат и рабо-
чих, чтобы рассказать о порядках в Кронштадте и о боль-
шевистской правде.
Организатором митингов на Якорной площади был,
как правило, Кронштадтский комитет РСДРП (б).
Местные эсеры и меньшевики и выступать здесь не все-
гда решались. Бывали случаи, когда в помощь им при-
езжали из Петрограда наиболее видные лидеры согла-
шательских партий, но их либо освистывали, либо про-
сто стаскивали с трибуны.
На Якорной площади жадно слушали большевист-
ских агитаторов и пропагандистов, таких, как С. Рошаль,
Кирилл Орлов (И. Егоров), Ф. Раскольников, И. Фле-
ровский, Т. Ульянцев, И. Сладков, П. Хохряков, С. Пе-
лихов, В. Зайцев, И. Колбин, Н. Пожаров, А. Павлов,
Ф. Громов, А. Попов, А. Любович, Е. Зинченко, В. Гро-
мов, С. Гридюшко, М. Мартынов, М. Лебедев, В. Панюш-
кин, С. Энтин, П. Смирнов, В. Дешевой, А. Брегман,
Б. Бреслав, Людмила Сталь, и многих других. Это были
квалифицированные, с большим революционным опытом
партийные работники. У них матросы, солдаты и рабо-
чие получали уроки политической грамотности.
Выступали на Якорной площади и такие видные дея-
тели большевистской партии, как А. В. Луначарский,
В. А. Антонов-Овсеенко, Н. И. Подвойский, В. Володар-
ский, А. А. Андреев, П. А. Джапаридзе, М. С. Кедров.
179
Со словами приветствий выступали на Якорной пло-
щади представители фронта и тыла, Солдаты и граждан-
ские лица.
По Кронштадту равнялись провинция и военные ор-
ганизации армии. Один из делегатов Сибири, выступав-
ший на заседании Кронштадтского Совета, говорил:
«Я хочу рассказать вам о Сибири. В Красноярске, Ми-
нусинске, Канске, Енисейске настроение определенное и,
если можно так выразиться, кронштадтское»
Большим успехом в Кронштадте пользовались лек-
ции на самые разнообразные темы: «Классовые интересы
и политические партии», «Об утопическом и научном со-
циализме», «Временное правительство и его идеология»,
«Война и революция», «Исторический материализм»,
«Национальный вопрос», «Луиблановщина и бланкизм
в революции 1848 г.», «Революционный опыт Парижской
Коммуны» и т. д. С лекциями чаще всего выступали Ро-
шаль, Ульянцев, Пелихов, Флеровский, Брегман, Деше-
вой, Людмила Сталь, Бреслав.
Тяга к политическому просвещению среди матросов,
солдат и рабочих была огромна. Обширные аудитории
Морского манежа и Морского офицерского собрания за-
полнялись до отказа. Часто после лекций начинался дис-
пут, слушатели превращались в ораторов, затем диспут
переходил в митинг, нередко заканчивавшийся принятием
резолюции по текущему моменту, в которой обычно вы-
сказывалось недоверие к Временному правительству и
выдвигалось требование о переходе власти в руки Со-
ветов.
Но митинги и лекции не могли удовлетворить всех.
Было немало таких матросов, солдат и рабочих, кото-
рые хотели более углубленных знаний. Для них Крон-
штадтским комитетом РСДРП (б) была организована
партийная школа. В ней изучались политэкономия, исто-
рический материализм, аграрный вопрос, профессиональ-
ное движение, политические партии в России. Посещали
эту школу не только члены РСДРП (б) и беспартийные,
но даже и члены эсеровской партии. Нередко мат-
росы, примыкавшие к эсерам, после посещения шко-
лы рвали свои связи с ними и вступали в ряды больше-
виков.
1 «Известия Кронштадтского Совета», 22 июля 1917 г.
179
БольшевИзИрующее значение митингов и лекций
в Кронштадте вынуждена была признать даже черно-
сотенная газета «Новое время» — самая крупная из
существовавших в то время буржуазных газет. Желая
как-то ужалить кронштадтцев, эта газета писала: «Глав-
ное занятие граждан матросов и солдат гор. Крон-
штадта— митинги... Говорят и спорят о чем угодно,
лишь бы спорить. Нет дня, чтобы не читал лекцию кто-
либо из знатных циммервальдцев, кинтальцев...» 1
Майские события показали, что кронштадтцы действи-
тельно оказались умелыми полемистами и, проявив пол-
ное единодушие, настояли на своем в споре с Временным
правительством по вопросу о местной власти.
1 «Новое время», 20 мая 1917 г. Под «знатными циммервальд-
цами и кинтальцами» подразумеваются большевики — участники
конференций, проходивших в 1915 и 1916 годах в Циммервальде и
Кинтале.
ГЛАВА IV
„КРОНШТАДТСКАЯ РЕСПУБЛИКА11
Борьба за полновластие Совета
Лозунг «Вся власть Советам!», выдвинутый
В. И. Лениным в Апрельских тезисах, стал популярней-
шим лозунгом в среде кронштадтских рабочих, солдат
и матросов. Не проходило ни одного митинга, ни одного
собрания, в резолюциях которых не было бы требования
о передаче власти в руки Советов. Народные массы
Кронштадта, руководимые большевиками, свыклись
с этим настолько, что иного образа правления себе и не
представляли и другой власти иметь не желали. Все это
подготовило и обусловило те исторические решения
о власти в Кронштадте, которые были приняты сначала
на заседании Исполнительного комитета 13 мая, а за-
тем и на пленуме Совета 16 мая.
Тринадцатого мая Исполнительный комитет Крон-
штадтского Совета на своем заседании обсуждал вопрос
о замещении должности начальника городской милиции.
В связи с этим было принято решение: «Единственной
властью в городе Кронштадте является Совет рабочих и
солдатских депутатов, который по всем делам государ-
ственного порядка входит в непосредственный контакт
с Временным правительством. Административные места
в городе Кронштадте занимаются членами Исполнитель-
ного комитета...» 1
1 «Известия Кронштадтского Совета», 14 мая 19/7 г.
181
Исторической важности постановление было принято
по инициативе беспартийной части Совета при поддержке
большевиков. Никто к нему заранее не готовился. Члены
Исполкома не предполагали, что оно сыграет громадную
роль во взаимоотношениях Кронштадта с Временным
правительством. «Зато в Петрограде... — впоминал
И. П. Флеровский, — постановление Кронштадтского Ис-
полкома произвело действие неожиданно взорвавшейся
бомбы. Оно подняло на ноги Петроградский Совет рабо-
чих и солдатских депутатов, от него залихорадило социа-
листических министров... в ужас и смятение пришла вся
„революционная демократия страны11...» 1
Решение Исполкома о власти в Кронштадте было
подготовлено ходом всех предшествующих событий.
Толчком к его принятию послужил митинг на Якорной
площади, состоявшийся 11 мая в связи с приездом деле-
гации фронтового съезда и гельсингфорсцев, который
принял резолюцию с требованием передачи власти в руки
Советов. 7 и 13 мая подобное же требование было при-
нято на общекорабельном митинге линкора «Заря сво-
боды».
Шестнадцатого мая состоялось заседание Кронштадт-
ского Совета, посвященное обсуждению резолюции Ис-
полнительного комитета от 13 мая. Меньшевики были
против этой резолюции. Один из них, ссылаясь на ста-
тьи государственного права, доказывал, что она чревата
внутренними противоречиями, что трудно разобраться
в том, какие вопросы могут считаться местными и ка-
кие — общегосударственными. Другой стращал ответ-
ственностью и даже... гражданской войной.
С ответом выступил депутат от учебного судна
«Азия» Н. А. Пожаров. «Нам указывают, — говорил
он, — что, если Петроградский Совет... не берет власть,
то и мы не должны ее брать. В Кронштадте власть все
время находилась в руках Совета... Какую роль играл
комиссар Временного правительства? Он только место
занимал...»* 2
В итоге продолжительных прений постановление Ис-
полкома было не только принято, но в него внесли весьма
существенную, принципиальную поправку о том, что «по
И. П. Флеровский. Большевистский Кронштадт в
1917 году. Л., 1957, стр. 12.
2 «Известия Кронштадтского Совета», 14 июня 1917 г.
182
делам государственного порядка» Кронштадтский Со-
вет «входит в непосредственные сношения с Петроград-
ским Советом рабочих и солдатских депутатов...».
С Петроградским Советом, а не с Временным правитель-
ством, как было решено 13 мая. За эту резолюцию про-
голосовало 211 депутатов, 41 — против.
Таким образом, с 16 мая 1917 года Кронштадтский
Совет стал не только фактически, но и юридически хо-
зяином в городе.
Одним из первых отреагировал на постановление
Кронштадтского Совета комиссар Временного прави-
тельства Пепеляев, которого это постановление фактиче-
ски лишало должности.
Роль правительственного комиссара была к этому
времени практически сведена до минимума, и Пепеляев
стал в Кронштадте явно инородным телом. Вся «дея-
тельность» комиссара свелась к тому, что, довольно ак-
куратно являясь в свой служебный кабинет в здании
бывшего Морского офицерского собрания, он подписы-
вал в течение дня несколько делопроизводственных ад-
министративно-хозяйственных бумажек и направлял их
в соответствующие органы или инстанции, а затем стро-
чил очередную кляузу в верха на «самовольствующих»
кронштадтцев.
Узнав о решении Совета, Пепеляев прислал в Испол-
нительный комитет пространное письмо, в котором зая-
вил, что при сложившихся обстоятельствах «не может
считать себя ответственным за Кронштадт», отказы-
вается от обязанностей комиссара и подает заявление об
отставке министру-председателю Временного прави-
тельства.
По поводу отстранения Пепеляева от должности пра-
вительственного комиссара в «Известиях Кронштадт-
ского Совета» появилась весьма саркастическая статья
А. М. Любовича. «Постановление Совета, — писал автор
статьи, — не было неожиданностью... еще 12 марта
1917 года было объявлено под расписку В. Н. Пепеляеву
постановление Исполнительного комитета... что „руково-
дящим учреждением в гор. Кронштадте является Совет
рабочих и солдатских депутатов...“ Как в человеческом
организме, так и в организме общественном сохраняются
часто ненужные органы... широкой известностью поль-
зуется, например, так называемая „слепая кишка". Сей-
• 18?
час она является неизбежным отростком, который при
засорении может вызвать... аппендицит. Чтобы излечить
больного, обыкновенно производят операцию удаления
этого отростка... На днях в Кронштадте произведена
была как раз такая операция, прошедшая совершенно
безболезненно» ’.
Вопросу о власти в Кронштадте и отстранении от
должности комиссара Временного правительства «Голос
правды» посвятил специальную передовую. «Наш пре-
образованный Совет рабочих и солдатских депутатов... —
говорилось в ней, — совершил весьма важный шаг... Эта
резолюция имеет большое принципиальное значение»1 2.
В то же время декларирование Советской власти
в Кронштадте в мае 1917 года было недостаточно проду-
манным, поспешным шагом и не могло, естественно, по-
влиять на общий ход подготовки к социалистической ре-
волюции в России, а сложившаяся в Кронштадте обста-
новка была чревата опасностью серьезных провокаций со
стороны контрреволюционных сил. В. И. Ленин считал
это действие кронштадтцев преждевременным3.
О решении Кронштадтского Совета стало быстро из-
вестно в ЦК РСДРП (б). По поручению В. И. Ленина
18 мая в Кронштадт приехал член ЦК Г. Ф. Федоров и,
ознакомившись с положением дел на месте, предложил
председателю Кронштадтского комитета РСДРП (б)
Ф. Ф. Раскольникову выехать в Петроград и дать под-
робное объяснение В. И. Ленину.
В беседе, состоявшейся в тот же день в редакции
«Правды», Владимир Ильич упрекнул Раскольникова и
в его лице всех руководителей кронштадтских больше-
виков в том, что они поддержали столь ответственное
решение, не посоветовавшись с ЦК, нарушив тем самым
партийную дисциплину. В. И. Ленин высказал мнение,
что декларирование Советской власти в одном Крон-
штадте, сепаратно от всей остальной России, — это уто-
пия, это абсурд.
Отчитав как следует Раскольникова, В. И. Ленин,
однако, не настаивал на отмене принятого Советом ре-
шения, а высказал лишь пожелание, чтобы кронштадтцы
1 «Известия Кронштадтского Совета», 19 мая 1917 г.
2 «Голос правды», 19 мая 1917 г.
3 См. В. И. Ленин- Поли. собр. соч., т. 32, стр. 495—496
(примечания).
184
не дали Временному правительству поставить себя на
колени и не капитулировали.
В заключение беседы В. И. Ленин еще раз предупре-
дил о том, чтобы в следующий раз кронштадтцы не при-
нимали столь важных решений без ведома и согласия
ПК- Ленин обязал председателя Кронштадтского коми-
тета ежедневно звонить в редакцию «Правды» и докла-
дывать ему о важнейших фактах кронштадтской полити-
ческой жизни.
Оценивая в конце мая 1917 года общий ход разви-
тия революции, В. И. Ленин писал в «Правде»: «Крон-
штадтский инцидент... обнаружил давно уже подмечен-
ный нами, признанный официально в резолюции нашей
партии (о Советах) факт, что на местах революция за-
шла дальше, чем в Питере»
Если и до резолюций 13 и 16 мая буржуазная печать
кричала о Кронштадте как о «большевистском гнезде»,
то после их появления она начала еще более разнуздан-
ную клеветническую кампанию, публикуя на своих стра-
ницах самые невероятные и нелепые вымыслы. «Буржуа-
зия открыла в своих газетах неимоверно шумную, злост-
ную, бешеную кампанию лжи, клеветы и травли против
Кронштадта, обвиняя его в желании „отложиться от
России“...»1 2 — писал В. И. Ленин в статье «Уроки рево-
люции». К хору буржуазных клеветников охотно присое-
динилась соглашательская эсеро-меньшевистская пресса.
Раньше всех на постановление Кронштадтского Со-
вета откликнулась газета «Речь» — центральный орган
партии кадетов. «Двухмесячная история кронштадтского
сепаратизма, — писала газета, — завершилась на днях
торжественным провозглашением Кронштадтской респуб-
лики» 3.
«Фактически вся власть [в Кронштадте] очутилась
в руках большевиков самых крайних оттенков»4,— пи-
сала в эти же дни газета финансовых кругов «Биржевые
ведомости». К ней присоединила свой голос «Новая
жизнь» — газета меньшевиков-интернационалистов. Она
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 32, стр. 218.
2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 64.
3 «Речь», 19 мая 1917 г.
4 «Биржевые ведомости», 20 мая 1917 г.
185
писала, что, принимая свою резолюцию, Кронштадтский
Совет «по-видимому... совершенно не отдавал себе от-
чета в том, что делает, но сущность постановления
Кронштадтского Совета совершенно ясна — это чисто
анархический акт, который ни с какой стороны не может
быть оправдан и ни в коем случае не может быть тер-
пим» *.
Буржуазные газеты «Речь», «День», «Биржевые ве-
домости», «Новое время», эсеровское «Дело народа»,
меньшевистская «Рабочая газета», газета меньшевиков-
оборонцев «Единство», различные бульварные газетенки
неистовствовали по поводу того, что Кронштадт-де «от-
ложился от России», образовал «самостоятельную рес-
публику», сообщали «из самых достоверных источников»,
что в Кронштадте царит повальное пьянство, картежная
игра, что «в военном отношении Кронштадт это ноль»
и т. д. и т. п.
К контрреволюционной агитации присоединились и
кронштадтские «социалисты». Энесовская газета «Труд,
земля и море» квалифицировала решение Кронштадт-
ского Совета о власти как «нож в спину революции»,
а по поводу отстранения комиссара Временного прави-
тельства демагогически вопрошала: «В какой стране,
в какие времена мы живем?»1 2
Плехановское «Единство», редактируемое провокато-
ром Алексинским, специалистом по подложным докумен-
там, поместило -в доказательство того, что Кронштадт
«отложился» от остальной России, изображение бумаж-
ного пятака, якобы выпущенного в Кронштадте. На нем
было написано: «Кронштадтская республика. Временный
бон. 5 копеек. Действителен в пределах вольного ост-
рова Котлина»3.
Увидеть воочию непокорный Кронштадт нашлось
много желающих. Туда началось паломничество коррес-
пондентов не только российских, но и французских, ан-
глийских и других иностранных газет. Специально при-
ехал даже один американский филателист, собиравший
марки и денежные знаки всего мира. Но велико было
его разочарование, когда разрекламированный «Един-
1 «Известия Кронштадтского Совета», 24 мая 1917 г.
2 «Труд, земля и море», 19 мая 1917 г.
3 «Единство», 3 июня 1917 г.
186
ством» редкий для коллекционера образец денежного
знака нигде не удалось найти...
«Грязный поток лжи и клеветы, вылитый газетами ка-
питалистов на кронштадтских товарищей, — писал
в «Правде» В. И. Ленин, — обнаружил еще и еще раз
всю нечестность этих газет...» 1
Кронштадтский Совет получил множество теплых и
задушевных приветствий от самых различных организа-
ций трудящихся.
«Смело идите по этому пути, товарищи кронштадтцы,
не допуская никаких компромиссов и колебаний, и
верьте, что вся действительно революционная демокра-
тия России в нужную минуту будет с вами»1 2, — этими
словами приветствовал кронштадтцев Гельсингфорсский
комитет РСДРП (б).
Делегаты из окопов писали кронштадтцам: «Вы укре-
пили в нас веру и дали нам силы для борьбы в защиту
юной свободы...»3 Артиллеристы морской крепости Петра
Великого призывали: «Стойте, как гранитная скала среди
бушующего моря»4. Иваново-вознесенские ткачи при-
ветствовали кронштадтцев «как истинных революцион-
ных борцов международного пролетариата»5. Участники
митинга солдат далекого Красноярска телеграфировали:
«Воодушевлены вашей энергичной деятельностью»6.
Крестьяне деревни Абокумово Старицкого уезда Твер-
ской губернии писали: «Приветствуем вас, истинных бор-
цов за правое дело... Безгранично верим, что никто не
расшатает вашего демократического строительства. Мы
верим вам и пойдем с вами... Да здравствует славный
Красный Кронштадт! Единый, славный, непоколебимый!
Мы с вами на жизнь и на смерть готовы!» 7
Подобные письма, телеграммы, приветствия и резо-
люции, получаемые из самых различных уголков страны,
говорили о том, что за борьбой Кронштадта против Вре-
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 32, стр. 218.
2 «Балтийские моряки в подготовке и проведении Великой Ок-
тябрьской социалистической революции» (далее: «Балтийские мо-
ряки...»). М.—Л., 1957, стр. 76.
3 «Голос правды», 28 мая 1917 г.
4 «Балтийские моряки...», стр. 77.
5 Т а м же.
8 Там же.
7 Там же, стр. 78.
187
менного правительства следит вся Россия. Эти письма
поддерживали в кронштадтцах боевой наступательный
дух, вливая в них новую энергию, новую силу.
Но кое-где лживым сообщениям буржуазной прессы
удавалось посеять недоверие к кронштадтцам. В Крон-
штадт стали приходить письма, авторы которых спра-
шивали: «Верно ли, что Кронштадт как крепость не су-
ществует? Верно ли, что на кораблях флота заклепаны
пушки? Верно ли, что Кронштадт объявил себя самостоя-
тельной республикой?»
В Вятке весьма нелюбезно приняли приехавшего из
«другой республики» матроса П. Д. Хохрякова. На за-
седании губернского Исполнительного комитета всерьез
обсуждали вопрос, не арестовать ли его как «военно-
пленного» ’.
Донецкие шахтеры в начале революции в знак своего
уважения к революционным заслугам Кронштадта ре-
шили пожертвовать ему 87 000 пудов угля. Но в мае,
прочитав в буржуазных газетах о его «отделении» от
остальной России, впали в раздумье: «Удобно ли выво-
зить уголь из России „за границу", в Кронштадт?»
Вскоре, однако, шахтеры поняли, что они обмануты, и
эшелон с углем прибыл в распоряжение Кронштадта.
Рассказывая об этом на заседании Кронштадтского Со-
вета, представитель шахтеров Донбасса заявил, что их
«бес попутал», но они разобрались, в чем дело, и обе-
щают в дальнейшем «всеми силами поддерживать крон-
штадтцев» 1 2.
Кронштадтский пример самоотверженной и страст-
ной борьбы против Временного правительства не
остался незамеченным. И не случайно в газетах стали
появляться сообщения о возникновении Переяславской,
Царицынской, Херсонской и Кирсановской «республик».
Далекий от Кронштадта город Красноярск именовал
себя «Кронштадтом Сибири»3, а о промышленном го-
родке Лысьве по всему Уралу распространилась слава
как об «Уральском Кронштадте»4.
1 См. «Кировская правда», 29 сентября 1957 г.
2 «Голос правды», 31 мая 1917 г.
3 См. М. Бублеев. Сибирский Кронштадт. В сб.: «Расска-
зывают участники Великого Октября». М., 1957, стр. 383.
4 См. Г. П. Рычкова. Лысьва. Страницы истории Лысьвен-
ской большевистской организации. Пермь, 1963, стр. 146.
188
Уговоры и угрозы
События в Кронштадте вызвали у лидеров Петро-
градского Совета опасения, что по пути кронштадтцев
могут пойти и другие. Решено было обуздать непокор-
ных. 19 мая состоялось экстренное заседание бюро Ис-
полкома Совета. Чтобы уговорить кронштадтцев отка-
заться от принятой ими резолюции, Исполком решил по-
слать делегацию в составе шести человек во главе с пред-
седателем Совета Н. С. Чхеидзе.
«Известия Петроградского Совета» выступили со
статьей «Революция или анархия». В ней решение Крон-
штадтского Совета отождествлялось с анархистскими ак-
тами и говорилось о том, что «в некоторых местах Рос-
сии, и в Кронштадте сильнее, чем где-либо, проявляется
склонность образовывать как бы самостоятельные удель-
ные революционные княжества»1.
Газета «Новое время», видимо желая подчеркнуть,
как давно и прочно укрепилась в Кронштадте «больше-
вистская крамола», по существу на этот раз совершенно
объективно констатировала: «В Кронштадте ничего не
произошло, ибо постановление Совета только формально
закрепило существовавший порядок... Как в марте, так
и теперь, в мае, в Кронштадте правят большевики...
Большевики ведут пропаганду против войны... Выно-
сятся резолюции об аресте всех, кто стоит за войну до
победоносного конца, ибо война, по мнению наиболее
авторитетных кронштадтцев, может быть одна — до по-
бедоносного конца над капиталистами и помещиками»1 2.
Двадцать первого мая делегаты Петроградского Со-
вета приехали в Кронштадт. Почти одновременно
с ними прибыла многочисленная делегация Обуховского
и Путиловского заводов3.
После торжественной встречи обеих делегаций со-
стоялся церемониал возложения венков на могилу жертв
революции. Присутствующие спели «Марсельезу». Ор-
кестр играл траурные марши. На открывшемся после
этого многотысячном митинге выступил Чхеидзе. В своей
речи он упрекнул кронштадтцев за самостоятельное ре-
1 «Известия Петроградского Совета», 21 мая 1917 г.
2 «Новое время», 21 мая 1917 г.
3 См. «Вечернее время», 23 мая 1917 г.
189
шение крупных государственных вопросов и предложил
отменить решение Кронштадтского Совета о власти и
подчиненности. Затем Чхеидзе отправился на заседание
Совета в Морское офицерское собрание.
Митинг продолжался. Выступали кронштадтцы, обу-
ховцы, путиловцы и делегаты с фронта. Один из фрон-
товиков во время своей речи вытащил из-за пазухи пачку
вырезок из буржуазных газет и, потрясая ими в воздухе,
с возмущением воскликнул: «Я думал найти здесь по-
вальное пьянство и разруху, а я вижу образцовый по-
рядок. Кто пишет эти лживые статьи? Мозолистые руки
рабочих? Это пишут буржуи...» 1
Между тем на заседании Кронштадтского Совета
взял слово Чхеидзе. Лицемерно похвалив кронштадтцев
за сплоченность и дисциплину, которыми-де он и его то-
варищи восхищаются, он заявил, что хотел бы выслу-
шать объяснения кронштадтцев по поводу их нашумев-
шей резолюции о власти. После Чхеидзе выступили дру-
гие члены делегации. Они требовали «беспрекословного
подчинения» всем решениям Петроградского Совета, на-
стаивали на том, чтобы кронштадтцы «признали для
себя обязательными все... постановления и договоры, ко-
торыми они связали себя с Временным правительством»1 2.
Им почти не отвечали, не спорили. Молчали беспар-
тийные, молчали и эсеры, озадаченные окриком входив-
шего в состав делегации своего лидера А. Р. Гоца. Боль-
шевики, чтобы не разжигать зря страстей, спокойнее и
надежнее отстоять линию Кронштадтского Совета, ре-
шили сманеврировать. Этот маневр им хорошо удался.
Не вступая в дебаты, они слушали приехавших делега-
тов, а в конце заседания, когда Чхеидзе и его приятели
уже выдохлись, огласили следующее разъяснение:
«Кронштадтский Совет рабочих и солдатских депу-
татов подавляющим большинством голосов принял ре-
шение, согласно которому он является единственной вла-
стью в Кронштадте. С самых первых дней революции,
когда представители старой власти были устранены, Со-
вет рабочих и солдатских депутатов фактически является
единственным органом власти в Кронштадте. Комиссар
Временного правительства все время действовал под
1 «Новое время», 24 мая 1917 г.
2 «Голос правды», 25 мая 1917 г.
190
нашим руководством. В настоящее время мы решили
упразднить эту излишнюю должность. Упразднив ее, мы
открыто объявили то, что фактически уже давно совер-
шилось...
Объявив себя для Кронштадта единственным учреж-
дением местной власти, Кронштадтский Совет рабочих
и солдатских депутатов заявил, что по делам государ-
ственного порядка он входит в непосредственное сноше-
ние с Петроградским Советом... Но это вовсе не исклю-
чает сношений с Временным правительством... Мы при-
знаем центральную власть Временного правительства и
будем ее признавать до тех пор, пока вместо существую-
щего правительства не возникнет новое, пока Всероссий-
ский Центральный Совет рабочих, солдатских и кресть-
янских депутатов не найдет возможным йзять в свои
руки центральную власть...»1
Это дипломатичное разъяснение выбило козыри из
рук высокополномочной делегации. Кронштадтцы при-
знают Временное правительство... Этим было сказано
как будто бы все, если бы не оговорка: «до тех пор, пока
вместо существующего правительства не возникнет но-
вое». Это «пока» больше всего бесило соглашателя Чхе«
идзе и его коллег.
Но запретить кронштадтцам иметь свою точку зре-
ния, запретить мыслить о будущем иначе, чем мыслят
они, делегация Петроградского Совета, выступавшая от
лица «революционной демократии», не могла.
Удовлетворившись этим компромиссным разъясне-
нием, делегация Чхеидзе вместе с членами Кронштадт-
ского Совета отправилась на Якорную площадь, где ми-
тинг еще продолжался, и ознакомила с его текстом всех
собравшихся, после чего с «чувством исполненного
долга» отбыла в столицу. На другой день туда прибыли
для участия в заседании Петроградского Совета и пред-
ставители Кронштадта.
Двадцать второго мая петроградские газеты были
полны лживых сообщений о том, что кронштадтцы при-
были в Петроград под охраной линкора «Заря свободы»,
который якобы стоит в Морском канале, готовясь обстре-
лять Таврический дворец. Газеты рассказывали, что
в Кронштадте под председательством С. Г. Рошаля со-
1 «Известия Кронштадтского Совета», 24 мая 1917 г.
191
стоялся митинг, на котором Чхеидзе хотели убить, но он
сумел спастись бегством...
Вечером в Мариинском театре под председательством
Н. С. Чхеидзе состоялось заседание Петроградского Со-
вета. На заседании присутствовало десять кронштадтцев,
в числе которых были большевики Раскольников, Ро-
шаль, Любович и Флеровский.
Докладчиком по кронштадтскому вопросу выступил
член Петросовета меньшевик Анисимов. В мягких тонах
он доложил, что буржуазная пресса раздула вопрос,
что в действительности «ужасов» никаких в Кронштадте
не было и нет. Кронштадтцы «только юридически закре-
пили уже существующее фактическое положение... Но
они не доверяют коалиционному правительству и счи-
тают Совет единственной фактической властью».
Анисимов предложил две резолюции. В одной из них
говорилось: «Кронштадтцы в течение всего хода рево-
люции обнаружили непоколебимую преданность револю-
ционному делу. Но в то же время Совет рабочих и сол-
датских депутатов находит, что революционная энергия
кронштадтских масс пошла по неправильному пути».
В резолюции отмечалось, что захват власти местным Со-
ветом идет вразрез с политикой Временного правитель-
ства. Вторая резолюция ставила перед правительством
вопрос о необходимости реформы местного самоуправ-
ления. В ней меньшевики противопоставляли органам
Советской власти «общенародные» муниципальные ор-
ганы по типу существующих за границей муниципалите-
тов, а за Советами рабочих, солдатских и крестьянских
депутатов оставляли лишь функции контроля
После доклада Анисимова выступил министр почт и
телеграфов лидер меньшевиков И. Г. Церетели. Он упрек-
нул кронштадтцев в жестокости по отношению к аресто-
ванным офицерам, говорил, что такие действия — «гро-
мадная опасность для революции» и что «если бы дру-
гие поступали так же, то была бы полная анархия»1 2.
Вторя ему, выступил заместитель председателя Пет-
росовета министр труда меньшевик М. И. Скобелев.
С недоброй усмешкой он спросил кронштадтцев, при-
знают ли они Временное правительство по финансовому
1 См. «Известия Петроградского Совета», 24 мая 1917 г.
2 См. там же.
192
ведомству, и, связывая это с комиссаром правительства,
задал вопрос: «Чьим именем должны подписываться ор-
дера на государственное казначейство?» Взявший затем
слово «крестьянский» министр эсер Чернов обвинял
кронштадтцев в анархии и тоже пытался запугать их ли-
шением материальной поддержки *.
Затем, пренебрегая обструкцией соглашательского
большинства Петросовета, выступили Любович и Ро-
шаль. Оба они доказывали, что кронштадтцы не отказы-
ваются признавать Временное правительство, но и ре-
золюции от 16 мая менять не будут; чиновников, назна-
ченных сверху в качестве комиссаров власти, иметь не
желают; освобождать арестованных офицеров без со-
ответствующего следствия тоже не собираются и в своей
политической деятельности будут равняться не направо,
а налево, в сторону большевиков1 2. В конце выступления
Рошаля в зале поднялся шум, раздались крики «Долой!»,
«Долой!». Не дождавшись, пока прекратится вся эта
вакханалия, Рошаль во всю силу своих легких крикнул:
«У нас в Кронштадте привыкли соблюдать тишину...»3.
Никакой резолюции по докладу Анисимова принято
не было. Вопрос остался открытым.
В этот же день, поздно вечером, состоялось заседа-
ние Временного правительства. Положение в Кронштадте
было признано «угрожающим и совершенно недопусти-
мым»4. Правительство решило послать туда для допол-
нительного расследования министров Церетели и Ско-
белева.
Двадцать третьего мая министры-«социалисты» при-
были в Кронштадт. Состоялось заседание Совета.
Вряд ли когда-либо в Кронштадте были такие бур-
ные и длительные заседания, как это, длившееся около
суток, включая и ночь с 23 на 24 мая. Выступая на нем,
Церетели заявил о том, что он и Скобелев как члены
Временного правительства прибыли для того, чтобы вы-
яснить, насколько здесь «положение серьезное, угрожаю-
щее и недопустимое». «Ваша резолюция... — говорил
оц, — с начала до конца построена на отрицании пол-
ноты власти Временного правительства». Ссылаясь на
1 См. «Известия Петроградского Совета», 24 мая 1917 г.
2 См. т а м ж е.
3 «Вечернее время», 23 мая 1917 г.
4 «Известия Петроградского Совета», 24 мая 1917 г.
7 П. 3. Сивков
193
заявление кронштадтцев, что онй прйзнают власть пра-
вительства, Церетели убеждал, что признание Времен-
ного правительства «есть вместе с тем признание его
прав осуществлять в г. Кронштадте ту самую власть, ко-
торую осуществляет в настоящий момент Временное
правительство...» ’.
После Церетели выступил Скобелев. Как и на засе-
дании Петроградского Совета, он старался запугать
кронштадтцев их зависимостью в вопросах снабжения
продовольствием и финансирования деньгами. Скобелев
заявил: «Считаетесь ли вы с властью... или не подчи-
няетесь ей, перед нами станет вопрос, как отнестись
к вам»1 2.
Это была уже угроза.
Утром 24 мая, после бессонной ночи, между мини-
страми и членами Исполкома состоялось деловое сове-
щание. Министры поставили перед кронштадтцами пять
конкретных вопросов: 1) Об отношении к центральной
власти; 2) О правительственном комиссаре; 3) О воен-
но-морских начальниках; 4) Об органах местного само-
управления; 5) Об арестованных офицерах.
Первый вопрос — о власти — занял значительную
часть времени. При его обсуждении Церетели говорил,
что даже большевики Петрограда не призывают к за-
хвату власти на местах. Но и попытка апеллировать
к позиции петроградских большевиков не достигла цели.
Кронштадтские большевики помнили наказ Ленина «не
дать поставить себя на колени» и оставались на преж-
ней позиции. В споре по вопросу о власти у них выра-
боталась определенная формула: «Признаем, но не под-
держиваем, не доверяем; признаем, но будем критико-
вать и бороться за передачу власти в руки Советов».
Сбить кронштадтцев с этой позиции не могли ни пред-
ставители Петроградского Совета, ни государственные
деятели в лице министров Временного правительства.
Церетели и Скобелев упорно настаивали на том,
чтобы кронштадтцы отказались от своих резолюций от
13 и 16 мая, но министров-«социалистов» поддерживали
только меньшевики. Они говорили, что, пока идет война,
нужно беспрекословно подчиняться правительству, за-
являли, что «страна разорена... на Западе нет даже
1 «Известия Кронштадтского Совета», 31 мая 1917 г.
2 «Известия Кронштадтского Совета», 1 июня 1917 г.
194
массовых протестов против войны, в такую минуту взять
власть в свои руки, ведь это значит не справиться... А вот
когда война прекратится, тогда пролетариат скорее ос-
вободится от своих правительств» Ч Но кто может пре-
кратить войну и каким путем можно освободиться от
своих правительств, выступавшие меньшевики и сами не
знали.
На прямо поставленный вопрос — признают или не
признают кронштадтцы Временное правительство—ми-
нистрам был дан следующий ответ:
«Мы со своей стороны вполне признаем эту власть.
Признание не исключает, конечно, критики и желания,
чтобы революционная демократия создала новую орга-
низацию центральной власти, передав всю власть в руки
Совета солдатских и рабочих депутатов. Мы надеемся,
что путем идейного воздействия на мнение большинства
демократии нам удастся склонить это большинство на
путь, признаваемый нами единственно правильным. Но
пока это не достигнуто, пока большинство с нами не со-
гласно и поддерживает нынешнее Временное правитель-
ство, мы признаем это правительство и считаем его
распоряжения и законы столько же распространяющи-
мися на Кронштадт, как и на все остальные части
России»1 2.
Вряд ли подобного ответа добивались Церетели и
Скобелев, но большинством голосов (195 за, при 26 про-
тив и 22 воздержавшихся) он был принят в качестве ис-
черпывающего разъяснения.
Таким образом, по первому вопросу кронштадтцы по
существу вышли победителями.
О правительственном комиссаре разгорелись ожесто-
ченные дебаты. Министры.спрашивали:
— Вы окончательно отказываетесь принимать пред-
ставителей Временного правительства в Кронштадте?
— Окончательно, — заявляли кронштадтцы. — Мы
сами будем выбирать комиссара Временного правитель-
ства.
Церетели уступил. Решено было, что кронштадтцы
будут сами выбирать себе комиссара, а Временное пра-
вительство будет его утверждать.
1 «Известия Кронштадтского Совета», 3 июня 1917 г.
2 «Новое время», 25 мая 1917 г.
7*
195
С этим компромиссным решением согласились обе
стороны, но все же министры оговорили, что этим пунк-
том они «не вполне удовлетворены» Ч
Горячие споры вызвал пункт о контроле над деятель-
ностью военно-морских начальников. Министры возра-
жали против контроля вообще и против контроля над
оперативными функциями в особенности. Однако и здесь
кронштадтцы не сдали своей позиции.
Вопрос об органах местного самоуправления не вы-
звал никаких споров. Кронштадтцы согласились с необ-
ходимостью перевыборов Кронштадтской городской
думы и судебных органов, рассчитывая провести туда
своих людей. При обсуждении этого вопроса Скобелев
по-прежнему пытался внушить кронштадтцам, что функ-
ции власти должны выполнять органы местного само-
управления, а Совет может быть лишь контролирующим
органом. Но кронштадтцы остались при своем мнении.
Самым спорным оказался вопрос об офицерах.
— Освобождаете офицеров?
— Нет, не освобождаем.
— Так вы, значит, не признаёте Временного прави-
тельства?
— Нет, признаём. Арест офицеров есть местный во-
прос, а не общегосударственный.
Кронштадтцы согласились на том, что Временное
правительство создаст следственную комиссию, в кото-
рую войдут и представители их Совета. Предваритель-
ное следствие будет производиться в Кронштадте; все
вопросы должны решаться совместно; лица, которых
признают виновными, будут отправлены в Петроград;
на заседание комиссии будут вызываться матросы из
той или иной заинтересованной команды.
На этом переговоры закончились.
После заседания министры и все члены Совета отпра-
вились на Якорную площадь, где в это время под руко-
водством Кирилла Орлова шел митинг. Получив слово
для выступления, Церетели и Скобелев долго и нудно
доказывали кронштадтцам неблагоразумность политики
их Совета. Были моменты, когда министров громко ос-
вистывали и перебивали различными репликами и во-
просами. Переполненная вначале, Якорная площадь под
1 См. «Голос правды», 26 мая 1917 г.
196
конец основательно поредела, и около трибуны осталась
лишь небольшая кучка людей. Прямо с митинга Цере-
тели и Скобелев отправились на пароходную пристань
и отбыли в Петроград.
Оценивая результаты переговоров с министрами Вре-
менного правительства, газета «Голос правды» в своей
передовой статье «Победа Кронштадтского Совета» пи-
сала: «В своих ответах министрам Церетели и Скобелеву
Кронштадтский Совет рабочих и солдатских депутатов
нисколько не отступил от своих первоначальных пози-
ций» *.
Потеряв 20 часов на заседания, Церетели и Скобелев
уехали из Кронштадта с тем же, с чем и приехали. По-
ложение оставалось прежним. Но сами министры счи-
тали свою миссию выполненной.
По возвращении в Петроград, около 11 часов вечера,
Церетели и Скобелев с победным видом докладывали
Временному правительству, что «кронштадтский инци-
дент» ликвидирован.
Выслушав сообщение Церетели и Скобелева, совеща-
ние министров постановило:
1.	Предложить Кронштадтскому Совету наметить
кандидата на должность представителя Временного пра-
вительства по гражданской части в Кронштадте.
2.	Приступить к производству выборов в Кронштадте
гласных городской думы.
3.	Поручить министру юстиции немедленно образо-
вать следственную комиссию в составе 6 лиц: от судеб-
ного ведомства, присяжной прокуратуры, Исполнитель-
ного комитета Петроградского Совета, предложив этой
комиссии включить в свой состав представителей след-
ственной комиссии Кронштадтского Совета (тоже 6 че-
ловек) и приступить к расследованию1 2.
После совещания министров Церетели и Скобелев
рассказали о «победной» поездке в Кронштадт корреспон-
дентам буржуазных газет. На другой день в «Известиях
Петроградского Совета», в «Новом времени» и в неко-
торых других газетах появились статьи о «ликвидации
кронштадтских событий». Буржуазная пресса ликовала.
«Кронштадт сдался», «Анархия в Кронштадте положена
1 «Голос правды», 26 мая 1917 г.
2 См. «Известия Петроградского Совета», 26 мая 1917 г.
197
на обе лопатки», «Государственный разум торжествует»,
«Кронштадт отказался от своей прежней резолюции»,—
кричали газетные заголовки. Чтобы доказать отречение
кронштадтцев от резолюции 16 мая, буржуазная пресса
пошла на прямой подлог, опубликовав ответы крон-
штадтцев на пять вопросов министров под заголовком
«Резолюция».
Утром того же дня состоялось заседание Исполни-
тельного комитета Петроградского Совета. Церетели
доложил о результатах поездки в Кронштадт. «Суще-
ственным было для нас выяснить вопрос, — говорил
он, — остался ли Совет... в Кронштадте на почве своей
первой резолюции... У делегации сложилось вполне опре-
деленное впечатление, что Совет рабочих и солдатских
депутатов города Кронштадта, сохраняя свою политиче-
скую линию, стал на путь лояльной оппозиции» *.
По докладу Церетели была принята следующая резо-
люция:
«Выражая удовлетворение по поводу решений, при-
нятых Кронштадтским Советом рабочих и солдатских
депутатов 24 мая при переговорах с представителями
Временного правительства тт. Церетели и Скобелевым,
Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов
надеется, что эти решения будут с неуклонностью про-
ведены в жизнь при полном содействии со стороны всех
сознательных элементов кронштадтской демократии»1 2.
Кронштадтцы были возмущены ура-победными реля-
циями буржуазных газет, но больше всего их возмутило
то, что обыкновенные ответы на пять вопросов минист-
ров-«социалистов» газеты выдавали за новую резолюцию
Совета, противопоставляя ее резолюции от 16 мая.
Двадцать пятого мая Исполком Кронштадтского Со-
вета решил опубликовать сообщение о том, что документ,
полученный министрами Церетели и Скобелевым 24 мая,
является не резолюцией, а только ответами на вопросы.
В сообщении говорилось: «Мы остаемся на точке зрения
резолюции от 16 мая с. г. и разъяснения от 21 мая 1917 г.,
признавая, что единственной местной властью в Крон-
штадте является Совет рабочих и солдатских депута-
тов» 3.
1 «Известия Петроградского Совета», 26 мая 1917 г.
2 Т а м ж е.
3 «Известия Кронштадтского Совета», 26 мая 1917 г.
198
Утром 26 мая, до тех пор пока в Петрограде не была
еще широко известна резолюция митинга в Кронштадте,
уже вышедшие газеты на все лады расхваливали «удач-
ную» поездку министров Церетели и Скобелева. Орган
ЦК меньшевиков «Рабочая газета», раболепствуя и пре-
клоняясь перед Временным правительством, восторга-
лась: «Правительство в лице социал-демократов Цере-
тели и Скобелева дало в Кронштадте сражение ленин-
ским проповедникам анархии и победило». «Известия
Петроградского Совета» писали: «Идейно расходясь
с громадным большинством революционной демократии
России и оставляя за собою свободу пропаганды своих
воззрений... кронштадтцы возвращают себя в ряды рос-
сийской революционной демократии... Пора же, наконец,
отдать себе отчет, к чему ведет эта повседневная пропо-
ведь захвата власти, захвата земель, захвата фабрик
и заводов... Уроки Кронштадта властно напоминают об
этом... Пора понять, что немного нужно, чтобы столкнуть
Россию в пропасть, перед которой она стоит» Ч
Днем 26 мая в Мариинском театре по вопросу о Крон-
штадте состоялось экстренное заседание Петроградского
Совета.
Заседание началось с доклада Церетели о результа-
тах поездки в Кронштадт. Оно проходило в спокойной
атмосфере. Сообщение министра, по словам-газеты «Но-
вое время», произвело на собрание «успокоительное впе-
чатление». Докладчику стали аплодировать. В этот
момент Церетели была передана газета с резолюцией
митинга в Кронштадте. Получилась длительная, нелов-
кая пауза...
Наконец докладчик обрел дар слова:
— Погодите, товарищи, я еще не кончил... Аплодис-
менты преждевременны. Неожиданное известие из Крон-
штадта... Пришло невероятное сообщение: это поправка
Кронштадтского Совета, напечатанная уже в газетах,
в которой кронштадтцы говорят, что в большинстве рус-
ских газет появилась вовсе не резолюция, а разъяснение
на вопросы и что они остаются на старой точке зрения.
Со стороны мест, занятых большевиками, раздались
аплодисменты, но они потонули в шуме и криках согла-
шателей: «Позор!», «Измена!», «Обманули!», «Водили за
1	«Известия Петроградского Совета», 26 мая 1917 г.
