роизведения М. И. Калинин
М. И. Калинин
«Двадцать семь лет Михаил Иванович Калинин самоотверженно работал на посту руководителя верховного органа Советского государства, отдавая все силы укреплению социалистического Отечества, упрочению союза рабочих, крестьян и интеллигенции нашей страны и дружбы народов Советского Союза».
(Из сообщения ЦК ВКП(б), Совета Министров Союза ССР и Президиума Верховного Совета СССР от 3 июня 1946 г.)
Избранные произведения


М. И. Калинин


М. И. Калинин
Избранные произведения


М. И. Калинин
Избранные произведения
Издательство политической литературы Москва 1975


3K5
K17
Составители:
Ф. Г. ВАЩЕНКО, Л. И. ГУСЬКОВА, В. В. МАКЕЕВА, А. А. СМОЛЯНИЦКАЯ
Калинин М. И.
Избранные произведения. М., Политиздат, 1975.
448 с.
Настоящий сборник выходит в связи со столетием со дня рождения М. И. Калинина — выдающегося деятеля Коммунистической партии и Советского государства. В книгу включены важнейшие, наиболее актуальные статьи, речи, беседы М. И. Калинина о В. И. Ленине, Коммунистической партии, ее неразрывной связи с народом, патриотизме и интернационализме советских людей, воспитании нового человека и о многих других проблемах строительства социализма.
Избранные произведения М. И. Калинина окажут помощь пропагандистам, партийным, советским, комсомольским работникам, учителям, всем, кто занимается коммунистическим воспитанием трудящихся.
10203-043
К079 (02)-75
93-75
3К5
© ПОЛИТИЗДАТ, 1975 г.
К17


ПРЕДИСЛОВИЕ
Михаил Иванович Калинин — выдающийся деятель Коммунистической партии и Советского государства, верный ученик и соратник В. И. Ленина. Его жизнь — жизнь великого революционера и строителя социалистического государства — пример беззаветного служения народу и глубочайшей преданности Родине.
Путь, пройденный М. И. Калининым, является живым отражением истории эпохи. Сын крестьянина-бедняка, он стал передовым рабочим, членом созданного В. И. Лениным петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса». С 1898 г. жизнь М. И. Калинина связана с Коммунистической партией, с массовым революционным движением в нашей стране.
Агент и корреспондент ленинской «Искры», участник первой русской революции 1905—1907 гг., член Петербургского Совета рабочих депутатов в 1905 г., член Петербургского комитета РСДРП с 1906 г., кандидат в члены ЦК партии, избранный на VI (Пражской) Всероссийской партийной конференции,— таковы этапы революционной деятельности Михаила Ивановича Калинина. 14 арестов и ссылок не сломили большевика-ленинца. В Петербурге, Тифлисе, Ревеле, Москве, глухом северном городишке По- венце —везде он был вожаком масс, умело вовлекая в революционное движение передовых рабочих, вдохновляя их на борьбу против царского самодержавия и буржуазии.
М. И. Калинин принимал активное участие в подготовке и проведении Великой Октябрьской социалистической революции. После ее победы он — один из руководителей строительства первого в мире государства трудящихся. В первые годы Советской власти М. И. Калинин работает на посту Городского головы Петрограда и комиссара городских хозяйств Северной области.
3


В марте 1919 г. по предложению В. И. Ленина М. И. Калинин избирается Председателем Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета. Двадцать семь лет Михаил Иванович возглавлял верховный орган власти Советского государства, сначала как Председатель ВЦИК, после образования СССР — Председатель ЦИК Союза ССР и ВЦИК, а с 1938 г.— как Председатель Президиума Верховного Совета СССР.
Все свои силы, талант и энергию отдал М. И. Калинин строительству социализма в нашей стране, проявляя особую заботу об упрочении союза рабочего класса и крестьянства, укреплении дружбы народов, совершенствовании работы советского государственного аппарата, усилении экономической и политической мощи государства.
В самом центре Москвы работала Приемная Всесоюзного старосты — М. И. Калинина. Сюда с просьбами, жалобами, предложениями приезжали люди из разных уголков необъятной нашей Родины. К каждому надо было найти свой подход. В этой работе как нигде требовалось особенно тонкое политическое чутье. «Советская политика,— говорил Михаил Иванович,— состоит в том, что живой человек становится в центре внимания и является главным объектом всех забот».
Встречи М. И. Калинина с пародом происходили не только в Приемной, но и во время его многочисленных поездок по стране. На карте нашей Родины почти нет уголка, где бы не побывал Всесоюзный староста. Во время гражданской войны, восстановления народного хозяйства, в период индустриализации страны и коллективизации сельского хозяйства, первых пятилеток и в тяжелейшие годы Великой Отечественной войны М. И. Калинина видели трудящиеся Урала и Дальнего Востока, Кавказа и Средней Азии, шахтеры Донбасса и колхозники Казахстана, воины Красной Армии.
Верный сын великого русского народа М. И. Калинин был подлинным советским патриотом и интернационалистом, человеком, который был близок и дорог всем народам многонационального Советского Союза.
Наряду с огромной государственной деятельностью М. И. Калинин постоянно вел большую партийную работу, являясь с марта 1919 г. членом Центрального Комитета партии, кандидатом в члены Политбюро, а с января 1926 г.—членом Политбюро ЦК ВКП(б). Он с гордостью 4


говорил: «Коммунистическая партия меня породила, и поэтому я не только член Коммунистической партии большевиков, но и являюсь ее сыном. Я считаю своей главной, святой обязанностью — быть верным членом нашей партии».
Советские люди хорошо знают М. И. Калинина как глубоко образованного марксиста, виднейшего пропагандиста марксизма-ленинизма, талантливого оратора и публициста.
В печати опубликовано свыше 2 тысяч его речей, статей и бесед, посвященных различным вопросам социалистического строительства и коммунистического воспитания, которые являются образцом боевой агитации и пропаганды. Большинство выступлений М. И. Калинина актуальны и сегодня. Они помогают нам лучше понять тот гигантский путь, который был пройден народом под руководством партии за годы Советской власти, всесторонне разъясняют великое ленинское учение и являются хорошим помощником в формировании у трудящихся марксистско-ленинского мировоззрения, высоких идейно-политических качеств, норм коммунистической морали.
Настоящий сборник, подготовленный в связи со 100-ле- тпем со дня рождения М. И. Калинина, включает наиболее значительные его произведения с 1919 по 1946 г.
Сборник открывается речью В. И. Ленина на заседании ВЦИК 30 марта 1919 г. «О кандидатуре М. И. Калинина на пост Председателя ВЦИК». Как бы ответом на эту рекомендацию В. И. Лепина является «Декларация о ближайших задачах ВЦИК», в которой М. И. Калинин, в частности, сказал: «...Мое избрание я рассматриваю как символ тесного союза крестьян с рабочими массами, так как в моем лице объединяется рабочий Петрограда с тверским крестьянином».
Важнейшее марксистско-ленинское положение о необходимости тесного союза рабочего класса и крестьянства при гегемонии рабочего класса красной нитью проходит через многие статьи и речи М. И. Калинина, включенные в сборник.
Союз рабочего класса и трудящегося крестьянства скрепляет Коммунистическая партия. Руководящей роли партии в коммунистическом строительстве посвящены пламенные строки многих произведений М. И. Калинина. Он выступал на съездах партии, на партийных конференциях, твердо отстаивая ленинскую генеральную линию, борясь 5


против троцкизма, оппортунизма, буржуазного национализма, за единство и чистоту партийных рядов. М. И. Калинин подчеркивал, что Коммунистическая партия предъявляет высокие требования к своим членам, к их идейному уровню и моральному облику.
Основателю и вождю Коммунистической партии и Советского государства Владимиру Ильичу Ленину посвящены такие включенные в сборник произведения, как речь «По поводу смерти В. И. Ленина», доклад «Ленинизм и Коминтерн», статьи «Знамя ленинизма высоко развевается во всем мире», «Ленин о защите социалистического Отечества».
Особый интерес представляют произведения Михаила Ивановича Калинина по вопросам советского государственного строительства, о деятельности Советов как органов диктатуры пролетариата, укреплении и развитии советской демократии, ее коренном отличии от буржуазной демократии. Это — работы «Что делает Советская власть для осуществления демократии», «Вопросы советского строительства» и «Что дала Советская власть трудящимся». В них М. И. Калинин пишет о величайших экономических, социальных, политических и культурных преобразованиях, которые явились результатом претворения в жизнь ленинского плана строительства социализма в СССР.
Важным фактором успешного социалистического строительства в нашей стране было осуществление ленинской национальной политики. У истоков создания многонационального социалистического государства стоял и Михаил Иванович Калинин, отдавший много сил и энергии успешному претворению в жизнь политики партии и Советского правительства по укреплению дружбы и братства народов нашей Родины. Не раз в своих произведениях М. И. Калинин писал о «величайшем процессе — создании братства народов» в огромной многонациональной стране.
Актуально звучат и сегодня высказывания М. И. Калинина о работе советского государственного аппарата, о правильном решении вопросов хозяйственного, культурного строительства, о борьбе с бюрократизмом, о чутком, внимательном отношении к письмам и жалобам трудящихся.
М. И. Калинин широко известен не только как выдающийся государственный и партийный деятель, но и как воспитатель масс. Его многочисленные статьи и выступления посвящены вопросам формирования у трудящихся 6


коммунистического мировоззрения, сознательности, общей культуры. В моральном кодексе советского человека сформулированы те основные черты, о которых говорил М. И. Калинин в докладе «О коммунистическом воспитании» 2 октября 1940 г.
Особое место во многих его выступлениях отводится воспитанию советского патриотизма и пролетарского интернационализма. При этом он говорил не об отвлеченной, пе о платонической любви к Родине, а о «любви напористой, активной, страстной, неукротимой, о такой любви, которая не знает никакой пощады к врагам, которая не остановится ни перед какими жертвами во имя Родины».
Важнейшие вопросы воспитания поднимал М. И. Калинин в многочисленных выступлениях перед комсомольцами, школьниками, студентами, воинами Советской Армии и Военно-Морского Флота. В молодежи он видел главное богатство нашей страны и поэтому часто обращался к ней. В сборник вошли такие статьи и речи М. И. Калинина, посвященные молодежи, комсомолу, как «Счастлив тот, кто борется за коммунистические идеалы», «Сделать все для победы над врагом!», «Боевой помощник большевистской партии» и другие.
Произведения, включенные в сборник, знакомят с самыми разными сторонами многогранной государственной и партийной деятельности М. И. Калинина, характеризуют его как блестящего пропагандиста и агитатора, верного ученика и соратника В. И. Ленина, одного из организаторов социалистического строительства в нашей стране.


В. И. ЛЕНИН
О КАНДИДАТУРЕ М. И. КАЛИНИНА НА ПОСТ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ ВЦИК Речь на XII заседании ВЦИК
30 марта 1919 г.
Товарищи! Найти настоящего заместителя тов. Якову Михайловичу Свердлову — задача чрезвычайно трудная, так как совместить в одном лице и ответственного партийного работника, к тому же знающего историю партии, и вместе с тем человека, прекрасно разбирающегося в людях и умеющего выбирать их на ответственные советские посты,— почти невозможно. Совместить в одном товарище все те функции, которые нес на себе тов. Свердлов,— на этом при обсуждении кандидатуры в партии сходились все,— было бы невозможно, и поэтому необходимо поручить ведение отдельными функциями целым коллегиям, которые бы собирались ежедневно и руководили отдельными областями. Что же касается председателя, то тут нужно поставить вопрос так, чтобы он выявлял линию партии по отношению к крестьянству.
Вы знаете, что наше отношение к среднему крестьянству, как оно выявилось на партийном съезде, не является изменением нашей общей политики. Задачи по отношению к среднему крестьянству необходимо выполнить после того, как разрешена первая задача — подавление буржуазии. Вопрос об отношении к среднему крестьянству у нас стоит более остро, чем у наших товарищей в Европе, и у нас следует сделать так, чтобы во главе Советской власти встал товарищ, который мог бы показать, что наше постановление об отношении к среднему крестьянству будет действительно проведено в жизнь.
Я думаю, что возможно и должно найти товарища, который целиком поставил бы своей задачей проведение линии руководящей партии по отношению к среднему 8


крестьянству. Мы знаем, что в настоящий момент задача осведомления и оповещения стоит особенно остро. Мы знаем, что при ослабленности транспорта, при существовании гражданской войны, которая ставит иногда не только отдельные губернии, но и целые области в слабую связь с центром,— мы знаем, что при этих условиях задача осведомления и оповещения требует особого внимания.
Мы знаем, что, если мы найдем товарища, который соединит в себе жизненный опыт и знакомство с жизнью среднего крестьянства, мы эту задачу разрешить сможем, и я думаю, что кандидатура, о которой вы прочли сегодня в газете, удовлетворяет всем этим условиям. Это — кандидатура тов. Калинина.
Это товарищ, за которым около двадцати лет партийной работы; сам он — крестьянин Тверской губернии, имеющий тесную связь с крестьянским хозяйством и постоянно обновляющий и освежающий эту связь. Петроградские рабочие сумели убедиться, что он обладает умением подходить к широким слоям трудящихся масс, когда у них нет партийной подготовки, когда пропагандистам и агитаторам не удавалось к ним подойти по-товарищески и умело, тогда тов. Калинину удавалось разрешить эту задачу. В настоящий момент все это особенно важно. Конечно, все среднее крестьянство, все лучшие элементы его оказывают нам ту решительную поддержку, которая преодолеет все трудности, которая устранит восстание деревенских кулаков, с идущими за ними в незначительном меньшинстве деревенскими массами. Мы знаем, что нашей главной задачей в стране мелкоземледельческой является обеспечить ненарушимый союз рабочих и среднего крестьянства. Наши земельные мероприятия — полное уничтожение помещичьего землевладения и решительная помощь среднему крестьянству,— эти мероприятия уже дали результаты, и за год число средних крестьян, благодаря им, увеличилось. Но на местах нередко пускались в ход люди, не соответствующие, как администраторы, своим задачам.
Были случаи злоупотреблений, но мы в этом неповинны. Мы знаем, что делали все для привлечения интеллигенции, но нас разделяли политические разногласия. Мы знаем, что эпоха буржуазного парламентаризма кончилась, что сочувствие рабочих всего мира на стороне Советской власти, что, как бы буржуазия ни убивала вождей пролетариата, как она это делает в Германии,— победа Совет9


ской власти неизбежна. Весь опыт неминуемо приведет интеллигенцию окончательно в наши ряды, и мы получим тот материал, посредством которого мы можем управлять. Мы добьемся того, чтобы люди, примазавшиеся к Советской власти, были удалены, а это один из поводов недовольства, который мы не боимся признать законным. На борьбу с этим злом мы должны обратить максимум внимания. Мы на партийном съезде твердо решили всем работникам предписать эту линию поведения.
Переходя к социалистическому земледелию, мы должны сказать, что мы мыслим себе его осуществление не иначе, как ряд товарищеских соглашений со средним крестьянством. Мы должны обращаться возможно более к среднему крестьянину.
И мы знаем, что товарищи, которые больше всего работали в период революции и вошли целиком в эту работу, пе умели подойти к среднему крестьянину так, как нужно, пе умели сделать это без ошибок, и каждую из таких ошибок подхватывали враги, каждая из таких ошибок зароняла некоторое сомнение, затрудняла вопрос об отношении к нам среднего крестьянина.
Вот почему здесь найти товарища, который соединял бы в себе качества, о которых я говорил, очень важно. Нужно помочь ему нашим организационным опытом, чтобы средние крестьяне увидели в лице высшего представителя всей Советской республики своего человека, чтобы наше партийное решение о том, что к среднему крестьянину нужно подойти умеючи, что мы каждый свой шаг готовы просматривать, изучать, проверять с точки зрения того опыта, который у нас есть,— чтобы это решение пе оказалось на бумаге.
Мы знаем, что число наших союзников растет, мы знаем, что в ближайшие месяцы оно во много раз увеличится, но сейчас это бремя ложится только на нашу страну, очень разоренную, обнищалую. Это труд слишком непосильный для среднего крестьянина. Нужно подойти к нему и сделать все, что мы можем, нужно дать понять и показать на деле, что решения нашего партийного съезда мы твердо решили проводить в жизнь.
Вот почему кандидатура такого товарища, как тов. Калинин, должна бы объединить нас всех. Такая кандидатура поможет нам практическим путем организовать целый ряд непосредственных сношений высшего представителя 10


Советской власти со средним крестьянством, поможет нам сблизиться с ним.
Эту задачу нельзя решить сразу, но то решение, которое мы должны вынести, мы не сомневаемся, что оно верно, но мы знаем, что практического опыта в этом отношении у нас мало. Пусть высший представитель Советской республики сам, первый, при нашей общей помощи, начнет этот опыт приобретать, собирать всю сумму знаний, проверять, и мы можем быть уверены, что эту задачу мы решим, что Россия станет не только образцом страны, в которой диктатура пролетариата осуществлена твердо и буржуазия беспощадно подавлена — это мы уже завоевали,— но и образцом страны, в которой отношения между городскими рабочими и средним крестьянством, на основании товарищеской поддержки и нового опыта, решаются удовлетворительно,— а это один из главных залогов полной победы пролетарской революции.
Вот почему я позволяю себе рекомендовать вам эту кандидатуру — кандидатуру товарища Калинина.
В. И. Ленин.
Полн. собр. соч., т. 38, стр. 223—226,


ДЕКЛАРАЦИЯ О БЛИЖАЙШИХ ЗАДАЧАХ ВЦИК (Оглашена на XIII заседании ВЦИК VI созыва)
9 апреля 1919 г.
Товарищи! Благодарю вас за то доверие, которое вы оказали мне избранием на столь ответственный пост Советской республики. Это доверие я принимаю как доверие революционному петроградскому пролетариату от российских рабоче-крестьянских масс.
Я с глубоким сожалением оставил работу в рядах петроградского пролетариата. Только стремление петроградских рабочих ставить интересы рабочего движения в целом выше интересов своего округа заставило их выделить из своей среды много работников для работы в центре и на фронте. Товарищи, мое избрание я рассматриваю как символ тесного союза крестьян с рабочими массами, так как в моем лице объединяется рабочий Петрограда с тверским крестьянином.
Вполне сознавая ту огромную ответственность, которую возлагает на нас история, мы твердо убеждены, что рабоче-крестьянские массы, находящиеся в непосредственной связи с нами и определяющие нашу деятельность, доведут дело социалистической революции до окончательной победы.
Правда, мы сейчас переживаем самый решительный период нашей борьбы с буржуазией, период, требующий невероятных усилий. Но рабоче-крестьянское правительство приложит все старания к сплочению вокруг себя способных на борьбу элементов и тем самым облегчит рабочему классу тяжесть борьбы и даст возможность нанести окончательное поражение врагам.
Нашим естественным союзником в этой беспощадной борьбе как с русской, так и с международной буржуазией до сих пор было крестьянство. Но враги наши, правые эсеры и меньшевики, виновники привлечения на нашу совет12


скую территорию иноземных завоевателей, враждебных империалистических войск, всякими провокационными слухами старались сеять недоверие к Советской власти, рознь между интересами рабочих и крестьян.
Правда, одно время нам наши социал-предатели предлагали свою помощь в борьбе с контрреволюцией, но предлагали они ее тогда, когда наша Красная Армия нанесла жестокий удар Колчаку и симбирские контрреволюционеры отказались от их сотрудничества.
Советская власть, сознавая трудности, выпавшие на долю рабочего класса и крестьянства, могла рассчитывать, что предатели рабочего класса приложат все усилия, чтобы беззаветной борьбой с врагами народа загладить перед ним свою вину. Но они не оправдали наших надежд. Они неисправимы, и теперь, в момент окончательной схватки международной банды с рабочими и крестьянами, они вновь принимаются за старое, продолжают сеять вражду, недоверие между рабочими и крестьянами, чтобы вбить в этот естественный, необходимый для обеих сторон союз клин и тем самым ослабить силу напора на русскую контрреволюцию.
И надо сознаться, что в некоторых местах Советской республики есть недовольство крестьян, есть нарекания на местную Советскую власть. Причин, способствующих недовольству и нареканиям, много: многолетняя война, разрушившая наше хозяйство, полтора года борьбы с буржуазией, с остатками царизма, наша неподготовленность к управлению, наша малая работоспособность, непривычка к организации, к тому же злонамеренность некоторых лиц, преступно и злостно дискредитирующих Советскую власть, подкупы наших врагов, стремящихся посеять враждебное настроение к рабоче-крестьянскому правительству.
Товарищи, мы ни на минуту не должны забывать, что если этот разрыв выгоден нашим врагам, если он желателен мировым банкирам, стремящимся к богатствам наших недр земли, к эксплуатации труда русских рабочих и всего многомиллионного крестьянства, то русскому рабочему классу и крестьянству это несет длительное, беспросветное рабство. А потому рабочий класс и крестьянство с их правительством во главе должны приложить все усилия к укреплению союза рабочих и крестьян, сделать его стойким, неразрушимым, способным выдерживать самые жестокие натиски буржуазных банд и наймитов.
13


И сделать это тем более легко, что Советское правительство представляет одинаково рабочих и крестьян, а потому ему одинаково дороги интересы трудящихся города и деревни. Ни старая, ни новая программа коммунистов нигде не трактует о том, что мы должны разорять крестьян, сгонять их насильно в коммуны, насильно объединять их земли, поселять их в общие жилища. Напротив, опа обязует нас помогать безболезненному переходу крестьянства к коммунистическому строю.
И теперь, говоря от имени Советского правительства, я смело и решительно заявляю, что Советскому правительству так же дороги интересы крестьянства, как и рабочего класса, что оно приложит все усилия к сохранению его благосостояния и решительно будет противиться всяким незаконным реквизициям местных властей, которые будут допускаться лишь в моменты государственной необходимости, при условии уплаты за реквизируемое.
Мы употребим все усилия, чтобы проведение продовольственной и фуражной монополии наиболее безболезненно отзывалось на среднем крестьянстве. Мы призовем местные исполкомы не чинить препятствий к купле-продаже между крестьянами разных волостей и уездов сена, дров и других предметов крестьянского обихода.
Мы обратим внимание местных исполкомов на то, чтобы они бережно относились к сельскому хозяйству, всеми мерами способствовали улучшению скотоводства, огородничества и пчеловодства, вплоть до поощрения в этом направлении индивидуальных хозяйств.
Мы примем меры, чтобы местное коммунальное хозяйство, хозяйство местных исполкомов велось так, чтобы оно своими техническими силами, своими орудиями производства и продуктами помогало местному населению.
Установим, насколько возможно, бдительный контроль над местными органами власти, чтобы они не разрушали благоустроенных крестьянских хозяйств и в интересах поднятия производительных сил сельскохозяйственного труда и увеличения количества земледельческих продуктов оказывали благоустроенным хозяйствам всестороннее содействие.
Обращаем внимание всех ведомств и учреждений, что с реорганизацией советских предприятий, учреждений, хозяйств и т. п. всегда, постоянно они обязаны принимать во 14


внимание, чтобы от этого не пострадали интересы местного крестьянства, деревенской бедноты и отдельных лиц. Мы укажем местным исполкомам и нашим центральным исполнительным органам, чтобы они не только не мешали развитию домашнего ремесла и кустарничества, а, наоборот, помогали инициативе местных тружеников: в лесной части России при изготовлении дровней, лопат, дуг, домашней мебели и пр., а в других частях России — рогож, веревок и вообще всех кустарных промыслов, развитых в этих местностях, и ко всему этому мы будем так же бережно относиться и охранять, как рабочий класс охраняет свои фабрики и заводы.
Мы укажем Совету народного хозяйства, чтобы он по возможности снабжал крестьянство необходимым сырьем, а наши распределительные органы по цене, безубыточной для работников, брали бы от него тот излишек, который остается непроданным на местных крестьянских ярмарках.
Мы внесем Советскому правительству предложение — освободить, если таковые найдутся, случайно замешанных в тех или других столкновениях с Советской властью рабочих, крестьян, красноармейцев и граждан, злонамеренность и явная контрреволюционность которых не будет доказана следственными властями.
Мы предложим комиссариату финансов снова напомнить финотделам о более планомерном взыскании чрезвычайного налога *, а местным исполкомам — при обложении местными налогами не выходить из пределов, предусматриваемых декретом Совета Народных Комиссаров от 3 декабря.
Предложим как желательную меру уменьшение числа членов исполкомов в уездах и волостях с возможностью привлечения в исполкомы и беспартийных средних крестьян как людей, хорошо знакомых с местной жизнью и ее условиями.
Мы доведем до сведения местных органов, что новая власть, власть рабочих и крестьян, должна быть такой властью, где бы каждый рабочий и крестьянин встречал глубокую любовь и желание идти навстречу его нуждам, где бумажная волокита и чиновный формализм были бы устранены.
По всем затронутым здесь вопросам уже вырабатываются практические мероприятия, которые в самом ближай15


шем будущем будут внесены на утверждение Совета Народных Комиссаров и ВЦИК.
В заключение я выскажу твердую уверенность, что совместными усилиями рабочих и крестьян мы укрепим нерасторжимый и тесный союз этих классов и общими усилиями, дружным напором нанесем окончательный удар нашему общему врагу — русской и международной контрреволюции. (Аплодисменты.)
М. И. Калинин. Избранные произведения в 4-х томах, т. 1. М., Госполитиздат, 1960, стр. 43—47.


УКРЕПИМ БРАТСКИЙ СОЮЗ РАБОЧИХ И КРЕСТЬЯН
11 мая 1919 г.
К вам обращаюсь я, кровыо спаянные друзья, рабочие, крестьяне и красноармейцы!
Мы, русское рабоче-крестьянское правительство, всегда заявляли и заявляем, что не хотим войны. Мы мирно стали строить нашу социалистическую избу, основали фундамент, возвели стены и хотим завершить крышу, а эту новую избу нашу поджигают.
Свора приверженцев царских порядков, колчаки, Деникины и другие мобилизовали несознательных крестьян, где силой, а где обманом, и идут на нас, разрушая на пути достояние народа, отбирая землю от крестьян, ту землю, которая так обильно поливалась кровью наших дедов и прадедов.
Они распускают всякие нелепые слухи о Красной Армии, о голоде, о разрухе, стараясь расшатать еще более истерзанную страну. Они организуют восстания крестьян.
Но в глубине души народ чует, что рабоче-крестьянская власть — это его власть, его рубаха.
И мы твердо стали на путь примеров, чтобы доказать это на деле рабочим и крестьянам-середнякам.
Первое: революционный налог2 с них снимается (за исключением богатых).
Второе: прощаются те, кто по несознанию пошел против Советской власти.
Третье: мы будем покровительствовать кустарным производствам, артелям и всяким культурным начинаниям, идущим на благо народа.
Несмотря на то что враги наши хотят взять нас голодом, разрушить пути и отобрать плодородные местности, мы не должны терять духа, ибо мы сильны. Эта схватка есть последняя схватка.
2
М. И. Калинин
17


Всколыхнитесь же, братья, для последнего и решительного боя. Мы всегда с вами. Я обращаюсь к вам, крестьяне, как избранник ваш на пост председателя Советского правительства — Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета.
Укрепим братский союз рабочих и крестьян!
Разобьем злодейскую банду помещиков и капиталистов!
Председатель Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Советов
М. Калинин
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 1, стр. 60—61.


ВРАГ У ВОРОТ ТУЛЫ Речь на митинге в тульском пролеткульте
25 октября 1919 г.
Товарищи, позвольте мне приветствовать вас от имени Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета.
Товарищи, в Москве у нас только что кончилась партийная неделя3, а у вас она только что начинается. Надо заметить, что партийная неделя, проведенная в целом ряде городов, в особенности в Петрограде и Москве, дала в высшей степени неожиданные результаты, и особенно неожиданными оказались они для наших врагов.
Кажется, в тот момент, когда положение Советской республики было наиболее тяжелым, враг находился так близко, под Тулой, можно было думать, что коммунисты слишком самонадеянно обращаются к массам за тем, чтобы они влили новые силы в партию. Тогда все обыватели говорили: «какой же дурак пойдет теперь в Коммунистическую партию!»
Однако рабочий класс, крестьянские массы и городская беднота поняли, что наступил такой момент, когда нельзя сказать: «я не хочу быть горячим или холодным — я хочу быть тепленьким». Они поняли, что нужно или объявить себя врагом рабочих и крестьян и перейти в белогвардейские банды или, наоборот,— в лагерь рабочего класса.
Почему же рабочие идут за коммунистами? Что же такое представляет собой Коммунистическая партия, какие преследует она особые задачи, какие у нее особые верования?
Я должен сказать, что Коммунистическая партия не имеет ни особых верований, ни особых задач, отличных от задач рабочего класса и крестьянства и присущих только Коммунистической партии. Коммунистическая партия есть только наиболее передовой, наиболее сознательный слой рабочего класса и крестьянства.
19


Коммунистическая партия, товарищи, лишь она правильно выражает и формулирует интересы и нужды рабочего класса, а потому и ошиблись наши враги, думая, что в момент страшной опасности все рабочие и крестьянские массы не поддержат Коммунистическую партию. Рабочий класс и крестьяне инстинктом поняли, что величайшая опасность грозит не только коммунистам, а всему рабочему классу. И поэтому по последнему, не вполне подсчитанному итогу коммунистическая неделя в Москве дала 13!/2 тысяч новых коммунистов рабочих и крестьян.
Мы не можем сказать, что они влились в партию с целью получить тепленькое местечко, ибо они вступили в партию как раз в тот момент, когда опасность висела над головой партии. Нет, не ради своего маленького, своего личного удобства пришли они, а ради завоевания и успеха большого, общего всем рабочим дела.
Но зададим сейчас вопрос, каково должно быть поведение каждого отдельного члена партии именно с этой точки зрения «личного» счастья. Ведь и в этот напряженный момент гражданской борьбы каждый мужчина и каждая женщина, каждый рабочий и крестьянин ставит себе вопрос о том, как построить ему свое личное счастье. Этот вопрос занимает всех. У нас нет почти ни одной девицы, которая бы не раскладывала карты и не старалась угадать свою судьбу. Да я думаю, что в настоящий момент 9/ю коммунистов не прочь узнать свое будущее. Для рабочего, работницы гадать — это значит обманывать себя. В самом деле, разве работница или крестьянка, разве рабочий и крестьянин не может предсказать с точностью свою судьбу, разве та, которая раскладывает колоду карт, верит в то, что она найдет мешок с деньгами? Нет, она знает, что исключительное, особое счастье выпадает на долю одного человека из миллиона людей, а ее счастье похоже будет на счастье тысячи тысяч женщин ее класса.
Какова была жизнь рабочего класса? Каждый рабочий скажет, что мало счастья выпадало на долю рабочих и крестьян. Хлеб с голодом и холодом вперемежку, нужда и выпивка в конечном счете по субботам, чтобы забыть суровую действительность,— и так до 45 лет. А потом рабочий уже инвалид, а дальше смерть где-нибудь под забором или в лучшем случае служба на казенном заводе в качестве дряхлого сторожа, над старческими поступками которого будут все смеяться и издеваться. Счастья, част20


ного, у рабочего не было, какие бы карты он ни раскладывал, и именно потому, что он был членом семьи эксплуатируемых.
Теперь, когда развернулась мировая классовая борьба, рабочий счастье свое может поймать, но только тогда, когда он теснейшим образом свяжет себя с рабочим классом, только тогда, когда он будет болеть за него душой, когда его горести и его радости свяжутся теснейшими узами с жизнью рабочих масс. Тогда, когда победа или поражение рабочего класса в той или другой точке земного шара будет вас радовать или печалить, вы будете счастливым человеком. Тогда не будет опасности, не будет сил, которые могли бы разбить ваше счастье.
На самом деле, можно ли победить рабочий класс? Разве не все будущее стоит перед ним? Да разве тогда, когда рабочий класс был бит, бит и бит, когда сотни, тысячи людей переполняли тюрьмы, когда вся Сибирь была заселена представителями рабочего класса и революционного крестьянства, разве тогда этот рабочий или революционер-крестьянин согласился бы променять свои долгие страдания на спокойное и тихое житье в качестве умиротворенного обывателя, построившего в Туле домик и живу- щего своим хозяйством? Нет, он не согласился бы. Его отдельное счастье было бы его несчастьем. Посмотрите, как легко разрушается это отдельное счастье, как оно неустойчиво. Допустим, вы десять лет любили свою жену, у вас два прекрасных ребенка, но вдруг ваша жена вам изменила. Один слепой случай, и ваше счастье полетело к черту. Простая измена вашей жены превратила вас из счастливого человека в человека, над которым все смеются. Величайший художник слова Короленко в своем «Слепом музыканте» ясно показал, как проблематично, непрочно это отдельное человеческое счастье. Если, товарищи, в мирное время столь неустойчиво счастье каждого человека и так подвержено оно случайностям, то в настоящий момент, в момент гражданской войны, когда погибают тысячи людей, личного счастья вне борьбы нет. Да и как можно быть счастливым, когда нет никакой гарантии, что я не буду выпорот, повешен или расстрелян каждую минуту и мое счастье не будет опозорено черносотенными бандами? Как можно быть уверенным за свое имущество, когда оно сейчас тысячами по всей Советской республике топчется нашими врагами, никогда не работавшими, а по21


тому не понимающими всей ценности человеческого труда? Личное счастье, будь каждый кузнецом своего, «личного» счастья,— это сказка богачей. Человек не может быть счастлив в тот момент, когда страдает весь мир. Человек — тот, которых миллиарды,— может быть счастлив только тогда, когда всеми нитями своей души, когда всем телом и всем сердцем спаян он со своим классом, и только тогда его жизнь будет полна и цельна. И как бы коротка ни была эта жизнь, она будет ярче и полнее, чем жизнь обывательская. Сейчас мы видим, как пятнадцати- и шестнадцатилетние герои погибают на фронте, едва начав жить. Но за эти короткие годы они проживают жизнь в 20 раз более полную и длинную, чем обыватель-мещанин, сто лет живущий на этом свете.
Товарищи, теперь перед вами стоит еще большая опасность. Надвигается враг жестокий и сильный, враг, умеющий бороться и умеющий класть свою голову за интересы дворянства и буржуазного класса,— вспомните, как небольшая отчаянная кучка пробилась сквозь наши ряды и совершила целый рейд. Но если дворянский класс умеет класть голову на плаху при защите своих привилегий, то неужели же рабочие и крестьянские массы, этот молодой класс, который только сейчас начинает расправлять свои трудовые плечи и начинает величайшее творчество новой жизни, неужели же это поколение, имея пушки и пулеметы, имея все технические средства и полную возможность задушить навеки врага, в борьбе с которым легли целыми миллионами наши отцы и деды, того врага, у которого на конюшнях были запороты или променяны на лошадей и собак наши предки, неужели же у этого класса будет меньше геройства, чем у дворянского класса, чем у людей белой кости? (Продолжительные аплодис- м е н т ы.)
Я глубоко убежден, что рабочий класс и крестьянские массы выделят бесчисленное, бесконечное число героев. Товарищи, наступил момент, когда надеяться на отдельных людей нет никакого основания. Наступил момент, когда вся крестьянская масса должна решительным образом сказать свое слово. Тысячи лет мы были рабами, и если сейчас, в такой момент, когда мы имеем и своих вождей и командиров, не победим и не нанесем решительного удара, мы станем величайшими преступниками перед нашими потомками. Ведь пройдет пять-шесть лет, и наши потомки, 22


будучи рабами, скажут: «Вы не выполнили свою задачу. У вас в руках были все средства, была государственная власть, была полная возможность задушить рабовладельцев, но вы этого не сделали, и мы снова должны бороться за свои права, за свою свободу, за новый, лучший мир».
И я думаю, что эта мысль все более и более начинает проникать в народные массы и заставляет их идти в большевистскую партию. Каждый сознал, что только эта партия есть авангард, с честью поддерживающий революционное знамя. Эту честь поддерживает сейчас и наш многострадальный Петроград, снова и снова наносящий удары Юденичу. У нас есть Уральск, который четыре месяца выдерживал осаду казацких банд. У нас есть Оренбург, который в продолжение четырех месяцев был окружен врагами.
Но эта величайшая честь знаменосца революции несет за собой огромнейшие страдания и жертвы. Теперь такие же страдания и жертвы становятся перед вами. Я прямо говорю: опасность велика, и чем меньше мы будем ждать этой опасности, тем она будет больше. Но я верю, что Тула, на которую взирает вся революция, не только российская, но и всего мира, будет нашим четвертым знаменосцем.
Товарищи, я призываю вас сделать Тулу той твердыней, той крепкой скалой, о которую разобьются банды Деникина. И я думаю, что тульский пролетариат не опозорит себя перед Россией, что он станет наравне с Оренбургом, Уральском и Петроградом.
Товарищи, все на поддержку нашей Красной Армии, все на защиту революции! Если рабочий класс захочет победить, то нет сил, которые могли бы противостоять рабочему классу.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, Т. 1, стр. 125—130.


ИЗ РЕЧИ НА РАБОЧЕМ МИТИНГЕ НА ПОРОХОВЫХ ЗАВОДАХ г. ШЛИССЕЛЬБУРГА4 30 декабря 1919 г.
...Вот здесь, на собрании рабочих, много молодых, мы видим, как сейчас при полной голодовке и огромном количестве жертв, которые несет рабочий класс и крестьянство, мы видим, как наша молодежь растет не по дням, а по часам, как она быстро делается смелым участником новой жизни.
Теперь сплошь и рядом в небольших городках видишь, как на этих подмостках выступают наши дети, свободно владеющие языком, гораздо лучше, чем владели мы, старики. Это значит, что мпр изменяется, это значит, что новый строй несет лучший строй, впитывающий в себя все, что есть передового, энергичного и смелого среди нас.
И кто является главным проводником, идейным вождем того движения, которое мы наблюдаем? Этим идейным вождем является наша Коммунистическая партия.
Товарищи, что представляет из себя эта Коммунистическая партия? Вероятно, каждый непартийный человек задает себе этот вопрос, и обыкновенно многие решают этот вопрос, как старая баба: Коммунистическая партия— это комиссар какого-нибудь ответственного советского учреждения, который получает лишний паек хлеба; и из этих обеспеченных людей создается Коммунистическая партия,— таков чисто обывательский взгляд.
Что же, по существу, представляет из себя эта партия? Во-первых, это не секта. Ни одна секта не связывается тесными узами со всеми рабочими и крестьянами, а уходит в свою замкнутую среду.
Коммунистическая партия — она не замыкается, она формируется из людей, которые поняли, что если они хотят улучшить свое индивидуальное положение, частную жизнь Ивана, Петра, хотят лучше обеспечить своих детей, то они 24


должны заботиться о том, чтобы поставить в лучшие условия весь рабочий класс и крестьянство. А для этого нет другого выхода, как бороться в рядах Коммунистической партии. Ибо если я борюсь один, то все равно, как в венике, я, как отдельный прутик, могу быть быстро сломан. А когда я вхожу в партию, то меня, как целый веник, сломать трудно, для этого нужны большие усилия. Каждый рабочий с присущими ему способностями и организаторскими талантами, но не объединенный, не может ничего сделать для государственного дела. Он должен опереться на партию, ибо в партии он представляет из себя прутик большого веника; он исполнит хотя и маленькую работу, но его работа связывается с работой других партийных товарищей, и уже получается огромная по своему количеству и значению работа.
Всякий беспристрастный работник и работница и особенно женщина, которой тяжело жилось при самодержавии, потому что она помимо общего угнетения испытывала еще угнетение индивидуальное, она должна понять, что при нынешнем строе она может проявить свои способности, энергию, дарования, связавшись с партией, участвуя с ней в той государственной работе, которую партия направляет, влияя на самое направление этой работы, учась быть строителем новой, социалистической республики, строителем, кузнецом нового счастья.
Товарищи, для каждого честного человека нет другого выхода, как тот путь, на который его зовет партия. Если он говорит, что я не я и хата не моя, то что это значит? Разве ты не находишься на грешной земле, разве ты не несешь общую юдоль человечества? Разве тебе все равно, хватит ли хлеба для тебя и твоих детей; разве все равно, боремся ли мы с врагами или бьем своих друзей?..
Никогда счастье человеку не дается с неба, оно завоевывается. А счастье для отдельного человека отдельно от всех не завоюешь,— давайте спросим каждого человека, согласится ли он в полном достатке один жить, когда все окружающие его будут стонать от непосильного бремени жизни? Я задаю этот вопрос. Будет ли счастлив этот человек? Я уверен, что такого человека не найдется. Я уверен, что ни один здоровый человек не захочет иметь счастье в то время, когда его нет у других. Я это говорю к тому, чтобы быть счастливым — для этого надо быть спаянным со всей рабоче-крестьянской массой; только те люди, кото25


рые тесными узами связались с массами, которые не ставят забора между своими интересами и интересами рабочих и крестьян,— только эти люди действительно куют счастье, только они испытывают полноту сознательного человеческого существования, только у них жизнь действительно наполнена смыслом.
Вот лучший пример для вас, товарищи шлиссельбургские рабочие,— товарищ Жук5, который здесь погиб на фронте. Этот человек прошел тюрьму. Этот человек пережил такие страдания, которые не пережил, наверное, ни один из вас. И если бы теперь этот Жук встал из гроба и я спросил бы его, хочешь ли остаться в стороне от борьбы, отсиживаться в уединенном гнездышке, я уверен, что товарищ Жук сказал бы, что я этой бессмысленной обывательской жизни не хочу, что она мне счастья не даст, что тот краткий момент, который я прожил на земле, он краток, но широк.
И я должен вам сказать, товарищи, что жизнь измеряется не только в длину. Есть люди, которые жили 24 года, и были старики, которые живали по сто лет, и проходило время, этих стариков все забывали. А 24-летние люди, которые горели огнем со своим народом, они долго жили в народных сердцах. И я не сомневаюсь, что человек, который жил 20 лет и за эти 20 лет жил полною жизнью, страдал со своим народом, шел туда, куда шел весь народ,— если народ шел с оружием против врага, то и он шел против этого врага, если народ радовался, то и он радовался вместе с ним и пел песни,— жизнь этого человека в десятки раз счастливее, чем жизнь иного столетнего старика. И неужели можно подумать, что старые коммунисты, которые десятки лет сидели в тюрьмах, неужели вы думаете, они сидели из-за корысти, неужели вы думаете, что, если б они не испытывали, что их жизнь осмыслена и оттого легка для них, они бы шли в эти тюрьмы? Нет, они только потому и шли туда, что они в этой борьбе находили счастье, которое в десятки раз богаче обывательского наслаждения.
Я снова возвращаюсь к вопросу, как сделать каждого молодого юношу, каждую девицу счастливыми. Говорят, «счастье не воробей, за хвост не поймаешь», а по существу, это воробей. Счастье нужно завоевать. И каждого, кто становится в ногу с партией, партия бросает его на работу, и ему некогда тогда раскладывать пасьянс, он каждый день 26


занят работой, он уже думает о том, с какой стороны может подкопаться к нам враг, он смотрит, как воюет боевой отряд, он замечает, что в самой партии есть огромное количество нечестных людей, которых надо выбросить. И вы увидите, что вся жизнь такого человека с утра и до вечера наполняется осмысленной работой. Эта работа будет направлена не на то, чтобы потуже набить себе карман, припасти на черный день, а она будет направлена на общее улучшение жизни рабоче-крестьянских масс. И тогда молодой юноша, участвуя в этом процессе работы, будет счастлив...
И вот если вы все это оцените, то вы увидите, что всякий, кто хочет построить свое индивидуальпое счастье, тот должен быть кузнецом, строителем счастья всех рабочих и крестьян, а когда он будет кузнецом счастья всех, то он будет кузнецом и своего собственного счастья. (Аплодисменты.)
М. И. Калинин.
О молодежи. Избранные речи и статьи. М., «Молодая гвардия», 1969, стр. 14—20.


КТО ТАКИЕ КОММУНИСТЫ Из речи на митинге у буденовцев 28 мая 1920 г.
ЧЕГО ДОБИВАЮТСЯ КОММУНИСТЫ
Все знают слово «коммунист», много есть врагов у коммунистов, но не всякий сможет точно сказать, что такое коммунист.
Коммунисты — это не секта вроде каких-нибудь паш- ковцев 6, это не люди, которые объединились в одну кучку и хотят что-то сделать для своей секты, для своей небольшой группы.
Коммунисты — это лучшие представители трудящихся классов, лучшие представители рабоче-крестьянской массы. У коммунистов нет никаких особенных верований; коммунисты только хотят, чтобы не было, с одной стороны, людей, которые всю жизнь трудятся, но живут в нищете и умирают под забором, а с другой стороны, людей, которые всю жизнь ничего не делают, но пользуются земными благами. Коммунисты не могут примириться с таким положением. Они хотят, чтобы люди были все равны под этим ярким солнцем, они хотят, чтобы каждый человек имел право на определенный кусок земли, на определенный труд.
И если человек трудится, то, во-первых, на него труд должен быть наложен по силам, и, во-вторых, все те блага, которые получает государство, должны равномерно распределяться среди всего населения, чтобы он в то же время полностью пользовался от этого общего труда.
ОТ РАБОТЫ В ОДИНОЧКУ К ХОЗЯЙСТВЕННОМУ ЕДИНЕНИЮ
Сейчас все мы отлично понимаем, что нельзя забраться к себе в хату, работать только для себя и для своей семьи и отделиться от всего мира. Это было возможно в древние времена, когда люди могли жить маленькими семь-
28


ями, отгородившись лесами и болотами от всех остальных.
Наша Советская республика огромна. Она простирается с Дальнего Востока на запад, с севера на юг. В этой Республике есть места, где солнце постоянно палит над головой, а есть места, где лето бывает только три месяца, а остальное время — холодная, суровая зима. Поэтому не на всем пространстве нашей великой Республики ведется одинаковое хозяйство: в одном месте жители занимаются земледелием, в другом — добывают железную руду, в третьем — уголь, хлопок и т. д.
Ни одна часть населения не может обойтись без другой, например, земледелец не может обойтись без рудокопа, дающего ему железо, а шахтер — без хлеба, городской рабочий — без крестьянина и наоборот. Все они зависимы один от другого.
И вот коммунисты хотят завести одно общее товарищеское хозяйство, превратить эту огромную страну в одну братскую трудовую семью, в которой ни один член не будет обижен.
Эта задача огромная, она не по плечу одному человеку, она по плечу только всему трудящемуся народу.
ЧТО ОБОДРЯЕТ КОММУНИСТОВ?
Путь наш тяжел. Мы устали. Нет в Российской Советской республике честного человека, который не устал бы. Сейчас отдыхает только мерзавец, спекулянт, отдыхает дезертир, человек, который не болеет страданием великого народа, которого не хватают за душу его страдания. Тот же, кто болеет страданиями своего народа, кто заинтересован в лучшем будущем его, тот, разумеется, устал.
Но та цель, за которую мы боремся, не дает ни на минуту успокоения, да его и не может быть в тот момент, когда цель так близка, когда мы видим уже ту границу, от которой нам обеспечена победа.
СНАЧАЛА ПОБЕДА —ПОТОМ ОТДЫХ
И если в этот момент, в момент победы, когда в наших руках есть пушки, пулеметы, непобедимая красная конница и пехота, если в этот момент мы проявим усталость, 29


и если эта усталость повлечет за собой поражение, то сотни лет над нами будет висеть проклятие наших детей. Они будут говорить:
— Вы, отцы, имели оружие, пушки и пулеметы, вы имели возможность задушить тысячелетнего врага и в момент самой победы отказались от борьбы и погубили все дело.
КТО ЖЕ ТАКИЕ КОММУНИСТЫ?
Коммунисты — сыновья великого трудового народа, они бойцы, которые поклялись перед всем трудовым народом или умереть, или добыть свободу. И эта свобода будет. Ни польские паны, ни английские лорды, ни американские фабриканты — никто не задушит миллионный народ, который хочет быть свободным и создал армию, которая непобедима.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 1, стр. 213—215.


ПЕРЕДЫШКА - НЕ ОТДЫХ Из речи на митинге коллектива Златоустинского завода
17 ноября 1920 г.
Товарищи, три года самой напряженной борьбы показали, что великая партия может выдвинуть и великих вождей, которые умеют вести политическую линию, не сгибаясь ни под какими ударами, не теряя присутствия духа в самую страшную минуту опасности.
Когда большевики брали власть, большинство эсеров говорило:
— У них не хватит ни настойчивости, ни способности перенести те страдания, которые падут на плечи рабочего класса. Рабочий класс не сможет поднять ту тяжесть, которую бросают на него большевики.
Правда, мы имели слабый рабочий класс. Но мы доверяли ему и на него полагались. Мы говорили, что трудящиеся массы справятся с этой задачей.
И вот теперь, спустя три года, мы являемся свидетелями того, что наша победа признается во всем мире. И сегодня ночью получено сообщение о взятии красными войсками Севастополя и бегстве из Крыма Врангеля.
Теперь остаются отдельные отряды авантюристов, которые так же будут уничтожены, как уничтожен наш основной, главный враг.
Чем же все это достигнуто? Только тем огромным напряжением сил, которое проявил русский рабочий класс. Неслыханными жертвами, бесчисленными мобилизациями коммунистов, крестьян и рабочих.
В данный момент можно сказать, что основная борьба на фронтах закончена. Мы отбились от натиска мировой буржуазии. И мы получаем на продолжительный срок передышку.
Но, товарищи, передышка — не значит отдых.
81


Молодой рабочий класс в союзе с крестьянскими массами, став у власти, должен проделать еще огромную работу.
Наши враги думали, что мы взяли власть только затем, чтобы захватить имущество буржуазии, разбить, развалить, превратить в хаос всю Россию и затем исчезнуть. И тогда буржуазия снова пришла бы и начала управлять некультурным, невежественным народом.
Они ошиблись в своих расчетах.
Мы начали строительство новой жизни. И мы доведем его до конца. Три года борьбы доказывают, что мы идем по верной линии.
Мы должны осуществить коммунистический мир. А это строительство не производится циркулярами и декретами, идущими из Москвы. Оно должно производиться здесь на местах. Коммунизм не будет преподнесен на блюде под хорошей салфеточкой. Чтобы строить коммунизм, нужно засучить рукава, взять в руки молот и начать новую плодотворную работу. Тут потребуется много силы, воли, энергии, способностей, товарищеской дисциплины.
Но, товарищи, я думаю, что если мы справились с первой задачей — разбили буржуазию, то, конечно, справимся и со второй — устройством новой жизни. С большими трудностями, может быть, с ошибками, но все же доведем до конца постройку того идеального мира, за который человечество понесло так много жертв.
На русский рабочий класс выпала величайшая честь быть передовым отрядом в борьбе за угнетенных всего мира. До сих пор наше знамя не только не опускалось, но поднимается все выше и выше. Та задача, которая была возложена на нас историей, выполнена с честью. И я думаю, что златоустинский рабочий, умевший в прошлом показать свою доблесть и преданность революции, и на этот раз сумеет выделить из своей среды новых борцов и руководителей по строительству Коммунистического Советского государства, по строительству Советской России.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 1, стр. 237—238.


ЧЕМ КРЕПКА СОВЕТСКАЯ ВЛАСТЬ
Из речи на торжественном заседании горуездного Совета в г, Кургане
20 ноября 1920 г.
Товарищи, в настоящий момент в Советской России господствует власть, небывалая во всем мире. Она создана рабочим классом во время революционной борьбы.
Западноевропейские социалисты из соглашательского лагеря утверждали, что Советская власть, которая свойственна отсталой рабоче-крестьянской России, не пригодна для развитого пролетариата, имеющего свои могущественные органы, свои профессиональные союзы.
Жизнь глубоко разочаровала этих маловеров.
Какие же преимущества имеют Советы, что рабочие и крестьяне держатся за них? Главное преимущество их заключается в том, что они имеют свойство привлекать в свои ряды широкие трудящиеся массы. И только благодаря именно этому русский рабочий класс смог удержать власть в своих руках. Только это свойство дало возможность широким кругам находиться в тесной связи с органами власти, дало возможность иметь руководителей того или иного учреждения. Только эти формы власти дают возможность правильного контроля над людьми, стоящими у власти. Этого нет ни в одном парламенте Европы.
Не секрет, что во всех демократических странах большинство депутатов законодательных учреждений состоит из адвокатов, журналистов, врачей и представителей других интеллигентных профессий. Представители крестьян и рабочих попадают туда единицами и допускаются с известной целью — служить вывеской для буржуазного парламента.
Теперь возьмите Советы. Это невероятно удобная форма для крестьян и рабочих. С чего начинаются выборы в Советы? Вот рядовой рабочий. Его знает завод или мастерская. Мастерская выдвигает его в заводской комитет.
3
М. И. Калинин
33


Здесь он пробует свои силы. Если у него есть талант руководителя и умение подходить к массам, он начинает быть заметным в районе. Он получает надлежащую оценку. Таким образом он выдвигается дальше. Точно так же и деревенский крестьянин имеет возможность попасть в волостной Совет. Из волости он избирается в уезд, из уезда — в губернию и, наконец, из губернии может быть избранным в Центральный Исполнительный Комитет.
На первый взгляд этот путь кажется трудным, коленчатым, с постепенными перевалами. Но эти перевалы для рабочего и крестьянина очень ценны. Они хорошо развивают рабочих и крестьян и дают им законодательный опыт.
Если вы внимательно посмотрите на этот постепенный переход, на эту безусловную возможность проявления талантов каждым рабочим и крестьянином, то вы увидите, что более совершенной формы придумать нельзя. Вот почему эта форма так срослась с рабоче-крестьянской массой, оказалась такой живучей.
Ни один крестьянин не выступит против Советов. Он может говорить против отдельных коммунистов, против разверстки, но за власть Советов все же будет держаться.
Преимущество этой новой формы власти, как я указал выше, состоит в том, что она дает возможность широко контролировать власть, дает возможность выдвигать новых работников, которые прямо от сохи могут взяться за один из винтиков советского механизма и управлять этим механизмом. Это есть одна из величайших побед русского рабочего класса.
Ни в одном государстве нет такого огромного количества крестьян и рабочих, участвующих в законодательных учреждениях.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 1, стр. 239—240.