188
нос!», «В Кронштадте свили гнездо провокаторы!», «Из-
деваются над демократией!» и т. д. и т. п.
Попытки Пожарова, Гридюшко, Мортикова и других
кронштадтцев выступить успеха не имели. Их не слу-
шали и говорить им не давали.
В защиту кронштадтцев выступил А. В. «Луначарский,
но и ему соглашательское большинство устроило обструк-
цию. В конце этого бурного заседания появилась на свет
наипозорнейшая резолюция, еще раз обнажившая лакей-
ство соглашательских лидеров Петроградского Совета
перед Временным правительством. В ней говорилось:
«1. Отказ Кронштадтского Совета рабочих и солдат-
ских депутатов признавать власть Временного прави-
тельства означает отпадение его от революционной демо-
кратии...
2	. Такой акт Кронштадтского Совета рабочих и сол-
датских депутатов является ударом делу революции,
ведет к ее распаду, а противоречивые решения его сви-
детельствуют о полной неспособности противостоять
анархическим элементам...»
После перечисления «дезорганизаторских» поступков
Кронштадтского Совета пленум Петроградского Совета
постановил:
«1. Потребовать от всех кронштадтцев немедленного
и беспрекословного исполнения всех предписаний Вре-
менного правительства...
2. Сообщить настоящее постановление по телеграфу
всем кронштадтским фортам, всем крепостным и судо-
вым командам Балтийского флота, а также, всем Сове-
там рабочих и солдатских депутатов»4.
Большевики в знак протеста против этой резолюции
покинули заседание.
С текстом резолюции Петроградского Совета ми-
нистры Церетели и Скобелев помчались на заседание
Временного правительства, проходившее на квартире
у князя Львова. По их докладу было принято правитель-
ственное постановление ультимативного характера, в ко-
тором говорилось: «Временное правительство... указы-
вает всем гражданам Кронштадта, что распоряжения
Временного правительства подлежат беспрекословному
с их стороны исполнению, и предписывает командую-
1 «Известия Петроградского Совета», 27 мая 1917 г.
200
щему флотом Балтийского моря вывести беззамедли-
тельно все учебные суда из Кронштадта в Бьёрке и
Транзунд для летних учебных занятий. Об исполнении
донести» 4.
Временное правительство решило обезлюдить Крон-
штадт и в первую очередь вывести из него наиболее
революционные корабли, чтобы лишить Совет и комитет
РСДРП (б) той силы, на которую они опирались. Но
запугать кронштадтцев не удалось. Вывести корабли
тоже не удалось.
Отмечая «неслыханно грубый тон Временного прави-
тельства по отношению к Кронштадту», В. И. Ленин
писал, что «контрреволюция наступает»1 2.
С чувством собственного достоинства ответили крон-
штадтцы на резолюцию, принятую на заседании Петро-
градского Совета 26 мая.
«Резолюция Петроградского Совета... — говорилось
в статье газеты «Голос правды», — не произвела в Крон-
штадте абсолютно никакого впечатления.,. Что еще
нужно оппортунистам из Петроградского Совета, кото-
рым буржуазное Временное правительство много ближе
и дороже, чем пролетарский Кронштадтский Совет, кото-
рого они предали анафеме, отлучили от революции!!!
Кронштадтский Совет очень далек от того, чтобы при-
знавать это правительство с таким восторгом и энтузи-
азмом, как это делает Петроградский Совет» 3.
Наступление на Кронштадт продолжалось. Убедив-
шись, что в лоб его не взять, Временное правительство
решило в буквальном смысле слова начать свои атаки
с флангов, использовав для этого нависавшие над ним
в военно-стратегическом отношении укрепленные форты
Красная Горка (с юга) и Ино (с севера). Мощное во-
оружение этих фортов Временное правительство решило
использовать для политического давления на крон-
штадтцев.
Правительство неоднократно делало попытку проти-
вопоставить гарнизоны этих фортов большевистскому
Кронштадту. За влияние на матросов и солдат фортов
между большевиками и поддерживающими правитель-
1 «Известия Петроградского Совета», 27 мая 1917 г.
2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 32, стр. 215.
9 «Голос правды», 1 июня 1917 г.
201
ственную политику соглашателями с первых же дней
революции шла упорная борьба.
Двадцать седьмого мая на форту Ино состоялся трех-
тысячный митинг. С докладом о положении страны
выступил прибывший из Петрограда меньшевик Войтин-
ский, ратовавший за продолжение «революционной
войны свободной России» с кайзеровской Германией. На
митинге присутствовали и представители Кронштадта.
Несмотря на выступления кронштадтцев и местных боль-
шевиков, митинг принял резолюцию доверия правитель-
ству, требуя того же от Кронштадта.
На другой день борьба за гарнизон форта продолжа-
лась. Из Кронштадта на помощь местным большевикам
прибыло десять человек во главе с С. Г. Рошалем. Крон-
штадтцы, как и накануне, предлагали свою резолюцию,
но влияние меньшевиков и эсеров среди солдат гарни-
зона было настолько сильным, что и на этот раз она
не прошла.
Примерно такое же положение было и на форту
Красная Горка.
В последующее время борьба кронштадтцев за эти
форты продолжалась и лишь в конце июля завершилась
победой большевиков.
В поддержку Временного правительства и Петроград-
ского Совета 29 мая выступил Всероссийский Совет
крестьянских депутатов, в котором верховодили эсеры.
Он пригрозил, что крестьянство откажет кронштадтцам
в продуктах потребления, если они немедленно не при-
знают Временное правительство1.
Двадцать шестого мая состоялось заседание Крон-
штадтского комитета РСДРП (б), проанализировавшего
деятельность и линию поведения большевистской фрак-
ции Совета в вопросе взаимоотношений между ним и
Временным правительством. Решение, принятое комите-
том, сводилось к следующему:
1.	Линию поведения большевистской фракций в Крон-
штадтском Совете признать совершенно правильной,
вполне согласной с партийной дисциплиной и соответ-
ствующей политическому моменту.
2.	Кронштадтский комитет с удовлетворением кон-
статирует, что, стремясь избежать формального разрыва
1 См. «Новое время», 30 мая 1917 г.
20g
С Временным правительством, фракция большевиков
сильно содействовала тому, чтобы Кронштадтский Совет
рабочих и солдатских депутатов не отступал от перво-
начальной резолюции.
3.	Кронштадтский комитет выражает полное доверие
своей исполнительной комиссии и находит позицию ее
при разрешении конфликта с Временным правительством
правильной Ч
Тридцатого мая в Кронштадт для расследования дела
об арестованных офицерах приехала следственная' ко-
миссия из юристов и адвокатов. Во время ее работы
Исполнительный комитет Кронштадтского Совета на-
стоял на том, чтобы при рассмотрении дел арестованных
решающее слово оставалось за ним, то есть чтобы осво-
бождение каждого арестованного санкционировалось
Исполнительным - комитетом. Как ни сопротивлялись
члены комиссии, они вынуждены были с этим согла-
ситься.
Ни резолюция Петроградского Совета, навесившая
кронштадтцам ярлык «дезорганизаторов революции», ни
угрозы проэсеровского крестьянского Совета задушить
Кронштадт голодом, ни ультимативное требование Вре-
менного правительства о выводе кораблей не испугали
кронштадтцев. На все угрозы они ответили еще большей
организованностью и еще большим сплочением своих
рядов вокруг большевистской партии.
От обороны к наступлению
После заседания Петроградского Совета 26 мая стих-
нувшая перед этим на несколько дней свистопляска
буржуазных и соглашательских газет возобновилась
с новой силой.
Двадцать седьмого мая в Кронштадтском Совете вы-
ступил с обстоятельным информационным докладом
И. П. Флеровский. С возмущением слушали делегаты,
что буржуазия и ее верные прислужники Церетели,
Скобелев, Войтинский, Чернов и другие лидеры петро-
градских соглашателей продолжают свою оголтелую
клеветническую кампанию против революционного Крон-
штадта, доказывая, что в Кронштадте орудуют анархи-
1 См. «Голос правды», 30 мая 1917 г.
203
сты, что руководит там кучка авантюристов и т. д. и т. п.
В ответ на эти непрекращающиеся наветы Совет едино-
душно принял предложенное фракцией большевиков
обращение «От кронштадтских матросов, солдат и рабо-
чих революционному народу Петрограда и всей России».
В нем, в частности, говорилось:
«Имя Кронштадта, занесенное на славные страницы
истории русской революции, сейчас поносится и шель-
муется на страницах всех буржуазных газет. Злобные
перья контрреволюционных клеветников пишут, будто
мы, кронштадтцы, зовем народ к произволу, самосуду и
анархии, будто мы подвергаем мучениям арестованных
нами насильников и слуг царизма, наконец, будто мы
отказались признавать власть Временного правительства,
отложились от России и образовали самостоятельную
Кронштадтскую республику. Какая бессмысленная ложь,
какая жалкая и постыдная клевета! У себя на месте,
в Кронштадте, мы ввели не анархию, а честный и твер-
дый революционный порядок. Наш Совет рабочих и сол-
датских депутатов взял в свои руки власть во всех мест-
ных кронштадтских делах... Мы, кронштадтцы, остаемся
на своем посту, на левом фланге великой армии русской
революции. Мы надеемся, мы верим, мы убеждены, что
каждый новый день будет все больше раскрывать глаза
самым темным и отсталым слоям русского народа и что
близок час, когда объединенными силами трудящихся
масс вся полнота власти в стране перейдет в руки Со-
вета рабочих и солдатских депутатов. Вам, братья по
революции в Петрограде и во всей России,, мы протяги-
ваем нашу руку, мы, матросы, солдаты и рабочие Крон-
штадта. Наша связь нерасторжима. Наше единство
несокрушимо. Наша верность незыблема» *.
Это обращение было полностью опубликовано в
«Правде», в «Голосе правды», в гельсингфорсской
«Волне», в ревельской газете «Утро правды», в «Изве-
стиях Кронштадтского Совета», в «Солдатской правде»,
в органе московских большевиков «Социал-демократ» и
в некоторых других газетах. Многотысячным тиражом
обращение было выпущено отдельной листовкой.
Значение этого обращения, распространенного по
всей России, было исключительно велико. Оно вызвало
1 «Балтийские моряки...», стр. 74—75.
204
новую волну откликов и приветствий с одобрением дея-
тельности кррнштадтских матросов, солдат и рабочих.
Снова на остров Котлин потянулись многочисленные
делегации. Они видели там образцовый революционный
порядок и дисциплину, убежденность в правоте своих
действий и уезжали из Кронштадта с намерением ис-
пользовать его опыт.
Активно откликнулись на обращение кронштадтских
матросов, солдат и рабочих солдаты петроградского 1-го
пулеметного полка. В знак солидарности с кронштадт-
цами 28 мая полк в полном составе продемонстрировал
по улицам столицы.
«Мы с вами, кронштадтские братья, с вами за единое
полновластие Советов рабочих, солдатских и крестьян-
ских депутатов»1, — писали солдаты запасного баталь-
она гвардейского Павловского полка.
Общее собрание солдат 176-го пехотного полка, рас-
квартированного в Красном Селе, заявило: «Постанов-
ление Кронштадтского Совета мы считаем правильным...
и готовы его поддерживать во всех революционных
выступлениях... Мы считаем оскорбление, нанесенное
Кронштадту Петроградским Советом, оскорблением всей
революционной демократии, а потому и просим Петро-
градский Совет об отмене его резолюции»1 2. После при-
нятия этой резолюции депутаты Петроградского Совета
от 176-го полка демонстративно сложили свои полно-
мочия.
Московская большевистская газета «Социал-демо-
крат» писала на своей первой странице; «Кронштадт-
ский Совет рабочих и солдатских депутатов взял в свои
руки управление Кронштадтом. Этим он осуществил
неоспоримое (в действительно демократическом государ-
стве) право самому населению ведать местными де-
лами» 3.
Солдаты 31-го Сибирского стрелкового полка выра-
зили свое отношение к кронштадтским событиям в такой
форме: «Дай бог, чтобы был такой порядок везде, как
у вас здесь»4.
Подобного рода откликов на обращение кронштадт-
1 «Голос правды», 7 июня 1917 г.
2 «Правда», 7 июня 1917 г.
3 -«Социал-демократ», 2 июня 1917 г.
4 «Известия Кронштадтского Совета», 18 июня 1917 г.
205
цев было очень Много. Ими каждый день пестрели стра-
ницы «Голоса правды» и «Известий Кронштадтского
Совета».
Обращение кронштадтских матросов, солдат и рабо-
чих к «революционному народу Петрограда и всей Рос-
сии» было частью той большой агитационной деятельно-
сти, которую в этот период кронштадтские большевики
проводили среди матросов кораблей, военно-морских баз,
береговых частей. Они считали своим моральным долгом
словом и делом помогать товарищам по оружию, раскры-
вать им глаза на происходящие события, политически
просвещать их.
На кораблях и в частях Ревельской базы примерно
до августа 1917 года преобладало влияние меньшевиков
и эсеров. Верховодил там реакционно настроенный
«Союз морских офицеров». Совет и большевистский
комитет Кронштадта неоднократно получали из Ревеля
осуждающие резолюции в свой адрес. Чтобы рассеять
и опровергнуть лживые слухи о Кронштадте и поколе-
бать царившие в Ревеле оборонческие настроения и вер-
ноподданническое отношение к Временному правитель-
ству, в конце мая Кронштадтский комитет командировал
туда группу агитаторов во главе с матросом П. Д. Хох-
ряковым.
Кронштадтцы побывали на кораблях и в береговых
частях Ревельской базы. Выступали на митингах. Ре-
вельцы услышали большевистское слово правды от своих
же братьев-матросов, и это несколько оздоровило поли-
тическую обстановку, хотя в целом она еще оставалась
неблагоприятной для большевиков.
Перед отъездом Хохряков доложил о проделанной
работе на заседании местного комитета РСДРП (б).
Ревельские большевики высоко оценили деятельность
делегации, выразили благодарность Хохрякову, привет-
ствовали кронштадтцев «как передовых борцов револю-
ционной России»
Примерно в это же время, узнав о том, что среди
личного состава кораблей флотилии Северного Ледови-
того океана процветает меньшевистско-эсеровская агита-
ция, Кронштадтский комитет партии направил туда
шесть человек во главе с матросом Иконниковым. Деле-
1 «Утро правды», 27 мая 1917 г.
206
гация побывала не только на кораблях флотилии, стояв-
ших в Архангельске, но и в уездах Архангельской губер-
нии.
Вслед за делегацией Иконникова в августе на север
выехала делегация, возглавляемая Хохряковым. После
выступлений в Архангельске группа П. Д. Хохрякова
выехала в Мурманск, где Хохряков выступил с докла-
дами о внутреннем положении в стране и о Кронштадте
на крейсере «Аскольд» и на броненосце «Чесма».
Под влиянием дезинформации буржуазных и согла-
шательских газет неверные и даже враждебные Крон-
штадту суждения бытовали и среди петроградского
населения, в том числе и среди части рабочих и солдат
столицы. Укреплению солидарности революционных сил
Петрограда и Кронштадта во многом способствовала
организованная по инициативе ЦК РСДРП (б) массовая
поездка кронштадтских матросов в столицу.
В воскресенье 4 июня на пяти больших баржах и
двух пароходах, эскортируемых военной яхтой «Зар-
ница», в Петроград прибыло пять тысяч кронштадтских
моряков. На Английской набережной их встретили деле-
гации рабочих Петроградского, Выборгского и Нарв-
ского районов, солдаты 1-го пулеметного, 180-го, Мо-
сковского, Павловского, Гренадерского, Финляндского,
Кексгольмского, 6-го саперного полков и матросы 2-го
Балтийского и Гвардейского экипажей.
В сопровождении двух оркестров, со знаменами и
лозунгами «Война войне!», «Война до победы над бур-
жуазией!», «Буржуазию в окопы!» матросы, рабочие и
солдаты численностью до 25 тысяч человек направились
на Марсово поле к могилам павших в февральские дни
для возложения венков. Один только вид стройно иду-
щих в колоннах кронштадтцев, аккуратно одетых и под-
тянутых, свидетельствовал о том, что они хорошо орга-
низованы и далеко не похожи на тех «разнузданных
анархистов», какими их представляла буржуазная
пресса.
После церемонии возложения венков состоялся ми-
тинг. Он прошел под большевистскими лозунгами, глав-
ным из которых было требование к проходившему в то
время в столице I Всероссийскому съезду Советов взять
власть в свои руки. С речами выступили работники
ПК и Военной организации большевиков В. Володар-
207
ский, Н. В. Крыленко, Н. А. Семашко и представители
районных организаций РСДРП (б). Н. А. Семашко
в своей речи заявил, что Кронштадтская военная орга-
низация— лучшая из военных организаций большевиков,
и призвал брать с нее пример.
Вечером так же четко и дисциплинированно крон-
штадтцы погрузились на плавучие средства и вернулись
в Кронштадт.
Массовая делегация кронштадтцев с честью выпол-
нила политическое задание Центрального Комитета
большевистской партии и оказала огромное влияние на
тех петроградцев, которые в какой-то степени еще про-
должали верить буржуазно-соглашательским бредням
о Кронштадте.
Второго июня на Ревельской военно-морской базе
произошло позорное событие, которое серьезно встрево-
жило кронштадтских большевиков. В этот день туда
прибыли из Гельсингфорса линейный корабль «Респуб-
лика» и крейсер «Россия». Встречать и приветствовать
матросов северного берега Финского залива пришли
рабочие завода «Беккер» и колонна матросов, сочув-
ствующих большевикам. Состоялся митинг. Неожиданно
в стороне послышались крики «Долой!». Промчался авто-
мобиль, с которого в колонну демонстрантов полетели
листовки с заголовком «О происках ленинцев». Когда
митинг окончился, группа матросов с кораблей «Олег»,
«Богатырь» и «Баян», подогретая черносотенной агита-
цией, ворвалась в центр колонны, выхватила знамя
с лозунгом «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» и
пыталась его изорвать, но получила отпор, знамя уда-
лось отстоять.
Этот случай показал, что влияние Ревельской боль-
шевистской организации среди матросов было еще сла-
бым. Поэтому большевики Ревеля решили обратиться
за помощью к кронштадтцам.
Пятого июня состоялось заседание Кронштадтского
комитета РСДРП (б). Прибывшие из Ревеля, Гапсаля
и Рогокюля матросы сообщили о явном засилье у них
эсеро-меньшевиков,. о том, что на этих базах ведется
разнузданная агитация против большевиков и Крон-
штадта. Кронштадтский комитет большевиков охотно
откликнулся на их просьбу о помощи и возбудил через
свою фракцию перед Кронштадтским Советом вопрос
209
о срочной посылке делегации по северному и южному
побережьям Финского залива. Кронштадтский Совет
поддержал предложение большевистской фракции. В со-
зданную Советом делегацию вошло 9 человек.
Эта поездка должна была парализовать клеветниче-
скую кампанию буржуазной и соглашательской печати
против Кронштадта, ознакомить матросов, солдат и
рабочих северного и южного побережий Фйнского залива
с борьбой кронштадтцев против буржуазного Времен-
ного правительства и политики соглашателей. Крон-
штадтские большевики хотели использовать эту поездку
для расширения влияния партии на Гельсингфорс, Або,
Ревель и на другие базы и гарнизоны. Инициатива крон-
штадтских большевиков была поддержана и одобрена
Центральным Комитетом партии и лично В. И. Лениным.
Первым пунктом, который посетила делегация, был
Выборг. Товарищем председателя Выборгского город-
ского Совета и редактором местной военной газеты «Вы-
боргский солдатский вестник» был прапорщик Федоров.
Одному из членов делегации он был известен по 1911 —
1912 годам как редактор погромно-антисемитской га-
зеты «Земщина». На заседании Исполнительного коми-
тета Выборгского Совета делегаты разоблачили его про-
шлую темную деятельность. Федоров был отстранен от
работы в Совете и от должности редактора.
Успешными были выступления делегации в полках
Выборгского гарнизона. Солдаты в своих резолюциях
обещали Кронштадту полную поддержку и требовали от
Временного правительства прекратить гнусную клевету
на Кронштадт.
После Выборга делегация посетила Гельсингфорс,
где стояли главные силы Балтийского флота. Делегация
побывала на линейных кораблях «Республика», «Андрей
Первозванный», «Гангут» и «Петропавловск», на крейсе-
рах «Россия» и «Диана». Команды этих кораблей были
проводниками большевистского влияния в Гельсинг-
форсе. Все они безоговорочно поддерживали кронштадт-
цев в их борьбе против Временного правительства.
С иными настроениями делегация встретилась на
линейных кораблях «Севастополь», «Слава» и «Пол-
тава». Там чувствовалось сильное влияние меньшевиков-
оборонцев и эсеров. Холодно и неприветливо встретили
кронштадтцев команды этих кораблей. Но после прове-
209
дения митингов настроение команд значительно измени-
лось. Кронштадтцы покидали эти корабли под звуки
духовых оркестров и возгласы «ура».
На заседании Областного комитета армии, флота и
рабочих Финляндии делегацию встретили недружелюбно,
почти враждебно. Эсеры, и особенно правые, с азартом
выступили против кронштадтцев и проводимой ими по-
литики.
На заседании Исполнительного комитета Гельсинг-
форсского Совета после острой полемики с меньшеви-
ками и эсерами была принята большевистская резолю-
ция. В ней говорилось: «Мы признаем Кронштадт пере-
довым отрядом российской революционной демократии
и считаем нужным оказать ему поддержку» Ч Но на пле-
нуме Гельсингфорсского Совета меньшевики и эсеры
сумели дело повернуть таким образом, что доклад крон-
штадтской делегации было решено считать информаци-
онным, прений по нему не открывать.
С исключительной теплотой кронштадтская делега-
ция была встречена в Гжатском и Лодейнопольском пол-
ках. На объединенном митинге солдаты этих полков
полностью одобрили деятельность Кронштадтского Со-
вета и осудили резолюцию Петроградского Совета, на-
правленную против кронштадтцев.
Десятого июня на Сенатской площади Гельсингфорса
состоялся многотысячный митинг. Разоблачая антинарод-
ную политику Временного правительства, кронштадтцы
рассказали собравшимся о своих взаимоотношениях
с правительством и Петроградским Советом. После до-
клада делегации выступили руководитель Гельсингфорс-
ского комитета РСДРП (б) В. А. Антонов-Овсеенко и
руководитель большевистской организации линкора «Се-
вастополь» матрос Э. А. Берг. Митинг на Сенатской пло-
щади убедительно опроверг провокационные сплетни
буржуазной печати о Кронштадте и тем самым ускорил
дальнейшую большевизацию матросов кораблей и ча-
стей, расположенных в этой базе.
Делегаты посетили военный порт Або. Среди матро-
сов, солдат и рабочих порта чувствовалось влияние эсе-
ров, но в вопросе о переходе власти в руки Советов и
об отношении к Временному правительству они пол-
1 «Голос правды». 27 июня 1917 г-
210
ностыо поддерживали большевиков. Руководителем
местных большевиков был студент И. М. Шерстобитов —
хороший оратор, пользовавшийся авторитетом среди
матросов и солдат.
С приездом делегации на плацу флотского полуэки-
пажа состоялся многолюдный митинг. Вначале отноше-
ние к кронштадтцам было не особенно дружелюбным,
но по мере того как они выступали, настроение собрав-
шихся менялось. «Скорей кончайте войну, тогда мы по-
ставим товарищу Ленину золотой памятник»1, — заявил
один из участников митинга.
Тринадцатого июня делегация вернулась в Гельсинг-
форс и в тот же день на пароходе отправилась в Ревель.
Политическая обстановка была здесь еще более слож-
ной, чем в Гельсингфорсе. В Ревельском Совете из
311 депутатов было только 57 большевиков, а в составе
Исполнительного комитета — из 20 членов только двое.
В Совете было засилье меньшевиков-оборонцев, правых
эсеров, анархистов.
По приезде кронштадтцев в Морском офицерском
собрании около трех часов дебатировался вопрос — до-
пускать ли кронштадтскую.делегацию в воинские части,
ибо она «является не только большевистской делега-
цией... в ней есть и немецкие шпионы»1 2. Но клеветники
получили отпор со стороны матросских масс.
Кронштадтские делегаты выступили с докладами на
общегарнизонном собрании солдат и матросов, в мест-
ном цирке среди рабочих-эстонцев, на броненосце «Петр
Великий» и на других кораблях. Принимали делегацию,
как правило, настороженно или даже враждебно. На
крейсере «Баян», например, при отбытии делегации
вслед ей раздавались возгласы: «Нет, мы с Кронштадтом
не пойдем». Лишь на тральщиках и в морской авиации
встретили кронштадтцев дружелюбно, приветливо и бла-
годарили за приезд3.
Если за время короткого пребывания на Ревельской
базе делегатам не удалось заметно изменить настроение
ее гарнизона, то все же их визит не был бесполезным,
его влияние сказалось несколько позже.
1 «Балтийские моряки...», стр. 109.
2 ЦГАВМФ, ф. р-402, оп. 2, д. 97, л. 43.
3 См. «Балтийские моряки...», стр. 108—НО.
211
Подводя итог поездке делегации по северному и юж-
ному побережьям Финского залива, газета гельсингфорс-
ских большевиков «Волна» писала: «В общем, мы можем
с удовлетворением признать, что объезд, выполненный
кронштадтской делегацией, дал превосходные резуль-
таты, дал сильный толчок революционной энергии масс
солдат и матросов»1.
Множество делегаций в разные районы страны от-
правляли кронштадтцы для агитации и среди граждан-
ского населения. Больше всего делегаций посылал Со-
вет крестьянских землячеств. Были случаи, когда крон-
штадтцы выезжали в длительные агитационные команди-
ровки в крупные промышленные районы страны по пу-
тевкам Центрального Комитета РСДРП (б).
Одной из таких командировок была организованная
в конце мая поездка большевиков-агитаторов В. М. Зай-
цева, Т. И. Ульянцева, С. Г. Пелихова и Д. И. Понома-
рева, которые объехали Новгородскую губернию, Дон-
басс, побывали на Черноморском флоте, в Баку, Астра-
хани, Царицыне, Саратове, Казани, Нижнем Новгороде.
Делегация пробыла в разъездах свыше двух месяцев. Ее
участник Д. И. Пономарев стал одним из организаторов
большевистской организации в Дружковке — горняцком
городке Донбасса.
Известно, что большую работу проделал в Елисавет-
граде по командировке ЦК РСДРП (б) кронштадтский
матрос С. Н. Баранов. Следы же многих других пламен-
ных агитаторов-кронштадтцев затерялись в самых отда-
ленных уголках России.
В рядах мирных демонстраций
Созданное в начале мая первое коалиционное мини-
стерство в составе шести министров-«социалистов» и
десяти министров-капиталистов ни в коей мере не изме-
нило буржуазного характера Временного правительства.
Существо его оставалось прежним. Капиталисты вершили
дела, а «социалисты» помогали им. Правительство про-
должало империалистическую внутреннюю и внешнюю
политику.
1 «Волна», 15 июня 1917 г.
212
В первой половине мая в Петрограде состоялся съезд
офицеров армии и флота, на котором верховный главно-
командующий генерал Алексеев, издеваясь над лозунгом
большевиков «Мир без аннексий и контрибуций», назвал
его «утопической фразой». Происходивший в это же
время съезд кадетской партии высказался за полное
соблюдение обязательств перед союзниками, а съезд
военно-промышленных комитетов — «за наведение по-
рядка» в промышленности. Готовя наступление на
фронте, военный и морской министр Керенский совершал
поездку по всем армиям и фронтам. На решительные
протесты солдат против продолжающейся войны и под-
готовки нового наступления на фронте правительство
ответило репрессиями и расформированием революцион-
ных полков.
В начале июня собрался съезд крупных промышлен-
ников, в категорической форме потребовавший от прави-
тельства невмешательства рабочих в дела управления
промышленностью.
Начался голод, росла безработица. Классовые враги
пролетариата в контрреволюционных целях шли на пря-
мые провокации и экономические диверсии, закрывая
фабрики и заводы, прибегая к локаутам.
Ширилось крестьянское движение за захват поме-
щичьих земель. В. стране назрел новый политический
кризис. Недовольство рабочих, солдат и матросов поли-
тикой Временного правительства угрожало вылиться
в стихийное выступление.
Восьмого июня состоялось расширенное заседание
Центрального и Петербургского комитетов РСДРП (б)
совместно с представителями всех районных комитетов
Петрограда, а также рабочих и военных организаций
партии. Представители с мест, сообщая о массовом
недовольстве политикой Временного правительства, до-
казывали неизбежность политической демонстрации. Учи-
тывая настроение масс и желая ввести движение в орга-
низованные рамки, ЦК принял решение назначить на
10 июня мирную демонстратор под лозунгами «Вся
власть Советам!», «Рабочий контроль над производ-
ством!», «Против политики наступления!».
Чтобы ее организовать, партия провела среди рабо-
чих и солдат Петроградского гарнизона огромную агита-
ционную работу. К ней были привлечены и моряки-крон-
14*
213
ШтаДтцы. Вспомййая об этом периоде, Н. И. Подвойский
писал: «...вызванные из Кронштадта несколько сот мат-
росов окончательно объединили полки Петроградского
гарнизона под знаменами партии, разъясняя значение
демонстрации»4.
Девятого июня по фабрикам и заводам была распро-
странена листовка, выпущенная Центральным Комите-
том РСДРП (б), призывавшая всех выйти 10 июня на
мирную демонстрацию.
В Петрограде в эти дни продолжал свою работу
I Всероссийский съезд Советов. На нем присутствовало
свыше 1000 делегатов, из них большевиков было только
105. Подавляющее большинство делегатов составляли
эсеры и меньшевики. Для большевиков было чрезвычайно
важно продемонстрировать перед делегатами съезда
волю трудящихся масс Петрограда, требовавших пере-
дачи всей власти Советам.
Подготовка большевиков к предстоящей демонстра-
ции вызвала панику среди меньшевиков и эсеров. Чтобы
удержать массы от выступления, они решили использо-
вать авторитет съезда. 9 июня съезд Советов, послушный
воле соглашательского большинства, принял решение
запретить на три дня (10, 11 и 12 июня) «всякие уличные
демонстрации в Петрограде»1 2.
Не подчиниться этому решению — значило противо-
поставить себя съезду Советов. Поэтому Центральный
Комитет партии большевиков в 2 часа ночи на 10 июня
вынес решение отменить демонстрацию.
Предотвратить демонстрацию за несколько часов до
ее начала было почти невозможно. Партия мобилизовала
все свои силы, чтобы в течение ночи довести решение ЦК
до сведения масс. Была выпущена специальная листовка,
на все заводы, фабрики и в казармы посланы курьеры.
И невозможное стало возможным—демонстрация 10 июня
не состоялась. Питерские пролетарии и солдаты выпол-
нили волю большевистского ЦК. Они заявили, что под-
чиняются не запрету соглашателей, а решению Цент-
рального Комитета свое£ партии. Это свидетельствовало
о небывало возросшем влиянии большевиков, об их
1 «Красная летопись», 1923, № 6, стр. 74.
2 «Революционное движение в России в мае—июне 1917 г.
Июньская демонстрация». Документы и материалы. М., 1959,
стр. 497.
214
умении четко и оперативно руководить массами, о спо-.
собности партии к гибкому политическому маневру.
Кронштадт, так же как и Петроград, откликаясь на
призыв большевиков, энергично готовился к демонстра-
ции. 9 июня на Якорной площади большевики горячо
призывали матросов, солдат и рабочих принять в ней
самое активное участие.
А ночью стало известно, что демонстрация отменена.
Под утро из Петрограда вернулся председатель Испол-
нительного комитета А. М. Любович, участвовавший
в работе I Всероссийского съезда Советов. Состоялось
экстренное заседание Исполкома. Любович подтвердил
известие об отмене демонстрации, рассказав о причинах
нового решения ЦК большевиков.
Но массы были уже подняты. К 7 часам утра 10 июня
на Якорную площадь стали стекаться тысячи матросов,
солдат и рабочих. Под гром военных оркестров подхо-
дили колонна за колонной. Площадь быстро заполнилась
толпами демонстрантов. И всем им надо было сказать:
«Расходитесь по домам и своим частям, демонстрация
отменяется...»
Состоялся митинг. Первым выступил Любович. Он
разъяснил, что I Всероссийский съезд Советов в согласии
с Петроградским Советом под давлением соглашателей
запретил демонстрацию. Идти на демонстрацию — это
значит выступить против официально выраженной воли
Советов.
В ответ раздался негодующий рев. Любович сошел
с трибуны. За ним выступили С. Г. Рошаль, И. П. Фле-
ровский и другие ораторы-большевики, но их не хотели
слушать. Разыгралась буря. Ораторы из масс, даже
никогда ранее не выступавшие, обвиняли кронштадтских
и петроградских руководителей в нерешительности, в том,
что большевики не сдержали своих слов, что отмена
демонстрации является уступкой соглашателям и т. д.
На настроение собравшихся влияло то обстоятельство,
что в «Голосе правды» в этот день были помещены при-
зывы и лозунги, полученные накануне телефонограммой
от ЦК. Кронштадтский комитет не успел их снять, так
как газета была уже отпечатана и распространена.
Выступил лидер местных анархистов X. 3. Ярчук. Он
очень часто поддерживал большевиков. Матросы любили
слушать его образную речь, особенно когда он ругал
315
правительство и соглашателей, но к анархистским идеям,
которые он проповедовал, относились недоверчиво. Те-
перь Ярчук темпераментно обрушился на кронштадтских
и петроградских большевиков за их «нерешительность»,
завладел общим вниманием, а затем вдруг, сделав про-
должительную паузу и осмотрев море голов, продолжал:
«Без большевиков идти нельзя, без организации, без
руководства не победить...»1
Ярчука слушали внимательно, толпа несколько при-
тихла. Видно было, что речь его произвела впечатление.
По-иному вел себя анархист Ленин, прибывший из
Петрограда. «Ленин на трибуне был чрезвычайно живо-
писен,— вспоминал об этом моменте И. П. Флеров-
ский.— Черный длинный плащ, мягкая широкополая
шляпа, черная рубашка взабой, высокие охотничьи
сапоги, пара револьверов за поясом, в руке наотмашь
винтовка»1 2. Он призывал идти в Петроград, но оказался
плохим оратором, и это погубило его. Успеха он не имел.
Не обошлось на митинге и без провокаций. Какой-то
неизвестный тип в морской форме, назвавшийся матро-
сом из Ревеля, поднявшись на трибуну, истерически
выкрикивал: «Товарищи, помогите! Вы здесь митингуете,
а в Питере идет демонстрация, демонстрантов бьют.
Марсово поле усыпано трупами!» Выкрикнув еще не-
сколько фраз, он сбежал с трибуны и исчез в толпе.
Накал страстей снова возрос. Большевикам стоило
большого труда разъяснить, что ничего подобного нет,
что все это ложь и чистейшая провокация. Успокоение
внесло предложение «выяснить подробности положения
в Петрограде, для чего выбрать делегацию».
Выборы делегации заняли продолжительное время.
Каждый корабль, каждая воинская часть, каждая рабо-
чая организация — все хотели, чтобы в составе делега-
ции был их представитель. Было выбрано около 200 че-
ловек. В этот же день на специальном пароходе деле-
гаты выехали в Петроград.
На следующий день Якорная площадь вновь гудела
как пчелиный рой. Возвратившиеся из Питера делегаты
доложили о положении в столице, подробно рассказали
1 «Пролетарская революция», 1926, № 7, стр. 65.
2 И. П. Флеровский. Большевистский Кронштадт в 1917 г.,
стр. 45.
216
о виновниках срыва демонстрации и о причине отмены
ее большевистским ЦК.
С чувством озлобления на соглашателей из Петро-
градского Совета и со съезда Советов матросы, солдаты
и рабочие разошлись с митинга по своим частям и орга-
низациям.
Чтобы не потерять полного доверия у масс, прези-
диум съезда Советов решил назначить демонстрацию на
воскресенье 18 июня, но провести ее под своим руковод-
ством. Большевики решили принять участие в демонстра-
ции и немедленно развернули широкую работу в массах
по подготовке к ней.
Семнадцатого июня в «Правде» было напечатано воз-
звание ЦК РСДРП (б):
«Пусть завтрашний день (18 июня), день мирной
демонстрации, превратится в день грозного протеста
революционного Петрограда против возрождающегося
гнета и произвола!..
Рабочие! Солдаты! Подайте друг другу братскую
руку и — вперед под знамя социализма!
Все на улицу, товарищи!»
С утра 18 июня многочисленные колонны двинулись
к Марсову полю. Напрасно лидеры соглашателей, за-
нимавшие центральную трибуну, ожидали, что демон-
страция пройдет под лозунгами, опубликованными от
имени Петроградского Совета и съезда Советов. Одна за
другой следовали колонны рабочих, солдат и матросов
с лозунгами большевистской партии. Всего в этот день
вышло на улицу около полумиллиона демонстрантов,
а с лозунгами доверия Временному правительству шли
лишь небольшая группа Бунда, 4-й казачий полк и
группа плехановского «Единства» — «святая троица», как
иронизировали рабочие.
В. И. «Пенин, находившийся в этот день на Марсовом
поле и приветствовавший демонстрантов, писал 20 июня
в «Правде»: «Демонстрация 18-го июня стала демонстра-
цией сил и политики революционного пролетариата, ука-
зывающего направление революции, указывающего вы-
ход из тупика»1.
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 32, стр. 360—361.
217
Кронштадтцы, Фак й не прймйрйвшиеся со срывом Де-
монстрации 10 июня, послали в Петроград лишь своих
делегатов, чтобы они, по искреннему пожеланию матрос-
ской массы, «плюнули соглашателям и правительству
в физиономию» *.
Колонна кронштадтских делегатов, возглавляемая
Кириллом Орловым, проходя по Невскому, а затем мимо
трибун, установленных на Марсовом поле, обращала на
себя общее внимание тем, что мощно, заглушая все ор-
кестры, безостановочно хором скандировала: «Долой
десять министров-капиталистов!», «Долой войну!», «До-
лой четвертую Думу и Государственный совет!», «Вся
власть Советам!» и т. д.
Вскоре после демонстрации 18 июня И. П. Флеров-
ский, встретившись с В. И. Лениным, рассказал ему,
насколько трудно было кронштадтским большевикам
уговорить матросов, солдат и рабочих выполнить реше-
ние ЦК й отказаться от поездки в Петроград 10 июня.
«Ленин слушал с явным интересом, — вспоминал
впоследствии Флеровский,— и вдруг спросил:
— А почему было мало кронштадтцев в демонстра-
ции 18 июня?..
— Да все из-за той же отмены. Ребята сильно оби-
делись и на разрешенную соглашателями демонстрацию
решили не идти, ограничиться делегацией в тысячу
человек.
Владимир Ильич усмехнулся:
— Хорошие ребята там у вас, особенно матросы.
— Да, ребята славные. Но, Владимир Ильич, им уже
надоели митинги и резолюции...
— Нетерпение ваших масс законное, естественное.
Но Кронштадт и Петроград—не вся Россия. Россию
еще надо завоевать!»1 2
Восемнадцатого июня Керенским был объявлен при-
каз о всеобщем наступлении по всему фронту. Этому
приказу предшествовала длительная подготовка со
стороны Временного правительства и лидеров соглаша-
тельских партий. За наступление на фронте и против
1 И. П. Флеровский. На путях к Октябрю. В кн. «Великая
Октябрьская социалистическая революция». М., 1957, стр. 20.
2 И. П. Флеровский. Большевистский Кронштадт в 1917 г.,
стр. 48.
218
братания высказался Петроградский Совет. Еще 2 мая
он выпустил обращение «К армии», в котором ратовал
за наступление.
В армейских и флотских частях, на кораблях Балтики
прошли митинги протеста против очередной авантюры
Временного правительства.
Шовинистический характер обращения Петроград-
ского Совета вызвал протест даже у кронштадтских эсе-
ров, которые под влиянием Якорной площади постепенно
левели и начинали по ряду вопросов поддерживать так-
тическую линию большевиков.
Двадцать третьего июня на заседании Кронштадт-
ского Совета после обсуждения вопроса о начавшемся
на фронте наступлении большевики внесли на голосова-
ние резолюцию, в которой говорилось: «...наступление,
начатое русскими войсками по настоянию англо-фран-
цузско-американской и русской империалистической бур-
жуазии... на руку только коронованным разбойникам и
некоронованным грабителям-капиталистам... Наступле-
ние на фронте, одобренное меньшевиками и эсерами-
оборонцами... означает на деле наступление на завоева-
ния революции». Далее говорилось, что этому наступле-
нию кронштадтцы противопоставляют «необходимость
передачи власти Совету рабочих, солдатских и крестьян-
ских депутатов и немедленное предложение им справед-
ливого мира всем народам» *.
Фракция эсеров предложила свою резолюцию, кото-
рая в принципе не противоречила резолюции большеви-
ков, а лишь дополняла ее.
При обсуждении резолюции обе фракции пришли
к единодушному решению голосовать их вместе. Подсчет
голосов при поименном голосовании обеих резолюций
показал: за — 182, против—1, воздержалось — 651 2.
Несмотря на то что резолюция, предложенная боль-
шевиками, была прямо направлена против политики эсе-
ров и меньшевиков, фракция эсеров Кронштадтского
Совета поддержала ее, выражая этим недовольство дея-
тельностью своих петроградских лидеров.
Таким образом, в Кронштадте не только большевики,
но даже эсеры резко высказались против наступления
1 «Балтийские моряки...», стр. 104—105.
2 «Известия Кронштадтского Совета», 24 июня 1917 г.
219
на фронте. Но иное положение было под боком у Крон-
штадта — на подведомственных ему фортах Красная
Горка и Ино.
Чтобы привлечь гарнизон этих фортов на свою сто-
рону, соглашатели из Петроградского Совета команди-
ровали на Красную Горку матерого меньшевика Алексин-
ского, которому удалось склонить гарнизон форта на
принятие оборонческой резолюции, одобряющей начав-
шееся наступление и осуждающей политику кронштадт-
цев. Кронштадтский комитет большевиков в тот же день
направил туда своих представителей Флеровского и Па-
нюшкина. На повторно организованном митинге после
довольно упорного сопротивления местных меньшевиков
и эсеров Флеровскому и Панюшкину с помощью боль-
шевиков форта удалось убедить гарнизон признать
недействительной прежнюю резолюцию и принять новую,
осуждающую наступление на фронте.
В разгар подготовки и во время наступления на
фронте в Петрограде под руководством ЦК большевиков
с 16 по 23 июня проходила Всероссийская конференция
военных организаций большевистской партии. На кон-
ференции присутствовали делегаты от Кронштадта
Е. Ф. Зинченко, И. Н. Егоров (Кирилл Орлов) и член
Центрофлота кронштадтец Н. Г. Маркин.
В порядке дня конференции помимо докладов с мест,
ярко обрисовавших настроение армии, стояли и общепо-
литические вопросы. В. И. Ленин выступил с докладами
об организации власти и по аграрному вопросу. Он при-
звал делегатов разоблачать буржуазную природу Вре-
менного правительства и вести агитацию за переход
власти в руки Советов.
С докладами о деятельности партийных организаций
воинских частей выступил целый ряд делегатов. До-
вольно обстоятельный доклад сделал Н. Г. Маркин.
Эта конференция сыграла большую роль в дальней-
шей большевизации армии и флота.
В конце работы конференции кронштадтцы пригла-
сили делегатов посетить крепость, на что все охотно
согласились. 24 июня делегаты почти в полном составе
прибыли в Кронштадт. После теплой, дружеской встречи
состоялся митинг. Кроме местных большевиков на нем
выступили Н. И. Подвойский, М. С. Кедров и ряд других
руководящих партийных работников.
220
По окончании митинга делегаты конференции огла-
сили приветствие, в котором говорилось: «...нам, пред-
ставителям революционных социал-демократических ор-
ганизаций всей России, было особенно приятно быть
у вас, товарищи, в вашем революционном Кронштадте,
в том уголке России, где революционная демократия
полновластна. Мы передаем вам привет, товарищи крон-
штадтцы, от всей революционной солдатской России, мы
готовы поддержать вас в минуты трудные, мы будем
ободрять вас в вашем наступательном ходе вперед во
имя расширения развивающейся мощной революции...
Мы, разъехавшись по местам, будем теми рупорами,
через которые будут раздаваться призывы к рабочим,
солдатам и крестьянам последовать вашему героиче-
скому примеру, и в этих призывах прежде всего будут
слышны отголоски вашего смелого голоса, крепкие звуки
ваших решительных шагов вперед к власти»1.
Приветствие представителей большевистских органи-
заций всей армии влило в кронштадтцев новую энергию
для борьбы за социалистическую революцию.
Июльские дни
Наступление на фронте потерпело поражение. Это
послужило поводом для антинародных сил к наступле-
нию внутри страны. Буржуазия решила, что настал
удобный момент для ликвидации двоевластия. Чтобы
добиться новых уступок у эсеров и меньшевиков, она
искусственно создала новый правительственный кризис—
3 июля министры-кадеты ушли в отставку. Контррево-
люция пыталась свалить вину за неудачи на фронте на
большевиков, с тем чтобы обрушиться с репрессиями на
большевистскую партию и пролетарские массы.
Узнав об отставке министров-капиталистов, рабочие
и солдаты столицы потребовали перехода всей власти
к Советам и готовы были поддержать свое требование
решительными действиями. 3 июля в Выборгском районе
Петрограда начались стихийные демонстрации. В этот
же день, протестуя против разоружения и расформирова-
ния революционно настроенных полков, выступил 1-й
1 «Балтийские моряки...», стр. 78.
221
пулеметный полк. К нему стали присоединяться другие
воинские части и рабочие. Движение разрасталось. Тре-
вожные гудки фабрик и заводов призывали массы к вы-
ступлению. Улицы, проспекты и площади столицы стали
ареной новых революционных манифестаций.
Большевики были против выступления, считая, что
контрреволюция неминуемо использует его для воору-
женного нападения на массы с целью разгрома аван-
гарда революционных сил.
Общенациональный кризис еще не назрел, большин-
ство рабочих, солдат и крестьян еще продолжало верить
меньшевикам и эсерам, занимавшим в Советах боль-
шинство мест. Поэтому Центральный и Петербургский
комитеты РСДРП (б) приняли все меры к тому, чтобы
удержать массы от преждевременного выступления. Но
поскольку это не удалось и движение принимало все бо-
лее и более широкий размах, партия приняла решение
возглавить его и придать ему мирный и организованный
характер.
Третьего июля Кронштадт жил обычной кипучей
жизнью. В Морском манеже Ярчук читал лекцию «Война
и мир». Помещение манежа было переполнено. Жажду-
щая знаний матросская и солдатская масса ждала от-
вета на волнующие вопросы: «Когда окончится прокля-
тая война? Каковы причины войны? Будут ли войны
в будущем?» и т. д.
В это время в Кронштадт прибыли делегаты 1-го
пулеметного полка. Явившись на заседание Исполнитель-
ного комитета, они сообщили о событиях в Петрограде
и потребовали, чтобы кронштадтцы поддержали выступ-
ление. Им ответили, что Исполнительный комитет решил
ждать более точных сведений, что по вызову отдельных
полков Кронштадт выступать не будет.
Узнав, что в Морском манеже собралось много мат-
росов, солдат и рабочих, пулеметчики явились туда,
прервали лекцию, объяснили цель своего приезда и по-
требовали созыва общегарнизонного митинга. Присут-
ствующие горячо откликнулись на призыв пулеметчиков.
Через несколько минут весь Кронштадт знал о созыве
экстренного митинга. Люди шли отовсюду к центру
города. Несколько матросов явились в кинематограф
«Нью-стар», остановили демонстрацию фильма и увлекли
за собой всех зрителей на Якорную площадь.
222
Около 6 часов вечера начался массовый митинг. Пер-
вым выступил представитель пулеметного полка.
— Товарищи, — с подъемом говорил он, — сейчас, мо-
жет быть, в Петрограде льется братская кровь, неужели
же вы откажетесь поддержать своих товарищей, неужели
вы не выступите в защиту революции. На вас надежда,
товарищи!
— Поддержим! Поддержим! — неслось в ответ.
Выступил Семен Рошаль. Он пытался утихомирить
разбушевавшиеся страсти, но тысячи голосов закричали
ему «долой». Это был единственный случай, когда люби-
мый оратор кронштадтцев был так плохо встречен ими.
Один за другим следовали призывы немедленно от-
правиться в казармы, взять там оружие, идти на при-
стань, мобилизовать все наличные пароходы и двинуться
в Петроград.
Раскольников, Рошаль, Колбин, Пожаров и другие
большевики до хрипоты доказывали, что буржуазии
выгодно преждевременное выступление, выгодно потому,
что на стороне Временного правительства соглашатель-
ские Советы, что выступление против Временного прави-
тельства будет в то же время выступлением против
Советов.
Якорная площадь бушевала. Раздавались возгласы:
«К оружию!», «В Петроград!», «На помощь питерским
рабочим и солдатам!». И лишь поздно вечером насту-
пило некоторое успокоение. Было принято внесенное
большевиками предложение создать комиссию для учета
оружия, плавучих средств и выяснения положения в Пет-
рограде.
По окончании митинга руководители кронштадтских
большевиков и члены избранной комиссии направились
в здание Совета.
В 9 часов 30 минут вечера открылось заседание Ис-
полнительного комитета Кронштадтского Совета. Было
решено созвать представителей от всех воинских частей
и рабочих организаций и заслушать их краткие сооб-
щения о настроениях матросов, солдат и рабочих. В ожи-
дании представителей частей и организаций был объ-
явлен перерыв, во время которого стало известно, что
около электрической станции на Княжеской улице собра-
лась большая толпа матросов, что они требуют дать гу-
док для сбора рабочих. Туда отправились Рошаль и
223
Гридюшко. Успокоить матросов и уговорить их разой-
тись удалось лишь с большим трудом.
В полночь представители с мест были в сборе. Собра-
ние возобновилось. Была оглашена переданная по теле-
фону из Петрограда И. П. Флеровским1 резолюция ра-
бочей секции Петроградского Совета, в которой говори-
лось, что ввиду кризиса власти рабочая секция «считает
необходимым настаивать на том, чтобы Всероссийский
съезд Советов рабочих и солдатских депутатов взял всю
власть в свои руки»1 2 и что она стремится придать дви-
жению организованный и мирный характер. Вслед за
этим участники совещания заслушали информации
с мест. Из этих информаций стало совершенно очевид-
ным, что вопрос о выступлении настолько назрел, что
оттягивать его дальше бесполезно.
Около 2 часов ночи Флеровский позвонил вторично.
Он сообщил, что объединенное совещание ЦК и ПК
РСДРП (б) постановило принять участие в демонстра-
ции, чтобы придать ей мирный и организованный харак-
тер. Это решение было встречено аплодисментами. Во-
прос об участии в мирной (но вооруженной) демонстра-
ции был поставлен на голосование. Голосовавших про-
тив и воздержавшихся не было.
В адрес начальника штаба крепости и начальника
всех морских частей Кронштадта была послана теле-
фонограмма:
«Исполнительный комитет предлагает немедленно
сообщить по частям, что в 6 час. утра следует с оружием
в руках собраться на Якорной площади и затем строго
организованным порядком отправиться в Петроград, где
совместно с войсками Петроградского гарнизона будет
произведена вооруженная демонстрация под лозунгом
„Вся власть Советам рабочих и солдатских депутатов11»3.
Вслед за этим были отправлены телефонограммы
в Исполнительный комитет Ораниенбаумского Совета и
на форты Красная Горка и Ино с предложением принять
участие в ‘ демонстрации и вызваны в Кронштадт
1 И. П. Флеровский в связи с тревожными событиями по пору-
чению Кронштадтского комитета РСДРП (б) утром 3 июля выехал
в Петроград и, поддерживая по телефону связь, информировал крон-
штадтских большевиков о событиях в столице.
2 «Красная летопись», 1932, № 3, стр. 81.
3 «Балтийские моряки...», стр. 116.
224
учебные суда, находившиеся в Бьёрке и Транзунде на
практических учебных занятиях1.
Заседание перешло к обсуждению других организа-
ционных вопросов, связанных с поездкой в Петроград.
К 5 часам утра было принято решение:
1.	Подготовить достаточное количество плавучих
средств. Н. А. Пожарову организовать мобилизацию их
и наладить весь распорядок посадки.
2.	Командам, имеющим лишнее оружие, передать его
во временное пользование под расписку командам, у ко-
торых оружия не хватает.
3.	Истребовать из артиллерийских складов порта
50 000 патронов для винтовок системы «Арисака», 5000
патронов для драгунских винтовок, 5000 для берданок и
500 патронов для наганов.
4.	Для руководства десантным отрядом избрать спе-
циальную комиссию в составе 9 человек. (В ее состав
вошли Рошаль, Гридюшко, Раскольников, Павлов, Мар-
тынов, Ремнев, Ярчук и еще два матроса. — Лет.)
5.	Порядок отправки: в 6 часов утра сбор на Якорной
площади, в 7 часов утра посадка на суда, в 8 часов вы-
ход из Кронштадта, в 10 часов прибытие в Петроград.
6.	Маршрут следования в Петрограде: Николаевский
мост, Английская набережная, Адмиралтейский проспект,
Невский проспект, Литейный проспект, Шпалерная
улица, Таврический дворец.
7.	Послать делегацию в ЦИК Советов1 2.
В 6 часов утра 4 июля по гудку Пароходного завода
на Якорной площади собралось около 10 тысяч матро-
сов, солдат и рабочих. Настроение у всех было боевое.
Состоялся краткий митинг. Руководители большевиков
еще раз объяснили, что демонстрация должна быть мир-
ной, что оружие берется лишь на всякий случай, как
средство самозащиты. После разбивки на отряды все
собравшиеся под марш оркестров двинулись на пристань.
Там стояли пароходы «Зарница», «Котлин», «Русь»,
«Луч», «Луна», «Заря», «Утро», «Бельбек», «Мудрый» и
баржи, взятые на буксир портовыми катерами. На паро-
ходах и баржах развевались флаги и транспаранты
1 В Бьёрке стояли учебные корабли «Верный», «Аргунь», «Аф-
рика» и тральщики; в Транзунде — учебные корабли «Народово-
лец», «Азия», «Хопер» и тральщики.
2 ГНАЛО, ф. 54, on. 1, д. 31, ч. 2, л. 36.
8 П. 3. Сивков
225
с лозунгами: «Долой десять министров-капиталистов!»,
«Вся власть Советам!», «Долой министров-локаутчи-
ков!», «Долой войну!» и другие.
Всего за 3—4 часа был организован, вооружен, снаб-
жен патронами и обеспечен плавучими средствами отряд,
равный по численности нескольким полкам. Не была
забыта и санитарная часть отряда, которую возглавил
один из членов большевистской фракции Совета врач
В. Дешевой.
Около 11 часов утра кронштадтцы были в Петро-
граде. Значительная часть их высадилась на Васильев-
ском острове и лишь меньшинство — на Английской
набережной. Встретивший кронштадтцев А. М. Любович
сообщил, что вместо намеченного в Кронштадте марш-
рута надлежит двигаться по Университетской набереж-
ной, через Биржевой мост и по Кронверкскому проспекту
к особняку Кшесинской — штабу большевистской партии.
Эсеры, находившиеся в колонне, пытались протестовать
против этого маршрута, но на их возражения никто не
обращал внимания.
Подойдя к дворцу Кшесинской, кронштадтцы остано-
вились. На балконе дворца находились Я- М. Свердлов
и А. В. Луначарский. Оба они горячо приветствовали
матросов. В ответ раздались бурные аплодисменты и
возгласы: «Ленина!.. Ленина!.. Просим товарища Ле-
нина!»
Владимир Ильич был болен, но отправившийся во
дворец Рошаль уговорил его сказать кронштадтцам хотя
бы несколько слов. Ильич согласился. Появление его на
балконе было встречено криками «ура».
Речь В. И. Ленина была краткой. Извинившись, что
ввиду болезни скажет всего несколько слов, он привет-
ствовал кронштадтцев от имени питерских рабочих и
выразил уверенность, что лозунг «Вся власть Советам!»
должен победить и победит, несмотря на все зигзаги
исторического пути. Он призвал матросов к выдержке,
стойкости и бдительности *.
Одобрив речь Ленина бурной овацией, кронштадтцы,
построившись в колонны, под звуки «Интернационала»,
со знаменем Центрального Комитета большевиков дви-
нулись через Троицкий мост, Марсово поле, по Садовой,
1 См. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 23—24.
226
Невскому и Литейному проспектам к Таврическому
дворцу.
На углу Невского и Литейного колонна неожиданно
подверглась обстрелу. Несколько человек было убито и
ранено. Более усиленному обстрелу кронштадтцы под-
верглись на Пантелеймоновской и Спасской улицах.
Чуть не возникла паника. Матросы открыли огонь,
целясь в чердачные и слуховые окна, откуда раздавались
выстрелы1. Но замешательство быстро прошло. Оркестры
продолжали играть марш. Из предосторожности вдоль
колонны были образованы цепи. В таком порядке крон-
штадтцы дошли до Таврического дворца, где в это время
шло заседание Центрального.Исполнительного Комитета.
Сюда же двигались колонны рабочих. В числе демон-
странтов с Выборгской стороны был отряд матросов и
солдат, прибывших с форта Ино1 2.
У Таврического кронштадтцы были встречены мощ-
ным «ура». Это 1-й пулеметный полк приветствовал их
прибытие. Часть матросов вошла в придворцовый сквер.
Увидя выходящего из дворца министра земледелия
В. М. Чернова, матросы вспомнили его выступление на
заседании Петроградского Совета с угрозой прекратить
снабжение Кронштадта продовольствием и его действия
по оттяжке решения земельного вопроса. Раздались воз-
гласы: «Арестовать! Арестовать!» Чьи-то руки потяну-
лись к его воротнику. Ненависть матросов к Временному
правительству готова была вылиться на этого «крестьян-
ского» министра. Чернову пришлось бы плохо, если бы
за него не заступился оказавшийся здесь Л. Троцкий3.
После небольшого митинга руководители кронштадт-
ской колонны ушли во дворец. В одной из комнат дворца
в это время состоялось краткое летучее совещание
работников ЦК и ПК РСДРП (б). Было единодушно
решено: демонстрацию считать законченной, всем уча-
стникам разойтись по местам.
1 В июльской демонстрации приняло участие свыше 500 тысяч
петроградских рабочих, солдат и матросов. Благодаря руководству
большевиков демонстрация носила мирный и организованный ха-
рактер, но улицы Петрограда по вине контрреволюционеров были
политы кровью. Было убито и ранено около 400 человек (среди чих
было убито 3 и ранено 60 матросов).
2 См. «Красный балтиец», 1921, № 1. стр. 50.
3 См. «Балтийские моряки...», стр. 170.
8*
227
Почти все кронштадтцы вернулись с оружием в Крон-
штадт, лишь 150—200 матросов из Машинной школы и
с учебного судна «Океан» остались в Петрограде для
охраны центральных учреждений партии, находившихся
во дворце Кшесинской.
При помощи оставшихся кронштадтцев особняк Кше-
синской был приведен в оборонительное состояние.
В угловой каменной беседке, откуда во время митингов
обычно выступали ораторы ЦК и ПК РСДРП (б), и на
крыше дворца было установлено по пулемету, у подъ-
езда дворца поставлены бронеавтомобили. Сектор об-
стрела обоих пулеметов охватывал всю Троицкую пло-
щадь, часть Александровского парка и Большой Дворян-
ской улицы. Третий пулемет был установлен на площадке
лестницы, ведущей во дворец.
Контрреволюция наступала. Днем 4 июля командую-
щий Петроградским военным округом генерал Половцев
получил из Ставки категорическое приказание Керен-
ского применять оружие против демонстрантов и «дей-
ствовать со всей решительностью». В ночь на 5 июля
были разведены мосты, с тем чтобы разобщить между
собой районы города, находящиеся на правом и левом
берегах Невы. Утром 5 июля подверглась разгрому
редакция «Правды».
Временное правительство стягивало в Петроград
контрреволюционные силы. В центральную часть города,
к Николаевскому, Дворцовому и Троицкому мостам на-
правлялись юнкера, казаки и преданные правительству
полки. Непосредственно у мостов были расставлены пу-
леметы. Кольцо карательных войск вокруг особняка
Кшесинской стягивалось все больше и больше.
Пятого июля, ожидая возвращения оставшихся
в Петрограде матросов и не зная подробностей проис-
шедших событий, Кронштадт жил тревожной жизнью.
Из Петрограда поступали отрывочные и неполные све-
дения о расстрелах демонстрантов, о разгроме редакции
газеты «Правда», об арестах матросов.
В 12 часов дня Якорная площадь вновь взволнова-
лась, на этот раз даже больше обычного. Озлобленность
матросов против Временного правительства, допустив-
шего кровавую расправу над мирной демонстрацией,
и беспокойство за товарищей, находившихся в Пет-
рограде, были исключительно велики. Раздавались
228
призывы брать оружие и отправляться в Петроград на
выручку товарищей. На происходившее в это время
заседание Совета явились посланные с митинга и потре-
бовали дать им артиллерию. С требованием предостав-
ления транспортных средств для перевозки артиллерии
в Петроград обратились в Совет форты Риф и Тотлебен.
Фракция большевиков на заседании Совета высказа-
лась против всяких выступлений, доказывая, что они
чреваты опасными последствиями. Предложение больше-
виков было принято. Совет послал шесть депутатов на
Якорную площадь утихомирить разбушевавшиеся стра-
сти. На форты была передана телефонограмма с указа-
нием: без разрешения Исполкома никаких выступлений
не начинать и отправки оружия в Петроград не произ-
водить.
Неожиданно на заседание Совета прибыл из Петро-
града матрос Селицкий. Он привез записку на бланке
Военной организации при ЦК РСДРП (б), в которой
Раскольников просил выслать в Петроград несколько
четырехдюймовых орудий и ручные гранаты. «Эти бое-
вые средства, — говорилось в записке, — нужны для са-
мозащиты частей Кронштадтского гарнизона, находя-
щихся в Петрограде, на. случай могущего быть нападе-
ния со стороны контрреволюционных сил» *.
Записка Раскольникова, бывшего в то время пред-
седателем Кронштадтского комитета РСДРП (б), поста-
вила заседание Совета в затруднительное положение,
так как она шла вразрез с только что принятым реше-
нием — никакого оружия в Петроград не посылать. Пре-
ния разгорелись с новой силой. Одни высказывались за
посылку артиллерии, другие — против. Член Совета
В. И. Дешевой внес компромиссное предложение—по-
слать в Петроград делегацию, которая могла бы огра-
дить кронштадтцев от посягательства на них, а тем вре-
менем привести в полную боевую готовность орудия,
чтобы в случае надобности двинуть их в Петроград1 2.
Посылаемой в Петроград делегации поручалось до-
биться от ЦИКа распоряжения командующему военным
округом генералу Половцеву не чинить препятствий мат-
росам к возвращению в Кронштадт с оружием. Было
1 «Балтийские моряки...», стр. 170.
2 См. там же, стр. 171.
229
выбрано восемь человек—по два от всех фракций Со-
вета. Делегация немедленно выехала в столицу. Во
дворце Кшесинской она встретилась с Раскольниковым
и Ярчуком и вместе с ними отправилась в Военную
комиссию ЦИКа, где безуспешно пыталась уговорить
председателя этой комиссии меньшевика Либера выпу-
стить матросов из Петрограда, не разоружая их.
Утром 6 июля помощник командующего военным
округом Козьмин потребовал от большевиков очистить
дворец Кшесинской и сдать оружие, угрожая в случае
отказа обстрелом дворца. Уступая силе, ЦК и ПК
РСДРП (б) перебрались в Выборгский район. Матросы
на глазах у окружавших дворец карательных войск
перешли в Петропавловскую крепость, но и там катего-
рически отказались сдать оружие. Настроение их было
боевым и решительным. Отказ от сдачи оружия мог
кончиться кровопролитием. Уговаривать кронштадтцев
уступить требованиям Козьмина прибыл член ЦК
РСДРП (б) И. В. Сталин. Ему удалось убедить матросов
воздержаться от вооруженного сопротивления. Матросы
сложили большую часть оружия и в этот же день верну-
лись в Кронштадт.
Седьмого июля «порядок и спокойствие» в Петро-
граде были восстановлены. На площадях города распо-
ложились войска, вызванные с фронта. В городе шли
повальные обыски и аресты. Улицы были заполнены
патрулями юнкеров. Петроград представлял собою вид
оккупированного города. Расформировывались и выводи-
лись из Петрограда революционные воинские части.
Были запрещены митинги и собрания. За подписью
Керенского было опубликовано сообщение о том, что
«беспорядки в Петрограде организованы при участии
германских правительственных агентов». Временное пра-
вительство объявило себя «правительством спасения
революции» с неограниченными полномочиями. Был из-
дан приказ об аресте В. И. Ленина. В городе распро-
странялись листовки черносотенной организации—«Лиги
борьбы с большевизмом».
В то время, когда в Петрограде происходили бурные
события и на улицах города лилась кровь, в Гельсинг-
форсе царило тревожное настроение. Оно было у всех,
230
начиная от командующего флотом и руководителей
Центробалта и кончая рядовыми матросами.
Четвертого июля, в 14 часов 35 минут, команда лин-
кора «Республика» запросила по радио Кронштадтский
Совет: «Экстренно сообщите о последних событиях.
Нужна ли помощь?» 1
В эти же часы линейный корабль «Петропавловск»
радировал в Исполнительный комитет Петроградского
Совета: «Товарищи! Мы сейчас получили сведения о том,
что в Петрограде стрельба. Выступил 1-й пулеметный
полк против Временного правительства. Просим срочно
к 18 часам по-дружественному сообщить, что 'действи-
тельно происходит в Петрограде»1 2.
Штаб командующего Балтийским флотом Вердерев-
ского принял телеграмму Морского генерального штаба:
«Сейчас вам будет послана весьма срочная шифрованная
телеграмма, которую необходимо расшифровать в спеш-
ном, но доверительном порядке, поэтому оставьте у про-
вода офицера, который взял бы ленту»3.
После подобного предупреждения, свидетельствую-
щего о сообщении особой важности, было передано:
«Временное правительство по соглашению с Исполни-
тельным комитетом приказывает немедленно прислать
„Победитель1*, „Забияку*1, „Гром1* и „Орфей** в Петро-
град, где им войти в Неву. Идти полным ходом. Посылку
их держать в секрете. Если который-нибудь из этих
миноносцев не может быстро выйти — не задерживать
остальных. Начальнику дивизиона по приходе явиться
ко мне. Временное правительство возлагает на них задачу
демонстрации и, если потребуется, действие против при-
бывших кронштадтцев. Если, по вашим соображениям,
указанные миноносцы прислать совершенно невозмож-
но— замените их другим дивизионом, наиболее надеж-
ным» 4.
Через несколько минут после этой телеграммы была
получена вторая, в которой говорилось:
«Временное правительство по соглашению с Исполни-
тельным комитетом приказывает принять меры к тому,
1 «Балтийские моряки...», стр. 119.
2 «Революционное движение в России в июле 1917 г. Июльский
кризис». М., 1959, стр. 24.
3 ЦГАВМФ, ф. 92, on. 1, д. 129, л. 163.
4 «Красный архив», 1931, № 46, стр. 79—80.
231
чтобы ни один корабль без вашего на то прйказанйя не
мог идти в Кронштадт; предлагает не останавливаться
даже перед потоплением такого корабля подлодками,
для чего полагает необходимым лодкам заблаговременно
занять позицию» Ч
Обе телеграммы, несмотря на то что они были адре-
сованы командующему флотом и зашифрованы, благо-
даря бдительности матросов, приставленных для конт-
роля над деятельностью штаба, стали быстро известны
Центробалту, а затем всему флоту, гарнизону и обще-
ственным организациям Гельсингфорса, вызывая повсюду
бурю негодования. Об исполнении их не могло быть уже
и речи.
Что же в это время происходило в Морском мини-
стерстве и чем занималось в это время Временное пра-
вительство?
Вечером 4 июля “в Петрограде, в здании штаба
округа, происходило заседание правительства. На засе-
дании присутствовал заместитель морского министра и
управляющий Морским министерством Лебедев. По пред-
ложению Временного правительства он связался по те-
лефону с помощником морского министра капитаном
1-го ранга Дудоровым и спросил:
— Какие меры можете вы предпринять, чтобы вос-
препятствовать кронштадтцам уйти из Петрограда, и не
можете ли вы при посредстве второго Балтийского эки-
пажа отвести пароходы от пристани?
Дудоров ответил:
— Так как часть кронштадтцев возвращается уже на
пароходы, то сделать это будет невозможно без содей-
ствия вооруженной силы, что является нецелесообраз-
ным.
Ответы Дудорова тут же передавались Лебедевым
заседавшему правительству.
Лебедев продолжал спрашивать:
— Каким путем можно будет прекратить сообщение
Петрограда с Кронштадтом?
— Если это потребуется, то лучше всего вызвать
в Петроград дивизион миноносцев.
— Можно ли ручаться, что миноносцы будут пови-
новаться законным властям?
1 «Красный архив», 1931, № 46, стр. 82.
232
— Безусловно, на огромное большинство минной ди-
визии можно положиться, и в частности на миноносцы
«Победитель», «Гром», «Забияка» и «Орфей»... Можно
ли озаглавить телеграмму, что это указание исходит от
Временного правительства и с согласия Исполнитель-
ного комитета?
— Безусловно, — заверил Лебедев, — так как все во-
просы решаются здесь вместе.
Телеграмма была составлена и отправлена началь-
нику Морского генерального штаба для зашифровки.
После небольшого перерыва разговор Лебедева с Ду-
доровым продолжался:
— А не думаете ли вы, что какие-нибудь корабли
могут самовольно уйти в Петроград, например «Респуб-
лика» или «Петропавловск», и не следует ли вызвать
в Неву подводные лодки?
— В Петроград корабли прийти не могут, а подвод-
ные лодки действовать в Неве и в Кронштадте не в со-
стоянии, но Кронштадт для кораблей доступен.
— Будут ли корабли представлять опасность для
Петрограда, стоя в Кронштадте?
— Не столько огнем, сколько моральным значением
своего прихода.
— Как же не допустить их прихода?
— Предоставить командующему флотом принять все
меры, вплоть до потопления кораблей подводными лод-
ками, для чего последним необходимо занять позиции,
например, у Гогланда ’.
После получения ответов Дудорова Временное пра-
вительство передало через Лебедева приказание послать
командующему флотом вторую радиограмму. Обе депеши
должны были привести в действие чудовищный заговор
об использовании одной части Балтийского флота против
другой. Но заговорщики просчитались, их заговор -не
удался благодаря революционной бдительности членов
Центробалта.
Как же могло случиться, что Балтийскому флоту,
стоящему на левом фланге революции, в громадном
большинстве своем не доверявшему Временному прави-
тельству, были даны подобные контрреволюционные
*• Gm, «Красный архив», 1931, № 46, стр. 94—95.
233
приказания, и как Центробалту стали известны совер-
шенно секретные шифрованные юзограммы?..
В связи с этим вопросом необходимо вернуться
назад.
С первых дней создания Центробалта между ним и
командованием флота происходила упорная борьба за
контроль над деятельностью комфлота и его штаба. Хотя
Центробалт в какой-то степени мог контролировать не-
которые виды деятельности командующего флотом и его
штаба, но оперативная деятельность командования была
вне этого контроля. Члены Центробалта много раз пы-
тались распространить контроль и на эту область, но
каждый раз встречали упорное сопротивление коман-
дующего, чинов его штаба и морского министра.
В первых числах июля члены Центробалта стали за-
мечать концентрацию в Гельсингфорсской базе как раз
тех кораблей, на которых влияние большевиков было
наиболее слабым, где тон задавали меньшевики и эсеры.
Предполагая, что все это делается не случайно, Цент-
робалт устремил свое внимание на работу оперативного
отдела штаба. На узком совещании большевистской
группы членов Центробалта была избрана так называе-
мая «секретная комиссия», которой и было поручено
пробраться в тайники оперативного отдела. В комиссию
вошли члены Центробалта Ховрин, Штарев и Никитин.
Эти три представителя Центробалта являлись своего
рода комиссарами при штабе командующего Балтий-
ским флотом. От радистов, писарей и наборщиков из
штабной типографии они узнавали все то, чего не могли
узнать официально от командующего флотом и офице-
ров его штаба. Недосягаемыми пока оставались лишь
шифрованные телеграммы.
Четвертого июля Ховрин, Штарев и Никитин вне-
запно вошли в радиорубку. Приход трех матросов
в «святая святых» штаба для офицеров был совершенно
неожиданным. Воцарилось напряженное молчание. На-
конец его прервал флагманский радиотелеграфный офи-
цер Петухов, растерянно пробормотавший что-то вроде:
«Вот тут не расшифровывается». Но расшифровать все-
таки пришлось...
Так благодаря бдительности членов Центробалта
была предупреждена возможность кровавой междоусо-
бицы между балтийскими моряками.
234
Эти и целый ряд других фактов говорили о том, что
буржуазное Временное правительство, спасая свое поло-
жение, готово было пойти на какие угодно преступления.
Расстрел июльской демонстрации, разгром редакции
«Правды», приказ об аресте В. И. Ленина, готовность
идти на потопление революционных кораблей и на ис-
пользование одной части флота против другой наглядно
свидетельствовали о том, что Временное правительство
окончательно перешло к насильственным, открытым ме-
тодам борьбы против революции.
Оценивая сложившуюся обстановку, В. И. Ленин
писал:
«Движение 3 и 4-го июля было последней попыткой
путем манифестации побудить Советы взять власть.
С этого момента Советы, т. е. господствующие в них
эсеры и меньшевики, фактически передают власть
контрреволюции... Теперь мирное развитие революции
в России уже невозможно, и вопрос историей поставлен
так: либо полная победа контрреволюции, либо новая
революция» L
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34. стр. 29.
ГЛАВА V
БОЛЬШЕВИСТСКАЯ КРЕПОСТЬ
Кронштадт есть и будет!
События 3—5 июля в Петрограде закончились
победой буржуазного Временного правительства.
Тюрьмы переполнились революционными рабочими, сол-
датами и матросами. Большевистские газеты «Правда»
й «Солдатская правда» были закрыты. Партия больше-
виков оказалась на полулегальном положении. В. И. Ле-
нин вынужден был скрываться от буржуазной охранки.
Укрепляя свою власть, Временное правительство про-
должало политику репрессий. Особое «внимание» при
этом уделялось Кронштадту и Центральному комитету
Балтийского флота — Центробалту. 7 июля за подписью
Керенского был объявлен приказ, в котором подводился
итог всем «преступлениям» Кронштадта, военных кораб-
лей Балтики, Центробалта против Временного прави-
тельства.
«С начала революции в Кронштадте и на некоторых
судах Балтийского флота, — говорилось в этом при-
казе, — под влиянием деятельности немецких агентов и
провокаторов появились люди, призывавшие к действиям,
угрожающим революции и безопасности родины... Крон-
штадт и некоторые корабли во главе с „Республикой1* и
„Петропавловском** своими действиями наносили в спину
своих товарищей удар, вынося резолюции против наступ-
ления, призывая к неповиновению революционной
236
власти в Лице поставленного Демократией Временного
правительства... Эти изменники воспрепятствовали по-
сылке в Петроград верных революции кораблей и при-
нятию мер для скорейшего прекращения организован-
ных врагом беспорядков... Изменническая и предатель-
ская деятельность ряда лиц вынудила Временное прави-
тельство сделать распоряжение о немедленном аресте
их вожаков...»
Приказ предписывал следующие репрессивные меры:
Центральный комитет Балтийского флота немедленно
распустить, переизбрав его вновь; изъять из среды лич-
ного состава команд всех нелояльных лиц, призы-
вающих к неповиновению Временному правительству и
агитирующих против наступления, представив их для
следствия и суда в Петроград. В случае неисполнения,
говорилось в конце приказа, команды Кронштадта- и ко-
раблей флота «будут объявлены изменниками родины и
революции и против них будут приняты самые реши-
тельные меры» Ч
В дополнение к этому открытому приказу на имя
командующего Петроградским военным округом из
Ставки, где в это время находился Керенский, была при-
слана строго секретная телеграмма:
«С ликвидацией Кронштадта должны быть применены
самые решительные меры. Раз правительство вступило
в решительную борьбу с большевиками, то оно должно
покончить и с гнездом большевизма — Кронштадтом.
Кронштадтскому гарнизону должно быть предъявлено
требование полного подчинения правительству и разо-
ружения. Требования эти должны быть поддержаны до-
статочно реальной силой, для чего необходимо занять
батареи Ино и Красной Горки, а в случае неисполнения
требований, предъявленных гарнизону, бомбардировать
Кронштадт, имея в виду, что бомбардировка Кронштадта,
за исключением порта, особо вредных результатов иметь
не будет»1 2.
Таким образом, Временное правительство решило
пойти на чудовищное преступление перед находящейся
в состоянии войны страной — ликвидировать Кронштадт
как крепость и военно-морскую базу.
1 «Балтийские моряки...», стр. 131.
2 «Исторические записки», 1953, т. 42, стр. 272
237
В Морском штабе при Ставке верховного главно-
командующего был разработан соответствующий план.
В этом плане после пространных стратегических и так-
тических обоснований говорилось: «Кронштадтская кре-
пость как таковая утратила всякое значение и содер-
жать значительный сухопутный и морской гарнизон на
острове Котлин нет никакой надобности... На острове
Котлин должны лишь остаться ремонтные средства ты-
ловой базы флота и небольшая воинская часть (не бо-
лее двух батальонов) для несения караулов. Из много-
численных морских команд, ныне находящихся на ост-
рове Котлин, должны быть сформированы рабочие
команды для отправления их на фронт...» 1
Далее предлагалось: 1. Крепость Кронштадт и ее на-
звание упразднить. 2. Сформировать новый укрепленный
район. 3. Вывести с острова Котлин весь сухопутный
гарнизон. 4. 1-й Балтийский флотский экипаж и Крон-
штадтский полуэкипаж упразднить. 5. Школы и учебные
отряды перевести в оперативные базы и часть в Черное
море.
В первых числах августа по вопросу об упразднении
Кронштадтской крепости состоялось совещание в Мор-
ском генеральном штабе. 8 августа план упразднения
крепости был представлен Керенскому. Он наложил
визу: «Согласен».
В то время, когда в тиши кабинетов разрабатывались
планы ликвидации Кронштадта, рядовые солдаты и мат-
росы, как и их выборные органы, об этом даже не подо-
зревали. О преступных замыслах Ставки и Временного
правительства стало известно позже, при расследовании
дела о мятеже Корнилова, но и тогда об этом узнал
лишь ограниченный круг лиц. План ликвидации Крон-
штадтской крепости и военно-морской базы хранился
в особо секретных сейфах Военного министерства.
Производившему расследование дела Корнилова
главному военно-морскому прокурору Шабловскому и
члену следственной комиссии Либеру пришлось немало
потрудиться, чтобы выгородить Керенского. Пытаясь
представить преступный план ликвидации Кронштад-
та как исключительно военно-стратегический план,
1 ЦГАВМФ, ф. р-29, on. 1, д. 153, лл. 488—489.
238
прокурор то и дело превращался в адвоката, все время
задавая Керенскому наводящие вопросы. Например:
Шабловский: Предполагалось ли разоружение Крон-
штадта и какими соображениями это было вызвано?
Керенский: ...Это старая история. В Кронштадте на-
ходятся весьма ценные орудия, которые нам были нужны
на других позициях, а Кронштадт их не выдавал. Я ду-
маю, что здесь было не только революционное увлече-
ние, но и сознательная немецкая работа, потому что
в Кронштадте много немецких агентов... Было решено
если не в июне, то, во всяком случае, в июле упразднить
Кронштадтскую крепость и сделать из Кронштадта базу
снабжения, место для разных складов...
Шабловский: Не считалась ли крепость в военном от-
ношении нулем, и не более ли существенным считалось
прибрежье?
Керенский: Да, поэтому все это и предполагалось —
вывоз орудий и упразднение крепости. Это было вызвано
соображениями чисто военно-стратегическими.
Либер: А вывод гарнизона Кронштадта?
Керенский: Это было бы следствие упразднения Крон-
штадта как крепости. Если бы крепость была нужна и
имела значение как оборонительный пункт, то, каков бы
ни был гарнизон, правительство из политических сообра-
жений не постановило бы разоружить и упразднить кре-
пость — это нелепость...
Отвечая на этот вопрос, Керенский явно покривил ду-
шой, так как из документов видно, что крепость намеча-
лось упразднить именно из политических соображений,
как «большевистское гнездо».
Далее Керенский заявил:
— Не я давал согласие на разоружение крепости,
а я, как морской министр, возбудил этот вопрос и полу-
чил согласие Временного правительства на упразднение
Кронштадтской крепости1.
Этим планам не суждено было осуществиться. Поме-
шал ход развивающихся политических событий.
Приказ Керенского об аресте и предании суду руко-
водящих работников флота и Кронштадта перепугал со-
глашателей.
1 См. А. Ф. Керенский. Дело Корнилова. М., 1918,
стр. 83—84.
239
Председатель Совета А. Ламанов, комиссар Времен-
ного правительства Ф. Парчевский всячески старались
возложить вину за июльские эксцессы на большевиков.
Эсеры, перепуганные грозным окриком своего шефа Ке-
ренского, раньше нередко блокировавшиеся по тактиче-
ским вопросам с большевиками, решили теперь отмеже-
ваться от них. Они предложили создать следственную
комиссию для выявления «виновников» июльской демон-
страции. Меньшевики же окончательно обнаглели. Так,
Камышев, один из лидеров кронштадтских меньшевиков,
на заседании Совета 7 июля цинично заявил, что травлю
большевиков они «ведут и будут вести», ибо на этот счет
«имеют указания своего руководящего центра» С кле-
ветническими нападками на большевиков обрушились
в своей газете «Труд и земля» и местные энесы.
В этот период на улицах города появились контрре-
волюционные провокаторы. На рынках, в очередях, на
пароходных пристанях и там, где обычно производилась
продажа газет, они группировали вокруг себя обыватель-
ские элементы и, озираясь по сторонам, сообщали под
видом важных секретов «достоверные сведения» из пе-
троградских черносотенных газет и из провокационных
фальшивок Алексинского о том, что «Ленин и больше-
вики работают на германские деньги», что «большевики
сознательно губят Россию» и т. д., а потому, мол, «бить
их надо».
Кронштадтский Совет по настоянию фракции боль-
шевиков ответил воззваниями «Ко всем солдатам, мат-
росам и рабочим Кронштадта» и «Населению города»,
в которых содержался призыв не верить темным прово-
кационным слухам и заявлялось, что всякую контрре-
волюционную агитацию Совет будет подавлять в кор-
не, не останавливаясь перед самыми решительными
мерами.
В то время как в Ревеле некоторые корабли и берего-
вые части, получив приказ Керенского, под влиянием уси-
ленной агитации эсеров и меньшевиков стали выносить
верноподданнические резолюции о доверии Временному
правительству, а Центробалт, обессиленный арестами
своих двух делегаций, был вынужден объявить себя
распущенным, на команды Кронштадта этот приказ
1 «Известия Кронштадтского Совета», 14 июля 1917 г.
240
П. И. Смирнов (Светловский).
Б. А. Жемчужин.
В дни Февральской революции в Кронштадте,
Срезание погон. Март 1917 года.
Митинг в Кронштадте.
Выступление матроса-агитатора среди солдат Гренадерского полка
(Петроград). Октябрь, 1917 год.
Первомайская демонстрация и митинг на Якорной площади.
Кренштадтсяая Редбяш
Временный Ш
5 КОПЕЕК
Действителен в пределах
Вольнаго Острова Котлина.
Сер1я БКС	№ 165
Меньшевистская фальшивка — 5-копеечный
денежный знак, якобы издаваемый в «Крон-
штадтской республике». Фото из газеты
«Единство» за 3 июля 1917 года.
Российская Ссшалъ-Демократтская Рабочая Партия
^^а«жя*жя «-.«г <wesss,
ПРОЛЕТАРСКОЕ«
П	ОРГАНЬ
Л пЛО —— -[-
Ц УН V	даЩШлЦ
ШШ1Ш ГШТ1 » to (Н to, « «-1 Ж? г.
Адресь редаки» а коигори < ам»ы „П^'летарское	У-
Первая страница газеты «Пролетарское дело», вышедшей вместо
закрытой газеты «Голос правды».
Линейный корабль «Заря свободы».
А. Г. Пронин.
Предоктябрьские дни. Послан-
цы Кронштадта А. Г. Пронин
и С. С. Гридюшко на Фур-
штадтской улице, в издатель-
стве «Прибой», у Я. М. Сверд-
лова.
идашеямый номотегь
шЬ*	Командиру лжьейнаго корабля .Заря Свобода*»
едлтеи g нвгап
Д(«уТ»Тв»»,
~	~	Выписка ш протоке ла аасйдаяХя Исполнитель- 
• ’Октября W7«. япго комитета аа Г «58 от* 24-го Сктября 1917 года.
»	* йсполкитвлвныйй Комитета предлагает* занести
*3лр» Свобода* вь морской канал* пикет* К I14,поста-
нянь против* ctohiUh Лмгова.а для т4сяой салвв выс-
лать свои паровые катере и и«1ть караул* ха* состава
своей команда ,ча ст.Лягово.
Яредсйдатель Исполнительного Комитета	i
Вреде£лйДвлв Военно-Технической комксс!и
'«‘Секретарь. Иоп.Комитета
Распоряжение Исполнительного комитета Кронштадтского Совета
командиру линейного корабля «Заря свободы» вывестй корабль
в Петроград для участия в вооруженном восстании,
Десант Кронштадтского сводного отряда, прибывший в Петроград
для участия в вооруженном восстании.
Радиостанция «Новая Голландия», возвестившая миру об
Октябрьской социалистической революции и образовании
первого Советского правительства.
В. П. Громов.
И,- П. Флеровский.
Н. А. Пожаров.
М. Д. Лебедев.
С. Г. Рошаль.
И. Н. Колбин.
Е. Ф. Зинченко
Матросы — участники штурма Зимнего. (Снимок сделан в первой
половине дня 26 октября 1917 года.)
произвел обратное воздействие. Кронштадтцы не соби-
рались капитулировать и прекращать свою борьбу про-
тив буржуазного правительства. Большевики Крон-
штадта после событий 3—5 июля не только не ослабили,
а, наоборот, еще больше укрепили свои ряды. И. П. Фле-
ровский писал, что «усилилась дисциплина, расширилась
углубленная кружковая работа, чаще проводились пар-
тийные собрания»
Восьмого июля, то есть на второй день после полу-
чения приказа Керенского, на заседании Кронштадтского
Совета в итоге длительных и бурных прений было при-
нято предложение большевистской фракции: приказ до-
вести до сведения гарнизона и всех рабочих организа-
ций, для чего текст его отпечатать в количестве 500 эк-
земпляров и вместе с принятой на заседании Совета ре-
золюцией разослать по воинским частям и предприя-
тиям. Текст резолюции был составлен так, что мог слу-
жить проектом резолюций митингов на местах, в нем
оставалось лишь заполнить название части:
«Мы, команда..............................,	заслу-
шав телеграмму военно-морского министра за № 34171 2...
заявляем:
1.	Что мы во всех выступлениях и резолюциях пре-
следовали и будем преследовать только интересы рево-
люции во имя освобождения трудящегося класса.
2.	Никаких контрреволюционных зачинщиков в своей
среде и вообще в Кронштадте мы не знаем, а поэтому
никаких арестов производить не можем.
3.	По поводу немецких агентов и провокаторов, о ко-
торых упоминается в телеграмме, мы через наших деле-
гатов предлагаем Совету рабочих и солдатских депута-
тов немедленно принять меры к их обнаружению и от-
правлению в Петроград для следствия и суда.
4.	Дать заверение в полном подчинении власти Вре-
менного правительства, но остаемся на точке зрения
передачи власти в руки Советов рабочих и солдатских
депутатов.
5.	Мы заявляем, что все наши политические действия
были строго согласованы с идейным руководством Со-
вета рабочих и солдатских депутатов, которому мы
1 И. П. Флеровский. Большевистский Кронштадт в 1917 го-
ду, стр. 67.
2 Приказ Керенского был разослан телеграммой за № 3417.
9 П. 3. Сивков
257
всецело доверяем и который ие откажет взять на себя
всю ответственность за свои шаги и резолюции» *.
На этом же заседании была вынесена резолюция, про*
тестующая против роспуска Центробалта. В ней депу-
таты Совета заявили, что считают это решение «незакон-
ным и пагубным для всего дела революции»1 2.