ОТ ВОЙНЫ К МИРНОМУ ХОЗЯЙСТВЕННОМУ СТРОИТЕЛЬСТВУ*
Март 1921 г.
Изучая свое положение в настоящий момент, мы наблюдаем в Советской республике огромнейшую хозяйственную разруху. Это всем известно. Истерзанные трехлетней борьбой рабоче-крестьянские массы ищут спасения от тяжелых переживаний. Мы сплошь и рядом слышим: «Может быть, лучше жить по-старому,— старое было вовсе не так плохо,— в царское время я все-таки мог получить белую булку, а теперь мы и этого не получаем».
Все это есть результат тех огромных жертв, которые мы вынуждены были принести для победы и которые повлекли за собой невиданные экономические бедствия. И теперь, когда перед нами стоит такая опасная разруха, наша задача одна: победить эту разруху.
Но какими путями? Разруха колоссальная, неслыханная, и для одоления ее необходимо огромное напряжение. Вместе с тем наблюдается усталость, доходящая до недоверия к собственным силам,— иногда даже в рядах членов Коммунистической партии. Когда человек устал, он машет на все рукой: черт с тобой, пропадай все, я лягу и буду отдыхать. Когда человек идет в морозную ночь, он понимает, что если он ляжет, то он погибнет. И он собирает последние силы, он идет дальше. Но слабый, отчаявшийся человек ложится и погибает.
Если бы такое состояние отчаяния перенеслось на рабочий класс и крестьянские массы, гибель пришла бы
♦ Статья является результатом обобщения М. И. Калининым речей, произнесенных им на второй сессии ВЦИК VIII созыва, на 1 съезде объединенного профсоюза рабочих железнодорожного и иодного транспорта и в Коммунистическом университете им. II. М. Свердлова в марте 1921 г.— Ред.
35


неминуемо. И перед нами, прежде всего, задача — разъяснить это всем, чтобы все поняли, чем усталость нам грозит. Эсеры и меньшевики торопятся использовать нашу усталость: они думают, что на их улице наступает праздник, что массы, уставшие от борьбы с врагами рабочих и крестьян, свои взоры обратят на них. Они стремятся убедить, что они могут дать желанный отдых. Разумеется, эсеры и меньшевики сами по себе не опасны; они опасны постольку, поскольку строят мост, по которому идет буржуазия. Представьте себе глубокий ров, разделяющий здесь вас на две половины. И вот, эсеры и меньшевики ложатся, настилая собственными телами проход, по которому буржуазия всегда проходит к власти. (Аплодисменты.)
Враги стараются использовать все, что может послужить почвой для развития враждебных нам стихий. Вы знаете, что в деревне много недовольства вызвала продразверстка, которая нередко действительно проводилась слишком жестко и необдуманно. Этим, в первую голову, спешила воспользоваться богатая раньше часть крестьянства, которая имеет еще другие основания поддерживать и организовывать выступления против Советской власти — это проведение уравнительного землепользования в интересах бедняка и крестьянина-середняка. Отсюда — в разное время, в разных местах и различных формах — целый ряд вспышек деревенского бандитизма. Небольшие слои населения, недовольные уравнительностью землепользования и тем, что у них отняли власть над беднотой, не мирятся с Советской властью.
Голос труженика-крестьянина стал независимее звучать в деревне; прибитый прежде, он уже не покоряется теперь кулаку, но кулак, привыкший властвовать в деревне, мириться с этим не может: он стремится к старой власти, стремится свергнуть ненавистное ему Советское правительство. Вот на этой почве создаются различные бандитские шайки, которые рядятся в шкуру защитников крестьянских интересов, которые говорят, что они якобы борются с произволом наших советских продотрядов,— по существу же все эти бандитские шайки выражают волю тех классов, которые не мирятся с трудовым населением. И бандитизм углубляет нашу разруху, он расхищает и терзает и так уже материально истерзанную Советскую Россию. Каждое сожженное советское хозяйство, каждый разрушенный дом откидывает нас назад, отдаляет от нас день, 36


когда улучшится положение рабочего и положение крестьянина.
Самым ярким проявлением бандитизма, несомненно, является кронштадтское восстание. Оно ярким пламенем осветило борющиеся силы, оно показало всему миру, что всякое восстание, направленное против коммунистов, на руку мировой буржуазии и открывает дорожку к власти не кому другому, как только помещикам и капиталистам. И как ни стремятся отдельные участники кронштадтского мятежа — может быть, и не политические жулики, а политические дурачки — показать, что они красные, но от этого дело не меняется: они делают одно дело с самыми черными и непримиримыми врагами Советской власти.
Присматриваясь к кронштадтским событиям, мы видим, что с первого же момента матросских волнений французские биржевики стали на деньги расценивать кронштадтское выступление. Как только повеяло духом восстания, сразу же французская и другие биржи отозвались повышением курса русских денег и промышленных бумаг. Для биржевика неважно было, под какими лозунгами готовилось и проводилось восстание, важно было лишь то, что оно направлено против коммунистов: при всех лозунгах и при всяких обстоятельствах капиталисты от поражения большевиков только выигрывают. Матросы выкинули как будто не совсем буржуазные, но и приятные для обывателя лозунги: «равенство, братство...», «долой засилье коммунистов» или даже только «долой примазавшихся» и, нако- пец, «долой капиталистов, мы стоим за Советскую власть». Под такими же точно знаменами вспыхивают бандитские восстания: под этими знаменами действуют анархист Махно, левый эсер Антонов, Колесников и прочие батьки.
Почему же капиталисты так радуются и поддерживают такие восстания, где они как будто не являются руководителями, где выставляются лозунги, как будто неприемлемые для них, вроде «долой капиталистов, да здравствует Советская власть»? Да только потому, что все эти Махно, Антоновы, Петреченки из Кронштадта — независимо от их лозунгов — продолжают работу колчаков и Юденичей: они борются с самым сильным врагом капиталистов — с большевиками. Кроме того, подтачивая и экономически обессиливая своими действиями и налетами Республику, они тем самым облегчают капиталистам борьбу против рабочих и крестьян.
37


Жестоко ошибаются те, кто вслед за меньшевиками и эсерами повторяет, что кронштадтцы в действительности не имели в виду помогать восстановлению буржуазной власти. Недаром Бурцев и Милюков, описывая в заграничных газетах кронштадтские события, говорили:
«Мятежники выставляют лозунг «Советы», но нам не страшен этот лозунг; для нас важен тот факт, что в этих Советах будут играть главную роль эсеры, меньшевики, анархисты, явные или прикрывшиеся беспартийностью. Эти люди, несомненно, нам ближе и полезнее по своей ненависти к нынешней власти, и они приведут через эти Советы к Учредительному собранию. А там — остальное — доделаем мы».
Вы видите, как великолепно учитывает контрреволюция — господа Милюковы — настоящее положение. Вспомните: полгода тому назад, когда контрреволюция захватывала власть в той или другой местности, через полчаса офицеры уже нашивали на плечи погоны. Это было всюду и везде. Теперь же, в Кронштадте, мы видели, что ни одному офицеру не пришло в голову надеть погоны. Они, разумеется, думали о них, но опыт научил, что сейчас под открытым контрреволюционным знаменем бороться с рабочими и крестьянами нельзя. С ними можно бороться, или подкапываясь под самую основу революции, внутренним ее разложением, действуя внутри самой Коммунистической партии, или выставляя с виду очень левые, революционные лозунги. Такими именно лозунгами полна была резолюция кронштадтцев. И поэтому, когда на заседании Питерского Совета мне ставили вопрос, какая вынесена резолюция восставшими, я сказал, что по форме эта резолюция не контрреволюционна, но по содержанию ничего более контрреволюционного и представить нельзя. Ибо здесь вопрос шел не о словесной резолюции; под флагом резолюции свергалась коммунистическая Советская власть, открывалась дорога, щель для проникновения генералов, что и было в действительности; наносился удар самой революции, а отнюдь не излечивались те или иные недостатки, которые есть, конечно, в работе советских органов и которые в значительной степени являются делом рук примазавшихся элементов.
Возьмите, например, Махно, который, между прочим, окончательно добит, но еще не пойман. Он всегда выступал и выступает среди крестьян под «левыми» лозунгами, не забывая, конечно, лицемерно покричать о тягостях, вы38


павших на крестьян якобы из-за большевиков. Махно называет себя, конечно, другом трудящихся масс. Между тем именно все эти Махно затягивали нашу войну с империалистами, помогая им в войне против нас. И чем дольше затягивалась война, тем тяжелее отзывалась она на деревне, на крестьянском благосостоянии, накладывая целый ряд жестоких, но неизбежных повинностей, в том числе тяжелую продовольственную разверстку. Разумеется, Махно и прочие рядятся под революционеров. Между тем именно они способствовали тому, что наша победа задержалась, что только теперь мы вступили в мирную полосу, только теперь получаем возможность отменить разверстку, дать крестьянскому хозяйству спокойно развиваться и свободно распоряжаться плодами этого хозяйства.
Несомненно, этой последней мерой наносится серьезнейший удар бандитизму, у него из-под ног вырывается почва для темной работы в деревне, ибо надо сказать, что недовольство крестьян разверсткой высказывалось не только в кулацких верхах, но и в середняцких и даже беднейших кругах деревни. Но в то же время опасность для нас еще не исчезает: разруха на нас давит и вызывает ту самую усталость, о которой я говорил и на которой будут продолжать свою игру различные враждебные нам силы. При этом они будут сулить нам отдых, они будут, конечно, действовать под знаменем спасения от голода и разрухи.
Вот почему нам нужно снова и снова спросить себя: кто же в действительности сможет вывести нас из разрухи, кто может вывести Россию из нынешнего тяжелого экономического состояния? Где этот Илья Муромец, который мог бы своей силой улучшить нашу жизнь?
О помещиках и капиталистах я не буду много говорить. Каждый крестьянин и каждый рабочий отлично понимают, что означал бы возврат их к власти.
Кто второй? Это — эсеры, меньшевики, керенские. Во время Керенского меньшевики и эсеры не только терпели рядом с собой буржуазию и фактически проводили политику буржуазии, но объявляли изменником революции и врагом всякого, кто требовал передачи власти Советам. Все еще помнят, что дала рабочим и крестьянам эсеровско- меньшевистская власть. Возврат ее означает дорогу назад, к дореволюционному господству буржуазии. И сейчас всякий выступающий против большевиков, называя себя 39


беспартийным, на деле помогает буржуазии, на деле за его спиной выглядывают черносотенные уши рябушинских и гучковых, жадно протягивающих свои руки к отнятым у них богатствам.
Третья сила — единственная, которая может противостоять буржуазному натиску,— это тот класс, который и стоит в настоящий момент у власти: рабочие, руководимые Коммунистической партией и крепкие своим союзом с крестьянами. Фигурально выражаясь, песок — это многомиллионное крестьянство; камень — рабочий класс и цемент — Коммунистическая партия. Соединение песка, камня и цемента дает крепкий, неразрушимый массив; соединение крестьянства, рабочего класса и Коммунистической партии дает крепкий, ненарушимый массив — Советскую власть. Из сочетания этих сил складывается основа революции, основа теперешней власти. Без этого союза крестьяне земли не получили бы, без этого союза рабочие не в состоянии были бы удержать политическое и экономическое господство в стране за трудящимися. А для того чтобы улучшать свою жизнь, строить ее без эксплуатации, выходить из разрухи ценой всеобщих усилий, а не ценой прежнего угнетения,— для этого трудящиеся должны осуществлять свою собственную политическую и экономическую власть.
Пусть каждый крестьянин рассудит: чего он может ждать от капиталиста,— может ли крестьянин больше получить от капиталиста или от рабочих?
Несомненно, рабочий класс не думает эксплуатировать крестьянское население. Придет момент,— и, я надеюсь, большинство из нас доживет до этого времени,— когда рабочий класс с огромными процентами возвратит крестьянскому населению все то, что сейчас с большими трудностями берет он от крестьянского населения. Рабоче- крестьянская власть, идя навстречу крестьянскому населению, употребляет все усилия в данный момент, чтобы увеличить количество продуктов питания, количество засеянных десятин, а тем самым и поднять производительность фабрик и заводов. В связи с этим встал также и вопрос о замене разверстки налогом.
Что касается налога, то я должен сказать, что уже на VIII съезде Советов наметились первые проблески того нового пути, который открывается с установлением натурального налога вместо разверстки. Уже VIII съезд 40


Советов — вы помните — поставил вопрос об улучшении сельского хозяйства. В принятом на этом съезде законе о посевкомах проявляется стремление вознаградить (в интересах поднятия сельского хозяйства) старательность тех отдельных хозяев, которые своим трудом, своей работой, своим внимательным отношением к уходу за землей так или иначе отличились. Съезд, как вы знаете, в своем законе указал, что сельские производители, выделившиеся своей работой, награждаются предметами домашнего обихода, а особо выдающиеся земледельцы — орудиями и машинами.
В этом заключается признание, что крестьянская отрасль труда имеет важнейшее значение в хозяйстве нашей Советской республики. Недаром Председатель Совета Народных Комиссаров в своей речи на VIII съезде Советов сказал, что основа восстановления нашего хозяйства есть развитие сельского хозяйства, и VIII съезд Советов уделил ему особое внимание. Достаточно напомнить, что этот вопрос разбирался не только на пленуме съезда, но и во фракции коммунистов совместно с непартийными крестьянами. И, кроме того, вопрос рассматривался и в соответствующей секции съезда. Коммунистическая фракция съезда, на которой присутствовало около ста беспартийных крестьян, членов съезда, потому открыла двери беспартийным крестьянам в свою фракцию, чтобы лучше выяснить стремления беспартийной массы, чтобы найти ту линию, которая бы шла навстречу крестьянским мнениям и желаниям. Разумеется, здесь вопрос шел не о пересмотре нашей теории, ее принципиальных положений,— вопрос шел о практическом подходе к крестьянским массам.
Мало подойти правильно к вопросу в общем виде,— надо наметить правильную линию в соответствии со всеми условиями данного момента, данного периода, надо уметь эту линию претворить в дело. В этом смысле, когда мы подходим к крестьянской массе, к мелкому хозяйству, когда мы имеем вопрос о столкновении крупного государственного хозяйства с единоличным,— требуются огромная гибкость и понимание от всех наших работников. Ибо от этого умения, умения не оттолкнуть от себя единоличника, мелкого хозяина — надо определенно сказать — зависит и успех намечаемой линии. И поэтому-то коммунистическая фракция VIII съезда Советов так сугубо внимательно отнеслась к этому вопросу.
41


После VIII съезда Советов вскоре состоялся X съезд Коммунистической партии. На нем так же широко был поставлен и так же внимательно рассмотрен вопрос о возрождении сельского хозяйства и мерах помощи крестьянству. На этом съезде не только была признана правильной та линия, на которую стал съезд Советов, но партийный съезд пошел еще дальше в этом направлении. Он не только признал первый закон, который был принят съездом Советов, но нашел еще необходимым подвести под него определенный фундамент. В России — с ее особенностями мелкокрестьянской страны — нужно дать больший стимул, большее побуждение каждому крестьянину, чтобы он, работая, выполняя ту или другую общегосударственную повинность и принося на алтарь общества ту или иную жертву, чувствовал, что его усиленный труд, его инициатива, каждый лишний день работы вознаграждаются соответствующим образом. И X съезд партии прямо сказал, что в деле улучшения сельского хозяйства и расширения посевов нужно заинтересовать, прежде всего, самих крестьян. Для этого известную часть продуктов, может быть, большую их часть, следует передать в полное распоряжение крестьянина.
Только при таком положении у крестьянина, по природе своей собственника, получается известное побуждение к улучшению и расширению своего хозяйства. К такому улучшению крестьянин будет стремиться, чтобы воспользоваться наибольшим количеством излишков на свои потребности для обмена. Разумеется, это не самый близкий и не самый идеальный путь спасения от той нужды в товарах, которую испытывает крестьянство.
Но приходится учитывать, что четыре года империалистической войны и три года войны гражданской подорвали сельское хозяйство. Они отбили у крестьянина охоту к работе. Он перестал болеть душой за свою полосу, за свой участок хлеба. Не стало видно, чтобы крестьянин так же любовно, как прежде, наблюдал за своими посевами. Его уже не так интересуют состояние озимых и всходы яровых хлебов. Ухудшилась и обработка земли. Неурожайность, уменьшение количества скота и особенно тяготы хлебной разверстки подорвали хозяйственную энергию крестьянства.
Правда, мы фактически не отбирали у крестьянина всех излишков, не оставляли его при норме. Мы взяли у деревни хлеба в пределах потребности — по голодной 42


норме государства. В упреках насчет грабежа и прочего больше крики, чем справедливости. Но надо прямо сказать, что были отдельные случаи, когда у крестьян отбирали все, до последнего зерна. Все это привело к уменьшению площади засева и к ухудшению обработки полей.
Советская власть в настоящий момент нашла необходимым и возможным пойти в этом вопросе навстречу стремлениям крестьянства. Стремясь поднять урожайность и увеличить количество засеянной площади земли, Советское правительство выдвигает новый принцип: вместо хлебной разверстки оно решительно переходит к обложению крестьян натуральным налогом. Этим самым будет разбито то недовольство, которое проявлялось в крестьянстве по отношению к власти и к рабочему классу. Я думаю, товарищи, что крестьянское население здраво оценит положение. Оно оценит союз, который существует между ним и рабочим, ибо пролетариат — это единственный класс, который идет к трудовому крестьянству без задней мысли и без корысти. И если он до сих пор пользовался почти без возмещения крестьянским хлебом, то потому, что главная сила этого класса вынуждена была работать эти годы на военную промышленность, на фронт и отдавать свои лучшие силы на защиту границ. Производство на мирные нужды отходило на последний план.
Пока шла борьба на фронтах, пока генералы и помещики были опасны для крестьян, крестьяне ничего не говорили. Они давали хлеб, давали скот для армии, выполняли тяжелые повинности. Они мирились со всем этим, зная, что другого правительства, которое ограждало бы Советскую Россию от натиска помещиков, нет и не может быть. Крестьянство сознавало, что Советская власть не могла иначе поступать до победы над Деникиным и Колчаком, как только напрягая все силы и используя все средства.
Теперь Колчака и Деникина не видать, враги для крестьянина не так заметны. Но мы-то знаем, что враг так же подстерегает нас, как и раньше. Он находится, может быть, среди нас, но крестьянство этого не видит. Можно привести такое сравнение. Когда опытный моряк едет на корабле, то какое-нибудь облачко, ничего не говорящее для человека, не знакомого с морем, моряка уже начинает беспокоить. Он говорит: шторм на носу.
Как люди, привыкшие в пустыне по незаметным для других признакам угадывать приближение урагана, кото43


рый вот-вот разразится, так и сейчас Коммунистическая партия, зорко вперяя взгляд перед собой, видит, что после победы на фронтах мы имеем еще целый ряд труднейших задач. И какой-нибудь промах в осуществлении этих задач может повести к возврату помещиков и капиталистов, к торжеству контрреволюции над рабочими и крестьянами.
Но, повторяю, это слишком мало заметно для крестьянской массы. Поэтому-то сейчас крестьяне и не могут мириться с теми тяготами, которые ложатся на них.
Советская власть, твердо переходя на путь натурального налога, нисколько не нарушает этим основных принципов своей теории. Она вовсе не требует, чтобы наряду с экспроприацией у капиталистов всех фабрик, заводов и земли у помещиков, чтобы после этого немедленно уничтожить мелкое хозяйство...
Многими задается вопрос: «Зачем нужен налог, нельзя ли вовсе обойтись без налога? Ведь рабочие массы работают, и то, что они сделают, можно было бы обменять на тот продукт, который вырабатывает крестьянин?»
Так просто, кажется, так ясно, по, вместе с тем, товарищи, неправильно.
За эти семь лет пострадали фабрики, пострадали заводы, сгнили шпалы на железных дорогах, износились рельсы, изношены паровозы, одним словом, огромное накопленное веками богатство Российской Советской республики изношено, истрепано, и его надо восстанавливать.
Для того чтобы восстановить хозяйство, нужно, товарищи, потратить на это огромное количество труда. Потребуется, скажем, 100 тысяч рабочих для постановки новых шпал. А эти 100 тысяч людей нужно прокормить. И ведь эти 100 тысяч рабочих, которые будут восстанавливать шпалы под рельсами, они ни одной такой вещи не сделают, которую мы могли бы передать крестьянину пли городскому населению в виде продукта потребления.
А сколько мы должны восстановить еще всего в Советской республике, сколько мы должны восстановить разрушенных дорог, сколько мы должны восстановить разрушенных домов, сколько стекол вставить и прочее! Вот для чего нужен налог.
Часть налога пойдет еще на содержание Красной Армии,— тоже ведь не производящей, а потребляющей массы,— на обслуживание продовольственных нужд кре44


стьян голодных местностей, для снабжения больниц, школ и пр.
Некоторые ставят такой вопрос: если мы допускаем для крестьянства свободный обмен излишков, то это значит, что мы допускаем вообще свободную торговлю. Само собой разумеется, это значит, что мы действительно допускаем свободную торговлю.
В первый момент, когда пролетариат захватил власть, когда мелкий кулак-лавочник был особенно зол, когда он был воспитан на частной собственности, на голой наживе, тогда, под давлением отчаянной военной нужды, нужно было снять этих лавочников. Но когда у нас будет все больше и больше опытов и примеров, что можно жить не только своей лавочкой, что можно обеспечить себя не только тем, что иметь полосу земли или небольшую хату, но что можно лучше обеспечить свою семью, работая в крупных общественных хозяйствах, на фабриках и заводах, тогда мелкий лавочник будет нестрашен. Коммунистический строй будет все больше развиваться и укрепляться в сознании масс не только агитацией и пропагандой, прояснением голов, но он будет укрепляться, главным образом, техническими достижениями. Без последних, без помощи машин, без электричества, без быстрых поездов и прочих достижений техники — надо прямо сказать — мы не достигнем коммунизма.
Успех науки и техники тесно переплетен с успехом коммунизма. Опытный техник, умеющий пустить тот или иной завод, умеющий использовать сырье и все блага природы, которых у нас так много, но которые у нас не используются,— такой техник самым наилучшим образом приближает нас к коммунизму.
Многомиллионную массу мелких хозяйчиков можно заставить перейти к коллективному хозяйству только наглядным доказательством преимущества и выгоды этого хозяйства. Когда теперь некоторые товарищи удивляются неуспеху некоторых земледельческих коммун, то я им говорю: чему вы удивляетесь? Напротив, я удивлен, что еще сравнительно такое большое количество коммун у пас не развалилось. Если бы в организованных коммунах у нас была и организованная техника, если бы каждая коммуна имела хороший транспорт, электрическое освещение, улучшенные сельскохозяйственные орудия, тогда бы коммуны не рассыпались. Если бы каждый коммунар имел 45


отдельную комнату, а если он захочет, и отдельную плиту, чтобы около плиты не ругались их бабы, то тогда, естественно, коммуна скорее бы удерживалась.
Но когда в коммуну приносят разбитый плуг, когда живут в тесной конуре, где спят почти все вповалку, когда эта коммуна приходит в пустое разбитое имение и подбирает ободранных коров, странно думать, чтобы эта коммуна непременно расцвела.
Я говорю: на почве нищеты и голода коммуна может только рассыпаться. И лишь глубокое убеждение в правильности основной идеи, что человечество должно стремиться к коммунизму как лучшей из всяких форм общежития,— только эта основная идея и дает объяснение того, что определенное количество коммун не только не развалилось, а дает положительные результаты коллективного труда.
В дальнейших своих пунктах новый закон также нисколько не нарушает основных наших принципов. Свобода обмена пробудит в крестьянине инициативу, стремление развивать и улучшать свое хозяйство. Наша задача заключается только в том, чтобы на почве мелкой свободной торговли не произрастали крупные капиталистические ростки. Но я думаю, что здесь не только Советская власть, но и вся крестьянская масса заинтересована в том, чтобы этого не было. Я смело могу прийти в самую самостоятельную деревню и заявить, что мы вам даем возможность развернуть хозяйство, усилить его, но мы против того, чтобы у нас вырастали купчики и крупные скупщики, сначала на почве волостной, а затем уездной и губернской торговли.
В законе о налоге подчеркивается новая роль, которую придется играть нашим кооперативам. В кооперативы теперь приходят люди, которые в прошлом не играли роли в торговом и кулацком мире,— это середняки и бедняки. Я был три месяца тому назад в деревне. Как раз на избрании правления потребительского общества мне пришлось наблюдать, как кулаки стремились пролезть в правление. Я вынужден был три раза выступать, и только после этих выступлений победили середняки; из этого видно, что кулак еще не отказался от борьбы, что на захват советского кооперативного аппарата в свои руки им обращено усиленное внимание.
Теперь работа кооперации значительно возрастает. Особенно расширится она в области обмена товаров на сель46


скохозяйственные продукты. Поэтому на местах надо будет вырвать кооперативы из корыстных кулацких рук всюду, где это наблюдается. Надо сделать так, чтобы кооперативами руководили крестьяне-середняки и подбирались умелые организаторы, пользующиеся общим доверием.
Можно смело сказать, что перед местами раскрывается колоссальная творческая работа. Гораздо проще закрыть все лавочки, гораздо проще закрыть все трактиры, чайные и постоялые дворы по проселочным дорогам, чем их восстановить. А ведь эти постоялые дворы, эти «дома крестьянина», чайные устроить очень и очень желательно. Но, несомненно, будет очень трудной задачей устроить советскую чайную, советский постоялый двор рядом с постоялым двором опытного дельца, бывшего кулака, который будет поить чаем едущих мимо крестьян. Проезжий крестьянин только тогда пойдет в советский постоялый двор, а не к кулаку, если там ему будет удобнее и чище, если лампа будет гореть ярче, если там будет газета с последними новостями. Да и сам советский хозяин постоялого двора должен быть человеком толковым, с которым интересно побеседовать о деревенском житье-бытье, получить толковый ответ на волнующий крестьянина вопрос.
Этот пример, как солнце в капле воды, ярко отражает, какое громадное поле творчества выдвигается перед местными работниками. Трудностей и препятствий впереди много, но я думаю, что наше прошлое, наш трехлетний опыт, который, несомненно, в огромной степени накопился на местах, позволяет мне смело заявить, что мы сумеем разрешить и те новые задачи, которые выдвигаются сейчас жизнью в области работы в деревне среди крестьянских масс.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 1, стр. 266—279,


РАБОЧИЕ И КРЕСТЬЯНЕ В ОКТЯБРЬСКУЮ РЕВОЛЮЦИЮ 7 ноября 1922 г.
Пять лет существования Советской власти, пять лет ее достижений и побед в борьбе, навязанной ей мировым капитализмом, есть результат теснейшего, непрерывав- шегося союза между рабочими и крестьянами.
Этот союз явился не внезапно. Он был подготовлен всей историей революционного движения последних десятилетий. Этого не видели только те, кто не понимал или не хотел понимать, что освободительные стремления крестьян могут получить свое осуществление лишь вместе с победой рабочего класса.
Но жизнь давала урок за уроком, а последняя империалистическая война только усилила почву для совместных выступлений и общей борьбы рабочего класса и крестьянства.
Перед Октябрем это обнаружилось уже с полной ясностью.
Когда в последние недели вооруженные рабочие подводили базу для Октябрьского выступления военных полков, то призыв петербургского и московского пролетариата, выступивших за пролетарскую революцию, нашел готовый отклик в солдатских массах крестьянства петербургского и московского гарнизонов.
Наше крестьянство приняло столь же почетное участие в Великой Октябрьской революции, как и рабочие. Этому способствовал целый ряд благоприятных условий: во-первых, все города были забиты военными контингентами, которые готовились на фронт; разумеется, они почти целиком встали на сторону революции; во-вторых, все деревни были уже переполнены отпускными больными, которые принесли с фронта неиссякаемый запас 48


энергии и ненависти и к войне, и к царско-буржуазному государству.
Так что честь, принадлежащая рабочему классу, разделяется целиком и крестьянством.
Союз рабочих и крестьян нашел полное свое историческое оправдание во всей последующей политике вставших у власти Советов, руководимых партией рабочего класса — коммунистами. Советская власть, с первых дней революции до последней сессии Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета, с огромным вниманием относится к интересам крестьянина, к его хозяйству.
14 ноября 1917 г. был издан первый декрет о волостных земельных комитетах, 17 декабря опубликовано положение о земельных комитетах, а в 1918 году, 19 февраля, опубликован декрет о социализации земли.
Этим декретом крестьянство получило те земли, которые несколько столетий были заветной мечтой крестьянина.
Вплоть до 1920 г. происходит процесс перехода земли к крестьянам от помещиков, кулаков, земель церковных и т. п. Владельцы земли, разумеется, оказывают отчаянное сопротивление; идут в белые армии в надежде в скором времени расправиться с захватчиками. Сами крестьяне во многих местах еще боятся полностью проявить свою настойчивость,— они еще не вполне уверены в крепости Советской власти.
С 1920 г., с перевесом на фронтах, крестьяне основа- тедьнее укрепляются на захваченных землях, и ставится уже вопрос о лучшем, более рациональном использовании земли. Выходит ряд декретов, дающих крестьянину возможность лучшего использования земли, закономерно укрепляя крестьянина как постоянного пользователя.
Все последние съезды Советов и сессии ВЦИК прошли под флагом облегчения, улучшения крестьянского земельного хозяйства. В результате такого внимания в настоящий, 1922 г., несмотря на пережитый жестокий год голода, мы имеем 60—70% сельскохозяйственной продукции довоенного времени.
Крестьяне владеют не мепее чем 95% всей удобной для земледелия земли, заседают в высших законодательных органах, как ВЦИК, все больше и больше в массе своей втягиваются в органы Советской власти, все больше принимают участия в советском строительстве.
4
М. И. Калинин
49


Враги Советской власти давно ждали расхождения интересов крестьян и рабочих, надеясь в противоречиях этих погубить Советы. Но эти расчеты не оправдались; чем дальше, тем больше крепнет Советская власть, и с ней вместе крепнет союз рабочих и крестьян.
Рабочий, освободившийся от гнета капитала, все увереннее расправляет свои крылья, все более налегает на производство, приготовляясь выполнить одну из своих главных задач — приготовить необходимые для поднятия сельского хозяйства орудия производства. В свою очередь крестьянин спешит поднять сельское хозяйство как боец, от которого также сильно зависят успех и развитие нашей промышленности.
Позади нас пять лет победоносной борьбы, но мы еще и теперь окружены врагами, еще и теперь перед нами громадные трудности на пути к возрождению экономического благосостояния и экономической независимости страны. И много сил мы должны уделять на воспроизводство орудий защиты от покушения империалистов; мы должны, наконец, платить дань нэпу — огромному слою посредников между двумя основными производителями; сельскохозяйственных продуктов и промышленности.
Но наше хоть и медленное, но поступательное движение вперед и крепнущий союз рабочих и крестьян дают нам твердую уверенность в окончательной победе рабоче- крестьянского дела.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 1, стр. 351—353.


ИСТОРИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ X ВСЕРОССИЙСКОГО СЪЕЗДА СОВЕТОВ Речь при закрытии X Всероссийского съезда Советов
27 декабря 1922 г.
Товарищи, мы закончили работу X съезда, мы подвели итог годовой работе как в хозяйственной области, так и в области культурного строительства и наметили деловые директивы на предстоящий год нашим центральным и местным учреждениям.
Товарищи, успехи Советской республики достигаются, разумеется, не только непосредственной работой центра, но, главным образом, работой мест. И я, товарищи, выражаю уверенность, что в предстоящем году и местные, и центральные органы приложат все усилия, чтобы воплотить в жизнь полностью постановления и директивы X Всероссийского съезда Советов.
Товарищи, X съезд Советов выполнил свою историческую роль.
Здесь на X съезде Советов поставлен был вопрос об объединении советских республик. Я хотел бы, чтобы идея создания Союза Советских Республик воплощена была не только в рамках советских федераций, чтобы носителями ее были не только рабочие и крестьяне, населяющие эти федерации, но я хотел бы, чтобы эта великая идея освещала путь борьбы трудящихся всего мира. (Аплодисменты.)
Здесь есть представители Украины. Это представители того народа, который как самостоятельное государство подавно лишь появился на политическом горизонте. Даже самое название Украина в царской России было запрещено. Как самостоятельное политическое целое совсем недавно появились Грузия, а также Азербайджан, Армения и маленькая Белоруссия. Разве не ценно для рабочих п крестьян этих стран, что они имеют самостоятельное 51


государственное существование? Разумеется, это имеет огромную ценность. Но глубокое сознание и необходимость умножить, увеличить силу сопротивления рабочих и крестьян против наших внешних врагов, поднять мощь рабочих и крестьян во всем мире и улучшить материальное благосостояние наших республик повелительно заставили выдвинуть вопрос об объединении и все эти республики слить в единый Союз Социалистических Республик.
Для нас, делегатов X съезда Советов, представителей рабоче-крестьянского класса советских республик, разве для нас не дорого имя РСФСР?! Оно дорого нам. Это имя завоевано в огне военных битв. В этих битвах немало жертв принесли рабочие и крестьяне нашей страны. Я вижу, как над нами развевается красное знамя с пятью священными буквами РСФСР. (Аплодисменты.) И мы, делегаты X съезда Советов, полномочные представители всей Советской Российской федерации, склоняем это дорогое, овеянное битвами и победами, укрепленное жертвами рабочих и крестьян знамя перед Союзом Советских Республик. (Аплодисменты.) Мы видим, как уже поднимается новое красное знамя Союза Советских Республик. Я вижу, товарищи, стяг этого знамени в руках товарища Ленина. (Продолжительные аплодисменты.) Итак, товарищи, вперед, поднимайте выше это знамя, чтобы его могли видеть все трудящиеся и угнетенные мира. (Продолжительные аплодисмент ы.)
Объявляю X Всероссийский съезд Советов закрытым.
М. И. Калинин. Избранные произведения, т. 1, стр. 357—358.


О ЗНАЧЕНИИ ОБРАЗОВАНИЯ СОЮЗА ССР Речь при закрытии I съезда Советов СССР
30 декабря 1922 г.
От имени народов, населяющих Российскую Социалистическую Федеративную Советскую Республику, приветствую дорогих гостей, полномочных делегатов союзных республик: Украины, Закавказья и Белоруссии, полномочных делегатов I Объединительного съезда Советов. Товарищи, мы, рабочие и крестьяне, особенно рады, что здесь, в Москве, происходит этот I Объединительный съезд всех народов, населяющих советские республики. И то, что сегодня — сравнительно при скромной обстановке — происходит, является событием мировой важности. Может быть, сейчас, в данный момент, важность этого события не вполне сознается, но оно с каждым днем будет иметь все большее и большее значение на политическом горизонте. В этом нет никакого сомнения. Во-первых, этот Объединительный съезд даст нам возможность усилить наши материальные ресурсы в противовес враждебному нам буржуазному миру. Во-вторых, объединение советских республик и в политическом отношении в огромной степени усиливает реальное значение советских республик перед всем буржуазным миром. И, наконец, в-третьих, мы здесь закладываем первый камень действительного братского общежития. Целые тысячелетия прошли с тех пор, как лучшие умы человечества бьются над теоретической проблемой в поисках форм, которые дали бы народам возможность без величайших мук, без взаимной борьбы жить в дружбе и братстве. Только сейчас, в сегодняшний день, практически закладывается первый камень в этом направлении.
При закрытии X Всероссийского съезда Советов я отмечал огромное значение объединения советских республик, указывая, что западноевропейский пролетариат и 53


пролетариат всего мира должен с величаишим вниманием отнестись к тому событию, которое происходит в сегодняшний день. Я не сомневаюсь в том, что работа, которую мы произвели сегодня, не пройдет бесследно в сознании рабочего класса всего мира. Я не сомневаюсь, что те новые формы, которые мы сегодня в основном наметили, несовершенны. Они могут быть исправлены в будущем, но важно то, что мы положили первый камень. Самое трудное — положить начало, заложить фундамент. И сегодня четыре советских самостоятельных республики заложили фундамент. Я уверен, что успех начатого нами дела при поддержке трудящихся обеспечен.
Объявляю I Объединительный съезд советских республик — Российской, Украинской, Закавказской и Белорусской — закрытым.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 1, стр. 359—360.


РАЗГОВОР ПО ДУШАМ (Русской эмиграции)
Июль 1923 г.
«В Советской России есть два искусственных мужичка: в Москве г. Калинин — для средней и северной России и г. Петровский — для южной. Эти искусственные мужички выступают больше в торжественных случаях в столицах, а в промежутках они время от времени занимаются «смычкой» Советской власти и крестьянства. Они путешествуют в удобных вагонах, и в их обязанности входит «по-простецки», «по душам» потолковать с крестьянством. Так потолковать, чтобы у настоящего мужика создавалось впечатление, что «самым-то главным» стойт «свой человек», «наш простой мужичок», который просит «маленько еще потерпеть», Советской-де власти «трудно сразу...» Такие собеседования в особенности практикуются, когда Советская власть или собирается ошарашить настоящего мужика одним пз многочисленных «единых» налогов или после того, как уже ошарашила».
Так пишут в заграничной газете «Дни», где сотрудничают высланные из России профессора, литераторы, эсеры — Керенский, Брешковская и многие другие, которые недавно, почти вчера, считали себя солью земли русской. И посейчас из них многие искренне верят, что они являются демократами, сиречь защитниками народа, борцами за народные интересы. Чудаки!
Много лет тому назад, па пятнадцатом году моей жизни, перед поступлением на завод, которое затянулось, я устроился кухонным мужиком у баронессы Будберг, занимая очень маленькое положение в иерархической лестнице ее челяди. У нее был камердинер Петр Петрович, к которому приходила вся камердинерская знать Петербурга; они в точности копировали своих господ: пили 55


хорошие вина, вели светские разговоры, больше о чинах, орденах, карьере своих господ. Внешностью из них каждый сошел бы за канцлера любой европейской страны.
Я, как неотесанная еще столицей деревня, исполнял обязанность их слуги, хотя это и не входило в мои прямые обязанности, но ведь круг обязанностей маленьких людей очерчивается вышестоящими по их волеизъявлению, и я по мере сил и разумения накрывал на стол, откупоривал вина, стремился заслужить внимание строгих господ, что мне трудно доставалось, ибо постоянно возмущал их своей неуклюжестью и невежеством в столь трудной профессии, где действительно они являлись артистами, а мне, как сейчас помню, опи казались пустыми, совершенно невежественными людьми, может быть, потому, что я основательно уже ознакомился с русской литературой и людскую глупость великолепно подмечал, что особенно свойственно юности. Таковыми сейчас мне кажутся демократы из «Дней».
В самом деле, неужели настолько глуп русский мужик, что достаточно с ним мягко потолковать, а он уши развесит. Так могут думать именно не уважающие свой народ — хамы или чудаки. Я думаю, демократы из «Дней» — последние. В них демократизма, народного духа нет ни капельки. Поверьте моей совести, русского мужика, да не только русского, мужика всех национальностей на мякине не проведешь. Тот, кто думает заговорить зубы ничего не значащими фразами, сам окажется в дураках, в каких вы сейчас и обретаетесь.
В чем сила наша — таких, как я, Петровский? Не в том, что мы умеем заговорить зубы,— кто же в этом может соперничать с вами, такими, как Керенский,— она в том, что мы к мужику подходим без интеллигентской слащавости, говорим с ним не как с «меньшим братом» (как с ним говорили вы в прошлом), а обыкновенным языком, подразумевая в собеседнике не меньшее количество ума, сообразительности и понимания своих интересов, чем у нас самих.
Прочтите хотя бы мое описание северокавказской поездки. Там открыт краешек крестьянских митингов, преимущественно среди горских народов. Я уверен, вы не найдете ни одной фальшивой ноты (я говорю: не ошибки, а фальшивой ноты; под фальшью же я подразумеваю искусственное подлаживание к народу). Вот этой простой 56


истины вам не дано, что нельзя подделаться к народу, что его чуткость в этом отношении исключительная.
И у нас с крестьянами идет не беседа, не благодушное переливание из пустого в порожнее, а горячее взаимное желание убедить друг друга. Неужели вы думаете, что крестьянин будет стоять шесть часов так себе, между прочим? Извините, так могут думать только русские заграничные тюфяки. Русские попы в десятки раз лучше вас зпают народ и, однако, в торжественные, праздничные дни наиболее красочную обедню не рискуют продолжить более 27г часов. Только интерес, активное участие, внутреннее сознание участника собрания, что он не просто сидит, а добивается своей цели, делает незаметными, скоропроходящими часы митинга.
Мы ездим в удобных вагонах... Невольно мне вспоминается случай в 1919 году в одном из сел Казанской губернии. Я задел одну из крестьянок, которая нападала на город: дескать, там живут лодыри. Я указал, что на ней надето великолепное плюшевое пальто, а она лазаря поет о разорении. А она обратно: «А у тебя разве плохое пальто, сапоги?»
Выступает один из пожилых крестьян с обстоятельной речью, сущность которой сводилась к тому, что непристойно главе государства быть в лаптях, что это унизительно перед соседями. Аудитория вторит:
«— Правильно, чай одного-то оденем».
Крестьянка, видя, что провалилась, оправдывается: «Да ведь он первый задел меня. Что я не понимаю, что ли, что не годится председателю быть в лохмотьях!»
А четыре года спустя «Дни» из-за границы делают донос, что Калинин и Петровский ездят в удобных вагонах. Очевидно, высокопросвещенные сотрудники «Дней» иначе не мыслят: если ты крестьянин или рабочий, то, какую бы обязанность ты ни исполнял, можешь продвигаться по святой Руси на крыше вагона или пешком с посохом в руках на манер деревенских юродивых на посмешище врагам рабочих и крестьян.
«В самом деле г. Калинин как-никак — президент, а не комиссар финансов, не финансовый «спец» и как будто не особо умудрен в финансовых делах. Почему же именно ему, президенту, свыше — в Политбюро — было приказано выучить шпаргалку с цифрами и выступать по бюджету».
57


Боже, сколько здесь яду, ненависти!
Как сейчас, помню картину первых дней моего выступления петроградским городским головой (я был избран для себя неожиданно, таких ответственных ролей в прошлом мне исполнять не приходилось, это видно из вышеприведенных строк). Вместе с т. Мануильским мы прошли в зал заседания Петроградской управы, где происходило заседание старой управы. Там был эсеровский цвет во главе с Шрейдером.
Говорят, «долг обязывает», и я, исполняя долг, возложенный на меня питерскими рабочими, по возможности внушительно заявляю:
— Я, избранный на основании всеобщего, равного и пр. и пр. петербургским городским головою, прошу вас сложить свои полномочия и оставить помещение.
В ответ посыпалось общее громкое «ха-ха-ха».
«Смотрите, смотрите, городской голова, какой городской голова! Ха-ха-ха!»
Признаться, я себя чувствовал примерно так же, как в своей юности перед камердинерами. В ответ нашелся лишь сказать:
— Уважаемые господа, вы рано смеетесь. Пословица говорит: «Хорошо смеяться последнему». А вы засмеялись первыми.
Их смешила моя внешность, смешило, что партия делает столь видимую глупость — берет человека прямо с завода, ставит на такую работу, которая является монополией привилегированной касты.
После я задумался над вопросом о том, почему у этих господ столь резко проявилась ненависть. Моя ли внешность только что пришедшего с завода человека, оскорбленное ли чувство касты, что в их святое святых, в органы управления, ворвался человек толпы, с улицы, не владеющий общепризнанными дарами образования. Что касается образования, то ведь большинство их были незадолго перед тем на побегушках у бывших голов, Челышевых и прочих купцов, воспитание, культура которых растились в ресторанах на битье стекол и в конюшнях.
Очевидно, единственное объяснение заключается в том, что тогда у них проявился буржуазный атавизм, может быть, не вполне осознанный. Они почувствовали родственную связь с буржуазией, почувствовали смертель- 58


пую опасность буржуазному классу, что и вылилось внешне в страшной злобе персонально ко мне. Точно так же газета «Дни», издеваясь над моими познаниями в области финансов, никак не может примириться с мыслью, что рабочий и крестьянин выступает с ответственным докладом по бюджету. Ясно, что этот доклад читается «по шпаргалке». Сотрудники «Дней» уверены, что ни одного крестьянина, ни одного рабочего не имеется на советской территории, которые более или менее сумели бы в общей форме изложить сущность бюджета. Могу уверить интеллигентов-эмигрантов, что доклад является моим индивидуальным творчеством и я не ставлю себе в особую заслугу его составление. Я впервые узнал ценность этого доклада, только прочитавши статью Маркова в белогвардейских «Днях», ибо политика учит: коль скоро враги ругают, значит, вышло недурно. И, действительно, доклад, который продолжался не более получаса времени, между двумя основными докладами по тому же вопросу... потребовал огромного желчного фельетона в газете «Дни».
Почему же речь «по шпаргалке» так взвинтила и взбесила сотрудника «Дней»? Только потому, что он почувствовал, что доклад читан не по шпаргалке, что он не является продуктом творчества «спецов», а содержит простое изложение мыслей о советском бюджете с точки зрения здравомыслящего рабочего, крестьянина или рядового коммуниста.
Нужно ли было персонально мне выступать на столь авторитетном собрании? Я раньше был против такого выступления, мотивируя свой отказ тем, что в бюджетном вопросе я пороха не выдумаю, что мои мысли явятся отражением мыслей миллионов крестьян и рабочих, на что мне возразили, что в этом-то и будет ценность, если сумеешь действительно их отразить.
Не могу судить сам, насколько мне это удалось. Судя по вниманию и ненависти, которые проявились в белогвардейских «Днях», видно, удалось.
«Что в советском бюджете нет расходов на императорский дом, это бесспорно. Но возникает вопрос: а где же указаны кредиты для коммунистической партии? Ну, если скажем, что российская коммунистическая партия если не целиком, то все же «самоокупается», то кто же платит жалованье г. Садулю? Французское министерство иностранных дел? А для коммунистических авантюр на востоке 59


и на западе кредит отпускается по английской росписи»,— так захлебывается писака из «Дней».
Не буду говорить о коммунистической партии. Враги сами говорят, что она, может быть, самоокупается. Каждый рабочий и крестьянин скажет, что понесенные Российской коммунистической партией жертвы, ее ежедневно вкладываемый труд на алтарь интересов рабочих и крестьян — все это дает ценность, которую не покроют все богатства мира.
Кто платит жалованье т. Садулю? Этим ядовитым вопросом белогвардейцы «Дней» хотят дискредитировать Советскую власть перед крестьянами. Не пройдет и этот номер.
Тов. Садуль, капитан французской службы, один из ответственных сотрудников прежней французской военной миссии в России,— социалист. Когда началась интервенция, нападение на Советскую республику, он переходит открыто на сторону Советской власти, т. е. рабочих и крестьян, оставляет родину, семью, обеспеченное положение, карьеру, встает в ряды борющегося российского пролетариата и крестьянства. Не надо быть коммунистом, чтобы понять, что таких идеальных людей во всем мире можно пересчитать по пальцам. И неужели вы рабочих и крестьян считаете такими глупцами, не могущими понять, что Садули и Домбали, остающиеся в Советской республике, являются процентом от европейских рабочих за наши жертвы и победу.
Если Антанта возьмет на себя расход, я предложил бы сделать общероссийское голосование среди самых медвежьих углов: сделать ли почетным гражданином РСФСР Садуля или любого сотрудника «Дней», вплоть до бабушки Брешковской. В результате я не сомневаюсь. Попробуйте такое же голосование произвести во Франции, хоть бы в Париже, и у меня нет сомнения — французский пролетариат примет с распростертыми объятиями честного, благородного француза. За Садуля мы в долгу перед французским пролетариатом. Будем надеяться, что при первых благоприятных условиях он будет нами возвращен французским рабочим с накопленным революционным опытом в Советской республике.
«Мы не можем отрицать, что Советская власть кое-что заработала в уничтожении расходов по духовному ведомству, но этот заработок не так велик, так как из 40 милли-
60


опов рублей, о которых говорил Калинин (в действительности 46 миллионов), больше половины шло на учебные заведения, вместо которых Советская власть должна платить не меньшие суммы на свои школы. Кроме того, добросовестность требует подсчитать, сколько стране обходятся комсомольские безобразия и всякого рода живо- стервецкие соборы. Не «за так» же все это делается. Может быть, тут и экономии-то никакой нет».
Что называется, докатились. С каких это пор демократы стали отделять расходы на попов от расходов па изготовление попов? Не все ли равно и что хуже — прямая ли уплата попам или же на школы по подготовке попов?
Победа рабочих и крестьян вас совершенно свела с ума. Вы теперь бы продали свою душу не только попам, а самому черту, лишь бы воротить свою мещанскую обстановку. Эх, демократы! Ведь десятилетия считались народными поборниками, а как народ немножечко вас потрепал, чуждая вам одежда демократизма спала с вас, и вы оказались обыкновенными рабовладельцами, вернее, их сторожевыми псами. Не поблагодарит вас за это русский народ и его история.
Насчет «комсомольских безобразий»... Да, молодежь стала не та. Мне завидно смотреть, как росли мы и как растет современная молодежь. Выезжая за город, вы встречаете экскурсию за экскурсией. Молодежь не растет, а прет. И вы хотите, чтобы отцы, матери распространили на них ваше змеиное шипение, отравленное ядом разлагающейся падали. Нет, нет! Это вам не удастся. Можно смело сказать: это лучшее создание Советской власти. Можно радоваться, что ваша тлетворная рука их не коснется.
Я не коснулся вопроса о том, что мы убили производительные силы страны. Я не коснулся потому, что я об этом говорил бесконечное число раз перед рабочими и крестьяп- скими массами. Неужели рабочие и крестьяне не понимают, какое количество имений, усадеб, домов, фабрик и заводов разрушено ими. Но, когда идет борьба не па жизнь, а на смерть с врагом, разбитых горшков не считают.
Вам, конечно, жаль ваших тюфяков и перин, по, чтобы не мозолила глаз старая рухлядь, чтобы не возбуждала подлых воспоминаний, народ безжалостно их уничтожал и по-своему был прав, ибо то, что уничтожено пародом, 61


является только одной тысячной долей уничтоженного вами в империалистическую войну.
Сейчас вы жертвы, несущие невзгоды гражданской войны, но и ваши невзгоды, как бы они ни казались вам велики, являются каплей в море народного страдания от 1914 до 1917 года. Вы не видели народных мук, вы их заглушали патриотическим воем, отделенные от народа своим мещанским уютом, домашним скарбом. А теперь проливаете слезы о разрушении производительных сил страны.
Почему мы не указали те каналы советского бюджета, по которым идут обратно средства к рабочим и крестьянам?
Я не знаю значительного параграфа бюджета, который бы в значительной своей части не шел по этим каналам. Расходы на железные дороги — самый большой расход бюджета, вероятно около 75 процентов, идет на содержание рабочей силы с большой примесью крестьянства. Содержание армии? Но наши курсанты на 70 процентов из деревни и дети рабочих. Ненавистная вам комсомольская молодежь? Но разве это не дети крестьян и рабочих?
Я допускаю (и кто-либо из вас это слышал), что какой- либо крестьянин или рабочий или богомольная старушка выражали негодование на комсомольцев, а вы приняли это за чистую монету. Нам невольно вспоминается старая история.
Лет двадцать пять тому назад зашел спор между моим отцом и его шурином в гостях. Тот расхвастался, что он имеет сына, который по зимам работает в городе, посылая ому деньги, а летом приезжает ему помогать в деревню. Обращаясь к моему отцу, он говорит:
— Я тебя жалею, что из твоего ничего не вышло. Связался с политикой, тебе помощи никакой.
Отец, который был со мной в общем на ножах, отвечает ему:
— Разве можно моего сына равнять с твоим? Ведь твой — непрокатанный сапог и больше ничего.
Я не сомневаюсь, что не хуже, а еще с большим уважением современные крестьяне относятся к своему комсомолу, который, признаться, гораздо меньше избалован материальной поддержкой Советского государства, чем хулиганские организации буржуазной золотой молодежи — поддержкой своего.
G2


В заключение пару напутственных слов:
— Не дело делаете, господа интеллигентные эмигранты. Время покровительственного отношения к пароду прошло, а фетишизм кастового общепризнанного привилегированного знания приказал долго жить. Если хотите быть полезными своему народу, не мудрствуя лукаво, идите служить своему народу, по не властвовать. Управлять мы, рабочие и крестьяне, не умудренные в финансовых вопросах, будем сами. Хотя мы не очень высокого мнения о ваших специальных знаниях, но, мы думаем, в большом хозяйстве советского народа и вы пригодитесь. Только отучитесь вы каждую фразу ставить в кавычки. Мы, народ простой, часто не понимаем соли кавычек. Наша действительная народная демократия всюду любит простоту.
М. И. Калинин.
О корреспондентах
и корреспонденциях. М., Политиздат, 1958, стр. 219—227,


РЕЧЬ НА ОБЩЕГОРОДСКОМ МИТИНГЕ В г. ЧИТЕ
27 июля 1923 г.
Товарищи, перед рабочими и крестьянами, да и перед каждым сознательным человеком на огромной российской равнине слово «Сибирь» было синонимом ужаса, величайшего несчастья и страдания. Сибирь из огромной страны с огромными богатствами превратилась в слово, пугающее нормального человека.
Товарищи, не особенные климатические условия, не особенное географическое расположение, не эти причины сделали одну из колоссальных территорий бичом огромной страны. Старый социальный строй, поддерживавшийся господством привилегированных классов, этот строй, товарищи, в защиту своих интересов лучших сынов России посылал в отдаленные, еще не приспособленные для жизни места. И, товарищи, на этой огромной территории, я думаю, нет ни одного такого населенного уголка, который не был бы полит кровью, несчастьем, слезами бесконечного количества страдальцев. Страну с огромными возможностями, где гений, ум и энергия человека могут развернуться до беспредельных размеров, эту страну старый, отживший строй превратил в место страдания. Лица, стоящие во главе современного правительства, большею частью па своем собственном опыте все это изучили, испытали, увидели в самых отдаленных местах Сибири. Старым строем, товарищи, осуждались на бездеятельность лучшие сыны государства, вынимались из обращения, их деятельность на пользу рабочих и крестьян прекращалась. Я не сомневаюсь, что огромная часть стоящих передо мной рабочих и крестьян и других честных граждан является потомками тех, которые были высланы в эту страну.
Такой строй не мог быть терпим, он должен быть разрушен. Вот почему, товарищи, рабочий класс и крестьян64


ство России всеми силами и со всей энергией вели борьбу. И старое царское самодержавие, поддерживавшееся буржуазной кликой и применявшее старое средство к собственной самозащите, вынуждено было пасть под ударами, под напором рабоче-крестьянских масс. И теперь в старых границах Российской империи — советская территория, а у власти стоят рабочие и крестьяне.
Силы этой страны черпаются из теснейшего союза между рабочими и крестьянами. Защитники старого строя, изгнанные из коренной России, думали найти прибежище, думали организовать силы на той территории, куда они изгоняли всех недовольных, куда изгоняли самые живые силы страны. Они думали, товарищи, насмеяться над рабочими и крестьянами там, куда они изгоняли своих врагов, на спине своих врагов они думали построить собственную защиту. Но, я говорю, товарищи, старое царское правительство не нашло опоры в этих потомках изгонявшихся людей и должно было быть низвергнуто.
Товарищи, мы сейчас переживаем, если можно так выразиться, медовый месяц объединения дальневосточной территории с остальной частью Советского государства. И перед всей Республикой, в частности и перед вами, перед жителями Дальнего Востока, стоит задача — эту часть советской территории, которая поливалась бесконечным народным страданием в течение целого ряда столетий, эту страну изгнания превратить в страну радости, в территорию, спаянную союзом между рабочими и крестьянами, чтобы население всей Советской республики забыло это страшное слово «Сибирь», чтобы оно не вызывало прежнего чувства ужаса, заброшенности, страдания. Вот эта задача и стоит перед рабочими и крестьянами Сибири. Это огромная задача, которую, может быть, не вполне удастся выполнить нашему уже сходящему со сцены поколению.
Мы должны открыто представлять себе те величайшие трудности, которые стоят перед памп. Советизация Дальнего Востока, над которым могут реять красные знамена,— это, товарищи, только еще первая ступень нашей деятельности, отсюда еще только начало творчества рабочих и крестьян. Мы к настоящему моменту лишь отвоевали себе право трудиться, право строить новый мир, право рабочим и крестьянам завоевывать себе лучшее будущее.
Это лучшее будущее еще далеко, еще силы природы слишком могущественны, а реальные средства, которые б М. И. Калинин $5


дают человеку возможность стать господином, царем над силами природы, эти средства у нас малы, минимальны, микроскопичны. Мы эти средства, которые дают возможность человеку господствовать над природой, должны увеличить в огромной и огромной степени. И вот мы к сегодняшнему дню только можем сказать: мы имеем возможность сейчас увеличить, развить эти средства, и только при помощи этих средств мы можем победить суровую сибирскую природу и заставить ее служить человеку.
Товарищи, если вы продумаете эту мысль, то вам ясно представятся те величайшие трудности, которые стоят перед рабочими и крестьянами. Мы решили первую и основную задачу. Мы разорвали своими руками тяжелые цепи, целые столетия сковывавшие русского рабочего и русского крестьянина. Теперь этими свободными от цепей руками мы должны приступить к тому творческому труду, который является основой всех стремлений. Но мы, товарищи, слишком много израсходовали средств, энергии в борьбе с нашими врагами. Наш творческий разум, надо открыто признаться, творческий разум рабочих и крестьян, находившихся в порабощении, угнетении и неравноправии, не может столь быстро развернуться и проявить все свои возможности. Самым характерным моментом на этом митинге был тот, когда выступивший здесь, на этой трибуне, крестьянин определенно заявил: мы хотим знания, мы хотим приобщения ко всем культурным силам, которые руководят государством, мы хотим участвовать в государственном строительстве. Вот то, что говорил этот крестьянин, говорю и я сейчас: мы, захватившие власть, мы сейчас нуждаемся в знании и в овладении необходимыми организационными средствами для того, чтобы подчинить себе здешние суровые силы. Это основная задача, которая стоит перед рабочим и крестьянином Сибири.
Товарищи, чтобы скорее достигнуть своих результатов, необходимо, чтобы в достижении их участвовал весь рабочий класс и крестьянство. Только сочетанием, только полным объединением энергии, сил и воли рабочих и крестьян мы можем получить конкретные результаты. Разъединение этих сил, даже не вполне координированное их направление может повлечь за собой величайшие бедствия для Советской республики. За то время, которое существует Советская республика и в которое она росла, развивалась и крепла, главные силы и мощь ее вырастали 66


па тесном союзе между рабочими и крестьянами. Здесь, у вас, единение сил между рабочими и крестьянами самым решительным образом проявилось в борьбе со старым царским строем, с царскими, бежавшими из России, помещиками и генералами, но они и здесь, в Сибири, не могли укрепиться постольку, поскольку против них было направлено одновременно лезвие рабочих и крестьян.
Товарищи, разрешите мне призвать всех местных рабочих и крестьян, всех честных граждан Советской республики, которые кровно заинтересованы в развитии и укреплении Советской власти, в культурном поднятии рабочих и крестьян, призвать всех, кто в этом заинтересован, приложить все свои силы, всю энергию, всю накопившуюся волю и все это бросить на укрепление, на защиту нового рабоче-крестьянского строя. Мы его завоевали, потерявши бесконечное количество наших сынов, братьев, наших лучших товарищей и друзей, и, завоевавши этот строй, положивши за него целые горы трупов, теперь, товарищи, я не сомневаюсь, вы употребите все усилия, чтобы его сохранить и не только сохранить, но еще более, мы должны самую отсталую, среди европейских стран, Российскую Советскую республику превратить в самую передовую страну во всем мире. Мы должны показать, что тот класс, который служил навозом для господствовавшей буржуазии, что он способен строить свое государство, должны показать, какие огромные потенциальные силы хранятся в нем. И я не сомневаюсь, общими усилиями будет создана прекрасная рабоче-крестьянская страна, которая ни при каких обстоятельствах не может быть хуже любого буржуазного государства, наоборот, она будет в сотни раз лучше. Поэтому, я думаю, мы живем в счастливое время, когда каждый человек может сознательно и уверенно класть свои силы на создание нового рабоче-крестьянского государства.
Да здравствует рабоче-крестьянская Республика, да здравствует ее полная победа над всеми ее врагами! (Бурные аплодисменты, крики «Ура!»)
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 1, стр. 375—379.


ПО ПОВОДУ СМЕРТИ В. И. ЛЕНИНА Речь при открытии II съезда Советов СССР
26 января 1924 г.
Товарищи! Трудно найти слова и подыскать форму, в которую вылились бы те чувства, которые охватили не только нас, здесь присутствующих, но и самые широкие рабоче-крестьянские массы, и не только Союза Советских Республик, но угнетенные массы всего мира.
Товарищи, здесь, в этом зале, присутствуют представители больших и малых народов Союза Советских Республик. Они съехались сюда, чтобы творить общее рабоче-крестьянское дело, чтобы ковать рабоче-крестьянское счастье. Давно ли это было, когда в старой царской России шовинизм, произвол и угнетение царствовали на окраинах, порабощая малые национальности? И лишь Владимир Ильич не только первый бросил клич, но и первый провел практически полное национальное освобождение. И теперь вот здесь, в рабочем парламенте мы демонстрируем перед всем миром солидарность всех народов, населяющих наш Союз, их полное братство и желание совместно работать, создавая действительно рабоче-крестьянское государство, где нет угнетателей, где нет угнетенных, где каждая национальность чувствует себя дома и где рабочий и крестьянин самой небольшой народности считает себя равноправным гражданином великого Союза Советских Социалистических Республик.
Вот почему, товарищи, смерть Владимира Ильича это не только боль, не только тяжесть, обрушившаяся на русский рабочий класс, на русское крестьянство, это тяжесть, обрушившаяся на угнетенные классы всего мира. И нет никакого сомнения, что там, где есть порабощение, где есть угнетение, мы услышим сдавленные вздохи сожаления о смерти Владимира Ильича. Труден путь устроения брат68


ства народов. Мы сами на собственном опыте это видим. Над нами еще висят остатки старого исторического прошлого, остатки взаимного недоверия.
Нам, соучастникам деятельности Владимира Ильича, и здесь присутствующим представителям малых народностей понятны и памятны все те трудности, через которые пришлось пройти для установления действительного братства народов. Даже рабочий класс, ставший у власти и вполне понимающий, что только при общей солидарности, при самом тесном союзе можно защищать себя от нападения внешней враждебной силы,— даже он без Владимира Ильича, без его помощи к национальному вопросу не мог подойти сразу со всей той чуткостью, со всем пониманием особенностей отдельных народностей, с которыми подошел и которым нас учил Владимир Ильич. Он был единственным человеком, которому верили, которого слушали и которого считали своим вождем и руководителем все национальности.
Я не сомневаюсь, что чувства, которые охватывают вас здесь, выражают чувства тех широких национальных масс, представителями которых вы являетесь. Можно смело сказать: не было в мире более верного, более чуткого, более могучего защитника небольших национальностей, чем Владимир Ильич.
Я не сомневаюсь, что смерть Владимира Ильича вызовет особенно глубокое чувство горя у малых народов, ибо первый действительный защитник этих народов был именно Владимир Ильич. Он один конкретно, реально и практически сумел провести равенство и братство народов.
Владимир Ильич в области национальной политики оставил пам завет, состоящий в том, чтобы мы, крупные национальности, давали всем остальным народам нашего Союза возможность развиваться, помогали бы поднятию их культурного уровня. Чуткость и уважение к народным обычаям, которые привиты народам тысячелетней историей, должны быть нашей отличительной чертой.
Товарищи, еще одну великую идею, претворенную в жизнь, оставил нам в наследство Владимир Ильич. Эта великая идея — союз рабочих и крестьян. Через всю долгую политическую жизнь Владимира Ильича красной питью проходит идея, что рабочий класс может победить своих врагов только в союзе с крестьянством. Эта гениальная идея, претворенная Владимиром Ильичем в жизнь, дала 69


результаты, которых не ожидал мир. Победа русского рабочего класса, его 6-летняя диктатура, наше присутствие здесь — все это является результатом союза рабочих и крестьян. Товарищи, союз рабочих и крестьян Владимир Ильич не только провел в жизнь,— он научил нас ценить, научил нас понимать, какое значение имеет союз рабочих и крестьян.
Теперь для нас, да и не только для нас в Советской республике, но и для всего мира ясно, что союз рабочих и крестьян есть та основная база, та реальная сила, при помощи которой выявились огромные, неожиданные революционные силы нашей Республики. Эта сила — союз рабочих и крестьян — стала теперь понятна для каждого рабочего, для каждого крестьянина. И первый, кто бросил об этом клич, был Владимир Ильич.
Владимир Ильич был велик не только тем, что бросал новые идеи, новые мысли. Много было людей, которые будили новые мысли, новые идеи. Но Владимир Ильич не только бросал мысли, он эти мысли претворял в дело, он находил те силы, которые двигали и которые заставляли эти мысли претворяться в жизнь. И мы, оставшиеся в Советской республике после Владимира Ильича, обязаны продолжать это огромной важности дело. Мы не только будем свято хранить его заветы в области развития и укрепления союза рабочих и крестьян, но и укреплять этот союз все более и более. И уже сейчас у нас намечается новое: союз рабочих и крестьян мы превращаем в смычку между рабочими и крестьянами, т. е. мы этот союз действительно укрепляем со всей полнотой. Мы не только сплачиваем, мы пронизываем поры рабочего класса крестьянством и поры крестьянских масс пронизываем рабочим классом. Я не сомневаюсь, что ни Советское правительство, ни Коммунистическая партия в области союза рабочих и крестьян не только не позволят себе отступить от заветов Владимира Ильича, а, наоборот, будут еще дальше развивать его дело. Мы будем еще больше объединять эти два могучих класса для окончательной победы.
Но для союза двух классов необходимы средства, которыми закреплялся бы такой союз. И вот в самые опасные моменты существования Советской республики, когда казалось, что между рабочим классом и крестьянством появлялась трещина, Владимир Ильич умел отыскать эти средства. Одним из таких средств, как известно, был переход 70


к новой экономической политике. Ценность этой новой экономической политики, проведенной Владимиром Ильичем в тяжелый момент существования Советской республики, сейчас, несмотря на некоторые отрицательные ее стороны, несмотря на целый ряд искривлений в этой области, Советское правительство великолепно понимает. Эта политика нужна, чтобы сохранить в целости союз рабочих и крестьян. Правительство будет бороться с отрицательными сторонами новой экономической политики, будет бороться с той накипью, которая поднимается и будет подниматься в результате этой политики, но основы, заложенные Владимиром Ильичем и давшие определенный результат, будут соблюдаться до тех пор, пока рост материальных государственных средств не даст возможности ее изжить.
Владимир Ильич оставил нам богатое наследство и во всех других областях нашей внутренней политики. В ближайший период времени Советское правительство может полными пригоршнями черпать из кладезя мудрости Владимира Ильича и использовать это богатство в области внутреннего управления. Владимир Ильич все время с особенной бдительностью относился к процессам, происходившим внутри крестьянских масс. И Советское правительство в настоящий момент, твердо храня заветы Владимира Ильича, так же бдительно будет относиться к интересам крестьянских масс, всячески помогая подъему благосостояния крестьянского хозяйства.
Относясь внимательно к крестьянской массе, Советское правительство во имя заветов Владимира Ильича также всегда будет твердо помнить, что главным двигателем, гегемоном и революционной силой у нас является рабочий класс Союза республик. Уже в течение этого года, как только наступило в стране хоть малейшее материальное улучшение, Советское правительство существенно улучшило положение рабочего класса. И я не сомневаюсь, что благосостояние рабочего класса будет повышаться наряду с увеличением материальных возможностей.
Переходя к международному положению нашего Союза, я могу определенно заявить, что в этой области никаких изменений не произойдет. У нас нет оснований изменять в основном нашу линию внешней политики. Мы решительно боремся за сохранение мира, поддерживаем те народы, свободному существованию которых грозит опасность; употребляем со своей стороны значительные усилия 71


для налаживания нормальных отношений с другими государствами, иногда даже идя на известные жертвы, разумеется, если эти жертвы окупятся.
Советское правительство, Коммунистическая партия могут руководствоваться в области внешней политики прямыми указаниями, сделанными Владимиром Ильичем.
Достаточно вспомнить эти давно сказанные и вечно новые лозунги: «Война войне», «Борьба за мир, за освобождение угнетенных народностей». Вот задачи, которые ставил перед Коммунистической партией, перед рабочим классом, перед Союзом Советских Республик Владимир Ильич и которые он стремился проводить в жизнь и в огромной части провел. Эти задачи остаются также и нашими задачами. Та осторожность, то умение, та гибкость, которые оп проявил в переговорах с отдельными государствами, служат для нас образцом и примером, которым мы должны и будем следовать.
Товарищи, Советская республика всегда умела подымать, проявлять свою огромную силу, силу воли, силу солидарности рабочего класса и крестьянства, свое военное могущество, особенно в тяжелые моменты своей жизни.
Конечно, сейчас, со смертью Владимира Ильича, Советская республика переживает очень тяжелый момент. Я думаю, что этот тяжелый момент, который переживает сейчас наш Союз, должен вызвать особенное чувство самосохранения, особенное чувство солидарности, проявление огромного самопожертвования рабочих и крестьянских масс. Поэтому в настоящий момент, в момент горестной утраты великого человека, самого великого человека не только в России, но и во всем мире, в этот момент должны проявиться в максимальной степени сила и мощь Советской республики.
Более шести лет тому назад II Всероссийский съезд Советов под руководством Владимира Ильича взял власть. Эта власть была взята в момент, когда рабочий класс окружен был всевозможными опасностями. Ни государственного аппарата, ни армии не было в руках пролетариата. Наоборот, наши враги располагали всей полнотой сил. И только железная воля, настойчивость и беззаветная преданность рабочего класса делу коммунизма, беспредельное доверие Ленину дали нам возможность победить па внешних фронтах, уничтожить разруху, изгнать из пределов России белогвардейцев, изжить величайшие муки голода и 72


в результате получить твердый государственный аппарат. Наши границы бдительно охраняются революционной Красной Армией; все внутри советских республик подчинено безраздельно советским законам. Мы создали рабоче- крестьянское государство, мы видим перспективы его дальнейших преуспеваний. Из отдельных национальных республик по их самостоятельному почину, мы создали Союз Советских Социалистических Республик, и вот сейчас собрался его верховный орган, располагающий всей полнотой власти,— II съезд Советов Союза. И здесь, на II съезде Советов Союза, к которому мы пришли через бесконечное количество мучительных испытаний, под руководством Владимира Ильича, на II съезде, который является результатом всей его революционной творческой деятельности, мы хороним Владимира Ильича.
Но, товарищи, будем свято хранить его заветы. Отдавая его памяти наш последний долг, твердо скажем себе: его мысли, его заветы борьбы за коммунизм являются нашими мыслями, нашими заветами, и перед лицом тяжелой утраты величайшего, любимейшего вождя мы все должны удесятерить свои силы в борьбе за достижение коммунизма — конечной цели рабочего класса.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, Т. 1, стр. 434—439.