В течение 9 и 10 июля во всех воинских частях и
гражданских организациях Кронштадта состоялись ми-
тинги и собрания. Подавляющее большинство их участ-
ников голосовало за разосланный вместе с приказом
проект резолюции.
Тринадцатое июля для Кронштадта было особенно
памятным днем. В этот день комендант Кронштадтской
крепости генерал Герасимов получил приказ Временного
правительства о закрытии газеты «Голос правды» и рас-
поряжение прокурора Петроградской судебной палаты
об аресте Рошаля, Раскольникова и Ремнева. Это тре-
бование подкреплялось угрозой: если оно не будет вы-
полнено, то Кронштадт будет объявлен на положении
блокады, ему не будут отпускаться денежные средства
и продовольствие3.
Генерал Герасимов стал в тупик. Приказ и требова-
ние прокурора надо было выполнять, но аппарата и лю-
дей, при помощи которых он мог бы это сделать, в его
распоряжении не было. Большевики в Кронштадте были
большой силой, которой нечего было противопоставить.
Не зная как быть, Герасимов направился в Крон-
штадтский Совет. Соглашательское руководство Совета
в лице его председателя А. Н. Ламанова в принципе го-
тово было выполнить приказ центральных властей, но и
в распоряжении Ламанова не было людей, которые
могли бы выполнить такой приказ. Ламанов как пред-
седатель полностью зависел от решения пленума Совета,
который в большинстве случаев поддерживал больше-
виков. Соглашатели из числа членов Совета отлично по-
нимали, что, поддержав контрреволюционные репрессии,
окончательно подорвут свой авторитет среди избирате-
лей, и в то же время боялись ослушаться приказа прави-
тельства. Поэтому они нерешительно топтались на месте.
1 «Известия Кронштадтского Совета», 9 июля 1917 г.
2 Там же.
3 См. «Известия Кронштадтского Совета», 20 июля 1917 г.
268
Кронштадтские большевики, видя, что неподчинение
приказу правительства грозит несвоевременным обостре-
нием обстановки, «пошли навстречу» меньшевикам и эсе-
рам и заявили, что прекращают издание «Голоса прав-
ды», что Кронштадтский комитет больше не будет изда-
вать свою газету, а издавать ее будет большевистская
фракция Кронштадтского Совета. «Голос правды» пре-
кратил свое существование, но вместо него 14 июля вы-
шла газета «Пролетарское дело», издателем которой
значилась фракция большевиков1. Соответствующий
пункт правительственного приказа был формально вы-
полнен. По предложению большевиков Совет в своем ре?
шении записал, что закрытие газеты является «актом,
недостойным русской революции»1 2.
Эсеры и меньшевики в Совете с большим облегче-
нием услышали также сообщение фракции большевиков
о том, что Рошаль и Раскольников сами явятся в руки
властей. Таким образом, и это распоряжение Времен-
ного правительства было выполнено.
События 13 июля на этом, однако, не кончились.
В этот же день начальник всех морских частей Крон-
штадта П. Н. Ламанов получил приказ о спуске крас-
ных флагов на всех кораблях, стоявших в Кронштадт-
ской гавани, и подъеме взамен их андреевских флагов.
В этом же приказе говорилось об отправке на фронт двух
рот 1-го Балтийского флотского экипажа.
Чтобы опять-таки не обострять отношений с Времен-
ным правительством, решено было и этот приказ выпол-
нить. 13 июля с заходом солнца красные флаги были спу-
щены. На другой день утром везде были подняты андре-
евские флаги. Матросы, поднимая их, заявляли: «Это
временно, на короткое время».
Второй пункт приказа был «выполнен» следующим
образом. Утром 14 июля из 200 человек, числившихся
в двух ротах 1-го Балтийского флотского экипажа, со-
бралось к отправке около 100 матросов, в Петрограде
к поезду явилось не более 15—20 человек, а спустя две-
три недели почти все они вернулись обратно в Крон-
штадт.
1 См. А. Ф. Бережной, X. М. Астрахан, И. С. Сазо-
нов. Большевистская печать в борьбе за власть Советов (Март—
октябрь 1917 г.). Л., 1960, стр. 272.
2 «Пролетарское дело», 14 июля 1917 г.
9*
259
День 14 июля принес кронштадтцам новые «сюр-
призы». Временное правительство, выразив недоверие
коменданту крепости генералу Герасимову и начальнику
всех MojpcKHx частей Кронштадта старшему лейтенанту
Ламанову, направило в Кронштадт на должность ко-
менданта капитана 1-го ранга Тыркова, с тем чтобы
ему же подчинить и все морские части Кронштадта.
Тырков был известен на флоте как ярый сторонник бур-
жуазной власти, человек заносчивый, самолюбивый и
к тому же со странностями в характере. Одновременно
с Тырковым в качестве его личной охраны и для успеш-
ного проведения в жизнь данных ему секретных поруче-
ний прибыл отряд самокатчиков численностью в 200 че-
ловек под командованием левого эсера штабс-капитана
Артамонова.
Самокатчики, высадившись на Петроградской при-
стани, рассыпались в цепь, расставили пулеметы и око-
пались. Делегация от них во главе с Артамоновым от-
правилась в Кронштадтский Совет. Там в это время шло
заседание. Члены Совета были весьма удивлены появ-
лением самокатчиков и их претенциозной затеей подчи-
нить себе хорошо вооруженный многотысячный гарнизон
Кронштадта.
На заседании Совета Артамонов именем Временного
правительства в ультимативной форме потребовал за-
мены выборных комиссара и коменданта и сообщил о на-
значении комендантом Тыркова. Против замены комен-
данта Совет не возражал, но заявил, что Кронштадт от
своих прав выбирать комиссара не откажется. В вежли-
вой форме Артамонову «намекнули», что если он явился
в Кронштадт для усмирения, то сил у него слишком
мало. После этого самокатчиков накормили в столовой
одной из кронштадтских частей и отправили обратно
в Петроград. Артамонов с согласия Совета остался
в Кронштадте, заявив, что здешние демократические по-
рядки ему более по душе...
Почти одновременно с прибытием в Кронштадт от-
ряда самокатчиков кавалерийские части 5-й армии, вы-
званные Керенским с фронта, заняли форт Красная
Горка. Пушки форта были направлены на Кронштадт.
Попытка захватить форт Ино, расположенный па проти-
воположном берегу залива, ни к чему не привела. Под
угрозой обстрела артиллерией двигавшиеся на форт
260
колонны казаков были вынуждены вернуться обратно
в Петроград *.
Части 5-й армии, занявшие Красную Горку, выслали
в Кронштадт своих делегатов. Образцовый порядок и
дисциплина в крепости произвели на них прекрасное впе-
чатление. Уезжая, они пригласили кронштадтцев к себе
на Красную Горку и в Петроград, с тем чтобы всему экс-
педиционному корпусу 5-й армии рассказать правду
о Кронштадте.
Через несколько дней Временное правительство вы-
нуждено было снять войска с Красной Горки, так как
они стали явно симпатизировать кронштадтцам. Между
Кронштадтом и экспедиционным корпусом завязалась
хорошая связь. Агитация кронштадтских большевиков и
здесь оказалась действенной.
«У нас, революционных социал-демократов, — писала
в эти дни газета «Голос правды», — на все эти выкрики
и угрозы может быть ответ лишь один: „Нас не запу-
гаете!** Каторжные законы для нас не новость. Мы вели
свою работу в худшие времена господства царизма... Мы
пронесли наши идеи неизменными, мы сохранили свои
знамена незапятнанными... сколько бы ни старались за-
марать их позорной грязью клеветы... И если теперь про-
тив нас издаются каторжные законы, пишутся приказы,
заставляющие вспоминать худшие времена царизма, то
мы не боимся этого. Конфискуйте наши газеты — идеи
наши не задушите! Загоните нас в подполье — наше
слово и там будет звучать, как звучало прежде и даже
гораздо сильнее! Бросьте нас в тюрьмы, предайте суду,
убейте нас, на наши места станут тысячи новых бойцов,
как становились раньше. Против наших идей окажутся
бессильны все ваши каторжные законы. С полной и твер-
дой верой в свою правоту и конечную победу мы повто-
ряем: „Нас не запугаете**»1 2.
После того как был издан приказ об аресте В. И. Ле-
нина, целые своры шпиков Временного правительства и
буржуазных журналистов в поисках его сбивались с ног.
Взоры их обратились к большевистскому Кронштадту.
Больше всех усердствовала бульварная газета «Живое
слово». В одном из ее номеров было напечатано, что
1 См. И. Н. Колбин. Кронштадт в 1917 году. Л., 1932, стр. 43.
2 «Голос правды», 12 июля 1917 г.
261
Ленин, будто бы скрывавшийся в Петропавловской кре-
пости, вместе со своими единомышленниками «сел на при-
шедший из Кронштадта крейсер. Но уехать в Кронштадт
им не удалось—они были арестованы»1. Вслед за этой
«уткой» та же газета напечатала новую «сенсацию»
о том, что Ленин через Лисий Нос перебрался в Крон-
штадт и скрывается на кораблях флота1 2. Поисками
В. И. Ленина занимались и корреспонденты «Вечернего
времени». Эта газета сообщала: «Ленин бежал из Пе-
трограда по Приморской жел. дороге, откуда скрылся
в Кронштадт, который он считает своим оплотом»3.
Этим ложным сообщениям поверил прокурор Петро-
градской судебной палаты. Он потребовал от Морского
министерства немедленного ареста Ленина. В Кронштадт
полетела шифрованная телеграмма:
«Кронштадт. Комкреп. 14 июля 1917 г.
Прокурор палаты сообщил, что, по его сведениям,
Ленин и Рошаль находятся на линкоре „Заря свободы".
По постановлению прокурора Ленин должен быть аре-
стован и доставлен в Петроград. Рошаль подлежит аре-
сту, согласно приказу минмора и также [должен быть]
доставлен в штаб округа. Прошу распоряжений. Дудо-
ров» 4.
Телеграмма была вручена капитану 1-го ранга Тыр-
кову.
Рано утром 15 июля вновь испеченный комендант
в сопровождении П. Ламанова прибыл на «Зарю сво-
боды». Команда еще спала. Вступив на палубу, он с боль-
шим апломбом приказал немедленно сыграть побудку,
а затем сигнал... «отражение атаки аэропланов». Команда,
не понимая в чем дело, высыпала на верхнюю палубу и
выстроилась во фронт.
Без лишних вступлений, не сказав даже, кто он та-
кой, Тырков заявил: «Ленин й Рошаль скрываются
у вас!.. Эти лица — немецкие шпионы... Временное пра-
вительство требует их арестовать... Найдите их!»
Матросы, ошеломленные неожиданным появлением
на корабле неизвестного им офицера и его странным
1 «Живое слово», 7 июля 1917 г.
2 «Живое слово», 11 июля 1917 г.
3 «Вечернее время», 10 июля 1917 г.
4 «Красная летопись», 1927, № 3, стр. 29.
262
Требованием, переглянулись и, сделав вйД, что они всерь-
ез приняли его распоряжение, рассыпались по кораблю
для «розыска» Ленина и Рошаля, хотя прекрасно знали,
что ни того, ни другого на корабле нет.
Через несколько минут все вернулись обратно. Пред-
седатель судового комитета, большевик, артиллерийский
унтер-офицер И. А. Загвоздкин с плохо скрываемой
иронией доложил рьяному коменданту, что на корабле
«посторонних не обнаружено».
Тырков разразился бранью по адресу Ленина и Ро-
шаля. Услышав это, матросы зловеще переглянулись.
Некоторые горячие головы предлагали сбросить Тыркова
за борт, и лишь воздействие ходившего перед фронтом
председателя судового комитета удержало матросов от
этого эксцесса.
Не добившись ничего и видя враждебное отношение
к себе матросов, Тырков пригрозил, что всех, кто по-
смеет не выполнять распоряжений Временного прави-
тельства, он «согнет в бараний рог», и, ни с кем не про-
щаясь, сошел с корабля.
После ухода коменданта среди матросов долго еще
шли разговоры. Команда была почти сплошь больше-
вистской. Многие сожалели, что В. И. Ленин скрывается
не у них на корабле, так как, будь он здесь, никакие
силы не заставили бы их выдать любимого вождя.
В тот же день комендант крепости доносил помощ-
нику морского министра: «Ввиду получения сведе-
ний о пребывании на „Заре свободы'* Ленина и Рошаля,
сегодня в 5 ч. 50 мин. утра совместно [со старшим] лей-
тенантом Ламановым прибыл на „Свободу**, приказал
вызвать горниста наверх... После тревоги команда со-
бралась... Предложил команде сделать тщательный
обыск, который команда произвела и доложила, что „ни-
кого чужого не нашла**» Ч
На этом поиски В. И. Ленина в Кронштадте закончи-
лись. Рошаль был арестован в Петрограде.
На другой день после поисков В. И. Ленина были
собраны в Морском манеже команды морских частей.
Прибыл Тырков. К нему с рапортом подошел П. Н. Ла-
манов. Тырков в присутствии собравшихся грубо обру-
шился на него: «Какой ты начальник! Не знаешь, где
1 «Красная летопись», 1927, № 3, стр. 31.
263
нужно встречать начальство?» Матросы уважали стар-
шего лейтенанта Ламанова. Их уважением он пользо-
вался еще при царизме. Ламанов был первым выбран-
ным начальником всех морских частей Кронштадта. Он
работал в полном контакте с Советом и кронштадтскими
большевиками. Грубое обращение с ним Тыркова возму-
тило матросов.
Между тем, выйдя на трибуну, Тырков объявил
о своем назначении в Кронштадт, о своих чрезвычайных
полномочиях и о том, что он послан для того, чтобы «на-
вести в Кронштадте порядки». Вслед за этим он произ-
нес пространную и путаную речь о дисциплине, о необ-
ходимости подчиняться Временному правительству. Свою
речь он совершенно неожиданно закончил каким-то стиш-
ком, а после него... молитвой. Произнося слова молитвы,
он театрально опустился на одно колено и стал энер-
гично креститься. Его выходка вызвала громкий смех,
а затем матросы решили напомнить ему об оскорблении
Ламанова. Раздались негодующие возгласы: «Как вы
смели кричать на Ламанова?», «В лице его вы оскор-
били демократию!». За возгласами последовали угрозы.
Обстановка накалялась. Комендант растерялся и под
свист собравшихся быстро сбежал из Морского манежа.
Бегство его было настолько стремительным, что по до-
роге, зацепившись за что-то, он сильно разорвал рукав
своего кителя.
Столкновения кронштадтцев с посланцами Керен-
ского продолжались и на следующий день.
Семнадцатого июля в помощь незадачливому комен-
данту прибыл наводить порядки в Кронштадте предста-
витель Временного правительства Лебедев. В Морском
манеже вновь были собраны команды морских частей.
Кронштадтцы, знавшие о выступлении Лебедева в Гель-
сингфорсе, где он назвал их «бандой», встретили его
враждебно. Раздались возгласы: «Долой!», «Прочь с три-
буны!», «Кто бандиты?!!» и т. д. Лебедев, боясь, что дело
может принять неприятный оборот, покинул манеж, а за-
тем и Кронштадт, захватив с собой и Тыркова, пробыв-
шего в должности коменданта всего три дня.
Островное положение Кронштадта, организованность
кронштадтских большевиков, боевая мощь фортов и ко-
раблей флота ставила его в особое, мало зависимое по-
ложение от буржуазного правительства. Кронштадт, как
264
и до июльских дней, продолжал свою бурную революци-
онную жизнь.
Если Петроград после июльских событий напоминал
собою оккупированный город, наполненный войсками,
верными Временному правительству, то в Кронштадте
фактическими хозяевами были революционные моряки.
Если в Петрограде большевистская партия вынуж-
дена была вести полулегальное существование, то
в 25 километрах от столицы, на острове Котлин, эта же
партия через местный Совет влияла на жизнь города,
свободно пропагандировала свои идеи, имела свою пе-
чать.
Если в Петрограде были запрещены митинги, собра-
ния и демонстрации, то кронштадтская Якорная пло-
щадь бурлила по-прежнему. Здесь, как и обычно, тон за-
давали большевики. Митинги, доклады и лекции, направ-
ленные против Временного правительства, продолжались.
Как и раньше, матросы, солдаты и рабочие шли сюда
получить разъяснение по волнующим их политическим
вопросам. Вместо арестованных руководителей Крон-
штадтской большевистской организации Центральный
Комитет партии направил в Кронштадт большевиков
с 1898 года Л. Н. Сталь и Б. А. Бреслава.
Если по всей стране от двоевластия произошел пере-
ход к единовластию буржуазии, то в Кронштадте власть
по-прежнему фактически принадлежала Совету рабочих
и солдатских депутатов.
Попытка заставить кронштадтцев покорно склонить
головы перед Временным правительством успеха не
имела. Кронштадтцы продолжали в разной форме кри-
тиковать Временное правительство и открыто высказы-
вать ему недоверие.
В связи с тем что в дни послеиюльского наступле-
ния контрреволюционных сил Петроградская организа-
ция РСДРП (б) понесла наибольшие потери, Кронштадт-
ский комитет партии решил активизировать свою дея-
тельность, распространив ее за пределы Кронштадта, и
обратился к большевикам столицы и к провинциальным
партийным организациям с письмом:
«...Питерской организации нашей партии нанесен тя-
желый удар... Тем большие обязанности ложатся на про-
винциальные разветвления партии и в первую голову на
Кронштадтский комитет.
266
Шаг вперед, товарищи члены партии! Места выбыв-
ших товарищей должны быть немедленно заняты... Все
наши товарищи должны сохранять полное спокойствие,
хладнокровие, выдержку... Пусть сегодня на нашем по-
литическом горизонте сгустились грозные, зловещие
тучи, повергающие малодушных в смятение и заставляю-
щие слабохарактерных бежать от нашей партии... Гроза
разрядит атмосферу, и завтра настанет яркий день ре-
волюции, выглянет солнце победы и сгинут все темные
силы тайных друзей режима царя и явных врагов сво-
боды народа.
Революция в опасности, но она велика, могуча и
сильна. Она перенесет все эти беды и козни... Революция
не умерла, она живет. Да здравствует революция!
Кронштадтский комитет Рос. Соц.-Демокр. партии
(большевиков)»1.
На наступательные мероприятия правительства и
буржуазной прессы кронштадтские большевики ответили
хорошо организованным контрнаступлением, и чем
яростнее наступала на Кронштадт буржуазия и ее пра-
вительство, тем решительнее и активнее становились
контратаки
Во второй половине июля по Кронштадту прокати-
лась волна митингов и собраний протеста против
контрреволюционной вылазки кадетов, бывших членов
Государственной думы и Государственного совета.
После событий 3—5 июля кадеты, как и все правые
элементы, настолько осмелели, что стали открыто высту-
пать даже против соглашательских Советов. 18 июля по
инициативе их лидера П. Н. Милюкова состоялось част-
ное совещание членов Государственной думы. На этом
совещании кадеты распоясались вовсю. Кадет Маслен-
ников в своей речи исступленно поливал грязью рево-
люцию, революционный народ, Советы и комитеты. Вы-
ступивший за ним Пуришкевич внес предложение: «Рас-
пустить Советы и заступить их место Государственной
думой» 1 2.
Прочитав в газетах о выступлениях членов Государ-
ственной думы, матросы, солдаты и рабочие Кронштадта
были возмущены до предела. Рабочие Пароходного
1 «Голос правды», 10 июля 1917 г.
2 «Пролетарское дело», 20 июля 1917 г.
266
завода потребовали немедленно арестовать «погром-
ную и черносотенную банду Пуришкевича, Масленни-
кова, Родзянко, Милюкова и всю их компанию»
По предложению фракции большевиков на все это
отреагировал Кронштадтский Совет. В принятой им резо-
люции говорилось, что выступления отдельных лиц на
этих совещаниях являются открытым призывом к вос-
становлению монархии и к разгрому созданных демокра-
тией Советов. Кронштадтский Совет обратился во Все-
российский Исполнительный Комитет и потребовал не-
медленно принять меры к ликвидации остатков Государ-
ственной думы и Государственного совета.
Выступление членов Государственной думы было не
чем иным, как пробой сил для сформирования более пра-
вого коалиционного правительства. Они проводили пред-
варительный зондаж лагеря меньшевиков и эсеров
с целью выяснить, откликнутся ли те как-нибудь на их
выступление. Кадеты не ошиблись в своих расчетах.
Меньшевики и эсеры ничем не ответили на эту контрре-
волюционную вылазку. У представителей промышленной
и торговой буржуазии в руках была экономическая
мощь — эсеры и меньшевики пасовали перед этим ору-
жием. На последовавшее предложение Керенского войти
в состав правительства кадеты дали согласие, но при ус-
ловии, чтобы министры не были ответственны перед Со-
ветами и чтобы последние не вмешивались в управление
страной. 22 июля Керенским было сформировано второе
коалиционное правительство. Состав его был еще более
правым.
Власть перешла в руки кадетов. Милюков впослед-
ствии писал: «При небольшом номинальном перевесе со-
циалистов действительный перевес в кабинете безусловно
принадлежал убежденным сторонникам буржуазной де-
мократии» 1 2.
События 3—5 июля тревожно отозвались на фронте.
Весьма подозрительным для фронтовиков показался вы-
зов в Петроград воинских частей «для защиты револю-
ции». «Как же так? — рассуждали они. — В столице
столько революционных войск, рабочих, матросов, и
вдруг не хватает сил на подавление контрреволюции»3.
1 «Известия Кронштадтского Совета», 25 июля 1917 г.
2 «История гражданской войны в СССР», т. 1. М., 1935, стр. 175.
3 «Известия Кронштадтского Совета», 21 июля 1917 г.
267
Чтобы выяснить положение, была послана большая
делегация от 5-й и 12-й армий и других воинских соеди-
нений, в которую вошли представители 29 наиболее ре-
волюционных полков. Начитавшись сообщений буржу-
азной печати о том, что Кронштадт — «рассадник анар-
хии и измены», делегаты прежде всего решили ознако-
миться с этим городом и, если потребуется, от имени
фронта призвать его к порядку.
Семнадцатого июля делегация прибыла в Кронштадт.
Узнав о цели ее приезда, Кронштадтский Совет предо-
ставил членам делегации полную возможность ознако-
миться с состоянием порядка и Дисциплины как на про-
изводственных предприятиях, так и в воинских частях
флота и гарнизона.
Члены делегации нашли повсюду идеальный порядок
и образцовую дисциплину. Выступая на расширенном
заседании Совета, они глубоко возмущались той трав-
лей, которую Временное правительство и буржуазная
печать вели против кронштадтцев.
Делегат от 12-й армии Медведев говорил, что его по-
слали, «чтобы увериться, в самом ли деле здесь, в Крон-
штадте... решили погребать революцию... Нам рассказы-
вали всякие небылицы, что здесь пьянство, разврат, что
шатаются по улицам и занимаются бездельем...»1.
Реальная обстановка в крепости опровергла все про-
вокационные наветы. Делегат 80-го Сибирского полка
Орленко, ознакомившийся с протоколами и резолю-
циями собраний многих воинских частей, так высказал
свое мнение о кронштадтцах: «У всех согласные резо-
люции, як смолой склеены, все одинаковы:-одни стрем-
ления, за одно борются, одного требуют...»1 2
С ответом фронтовикам выступил член Совета Зве-
рин. Он образно и гневно объяснил, почему буржуазии
не нравятся кронштадтские порядки: «Те, которые при-
выкли... управлять нами, говорят: этому не бывать, вон,
сиволапые, которые не понимают, что такое государство
...вам строить новую жизнь нельзя, вы все испортите»3.
После заседания Совета у делегатов возникла мысль
созвать в Петрограде совещание представителей фронта
1 «Известия Кронштадтского Совета», 19 июля 1917 г.
2 «Известия Кронштадтского Совета», 21 июля 1917 г.
3 Т а м же.
268
И Кронштадта совместно с рабочими столицы. Крон-
штадтцы поддержали эту мысль и приняли горячее уча-
стие в организации совещания. С этим вопросом делега-
ция фронтовиков обратилась в ЦИК Советов, но согла-
шательский ЦИК принял их враждебно и отказал в пре-
доставлении соответствующего помещения. При актив-
ном участии кронштадтцев о помещении удалось дого-
вориться с рабочей организацией Военно-подковного
завода.
Совещание проходило 21 и 22 июля в заводском клубе
на 17-й линии Васильевского острова, в доме № 52 Во
встрече с представителями 29 полков приняли участие
103 представителя от 90 петроградских фабрик и заво-
дов, 15 представителей от большевистских и профсоюз-
ных организаций, 35 человек от военно-морских частей
и рабочих организаций Кронштадта, всего около 200 че-
ловек.
Резолюция, принятая на совещании, требовала от
Центрального Исполнительного Комитета:
1)	не входить ни в какие сговоры с контрреволюци-
онной Думой и взять власть в свои руки;
2)	отменить смертную казнь;
3)	прекратить аресты и травлю революционных сол-
дат и матросов, особенно кронштадтцев, как истинных
защитников демократии;
4)	немедленно открыть все закрытые революционные,
пролетарские и солдатские газеты;
5)	принять более решительные меры в борьбе
с контрреволюционной прессой1 2.
Это совещание, сыгравшее важную роль в большеви-
зации как фронтовиков, так и рабочих Петрограда, про-
исходило в дни, когда буржуазия устами Пуришкевича
требовала роспуска Советов и разгрома большевиков, ко-
гда усиленно пропагандировалась диктатура Керенского,
метившего в Бонапарты, когда под лозунгом «Революция
в опасности» производились аресты и разоружались ре-
волюционные полки. Совещание было проведено вопреки
воле соглашательского ЦИК Советов, который не
1 ЦГАВМФ, ф. р-661, on. 1, д. 111, л. 86; «Известия Кронштадт-
ского Совета», 22 июля 1917 г. В сборнике «Большевики Петрограда
в 1917 г.» (Л., 1957, стр. 374) ошибочно указано, что это совещание
состоялось в Таврическом дворце.
2 См. «Рабочий и солдат», 26 июля 1917 г.
269
Только не допустил делегацию фронтовиков на свое за-
седание, но даже стремился к тому, чтобы разогнать это
совещание *.
Регистрационные списки делегатов и мандаты участ-
ников совещания были сданы на хранение в Кронштадт-
ский Совет1 2 с тем, чтобы они не попали в руки агентов
Временного правительства.
В конце июля в Кронштадте вновь произошел кон-
фликт с комиссаром Временного правительства. Как и
в мае, начался он незаметно для местного населения. На
этот раз не сразу обратило на него внимание и Времен-
ное правительство. Но событие это имело немаловажное
политическое значение.
Двадцать пятого июля на своем заседании Крон-
штадтский Совет отстранил комиссара от занимаемой
должности. Этим комиссаром после Пепеляева был
избранный Советом беспартийный с кадетской ориента-
цией учитель Ф. Я. Парчевский. Он тоже, как и Пепе-
ляев, никакой властью в Кронштадте не пользовался, на
Совет никакого влияния не оказывал и среди населения
был непопулярен.
По натуре Парчевский был хлопотлив, но неоргани-
зован. Все, что можно было сделать быстро и оператив-
но, он делал крайне медленно, а самому ему каза-
лось, что он чрезвычайно перегружен работой. Вот
из-за этой «перегрузки» между ним и местным профсою-
зом шоферов возник конфликт, стоивший ему комиссар-
ского места.
Для служебных разъездов по маленькому Кронштадту
Парчевский захотел иметь в своем распоряжении авто-
мобиль, но шоферы кронштадтской автобазы упорно под
разными предлогами отказывали ему в этом. Выведен-
ный из терпения, Парчевский обратился в Совет с жало-
бой на то, что у него-де много работы, что он пешкомди-
куда не успевает, а ему отказывают в предоставлении
автомобиля. С аналогичной жалобой он обратился
также в буржуазную газету «Речь», при этом сетовал на
1 См. «Большевики Петрограда в 1917 г.», стр. 374—375.
2 См. «Балтийские моряки...», стр. 150—151.
270
свое бесправное положение и клеветал на существую-
щие в городе порядки.
Кронштадтский Совет вызвал Парчевского и потребо-
вал от него объяснения. В доказательство своих заслуг
и занятости комиссар привел случай, когда он, «не счи-
таясь со временем, разрядил создавшиеся в Кронштадте
продовольственные затруднения». В конце своих объяс-
нений Парчевский заявил: «Будет мотор — буду рабо-
тать, не будет—я должен уйти в отставку».
Члены Совета, возмущенные лживой статьей комис-
сара в буржуазной газете, предложили Парчевскому не-
медленно подать в отставку.
Сколько ни оправдывался коМиссар, сколько ни вы-
ставлял своих мнимых заслуг, Совет, не высказав ни по-
хвалы, ни сожаления, отстранил Парчевского от долж-
ности и избрал комиссаром члена Исполкома меньше-
вика П. Эдиета — бесцветную личность, вполне достой-
ную своего предшественника.
Этот случай ярко показал характерные особенности
Кронштадта послеиюльских дней. Если в других про-
винциальных городах комиссары правительства, как пра-
вило, командовали в тот период Советами, то в Крон-
штадте правительственным комиссаром командовал Со-
вет. Та легкость и быстрота, с которой был решен
вопрос с Парчевским, говорит о том, что кронштадтцы
вынужденно терпели комиссара Временного правитель-
ства на территории Кронштадта, терпели не только по-
тому, что не хотели обострять и без того натянутые от-
ношения с Временным правительством, но и потому, что
до поры до времени он был им нужен. Личные качества
комиссара особой роли для кронштадтцев не играли. Им
просто нужно было иметь некое связующее звено с Вре-
менным правительством. Этой цели лучше всего соответ-
ствовала кандидатура неболыпевика. Поэтому на долж-
ность комиссара и избирались то беспартийный, то эсер
или меньшевик.
Комиссар Временного правительства не пользовался
в Кронштадте никакой властью и влиянием, но вопросы
финансовые и продовольственные входили в сферу его
компетенции, и он выполнял их через соответствующие
органы буржуазной власти. Когда, например, в июле
Кронштадту потребовались денежные средства, Испол-
нительный комитет Совета на своем заседании предло-
271
жил (именно предложил, а не попросил) комиссару Вре-
менного правительства «принять меры к ассигнованию
сумм» от правительства
Курс — вооруженное восстание
После разгрома редакции газеты «Правда» и типо-
графии «Труд» партия большевиков на некоторое время
осталась без своего руководящего печатного органа.
В Кронштадте же по-прежнему свободно издавалась
большевистская газета. Политическая роль этой газеты
в послеиюльский период неизмеримо возросла. «Голос
правды» и пришедшая ей на смену газета «Пролетарское
дело» всячески стремились донести слово ленинской
партии до трудящихся масс. Десятки матросов еже-
дневно выезжали из Кронштадта в Петроград для рас-
пространения своей газеты.
Десятого июля Кронштадтский комитет большевиков
обратился с воззванием «Ко всем рабочим, солдатам и
матросам Петрограда и других городов». «Наша га-
зета,— говорилось в этом воззвании, — сейчас должна
обслуживать нужды всего рабочего и солдатского Пе-
трограда. Товарищи петроградцы, теснее свяжитесь с ре-
волюционным Кронштадтом и организуйте ежедневную
доставку „Голоса правды4*, который мы можем высылать
в ограниченном количестве...»1 2.
Газета «Пролетарское дело», как и «Голос правды»,
с настойчивостью разоблачала буржуазный характер
Временного правительства и его империалистическую по-
литику. В этот период Центральный Комитет больше-
вистской партии непосредственно влиял на ее содержа-
ние. На ее страницах печатались руководящие статьи
В. И. Ленина и других ответственных работников партии.
За июль 1917 года в «Пролетарском деле» были на-
печатаны ленинские статьи «На что могли рассчитывать
кадеты, уходя из министерства?», «Благодарность князю
Г. Е. Львову», «Политическое положение». В последней
статье Владимир Ильич впервые после Февральской ре-
волюции поставил вопрос о подготовке вооруженного
восстания.
1 См. «Известия Кронштадтского Совета», 15 июля 1917 г.
2 «Голос правды», 10 июля 1917 г.
27?
В период подготовки к VI съезду большевистской пар-
тии, в условиях подполья, В. И. Ленин написал брошюру
«К лозунгам». В этом важнейшем документе определя-
лись пути дальнейшего развития революции. Но отпеча-
тать брошюру было трудно. Большевистские типогра-
фии почти повсюду были разгромлены и опечатаны.
В середине июля в Петроград были вызваны члены
Кронштадтского комитета РСДРП (б) П. И. Смирнов и
Д. Н. Кондаков. Прибыв на Фурштадтскую улицу, где
помещался книжный магазин издательства «Прибой»,
они встретились с Я. М. Свердловым. Осведомившись
о мощности типографии, печатавшей «Пролетарское
дело», Свердлов предложил кронштадтцам отпечатать
брошюру «К лозунгам», как руководящий материал для
открывающегося в ближайшие дни VI съезда больше-
вистской партии. Кронштадтцы обещали выполнить этот
ответственный заказ в установленный срок.
Брошюру отпечатали, большую часть тиража сдали
в книжный магазин издательства «Прибой», а остальной
тираж доставили непосредственно на съезд и распростра-
нили среди делегатов.
После июльских дней изменилась обстановка и со-
отношение политических сил в стране. Потребовалось из-
менить и тактику партии. Это предстояло сделать
VI съезду РСДРП (б), проходившему с 26 июля по 3 ав-
густа 1917 года.
Как и все партийные организации страны, Кронштадт-
ский комитет РСДРП (б) деятельно готовился к съезду.
24 июля состоялось заседание комитета. В качестве кан-
дидатов на съезд комитет рекомендовал общему собра-
нию большевиков Кронштадта И. Н. Егорова (Кирилла
Орлова), И. Н. Колбина, А. М. Любовича и И. Т. Смил-
гу Позже к этому списку был добавлен И. П. Флеров-
ский — председатель большевистской фракции Крон-
штадтского Совета. Делегатами с решающим голосом
были утверждены уже на самом съезде А. М. Любович,
И. Т. Смилга и И. П. Флеровский. С совещательными и
1 См. «Пролетарское дело», 3 августа 1917 г. (В списках деле-
гатов, опубликованных в протоколах п материалах VI съезда, фа-
милии И. Н. Колбина и И. Н. Егорова отсутствуют. Автору не уда-
лось установить, присутствовали ли они на съезде.)
273
гостевыми билетами на съезде присутствовали Б. А. Бре-
слав, Т. И. Ульянцев и И. Бикелис — рабочий Крон-
штадтского порта Ч
Накануне открытия съезда состоялось узкое совеща-
ние его организаторов. Был намечен регламент и обсуж-
дался вопрос о порядке докладов с мест. Этим докладам
придавалось большое значение. Для партии было весьма
важно знать, в каком положении находятся партийные
организации страны после июльских дней и каково об-
щее настроение рабоче-крестьянских масс. По предло-
жению Я. М. Свердлова было принято решение заслу-
шать обобщенные доклады по Уралу, Донбассу, Повол-
жью, Центральной промышленной области и по другим
крупным областям страны, и лишь трем городам — Пе-
трограду, Москве и Кронштадту — было предоставлено
слово для отдельных докладов.
Это решение говорило о важности Кронштадта. Он
удостоился чести иметь на съезде своего докладчика на-
равне с такими неизмеримо более крупными и важными
центрами, как Петроград и Москва. Кронштадтские боль-
шевики могли гордиться тем большим значением, кото-
рое партия придавала их городу-крепости.
В. И. Ленина не было на съезде. Он в эти дни нахо-
дился в Разливе, скрываясь от агентов Временного пра-
вительства, но им были подготовлены все наиболее важ-
ные документы съезда. И хотя делегаты не имели воз-
можности видеть и слышать Ленина, они знали, что Вла-
димир Ильич руководит их работой. Важное значение
имели для работы съезда напечатанные в Кронштадте
ленинские работы — статья «Политическое положение» и
брошюра «К лозунгам». Их содержание нашло свое от-
ражение в докладах и решениях съезда.
На съезде были заслушаны отчеты ЦК. Политиче-
ский отчет сделал по поручению ЦК И. В. Сталин, он же
выступил с докладом «О политическом положении». Ор-
ганизационная деятельность ЦК была освещена в док-
ладе Я- М. Свердлова.
Докладчики с мест дополнили отчеты ЦК многочис-
ленными фактами, которые говорили о росте партийных
рядов, об укреплении позиций и авторитета болыпеви-
1 «VI съезд РСДРП (большевиков). Протоколу». М., 1958,
стр. 101.
«74
ков, об их борьбе за массы и об успехах, дбсФИгнуТЫХ
благодаря ленинской политической линии партии.
Довольно большое внимание VI съезд уделил работе
большевистской организации Кронштадта и всего Бал-
тийского флота. Партийные организации Кронштадта,
Гельсингфорса и Ревеля пришли к съезду с большими
успехами. События 3—5 июля многому научили военных
моряков. Ряды большевиков флота пополнялись. Мат-
росы, по политической неопытности входившие в согла-
шательские партии, стали покидать их и переходить
к большевикам.
С докладом о состоянии и деятельности Кронштадт-
ской партийной организации выступил И. П. Флеровский.
«До сих пор, — говорил он, — Кронштадт является
центром всеобщего внимания. Он стал каким-то особен-
ным революционным городом, куда приезжают посмот-
реть, приветствовать, поучиться ...Кронштадт действи-
тельно осуществляет „власть Совета*1. Перед этой вла-
стью склоняются всё и вся. Весь город покрыт целой се-
тью организаций, среди которых особенно интересны зем-
лячества. Главная задача землячеств — посылка делега-
тов по деревням и губерниям для агитации и организа-
ции крестьян...
Сознание кронштадтских масс организовано по линии
большевиков. Поэтому, когда выступают представители
оборонческого большинства Петроградского Совета, на-
строение Кронштадта — против них. Кронштадтский Со-
вет— это сильная власть. Постановлением Совета запре-
щается пьянство под угрозой конфискации имущества и
отсылки на фронт... Выселены все проститутки. Запре-
щена карточная игра...
В Совете есть и оборонцы, но их не больше трети.
При общем настроении они боятся себя выявить, и, на-
пример, при поименном голосовании вопроса о наступле-
нии за него высказался только один врач, остальные
оборонцы воздержались... При голосовании вопроса
о том, что вся власть принадлежит Совету, в преслову-
той «Кронштадтской республике» было полное едино-
душие... Когда ЦК 9 июня призвал к демонстрации, мат-
росы откликнулись немедленно, и стоило нечеловеческих
усилий удержать их от поездки в Петербург, когда де-
монстрация была отменена...
Все же после июльских событий настроение упало,
275
йб недавний митинг, на котором присутствовало 29 пред-
ставителей от фронта, вновь ввел жизнь в прежнюю ко-
лею. В партийную организацию входит 3000 человек, и
число членов ее растет. Вместо „Голоса правды" на дру-
гой же день вышло „Пролетарское дело" в количестве
12 000 экземпляров и обслуживает теперь и Питер. Из
среды матросов выделяется ряд работников — организа-
торов и агитаторов... События 3—5 июля ясно показали
кронштадтцам, что к активности должна прибавиться ре-
волюционная осторожность»1.
Выступивший на съезде Н. И. Подвойский подчерк-
нул агитационно-пропагандистскую роль партийной ор-
ганизации Кронштадта. Он отметил, что злостная кле-
вета против Ленина и большевиков пустила корни и среди
солдат ‘ Петроградского гарнизона. «Мы воспользова-
лись,— говорил он, — не только нашей организацией и
клубом, но вызвали еще 200 товарищей из Кронштадта,
которые рассыпались по казармам, вели там беседы
с солдатами и в значительной степени сумели поколебать
то недоверие к большевикам, которое появилось в пол-
ках. Затем были устроены громадные митинги, и гнус-
ная клевета рассеялась»1 2.
Не прошли мимо Кронштадта в своих выступлениях
и многие другие ораторы, указавшие на «заразительную
силу его борьбы с правительством и соглашательскими
партиями»3.
Обсудив текущий момент, съезд затем определил за-
дачи большевиков.
VI съезд имел исключительно большое значение. Он
нацелил партию на вооруженное восстание. Все резолю-
ции и постановления съезда подчинены были одной
цели — обеспечить победу пролетарской революции.
По поручению и от имени съезда ЦК издал мани-
фест, в котором призывал рабочих и крестьян готовить
силы для решительных схваток с буржуазией.
Манифест заканчивался словами:
«Готовьтесь же к новым битвам, наши боевые това-
рищи! Стойко, мужественно и спокойно, не поддаваясь
1 «VI съезд РСДРП (б)», стр. 76—78.
2 Там же, стр. 61.
3И. П. Флеровский. Большевистский Кронштадт в 1917 г.,
стр. 74.
276
на провокацию, копите силы, стройтесь в боевые ко-
лонны! Под знамя партии, пролетарии и солдаты! Под
наше знамя, угнетенные деревни!» 1
Печатая на своих страницах материалы и резолюции
съезда, газета «Пролетарское дело» готовила матросов,
солдат и рабочих Кронштадта к решительным боям за
власть Советов.
Съехавшиеся со всех концов страны делегаты съезда
решили поближе познакомиться с Кронштадтом, о кото-
ром так часто писали буржуазные и соглашательские га-
зеты, на который так много было вылито всякой грязи и
истрачено чернил буржуазными борзописцами.
В воскресенье 6 августа на Николаевской пристани
Васильевского острова собрались делегаты съезда. Среди
них были В. Володарский, П. А. Джапаридзе, А. И. Слуц-
кий, Н. И. Подвойский. На пристань прибыли делегации
Петроградского, Выборгского и Сестрорецкого районов.
Поданные к пристани три парохода были заполнены до
отказа. «...Было так тесно, что яблоку негде упасть», —
писал об этой поездке П. А. Джапаридзе.
С большим воодушевлением, приветствуемые криками
«ура», делегаты съезда и питерские гости были встре-
чены вышедшими со знаменами и плакатами кронштадт-
скими рабочими, матросами и солдатами. На Якорной
площади состоялся многотысячный митинг. После вы-
ступлений Володарского, Джапаридзе, Слуцкого и ру-
ководящих партийных работников Сестрорецка и Крон-
штадта была принята резолюция протеста против после-
июльского разгула контрреволюции.
К 4 часам дня первая часть митинга была закончена.
Гости по приглашению кронштадтцев разошлись груп-
пами по кораблям, флотским и солдатским казармам,
а некоторые, кто захватил с собой еду, направились
в Летний сад и расположились там на зеленых склонах
оврага. Погода была великолепная. Все были празд-
нично настроены.
Вечером митинг возобновился. Один из делегатов
съезда выступил с докладом о текущем политическом
моменте и о результатах съезда. Ровно в 7 часов вечера
1 «VI съезд РСДРП (б)», стр. 276.
277
мцтийг закрылся. Стройными рядами, с пением револю-
ционных песен гости возвратились на пароходы. Крон-
штадтцы провожали их с такой же сердечностью и теп-
лотой, как и встречали \
Приезд делегатов VI съезда и их выступления спо-
собствовали дальнейшей большевизации матросов, сол-
дат и рабочих Кронштадта.
Кронштадтский Совет, в котором еще чувствовалось
влияние эсеров, в послесъездовский период потерял до-
верие матросов, солдат и рабочих. Раздавались требова-
ния о его перевыборах. Случаи отзыва депутатов, нару-
шивших интересы своих избирателей, участились. Воз-
никла необходимость новых выборов, которые и состоя-
лись 11 августа.
В новый состав Совета было избрано 98 большеви-
ков, 96 беспартийных, 73 эсера, 12 меньшевиков и 7 анар-
хистов— всего 286 человек1 2; Большевистская фракция
увеличилась всего на 5 человек, но авторитет и общий
удельный вес ее сильно возрос, так как другие фракции
потеряли довольно значительное число депутатских мест.
Фракция эсеров в новом составе Совета потеряла 18 ман-
датов, то есть 20 процентов от своей прежней численно-
сти, а фракция меньшевиков совсем обанкротилась, по-
лучив вместо прежних 46 мест всего 12. На 28 человек
возросло представительство беспартийных, но это были
уже не те беспартийные, которые тащились за своим ли-
дером А. Ламановым в сторону правых эсеров. Боль-
шинство из них сочувствовало большевикам. Таким об-
разом, эсеры и меньшевики вместо прежних 137 манда-
тов получили всего 85 и, вместе взятые, уступали по чис-
ленности большевикам. Это было явное поражение мень-
шевистско-эсеровского блока.