ЛЕНИНИЗМ И КОМИНТЕРН Доклад на V конгрессе Коминтерна 18 июня 1924 г.
Товарищи! Я думаю, еще задолго до настоящего конгресса каждому из вас было ясно, что первое слово на конгрессе, без сомнения, будет сказано о Ленине. Это разумелось само собой. Вождь русской революции, вождь большевизма был в то же время и вождем Коммунистического Интернационала. И в этом не было никакой исторической случайности. То, что мы называем ленинизмом, включает в себя самый последовательный, самый полный, самый действенный интернационализм.
Русское в Ленине выражается в том, что, будучи с головы до ног поглощен российской революцией, он ни на один момент не переставал быть интернационалистом. Внимание его к каждому национальному движению тем более усиливалось, чем важнее становилась его роль в интернациональном масштабе. Вот это умение, эта способность никогда не замыкаться в национальные рамки и вместе с тем со всей возможной полнотой использовать в ходе международных событий движение в пределах той или иной нации составляет отличительную черту Ленина. И именно это делало его одновременно вождем и русской и международной революции.
В этом отношении изучение ленинизма, всех его этапов представляет исключительный интерес. Сам Ленин как-то выразился, что он предпочитает делать революцию, чем писать о ней7. Но именно его делание обогатило нас, не только русских большевиков, но и коммунистические партии всего мира, таким громадным опытом, из которого мы еще долгие и долгие годы будем черпать ответы на самые сложные вопросы.
Я не беру, да и не могу взять на себя задачи осветить полностью то, что уже вошло в историю под именем лени74


низма. В будущем потребуется еще ряд талантливейших историков и политиков, чтобы выполнить эту задачу. Я ограничусь только тремя вопросами, в которых вождь сказался особенно ярко. Это союз рабочих и крестьян — идея, целиком принадлежащая Ленину и практически им воплощенная в жизнь. Затем, Ленин в национальном вопросе, и, наконец, подход Ленина к вопросу о диктатуре пролетариата.
Вопросы об объединении рабочего класса и крестьянства в борьбе с капиталистическим строем составляли очень раннюю идею Владимира Ильича. Чуть ли не в первом своем печатном труде «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?», напечатанном в 1894 г., он говорит уже о крестьянстве как об одной из решающих революционных сил. В 1903 г. Ленин пишет специальную брошюру «К деревенской бедноте. Объяснение для крестьян, чего хотят социал-демократы», чем уже ясно дает понять, какое значение он приписывает крестьянству в предстоящей борьбе. В брошюре, предназначенной для деревенской бедноты, казалось бы, особенно должна была развернуться красноречивая стилистика о тяжести настоящего положения крестьянина и ряд других ярких картин лучшего будущего, на что были такие большие мастера эсеры. Владимир Ильич прозаически спокойно, не лукавя, говорит, что не все крестьяне будут помогать рабочим: есть богатые, которые пойдут против них, «нам надо узнать, сколько их по всей России, какова их сила, чтобы бедный крестьянин не на авось шел, не с завязанными глазами, а чтобы он точно знал, каковы его друзья и каковы его враги» 8.
Просто, скупыми словами, но безусловно понятно каждому мужику. Или: «Но когда бедному и среднему крестьянину говорят, что улучшение хозяйства и удешевление плугов поможет им всем из нужды выбиться и на ноги встать, не трогая вовсе богатых людей,— то это обман. От всех этих улучшений, удешевлений и коопераций (союзов для продажи и закупки товаров) гораздо больше выигрывают богатые. Богатые становятся все сильнее, все больше теснят и бедноту, и средних крестьян. Покуда богатые остаются богатыми, покуда они держат в своих руках большую часть и земли, и скота, и орудий, и денег,— до тех пор не только бедноте, но и средним крестьянам никогда из нужды не выбиться» 9.
75


Из вышеприведенных слов видно, как давно идея союза рабочих и крестьян была в голове у Ленина. Даже больше. Следующие слова не только говорят об идее союза, а намечают и пути его использования в интересах рабочих и крестьянской бедноты (под крестьянской беднотой Ленин понимает хозяйство с одной лошадью и коровой): «Первый вопрос. Может ли рабочий народ избавиться от нужды и нищеты, когда в России из двухсот сорока миллионов десятин удобной земли сто миллионов десятин принадлежит частным землевладельцам? Когда у шестнадцати тысяч крупнейших землевладельцев находится в руках шестьдесят пять миллионов десятин?
Второй вопрос. Может ли рабочий народ избавиться от нужды и нищеты, когда полтора миллиона богатых крестьянских дворов (из всего числа десяти миллионов) забрали в свои руки половину всех крестьянских посевов, всех крестьянских лошадей, всего крестьянского скота и гораздо больше половины всех крестьянских запасов и денежных сбережений? Когда эта крестьянская буржуазия продолжает все больше и больше богатеть, притесняя бедноту и среднее крестьянство, наживаясь чужим трудом батраков и поденщиков? Когда шесть с половиной миллионов крестьянских дворов — разоренная беднота, всегда голодная, добывающая жалкий кусок хлеба всяческой работой по найму?
Третий вопрос. Может ли рабочий народ избавиться от нужды и нищеты, когда главной силой стали деньги, когда на деньги можно все купить: и фабрику, и землю, и даже людей купить в наемные работники, в наемные рабы? Когда без денег нельзя ни жить, ни вести хозяйства? Когда мелкий хозяин, бедняк, должен вести борьбу с крупным хозяином из-за добывания денег? Когда несколько тысяч помещиков, купцов, фабрикантов и банкиров забрали в свои руки сотни миллионов рублей и, кроме того, распоряжаются всеми банками, в которых собираются тысячи миллионов рублей?
От этих вопросов никакими сладкими речами о выгодах мелкого хозяйства или коопераций не отвертишься. На эти вопросы ответ может быть один: настоящая «кооперация», которая может спасти рабочий народ, это — союз деревенской бедноты с городскими рабочими социал- демократами для борьбы против всей буржуазии. Чем скорее будет расширяться и крепнуть такой союз, тем скорее 76


средний крестьянин поймет всю ложь буржуазных обещаний, тем скорее средний крестьянин станет на нашу сторону» 10.
Неопровержимо доказавши экономическую необходимость деревенской бедноте идти нога в ногу с пролетариатом, Ленин по поводу расправы самодержавия в лице князя Оболенского над крестьянами Полтавской и Харьковской губерний в 1902 г. говорит: «Крестьяне боролись за правое дело. Русский рабочий класс всегда будет чтить память мучеников, застреленных и засеченных царскими слугами. Эти мученики были борцами за свободу и счастье рабочего народа. Крестьяне были разбиты, но они поднимутся еще и еще, они не падут духом от первого поражения. Сознательные рабочие приложат все усилия, чтобы как можно больше рабочего народа в городах и в деревнях знало о крестьянской борьбе и готовилось к новой, более успешной борьбе. Сознательные рабочие всеми силами постараются помочь крестьянам ясно понять, почему было подавлено первое крестьянское восстание (1902 г.) и как надо сделать, чтобы победа осталась за крестьянами и рабочими, а не за царскими слугами» н.
Итак, 20 лет тому назад у Ленина вполне уже сложилась мысль о необходимости тесного союза рабочих и крестьян, что лишь соединением двух сил, лишь их суммой можно победить не только самодержавие, но и капиталистический мир. И за весь революционный период своей жизни он не оставлял этой мысли. В своей последней, заключительной лебединой песне, речи на XI партийном съезде, как бы предчувствуя, что это последняя его напутственная речь партии, он говорит: «Весь гвоздь в том, чтобы двигаться теперь вперед несравненно более широкой и мощной массой, не иначе как вместе с крестьянством, доказывая ему делом, практикой, опытом, что мы учимся и научимся ему помогать, его вести вперед. Такую задачу при данном международном положении, при данном состоянии производительных сил России можно решить, лишь решая ее очень медленно, осторожно, деловито, тысячу раз проверяя практически каждый свой шаг» 12.
Вопросы национальные я отношу к порядку крестьянских. Этим вопросам Владимир Ильич уделял также значительное внимание, и это очень естественно, если вспомнить, что вся Россия является страной многонациональной, разноязычной, народы, ее населяющие, находятся на 77


различных ступенях развития, что уже само собой вносит отчуждение между народами, ибо более культурный народ в буржуазном обществе почти неуклонно является эксплуататором более отсталого народа если не прямо, то во всяком случае косвенно.
Вполне естественно и понятно, что без удовлетворительного решения национального вопроса победа революции, закрепление результатов этой победы встретят непреодолимые препятствия. После революции 1905 г., когда возможность захвата власти пролетариатом встала на очередь дня политической партии, все большее значение стал приобретать и национальный вопрос. С этих пор к его решению вплотную подходит Ленин, ведя по обыкновению и по данному вопросу жестокую борьбу с оппортунистами, решающими настоящий вопрос по-либеральному. Возражая против недопущения царизмом в русскую школу инородцев, Ленин говорит: «Интересы рабочего класса — как и вообще интересы политической свободы — требуют, наоборот, самого полного равноправия всех без исключения национальностей данного государства и устранения всяческих перегородок между нациями, соединения детей всяческих наций в единых школах и т. д. Только отбрасывая все дикие и глупые национальные предрассудки, только сливая в один союз рабочих всех наций, может рабочий класс стать силой, дать отпор капиталу и добиться серьезного улучшения жизни.
Посмотрите на капиталистов: они стараются разжечь национальную вражду в «простом народе», а сами отлично обделывают свои делишки: в одном и том же акционерном обществе — и русские, и украинцы, и поляки, и евреи, и немцы. Против рабочих объединены капиталисты всех наций и религий, а рабочих стараются разделить и ослабить национальной враждой!» 13.
Ленин с зоркостью орла высматривает и оценивает революционное движение в других странах, немедленно реагируя и поддерживая его. Вот великолепная иллюстрация. Развитие революционного движения в Китае с его стороны вызывает восторженную поддержку. «В Азии везде растет, ширится и крепнет могучее демократическое движение. Буржуазия там еще идет с народом против реакции. Просыпаются к жизни, к свету, к свободе сотни миллионов людей. Какой восторг вызывает это мировое движение в сердцах всех сознательных рабочих, знающих, что путь к кол78


лективизму лежит через демократию! каким сочувствием к молодой Азии проникнуты все честные демократы!
А «передовая» Европа? Она грабит Китай и помогает врагам демократии, врагам свободы в Китае!» 14.
Всякое явление, помогающее организации рабочего класса, способствующее его победе, где бы оно ни происходило, встречает горячего сторонника в Ленине. Наоборот: все, что ослабляет борьбу рабочего класса, все, что эту борьбу с интернационального классового направляет в русло местное, частное, превращая его из демократического в либеральное,— находит в Ленине неукротимого противника. Культурно-национальной автономии Ленин уделяет значительное количество времени, беспощадно разоблачая буржуазию, прикрывающую знаменем автономии дело разобщения трудящихся разных национальностей. Отвечая оппортунистам, Ленин пишет: «Марксизм непримирим с национализмом, будь он самый «справедливый», «чистенький», тонкий и цивилизованный. Марксизм выдвигает на место всякого национализма — интернационализм, слияние всех наций в высшем единстве, которое растет на наших глазах с каждой верстой железной дороги, с каждым международным трестом, с каждым (международным по своей экономической деятельности, а затем и по своим идеям, по своим стремлениям) рабочим союзом.
Принцип национальности исторически неизбежен в буржуазном обществе, и, считаясь с этим обществом, марксист вполне признает историческую законность национальных движений. Но, чтобы это признание не превратилось в апологию национализма, надо, чтобы оно ограничивалось строжайше только тем, чтб есть прогрессивного в этих движениях,— чтобы это признание не вело к затемнению пролетарского сознания буржуазной идеологией» 15.
Владея в совершенстве диалектикой, Ленин удивительно умеет парировать удары в противоположные стороны. Отвечая либералам в статье «Нужен ли обязательный государственный язык?», Ленин говорит: «Русский язык — велик и могуч, говорят нам либералы. Так неужели же вы не хотите, чтобы каждый, кто живет на любой окраине России, знал этот великий и могучий язык? Неужели вы не видите, что русский язык обогатит литературу инородцев, даст им возможность приобщиться к великим культурным ценностям и т. д.?
79


Все это верно, господа либералы,— отвечаем мы им. Мы лучше вас знаем, что язык Тургенева, Толстого, Добролюбова, Чернышевского —велик и могуч. Мы больше вас хотим, чтобы между угнетенными классами всех без различия наций, населяющих Россию, установилось возможно более тесное общение и братское единство. И мы, разумеется, стоим за то, чтобы каждый житель России имел возможность научиться великому русскому языку.
Мы не хотим только одного: элемента принудительности. Мы не хотим загонять в рай дубиной. Ибо, сколько красивых фраз о «культуре» вы ни сказали бы, обязательный государственный язык сопряжен с принуждением, вколачиванием. Мы думаем, что великий и могучий русский язык не нуждается в том, чтобы кто бы то ни было должен был изучать его из-под палки» 16.
Как это великолепно сказано: «мы не хотим только одного — принудительности». Нигде вы не найдете такой убежденности, не только убежденности в правоте своей позиции, но и в том, что рабочая масса, трудовая демократия неизбежно придут к тому, что мы проповедуем, что нам дорого. Словом, опять черта Ленина — вера в массу, свойственная специфически большевизму. Или: «Мы полны чувства национальной гордости, и именно поэтому мы особенно ненавидим свое рабское прошлое (когда помещики дворяне вели на войну мужиков, чтобы душить свободу Венгрии, Польши, Персии, Китая) и свое рабское настоящее, когда те же помещики, споспешествуемые капиталистами, ведут нас на войну, чтобы душить Польшу и Украину, чтобы давить демократическое движение в Персии и в Китае, чтобы усилить позорящую наше великорусское национальное достоинство шайку Романовых, Бобринских, Пуришкевичей. Никто не повинен в том, если он родился рабом; но раб, который не только чуждается стремлений к своей свободе, но оправдывает и прикрашивает свое рабство (например, называет удушение Польши, Украины и т. д. «защитой отечества» великороссов), такой раб есть вызывающий законное чувство негодования, презрения и омерзения холуй и хам» 17.
Для нас, практических работников на местах, у станков, в таких больших центрах, как Петербург, Москва, Харьков, национальные вопросы не казались актуальными. Острота борьбы с царизмом, его жестокие расправы с революционерами как бы всех уравнивали. Нам казалось, что 80


в области истинно революционного интернационализма мы не отстаем от Ленина, и, однако, это не мешало ему впоследствии сказать: «С красным финским правительством, которое существовало короткое время, мы заключили договор, пошли на известные территориальные уступки, из-за которых я слышал не мало возражений чисто шовинистических: «Там, дескать, хорошие рыбные промыслы, а вы их отдали». Это — такие возражения, по поводу которых я говорил: поскрести иного коммуниста — и найдешь великорусского шовиниста» 18.
Вот именно, интернационализм каждого познается лишь практически, на деле, когда нужно принимать то или другое решение, в котором кровно заинтересованы стороны. Только сейчас, когда пробудились многочисленные национальности, населяющие наш Союз, мы начинаем понимать исключительную трудность провести действительно интернациональную, т. е. соответствующую, помогающую международной революции, линию. И тем вниманием, которое уделял Ленин национальному вопросу, от умелого решения которого в значительной степени зависят судьбы революции, Ленин оказал революции неоценимые услуги.
Завершением творческой деятельности в области применения и углубления марксизма у Ленина является учение о диктатуре пролетариата. По обыкновению к решению вопроса о диктатуре пролетариата Ленин подошел прежде всего с целью отмести все, что прилипало к революционному марксизму и извращало его. Ленин удовлетворил этим насущную потребность русской революции. Вспомните, ведь русская революция шла наперекор, вопреки представлению и желанию всех политических партий, возглавляемых II Интернационалом.
Товарищи, драматические моменты в жизни не столь заметны, как на театральных подмостках, и художники упустили исключительно драматический период. Вспомните, два-три десятка лет общепризнанные вожди вели пролетариат, если не к немедленной победе, то во всяком случае на исключительно грандиозные бои. Чем бы такие бои ни кончились, каких бы жертв они ни потребовали от пролетариата,— все это было бы окуплено и вознаграждено. Европейские рабочие массы в этих боях приобрели бы боевой закал и, говоря словами Ленина, беззаветную преданность в борьбе за коммунизм, волю к победе.
6
М. И. Калинин
81


И все это было потеряно благодаря отвратительной трусости вождей, которые не выдержали картины боевого поля и сбежали, не приняв сражения. Но этого мало. Вожди, бежавшие с поля сражения, переметнулись в лагерь врагов, оказались изменниками. Что может быть отвратительнее? Какой враг мог нанести больший удар в спину революционному пролетариату? Мы, русские рабочие, которые бросали последние резервы в защиту боевой части пролетариата, особенно остро почувствовали этот удар. И лишь закаленная в многолетних боях Российская Коммунистическая партия не дрогнула и под руководством своего гениального вождя твердо и решительно пошла к победе.
Изменники уже давно исподтишка, осторожно, прячась от масс, постепенно подменяли революционный марксизм мещанской идеологией.
И когда один из отрядов международного пролетариата — российский — победил, филистеры закричали «караул», открывши отвратительную травлю, не только опорочивая победу, но и тот строй, который создала победившая русская революция.
Этот строй мы называем переходным периодом диктатуры пролетариата, неизбежным и необходимым для подавления сопротивления буржуазии.
Об исторической неизбежности периода диктатуры пролетариата всего убедительнее говорят следующие слова Ленина: «Главное в учении Маркса есть классовая борьба. Так говорят и пишут очень часто. Но это неверно... Ибо учение о классовой борьбе не Марксом, а буржуазией до Маркса создано и для буржуазии, вообще говоря, приемлемо. Кто признает только борьбу классов, тот еще не марксист, тот может оказаться еще невыходящим из рамок буржуазного мышления и буржуазной политики... Марксист лишь тот, кто распространяет признание борьбы классов до признания диктатуры пролетариата» 19.
В Российской Коммунистической партии нет сомнения в необходимости и неизбежности диктатуры пролетариата для закрепления победы над буржуазной государственностью. До понимания этой мысли у нас выросли беспартийные рабочие и даже крестьяне, которые в понятие о диктатуре пролетариата вкладывают формы Советской власти. Они понимают, что только Советское государство обеспечивает трудящимся классам необходимые им свободы, которых не может им дать ни одна архидемократическая республика.


Основной задачей Коминтерна является объединение пролетариата в сознании необходимости и неизбежности вооруженной борьбы за диктатуру пролетариата, которая одна только обеспечит трудящимся тот политический режим, тот демократизм, при наличии которого они получают возможность идти к коммунистическому строю.
Ленин, Российская Коммунистическая партия ставили и ставят перед собой основную задачу — завоевать коммунистический строй. Все остальные вопросы есть вопросы тактики, выбора оружия, при помощи которого мы приближаемся к заветной цели.
Вопросы союза с крестьянством, национальный, диктатуры пролетариата и вся постоянная обыденная работа Коммунистической партии,— во всем мы должны исходить из одной мысли, что это есть орудия нашей борьбы, и мы их применяем в соответствии с той полезностью, какую они приносят в борьбе за конечные цели. На вас, наследниках Ленина, лежит ответственная обязанность не только сохранить, но и усилить, развить специфические особенности ленинизма — этого лучшего оружия, которое выковано пролетариатом в его борьбе за свое освобождение.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, Т. 1, стр. 517—527.


РЕЧЬ НА VI СЪЕЗДЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ СОЮЗОВ СССР
11 ноября 1924 г.
Товарищи, по поручению правительства Союза Республик и РСФСР приветствую VI Всесоюзный съезд профессиональных союзов. Товарищи, за два года, прошедшие со времени последнего, V съезда профессиональных союзов, рабочий класс Союза далеко шагнул вперед. Увеличилось количество рабочих, участвующих в производстве, увеличилась производительность труда, улучшилась дисциплина. В соответствии с этим увеличился и вырос весь рабочий класс, как водитель революции СССР.
Профессиональные союзы, как производное от рабочего класса, несомненно, пережили, должны были пережить, ту же эволюцию, которая происходит с рабочим классом. Наши профессиональные союзы — это не профессиональные союзы всех остальных государств. Там профессиональный союз является непосредственным защитником рабочего класса. Он сплачивает, организовывает рабочих для специальных целей, для непосредственной защиты интересов рабочего класса. У нас рабочий класс не является равноправной с другими классами силой, или не является одним из тех элементов, которые борются за гегемонию, за захват государственного управления. У нас рабочий класс непосредственно управляет. Он — гегемон и водитель всего. А в соответствии с этим на него возлагаются задачи, помимо тех узких задач, профессиональных, которые вообще ложатся на профессиональные союзы всех других государств. Перед профессиональными союзами наших республик стоит другая задача — управлять государством. Что значит управлять? Это значит — принимать во внимание, сохранять, развивать все элементы, составляющие силу этого государства. И, конечпо, одним из главных элементов, составляющих мощь государства, помимо 84


рабочего класса, является крестьянская масса. И если профессиональные союзы Запада, может быть, до известной степени индифферентны к крестьянству или, во всяком случае, не считают одной из главных обязанностей ставить вопрос об отношении между рабочим классом и крестьянством,— то у нас рабочий класс, будучи водителем нашего Советского государства, должен этот вопрос всесторонне изучать, он должен хранить заветы революции.
Для вас, товарищи, заметна та огромная эволюция, которая произошла по этому вопросу в рядах нашей партии. В рядах нашей партии вопросу о крестьянстве уделяют гораздо больше внимания, чем уделяли раньше. В этом нет сомнения. Я не сомневаюсь, что такое же внимание, такое же увеличение в процентном отношении внимания к крестьянским массам должно быть и в профессиональном движении. Мне кажется, это одна из главных, актуальных задач, которые стоят перед профессиональными союзами. Я скажу прямо: эта задача изо дня в день делается все труднее, делается все сложнее, и в решении ее мы должны проявлять все большую осторожность. Но наши профессиональные союзы всегда нога в ногу шли с партийными организациями, они всегда не только отражали очередные нужды рабочего класса, но и выражали все то главное, все то ценное, все то, что в данный момент практически необходимо для удовлетворения действительных интересов рабочего класса,— не только сегодняшнего дня, но и в отдаленном будущем. Я не сомневаюсь, что и с этим вопросом профессиональные союзы полностью справятся.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 1, стр. 554—555.


О БОРЬБЕ С БЮРОКРАТИЗМОМ
Речь на VI съезде профессионального союза советских и торговых служащих СССР
23 декабря 1924 г.
Товарищи, по поручению Президиума Центрального Исполнительного Комитета Союза Советских Республик приветствую VI всесоюзный съезд советских работников. (Аплодисменты.)
Я пришел сюда, товарищи, не для того, чтобы сказать программную речь, я просто физически не могу вам делать более или менее обстоятельный доклад,— я пришел сюда, чтобы засвидетельствовать вам уважение, внимание советского правительства, чтобы подчеркнуть этим всю важность вашего съезда.
Я думаю, товарищи, что главная задача, которая стоит в данный момент перед советскими работниками, задача, на решении которой съезд должен основательно остановиться,— это вопрос о борьбе с бюрократизмом.
Что значит борьба с бюрократизмом? Борьба с бюрократизмом означает борьбу с механическим, формальным выполнением со стороны работников целого ряда обязанностей. Если рабочий, работник заводской профессии целый ряд манипуляций производит совершенно механически, не вкладывая в них сознания, если он производит эти манипуляции непосредственно, не думая над ними,— то он приобретает целый ряд механических навыков в этой работе. Ценность этой механической, повторяющейся работы в том и заключается, что человек привык инстинктивно выполнять работу.
Вполне естественно, что точно такие же свойства вырабатываются в работе и других, уже не заводских профессий,— в профессии, например, советского работника. Возьмем для примера прием посетителей. У того, кто принимает много людей, приобретается целый ряд инстинктивных навыков, он к разрешению целого ряда вопросов 86


подходит часто не думая, механически. И вот советские работники этого формального, инстинктивного действия и должны по возможности избегать, потому что они имеют дело с живым, в высшей степени разнообразным материалом. Как бы мы ни нормализировали административную и канцелярскую работу, какие бы ни вводили улучшения в смысле ее механизации,— все-таки советская работа, как п работа высококвалифицированного ремесленника, требует каждую данную минуту особого подхода, особой ориентировки. При самом громадном навыке, при самом добросовестном подходе, если вы часто будете злоупотреблять самонадеянностью, что ваш опыт все окупит,— ваши решения, которые вы предварительно не продумали, будут вести за собой ошибки, а следовательно, и бюрократизм. Ибо что такое бюрократизм? Бюрократизм — это такое состояние, когда человек решает вопрос механически, инстинктивно, формально, не входя в существо вопроса.
Мне кажется несомненным, что за эти 7 лет наш советский аппарат в самом широком смысле слова имеет целый ряд в высшей степени ценных приобретений в области навыков, в области специфических особенностей работника, который может решать вопрос, не думая, сразу. Но в соответствии с этим начинает развиваться и бюрократизм. Бюрократизирование не есть злой умысел человека. Конечно, есть люди, особенно к этому склонные (люди вообще разные бывают), у которых есть какое-то особое свойство быстро бюрократизироваться, и есть, наоборот, люди, которые сопротивляются этому или, во всяком случае, с большим трудом поддаются бюрократизации. Но вообще всякий человек поддается формальному влиянию, всякий человек, чем он больше работает на одной и той же административной работе, тем больше он формализирует- ся, т. е., иначе говоря, больше бюрократизируется, и, в конце концов, это ценное приобретение —опыт, привычка схватывать вопрос с налета, привычка над каждым вопросом не проделывать тяжелой предварительной умственной работы (это, конечно, большой плюс),— эта привычка, ценная сама по себе в практической работе — когда она переходит за известный предел,— превращается в свою противоположность. Это, как говорят, например,— человек не умер, а одеревенел, человек превратился в бюрократа.
И вот, мне кажется, товарищи, что эта болезнь — болезнь специфическая, особенно сильна среди советских 87


работников — это есть их профессиональная болезнь. В каждой профессии есть своя специфическая профессиональная болезнь. Несомненно, главная болезнь советских работников,— их профессиональная болезнь — бюрократизация. И главным, мощным борцом с этим бюро- кратизированием, главным лекарством против этой болезни, мне кажется, является общественная работа профсоюзов. Если в других профессиях задача профсоюза заключается в том, чтобы увеличить и поднять культурность членов и их общественность, то в союзе совработников главнейшая задача опирается именно на этот второй пункт — на увеличение духа общественности. Советские работники никогда не должны удаляться от жизни, не должны изолироваться от нее. Советские работники свое свободное нерабочее время должны проводить в такой среде, которая бы парализовала, которая бы являлась противовесом их бюрократизации в области их профессиональной работы.
Я не могу сразу придумать, да и не считаю себя и компетентным в вопросе о том, какими средствами и способами можно бороться с этой основной профессиональной болезнью,— я ставлю этот вопрос только политически. Я нахожу, что в настоящий момент бюрократизация наших советских органов дошла до такой степени, когда эта бюрократизация стала мешать, когда ее вредное влияние стало отзываться и на госаппарате и на политическом состоянии самого населения. И мне кажется, что одним из средств, которые могут серьезно парализовать бюрократизацию, является то, чтобы профорганы советских работников резко подчеркнули, что не население для аппарата, а аппарат для населения. Чтобы каждый совработник осознал, что он является при всех обстоятельствах слугой для населения, что на самые необоснованные требования и претензии, если они не могут быть удовлетворены, отказ должен быть сделан в такой форме, которая ни в коем случае не носила бы неприятного или оскорбительного оттенка.
Наконец, крайне важным является и то, когда человек принимает другого человека или решает дело,— чтобы это решение, если оно не будет окончательное,— не являлось простой отпиской. Мне думается, что одним из мощных условий, вызывающих бюрократизацию нашего аппарата, является желание снять с себя всякую ответствен88


ность. Когда ко мне приходит проситель, то я всегда нахожу у него полсотни бумаг, которые по своему содержанию, форме и существу являются простой отпиской другого человека, который не хочет прямо сказать просителю: «я тебе в такой-то вещи отказываю, потому что получить этого нельзя». Он боится отказать и говорит: «обратись в такое-то учреждение», в то время, как оп великолепно знает, что это учреждение безусловно ему откажет. Вот это я считаю формальным подходом, подрывающим уважение, политическое влияние и удельный вес советского аппарата, а в соответствии с этим и советских служащих.
Заметьте, что недоверие, которое существует у крестьянина или рабочего к канцелярским и вообще административным учреждениям, имеет под собой прочную почву. Это старая история. Старый аппарат приучил крестьянина не доверяться. Приучил этого крестьянина, рабочего, да и обывателя к тому, что к нему невнимательно относятся и аппарат и административное учреждение. Поэтому перед нашими советскими работниками стоит задача не только парализовать бюрократизацию настоящего момента, но еще и восстановить в высшей степени плохую репутацию интеллектуального труда перед широкими трудовыми массами. Это исключительно трудная задача. Мы в наследие от старого режима имеем громадное недоверие. Возьмите хотя бы национальный вопрос. Мелкие национальности не доверяют великороссам. Мы ведем сейчас с этим отчаянную борьбу и постепенно восстанавливаем это доверие. И за эти 7 лет мы основательно уже восстановили это доверие,— уже русское имя, русский язык не являются столь одиозными, нетерпимыми, имя русского не является синонимом кнута, синонимом угнетения. А вот административный персонал в представлении крестьянина, в представлении рабочего, в представлении простого обывателя есть синоним невнимательного отношения к населению, синоним взяточничества. Такое мнение культивировалось в рабочей и крестьянской семье целыми столетиями, и поэтому вполне естественно, что перед вами стоит громадная задача по восстановлению должного уважения к одной из важнейших государственных функций, к одной из важнейших специальностей, ответственных специальностей, где занято свыше полумиллиона, даже около миллиона человек.
89


Вот, с моей точки зрения, основная задача, принципиальная задача и, вместе с тем, политическая задача, которая стоит перед советскими работниками. Если ваш съезд хотя бы одну десятую или даже одну пятидесятую часть этой задачи выполнит, найдет те формы, которые способствовали бы уменьшению бюрократизации, вытекающей из самого вашего профессионального существования, и увеличению авторитета и веса советских работников перед остальным населением, если ваш VI съезд найдет, по крайней мере, дорогу, ведущую к этому,— то я, товарищи, буду считать, что этот съезд выполнил девять десятых той работы, которая ложится на него.
Разрешите же мне и пожелать вам в этом направлении особенно большого успеха. (Все встают и продолжительно аплодируют.)
М. И. Калинин. Избранные произведсии т. 1, стр. 574—578.


ВОПРОСЫ СОВЕТСКОГО СТРОИТЕЛЬСТВА Доклад на III съезде Советов Союза ССР
16 мая 1925 г.
Товарищи! К вопросу я готовился очень основательно (смех, несмолкающие аплодисменты), но когда я вчера прочитал набросанную речь, то я увидел, что се нужно бы совершенно иначе сконструировать (общий смех, аплодисменты) и в совершенно иной форме вам представить. Мысли одни и те же, а форма другая. И если вам покажутся неясными или неубедительными те мысли, которые я буду излагать в докладе, то это не значит, что мысли неправильны, это есть неудачная форма их изложения. (Смех, аплодисменты.) Я думаю, что эта ошибка, может быть, будет поправлена на будущих съездах.
Итак, перехожу к существу самого доклада.
Вопрос, подлежащий вашему обсуждению,— о советском строительстве,— служил предметом особенных забот и глубокого внимания центральных законодательных органов Советской власти.
Не вдаваясь в историю возникновения и развития советского строительства, я укажу лишь, что VII, VIII, IX и X съезды Советов этот предмет подвергли уже значительной дискуссии.
Но как бы высоко ни расценивать постановления, принятые съездами Советов с VII по X включительно, все- таки нужно признать, что они имели в виду работу узко организационного порядка, работу внутри самого советского аппарата, которая охватывала лишь отношение одного исполкома к другому, президиума к пленуму, отделов к президиуму и т. п.
Должен оговориться: хотя в нашей практике как будто очень резко отделяется организационная работа от поли91


тической, но это только кажется, это только обманчивое внешнее впечатление. По существу же говоря, всякая организационная работа есть вместе с тем и политическая.
Конечно, элемент политики существует и во всех решениях от VII по X Всероссийский съезд Советов, но в них она находится еще в зачаточном, неразвитом состоянии.
В настоящий же момент вопросы советского строительства исключительно пропитаны политическим содержанием: они имеют своей задачей не только прямо и непосредственно улучшить ту или другую часть советского аппарата. Нет, в настоящее время под формулой «советское строительство» скрываются отношения города к деревне, рабочего класса к Советскому государству и отношение Коммунистической партии как к рабочим, так и к крестьянам. Сегодня в советском строительстве каждая уже принятая нами административная мера, та или другая организационная перестройка содержит в себе глубокое политическое значение.
Как вам известно, Центральный Комитет создал по партийной линии комиссию по советскому строительству. Затем Президиум ЦИК Союза ССР организовал так называемое совещание с местными работниками по советскому строительству, которое имело две сессии своей работы: первую — с 5 по 7 января и вторую — с 1 по 3 апреля. Совещание было исключительно полно представлено местами и, главным образом, низовыми советскими работниками.
На первой сессии совещания обсудили общий доклад по советскому строительству, заслушали ряд докладов с мест и приняли два проекта — о перевыборах Советов и об укреплении законности, которые в январе же были декретированы как законодательные постановления.
Эти две сессии имели огромное значение для выяснения самого вопроса в центральных органах и для поднятия этого вопроса на местах. Я не буду долго останавливаться на этих совещаниях. Их оценка мною была дана на самих этих совещаниях. Скажу только одно, что товарищ Сталин, который очень внимательно относился к работе этих совещаний, между прочим, мне сказал, что он не ожидал такой зрелости и организационного опыта, которые были проявлены делегатами этих совещаний с мест. Я должен сказать, что действительно вопросы, которые разбирались на этих совещаниях, подвергались удивительно вдумчивому обсуждению и коллективной проработке. Особенность
92


этих совещании в том, что в них чувствовалось коллективное творчество, в них чувствовалось, что каждый участник этого совещания являлся не пассивным участником, а творцом, каждый чувствовал, что он вложил в те проекты, которые вырабатывались этим совещанием, свою частицу. Суть тут не в качестве самого проекта, ибо можпо собрать и тысячу людей и вряд ли что-нибудь можно выдумать, что более или менее неизвестно, о чем не знают другие, но важны именно способ и метод проработки вопросов на этом совещании. На это я особенно указывал, и в этом, мне кажется, самая главная польза этих совещаний. Главный вопрос, который был поднят на этих совещаниях,— это вопрос о так называемом низовом советском аппарате. Но по существу, когда говорят о низовом советском аппарате, не договаривают: называя его так, затемняют основную мысль, что вопрос стоит не о низовом советском аппарате, а о чем-то более значительном — об организации Советской власти на местах.
Организация власти на местах — один из кардинальнейших вопросов советского строительства. Об основных принципах власти — об этом у нас нет спора. Советская форма, общепризнанная, испытанная на опыте в революционный период, в дни величайшей опасности для революции,— она оказалась на высоте положения. Опа дала возможность объединить вокруг Советов все, что есть революционного. В период же мирного строительства, когда крестьянство распылено, когда общие задачи выпадают из его перспектив, заменяясь экономическими, правовыми и культурными нуждами, перед Советами встают огромные трудности. Во-первых, какими целями и лозунгами приковать внимание крестьян к советскому строительству, а во-вторых, какими организационными формами закрепить на более или менее длительный период это внимание?
У наших врагов готов ответ: демократия, свобода печати, расширение начал народовластия. Но ведь как бы снисходительно ни относиться к этим лицемерным в сущности заявлениям, в каком бы развернутом виде ни мыслить буржуазную демократию, в конечном счете, у них принимает участие в управлении небольшое меньшинство, в конечном счете, основная масса населения при буржуазной демократии абсолютно оторвана от управления и в очень малой степени свое положение связывает с существующим строем.
93


Буржуазная демократия, когда-либо существовавшая, для нас, для Советской республики,— пройденная ступень.
Количество рабочих и крестьян, уже участвующих в управлении, влияющих на политику, активно принимающих участие в строительстве Советского государства, конечно, далеко оставило за флагом всякие, как я уже сказал, демократии. Ведь в этом же и состоит сила советского строя.
У нас уже стоит более сложная задача, чем формальная демократия, а именно: спаять существующим строем всю, как рабочую, так и крестьянскую массу в ее повседневной работе и быту, чтобы как рабочий, так и крестьянин были органически слиты с существующей системой.
Как самый благочестивый католик молится, вставая и ложась, глубоко верит в своего бога и значительную часть жизни и даже свою судьбу после смерти связывает с религией, так и нам нужно привязать к Советам рабочего и крестьянина, ибо сила Советской власти заключается именно в рабочем и крестьянине.
Демократизм Советского Союза имеет своеобразные формы. В данный момент мы стремимся его растить в наиболее полном его проявлении. В самом деле, партия направляет исключительную энергию на развитие политического сознания масс, общественной инициативы, стремится привлечь самые широкие рабочие, крестьянские и городские массы в органы управления, эти органы отдать под широкий общественный контроль. Можно смело сказать: ничего аналогичного вы не встретите ни в одном государстве. И вместе с тем у нас Коммунистическая партия является решающей силой в системе диктатуры пролетариата. В данной исторической эпохе пролетарской революции демократия, если говорить о ней без лицемерия, без демагогического обмана масс, может развиваться только в пределах пролетарской диктатуры.
Сама диктатура пролетариата опирается на широкую демократию трудовых масс, в ней она увеличивает свою мощь до пределов, позволяющих победоносно сопротивляться капиталистическому строю.
В капиталистических странах развитие общественности идет стихийным путем по линии классовых соотношений. Каждый класс стремится выравнять политику по ин94


тересам собственного класса. В Советском Союзе власть взял рабочий класс. Но политика, соответствующая интересам этого класса в целом, совпадает с интересами большинства населения.
Преимущество рабочего класса, преимущество диктатуры пролетариата перед всеми диктатурами в том, что она защищает основные интересы большинства населения от покушающегося на эти интересы меньшинства.
Из существа советской системы, из понимания советской демократии неизбежно вытекают и методы, которыми должна разрешаться проблема советского строительства сегодняшнего дня; разрешение этого вопроса должно производиться на базе основных начал Советской власти, на базе укрепления диктатуры пролетариата. Новые же организационные формы советского строительства должны заключаться, с одной стороны, в развитии самодеятельности широких масс населения — рабочих и крестьян, в вовлечении их в советскую работу и, во-вторых, в улучшении и развитии самой системы Советов. Живое творчество масс — вот основной фактор новой общественности,— сказал Ленин в ответ на запрос левых эсеров. «Нельзя же при помощи партийных организаций победить старыми бюрократическими приемами безграмотность,— говорил Ленин на московской губпартконференции в 1920 г.— Каким же иным способом можно прекратить бюрократизм,— продолжал он,— как не привлечением рабочих и крестьян?» 20.
Следует помнить, что предпринимаемые меры по улучшению работы Советов могут дать свои результаты лишь при условии самодеятельности и активной работы в органах Советской власти самих трудящихся. Улучшение же работы Советов должно идти по линии исправления тех недочетов, которые обнаружились на практике, на которые указывают места — рабочие и крестьяне.
Перехожу к существу повестки дня по советскому строительству и предлагаемому вниманию съезда проекту резолюции по этому вопросу.
В первом пункте своем резолюция говорит о необходимости улучшения работы Советов. После бурного революционного периода наши Советы до известной степени оторвались от масс. Конечно, товарищи, мы, как и всегда, каждое положение любим особенно заострять. Когда я говорю, что оторвались, то это надо понимать в нашем смысле слова. Мы понимаем это так, что они имеют 95


тенденцию к отрыву, в то время как у нас все стремления еще больше их связать.
В резолюции мы указываем, что продолжающееся развитие производительных сил требует параллельного усиления хозяйственно-культурной работы Советов, что эта работа сейчас делается ударной и Советы должны овладеть и руководить ею. Эту очередную, имеющую исключительное значение задачу Советы могут выполнить, лишь привлекая к советской работе широкие слои трудящихся.
По целому ряду условий в Советах наблюдается ряд нежелательных, вредных сторон и прежде всего — недостаточно широкое вовлечение трудящихся, в особенности женщин и в особенности в наших автономных республиках, областях и на окраинах Союза. Замечаются умаление роли Советов как органов подлинно народной власти, подмена их персонально председателями исполкомов, в то время как деятельность Советов всегда должна носить коллективную форму.
Низведение Советов до роли учреждения, регистрирующего готовые решения, является наиболее опасным и вредным явлением, отталкивающим массы от Советов и тем самым уничтожающим настоящую ценность советской формы власти: административный произвол, нарушение или игнорирование общереспубликанских законов в целях «местной целесообразности», пренебрежительное отношение к просителю, бумажная отписка, волокита и т. д.
Отмечая эти явления, резолюция вместе с тем указывает, что Советская власть систематически борется с этими болезненными явлениями, но эта борьба должна быть усилена. В этом же разделе предлагается съезду одобрить постановление совещания по советскому строительству.
Второй пункт резолюции говорит о выборах в Советы. Несомненно, в последнюю избирательную кампанию мы сделали значительный шаг вперед,— я имею в виду не только значительное увеличение процента участвующих лиц на перевыборах, но и главным образом изменение формы выборов. В последние годы выборы во многих местах утратили характер политической борьбы. Ячейки партии, комсомола, исполкомы иногда проводили кандидатов не идейным завоеванием большинства голосов, а теми или другими механическими манипуляциями — искусственной затяжкой собрания, исключением из списка избирателей 96


неугодных лиц под видом кулаков и т. п. Все это приводило к отрыву масс от Советов, к абсентеизму в избирательных кампаниях, к усвоению рядовым крестьянством мысли, что, какое бы горячее участие оно не приняло в выборах, все равно коммунисты пли комсомол проведут своих.
Вы знаете, что в настоящем году был целый ряд кассаций выборов. Там, где в выборах участвовал небольшой процент населения, были назначены перевыборы. Здесь мы должны еще проделать огромную работу по воспитанию рабоче-крестьянских масс и по воспитанию руководителей общественно-политической жизни на местах. Выборы являются, пожалуй, самым главным фактором воспитания в нашей политической жизни, когда мы можем приковать внимание самых широких рабоче-крестьянских масс к советской государственности.
Вы сами знаете: отечество наше огромно. В Советском Союзе целые миллионы крестьян распылены на огромных расстояниях и по самым медвежьим, непроходимым местам Советского Союза. Несомненно, сама крестьянская работа, отдаленность от центра, повседневный тяжелый труд, плохое материальное обеспечение и некультурность заставляют широкие круги рабочих п крестьян забывать о государственности и целиком замыкаться в свою работу. И вот период выборов является тем моментом, когда перед нами стоит задача вскрывать скорлупу домашнего быта, вытягивать из этой скорлупы крестьянина, крестьянку, рабочего-железнодорожника, заброшенного на глухой станции, и приобщать их к советской государственности.
В Советском государстве, которое мы строим, в Советском государстве, которое подвержено всяким опасностям, мы не можем себе позволить той вольности, чтобы рабочий и крестьянин замыкались и не интересовались государственностью. Недаром и партия, и сама Советская власть употребляют огромные усилия для привлечения рабочих и крестьян к органам власти. Поэтому я и говорю: несомненно, период выборов является тем моментом, к которому мы должны приковать внимание; этот момент такой же, как для христианина христов день: он забывает все домашние дела и общается с религией. Так и для нас должен быть праздник, когда рабочие и крестьяне забывают все домашние дела и посвящают себя целиком общественности.
7
М. И. Калинин
97


Но для того чтобы посвятить себя целиком общественности, надо, чтобы крестьянин чувствовал, что это день праздника, что он творит, что он участвует в процессе выборов, что он влияет на ту или другую сторону дела. И когда вы учтете это, вам будет понятен целый ряд мер, предлагаемых в резолюции о проведении выборной кампании, где была бы полная гарантия всем трудящимся, участвующим в выборах, от каких-либо произвольных распоряжений, неправильного лишения их избирательных прав и пр.
Надо сказать, что у нас в целом ряде мест есть случаи, когда товарищи, которые хотят провести тот или другой список, вместо того чтобы выступить с открытым забралом — ибо, что может быть благороднее тех целей, к которым стремится Советская власть,— не делают этого. Если иногда мы и ошибаемся, если в наших рядах имеется тот или другой злонамеренный или эгоистический элемент, то это только отдельные единицы, а ведь в целом-то у нас единственные во всем мире цели, цели благородные: добиться освобождения рабочих и крестьян от старого рабства и кабалы. Какова бы ни была критика, которую встретит избирательный список, эта критика может быть направлена только против отдельных людей: она не может быть направлена против нашей программы и не может быть направлена против наших целей. И поэтому надо завоевывать голоса не различными манипуляциями, как затяжка собрания или отвод под видом кулака того или другого неугодного кандидата и пр., а надо вести кампанию борьбы за свои идеалы, за свои принципы.
И вот резолюция в 5-м пункте о выборах, указывая целый ряд недостатков, вместе с тем указывает и те пути, по которым должны идти как наши местные органы власти, так и все те общественные работники, которые работают на местах. Для того чтобы поднять авторитет Советов, сделать Советы органами чаяний и надежд рабочего класса и крестьянства, для того чтобы их полностью сроднить, выборная кампания должна быть проведена со всем искусством, на которое способна наша партия. Там должны быть выявлены идеалы нашей партии, там должно быть скрещено оружие с теми элементами, которые по своему незнанию и недоверию к тем целям, к которым мы стремимся, иногда выступают против нас. Мы должны завоевать пх не какими-нибудь манипуляциями, а мы дол98


жны выставить им преимущество тех целей, к которым мы стремимся, и преимущество той программы, которую мы выдвигаем.
Третья часть резолюции говорит о вовлечении в управление широких рабочих масс. Если мы проведем выборную кампанию по всем правилам искусства (а это значит привлечем максимальное количество рабочих и крестьян, это значит, что мы дадим почувствовать каждому рабочему и крестьянину, что он является полноправным гражданином советских республик, что он выбирает орган власти, что эти органы власти подконтрольны и подотчетны ему),— если мы все это проведем, для нас этого еще недостаточно, это есть только первая ступень общения широких рабоче- крестьянских масс с Советами.
Следующая ступень — это вовлечение отдельных выдвигающихся даровитых лиц и целых категорий лиц в работу Советов. Если в буржуазных республиках после выборов все кончается, если после выборов никакой демократии нет, а действует бюрократический аппарат, то у нас выборы есть только первая ступень и после выборов идет дальнейшее внедрение советского строя, советских принципов в рабоче-крестьянские массы. В чем состоит это внедрение? Во втягивании рабоче-крестьянских масс, пе только партийных, но и беспартийных, в советский аппарат.
Мне хотелось бы, далее, обратить ваше внимание на столь с внешней стороны безобидное явление, как систематическое стремление мест увеличивать число своих делегатов на съезд свыше полагающейся губернии нормы, к непрерывному увеличению числа членов исполкомов, ЦИК, исходящее не из интересов деятельности этих органов, но идущее навстречу удовлетворению претензий соответствующих учреждений, тех или других общественных и профессиональных групп,— одним словом, из частных, привходящих нужд момента.
Такие явления лучше всего иллюстрируют, что в глубокие толщи, в советскую и партийную общественность, еще слабо проникло сознание об исключительной важности выборов в Советы, не проникло сознание, что моменты выборов это есть моменты, когда наиболее ярко должна проявляться пролетарская демократия. Диктатура пролетариата нуждается в поддержке широких — и не только чисто пролетарских — трудовых масс, а 99


такая поддержка может быть оказана полностью лишь тогда, когда массы почувствуют себя участниками советского строительства, когда почувствуют, что власть получила полномочия и от них.
Пунктуальное соблюдение конституционных выборных форм, максимальное привлечение к выборам населения, понимание партией и рабочим классом, что выборы являются на данной ступени нашего развития почти самой серьезной политической кампанией по сближению рабочего класса с крестьянством, сделают свое дело, и каждая выборная кампания будет поднимать все новые пласты населения и втягивать их в строительство Советского государства.
Третий пункт резолюции указывает пути и способы вовлечения рабоче-крестьянских масс в органы управления Советской власти. Я уже сказал, что успокоиться только на хорошо проведенной выборной кампании нельзя. В капиталистических странах цель выборной кампании — надуть широкие народные массы, провести своих ставленников в парламент. С окончанием выборов оканчиваются и рекламируемые обещания партии до новых выборов. Выборы в буржуазных странах — один из способов обмана народа, один из способов удалить подальше от власти народ. Советская власть сама является продуктом деятельности народных масс, ее сила и будущее заключаются в мощи рабочих и крестьян, в их политической зрелости. Вполне естественно, что она стремится расширить и укрепить советскую демократию, находящую наиболее яркое проявление в выборной кампании путем привлечения и выдвижения наиболее даровитых крестьян, рабочих и деревенской интеллигенции в органы Советов.
Привлечением в органы управления выдвиженцев из масс мы, во-первых, приближаем эти органы к массам, в особенности это касается беспартийных. У людей, только что пришедших из деревни, с фабрики, еще свежи впечатления деревни, впечатления фабрики; у них еще сильны нити, связывающие их с выдвинувшими их на поверхность массами. Во-вторых, они являются новыми, свежими людьми, не зараженными рутинными канцелярскими навыками. Вполне естественно, что у них наиболее сильно желание принести своей работой наибольшую пользу народу. И наконец, мы таким путем сближаем 100


советские органы с массами, ставим их как бы под большее воздействие масс. Конечно, здесь есть много неудобств: новые пришельцы иногда слабо оценивают предшествующую работу, не понимают вполне ценности налаженного аппарата, но все эти неудобные для практической очередной работы стороны сторицей покрываются вышеприведенными плюсами.
Указанный пункт резолюции дает целый ряд практических указаний по развитию связи Советов как непосредственно с населением, так и с общественными организациями. Я пропускаю их в надежде, что на них более детально остановятся принимавшие очень деятельное участие в разработке вопросов советского строительства товарищи, которые будут выступать в прениях.
Четвертый пункт резолюции говорит о проведении твердой революционной законности. Печать этому вопросу уделяла в прошлом, уделяет и сейчас значительное внимание. В совещании по советскому строительству он подвергся основательному обсуждению, в результате которого был принят проект постановления об укреплении революционной законности. Несмотря на столь основательную предварительную разработку данного вопроса, уже проведенного в известной степени в жизнь, мы все-таки считаем необходимым и своевременным, чтобы именно по этому пункту сказал свое властное и высокое слово Всесоюзный съезд.
Если для сознания и слуха делегатов съезда эти мысли и директивы не новы, то для жизни они еще полны значения. Укрепление революционной законности потребует очень больших усилий советских, партийных, общественных организаций, содействия широких слоев населения Союза (на что и указывает резолюция) и, вероятно, очень значительного времени, измеряемого, во всяком случае, годами. Внедрение законности означает поднятие культурного уровня масс, ибо лишь культурные рабочие и крестьяне будут настойчиво добиваться восстановления своих прав, неграмотный же бедняк слишком занят необходимостью заработать себе пропитание тяжелым трудом,— ему не до восстановления прав.
Укрепление законности повышает культурность населения, его правосознание. Многие думают законность утвердить циркулярами, строгими административными мерами и т. д. Я не отрицаю известного значения таких 101


мер, но было бы наивно думать, что только ими можпо ее внедрить. Достаточно вспомнить, что в нашей стране в прошлом законность никогда не занимала почетного места. Существовали полное бесправие масс, безнаказанность дворянства, а потом и капиталистов, общепризнанное взяточничество чиновников и полный административный произвол местной власти над податным населением. И так ведь продолжалось не годы, не десятки, а сотни лет. На такой почве хищничества сильных при полном бесправии слабых создалось и росло правосознание народа. Само собой понятно, что у нас никакого уважения к праву и к закону в народе не было и не могло быть. Закон был законом, а жизнь шла у нас своим путем.
Было бы слишком самонадеянно и неправильно, если бы мы думали, что за годы революции мы далеко ушли в этом отношении от дореволюционного периода. Конечно, у нас очень выросло чувство самодостоинства в массах. Рабочий, крестьянин, городской обыватель сейчас куда более ревнив, чем это было до революции, к нарушению его прав. Это — бесспорное положительное завоевание революции. Но параллельно с этим война и гражданская борьба создали громадный кадр людей, у которых единственным законом является целесообразное распоряжение властью. Управлять — для них значит распоряжаться вполне самостоятельно, не подчиняясь регламентирующим статьям закона.
Из каких бы предпосылок ни исходить, но больше государство не может управляться на основании доверия масс к тем или другим лицам. Что качество руководителя имеет громадное значение, в этом нет сомнения, это само собой очевидно. Но при всех прочих равных условиях наиболее нетерпимым управлением является управление по усмотренпю, управление, переданное в личное распоряжение, как бы ни была мала эта власть в данном лице.
Вот почему, между прочим, в этом пункте резолюции говорится об ограничении административной власти. Административное распоряжение основывается в значительной степени на личных качествах администратора. Примерно, если сам администратор любит ездить быстро, то он будет более терпимо относиться к нарушению правил езды; еслп он противник алкоголя, от него после102


дуют наиболее жесткие кары против нарушителей правил распития опьяняющих напитков и т. п.
Сущность зла в праве администратора; не в злоупотреблении людей только этой властью, а в том, что такая власть по вполне понятным причинам приобретает черты самого администратора, что, разумеется, не может соответствовать пли совпадать с настроением большинства жителей данной местности. Потому-то административная власть и дается в значительных размерах лишь при обстоятельствах чрезвычайных, где должно проявиться максимальное единство воли: например, в военное время командующий наделяется исключительными полномочиями.
Управление на основании свода законов при всех других равных условиях должно дать наиболее благоприятные результаты.
Главные возражения против этого: во-первых, что основная масса населения совершенно не имеет понятия о существующих законах, и, во-вторых, сложность жизни и умение преступного элемента так обходить статьи закона, что судьи не в силах применить необходимую кару за преступление.
Безусловно, эти возражения в значительной степени верны. Но и при этих условиях я все-таки стою за минимальное применение административного права: только в исключительных условиях и только на определяемое вперед время. Кара, наложенная судом, теряет личный характер; подвергшийся этой каре, хотя бы он и не знал до суда статьи закона, все же эту кару воспринимает как возмездие за нарушение общепризнанного закона, зная, что его карает не судья, не то или другое административное лицо, а безличный закон, за которым стоит все советское общество. Как бы подсудимый ни был отрицательно настроен к закону, к суду, у него все же остается сознание, что он является сам виновником постигшей его кары.
Не могу также обойти молчанием указания в резолюции об ограничении конфискации имущества по суду, продажи имущества за неуплату налога и т. д. Смотрите в резолюции. Это предложение имеет огромное принципиальное значение. На основании виновности подсудимого конфискуют все его имущество, а между тем очень часто у него остается семья, состоящая из жены и детей. Закон карает только виновника, тогда как тяжесть 103


репрессии всей силой обрушивается и на его семью, совершенно не повинную в данном преступлении. Наши революционные законы, вообще говоря, суровы; им же соответствуют и суровые органы. А все это соответствует настоящему жестокому времени борьбы нового мира за право на свое существование и развитие.
Но я думаю, что наступает полоса, когда в области суда мы должны внести некоторые смягчения. Степень наказания не может стоять на одном месте. Она развивается параллельно развитию данной государственности. Государство заинтересовано не только в возмездии нарушителю закона, айв уменьшении караемых нарушений, в исправлении виновников, и, наконец, оно, карая виновника, стремится максимально предохранить от этой кары невинных.
И вот предполагаемое ограничение конфискации имущества по суду и есть первая попытка предохранить невиновных членов семьи от тяжести конфискации, что безусловно выгодно и государству, ибо оно предохраняет от полного разорения, от превращения в нищих семьи подсудимых.
Я должен еще сказать несколько слов по отношению к суду. Если я говорил о выдвижении в Совет, то и относительно суда нужно сказать то же самое. Суд — это один из могучих факторов культурного и политического воспитания. Я думаю, что в значительной степени крепость буржуазного общества основана и на том авторитете суда, который буржуазный, классовый, безусловно антирабочий суд сумел внушить рабочему классу, несмотря на свою классовую сущность. Он внушил это благодаря умелому проведению своей судебной политики.
Товарищи, в наших руках судебная политика — могучий фактор проведения культуры, законности, гражданского самосознания среди граждан Советской республики. Она — один из могучих рычагов строительства Советского государства, и мне хотелось бы указать, что и в этой области нужно выдвигать вновь нарастающие талантливые элементы как среди партийных, так, в особенности, среди непартийных, ибо суд также должен расти вместе со всем обществом и в нем должно выявляться то новое правотворчество, советское правотворчество, пролетарское, которое вырастает среди рабочего и крестьянского класса. Решение суда, каждое решение 104


суда, товарищи, с внешней стороны, может быть, незначительное, имеет, однако, глубокое политическое значение. И чем больше решение суда соответствует сознанию крестьян и рабочих, чем оно больше совпадает с сознанием масс и взглядом рабочих и крестьян на степень наказания, т. е. что вот за это преступление виновный должен потерпеть такое-то возмездие,— если это решение совпадает с мнением рабочих и крестьян, то в этом и состоят душа и сила суда. Задача суда — никогда не отрываться от масс, а всегда идти с массами и, учитывая их пожелания, изменять соответствующие кодексы, соответствующие статьи законов.
Пятый пункт резолюции говорит о защите национальных меньшинств. Конечно, наша национальная политика, в общем и целом, есть самая справедливая и верная политика, которая объединяет все нации. Но к нам все-таки поступают нарекания со стороны национальных меньшинств, говорящие о случаях притеснения, нажимов, о некотором невнимании к интересам национальных меньшинств.
У меня целый ряд этих фактов в портфеле. Я их но оглашаю только потому, что если я оглашу данные, касающиеся пары республик, то все подумают, что только в этой паре республик есть невнимательное отношение к национальным меньшинствам. Я должен сказать, что этим страдают все республики в Советском Союзе, начиная с РСФСР и кончая самыми маленькими.
Наша резолюция дает только принципиальное указание на необходимость устранения недочетов. Но я думаю, что товарищи на местах учтут это; они поймут, что мы должны беречь не только те народности, которые по своей численности уже являются республиками, а у нас есть республики, которые насчитывают у себя не более 200 тысяч жителей,— значит, вы видите, что более или менее у нас гарантированы все народности.
Но все-таки в каждой республике у нас есть и свои национальные меньшинства. Достаточно вам привести такой пример: в РСФСР, вероятно, есть от 3 до 5 млн. украинцев; на Украине, вероятно, есть от 3 до 5 млн. русских. Вы видите, как перемешано, как перетасовано наше население. И беречь, относиться чутко к меньшинству, находящемуся в республике,— это все равно, как, представьте, вот у родной матери есть родная дочь и 105


есть падчерица; очень мало матерей, очень мало таких, которые умеют так поставить, что падчерица не замечает разницы. Это очень трудная вещь. У нас около 30 матерей, у всех этих матерей есть огромное количество «падчериц», а в том числе и у РСФСР. Я бы хотел, чтобы съезд Советов указал, что падчериц у нас нет. Это есть родные дочери, имеющие все права на любовь матерей. (Аплодисменты.)
Я бы хотел еще остановиться на последнем абзаце резолюции — на вопросе о критике. Сущностью нашего строя и его необходимой принадлежностью является, конечно, право критики. Надо сказать (я говорю не о буржуазной критике, а о нашей), что в этой области у нас сделано очень мало. У нас все за полную критику, но чтобы эта критика... не касалась его. Если мы сейчас вот здесь голоснем, то все голоснут за то, чтобы была полная критика, а если эта критика коснется какого-нибудь деятеля или учреждения, то они всегда встают на дыбы, а между прочим критика нам необходима, и не только в вопросах государственного управления, а и управления каждым учреждением. Ведь в самом деле, глава каждого учреждения руководит им в целом, а на каждую деталь уделяет только такую часть, сколько у него деталей. Если у него сто деталей, то на каждую деталь — одну сотую внимания. А что большей частью критикует критик? Он критикует только одну сторону. У критика внимание обострено на каком-нибудь одном явлении этого учреждения, на одной ненормальности, и когда критик показывает ненормальности, он этим самым заставляет обратить на это внимание руководителя учреждения, он заостряет на этом внимание самого руководителя учреждения.
Но у нас очень часто критику смешивают с критиканством. Конечно, не о буржуазной критике я говорю. Мы всегда найдем способ бороться с буржуазной критикой. Буржуазная критика преследует цели дискредитации советского строя. Как бы ни была умеренна по форме буржуазная критика, сущность этой критики заключается в том, чтобы посеять недоверие, в том, чтобы дискредитировать, в том, чтобы доказать полную безнадежность советского строя. Вот в чем сущность буржуазной критики. Наша же внутренняя, собственная критика основана на желании улучшить учреждение. Но 106


вместе с тем часто бывает критиканство: это когда один хочет подсидеть другого, когда человек, критикуя, хочет другого дискредитировать и завоевать его место. Затем, очень часто критикуют неосновательно. Но, несмотря на все те отрицательные стороны, которые я вам привел, все-таки, безусловно, критика является необходимой. Она направляет внимание на больные места, она сигнализирует руководителю о том, куда он обращал до тех пор особенно мало внимания. Поэтому у нас введен пункт, где говорится о том, чтобы крестьяне и рабочие не только принимали участие в выборах в Советы, чтобы они не только выдвигались после выборов в Советы, но чтобы они никогда не упускали из своего поля зрения работы соответствующих учреждений сверху донизу, чтобы они своим критическим подходом способствовали улучшению как советского, так и всех других аппаратов.
Товарищи, в заключение я хочу кратко формулировать все основное, что предлагает наша резолюция. Наша задача в области советского строительства — улучшить Советы через непосредственную творческую работу их. Во-первых, добиваться этого правильными выборами в Советы, во-вторых, через укрепление революционной законности, в-третьих, через самое активное участие рабочих и крестьян как в советской работе непосредственно, так и в надзоре за работой Советов.
Этот вопрос в данный момент является одним из актуальнейших вопросов политики дня. Успех тех мероприятий, которые мы предлагаем в своей резолюции, будет во многом зависеть от того, насколько вы внимательно отнесетесь к этим предложениям и насколько глубоко вы их проведете на местах в жизнь. (Аплодисменты.)
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 1, стр. 659—676-


ТОВАРИЩАМ ПО РАБОТЕ
Речь на торжественном заседании коллектива РКП (б) ЦИК СССР и ВЦИК по случаю 50-летия М. И. Калинина
20 ноября 1925 г.
Товарищи! Я хотел бы остановиться только на некоторых моментах, которыми я руководствуюсь в своей работе.
Надо сказать, что наша партия уделяет огромное внимание и придает огромное значение аппарату. Никакое дело не может быть серьезно выполнено и в особенности закреплено, а затем проконтролировано без аппарата. Всякая серьезная работа возможна только при соответствующем аппарате.
Задача товарищей, стоящих во главе Всесоюзного и Всероссийского Центральных Исполнительных Комитетов, взять правильную линию, намечаемую Коммунистической партией. В основе политическая линия намечается Центральным Комитетом нашей партии. Наша цель, наша задача — практически правильно провести в жизнь эту линию, чтобы получить наилучшие результаты.
Но если бы мы не опирались на твердый, умелый и беззаветно преданный аппарат, наша работа пошла бы впустую. Если есть какие-либо результаты нашей работы, то постольку, поскольку вы правильно работаете и понимаете важность той работы, которая возлагается на вас. Без вас, без чуткой работы аппарата все прекрасные слова остались бы только прекрасными словами.
И поэтому мне, конечно, стыдно, когда при наступлении 51 года (не особенно приятного по исчислению) мне, отдельному человеку, приписывают большее значение, большую работу, чем это есть по существу. Эта работа и то значение, которое приписывается отдельным лицам, стоящим наверху, по существу распределяется на всех работников. Конечно, руководить аппаратом вообще 103


очень трудно, но еще более трудно заставить себя беззаветно работать.
Какими же основными принципами я руководствуюсь в своем подходе к ближайшим сотрудникам? Прежде всего я стремлюсь дать максимум свободы, максимум самодеятельности, максимум инициативы каждому работнику в аппарате. Для меня безразлично, является ли он курьером или заведующим отделом. Для меня это не имеет значения. Если у заведующего большим нашим отделом должны быть соответствующая автономия и инициатива в его работе, то автономия и инициатива должны быть также и у курьера в том круге работ, который очерчивается его обязанностями.
Затем я вполне доверяю работникам. Я считаю, что без доверия и инициативы, как бы ни было мало дело, которое работник выполняет, без этих двух элементов ему будет трудно это дело выполнить. Он невольно механизируется на этом деле. Для того чтобы он чувствовал соответствующую ответственность, для того чтобы он сознавал соответствующую задачу, я оказываю работнику доверие.
Наконец, когда человек ошибается и эта ошибка его мучает, я стремлюсь его поддержать. Если же он этой ошибки не сознает или к ней индифферентен, я жесток и караю, если он виноват. Когда работник сознает ошибку, то, чтобы ошибка не парализовала его работу, его работоспособность, я стремлюсь работника поддержать. Ошибка на иных не действует, а других парализует, выводит из строя.
В своей служебной работе я отбрасываю личный элемент — антипатию или симпатию. Как бы мне лично ни был неприятен человек, но если я понимаю, что он для дела нужен, если он не совершил особых проступков, я всегда стремлюсь откинуть личный элемент. Я считаю, что вводить это в служебные отношения, в особенности элемент антипатии,— самая дурная административная сторона.
Мне кажется, что наша совместная многолетняя работа оправдывает те моменты, о которых я говорил. От них зависят результаты работы аппарата. Результаты, которые имеются у нас, до известной степени положительные. Я считаю, что всякий администратор обязан делать то же.
109


Если вы заметите и укажете, что нужно ввести еще какой-нибудь основной момент в наш обиход, я буду очень рад и с удовольствием приму указания. Никогда ничего в методах и формах работы нет постоянного и вечного. Я сегодня придерживаюсь одной мысли, но если вы мне докажете, что она ложна, мы ее отбросим и заменим новой.
Наши сотрудники работают беззаветно, когда это требуется, и на простой, обыденной, скучной, механической работе. А главное геройство состоит у человека именно в том, чтобы он умел выполнять будничную работу, ибо праздничную, яркую работу легко выполнять беззаветно всякому.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 1, стр. 705—707.


ИЗ СТАТЬИ
«ЧТО ДЕЛАЕТ СОВЕТСКАЯ ВЛАСТЬ ДЛЯ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ДЕМОКРАТИИ»21
Октябрь 1926 г.
По существу говоря, можно бы заглавие перевернуть: «Чего не делает Советская власть для осуществления демократии», ибо все, что бы ни делала Советская власть, есть осуществление или укрепление демократии, ибо все, что укрепляет Советскую власть как таковую, своим следствием укрепляет и демократию.
Впрочем, сначала условимся, что надо понимать под словом «демократия».
В Америке под флагом либералов и демократов скрываются самые отчаянные реакционеры, защитники наиболее организованной и эксплуататорской буржуазии. Для них свобода, демократия означает освобождение эксплуатации рабочих от всякого государственного ограничения.
В Англии, в стране якобы действительной свободы, за последнее время происходили судебные процессы коммунистов22, где с необычайной яркостью выявляется, что английский демократизм возможен лишь в пределах английской консервативной мысли. Всякий же, выступающий активно против настоящего империалистического строя Англии, хотя бы без оружия в руках, подлежит тюремному заключению. Хотя тюремное заключение я не считаю наиболее сильным оружием против активной деятельности политических партий, но оно лучше всего иллюстрирует их правовое положение. Главная враждебная сила, мешающая практической деятельности хотя бы Английской коммунистической партии,—это могучее влияние на весь английский быт крупного капитала.
Представьте себе практическую деятельность коммунистической партии в Великобритании: печатание прокламаций, воззваний, газет, книжек возможно только в типографии владельца-капиталиста, квартира штаба партии 111


находится в доме владельца-буржуа и т. д. и т. д. Всюду сопротивление отчаяннейших врагов коммунизма, которые и за страх и за совесть считают своим святым делом вредить коммунизму.
В совершенно противоположных условиях находятся консерваторы, вообще реакционеры. Их сторонники вербуются преимущественно среди имущих, среди собственников — от рестораторов до владельцев земельных участков включительно. Ясно, что их деятельность здесь находит решительную поддержку. От молитвенного дома до свободного от застройки участка земли — все предоставляется к их услугам. К этому надо добавить явно и тайно сочувственное отношение органов правительства, в руках которого сосредоточены огромные материальные и денежные средства.
И после всего этого говорят, что если сравнить условия политической борьбы для консерваторов и коммунистов, то эти условия одинаковые: в свободной, в глазах обывателей всего мира, самой свободной стране в мире, в Англии — лицемерие и лицемерие, полный и возведенный в систему обман рабочих. Никакой свободы и в особенности политического равенства я здесь не вижу, этого не было и нет.
А ведь под демократией — даже буржуазной,— по крайней мере, хоть формально, подразумевается (конечно, обывателями) возможность для народных масс легально отстаивать свои интересы. «Право» есть, но воспользоваться им рабочий не может. Если же рабочие массы начинают систематически пользоваться своим «правом», оно немедленно отнимается верхушечными классами. Наглядным примером этому является упомянутый выше судебный процесс английских коммунистов.
Но все-таки, что же сделала Советская власть, режим диктатуры пролетариата (одно название «диктатура» вгоняет в пот благонамеренного обывателя-буржуа) для осуществления демократии, действительной демократии, а не буржуазной, не в кавычках? Иначе говоря, какими возможностями Советская власть наделила широкие массы рабочих, крестьян и городской бедноты в области защиты их кровных интересов? Каждый политический шаг Советской власти исходит из положения — поднять, укрепить угнетенные и обездоленные массы трудового населения. Я остановлюсь на нескольких выполненных Совет112


ской властью задачах, хотя бы в хронологическом их порядке.
Первыми актами Советской власти было: прекращение империалистической войны, аннулирование тайных хищнических договоров, конфискация всей помещичьей земли и бесплатная передача ее народу. Пройду мимо первых двух; мне кажется, нет основания доказывать их демократичность. Остановлюсь на последнем.
Пусть мне укажут в истории хотя один законодательный акт, который бы наносил по помещичьему, самому реакционному классу, столь жестокий удар, как конфискация земли. Передача всей помещичьей земельной собственности трудовому народу бесплатно,— разве это пе является действительным укреплением народовластия, демократии? Представим конфискацию всей земли у английских лордов или конфискацию громадных имений германских аграриев. Разве эта мера не была бы революционной и разве она не укрепила бы значительно германскую или английскую демократию? Но ведь мы не ограничились только землей, а конфисковали все фабрики, заводы и вообще все крупное частновладельческое имущество, которое полностью передано в руки рабочего государства. Ведь это значит, что мы лишили крупных собственников главной основы их засилия и господства — капитала.
Что же, такие меры укрепляют демократию или разрушают ее? Только лакеи буржуазии и злейшие враги народа, в какие бы народнические мантии они ни рядились, могут отрицать демократичность вышеприведенных мер.
В Советском Союзе юридически и, насколько это возможно, практически проведено полное равенство полов. Женщина у нас действительно сравнялась во всем с мужчиной. Покажите хоть одну самую демократическую страну, где бы женщины имели равные права с женщинами Советского Социалистического Союза? И это ведь не слова, а действительно так: в нашем Центральном Комитете партии имеются женщины, в ЦИКах Союза и республик тоже имеются, в Совнаркоме имеются, в президиуме ВЦСПС имеются и т. д. и т. п. Мы разрушили святое святых буржуазии. В дипломатии в качестве полномочного министра и посланника СССР работает женщина. Но если бы меня спросили, а существует ли действительно полное равенство между женщиной и мужчиной в Союзе, то я бы сказал: фактически, конечно, еще полного равенства нет. Оно 8
М. И. Калинин
ИЗ


может быть только в развитом коммунистическом обществе, до которого еще нам очень и очень далеко...
На изжитие современного положения женщины потребуется очень значительное время. И вот в Советском Союзе принимается целый ряд мер к ускорению приближения момента полного равенства между мужчиной и женщиной. Я допускаю, что, может быть, здесь мы в чем-нибудь и ошибаемся в частностях, но для меня не подлежит никакому сомнению, что ни одно государство не делает столько, как Советский Союз, для наделения женщин такими правами, которые бы давали возможность ей реально сравняться с мужчиной. Достаточно напомнить трехмесячный отпуск с полным содержанием при родах, или обсуждение на последней сессии ВЦИК кодекса законов о браке. Весь спор вокруг кодекса велся и ведется сейчас, как лучше обеспечить женщину. Я спрашиваю, что это? К чему это ведет — к укреплению демократии или ее ослаблению?
Возьмем национальный вопрос, вокруг которого более чем где-либо сплетен клубок коварства, лжи и лицемерия среди настоящего буржуазного, так называемого «демократического» общества. Когда тащиди миллионы рабочих и крестьян на мировую бойню, буржуазные сирены обоих воинствующих лагерей пели о национальном самоопределении, о праве народов на собственную культуру. Куда все это делось? Разве национального угнетения стало в 1926 г. меньше, чем в 1913, последнем мирном году? Английский империализм стал менее жаден? А французский капитал своими жестокими кровавыми расправами в колониях не заменил ли полностью приказчика немецкого капитала — Вильгельма, лицемерно всю жизнь рядившегося в фальшивую одежду рыцаря и при первой опасности позорно бежавшего из своей страны от народного гнева. За большими акулами следуют маленькие: Польша, Румыния и т. д. и т. п.
Одним словом, шовинизм, национальная обособленность, желание подчинить себе национальные меньшинства, грабежи и угнетение маленьких народов — все это нисколько не уменьшилось по сравнению с довоенным периодом. И разрешение национального вопроса сейчас во всем мире стало еще более запутанным и трудным, чем это было до войны. Каждое карликовое государство стремится отгородиться таможенными барьерами от своих соседей, ведя войну у себя внутри с национальными меньшинст114


вами. Этой участи не избегли такие колоссы, как Англия и Америка, которые буквально эксплуатируют весь мир. Одним словом, зреют элементы для новой войны.
В царской России национальный вопрос был в числе наиболее уязвимых и практически трудно разрешимых вопросов. Свыше двух столетий царизм насильственно присоединял к себе национальность за национальностью, все время проводя политику угнетения, национального порабощения, курс на ассимиляцию присоединяемых народов, стремясь к полному уничтожению малых национальностей, повсюду закрепляя русское господство. За русским солдатом в присоединяемой территории шел колонизатор под флагом культуртрегера. Это был только носитель царского кнута и нагайки. В связи с этим распространялась страшная ненависть как к царизму, так и ко всему русскому.
Перед Советской властью встала труднейшая проблема — объединить эти противоположные друг другу элементы, пылающие ненавистью ко всему русскому, пропитанные глубокой подозрительностью, не проводится ли и под флагом Советской власти новая русификаторская политика.
Сейчас можно сказать, что народы, населяющие наш Союз, видят в лице Советской власти уже не угнетателей- русификаторов, а действительных защитников всех народов, населяющих Советский Социалистический Союз. Я не увлекаюсь, не говорю, что эта задача из легких и что она полностью решена; наоборот, с каждым годом существования Советской власти открываются новые трудности по согласованию национальных интересов, по поднятию их политического самосознания до общесоюзного уровня. Действительно, это труднейшая проблема. На самом деле, сколько требуется сил, воли и энергии, народного пафоса и бесконечного количества труда, чтобы научить степняка- киргиза, мелкого хлопковода-узбека, садовода-туркмена и т. д. и т. п. воспринять идеалы ленинградского рабочего.
Советская власть основательно в этом направлении поработала. Достаточно вспомнить, что у нас шесть советских республик, объединенных между собой в Союз особыми договорами, дающими право в любое время любой из них односторонним заявлением выйти из Союза. В обыденной государственной работе союзные республики обладают 115


огромными правами самостоятельности, ибо глава вторая союзной Конституции прямо говорит: «Суверенитет союзных республик ограничен лишь в пределах, указанных в настоящей Конституции, и лишь по предметам, сгнесенным к компетенции Союза. Вне этих пределов каждая союзная республика осуществляет свою государственную власть самостоятельно. Союз Советских Социалистических Республик охраняет суверенные права союзных республик» 23.
И действительно, союзные республики у нас имеют всю полноту прав, согласно нормам союзной Конституции.
Каждая союзная республика в своих пределах имеет ряд автономных советских республик, областей и просто небольших национальных автономных единиц. Достаточно сказать, что РСФСР имеет десять автономных республик и тринадцать областей, чтобы понять, насколько велики стремления Советского Союза в деле обеспечения национальных прав. Каждая небольшая народность, насчитывающая несколько десятков тысяч населения, компактно живущего, имеет право выделиться в автономную единицу, с ведением государственного делопроизводства на своем родном языке. Для защиты национальных меньшинств в Центральном Исполнительном Комитете Союза создана новая «палата» — Совет Национальностей, имеющая одинаковые права с прежней «палатой» — Союзным Советом. Обе они и составляют ЦИК Союза. Можно уверенно сказать, что нигде в мире не относятся столь внимательно и бережно к национальным особенностям и нуждам, как в Советском Союзе.
Можно было бы думать, что это поведет к разброду многомиллионного, многонационального, разноязычного, страшно территориально разбросанного бывшего царского государства. Однако на девятом году существования советского строя можно смело сказать, что с каждым годом все более и более изживаются сепаратные, приходские стремления, как областные, так и национальные. Идея Союза все сильнее охватывает чувства и самосознание народов, населяющих Союз Советских Социалистических Республик. Объезжая самые глухие углы Союза, я повсюду это видел. Например, год тому назад, будучи в Фергане, Бухаре, в аулах Туркмении п других местах, я повсюду видел желание местного жителя выявить себя не только уз беком, туркменом, а и гражданином Советского Союза
ПС)


Характерно, в поездку по Средней Азии, т. е. по Узбекистану и Туркменистану, я получил около трех тысяч различных заявлений на местных языках. Лица, стоящие во главе союзных республик, мне шутя говорили: «народ сломал все конституционные формы перед Москвой,— пишите резолюции, они нами будут выполнены». Можно отметить новую черту среди рабочих, крестьян и в особенности нарождающейся народной интеллигенции — желание побывать, а у молодежи поработать и в особенности поучиться в Москве.
Сама Москва из специфически русского города, где русская чуйка имела права подобно сюртуку в европейском быту, наполняется разноплеменными костюмами народов Востока. Москва становится центром сочетания и накопления народной мысли от Дальнего Востока до пределов Польши. Недаром заслуженные вожди народов,— как, например, Нариман Нариманов, бывший Председатель ЦИК Союза от Закавказской федерации и бывший предсовнаркома Азербайджанской республики — похоронены в Москве. Трудно сказать, кто кого и куда тянет: восточные народы Союза тянут Москву к себе или Москва их притягивает. Я думаю, ни то, ни другое. Здесь просто растет интернациональная мысль. Рабочие и крестьяне различных национальностей Союза, чувствуя опасность от капиталистического мира, плотнее сжимаются, выковывая общую мысль, общее оружие защиты от еще могучего империализма. Я этим не хочу сказать, что перед нами лежит легкий путь в национальном вопросе, в вопросе близкого сожительства и совместного труда разных национальностей.
Развитие техники и связи ведет к постепенному уменьшению территориальных расстояний. Это не только сближает людей: самая жизнь их, несмотря на то, что они живут в различных широтах земли, все более приобретает одинаковый характер. В то же время маленькие национальности, видя надвигающуюся опасность утраты своих национальных особенностей, особенно ревниво оберегают их. И вот перед нами стоят эти трудности: с одной стороны, на деле выявить полную свободу самоопределения маленьких национальностей и, вместе с тем, найти такие формы совместного сожительства и совместной работы, которые дали бы возможность охвата в полном объеме сил природы, дали бы возможность всю силу народной мощи 117


Союза бросить, направить в наиболее уязвимое место. Что говорить: и до сих пор задача остается трудной. Но постепенное, изо дня в день практическое ее решение должно привести нас к заветной цели. Мы тем более в этом убеждены, что главное в национальной розни — эксплуатация человеком человека — у нас изживается. У нас нет крупной буржуазии, основа национальной розни у нас подорвана.
Скажите, есть ли это действительное, настоящее укрепление демократии?
От большого перейду к малому. При Советской власти упрощена орфография русского языка. По этому поводу могут сказать, что вопрос этот принципиально решен до Советской власти. Это правильно, что и говорить, но ведь одно дело признавать необходимость тех или других мероприятий, а другое — провести их в жизнь. В нашей старой русской грамматике было много, чересчур много условных, искусственных грамматических знаков, которые создавали громадные затруднения в правописании. Достаточно напомнить, что в старом правописании была буква «ять», во многих словах заменяющая «е» простое, даже в таких словах, где произносится как «ё». Это было пугалом не только для детей младшего, но и старшего возраста. Можно смело сказать, что учитель мог в любое время срезать на русском языке, обвинить в незнании русского языка самого способного ученика. И на изучение этих условностей тратилась бездна времени, что, разумеется, доступно только совершенно обеспеченным людям; благодаря этому даже те крестьяне и рабочие, которые кончали городскую или земскую школу, считались неграмотными. Во всем этом, конечно, был дух привилегированности, обособленности так называемого культурного общества. Я не сомневаюсь, что то же самое существует и в других буржуазных странах, где язык, так называемый литературный, отличен от народного.
Наши реформы в русском языке дали могучий толчок восточным народам произвести в их языках еще более глубокую реформу. Напоминаю, что тюркские народы свои восточные шрифты, представляющие исключительные трудности при изучении языка, заменяют латинским, более простым шрифтом. Не надо удивляться, что все старое, заскорузлое, антинародное идет против таких реформ, ибо ведь упрощение (в самом широком смысле) изучения 118


грамоты, делая ее народной, всеобщей, тем самым лишает, развенчивает перед народом мнимых жрецов знания.
Кто осмелится сказать, что перечисленные мной меры Советского правительства не идут навстречу действительному советскому демократизму? Кто осмелится сказать, что они не соответствуют интересам трудовых масс?
Я мог бы с первого дня советского строя и до сдачи в набор моей статьи проследить всю работу Советского правительства изо дня в день,— и я не сомневаюсь,— во всей этой работе красной нитью проходит одно стремление, это — укрепить власть трудящихся громадного большинства пародов, пробудить его энергию и волю к защите своих интересов...
Мы еще не сказали, что в нашем Союзе полностью проведен восьмичасовой рабочий день. Не фиктивно, как это делается в капиталистических странах, а реально. Многие умники нашему восьмичасовому дню противопоставляют пять-шесть предприятий в мире — вроде Форда,— где также введен восьмичасовой рабочий день. Но ведь это ничего общего не имеет с нашим восьмичасовым рабочим днем, ибо у нас этот закон распространяется на весь наемный труд, не исключая домовой и личной прислуги, а на особо тяжелых производствах рабочий день сведен к шести часам. И это уже не эпизодическое явление, а приобрело все права гражданства и быта за девятилетнюю историю своего существования. Ввести восьмичасовые работы в крупной промышленности не представляет особого затруднения. Крупная индустрия так выматывает силы рабочего, что само производство требует более короткого дня, а вот распространить этот закон на весь наемный труд не решаются и самые богатые страны, как Америка. Достаточно перечислить: строители, коммунальники, служба движения железных дорог, обслуживающий персонал домов, торговых предприятий, столовых, ресторанов, милиция и т. п. В этих профессиях рабочий день измерялся в России от 10 до 18 часов в сутки. Можно с уверенностью сказать, что и в передовых капиталистических странах он приблизительно такой же длинный и по сей день.
Полное внедрение в жизнь, в народный быт восьмичасового рабочего дня — это величайшая проблема, ведущая к освобождению человечества от всякого вида рабства. Она в своем практическом проведении встречает колоссальнейшие трудности и, смело можно сказать, не по силам бур119


жуазному строю. Надо вспомнить, что в таком труде участвуют миллионы неквалифицированных людей, распыленных в своей работе, еще не пропитанных полностью пролетарским мировоззрением, слабо культурных, подвергающихся большему влиянию капиталистических элементов и, наконец, еще не научившихся работать с полной продуктивностью. У пас в области производительности пока идет главный нажим на производственные организации и органы управления, но, несомненно, в следующей стадии встанет вопрос о полном приобщении к индустриальному пролетариату и этой распыленной массы не только идеологически, а и приближением в интенсивности труда. И, конечно, это возможно только при советском строе, где в производительности заинтересовано все население страны, где результаты производительности отзываются в первую очередь на рабочем классе. Все вышесказанное не подводит ли крепчайший фундамент под демократию, под действительную рабочую демократию?
Скептический читатель за рубежом Союза, настроенный с некоторой доброжелательностью к нам, скажет: «Все это правильно, факты, изложенные Калининым, более или менее не подвергаются сомнению, а как же все это вы свяжете с произволом вашего ГПУ?».
Здесь нам придется объясниться начистоту с зарубежными читателями. Нигде столько не напущено туману, клеветы и самой беспардонной лжи, как вокруг ГПУ. В особенности в этом стараются социал-соглашатели, меньшевики и социалисты-революционеры всех оттенков. Нет ни одного номера «Социалистического вестника» («Социалистический вестник» — официальный орган русской социал-демократии, издаваемый в Берлине), в котором не было бы статьи, направленной против ГПУ. Одно то, что центральный орган меньшевиков уделяет столь огромное внимание ГПУ, доказывает слабость меньшевиков в принципиальных вопросах. Русские социал-реформисты стремятся, как все буржуазные партии, спор с основных принципиальных вопросов перенести на частности и главным жупелом своим избрали ГПУ, вокруг которого им всего удобнее плести клевету. Во-первых, я отметаю столь распространенную ложь за рубежом Союза, что наше ГПУ ведет самостоятельную, независимую политику. За все, что делало и делает ГПУ, несет ответственность, не только формальную, а и по существу, все Советское правитель120


ство. Можно с уверенностью заявить, что ни в одной стране орган охраны не связан столь крепко с правительством, как в СССР.
Является ли необходимым для Советского Союза сохранение такого органа? На это я отвечу вопросом же: покажите мне хоть одну страну в мире, где обходились бы без специального органа надзора за государственными преступлениями? Такой страны нет, а ведь казалось бы, что государственности, существующие свыше тысячи лет, менее всего в этом нуждаются. Так почему же вы предъявляете такое требование к государственности, которая существует только десять лет, само существование которой вызывает скрежет зубовный во всем капиталистическом мире? С нажимом буржуазной контрреволюции, с ее самыми разветвленными органами, принимающими самые различные формы, вплоть до издания «Социалистического вестника» и наводнения нашей страны осведомителями иностранных контрразведок,— может ли наш народный суд справиться? Конечно, непосредственно попавшие с поличным понесут должную кару и от суда, но ведь у сотен тысяч белогвардейцев, пригретых международным капиталом, заветной мечтой является вернуть свои привилегии и отобранные народом капиталы, и в этом они находят постоянную поддержку от своих зарубежных собратьев...
Тот, кто возражает принципиально против ГПУ как органа охраны, надзора и отчасти административной расправы, тот хочет ослабить советский строй в самом уязвимом месте — в борьбе с подпольной работой его врагов. Меньшевистские иудушки ловят и разоблачают отдельные одиозные факты из деятельности ГПУ. Конечно, как и в каждом учреждении, бывают промахи и в ГПУ, но надо открыто сказать, что у нас в ГПУ работают наиболее уважаемые и выдержанные товарищи, в то время как в буржуазных странах в государственную охрану идут из чисто карьеристских соображений. Человек, дорожащий своей репутацией, не пойдет в разведывательные органы буржуазии, и там охрана действительно состоит из людей с пониженной буржуазной моралью, ибо защищать интересы буржуазии из моральных побуждений вряд ли кто из разумных людей станет.
У нас в советской государственности-, в основе ее лежат идеальные цели — освобождение человечества от всех видов рабства и эксплуатации. Вполне естественно, что наи121


более активные органы, стоящие непосредственно на фронте борьбы (армия, органы ГПУ), в Советском Союзе пользуются среди рабочих и крестьян не только уважением, но и глубокой любовью. И чем сознательнее гражданин Союза, тем глубже понимает он значение вышеназванных институтов. Мы, принципиальные противники милитаризма, никогда не опускаем из агитации момента, что принуждены сохранять и развивать Красную Армию из чувства самосохранения. Она нам не нужна для нападения, но это не уменьшает народной симпатии и даже известной гордости в достижениях военной мощи. В лице бойцов Красной Армии мы видим передовой отряд в бою за социализм. Такие же чувства мы имеем и к органам ГПУ. Я выше уже говорил: туда посылаются наиболее стойкие и выдержанные коммунисты, в правильном предположении, что им по роду деятельности приходится вращаться во враждебной нам среде, подвергаясь тлетворному ее влиянию...
Разумеется, главная задача ГПУ — бороться с контрреволюцией, за это именно его и ненавидят наши враги. От этого назначения ГПУ Советская власть отказаться не может не по внутренней силе контрреволюции,— с ней, пожалуй, мы справились бы и более мягкими мерами,— а благодаря враждебному окружению нашего Союза, которое питает, воодушевляет, снабжает материальными средствами разбитую контрреволюцию. Неужели хоть один честный человек поверит, что белоэмигрантские контрреволюционные газеты и журналы все издаются на эмигрантские средства? Ясно, что им помогают иностранные капиталисты, а я предполагаю — и правительства. Поэтому все демагогические крики о ГПУ есть желание разрушить орган, зарекомендовавший себя в борьбе как с внутренней контрреволюцией, так и с международной контрразведкой.
Есть все основания думать, что читатель если не убедился полностью, то во всяком случае наши доводы признал заслуживающими внимания. Это тем более легко ему сделать, что они не выходят из обычного его поля зрения. Все перечисленные мною меры Советского правительства теоретически приемлемы как для обывательски настроенных рабочих масс, так и для демократической интеллигенции за рубежом. Конечно, настороженный слух демократии шокирует мой хвалебный отзыв о ГПУ, но с этим можно примириться, принимая во внимание, что такие же органы охраны существуют буквально во всех странах, 122


пе исключая самых демократических; и на советскую охрану вешают собак лишь потому, что она защищает столь одиозный для буржуазных демократов советский строй. Повторяю, все мною перечисленное, включительно до ГПУ, должно быть приемлемо для зарубежной демократии, по крайней мере, теоретически.
Но у нас есть действительно трудно переваримые демократией установления. Мы не допускаем — не принципиально, но довольно решительно и последовательно — существования других политических партий. И вместо того, чтобы бить нас по этому действительно важнейшему для мелкой буржуазии вопросу — а нам есть основание подискутировать по нему с вами,— кричат на всех перекрестках о незаконных действиях ГПУ, чем замазывают существо вопроса, подменяют Коммунистическую партию, советский строй административно исполнительным органом.
В Советском Союзе легально существует только Коммунистическая партия. Мы решительно отметаем навязываемую нам мысль, что мы не можем терпеть других, конкурирующих с нами партий. Меньшевики выступали на VII съезде Советов (это было в конце 1919 г.), анархистские группы выступают и по сей день, легально существуют сионистские организации («Поалей Цион» и «Гехолу- цы»). Всем, наконец, известен факт —наш блок с левыми эсерами. Одним словом, прошлая история дает картину стремления большевиков приобщить к борьбе за конечные идеалы человечества способные на эту борьбу партии. И уж пе наша вина, если все они последовательно, одна за другой, в процессе борьбы обанкротились, превратившись в орудие борьбы мировой реакции с нами.
Платформы этих партий за истекший период времени оценивались не только их писаными параграфами, а более существенным признаком: на какой стороне баррикады они находятся. Кто же сомневается, что они все время находились на стороне наших врагов, вместе с самыми злейшими врагами бились против нас, и так продолжается до сих пор! Правда, был незначительный период существования группы новожизненцев, стремившихся быть нейтральными, но ведь эти «нейтральные» ослабляли наш фронт, вносили разложение в наши ряды, вольно или невольно делались осветителями для врагов нашего внутреннего состояния. А «левые» эсеры — наши первоначальные союзники — в самый острый момент изменили или, выражаясь решитель- 123


пее, предали дело пролетарской революции. Если бы их предательство удалось, ведь сотни тысяч крестьян и, по крайней мере, десятки тысяч рабочих были бы вырезаны. Удивительно коротка память у наших противников.
Так называемые социалисты хотят, чтобы мы легализировали хотя бы пока только «социалистические» партии. Но как же их легализировать, когда они до сих пор стоят по ту сторону баррикады, когда у них очередной работой считается свержение советского строя и восстановление на место его буржуазной демократии?
С меньшевиками и эсерами — даже архилевыми — в лагерь пролетарской революции пройдут злейшие враги Советов, а они сами будут являться передовым отрядом буржуазии в ее повседневной борьбе с нами. Разве сейчас «Социалистический вестник» не находится в авангарде в борьбе с Советами? Кому он служит? Разве Дан мог бы гарантировать, примерно, такие же отношения с Советской властью, какие существуют между Макдональдом и другими лидерами английской «Рабочей партии» и английским королем? Кто мог думать пятнадцать лет тому назад — в период разгара ликвидаторства,— до каких пределов дойдут меньшевики в ненависти к строю пролетарской диктатуры? Можно почти не сомневаться, что сейчас они советскому строю предпочли бы старый, царский. Такой факт можно объяснить только их классовой родственностью с буржуазией.
Поэтому легализация таких партий есть по существу легализация буржуазной организации, у которой в перспективе может быть одна цель — свержение Советов, в то время как мы держим курс на ликвидацию не только буржуазных партий (мы даже их разрушаем насильственно), но на ликвидацию вообще буржуазных классов.
Наши противники (под противниками я подразумеваю тех, кто все же признает идейность наших стремлений, но считает их тактически ошибочными), обвиняя нас в целом ряде частных ошибок, забывают, что эти ошибки становятся в их глазах ошибками потому, что ими упускается главное, т. е. то, что советский строй не приемлет буржуазных классов. Теперь мы подошли к основному: нарушаем ли мы принципы демократизма, отнимая у буржуазии политические права? Покажите мне хоть одну революцию в мире, в которой не нарушались бы чьи-либо права! Достаточно напомнить изгнание из Франции крупного дво-
124


рянства великой французской буржуазной революцией. На наших глазах произошло изгнание императорских домов в Австрии, Германии и т. д. Сейчас в Германии происходит борьба за конфискацию императорских имений. Ведь все это считается глубоко законными и безусловно демократическими актами. Еще недавно буржуазия некоторых стран гордилась изгнанием иезуитского монашествующего ордена из своих стран. Что лежит в основе этих решений? Только одно: предохранить народ от развращающего влияния изгоняемых... Почему же этот вполне законный, историей оправданный способ делается столь ненавистным, когда его применяют Советы? Только потому, что мы его применили к буржуазии, которая господствует над всем остальным миром...
От конфискации помещичьих земель, фабрик и заводов до расширенных прав ГПУ и монопольного положения Коммунистической партии — все эти меры пронизаны одной политической целью: охранить советскую демократию от разрушительных замыслов капиталистического мира против Советов. Так откуда же у вас появились коварные капиталисты? — зададут нам вопрос рабочие из-за пределов Советского Союза. Ведь я сам хвалился выше, как одной из самых демократических мер, конфискацией капиталов у крупной и средней буржуазии. Это правда, но, во- первых, каждый здравомыслящий человек должен понять, что даже при идеальной конфискации значительное количество средств еще осталось у капиталистов; наша конфискация, разумеется, далека от такого идеала, местные органы до сих пор еще ее дополняют. Затем, почти все наличные средства и сокровища были предупредительно спрятаны, несомненно, часть их переправлена за границу. У нас, кроме того, остался громадный слой мелкой буржуазии, которая хотя и основательно пострадала от революции, но почти не подвергалась конфискации, а новая экономическая политика дала ей значительные возможности залечить свои раны. Во-вторых, наши капиталисты хранили значительные сбережения за пределами Союза и, лишившись легальных средств у себя на родине, естественно, ищут сочувствия и помощи у своих зарубежных братьев, капиталы которых, к сожалению, еще не конфискованы рабочими. Конечно, по мере сил и возможности они таковую помощь от зарубежной буржуазии получают и совместно ведут непрерывный подкоп под Советский
125


Союз, под советскую демократию. И вот главным средством нашей защиты является диктатура пролетариата.
Вот здесь-то и стоит как перед советским строем, так и перед Коммунистической партией труднейшая проблема: как увязать диктатуру пролетариата с советской демократией. Просто демократический строй (буржуазная демократия), за который, между прочим, столь рьяно держатся социал-демократы всех оттенков, недостаточен. Он ведет не вперед — к коммунизму или хотя бы к рабочей демократии, а назад — к неприкрытой диктатуре буржуазии.
Современный капитализм (империализм) лишь постольку терпит в своих странах буржуазную демократию, поскольку она помогает одурачиванию рабочих и крестьянских масс. В подмандатных же странах он стремится в полной мере восстановить новое капиталистическое рабство,— это подтверждено огромным количеством фактов последних послевоенных лет. Достаточно напомнить опыты, прошедшие перед нашими глазами в Германии, Италии, Англии, Болгарии, Польше и т. д. и т. п. Повсюду в вышеперечисленных и не перечисленных странах буржуазная — даже буржуазная — демократия съедена без остатка открытой реакцией, открытой диктатурой буржуазии. Если бы большевики не предвосхитили такой участи, очевидно, и у нас был бы, примерно, такой же ход истории: у власти находились бы наши Чемберлены — Лютеры, т. е. Гучковы — Милюковы.
Поэтому, когда социал-демократы нас ругают насильниками и захватчиками, мы отвечаем: да, виновны, но безусловно заслуживаем понимания и признания. Вы горды тем, что вами не нарушен буржуазный демократизм, что хотя вы и слопаны прожорливой буржуазией со всеми вашими квазидемократическими потрохами, но и в пищеварительном канале буржуазии вы все же остались демократами. Что правда, то правда. Но предположим, что социал- демократическая верхушка чувствует себя недурно внутри питательного желудка буржуазии — слово «предположим», очевидно, в данном случае лишнее,— а при чем же здесь рабочие, крестьянская беднота?
Не знаю, как за пределами Советского Союза, у нас же — это я могу заверить с огромной достоверностью — 99,9% рабочих и 90% крестьян на это не пойдут. Они предпочитают диктатуру пролетариата буржуазной диктатуре.
126


Насколько стеснительна диктатура пролетариата для развития его (пролетариата) самодеятельности, развертывания его творческих сид, о которых особенно пекутся социал-демократы? Конечно, диктатура вносит известные ограничения личных прав, как и всякая другая организация. Например, профсоюзы заставляют платить членские взносы не только желающих платить, но и не желающих, поскольку они хотят оставаться членами профсоюза. Но в момент хода забастовки сами рабочие сурово расправляются с штрейкбрехерами. В периоды войны государство совершенно не считается с личными интересами и располагает полностью жизнью гражданина. К нарушению государством этой категории прав гражданина буржуазная демократия приучена господствующими классами. У нас, наряду с упомянутыми выше, введено лишение прав по имущественному признаку: капиталисты у нас лишены права участия в выборах и права быть избранными в Советы, их предприятия платят большие налоги, чем предприятия государственные, кооперативные и предприятия общественных организаций, капиталисты не пользуются рядом привилегий, какими пользуются трудящиеся, члены союзов и т. д. Но при всем этом у нас можно проследить тенденцию систематического расширения как непосредственно прав личности, так и расширении избирательных прав на такие категории граждан, которые в недавнем прошлом были их лишены. Предоставлено, например, избирательное право кустарям, ремесленникам, не пользующимся наемным трудом, привлечены домашние хозяйки к выборам и т. д. Конечно, с европейской точки зрения это покажется малозначительным, ибо там избиратель ценится не своей численностью, а той политической ролью, которую данная социальная группа играет в буржуазном государстве. Но в рамках советского строя такое продвижение имеет глубокое принципиальное значение.
Крупных капиталистов мало, но роль их в политике и экономике буржуазной страны огромная; значит, и фактические права их несоизмеримы с правами других социальных групп населения. Капиталисты имеют громадное число людей для личных услуг, а кто же может думать, что прислуга крупной буржуазии имеет в любом капиталистическом государстве какое-либо значение при выборах? Ясно для каждого человека со здравым смыслом, у которого нет на глазах мелкобуржуазных шор, что вся эта глубоко 127


угнетаемая и презираемая в капиталистическом обществе челядь голосует за своих господ. Вот вам и желанная демократия! Каждый капиталист в архидемократическо-бур- жуазном строе имеет столько голосов, сколько у него прислуги. Это, можно сказать, легальные, освященные буржуазным законом голоса. Советское же правительство, расширяя избирательные права, исходит, главным образом, из количественного значения группы: оно приобщает таким образом наряду с пролетариатом широкие трудящиеся элементы страны, которые измеряются миллионами, к политическому действию, конечно, под пролетарским влиянием. Так пролетарское государство будет превращаться постепенно, по мере успехов социалистического строительства, изживания капиталистических отношений и исчезновения капиталистов, в государство общенародное, имеющее уже новый смысл и содержание (устремление к коммунизму).
Выборы в Советы имеют совершенно иное значение, чем выборы в парламент в буржуазной стране. Каждая политическая группа в капиталистической стране стремится захватить власть в первую очередь для личного обогащения и, во-вторых, провести в государственной системе те или другие льготы господствующему классу. Но так как самый архидемократический буржуазный строй не выходит из сферы влияния диктатуры крупного капитала, то и сфера деятельности различных буржуазных групп крайне ограничена...
Из всех борющихся на выборной арене политических партий лишь партия революционного пролетариата, коммунистическая, лишь она одна борется не только, даже пе столько для получения мандата в парламент, сколько для того, чтобы на почве выборной кампании сплотить вокруг коммунистической партии, вокруг ее революционных лозунгов широкие рабочие и крестьянские массы. Коммунисты и не скрывают, что они ни в малейшей степени не сомневаются, что через парламент, через хотя бы архидемо- кратические буржуазные выборы пролетариат в лице коммунистической партии не может оказаться во главе власти. Как только буржуазия почувствует опасность появления коммунистов через выборы во главе правительства, так тотчас же полетят в мусорный ящик истории все конституционно-демократические гарантии. Партия окажется вне закона и ей, чтобы восстановить свое право, действительное, реальное право пролетариата, придется его восстанав128


ливать через вооруженное восстание пролетариата, через вооруженное свержение пролетариатом буржуазии.
Является ли названный путь восстания таким законом исторического развития, через который не проскочит ни одна пролетарская революция? В случае чисто буржуазного правительства, видимо — да, что же касается возможных реформистских правительств, в особенности если они окажутся правительствами через революцию, благодаря народной революции, то могут оказаться случаи, похожие на русский предоктябрьский, когда товарищ Ленин от имени Коммунистической партии предложил меньшевикам и эсерам взять власть самостоятельно, без коалиции с буржуазией, с обязательством сохранить систему Советов, с передачей им полноты власти. При таких условиях коммунисты снимали лозунг вооруженного восстания, при таких условиях Ленин считал возможным, что коммунисты придут к власти через завоевание Советов, т. е. до известной степени парламентским путем. Но он оговаривался, что эта стадия очень короткая, измеряемая неделями, даже днями24. Если русские реформисты (меньшевики и эсеры) не воспользуются благоприятно сложившимися для них условиями, то вооруженное восстание останется очередным лозунгом Коммунистической партии и реформисты будут свергнуты пролетариатом. Последующие события полностью подтвердили прогноз Ленина. И, что характерно, как раз не оправдалась та минимальная надежда Ленина, что оппортунисты, припертые революционным народом к стене, под приставленным к их виску дулом револьвера, может быть, перейдут хоть временно на революционный путь борьбы за интересы народа. Увы, природа оппортунистов уж такова, что они не могут не быть в коалиции с буржуазией. Несомненно, с того времени идет дальнейшая эволюция и ассимиляция всех социал-демократических партий в буржуазном лоне, недаром парламентаризм переживает период упадка, дискредитации и заменяется фашизмом, т. е. персональной диктатурой, неприкрытым подавлением рабочего класса, уничтожением демократических форм управления.
Итак, подводя итоги по вопросу о парламентских выборах, можно сделать основной вывод, который в той или иной степени приложим буквально ко всем более или менее развитым капиталистическим странам: с каждым годом эти выборы все больше и больше теряют свое политическое 9
М. И. Калинин
129


значение. С каждым годом все больше и больше стираются грани между всеми буржуазными партиями, в том числе и социал-демократической партией, которая превращается в левое крыло общебуржуазного фронта. Ее связь с буржуазией укрепляется не только благодаря мелкобуржуазным воззрениям ее вождей, но и неуклонному увеличению материальной зависимости от крупной буржуазии, финансового капитала и т. п. Значит, в настоящий момент появление у власти социал-демократии, т. е. самого левого, наиболее прогрессивного, что есть в капиталистическом строе, не несет чего-либо принципиально враждебного капиталистическому миру. Одним словом, ни одна из политических партий,— конечно, исключая коммунистическую,— не несет за собой новой эры. Поэтому и принципиально политическая ценность выборной кампании сейчас выявляется постольку, поскольку в ней развертывается борьба между коммунистами и остальным буржуазным фронтом. Этим я не хочу уменьшить значение того, что мы применяем неодинаковую тактику к различным буржуазным группировкам. Бывают моменты, когда коммунисты голосуют за социал-демократов или радикал-социалистов против реакционеров. Но это уже не принцип, а тактика данного момента, учитывающая все своеобразие местных условий. И эта частная коалиция постольку и революционна, поскольку она не изменяет и не нарушает основного принципа противопоставления коммунизма всему буржуазному фронту в целом.
Наши избирательные кампании преследуют другую цель. У нас также диктатура, но диктатура, противоположная буржуазной,— диктатура рабочего класса. Эту диктатуру пролетариат держит крепко, и, конечно, ее не может по существу изменить голосование в Советы, поскольку он ее сохраняет. И все-таки к выборам в Советы мы подходим принципиально иначе, придаем им несравненно большее значение, чем любая буржуазная группировка, в том числе и социал-демократическая. Это звучит парадоксом для наших врагов, допускаю. Они привыкли Советскую власть отождествлять с насильниками над волей народа, и это мнение внедряется в широкие массы населения буржуазными правительствами, ученой кастой, церковью, прессой. Но ведь мало ли ложных воззрений, имеющих исключительное распространение и значение. Например, для большинства населения имеется в наличности бог и не 130


только как идея, а именно в наличности, как действительный факт. А ведь каждый реально мыслящий человек понимает, что только людская глупость позволяет уживаться в головах людей такой несуразности. Конечно, она уживается потому столь долго, что над этим поработали и работают до сих пор господствующие классы. Они не жалеют сил и средств на все то, что укрепляет их господство, что притупляет, засаривает головы рабочих и крестьян. И вот все институты обслуживания буржуазного господства всего мира распространяют легенду о насилии большевиков. Но как бы ни был могуч аппарат распространения лжи у наших врагов и как ни слабы коммунистические партии, парализующие, борющиеся с распространяемой ложью, а все же земля вертится, и истина, что Советская власть есть действительная власть рабочих и крестьян, все больше и больше проникает в сознание рабочих и крестьян всего мира.
Коммунистической партии нет основания вносить обман и лицемерие в избирательную кампанию, наоборот, именно через избирательную кампанию она стремится просветить, поднять на высшую ступень политического сознания крестьянские и городские мелкообывательские слои населения, приобщить их к пролетарской диктатуре, внедрить в их головы сознание, что только пролетарская диктатура дает действительную, реальную, не призрачную свободу. Мы хотим, чтобы мелкобуржуазные слои населения, пропитанные мелкобуржуазной идеологией, в процессе выборов, на всех ступенях возможно более активного участия в них, поняли сущность пролетарской диктатуры, ее необходимость на данной ступени исторического развития. Посредством выборов мы стремимся на широком рабоче-крестьянском базисе укрепить диктатуру пролетариата. Для капиталистов выборы в парламент — это бросить обглоданную кость народу, иллюзию, что он может забаллотировать ту или другую буржуазную группировку или особо ненавистную ему партию. Выборами пользуется буржуазия, чтобы отвлечь народные массы от сути вопроса, обещая, что новые лица будут выполнять волю народа. Такая сказка про белого бычка происходит при всех выборах. Мы же стремимся поднять массы до пролетарского политического сознания, до сознательного участия в строительстве новой жизни на трудовых началах. Только такие достижения укрепят Советский Союз, сделают его неприступной 131


скалой. Вот почему участие широких масс города и деревни в выборах имеет для нас огромное значение.
Все разговоры о захватничестве, о невсеобщности нашего избирательного права и т. д. являются только пустой фальшивой болтовней. Ни одно правительство в мире не стремится в такой степени привлечь широкие массы к участию в выборах, как советское. Наша конституция и местная практика парализуют силы у врагов народа, эксплуататоров его п угнетателей, и вместе с тем стремятся развить активность, аппетит к политической деятельности у самых широких масс населения, давая всякие льготы наиболее забитым, отсталым, материально обездоленным. Неужели это есть антидемократизм, противонародность, неужели такая избирательная политика идет вразрез с интересами парода, с интересами рабочего класса? Нет, как ни сильна распространяемая против Советов клевета, все же истинно народный демократизм, если он есть где-либо в парламентских выборах, так это только при выборах в Советы...
В буржуазном парламенте, как я уже говорил выше, с момента выборов совершенно прекращается всякая связь между избранными депутатами и их избирателями. У нас каждые новые выборы вовлекают новые десятки тысяч рабочих, крестьян и городской бедноты в государственное строительство, в самом широком смысле слова. Во время текущей работы Советов собираются беспартийные конференции, прикомандировывают в советские органы ряд подсобных работников из комсомола, женотдела, активных рабочих и крестьян через комитеты взаимопомощи в деревне, профсоюзы в городе, кооперацию и т. д.; таким образом вылавливается рабочий и крестьянский актив. Наконец, все стремление Коммунистической партии направлено па то, чтобы привлечь массы к достижению той или иной поставленной практической цели.
Одним словом, как в партии и общественных организациях, так и в советских органах постоянно устремлено внимание на привлечение к самостоятельности широких масс. Конечно, это стоит не дешево. Делегирование заводами своих представителей, хотя бы по заданиям обследования рабоче-крестьянской инспекции, огромное количество волостных беспартийных конференций, прикомандпровыва- ние крестьян в качестве выдвиженцев на советскую работу и для ознакомления их с государственным аппаратом — все это, я говорю, безусловно стоит дорого. Но это окупа132


ется растущей активностью рабоче-крестьянских масс, всо бдлыпим и большим их осведомлением и развитием широты их кругозора.
У нас не красуется сейчас повсюду лозунг Ленина: «каждая кухарка должна участвовать в управлении страной» 25, но что мы к этому стремимся, это факт. Где — покажите хоть одно правительство в мире, которое сознательно развивало бы политическую активность масс, которое столь настойчиво привлекало бы их к участию в управлении государством. И кто же после этого может сказать, что это все не является мерами укрепления советской демократии?
Не является ли укрепление советской демократии, о которой столько мною написано, нашей конечной целью? Если бы единственной целью Советов было укрепление демократии, хотя бы и советской, то и при этих обстоятельствах ее не удалось бы укрепить: в том-то и дело, что нашей основной целью, за которую мы боремся, к которой приспосабливаем все свои действия,— является борьба за коммунизм. Все остальное, как диктатура пролетариата, советская демократия, развивающаяся в пределах диктатуры пролетариата, и т. д., все это — средства к достижению коммунизма.
В самом деле, целью буржуазного государства является охрана беспредельной наживы собственников-капиталистов; значит, как бы ни была буржуазная демократия общенародна и какой бы государственной защитой ни пользовалась личность, она не может, поскольку государство является буржуазным, выходить за пределы собственнических интересов. А целью Советского государства, диктатуры пролетариата, является коммунизм, и цель эта может быть достигнута только вместе с массами. Диктатура пролетариата не менее способна прибегать к принуждению, даже к насилию; ее требования к исполнителям гораздо строже и нетерпимее, чем у буржуазной власти, но все они в своей сущности направлены в интересах масс, потому-то они и являются для масс приемлемыми. Если наше поступательное движение к коммунизму не будет оборвано, то оно ведь предопределяет глубокое изменение экономической структуры Советского государства: концентрирование всей крупной промышленности в руках Советского государства, кооперирование кустаря, мелкого крестьянина- производителя, ремесленника, восьмичасовой рабочий день, 133


нормальная в соответствии с производительностью заработная плата рабочих, их сознание, что они являются, как граждане Советского Союза, совладельцами этих фабрик, привычка крестьянина к общественной работе в Советах, в кооперации, в комитетах взаимопомощи, демократизация Красной Армии, основанная на постоянном притоке командного состава из рабочих и крестьян, действительно товарищеские отношения между командным составом и красноармейцами, участие армии в политической жизни страны, значительное поднятие общей культуры и политической активности широких рабоче-крестьянских масс — все это необходимые элементы в строительстве коммунизма. Но кто же опровергнет, что все это вместе является действительным укреплением демократии? А проведено все это в жизнь может быть только классовой волей пролетариата. Только пролетариату ясно видна заветная цель, к которой стремятся трудящиеся массы и которая несет им действительное освобождение от порабощения и эксплуатации. Вот потому-то пролетариат и является вождем, гегемоном как в борьбе за коммунизм, так и в его непосредственном строительстве.
Конечно, коммунисты не закрывают глаза на препятствия. Я уже опускаю трудности экономические, культурные, слабость нашей техники. Но у нас еще значительные практические трудности и в самой советской системе, трудности сохранения диктатуры пролетариата при советской демократии. Мне представляется, что отношение пролетариата ко всем остальным мелкобуржуазным трудовым массам отчасти напоминает отношение Коммунистической партии к пролетариату. Практически диктатуру пролетариата проводит Коммунистическая партия, и без Коммунистической партии на данном историческом этапе развития пролетариат своей диктатуры не удержит. Однако диктатура партии вмещается в диктатуру пролетариата. Если партия не воплотит в себе полностью диктатуру пролетариата, то тем самым она оторвется от рабочего класса, тем самым это уже не будет диктатурой рабочего класса, она не будет им терпима, такая диктатура снизится к мелкобуржуазной утопии.
Примерно так же относится диктатура рабочего класса к другим трудящимся массам. Она ими терпима постольку, поскольку они чувствуют и сознают, что в конечном счете она является главной защитницей их действительных ин134


тересов. И вот здесь-то и стоят огромные трудности, чтобы прежде всего это сознание все больше и больше охватывало трудящиеся массы, а затем чтобы из них слой за слоем поднимались все новые силы до полного понимания необходимости пролетарской диктатуры.
Все это может развертываться только в рамках советской демократии, шире и глубже которой и по форме и по содержанию ни одна голова в реальных формах домыслить не могла.
М. И. Калинин. Избранные произведения, Т. 2, 1960, стр. 51—85,


ЗА ЕДИНСТВО И СПЛОЧЕНИЕ ПАРТИЙНЫХ РЯДОВ Речь на XV съезде ВКП(б) по вопросу об оппозиции
18 декабря 1927 г,
Товарищи! Очевидно, единый блок оппозиции в своих выступлениях перед XV съездом раскололся,— по крайней мере, сейчас мы выслушали заявление только от одной части этого блока. И надо сказать, что к тем доводам о необходимости исключения оппозиции из партии, какие имелись в нашем распоряжении до сих пор, они, пожалуй, прибавили еще сумму доводов в своем последнем заявлении. (Голоса: «Правильно!». Аплодисменты.) Мне кажется, что с этой частью оппозиции покончено теперь и идейно и организационно. В настоящее время даже самый умеренный член партии, при самом большом желании сохранить ее для партии, после этого заявления должен сказать: эта группа бывших коммунистов отмерла и окончательно отпала от партии.
Но, товарищи, у нас есть и другое заявление, поданное другой частью оппозиционного блока и подписанное Каменевым и другими. Авторы этого, последнего, заявления говорят, что они отказываются от пропаганды своих взглядов... «отказываются». Они «обещают» подчиниться всем решениям партии. Но... взгляды, разделяемые ими, они считают правильными (!!) взглядами.
Товарищи, как может оценить рабочий класс с моральной и, в особенности, с политической точки зрения людей, которые перед всем миром заявляют, что они отказываются пропагандировать взгляды, являющиеся, по их мнению, правильными? Как же можно оценить такое заявление? Или это сознательный обман членов партии — сознательный, злонамеренный обман, чтобы на почве этого обмана вести снова и снова свою тлетворную работу по расколу партии; или же, товарищи, эта группа оппозиционеров превратилась в обывателей, которые имеют свои взгляды 136


«про себя», но их не проповедуют. В первом случае — дело совершенно ясное: партия никому не позволит издеваться над собой. Во втором случае линия партии также не может вызвать сомнений: нам, товарищи, не нужны в партии обыватели. Эта группа оппозиционеров считает свои взгляды «ценным» багажом, который необходимо консервировать в недрах партии. Очевидно, Каменев, Зиновьев и другие полагают, что Коммунистическая партия из действенной, творческой партии превратилась в партию, где каждый год могут отлагаться особые «непроповедуемые» миросозерцания, словно Коммунистическая партия стала «музеем» наглядно убогих идей. Это не взгляды революционеров, а взгляды странного любителя-идеографа. Коммунистическая партия такого к себе отношения допустить не может: если из года в год будут откладываться, хотя бы в качестве музейной редкости, такие миросозерцания, то они будут тормозить жизнь нашей партии, будут умерщвлять нашу партию.
Говорят о сплочении. Но это сплочение выражается прежде всего в коллективной деятельности. Сила партии заключается в единстве партии, в единстве ее действий. И вот, товарищи, мне кажется, что при всем желании,— а, несомненно, такое желание имеется у многих коммунистов,— найти какую-либо форму, которая дала бы нам возможность оставить этих людей в партии, мы не можем удовлетворить этого желания. Идти навстречу такому желанию опасно для партии. Это значит обольщаться только видимостью единства партии, стремясь сохранить во что бы то ни стало определенное количество явно лишних членов партии. Но такое единство разлагает партию, разрушает цельность большевистского миросозерцания, подрывает большевистскую организационную структуру. Такое единство превращает подлинно единую партию, где каждый член ее обязан подчиняться беспрекословно руководящей воле партии, в конгломерат различных групп, иначе говоря — в меньшевистскую партию.
Обвиняя нас в термидорианстве, оппортунизме и т. д., оппозиция за последние два года сделала все, чтобы окончательно увязнуть в идейном омуте меньшевизма. Вместе с тем она сделала все, чтобы совершенно порвать с организационными традициями большевизма, чтобы единую, гранитную Коммунистическую партию превратить в меньшевистский кисель.
137


Товарищи, я думаю, что у некоторых из вас, вероятно, была надежда, что, может быть, в последний день, в последний решающий день, когда будет обсуждаться вопрос об исключении этой группы лиц из партии, мы от них услышим голос раскаяния. Но, как видите, этого нет ни с той, ни с другой стороны. Очевидно, что сами исключаемые чувствуют себя уже чужеродным телом в Коммунистической партии. И когда здесь Смилга лицемерно заявлял: «мы останемся коммунистами, мы будем бороться за единство Коммунистической партии» (голос: «Где?»), то, товарищи, большее фарисейство, большее издевательство над партией, чем эти слова, трудно придумать. (Голоса: «Правильно!») Если бы это говорил Троцкий, который почти всю свою жизнь боролся «за единство партии» против Ленина и большевиков, всю жизнь боролся на стороне меньшевиков и не создал своей «единой» партии (аплодисменты), то это еще полбеды. Но печально как раз то, что эти лицемерные слова мы слышали из уст буфер- щика Смилги, который удосужился докатиться до такой позорной роли. Совершенно ясно, товарищи, что все, кто идет за Троцким и повторяет слова: «мы боремся за единство партии», все они обречены, по крайней мере идейно, болтаться между меньшевистским болотом и Коммунистической партией, как почти всю жизнь болтался Троцкий. (Аплодисменты. Голоса: «Правильно!»)
Товарищи, неприятно в данном случае заниматься таким делом, как исключать из партии. Все мы понимаем, что среди исключаемых есть заслуженные товарищи, которые десятки лет совместно с нами боролись. Но, товарищи, пришел момент, когда все личные симпатии, все прошлые заслуги должны быть отложены в сторону, будучи подчинены интересам пролетариата, интересам Коммунистической партии. Высшие интересы рабочего класса — и не только русского, но и международного рабочего класса,— а также заботы о сохранении идейной чистоты и организационной сплоченности Коммунистической партии повелительно заставляют и требуют от нас произвести решительную ампутацию разлагающих элементов в нашей партии. (Аплодисменты.) Мы хорошо знаем, что не раз в прошлом были отколы от нашей большевистской партии, когда партия была в подполье, когда партия была слаба. И всегда эти отколы оказывались простыми эпизодами, а все откалывавшиеся группы в большинстве случаев пре138


вращались в обывателей. Мне кажется, что такая же участь ждет и ныне исключаемых из нашей партии,— других путей им не дано,— а Всесоюзная Коммунистическая партия, выбросив из своей среды негодные элементы, пойдет своей дорогой во главе рабочего класса к успешному завершению социалистического строительства. (Бурные, продолжительные аплодисменты.)
М. И. Калинин. Избранные произведения, т, 2, стр. 214—217,


ОПЛОТ РАБОЧИХ И КРЕСТЬЯН
23 февраля 1928 г.
Каждый рабочий, крестьянин с чувством внутреннего удовлетворения встречает десятую годовщину Красной Армии, и этому есть основательные и убедительные причины. Наша Красная Армия, единственная в мире армия, кровными узами связанная с рабочими и крестьянами и не только своей красноармейской массой, ибо и командный состав, политработники в огромном большинстве тоже — выходцы из рабочей и крестьянской среды.
Сама служба в армии есть вместе с тем и значительная культурная школа для молодежи, в особенности — крестьянской. Помимо культурности, армия приучает к коллективности, к коллективной дисциплинированности, что имеет значение не только непосредственно для Красной Армии, ее боеспособности, но и для частной жизни отслуживших свой срок красноармейцев. Недаром наши советские, кооперативные и тому подобные органы в деревне формируются в значительной степени из бывших красноармейцев.
Каждый год Красная Армия выпускает из своих рядов пару сотен тысяч красноармейцев и тем самым непосредственно все больше связывается с народными массами. Ибо, как уже сказано выше, наша Красная Армия является и культурной школой, и тем самым воспоминание о проведенном в ней времени остается на всю жизнь хорошим, памятным, как воспоминание о школьных годах, что невольно тянет к сохранению с ней связей.
На днях, случайно, я на Никольской улице был очевидцем, как двое одетых в штатское критиковали командира проходившей военной части, что он неправильно, не в ногу, не под песню командует, и пока часть не скры140


лась из виду, они, заинтересовавшись самым серьезным образом, примечали: что хорошо, что слабо. Очевидно,— бывшие красноармейцы или командиры, и таких сотни тысяч.
Пролетариат и крестьянство всех национальностей Союза в лице Красной Армии имеют авангард — первую линию укреплений перед врагами Советского Союза, классовыми врагами. Как рабочий, так и крестьянин знает, что защищать свои рабочие и крестьянские интересы он будет в армии, она является организующей формой, в которую вольются волны рабочих и крестьян, когда понадобится отразить натиск врагов. Поэтому-то так велика заинтересованность и все развивающаяся связь нашей Красной Армии с рабочими массами и крестьянством.
Наша Красная Армия родилась, формировалась и росла в гражданской борьбе, под пушечной и пулеметной канонадой белогвардейцев — наших классовых врагов, поддерживаемых международной контрреволюцией. Народным энтузиазмом, беззаветной отвагой, крестьянским упорством и выносливостью, пролетарской убежденностью в величии поставленной перед революцией цели была заряжена Красная Армия и тем победила врагов рабочих и крестьян, поставив твердую охрану на границах Советского Союза.
Прошло десять лет... Каких лет!.. Медленно, с перебоями, с рядом стихийных бедствий (неурожай в 1921 г., наводнение в Ленинграде, землетрясение в Крыму и так далее), с постоянными вылазками капитализма против Союза (ультиматум Керзона, налет на торгпредство в Лондоне, разрыв с Англией, жертвы в Китае и так далее), вместе с ростом материальной и культурной мощи Союза растет и мощь нашей Красной Армии.
Мы не являемся принципиальными сторонниками содержания в наличности постоянных вооруженных сил. Пролетарское государство в своей внутренней политике может обойтись без постоянной армии — это было довольно решительно заявлено нашей делегацией па так называемой Женевской мирной конференции26, и уже во всяком случае не наша вина, что наше предложение о действительном, а не мнимом, сокращении вооруженных сил не прошло. При таких обстоятельствах и при постоянном бряцании оружием за рубежом Союза необходимость заставляет нас быть особо внимательными к собственному вооружению.
141


Мы любим и ценим нашу Красную Армию не только как боевую силу, но и как лучшую молодую частицу рабочего класса и крестьянства. Для пролетарского государства она служит не как орудие постоянных авантюр и угроз соседям, она лишь необходимая и вынужденная защита границ Советского Союза, поэтому вполне понятна и та постоянная осторожность в политическом плавании, которую проявляет Советское правительство, стремясь обойти встречающиеся на пути государственного корабля подводные камни.
Но было бы глубочайшей ошибкой приписать эту осторожность сознанию собственной слабости. Когда настанет момент нарушения коренных интересов рабочего класса и крестьянства или опасность, Красная Армия сумеет, должна в полном размере выявить свою мощь, свою способность к их защите.
И сегодня, в день десятилетия Красной Армии, я вместе с каждым рабочим и каждым крестьянином с чувством некоторой гордости и удовлетворения приветствую Красную Армию в лице ее красноармейцев и моряков, командного и политического состава, с твердой уверенностью, что она свято не только хранит, но и развивает свои боевые революционные традиции, полученные ею при самом ее зарождении.
Да здравствует Красная Армия — оплот рабочих и крестьян!
М И. Калинин.
Избранные произведения, т. 2, стр. 218—220.