Вместо «беспартийного», перекинувшегося к правым
эсерам А. Ламанова председателем Совета был избран
солдат радиотелеграфной роты К. Шугрин — левый эсер,
довольно близкий по взглядам к большевикам. Заме-
стителем председателя был избран рабочий строитель-
ной части порта большевик М. Д. Лебедев. Вместо пред-
седателя Исполнительного комитета большевика
А. М. Любовича, выбывшего для работы во ВЦИК, был
1 См. «Балтийские моряки...», стр. 179—182.
2 «Пролетарское дело», 12 августа 1917 г.
278
избран большевик Л. М. Брегман — судовой врач с лин-
кора «Заря свободы».
Новому Совету пришлось развивать свою деятель-
ность в условиях обострения политической борьбы
в стране, в преддверии назревавшего корниловского мя-
тежа.
Крах заговора против революции
Политическое положение в стране после июльских
дней резко изменилось. Советы с их эсеро-меньшевист-
ским руководством стали совершенно безвластными.
Российская буржуазия готовилась к созданию своей
«твердой» диктатуры. Для того чтобы попытаться раз-
громить большевиков и подавить массовое недовольство
трудящихся, ей нужен был «сильный человек», который
объединил бы все контрреволюционные силы. Буржуазия
искала диктатора, который мог бы обезглавить русскую
революцию и повернуть колесо истории вспять. Таким
диктатором, по мнению многих буржуазных воротил, мог
стать генерал Л. Г. Корнилов, в то время верховный
главнокомандующий русскими армиями, ярый противник
большевиков, Советов и комитетов. На этой кандидатуре
сходились во мнении не только русская буржуазия, но и
представители иностранного капитала. «Корнилов — го-
раздо более сильный человек, чем Керенский»1, — писал
в своих мемуарах посол Англии в России Бьюкенен.
Двенадцатого августа в Москве открылось так назы-
ваемое Государственное совещание. Состав его был явно
контрреволюционный: фабриканты, купцы, банкиры, по-
мещики, бывшие члены Государственной думы, духовен-
ство, офицеры, верхушка казачьих войск и лишь незна-
чительное число «демократических деятелей» в лице
меньшевиков и эсеров. Это был неприкрытый сбор и
смотр контрреволюционных сил.
С восторгом встретило это контрреволюционное сбо-
рище выступление Корнилова, который требовал введе-
ния в армии беспрекословной дисциплины, безграничной
власти офицеров, смертной казни не только на фронте,
но и в тылу, разгрома большевистских организаций.
Весь ход совещания наглядно показал, что готовится
1 Дж. Быркенен. Мемуары дипломата. М., 1924, стр. 200.
279
государственный переворот и что буржуазия делает
ставку уже не на Керенского, а на Корнилова.
Кронштадт, как и всегда, когда Временное правитель-
ство совершало какой-либо контрреволюционный акт,
ответил на это совещание бурными протестами. Вопрос
об отношении к Государственному совещанию горячо де-
батировался на заседании Кронштадтского Совета 22 ав-
густа. В резолюции, предложенной фракцией больше-
виков, говорилось, что оно «имеет своей целью оконча-
тельно задавить революционную демократию... низвести...
Советы рабочих и солдатских депутатов на положение
второстепенных профессиональных технических органи-
заций», что налицо стремление «создать из этого Сове-
щания постоянный верховный политический центр
контрреволюционной буржуазии»
На этом же заседании Совета обсуждался вопрос,
следует ли оказывать поддержку Всероссийскому Цент-
ральному Исполнительному Комитету, ибо вся его дея-
тельность свелась к политике соглашения с буржуазией
и именно он передал власть в руки контрреволюции.
В резолюции, предложенной фракцией большевиков,
заявлялось, что «вся политика Центрального Исполни-
тельного Комитета не соответствует интересам револю-
ции и пролетариата, интересам широких слоев бедней-
ших крестьян и рабочих» и что Кронштадтский Совет
«отказывается от всякой материальной поддержки его
до тех пор, пока его политика не будет соответствовать
интересам революции, интересам широких слоев трудя-
щихся масс»1 2.
Ставка верховного главнокомандующего генерала
Корнилова превратилась в контрреволюционный центр,
куда потянулись банкиры, купцы, фабриканты, предла-
гая деньги и поддержку. Подготовка заговора против
революции приобрела после Государственного совеща-
ния новый размах. Закулисными вдохновителями этого
заговора были империалисты Англии, Франции и США,
обещавшие Корнилову материальную и моральную по-
мощь и поддержку.
Двадцать первого августа Корнилов сдал немцам
Ригу, преследуя этим цель поставить под угрозу ре-
1 «Пролетарское дело», 22 августа 1917 г.
2 «Пролетарское дело», 24 августа 1917 г.
280
волюционный Петроград. В то же время буржуазная
пресса подняла вой, обвиняя в этом большевиков.
Узнав о сдаче Риги, матросы, солдаты и рабочие
Кронштадта и команды кораблей Балтийского флота
с гневом потребовали от правительства и центральных
демократических органов немедленного расследования
причин сдачи и привлечения виновных к строгой ответ-
ственности.
Керенский знал о готовившемся заговоре. Рассчиты-
вая на то, что Корнилов расправится с большевиками,
он всячески способствовал его замыслам. Чтобы облег-
чить занятие Петрограда корниловскими войсками, Ке-
ренский 24 августа распорядился вывести из города че-
тыре наиболее революционных полка. В то же время
Корнилов намеревался с ведома Временного правитель-
ства тайно перебросить в Петроград 3000 офицеров, воз-
ложив на них задачу возглавить контрреволюционные
силы, находившиеся в городе.
Вскоре, однако, обстановка изменилась. Корнилов,
почувствовав свою силу, потребовал от Керенского не-
вмешательства в его оперативные дела и в вопросы на-
значения высшего командного состава армии, объявле-
ния Петрограда на военном положении, отставки всех
министров, не исключая и самого Керенского, дав по-
нять, что составлением нового кабинета займется он
сам — Корнилов. Керенский и меньшевистско-эсеровское
большинство Петроградского Совета и Всероссийского
ЦИК поняли, что Корнилов, после того как станет дик-
татором, расправится не только с большевиками, но и
с ними.
Страх за судьбу Временного правительства заставил
некоторых министров-«социалистов» обратить свои взоры
на монолитную сплоченность кронштадтских матросов и
солдат и искать в их лице защитников против корнилов-
щины, а некоторые из них даже пришли к выводу, что
если Корнилову при помощи его многочисленных сторон-
ников из среды столичной буржуазии удастся поднять
мятеж в Петрограде, то лучшей мерой спасения для чле-
нов Временного правительства от арестов будет переезд
их в Кронштадт1.
1 См. Н. Я- Иванов. Корниловщина и ее разгром (Из истории
борьбы с контрреволюцией в 1917 г.). Л., 1965, стр. 167.
281
Отмежевавшись в последний момент от Корнилова,
Керенский отстранил его от должности верховного глав-
нокомандующего. Однако, кроме издания грозных прика-
зов, Временное правительство ничего не могло сделать.
В то время, когда правительство металось, потеряв
голову, рабочие массы Петрограда по призыву Централь-
ного Комитета большевистской партии поднялись на
борьбу с контрреволюцией: формировались красногвар-
дейские отряды, по всей России, создавались революци-
онные комитеты и штабы борьбы с корниловщиной. За-
раженные энергией масс, Советы оживили свою деятель-
ность и стали в центре этой борьбы. Рабочие массы под
руководством большевиков потребовали не только от-
пора корниловщине и ареста Корнилова, но и передачи
власти в руки пролетариата, роспуска Государственной
думы, освобождения из тюрем большевиков и передачи
земли крестьянам.
Внешне получалось, что в борьбе против Корнилова
возник единый фронт Керенского и большевиков. Даже
традиционный противник Керенского Центробалт 28 ав-
густа послал в его адрес телеграмму, в которой обещал
поддержать его «всей мощью флота»1.
Разъясняя подобную ошибочную точку зрения, в ко-
торую впадали и некоторые большевики, В. И. Ленин
в своем письме, написанном в адрес ЦК РСДРП (б)
30 августа, указывал: «...поддерживать правительство
Керенского мы даже теперь не должны. Это беспринцип-
ность. Спросят: неужели не биться против Корнилова?
Конечно, да! Но это не одно и то же; тут есть грань; ее
переходят иные большевики, впадая в „соглашатель-
ство“, давая увлечь себя потоку событий.
Мы будем воевать, мы воюем с Корниловым, как и
войска Керенского, но мы не поддерживаем Керенского,
а разоблачаем его слабость. Это разница. Это разница
довольно тонкая, но архисущественная и забывать ее
нельзя»1 2.
1 См. «Балтийские моряки...», стр. 191. Центробалт третьего со-
зыва, избранный после июльских дней, в значительной степени на-
ходился под влиянием командующего флотом и своего соглашатель-
ского большинства. Наиболее революционная часть членов Центро-
балта, в том числе и председатель его П. Е. Дыбенко, были
арестованы правительством Керенского.
2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 119—120.
282
Кронштадтские большевики, повседневно общавшиеся
с Центральным и Петербургским комитетами партии и
лично с В. И. Лениным, занимали в этом отношении
правильную позицию. Они и в этот острый для револю-
ции момент не доверяли Временному правительству.
Корниловский мятеж создал серьезную опасность не
только для Петрограда, но и для Кронштадта. Ликвида-
ция Кронштадта, как «большевистского гнезда», была
неотъемлемой частью заговора. Интересы Временного
правительства и Корнилова в этом вопросе полностью
совпадали. Совпадали они еще и потому, что, вступив
в должность верховного главнокомандующего, Корнилов
получил в свои руки уже готовый план об уничтожении
Кронштадтской крепости и военно-морской базы, разра-
ботанный еще при его предшественнике — генерале Бру-
силове в Морском штабе Ставки.
Двадцать третьего августа начальник Морского штаба
Ставки вице-адмирал Максимов сообщил этот план на-
чальнику штаба генерал-лейтенанту Лукомскому с прось-
бой доложить о нем Корнилову.
Получив в свои руки этот секретный-документ, Кор-
нилов приказал заготовить на имя командующего 3-м
конным корпусом генерала А. М. Крымова, которого он
назначил главнокомандующим Отдельной Петроградской
армией, следующий приказ:
«1. Крепость Кронштадт упразднить.
2.	Сухопутный гарнизон весь вывести на материк,
применив в случае отказа добровольно подчиниться
этому принудительную силу.
3.	Пехотные части гарнизона расформировать, отпра-
вив офицеров в строевые части фронта, солдат — в за-
пасные полки.
4.	Оставить артиллерийское вооружение на батареях
„Риф“, „Обручев1 11 и батареях, обороняющих южный
фарватер; вооружение остальных батарей снять и обра-
тить на усиление батарей районов Бьёрке, Ино, Красная
Горка и тыла.
5.	Расформировать 1-й Балтийский'экипаж и вывести
на позиции школы и команды»’.
1 «Революционное движение в России в августе 1917 г. Разгром
корниловского мятежа». Документы и материалы. М., 1959, стр. 424.
283
В своем общем приказе Корнилов предписал кон-
ному корпусу и Кавказской туземной дивизии двигаться
на Петроград, занять его, обезоружить революционные
войска и разгромить большевиков; 1-му кавалерийскому
конному корпусу, находившемуся в Финляндии, прика-
зывалось наступать на Петроград с северо-запада. Осо-
бое внимание в этом приказе уделялось Кронштадту.
Корнилов приказывал Крымову после занятия Петро-
града «выделить одну бригаду с артиллерией на Ора-
ниенбаум и по прибытии туда потребовать от Крон-
штадтского гарнизона разоружения крепости и перехода
на материк»1.
Первые сведения о корниловском мятеже стали по-
ступать в Кронштадт 26 августа. На следующий день
утром с извещением о наступлении на Петроград войск
Корнилова прибыли в Кронштадт три представителя
с крейсера «Аврора». С их участием состоялось экстрен-
ное заседание Исполнительного комитета Кронштадт-
ского Совета. Без лишних прений Исполком единогласно
решил наладить постоянную связь с Петроградом, Ора-
ниенбаумом и окрестными Советами; установить конт-
роль за работой телеграфа, телефона, почты, штаба
крепости и штаба начальника всех морских частей Крон-
штадта. Во все эти пункты были назначены представи-
тели Исполкома, выделены ответственные лица за бди-
тельное несение караульной службы как по городу, так
и по охране острова Котлин.
Исполнительный комитет назначил своими предста-
вителями А. Пронина и А. Захарова на форт Красная
Горка, Б. Донского и Мухина — на форт Ино. Ответ-
ственным дежурным по плавучим средствам и по охране
рейда был назначен А. Пожаров. Были выделены ответ-
ственные за арсенал и создана комиссия по учету ору-
жия и резервных сил, которые в случае надобности
могли бы быть посланы в Петроград1 2.
Для усиления гарнизона форта Красная Горка Крон-
штадтский Совет послал батальон солдат и матросов;
отряды матросов и солдат были направлены также
в Ораниенбаум и в Петергоф. В Кронштадт были вы-
званы все учебные корабли, находившиеся в плавании.
1 И. Н. Колбин. Кронштадт в 1917 году, стр. 51.
2 См. «Балтийские моряки...», стр. 185—186.
284
Была создана военно-техническая комиссия, в состав
которой вошли как военные специалисты, так и рядовые
матросы и солдаты. В комиссию вошли большевики А. По-
жаров, С. Гридюшко, А. Павлов и Е. Жеребцов. Этой
комиссии было передано все техническое и оперативное
руководство военными мероприятиями. На случай напа-
дения с восточной стороны острова у Петроградских во-
рот была установлена полевая артиллерия. С западной,
южной и северной сторон оборона Кронштадта обеспе-
чивалась артиллерией фортов и кораблей, стоящих в га-
вани и на рейде.
Заседания Кронштадтского Совета и Исполнитель-
ного комитета проходили беспрерывно. Совет, руководи-
мый большевиками, превратился в настоящий боевой
штаб. Помещения Совета были переполнены. То и дело
звонили телефоны, приходили всё новые и новые люди,
отдавались распоряжения, производился подсчет сил,
шла мобилизация плавучих средств, подсчитывалось
оружие. Недоставало винтовок — за получением их была
послана делегация в Петроград и на Сестрорецкий ору-
жейный завод.
Борьба с Корниловым могла потребовать отправки
в Петроград значительной части гарнизона в ущерб
обороне города. Учитывая это, Совет решил создать
в Кронштадте Красную гвардию и немедленно начать
с нею боевую подготовку. Уже 31 августа в красногвар-
дейцы записалось около 4000 человек. В Красную гвар-
дию записалось немало женщин — работниц различных
мастерских Кронштадтского, порта, несмотря на то что
их записывали весьма неохотно. Большую работу по со-
зданию кронштадтской Красной гвардии проделал ста-
рый партийный работник матрос С. Г. Пелихов.
На дневном заседании Совета была составлена и
послана в Петроград на имя Всероссийского Исполни-
тельного Комитета телеграмма. Совет довел до сведения
ЦИК, что весь Кронштадтский гарнизон, как один чело-
век, готов по первому призыву «стать на защиту рево-
люции и. все боевые силы предоставляет в распоряжение
Центрального Исполнительного Комитета». «Вместе
с тем, — говорилось в телеграмме, — Кронштадтский
Совет рабочих и солдатских депутатов для наибольшего
доверия масс центральному революционному органу тре-
бует зависящих от него распоряжений об освобождении
285
наших товарищей, лучших бойцов и сынов революции,
которые в этот момент томятся в тюрьмах...» 1
Для переговоров об освобождении арестованных
кронштадтцев избрали делегацию, в которую вошли
И. Н. Колбин и А. Г. Пронин.
Посетив Н. С. Чхеидзе, председателя ВЦИК, Колбин
и Пронин от имени Кронштадтского Совета обратились
к нему с просьбой освободить из тюрьмы всех крон-
штадтских большевиков, арестованных в июльские
дни. Чхеидзе пришлось пообещать выполнить эту просьбу.
В свою очередь он предложил Кронштадтскому Совету
немедленно прислать в Петроград вооруженный отряд
в несколько тысяч человек для борьбы с Корниловым.
Кронштадтцы напомнили Чхеидзе, что у них не хватает
оружия, так как в июльские дни ЦИК распорядился
разоружить кронштадтских моряков. Ссылаясь на гроз-
ную опасность, Чхеидзе просил «не вспоминать старых
обид» и обещал возвратить оружие.
От Чхеидзе Колбин и Пронин направились к Я- М.
Свердлову и рассказали ему о разговоре с Чхеидзе и
о его просьбе. Свердлов сообщил кронштадтцам, что ЦК
партии принял решение выступить на борьбу с Корнило-
вым, и разъяснил, что это ни в коей мере не означает
помощи Керенскому, что борьба против Керенского
должна продолжаться с неослабевающей силой.
Войска генерала Корнилова находились в нескольких
десятках километров от Петрограда. Вокруг города ры-
лись окопы, устанавливались проволочные-заграждения.
В районах ближайших железнодорожных станций разби-
рались пути. Надвигающаяся опасность заставила пред-
седателя ВЦИК Чхеидзе в ночь на 29 августа послать
в Кронштадтский Совет телеграмму с просьбой выслать
в Петроград 3000—5000 человек солдат и матросов при
полном вооружении1 2.
Рано утром 29 августа состоялось заседание Крон-
штадтского Совета. Все выступавшие (кроме меньшеви-
ков) единогласно заявили, что Кронштадт хотя и не
является «верным» Временному правительству и считает
1 «Балтийские моряки...», стр. 187.
2 ЦГАВМФ, ф. р-21, on. 1, д. 6, л. 139.
288
его контрреволюционным, но революцию защищать дол-
жен и готов оказать ВЦИК вооруженную помощь.
Воинские части и плавучие средства были начеку.
Начиная с 9 часов утра из Кронштадта в Петроград на
пароходах «Русь», «Луна» и «Олонец» были отправлены
800 человек Учебно-минного отряда, 800 человек из
команды Машинной школы и с учебного судна «Океан»
и 500 человек из Учебно-артиллерийского отряда.
В 11 часов был отправлен второй караван, в 15 часов —
третий. Всего в Петроград было отправлено 3600 чело-
век. Для руководства сводным отрядом в качестве
комиссаров были назначены от большевиков Колбин, от
эсеров-интернационалистов Брушвит и от эсеров-макси-
малистов Ривкин.
По прибытии в Петроград, высадившись на набереж-
ной Васильевского острова, кронштадтцы с винтовками
«на плечо» промаршировали к Смольному.
О прибывших в столицу кронштадтцах газета «Рабо-
чий»— орган ЦК РСДРП (б)—писала: «Отрадно было
смотреть, как эти верные сыны революции, вооруженные
с ног до головы, стройными рядами шествовали по Нев-
скому проспекту, вызывая бодрящее настроение у рабо-
чих и явно неприязненное отношение в обычной буржу-
азной публике, слоняющейся по этой людной улице
нашего города»1.
Сознавая, что обращение ВЦИК, еще не так давно
шельмовавшего кронштадтцев, вызвано его растерянно-
стью и бессилием справиться с мятежным генералом,
кронштадтские большевики и Кронштадтский Совет
решили использовать эту слабость. По их предложению
в Петроград одновременно с вооруженными отрядами
была послана делегация из четырех человек во главе
с И. П. Флеровским1 2. Этой делегации был вручен спе-
циальный наказ, принятый подавляющим большинством
голосов на заседании Кронштадтского Совета.
В ультимативной форме Кронштадтский Совет требо-
вал от Всероссийского Центрального Исполнительного
Комитета немедленного удаления контрреволюционных
генералов в тылу и на фронте и замены их выбранными
1 «Рабочий», 30 августа 1917 г.
2 В состав делегации кроме И. П. Флеровского входили член
Исполкома электромонтер И. Рыбаков, рабочий Кронштадтского
порта И. Куканов и мастер судостроительной мастерской А. Руднев.
287
от солдат и офицеров, восстановления солдатских коми-
тетов, отмены всех и всяких репрессий и, в первую го-
лову, смертной казни, немедленной передачи всех земель
в распоряжение крестьянских комитетов, немедленного
провозглашения прав народов на самоопределение, объ-
явления демократической республики, отмены тайных
договоров с союзниками и предложения условий всеоб-
щего демократического мира.
Кронштадтский Совет заявлял, что «единственным
путем, необходимым для осуществления этих требований,
являются разрыв с капиталистами, полная ликвидация
буржуазной контрреволюции и переход власти в стране
в руки революционных рабочих, крестьян и солдат» *.
Кроме того, в этом же наказе Кронштадтский Совет
потребовал ввести в состав Центрального Исполнитель-
ного Комитета на равных правах с остальными его чле-
нами четырех представителей от Кронштадта.
Вспоминая об этом, И. П. Флеровский рассказывал:
«Я огласил требование Кронштадтского Совета пре-
доставить его делегатам места во ВЦИК и „Комитете
борьбы с контрреволюцией**. Собрание постановило пре-
доставить кронштадтцам четыре места во ВЦИК и одно
место в „Комитете борьбы** с совещательным голосом.
Это решение было прямым нарушением установленного
порядка выборов во ВЦИК, куда члены могли быть
избраны лишь съездом Советов, но перепуганным кор-
ниловщиной соглашательским партиям было уже не до
формальностей» 1 2.
В дни корниловщины на кронштадтских и петроград-
ских матросов была возложена охрана почти всей сто-
лицы. Все ответственные пункты — почтамт, центральная
телефонная станция, телеграф, здания, занимаемые
ВЦИК и Петроградским Советом, Государственный и
частные банки, Адмиралтейство и т. д. — охранялись
матросами. Охрану Зимнего дворца — резиденции Вре-
менного правительства — несла команда крейсера «Ав-
рора». По городу днем и ночью ходили вооруженные
матросские патрули.
В ночь на 29 августа отряд из 250 моряков Гвар-
дейского экипажа и 600 человек из 2-го Балтийского
1 «Балтийские моряки...», стр. 200.
2 И. П. Флеровский. Большевистский Кронштадт в 1917 г.,
стр. 82—83.
288
флотского экипажа под общим руководством матроса
Е. И. Вишневского окружил гостиницу «Астория», засе-
ленную корниловскими офицерами. Во всех номерах
гостиницы были произведены обыски, отобрано большое
количество оружия и арестовано много офицеров.
Двадцать девятого августа в «дикую дивизию» была
послана под командой члена Центробалта матроса
Ф. Кузьмина рота в 100 матросов, прослуживших два
с половиной года в этой дивизии в составе пулеметного
отряда и хорошо знакомых с обычаями и нравами гор-
ских народов.
Разбившись на несколько групп, на станциях Антроп-
шино, Дно, Сусанине и других -матросы провели среди
солдат дивизии разъяснительную работу, рассказывая,
зачем они прибыли, кто такие большевики и чего они
хотят. Солдаты отвечали, что они двигаются на Петро-
град по требованию офицеров, которые им говорили, что
там большевики подняли мятеж, что город уже два дня
горит, что в нем идут грабежи и погромы.
Корниловский мятеж в течение нескольких дней был
ликвидирован. Генерал Крымов застрелился. Корнилов
и другие главари мятежа были арестованы.
Соглашательский ВЦИК вынужден был признать ак-
тивную роль кронштадтцев в ликвидации корниловского
мятежа. «Комитет народной борьбы с контрреволюцией»
даже прислал Кронштадтскому Совету телеграмму,
в которой отмечал, что «присутствие кронштадтского от-
ряда в тревожные дни в Петрограде оказало существен-
ное содействие делу успокоения петроградского населе-
ния», и просил Совет «передать товарищам, входившим
в отряд, признательность Всероссийского Центрального
Исполнительного Комитета»1.
После ликвидации мятежа делегаты одной из частей
«дикой дивизии», посетившие Кронштадт, обратились
в Совет с просьбой принять их в состав частей Крон-
штадтского гарнизона. Свою просьбу они мотивировали
тем, что им грозят репрессии «за измену» и связь с крон-
штадтскими большевиками. Совет удовлетворил их
просьбу, хотя конница была не нужна ни флоту, ни кре-
1 «Пролетарское дело», 7 сентября 1917 г.
10 П. 3. Сивков
289
пости. Конники горячо благодарили членов Совета. На
следующий день они верхом на лошадях прибыли в Ора-
ниенбаум, оттуда на пароходах были доставлены в Крон-
штадт. Через несколько дней их откомандировали в форт
Ино, где они пробыли вплоть до Октябрьской революции,
после чего отправились к себе на родину устанавливать
там Советскую власть.
Корниловский мятеж обострил противоречия между
солдатами, матросами и офицерским составом. Участие
офицеров в корниловском заговоре еще больше подо-
рвало доверие к командному составу. Полковые, баталь-
онные, ротные и корабельные комитеты не доверяли офи-
церам, отстраняли их от должности, отбирали оружие,
требовали обязательств, что они никогда не будут под-
держивать контрреволюционеров.
«Историческое значение восстания Корнилова, — пи-
сал В. И. Ленин, — состоит именно в том, что оно с чрез-
вычайной силой открыло массам народа глаза на ту
истину, которая была прикрыта и прикрывается до сих
пор соглашательской фразой эсеров и меньшевиков,
именно: помещики и буржуазия, с партией к.-д. во главе,
и стоящие на их стороне генералы и офицеры сорганизо-
вались, они готовы совершить и совершают самые
неслыханные преступления... ради того, чтобы захватить
всю власть в руки буржуазии, чтобы укрепить власть
помещиков в деревне, чтобы залить страну кровью ра-
бочих и крестьян» *.
Июль—август были кульминационным периодом в на-
ступлении всех контрреволюционных сил. Это был пере-
ломный момент, после которого массы рабочих, солдат,
матросов и беднейших крестьян начали все более уве-
ренно становиться под знамена большевистской партии.
После разгрома корниловского мятежа возросло влияние
большевиков в Советах. Именно в этот период Петро-
градский Совет, приняв 31 августа свою знаменитую ре-
золюцию по вопросу о власти, окончательно встал на
большевистские позиции. 5 сентября на сторону боль-
шевиков встал Московский Совет. «Получив большин-
ство в обоих столичных Советах рабочих и солдатских
1 В. И. Л е н и н. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 146.
290
депутатов, — писал В. И. Ленин, — большевики могут
и должны взять государственную власть в свои руки»1.
Примеру Петроградского и Московского Советов по-
следовали Советы Киева, Харькова, Казани, Уфы, Мин-
ска, Ташкента, Самары и многих других городов. Больше
250 Советов высказалось за лозунг большевиков «Вся
власть Советам!». Этот лозунг на новом этапе был уже
не тем лозунгом, который выдвигался партией до июль-
ских дней. Тогда стоял вопрос о мирном завоевании
власти, а теперь лозунг «Вся власть Советам!» означал
призыв к вооруженному восстанию, к пролетарской рево-
люции.
1 В. И. Л е н и н. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 239.
10*
ГЛАВА VI
ОКТЯБРЬСКИЙ ШТУРМ
Вся власть Советам!
В конце сентября в развитии революции наступил
третий этап, который В. И. Ленин охарактеризовал как
канун пролетарской революции1. По всей стране разра-
сталось крестьянское движение, а это означало, что
рабочий класс получил мощную поддержку со стороны
беднейшего крестьянства. Армия волновалась. Утомлен-
ные войной и недовольные политикой Временного пра-
вительства солдаты мечтали о мире и возвращении
домой. Из армии дезертировало около 2 миллионов сол-
дат, не желавших воевать за барыши капиталистов и
помещиков. Большинство солдат и матросов симпатизи-
ровало большевикам. Балтийский флот, Кронштадт и
подавляющая часть русских войск в Финляндии отказа-
лись признавать Временное правительство. Многочислен-
ные съезды местных Советов и военные съезды требовали
созыва II Всероссийского съезда Советов. В промышлен-
ности, на транспорте и в сельском хозяйстве царила
невиданная разруха, она парализовала все отрасли на-
родного хозяйства страны. Продолжалась министерская
чехарда. Один за другим менялись министры, не спо-
собные наладить нормальную работу своих ведомств.
1 См. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 272—275.
292
Вывести страну из этого положения могла только социа-
листическая революция.
В своих многочисленных статьях и письмах в ЦК, ПК,
МК РСДРП (б), партийным конференциям, большеви-
кам— делегатам съездов Советов В. И. Ленин доказы-
вал, что страна переживает общенациональный кризис,
что назрели все объективные условия, налицо все субъ-
ективные предпосылки для вооруженного восстания.
Переход на сторону большевиков Петроградского и
Московского и других Советов перепугал Керенского.
В поисках путей восстановления «потрясенного государ-
ственного порядка» 1 и для того, чтобы как-то приостано-
вить растущее влияние Советов и исподволь подготовить
их ликвидацию, Временное правительство 1 сентября
создало Директорию из пяти лиц.
Глава Директории Керенский, объявив себя верхов-
ным главнокомандующим русской армии, категорически
запретил политическую деятельность в армии и на флоте,
запретил воинским демократическим организациям вме-
шиваться в строевую и оперативную работу началь-
ствующих лиц, производить аресты, смещения и отстра-
нения от должностей офицеров. Приказ Керенского
заканчивался прямой угрозой, что неисполнение его
«будет в корне подавлено со всей силой власти и винов-
ные понесут суровые наказания»1 2.
Однако ни правительственные приказы, ни приказы
военного командования не исполнялись, армия и флот
выходили из подчинения буржуазной власти.
Временное правительство издавало такие законы и
проводило такие мероприятия, которые еще больше от-
талкивали от него массы. Ни в коей мере не упрочил
положения Временного правительства и запоздалый
закон об официальном переименовании Российской импе-
рии в Российскую республику. С изданием этого закона
ничего не изменилось — никаких новых республиканских
учреждений и порядков не устанавливалось, все остава-
лось по-прежнему. Это была фикция для обмана народ-
ных масс.
В законе о Российской республике отсутствовало
слово «демократическая». Матросы Кронштадта сразу
1 «Вестник Временного правительства», 3 сентября 1917 г.
2 «Свободный флот», 1917,	4(16), стр. 13.
293
же подметили это весьма существенное «упущение».
В частях Кронштадта и на кораблях флота прокатилась
волна протестов с требованием именовать страну не про-
сто республикой, а Российской федеративной демократи-
ческой республикой.
Чтобы как-то ослабить нарастающий революционный
подъем, правительство при активной поддержке меньше-
виков и эсеров решило сыграть на демократических чув-
ствах народа. С этой целью 14 сентября в Петрограде
было созвано так называемое Демократическое совеща-
ние. Состав этого совещания был искусственно подтасо-
ван. Были собраны преимущественно представители
соглашательских партий, кооперативные деятели, депу-
таты земств и городских дум. Большевикам принадле-
жало не больше 10 процентов мест. От Кронштадта на
совещании присутствовал И. П.. Флеровский, от кораб-
лей флота, стоявших в Гельсингфорсе,—член Центро-
балта кронштадтский матрос А. В. Баранов.
Разоблачая механику выборов на это совещание,
В. И. Ленин писал: «Демократическое совещание не
представляет большинства революционного народа,
а лишь соглашательские мелкобуржуазные верхи» х.
На созыв совещания Кронштадтский Совет отклик-
нулся резолюцией, в которой заявил, что Временное пра-
вительство— «очаг заговора против революции» и что
«единственный выход из создавшегося положения Крон-
штадтский Совет видит в создании власти из представи-
телей революционного пролетариата и крестьянства»1 2.
Двадцатого сентября лидеры эсеров и меньшевиков
пошли на новую махинацию — из состава Демократиче-
ского совещания был выделен Предпарламент (Времен-
ный совет республики), в который наряду с представите-
лями демократических кругов вошли представители
цензовых (буржуазно-помещичьих) организаций и уч-
реждений. Предпарламент не обладал никакими реаль-
ными правами. Он лишь прикрывал безответственную
антинародную власть парламентской псевдодемократиче-
ской ширмой.
Разоблачая истинную сущность Предпарламента,
В. И. Ленин писал: «...единственное назначение предпар-
1 В. И. Ленин. Поли, собр.-соч., т. 34, стр. 239—240.
2 И. Н. Колбин. Кронштадт в 1917 году, стр. 55.
294
ламента — надуть массы, обмануть рабочих и крестьян,
отвлечь их от новой растущей революции, засорить глаза
угнетенных классов новым нарядом для старой, уже
испытанной, истрепанной, истасканной „коалиции1* с бур-
жуазией... Надо бойкотировать предпарламент... разо-
гнать бонапартистскую банду Керенского с его поддель-
ным предпарламентом...» 1
Выражая мнение матросов, солдат и рабочих, газета
«Пролетарское дело» выступала против Предпарламента.
«Революцию хотят задавить, — писала газета, — и рабо-
чий класс и беднейшее крестьянство, покинув это учреж-
дение, долж[ны] приготовиться для отпора и на съезде
Советов взять власть в свои руки»1 2.
Когда Демократическое совещание высказалось за
создание коалиционного правительства без участия ка-
детов, Керенский не подчинился этой рекомендации.
Правительство, сформированное 25 сентября, являлось
коалиционным лишь по форме. Всю его деятельность
направляли министры-капиталисты.
Кронштадтцы высказались против вновь сформиро-
ванного правительства. «Новое коалиционное Временное
правительство является союзом явных корниловцев и
„вождей демократии11... — говорилось в резолюции, при-
нятой на заседании Кронштадтского Совета. — Такое
правительство Кронштадтский Совет рабочих и солдат-
ских депутатов считает несомненным органом буржуаз-
ной контрреволюции... способным предать страну и рево-
люцию на удушение и разграбление международной
буржуазии. Кронштадтский гарнизон и рабочие прави-
тельству предательства революции решительно отказы-
вают в какой бы то ни было поддержке. Только через
Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов
может быть организована власть революции»3.
Такое заявление послужило поводом для новой травли
Кронштадта.
«Кронштадт вторично отложился от России! Крон-
штадт разлагающе действует на армию!» — кричали
кадетская «Речь» и ряд других газет. Они требовали
наконец-то расправиться с мятежным Кронштадтом, но
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 260—261, 262.
2 «Пролетарское дело», 8 октября 1917 г.
3 «Известия Кронштадтского Совета», 28 сентября 1917 г.
29S
Временное правительство было бессильно предпринять
против него какие-либо санкции.
В этот период заодно с большевиками Кронштадта
и Гельсингфорса выступили матросы, солдаты и рабочие
Ревеля. 27 сентября пленарное заседание Ревельского
Совета приняло большевистскую резолюцию, в которой
называло новое коалиционное правительство контррево-
люционным, требовало немедленного роспуска Предпар-
ламента и созыва съезда Советов, заявляло о своей пол-
ной готовности «поддержать переход власти в руки
Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов
в любой день всеми имеющимися в крепости силами и
средствами» \
В истории бывали случаи, когда какой-либо ничтож-
ный факт приобретал принципиальное политическое зна-
чение и становился поводом для крупных событий. Нечто
подобное имело место накануне Октября и на флоте.
В Петрограде, в здании Главного адмиралтейства,
на правах морской секции ВЦИК Советов мирно суще-
ствовал созданный еще в июне из представителей всех
флотов и флотилий России Центральный комитет Все-
российского военного флота (Центрофлот). Эта органи-
зация, как и ее шеф — ВЦИК, по большинству своему
была меньшевистско-эсеровской. Небольшая группа
большевиков (16 человек), входившая в состав Центро-
флота, вела ожесточенную борьбу с соглашателями.
Центрофлот не пользовался влиянием ни в Кронштадте,
ни на кораблях флота.
Неожиданный конфликт этой соглашательской орга-
низации с правительством произошел из-за помещения,
которое она хотела занять, но получила отказ. Полагая,
что в основе отказа лежит политически враждебное
отношение к общефлотской выборной демократической
организации со стороны Морского штаба и морского
министра, и рассчитывая, что этот акт вызовет негодова-
ние матросских масс, Центрофлот осмелел и решил
обратиться к правительству с ультимативным требова-
нием: в течение 24 часов удалить из Главного морского
штаба нескольких офицеров, а спорное помещение оста-
вить за Центрофлотом. В противном случае он сочтет
это нарушением своих прав, порвет сношения с Морским
1 «Балтийские моряки...», стр. 221.
296
министерством и разъедется по местам с целью искать
поддержки у избирателей1.
В ответ на это требование последовало решение Вре-
менного правительства:
1.	Центрофлот немедленно распустить и разрешить
на местах новые выборы.
2.	Считать всякую попытку вызвать волнения, осо-
бенно в Балтийском флоте, ввиду угрожающей военной
обстановки — изменой.
3.	В случае возникновения волнений на этой почве
настоящий состав Центрофлота привлечь к ответствен-
ности в качестве подстрекателей1 2.
Центрофлот не подчинился этому решению, а, про-
должая свою деятельность, обратился во все флоты и
флотилии, в том числе и в Кронштадт, за поддержкой.
Борьба за помещение переросла в острый политический
конфликт.
Матросы, солдаты и рабочие Кронштадта, Гельсинг-
форса, Ревеля и других баз флота резко высказались
против вызывающего поступка Временного правитель-
ства, и не столько в защиту соглашательского Центро-
флота, сколько из принципиальных соображений.
Обсуждавший этот вопрос Кронштадтский Совет за-
явил, что в решении Временного правительства он усмат-
ривает «грубое нарушение прав выборного демократиче-
ского учреждения» и что это решение является «одним
из ряда контрреволюционных шагов Временного прави-
тельства, узурпировавшего власть революционного на-
рода и объявившего открытый поход против всех завое-
ваний революции»3.
Исключительно важное решение было принято 19 сен-
тября на пленарном заседании Центробалта с представи-
телями 80 судовых комитетов при участии матросской
фракции Гельсингфорсского Совета и рабочих Свеаборг-
ского порта. Выражая волю всего Балтийского флота,
заседание заявило, что флот «больше распоряжений
Временного правительства не исполняет и власти его
не признает... Права же своих организаций мы будем
отстаивать всеми имеющимися у нас средствами»4.
1 ЦГАВМФ, ф. 481, on. 1, д. 78, л. 260.
2 ЦГАВМФ, ф. р-852, on. 1, д. 8, л. 66а.
3 «Пролетарское дело», 20 сентября 1917 г.
4 «Балтийские моряки...», стр. 217—218.
297
Аналогичные резолюции были вынесены в частях Або-
Оланда и на кораблях, стоявших на передовых позициях.
Резолюции протеста против роспуска Центрофлота
выносились не только на Балтийском и Черноморском
флотах, но и на многих фабриках и заводах Петрограда
и даже в других городах. Отклики поступали и из частей
действующей армии.
Временное правительство вынуждено было спешно
отменить свое распоряжение о роспуске Центрофлота.
Этот инцидент ярко показал, что нетерпимое отноше-
ние масс к Временному правительству достигло предела.
Флот, как и вся страна, был готов к его низвержению.
Партия большевиков готовила массы к вооруженному
восстанию. В конце сентября — начале октября по зада-
нию ЦК РСДРП (б) повсеместно проходили партий-
ные конференции. Большевики выступали за срочный
созыв съездов местных Советов и военных съездов.
Двадцать пятого сентября 1917 года в Гельсингфорсе
на яхте «Полярная звезда» собрался 2-й съезд моряков
Балтийского флота. Инициатива созыва съезда принад-
лежала большевистской части Центробалта и большеви-
кам Кронштадта, недовольным нерешительной деятель-
ностью Центробалта 3-го созыва. В работе съезда при-
нимала участие довольно большая группа делегатов от
Кронштадта.
Этот съезд сыграл крупнейшую роль в подготовке
матросских масс к Октябрьскому вооруженному восста-
нию. Его открытия с нетерпением ждали. все судовые
комитеты, ждали матросы Кронштадта.
Открытие съезда превратилось в настоящий празд-
ник. С раннего утра 25 сентября по направлению
к Брунс-парку, где около берега стояла бывшая царская
яхта «Полярная звезда»1 со своими роскошными сало-
нами, залами и каютами, двигались густые колонны
моряков. На знаменах и плакатах красовались лозунги:
«Вся власть Советам!», «Долой войну!», «Земля — кре-
стьянам!». Не было ни одного соглашательского лозунга.
Общее настроение отличалось праздничностью и боеви-
тостью. Стройными рядами, поблескивая на солнце
1 На «Полярной звезде» размещался Центробалт.
298
штыками, одна за другой проходили по набережной
мимо яхты матросские колонны. Раздавались возгласы
приветствий и крики «ура».
С огромным вниманием съезд заслушал доклад о те-
кущем политическом моменте представителя ЦК и члена
Гельсингфорсского комитета РСДРП (б) В. А. Антонова-
Овсеенко. Приветствуя съезд от имени ЦК большевист-
ской партии, он призвал матросов быть в полной бое-
вой готовности.
На одном из своих заседаний съезд заслушал сооб-
щение представителей Кронштадта А. Г. Пронина и
X. 3. Ярчука о требовании Временного правительства
снять артиллерию с некоторых фортов. Кронштадтцы
сообщали, что их Совет на это требование ответил
отказом. Съезд одобрил решение Совета и единодушно
заявил, что не допустит разоружения Кронштадта. -
В течение двенадцати дней работы съезд разрешил
целый ряд весьма важных политических, хозяйственных
и организационных вопросов.
В конце работы съезда были произведены выборы на
II Всероссийский съезд Советов. Было избрано 14 чело-
век, в том числе трое кронштадтцев: А. В. Баранов,
В. С. Мясников и Н. М. Неверовский. В числе 14 делега-
тов было 11 большевиков.
Значение 2-го съезда моряков Балтийского флота
было исключительно велико. Съезд фактически взял
власть на флоте в свои руки, он мобилизовал матрос-
ские массы на свержение Временного правительства, на
установление в стране власти Советов.
Во время работы съезда на Балтийском море сложи-
лась довольно грозная военная обстановка. Германское
командование предприняло большую комбинированную
операцию по захвату островов Эзель, Моон и Даго.
Конечной целью этой операции был захват Петрограда
и разгром русской революции.
В течение восьми дней у Моонзундского архипелага
шли ожесточенные бои с численно превосходящими
силами врага.
В защите островов принимали участие артиллеристы
Кронштадтской крепости и моряки Кронштадтской воен-
но-морской базы. Первые со своей батареей обороняли
остров Моон, а вторые занимали береговые позиции
в районе Гапсаля. В разгар боев съезд направил на
288
корабли и в береговые части Моонзундской морской
позиции своих комиссаров, в числе которых был делегат
Кронштадта матрос В. А. Машкевич.
Моонзундское сражение было первым боевым сраже-
нием революционного Балтийского флота. Моряки-бал-
тийцы, сражаясь с германским флотом, отстаивали под-
ступы к сердцу грядущей пролетарской революции —
Петрограду. Это были авангардные бои за будущую
Советскую республику. Именно в этом заключается осо-
бое значение боев в Моонзундском архипелаге, происхо-
дивших в момент подготовки к Октябрьскому вооружен-
ному восстанию.
Об этом же говорилось и в обращении съезда
«К угнетенным всех стран!»: «Мы идем в бой не во имя
исполнения договоров наших правителей с союзниками...
Мы исполняем верховное веление нашего революцион-
ного сознания». Обращение призывало пролетариев всего
мира: «Сбросьте с себя оковы, угнетенные! Поднимай-
тесь на борьбу! Нам нечего терять в этом мире, кроме
цепей. Мы верим, мы дышим верою в победу револю-
ции... Поднимайте знамя восстания! Да здравствует все-
мирная революция! Да здравствует справедливый общий
мир! Да здравствует социализм!» 1
Это обращение, написанное В. А. Антоновым-Овсе-
енко, было переведено на несколько языков и передано
в эфир. Кроме того, Кронштадтский Совет отпечатал его
на русском и немецком языках тиражом 150 тысяч эк-
земпляров и разослал по фронтам для распространения
среди немецких солдат.
В те дни, когда в Гельсингфорсе заседал 2-й съезд
моряков Балтийского флота и когда балтийские моряки
самоотверженно сражались с германским флотом, защи-
щая подступы к Петрограду, главнокомандующий ар-
миями Северного флота, которому Кронштадт был
подчинен в оперативном отношении, получил провокаци-
онную телеграмму Керенского. В этой телеграмме, опуб-
ликованной 1 октября почти во всех буржуазных газетах,
кронштадтцы обвинялись в том, что они «играют на руку
1 «Балтийские моряки...», стр. 239.
300
врагу», что по их вине «в грозный час испытаний» не все
средства обороны оказались на месте и т. д.
Поводом для телеграммы послужил отказ Крон-
штадта выполнить распоряжение Временного правитель-
ства о снятии с фортов нескольких артиллерийских ору-
дий для переброски их в другие места. Однако действи-
тельной причиной этого демарша Керенского явилось
категорическое заявление Кронштадтского Совета об
отказе в доверии и поддержке новому коалиционному
правительству.