БОРЬБА ЗА НОВОГО ЧЕЛОВЕКА Речь на торжественном заседании, посвященном десятилетнему юбилею комсомола
28 октября 1928 г9
Десять лет прошло с момента возникновения комсомола. За это время комсомольская организация успела собрать в своих рядах два миллиона человек — молодых рабочих и крестьян. Это означает, что комсомол имеет возможность непосредственно влиять, поднимать и направлять во имя какой-либо определенной цели, на какое-либо конкретное дело двухмиллионную армию. Это очень большая возможность. Благодаря этому те целевые установки, которые время выдвигает перед нами, мы в состоянии осуществить с гораздо большей легкостью, чем если бы не было такой организации.
Какие в данный момент наиболее актуальные задачи стоят перед вами и на что особенно должно быть обращено внимание миллионных масс комсомольцев? Мне кажется, что теперь более чем когда-либо перед нами стоит задача формирования нового человека. Ведь старые поколения росли при совершенно иных материальных и политических условиях, при иных возможностях массовой организации, массового влияния и общественного воспитания. Раньше основной установкой воспитания революционной молодежи было воспитание гражданского мужества, воспитание политического борца, преданного до мозга костей пролетариату и трудящимся, воспитание ненависти к буржуазному строю, чтобы человек был готов в любую минуту на самопожертвование в борьбе против этого строя.
Можем лп мы сейчас ограничиться такой установкой?
Можем ли мы сейчас ограничиться только этими задачами? Ни в коем случае! Если тогда воспитание направлялось на отрицание буржуазного мира, на подготовку непосредственных борцов, стремящихся к разрушению этого мира, то в настоящее время перед нами стоит задача построения социалистического общества. Поэтому теперь 143


изучить Маркса, изучить Ленина,— это будет лишь одной частью работы, выпадающей на долю комсомольцев.
Ныне комсомолец должен знать не только марксизм- ленинизм. Он должен знать, кроме того, ряд отраслей деятельности человека, чтобы можно было выступить непосредственным строителем социалистического общества. Разумеется, что во всех своих действиях, во всех областях работы комсомолец должен руководствоваться марксизмом-ленинизмом. Сейчас, товарищи, для положительного участия в социалистическом строительстве далеко не достаточно просто критиковать, вообще бороться с отрицательными сторонами существующих условий,— этого нам мало. Отсюда вся установка комсомольской организации в области формирования нового человека должна быть рассчитана не только на усвоение марксизма-ленинизма, но и на распространение тех положительных знаний, которые необходимы в жизни для того, чтобы закрепить социализм практической работой.
Комсомольцы должны знать не только марксизм-ленинизм. Кроме этого, они должны выдвигать и инженеров, и техников, и агрономов, и литераторов, и живописцев,— одним словом, не должно остаться ни одной отрасли, которую бы комсомол не охватил, ибо, если хоть какая-нибудь отрасль деятельности выпадет из нашего поля зрения, значит в какой-то части люди будут неудовлетворены. Значит, первая задача, которая стоит перед комсомолом,— это воспитание уважения к положительным, практическим знаниям. Это я считаю одной из коренных задач, стоящих перед комсомольской организацией.
Прежде мы вовсе не обязаны были заботиться об увеличении производительности труда, о расширении производства,— об этом достаточно «заботился» капиталистический мир. А теперь, если мы не будем заботиться о производительности труда, о качестве, если мы не будем заботиться о распространении уважения к труду,— то кто же будет заботиться, если сами строители нового общества не позаботятся об этом? Я считаю, что перед вами в первую голову стоит задача развития, или, вернее, задача пропаганды и агитации среди комсомольских масс уважения к знаниям, к труду, чтобы развить стремление к полезным знаниям.
Вместе с тем важной вашей задачей является развитие уважения к трудящимся, к человеку, который трудится. 144


Десять лет растет комсомольская организация, одиннадцать лет существует Советская власть, а я вас спрашиваю: что у нас за эти десять лет в значительной степени выросло уважение к простому физическому труду?.. Я считаю, что в этом отношении мало поработал комсомол, что он слишком слабо толкал формирование комсомольской морали в пролетарском духе, а уважение к физическому труду есть один из сильнейших устоев пролетарской морали.
Вот почему перед комсомольской организацией, располагающей огромной армией, стоит задача, со своей стороны, способствовать развитию этой стороны пролетарской морали. Есть ведь и буржуазная мораль. И вот мы теперь иногда, чуть немного человек заикнется о каких-либо определенных нормах общественной нравственности, сейчас же осаживаем его: не морализируй, мораль, это —буржуазный признак. Это — ошибка. У нас есть пролетарская мораль, и мы должны развивать, укреплять ее и на этой пролетарской морали воспитывать будущее поколение. Наша мораль заключается в том, что все, что способствует укреплению рабочего класса, его боевой мощи, развитию социалистического строительства,— все это, безусловно, обязательно для комсомольца и партийца, все это он должен делать, все это является его моральным долгом.
Развитие внутри комсомола духа коллективности, прививка человеку коллективистских качеств — это один пз необходимейших факторов воспитания комсомольской организации. Надо прямо сказать, что это — одна из труднейших практических проблем, стоящих перед всеми нами, ибо это значит заставить миллионные массы людей совершенно переродиться. Но трудно — не значит непреодолимо. И если, начиная с комсомольской организации, человек в своей практической работе будет срабатываться с другими людьми, будет одолевать индивидуалистические черты, то несомненно, что у него коллективные навыки, умение совместно жить и работать с другими, умение координировать свои поступки с интересами других разовьется в довольно значительную сумму характерных особенностей нового человека — члена социалистического общества.
Общественный человек не стоит па месте, он живет и развивается. Его характер, привычки и знания — все это не более как накопленный опыт предыдущих поколений, накопленный общественный опыт. И если мы хотим двигать вперед человека, развивать его более ускоренным темЮ М. И. Калинин
145


пом, так, разумеется, в первую очередь мы должны развивать те характерные черты человека, которые особенно выгодны рабочему классу, которые выгодны в социалистическом строительстве, для социалистического общества. Вот в этой области, мне кажется, еще непочатый край работы.
Затем мне хотелось бы еще на одну сторону вопроса обратить ваше внимание. Молодежь — это великолепный, самый подвижной отряд человечества. Ведь не случайно же, что во всех революционных выступлениях застрельщиком является молодежь. Возьмите картины всех баррикадных боев, и вы увидите, что на боевых постах всегда впереди молодежь. Почему это происходит? Да потому, что молодежь острее всех воспринимает несправедливость старого мира, потому что у молодежи много физических сил, они переливают через край. Молодежь отважна и смела; она не боится смерти. Старики рисковать жизнью не всегда решатся: они больше берегут свою жизнь. Но это, по-моему, является не только заслугой молодежи, а и следствием ее особых физиологических свойств. Молодежь является прекрасной частью человечества, и эти качества и свойства молодежи надо беречь, культивировать и развивать. У меня сейчас нет возможности останавливаться, показывать на практических примерах, как это следует делать. Я думаю, что сама комсомольская организация, ее руководители могут найти и способы и возможности для развития этих замечательных черт у молодежи.
Наконец, попутно мне хотелось бы обратить вниманпе (между прочим, я это выполняю по просьбе, так сказать, женотдела, и я в этом вопросе целиком солидаризируюсь с ним и с удовольствием это поручение выполняю) на бытовой вопрос. У нас очень многие, в особенности среди молодежи, любят говорить о новом быте, рисуя его в совершенно извращенном виде. В особенности этот новый быт проявляется извращенным в отношении к девушке: «новый быт», «свобода», «долой все условности» и т. д. и т. п.
То, что человек, предположим, на протяжении десяти лет раз шесть-семь женится, разве это допустимо в новом обществе?
Теперь, когда мы ведем против этого борьбу и устанавливаем действительно свободные отношения, означает ли это, что в отношениях между мужчиной и женщиной не должно быть ответственности? Разве мы не видим, разве мы не знаем, что девушка, разочарованная в молодом пар146


не, по крайней мере, год или два является опустошенным, разбитым человеком?
Пролетарский быт требует, чтобы вы взвешивали каждый свой поступок и отдавали себе отчет, не будет ли этот поступок петлей, мертвой петлей близкому вам человеку. Тот, кто об этом не думает, делает не пролетарское дело и, безусловно, вредит развитию рабочего комсомольского движения, вредит построению социализма. В этом отношении, в деле оздоровления этой стороны быта, в установлении действительно человеческих отношений между полами, комсомольская организация многое может сделать и должна сделать.
Я только в самых общих чертах поставил перед вами то, что у меня бродит в голове,— то, что мне кажется еще самому не очень ясным в конкретных формах. Но для меня несомненно, что наши комсомольские организации несут огромную (и не могут не нести) ответственность, ибо они объединяют в своих рядах два миллиона человек. И если вы при поддержке партии эти два миллиона человек не сумеете воспитать политически, вырастить в том направлении, в каком это выгодно для укрепления социализма,— это будет значить, что вы не справились с огромным историческим назначением вашей организации.
Но я думаю, что комсомольская организация, находясь под руководством Коммунистической партии, находясь с ней в самом тесном общении, черпая у нее опыт, накопленный десятками лет, заряжаясь коммунистическим мировоззрением, или, вернее, беря как метод подхода к каждому вопросу коммунистический метод,— я думаю, что при таких условиях комсомольская организация решит эти задачи положительно.
За десять лет комсомол вырос количественно. Несомненно, за эти десять лет вы сделали значительные завоевания и в области качества. Поэтому я думаю, что наша все большая и большая организованность, все более раскрывающаяся конкретность тех задач, которые стоят перед нами,— все это, я думаю, дает возможность комсомольской организации справиться с трудными задачами по формированию нового человека, который должен быть не только бойцом, но и строителем нового, социалистического общества.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, Т. 2, стр. 249—254,


ИСТОРИЧЕСКОЕ РЕШЕНИЕ
Речь при закрытии XVI конференции ВКП(б)
29 апреля 1929 в.
Товарищи! Работа конференции закончилась. Я позволю себе сказать несколько слов в заключение. Конференция рассмотрела и утвердила план пятилетнего социалистического строительства. Увлеченные непосредственной практической работой, мы не замечаем иногда явлений, которые имеют исключительное значение, иногда не видим во всем объеме и величии той работы, которая выполняется Коммунистической партией. Нами обсужден и утвержден пятилетний план социалистического строительства. Товарищи! Это — величайшее счастье, выпавшее на долю революционеров. В прошлом лучшие умы человечества своим исключительным проникновением могли только в исторической перспективе, в самых общих чертах предвидеть контуры будущего социалистического общества. И пролетарии, увлеченные начертанием этих контуров, целыми сотнями и тысячами шли на борьбу, принося себя в жертву для приближения и претворения в жизнь социалистического преобразования. А теперь настоящая конференция утвердила план непосредственного, материально осязаемого, действительного социалистического строительства.
За границей еще до сих пор десятки миллионов пролетариев п лучших коммунистов борются и умирают за право на социалистическое строительство. А мы на этой конференции непосредственно обсуждали конкретный план этого строительства. Мы создаем ту материальную основу, благодаря которой будет закреплена окончательная победа коммунизма во всем мире. Принятие пятилетнего плана рисует известную высоту нашего социалистического строительства. Отражением успехов этого строительства, 148


отражением работы по подготовке самого пятилетнего плана является и следующий вопрос: вопрос о путях подъема сельского хозяйства и о льготах середняку. Не случайно этот вопрос выплыл на конференции; не случайно на этой конференции выдвинуты новые формы смычки с крестьянскими массами. Эти новые формы выдвинулись на основе развивающейся и поднимающейся индустрии, на основе социалистического строительства в городе. Весь план работы конференции, каждый пункт ее повестки дня тесно связан один с другим.
Не случайно на конференции были поставлены и вопросы о борьбе с бюрократизмом в советском аппарате и о чистке нашей партии. Для того чтобы справиться с широко развернувшимся социалистическим строительством как в городе, так и в деревне, требуется не только соответствующее повышение квалификации, не только соответствующее повышение энтузиазма, но и соответствующее повышение сознательности масс и, я бы сказал, преданности социалистическому строительству как среди партийных кадров, так и в советском аппарате, который является орудием проведения директив партии в жизнь.
То единодушие, которое было проявлено конференцией как в обсуждении вопросов, так и в принятии резолюций, является залогом, что принятые конференцией решения с таким же успехом будут проведены в жизнь.
Объявляю XVI Всесоюзную конференцию ВКП(б) закрытой. (Продолжительные аплодисменты. Все встают и поют «Интернационал».)
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 2, стр. 345—346.


БОРЬБА С РЕЛИГИЕЙ И СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО Речь на II Всесоюзном съезде Союза воинствующих безбожников
14 июня 1929 г.
Товарищи, я впервые нахожусь в дружеском общении с безбожниками (бурные аплодисменты), ибо постоянно работаю в апелляционной инстанции, куда жалуются верующие, и мне часто приходится «становиться» на сторону верующих. Ведь должен же их кто-нибудь защищать. О вас я слышу обычно с отрицательной стороны, со стороны жалобщиков. Поэтому у меня, может быть, немного «искривленное» представление о вас, в особенности о вашей практической работе. Политику мою и правительства вы знаете: вы всегда напираете, а мы, по мере надобности и целесообразности, сдерживаем.
Съезд безбожников с идеологической и политической точки зрения имеет очень большое значение. Он имеет, может быть, еще большее значение, чем это кажется многим. Кто такой безбожник? Это человек, который борется с одним из могущественнейших человеческих предрассудков.
Говорят, что религия есть человеческий предрассудок. Это будет не совсем точно, потому что это — больше, чем предрассудок. Это, в известной степени, остатки человеческой слабости перед силами природы, остатки организационной слабости человека. На заре человеческой истории религия явилась высшим фазисом человеческого развития по сравнению с магией, из которой она выросла. Это показывает, что человек вышел из периода господства колдовства. Человек не удовлетворился простым колдовством и потребовал более сложных сил. Это означает, что человек более или менее овладел силами природы, но все-таки слабо.
Параллельно с этим религия все более и более использовалась господствующими классами. Мы теперь боремся 150


с этим историческим продуктом, который господствующие классы используют в своих корыстных интересах.
Борьба с религией не нова, и безбожники в Советском Союзе не являются новым фактором. Безбожники были и раньше. Возьмите, например, французского просветителя Вольтера, у которого есть великолепно написанные антиклерикальные произведения. Но антирелигиозная пропаганда и агитация Вольтера не имела больших результатов. Разумеется, мысль шла вперед, и наши безбожники не могут теперь быть такими же, как французские в XVIII столетии. Мы сейчас стоим на такой стадии развития, когда просто высмеивать религию, вести борьбу чисто агитационным способом нельзя.
Как-то в разговоре со мной тов. Смидович сказал, что простая агитация против религии сейчас это — слишком примитивная борьба и ограничиться ею нельзя. Точно так же не решает вопроса чисто внешняя борьба, которая сводится к ликвидации внешних атрибутов религиозного культа. Если вы снимете колокола, конечно, будет целый ряд неприятностей. Я это знаю великолепно. Но все же снять их можно. Закройте все церкви — и этот опыт можно произвести, если взять в масштабе округа и даже губернии. Но ограничиться этим в данный момент нельзя. Надо вести углубленную борьбу, надо вести большевистскую борьбу.
Если мы направим все свои удары целиком и полностью только на эти, если можно так выразиться, казовые, формальные, бытовые стороны религии, на ее декорум — то это еще не будет борьбой с сущностью религии. Надо сказать, что наше крестьянство и даже городское простонародье, по существу говоря, в значительной степени больше исполняют внешнюю обрядность, чем имеют идейную религиозность. Когда мы боремся только с этой обрядностью, этого слишком мало.
Точно так же мало и того, если сами безбожники будут себе ставить только задачу борьбы с религией, как с таковой: я — безбожник и моя единственная идея, единственная цель — борьба с религией. Такой безбожник оторвется от большевизма, от коммунизма. Представьте себе 40—50— 60-летнюю религиозную женщину, которая изо дня в день ходит по церквам и служит молебны, так что вся ее жизнь выражается в исполнении этих обрядностей. Я думаю, что каждый из нас, кто больше жил и наблюдал таких людей, 151


скажет: это самый примитивный религиозный человек. Он исполняет культ, внешнюю сторону. Но она самая яркая защитница этой религии, она с внешней стороны — наиболее религиозный человек.
Тот безбожник, который своей единственной, самодовлеющей целью ставит борьбу с религией и больше ничего, в известном смысле уподобляется этой старой женщине. Он не коммунист. Это два противоположных человека, которые отвлеченно борются за и против внешнего проявления культа. Один старается уничтожить, а другой хочет во что бы то ни стало отстоять.
Поэтому, когда борьба с религией идет так, чтобы сохранить в себе действительного борца, надо примыкать к коммунизму. Это не значит, что надо непременно принадлежать к партии. Я беру идейную сторону, а не организационную.
А что значит быть безбожником-коммунистом? К борьбе с религией мы не подходим, как к какой-то самостоятельной, самодовлеющей, самой себя исчерпывающей цели. Мы ведем борьбу с религией для облегчения, для расчищения пути к коммунизму.
Борьба с религией — один из бесчисленных ручейков, одна из бесчисленных дорог, одно из средств расчищения пути к коммунизму. Безбожник, который в своей борьбе сойдет на путь только внешней борьбы, оторвется от основы нашего существования, от действительной цели существования, а цель эта — построение социалистического общества, освобождение человечества от эксплуатации, от экономического и политического рабства.
Борьба с религией есть одна из целей, и я не скажу, чтобы самая важная, но очень значительная, очень большая. Каждый, кто борется, если он хочет быть коммунистом, настоящим безбожником и иметь максимальные результаты от своей борьбы, должен связать эту работу с общим строительством, рассматривать свою работу, как одну из частиц этой общей работы. Он должен рассматривать себя, как боевого солдата на одном из бесчисленных фронтов советского строительства, на одном из фронтов борьбы за это строительство. Когда каждый безбожник усвоит эту аксиому марксизма-ленинизма, ему легко будет работать и практически.
Когда вы усвоите марксистскую истину, что ваша работа — один из ручейков обширного строительства, тогда 152


вы сможете свободно работать, тогда и взгляд у вас на каждый свой шаг будет иной.
Предположим, что завтра пасха. С отвлеченной точки зрения простого безбожника, надо разогнать всех справляющих этот праздник, так как это ерунда и предрассудок, надо их разогнать, чтобы они зря не портили рабочий день своими молитвами. С точки зрения отвлеченной мысли это можно сказать, но безбожник должен помнить, что он не только безбожник, а и строитель социализма, и поэтому каждый его шаг должен быть так рассчитан, чтобы он не помешал общему строительству, чтобы каждое его продвижение на этом фронте не тормозило другую часть строительства, а, наоборот, продвигало ее.
Почему мы, например, не закрываем сейчас все храмы? Конечно, главным образом потому, что у нас еще огромное количество верующих людей. Мало того, огромное количество трудового населения, мало того — преданных Советской власти, боровшихся за Советскую власть и сейчас борющихся за нее. Поэтому в области административных распоряжений мы должны взвешивать каждый шаг, не возмущать внешними формами борьбы огромные массы трудящихся, которые верят в бога по своему неразумению, по своему невежеству и неразвитости. Человек не виноват, что он не развит, это вина исторических условий и свергнутых эксплуататорских классов. Как только вы станете подходить к вопросу конкретно, серьезно, вы увидите, что надо действовать с большой осторожностью.
Религия не оторвана от классовой борьбы. Что означает классовая борьба в наших условиях? Это значит, что пролетариат и крестьянство — его беднейшая часть — борются с остатками капитализма, а у нас этих остатков еще немало. Если у нас почти пет крупных капиталистов, то маленькие капиталистики имеются в очень значительном количестве. И вот, если мы подойдем к верующим неосторожно, в резких формах, ясно, что этим мы будем толкать преданное нам трудовое население в объятия наших врагов.
Религиозная борьба сейчас у нас обострена не только па идеологической почве. Если бы религиозная борьба у нас происходила только внутри самого класса, то мы бы, пожалуй, или очень мягко кончили борьбу, пли могли бы иногда позволить себе по отношению к некоторым и грубость, так как все это свои люди. Но классовый враг подстерегает нас на нашем фронте строительства. Каждый 153


ложный шаг в той или иной области используется нашими врагами, и они стараются сагитировать против нас рабочих и беднейшие слои населения на каждом ложном практическом шаге, ошибке. В настоящее время религиозный культ превращается в убежище, куда идет вся эта свора старой буржуазии, находит там приют и моральное успокоение. Буржуазные элементы используют наши ошибки в религиозной борьбе и стараются их усугубить, чтобы оттолкнуть от нас рабочий класс и крестьянство. Этого мы не должны забывать. В области антирелигиозной борьбы должна быть проявлена исключительная гибкость.
Наконец, вы сами понимаете, что религия существует целое тысячелетие и до известной степени восполняет тот недостаток общественной жизни, который имелся в капиталистическом обществе. В капиталистическом обществе для рабочего класса и беднейшего крестьянства кабак, пивная и церковь были местами общественности. Когда мы несем безбожие в массы, то надо иметь в виду, что мало лишить человека веры в бога. Надо параллельно с этим поднять его культурный уровень, заполнить ту пустоту, которая получилась, когда исчезло религиозное чувство, культурным содержанием. Поэтому я говорю, что массовая работа не должна носить только агитационный характер, но за агитационной работой должна следовать и пропагандистская работа.
Мне кажется, что наша пропагандистская работа на безбожном фронте сравнительно слаба. У нас уже есть недурные книжки, выпущенные издательством «Безбожник». Опираясь на них, можно начать большую работу. Главная борьба происходит на заводах, на фабриках, в деревне, в общественных местах. Безбожник должен уметь защищать здесь безбожные идеи и особенно теперь. Ведь вы сами чувствуете, что внешнюю сторону православной религии можно было бы разбить очень просто, потому что православная обрядность осточертела и православным. Нет более похабных, более грязных рассказов и анекдотов в русском народе, как про попов, и всякий крестьянин с чрезвычайным удовлетворением слушает все эти анекдоты, хотя и исполняет культ. Сейчас нам нужна пропагандистская работа. Я считаю, что в данное время эту работу надо развивать.
Мы должны подготовить очень хороших работников по идейной борьбе, ибо теперь в религию пошла старая куль154


турная обывательская и буржуазно-интеллигентская публика. Она умеет бороться, она грамотна, она владеет языком, и чтобы выступать против нее, нужно приводить серьезные доводы, нужно знать не только все то, что мы знаем против религии, но до известной степени и самую религию, откуда опа вышла, какие у нее слабые стороны, и т. д. и т. п.
Борьба с религией как с религией, это тоже, по существу говоря, только внешняя сторона ее, а тут идет, главным образом, философская борьба, борьба за то — быть идеалистами или материалистами. Сейчас огромные массы православных христиан переходят в сектантство. Сектантство — более сложная, более рациональная форма идеалистического мировоззрения. Это такой дурман, который просто не обойдешь. У них скромные молельни. Если уничтожим одну, им ничего, они создадут другую. Если мы закроем молельню, они могут молиться под открытым небом, это еще красивее: они, мол, гонимы, они под господней твердью находятся. Это куда красивее. Вообще уничтожение внешних атрибутов — это только начало борьбы. Нужно идти вглубь, нужно с корнем вырывать религиозное, даже идеалистическое мировоззрение, которое говорит: «если бога нет, то есть высший разум».
Борьба с религией — одна из сложнейших проблем, и тот, кто взял на себя миссию бороться с религией, должен быть настоящим безбожником. Это значит не только уметь языки колоколов подвязывать,— для этой задачи при Советской власти большой храбрости не требуется. Вот если бы при царизме, предположим, кто-нибудь из вас взобрался на Исаакиевский собор и в самый нужный момент привязал бы язык, это было бы очень большим революционным действием, это вызвало бы огромное сочувствие даже у верующих. Почему? Потому, что при царизме залезть на Исаакиевский собор, да привязать язык при жандармах, при охранке, по существу это значило выразить протест против царского режима. А так как за подобный проступок угрожают жестоким наказанием и тот, кто пошел туда, знал, что он подвергнется жестокому наказанию, то про него сказали бы: «он совершил геройский поступок».
А теперь? — А теперь это ничего не стоит. Теперь скажут, что безбожники все это совершили под охраной милиции. Понимаете, в чем разница? А наши комсомольцы 155


иногда не понимают этой разницы. А теперь это превращается в озорство: люди безнаказанны в своих действиях, поэтому и привязывание языка не получает того политического эффекта, того действия, на которое они рассчитывают. Это значит, что одно и то же действие производить при разных обстановках нельзя. Обстоятельства изменились — значит, надо действовать по-иному. Те методы, которые при царизме вызывали уважение, считались геройскими поступками и на самом деле были геройскими, теперь могут оказаться просто озорством.
У нас в настоящий момент еще слишком много несчастий, слишком много горестей, слишком много бедствий, слишком велика бедность народа, слишком велика необеспеченность, слишком много болезней у человека. Мы имеем еще огромную некультурность самой широкой трудовой массы крестьянства, в особенности в наших отсталых республиках. Если принять все это во внимание, то выбудете более терпимо относиться к его религиозным воззрениям. В особенности нужно отличать его от тех буржуазных религиозников, которые используют религию в своих классовых интересах.
Мы должны приложить все силы, чтобы эти буржуазные религиозники не захватили в свои руки огромную низовую массу и не превратились бы в ее вождей. Поэтому я и говорю, что борьба, безбожников — это очень сложная, очень тонкая политическая борьба. У нас еще слишком много элементов, которые цепляются за религию как за орудие политической борьбы против Советской власти.
Главным фактором изживания религии является материальный и культурный подъем низовых масс рабочего и крестьянского населения. Чем больше рабочие и крестьяне будут подниматься культурно и, в особенности, чем лучше они будут обеспечены материально, тем легче они будут переходить на материалистическую точку зрения, на линию безбожников,
Если вы все это взвесите, я уверен, что вы оправдаете ту политику, которая вам, руководителям и борцам за идею безбожности, непосредственным и практическим борцам за эту идею, вероятно, кажется в высшей степени мягкой. Вам, может быть, кажется, что правительство относится к этой важнейшей проблеме с прохладцей. На самом деле мы вполне понимаем и кровно заинтересованы в скорейшем изживании религиозных предрассудков самых широких
153


масс, но мы понимаем, что это изживание должно развиваться не только вширь, но и вглубь и выковывать действительных безбожников-коммунистов, безбожников-большевиков, видящих всю совокупность задач строительства Советского Союза, способных бороться с религией за социалистическое строительство.
Таким образом, когда правительство ограничивает те или иные практические меры, оно исходит из тех соображений, что у нас очень значительные слои трудового населения — искренне или с сомнением — все же верующие. Из этого мы исходим, и с этим фактом мы должны считаться. На многих заводах возмущаются, когда верующего рабочего выдвигают на ту или иную общественную работу. Это считается позором, такого человека поносят. Но это, конечно, ошибка. Поскольку это — трудовой человек, поскольку он начинает втягиваться в общественную работу, это уже является первым залогом того, что если не в ближайшем, то в отдаленном будущем он перейдет на точку зрения безбожников. Он перейдет на эту точку зрения потому, что развитие общественного инстинкта у человека, развитие общественности будут заменять его религиозное чувство. Это будет совершаться с неумолимостью физического закона, и его религиозные чувства в конце концов исчезнут.
Не следует отпугивать от социалистического строительства трудовую массу на основе религиозности. У нас есть класс капиталистов и трудовой класс. В трудовом классе у нас в настоящий момент есть красные профессора, люди самой высокой квалификации, и в той же трудовой массе есть неграмотные рабочие, которые, вероятно, поклоняются чуть ли не шаману. Ведь Союз у нас чрезвычайно велик. И класс этот братский, п класс этот весь трудовой, и мы не должны оттолкнуть этого рабочего, этого крестьянина. Его надо развивать, поднимать его уровень. В этом гвоздь работы безбожников.
Не всегда надо действовать кнутом. Это не должно являться единственной «педагогической» формой воздействия. Большевики никогда не отрицали известной пользы насилия, но все же не годится превращать насилие в абсолютный метод, или, во всяком случае, насилие должно быть сугубо оправдано, мотивировано. Поэтому борьба с религиозным чувством — одна из труднейших проблем. Но в то же время велика и победа, та победа, которая растет у 157


нас. Надо сказать, что наша молодежь почти потеряла религиозное чувство. Это наша победа. Нужно идти крепкой непрерывной поступью.
В настоящее время наши силы выросли настолько, что нет ни одного уголка, где бы не было ячейки безбожников. В настоящее время мы широко охватили весь Союз. Надо эту работу углублять. Вот в чем гвоздь вопроса.
Я скажу, что надо давать бои на идейной почве. Это не значит, что правительство не помогает — боже упаси. (Смех.) Вы видите, как сильно религиозное чувство. (Смех.) Я давно не был в деревне, но помню, что, когда был на масленице, мы жгли масленицу. Масленицу начали жечь до Христа. Это обычай дохристианской эры, христианство боролось с этим.
Борьба должна быть, и правительство будет помогать в ней. Но не нужно терять частицы действительно трудового отсталого населения. Трудящееся население строит социализм, и мы его должны беречь. Когда происходила борьба за Советскую власть, то 99% было верующих. Поэтому трудовое население отпугивать нельзя, нужно вовлекать его в свою обработку. Когда вы его замуштруете, засюсюкаете, то вы его даете в обработку врагам. Теперь под религиозным флагом собираются антисоветские элементы. Поэтому надо умело вырывать трудовую массу из- под влияния этих элементов. Надо иметь терпение и надо учиться. Надо умело п логически вести борьбу. Я допускаю даже, что во многих местах вас могут побить доводами, но ведь коммунистов капиталистический строй из года в год бил, а окончилось тем, что мы его побили. Я начал свою политическую карьеру с тюрьмы, т. е. только что появился на арене и тю-тю! (Апл одисменты.)
Надо пройти известную школу. Нам придется бороться с мировым капитализмом, и для этого трудовой народ должен быть подготовлен. Всякая единица ценна. Борьба еще не окончена, она только развертывается, только еще готовятся международные силы. Поэтому нам бороться придется и придется бороться идейно на религиозном фронте. Это прекрасная сфера деятельности для закалки характера и убеждения других. Боец может выработаться только тогда, когда он сумеет драться в широкой массе с противником и на каждый довод врага приводить свой крепкий довод, который убедит нейтрального человека, поэтому я считаю, что в настоящее время не надо делать упора на 158


внешнюю сторону борьбы. Правда, мы не упускаем из виду и карнавалы и внешнюю смешную сторону в празднестве,— ее надо выявлять. Этим мы привлекаем массу. В дополнение я хочу сказать, что необходимо тем, кто серьезно работает на этом фронте, закалить себя в борьбе с действительными противниками, с попами, сектантами и в особенности с верующими интеллигентами, с людьми, умеющими выступать. Если вы сумеете побить интеллигента, то я скажу, что безбожник великолепно умеет бороться.
Таковы в общих чертах задачи, которые стоят перед нами. Силы безбожников выросли, но необходимо повышать их качество.
Я думаю, что вы, молодая растущая армия на безбожном фронте, сумеете себя закалить, сумеете стать действительно идейными бойцами, большевиками-безбожниками, которые умеют идейно бить своих противников. Если вы сумеете идейно защищать безбожничество, большевизм и коммунистическое строительство, то, я не сомневаюсь, вы ускорите победу пролетарского атеизма и тем самым подвинете вперед торжество социализма. (Бурные аплодисменты.)
М. И. Калинин.
Избранные произведения, Т. 2, стр. 347—350.


СПЛОШНАЯ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ И ЗАДАЧИ СОВЕТОВ
Речь при открытии Всесоюзного совещания по вопросам советского строительства
20 января 1930 г.
КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ - ДВИЖЕНИЕ МИЛЛИОНОВ
Товарищи! Президиум ЦИК Союза ССР постановил созвать настоящее совещание для того, чтобы обсудить вопрос о новых задачах Советов в связи с широко развернувшейся коллективизацией деревни. На это совещание приглашены председатели или заместители председателей областных, краевых и окружных исполнительных комитетов, находящихся на расстоянии не более четырех-пяти дней езды от Москвы.
Я хотел бы сказать несколько слов в качестве введения к предстоящему обсуждению этого вопроса. Должен предупредить вас, что у нас не будет специального доклада, так как здесь собрались люди, достаточно хорошо знающие этот вопрос. Свое слово я хочу использовать, так сказать, для того, чтобы дать установку.
На днях состоялось особое совещание при ЦК партии, созванное по вопросу о реорганизации партийного аппарата. Параллельно с этим там обсуждался и вопрос о новых задачах Советов, в связи с чем были сделаны наметки некоторых основных положений п была дана линия для решения этого вопроса.
В чем заключается сущность этого вопроса? Все вы прекрасно знаете, что в настоящее время в деревне развернулся процесс коллективизации, исключительный по своему масштабу и глубине. Этот процесс весьма основательно захватил буквально миллионные массы людей. Можно смело сказать, что теперь уже целые округа, даже области, от самых передовых деревень до самых глухих уголков, втянуты в процесс коллективизации. Никогда деревня не переживала такого лихорадочного социально-экономического переустройства, как сейчас, никогда в деревне не 1G0


было такой массовой переделки всей системы производства, как в паши дни. Спрашивается: какие причины вызвали это движение среди крестьян? Колхозное движение стало возможным прежде всего благодаря нашим огромным достижениям в области индустриализации.
С другой стороны, крестьяне поняли, что только на путях коллективизации своего мелкого и раздробленного хозяйства они могут добиться улучшения своего материального благосостояния и повысить свой культурный уровень. Крестьяне увидели основные успехи Советской власти в области строительства социалистической промышленности, с которым связан рост непосредственного влияния рабочих на всю жизнь Советского государства, с которым связан рост материального благополучия и культурного уровня рабочих. Ведь каждый разумный человек понимает, что этот рост обусловлен прежде всего ростом производительности труда рабочего. И вот крестьянство, по крайней мере его передовая часть, осознало необходимость повышения производительности своего труда, что оказывается возможным для миллионных масс лишь на базе крупного коллективного хозяйства, путем широкого применения высокой машинной техники. Осознание этой мысли и толкает повелительно крестьянство на путь коллективизации.
Несомненно, очень важную роль в деле развития колхозного движения играет политика Советской власти. Взять, например, сельхозналог: главной своей тяжестью он падает на верхушечную часть деревни, структура сельхозналога предполагает и обеспечивает на деле значительные льготы для колхозов. Далее, политика ограничения кулака, а теперь решительный курс на ликвидацию кулачества как класса,— это в свою очередь способствует развитию коллективизации. Если у иного крестьянина и могло быть обманчивое стремление поднять свое материальное положение путем индивидуального хозяйствования, то наша борьба с кулачеством отрезает такие пути. Наконец, наша агитация за коллективизацию тоже дала известные результаты, особенно в тех случаях, когда она опиралась на практические достижения отдельных колхозов и совхозов.
Все эти моменты, вместе взятые, и толкают крестьян на путь колхозного строительства. Теперь стоит вопрос: как практически, т. е. на деле, организационно, закрепить М. И. Калинин
161


это массовое движение; как его использовать для того, чтобы в кратчайший исторический срок навсегда переделать, преобразовать мелкое индивидуальное крестьянское хозяйство на социалистических началах и тем самым решить коренной вопрос нашей революции? Несомненно, что здесь еще предстоит колоссальная работа. Если промышленность потребовала от нас такое количество лет, чтобы мы более или менее поставили ее на твердую базу, чтобы мы обеспечили теперешние темпы для ее поступательного развития, чтобы мы вырастили соответствующие кадры организаторов и руководителей, то надо сказать, что в области сельского хозяйства нам придется затратить куда больше времени и самых напряженных усилий. При этом не надо забывать, что при организации промышленности мы могли прибегать в известной мере к помощи заграницы, к помощи капиталистических государств. Что касается развития крупного социалистического сельского хозяйства, то здесь вряд ли мы сможем получить многое от заграницы: всем известно, что по части организации крупного сельского хозяйства мы являемся пионерами. Самое большее, на что мы можем рассчитывать,— это голая техника, например тракторы, да и то в ограниченных размерах, а в области организации мы многого не получим.
В настоящее время много пишут и говорят, область перед областью хвастается, что у одних коллективизация проведена наполовину, у других — на две трети и т. д. и т. п. Разумеется, пока все эти разговоры являются предварительной ступенью, которая обязывает ко многому. Скоро начнется посев, и мы тогда посмотрим, сколько коллективизировано гектаров земли. Но и тогда это будет еще не вся работа, а только начало; и тогда одни будут хвастаться тем, что они засеяли столько-то, а другие тем, что они засеяли столько-то. Зато, когда придет страдная пора, когда начнется уборка урожая, тогда мы точно узнаем, каков был количественный размах и каково было качество всей работы по коллективизации. В самом деле, товарищи, ведь можно много формально засеять, но только от урожая, от борьбы за повышение урожайности зависят результаты, только тогда скажется во всей полноте работа местных органов.
162


ВО ГЛАВЕ БЕДНЯЦКО-СЕРЕДНЯЦКИХ МАСС НА ЛИКВИДАЦИЮ КУЛАЧЕСТВА
В связи с развернувшейся коллективизацией сельского хозяйства возникли новые и чрезвычайно большие задачи перед Советами, прежде всего перед сельскими Советами. Чтобы яснее очертить эти задачи Советов, позвольте привести следующие слова Ленина, сказанные на XI съезде партии, которые, по-моему, лучше всего подходят для характеристики современного положения: «Много у нас было всяких ходов и выходов из наших политических и экономических трудностей. Мы можем с гордостью похвастаться, что мы до сих пор умели использовать все эти ходы и выходы в разных сочетаниях, применительно к разным обстоятельствам, но теперь у нас больше никаких выходов нет. Позвольте это вам сказать без всякого преувеличения, так что в этом смысле, действительно, «последний и решительный бой» не с международным капитализмом — там еще много будет «последних и решительных боев»,— нет, а вот с русским капитализмом, с тем, который растет из мелкого крестьянского хозяйства, с тем, который им поддерживается. Вот тут предстоит в ближайшем будущем бой, срок которого нельзя точно определить» 27.
Вы видите, товарищи, что Ленин предвидел наступление того периода, который мы с вами сейчас переживаем. Да, мы действительно теперь вступили в «последний и решительный бой» с русским капитализмом, который растет на почве мелкого товарного хозяйства; мы вступили в бой с кулачеством, поставив перед собой задачу ликвидировать его как класс. Говоря словами Карла Маркса, «для нас дело идет не об изменении частной собственности, а об ее уничтожении, не о затушевывании классовых противоречий, а об уничтожении классов, не об улучшении существующего общества, а об основании нового общества» 28. Спрашивается, можно ли в таких условиях говорить о ликвидации Советов, можно ли говорить о замене Советов какими-либо другими организациями, например колхозами? Надо прямо сказать, что такое намерение является величайшей политической ошибкой. В связи с развернувшимся колхозным движением роль низовых Советов не уменьшается, а чрезвычайно увеличивается. В этих новых условиях не о ликвидации, не об «отмирании» Советов надо говорить, а, напротив, необходимо добиваться всемерного их укрепления.
163


Наши Советы должны стать застрельщиками, организаторами и руководителями широкого колхозного движения; они должны поднимать, мобилизовать и направлять бедняцко-середняцкие массы крестьянства на борьбу против кулачества. Если встречаются такие Советы, которые не справляются с этими задачами, то их необходимо распустить и переизбрать.
В связи со всем этим необходимо понять еще одну мысль: Советы являются не просто административными органами, а формой диктатуры пролетариата. До сих пор наши Советы были приспособлены к тому, чтобы подавлять сопротивление классовых врагов, в частности давить кулака. Теперь этого недостаточно, теперь мы стоим перед новыми, более сложными задачами, теперь мы устремились к тому, чтобы уничтожить частную собственность и преобразовать мелкое индивидуальное крестьянское хозяйство на социалистических началах. В свое время Ленин предупреждал, что нельзя узко понимать диктатуру пролетариата, нельзя сводить ее только к насилию над эксплуататорами. «Диктатура пролетариата,— говорил он,—...не есть только насилие над эксплуататорами и даже не главным образом насилие. Экономической основой этого революционного насилия, залогом его жизненности и успеха является то, что пролетариат представляет и осуществляет более высокий тип общественной организации труда по сравнению с капитализмом. В этом суть. В этом источник силы и залог неизбежной полной победы коммунизма.
Крепостническая организация общественного труда держалась на дисциплине палки, при крайней темноте и забитости трудящихся, которых грабила и над которыми издевалась горстка помещиков. Капиталистическая организация общественного труда держалась на дисциплине голода, и громадная масса трудящихся, несмотря на весь прогресс буржуазной культуры и буржуазной демократии, оставалась в самых передовых, цивилизованных и демократических республиках темной и забитой массой наемных рабов или задавленных крестьян, которых грабила и над которыми издевалась горстка капиталистов. Коммунистическая организация общественного труда, в которой первым шагом является социализм, держится и чем дальше, тем больше будет держаться на свободной и сознательной дисциплине самих трудящихся, свергнувших иго как помещиков, так и капиталистов.
164


Эта новая дисциплина не с неба сваливается и не из добреньких пожеланий рождается, она вырастает из материальных условий крупного капиталистического производства, только из них. Без них она невозможна. А носителем этих материальных условий или проводником их является определенный исторический класс, созданный, организованный, сплоченный, обученный, просвещенней, закаленный крупным капитализмом. Этот класс — пролетариат» 29.
Вот в чем, товарищи, суть вопроса. Теперь вы понимаете, почему как раз сейчас и особенно сейчас необходимо укреплять Советы. Именно через Советы как форму пролетарской диктатуры, как проводники пролетарского влияния, как инструменты пролетарского воздействия мы должны нести и внесем в колхозы свободную и сознательную дисциплину трудящихся.
Мы привыкли просто давить эксплуататоров. Конечно, это — великолепная вещь. Борьба с этого началась: мы их свергли, разбили и придавили. Если бы мы этого пе сделали, мы в настоящее время не могли бы собраться здесь, мы бы не могли вплотную подойти к построению социализма. Но кроме этого, Советы являются организаторами новых трудовых процессов, социалистических процессов, процессов высшего порядка по сравнению с капиталистическими процессами. Иначе социализм не может победить; он не победит, если пролетариат и его авангард, Коммунистическая партия, не внесут в раздробленное сельское хозяйство нового, более совершенного способа производства, более совершенной организации труда. А для этой работы необходимы Советы как органы пролетарской диктатуры.
Некоторые коммунисты, очарованные успехом коллективизации, потеряли трезвый рассудок и начали рассуждать о ненужности Советов в районах сплошной коллективизации, о том, что колхозы могут полностью заменить Советы.
Например, в «Рабочей Москве» от 19 сентября 1929 г. т. Доценко писал: «При сплошной коллективизации селений, с полным обобществлением, все функции сельсоветов могут осуществляться колхозами». Отсюда он сделал тот вывод, что «сохранение сельсоветов при наличии сплошного коллективизированного селения... будет лишней и дорогой административной надстройкой над колхозами». 165


В «Известиях» от 11 сентября 1929 г. т. Ряхов махнул еще шире. В своей статье он возвещает нам начало отмирания государства. «Колхозы,— пишет он,— решают и начинают проводить в жизнь задачи сельсоветов, колхозы опережают деятельность сельсоветов». Исходя из этого, он вопрошает: «Не является ли колхоз-село началом отмирания отдельных звеньев государственности в нашем Советском Союзе, строящем социализм?» При этом т. Ряхов ссылается на следующие слова Ф. Энгельса: «Общество, которое по-новому организует производство на основе свободной и равной ассоциации производителей, отправит всю государственную машину туда, где ей будет тогда настоящее место» 30.
Это значит хватить через край. И как будто товарищи эти берут очень «лево». А на деле, объективно, это есть самый настоящий правый оппортунизм. Пояснения, мне кажется, совершенно излишни: это попятно для каждого здравомыслящего человека. У этих товарищей желание несомненно очень доброе, но видно, что они подходят к вопросу не по-марксистски. Ведь марксист обязан принимать во внимание всю совокупность условий каждого данного момента. Кто не принимает во внимание всей совокупности, кто не умеет схватить специфические особенности переживаемого периода, тот не марксист, тот не может наметить правильную линию.
Как же это можно говорить, что колхоз в состоянии полностью заменить сельсовет? В чем тут основная, принципиальная ошибка? Эта ошибка заключается в непонимании того, что диктатура пролетариата осуществляется у нас в форме Советов, что сельсовет не есть только административный орган, а он есть низовой фундамент, база, организация, через которую и посредством которой охвачена вся многомиллионная масса беднейшего и среднего крестьянства, Сельсовет представляет собой неотъемлемую и очень важную частицу всей системы диктатуры пролетариата, Если мы упраздним сельсоветы, а потом ликвидируем райсоветы, то что же тогда получится? У нас получится голова и туловище без ног. Можно ли это принять? Нет, этого нельзя принять,
Далее, Советы являются формой диктатуры пролетариата. Скажите, пожалуйста, разве колхоз может быть формой диктатуры пролетариата? Нет, не может. Колхоз является только хозяйственной, производственной ячей166


кой, превращающей индивидуальный труд в общественный.
Если стать на точку зрения этих товарищей, то в целом ряде рабочих поселков мы должны были бы, пожалуй, уже давным-давно ликвидировать Советы и передать их функции, скажем, фабзавкомам. В Ленинградской и Московской областях имеется очень много таких поселков, в которых рабочие составляют подавляющее большинство. Казалось бы, что в таких поселках надо было уже давным-давно ликвидировать Советы. Однако даже в таких поселках мы сохраняем Советы, и они несомненно из года в год будут развиваться и расти как органы власти. Но этого еще мало. Упомянутые мною товарищи, как видно, совершенно пе учитывают особенностей той обстановки, в которой мы живем в настоящее время.
«ОТМИРАНИЕ» СОВЕТОВ И ПРАВООППОРТУНИСТИЧЕСКИЕ ПУТАНИКИ
Известно, что кулак мог существовать и развиваться при наличии мелкого товарного производства. Монополия на средства производства давала ему возможность держать в кабале бедноту. Мы теперь вооружаем бедноту и середняков средствами производства на началах коллективного хозяйствования, разоружая при этом кулаков и ликвидируя их монополию на средства производства. Именно потому, что сейчас развернулось гигантское колхозное движение, именно поэтому раскулачивание влечет за собой уничтожение кулачества как класса. В связи с этим неизбежно обострение классовой борьбы, главной и решающей формой которой является теперь борьба кулачества против колхозов. Практическое осуществление лозунга раскулачивания должны взять в свои руки местные Советы как органы пролетарской диктатуры. Несомненно, кулак оказывает и будет оказывать бешеное сопротивление социалистическому наступлению, будет отчаянно бороться за самосохранение. Тем крепче должны быть паши Советы, тем энергичнее они должны развивать и толкать колхозное движение, тем решительнее они должны действовать в качестве инструмента для подавления сопротивления кулаков. Это — ясно. Однако находятся люди, которые считают возможным заменить Советы колхозами; находятся люди, которые провозглашают начало отмирания пролетарской 167


государственности... это тогда, когда происходит ожесточенная классовая борьба, когда разыгрывается «последний и решительный бой» с остатками русского капитализма.
Очевидно, эти люди также слишком примитивно представляют себе и построение социализма в одной стране. Очевидно, они допускают, что при построении социализма в одной стране, окруженной со всех сторон капиталистическими государствами, пролетарская власть будет пе нужна, что тогда можпо будет выбросить ее на задворки. Вот вам, дескать, добровольная ассоциация, коллективизация, она все делает, а власть не нужна. Это когда? Это предлагается в такое время, когда произошел вооруженный конфликт с Китаем. Надо совершенно ничего не понимать, чтобы таким образом мыслить. Пока мы находимся в капиталистическом окружении, до тех пор нам нужна Красная Армия, нужны органы ОГПУ, органы Наркоминдела и ряд других; пока на наши границы направлены пушечные жерла капиталистического мира, до тех пор говорить об отмирании власти по меньшей мере смешно.
Ленин неоднократно указывал, что отмирание государства начнется по-настоящему только тогда, когда отомрут классы. А теперь ведь, это известно, у нас классы еще не уничтожены. Пока что мы только приступили к уничтожению кулачества как класса. В связи с этим перед Советами стоит большая задача — подавить сопротивление кулачества и других капиталистических элементов. Но, кроме того, у нас еще остается крестьянство как класс, по отношению к которому перед Советами стоит еще более сложная и трудная задача переделки и перевоспитания.
«Ясно, что для полного уничтожения классов,— говорит Ленин,— надо не только свергнуть эксплуататоров, помещиков и капиталистов, не только отменить их собственность, надо отменить еще и всякую частную собственность на средства производства» 31.
Это, конечно, намек на крестьянство.
«Надо уничтожить,— продолжает Ленин,— как различие между городом и деревней, так и различие между людьми физического и людьми умственного труда» 32.
Вот и подумайте. Оказывается, вот когда отмирание власти-то возможно, именно, когда будет уничтожено различие между трудом умственным и трудом физическим! Как будто это не скоро будет. Ленин так и говорит: «Это — дело очень долгое. Чтобы его совершить, нужен громадный 168


шаг вперед в развитии производительных сил, надо преодолеть сопротивление (часто пассивное, которое особенно упорно и особенно трудно поддается преодолению) многочисленных остатков мелкого производства, надо преодолеть громадную силу привычки и косности, связанной с этими остатками.
Предполагать, что все «трудящиеся» одинаково способны на эту работу, было бы пустейшей фразой или иллюзией допотопного, домарксовского, социалиста. Ибо эта способность не дана сама собой, а вырастает исторически и вырастает только из материальных условий крупного капиталистического производства. Этой способностью обладает, в начале пути от капитализма к социализму, только пролетариат» 33.
Заметьте, Ленин говорит: «в начале пути от капитализма к социализму», а ведь мы только в начале этого пути и находимся. Спрашивается, может ли колхоз заменить собой Совет как орган пролетарского воздействия на мелкобуржуазную массу? Ведь в колхозах будет происходить очень серьезная борьба между частнособственническими и социалистическими тенденциями. Что же, закрывать на это глаза? А нам предлагают подменить низовые органы пролетарской диктатуры колхозами. Как видите, говорить об отмирании Советов, о замене их колхозами, мне кажется, нет никаких оснований. И, насколько я знаю, такого рода взгляды в общем и целом не имеют у нас широкого распространения, они не сильны. Это, вероятно, немногочисленные горячие и увлекающиеся головы могли дойти до таких взглядов.
Наконец, товарищи, я хочу остановиться еще на одном моменте. Эти горячие головы, как видно, совершенно не понимают учения Маркса, Энгельса и Ленина об условиях отмирания государства. Государство пролетарской диктатуры по необходимости должно просуществовать довольно- таки длительный период времени, пока не восторжествует полностью и целиком коммунизм. Поэтому не удивительно, что Ленин вслед за К. Марксом и Ф. Энгельсом настойчиво подчеркивал то положение, что государство будет еще существовать и при социализме, если рассматривать социализм в качестве первой фазы или стадии коммунизма. Больше того, и К. Маркс, и Ф. Энгельс, и Ленин указывали на то, что при социализме в течение известного времени остается «буржуазное право» и даже «буржуазное 169


государство без буржуазии» 34. Так получается потому, что сейчас же после свержения капитализма люди сразу не могут научиться работать на общество без всяких норм права. Кроме того, немыслимо сразу после свержения капитализма создать экономические предпосылки для немедленной ликвидации всяких норм права. «А других норм,— пишет Ленин,— кроме «буржуазного права», нет. И постольку остается еще необходимость в государстве, которое бы, охраняя общую собственность на средства производства, охраняло равенство труда и равенство дележа продукта.
Государство отмирает, поскольку капиталистов уже нет, классов уже нет, подавлять поэтому какой бы то ни было класс нельзя.
Но государство еще не отмерло совсем, ибо остается охрана «буржуазного права», освящающего фактическое неравенство. Для полного отмирания государства нужен полный коммунизм» 35.
Заметьте: «государство отмирает, поскольку капиталистов уже нет». А у нас они еще имеются, за пределами же Союза они господствуют. Государство отмирает, поскольку «классов уже нет». А у нас еще существует самый многочисленный класс — это класс мелкобуржуазного крестьянства. «Подавлять поэтому какой бы то ни было класс нельзя». А мы подавляем и ликвидируем класс кулаков, или классовую дробь капиталистов. Но, по Ленину, даже при уничтожении классов государство еще не отмирает, оно продолжает существовать и на его обязанности лежит охрана «буржуазного права», освящающего фактическое неравенство. Чтобы государство полностью и навсегда отмерло, для этого «нужен полный коммунизм». А в чем сущность полного коммунизма? Когда будет полный коммунизм? Тогда, когда каждый будет добровольно трудиться по способностям и свободно брать по потребностям. Это и будет развернутый коммунизм. Но до этого еще далеко, до этого еще должно существовать социалистическое государство, охраняющее «буржуазное право», освящающее фактическое неравенство. Это фактическое неравенство проистекает из равного права па равный продукт. Это право, как и всякое право, предполагает неравенство и потому оно является остатком «буржуазного права».
В самом деле, все отрабатывают равную долю общественного труда и каждый получает равную долю общество


венного продукта. Но ведь человек человеку не равен: один сильнее, другой слабее, один женат, другой холост; у одного много детей, а у другого мало и т. д. Следовательно, при социализме останутся различия в богатстве, по зато невозможна будет эксплуатация человека человеком, так как нельзя захватить в частную собственность средства производства, которые являются общественной собственностью. Поэтому Ленин говорит: «В первой своей фазе, на первой своей ступени коммунизм не может еще быть экономически вполне зрелым, вполне свободным от традиций или следов капитализма. Отсюда такое интересное явление, как сохранение «узкого горизонта буржуазного права» — при коммунизме в его первой фазе. Буржуазное право по отношению к распределению продуктов потребления предполагает, конечно, неизбежно и буржуазное государство, ибо право есть ничто без аппарата, способного принуждать к соблюдению норм права.
Выходит, что не только при коммунизме остается в течение известного времени буржуазное право, но даже и буржуазное государство — без буржуазии!
Это может показаться парадоксом,— продолжает Ленин,— или просто диалектической игрой ума, в которой часто обвиняют марксизм люди, не потрудившиеся ни капельки над тем, чтобы изучить его чрезвычайно глубокое содержание.
На самом же деле остатки старого в новом показывает нам жизнь на каждом шагу, и в природе и в обществе. И Маркс не произвольно всунул кусочек «буржуазного» права в коммунизм, а взял то, что экономически и политически неизбежно в обществе, выходящем из недр капитализма» 36.
Этого буржуазного права имеется у нас сейчас сколько угодно. Даже при значительном успехе оно будет иметь место. Но ведь сейчас мы еще далеки от настоящей социалистической организации труда и распределения продуктов. Но и когда это будет, даже тогда государство еще не отомрет.
Вы видите, как ставил и решал Ленин, исходя из учения Маркса и Энгельса, вопрос об условиях отмирания государства. Вы видите, что это дело сравнительно далекого будущего. И все-таки находятся люди, которые считают, что уже сейчас колхоз является началом отмирания отдельных звеньев государственности в нашем Советском Союзе.
171


НИ ШАГУ ОТ МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА
Товарищи, развернувшаяся коллективизация поставила перед нами много не только практических, но и принципиальных вопросов, отличающихся большой сложностью. Если посмотреть на все процессы, которые совершаются сейчас в нашей стране, то легко заметить, что они требуют серьезного теоретического вооружения, чтобы в них легко разобраться. Когда направляешь прожектор марксистского мировоззрения на эти процессы, тогда онп становятся ясными и тогда в них легко разобраться, во всяком случае легче разобраться, чем доходить до понимания их сущности экспериментальным путем. И вот развернувшаяся коллективизация снова и снова выдвигает вопрос о том, что наши практические работники на местах должны основательно подковать себя теоретическими знаниями для того, чтобы уметь с соответствующим теоретическим освещением подойти к разрешению сложнейших проблем наших дней и чтобы уметь марксистско-ленинское теоретическое понимание наиболее практично применять в своей административной и организационной работе.
Я кончаю, товарищи, свое вступительное слово. Я не собирался делать здесь доклад, мне хотелось только поставить ряд вопросов, чтобы они вызвали соответствующий отклик у приехавших товарищей. Нам нужно обсудить глубоко и всесторонне, принципиально и практически вопрос о новых задачах Советов в связи с коллективизацией, руководствуясь при этом марксистско-ленинским учением, оставаясь при этом на соответствующей теоретической высоте, ибо Коммунистическая партия никогда не ограничивалась в своей работе только узко практическими результатами, она всегда строила и будет строить свою политику на базе принципиальных марксистско-ленинских положений. Разрешите на этом закончить мое вступительное слово и пожелать, чтобы наше совещание дало плодотворные результаты.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 2, стр. 380—393.


МЫ ВСТУПИЛИ В ПЕРИОД СОЦИАЛИЗМА Речь при закрытии XVI съезда В КП (б)
13 июля 1930 г.
Товарищи! Съезд наш закончил свои работы. Мы подвели итоги достижений за два с половиной года и наметили пути для нового продвижения вперед. (Продолжительные аплодисменты.)
Своеобразие международной политической обстановки в данный момент определяется усилением борьбы труда с капиталом и углублением кризиса капиталистического хозяйства. Эти обстоятельства все более и более укрепляют в сознании самых широких слоев населения, не говоря уже о пролетариате, мысль о том, что капитализм неспособен двигать человечество вперед, что неизбежная гибель его действительно предрешена историей и что он, капитализм, переживает сейчас начало своего собственного конца. Вместе с тем мысль эта,—что капитализм неспособен двигать человечество вперед, в большой степени обостряется под влиянием все более развивающихся темпов строительства новой жизни в стране диктатуры пролетариата.
Товарищи, именно в данном своеобразии международной политической обстановки и заключается объяснение того, что к XVI съезду приковано внимание буквально всего мира. Враги наши искали и до сих пор еще не теряют надежды найти признаки ослабления и недовольства системой пролетарской диктатуры. Друзья наши, угнетенные классы во всех странах, взирают с надеждой, жадно ловят каждую весть о малейшем успехе в строительстве социализма, ибо они понимают, что эти успехи являются их кровными успехами.
Я не знаю, сумели ли наши враги заметить, понять и оценить тот факт, что XVI съезд большевиков все время был окружен плотной стеной трудящихся масс и вел свою 173


работу в атмосфере полного доверия, открытого сочувствия и решимости бороться за полную победу социализма не только со стороны рабочего класса и крестьянства, но и со стороны передовой интеллигенции. (Аплодисменты.) Наша партия сейчас, как и всегда, крепко спаяна с массами; задачи партии близки и понятны массам. Об этом свидетельствуют многолюднейшие демонстрации трудящихся во всей стране в день открытия XVI съезда и бесчисленные приветствия, с которыми здесь выступали делегации с разных концов Советского Союза.
Товарищи, социалистическое строительство в нашей стране получило огромный размах, но к большим величинам и темпу у нас уже привыкли, они делаются обыденными. Теперь вообще трудно чем-нибудь поразить или удивить. Все мы неудержимо рвемся к лучшему и новому, крепкому и мощному, от большого к грандиозному, от быстрого к еще более ускоренному.
Еще совсем недавно мы восторгались Волховстроем, а теперь нас не удивляет уже и Днепрострой. Вчера мы праздновали открытие Турксиба и Тракторостроя, а сегодня как нечто совершенно нормальное мы принимаем начало строительства комбайновых заводов и металлургических гигантов — Магнитогорского, Кузнецкого и др. Мы спокойно и уверенно отбрасываем в книге великой социалистической стройки одну страницу за другой, как будто все совершающееся так и должно быть, как будто ничего особенного не происходит. В дальнейшем, пожалуй, мы примем как должное и Ангарстрой, и Волгострой, и Уралосибирский комбинат, и сплошную коллективизацию сельского хозяйства всего Советского Союза. В этом, товарищи, сказывается непоколебимая уверенность в полной победе социализма. (Аплодисменты.)
Но одной уверенности еще мало: надо добиться того, чтобы уверенность эта опиралась на соответствующую производительность труда. «Производительность труда,— как говорил Ленин,— это, в последнем счете, самое важное, самое главное для победы нового общественного строя. Капитализм создал производительность труда, невиданную при крепостничестве. Капитализм может быть окончательно побежден и будет окончательно побежден тем, что социализм создает новую, гораздо более высокую производительность труда. Это — дело очень трудное и очень долгое, но оно начато, вот в чем самое главное» 37.
174


Так ставил Ленин вопрос о производительности труда. И если мы добьемся того, чтобы эту истину твердо усвоили рабочие и колхозники всего Союза, тогда мы наверняка и безусловно победим. (Аплодисменты.)
Товарищи, мы вплотную подходим к социализму. В этом выражается всемирно-историческое значение успехов, достигнутых нами за истекший период борьбы и строительства. Но это еще не коммунизм, и даже не социализм, ибо, как указывал Ленин, «коммунизм начинается там, где появляется самоотверженная, преодолевающая тяжелый труд, забота рядовых рабочих об увеличении производительности тРУДа, об охране каждого пуда хлеба, угля, железа и других продуктов, достающихся не работающим лично и не их «ближним», а «дальним», т. е. всему обществу в целом, десяткам и сотням миллионов людей, объединенных сначала в одно социалистическое государство, потом в Союз Советских республик» 38.
В предыдущий период мы видели немало случаев проявления такой заботы. Я твердо уверен, что после XVI съезда и на основе его решений эта забота все больше и больше будет охватывать рабочий класс и всех колхозников Советского Союза. (Аплодисменты.)
Товарищи, враги Советской власти — как вне, так и внутри нашего Союза — ждали если не раскола, то по крайней мере ожесточенной борьбы на XVI съезде. Но снова и снова они просчитались. Съезд продемонстрировал полное свое единство и крепкую сплоченность вокруг ленинского руководства, возглавляемого товарищем Сталиным. (Бурные, продолжительные аплодисменты.) Никто из оппозиционеров не дерзнул выступить на съезде против намеченной линии партии. Наоборот, мы были здесь свидетелями капитуляции со стороны бывших лидеров правой оппозиции и признания ими правильности линии партии.
Что касается «левого» уклона, то никто его здесь не представлял. Вот почему можно сказать, что XVI съезд знаменует собой разгром правого и «левого» оппортунизма. (Аплодисменты.) Однако, товарищи, это совсем не значит, что борьба на два фронта закончилась. Опасность правого уклона, как главная опасность в партии, остается независимо от поведения бывших лидеров правого уклона. Точно так же у нас еще не ликвидированы начисто «левые» заскоки и примиренческое отношение к троцкизму.
175


Поэтому партия должна с еще большей непримиримостью и настойчивостью вести в дальнейшем борьбу на два фронта, руководствуясь при этом решениями XVI съезда, которые не оставляют никаких лазеек для уклонистов.
Товарищи, теперь перед партией и рабочим классом открывается период дальнейшего развернутого наступления социализма по всему фронту. Я думаю, что выражу ваше общее мнение, если скажу: вооруженная ленинскими решениями XVI съезда, паша партия во главе с ЦК поведет рабочий класс под знаменем ленинизма на штурм последних остатков капитализма в нашей стране. Я уверен, что в результате этого последнего и решительного боя мы превратим Россию нэповскую в Россию социалистическую. (Бурные аплодисменты.)
За пятилетку в четыре года! (Аплодисменты.)
За сплошную коллективизацию сельского хозяйства всего Советского Союза! (Продолжительные апло- д и с м е н т ы.)
Вперед, к полной победе социализма! (Бурные, продолжительные аплодисменты. Все встают. Поют «Интернационал».)
Объявляю XVI съезд Всесоюзной Коммунистической партии большевиков закрытым.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 2, стр. 443—446


РЕЧЬ НА ТОРЖЕСТВЕННОМ МИТИНГЕ ПРИ ПУСКЕ МОСКОВСКОГО ЗАВОДА «ФРЕЗЕР» ИМЕНИ КАЛИНИНА
2 июля 1932 г.
Товарищи, сегодня рабочий день, поэтому будем покороче. Приветствую вас в том, что вы сегодня приступили к эксплуатационной производительной работе. До сих пор рабочие все лишь строили, то есть, другими словами, расходовали народные средства на постройку настоящего заводя, А теперь завод приступил к выполнению тех задач, которые ложатся па него, то есть завод стал платить за свои расходы. Завод ваш узкоспециальный, поэтому и рабочие, и технический персонал должны достичь такого положения, чтобы этот завод считался в Москве особенным, интересным, оригинальным, своеобразным и заводом, технически хорошо поставленным, так, чтобы если в Москву приедет экскурсия или заводской рабочий, или человек с техническими знаниями, чтобы они считали, что надо побывать на заводе «Фрезер», что это очень интересный завод и дело поставлено хорошо.
Построить завод — это, конечно, задача очень трудная, по это легче выполнимо, чем выпускать хорошую продукцию. Поэтому, хотя вы и построили завод, написали вывеску, однако говорить о заводе в полном смысле этого слова нельзя. Есть, конечно, и технические средства, и металл, однако это все мертвый материал, если рабочий коллектив еще не охватил всей этой мертвой материи. Эта мертвая материя может только тогда превратиться в животворящую силу, когда рабочий коллектив охватит все, когда пойдет непрерывный поток производства хороших по качеству изделий. Вот когда пойдет этот поток, тогда мы и узнаем, как работает завод. А пока мы только поставили немецкие станки. Нам особенно хвастаться нечего, рано. Иногда, конечно, можно, но вообще хвастаться рано.
Так как ваш завод новый, люди пришли со всех сторон, теперь же надо создавать заводские традиции. Мне бы
м. И. Калинин


хотелось посоветовать, во-первых, чтобы завод был безусловно чистый, за этим надо тщательно следить; надо добиться, чтобы рабочие чисто одевались, брились: рабочий, который неряшливо, неважно одет, в большинстве и работник неважный. Если везде в мастерских будет чисто, то и рабочий будет относиться иначе к своему станку. Дальше, хотелось бы, чтобы ваш поселок был внешне красив. Хотелось, чтобы это было проведено в жизнь. Многое зависит от вас самих.
Во многих заводах вырастали свои определенные традиции. Например, если сказать: изделие такого-то завода, например Макса Тельца в Ленинграде, хорошо, то знаем, что завод этот работает хорошо и плохих изделий вообще не выпускает. Плохое изделие лучше уничтожить или отдать в брак, но портить марку завода нельзя. Надо сделать так, чтобы рабочему, ушедшему с завода «Фрезер», было открыто место на других заводах, как рабочему, пришедшему с хорошо работающего завода.
Я считаю, что вам надо ввести заводской знак, чтобы на вашем знамени была бы марка, и ее узаконить, чтобы марка была и на изделиях завода. Это внешняя сторона, но ее нужно провести.
Следующей большой задачей является охват производства, изучение той работы, которая вам предстоит. Будут большие препятствия, плохой материал, металл, вам придется парализовать и исправлять ошибки других, поэтому совершенствование в этом деле обязательно. Для того чтобы работа выходила хорошо, надо беречь заводской инструмент, станок. Искусство рабочего — это хранить и беречь инструмент, машину, на которой он работает, от чего, собственно говоря, и получаются хорошие изделия. Мне хотелось бы, чтобы такое отношение вкоренилось в быт, в традиции завода моего имени и чтобы это было традицией завода «Фрезер».
Думаю, что с этим делом справитесь и наше изделие будет конкурировать с заграничным.
М. И. Калинин.
Избранные произведения, Т. 2, стр. 583—584.


РЕВОЛЮЦИОННАЯ ЗАКОННОСТЬ - МОЩНЫЙ РЫЧАГ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО СТРОИТЕЛЬСТВА Речь на торжественном заседании в Комакадемии по поводу 10-летия советской прокуратуры
3 июля 1932 г.
Товарищи, мои первые слова будут словами приветствия, с которыми я обращаюсь к вам по случаю 10-летнего юбилея Института советской прокуратуры. Я не буду долго говорить, ибо думаю, что и народный комиссар т. Крыленко и все другие товарищи наметили те основные задачи, которые стоят сейчас перед прокуратурой.
Я хотел бы подчеркнуть в связи с вашим юбилеем, что прокуратура как институт до сих пор мало сделала в смысле укрепления революционной законности. Ведь революционная законность является одним из рычагов для проведения соответствующей политики. Судебные работники, суд, прокуратура — это огромный рычаг социалистического строительства. Конечно, сейчас перед нами стоит громадная работа: основное внимание не только правительства, но и всего населения обращено на экономические факторы.
Но из этого отнюдь не следует, что административные, просвещенческие, вообще культурные факторы, тесно связанные с экономическими, могут оставаться в тени. Вы сами понимаете, что социалистическое строительство не может развиваться только одними чисто материальными элементами, ибо социализм включает в себя материальные элементы и соответствующее культурное развитие.
Кроме того, я должен сказать, что при социализме сохраняется и право, которое тоже развивается в известном направлении. Дело в том, что всякое право до сих пор являлось результатом в конечном счете данного экономического положения общества. Поэтому Маркс говорил, что «право никогда не может быть выше, чем экономический строй и обусловленное им культурное развитие общества» 39. А так как общество до сих пор развивалось в клас179


совых противоречиях, то право всегда было классовым правом. Следовательно, как говорит Маркс, всякое право предполагает неравенство. Всякое право по крайней мере в идеале есть применение одинакового масштаба к различным людям, которые на деле не одинаковы, не равны друг другу.
Не случайно, когда изучают историю, то по отдельным тяжбам стараются уловить структуру старого общества, ибо эти тяжбы, проходящие через судебный процесс, очень тесно связаны с бытом, отражают этот быт, строение и развитие данного общества. И опытный историк среди тысячи судебных дел всегда найдет такие дела, которые раскрывают быт, культуру, состояние отношений между людьми. Суд должен решать миллионы бытовых дел. Суд имеет очень большое значение в социалистическом строительстве.
И мне кажется, товарищи, поскольку мы теперь строим социализм, строим сознательно, постольку все рычаги, которые мы имеем в руках, все эти рычаги мы стремимся употребить с одной целью, с целью укрепления и развития социалистического строительства. Поэтому несомненно, что рычаг права, судебный рычаг, имеет отнюдь не второстепенное значение в успешном строительстве социализма. Если вы возьмете человека, бывшего хотя бы раз под судом, то он вам скажет, и вы сами почувствуете, что процедура суда, само решение суда очень долго помнится этим человеком, оставляет навсегда след у него. А поскольку этот процесс оставляет след в памяти человека, постольку и влияние этого процесса на психологию человека, на его будущие поступки должно быть огромно.
И вот когда вы все это учтете, то сами поймете, что судебный процесс в области социалистического строительства имеет огромное значение.
В нашей стране происходит острая классовая борьба, которой мы отдаем свои силы. Для разрешения политических вопросов в нужном для диктатуры пролетариата направлении мы не останавливаемся перед непосредственным применением силы. Однако можно ли ставить вопрос так, что мы, мол, настолько заняты хозяйственным строительством, что тут можем обойтись без права, без революционной законности? Нет.
Так ставить вопрос абсолютно неправильно.
Чем шире размах социалистического строительства, чем острее классовая борьба, тем важнее значение революционно


ной законности. В своих последних решениях партия и правительство определенно зафиксировали, что революционная законность является одним из важнейших средств укрепления пролетарской диктатуры, защиты интересов рабочих и трудящихся крестьян и борьбы с классовыми врагами трудящихся.
Мы с вами должны понимать и понимаем, что это по означает механического или текстуального проведения революционной законности в том или ином судебном процессе или во всех административных отношениях между населением и административными органами. Это не означает, что если индивидуум такой-то подпал под такой-то параграф формально, то дело закончено, революционная законность проведена. Не так надо понимать. Проведение революционной законности означает гарантирование людям известных прав в их частной жизпи и особенно в социалистическом строительстве. Мало того, при известных столкновениях или случаях надо, чтобы судебные работники, и в особенности прокуратура, в борьбе между людьми и между отдельным человеком и советскими государственными и общественными органами умела всегда, когда чувствует, что с человеком неправильно расправляются,— умела бы этого человека защитить.
Вы сами понимаете, что в пашей практической работе — и в административной, и в хозяйственной, и особенно в политической — мы всегда отдаем предпочтение тому, что полезно классу в целом. И это правильно. Но из этого отнюдь не следует, что не надо ценить человека как человека. Ведь буржуазный строй с его защитой этого человека не как человека, а денежного мешка этого человека, защитой эксплуатационно-хищнической стороны индивидуальных интересов, по существу говоря,— сплошное лицемерие. По существу говоря, если ставить вопрос о защите человека как человека, о том, чтобы этот человек чувствовал, что то общество, за которое он борется, что это общество вместе с тем употребляет все усилия для того, чтобы беречь человека, то это общество может быть только коммунистическим.
При развернутом коммунизме, я считаю, что каждый человек в отдельности будет идеально относиться к человеку, и если случится какое-нибудь несчастье, падение того или другого человека, то обществом будет сделано все для того, чтобы поднять его. Я думаю, что наша прокура181


тура и судебные органы должны помнить эту задачу — социалистический строй исключительно бережет человека и расправляется или изолирует только тех, кто абсолютно вредит обществу, кто является непримиримым врагом, из которого не может получиться организованный сотоварищ по социалистическому строительству.
Одним словом, я не буду вдаваться в дебри философии, чтобы и себя не запутать, и вас не увлечь на этот путь. (Смех.) Я хочу только, чтобы вы прониклись сознанием, что все те законы, которые сейчас проводятся нами, все политические призывы, вся ваша работа будет иметь наибольшие результаты тогда, когда судебные органы, в первую очередь прокуратура, поставят своей задачей действительно беречь человека. И если каждый гражданин Советской республики твердо будет знать, что общество не только от него требует, но общество его и бережет целым рядом своих институтов и главным образом основным, карающим (как это кажется внешне) институтом, если это сознание будет привито народу, тогда я не сомневаюсь, что прокуратура справится со своей задачей, тогда без сомнения судебный рычаг будет одним из могучих рычагов в строительстве социализма. (Продолжительные аплодисменты.)
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 2, стр. 590—593.


ОВ УКРЕПЛЕНИИ КОЛХОЗОВ
Речь на объединенном заседании Союзного Совета и Совета Национальностей третьей сессии ЦИК СССР 40
29 января 1933 г.
Товарищи, в развитии нашего сельского хозяйства происходит очень интересный процесс: мы. ломаем сейчас все старые формы хозяйства и создаем новые. И вполне естественно в такой момент возникает желание проверить, сравнить наш путь развития с другими путями: со старым, дореволюционным сельским хозяйством или с развитием сельского хозяйства соседних капиталистических стран. С дореволюционным развитием мы с каждым годом сравниваем все меньше и меньше. Ведь дореволюционное сельское хозяйство в целом было столь примитивно и убого, что оно стало с настоящим уже несравнимо. Поэтому мы большей частью проводим сравнение с капиталистическими странами.
Присматриваясь к процессу, происходящему в зарубежном сельском хозяйстве, мы видим, что во всех без исключения капиталистических странах происходит разорение мелкокапиталистического (кулацкого) сельского хозяйства. Кризис особенно сильно бьет именно по мелкокапиталистическому сельскому хозяйству. Происходит это потому, что капиталистические правительства крупному сельскому хозяйству дают всевозможные субсидии, всяческую помощь. Даже такая страна, как Германия, которая по сравнению с другими капиталистическими странами больше обеднела (опа была разбита в империалистическую войну), даже и там субсидии, помощь, выдаваемая правительством, касается больше всего крупного сельского хозяйства. И крупное хозяйство благодаря субсидиям относительно легче переносит кризис, а крестьянское мелкокапиталистическое хозяйство (я его называю мелкокапиталистическим потому, что это — крестьянское хозяйство, имеющее некоторое количество наемных рабочих) разоря183


ется, фермы продаются с молотка, хозяева их превращаются в нищих. Что касается карликовых хозяйств, то они по существу дошли до такой нищеты, что им падать дальше некуда.
И этот процесс, как я уже сказал, наблюдается во всех капиталистических странах; идет он стихийно, как бедствие непредвиденное, неожиданное, случайное, неотвратимое, бедствие, от которого нет спасения, от которого до сих пор никакого лекарства в капиталистических странах не придумано.
Вожди буржуазии великолепно понимают, что мелкие капиталистические, кулацкие слои населения являются наиболее надежной опорой капиталистического мира. И казалось бы, что капиталистические правительства должны были бы помочь, материально поддержать эту мелкокапиталистическую сельскохозяйственную категорию. Однако этого нигде нет и быть не может. Ведь если начать выдавать помощь мелкокапиталистическому населению — это слишком заденет карман самих капиталистов, заденет их доходы, а при существующем кризисе даже не только доходы, а, возможно, и капиталы.
Таков процесс, протекающий в сельском хозяйстве в капиталистических странах.
Посмотрим, что происходит у нас. Главное и основное, что происходит у нас,— это то, что Советская власть сознательно, со всей мощью, которой она располагает, направляет наше сельское хозяйство в определенное русло, русло социалистического сельскохозяйственного производства. Первый раз в мире в огромной стране правительство сознательно направляет сельскохозяйственное производство в определенное русло так, чтобы раздробленное, стихийно развивающееся, распыленное хозяйство объединить, координировать, направить по социалистическому руслу так, чтобы оно во всех своих частях дополняло, выражало то целое, что необходимо для государства.
В капиталистическом мире вольный рынок контролирует, является стихийным толкачом развития той или иной отрасли сельского хозяйства. У нас это делает не слепой рынок, а сознательная воля. Вместо стихийного приспособления мы стремимся к тому, чтобы все развитие шло целесообразно, чтобы каждая отрасль сельского хозяйства дополняла друг друга. Эта задача, я повторяю, никогда и никем еще в мире не ставилась. Эту задачу впервые поста184


вили перед собой наша партия и Советское правительство и впервые проводят ее в жизнь.
И вполне естественно, что эта задача является одной из труднейших задач. Тот, кто думает, что эта задача легкая, что эта задача может быть выполнена в самое короткое время, без участия государственного аппарата, без принуждения, без огромной силы воли, тот, разумеется, ошибается.
Первая стадия в разрешении этой задачи — одна из труднейших стадий — это коллективизация, превращение индивидуального крестьянского хозяйства в коллективное. Эта первая стадия в основном, как мы говорим, решена. В каком смысле она решена? Она решена, во-первых, непосредственно, физически. Мы знаем, что не меньше 70% пахотноспособной земли уже находится в руках коллективного владения. Но мало того, что эта земля коллективизирована,— эти 70% уже разбиты в соответствии с производственными планами колхозов. Когда земля коллективизируется — это значит, что не только люди выходят совместно пахать, но это значит, что весь земельный клин по-новому распределяется в смысле обработки, потому что поле тогда распределяется не в приспособлении к индивидуальному пользованию, а в приспособлении к коллективному владению. Это огромная работа.
Помимо этого мы проделали огромный психологический перелом. Ведь три года назад слово «колхоз», коллективное владение, для огромного большинства крестьян хотя и было знакомо, но нельзя сказать, чтобы они понимали всю глубину этого слова «колхоз», чтобы они с этим словом связывали всю ту радикальную ломку сельского хозяйства, которая происходила и происходит в деревне.
Только тогда, когда началась коллективизация, когда земля стала превращаться в один участок, когда рабочий скот стал общей колхозной собственностью, когда председатель колхоза стал распоряжаться всей рабочей силой и посылать на поля вчерашнего индивидуального хозяина,— только тогда полностью раскрылось для крестьянина содержание слова «колхоз».
И вот теперь, как сказал т. Яковлев, уже половина колхозов имеет свыше полутора лет своего существования, а другая половина — до полутора лет. Ясно, что теперь паше крестьянство прошло огромную школу коллективного хозяйствования, несомненно, накопило очень значительный 185


опыт. Сейчас в каждом колхозе есть уже патриоты коллективного хозяйства, есть люди, для которых работа «для души» — это усиление колхоза. Так что в этой области мы проделали одну из самых основных, первичных, но в то же время самых трудных задач. И эта труднейшая задача уже решена.
В настоящий момент уже не подлежит никакому сомнению, что колхозное хозяйство имеет преимущества над индивидуальным в области повышения производительности труда. И это не подлежит сомнению не только для нас самих, которые и раньше теоретически считали крупное коллективное хозяйство более производительным, чем некол- лективное, но это стало несомненным теперь для всех. Эта мысль внедрилась в сознание миллионов крестьян, вчера только бывших мелких собственников, которым расставаться с этой мелкой собственностью — значит приносить величайшую жертву, которым расстаться с этой мелкой собственностью — все равно, что вырвать у себя лоскут кожи.
Работа, проделанная за эти годы, есть огромное завоевание и, я должен сказать, завоевание социализма. Сегодня в развитии сельского хозяйства мы стоим на самой высшей ступени по сравнению с тем, где мы стояли вчера, позавчера и т. д. И как бы ни был труден этот путь, какие бы ошибки мы ни делали по тому или иному вопросу в области сельского хозяйства, но факт остается фактом, что и здесь, в области сельского хозяйства, мы имеем максимальные достижения. И тот, кто думает, что этих достижений нет, или сомневается в этих достижениях, тот не понимает всей глубины процесса, который происходит в сельском хозяйстве.
Вполне естественно, что правительство (а правительство осуществляет у нас волю партии) понимает, что те результаты, которые мы имеем в настоящий момент, эти результаты достигнуты огромным напряжением рабочих и крестьянских масс. И поэтому естественно, что в настоящий момент правительство стремится в первую очередь закрепить эти результаты и от этих закрепленных результатов идти дальше. Сама постановка вопроса на сессии — «Об укреплении колхозов» — говорит о том, что правительство хочет во что бы то ни стало закрепить те результаты, которые достигнуты нами к настоящему моменту, и уже затем двигаться дальше.
186


Какие же препятствия, какие трудности лежат в области нашего колхозного строительства? Конечно, главная трудность — это то, что мы создали сотни тысяч колхозов, в эти колхозы влили миллионы людей, но эти миллионы не привыкли еще к коллективной работе. Поэтому первая задача — это пропитать полным сознанием многомиллионные массы крестьянства, что иных путей развития сельского хозяйства, иных путей увеличения благосостояния крестьянских масс, иных путей, кроме колхозного, коллективного ведения сельского хозяйства, нет.
Все образцы старого, индивидуального, капиталистического ведения хозяйства, все события последних лет, которые происходят за пределами Советского Союза, все они раскрывают перед нами, что капиталистический мир несет в себе жестокие страдания для крестьянских масс. А в нашем Советском государстве, где мы создаем лучшее будущее не только для отдельных слоев населения, а для всей массы трудящихся, где мы подымаем самые отсталые, обездоленные массы до положения нормального трудового населения,— у нас задача принципиально иная, куда более сложная, чем в любом капиталистическом государстве.
Ведь того количества хлеба, того количества продуктов, того количества материальных средств, которым мы сейчас располагаем, было бы более чем достаточно для обеспечения населения капиталистического государства. Куда же все это девается, неужели лучший распределитель — капиталистический строй?! Дело в том, что в капиталистическом государстве по существу обеспечивается только небольшая привилегированная верхушка, миллионы же безработных, деревенская и городская беднота живут впроголодь. Объясняется это тем, что в Советском государстве происходит огромное перераспределение продуктов. Огромные крестьянские и рабочие низы, составляющие большинство населения, питаются сейчас лучше, в два раза лучше, чем они питались до революции, чем они питаются во всем капиталистическом мире. Ведь бедноты всегда было миллионы. А увеличение на У4 фунта хлеба на одного бедного требует огромного количества продуктов.
И поэтому перед Советским государством стоит очень сложная задача — покрыть потребности всей массы трудящихся. Раньше, когда мы мыслили только теоретически, мы не вполне представляли себе, что советский строй, когда низы будут у власти, потребует от промышленности такого 187


большого увеличения количества товаров по сравнению с капиталистическим строем. Та сумма производства, которая удовлетворяет капиталистический мир, она абсолютно не удовлетворяет потребностей даже первой стадии социалистического строя. Думается, что и через пять-шесть лет, когда наше благосостояние в огромной степени повысится, вряд ли оно будет таким, чтобы полностью удовлетворять нас.
И вот если вы все это примете во внимание, то вы увидите, что развитие сельского хозяйства, коллективное развитие его, укрупнение его вызывается глубочайшими внутренними потребностями самих масс. Вы поймете, почему правительство так ревностно, так заботливо относится к более быстрому развитию этого коллективного сельского хозяйства, ибо только крупное, коллективное сельское хозяйство может удовлетворить увеличивающиеся с каждым днем потребности населения Советской страны.
Что же требуется от наших колхозов для их развития? Я уже говорил, что, во-первых, требуется внедрение в миллионные массы глубокого сознания, что только коллективное хозяйство даст возможность действительно более быстро и более полно удовлетворить их сельскохозяйственными продуктами. Это массовое сознание колхозников, которое получается от агитации, от пропаганды, от ознакомления с бытом крестьянских масс за пределами Союза, по существу говоря, будет решающим фактором, заставит массы выделять из своей среды организаторов колхозного строительства.
Руководство колхозами — это очень ответственная работа. Найти хорошего председателя колхоза — не такая легкая задача. Вы сами понимаете, что в колхозе работают крестьяне одного села — сват, брат. Там все так перемешаны и в родственных, и во враждебных, и во всяких других отношениях, что управлять этой рабочей силой гораздо сложнее и труднее, чем управлять, предположим, заводом. На заводе рабочие подбираются извне, между собой таких личных отношений они не имеют. В деревне же эти отношения все равно как в старом дворянстве: все переженились, перекрутились между собой. (Смех.) Поэтому председатель коллектива должен быть крупнейшим политиком. Ведь когда у нас один колхоз хорошо управляется, а другой плохо, то мы говорим, и говорим совершенно правильно, что все зависит от людей. Председатель колхоза
188


прежде всего должен быть хозяйственником, ибо нехозяй- ственник управлять большим хозяйственным делом не сможет. Затем он должен быть и политиком, ибо в наших условиях быть хозяйственником и не быть политиком — быстро сковырнешься. А в деревне он и потому еще должен быть политиком, что у него там слишком разнообразна среда, с которой он связан и которую он не может сменить, если захочет, как говорят, сменить старые кадры на новые. У него кадры сама история создала, «бог эти кадры дал»! В какой- нибудь Ивановке веками создавались кадры, и он их сменить не может. Он их должен сам изо дня в день воспитывать, изменять на повседневной работе.
А вы сами понимаете, когда мы от председателя требуем, чтобы он был и хозяйственником, и политиком и чтобы пользовался авторитетом у крестьян, чтобы он их на обыкновенной, повседневной работе выращивал, то этим самым мы требуем от человека огромного количества соответствующих качеств, которые, конечно, не всегда находятся. Но когда эти качества имеются, колхоз всегда дает великолепные результаты. Мы можем теперь на основании огромного опыта сказать, что там, где председатель мало- мальски умеет управлять, там колхоз имеет великолепные показатели. Среди наших председателей колхозов есть уже значительное количество людей, которые неплохо управляют колхозом, которые имеют значительные хозяйственные достижения и ставят колхоз на ноги. Но эти неплохие руководители колхозов часто говорят: «Мы не выросли сами выше нашего колхоза».
И действительно, мы найдем сейчас в деревне очень значительное количество патриотов-колхозников и среди мужчин и среди женщин. Но это патриоты именно своего колхоза. Как прежде крестьянин видел только свой крестьянский двор — дальше ему хоть весь мир пропади, это его не касается,— так и теперь колхознику дороже всего свой колхоз и успехи своего колхоза.
Есть и председатели, во всех отношениях хорошие председатели, но больные этой самой колхозной ограниченностью. А можем ли мы это допустить? Конечно, нет. Ведь мы же хотим сельское хозяйство сделать социалистическим хозяйством. А что значит социалистическое хозяйство? Это значит, что это хозяйство как часть целого хозяйства пе должно быть изолировано, совершенно независимо от всего остального хозяйства. Если мы хотим, чтобы колхоз в своей 189


практической деятельности выражал полностью идею партии, то каким должен быть председатель колхоза? Он должен разорвать колхозную оболочку, он должен своим колхозникам, которые оберегают колхоз, которые стремятся укрепить и увеличить мощь своего колхоза, привить чувство и сознание, что этот колхоз является частицей целого, что благосостояние данного колхоза деревни такой-то только тогда может быть благосостоянием, укрепленным на длительный период или укрепленным навсегда, когда его благосостояние связано с развитием всех остальных колхозов, с развитием всего нашего хозяйства.
Вот таких председателей колхозов у нас еще мало. Много раз, когда встречаешься с председателем колхоза и говоришь ему: «Почему ты не выполнил хлебозаготовки? Ведь ты можешь выполнить, у тебя есть возможности, а ты опоздал»,— он говорит: «Я думал, что еще успею выполнить, что каких-нибудь наших 50—60 пудов не будут иметь большого значения, все равно мы их вывезем». Или если у него, предположим, осталось того или иного продукта лишних пудов 100, он безболезненно для общего благосостояния колхоза мог бы сдать это в кооперацию. Спрашиваешь: «Почему вы роздали это среди колхозников? Ведь вы могли обойтись. Почему ты не заставил колхозника продать кооперации?» Он говорит: «Я об этом даже не подумал». А когда припрешь к стене: «По существу нам,— говорит,— это не рассказывали, нам это в районе не объяснили. Я сам чувствую, что кругозор мой еще низок, мне надо подрасти немножко, подучиться немножко надо». И это честные люди говорят, те, которые действительно чувствуют, что им надо расти.
Вот эту мысль, мысль о том, что развитие колхозного благосостояния связано с благосостоянием государства в целом, эту мысль мы должны очень решительно проводить в нашей колхозной политике, в повседневной жизни колхозов, ибо политика повседневная, политика каждодневного поведения колхоза требует исключительного внимания, и я должен прямо сказать, и умения. Одно дело сказать, а другое дело в жизнь претворять практически, на конкретном деле: нужно вывезти или не нужно лишние продукты. Это очень сложная политика, она от председателя требует громадной работы.
Во-вторых, если мы говорим об укреплении колхозов, надо прямо сказать, что основа укрепления колхозов — это 19Э


увеличение основного капитала колхоза. Если, например, колхоз имеет к распределению 10 тысяч рублей, то можно из них 9900 рублей распределить на все нужды колхозников, а 100 рублей пустить в основной капитал. Тогда это хозяйство, мне кажется, будет расточительное, оно не будет социалистическим хозяйством. Такое распределение не будет вести к укреплению колхоза.
И мне думается, товарищи, что председатель, руководители колхоза, местные Советы и в особенности местные партийные ячейки должны учесть всю совокупность местных обстоятельств и взять то количество добытых материальных средств, которое значительно усиливало бы основной капитал колхоза, ибо все-таки основа колхозного роста, основа его укрепления покоится на тех материальных средствах, которые мы вкладываем в социалистический сектор — сам колхоз. Понятно, при этом ни в коем случае нельзя забывать о постоянной задаче повышения материального благосостояния колхозников.
Если бы меня спросили, какой колхоз растет, какой колхоз укрепляется, где усиливается социалистический сектор, я бы сказал: тот колхоз, в котором растут основные капиталы колхоза, основные средства. Что это значит? Это значит — увеличивается поголовье скота, строятся дворы, роются колодцы. Не мне говорить, каждый колхозник прекрасно понимает, что ему нужно и какие основные средства ведут к увеличению средств производства, к укреплению колхоза. Так что абсолютно необходимо, чтобы товарищи следили за ростом основных средств, за ростом капиталовложений, ибо чем больше будут расти средства, вложенные в капитальное строительство, тем больше, разумеется, будет получать колхозник.
Мне хотелось бы здесь подчеркнуть, товарищи, еще одно важное обстоятельство: нужно укрепить в сознании колхозников, что выполнение государственных обязанностей— хлебозаготовки, мясозаготовки и т. д.— является такой же необходимостью, какой они считают собственные доходы.
Со стороны кажется, что чем больше берет государство, тем меньше будет получать колхозник. Разумеется, в прямом смысле это правильно, но ведь государство всегда берет сравнительно незначительную часть продуктов от общей массы, так что остается достаточное количество средств и на существование и развитие колхоза. Но надо 191


понять всем колхозникам, что их единственное спасение выйти из старого рабского и варварского существования и перейти к социалистическому и культурному существованию — это теснейшим образом быть связанными с государством в целом. И то, что колхозник дает государству, по существу говоря, есть капитальные вложения, по капитальные вложения не непосредственно в колхозное хозяйство, а в хозяйство, если так можно выразиться, общесоюзное, например, в хозяйство тракторных заводов, в хозяйство железных, грунтовых дорог, в культуру и т. д. Это тоже все капитальные вложения. Правда, эти капитальные вложения отдаляются от колхозников, не ощущаются ими непосредственно, но без этих капитальных вложений, без поддержки государства, колхоз пе может долго благоденствовать, существовать. Поэтому в нашей агитации, в нашей пропаганде мы должны все это очень тесно увязывать, объяснять, что государственные заготовки или государственные обязанности, падающие на колхоз в наших условиях, в условиях социалистического государства, также необходимы и через них, по существу говоря, только через них и в связи с ними, колхозы могут действительно развиваться и действительно быть социалистическими.
Следующая мера, которая ведет к укреплению колхоза, это те законы, которые изданы нами об охране колхозной собственности41.
Здесь надо остановиться на ряде отрицательных явлений, с которыми мы должны самым решительным образом бороться. Ясно, что огромная масса колхозников еще совершенно не воспитана. Мы сами, являясь социалистическим государством по своей форме, мы только что выкарабкались, только что выползли из старого, капиталистического общества и вынесли оттуда огромное количество пережитков капиталистического общества.
Один из самых главных пережитков — это небрежность, это непонимание важности, священности колхозной собственности. У нас иногда люди так понимают: ну что особенного, мелочь какую-нибудь человек сделал. Оно и верно так, говоря по-человечески. Ну, картошки ночью нарыл или в горох забрался, или яблок нарвал, или мелочь утащил из колхозного инвентаря. Если взять в отдельности эти случаи, это не имеет большого значения. Но в том-то и дело, что мы переживаем первый период колхозного существования, колхозного строительства. Ведь каждое мелкое 192


воровство деморализует, дает повод, дает возможность принципиальному противнику колхоза — кулаку — вести агитацию, деморализовать, дискредитировать коллективное хозяйство.
Мало того. Одна прощенная, незамеченная ошибка влечет, провоцирует и других это делать. Если один небрежно сделал и эта небрежность пропускается, тогда эта небрежность делается другим, третьим, четвертым. Получается бедствие. А ведь нельзя думать; что у нас в колхозе все одинаковые. Колхоз состоит из различных людей. В нем есть люди, которые делаются полными патриотами коллективного хозяйства. В нем есть люди, которые «ни шатко, ни валко», более или менее за колхоз. Есть люди и такие, которые «все в колхоз, ну и я в колхоз». И, наконец, есть люди — противники, враги, которые пошли в колхоз с сознательной целью разложить, деморализовать колхоз, и, конечно, всеми этими случаями они пользуются: проводят агитацию, разлагают колхоз. И маленькие, незаметные случаи в колхозном ежедневном быту приобретают огромное политическое значение, разлагают колхоз, деморализуют, и хозяйство распадается.
Вот почему Советское правительство объявило решительную борьбу в области дисциплины, решительную борьбу со всеми, кто деморализует, разлагает, ворует и пр.
И я считаю, что это правильная политика. Иногда, товарищи, жесткая мера, да и не только иногда, а большей частью, если мы жестоко накажем двоих, то спасем десятки, сотни, предохраним их.
И, наконец, последнее — это вопросы кадров. Здесь наши колхозы должны пройти еще длинный путь, чтобы организовать, создать и воспитать свои кадры. Разумеется, и районные исполнительные комитеты и областные должны присматриваться к тем кадрам, которые создаются, которые выращиваются на местах. И что здесь самое главное — это не перекидывать работников из колхоза в колхоз, а стремиться стабилизировать их до известной степени. Ведь ясно каждому, что не может создаться хороший работник в два-три-четыре месяца. И мы знаем, что в колхозах, где председатели меняются каждые шесть месяцев, там председатель не хозяин, не руководитель, а в колхозах, где председатели работают по два-три года, там председатель является действи13 М. И. Калинин 1$*


тельным руководителем, хозяином, авторитетным лицом для всего колхоза. Вот почему, для того чтобы растить кадры, надо всеми силами их стабилизировать, и вот почему правительство по этому вопросу много раз указывало и давало соответствующие директивы.
Итак, товарищи, мы уже теперь ясно видим путь, по которому пойдет развитие нашего сельского хозяйства. Надо только, чтобы этот путь был ясен и миллионам людей. Мы уже до известной степени нащупали и те средства, те методы, те способы, которые дают возможность охватить колхоз с целью успешного его строительства. Я считаю, что если мы этот путь и все эти средства, которые дают возможность охватить колхозный быт и его строительство, если мы сумеем их внедрить в сознание масс, то, товарищи, для меня несомненно, что полная победа в области колхозного строительства, победа социализма в сельском хозяйстве близка! (Продолжительные аплодисменты, переходящие в овацию. Зал встает.)
М. И. Калинин. Избранные произведения, т. 3, J962, стъ. 1—13


ВЫ ДЕЛАЕТЕ ОГРОМНОЕ ПОЛИТИЧЕСКОЕ ДЕЛО* Речь на Всесоюзном совещании бюро жалоб РКИ42
25 июня 1933 г.
Товарищи, нельзя сказать, чтобы важность той работы, которую вы выполняете, все понимали. Но, несмотря па это, ваша работа, если можно так выразиться, является наиболее политической работой. Если где нужно уметь применять политику, так именно в вопросе рассмотрения жалоб, ибо в наших условиях каждое решение есть политика.
Я считаю, что наши агитотделы не охватили этого вопроса, а между тем для них, по моему мнению, рассмотрение жалоб и вынесение решений по ним есть большая политическая работа, как суд, как судебный процесс. В чем заключаются главные и основные дефекты тех инстанций, куда обращаются жалобщики, я имею в виду в том числе и мою приемную, которая, пожалуй, принимает большее количество жалоб, чем любое бюро жалоб? Во-первых, на этой работе люди очень быстро черствеют. Это нужно принять как факт. Сегодня, завтра, послезавтра, изо дня в день, из недели в неделю все поступают жалобы, носящие бытовой характер и содержащие целый ряд обид на власть, обид на всякого рода учреждения и организации и т. п. Вполне естественно, что у человека, принимающего эти жалобы, притупляется чувство, он начинает немного формально подходить к этим вопросам. У него уже создается большой опыт в работе, и он может каждый вопрос охватить, а в соответствии с этим он с налета начинает разрешать вопросы.
Но помимо этого у нас очень бюрократизируются люди на этой работе. В чем состоит бюрократизм этих
♦ Здесь и далее звездочкой отмечены произведения, печатающиеся с незначительными сокращениями.
195


людей? С одной стороны, формальный подход, а с другой — такое решение выносят, что его можно и так и этак толковать, потому что когда человек выносит решение, то не поймешь, обвинили ли этим решением кого или не обвинили? Это — одна сторона. Затем еще существует отписка из канцелярии в канцелярию. Это я считаю буквально язвой. Моя канцелярия тоже посылает на места решения, но я считаю, что надо приучиться хоть сколько- нибудь самим решать. Лучше отказать, но не заставлять человека зря ездить. А вместе с тем и по судебной и другим линиям имеют место явления, когда никакого прямого удовлетворения и отказа нет, но волокита есть. Это самый большой дефект в нашей работе.
Не оттягивайте решения по той или иной жалобе, добиваясь полного удовлетворения жалобщика, но выносите определенные решения без промедления, не заставляя его обивать бесконечно пороги.
Мы должны по-большевистски решать дела. Я не требую героических усилий, я не требую, чтобы человек проявлял исключительное геройство, чтобы он горел на этом деле, но все-таки, когда человек приходит с жалобой, надо ознакомиться с делом по существу и вынести решение по этому вопросу. А что значит вынести решение по существу вопроса? Это значит, что решение может идти иногда в нарушение формальности.
Ведь в сущности говоря, жизнь очень многогранна, в ней столько различных сочетаний, которые никак не уложишь в обыкновенные рамки, и коммунистический суд, коммунистическое рассмотрение жалоб — это рассмотрение вопроса по существу, изучение его со всех сторон. Это, конечно, трудная работа. Конечно, человек не может каждую жалобу рассмотреть по существу, но все-таки нужно по мере возможности сделать так, чтобы известный процент этих жалоб рассматривал бы сам заведующий бюро жалоб. Пусть это будет минимальный процент, но тем не менее пусть эти жалобы будут рассмотрены по существу. Для чего это нужно? Во-первых, я уже говорил, что здесь есть чистая политика. Здесь заведующий бюро жалоб проводит определенную политику пролетарского государства, если он будет 2—3 дела в день решать по существу; несомненно, это в общей политике района скажется, не может не сказаться.
196


Я считаю, что поездки на места в решении таких жалоб очень полезны, ибо это в десятки раз сокращает сроки прохождения жалоб, так как на месте гораздо легче разобраться в существе дела и его решать, чем писать бумажки, которые начинают ходить по инстанциям и заставляют ждать месяцами ответа, а полученный ответ тоже не всегда вразумительный. Ведь бумажка есть бумажка. Есть две стороны в каждом деле. И в обеих этих сторонах не увидишь существа вопроса, потому что каждый отстаивает свою линию, а подноготной, того, что решает вопрос, не видишь. Человека выгнали из квартиры. Его квартиру захватили. Он жалуется. Суд присудил и пишет, что правильно присудил, на основании таких-то статей. Решить очень трудно, а когда приедешь на место, посмотришь, иногда увидишь, что па эту квартиру посягает тот, кто имеет связь с судебными органами и благодаря этой связи может квартиру получить. Здесь развертывается иногда неприглядная, целая бытовая картина, и в этой бытовой картине уже можно уловить сущность. Поэтому я считаю, что поездки па места необходимы, и я считаю, что в случае поездок 90% жалоб решаются на месте удовлетворительно...
Самая главная наша задача — решать дела по существу. Наши работники теперь стали уж очень большими «государственниками». Сплошь и рядом слышишь такого рода рассуждения: ну что такое, если пострадают один-два-три человека, это мелочь по сравнению с той огромной работой, которую мы производим в государстве. Лес рубят — щепки летят, а вы поднимаете скандал из-за какого-либо человека! Я считаю, что такие рассуждения являются бюрократическим маневром. Люди, руководящие центральными органами, великолепно понимают, что когда нужно жертвовать людьми, то большевиков в этом отношении учить нечего. Вся прошлая история нашей партии и настоящая ее работа показывают, что мы умеем жертвовать собой и жертвовать людьми, когда это вытекает из необходимости, когда этого требует дело, а когда в обычной жизни люди оперируют этим — это бюрократизм, бездушие, формальная отписка. Это означает, что такие люди сами не попадали в такого рода круговорот, а ежели они сами попадают в такой круговорот, тогда они начинают не только говорить, а прямо кричать о бездушии, о бюрократизме и т. д.
197


Пренебрежительно относиться к людям не должны никакие работники ни одного ведомства. Тем более не должны допускать этого люди, работающие в бюро жалоб, люди, которые обязаны призывать наших товарищей, работающих на местах, к соблюдению законности и в то же время устранять неправильное применение закона к населению.
Необходимо работать так, чтобы посетителей долго не задерживать. Если справка нужна, то она должна быть сделана в самое короткое время, чтобы все это было сделано в течение 5 минут, чтобы люди государственного аппарата знали свои обязанности и по работе и знали бы своп обязанности моральные. Конечно, тут некоторые найдут объяснения, что мы, мол, заняты огромной работой, что нам некогда об этом думать. Я считаю, что это только отговорка, и с этим мы должны бороться. Тем более должны четко работать бюро жалоб, работа которых является одной из самых глубоких политических работ. Настоящий коммунист, если он любит политику, если он хочет коммунистические идеи провести в массы (а коммунист должен проводить коммунистическую идею в толщу людской массы), то он должен это делать па любом поприще, а работа в бюро жалоб дает очень широкие к этому возможности.
Решаете ли вы тот или иной судебный вопрос или на колхозном собрании вопрос об обиде колхозника, вы решайте его правильно, вы объясняйте это решение с точки зрения наших принципов.
Вы думаете, что это стоит меньше, чем доклад о международном и внутреннем положении на том или ином общественном собрании? Нет, это не меньше. Вы сами отлично знаете, что на этих докладах нередко 50, а может быть и 75% людей засыпают. При разборе же жалоб, если даже будет посредственный судья, если он даже посредственно будет решать вопросы, но будет это делать с душой, если будет чувствоваться, что он хочет правильно решить, борется за это правильное решение, если он потратил полчаса или час на это дело и ежели присутствовало 20 или 30 человек, то я ручаюсь, что пи один из них при этом решении не уснет, ни одного указания он не пропустит. Эта работа чрезвычайно трудная, и нужно здесь быть действительно хорошим коммунистом, чтобы честно решать такого рода дела, чтобы уметь связывать с ком198


мунистическими принципами разрешение вопросов. В таком случае я ручаюсь, что решение будет иметь очень большое влияние на людей, которые присутствовали при решении, и они это решение долго не забудут, оно будет служить толчком для развития их мысли, для приближения их к коммунизму, а присутствующим слабым коммунистам это решение многое разъяснит.
Поэтому мне кажется, что хотя о вашем съезде не пишут в передовицах газет, он проходит скромно, но я считаю, что эта скромность не должна вас разочаровывать. Вы делаете большое коммунистическое дело, которое требует безусловной честности.
Когда ведешь то пли иное хозяйственное дело, там невольно покривишь при разрешении того или иного вопроса; если вы имеете запас хлеба на два дня, вы скажете, что у вас остается на один день, и т. д. Что же касается вашей работы, то в этом деле кривить нельзя. При решении бытовых вопросов вы кривить душой пе сможете, ибо для того, кто заинтересован в этом деле, вы не сможете его замазать, и если у вас будет половинчатое решение, это сразу будет чувствоваться, будет чувствоваться, что вы не делу служите, а кому-то прислуживаете. Несомненно, что такие методы работы ни к чему хорошему не приведут, и бюро жалоб в результате этого будет терять свой авторитет.
Вот только эти несколько слов мне и хотелось вам сегодня сказать. Скажу еще раз, что работа в бюро жалоб — дело сугубо важное, чисто политическое. Я не читаю вам здесь реферата или доклада, но я считаю, что вам не мешало бы эту мысль на местах развить. Товарищи, мы устраиваем митинги, летучки, всякие слеты, устраиваем эстафеты и т. д. и т. п. Все это с прямой и простой целью распространения и углубления коммунизма, а в наших руках суд, открытые судебные процессы, где изо дня в день происходят огромные митинги, где проходит огромное количество людей. Я должен вам сказать, что в капиталистических странах, если только суд происходит при умеющем хорошо обставить процессуальную сторону и создать внешний эффект судье, то зал всегда битком набит, от суда ждут одни — зрелища, а другие — чем кончатся словесные состязания. У нас суд — это великое дело, это сплошная политика, и если наши судьи сумеют политически судить, я не сомневаюсь, что у них всегда будет бла199


годарная аудитория. То же самое и в отношении бюро жалоб.
Десяток правильных решений на район — это ведь 10-тысячный митинг. Вы что думаете, правильное решение, оно остается только в одной деревне? Оно распространяется на 10, а то и на 15 км, потому что сами массы тут выступают в роли агитаторов, они это решение разнесут всюду, и это решение по 10 раз обсудят у себя за обедом, вечером и т. д. Когда вы это поймете, то увидите, какое огромное дело — хорошая, правильная работа бюро жалоб. Ведь не случайно моя приемная существует 10 лет. По книжке всякий дурак может учить — провести его через институт, научить его тексту, и он по нему будет жарить, а коммунизму учить на практике очень трудно. Вот учинили бесчинство против одного уважаемого товарища, привлекли за это к ответу, и тут-то нужно знать, как вынести решение.
То же самое и вы. Ведь в бюро жалоб люди приходят с самыми различными нуждами и самыми различными горестями. Значит человек должен быть чутким, человек должен на твердой позиции стоять. Почему? Потому, что иначе он может увлечься, и его чуткость будет распыляться и целой линии в этом вопросе у него не получится. Вы сталкиваетесь с живыми людьми, каждое ваше решение задевает живых людей, так что работа, которую вы выполняете,— одна из благодарных работ. Для тех коммунистов, которые хотят работать не для карьеры,— это богатейшая школа. Тот, кто думает, что в бюро жалоб он не научится работать, тот допускает большую ошибку. У меня есть люди в приемной, которые работают по 5—6 лет, они считаются хорошими работниками и в ЦК они считаются хорошими работниками. Как только нужен где человек, спрашивают, нельзя ли у вас взять того или иного работника. А какая школа там, ведь они сталкиваются со всеми слоями людей, начиная со спекулянта и кончая нищими, убогими. Работая здесь, люди проходят огромную жизненную школу, и я считаю, что если вы серьезно будете относиться к работе — это для вас будет блестящая школа. Что может быть лучше, чем ознакомление с людьми, с живыми людьми? Где вы пройдете лучшую школу? Покажите мне хоть одно советское ведомство, хоть одну партийную инстанцию, которая бы так близко соприкасалась с горестями и нуждами населения, как бюро жалоб. Поэтому я счи200


таю, что вы проходите великолепную школу. Конечно, тот, кто руководит бюро жалоб, должен потверже чувствовать линию партии, ему не мешает знать коммунистические тексты, он должен знать Ленина не только органически, но и текстуально. Это ему будет служить большой помощью, а человеческое отношение к людям научит его применять ленинизм в практической жизни. И эти люди получат великолепную школу. В будущей работе, где бы они ни работали: организаторами ли, партийными ли работниками или советскими работниками, хозяйственниками,— тот опыт, знания людей, те бесконечные количества сочетаний, отношений между людьми, которые в жизни происходят, которые нигде, ни в одной канцелярии, ни один человек не знает и представления о них не имеет,— эти знания, этот опыт будут таким качеством, которое будет высоко цениться на любом поприще вашей работы.
Я должен, товарищи, отметить, что ваши бюро жалоб еще не завоевали того положения, которое они должны завоевать, они даже не завоевали такого положения, как приемная Председателя ВЦИК. Она имеет такой авторитет не потому, что я являюсь членом Политбюро, Председателем ВЦИК, а потому, что в ней мало-мальски сильно поставлена работа. Я считаю, что вы по крайней мере должны так же завоевать положение на местах, как моя канцелярия.
Можно ли его завоевать?
Безусловно, можно. Нужно ли для этого сделать что-либо сногсшибательное? Конечно, нет, при этом условии можно только голову сломать, а вы должны, товарищи, непрерывным, постоянным нажимом изо дня в день, как по камню, точить, и вы увидите, что вы будете и в исполкоме пользоваться влиянием, с вами будет считаться и крайком, если бюро жалоб краевое, пе говоря уже об остальных организациях. Это несомненно потому, что вы делаете чистую политику.
Я хочу вам пожелать, чтобы вы запомнили, что ваша работа есть одна из важнейших работ, несмотря на то, что на местах не все еще люди это понимают. Это первое. Во-вторых, вы должны помнить, что вы делаете огромное политическое дело. В-третьих, если где-либо можно изучить ленинизм, то это именно на вашей работе, это такое поприще, где человек каждый день решает жизненную 201


проблему, а правильное решение жизненных проблем это и есть практическое проведение в жизнь марксизма-ленинизма. Если человек приучит себя изо дня в день к правильным решениям, то из него, несомненно, выработается политик, из него выработается хороший политический работник. (Бурные аплодисменты.)
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 3, стр. 56—63.


ПОСЛАНИЕ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ ЦИК СССР М. И. КАЛИНИНА ПРЕЗИДЕНТУ США Ф. РУЗВЕЛЬТУ
21 октября 1933 г.
Получил Ваше послание от 10 октября с. г. Я всегда считал крайне ненормальным и достойным сожаления существующее в течение шестнадцати лет положение, при котором две великие республики — Союз ССР и Соединенные Штаты Америки — не имеют обычных методов сношений и лишаются тех выгод, которые эти сношения могли бы им давать. Я рад отметить, что и Вы пришли к такому заключению. Не подлежит сомнению, что трудности, если они имеются или возникают между двумя народами, могут быть разрешены только при наличии между ними непосредственных сношений, а с другой стороны, не имеют никаких шансов быть разрешимыми при отсутствии таких сношений. Позволю себе еще высказать мнение, что ненормальное положение, на которое Вы справедливо указываете в своем послании, неблагоприятно отражается не только на интересах заинтересованных двух государств, но и на общем международном положении, увеличивая элементы беспокойства, усложняя процесс упрочения всеобщего мира и поощряя силы, направленные к нарушению этого мира. В соответствии с вышеизложенным я охотно принимаю Ваше предложение о посылке в Соединенные Штаты Америки представителя Советского правительства для обсуждения с Вами вопросов, интересующих наши страны.
Представителем Советского правительства поедет народный комиссар иностранных дел Литвинов, который прибудет в Вашингтон к сроку, имеющему быть согласованным.
Калинин
М. И. Калинин. Избранные произведения, т. 3, стр. 92.