В ответ на провокационную телеграмму Исполком
Кронштадтского Совета принял обращение, в котором
говорилось: «...министр-председатель осмелился пред
лицом всей революционной России и всего мира бросить
темный и тяжкий навет на революционный Кронштадт...
Революционный Кронштадт не первый раз встречает
попытку оклеветать его перед лицом российской демо-
кратии. Вы помните, как с легкой руки бывшего мини-
стра Церетели вся буржуазная лживая пресса травила
кронштадтцев как контрреволюционное гнездо, отложив-
шееся от остальной России. И тогда Кронштадт обви-
нялся в измене революции... Вы, может быть, вспомните,
министр Керенский, как по приказу вашего Генерального
штаба после 3—5 июля был послан отряд „усмирить"
Кронштадт, как было отдано распоряжение на случай
„непокорности" Кронштадта открыть по нему огонь...
как ваш главнокомандующий генерал Корнилов еще
8 августа проектировал разоружить Кронштадт, разру-
шить это гнездо революции... Революционный Кронштадт
с презрением отметает клеветнический выпад министра
Керенского... Перед лицом всей страны, перед лицом
всей революционной России к ответу, министр Керен-
ский!» ’.
Чудовищная клевета на Кронштадт вызвала резкий
протест во всех частях Балтийского флота. Повсюду
прошли митинги протеста. Бурю негодования эта теле-
грамма вызвала среди делегатов 2-го съезда моряков
Балтийского флота. Усматривая в телеграмме Керен-
ского обвинение, брошенное не только Кронштадту, но и
всему флоту, съезд потребовал от ВЦИК Советов
«немедленного удаления из рядов Временного прави-
1 «Балтийские моряки...», стр. 231—233.
301
тельства... авантюриста Керенского, как лицо, позорящее
и губящее своим бесстыдным политическим шантажом
в пользу буржуазии и великую революцию, а также
вместе с нею весь революционный народ». Далее в резо-
люции съезда говорилось: «Тебе же, предавшему рево-
люцию, Бонапарту-Керенскому, шлем проклятия в тот
момент, когда наши товарищи гибнут под пулями и сна-
рядами и тонут в волнах морских, призывая защищать
революцию...» 1
Одновременно со съездом моряков Балтийского флота
28 сентября в Гельсингфорсе проходила областная пар-
тийная конференция армии, флота и рабочих Финляндии.
Эта конференция имела большое значение в подготовке
флотских и армейских большевиков к вооруженному
восстанию. Накануне открытия конференции В. И. Ленин
послал председателю Областного комитета армии, флота
и рабочих Финляндии И. Т. Смилге обстоятельное
письмо, в котором требовал уделить максимум внимания
подготовке военных сил для свержения Временного пра-
вительства. С письмом были ознакомлены все больше-
вики — руководящие работники Областного комитета и
Центробалта1 2.
Вся работа конференции протекала с большим подъ-
емом и в полном соответствии с указаниями, изложен-
ными в письме Ленина. Она отражала настроения не
только большевиков флота, но и широких матросских
масс, готовых выступить с оружием в руках против Вре-
менного правительства. Конференция явилась инициато-
ром созыва съезда Советов Северной области, который
предполагалось созвать в Гельсингфорсе 8 октября 3. Это
решение было утверждено ЦК партии, но вскоре по
совету Я. М. Свердлова место созыва съезда было пере-,
несено в Петроград. Для участия в организационной
подготовке съезда в Петроград выехал член Центро-
балта кронштадтский матрос А. В. Баранов.
В мобилизации на вооруженное восстание солдат
гарнизонов, расположенных в наиболее важных пунктах,
близких к Петрограду, довольно заметную роль сыграла
делегация кронштадтцев, возглавляемая матросом
1 «Балтийские моряки...», стр. 236.
2 См. Е. Ф. Е р ы к а л о в. Октябрьское вооруженное восстание
в Петрограде. Л., 1966, стр. 157.
3В. Антонов-Овсеенко. В революции. М., 1957, стр. 117.
302
С. Г. Пелиховым. Эта делегация, имевшая конкретную
цель — агитацию за освобождение арестованных в июль-
ские дни кронштадтских большевиков, в действительно-
сти превратилась в агитационный отряд по подготовке
восстания. Кронштадтцы призывали солдат не доверять
Временному правительству, не исполнять его распоря-
жений, требовать скорейшего созыва Всероссийского
съезда Советов и перехода власти в руки Советов.
В Выборге кронштадтская делегация побывала в ча-
стях, которые в июльские дни «наводили порядок»
в Петрограде. С тех пор в настроении солдат многое
изменилось. Эти части в своих резолюциях обещали
помочь кронштадтцам «штыками и пушками» в их требо-
вании освободить арестованных
Организуя митинги и собрания в войсковых частях,
кронштадтцы не только добивались принятия больше-
вистских резолюций, но каждая воинская часть по их
инициативе выбирала делегатов, которые должны были
вручить резолюцию Петроградскому Совету и властям
Временного правительства.
По окончании поездки делегация, выросшая до не-
скольких десятков человек, явилась в Петроград и су-
мела добиться освобождения Ф. Ф. Раскольникова.
В освобождении С. Г. Рошаля было отказано, его осво-
бодила из тюрьмы Октябрьская революция.
Первого октября состоялась Петроградская окружная
партийная конференция. На ней присутствовали деле-
гаты от 16 партийных организаций, представлявшие
8400 членов партии, причем самой многочисленной из
организаций, представленных на конференции, была
кронштадтская (3500 человек). От Кронштадта на этой
конференции присутствовали Б. А. Бреслав, В. М. Зай-
цев, А. М. Любович, Ф. Ф. Раскольников, Л. Н. Сталь
и И. П. Флеровский. Резолюция конференции требовала
немедленного созыва II Всероссийского съезда Советов,
передачи земли в руки земельных комитетов, установле-
ния рабочего контроля над промышленностью, демокра-
тизации армии и немедленного предложения мира
воюющим народам.
5—6 октября в Кронштадте по инициативе Крон-
штадтского, Петергофского и Сестрорецкого Советов,
1 См. «Известия Кронштадтского Совета», 13 октября 1917 г.
303
одобренной ЦК РСДРП (б), состоялся съезд Советов
Петроградской губернии. На съезде присутствовали деле-
гаты Кронштадта, Сестрорецка, Петергофа, Гатчины,
Нарвы, Колпина, Луги, Ямбурга, Гдова и Шлиссель-
бурга.
Делегаты-кронштадтцы на этом съезде занимали
почетное и ведущее положение. По единодушному жела-
нию собравшихся на съезде председательствовали по
очереди председатель большевистской фракции Крон-
штадтского Совета И. П. Флеровский и председатель
Кронштадтского Совета левый эсер К- Шугрин, лояльно
относившийся к большевикам.
С докладом о текущем политическом моменте высту-
пил Флеровский. Центральной частью доклада был во-
прос о власти. Подавляющее большинство делегатов,
выступивших в прениях, высказалось за власть Со-
ветов.
В. И. Ленин писал, что в этих условиях большевики,
на стороне которых большинство Советов, весь Балтий-
ский флот и все русские войска в Финляндии, не могут
откладывать вооруженного восстания и позволить Керен-
скому сдать Петроград немцам и создать условия для
удушения революции1.
Выступивший на съезде председатель Центробалта
П. Е. Дыбенко от имени всего флота требовал перехода
власти в руки Советов рабочих и солдатских депутатов.
С 11 по 13 октября в Петрограде проходил съезд Со-
ветов Северной области, в котором участвовали и крон-
штадтские делегаты. Он имел огромное значение как
в подготовке Всероссийского съезда, так и в подготовке
вооруженного восстания. По выражению председатель-
ствовавшего на съезде В. А. Антонова-Овсеенко, он со-
здал вокруг Питера «железную броню» из Советов,
прочно стоявших на большевистских позициях.
Письмо В. И. Ленина к большевикам — делегатам
Северного областного съезда и решения самого съезда
были восприняты в Кронштадте и на кораблях флота
как руководство к действию.
Откликаясь на решения Северного областного съезда,
общее собрание матросов линкора «Заря свободы» при-
зывало команды других кораблей и воинских частей:
1 См. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 386—387,
304
«Товарищи! Настало время, когда не место быть
такому правительству у власти. Мы все скажем: руки
прочь, вся власть Советам рабочих, солдатских и кресть-
янских депутатов... Время не ждет, каждый час промед-
ления дает возможность правительству организовать
вокруг себя контрреволюционные элементы. Довольно
слов, нужно действовать» L
На этом корабле была самая крупная большевист-
ская организация. Команда корабля выражала не только
свое мнение, но и мнение подавляющего большинства
кронштадтцев.
Восемнадцатого октября на заседании Кронштадт-
ского Совета происходили выборы на II Всероссийский
съезд Советов. От каждой фракции, независимо от числа
ее членов, баллотировался один кандидат. Всего же пред-
стояло выбрать трех делегатов. Кандидат большевиков
И. П. Флеровский прошел почти единогласно. За него
голосовали не только большевики, но и члены других
фракций. Кандидат от фракции левых эсеров Н. Ривкин
с трудом собрал необходимое количество голосов, а за
кандидата правых эсеров голосовала только правоэсе-
ровская фракция, да и то не полностью, и он был забал-
лотирован.
Большевики были заинтересованы, естественно, в том,
чтобы третьим был избран кандидат, который на съезде
поддержит курс большевистской партии. Анархист-син-
дикалист X. 3. Ярчук представлялся для этого наиболее
подходящей кандидатурой, поэтому' большевистская
фракция отдала за него свои голоса.
Таким образом, от Кронштадта на II съезд Советов
были делегированы шесть человек: Флеровский, Ярчук,
Ривкин и ранее избранные 2-м съездом моряков Балтики
Неверовский, Баранов и Мясников.
В Кронштадте — в казармах, на кораблях и в казе-
матах фортов — шли горячие дискуссии о завтрашнем
дне, об окончании проклятой войны, о передаче земли
крестьянам, фабрик и заводов — рабочим. Все ждали
решительного момента, к которому серьезно готовились.
На кораблях и в береговых частях, на митингах и со-
браниях выносились резолюции — ускорить созыв II Все-
российского съезда Советов.
1 «Балтийские моряки...», стр. 245.
305
В ленинском плане восстания
В период подготовки Октябрьского вооруженного
восстания В. И. Ленин считал матросов Балтийского
флота, и в частности Кронштадта, одной из главных бое-
вых сил революции, призванных обеспечить успех вос-
стания ’.
Часто встречаясь с военными моряками и внима-
тельно наблюдая за их борьбой против Временного пра-
вительства, В. И. Ленин знал, что команды кораблей
и гарнизон Кронштадта готовы принять активнейшее
участие в свержении буржуазной власти.
В августе — сентябре 1917 года, скрываясь от аген-
тов Временного правительства, Ленин нелегально жил
в Финляндии, преимущественно в Гельсингфорсе. Здесь
он имел возможность очень близко наблюдать и изучать
жизнь и политические настроения матросов, солдат Гель-
сингфорсского гарнизона и Свеаборгской крепости. Чи-
тая ежедневно доставляемые ему газеты кронштадтское
«Пролетарское дело» и ревельскую «Звезду», в которых
печатались резолюции митингов и матросские отклики
на внутреннюю и внешнюю политику Временного прави-
тельства, Владимир Ильич был прекрасно осведомлен
и о политических настроениях моряков Кронштадта и
Ревельской базы. Именно там, в Гельсингфорсе, у Ле-
нина сложилось твердое убеждение, что балтийские
моряки, и в первую очередь кронштадтские матросы,—
та сила, на которую могут рассчитывать большевики
в предстоящем вооруженном выступлении.
Двадцать седьмого сентября, уже находясь в Выборге,
Владимир Ильич впервые конкретно поставил вопрос об
участии и о роли флота в восстании. В. И. Ленин писал
председателю Областного комитета армии, флота и ра-
бочих Финляндии И. Т. Смилге: «Кажется, единственное,
что мы можем вполне иметь в своих руках и что играет
серьезную военную роль, это финляндские войска и Бал-
тийский флот»1 2. Ленин требовал «не терять времени на
„резолюции", а все внимание отдать военной подготовке
финских войск + флота для предстоящего свержения
Керенского»3.
1 См. В. И. Ленин, Поли. собр. соч., т. 34, стр. 383, 390.
2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 265.
3 Т а м же.
306
Здесь же Ленин указывал: «„Власть14 в Финляндии
надо использовать для систематической пропаганды
среди казаков, находящихся в Финляндии...» 1
Владимиру Ильичу было известно, что в Гельсинг-
форсе, а также между Выборгом и Териоками, «в безо-
пасной (от большевиков) изоляции»1 2, расквартированы
войска: 42-й армейский корпус, 128-я пехотная дивизия,
1-й кавалерийский корпус и 5-я Кавказская кавалерий-
ская дивизия. Солдаты пехотных частей, близко сопри-
касавшихся с частями флота, в значительной степени
распропагандированные матросами, были решительно
настроены против Временного правительства и стояли за
переход власти в руки Советов. Совершенно иная обста-
новка была в казачьих войсковых соединениях — в 1-м
кавалерийском корпусе и в 5-й Кавказской кавалерий-
ской дивизии. Под влиянием агитации меньшевиков и
эсеров у казаков преобладали антибольшевистские на-
строения. Казаки могли явиться той силой, которая
с началом восстания выступит на стороне Керенского.
Казачьи полки правительство могло послать против мо-
ряков Кронштадта и для того, чтобы воспрепятство-
вать Центробалту перебрасывать по железной дороге
матросские отряды в Петроград для поддержки вос-
стания.
Предвидя эту возможность, Владимир Ильич предла-
гал «изучить все сведения о расположении казаков и
организовать посылку к ним агитаторских отрядов из
лучших сил матросов и солдат Финляндии»3.
Таким образом, в канун восстания у Ленина сложи-
лось твердое убеждение, что революционные военные
моряки — активная сила пролетарской революции, что
на них можно вполне положиться при решении важней-
ших политических, стратегических и тактических вопро-
сов восстания.
В том же письме В. И. Ленин предлагал из отпускае-
мых на побывку в деревню матросов и солдат «составить
отряды агитаторов для систематического объезда всех
губерний и агитации в деревнях...»4.
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 266.
2 Т а м же.
3 Т ам же.
4 Т а м же.
307
На призыв В. И. Ленина о посылке агитаторов в де-
ревню горячо откликнулся Кронштадтский комитет
РСДРП (б). Для усиления политико-воспитательной ра-
боты среди матросов из крестьян при Совете крестьян-
ских землячеств были созданы специальные краткосроч-
ные курсы. Своим постановлением Кронштадтский коми-
тет РСДРП (б) обязал всех членов партии из числа
крестьян вступать в землячества и через них теснее свя-
заться с деревней, снабжать ее литературой и обслужи-
вать агитаторами *. Увеличился поток отпускников, полу-
чавших задания от матросских землячеств.
Чтобы работа моряков-агитаторов и отпускников
была более продуктивной, газета «Пролетарское дело»
специальным наказом-наставлением учила едущих в де-
ревню, как надо вести агитацию. В простой и популярной
форме газета рекомендовала рассказать односельчанам
всю правду о бешеной борьбе, которую ведут капита-
листы против рабочих и крестьян. Рассказать, что прави-
тельство Керенского «повинно в мятеже Корнилова, как
это правительство не хочет дать земли крестьянам, как
оно высылает против крестьян наших же братьев солдат
для усмирения». Разъяснить, что нужны «не поджог име-
ний, а взятие земли в руки революционного крестьян-
ского хозяйства, не разграбление помещичьего хозяйства,
а передача его в руки всего общества беднейших
крестьян... Нужно в каждом селе, в каждой деревушке,
волости, уезде, губернии не только выбрать Совет кресть-
янских депутатов, но и укрепить и поддержать его, а для
этого надобно вооружить всех поголовно, создать народ-
ную, крестьянскую милицию. Вот что нужно рассказать
в деревне и разъяснить, что за все это борется револю-
ционная рабочая партия большевиков, добиваясь власти
революционных рабочих и крестьян...»1 2.
Для того чтобы разъехавшиеся по деревням агита-
торы могли информировать газету о настроениях кресть-
янства, для них был отпечатан массовым тиражом
вопросник, который вручался уезжающим через Совет
крестьянских землячеств.
Много матросов-большевиков разъехалось по всем
уголкам необъятной России поднимать крестьян на
1 См. «Пролетарское дело», 22 сентября 1917 г.
2 «Пролетарское дело», 4 октября 1917 г.
308
борьбу против Временного правительства, за захват
власти в руки Советов. Несколько матросов-кронштадт-
цев поехали в крупные промышленные и военные центры
как представители ЦК партии. Среди них были разъезд-
ной агитатор Кронштадтского комитета РСДРП (б)
П. Хохряков, направленный для организации Красной
гвардии на Урал, и матрос Н. Пожаров, посланный
в Севастополь Я. М. Свердловым с заданием «сделать
Севастополь Кронштадтом Юга».
После письма в Областной комитет армии, флота и
рабочих Финляндии о подготовке флота к восстанию
В. И. Ленин неоднократно возвращался к этому же
вопросу. 29 сентября в статье «Кризис назрел» он, дока-
зывая необходимость вооруженного восстания, писал:
«Если бы мы ударили сразу, внезапно, из трех пунктов,
в Питере, в Москве, в Балтийском флоте, то девяносто
девять сотых за то, что мы победим...» 1 В «Письме в ЦК,
МК, ПК и членам Советов Питера и Москвы большеви-
кам» 1 октября он вновь напоминал о том, что флот и
финские войска готовы идти на Питер, что они настроены
против Временного правительства1 2.
Документом, определившим тактико-стратегические
задачи вооруженного восстания, в том числе и роль
моряков в нем, является статья В. И. Ленина «Советы
постороннего». В ней Ленин следующим образом опре-
делил задачи матросов, красногвардейцев и солдат:
«Комбинировать наши три главные силы: флот, рабо-
чих и войсковые части так, чтобы непременно были взяты
и ценой каких угодно потерь были удержаны: а) теле-
фон, б) телеграф, в) железнодорожные станции, г) мо-
сты в первую голову.
Выделить самые решительные элементы (наших
„ударников" и рабочую молодежь, а равно лучших
матросов) в небольшие отряды для занятия ими всех
важнейших пунктов и для участия их везде, во всех важ-
ных операциях, например:
Окружить и отрезать Питер, взять его комбинирован-
ной атакой флота, рабочих и войска, — такова задача,
требующая искусства и тройной смелости»3.
1 В. И. Л е н и н. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 282.
2 См. там же, стр. 340—341.
3 Т а м ж с, стр. 383—384.
309
Огромное значение Балтийского флота и Кронштадта
в предстоящем вооруженном восстании В. И. Ленин
отмечал также в письме к большевикам — участникам
областного съезда Советов Северной области.
«Только немедленное движение Балтийского флота,
финляндских войск, Ревеля и Кронштадта против кор-
ниловских войск под Питером, — писал В. И. Ленин
в этом письме,— способно спасти русскую и всемирную
революцию...
Дело в восстании, которое может и должен решить
Питер, Москва, Гельсингфорс, Кронштадт, Выборг и
Ревель. Под П ит е р о м и в Питере — вот где может
и должно быть решено и осуществлено это восстание,
как можно серьезнее, как можно подготовленнее, как
можно быстрее, как можно энергичнее.
Флот, Кронштадт, Выборг, Ревель могут и должны
пойти на Питер, разгромить корниловские полки, поднять
обе столицы, двинуть массовую агитацию за власть,
немедленно передающую землю крестьянам, и немед-
ленно предлагающую мир, свергнуть правительство
Керенского, создать эту власть» Ч
Таким образом, ленинские письма и статьи кануна
Октябрьской революции свидетельствуют о том, что,
отмечая готовность флота и его баз к восстанию, Влади-
мир Ильич неизменно упоминал Кронштадт, который,
как ближайшая к столице база, имел особое значение,
что в Октябрьском вооруженном восстании он отводил
флоту и Кронштадту первостепенную роль.
Революционные события развивались с исключитель-
ной быстротой. Для того чтобы лично руководить под-
готовкой вооруженного восстания, в начале октября
Ленин вернулся из Выборга в Петроград. 10 октября под
его руководством состоялось заседание ЦК РСДРП (б).
В исторической резолюции этого совещания, написан-
ной Лениным, говорилось: «Признавая таким образом,
что вооруженное восстание неизбежно и вполне назрело,
ЦК предлагает всем организациям партии руководиться
этим и с этой точки зрения обсуждать и разрешать все
практические вопросы...» 1 2
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 390.
2 Т а м же, стр. 393.
310
На заседании выступили Г. Е. Зиновьев и Л. Б. Ка-
менев. Не веря в силы рабочего класса, они стремились
доказать, что Россия еще не созрела для социалистиче-
ской революции.
Через два дня после решения ЦК о подготовке воору-
женного восстания Исполнительным комитетом Петро-
градского Совета был создан Военно-революционный
комитет. Это был легальный орган, в задачу которого
входила вся военно-техническая и оперативная подго-
товка восстания. От Кронштадта в состав его вошел
И. П. Флеровский, от флота — П. Е. Дыбенко.
Шестнадцатого октября состоялось расширенное за-
седание ЦК партии.
Выступивший с докладом В. И. Ленин заявил: «Поло-
жение ясное: либо диктатура корниловская, либо дикта-
тура пролетариата и беднейших слоев крестьянства...
Из политического анализа классовой борьбы и в Рос-
сии и в Европе вытекает необходимость самой решитель-
ной, самой активной политики, которая может быть
только вооруженным восстанием»4.
Каменев и Зиновьев и на этом заседании пытались
доказать, что восстание обречено на неудачу. Они кле-
ветали и на революционный Кронштадт. Вопреки всяким
фактам Зиновьев заявил, что на подкрепления из Фин-
ляндии и Кронштадта «рассчитывать не приходится»2.
В таком же духе выступил и Г. И. Бокий. Он голословно
утверждал, что «в Кронштадте настроение пало и в бое-
вом отношении тамошний гарнизон никуда не годится»3.
В дни Октябрьского, штурма кронштадтцы делом
доказали, что подобные наветы на них абсолютно безос-
новательны.
Маловеры и капитулянты получили отпор от уча-
стников заседания. В. И. Ленин подвел итог прениям:
«Если политически восстание неизбежно, то нужно отно-
ситься к восстанию, как к искусству. А политически уже
оно назрело»4.
Расширенное заседание ЦК полностью подтвердило
и одобрило резолюцию ЦК от 10 октября и призвало
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 394—395.
2 См. «Протоколы ЦК РСДРП(б). Август 1917 — февраль 1918».
М., 1958, стр. 98.
3 Т а м же, стр. 96.
4 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 396—397.
311
все организации, всех рабочих, солдат и матросов к все-
сторонней подготовке вооруженного восстания. На этом
заседании из членов ЦК был создан Военно-революци-
онный центр по руководству восстанием, в который
вошли А. С. Бубнов, Ф. Э. Дзержинский, Я. М. Свердлов,
И. В. Сталин и М. С. Урицкий.
В ночь на 18 октября В. И. Ленин вызвал на конспи-
ративную квартиру членов Военно-революционного ко-
митета Н. И. Подвойского, В. А. Антонова-Овсеенко и
В. И. Невского и подробно расспросил их о состоянии
Красной гвардии, о воинских частях Петроградского
гарнизона, о Кронштадте и о кораблях Балтийского
флота.
Антонов-Овсеенко доложил Владимиру Ильичу, что
моряки Гельсингфорса и Кронштадта готовы к восста-
нию. Невский рассказал, что он по поручению Военной
организации при ЦК РСДРП (б) ездил в Гельсингфорс
специально для выяснения возможностей участия флота
в вооруженном восстании, и заверил В. И. Ленина, что
флот к выступлению готов.
За несколько дней до начала восстания В. И. Ленин
вторично вызвал к себе В. И. Невского и предложил
ему немедленно отправиться в Гельсингфорс и Выборг
с целью выработки единого плана действий и для обеспе-
чения поддержки восстания со стороны расположенных
в Выборге артиллерийских частей1. Выполнив это пору-
чение, Невский доложил В. И. Ленину, что гельсинг-
форсцы и выборжцы готовы к исполнению всех приказов
Военно-революционного комитета.
Восстание совершилось!
Силы революции росли не по дням, а по часам.
Двадцать второго октября по инициативе большеви-
ков был проведен «День Петроградского Совета». На
фабриках и заводах в этот день состоялись многолюдные
митинги, на которых выступили Я. М. Свердлов, М. И.
Калинин, В. Володарский, А. В. Луначарский, С. В. Ко-
сиор, А. М. Коллонтай, Н. В. Крыленко, В. И. Невский,
1 См. В. Невский. В Октябре. В сб.: «Октябрьское воору-
женное восстание в Петрограде. Воспоминания активных участни-
ков революции». Л., 1956, стр. 155.
812
Н. И. Подвойский и другие руководящие партийные
работники. Активное участие в митингах приняли деле-
гаты-моряки, прибывшие на II Всероссийский съезд
Советов. «День Петроградского Совета» показал, что
питерские рабочие, солдаты и матросы всецело поддер-
живают большевиков и готовы к вооруженному выступ-
лению.
В самый канун восстания Военно-революционный ко-
митет послал во все воинские части Петроградского
гарнизона и в гражданские организации своих комис-
саров. В их числе были и кронштадтцы. Комиссаром
Кексгольмского полка был назначен унтер-офицер
А. М. Любович. В Псков был направлен матрос с учеб-
ного корабля «Океан» В. Л. Панюшкин, возглавивший
там местный Военно-революционный комитет.
Петроградский Военно-революционный комитет при-
обретал все большую и большую силу. 23 октября по
его распоряжению через союз печатников было запре-
щено печатать материалы антибольшевистского и анти-
советского содержания. Арсеналу Петропавловской кре-
пости, где хранилось около 100 тысяч винтовок, много
гранат и револьверов, было приказано никому ничего не
выдавать без визы ВРК-
Временное правительство между тем готовилось на-
нести удар по силам революции. По его распоряжению
снимались с фронта и двигались на Петроград казачьи
полки. Узнав об этом, Военно-революционный комитет
разослал по всем воинским частям распоряжение: «Быть
в полной боевой готовности». В пределах города это рас-
поряжение было вручено через комиссаров, а за пре-
делы Петрограда передано радиостанцией крейсера «Ав-
рора».
В ночь на 24 октября Временное правительство по-
пыталось перейти в наступление. В 3 часа ночи коман-
дующий Петроградским военным округом полковник
Г. П. Полковников отдал приказ развести мосты через
Неву, арестовать комиссаров Военно-революционного ко-
митета, находящихся в воинских частях Петррградского
гарнизона, и захватить Смольный.
В 5 часов 30 минут утра по распоряжению Времен-
ного правительства была захвачена и опечатана типогра-
фия на Кавалергардской улице, где печаталась газета
«Рабочий путь» — Центральный Орган большевистской
313
партии. К Зимнему дворцу были вызваны юнкера, казаки
и женский «батальон смерти». Юнкерские отряды и пи-
кеты заняли телеграф, телефон, вокзалы и важнейшие
правительственные здания.
Утром 24 октября, сразу же после налета юнкеров на
типографию газеты «Рабочий путь», состоялось экстрен-
ное заседание ЦК РСДРП (б), на котором выступил
представитель ВРК с подробным сообщением о начав-
шихся событиях. Военно-революционному комитету было
предложено немедленно восстановить работу больше-
вистской типографии и обеспечить выпуск очередного
номера газеты.
Между членами военно-революционного центра были
распределены наиболее ответственные участки борьбы.
На Я. М. Свердлова возложена обязанность наблюдать
за Временным правительством, его мероприятиями и
принимать в связи с этим соответствующие меры; на
Ф. Э. Дзержинского — ответственность за работу почты
и телеграфа, которые в этот момент приобретали осо-
бенно важное значение; на А. С. Бубнова возложена
связь с железнодорожниками, через которых можно
было бы парализовать продвижение войск Керенского
к Петрограду. В. П. Милютину поручалась организация
продовольственного дела. А. Ломов (Г. И. Оппоков) и
В. П. Ногин должны были немедленно информировать
Москву обо всем происходящем в Петрограде1.
Военно-революционный комитет разослал по воин-
ским частям и гражданским организациям обращение,
4 в котором сообщал о том, что «враги народа перешли
ночью в наступление», и обязал все полковые, ротные
комитеты и революционные организации заседать непре-
рывно и быть готовыми к выступлению.
Петроград в эти дни представлял собою сплошной
вооруженный лагерь. Смольный институт превратился
в штаб революции. Площадь у Смольного круглые сутки
была переполнена красногвардейцами, солдатами и
матросами. Туда стекались отряды из Колпина, Сестро-
рецка, с фабрик и заводов Петрограда. Получив зада-
ние, они уходили' по назначению. Около здания и на
лестнице Смольного были установлены орудия и пуле-
меты.
1 См. «Протоколы ЦК РСДРП (б)», стр. 120.
314
Временное правительство было не в силах остановить
развивающиеся события. В час дня, на заседании Пред-
парламента, Керенский вынужден был констатировать,
что восстание началось. По его распоряжению во вто-
рой половине дня 24 октября юнкера заняли важнейшие
пункты города. Штаб округа отдал распоряжение о
выключении из телефонной сети телефонов Смоль-
ного. Новая попытка развести мосты привела в некото-
рых местах к вооруженному столкновению между юн-
керами и войсками Военно-революционного комитета.
Обстановка требовала от восставших решительных дей-
ствий.
В. И. Ленин, находившийся на конспиративной квар-
тире в Выборгском районе, внимательно следил за раз-
витием событий. Около 6 часов вечера он послал хозяйку
квартиры М. В. Фофанову в Выборгский районный ко-
митет партии с письмом для членов ЦК- В этом письме
вождь революции требовал: «...ни в коем случае не
оставлять власти в руках Керенского и компании до
25-го, никоим образом; решать дело сегодня непременно
вечером или ночью» ’.
Это был боевой приказ.
События развертывались по ленинскому плану.
В первую очередь, чтобы лишить Временное прави-
тельство средств связи с фронтом и другими городами,
требовалось захватить телеграф, телефон и Петроград-
ское телеграфное агентство (ПТА).
По указанию Ф. Э. Дзержинского комиссаром на
Главный телеграф, с приказом занять его, был назначен
С. С. Пестковский. Но так как он не был знаком с тех-
никой телеграфа, то на помощь ему Дзержинский на-
правил кронштадтца А. М. Любовича, до революции
много лет работавшего телеграфистом на различных си-
стемах аппаратов. Любович в это время был комиссаром
Кексгольмского полка, расположенного почти рядом
с почтамтом и телеграфом. Около 5 часов вечера отряд
солдат-кексгольмцев под командой Любовича занял те-
леграф.
В 9 часов вечера матросский отряд, возглавляемый
членом ВРК Л. Н. Старком и недавним политэмигран-
том, в прошлом матросом Балтийского флота, А. Мок-
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 436.
315
роусовым, захватил Петроградское телеграфное агент-
ство.
Занятие Главного телеграфа, а затем и Петроград-
ского телеграфного агентства дало возможность Военно-
революционному комитету поддерживать связь с дру-
гими городами и изолировало Временное правительство
от связи со страной.
Вечером 24 октября В. И. Ленин прибыл в Смольный.
С этого момента все руководство вооруженным восста-
нием перешло в его руки, восстание приобрело самый ре-
шительный размах. Именно в это время за подписью
В. А. Антонова-Овсеенко в адрес Центробалта (П. Е. Ды-
бенко) была передана условная телеграмма «Высылай
устав», что означало приказ отправить в Петроград ко-
рабли и вооруженные отряды. Затем эта телеграмма
была продублирована Я. М. Свердловым в Областной
комитет армии, флота и рабочих Финляндии1.
К Н часам вечера кольцо революционных войск,
охватывавшее Зимний дворец, сжималось все туже и
туже. В 23 часа 30 минут в Зимнем состоялось засе-
дание Временного правительства. Комиссар правитель-
ства Роговский доложил, что войска Военно-революци-
онного комитета приближаются к дворцу. Сообщение Ро-
говского вызвало панику. Керенский и Пальчинский бро-
сились в штаб округа. Там царила полная растерянность,
приказания штаба не выполнялись, полки один за дру-
гим переходили на сторону Военно-революционного ко-
митета.
В Петрограде, выполняя указание В. И. Ленина «ре-
шать дело сегодня непременно вечером или ночью», ре-
волюционные войска продолжали занимать пункт за
пунктом. В 1 час 35 минут ночи группа моряков, крас-
ногвардейцев и солдат Кексгольмского полка захватила
Главный почтамт1 2. Были заняты Николаевский и Бал-
тийский вокзалы. В середине ночи матросы и красно-
гвардейцы ликвидировали попытку штаба Петроград-
1 По поводу отправителя и адресата этой телеграммы в литера-
туре существуют различные точки зрения. См. И. И. Минц. Исто-
рия Великого Октября, т. 2: «Свержение Временного правительства.
Установление диктатуры пролетариата». М., 1968, стр. 1042.
2 См. Е. Ф. Е р ы к а л о в. Октябрьское вооруженное восстание
в Петрограде, стр. 380—382.
316
ского военного округа захватить обратно Петроградское
телеграфное агентство и Главный телеграф.
В 3 часа 30 минут ночи крейсер «Аврора» стал на се-
редину Невы у Николаевского моста. Команде «Авроры»
было приказано восстановить движение по мосту. Под
угрозой обстрела юнкера, охранявшие мост, скрылись.
В середине ночи матросами с «Авроры», из Гвардей-
ского флотского экипажа и красногвардейцами Коло-
менского подрайона была занята. гостиница «Астория».
Находившихся там офицеров арестовали и отправили во
2-й Балтийский флотский экипаж.
В 6 часов утра отряд матросов Гвардейского экипажа
без всякого сопротивления со стороны охраны из солдат
Семеновского полка занял Государственный банк.
В 7 часов утра солдаты Кексгольмского полка заняли
телефонную станцию. Телефоны Зимнего дворца и Глав-
ного штаба были отключены. В это же примерно время
был целиком занят Дворцовый мост. Керенский записал
в своем дневнике: «Дворцовый мост (под окнами моих
комнат) занят пикетами матросов-большевиков»1.
В 8 часов утра был захвачен Варшавский вокзал.
В эти же часы под руководством матросов А. Железня-
кова и С. Лукашевича была занята типография газеты
«Биржевые ведомости».
Около 9 часов утра отряд Кексгольмского полка за-
нял Вознесенский проспект, Новый и Демидов пере-
улки, Гороховую улицу и взял под наблюдение Исааки-
евскую площадь и Мариинский дворец, в котором про-
исходили заседания Предпарламента.
В то время когда войска ВРК успешно занимали
пункт за пунктом, Временное правительство, непрерывно
заседавшее в Зимнем дворце, искало выход из создав-
шегося положения. В 2 часа 35 минут ночи Керенский,
связавшись по прямому проводу со Ставкой, приказал
генералу Духонину выслать войска в Петроград. Мини-
стры подписывали приказ за приказом, но выполнять их
было некому. Временное правительство к этому времени
уже не обладало никакой реальной силой. Утром, узнав
о том, что революционные войска заняли все важнейшие
пункты в столице, Керенский решил бежать в Гатчину,
надеясь по пути встретить идущие с фронта части. Но
1 «История гражданской войны в СССР», т. 2. М., 1947, стр. 233.
317
бежать было не на чем — все автомобили были захва-
чены отрядами Военно-революционного комитета. Неза-
дачливому премьеру пришлось просить машину в амери-
канском посольстве, на ней он сумел ускользнуть из
Петрограда.
К утру 25 октября власти Временного правительства
фактически уже не существовало.
После полудня было отпечатано и расклеено по го-
роду историческое обращение Военно-революционного ко-
митета «К гражданам России», написанное в 10 часов
утра В. И. Лениным. В нем сообщалось о низложении
Временного правительства и о переходе государственной
власти в руки органа Петроградского Совета рабочих и
солдатских депутатов — Военно-революционного коми-
тета, стоящего во главе петроградского пролетариата и
гарнизона.
Между тем события продолжали развиваться с не-
ослабевающей силой. Решающую военную и политиче-
скую роль в этом октябрьском штурме играла рабочая
Красная гвардия. Революционные полки гарнизона и
матросские отряды действовали рука об руку и в тесном
взаимодействии с красногвардейцами.
В 11 часов дня Павловский полк с двумя броневи-
ками и зенитными орудиями занял участок от Миллион-
ной улицы — по Мошкову переулку и Большой Конюшен-
ной улице — до Невского проспекта. Красногвардейцами
Выборгского района была занята тюрьма «Кресты», ос-
вобождены политические заключенные, в том числе
С. Рошаль и Ф. Хаустов.
В 12 часов отрядом моряков под командой крон-
штадтского матроса И. Д. Сладкова были заняты воен-
ный порт, радиостанция «Новая Голландия», Главное
Адмиралтейство и арестованы чины Главного морского
штаба. В 13 часов матросы' Гвардейского экипажа и сол-
даты Кексгольмского полка заняли Мариинский дворец.
Заседавшему во дворце Предпарламенту они предложили
немедленно освободить помещение.
• В 2 часа 35 минут дня в Смольном открылось заседа-
ние Петроградского Совета. С огромным воодушевле-
нием было заслушано сообщение о низвержении Вре-
менного правительства, роспуске Предпарламента и о
318
занятии войсками Военно-революционного комитета
опорных пунктов Временного правительства.
Под бурные аплодисменты собравшихся выступил
В. И. Ленин.
«Рабочая и крестьянская революция, — сказал Вла-
димир Ильич, — о необходимости которой все время го-
ворили большевики, совершилась...
Отныне наступает новая полоса в истории России, и
данная, третья русская революция должна в своем ко-
нечном итоге привести к победе социализма» *.
Кратко изложив задачи, стоящие перед новой вла-
стью, — немедленное окончание войны и передача земли
крестьянам, Ленин под гром аплодисментов закончил
свою речь лозунгом «Да здравствует всемирная социа-
листическая революция!».
Кронштадтский десант
Красногвардейцы, солдаты и матросы Петрограда го-
товились к последнему штурму. Нужно было овладеть
Зимним дворцом—последним оплотом уже низложен-
ного Временного правительства. Ждали прибытия новых
сил военных моряков. С минуты на минуту должен был
подойти кронштадтский десант.
Кронштадт давно готовился к участию в вооружен-
ном восстании. Еще в конце августа, в связи с корни-
ловским мятежом и угрозой разоружения Кронштадта,
при Кронштадтском Совете была создана Военно-техни-
ческая комиссия. В состав ее входили комендант крепо-
сти Л. К- Артамонов, начальник всех морских частей
Кронштадта П. Н. Ламанов, начальник городской мили-
ции Г. И. Иванов и семь членов Исполнительного ко-
митета.
Практически деятельность этой комиссии сводилась
до поры до времени к организации отрядов Красной
гвардии, боевой подготовке матросов, солдат и рабочих,
учету и обеспечению Кронштадта оружием, учету лично-
го состава, подготовке плавучих средств на случай пе-
реброски воинских частей для обороны Петрограда и т. д.
Когда на очередь дня встала необходимость перейти
непосредственно к организации самого восстания, потре-
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 35, стр. 2.
319
бовалось создать правомочный, ответственный военно-
политический орган. Этим органом и стала реорганизо-
ванная на заседании Исполнительного комитета 7 ок-
тября Военно-техническая комиссия. Фактически под
прежним скромным названием был создан Военно-рево-
люционный комитет, возглавивший всю подготовку крон-
штадтцев к вооруженному восстанию.
На первом заседании реорганизованной Военно-тех-
нической комиссии 10 октября было избрано исполни-
тельное бюро. В состав его вошли большевики А. Г. Про-
нин, С. Г. Пелихов, П. И. Смирнов, И. Жеребцов и
Я. Севрюков, эсеры Н. Горельников, Могучий и анархист
X. 3. Ярчук.
В последние дни перед восстанием события в столице
развивались исключительно быстро. Газетных сообщений
и телефонных разговоров с Петроградом было недоста-
точно. Поэтому 20 октября заседание Исполнительного
комитета Кронштадтского Совета поручило двум членам
Исполкома — А. Г. Пронину и С. С. Гридюшко — уста-
новить непосредственную связь с Военно-революционным
комитетом Петроградского Совета, выяснить более под-
робно обстановку, сложившуюся в Петрограде, и уточ-
нить время выступления Кронштадта.
Рано утром 21 октября Пронин и Гридюшко были
в Петрограде. Из Смольного обоих кронштадтцев на-
правили в книгоиздательство «Прибой» к Я. М. Сверд-
лову— на Фурштадтскую, 19.
«Мы кратко доложили ему о полной готовности крон-
штадтцев к вооруженному выступлению, — пишет в своих
воспоминаниях А. Г. Пронин, — и попросили сообщить
нам дату этого выступления. Тов. Свердлов внимательно
выслушал нас и сказал: „Пока выступать кронштадтцам
не нужно. Будьте в полной боевой готовности и ожи-
дайте особого распоряжения от Военно-революционного
комитета из Смольного; имейте также в полной готов-
ности морские десантные перевозочные средства"» Ч
По возвращении в Кронштадт Пронин и Гридюшко
доложили на заседании Исполнительного комитета об
указании Я. М. Свердлова. Исполком принял решение:
«1. Предложить Военно-технической комиссии... про-
вести боевое учение во всех воинских частях гарнизона
1	«Военные моряки в борьбе за победу Октябрьской револю-
ции». М., 1958, стр. 271.
320
применительно к боевому выступлению гарнизона
в Петроград.
2.	Произвести точный учет людей и подготовить пла-
вучие средства, годные для перевозки десанта в Петро-
град.
3.	От имени кронштадтских рабочих и гарнизона об-
ратиться к рабочим и гарнизону Петрограда с призы-
вом— по первому приказу Военно-революционного коми-
тета выступить с оружием в руках против Временного
правительства» *.
Для более детального выяснения обстановки, а так-
же для получения мандатов на II Всероссийский съезд
Советов 22 октября выехали в Петроград И. П. Флеров-
ский и X. 3. Ярчук. Они также встретились в Смольном
с Я. М. Свердловым. Рассказав о том, с какой исключи-
тельной быстротой развиваются события, Яков Михайло-
вич сказал, что Кронштадту надо быть в полной боевой
готовности и что в такой момент кронштадтцам лучше
всего быть у себя на месте и ждать указаний.
Днем 23 октября на пленуме Кронштадтского Совета
Флеровский подробно доложил о своей поездке в Пе-
гроград, о встрече со Свердловым. Он заявил: «Военно-
революционный комитет надеется вполне законно, ко-
нечно, на силы революционного Кронштадта. Время
слов, время разъяснений, время призывов и психологии
кончилось... Надо быть готовыми к работе, в любую ми-
нуту поехать туда, куда потребуются наши силы»1 2.
На этом же заседании по примеру Петроградского
военно-революционного комитета в распоряжение Воен-
но-технической комиссии было выбрано 18 комиссаров
для направления на наиболее ответственные участки. По
воинским частям и гражданским организациям разо-
слали указание, что всякого рода приказы и распоряже-
ния подлежат исполнению только за подписью комис-
саров.
День 24 октября в Кронштадте прошел в напряжен-
ном ожидании. Первое, что прочли кронштадтцы, полу-
чив свежие газеты, это призыв «Пролетарского дела»:
«Завтра, 25 числа, открывается Всероссийский съезд Со-
1 «Военные моряки в борьбе за победу Октябрьской револю-
ции», стр. 271—272.
2 «Известия Кронштадтского Совета», 4 ноября 1917 г.
11 П. 3. Сивков
821
ветов... И если контрреволюционное правительство не от-
даст съезду Советов власть без боя, мы должны все, как
один человек, принять этот бой» *.
С раннего утра в Кронштадт по телефону и по радио
поступали распоряжения и воззвания Петроградского во-
енно-революционного комитета: быть в полной боевой
готовности, усилить охрану на вокзалах, не допускать
в Петроград ни одной воинской части, идущей на помощь
к Керенскому, к неподчиняющимся применять вооружен-
ную силу.
Около 10 часов утра была получена телефонограмма
из ВРК:
«Враги народа перешли ночью в наступление. Штаб-
ные корниловцы пытаются стянуть из окрестностей юн-
керов и ударные батальоны... Замышляется предатель-
ский удар против Петроградского Совета рабочих и
солдатских депутатов. Газеты „Рабочий путь" и „Сол-
дат" закрыты, типографии опечатаны. Поход контррево-
люционных заговорщиков направлен против Всероссий-
ского съезда Советов накануне его открытия...»