ЗНАМЯ ЛЕНИНИЗМА ВЫСОКО РАЗВЕВАЕТСЯ ВО ВСЕМ МИРЕ
21 января 1934 г.
Ленин умер, но живет ленинизм,— такими словами мы провожали тело умершего Лепина. Да, живет дело Ленина, победоносно распространяются его идеи среди угнетаемых всего мира, разрушая на своем пути все заграждения, которые строят угнетатели. Вряд ли найдешь в мире уголок, где бы не знали имени Ленина. Ленин сделался идеалом, мечтой лучшего будущего всех угнетенных народов и рас. Ленин всю жизнь боролся за интересы мирового пролетариата, всю жизнь призывал трудящиеся массы к борьбе с угнетателями, к борьбе за полную победу рабочего класса над капиталистами, над всеми видами угнетения. И с каждым годом его призыв к борьбе делается все более действенным. Рабочие отряды от запада до крайнего востока, от юга до крайнего севера на своих знаменах чертят призывы Ленина. Эти боевые отряды, состоящие из лучших сынов пролетариата и беднейшего крестьянства, строятся по подобию Всесоюзной коммунистической партии большевиков, т. е. партии Ленина.
Победа Коммунистической партии (большевиков) под руководством Лепина в России в октябре 1917 г. до последней степени напугала международную буржуазию. В первый момент буржуазия была оглушена этой победой. Утомленный империалистической войной народ видел в буржуазии главного виновника своих ужасных страданий. Переход, по крайней мере, части войск на сторону народа был при народном восстании возможен. Попытка интервенции провалилась. Вот почему буржуазия искала союзников в не столь скомпрометированных слоях населения и нашла их в лице аристократической верхушки рабочего класса, которая прикармливалась за счет сверхприбылей, в мелкобуржуазных слоях городского и сельского населения.
204


Такова судьба вождей мелкой буржуазии — в мирное время говорить трескучие фразы против капитала, вернее, против зловредных капиталистов, а когда вставал проклятый вопрос «быть или не быть», они спасали буржуазию.
И действительно. Почти во всех крупных капиталистических странах Европы у власти были в соучастии с крупным капиталом, выполняя его задания, представители «рабочих» оппортунистических партий, радикалы и «социалисты» всех оттенков. Они таскали из огня каштаны крупному капиталу, матерым помещикам, спасали их шкуры от народного гнева. Вряд ли кто в мире так ясно понимал их предательскую роль, их колоссальнейший вред для победы рабочих, как Ленин.
Недаром он писал:
«Расхождение «вождей» и «масс» особенно ясно и резко сказалось в конце империалистской войны и после нее, во всех странах. Основную причину этого явления разъясняли много раз Маркс и Энгельс в 1852—1892 годах на примере Англии. Монопольное положение Англии выделяло «рабочую аристократию», полумещанскую, оппортунистическую, из «массы». Вожди этой рабочей аристократии переходили постояв но на сторону буржуазии, были — прямо или косвенно — на содержании у нее. Маркс завоевал себе почетную ненависть этой сволочи за то, что открыто клеймил их предателями. Новейший (XX века) империализм создал монопольно-привилегированное положение для нескольких передовых стран, и на этой почве везде во II Интернационале обрисовался тип вождей-предателей, оппортунистов, социал-шовинистов, отстаивающих интересы своего цеха, своей прослойки рабочей аристократии. Создалась оторванность оппортунистических партий от «масс», т. е. от наиболее широких слоев трудящихся, от большинства их, от наихудше оплачиваемых рабочих. Победа революционного пролетариата невозможна без борьбы с этим злом, без разоблачения, опозорения и изгнания оппортунистических, социал-предательских вождей; такую политику и повел III Интернационал» 43.
Клеймя предателей рабочего класса, вождей социал- демократии и профсоюзов, Ленин вместе с тем самым настойчивым образом призывал коммунистов работать среди масс, несмотря на их косность или реакционность.
Ленин писал:
205


«Надо уметь приносить всякие жертвы, преодолевать величайшие препятствия, чтобы систематически, упорно, настойчиво, терпеливо пропагандировать и агитировать как раз в тех учреждениях, обществах, союзах, хотя бы самых что ни на есть реакционных, где только есть пролетарская или полупролетарская масса. А профсоюзы и рабочие кооперативы (эти последние иногда, по крайней мере) — это именно такие организации, где есть масса» 44.
Ленина можно читать сколько угодно, всегда у него находишь новое, находишь ответ на животрепещущий вопрос революционного движения. Ответ, как подойти марксистски к тому или иному понятию. Выше я привел, как Ленин учит работать в массах. Умение связать работу с массами есть залог ее успеха.
И вот у Ленина есть по этому поводу замечательные слова, сказанные на III конгрессе Коминтерна:
«Повсюду в наших тезисах говорится о массе. Но, товарищи, нужно ведь понимать, что такое масса... Понятие «массы» — изменчиво, соответственно изменению характера борьбы. В начале борьбы достаточно было нескольких тысяч настоящих революционных рабочих, чтобы можно было говорить о массе. Если партии удается вовлекать в борьбу не только своих членов, если ей удается встряхнуть и беспартийных, то это уже является началом завоевания масс. Во время наших революций бывали случаи, когда несколько тысяч рабочих представляли собой массу. В истории нашего движения, в истории нашей борьбы против меньшевиков, вы найдете много таких примеров, когда в одном городе было достаточно нескольких тысяч рабочих, чтобы сделать явным массовый характер движения. Если несколько тысяч беспартийных рабочих, обычно живущих обывательской жизнью и влачащих жалкое существование, никогда ничего не слыхавших о политике, начинают действовать революционно, то перед вами масса. Если движение распространяется и усиливается, оно постепенно переходит в настоящую революцию. Мы это видели в 1905 и 1917 годах, во время трех революций, и вам также еще придется убедиться в этом. Когда революция уже достаточно подготовлена, понятие «массы» становится другим: несколько тысяч рабочих уже не составляют массу. Это слово начинает означать нечто другое. Понятие массы изменяется в том смысле, что под ним разумеют большинство, и притом не простое лишь боль206


шинство рабочих, а большинство всех эксплуатируемых; другого рода понимание недопустимо для революционера, всякий другой смысл этого слова становится непонятным. Возможно, что и маленькая партия, например английская пли американская, хорошо изучивши ход политического развития и ознакомившись с жизнью и привычками беспартийных масс, вызовет в благоприятный момент революционное движение (тов. Радек, в качестве хорошего примера, указал на забастовку горнорабочих). Если такая партия выступит в такой момент со своими лозунгами и достигнет того, что за ней последуют миллионы рабочих, то перед вами массовое движение. Я не отвергаю безусловно того, что революция может быть начата и весьма малой партией и доведена до победного конца. Но надо знать, какими методами привлекать на свою сторону массы. Для этого необходима основательная подготовка революции» 45.
Блестящее применение диалектики в понятии «массы» имеет значение не только для нас. Еще большее значение оно приобретает за рубежом Советского Союза. Бесславный, буквально позорный конец германской социал-демократии наглядно показал, что сила политической партии не измеряется лишь количеством ее номинальных членов. Германская компартия перед приходом фашистов к власти была слабее социал-демократов численно. Но не только убить, а и разрушить ее организационно не удается фашизму. Не удается потому, что великие цели, поставленные компартией, хотя и требуют от ее членов больших жертв и усилий, но они принципиально иные, чем цели у социал- фашистов,— они захватывают и увлекают до конца своих последователей. Цели коммунистов — захват власти, свержение капитализма и создание диктатуры пролетариата со всеми вытекающими отсюда последствиями. Ясно, что рабочий, интеллигент или беднейший крестьянин, идя в коммунистическую партию, заранее знает, что на него как члена партии обрушатся все репрессии буржуазно-капиталистического общества. Само собой разумеется, что не всякий приемлющий коммунизм, сочувствующий коммунизму идет в партию. В партию идут активисты, располагающие волей к борьбе, не боящиеся репрессий, сознательно идущие на них.
И формально не вошедшие еще в партию рабочие массы, ее активисты, в тысячу раз лучше, полнее представляют интересы рабочих масс, они более глубокими 207


корнями связаны с массой, чем, предположим, социал-фашист, представитель оппортунистического профсоюза. Ибо цели социал-фашиста не идут за пределы капиталистического общества. Ленин же, громя социал-демократию за измену коренным рабочим интересам, за измену социализму, настойчиво звал коммунистов работать в реформистских профсоюзах, ибо там есть рабочая масса, ибо там есть рабочие, проходящие первую ступень политической борьбы.
Противники Ленина постоянно вели демагогическую кампанию, обвпняя его в раскольничестве. Там, где нарушаются принципы революционера, где идет измена коренным интересам пролетариата, Ленин беспощаден, но в то же время в борьбе за революционную партию он, не смущаясь, объединяется со вчерашним противником. Достаточно вспомнить участие в «Правде» Плеханова, Дпевниц- кого. Для Ленина не стоял вопрос о том, с кем объединяться, а во имя чего объединяться.
Мировая партия ленинизма, следуя ленинской тактике, призывала всех рабочих к единому фронту борьбы против капитала. Ясно, что этот призыв встретил острую вражду заправил II Интернационала, ибо коммунисты под единым фронтом подразумевают объединение всех способных к борьбе рабочих сил, чтобы эти силы противопоставить капиталу, чтобы эти объединенные силы дали победу пролетариату. Именно для борьбы коммунисты и призывают рабочих к единому фронту. Вожди же социал- фашистов делают вид, что стоят за единый фронт, но, дескать, надо об этом договориться сверху. Это им надо, с одной стороны, для того, чтобы саботировать действительное объединение, создание единого фронта, с другой — это им надо, чтобы показать рабочим, что они-де за единый фронт и что они тоже революционеры, поскольку ведут переговоры с коммунистами.
Этим онп стремятся обмануть рабочие массы, скрыть от них свое изменническое нутро. По существу же говоря, никакого объединения они не только не хотят, но и не могут заключить даже сверху. Ибо создание единого фронта закрыло бы перед ними министерские передние. Буржуазия стала бы сомневаться в верности своих социал- фашистских агентов, посланных в рабочую среду не для увеличения сил рабочих, а для их ослабления, дезорганизации.
208


У крупного капитала появился новый боец за его ин* тересы — фашизм, в своей массе состоящий, по выражению Ленина, из «взбесившихся мелких буржуа» 46. В рядах фашизма, помимо кулачества, офицеров, спекулянтов, мелких хозяйчиков, деградирующих интеллигентов, есть часть и городской голытьбы и даже некоторая часть обманутых фашистской демагогией рабочих и крестьян. Вопрос надо поставить так: чьи они защищают интересы, чью исполняют волю? На так поставленный вопрос может быть только один ответ, что фашизм борется за интересы крупного банковского, земельного и промышленного капитала. Он выращен и взлелеян финансовыми воротилами. Ведь достаточно напомнить, что германский фашизм финансировался такими известными фигурами, как Детердинг, Крейгер. А теперь в его рядах значатся Гогенцоллерны, сам Вильгельм посылает приветствия и солидаризируется с политикой фашизма.
Фашизм является орудием, новой формой борьбы крупного капитала с рабочим классом. Формы этой борьбы носят самый различный характер. Программу якобы национал-социалистической партии никто всерьез не принимал и не принимает. Лидеры фашизма на нее смотрят, как на необходимое зло для обмана широких масс. По существу же у них один пункт, имеющий значение,— это беспрекословно подчиняться начальству, пункт из воинского устава капиталистической армии. При активной поддержке государства п огромных субсидиях от капиталистов создана разношерстная (иначе и быть не может) миллионная армия для единственной цели — гражданской войны против рабочих.
Приход к власти фашизма означает изменение формы буржуазного господства, конец парламентаризма, завуалированных лжедемократией и лжезаконностью форм буржуазной диктатуры. В развитых капиталистических странах, где напор рабочих под руководством коммунистических партий к захвату власти велик, эти прежде действовавшие средства становятся недействительными, и буржуазия прибегает к открытому, голому насилию. В защите своих классовых интересов, в защите своих денежных мешков нет преступлений, к которым бы не прибегала буржуазия, коль скоро грозит опасность ее кошельку,— это сказал еще Маркс.
Есть мнение, что с приходом к власти фашистов рево14 М. И. Калинин
209


люционное рабочее движение далеко откатилось назад. Это напоминает, хотя и отдаленно, период 1910—1912 гг. после первой русской революции. В этот период появилось довольно сильное течение ликвидаторов подпольной партии, утверждавших, что революция разбита, что партия похоронена. Ленин со всей своей мощью ополчился на борьбу с ликвидаторами, как с прямыми изменниками, предателями революции. В то же время, уже в 1910 г., появились легальная «Звезда», а затем «Правда». Эти газеты вынуждены были считаться с жесткой царской цензурой, но, во-первых, они не урезывали революционных лозунгов, а передавали их, как говорят, эзоповским языком, во-вторых, и это самое главное, рабочие знали, что за этими газетами стоит нелегальный Центральный Комитет революционной социал-демократии, комитет большевиков, нелегальный орган его— «Пролетарий». И рабочий, читая «Правду», сам восстанавливал с полной резкостью смягченную по цензурным условиям форму. В головах рабочих с каждым днем укреплялось сознание, что вооруженное восстание есть единственный способ свергнуть царизм.
Фашизм, не разбираясь, бьет направо и налево. Проявляет невероятный вандализм по отношению к культурным ценностям, театрально демонстрирует свою связь с первобытной дикостью, делает свирепое лицо, ненасытно жаждущее крови рабочих, ведет непрерывную войну и буквально-таки убивает вождей рабочего класса. Если вникнуть в суть дела, то ясно видна двойственность в действиях фашистов,— их конкретные действия целиком совпадают с вожделениями крупного капитала, форма их действия есть дань их мелкобуржуазной природе. Буржуазия жаждет уничтожения книг. Фашизм книги не просто уничтожает, превращая в макулатуру, а жжет на костре с дикими речами, трубными звуками, с шумихой на весь мир.
Крупный капитал стал с подозрением относиться к так называемой демократии. Ее колеблющееся положение, систематическое уменьшение ее влияния на массы, переход рабочих к коммунистам и развернувшийся кризис обострили политическое положение до последних пределов. В такие моменты надо иметь не союзников, полных неустойчивости, а верных друзей, вымуштрованную к покорности массу. Удары по вождям «демократии», парады и полувоенные демонстрации, репрессии против непокорных рядовых национал-социалистов — все это есть организаци210


онные меры крупного капитала, стремление создать для своей защиты верную ему армию. Ее командный состав привязан к капиталу, подкуплен им, а рядовая масса превращена в «Панургово стадо» 47, так организационно зажата, чтобы она была не в силах, чтобы она не имела никакой возможности проявить свою коллективную волю. Таков план борьбы с революцией, выработанный прожженными дельцами крупного капитала и осуществляемый фашистскими «вождями».
Но когда история перед восходящим классом ставит труднейшие задачи, то она этому же классу подготовляет возможности их решения.
Крупный капитал, располагая сильной внутренней организацией, прошедший великолепную политическую школу в многолетней борьбе с рабочим классом, в лице фашизма изготовил мертвую петлю, которую хочет накинуть на рабочий класс. А вожди фашизма вожделения своего господина крикливо обещают распространить и на другие государства, в частности на Советский Союз. Но ведь желания — одно, а действительность — другое.
Фашисты мечтают уничтожить стремление рабочего класса к освобождению от эксплуатации. В развитом капиталистическом обществе они пытаются уничтожить коммунистическую партию, являющуюся выразительницей этих стремлений рабочих и организатором претворения их в жизнь. Для марксиста ясно, что это мелкобуржуазная утопия. Капиталистические дельцы, ответственные за все действия фашизма, жестоко ошибутся в своих расчетах. Думали убить коммунистическую партию, а по существу она стала еще более мощным революционным центром. У нее нет конкурентов; германская коммунистическая партия рабочих стала не только по существу, но и формально для всего населения единственной революционной партией. Сейчас всем недовольным, обиженным фашистами, а ведь с каждым днем число их растет в геометрической прогрессии, ясно, что единственной их защитницей может быть только коммунистическая партия.
Только парламентский кретин может думать, что репрессии уменьшили влияние на массы коммунистической партии. Можно с уверенностью сказать, что сейчас за компартией идут еще большие массы. Всякий, кого гнетет фашизм, может бороться с ним только под знаменем коммунизма. Фашизм слишком поспешно заявляет, что револю211


ция подавлена, нет, она ближе к цели, чем когда бы то ни было раньше. Эта уверенность рабочих, которым близки заветы Ленина, эта уверенность и выделяет силы, наносящие жестокие удары фашизму.
Прогрессивная роль буржуазии в истории окончилась давно. Наперекор истории буржуазия хочет управлять огнем и мечом так, как она привыкла расправляться с трудящимися в своих колониях. Это лучше всего говорит о ее скором, бесславном конце. И напомним ей слова Ленина:
«Первый Интернационал заложил фундамент пролетарской, международной борьбы за социализм.
Второй Интернационал был эпохой подготовки почвы для широкого, массового распространения движения в ряде стран.
Третий Интернационал воспринял плоды работ II Интернационала, отсек его оппортунистическую, социал-шо- винистскую, буржуазную и мелкобуржуазную, скверну и начал осуществлять диктатуру пролетариата» 48.
Десять лет после смерти Ленина мы строим социализм в нашей стране, строго следуя его заветам. Успехи социалистического строительства признаны не только друзьями, но и врагами. Они вдохновляют наших братьев и товарищей в капиталистических странах на героическую борьбу с капиталом, с фашистской диктатурой. Эти успехи являются лучшим памятником великому вождю пролетариата.
Знамя ленинизма высоко развевается во всем мире, везде, где кипит непримиримая борьба труда и капитала... Мировая партия ленинизма, вбирающая в себя передовых пролетариев, лучшие элементы человечества, представляющая, по выражению Ленина, «ум, честь и совесть нашей эпохи» 49, не может не победить!
М. И, Калинин.
Избранные произведения, т. 3, стр. 110—119.


ПИСАТЕЛЬ ДОЛЖЕН БЫТЬ МАСТЕРОМ СВОЕГО ДЕЛА Беседа с молодыми крестьянскими писателями, окончившими литературные курсы при Оргкомитете Союза советских писателей
15 мая 1934 г»
Ни один из вас не задал вопроса о том, что в первую очередь надо знать человеку, чтобы быть писателем.
С чего начинается писатель? Появляется потребность что-то высказать. Если этой потребности нет, тогда человек писателем никогда не будет. Но, естественно, одной этой потребности мало. Нужно, чтобы человек умел сказать то, что он хочет.
Для этого нужно, прежде всего, знать русский язык. Какие из вас получатся писатели, если вы не знаете хорошо родной язык. Если человек не знает грамматики и, выражаясь фигурально, корову пишет через ять (а у нас есть такие), какой же он писатель? Литература — это профессия, особый вид деятельности, причем надо сказать, наиболее трудный сейчас род деятельности.
Вы говорили здесь о неудачах в своей писательской работе, жаловались, что вас мало печатают. Неужели вы хотите сразу стать писателями, «прогреметь на весь мир»? Написал у нас человек очерк и хочет, чтобы сразу его напечатали. Нет, вы напишите десять, и хорошо, если десятый будет принят к печати. Если все печатать, что у нас пишут, не хватит и бумаги. Это вполне понятно, все печатать нельзя.
Кто хочет стать писателем, пусть внимательно прочтет хотя бы биографию Бальзака, как он боролся, чтобы пробиться в ряды крупных писателей. Вы скажете, что Бальзак был буржуазный писатель.
Да, конечно, буржуазная обстановка в эту борьбу приносит много тяжелого и унизительного. У нас этого нет, но у нас стать крупным писателем еще труднее. Почему? Да потому, что у нас неизмеримо выше тяга к литературе, потому, что наш культурно растущий читатель предъявляет 213


все большие и большие требования к художественным произведениям. За рубежом один из миллиона может пробиться «в люди» и стать признанным писателем, а у нас чуть ли не на каждые полсотни более или менее грамотных людей — один писатель. Естественно, что из них 90% отсеивается. Ведь чуть ли не у каждого молодого человека есть желание писать, п кажется ему, что будут читать все, что он напишет. Но тот, кто хочет серьезно писать, должен учиться. Надо взять учебник грамматики и сесть за него, учиться по нему.
Вы тут говорили относительно заочного обучения, заочных курсов. Научиться писать после окончания каких бы то ни было курсов нельзя. Конечно, они могут оказать некоторую помощь. И курсы, на которых вы работали сейчас, тоже многому не научат. Курсы вас познакомили только с методом, показали и научили, как читать книгу, как в ней разбираться, как взять из нее то, что необходимо.
Но без знания, без настоящего знания родного языка никто никогда настоящим писателем не будет.
Второе — как научиться писать? Товарищи высказывали пожелание об индивидуальном шефстве крупных писателей над начинающими авторами. Я допускаю случайное, благоприятное стечение обстоятельств. Но вообще-то говоря, писатели плохие учителя. Они сами иногда не полностью осознают свою работу. К примеру Гоголь. Кто лучше понимал его творчество —он сам или Белинский? Я думаю, что Белинский лучше понимал творчество Гоголя, чем сам Гоголь.
Если вы хотите писать художественные произведения, то прежде всего нужен талант. Без врожденных способностей вы художниками не будете.
В молодости я тоже спрашивал опытных людей — как научиться писать, что нужно сделать, чтобы стать писателем? Рабочие тогда были очень мало сознательны, и вокруг одного сознательного рабочего было сто интеллигентов, которые хотели ему «помочь». Мне говорили, что трудно учиться, нет такой школы, нет такого руководства, которое научило бы писать рассказы. Есть старые хрестоматии, где говорится о том, как написать то или другое школьное сочинение. Но они дают главным образом орфографические советы.
У каждого писателя есть свой стиль.
214


Если хочешь быть писателем, надо брать за образец те произведения, которые написаны великолепно с точки зрения стилистики.
Вы хотите, чтобы вас кто-то научил писать, вы хотите, чтобы Ставский50 вас научил. Но учиться можно только по образцам. Вы хотите писать выдающиеся произведения, которые были бы выше произведений того же Ставского. Для этого нужно учиться у классиков, например у Тургенева. Возьмите Гоголя. Почему у него такая ясность мысли? Почему по многу раз можно перечитывать наших классиков? У нас нет сейчас таких знатоков языка, умеющих так ярко выражать своп мысли. Лев Толстой хотя и допускал некоторое упрощенчество в языке, но у него нужно многому учиться. Хрестоматия, учебник, конечно, тоже дает кое-что для первоначального обучения, но это не есть, если можно так выразиться, источник языка. Источник языка — это Пушкин, Гоголь, Гончаров, Горький и другие наши классики.
Прочтите «Фрегат «Палладу»» Гончарова. Скажете, скучно? А вы читайте с точки зрения языка, формы, как должен читать писатель, и совсем будет не скучно. Надо читать не только то, что вам нравится. Если вы хотите быть мастером, советским мастером, надо учиться у предыдущих поколений, нужно овладеть лучшим из того, что завоевано человечеством, и, исходя уже из этого, перейти к новому. Это нужно запомнить писателям, которые хотят выйти на широкую литературную дорогу и сейчас жалуются на то, что их книги не печатают. Жалобы эти, конечно, не- обоснованы. Ясно, что дребедень никто печатать не станет. И так у нас, нужно прямо сказать, дребедени выходит слишком много. Мы ставим своей задачей выпускать книги для просвещения масс, а печатаем часто белиберду, которая потом идет в макулатуру.
У всех у вас, мне кажется, есть желание обойти трудности, свалить все на объективные условия, мало, дескать, помогают, мало обращают внимания. Неверно это. Смотрите — Шолохов. Его «Тихий Дон» я считаю нашим лучшим художественным произведением. Отдельные места написаны с исключительной силой. А писал человек в провинции, в станице. Но по языку чувствуется, что он много и упорно учился и никакие журналы для начинающих ему не помогали. Я не верю, чтобы он написал «Тихий Дон», не будучи хорошо знаком с нашими классиками.
215


Шолохов с виду очень простой, незаметный человек, а чувствуется, что прошел он большую школу и, вероятно, и сейчас очень много над собой работает.
Сначала у вас могут быть подражания классикам — не бойтесь, на первых порах это не вредно. Собственный стиль вырабатывает жизнь. Если вы даже будете великолепно знать Тургенева и будете пытаться ему подражать, не забывайте, что мы далеко ушли от эпохи Тургенева. Тургенев вас назад в крепостную Россию не потащит. Не выйдет это, но мастерство его нужно и можно использовать. Классики для вас первая ступень, так сказать, литературная «паперть».
Второе условие для писателя — знать то, о чем он будет писать. Если вы формой владеете хорошо, это еще не значит, что вы хорошо будете писать. Вы должны еще знать, о чем вы будете писать, что вас волнует, занимает, так как естественно, что писатель должен писать о том, что он хорошо знает. Надо изучать ту обстановку, которую собираешься описывать.
Вы живете в колхозе, вы — сельский корреспондент и думаете писать о деревне. Ясно, что если вы хотите создать литературное произведение, то нужно изо дня в день наблюдать обстановку, которую хотите описывать, подмечать характерные черты и понравившиеся выражения, переносить все в записную книжку. Все это должно быть так записано, чтобы в необходимый момент можно было использовать. У всех крупных писателей есть огромное количество таких записей и заметок.
Все большие писатели громадное внимание уделяют народной речи.
Писатель должен уметь наблюдать и выбирать наиболее типичное. Когда читаешь крупное произведение, очень часто находишь себя то в одном образе, то в другом, находишь некоторые свои черты. Все это достигается огромной предварительной работой.
Дальше — область политики. Овладел человек формой, сделался знатоком языка, умеет наблюдать, исписал не одну книжку записями, и у него возникает вопрос, как обобщить накопленный материал, как его воплотить в литературное произведение. Здесь уже нужна политика. Конечно, лучше всего обобщить накопленный материал, будучи марксистом. Коммунистов у нас очень много, а образованных марксистов гораздо меньше. Часто коммунист 216


понимает программу партии, выполняет решения партии, немного знает основы марксизма, но самый марксизм знает далеко не достаточно.
Писатель, который выступает перед широкой массой, конечно, должен знать философию марксизма. Если писатель слабо знает философию марксизма, слабо знает Маркса, Ленина, ясно, что у него никакого крупного марксистского произведения не получится.
Настоящий советский писатель должен быть марксистом.
Вы сами понимаете,— нужно, чтобы тысяча писателей писала для того, чтобы из них один вышел на мировую арену. Без этого нельзя. Нужно, чтобы тысячи свои силы пробовали.
Писатель должен быть одним из самых культурных людей. Иначе, какой же он писатель, если его культурный уровень будет ниже, чем у окружающих, кого и чему он будет тогда учить?
Товарищи задавали вопрос о том, не ведет ли поход за качество к уменьшению количества. Об этом не беспокойтесь. Я не боялся поэтому вам нарисовать здесь все трудности. Ведь молодежь тоже будет расти, она будет вас отбрасывать и занимать ваше место. Растет молодежь, и желание быть писателем присуще очень многим. Я не знаю, много ли найдется людей, которые в молодости не писали стихов? Бояться того, что не будет необходимого количества писателей, не нужно. Нужно показывать дорогу, хотя бы и трудную дорогу, но чтобы из миллионов росли крупные люди. Мы не можем равняться на писателей типа Потапенко51, а это был в свое время сравнительно крупный литератор. У нас в советской литературе очень много таких писателей. Это «временная» литература. Я прочитал десятка два произведений Потапенко и теперь не помню ни одного. А его книги читал я одновременно с произведениями крупных писателей. И те остались в памяти.
Вы указываете, что наши журналы переполнены, но там очень немного хороших произведений. А я хочу, чтобы хотя один из вас стал первоклассным писателем. Вам нужно идти вперед. Может быть, ни один из вас далеко не уйдет, но самое стремление к этому очень поднимает культуру человека. Он будет при этом крупнее при всех обстоятельствах, даже если из него и не выйдет настоящий писатель.
217


Пожелаю вам успеха в вашей работе и скажу на прощанье: только не надо теряться. В особенности не теряйтесь, когда ваше произведение забраковали. В таких случаях вы должны себе говорить: «Забраковали — напишу вторую работу, забракуют — напишу еще». Если не хочется писать, лучше не пишите. А если писать хотите, в случае неуспеха не устраивайте паники, с упорством добивайтесь своего. Не поместили двух ваших работ, пишите третью, четвертую, пока не добьетесь успеха. Только тогда вы будете писать по-настоящему и сделаетесь настоящими советскими писателями.
М. И. Калинин. Избранные произведения, т. 3, стр. 132—137.


ИЗ РЕЧИ НА ЗАСЕДАНИИ ПРЕЗИДИУМА ЦИК СОЮЗА ССР, ПОСВЯЩЕННОМ ШЕСТИДЕСЯТИЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ М. И. КАЛИНИНА
20 ноября 1935 г.
В моей жизни был такой факт. В 1903 г. я сидел в тюрьме. Камера находилась на пятом этаже. За постоянные демонстрации меня перевели вниз. (Постышев: «За плохой характер».) А на второй день после моего перевода нас начали избивать и начали как раз сверху, с пятого этажа. Некоторые товарищи вскоре померли — через полгода, через год. А меня избивали 41-м, и я уцелел. (Постышев: «Устали, наверно».) Вот какая случайность. Если можно так сказать — везет человеку! (Дружеский смех всей аудитории.) Если бы первого били, вряд ли я (Постышев: «Орден получил бы».) выжил бы. Вот какие случайности у большевиков встречались в прошлом.
И вот, кто пережил все эти случайности в своей революционной жизни, разумеется, это большая удача.
Самым ценным я считаю в жизни то, что, проживши 60 лет, при таких довольно-таки неприятных казусах, а такие бывали,— хотя бы рассказанный факт говорит об этом,— у меня никогда не было пессимизма, никогда не было психологически безвыходного положения. Когда в тюрьме сидишь, так у тебя всегда есть сознание: за стенами этой тюрьмы идет борьба, тебя поддерживают. Всегда было сознание, что борьба, которая идет па улице, которая идет на заводах и фабриках, эту борьбу никто не может прекратить. Вот это сознание: ты сидишь в тюрьме, но борьба идет и она продолжается, оно постоянно человека укрепляло, оно его закаляло в перенесении всех невзгод, давало возможность переживать даже самые тяжелые условия. Одним словом, товарищи, коммунистическое мировоззрение — это такое мировоззрение, которое вкладывает в людей невероятную силу сопротивляемости. Вот эта-то огромная сила сопротивляемости и дала возможность срав219


нительно значительному количеству большевиков пройти довольно длительный путь революционной борьбы, сначала подпольной, а потом и в условиях победы пролетариата.
Если по совести говорить, я немножко сомневаюсь, правильно ли правительство, партия оценили меня, наградив орденом Ленина? У нас орденами награждают тех людей, которые выделяются своими исключительными делами. Мои дела не являются исключительными, они являются рядовой работой, работой рядового коммуниста. Но меня успокаивает одно,—вероятно, это и предвидел ЦК,— что за нашей спиной тысячи погибших борцов, что, награждая такого политического работника, как Калинин, ЦК этой наградой, как бы сказать, награждает всю ту массу безымянных работников, которые десятки лет боролись и которые попадали в те неприятные истории, из которых я благополучно до сих пор вылезал. (Возгласы: «Ну, ну, не скромничай».)
Что еще можно сказать?
Я думаю, что партия дала мне,— когда я говорю мне, это значит каждому сознательному коммунисту,— партия дала мне такое богатство, какое ни одна другая партия в мире не дает своим членам,—это, товарищи, глубокое сознание, что ты приносишь пользу своей работой трудящимся.
Сотни тысяч людей, достигших моего возраста, в том числе и крупные деятели, смотрят на этот возраст, как па потухающую старость. А так ли у нас, у коммунистов? Нет, мы не пессимисты.
Вот это дает только Коммунистическая партия, она прививает эти чувства. Сознание, что ты идешь с передовым классом вперед, чувство того, что в перспективе огромная историческая работа, огромная будущность у этого класса,— вот эти чувства, они парализуют годы, они вливают новые силы для дальнейшей борьбы.
Когда люди умирают в пылу сражения, они думают только о победе над врагом. Так и у коммунистов. Коммунист в своей борьбе, в борьбе за победу рабочего класса, за пролетариат, он всегда смотрит вперед, а не назад. И, товарищи, я думаю, что я еще буду вместе со всей нашей партией идти вперед. И вот быть в этой партии, участвовать во всей ее работе — что может быть более лестного, интересного для большевика, для политика. И поэтому, то-
220


варищи, ставя дату 60 лет, я завтрашний день для себя не вижу худшим. (Постышев: «Правильно». Аплодисменты.) Наоборот, чем дальше, тем будет все лучше, и чем дальше, тем работа наша должна быть производительнее. (Сердечная, дружеская овация.)
М. И. Калинин. Избранные произведения, т, 3, стр. 184—186.


ЗА ДАЛЬНЕЙШИЙ ПОДЪЕМ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТИ ТРУДА* Речь на заседании Президиума ЦИК СССР после вручения орденов участникам первого Всесоюзного совещания стахановцев
27 января 1936 г.
Товарищи! Разрешите поздравить вас с получением высокой награды, которая является оценкой работы награжденных со стороны рабочего класса и колхозного крестьянства Советского Союза.
Эта награда означает, что среди миллионных масс населения Советского Союза вы выделились, поднялись как выдающиеся работники — организаторы стахановского движения (сегодня мы награждаем именно стахановцев).
Я не буду долго останавливаться на значении стахановского движения — об этом много раз говорилось, и смысл стахановского движения сейчас каждому из нас ясен и понятен.
Я только хочу сказать, товарищи, что для нашего Союза, для рабоче-крестьянских масс Советского Союза, как хлеб, как воздух, нужно повышение производительности труда. Ведь при всех преимуществах социалистического строя перед капиталистическим стахановское движение пе может ограничиться только тем, что отдельные рабочие, отдельные колхозники, отдельные советские работники и специалисты, награжденные партией и Советским правительством, выдвигаются на общественном поприще. Основная задача социализма в том именно и заключается, чтобы поднять в материальном и культурном отношении всю трудовую массу.
И если вы с этой точки зрения, с точки зрения поднятия материального и культурного уровня всех трудящихся, посмотрите на задачи стахановского движения, вам станет ясно, насколько огромна и трудна эта задача.
Что значит поднять материальный и культурный уровень всех трудящихся? Это значит, что нам нужно иметь 150—170 млн. пар обуви; это значит, что нам нужно иметь 222


170 млн. костюмов; это значит, что нам нужно иметь 170 млн. кроватей — и так по всей линии культурного и материального обслуживания.
Есть ли хоть одна страна в мире, самая богатая страна, которая ставила бы своей задачей обеспечить все население в материальном и культурном отношении? Такой задачи ни одна страна в мире никогда не ставила и не может ставить, пока там будет существовать капитализм. Ибо трудящиеся массы — рабочий класс, беднейшее крестьянство — рассматриваются там как объект эксплуатации, как материал для накопления богатства господствующими классами.
Естественно, что такой задачи ни господствующие классы, ни правительства этих стран, которые выполняют волю господствующих классов, никогда не ставили и не поставят.
Поэтому богатство западноевропейских капиталистических стран — это только кажущееся богатство, потому что всеми благами жизни, всеми материальными и культурными ценностями пользуется лишь весьма ограниченный слой людей. Трудящиеся же этими благами не пользуются.
Наша же задача заключается в том, чтобы в возможно более короткий срок приблизиться к такому моменту, когда каждый трудящийся сможет получить по своим потребностям, а трудиться — по своим способностям. Поэтому понятно, насколько важно и необходимо повысить нашу производительность труда.
Ясно также, насколько наша производительность труда должна быть выше капиталистической. Если употреблять сравнения, то наша производительность труда должна быть выше производительности труда в капиталистических странах настолько, насколько производительность труда в капиталистическом обществе выше производительности в феодальном обществе. Это по меньшей мере. А вообще-то наша производительность труда должна быть значительно выше.
Учитывая все это, вы поймете всю важность и ценность стахановского движения.
Мы знаем, что стахановское движение вышло из недр рабочего класса. Накопившаяся внутри трудящихся масс сила и энергия вылилась в стахановское движение. Поднявшиеся в техническом и культурном отношении массы как бы инстинктивно поняли всю необходимость и важ223


ность движения за поднятие производительности труда, и масса выделила из своей среды наиболее передовых людей, которые являются в области производительности труда застрельщиками, организаторами, вожаками. Именно такими застрельщиками, организаторами и вожаками стахановского движения являетесь вы, присутствующие здесь, награжденные партией и правительством высшей наградой.
Товарищи, успехи у нас за последнее время очень значительны. Но все-таки они значительны лишь постольку, поскольку являются фундаментом для будущего, действительно грандиозного развития.
Эти успехи значительны, но они еще недостаточны, если смотреть на них с точки зрения удовлетворения растущих потребностей трудящихся Советского Союза. А запросы и потребности наших трудящихся огромны.
Вы сами прекрасно понимаете, какая огромная разница между запросами культурного человека и запросами старого, забитого, неграмотного крестьянина. Например, мой отец платил 10 руб. за то, чтобы я 9 месяцев жил и кормился у одного крестьянина. Это одно уже доказывает, насколько низок был уровень жизни и потребности у старого крестьянина.
У культурного человека потребности раз в сто выше, чем у такого крестьянина. Я считаю, что уровень жизни культурного человека в наших советских условиях должен расцениваться в среднем не менее тысячи золотых рублей в год. А если эту тысячу золотых рублей помножить на сто миллионов наших трудящихся, да если вы к этому прибавите те средства, которые нужны нашему государству на всякого рода нужды общественного порядка, то вы увидите, насколько производительность труда в социалистическом обществе должна быть выше, чем в обществе капиталистическом.
В вашем лице мы видим пионеров и основных борцов в том соревновании, в той беспощадной борьбе, которая идет между социалистическим и капиталистическим миром на трудовом фронте.
Вы знаете, что на трудовом фронте так же постоянно идет борьба, ожесточенная борьба, как и на полях сражений, что эта борьба между капиталистическим миром и миром социалистическим не прекращается ни на один день, и в особенности борьба в области повышения производительности труда.
224


Не случайно капиталистический мир удивительно оживленно, удивительно сильно реагировал на развитие стахановского движения. Казалось бы, что это безобидное массовое движение внутри Советского Союза никак не должно задевать капиталистический мир. Однако ни одно движение, ни одно самое острое выступление наших политических работников, направленное по адресу капиталистов, так не всколыхнуло капиталистический мир, как стахановское движение.
Капиталисты поняли, что укрепление, развитие, успехи стахановского движения — это есть одно из самых могучих средств укрепления Советского Союза, имеющее величайшее агитационное значение для распространения идей коммунизма во всем мире.
Капиталисты поняли, что развитие стахановского движения, его успехи — в конечном счете определяют и окончательную победу коммунизма над капиталистическим миром.
Вот в чем суть, в чем ценность стахановского движения. И вы являетесь застрельщиками этого движения, вы являетесь людьми, которые идут впереди масс, ведут эти массы на новые завоевания в области производительности труда.
От души пожелаю вам дальнейших новых успехов в вашей славной работе. (Бурные аплодисменты, переходящие в овацию.)
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 3, стр. 200—203.
15 М. И. Калинин


ЧТО ДАЛА СОВЕТСКАЯ ВЛАСТЬ ТРУДЯЩИМСЯ *
Октябрь 1937 г.
В недалеком будущем весь народ Советского Союза, начиная с восемнадцатилетнего возраста, мужчины и женщины, равными, прямыми выборами при тайном голосовании будет выбирать своих представителей в Верховный Совет СССР.
По всем республикам, краям и областям сейчас развернулась предвыборная кампания. Скоро начнется выставление и обсуждение кандидатов в депутаты Верховного Совета, обсуждение политических и экономических проблем, стоящих перед народами Советского Союза; подвергнутся жестокой критике масс плохо работающие органы власти и негодные работники Советов. Надо думать, что в ряде случаев мы будем иметь и вылазки антисоветских элементов.
Выборы на основе всеобщего, прямого и равного избирательного права при тайном голосовании еще более укрепят советский социалистический строй.
На предвыборных собраниях миллионы избирателей будут подводить итог пройденному Советской страной пути.
Что же дала Советская власть народам СССР за свое двадцатилетнее существование? Чего достигли народы Советского Союза при советском строе? Вернее, чего достигли народы Советского Союза при советской форме власти под руководством Коммунистической партии?
Двадцать лет — срок для жизни людей немалый. Но для государства, для его развития это очень немного, ибо развитие народа идет куда медленнее, чем развитие отдельного человека.
Если мы посмотрим на развитие наиболее культурных народов Европы и Америки, то увидим, насколько медлен- 226


по идет это развитие, да и не всегда оно идет вперед. В истории было немало случаев деградации целых народов, а иногда и полное их исчезновение с исторической арены. Достаточно сказать, что Китай когда-то считался одним из самых культурных государств в мире. А теперь? Теперь Китай, хотя и обладает огромной территорией с многомиллионным населением,— все же это отсталая страна, которую эксплуатируют в целях наживы и рвут на части империалистические хищники. Для того чтобы проследить путь народа, надо знать его исходное положение.
Так вот, что же дала Советская власть народам СССР? Я думаю, главное, решающее и основное, что дала Советская власть народу,— это то, что народы Советского Союза, от больших до самых малочисленных, в недалеком прошлом забитых и эксплуатируемых, сделались хозяевами своего собственного благополучия. Они получили возможность ковать собственное счастье. Разбиты и уничтожены эксплуататорские классы, а с ними уничтожены кризисы, безработица, нищета и разорение масс; ликвидирована возможность эксплуатации человека человеком. Колхозное крестьянство не только освобождено от эксплуатации кулаков и помещиков, но обеспечено землей и современной техникой. Старая Россия была «тюрьмой народов», СССР — страна дружбы народов.
Разве все это не говорит о том, что единственными хозяевами своего счастья являются рабочие и крестьяне СССР? И никому не удастся отнять это счастье! Весь народ Страны Советов, от мала до велика, отдаст все свои силы за неприкосновенность советской земли, за дело Ленина, за победу коммунизма. Народы Советского Союза свое счастье держат в собственных руках. От их энергии, воли, настойчивости, работоспособности и упорства в труде зависит материальная обеспеченность и повышенный культурный уровень их жизни.
Это — великое благо! Ни один народ на земном шаре не имеет этой возможности. Он ее лишен, он опутан цепями капиталистического господства, он — раб капиталистического общества и лишен возможности влиять на существенные изменения своего материального уровня и культурного развития.
Завоевания рабочих, крестьян и трудовой интеллигенции в Советском Союзе тем и значительны, что это есть результат их совместной работы. Коллективный труд, увели227


чивая богатства Советского Союза, вместе с тем улучшает и благосостояние каждого отдельного человека.
Это сочетание личного интереса с коллективным, эта возможность каждого человека приложить полностью свои силы есть огромнейшее завоевание Советского Союза.
ЧЕГО ДОБИЛИСЬ РАБОЧИЕ В СССР
Русский рабочий класс имеет не длинную по сравнению с европейскими рабочими, но славную историю борьбы за дело социализма. Развитие капиталистической экономики в России шло более медленными темпами, чем развитие рабочего движения.
Это было сравнительно недавно. Я еще захватил время, когда работа на заводе начиналась в 6 час. 30 мин. утра и кончалась в 6 часов вечера при полуторачасовом перерыве на обед. На фабриках работа начиналась в 5 часов утра и кончалась в 8 часов вечера при двухчасовом перерыве на обед и завтрак. Рабочие в своем большинстве жили в общежитиях барачного типа.
Протесты против произвола заводского начальства носили в большинстве случаев неорганизованный характер и часто выражались в избиении мастеров. Иногда мастерам надевали на голову мешок и вывозили их на тачках за ворота завода. Людей, участвующих в избиении мастеров, рабочие ценили как храбрых протестантов против существующего гнета и личного произвола мастера. Главными общественными местами, где собирались рабочие, были пивные, трактиры.
Жизнь рабочего была крайне примитивной; изнурительно длинный рабочий день, плохие квартирные условия были уделом русского рабочего. Почти все свободное время рабочие вынуждены были проводить в трактирах, пивных и чайных. Заработок рабочего был настолько низок, что его едва хватало для поддержания полунищенского существования рабочей семьи. На Прохоровской мануфактуре 62 в Москве, где заработная плата была наиболее высокой, она в среднем равнялась 20 руб. 50 коп, в месяц. Почти на каждом предприятии в то время применялась издевательская система штрафов. На той же Прохоровской мануфактуре рабочих штрафовали:
за безобразие — 50 копеек,
228


за оставление у себя для ночлега без позволения конторы — 50 копеек,
за проход в нижние ворота — 50 копеек,
за отлучку со двора — 50 копеек,
за раннее вставание— 50 копеек.
Некоторые «богомольные» фабриканты штрафовали рабочих и «за нехождение в церковь».
Отношение мастеров к рабочим носило почти патриархальный характер. У того или иного мастера работали рабочие из одной деревни. Были целые мастерские, в которых работали люди из одного села. Когда приезжал новый работник из деревни, земляки устраивали его на завод или в мастерскую, разумеется, «задабривая» соответствующей мздой, в натуре или деньгами, мастера — их земляка. Мастер брал взятки за устройство на работу, а иногда получал от рабочих деньги и за наиболее повышенный заработок.
Можно было бы привести множество примеров того, сколько унижений должен был претерпевать рабочий при поступлении на то или иное предприятие. Ограничимся лишь одним из них. Вот как производился прием рабочих на заводе «Русско-американская резиновая мануфактура» (теперь «Красный треугольник»):
«Набор происходил два раза в неделю — в понедельник и в четверг. Выстроит директор людей вдоль панели и ходит, выбирает, как мясник в стаде скот, тех, кто крепче сложен, больше ростом, покорный, почтительный в вопросах, а за ним сзади — телохранитель, старший отметчик Франц, по прозвищу «Дьяволе». Франц — немец, очень плохо говорил по-русски, а только кричал: «Сюда, дьяволе, туда, дьяволе!» Гейзе дает записку, а «Дьяволе» отправляет в проходную, и там мастера проводят сортировку».
Но и тогда уже среди рабочих стали появляться люди, которые задумывались над путями улучшения жизни рабочего класса. Борьба рабочих против капиталистов принимала все более организованный и сплоченный характер. Стачки, забастовки рабочих все чаще сочетались с общими задачами и целями рабочего движения. В непримиримой борьбе рабочего класса против капиталистического строя зародилась, выросла и окрепла партия Ленина, Коммунистическая партия.
Рабочий класс за последние десятилетия до Великой Октябрьской социалистической революции несколько улучшил свое положение: сократился рабочий день, увеличился 229


заработок, верхушка рабочего класса получила возможность немного лучше жить. Но, вместе с тем, увеличилась и неустойчивость материального положения рабочих. С развитием капитализма участились кризисы, во время которых сотни тысяч рабочих выбрасывались с фабрик и заводов, у заводских ворот все больше становилась запасная армия труда.
Русский рабочий все больше превращался в необеспеченного пролетария, который, работая сегодня, совершенно не был уверен в том, что завтра он будет работать; получая определенный заработок сегодня, совершенно не был уверен в том, что завтра этот заработок он будет иметь.
Сравнивая жизнь рабочего сейчас в Советском государстве с его жизнью и работой в старой царской России, мы видим, какая пропасть лежит между ними. Великая социалистическая революция, уничтожившая господство капиталистов и помещиков, коренным образом изменила условия жизни и труда советских рабочих. И одним из самых важных улучшений жизни я считаю то, что сегодня над рабочим не висит вечный Дамоклов меч,— рабочий не боится, что завтра он останется безработным. Молодое, да и среднее поколение наших рабочих сейчас не может даже мысленно воспроизвести то ощущение от потери работы, которое переживал пролетарий в прошлом. Даже высшпо категории рабочих, которые были сравнительно более обеспечены не только размером своего заработка, но и его постоянством, даже эти рабочие никогда не избавлялись от мысли о возможности каждую минуту потерять свой заработок. Особенно сильно это ощущение было в моменты кризисов и так называемых депрессий.
Работая на заводе, рабочий, понятно, сталкивается с десятником, мастером, начальником мастерской. Интересы мастера и рабочего в условиях капиталистического производства всегда противоположны. Мастер хочет сделать вещь дешевле, чем она на самом деле стоит. Рабочий хочет получить подороже. На этой почве всегда происходили столкновения. Как бы рабочий ни стремился держать себя скромно, не раздражать мастера и соответствующее начальство, все-таки в повседневной работе он не мог избежать этих столкновений, а когда наступает кризис или депрессия, рабочий помнит об этом столкновении с мастером и ждет с его стороны расправы, увольнения. Это сознание быть уволенным в любую минуту было бичом рабочего 230


класса, заставляло быть всегда начеку, всегда считаться с мастером, учитывать каждое свое действие. Так было в царской России, так есть в странах господства капитализма. Совсем иное положение у нас в Советском Союзе, где нет эксплуатации человека человеком, где полностью уничтожена безработица, где мастер и рабочий преследуют одну п ту же цель — как можно лучше служить делу социализма.
Сознание того, что я на заводе являюсь постоянным рабочим, сознание того, что если на одном заводе по тем или иным причинам работы становится меньше, то я буду переведен на другой завод, сознание постоянства, сознание того, что коллектив нуждается в моей работе,— делает человека самостоятельным, повышает его жизнедеятельность, дает возможность рабочему с полным спокойствием все свободное время отдавать отдыху, развлечениям, повышению своего культурного уровня, работе в общественно- политических организациях.
«Рабочий и колхозник получили полную уверенность в завтрашнем дне, и лишь от качества и количества затрачиваемого ими труда зависит все большее повышение материального и культурного уровня их жизни. Для трудящегося в СССР исчезла угроза безработицы, нищеты и голода. Уверенно и радостно смотрит каждый рабочий и колхозник на свое будущее, предъявляя все более повышенные требования к знанию и культуре» 53.
Это завоевание Великой социалистической революции кладет отпечаток на весь наш рабочий класс, изменяет его характер. Из недоверчивого, неуверенного в завтрашнем дне человека наш рабочий становится активным оптимистом. Это можно наблюдать на бесконечном количестве примеров.
Но оптимизм наших рабочих ничего общего не имеет с оптимизмом так называемого «среднего американца», который все свои жизненные планы строит на фортуне, па невероятном случае, на неожиданном счастье, на благоприятно сложившихся обстоятельствах. Надо ли говорить, что эти расчеты в своей подавляющей части являются лишь пустым воображением, безжалостно уничтожаемым условиями капитализма. Оптимизм советского рабочего более чем обоснован, потому что он вытекает из самой сущности советского строя, он исходит из того, что в благополучии отдельного рабочего у нас заинтересован весь кол231


лектив, весь рабочий класс. Оптимизм этот закреплен Конституцией СССР: «Граждане СССР имеют право на труд, то есть право на получение гарантированной работы с оплатой их труда в соответствии с его количеством и качеством». Какой может быть оптимизм у рабочих капиталистических стран, если, по преуменьшенным официальным данным, в США — самой обеспеченной капиталистической стране — свыше 10 миллионов человек находятся без работы! В Германии армия безработных насчитывает 3,5 млн., в Англии — 2 млн., в Польше — 367 тысяч!
Великая социалистическая революция принесла русскому рабочему самый короткий рабочий день в мире — семичасовой рабочий день. Это огромное завоевание, значение которого трудно переоценить. Будучи занят на производстве всего семь часов, советский рабочий располагает 17 часами для сна, личной и общественной жизни. Это значит, что рабочий имеет достаточно времени для повышения своего политического и культурного уровня; это значит, что рабочий может уделить достаточно времени своей семье; это значит, что рабочий имеет достаточно времени для того, чтобы следить за культурным развитием своих детей.
Всего этого были лишены рабочие царской России. Лишены этого и рабочие всего капиталистического мира.
Дети рабочих царской России, как правило, были безнадзорными, свободное время они проводили в грязных трущобах рабочих кварталов, пополняя ряды уголовных преступников; а чуть подрастали, не закончив школы, шли работать мальчиками или учениками на фабрики и заводы. Треть всех рабочих царской России начала работать на фабриках и заводах, не достигнув двенадцатилетнего возраста (из них 10% ушло на фабрики, когда им не было еще десяти лет!); другая треть начала работать в возрасте 12—14 лет. И только треть рабочих начала работать с пятнадцатилетнего возраста.
Все это кануло в вечность. Сейчас дети трудящихся имеют возможность быть культурно обслуженными. В 1937 г. в средних и начальных школах СССР учится около 30 млн. детей. Гражданин СССР совершенно спокоен за учебу своих детей. Для этого есть бесплатные школы, куда он по закону даже обязан посылать своих детей. Дальнейший путь каждого ребенка будет целиком зависеть от его способностей и наклонностей.
232


Это у нас не переводится на деньги, это просто не учитывается в бюджете рабочего, а, между тем, это огромная статья государственных расходов. Достаточно сказать, что в старой России плата за обучение в средней школе была сравнительно невысокая и все же обучение ребенка стоило не менее 250 руб. в год при среднем заработке квалифицированного рабочего в 40—45 руб. в месяц. Отсюда понятно, почему в средних учебных заведениях тогда почти не было детей рабочих.
Страхование рабочих в случае болезни, потери трудоспособности, а также по старости — немалое завоевание социалистической революции. Что значит бесплатная медицинская помощь? Я был квалифицированным рабочим, мой заработок превышал среднюю зарплату рабочих. Однажды я заболел на заводе. Проболел два месяца и за это время из страхкассы получил всего 15 руб., а ведь высчитывали из моей зарплаты 172% страховых. Прибавьте к этому оплату доктора, стоимость лекарства, и вам будет ясно, в каком положении оказался я, квалифицированный рабочий. Два месяца болезни вытряхнули меня, как раньше говорили, вчистую.
Возьмем материальное обеспечение в старости и при потере трудоспособности. Пока человек молод, силен, он этим вопросом не интересуется. В старой России бывало так: квалифицированный рабочий получает сравнительно неплохую зарплату. Но вот он состарился. Что делать? Если он проработал на заводе много лет, если его считают верным слугой заводской администрации, то его с квалифицированной работы переводят или на должность сторожа, или уборщика в мастерской. Соответственно с этим, конечно, уменьшается и его заработная плата. Но ведь и в таком положении оказывались только «счастливцы», только те, к которым особо благоволила администрация. Большинство же стариков получало расчет. Капиталисту абсолютно безразлично, как будет жить уволенный им рабочий, тот рабочий, который в течение 30—40 лет обогащал его. Уволенный рабочий влачит свое старческое существование или при поддержке детей, если они мало-мальски устроены, или просто пробивается кое-чем, не исключая и нищенства.
Так было не только в старой царской России, так происходит и сейчас во всем капиталистическом мире. Чем развитее капитализм, тем раньше по возрасту выкидыва233


ется с завода рабочий, как предмет, мало пригодный для эксплуатации. Вот вам капиталистическая «обеспеченность» рабочего в старости!
Иное положение у нас. Каждый честный советский гражданин обеспечивается по закону ему принадлежащей пенсией. Ясно, что психология людей в капиталистическом мире и у нас, исходя из этих фактов, совершенно различная.
Правда, и у нас есть «умники», которые, сравнивая квартиру и питание нашего рабочего с квартирой и питанием хотя бы американского рабочего, говорят, что американский рабочий ест больше мяса, имеет лучшую квартиру. Я допускаю, что наиболее жизнедеятельная часть рабочего класса в Америке в расцвете своих сил, может быть, съедает больше шоколада, чем русский рабочий. Но ведь надо считать не только плитки шоколада, надо считать и все то огромное материально-культурное обслуживание, которое имеют трудящиеся Советского Союза: дома отдыха, санатории, детские сады и ясли, отпуска по беременности и т. д. К этому надо прибавить огромное количество театральномузыкальных организаций на заводах, бесплатных концертов, экскурсий и т. п., и мы увидим, если сложить все это вместе, какая огромная разница в положении рабочего класса СССР по сравнению с рабочим классом любой капиталистической страны. Ведь не случайно же все наши театры переполнены до отказа. О чем это говорит? Это говорит о значительном повышении материальных достатков трудовых масс Советского государства, это говорит об исключительном росте культурных запросов масс. Это говорит о том, что наши трудовые массы становятся самыми культурными в мире.
Все это результат побед Великой Октябрьской социалистической революции. Все это принесла рабочим Советская власть. Советская власть сделала рабочий класс хозяином всех богатств, которыми располагает Советский Союз. Каждый поступательный шаг в развитии материальных и культурных ценностей делается достоянием трудящихся масс. Чем развитее капитализм, тем беднее, необеспеченнее делается рабочий. Чем могущественнее и богаче становится паша Родина, тем зажиточнее и культурнее становится жизнь трудящихся масс.
Вот что дала Советская власть народу. Вот в чем сила Советской власти. Вот почему рабочий класс, являясь твор234


цом, организатором и главным бойцом за Советскую власть, всей своей мощью крепко бережет и зорко охраняет свою Советскую власть.
КОЛХОЗНОЕ КРЕСТЬЯНСТВО — ВЕРНАЯ ОПОРА СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ
В борьбе за Советскую власть, в развитии ее творческих сил вместе с рабочим классом принимало участие и крестьянство. Злейшие враги Советской власти надеялись, что крестьянство Советского Союза, состоявшее преимущественно из мелких собственников, не пойдет за рабочим классом, не пойдет за Коммунистической партией, что при переходе на коллективизацию оно не примирится с потерей частной собственности на средства производства и пойдет против Советской власти. Эта карта бита. Теперь уже ясно даже для ребенка, что крестьянство превратилось в сотоварища рабочего класса по борьбе за коммунизм.
Капиталисты боятся коммунизма, как черт ладана, и свой испуг хотят распространить на трудящиеся массы, в особенности на крестьянство. Нет. Коммунизм является пугалом только для капиталистов, для трудящихся же масс коммунизм является светочем, маяком, указывающим путь к их освобождению от капиталистического рабства. Это, в частности, показало и советское крестьянство, твердо и бесповоротно вставшее на путь колхозной жизни.
В своей книге «Аграрная программа социал-демократии в первой русской революции 1905—1907 годов» Ленин писал:
«У десяти миллионов крестьянских дворов 73 млн. дес. земли. У двадцати восьми тысяч благородных и чумазых лендлордов — 62 млн. десятин. Таков основной фон того поля, на котором развертывается крестьянская борьба за землю» 54.
Многое дала Советская власть крестьянству, обездоленному столетиями, бесшабашно эксплуатируемому и бесконечно ограбляемому царскими разбойниками, помещиками и деревенскими кулаками-мироедами. Много крестьянских сынов погибло в вековой борьбе за землю. Но только при Советской власти крестьяне добились цели, получив более 150 млн. га бывших помещичьих, казенных и монастырских земель. Эта земля могла быть получена только в 235


результате того, что рабочие и крестьяне уничтожили власть помещиков и капиталистов, разбив их на полях сражений.
Если перевести на деньги стоимость 150 млн. га, то это будут миллиарды рублей, отнятые у капиталистов и помещиков, в свое время грабивших крестьян. Но дело не только в этой сумме. Что значит: крестьяне получили более 150 млн. га помещичьих, казенных и монастырских земель? Это значит, что крестьяне сняли с себя кандалы помещичьей эксплуатации, сняли с себя ежедневный прижим помещиков и кулаков. Ведь благодаря этой земле кулаки и помещики ставили крестьян в невыносимые условия жизни. Формы прижима, извлечение пользы из этой земли кулаками и помещиками были бесконечно разнообразные. У помещика имеется пруд, этим прудом пользуется крестьянский скот. За это крестьяне обязаны отработать помещику. Прогон, через который крестьяне гоняют скот на свои поля, как раз лежит на кулацкой земле — за это изволь платить кулаку. Помещичья земля или земля кулака подходит как раз к крестьянским избам. На эту землю случайно попадает курица крестьянина — изволь и за это заплатить.
«Крестьянин был доведен до нищенского уровня жизни: он помещался вместе со скотиной, одевался в рубище, кормился лебедой; крестьянин бежал от своего надела, когда только было куда бежать, даже откупаясь от надела, платя тому, кто соглашался взять надел, платежи с которого превышали его доходность. Крестьяне голодали хронически и десятками тысяч умирали от голода и эпидемий во время неурожаев, которые возвращались все чаще и чаще» 55.
Близость помещичьего хозяйства к крестьянским избам была настоящим бедствием для деревни. Чем больше было в том или ином уезде помещиков, тем реакционнее было местное управление. Лучшим примером могла служить Курская губерния. Здесь было наибольшее количество помещиков, наиболее бедное, безграмотное, подавленное русское крестьянство, здесь же было одно из самых реакционных земств. Такая же примерно картина была на Украине, где крупные помещики из года в год заставляли тысячи крестьянских семей выселяться на Дальний Восток и за океан, в Америку.
Многое дала Советская власть крестьянству, уничтожив помещика и кулака-мироеда.
236


Проведя коллективизацию в деревне, Советская власть решила одну из самых сложных задач социалистической революции. Процесс коллективизации был очень трудным. Это вполне естественно. Люди веками привыкли к определенному укладу жизни, а Коммунистическая партия и Советская власть звали их в «неизвестное», вводили коллективизацию. Нам понятны были опасения крестьянских масс, их тяжелые думы...
Введению коллективизации сопротивлялись все антисоветские элементы, все враги народа, все, у кого теплилась хоть маленькая надежда на возврат к старому капиталистическому строю. Все они сделали немало для срыва дела коллективизации.
Однако здравый рассудок, верность беднейшего и середняцкого крестьянства рабочему классу одержали верх. Произошел коренной поворот бедняцко-середняцких масс в сторону колхозного строительства. Коллективизация была блестяще проведена. Кулачество — последний капиталистический класс — было окончательно разгромлено.
«А что это значит? Это значит, что не менее 20 миллионов крестьянского населения, не менее 20 миллионов бедняков — спасли от нищеты и разорения, спасли от кулацкой кабалы и превратили благодаря колхозам в обеспечен ных людей» 56.
Что такое коллективизация? Каковы ее преимущества перед индивидуальным крестьянским хозяйством? Я думаю, что сейчас каждый колхозник с большей убедительностью, чем я, может доказать эти преимущества. Я только напомню всем известную истину: коллективизация дала возможность сделать крестьянскую засоренную, плохо обрабатываемую, непропаханную землю культурной. Это огромная победа! Плоды этой победы мы пожинаем в этом году. По предварительным подсчетам, мы имеем сейчас около 7 млрд, пудов хлеба57. Думаю, что каждый разумный колхозник с карандашом в руках может подсчитать, что в самые лучшие урожайные годы при индивидуальном способе обработки земли мы не могли бы получить такого урожая. Это и естественно. Нельзя же забывать, что значит индивидуальный способ обработки земли. Это значит, что каждый крестьянин в каждом поле имеет несколько полос. Один обрабатывает землю хорошо, другой плохо; у одного лошадь хорошая, у другого никуда не годится. Старые крестьяне великолепно помнят, как они воровали 237