Военно-революционный комитет предлагал:
«Все полковые, ротные и командные комитеты вме-
сте с комиссарами Совета, все революционные органи-
зации должны заседать непрерывно... Ни один солдат
не должен отлучаться без разрешения комитета из своей
части».
«Контрреволюция подняла свою преступную голову,—
говорилось далее в телефонограмме-обращении ВРК- —
Всем завоеваниям и надеждам солдат, рабочих и кре-
стьян грозит великая опасность...»1 2
Кронштадту, имевшему мощную радиостанцию, было
предложено передать полный текст обращения «всем,
всем, всем...». Указание Военно-революционного коми»
тета было выполнено. Радио «Авроры» и Кронштадта
связало Военно-революционный комитет Петроградского
Совета со всей страной, что помешало правительству
перебрасывать к Петрограду войска с фронта. Так, в Вы-
борге была задержана 5-я Кубанская казачья дивизия,
в Ревеле нейтрализованы полки 3-го конного корпуса,
в Царском Селе задержан батальон ударников, в
1 «Пролетарское дело», 24 октября 1917 г.
2 «Балтийские моряки...», стр. 257—258.
322
Петергофе задержана и разоружена школа прапорщиков.
С получением предупреждающей радиограммы был при-
веден в боевую готовность форт Ино (вблизи него прохо-
дила Финляндская железная дорога, по которой ожида-
лось движение казачьих эшелонов на Петроград).
Призыва газеты «Пролетарское дело» и сообщений
Петроградского военно-революционного комитета было
достаточно для того, чтобы весь Кронштадт пришел
в движение и быстро ощетинился тысячами штыков.
Кронштадтцы давно ожидали этого момента. Весь день,
вечер и всю ночь на 25 октября Исполнительный комитет
Совета непрерывно заседал, решая многочисленные ор-
ганизационные вопросы. Члены Совета в своих частях и
организациях формировали вооруженные группы и от-
ряды, обеспечивали их вооружением, боеприпасами и
продовольствием, подбирали боевых и опытных коман-
диров отдельных групп и подразделений.
Помещение Кронштадтского Совета в здании Мор-
ского офицерского собрания превратилось в боевой ре-
волюционный штаб. Все его комнаты и залы были пере-
полнены матросами, солдатами и рабочими. В служеб-
ных кабинетах то и дело звонили телефоны, отдавались
распоряжения. В комнаты, занимаемые Военно-техниче-
ской комиссией, приходили связные от кораблей и бере-
говых частей с донесениями о числе людей, выделенных
для отправки в Петроград.
На заседании Исполнительного комитета, открыв-
шемся в 2 часа дня и работавшем беспрерывно, реша-
лись организационные вопросы, связанные с отправкой
кронштадтцев в Петроград. Был решен вопрос о созда-
нии Кронштадтского сводного отряда. В отряд вошло
около 10 000 человек1.
1 В сборнике документов «Балтийские моряки в подготовке и
проведении Великой Октябрьской социалистической революции» на
стр. 305 (док. № 365) приведена цифра 3199 человек. Однако нужно
учесть, что приведенный документ является неполным. В нем не ука-
зан целый ряд команд, в том числе и таких крупных, как команда
Учебно-минного отряда в 1353 человека, команда «Славы» в 1200 че-
ловек. Отсутствуют и такие крупные части, как 2-й и 3-й пехотные
полки, насчитывавшие в своем составе около 3500 человек, и другие
крепостные части. По воспоминаниям непосредственных участников
Октябрьского вооруженного восстания, в ранней литературе приво-
дилась численность в 9300—10 000 человек. См. «Каторга и ссылка»,
1932, № 11 —12 (воспоминания уполномоченного ЦК РСДРП(б)
11*	323
Кронштадтский сводный отряд был разбит на отдель-
ные отряды. Командирами и комиссарами были назна-
чены: А. Ф. Линяев, А. Н. Тютин, В. И. Алешин, Д. Ра-
китов, Шапило, Я. Севрюков, Ф. Д. Степанов, В. М. Зай-
цев, Б. А. Бреслав, С. Ф. Юрьев, С. С. Петрухин,
П. И. Скворцов и др.
Во главе Сводного отряда находился штаб. В его со-
став входили: И. П. Флеровский — член Петроградского
военно-революционного комитета; П. И. Смирнов — на-
чальник штаба отряда, член Кронштадтского комитета
РСДРП (б) и член Военно-технической комиссии; пра-
порщик К. М. Каллис, руководивший оперативной дея-
тельностью отряда. В состав штаба входили также член
Военно-технической комиссии X. 3. Ярчук, солдат-боль-
шевик В. И. Алешин, представитель Центробалта унтер-
офицер К. П. Свиридов и унтер-офицер Л. К. Гримм1.
Снабжение продуктами питания личного состава Свод-
ного отряда было поручено матросу с учебного корабля
«Народоволец» А. 3. Ульянову.
Для отправки в Петроград в помощь войскам Воен-
но-революционного комитета был выделен линкор «Заря
свободы», имевший двенадцатидюймовые орудия и зна-
чительное количество артиллерии меньшего калибра. Ко-
миссаром на корабль б&л назначен член Кронштадт-
ского комитета РСДРП (б) матрос Учебно-минного от-
ряда И. Н. Колбин, а его помощником — председатель
судового комитета корабля И. А. Загвоздкин. В ранг
штабного корабля был возведен минный заградитель
«Амур», принявший на себя около 2000 человек из со-
става Сводного отряда. Комиссаром корабля стал мат-
рос Красавин, его активными помощниками — матросы
А. Г. Антропов, В. П. Дорогов, В. П. Автухов и Э. Я. Ныу.
Для похода в Петроград были также выделены мин-
ный заградитель «Хопер» и тральщик № 14. Обеспечена
была и военно-санитарная служба. Яхту коменданта кре-
пости «Зарница» за одну ночь приспособили под госпи-
в Кронштадте Б. А. Бреслава); И. Н. Колбин. Кронштадт
в 1917 году, стр. 67; «Красный балтиец», 1920, №6 (статья И. Г. Но-
викова); «Пять лет Красного флота». Пг., 1922, стр. 246 (статья
А. В. Баранова). Цифра 9000—10 000 упоминается и в других ран-
них источниках, например в газете «Красный Балтийский флот»,
5 ноября 1922 г.
1 Эсер Л. К. Гримм в 1919 году был расстрелян за участие
в контррцрлюционном мятеже.
324
тальное судно, укомплектовав ее соответствующим шта-
том врачей, санитаров и обеспечив необходимыми ме-
дицинскими и хирургическими принадлежностями. От-
дельным отрядам были приданы фельдшера, снабжен-
ные аптечками.
Была произведена временная замена некоторых долж-
ностных лиц офицерского состава, которые могли по-
мешать успешному формированию воинских боевых от-
рядов.
Комендантом крепости стал член Исполнительного
комитета солдат 1-й электротехнической роты С. М. Бо-
гомолов, его помощником — комиссар станции Ораниен-
баум солдат 3-го Кронштадтского пехотного полка И. Же-
ребцов.. Контроль за средствами связи, почтой и телегра-
фом поручили рабочему Сереброву. Начальник всех ка-
раулов и караульные начальники были назначены не
штабом коменданта крепости, как делалось обычно,
а Исполнительным комитетом и Военно-технической ко-
миссией. Караулы получили пароль, известный лишь
немногим членам Исполкома и Военно-технической ко-
миссии. По всем воинским частям разослали распоряже-
ние о необходимости выполнять все указания только за
подписью председателя Исполкома и председателя ко-
миссии.
Был строго запрещен выход из гавани каких бы то
ни было кораблей без ведома Исполнительного комитета.
Все суда, идущие в Кронштадт со стороны моря и со
стороны Петрограда, предлагалось останавливать сиг-
налом на определенном расстоянии от острова Котлин и
проверять их назначение, а по неостанавливающимся су-
дам открывать огонь из крепостных орудий. Все военные
корабли и плавучие средства были приведены в полную
боевую готовность. Учебный корабль «Верный», находив-
шийся в Бьёрке, получил по радио распоряжение при-
быть «немедленно в Петроград для защиты революции».
Так как крейсер «Аврора» не имел у себя снарядов *, на
одну из барж было приказано погрузить для него
100 шестидюймовых снарядов. Предусматривалось за-
нятие всех станций от Ораниенбаума до Петрограда.
Комиссаром в Петергоф назначили матроса учебного ко-
1 Как правило, с кораблей, становящихся на ремонт, весь бое-
запас сдается в арсенал.
325
рабля «Океан» члена Кронштадтского Совета А. Форту-
ченко.
В течение 24 октября и ночи на 25 октября между
Кронштадтом и Смольным поддерживалась регулярная
связь на быстроходном буксире членами Исполнитель-
ного комитета и Военно-технической комиссии А. Г. Про-
ниным и К- М. Каллисом.
Вечером 24 октября Пронин доставил в Петроград
и вручил Антонову-Овсеенко 2000 листовок, изданных
Кронштадтским Советом. Обращаясь к рабочим и сол-
датам Петрограда, Совет призывал их: «Поднимитесь
с оружием в руках, чтоб свергнуть Временное прави-
тельство и взять власть в руки Советов; мы, крон-
штадтцы, поддержим вооруженной силой»
План участия кронштадтцев в вооруженном восста-
нии был разработан во всех деталях. В 2—3 часа ночи
состоялся пленум Совета. Его члены одобрили план и
под гром аплодисментов заслушали сообщение только
что вернувшегося из Петрограда А. Г. Пронина о необ-
ходимости немедленного выступления.
Работа по подготовке Сводного отряда закипела с но-
вой силой. По всем воинским частям была разослана
экстренная телефонограмма: «Исполнительный комитет
рабочих и солдатских депутатов предписывает гарнизону
выступить в полном боевом снаряжении в Петроград для
защиты революции и поддержки Революционного коми-
тета при Петроградском Совете...»* 2
Остальную часть ночи члены Исполнительного коми-
тета занимались отшлифовкой плана и составлением
тщательного расписания, определявшего, какие команды,
на какой пристани и на какие из военных кораблей или
пароходов должны погрузиться. Это оказалось делом да-
леко не легким, так как надо было в наикратчайший
срок погрузить около 10000 человек. Для этого нужна
была предельно четкая организация посадки.
День 24-го и ночь на 25 октября весь Кронштадт жил
бурной военной жизнью. Настроение у всех было боевое
и напряженное. В воинских частях готовились к походу
в Петроград. Проверяли и чистили винтовки и пулеметы,
получали патроны, на военные корабли и на прочие
‘В. А. Антонов-Овсеенко. В революции, стр. 160.
2 «Балтийские моряки...», стр, 268.
326
плавучие средства грузили хлеб, консервы, сахар и дру-
гие продукты.
Рано утром по гудку Пароходного завода, подхвачен-
ному разноголосым хором гудков военных кораблей, мат-
росы и солдаты Кронштадтского гарнизона и красно-
гвардейцы группами и отрядами собирались на Якорную
площадь. Собравшимся раздавалась газета «Пролетар-
ское дело», передовая которой призывала: «На барри-
кады, в бой, товарищи матросы, солдаты и рабочие Крон-
штадта!» 1
Состоялся летучий митинг. Кронштадтцы услышали
горячие напутственные слова председателя Кронштадт-
ского комитета РСДРП (б) Людмилы Сталь, председа-
теля большевистской фракции Кронштадтского Совета
И. П. Флеровского и комиссара одного из сформирован-
ных отрядов матроса с «Зари свободы» А. Ф. Линяева.
После митинга все направились на посадку.
Раньше всех, в 7—8 часов утра, погрузились 706 мат-
росов из Учебно-артиллерийского отряда и отряд сол-
дат крепостных артиллерийских полков с командиром
поручиком С. Ф. Юрьевым и комиссаром Б. А. Бресла-
вом. Этот отряд, высадившись в Ораниенбауме, занял
вокзал и разоружил Ораниенбаумскую офицерскую
стрелковую школу, захватив в ней склад винтовок,
пулеметов и патронов. Оставив часть своих бой-
цов для охраны вокзала и наблюдения за школой, от-
ряд двинулся в Петергоф, где также без какого-либо
сопротивления со стороны местного гарнизона занял
станцию и разоружил Петергофскую школу прапор-
щиков.
Железная дорога Ораниенбаум—Петроград оказа-
лась в распоряжении матросских отрядов. На каждой
станции был оставлен небольшой временный гарнизон из
моряков и кронштадтских артиллеристов.
Под командованием старшего лейтенанта А. А. Кон-
дратьева при комиссаре И. Н. Колбине ровно в 10 часов
утра вышел из Кронштадта в Петроград и стал в устье
Морского канала, у пикета № 114, линейный корабль
«Заря свободы». Отряд моряков с этого корабля занял
станцию Лигово, выставив для ее охраны пулеметы. Как
со станцией Лигово, так и со станцией Лахта на север-
1 «Пролетарское дело», 25 октября 1917 г.
827
ном берегу поддерживалась регулярная связь посред-
ством паровых катеров. В задачу линкора «Заря сво-
боды» входило охранять Петроград со стороны Фин-
ского залива и держать под огнем своей артиллерии
весь Лиговский железнодорожный узел и подъездные
железнодорожные пути в случае наступления на Пет-
роград контрреволюционных войск.
Погрузка отрядов, следовавших в Петроград, про-
должалась около трех часов. Особую распорядительность
в подготовке судов и барж и при посадке людей проя-
вил начальник плавучих средств порта Торопов.
Под звуки духовых оркестров, со знаменами и лозун-
гами «Вся власть Советам!» между 10 и 12 часами дня
армада разнотипных кораблей вышла из Кронштадта.
Впереди всех, в разведке, шли два катера с броненосца
«Петр Великий». В голове колонны шел «Амур», в киль-
ватер ему — минный заградитель «Хопер». За ними дви-
гались переполненные матросами и солдатами колесные
пароходы «Русь», «Луч», «Луна», «Заря», «Утро», «Бель-
бек» и другие, затем тральщик № 14. В арьергарде шла
под флагом Красного Креста яхта «Зарница».
Одновременно с Петроградом и Кронштадтом к воо-
руженному выступлению готовились и моряки главной
базы Балтийского флота Гельсингфорса. Там был аре-
стован представитель Временного правительства в Фин-
ляндии Набоков, связь находилась в руках революцион-
ных организаций, матросы были готовы к бою против
Временного правительства. На кораблях флота были со-
зданы боевые взводы.
Двадцать четвертого октября на собрании всех обще-
ственных организаций Гельсингфорса зачитали радио-
грамму, полученную из Кронштадта, о том, что Петро-
градскому Совету угрожает опасность, что закрыты боль-
шевистские газеты «Рабочий путь» и «Солдат». Вслед
за этим огласили телефонограмму о том, что Крон-
штадт— «в полной боевой готовности». Громом аплоди-
сментов встретили гельсингфорсские военные моряки
слова П. Е. Дыбенко: «Настала пора доказать, как надо
умирать за революцию»1. Столь же бурно аплодировали
1 «Балтийские моряки...», стр. 263.
328
и представителю Исполнительного комитета Гельсинг-
форсского Совета А. Л. Шейнману, давшему отповедь
офицерам, объявившим «нейтралитет».
Поздно вечером Областной комитет армии, флота и
рабочих Финляндии получил условную телеграмму «Вы-
сылай устав». Весь флот, стоявший в Гельсингфорсе,
пришел в движение. Быстро формировались боевые от-
ряды. Готовились к походу в Петроград эскадренные ми-
ноносцы «Самсон» и «Забияка», миноносцы «Деятель-
ный» и «Меткий». Командующий и штаб флота вынуж-
дены были против собственной воли подтверждать
распоряжения Центробалта о подготовке кораблей
к походу.
В 3 и в 5 часов ночи, а затем в 8 часов утра в Петро-
град по железной дороге вышли три эшелона с матро-
сами общей численностью примерно в 4000 человек1.
В 9—10 часов утра вышли в Петроград эскадренные ми-
ноносцы «Самсон», «Забияка», миноносцы «Деятельный»,
«Меткий» и сторожевой корабль «Ястреб».
Отряды моряков, отправленные из Гельсингфорса по
железной дороге, из-за злостного саботажа железнодо-
рожных служащих, сторонников Керенского, прибыли
в Петроград с большим опозданием. К штурму Зимнего
дворца поспел лишь отряд первого эшелона, отправлен-
ный в 3 часа ночи 25 октября. Второй отряд—комис-
сара Протопопова, выбывший из Гельсингфорса в 5 ча-
сов утра, прибыл в Петроград лишь в ночь на 26 октября
и, переночевав в казармах Московского полка, утром
перешел в Новоморские казармы на Васильевском ост-
рове. Третий и последний эшелон прибыл в Петроград
утром 26 октября.
Во второй половине дня 25 октября корабли с Крон-
штадтским сводным отрядом были в Петрограде. Выса-
дившись на Васильевском острове и на Английской на-
бережной, колонны моряков заполнили Благовещенскую,
Сенатскую, Исаакиевскую площади, Адмиралтейскую
набережную и рассыпались по Конногвардейскому буль-
вару. Часть отряда отправилась в казармы Кексгольм-
1 По воспоминаниям Дыбенко — 3500, по воспоминаниям Из-
майлова — 4500 человек,
328
ского полка, где их встретил комиссар кексгольмцев
А. М. Любович.
Отдельные группы матросов по распоряжению ВРК
были направлены для занятия и охраны правительствен-
ных зданий, учреждений и поддержания порядка в го-
роде. Тральщики № 14 и № 15 прошли за Николаевский
мост и стали на якорь против Главного Адмиралтейства.
«Амур», «Хопер» и «Зарница» ошвартовались к правому
берегу Невы ниже Николаевского моста, учебное судно
«Верный», прибывшее несколько позже, — к левому бе-
регу. Два-три корабля прошли за Дворцовый мост и
стали против Зимнего дворца *.
В Военно-революционном комитете ждали теперь мо-
ряков главной базы флота. К вечеру 25 октября из Гель-
сингфорса должны были прибыть несколько кораблей и
3—4 тысячи матросов. С прибытием их связывался во-
прос решительного наступления на последний оплот
Временного правительства — Зимний дворец. Время, к ко-
торому должны были прибыть в Петроград корабли и
люди, истекало. Это беспокоило Военно-революционный
комитет и руководство Кронштадтского сводного отряда.
Члены ВРК знали, что отряды моряков, отправленные
из Гельсингфорса по железной дороге, в пути следова-
ния могут быть задержаны казачьими войсками, распо-
ложенными в Финляндии. Об этом еще задолго до воору-
женного восстания предупреждал В. И. Ленин.
В обстановке беспокойства и ожидания в 18 часов
58 минут по приказанию В. А. Антонова-Овсеенко, при-
бывшего на «Амур», была послана в Гельсингфорс вто-
рая условная телеграмма: «Жду устав. Сведений нет ни-
каких» 1 2. Вскоре, однако, беспокойство улеглось. Около
8 часов вечера в Неву вошли и стали на якорь около
«Авроры» эскадренные миноносцы «Самсон», «Забияка»
и сторожевой корабль «Ястреб». На двух первых кроме
корабельных команд находились боевые взводы —
255 человек с кораблей, стоявших в Гельсингфорсе. На
«Ястребе» были доставлены винтовки для вооружения
питерских рабочих.
1 См. «Рабочий путь», 26 октября 1917 г.
2 В сборнике документов «Балтийские моряки...» (стр. 266) эта
телеграмма ошибочно адресуется в штаб командующего флотом,
а не в Центробалт. Неверно указано и время ее отправки (см. ЦГА
ВМФ, ф. р-58, оп. 2, д. 8, л. 83 ев.).
880
К 8 часам вечера 25 октября, после прихода кораб-
лей из Гельсингфорса и после того, как Кронштадтский
сводный отряд и матросы флотских команд Петрограда
заняли исходные позиции, все подступы к Зимнему были
в руках Военно-революционного комитета. Наступил ре-
шающий момент. Перед войсками встала задача взять
штурмом Зимний дворец, силы защитников которого
к этому времени состояли из юнкеров, казаков и жен-
ского ударного батальона — всего около 1800 штыков.
В состав сил, назначенных для штурма Зимнего
дворца, входили красногвардейцы, Павловский и Кекс-
гольмский полки, Кронштадтский сводный отряд, 2-й
Балтийский и Гвардейский экипажи, отряды команд «Ав-
роры», «Зари свободы», «Самсона», «Забияки», Школы
моторных машинистов, команд новостроившихся судов
и других кораблей, как прибывших из Кронштадта, так
и ранее стоявших на Неве.
Осада Зимнего дворца осуществлялась по плану ВРК-
Центр руководства восстанием во главе с В. И. Лени-
ным находился в Смольном. В Петропавловской крепо-
сти был создан запасной штаб восстания, возглавлен-
ный Н. И. Подвойским. Были созданы также фронтовые
штабы. Штаб правого сектора, которым руководил
К. С. Еремеев, располагался в казармах Павловского
полка. Правый фланг этого сектора упирался в Неву.
В задачу войск сектора входило наступление по набе-
режной со стороны Троицкого моста, по Миллионной
улице и со стороны Мойки от Певческого моста. Штаб
левого сектора, возглавляемый Г. И. Чудновским, нахо-
дился в казармах 2-го Балтийского флотского экипажа.
Фланг его также упирался в Неву. В руководстве си-
лами этого сектора активное участие принимали работ-
ники штаба Кронштадтского сводного отряда П. И. Смир-
нов и К. М. Каллис.
Всего Балтийский флот предоставил в распоряжение
Военно-революционного комитета не менее 15 тысяч бой-
цов, включая красногвардейцев и солдат Кронштадтской
крепости1.
Важнейшая роль при штурме Зимнего дворца отво-
дилась красногвардейцам Петроградской и Выборгской
1 Е. Ф. Е р ы к а л о в. Октябрьское вооруженное восстание в Пе-
трограде, стр. 373.
331
сторон, матросам Кронштадтского сводного отряда, 2-го
Балтийского флотского и Гвардейского экипажей, солда-
там Кексгольмского и Павловского полков.
Основные удары по позициям защитников Зимнего
дворца наносились с двух направлений. Первое — из-под
арки Главного штаба и второе—со стороны Александ-
ровского сада, Адмиралтейского проезда и Адмиралтей-
ской набережной. На этих двух направлениях было со-
средоточено наибольшее количество сил Военно-револю-
ционного комитета.
Кронштадтский сводный отряд к вечеру (примерно
к 19—20 часам) занимал следующие исходные позиции:
Первый отряд под командованием подпоручика
С. С. Петрухина при комиссаре В. М. Зайцеве был сосре-
доточен в районе арки Главного штаба, в самом начале
Большой Морской улицы. В состав его входили около
1200 матросов Учебно-минного отряда и часть матросов
Машинной школы. Здесь же находились солдаты Кекс-
гольмского полка, красногвардейцы Путиловского и дру-
гих заводов, три трехдюймовые пушки с прислугой и
часть автоброневого дивизиона.
Второй отряд кронштадтцев под командованием члена
Кронштадтского Совета солдата А. Н. Тютина занимал
позицию в проезде между правым крылом здания Глав-
ного штаба (в начале Невского) и Александровским са-
дом. В отряд входили матросы и солдаты Кронштадт-
ского гарнизона. Здесь же занимали позиции солдаты
Кексгольмского полка, автобронедивизион, матросы пе-
троградских частей и красногвардейцы.
Третий отряд под командованием солдата. Кронштадт-
ского крепостного гарнизона члена Кронштадтского Ис-
полкома Д. Ракитова занял Александровский сад, Ад-
миралтейский проезд и Адмиралтейскую набережную
около Дворцового моста. В отряд входили матросы Ма-
шинной школы, учебного судна «Океан», солдаты и мат-
росы разных кронштадтских частей. На правом фланге
отряда находились матросы 2-го Балтийского флотского
и Гвардейского экипажей и солдаты Кексгольмского
полка.
На левом фланге отряда Ракитова — на Дворцовом
мосту, около Зоологического музея и здания Академии
наук — были сосредоточены отряды Василеостровских
красногвардейцев и матросы из Дерябинских казарм.
882
Четвертый отряд комиссара Я- Севрюкова перед
началом штурма Зимнего дворца находился по сосед-
ству с первым отрядом около здания Центральной теле-
фонной станции в начале Большой Морской улицы, а за-
тем, во время наступления на Зимний дворец, действовал
совместно с отрядом Петрухина и Зайцева и в составе
находящихся здесь многочисленных красногвардейских
отрядов.
Пятый отряд комиссара А. Ф. Линяева после высадки
на пристань Васильевского острова прошел по Универ-
ситетской набережной, мимо Фондовой биржи, через
мост на Петроградскую сторону. В состав отряда входили
матросы учебного судна «Народоволец» и 1-го Балтий-
ского флотского экипажа. Матросами экипажа командо-
вал председатель экипажного комитета матрос П. И.
Скворцов. После перехода Троицкого моста к отряду
присоединился отряд матросов с острова Эзель, расквар-
тированный в казармах 2-го Балтийского флотского эки-
пажа. В таком составе отряд вел наступление на Зим-
ний совместно с красногвардейцами Петроградской и
Выборгской сторон от Троицкого моста и Суворовской
площади по набережной Петра Великого и по Миллион-
ной улице.
Шестой кронштадтский отряд под командованием
матроса с «Зари свободы» Ф. Д. Степанова после заня-
тия Нового Адмиралтейства вместе с матросами 2-го
Балтийского флотского экипажа во главе с И. Д. Слад-
ковым также направился в сторону Дворцовой площади
для участия в штурме Зимнего1.
{Седьмой отряд выполнял отдельные задания ВРК,
в штурме Зимнего не участвовал.)
* При выяснении расположения отдельных отрядов Кронштадт-
ского сводного отряда и других сил Военно-революционного коми-
тета автором использованы следующие источники: М. Лурье. Пе-
троградская Красная гвардия. М., 1938; Г. Н. Голиков. Очерки
истории Великой Октябрьской социалистической революции. М.,
1959; Н. Подвойский. Ленин в 1917 году. М„ 1967; А. С. Пу-
хов. Роль Балтийского флота в осуществлении ленинского плана
Октябрьского вооруженного восстания. М., 1967; «Красный флот»,
1926, № 10—11; Е. Ф. Ерыкалов. Октябрьское вооруженное вос-
стание в Петрограде. Л., 1966, и др. Как справедливо замечает
Е. Ф. Ерыкалов, установить в деталях диспозицию революцион-
ных войск к началу осады Зимнего дворца чрезвычайно трудно
(см. Е. Ф. Ерыкалов. Указ, соч., стр. 429—430).
аяз
К 9 часам вечера Зимний дворец с трех сторон был
окружен плотным полукольцом войск Военно-революци-
онного комитета. Правый и левый фланги этого полу-
кольца, упиравшегося в Неву, замыкались наведенными
на Зимний дворец пушками Петропавловской крепости и
кораблей, стоявших на Неве. Положение осажденных
было безнадежно. Как в мышеловке, метались по залам
Зимнего дворца в поисках выхода из создавшегося по-
ложения последние представители буржуазной власти.
В 21 час 40 минут крейсер «Аврора» по световому
сигналу с Петропавловской крепости произвел холостой
выстрел из бакового шестидюймового орудия. По этому
сигнальному выстрелу войска Военно-революционного
комитета со всех сторон ринулись в атаку.
Во главе наступавших со стороны арки Главного
штаба находился кронштадтский отряд Петрухина при
комиссаре Зайцеве. Вот как впоследствии вспоминал
о штурме В. М. Зайцев:
«Прогремел условный выстрел с крейсера „Аврора**...
Сразу все ожило, все поднялось и заволновалось, словно
смерч налетел, закрутил... загремели выстрелы, застре-
котал пулемет. Кронштадтцы ринулись вперед, невзирая
на сильный ружейный огонь... Дойти до первых штабе-
лей не удалось, не было согласованности действий всех
наступающих отрядов. Пришлось отойти назад, дабы
избежать излишних жертв. Через короткий промежуток
времени новая атака. Нас встретил ураганный огонь
пулеметов и полет ружейных пуль, не позволяя нам
захватить штабеля. Мы отхлынули снова назад. Сигнал
на приступ—поднялись как один человек, и, словно
брошенный с катапульты, наш отряд захватил несколько
штабелей... Пали первые жертвы... Лавиной тронулись
вперед на новый штурм со всех сторон — с Александров-
ского бульвара, с Миллионной, со стороны арки... Наш
отряд полукольцом скользнул к Дворцовой площади,
часть ползком пробиралась к штабелям, а часть, притом
большая, во весь рост с криками „ура“ ринулась без-
удержно вперед... Моряки, как разъяренные львы, про-
двигались шаг за шагом к намеченной цели... Шел один-
надцатый час. Бой не прекращался...»1
1 Текст приведен из отдельных записей В. М. Зайцева, обнару-
женных после его смерти историком Г. П. Дурасовым в январе
1967 года и присланных автору этой книги.
334
В 23—24 часа в Зимний дворец через Салтыковский
подъезд, неохраняемые входы Эрмитажа и со стороны
Зимней канавки стали проникать моряки Машинной
школы и солдаты Павловского полка. Здесь матросы
школы освободили восьмерых кронштадтцев во главе
с солдатом с форта Ино Титовым, которые первыми
прорвались во дворец со стороны Невы, но были взяты
в плен. В первом часу ночи 26 октября во дворец ворва-
лись значительные силы восставших. В дальнейшем
борьба продолжалась внутри дворца. Теснимые все
больше и больше, его защитники стали постепенно
сдаваться, и наконец в 2 часа 10 минут 26 октября все
1056 комнат Зимнего дворца были заняты революцион-
ными войсками.
В те часы, когда Временное правительство доживало
свои последние минуты, в городе по предписанию Воен-
но-революционного комитета производились аресты круп-
ных представителей низложенной власти. К этой опера-
ции были привлечены и моряки Кронштадтского сводного
отряда. Так, например, группа моряков под руковод-
ством члена Военно-революционного комитета крон-
штадтского матроса А. В. Баранова получила задание
арестовать Милюкова и Гучкова — бывших министров
Временного правительства — и редактора эсеровского
«Общего дела» Бурцева. Милюкова и Гучкова в кварти-
рах не оказалось, они успели скрыться, а Бурцев был
арестован и доставлен в Петропавловскую крепость.
После взятия Зимнего дворца восставшие под руко-
водством В. А. Антонова-Овсеенко арестовали членов
Временного правительства и отправили их под конвоем
матросов и красногвардейцев в Петропавловскую кре-
пость. Арестованы были также защитники дворца —
юнкера и ударницы женского батальона. Внешняя
охрана дворца была поручена отряду кронштадтцев под
командованием Д. Ракитова. Первым комендантом и
комиссаром дворца был назначен матрос Машинной
школы Н. И. Второв. Ему была придана команда моря-
ков с яхты «Зарница».
В 10 часов 45 минут вечера в Смольном открылся
II Всероссийский съезд Советов рабочих, солдатских и
крестьянских депутатов. В 3 часа 10 минут ночи съезд
заслушал сообщение о взятии Зимнего дворца и принял
335
ленинское обращение «К рабочим, солдатам и кресть-
янам», в котором оповещал всех, что Временное прави-
тельство низложено и арестовано большевиками. Мор-
ская радиостанция «Новая Голландия» оповестила весь
мир об этом историческом событии. Около 6 часов утра
первое заседание съезда закрылось.
Вечером 26 октября открылось второе заседание
съезда. На нем выступил В. И. Ленин, встреченный бур-
ной овацией всех присутствующих. По его докладу были
приняты первые декреты Советской власти — о мире и
о земле. На этом же заседании было сформировано пер-
вое Советское правительство — Совет Народных Комис-
саров— во главе с В. И. Лениным.
Великая Октябрьская социалистическая революция
победила. Россия стала Республикой Советов рабо-
чих, солдатских и крестьянских депутатов.
ГЛАВА VII
НА СТРАЖЕ ОКТЯБРЯ
В самых первых боях гражданской войны
С первых же дней после победы Октября в борьбе
против Советов объединились все силы старого мира.
В лагере врагов социалистической революции оказались
и лжесоциалисты — эсеры и меньшевики. В этой борьбе
буржуазия использовала церковь и даже уголовные эле-
менты. Против молодой Советской республики был орга-
низован военный поход, целью которого было разгромить
большевиков и ликвидировать Советскую власть.
Силы контрреволюционной реставрации организаци-
онно стали складываться еще до Октябрьского воору-
женного восстания. Днем 24 октября на заседании Пред-
парламента с участием Керенского был создан для
борьбы против большевиков так называемый «Комитет
общественной безопасности», вскоре переименованный
в «Комитет спасения родины и революции». Он возгла-
вил все столичные организации, враждебно настроенные
по отношению к большевистской партии и пролетарской
революции. В состав «Комитета спасения» вошли пред-
ставители Центральной городской думы, ЦИКа 1-го со-
зыва, эсеро-меньшевистского Исполкома Всероссийского
Совета крестьянских депутатов, ушедшие со II съезда
Советов члены фракций меньшевиков и эсеров, предста-
вители почтово-телеграфного союза, Предпарламента и
12 П. 3. Сивков
337
других контрреволюционных организаций. Вошла в ан-
тисоветский комитет и соглашательская часть Центро-
флота, разогнанного самими же матросами 27 ок-
тября 4.
Это сборище из различных партий, групп и течений,
объединенное ненавистью к большевикам и Советам,
стало во главе контрреволюционного мятежа.
Конкретный план мятежа предусматривал удар по
Петрограду силами воинских частей, вызванных с фронта
Керенским, и восстание юнкеров в городе, подготовлен-
ное «Комитетом спасения». Мятежники намеревались
захватить все наиболее важные пункты города, в том
числе Смольный, разгромить большевистские организа-
ции и воссоздать буржуазное правительство.
Вооруженные силы контрреволюции были невелики,—
не так-то легко было обмануть и привлечь на свою сто-
рону солдат. Но положение большевиков осложнялось
тем, что в столице жило множество чиновников и всякого
рода нетрудовых элементов, которые встретили Октябрь-
скую революцию враждебно и готовы были оказать
помощь мятежникам. Таким образом, внутри города на-
зревал заговор, а извне, со стороны Острова и Пскова,
двигались войска Керенского—Краснова.
Двадцать седьмого октября мятежные войска почти
без боя заняли Гатчину, а на следующий день после
непродолжительного, но упорного боя захватили Царское
Село. Небольшой отряд красногвардейцев, находившийся
там, вынужден был отступить.
Партия большевиков мобилизовала все силы на
борьбу с войсками Керенского—Краснова. На фронт
были посланы отряды красногвардейцев, матросов и сол-
дат, для рытья окопов направлено около 20 тысяч рабо-
чих и солдат.
В. И. Ленин, находившийся 27 октября в штабе
округа, вызвал к себе председателя Военно-морского
революционного комитета И. И. Вахрамеева. Владимира
Ильича интересовал вопрос — какую помощь может ока-
зать флот в обороне Петрограда. Вахрамеев доложил,
что в Морском канале можно установить корабль с ору-
1 Центрофлот был расформирован по личному указанию
В. И. Ленина. Шесть большевиков из Центрофлота влились в соз-
данный тогда же Военно-морской революционный комитет.
338
днями более дальнобойными, чем у стоявшего там лин-
кора «Заря свободы», а также предложил провести
несколько эсминцев вверх по Неве до села Рыбацкого,
откуда они могли бы обстреливать подступы к
городу.
«Владимир Ильич очень заинтересовался этим пред-
ложением,— вспоминал И. И. Вахрамеев, — встал со
стула и сам с циркулем в руках проверил по карте рас-
стояние от села Рыбацкого и Морского канала до Цар-
ского Села. Спрашивал, как далеко могут стрелять ми-
ноносцы и линейный корабль»1.
Позиция миноносцев на Неве у села Рыбацкого была
наиболее удобной. Отсюда их четырехдюймовая артил-
лерия, обладающая дальностью стрельбы в 13—15 ки-
лометров, могла держать под обстрелом довольно боль-
шой участок железнодорожных путей.
В. И. Ленин распорядился немедленно позвонить
в Кронштадт и дать указание, чтобы там сформировали
еще один сильный отряд с пулеметами и артиллерией.
Затем Владимир Ильич приказал соединить его
с Гельсингфорсом. В разговоре с председателем военного
отдела Областного комитета армии, флота и рабочих
Финляндии Михайловым Ленин потребовал выслать
в Петроград «максимум штыков, но только с людьми
верными и готовыми решиться сражаться»1 2. Михайлов
обещал отправить до 5000 солдат из числа армейских
частей, расположенных в Финляндии.
Затем разговор продолжался с председателем Цент-
робалта Н. Ф. Измайловым3. В. И. Ленин договорился
с ним об отправке в Петроград линкора «Республика»
и двух миноносцев, которые «должны войти в Неву около
села Рыбацкого, чтобы защищать Николаевскую дорогу
и все подступы к ней»4.
Переговоры, длившиеся несколько минут, закончи-
лись фразой Измайлова: «Приступаем к исполнению»5.
1 И. Вахрамеев. Во имя революции. М., 1957, стр. 29.
2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 35, стр. 33.
3 П. Е. Дыбенко вошел в состав первого Советского прави-
тельства в качестве одного из членов комитета по военным и мор-
ским делам. Председателем Центробалта был избран Н. Ф. Измай-
лов — кронштадтский матрос, водолаз с учебного корабля «Африка».
4 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 35, стр. 34.
5 См. там же, стр. 35.
339
Рано утром 28 октября Исполнительный комитет
Кронштадтского Совета получил указание В. И. Ленина
о немедленном сформировании дополнительного сводного
отряда. Исполком собрался на экстренное заседание и
обеспечил выполнение этого приказа в самые сжатые
сроки, распоряжение о посылке в Петроград отрядов и
полевой артиллерии было передано также комиссарам
фортов Красная Горка и Ино.
Двадцать девятого октября в Петрограде вспыхнул
антисоветский мятеж. Юнкера Павловского, Владимир-
ского, Николаевского, Михайловского и Константинов-
ского военных училищ, воспользовавшись тем, что зна-
чительная часть сил Военно-революционного комитета
была отправлена на фронт, захватили Михайловский
манеж с находившимися там бронемашинами, дворец
Кшесинской, почтамт, телеграф, государственный банк
и телефонную станцию. Телефоны Смольного были
выключены. Инженерный замок и здания юнкерских
училищ были превращены в опорные пункты мятеж-
ников.
Керенский и «Комитет спасения».делали все для того,
чтобы деморализовать революционные ряды питерского
пролетариата, солдат и матросов. Используя печать,
телеграф и Гатчинскую радиостанцию, они клеветали на
большевиков и восхваляли свои мнимые «успехи». В од-
ной из сводок комиссара при Ставке главнокомандую-
щего сообщалось: «В Петрограде все против большеви-
ков... разграблен Зимний дворец, разбиты винные по-
греба. Матросы с „Авроры" заявляют, что участвовали
в восстании по недоразумению... Части Керенского под-
ходят к Петрограду, гарнизон коего обезоруживается
жителями... Ликвидация авантюры большевиков — дело
ближайших дней или даже часов. Петроградский гарни-
зон уже не выполняет приказаний Военно-революцион-
ного комитета. Весь Петроград, кроме кучек рабочих,
восстал против большевиков»1.
В своей лжи Керенский доходил до того, что уверял
казаков 3-го конного корпуса, будто в Петрограде ору-
дуют немцы, переодетые в русские мундиры. Лживыми
сообщениями были переполнены все провинциальные
буржуазные и соглашательские газеты. «Саратовский
1 «Красный архив», 1925, № 8, стр. 166.
340
листок» 28 октября в разделе «Телеграммы из Петро-
града» сообщал: «В Петроград прибыли ударные баталь-
оны, ими заняты все правительственные учреждения.
Крейсер „Аврора" обстреливается флотом Временного
правительства». Контрреволюционные газеты Екатерин-
бурга и Перми писали, что «правительство Ленина укры-
лось в Петропавловской крепости, часы его сочтены».
Газеты меньшевиков и эсеров в эти дни пестрели за-
головками: «Диктатура легкомыслия», «Распад вла-
сти», «Захватчики», «Большевики повисли в воздухе»
и т. д.
Против клеветы и провокационных сообщений Керен-
ского вела ожесточенную борьбу в эфире морская радио-
станция «Новая Голландия», расположенная на террито-
рии Петроградского военного порта. С захватом войска-
ми Керенского—Краснова Царскосельской радиостан-
ции роль «Новой Голландии» возросла. Она сообщала
о мероприятиях Советского правительства, неоднократно
передавала первые декреты Советской власти1. Керен-
ский, взбешенный тем, что «Новая Голландия» срывает
его радиопропаганду, нагло угрожал расстрелять «при
занятии Петрограда» всех работников радиостанции,
если они немедленно не прекратят передавать советские
воззвания и декреты»1 2.
Обстановка была угрожающей. Потребовалось личное
вмешательство В. И. Ленина, чтобы навести в войсках
революционный порядок и организовать отпор мятежни-
кам. По его указанию командование левым Пулковским
участком в направлении на Царское Село было поручено
В. А. Антонову-Овсеенко, а правым участком, имевшим
направление на Красное Село и Гатчину, — П. Е. Ды-
бенко. Общее командование революционной армией воз-
главил по указанию В. И. Ленина Н. И. Подвойский,
начальником штаба революционных войск был назначен
К- С. Еремеев. Для поддержки морального состояния
бойцов ЦК РСДРП (б) командировал на фронт группу
агитаторов во главе с Г. К. Орджоникидзе и Д. 3. Ману-
ильским. В тыл врага была отправлена и группа агита-
торов-кронштадтцев во главе с Т. И. Ульянцевым. В ре-
зультате принятых мер силы Военно-революционного
1 См. Г. Казаков. Ленинские идеи о радио. ДА., 1968, стр. 34.
2 См. «Красный флот», 1927, ,N° 20. стр. 42.
341
комитета получили четкую организацию. Фронт попол-
нялся новыми отрядами Красной гвардии и воинскими
частями Петроградского гарнизона. Из Кронштадта и
Гельсингфорса прибывали свежие силы.
Двадцать восьмого октября на станцию Лигово при-
был сформированный по ленинскому указанию отряд
кронштадтцев численностью в 2384 человека *. Отряд
занял позиции по линии железной дороги и по Царско-
сельскому шоссе, а затем, соединившись с частями
фронта, участвовал в боях за Гатчину, Царское Село
и Красное Село. 29 октября из Кронштадта в Петроград
прибыли учебный корабль «Африка» и миноносец «Про-
зорливый». Форт Ино по телефонограмме из Кронштадта
прислал в Петроград артиллеристов (371 человек) с во-
семью трехдюймовыми орудиями и четырьмя пулеме-
тами. Около полутора тысяч матросов с двумя бата-
реями трехдюймовых орудий прибыло дополнительно из
Гельсингфорса.
В этот же день к Петрограду подошли крейсер «Олег»
и эскадренный миноносец «Победитель», вызванные
В. И. Лениным во время разговора с Гельсингфор-
сом. По ленинскому указанию крейсер «Олег» стал
в устье Морского канала, а эсминцы «Победитель»,
«Забияка», «Меткий» и «Деятельный» — около села Ры-
бацкого.
Расставленные таким образом корабли могли дер-
жать под угрозой обстрела все подъездные пути к Пет-
рограду. Между крейсером «Олег» и эскадренными ми-
ноносцами создавалась сплошная полоса поражаемого
пространства, и если бы войска Керенского попытались
прорваться к городу, то они попали бы под перекрестный
огонь корабельной артиллерии. Для корректировки
стрельбы была выработана условная сигнализация раке-
тами. На Пулковские высоты послали с этой целью ко-
рабельных сигнальщиков. Как крейсеру «Олег», так и
кораблям, стоявшим у села Рыбацкого, было дано указа-
ние открывать огонь по наступающим частям Керенского
только по ракетному сигналу.
К вечеру 29 октября на Пулковскую возвышенность
прибыл отряд кронштадтских артиллеристов под общим
1 О составе и численности дополнительного Кронштадтского
сводного отряда рм, «Балтийские моряки...», стр, 319.
342
командованием поручика артиллерии С. Ф. Юрьева.
Артиллеристы доставили туда же две четырехорудийные
трехдюймовые батареи и две гаубицы. Батареями коман-
довали поручик Мизерский и прапорщик Тарасов.
30 октября кронштадтские артиллеристы прямой навод-
кой успешно отбивали конные атаки казаков и вели
обстрел бронепоезда противника, курсировавшего в рай-
оне станции Александровская. При поддержке огнем
кронштадтских артиллеристов отряды красногвардейцев,
матросов и солдат перешли в контрнаступление и заняли
деревни Кузьмино, Новые Сузи, Рехтолово и станцию
Александровская. Войска. Керенского отступили в сто-
рону Красного Села и Гатчины.
Генерал Краснов в своих мемуарах так писал о бое-
вой деятельности кронштадтских артиллеристов и
матросских отрядов: «На Пулковской горе матросы
установили морское дальнобойное орудие и начали об-
стреливать мой тыл, бросая снаряды вдоль шоссе по
коноводам. Снаряды долетали и до Царского Села...
Это начало влиять на Царскосельский гарнизон. Во всех
полках начались митинги... Артиллерийский огонь смол-
кал. Батареи без приказа отходили назад»1.
Свыше 10 тысяч моряков было послано в те дни на
Гатчинский фронт.
Петроград представлял собою военный лагерь. На
Неве у правого берега стояли «Аврора» и «Заря сво-
боды», эсминец «Самсон», минный заградитель «Хопер»,
учебное судно «Африка», яхта «Зарница», тральщики
№ 14 и № 15, миноносец «Прозорливый», канонерская
лодка «Хивинец»; у левого берега — 9 кораблей Гвардей-
ского экипажа и корабли специального назначения
(«Штандарт», «Стрела», «Разведчик», «Абрек» и дру-
гие); у Балтийского завода — законченные постройкой
2 подводные лодки «Ерш» и «Форель»; в Морском кана-
ле— крейсер «Олег». Эскадренные миноносцы «Победи-
тель», «Забияка», «Деятельный» и «Меткий» занимали
позиции у села Рыбацкого. На Путиловской верфи в рай-
онах Торгового порта стояли строившиеся и законченные
постройкой 7 эскадренных миноносцев и 9 военных
транспортов. Всего в Петрограде на Неве и в располо-
1 П. Н. Краснов. На внутреннем фронте. М., 1927,
стр. 119—120.
343
жении Торгового порта находился 41 военный корабль.
Общая численность морских команд превышала 26000
человек, среди которых было не менее 12000 крон-
штадтцев.
В те грозные для пролетарской революции дни мо-
ряки Кронштадта были на самых решающих участках
борьбы.
По указанию Военно-революционного комитета Пет-
ропавловская крепость была приведена в оборонитель-
ное состояние. Туда был послан отряд моряков с «Ав-
роры» и артиллеристы с Морского полигона. Около
Петропавловки, на середине Невы, был поставлен один
из миноносцев.
У Смольного, со стороны Невы, дежурили катера,
вооруженные пулеметами, в самом Смольном несли
охрану матросы.
Для поддержания порядка в городе по улицам патру-
лировали многочисленные группы моряков. Они привле-
кались для арестов притаившихся контрреволюционных
агентов и для охраны правительственных зданий.
Моряки сражались в первых рядах при взятии Вла-
димирского юнкерского училища и при занятии Инже-
нерного замка. Под руководством И. П. Флеровского и
К- М. Каллиса матросы разоружили Константиновское
артиллерийское училище. При участии балтийцев были
ликвидированы опорные пункты юнкеров и в других
училищах.
К 5 часам вечера 29 октября дружными усилиями
красногвардейцев и моряков мятеж юнкеров был пол-
ностью ликвидирован. Часть разоруженных и арестован-
ных юнкеров отправили в кронштадтские тюрьмы.
Первый антисоветский фронт продержался всего не-
сколько дней. Разбитые под Пулковом войска Керен-
ского—Краснова стремительно откатились на Гатчину.
Казаки под влиянием просочившихся в их тыл красно-
гвардейцев и матросов стали переходить на сторону
революционных войск.
В ночь на 1 ноября отрядами солдат, матросов и
красногвардейцев под командованием П. Е. Дыбенко
была занята Гатчина. Дыбенко арестовал генерала
Краснова и доставил его в Смольный. Керенский, пере-
одевшись в матросскую форму, бежал.
344
Самые первые бои развязанной контрреволюцией
гражданской войны закончились победой советских
войск. Советская власть, распространяясь от центра
к окраинам, приступила к закреплению завоеванных
позиций и к первым мероприятиям по упрочению дикта-
туры пролетариата.
Именем Советской власти
Исключительно трудными были первые недели и
месяцы существования Республики Советов. Потерпев
поражение при попытке вернуть власть открытым воен-
ным мятежом, буржуазия решила действовать иными
путями. Для осуществления своих планов она широко
использовала тяжелое продовольственное положение,
применяла саботаж, спекуляцию, провоцировала банди-
тизм и пьяные погромы, шла на все, что могло расша-
тать, подорвать и затормозить становление и укрепление
Советской власти.
Весьма опасной формой борьбы против Советской
власти был саботаж. С его помощью враги революции
пытались парализовать деятельность молодого, еще не
окрепшего советского аппарата, не имевшего опыта
в государственной работе. «Керенского можно аресто-
вать, юнкеров расстрелять из пушек, — писали буржу-
азные чиновники в своем журнале «Трибуна государ-
ственных служащих» 8 декабря 1917 года. — Но самая
хорошая пушка не может заменить плохой пишущей
машинки и самый храбрый матрос — скромного писца из
какого-либо департамента».
Молодая Советская власть получила в наследство от
Временного правительства голод и разруху. К 27 октября
в Петрограде находилось всего 30 тысяч пудов хлеба,
тогда как даже по голодной норме (полфунта на чело-
века) требовалось 48 тысяч пудов в день. В начале ноя-
бря в Петроград ежедневно поступало не более 15—20
тысяч пудов хлеба. 7 ноября норма пайка была снижена
до 3/8 фунта. Враги злорадствовали: «Большевики не вы-
полняют своих обещаний дать народу хлеб».
Катастрофическое положение с продуктами питания
обострялось злостным саботажем чиновников, ведавших
снабжением, и чиновников железнодорожного транс-
345
порта, сознательно срывавших доставку хлеба в проле-
тарские центры. Требовались исключительные усилия,
чтобы накормить население крупных городов. Вопрос
о хлебе приобретал первостепенную государственную
значимость.
Получив сведения о том, что на станциях железных
дорог в тупиках, в многочисленных, амбарах и лабазах по
вине саботажников скопилось много продовольственных
грузов, Военно-революционный комитет создал 'специ-
альную комиссию и поручил ей осмотреть на Петроград-
ском железнодорожном узле все вагоны, склады и пак-
гаузы, а также проверить запасы муки во всех .городских
хлебопекарнях и булочных. Для этого было создано из
кронштадтских матросов 10 отрядов по 50 человек в каж-
дом. Формирование отрядов было поручено кронштадт-
скому матросу Т. И. Ульянцеву.
Результаты сказались быстро. 8 ноября только на
станции Петроград Николаевской железной дороги
было обнаружено: 16 000 пудов пшеничной муки, 86000
пудов пшеницы, 17 000 пудов ржаной муки, 6000 пудов
ржи, 45 000 пудов рыбы, 1000 пудов сливочного масла и
9000 пудов сахарного песка1. Подобные находки комис-
сии и привлеченные для этой цели моряки делали еже-
дневно.
Отряды балтийских матросов, в том числе несколько
отрядов кронштадтцев, были направлены по указанию
В, И. Ленина в хлебные районы страны. 44 матроса
с комиссаром Блинковым поехали по Мурманской желез-
ной дороге; 50 человек с комиссаром Лускаревым —
в Херсонскую, Таврическую и Екатеринославскую губер-
нии; еще 50 человек с комиссаром Косаревым — в Том-
скую и Акмолинскую области; 22 человека с комиссаром
Лычиным — в Воронежскую и Тамбовскую губернии;
32 с комиссаром Шашкиным — в Курскую и Орловскую;
53 с комиссаром Довыдовским — в Харьковскую и Пол-
тавскую; 34 с комиссаром Осиповым — в Самарскую и
Уфимскую губернии; 46 с комиссаром Чикмаревым —
в Тургайскую область. В Казанскую и Оренбургскую
губернии поехали 24 человека с комиссаром Скопиным.
Только по четырнадцати хлебным губерниям и трем
областям разъехалось 355 матросов, всего же на хлеб-
1 «История гражданской войны в СССР», т. 2. М., 1943, стр. 549.
346
ные заготовки их отправилось гораздо больше. На путе-
вые расходы были выданы деньги — от 2 тысяч до 6 ты-
сяч рублей на каждый отряд1.
Ввиду зимнего времени по распоряжению Н. И. Под-
войского все моряки были одеты в валенки, полушубки
и шапки. Но, упрятав шапки в вещевые мешки, они,
чтобы сохранить свой флотский вид, щеголяли в беско-
зырках, стойко перенося лютые морозы. Матросы-прод-
отрядчики и своим внешним видом, и напористостью
всегда оказывали должное воздействие на злостных
укрывателей хлеба.
«Балтийские матросы.... снабженные суровыми ман-
датами с широкими полномочиями за подписью Пред-
седателя Совета Народных Комиссаров В. И. Ленина,—
писал в своих воспоминаниях В. Д. Бонч-Бруевич,—
начали делать свое огромное дело, привлекая на свою
сторону рабочих, арестовывая саботажников, отдавая
под суд мешавших работать. Эти матросские отряды...
были в сущности первыми продовольственными отрядами
правительства Октябрьской революции... [Они] добились
быстрого продвижения продовольственных грузов по же-
лезной дороге... первые ввели весьма целесообразный
способ конвоирования поездов-эшелонов отрядами мат-
росов, которые быстро разрешали все недоразумения
в пути. По существу дела, эти отряды ввели военное
положение на многих железных дорогах и заставили
железнодорожников работать по-военному»1 2.
Комната № 74 в Смольном, где обосновался органи-
затор матросских продовольственных отрядов Т. И. Уль-
янцев, превратилась в своего рода придаток Министер-
ства продовольствия. Сюда же шли телеграммы о до-
полнительной присылке людей, донесения об обнару-
женных запасах продуктов и об отправленных в ад-
рес Петрограда вагонах с продовольственными гру-
зами.
Роль матросских продовольственных отрядов не огра-
ничивалась заготовкой хлеба. «Морякам дан был приказ
вести агитацию за Советскую власть, информировать
народ о происшедшем перевороте, призывать его к под-
держке нового режима, созданного в интересах рабоче-
1 ЦГАВМФ, ф. р-661, on. 1, д. 70, лл. 178—>179.
2 «Военно-исторический журнал», 1964, № 4, стр. 6.
347
крестьянской бедноты» ', — писал в своих воспомина-
ниях Н. И. Подвойский, вместе с Ульянцевым инструк-
тировавший отъезжающие: в провинцию матросские
отряды.
Результаты деятельности продовольственных отрядов
сказались довольно быстро. Так, например, отряд мат-
роса Чикмарева на Южном Урале, следовавший за на-
ступавшим на Кустанай 1-м Северным матросским отря-
дом мичмана Павлова, при содействии крестьян-бедня-
ков и железнодорожников не только сумел реквизиро-
вать и отправить в Петроград 100 тысяч пудов хлеба,
но и сыграл большую роль в установлении Советской
власти в городе и районе.
Большую работу по заготовке хлеба в Тульской гу-
бернии проводил по указанию В. И. Ленина матрос
с учебного судна «Океан» член РСДРП (б) с 1907 года
В. Л. Панюшкин. В помощь ему был придан отряд,
в который входили кронштадтские матросы и местные
красногвардейцы. Владимир Ильич лично интересовался
действиями Панюшкина. В одной из своих телеграмм,
адресованных Панюшкину, он запрашивал: «Сообщите
срочно, сколько хлеба ссыпано, сколько вагонов отправ-
лено, сколько спекулянтов и кулаков арестовано»1 2.
В другой телеграмме В. И. Ленин дал Панюшкину ука-
зание «...действовать твердо, предварительно строго рас-
считав и взвесив силы, ибо, начиная, надо доводить до
конца»3.
Народному комиссару по продовольствию А. Д. Цю-
рупе В. И. Ленин телеграфировал:
«Из доклада Панюшкина видно, что он прекрасно
работает, но неимоверно разбрасывается, берется за
100 дел.
Это недопустимо.
Надо дать Панюшкину строго определенное, точное,
письменно зафиксированное поручение:
(1)	обобрать и отобрать все излишки хлеба
у кулаков и богатеев всей Тульской губернии,
(2)	свезти весь этот хлеб тотчас в Москву,
1 Н. И. Подвойский. Год 1917. М., 1958, стр. 184.
2 В. И. Л е н и н. Поли. собр. соч., т. 50, стр. 89.
3 Т а м же, стр. 109.
348
(3)	Н и за какое иное дело до полного
выполнения этого поручения не браться.
Для выполнения дела взять побольше грузовых
автомобилей» *.
В организации снабжения Петрограда продоволь-
ствием активно участвовал Военно-морской революцион-
ный комитет.
Когда стало известно, что в Шлиссельбурге саботаж-
ники задерживают баржи с продовольственным грузом,
а тем временем продукты расхищаются, Военно-морской
ревком немедленно направил туда буксир с матросским
отрядом И. Д. Сладкова. Баржи были доставлены по
Неве в Петроград1 2.
В Архангельске и Мурманске на складах хранилось
большое количество зерна, предназначенного правитель-
ством Керенского для расчета с союзниками за оружие,
предоставленное России. Военно-морской революцион-
ный комитет по указанию Совета Народных Комиссаров
командировал туда группу моряков во главе с матросом
Дубенковым. Несмотря на сопротивление местных сабо-
тажников, хлеб из Архангельска и Мурманска был вы-
везен 3.
Тринадцатого ноября Военно-морской ревком обсле-
довал частные холодильники и склады Петрограда, еще
не реквизированные Советским правительством, и обна-
ружил в них большие запасы продовольствия. В связи
с этим ВМРК принял решение: «Предложить Министер-
ству продовольствия Совета Народных Комиссаров не-
медленно взять управление продовольствием в свои
руки». Это решение было одобрено .В. И. Лениным. Об-
наруженные в холодильниках запасы были переданы
в полное распоряжение народного комиссара по продо-
вольствию4.
Тридцатого ноября наркомпрод А. Д. Цюрупа обра-
тился в Военно-морской революционный комитет с прось-
бой командировать 50 матросов для работы в Министер-
стве продовольствия5. Просьба была выполнена. В рас-
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 50, стр. 136—137.
2 См. И. И. Вахрамеев. Во имя революции, стр. 50.
3 См. М. А. Столяренко. Моряки в огне революции. Л.,
1960, стр. 70.
4 См. И. И. Вахрамеев. Во имя революции, стр. 51—52.
5 ЦГАВМФ, ф. р-5, оп. 3, д. 1, л. 30.
348
поряжение народного комиссара было выслано из Крон-
штадта и с кораблей флота 50 писарей и баталеров.
Вследствие саботажа на крупных железнодорожных
узлах довольно часто создавались пробки. Грузы с про-
довольствием и углем, идущие в промышленные центры,
надолго задерживались. Об одном из таких случаев
стало известно В. И. Ленину. 13 января 1918 года он
телеграфировал в Харьков Г. К. Орджоникидзе и в Мо-
скву Н. И. Муралову: «Мы получили сообщение, что
между Орлом и Курском образовался затор, мешающий
движению поездов с углем и хлебом. Всякая остановка
грозит голодом и остановкой промышленности. Подозре-
ваем саботаж железнодорожников в этом месте, ибо там
не раз бывали случаи саботажа. Настоятельно просим
принять самые беспощадные революционные меры. Про-
сим послать отряд абсолютно надежных людей. Всеми
средствами продвигать вагоны с хлебом в Петроград,
иначе грозит голод. Сажайте на паровозы по нескольку
матросов или красногвардейцев. Помните, что от вас
зависит спасти Питер от голода»1.
Экстренные меры, принятые Военно-революционным
комитетом, и широкое использование для решения про-
довольственной проблемы матросов, рабочих и солдат
не замедлили сказаться на хлебном пайке. Уменьшенный
7 ноября с */з до 3/8 фунта хлебный паек 30 ноября был
не только восстановлен в прежней норме, но даже дове-
ден до 3/4 фунта.
Контрреволюционеры пытались саботировать и в дру-
гих областях государственного аппарата, и прежде всего
на телеграфе, телефоне и почте.
Значительное число морзистов и юзистов радиотеле-
графных классов Электроминной школы Кронштадта
было направлено для смены саботирующих телеграфи-
стов как на Главный телеграф Петрограда, так и для
обслуживания железнодорожного телеграфа.
Матросы, окончившие школу писарей и судовых со-
держателей, имевшие опыт в делопроизводстве и в раз-
личных видах отчетности, с успехом заменяли саботи-
рующих чиновников и служащих в министерствах про-
довольствия, финансов и в других ведомствах.
1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 50, стр. 29.
350
Упорная борьба с саботажниками происходила в Ми-
нистерстве финансов, в Государственном и частных бан-
ках. Чиновники этих учреждений сознательно задержи-
вали выдачу денег фабрикам и заводам, рассчитывая на
то, что рабочие, оставшись без зарплаты, поднимут бунт
против Советской власти. Банкиры, фабриканты и совла-
дельцы банковских сейфов снабжали деньгами контрре-
волюционные организации и саботажников, отказываясь
признавать Советскую власть и работать под ее контро-
лем. Социалистическое государство не могло находиться
в зависимости от частнокапиталистических банков.
14 декабря 1917 года Совет Народных Комиссаров
опубликовал декрет о национализации всех частных
банков и объединении их в единый Государственный
банк.
Накануне опубликования декрета, поздно вечером,
в Народном комиссариате финансов под председатель-
ством В. И. Ленина состоялось узкое секретное совеща-
ние. На этом совещании присутствовал от Политического
отдела Верховной морской коллегии И. И. Вахрамеев.
В. И. Ленин разъяснил собравшимся исключительную
важность национализации банков. На этом совещании
было решено занять банки внезапно и в одно время по
всему городу, чтобы не дать возможности банковским
заправилам изъять ценности, хранившиеся в сейфах и
кладовых.
Для выполнения этой операции были использованы
отряды матросов, красногвардейцев и солдат.
Матросам было поручено занять три крупнейших
банка: Петроградский для внешней торговли, Сибирский
банк и Лионский кредит. Все три банка находились на
Невском проспекте. Для их захвата в ночь на 14 дека-
бря было сформировано под общим руководством
И. И. Вахрамеева три отряда по 100 человек в каждом.
Отрядами командовали кронштадтский матрос с «Оке-
ана» В. Мясников, матрос с «Амура» Н. Антропов и
матрос Гвардейского экипажа Б. Соколов. Ровно в 10
часов утра каждый из отрядов занял указанный ему
банк. У кабинетов директоров и их заместителей были
выставлены парные часовые. Служащим банка было
строго приказано оставаться на своих местах, не пря-
тать и не уничтожать никаких документов.
Во второй половине ноября и в начале декабря 1917
351
года в Петрограде и в ряде других городов страны про-
катилась волна пьяных погромов. Большую роль в по-
громах играла контрреволюционная монархическая орга-
низация Пуришкевича. Члены этой организации разбра-
сывали по городу листовки с указанием адресов вин-
ных складов. Темные личности, одетые «под рабочих»,
шмыгали по городу, наталкивая хулиганские и анар-
хические элементы на разгром винных магазинов,
складов, пивных, винно-водочных и разливных заво-
дов1.
В служебной записке Ф. Э. Дзержинскому В. И. Ле-
нин писал: «Буржуазия, помещики и все богатые классы
напрягают отчаянные усилия для подрыва революции...
Буржуазия идет на злейшие преступления, подкупая от-
бросы общества и опустившиеся элементы, спаивая их
для целей погромов»1 2.
Военно-революционный комитет чуть ли не ежедневно
обсуждал на своих заседаниях меры борьбы с пьяной
вакханалией. По его указанию во всех районах города
были созданы революционные суды. На улицах несли до-
зорную службу бронемашины, вооруженные пулеметами
патрули, в составе которых были сотни кронштадтских
матросов. Решением Петроградского Совета был создан
специальный штаб (комитет), которому было поручено
«уничтожить винные склады, очистить Петроград от ху-
лиганских банд, разоружить и арестовать всех, опоро-
чивших себя участием в пьянстве и разгроме»3. Штаб
был размещен в казармах 2-го Балтийского флотского
экипажа. Матросские команды были в полном распоря-
жении этого штаба. 6 декабря Петроград был объявлен
на осадном положении.
В борьбе с бандитизмом и пьяными погромами боль-
шую роль сыграли матросы Кронштадта и петроградских
военно-морских частей.
Восьмого ноября 1917 года Петроградский ВРК пору-
чил Военно-морскому революционному комитету органи-
зовать отряд матросов и под их охраной вывезти из Пет-
1 См. А. Скилягин, В. Лесов, Ю. Пименов, И. Сав-
ченко. Дела и люди Ленинградской милиции. Очерки истории. Л.,
1967, стр. 14.
2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 35, стр. 156.
3 М. Лурье. Петроградская Красная гвардия (февраль 1917 —
февраль 1918). Л., 1938, стр. 172.
352
рограда 6000—7000 ящиков спиртных напитков 10 ноя-
бря комендант Зимнего дворца выступил на заседании
Военно-морского ревкома с заявлением: «Ежедневно из
погребов Зимнего дворца через проломы в стенах и по-
толке расхищаются дорогие вина, и, несмотря на то, что
эти проломы ежедневно заделываются, хищения все-таки
продолжаются. Караул Преображенского полка... способ-
ствует этим хищениям1 2. Комендант просил дать караул
из надежных матросов.
В подвалах Зимнего дворца были наиболее крупные
винные склады. Там хранились тысячи бочек и миллионы
бутылок с ценными многолетними винами. У Зимнего
стояли в те дни огромные толпы людей. Очереди за ви-
ном тянулись от Зимней канавки до Троицкого моста и
по Миллионной улице до Марсова поля. В подвалах
разыгрывались форменные баталии — драки и стрельба.
В лужах вина валялись трупы опившихся, задавленных
и убитых.
О размерах и характере пьяных погромов красно-
речиво свидетельствует предписание командующего Пет-
роградским военным округом В. А. Антонова-Овсеенко
Военно-морскому революционному комитету. «На вас
падет ответственность, — говорилось в предписании, — за
охрану Зимнего дворца, так как вы всего ближе к нему3.
Мною посылаются два броневика к Зимнему, под их
прикрытием надо немедленно выкинуть всех пьяниц из
дворца...» 4
Приказание было выполнено, пьяные громилы разо-
гнаны, вино уничтожено.
Громадные запасы вин хранились и в подвалах Фон-
довой биржи. Матрос с линкора «Заря свободы»
Ф. А. Казаринов, возглавлявший команду кронштадт-
ских матросов, охранявшую склады биржи, рассказы-
вает, что к складам подходили группы вооруженных сол-
дат и, невзирая на возражения охраны, сбивали с дверей
замки и забирали с собой столько вина, сколько могли
1 См. «Петроградский военно-революционный комитет», т. 2.
М., 1966, стр. 245.
2 ЦГАВМФ, ф. р-22, on. 1, д. 1, л. 11.
3 Военно-морской революционный комитет помещался в Глав-
ном Адмиралтействе.
4 ЦГАВМФ, ф. р-5, оп. 3, д. 1, л. 36.
353
унести, а некоторые тут же напивались до бесчувствен-
ного состояния. Караул часто открывал огонь в воздух,
но это не пугало разъяренных солдат и примкнувших
к ним разных темных личностей. Для прекращения рас-
таскивания вина приходилось вызывать по 300—500 ра-
бочих Балтийского и Трубочного заводов. Наконец было
получено распоряжение уничтожить вино. В течение не-
скольких дней разбивались корзины, ящики, наполнен-
ные бутылями вина, и стоведерные бочки. Для откачки
вина из подвалов в канализацию вызывались пожарные
части. По словам Ф. А. Казаринова, было уничтржено
около 2 миллионов ведер вина *.
Таким образом, моряки Кронштадта и Петрограда
были в первых рядах борьбы за налаживание порядка
и революционной дисциплины в городе.
Работавший в дни погромов 1-й Всероссийский съезд
моряков военного флота обратился к гражданам Петро-
града со специальным обращением, в котором заявил:
«Мы, Всероссийский съезд военного флота, клеймим
несмываемым позором тех, кто предается пьянству, раз-
грому винных погребов и разным другим бесчинствам.
Мы заявляем... что... не остановимся перед самыми суро-
выми мерами в борьбе с этим злом»1 2.
Продолжавшиеся в Петрограде 15—20 дней пьяные
погромы и бандитизм были ликвидированы. Попытка
контрреволюции «утопить революцию в вине», развязать
силы анархии и расшатать молодую Советскую власть
была сорвана петроградскими рабочими и балтийскими
моряками.
Период с октября 1917 года по февраль 1918 года
В. И. Ленин назвал триумфальным шествием Советской
власти. Рабоче-крестьянская власть быстро распростра-
нялась по всей стране. В своем выступлении на VII
съезде партии, в марте 1918 года, В. И. Ленин говорил:
«По всей России вздымалась волна гражданской войны,
и везде мы побеждали с необыкновенной легкостью
именно потому, что плод созрел, потому, что массы уже
проделали весь опыт соглашательства с буржуазией.
1 ЦГАВМФ, ф. р-402, оп. 2, д. 182, лл. 36—37.
2 «Красный архив», 1932, № 53, стр. 77—78.
354
Наш лозунг „Вся власть Советам4, практически прове-
ренный массами долгим историческим опытам, стал их
плотью и кровью. Вот почему сплошным триумфальным
шествием были первые месяцы русской революции после
25 октября 1917 года»1.
В то же время в военном отношении Советская рес-
публика переживала сложнейший переходный период.
Старая армия стихийно разваливалась и не могла защи-
щать молодое Советское государство. Существовавшие
по всей стране многочисленные отряды Красной гвардии
не обладали качествами регулярных войск. Красная
гвардия не имела строгой военной организации в виде
полков, бригад, дивизий, корпусов и армий, которые
стали складываться лишь после издания декрета о
создании Красной Армии и в ходе боев гражданской
войны.
Военный флот занимал в этот период несколько осо-
бое положение. В силу революционных традиций и высо-
кой сознательности моряки, преимущественно бывшие
рабочие, не были заражены в такой степени, как армия,
настроениями стихийной демобилизации. Они оставались
централизованной, организованной и подготовленной
в военном отношении силой. Именно поэтому на долю
революционных военных моряков выпала большая и по-
четная задача принять активное участие в становлении
и укреплении Советской власти в различных уголках
страны.
В первых рядах балтийских моряков шли, как всегда,
кронштадтцы.
Тысячи кронштадтских матросов, выполняя задания
партии и Советской власти, разъехались по стране. Из-
вестно, например, какую огромную работу проводили на
Урале П. Д. Хохряков и возглавляемая им команда
матросов в 40 человек. Имя этого моряка носят улицы
в Свердловске, Тобольске, Тюмени, Перми — там, где
звучали его пламенные выступления. В Свердловске на
одном из домов улицы, носящей его имя, на мраморной
доске высечены слова: «П. Д. Хохряков — один из вы-
дающихся руководителей екатеринбургских большевиков
и крупнейший организатор Красной гвардии». Именем
‘В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 36, стр. 5.
12*
355
Хохрякова названа бывшая Переяславская улица в
Смольнинском районе Ленинграда.
* Большую организационную работу в деревнях и се-
лах Тверской губернии проводил матрос с «Амура»
И. С. Круглов. При его активном участии создавались
отряды Красной гвардии, была ликвидирована земская
управа, организован Областной комитет деревенской
бедноты. Круглов был избран членом 1-го губернского
Исполнительного комитета Совета рабочих и крестьян-
ских депутатов.
Кронштадтец, бывший комиссар «Зари свободы»
И. Н. Колбин в послеоктябрьский период был избран
членом Подольского Совета, председателем Чрезвычай-
ной комиссии и начальником Красной гвардии города.
А. М. Любович, получив назначение на должность заме-
стителя наркома почт и телеграфов, энергично проводил
борьбу с саботажем чиновников в органах связи.
В. И. Зайцев и матрос Электроминной школы А. Рогож-
кин заняли руководящие посты в органах путей сообще-
ния — первый в качестве комиссара внутренних водных
путей страны и члена коллегии Наркомпути, а второй —
в должности руководителя Пермского райкомвода.
Е. Ф. Зинченко принимал активное участие в установле-
нии и упрочении Советской власти в городе Короче Кур-
ской губернии.
В «Известиях Кронштадтского Совета» 30 ноября
1917 года была опубликована благодарность Галичского
уездного Совета Костромской губернии матросу Смир-
нову за то, что он явился организатором Советской
власти в Галиче. Матросы Половников и Бадьин орга-
низовали в Котельниче Красную гвардию и помогли
местным большевикам установить Советскую власть
в городе1. В Буйском уезде Костромской губернии орга-
низовал Красную гвардию матрос Свистулев, потом он
был назначен там уездным военным комиссаром1 2. Про-
езжавшие через города Яранск и Елабугу матросы по-
могли установить в этих городах Советскую власть3. По
просьбе вятских большевиков в Вятку был послан отряд
1 См. «За власть Советов». Киров, 1957, стр. 184—'185.
2 См. С. Хе с ин. Матросы революции. М., 1958, стр. 135.
3 См. Е. И. Кирюхина. Установление Советской власти
в Вятской губернии. Киров, 1958, стр. 29.
356
во главе с матросом Дрылевским ’. По командировке
Кронштадтского комитета РСДРП (б) большую агитаци-
онную и организаторскую работу проводил среди кре-
стьян Севриковского и Яснополянского уездов Тульской
губернии матрос А. 3. Ульянов.
Кронштадтцы больше и активнее, чем моряки других
баз Балтийского флота, участвовали в укреплении орга-
нов Советской власти в провинции. Это объясняется, оче-
видно, тем, что нигде не была так широко поставлена
работа землячеств, организованно посылавших своих
представителей во все уголки страны, как в Кронштадте.
Победоносное шествие Советов встречало яростное
сопротивление врагов. То тут, то там вспыхивали антисо-
ветские мятежи. В авангардных боях с контрреволюцией
балтийские, в том числе кронштадтские, моряки прини-
мали активнейшее участие.
В то время, когда петроградские красногвардейцы,
матросы и солдаты под руководством Ленина в течение
4—5 дней ликвидировали заговор юнкеров и наголову
разбили войска Керенского — Краснова, в Москве еще
продолжались ожесточенные уличные бои. Для того
чтобы оказать помощь московским рабочим, по личному
указанию В. И. Ленина в Москву 29 октября выехал
отряд кронштадтцев численностью в 500 человек. Вслед
за ним 31 октября, также по указанию В. И. Ленина,
отправился второй отряд моряков и красногвардейцев
численностью в 2000 человек. Такое пополнение револю-
ционных сил несомненно ускорило победу Октябрьского
вооруженного восстания в Москве.
Пятого ноября под командованием К- С. Еремеева
в Москву прибыл третий отряд. В состав его входили
моряки (в том числе и кронштадтцы) и солдаты 428-го
Лодейнопольского полка. По дороге на Москву, на стан-
ции Куженкино, матросами этого отряда был захвачен
спешивший с Гатчинского фронта на помощь московским
белогвардейцам бронепоезд юнкеров. На нем было взято
в плен 130 человек команды ударного батальона, пре-
имущественно юнкеров, 20 офицеров, захвачено 16 пуле-
метов и 4 орудия. К прибытию в Москву отряда мятеж
был уже подавлен. Матросы и солдаты приняли активное
участие в налаживании революционного порядка в го-
1 См. Е. И. Кирюхина. Указ, соч., стр. 26.
357
роде. Радиотелеграфисты отряда захватили радиостан-
цию на Ходынке и передали ее в распоряжение Москов-
ского Совета.
В ликвидации Ставки бывшего главнокомандующего
генерала Духонина, в боях с дутовцами и украинскими
националистами, в разгроме антисоветских очагов и мя-
тежей военные моряки принимали самое активное уча-
стие. В конце 1917 и начале 1918 года матросов можно
было видеть повсюду. По заданию органов Советской
власти они самоотверженно выполняли самые разнооб-
разные обязанности. Популярность моряков, и особенно
кронштадтцев, в этот период была исключительно ве-
лика. В Кронштадт приходило множество телеграмм и
писем с просьбой прислать моряков. Эти запросы посту-
пали не только из крупных городов, таких, как Москва,
Киев, Гомель, Челябинск, Вологда, но и из уездных
городов, с далеких окраин. Чтобы не обезлюдить корабли
действующего флота, многочисленные матросские отряды
комплектовались главным образом из морских частей
тыловых баз. Кронштадт был неисчерпаемым резервом,
откуда в трудные моменты партия и органы Советской
власти призывали верные революции силы.
Образную характеристику матросам тех лет дал аме-
риканский журналист Альберт Рис Вильямс. «По всей
России, — писал он, — встречал я этих просоленных мор-
скими ветрами людей в синих форменках, с характерной
походкой вразвалку. Повсюду они выступали как провоз-
вестники идей социализма. Я слышал, как они выступали
на митингах и на рыночных площадях, побуждая
к активным действиям самых нерешительных. Я видел,
как благодаря их усилиям из дальних деревень начинали
посылать продовольствие в города... Они всегда первыми
ощущали угрозу революции, всегда первыми спешили
к ней на выручку»4.
Верный традициям
Участием в Великой Октябрьской социалистической
революции и в триумфальном шествии Советской власти
не закончилась революционная и боевая роль Крон-
1 А.-Р. Вильямс. О Ленине и Октябрьской революции.
М., 1960, стр. 132—133.
368
штадта. После героического Ледового перехода флота
в марте—апреле 1918 года из Гельсингфорса и Ревеля
в Кронштадт, вызванного попыткой кайзеровской Герма-
нии захватить боевые корабли балтийцев, Кронштадт
стал главной базой Балтийского флота и передовым
форпостом на подступах к Петрограду.
В 1918—1920 годах молодая Советская республика,
окруженная кольцом фронтов, вела напряженную борьбу
против соединенных сил 14 капиталистических госу-
дарств и русских белогвардейских полчищ. Почетное
место в этой борьбе принадлежало Балтийскому флоту
и Кронштадту. Не было такрго участка фронта, в составе
которого не было бы кронштадтских матросов. Их можно
было встретить в пехоте, в артиллерии, на бронепоездах
и даже в кавалерии. В памяти советского народа вечно
будут жить моряки-кронштадтцы, активные участники
гражданской войны Анатолий Железняков, Тимофей
Ульянцев, Николай Маркин, Павел Хохряков и многие
другие, павшие смертью героев.
Двенадцать речных и озерных флотилий, созданных
при непосредственном участии Кронштадта, успешно
сражались на речных и озерных участках сухопутных
фронтов. Немало кораблей, предварительно отремонти-
рованных и приведенных в порядок рабочими Крон-
штадта, вошли в состав этих флотилий. Как при созда-
нии этих флотилий, так и в течение всей гражданской
войны, арсеналы и склады Кронштадта служили для них
неистощимым источником снабжения артиллерийским
вооружением, боезапасом, навигационными приборами и
прочими видами спецснабжения, в том числе и обмунди-
рованием для личного состава.
Огромную роль моряки, солдаты и рабочие Крон-
штадта сыграли в обороне Петрограда в 1919 году. При
огромном некомплекте судовых команд, при острейшем
недостатке топлива—угля и нефти (Донбасс и Баку
были заняты интервентами и белогвардейцами), базиро-
вавшиеся на Кронштадт корабли небольшого действую-
щего отряда Балтийского флота во взаимодействии
с фортами крепости успешно сражались с кораблями
английского флота.
Так, эсминец «Гавриил» вступил в бой с четырьмя
английскими эсминцами и обратил их в бегство, эсминцы
359
«Гавриил» и «Азард» потопили английскую подводную
лодку «Л-55», пытавшуюся их атаковать. Вышедшая из
Кронштадта подводная лодка «Пантера» потопила но-
вейший английский эскадренный миноносец «Виттория».
При попытке англичан внезапной атакой торпедных ка-
теров на Кронштадт уничтожить главные силы Балтий-
ского флота эсминец «Гавриил» расстрелял вражеские
катера, лишь одному из них удалось скрыться.
Крейсер, два эскадренных миноносца, подводную
лодку, два тральщика, шесть торпедных катеров, два
транспорта и два моторных катера оставил Британский
королевский флот на дне Финского залива, с поврежде-
ниями ушли в Англию два крейсера и монитор. Так
бесславно закончились для английского флота его бое-
вые действия на Финском заливе. Кронштадт оказался
неприступным форпостом- революционного Петрограда на
его морских подступах.
Развязанная контрреволюционерами гражданская
война закончилась великой победой советского народа
над интервентами и белогвардейцами.
После войны в Кронштадт возвратились большевики
И. Д. Сладков, А. Г. Зосимов, Ф. С. Аверичкин и сотни
других. Они вдохновляли молодых- моряков на успешный
ремонт кораблей, готовили новые кадры краснофлотцев.
С восстановлением хозяйства страны была восстановлена
и боевая мощь Балтийского флота. Кронштадт стал
колыбелью новых советских надводных и подводных
кораблей. Здесь они получали окончательную экипи-
ровку и «путевку» на выход в первые учебно-боевые
походы. Через школы учебных отрядов Кронштадта про-
ходили, получая флотские специальности, первые комсо-
мольские наборы, много способствовавшие не только
возрождению Балтийского флота, но и его дальнейшему
боевому росту.
Ответственная, боевая и почетная задача выпала на
Кронштадт в годы Великой Отечественной войны. Он
был несокрушимым бастионом в героической обороне
города «Ленина.
900 дней обороны Ленинграда — это 900 боевых дней
Кронштадта. Были за это время для Кронштадта чрез-
вычайно тяжелые дни. Содрогалась земля острова Кот-
360
лин от взрывов тяжелых вражеских снарядов и тысяче-
килограммовых авиационных бомб, от мощных залпов
нашей артиллерии. Рушились дома, полыхали пожарища.
Во время одной из бомбежек фашистам удалось тяжело
повредить стоявший в гавани линейный корабль «Петро-
павловск», взрывом бомбы ему оторвало носовую часть.
Но корабль остался в строю. Лишившись одной из ба-
шен главного калибра, он продолжал из остальных вести
сокрушительный огонь по врагу.
Два с половиной года фашистские самолеты и тяже-
лая артиллерия пытались заставить замолчать крон-
штадтские форты и корабли, стоявшие в гавани, но это
им не удалось. Сталью огрызался Кронштадт, нанося
гитлеровцам тяжелые потери. От меткой стрельбы кре-
постных и корабельных артиллеристов взлетали на воз-
дух вражеские укрепления, блиндажи, автоколонны и
танковые колонны, уничтожалась живая сила. Преодоле-
вая вражеские противолодочные рубежи, уходили из
Кронштадта в море отважные балтийские подводники и
топили фашистские корабли и транспорты с боеприпа-
сами, людьми и техникой. Огромную роль сыграл Крон-
штадт в дни решающих боев за освобождение Ленин-
града от фашистской блокады. Он служил плацдармом,
через который перебрасывались на Ораниенбаумский
«пятачок» ударные войсковые части, начавшие наступле-
ние на фашистские войска при поддержке артиллерии
Кронштадта. Огонь его фортов сокрушал вражескую
долговременную оборону.
Командовавший в-годы Отечественной войны Балтий-
ским флотом адмирал В. Ф. Трибуц так передает свои
впечатления о дне перехода советских войск в наступле-
ние под Ленинградом— 14 января 1944 года:
«Шквал огня и раскаленного металла. На вражеском
переднем крае и в районе важнейших целей рвались
12-дюймовые снаряды Красной Горки... Снаряды других
калибров накрывали штабы и батареи противника, узлы
дорог, разрушали траншеи... В оглушительной канонаде
выделялись орудийные „голоса1* Кронштадта, его фортов
и линейного-корабля „Марат1*... Неотразимые удары кру-
шили оборону врага...»1
1 В. Ф. Трибуц. Балтийцы наступают. Калининград, 1968,
стр. 48—49, 52.
361
Великая Отечественная война закончилась полным
разгромом фашистской Германии. После войны и до сего
дня Кронштадт по-прежнему обслуживает Балтийский
флот своими материальными средствами, готовит для
флота кадры корабельных специалистов и остается зор-
ким часовым на подступах к городу Ленина.
В наши дни славные революционные традиции Крон-
штадта вдохновляют моряков дважды Краснознаменного
Балтийского флота и приумножаются в замечательных
трудовых делах кронштадтцев.
ОБ АВТОРЕ ЭТОЙ КНИГИ
Павел Захарович Сивков (1895—
1970) начал свою трудовую деятель-
ность с 14 лет на уральских заводах.
В 1915 году был призван на флот и
служил матросом на эскадренном
миноносце «Громкий».
С 1918 года П. 3. Сивков — член
большевистской партии. В том же
году он добровольно вступил в ряды
Красной Армии и сражался с вра-
гами на Восточном фронте, а в 1919
году — под Петроградом. В конце
1919 года Павла Захаровича направ-
ляют на работу в Военный трибунал
г. Кронштадта, а в 1920 году назна-
чают председателем трибунала Пет-
роградской морской базы. На этом
посту П. 3. Сивков отдавал все свои
силы борьбе с контрреволюционными
элементами на флоте.
363
После окончания гражданской
войны П. 3. Сивков — на различных
руководящих должностях в Балтий-
ском флоте.
Много труда вложил Павел За-
харович Сивков в развитие Цент-
рального военно-морского музея, на-
чальником которого был с 1928 по
1941 год. Затем он занимался редак-
торской деятельностью в Военно-мор-
ском издательстве и «Морском атла-
се». Перу П. 3. Сивкова принадлежит
ряд трудов об участии моряков
в Октябрьской революции и граждан-
ской войне, в том числе монография
«Моряки Балтийского флота в борьбе
за власть Советов в 1917 году»
(Воениздат, 1946), брошюра «Павел
Данилович Хохряков» (Лениздат,
1948) и др.
В последние годы жизни полков-
ник, четырежды орденоносец Павел
Захарович Сивков принимал дея-
тельное участие в пропаганде боевых
и революционных традиций Совет-
ского Военно-Морского Флота, до по-
следнего дня работал над рукописью
книги «Кронштадт».
ОГЛАВЛЕНИЕ
Отавтора ........................... 3
ГЛАВА I. От декабристов до больше-
виков ............................. 5
Навстречу буре................... 5
Первый революционный	взрыв	...	19
Снова восстание..................30
Борьба продолжается..............53
Консолидация большевистских	сил	.	67
ГЛАВА II. Кронштадт шагает в рево-
люцию .............................83
Долой царский режим!................83
Большевики организуются по-новому .	99:
В вихре событий ................... 129
ГЛАВА III. Ленинским курсом . . . 137
Да здравствует товарищ Ленин! . . 137
В дни апрельского кризиса .... 144
Мы из Кронштадта!..................162
ГЛАВА IV. «Кронштадтская респуб-
лика» ............................181
Борьба за полновластие Совета . . 181
Уговоры и угрозы...................189
От обороны к наступлению .... 203
В рядах мирных демонстраций . . . 212
Июльские дни.......................221
385
ГЛАВА V. Большевистская крепость 236
Кронштадт есть и будет!............236
Курс — вооруженное восстание . . . 272
Крах заговора против революции . . 279
ГЛАВА VI. Октябрьский штурм . . 292
Вся власть Советам!................292
В ленинском плане восстания . . . 306
Восстание совершилось!.............312
Кронштадтский десант...............319
ГЛАВА VII. На страже Октября . . 337
В самых первых боях гражданской
войны.............................337
Именем Советской власти............345
Верный традициям...................358
Об авторе этой книги...............363
ПАВЕЛ ЗАХАРОВИЧ СИВКОВ
КРОНШТАДТ
страницы
революционной
истории
Редактор Ю. А. Прохватилов
Художник Б. В. Даниленко
Художник-редактор О. И. Маслаков
Технический редактор Г. В. Преснова
Корректор Л. В. Берендюкова
Сдано в набор 31/VIII 1971 г.
Подписано к печати 17/1 1972 г.
Формат бумаги 84Х1081/за.
Бумага тип. № 2.
Усл. печ. л. 19,32. Уч.-изд. л. 19,05.
Тираж 30 000 экз. М-18570.
Заказ № 474
Лениздат, Ленинград,
Фонтанка, 59
Ордена Трудового Красного Знамени
типография им. Володарского
Лениздата, Фонтанка, 57
Цена 79 коп.
п.з. сивкев