друг у друга землю. Недаром народ увековечил это пословицей: «Межи да грани — ссоры да брани». Тот, кто первый пахал, отрывал пласт земли от полосы своего соседа и переваливал на свою полосу, от чего всегда страдала беднота.
Коллективизация уничтожила борозды между полосами, уничтожила межники, которые занимали примерно от 3 до 5% всей земли и были постоянным рассадником сорных трав. Затем один крестьянин сеет один хлеб, другой — иной хлеб; у одного крестьянина сортовые семена, у другого засоренные семена; у одного крестьянина хлеб уже убирается, а у другого он еще зеленый; один сеет овес, а другой, рядом, картошку. Эта неразбериха в сельском хозяйстве,— а ее невозможно было устранить при индивидуальном мелком хозяйстве — делала крестьянские поля беспризорными, малоурожайными.
Коллективизация создала все необходимые условия для технической революции в сельском хозяйстве. Разве можно было пустить трактор на узкие крестьянские полоски? Разве Можно было хоть в какой-нибудь степени при их уборке применить, например, комбайны? Вообще говоря, индивидуальное крестьянское хозяйство было вечным тормозом для внедрения машинной обработки в сельском хозяйстве. Только коллективизация дала возможность начать культурную обработку земли при использовании всех достижений науки и техники. Колхозные и совхозные поля только в одном 1937 г. получают сельскохозяйственных машин на 1 млрд. 200 млн. руб., а стоимость всей продукции сельскохозяйственного машиностроения вместе с тракторостроением в 1936 г. равнялась 2 млрд. 260 млн. рублей.
Победа коллективизации — историческая победа! Что она дает народу? Она избавляет крестьян от целого ряда исключительно тяжелых физических работ. Достаточно вспомнить пахоту сохой или маленьким, так называемым рязанским плугом, молотьбу, жатву, косьбу — работы, поглощавшие уйму крестьянского труда с крайне низкой производительностью. А сегодня у нас на полях работает 450 тысяч тракторов и 121 тысяча комбайнов. Крестьянский единоличный труд отнимал массу времени у крестьян. Повседневные домашние работы не давали крестьянину возможности хоть минуту подумать о своем положении как гражданина государства, подумать о повышении своего политического и культурного уровня. Единоличный труд на 238


мелком клочке земли, постоянная неуверенность в завтрашнем дне суживали кругозор крестьянина, ограничивали умственные интересы, отупляли его. И на этой убогой крестьянской собственности думала выехать контрреволюция!
Советская власть вырастила знатного комбайнера Константина Борина, который убрал своим комбайном 2 тысячи га колосовых культур. Это означает, что через бункер комбайна Борина прошло самое малое 180 тысяч пудов хлеба. Если предположить, что ежедневно агрегат Борина убирал 75 га, то окажется, что одним своим агрегатом Борин заменял ежедневно 950 человек, 150 лошадей, 37 веялок, 20 конных молотилок. Это при условии, если бы уборка 75 га велась вручную, а молотьба — конными молотилками.
Советская власть вырастила Петрова (Ключевская МТС), который в день убирает по 23 га льна. Чтобы вытеребить это количество льна руками, нужен был тяжелый труд 230 человек.
Коллективизация внесла передовую технику в сельское хозяйство. Она потребовала от каждого крестьянина большей организованности и сочетания своего труда с трудом своих односельчан. Коллективизация способствует созданию в деревне советской интеллигенции. Она выдвинула в деревне комбайнеров, трактористов, механиков, лаборантов в хатах-лабораториях, председателей колхозов, бригадиров, конторщиков. Раньше крестьянин называл себя хлебопашцем. Это было правильно. Он вместе со своей клячей ковырял землю. А сейчас? Вот пример: в числе депутатов Чрезвычайного VIII Всесоюзного съезда Советов 13% — трактористы, 8% — комбайнеры, 26% — председатели колхозов, 10% — бригадиры, 20% — звеньевые, 6% — заведующие животноводческими фермами, 12% — доярки, телятницы и свинарки, 2% — чабаны, 3% — сборщики чая, хлопка и других технических культур. Разве это не показатель того, что советское крестьянство — это совершенно новое крестьянство, подобного которому еще не знала история человечества.
Благодаря коллективизации крестьянская жизнь стала быстро приближаться к жизни городского жителя, кругозор крестьянина расширился. Гигантски выросла вся культура деревни. Прежде крестьянину было невероятно трудно пробиться к вершинам человеческих знаний. Единст- 239


пенный путь — это путь торгашества, через который только единицы из миллионов крестьян выходили в купцы путем стяжательства и всякого мошенничества. Середняк мог лишь мечтать не только о средней, а и о школе вообще. Сейчас деревня почти сравнялась с городом — в ней имеется довольно густая сеть школ не только начального, но и среднего образования. Само машинизированное производство в деревне способствует развитию инициативы, дерзновению крестьянских сынов в науке, технике, искусстве. В командном составе Красной Армии, в советских органах, в руководстве предприятиями, в руководстве сельским хозяйством крестьяне и крестьянки занимают почетное место.
Не легкий путь прошло крестьянство за эти двадцать лет. Из мелкого собственника крестьянин превратился в коллективиста, создающего культурную, зажиточную жизнь. Колхозы дали возможность крестьянам стать действительными хозяевами огромных советских полей, дали возможность создавать на этих полях такие ценности, которые не снились не только бедняку, но и прежнему помещику. Крестьянин стал действительным хозяином, творцом своего собственного счастья. Все это дала Советская власть!
Крестьяне-колхозники являются верными сынами своей Родины, твердой опорой Советской власти.
СОВЕТСКАЯ ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ
Еще в 1894 г. Ленин писал о том, что состав интеллигенции определяется следующим образом: если в обществе «царит и правит капиталист», то в интеллигенции «задает тон все быстрее и быстрее растущая орава карьеристов и наемников буржуазии» $8.
Верхние слои интеллигенции — крупные чиновники, врачи, адвокаты — своими корнями были тесно связаны с крупнокапиталпстпческими и помещичьими элементами. Об этой интеллигенции Ленин говорит кратко: она «ищет только того, кто ее прокормит...» 59. Кто же ее мог прокормить? К кому же она попадала на службу? Вполне понятно, что к богатым господствующим классам; им она должна была служить, ибо у нее не было другого выхода.
Наша старая интеллигенция считала, что она стоит над классами и выражает интересы народа в целом. Об этом 240


прежде много писалось. По существу же даже наиболее демократическая часть ее выражала и защищала интересы мелкобуржуазных слоев населения. Разумеется, я этим не хочу сказать, что интеллигенция не выделяла из своей среды борцов за народное дело.
Дореволюционная интеллигенция в основной своей части была пропитана буржуазным мировоззрением. Вспомните состав прежней интеллигенции. Фельдшеры иногда попадались и из рядовых крестьян или рабочих, но свое фельдшерское образование они получали в полках. В деревнях их насмешливо называли «конными фельдшерами», «коновалами»; акушерки были уже выходцами из мелкобуржуазной среды, преимущественно из кулацких семей. Учителя в своей массе были дети священников, кулаков, мелких чиновников и др. Встретить учителя из средней крестьянской семьи — я уже не говорю о бедняцкой семье — было большой редкостью.
Эта демократическая часть интеллигенции по своему положению была наиболее близко связана с зажиточной верхушкой деревни. Это можно заключить хотя бы по следующему простому факту: в любой церковный праздник в деревне учитель, фельдшер, хозяйчик-кузнец, мельник п другие собирались, как правило, у богатых крестьян.
Интеллигенция, в целом, была очень далека от народа. Даже на народовольцев 70-х годов, которые «ходили в парод», народ смотрел как на представителей «белой кости», не доверял им как выходцам из господствующего класса и в отдельных случаях выдавал их властям.
Положение русской интеллигенции, в особенности ее демократической части, я уже не говорю об интеллигенции других народов старой царской России, было трагическим. Занимая подчиненное служебное положение в органах царской власти и реакционного помещичьего земства, демократическая интеллигенция, видя огромные невзгоды народа, не могла существенно ему помочь. Да к тому же она п действительного выхода не знала. Она не видела того класса, рабочего класса, который бы возглавил борьбу с царским самодержавием и капитализмом в целом. Этот трагизм русского интеллигента-демократа яркой струей проходит через всю русскую литературу.
Наиболее передовая, революционно настроенная интеллигенция переходила на сторону народа, а последующее развитие революционного движения рабочего класса 16 М. И. Калинин
241


привлекло ее лучших сынов в ряды борющегося пролетариата, единственно последовательного борца за идеи научного социализма.
Приверженность значительной части интеллигенции к буржуазно-капиталистическому строю резко выявилась при захвате власти большевиками. Интеллигенция заполняла собой ряды эсеров, меньшевиков и прочих авантюрно-политических групп, которые с оружием в руках боролись против Советской власти. Значительная, если не большая, часть интеллигенции встретила Советскую власть саботажем.
«Без нас не обойтись»,—думали интеллигенты, привыкшие служить капиталистам и капиталистическому государству. Но это было пустое воображение. На торжественном заседании, посвященном первой годовщине Октябрьской революции, Ленин заявил:
«Рабочий класс показал, что он умеет без интеллигенции и без капиталистов организовать промышленность» 60.
Со времени захвата власти пролетариатом прошло двадцать лет. Сейчас старая интеллигенция, в своей подавляющей части прочно встав на позиции Советской власти, честно, вместе со всем народом участвует в социалистическом строительстве. Рядом с нею работают десятки и сотни тысяч молодых специалистов, вышедших из недр рабочего класса и крестьянства, сформировавшихся в условиях советского строя. Эта новая советская интеллигенция органически, тесно и непосредственно связана с народом.
Дети рабочих и колхозников, оканчивая начальную школу, имеют не только право, но и практическую возможность продолжать обучение в средней, а затем и в высшей школе, где полностью принято на государственный счет не только обучение, но и содержание учащихся. В нашей стране каждый молодой человек может поступить в вуз, независимо от социального происхождения. Окончившие среднюю школу на «отлично» поступают в высшие учебные заведения без конкурсных экзаменов.
Нашей интеллигенции незачем устраивать «хождения в народ», ибо она сама является органической частью народа, живет интересами и страстями народа. Наш студент в народ не ходит, а во время каникул едет к себе на родину, в свою родную среду. Летом 1937 г. в селе Малая Перещепина, Новосенжарского района, Харьковской области, отдыхало около 50 студентов — сыновья и дочери кол242


хозников этого села. Одного этого факта вполне достаточно, чтобы понять, какие глубокие культурные изменения произошли в жизни нашего народа, выдвигающего из своей среды свою интеллигенцию.
Можно смело сказать, что наша интеллигенция находится в исключительно счастливых условиях. Теснейшими узами связанная с народом, она вместе с ним участвует в строительстве социализма, в проведении в жизнь идей коммунизма. Советский специалист участвует в социалистическом строительстве не только как рядовой боец, но и как организатор, руководитель. Творческая деятельность советской интеллигенции не подчинена, как в буржуазных странах, корыстным интересам капиталистов. У нас в Советской стране она целиком служит интересам народа. Наша интеллигенция не знает безработицы, у нас нет избытка работников интеллигентного труда, как это имеет место во всех капиталистических странах. Наоборот, наше государство стремится к тому, чтобы подтянуть всех рабочих до уровня инженерно-технических работников.
Таково положение интеллигенции — людей науки, техники, искусства. Лишь при Советской власти она получила возможность полностью развернуть свои дарования и беспредельно служить народу.
СССР - СТРАНА ДРУЖБЫ НАРОДОВ
Российская империя была раскинута на огромной территории с многомиллионным населением, состоящим из многочисленных национальностей. На протяжении столетий царизм непрерывно присоединял к себе близлежащие земли, подчиняя завоеванные народы своему господству. Самое завоевание этих народов носило жестокий характер. Лучшие крестьянские земли в первую очередь захватывались царскими сатрапами, а за ними шли русские капиталисты, мелкие торгаши, перекупщики, эксплуататоры всех видов, первой мыслью которых было ограбление колоний.
Вот одна из многих картин «деятельности» русских колонизаторов.
В 1904 г. во время проезда царского министра Куропаткина на Дальний Восток делегация бурят-монгол подала ему жалобу на произвол местных властей. В ответ на эту 243


жалобу Куропаткин заявил делегации следующее: «Имейте в виду, что если ваш народ поведет себя худо, отвечать будете вы. Если же, от чего избави бог, вздумает ваш народ проявить какую-либо вольность, сопротивляться велениям государя, тогда знайте, что вы будете моментально стерты с лица земли. От вас не останется и следа. Вот смотрите, сколько здесь русских войск, а их можно достать сотни тысяч, и вы в один миг будете раздавлены и уничтожены. Требовать вы ничего не должны. Вы можете лишь просить милостыню».
Царизм жестоко угнетал русский народ; с еще большей жестокостью обрушивался он на трудящихся нерусского населения. Недаром царскую Россию называли «тюрьмой народов». Царизм входил в сделку с господствующими классами угнетенных народов — эмирами, ханами, беками, крупными местными капиталистами,— приближал эту верхушку к царскому трону и всей тяжестью, силой денежного мешка русской и местной национальной буржуазии и служителей культа давпл на национальное крестьянство. Темнота и невежество были постоянными спутниками казахов, туркмен, узбеков, тюрок, чувашей и других народов. Бесправие, беспросветная нищета, постоянная угроза новых и новых насилий, межнациональные распри, искусственно разжигаемые угнетателями, и непреложный авторитет служителей культа делали жизнь национальных меньшинств действительно тяжелой юдолью.
Разумеется, все это вызывало среди национальных меньшинств страшную ненависть к царизму, его чиновникам, а через них — и ко всему русскому народу. Казалось, что никогда не наступит пора, когда эти народы войдут в тесное братское сожительство с русским народом. А царское правительство, русские и нерусские помещики и капиталисты, купцы и торговцы, генералы, чиновники и попы делали все, чтобы разжечь как ненависть ко всему русскому, так и ненависть и недоброжелательство между всеми народами. Всем известна та постоянная вражда, которая была между тюркским и армянским населением, приводившая к резне и истреблению десятков тысяч людей.
На разжигании вражды между народами, на их отчуждении друг от друга царизм и господствующие классы стремились укрепить свои устои.
244


Давно в рядах угнетенных меньшинств зрели мечты и надежды на свое освобождение. Немало было протестов, восстаний, внутренних и внешних; немало революционных борцов грузинского, украинского, еврейского, армянского, белорусского, бурят-монгольского, якутского и других народов России сложили свои головы в борьбе за свободную, счастливую жизнь. Но все восстания, протесты народных масс национальных окраин жестоко подавлялись царскими сатрапами.
Рабочие и крестьяне России сбросили с себя палачей царизма и гнет капитала благодаря тому, что поняли свою освободительную задачу и создали крепкий братский союз с трудящимися других национальностей России в борьбе за Советскую власть, за строительство социализма в нашей стране.
Великая Октябрьская социалистическая революция разбила кандалы, сковывавшие силы всех народов царской России. Трудящиеся создали свое социалистическое многонациональное государство — Союз Советских Социалистических Республик — не путем насилия и угнетения народов, а путем добровольного объединения.
К двадцатилетию существования Советской власти мы имеем расцвет хозяйства и культуры буквально всех народов Советского Союза. Ведь еще так недавно беднейшее крестьянство Средней Азии, Закавказья, Дагестана, Чечено-Ингушетии и др. обрабатывало свою землю примитивными орудиями, сохранившимися с незапамятных времен. При всем напряжении и огромной затрате человеческих сил эта примитивная обработка давала минимальный результат, три четверти которого отбиралось вымогателями.
Октябрьская социалистическая революция пробудила народы Союза к исключительному творчеству. Кажется, что с победой рабочего класса и крестьянства веками скованная народная энергия прорвалась с гигантской силой. Можно было бы написать сотни книг о творчестве каждого народа.
Взглянем на сельское хозяйство в прошлом, на те поля и на ту безучастную обработку, когда человек был как бы прикован невидимыми цепями к своим неблагодарным полям. Сейчас эти поля и работники на них совершенно преобразились. На хлопковых и зерновых полях слышен ритмический гул тракторов; примитивнейшее 245


орудие труда — амач можно встретить, пожалуй, только в музеях. Участки земли, обложенные глиняным бордюром и расположенные в стихийном беспорядке, не радовали глаз народа, а сейчас — правильно распланированные, по величине своей соответствующие агрономическим интересам — представляют красивейшее зрелище. Но самое красивое — это народ, который работает на этих полях. Веселость в лицах, уверенность в движениях, интеллигентность, молодость не только в годах, айв сознании народа — картина, достойная кисти художника.
Тяжелая земля, которая была вечной мучительницей многих поколений народов, сделалась источником радости, источником счастья, источником прекрасной жизни ее колхозных тружеников. Не утруждая большими цифрами, я хочу только сказать, что производство хлопка- сырца в 1913 г. составляло 7,4 млн. центнеров, а в 1936 г.— около 24 млн. центнеров. Отдельные колхозы, где творческий энтузиазм сочетается с высокой техникой и сельскохозяйственным опытом, достигают не только небывалых ранее успехов, но успехов, которым удивляемся и мы. Только подумать: с одного гектара получаешь 100 центнеров хлопка! На хлопковых ветвях одного гектара держится 600 пудов хлопка-сырца! Это ли не доказательство того, что наконец-то угнетенный ранее народ обрел свое счастье!
Во всех республиках, во всех национальных областях развилась промышленность, создаются фабрики и заводы, где с помощью русских инженеров, техников и опытных рабочих выращиваются национальные кадры рабочих и технической интеллигенции. Особенно радостно отметить, что к станкам этих фабрик и заводов встают тысячи женщин-националок, которые только двадцать лет тому назад были еще буквально рабынями — и как труженицы и как женщины.
Велико и многогранно творчество народов СССР. В науке, технике, искусствах — всюду небывалый расцвет культуры, национальной по форме, социалистической по содержанию. Творчество народов СССР особенно ярко проявилось в народной песне, в создании огромного количества народных хоров, оркестров, самодеятельных театральных кружков. Почти все национальные республики имеют свои государственные театры. Я не буду подробно говорить об Украине. Ее культура прошла примерно та246


кой же путь, как и культура русского народа. Украинский народ претерпел многое, боролся вместе с русским народом против самодержавия, вместе с русским народом переносил поражения и одерживал победы.
То же самое надо сказать и о грузинском народе, плечом к плечу с русским народом боровшемся против царизма, помещиков и капиталистов. Грузинский пролетариат занимает почетное место в русском революционном рабочем движении. Грузинская культура находится на уровне культуры передовых европейских стран. Советский строй обогатил эту культуру новым социалистическим содержанием, что подняло ее на еще большую высоту.
В песнях, постановках национальных театров Казахстана, Узбекистана, Армении и др., в музыке, в народном творчестве народы свободной страны, как бы вырвавшиеся из темного каземата в лучи яркого солнца, с огромной силой проявляют свои таланты, воспевая радость свободной жизни.
Мы считаем, что за пределами Советского Союза даже наиболее передовые люди не оценили всей глубины этого величайшего процесса — создания братства народов. А ведь это происходит впервые в мире. Мы не знаем в истории ни одного государства, где бы так, как в Советском Союзе, было развито братство и содружество между национальностями. И что удивительно: двадцать лет тому назад было недоверие ко всему русскому, а сейчас народы Советского Союза с жадностью используют опыт русских товарищей, русское искусство, науку, технику.
В противовес фашизму, разжигающему межнациональную ненависть, между народами Советского Союза происходит соревнование. Каждая национальность стремится занять первое место по урожайности, по производительности труда, по эффективности работы на фабриках и заводах. Каждый национальный театр хочет выдвинуться на передовое место и показать свои преимущества перед другими театрами. Национальные спортивные команды хотят быть первыми по футболу, теннису и т. д. Но это ничего общего не имеет с буржуазной конкуренцией. Это соревнование не отчуждает, а роднит, не разъединяет, а сплачивает, не разрушает, а цементирует народы Советского Союза. Каждый народ хочет занять почетное место в социалистическом строительстве СССР. Каждый рабочий и крестьянин Узбекистана скажет, что он гражданин не 247


только Узбекистана, но с величайшим восторгом говорит, что он гражданин Советского Союза, столицей которого является Москва.
ПОДЪЕМ НАРОДНОГО ТВОРЧЕСТВА
Развитие материальных средств и культуры среди национальных меньшинств происходит не обособленно — оно идет среди народов всего Союза и в первую очередь среди русского народа.
Из сознания людей все больше уходит в область предания старый мир с его предрассудками, с его отсталой техникой, с его единоличным трудом. В новом, общественном, организованном труде, с широким применением новой техники, растет новая культура, растут новые люди, советские люди, сознательные строители. Можно смело сказать, что основная жизнедеятельная часть населения Советского Союза в своем подавляющем большинстве состоит из новых советских людей. Это подкрепляется простым соображением. Двадцать лет существует советский строй, и людям, которым в начале советского строя было 15 лет, в настоящий момент 35 лет.
Прошедшие годы сами по себе являются замечательными годами. Они требовали огромного напряжения от людей. Достаточно вспомнить хоть и краткую, но наполненную глубоким содержанием и яркую по краскам историю Советского государства. Советские художники, несомненно, создадут произведения, достойные этой эпохи.
Подъем нашего творчества имеет такие особенности, подобных которым нет ни в одной стране. Начать хотя бы с того, что у нас почти на каждом заводе, в каждом колхозе и совхозе, в каждом учреждении и в значительном количестве жактов имеются стенные газеты, кружки по самообразованию, по изучению политграмоты, кружки художественной самодеятельности, литературные и т. д. В эту работу втянуты десятки миллионов человек. Один только этот факт говорит о росте культурности советского народа, потому что здесь речь идет о росте культуры десятков миллионов людей.
Разве развитие в нашей стране стахановского движения, в котором заложено зерно будущего культурно-тех248


нического подъема рабочих, не есть показатель небывалого роста культуры советского народа?
Разве имена Стаханова, Бусыгина, Сметанина, Виноградовых Дуси и Маруси, Кривоноса, Дюканова, Юсима, Мазая — этих новаторов в нашем народном хозяйстве — не говорят о росте культуры, политической сознательности советского народа? Это говорит о том, что в толщах рабочего класса создается авангард великолепных производственников — люди, «вполне овладевшие техникой своего дела и умеющие выжимать из техники максимум того, что можно из нее выжать» 61.
Стахановское движение захватило и колхозное крестьянство. Кому не известны имена славных стахановцев полей — Марии Демченко, Паши Ангелиной, Марины Гнатенко, Полагутина, Оськина, Дарьи Мельник, Мамля- кат Наханговой, Паши Ковардак? Соревнование среди колхозников растет и вширь и вглубь. Передовые люди советской деревни борются за обеспечение высокой урожайности колхозных полей, и мы имеем прекрасные образцы высокопроизводительной работы в сельском хозяйстве, которые были совершенно немыслимы в прошлом. Старая, вековая противоположность между городом и деревней стирается. Колхозное производство, механизация сельскохозяйственных работ, широкие политико-просветительные мероприятия в деревне создают условия для полного уничтожения этой противоположности.
Нередко слышим жалобы о слабости нашей литературы. Может быть, литература наша слаба по сравнению с тем огромным ростом, который наблюдается во всех остальных сферах человеческой деятельности. Но «наша литература является самой молодой из всех литератур всех пародов и стран. Вместе с тем она является самой идейной, самой передовой и самой революционной литературой» 62. Эта литература говорит о социалистическом труде народов Страны Советов, о счастливой жизни в Советском Союзе. Она служит делу социалистического строительства; герои наших литературных произведений — это активные строители новой жизни: рабочие, работницы, колхозники, партийцы, инженеры, комсомольцы, пионеры, хозяйственники; тематика наших произведений — это творческая деятельность народов нашей страны.
Разве все это не говорит о том, что СССР стал не только передовой индустриальной страной, не только страной 249


самого крупного в мире социалистического земледелия, но и страной передовой социалистической культуры?
Всем известно, каким успехом пользуются на международных конгрессах и конкурсах наши ученые, пианисты, скрипачи, артисты, певцы, танцоры, бегуны, пловцы, шахматисты.
Высшим проявлением того, что наши кадры оседлали технику, что наша страна ежедневно создает новых крупных организаторов, бойцов, энтузиастов, героев, являются героические полеты гордых соколов Советского Союза — Чкалова, Байдукова, Белякова, Громова, Данилина, Юмашева.
Нас вправе спросить и спросят: чем же объяснить такой небывалый рост производительности труда, рост культуры советского народа, расцвет творчества в нашей стране? Мы ответим словами товарища Сталина:
«Жить стало лучше, товарищи. Жить стало веселее. А когда весело живется, работа спорится. Отсюда высокие нормы выработки. Отсюда герои и героини труда» 63.
СССР - МОГУЧАЯ ДЕРЖАВА
Велика и прекрасна наша Родина — единственная в мире страна, ставшая родной матерью трудящихся. Как будто история за тысячелетние труды, невзгоды и страдания вознаградила их за все прошлое.
Наша страна раскинулась от Ледовитого океана с его островами и льдами, где борются с природой советские герои, до побережья Черного моря — благодатного Юга; от польской и латвийской границы до Тихого океана.
Обширность территории предопределила и разнообразие богатств, находящихся в нашей земле. Север покрыт лесами, качество которых известно всему миру. С севера на юг и с запада на восток, во всех направлениях тянутся бесконечные поля ржи и пшеницы, способные прокормить сотни миллионов людей. К ним примыкают возделанные человеком равнины с белоснежным хлопком, плантации чая, виноградники, и в прекрасных колхозных садах спеют мандарины, апельсины, лимоны — плоды, созданные при Советской власти.
Наши реки, озера и омывающие страну моря наполнены огромными запасами рыбы. По обширным полям и 250


лугам пасутся стада крупного и мелкого скота. Наши недра обильны железной рудой, углем, нефтью, золотом, минеральными удобрениями и бесконечным количеством других полезных ископаемых.
На десятки тысяч километров тянутся стальные рельсы железных дорог. К нашим морям и многоводным рекам советские люди присоединили каналы, по которым с юга па север, с запада на восток и обратно направляются бесконечные грузы — результат производительного труда человека.
Леса, богатства недр, производительный труд рабочих и колхозников, овладение ими техникой дали возможность широко развернуть индустриальное строительство в стране. Созданы тысячи фабрик и заводов, электростанций. Наши реки, такие, как Днепр, Волхов, которые в прошлом помогали только перевозить грузы, сейчас дают огромное количество электрической энергии. Созданы совершенно новые отрасли труда, которые были не по плечу старой царской России. Воссоздана металлургическая промышленность, которая несравнима с прежней; построены автомобильные и тракторные заводы; создана авиационная промышленность; производится синтетический каучук; создана химическая промышленность, повышающая из года в год производство химических удобрений для колхозных полей. Все это превратило старую царскую, аграрно-бедную Россию, с преобладающим примитивным крестьянским трудом, в высокоразвитую индустриальную страну, именуемую Союзом Советских Социалистических Республик.
Старая царская Россия состояла в числе великих держав. Это не мешало ей быть их данницей. Но и страны, извлекавшие огромные прибыли из России, не оставались в долгу. В тяжелые моменты для царизма и русских господствующих классов эти страны приходили им на помощь своим денежным мешком. Так было в 1905 г., когда, казалось, революционный рабочий класс и крестьянство вот-вот нанесут смертельный удар царизму. В этот момент французские банкиры пришли на спасение своей «клиентуры» 64.
Заправилы капиталистического мира нас, Советский Союз, не жалуют, а если сказать по совести — ненавидят злой ненавистью. Да и есть за что ненавидеть. Во-первых, мы их лишили возможности эксплуатировать наших рабо251


чих, пользоваться недрами нашей земли; во-вторых — п это главное — мы свергли своих капиталистов. У нас у власти стоит рабочий класс и крестьянство — этим самым мы показали образец всем трудящимся мира, что трудящиеся могут обойтись без капиталистов. Вот этого капиталисты нам простить никак не могут. В этом и заключается основа их ненависти и вместе с тем животный страх перед Советским Союзом.
Оруженосцы разбойничьего финансового капитала — фашисты, как маньяки, охвачены единой мыслью — разрушить Советский Союз. Их привлекают огромные пространства нашей страны, ее возделанные поля, вновь выстроенные прекрасные фабрики и заводы; их привлекают богатства наших недр и наши леса; их привлекают богатства, создаваемые производительным трудом наших трудящихся. Как голодные шакалы, рыщут эти хищники вдоль наших границ, стремясь найти лазейку для проникновения па нашу территорию. Но крепки наши границы. Они охраняются бойцами нашей славной Красной Армии. Отдельные попытки этих хищников, случайно проскочивших в том или ином месте, кончались для них плачевно. Наши бойцы беспощадно с ними расправлялись.
Наша армия, народная армия, бдительно охраняет Советскую страну, ее мирный социалистический труд. Да иначе и быть не может. Ведь наша армия — это лучшие сыны колхозного крестьянства, рабочего класса и всех честных граждан СССР. Нет нигде в мире такой связи — родственности между народом и армией. Наша Красная Армия — это лучшая часть народа. Она вместе с народом побеждает встречающиеся на пути препятствия, она вместе с народом побеждает силы природы, она вместе с народом завоевывает культуру, лучшее будущее. Она вместе с народом, как его неотъемлемая часть, беззаветно защищает и будет защищать целостность и неприкосновенность Советского Союза, счастье всех народов, населяющих нашу страну.
Наша Родина прекрасна. Все народы СССР любят ее бесконечно и не могут не любить ее. Ведь это же единственная часть земного шара, где трудящиеся массы, рабочий класс, крестьянство — хозяева своего счастья; ведь это единственная страна, где у власти стоят рабочие и крестьяне. В капиталистических странах у пролетария родины нет. Там есть родина капиталистов. Совет-
252


ский Союз — это Родина трудящихся. Миллионы людей со дня Октябрьской социалистической революции нашли настоящую Родину, грудью отстояли они ее и отстаивают в борьбе с врагами. Как же нам не любить ее, как же нам за нее не бороться?
Патриотизм советских людей проявляется в любовно обработанных полях, великолепно построенных фабриках и заводах, в активном участии широких масс в общественной жизни страны, в стремлении к повышению своей культурности. Этот патриотизм проявляется в сознании каждого красноармейца, что под его охраной наша Родина неприступна для всех врагов Советского Союза. Зато и народ от мала до велика проявляет трогательную заботу и любовь к своей Красной Армии.
Рабочий класс и крестьянство взяли власть в растерзанной стране, где преобладало разоренное крестьянство, разрушенные фабрики и заводы. Страна была насыщена врагами народа, готовыми за один серебреник продать свою родину. С востока и запада на нее двигались иностранные полчища, жаждущие отхватить лакомый кусок.
За двадцать лет народы СССР многое сделали. Все его уголки освобождены от пнтервентов, страна гигантски растет, материально и культурно, а тем самым укрепляется и ее военная мощь. Голос Советского Союза на Олимпе международных отношений звучит все громче и громче. К этому голосу все внимательнее прислушиваются не только друзья — трудящиеся массы, но и враги СССР.
СССР — великая страна рабочих и крестьян.
КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ —
АВАНГАРД ТРУДЯЩИХСЯ
Сотни тысяч людей задают себе вопрос: откуда берутся внутренние силы у народов Советского Союза? Что является побудителем столь могучего их роста?
Ответ на этот вопрос очень простой, его может найти каждый человек: это Коммунистическая партия. Под ее руководством свыше сорока лет борется рабочий класс нашей страны, под ее руководством рабочие и крестьяне захватили власть, под ее руководством мы победили царизм и капитализм в нашей стране, под ее руководством 253


мы построили социализм. Все, что делается в Советском Союзе, есть выполнение программы Коммунистической партии. Коммунизм воодушевляет и заражает людей величайшим пафосом, коммунизм одухотворяет простую физическую работу, наполняя ее глубоким идейным содержанием.
Лучшие сыны рабочего класса и крестьянства, наиболее активная часть трудящихся идет в Коммунистическую партию, идет для того, чтобы бороться за дело рабочего класса и крестьянства. Да иначе и быть не может!
У Коммунистической партии нет своих специфических интересов, нет своих особенных целей. Ее интересы, ее цель — это интересы и цель рабочего класса и колхозного крестьянства. Коммунистическая партия формулирует и определяет цели, к которым должен идти народ, организует и концентрирует средства и возможности, которыми можно добиться осуществления этих целей, руководит выполнением намеченных задач.
Коммунистическая партия тесно связана с массами — и не может быть не связана с ними. Коммунистическая партия добивается осуществления поставленных целей только вместе с массами, выражая их интересы, организуя их, просвещая и направляя их на достижение этих целей. Потеря тесной связи партии с массами явилась бы потерей ее коммунистического содержания.
Трудящиеся массы и Коммунистическая партия — это одно целое. Недаром память о Ленине не только живет, но все больше и больше занимает места в сознании людей.
Коммунистическая партия является светочем исторического пути, по которому шествуют народы СССР. Коммунистическая партия облагораживает, заражает энтузиазмом, вызывая массовое геройство и исключительную любовь ее сынов к социалистической Родине.
Народы Советского Союза под руководством Коммунистической партии боролись за лучшее будущее. Под руководством Коммунистической партии они идут сейчас от победы к победе.
♦ * ♦
Когда обозреваешь пройденный путь, началом которого была Великая социалистическая революция, невольно овладевает чувство восторга, удивления перед творче254


скими силами трудящихся масс, перед их геройством, перед их беззаветной преданностью борьбе за идеалы нашей партии. Эти творческие силы наиболее ярко отражены в Конституции Союза ССР, принятой Чрезвычайным VIII Всесоюзным съездом Советов. Народ называет ее великой Конституцией.
Конституция в своих сжатых формулировках зафиксировала, юридически закрепила за трудящимися массами то, что ими уже добыто и завоевано.
Создание и принятие Конституции есть большой исторический шаг вперед в развитии пародов СССР, в развитии народовластия. В то время как в странах капитализма разрушаются и без того жалкие формы демократии, а в ряде стран демократия совсем подавлена и заменена фашизмом, Советский Союз проводит дальнейшую демократизацию избирательной системы, вовлекая рабочих и крестьян в государственное управление, расширяя базу диктатуры рабочего класса и превращая диктатуру в более гибкую, стало быть,— более мощную систему государственного руководства обществом. Вся Советская власть сверху донизу, от Верховного Совета СССР до сельского Совета, избирается всеобщими, прямыми и равными выборами при тайном голосовании. Это значит — усиление народного контроля за работой государственных органов. Это значит, что за каждым носителем власти будут следить тысячи его избирателей. Это значит, что за злоупотребления, за ошибки и за неумение работать того или иного представителя власти избиратель не может внутренне не чувствовать своей моральной ответственности за него. Это, в свою очередь, развивает и укрепляет в народных массах сознание государственности, ответственности за преуспеяние и целостность Советского социалистического государства.
Конституция СССР широко развертывает советскую демократию. Она не ограничивается провозглашением прав граждан, а обеспечивает их в законодательном порядке.
«Понятно поэтому, что демократизм проекта новой Конституции является не «обычным» и «общепризнанным» демократизмом вообще, а демократизмом социалистическим» 65.
Конституция демократизирует и народный суд, который избирается народом на основе всеобщего, прямого и равного избирательного права при тайном голосова- 255


пии. Советская власть передает в руки народа институт исключительной государственной важности, который во всех странах капитала служит орудием угнетения трудящихся. Это может сделать только народная власть. В этом факте, как в капле воды, отражается вся система советского строя.
Много трудов положил народ на отвоевание своей земли от иностранных интервентов, много пролито крови в борьбе с царской сворой. Много вложено сил рабочих, крестьян и всех честных советских граждан на устройство Советского государства, на развитие промышленности и сельского хозяйства, на развитие культуры народов Советского Союза.
Вот почему трудящимся массам близка, дорога и любима социалистическая Родина.
Под руководством партии смелой поступью вперед, к коммунизму!
М. И. Калинин.
Избранные произведена
т. 3, стр. 265—297.


ИЗ БЕСЕДЫ С ВЫПУСКНИКАМИ ВСЕСОЮЗНОЙ ПРОМЫШЛЕННОЙ АКАДЕМИИ ЛЕГКОЙ ИНДУСТРИИ
25 июля 1938 г.
...Что бы я хотел вам пожелать?
Во-первых, чтобы вы честно проводили свою работу.
Во-вторых, чтобы какая бы работа ни была, большая или маленькая, выполняли бы ее с любовью и добирались до самого существа.
В-третьих, чтобы не строили свою работу напоказ. Конечно, когда ты руководитель, то приходится иногда показать свою работу, но я хочу, чтобы вы в основе не делали ее напоказ, чтобы она не была построена только для демонстрации, для показа. Я хочу, чтобы вы делали свою работу, как требует ее существо. Когда нужно показать, то следует суметь это сделать, но чтобы это не было системой.
В-четвертых, пожелаю вам культурно расти. Я считаю, что когда люди, как говорится, работают 24 часа, то им и почитать некогда, и эти люди быстро выбывают из строя...
Вы только что закончили учебу и уже думаете о переподготовке? Это не годится. Вообще надо сказать, что школа не может дать всего, что человеку нужно. Я не защитник того, чтобы высшая школа набивала человека знанием, как мешок картошкой. Я считаю, что высшая школа должна подготовить человека к самостоятельной работе. Если вы таким образом подготовлены, что можете прочесть всякую книгу, усвоив ее суть, сможете сами разобраться в вашем материале, то это то, что вам нужно. Дальнейшее вам даст практика работы. Если высшая школа дала вам метод, способ разбираться и применять науку в каждом вопросе, то школа выполнила свои задачи. Вы тогда сможете применять свои знания в практической работе. А если вы получили много всяких знаний, а мето-
17 М. И. Калинин 257


да вам не дали, не научили вас самостоятельно подходить к вопросу, то высшая школа своих задач не выполнила. Так мне кажется. (Голоса: «Правильно».) Поэтому я не защитник большого объема знаний. А то все перемешивается, и получается каша. Человек многое знает, а самостоятельного подхода у него нет. У нас есть очень много ученых людей, профессоров и т. д., а толку от них, как от козла молока.
Голос. Практически они не могут проявить свои знания.
М. И. Калинин. Не только практически, но и вообще у пих ничего самостоятельного нет. Все только жарят по книгам, а когда самый маленький вопрос нужно решить, но решить самостоятельно, то они не знают, как к нему и подойти. Марксистски не подойдут. Проверка ваших знаний начнется сейчас, когда вы закончили школу. До сих пор это еще у вас была не наука, это была для вас только возможность приобрести орудия. Чертежник должен сначала овладеть готовальней. Для того чтобы чертить, нужно уметь владеть готовальней. Так и для вас. Если вас научили владеть орудием практически, значит дело пойдет.
Нужно вам следить за технической литературой. Вы боитесь, чтобы вам не отстать; но тут вам курсы не помогут или помогут очень немножко, как суррогат. Для ординарных работников это может быть и помощь. Но когда человек действительно интересуется своим предметом, то ему не курсы нужны. На курсах все те же профессора преподают, что и тут. Они не на самой крайней точке знания находятся. А вот если следить за технической литературой, это много дает.
Легкая промышленность — интересная промышленность. Здесь много можно проявить инициативы. Для нее большое поле деятельности. Много можно сделать для удешевления предметов потребления. В удешевлении предметов важно то, что чем предмет дешевле, тем он общедоступнее, народнее. Когда делают дорогие вещи, то ими пользуется узкая группа, а чем вощи дешевле, тем они народнее, ими пользуется весь народ. Нужно заботиться и о том, чтобы выпускаемые нами вещи были красивые. Нужно перед народом показать свою работу, чтобы эта вещь радовала глаз. Где бы вы ни работали в легкой промышленности, вам нужно следить за прочностью, за хорошим качеством, твердо памятуя, что эти вещи идут в народ.
258


У народа в социалистической стране должно быть высоко развито чувство изящного. Если вещь стандартная, это ничего, но она обязательно должна быть красивой. Красота приобретается народом не только от книг и от больших художников. Не все ходят в картинные галереи, не все ходят на наши замечательные кустарные выставки. А вот платья себе покупают все, ботинки покупают все, запонки, пуговицы покупают все. У нас очень много языком болтают, любят кричать, что «жизнь отдадим» и т. д. Вообще-то говоря, жизнь беречь надо... Конечно, если нужда придет, жизнь надо отдать, но уж подороже, чтобы опа дорого врагу обошлась. Так вот о том, что жизнь отдать, поговорить любят, а чтобы пуговицу красивую сделать, об этом и не думают, а ведь это, может быть, и не менее сложно, чем жизнь отдать. Но это не так ярко, за это, может быть, ордена Красного Знамени не дадут или не обязательно дадут, но это очень нужная вещь. И в этом настоящая служба народу, а вы же хотите служить народу. Вот тут-то и нужно большое инженерное искусство.
И не только вам нужно заботиться о красоте продукции, но и своих рабочих приучить к этому. А то у пас рабочий идет в магазин и проклинает всех за то, что у нас плохой товар. А сам пришел на завод и производит там плохой товар. Вот и учитесь и учите качество ставить во главу угла. Тут в легкой промышленности необъятное поле деятельности... Производятся ботинки, надо продумать их фасон и качество так, чтобы они красили ногу, а не уродовали ее. Нужно так обувать и одевать наших людей, чтобы они по крайней мере до 60 лет были красивые.
Вам придется в своей работе иметь дело с множеством людей, больше всего вам нужно опасаться показать вид, что вы умнее других. Народ не любит таких людей, которые говорят с другими, а сами думают: «Какой я умный, а передо мной какой дурак сидит». Никогда вам этого не простят. У меня длительный опыт, и я знаю, что можно обругать человека и он простит, по кичиться перед ним нельзя...
Вы окончили академию, на производстве столкнетесь с мастерами, с рабочими. Не давайте им понять, что вы считаете себя умнее их, считайтесь с ними. Тогда вам многое будет прощено. А если люди почувствуют, что вы считаете себя выше их, тогда для вас все погибло, вас уважать не 259


будут. А вы ведь все время будете иметь дело с людьми. Народ не любит, чтобы показывали свой ум. Народ сам видит и ценит и без показа. Не очень «якайте», а то народ скажет: «Он только якает».
Помните, что на первых порах к вам будут относиться настороженно, вы ведь академики. Мне одна председательница колхоза рассказывала, что когда ее выбрали, а ей всего 18 лет, то мужики хотели ее испытать. Вот перед ней один мужик и давай надевать хомут на лошадь другой стороной, конечно, нарочно. Дескать, посмотрим, что она на это скажет. А она подошла к нему и говорит: «Вот я тебе сейчас по морде накладу». И мужик ничего, стерпел, потому что видит, что баба дело понимает.
Вам нужно учитывать психологию народа. Если не будете учитывать, на вас это скажется. И это не только с рабочими, но вам придется учитывать это и при общении с инженерским составом. Не торопитесь свои выводы высказывать. Сначала посмотрите, послушайте. Особенно нужно быть осторожными на первых порах. Если что-нибудь не знаете, лучше переждите, разберитесь как следует...
Вам нужно следить все время за теорией, читать. Если не будете читать, выдохнетесь быстро. Время для этого необходимо находить. Следите и за общей литературой, но уж обязательно читайте все, что касается того производства, в котором работаете. Это важно хотя бы для того, чтобы не «открывать Америк». А то сделает человек изобретение, а оказывается, что это давным-давно открыто. Вам нужно всегда быть на уровне современных знаний той отрасли, где вы работаете, тогда п не будет грубых ошибок. Ко мне приносят массу изобретений, а посмотришь — это давпым-давно известно. Может быть, это и полезно для работы ума, но для общей работы это бесполезно...
Мы часто говорим, что мы живем в счастливое время,— это верно. Я считаю, что таких исторических моментов для такого количества людей, таких благоприятных моментов до сих пор еще не было, в смысле духовного наслаждения работой. Ведь мы понимаем, что каждая работа в Советском Союзе идет на его укрепление. А Советский Союз мы рассматриваем как передовую бригаду международного пролетариата. Значит, мы работаем для всего человечества. Это высокая цель. И это всякая работа, 260


какой бы маленькой она ни казалась. Вы об этом всегда помните. Особенно это нужно помнить техникам для того, чтобы они не превратились в голых организаторов и техников. Для этого у вас есть связь с партией, а через партию и со всем международным коммунистическим движением. Это обязательно не только для коммунистов, но и для беспартийных. В этом наша главная зарядка. Это дает возможность переносить невзгоды, неблагоприятные жизненные условия, твердо памятуя, что мы идем в передовой бригаде, расчищая пути для трудящихся масс всего мира. Этого забывать не нужно. И притом это великолепное защитное средство от индивидуальных невзгод. Вот жена, например, изменила или ушла, это ведь удар. Человек работает, ему некогда, а тут вот изволь, такая вещь. В большинстве случаев, правда, мужья изменяют, а не жены. Или с работы сняли, не поладил с кем, люди-то ведь везде люди, есть и честолюбцы и эгоисты. У нас ведь не страна ангелов, приходится иметь дело с людьми, а люди разные. Но когда человек крепко стоит на позиции интернационализма, ему легче со всем этим бороться, легче перетерпе- вать эти индивидуальные невзгоды...
Вам придется работать с большим количеством людей, и вам нужно знать этих людей. Присматривайтесь к рабочим, поговорите по душам, посмотрите, что у них дома. Увидите, что человек работает с надрывом, надо выяснить, что ему мешает. Часто оказывается, что это семейные недоразумения, которые сказываются на работе. Очень сложная жизнь. Если вы призвацы управлять людьми, то нужно подходить к ним по-человечески. Нельзя уступок делать там, где не надо. Но надо серьезно поговорить и прямо сказать в лицо, что думаешь...
До сих пор вы сами работали, а теперь вам придется управлять. Это разные вещи. Человек может быть сам великолепным стахановцем во всех отраслях, замечательным работником, но без административного таланта. Управлять — это другое дело. Теперь вам нужно будет уметь подбирать людей... Людей можно хорошо использовать, если к ним по-человечески подходишь. Если с кем несчастье случилось, поддержать нужно, отнестись не формально. Вы даровитые люди и должны это понять. Нужно, чтобы к вам люди свободно приходили, говорили все, что хотят. Но не злоупотребляйте этими сведениями, а то вам не будут доверять...
2G1


Стремитесь, чтобы люди приходили к вам с доверием. Не обязательно, чтобы вы удовлетворяли их просьбы, но нужно быть для человека доступным. Отсюда и связь с массами. Думаю, что сказанное послужит вам фундаментом для вашей работы, в которой я пожелаю вам всяческих успехов.
Голоса: Спасибо.
Не рассматривайте мои советы, как какие-то указания, это у нас был товарищеский разговор, в котором я поделился с вами своим опытом.
М. И. Калинин. О молодежи, стр. 139—146.


РЕЧЬ НА ВЕЧЕРЕ, ПОСВЯЩЕННОМ ЧЕСТВОВАНИЮ УЧИТЕЛЕЙ-ОРДЕНОНОСЦЕВ СЕЛЬСКИХ ШКОЛ
8 июля 1939 г.
Товарищи, каждому понятно, что награждение народных учителей орденами и медалями имеет большое политическое значение. Правительство, весь советский народ этим награждением высоко поднимают народного учителя.
Естественно возникает вопрос: для чего это нужно, чтобы народный учитель стоял высоко?
Рабочий класс и крестьянство, иначе говоря, весь народ, взявшие власть в свои руки, хотят удержать эту власть, хотят построить новую жизнь, т. е. коммунизм, хотят, чтобы все народы мира брали в этом отношении пример с Советского Союза. Для того чтобы власть окончательно укрепить и построить коммунизм, надо, чтобы народ имел собственную интеллигенцию, надо, чтобы народ стал образованным, надо, чтобы исчезли противоположность и всякое различие между интеллектуальным и физическим трудом. А когда интеллектуальный труд не будет отличаться от физического? Только тогда, когда все наши люди, весь народ будет образованным, когда мы построим коммунизм.
Сделать весь народ огромного, многонационального Советского Союза образованным — это одна из величайших задач. Но не только образованным. Мы хотим еще, чтобы наш народ получил советское, коммунистическое воспитание. Мы хотим, чтобы наша школа давала коммунистическое воспитание. А что это значит? Вот насчет этого я и хочу сказать несколько слов.
Вы прекрасно знаете, что не только в начальных школах, но и в средних школах марксизм глубоко не изучается. Но когда мы говорим о коммунистическом воспитании, мы имеем в виду не изучение доктрины марксизма, 263


а именно воспитание. Огромная разница между обучением и воспитанием! Начаткам арифметики учеников 1-го класса и я могу обучить (шумное одобрение, аплодисменты), а вот воспитание — это куда более сложное дело. Недаром раньше говорили: семья воспитывает человека, среда воспитывает человека, школа накладывает свой отпечаток на человека. Воспитание — это одна из самых трудных задач, я говорю о настоящем, правильном воспитании.
Что значит воспитывать? Это значит влиять на психический и моральный облик ученика, влиять в определенном направлении в течение всей его десятилетней учебы, т. е. формировать из него человека. Воспитывать — это значит так держать себя с учениками, чтобы при разрешении бесчисленного количества неизбежных в школьной жизни недоразумений и столкновений у них сложилось убеждение, что учитель поступил правильно. А это накладывает глубокий отпечаток на детскую душу. Если учитель поставил пристрастную отметку слабому ученику,— я уверен, что эта пристрастная отметка не останется без отпечатка на психике учеников. В том-то и дело, что учитель находится как бы в своеобразном зеркальном лабиринте, на него смотрят сотни зорких, впечатлительных детских глаз, удивительно хорошо умеющих подмечать и положительные и отрицательные стороны учителя. Воспитание учеников — это прежде всего поведение учителя в классе, это отношение учителя к ученикам. И это делает воспитание делом весьма трудным.
Этим я вовсе не хочу отмахнуться от необходимости хорошо обучать детей. Вам, как учителям, это само собой понятно. Но вот воспитательная работа очень часто ускользает от внимания учителей, а она-то как раз имеет огромное значение для формирования характера и морального облика ребят. Многие учителя забывают, что они должны быть педагогами, а педагог — это инженер человеческих душ. Разумеется, для того, чтобы уметь влиять на учеников в нужном направлении, для этого нужно обладать соответствующими талантами. Но это еще не все. Чтобы уметь сознательно оказывать определенное влияние, для этого надо самому учителю быть очень культурным и — я прямо скажу — высокообразованным человеком.
В самом деле. Государство, народ доверяют учителям детей, т. е. людей в таком возрасте, когда на них легче 264


всего оказывать влияние, доверяют им выращивание, развитие, формирование молодого поколения, т. е. свою надежду и свое будущее. Это — огромное доверие, которое возлагает на учителей великую ответственность. Ясно, что учителя должны быть людьми, с одной стороны, высокообразованными, а с другой стороны — кристально честными. Ибо честность, я бы сказал,— неподкупность характера, в высоком смысле этого слова, она не только импонирует детям, она их заражает, она оставляет глубокий отпечаток на всю их последующую жизнь.
Так вот, товарищи, мы хотим, чтобы дети наши воспитывались в коммунистическом духе, чтобы им были привиты коммунистические принципы. Вы можете задать вопрос: а что такое коммунистические принципы?
Коммунистические принципы, если взять их в простом виде,—это принципы высокообразованного, честного, передового человека, это — любовь к социалистической Родп- не, дружба, товарищество, гуманность, честность, любовь к социалистическому труду, и целый ряд других высоких качеств, попятных каждому. Воспитание, выращивание этих свойств, этих высоких качеств и является важнейшей составной частью коммунистического воспитания.
Эти свойства нельзя привить ребенку с помощью красивых проповедей или голыми агитационными выкриками. Они могут быть глубоко внедрены в сознание ребенка только в порядке повседневного незаметного воздействия на основе товарищеского общения в течение всего периода школьной жизни. И, разумеется, это возможно только тогда, когда сами учителя, хотя бы в общих чертах, овладеют марксизмом-ленинизмом.
Мы часто говорим: необходимо овладевать марксизмом- ленинизмом. Должен вам сказать,—я это знаю из собственного опыта,—что изучение марксизма-ленинизма исключительно много дает человеку в его непосредственной работе, помогает находить правильное решение многочисленных вопросов, возникающих в работе каждого. Перед нашим учительством стоит труднейшая задача коммунистического воспитания, формирования коммунистического сознания у советских людей. Успешно разрешить эту задачу можно лишь при условии, что наши учителя будут пе только высокообразованными, но и марксистски образованными людьми.
265


В этом отношении вы находитесь в том же положении, как я, как сидящие за этим столом товарищи. Я думаю, вы все согласитесь со мной, что парод паш развивается исключительно быстро, необычайно быстро растет его сознательность, образованность, культурность, и это происходит во всех уголках нашей страны. Сейчас нет у нас «медвежьих» углов, сейчас каждый уголок пашей страны думает: он — частица Москвы. (Шумные возгласы одобрения, продолжительные аплодисменты.)
А что это значит — рост народа? Прежде всего это значит, что каждый год в нашу среду вливается около двух миллионов образованных людей. И мы, старики, которые не прошли современной школы, если будем упрямиться и не тянуться за ними, мы будем постепенно оттеснены. Поэтому и учителя, которые раньше прошли школу, они сейчас не должны зевать. Знания набирать безусловно нужно. Учитель — не только учитель, но и ученик. (Аплодисменты.)
Учитель отдает свою энергию, кровь, все, что у него есть ценного, своим ученикам, народу. Но, товарищи, если сегодня, завтра, послезавтра вы будете отдавать все, что у вас есть, и не будете при этом снова и снова пополнять свои знания, силы, энергию, так ведь у вас ничего не останется. (Возгласы одобрения.) Учитель с одной стороны отдает, а с другой стороны, как губка, впитывает в себя, берет все лучшее от народа, жизни, науки, и это лучшее снова отдает детям. (Возгласы: «Правильно». Аплодисменты.) И если советский учитель хочет быть настоящим, передовым учителем и сегодня и завтра, то он всегда должен идти с самой передовой частью народа. В таком случае, как бы много он ни отдавал своим ученикам, по если он питается, берет самые лучшие черты, свойства у народа, то у пего всегда будет избыток этих питательных соков для детворы.
Сегодня здесь собрались учителя со всех концов Советского Союза. Я очень рад, что присутствуют здесь и украинцы, и грузины, и учителя автономных республик. Мне бы очень хотелось, чтобы вы взяли от Москвы все, что можно взять, чтобы ваше награждение, вручение вам орденов, тот прием, который вам был оказан в Москве,— чтобы все это запечатлелось у вас на всю жизнь и запечатлелось самыми яркими чертами. (Бурные аплодисменты.)
266


Мне бы хотелось, чтобы все это было вами воспринято как тесное общение, как нерушимая связь с центром, с Москвой, а проще говоря, с Советским правительством, с партией, и чтобы это чувство связи с правительством, с партией осталось навсегда в вашей повседневной работе. (Присутствующие устраивают горячую овацию в честь партии, правительства.)
М. И. Калинин.
Избранные произведения, т. 3, стр. 351—355.


РОЛЬ И ЗАДАЧИ ПОЛИТРАБОТНИКОВ КРАСНОЙ АРМИИ И ВОЕННО-МОРСКОГО ФЛОТА Речь на собрании слушателей и профессорско-преподавательского состава Военно-политической ордена Ленина Академии Красной Армии имени В. И. Ленина
19 сентября 1940 г.
Товарищи, прежде всего я приветствую вас и от души желаю вам полного успеха в наступившем учебном году. (Аплодисменты.)
Вы готовитесь стать политработниками Красной Армии и Военно-Морского Флота, т. е. специалистами военно-политического дела. Штатский человек не все может понять в этой области. Однако война на наших глазах принимает такие формы, что и штатские люди вынуждены теперь основательно знакомиться с военным делом.
Гражданское население в условиях современной войны также несет ответственность за обороноспособность своей страны. А что касается непосредственных жертв и бедствий, вызываемых войной, то гражданское население несет их — по крайней мере, в отдельные периоды,— почти как на фронте.
Отсюда сам собою напрашивается вывод: чтобы жертвы и потери гражданского населения свести до минимума, для этого оно должно овладеть, хотя бы самыми элементарными, знаниями по обороне.
Но если так остро стоит вопрос об овладении военным делом перед гражданским населением, то тем более остро стоит он перед военными людьми, которые призваны непосредственно оборонять свою Родину. Следовательно, вам надо учиться и учиться как в области теории, так и на практике, усваивая весь опыт современных войн. Пребывание в академии вы должны использовать с максимальной эффективностью, т. е. полностью овладеть суммой знаний, определяемой академией, и научиться пользоваться этими знаниями в практической работе, чтобы стать грамотными в своей профессии.
268


Политработа является значительным фактором обороны. Политработник — воспитатель красноармейцев и краснофлотцев. Воспитатель — какое это большое слово! И как многозначительно, как гордо звучит оно в наши дни! Надо полагать, вы. заметили, как часто за последнее время появляются в наших газетах и журналах статьи и заметки по вопросам воспитания. Можно сказать, что вопросы воспитания еще никогда не занимали такого места в нашей общественной жизни, какое они занимают теперь.
Человек может с успехом овладеть учением Маркса — Энгельса — Ленина, неплохо изучить военное дело. Эти качества могут сочетаться в одном человеке, как они и сочетаются у большинства наших политработников. Но это еще не все для политработника, если он не овладел искусством воспитания, не умеет воспитывать бойцов в духе беззаветной борьбы за коммунизм.
Выдающийся русский педагог Ушинский говорил, что одно дело — нести знания, учить, а другое дело — воспитывать. Причем воспитывать, по его мнению, гораздо труднее, чем учить, давать общее и специальное образование. Чтобы действительно воспитывать, для этого надо не только хорошо знать свое дело, но иметь еще чистую душу. Под «душой» Ушинский понимал моральный облик воспитателя, его нравственность, или то, что еще называется совестью.
Я считаю, что по существу Ушинский был прав, выдвигая такое требование. Ведь воспитатель влияет на воспи- туемых не только тем, что дает им определенные знания, но и своим поведением, образом жизни, отношением к обыденным явлениям.
Это требование мы можем с полным основанием предъявить и нашим политработникам, т. е. они как воспитатели должны уметь не только произносить хорошие речи, пе только разъяснять бойцам возникающие у них вопросы, но и быть для них образцом в политико-моральном отношении и безусловно знать военное дело. Имейте в виду, что за политработником смотрят сотни красноармейских глаз, его копируют, с него берут пример.
Иногда среди молодежи приходится слышать такие разговоры: вот в прежней литературе были герои, которых люди могли брать за образец для своей жизни, а в современной литературе нет или почти нет таких героев. С моей точки зрения, это, товарищи, вдвойне неправильно.
269


Во-первых, в прежней литературе было очень мало таких героев, которых можно было бы взять за образец. Ведь, как правило, это были «лишние люди».
Во-вторых, в современной, т. е. советской, литературе имеется уже немало героев, достойных подражания. Возьмите «Как закалялась сталь» Островского, «Энергию» Гладкова и целый ряд других произведений художественной литературы, в которых выведены замечательные люди. По-моему, наша молодежь многое может почерпнуть из этих произведений.
А еще больше у нас героев в жизни. И настоящий политработник-большевик — это тоже герой. Да иначе и быть не может по самому существу дела, которым занимаются политработники Красной Армии и Военно-Морского Флота.
Политработа — очень сложная и трудная сфера деятельности. Каждый год в армию вливаются сотни тысяч молодых людей. Это не прежняя, забитая, запуганная, темная молодежь, а люди смелые, сознающие свое человеческое достоинство, с большими и самыми разнообразными духовными запросами. Со всеми своими недоуменными вопросами и разнообразными претензиями они обращаются в первую очередь к политработнику. Чтобы удовлетворять эти запросы, необходимо полное знание своего дела.
Поэтому мне бы хотелось, чтобы вы в период учебы не упустили из виду эту сторону своей подготовки. В особенности же она должна интересовать руководство и профессорско-преподавательский состав академии, ибо они должны выковать из вас настоящих мастеров воспитательной работы.
Таким образом, задачи, стоящие перед вами, будущими воспитателями, т. е. пропагандистами, агитаторами, вносящими идейность в практическую военную работу, и руководителями (политработник все это совмещает в себе),— очень трудные. Они куда труднее тех задач, которые стояли перед прежними пропагандистами, агитаторами и руководителями — нашими подпольными работниками.
Правда, для собственной чести можно было бы сказать, что у нас в период подполья положение было труднее. Но когда беспристрастно подойдешь к этому вопросу и проанализируешь его со всех сторон, то оказываешься вынужденным признать, что сейчас положение политработников в Красной Армии и Военно-Морском Флоте несравненно сложнее и труднее.
270


Мы боролись против царизма и капитализма прежде всего посредством критики. До известного момента она была нашим основным оружием в борьбе. Материала же для критики, как и людей, способных воспринимать ее, было более чем достаточно. И если человек критиковал, то для этого не требовалось слишком большого искусства: критика сравнительно быстро приносила определенные результаты. Когда мы говорили массам, что царские власти или капиталисты угнетают, душат и грабят рабочего человека — а такие угнетенные и обездоленные составляли миллионы,— то люди более или менее быстро воспринимали нашу критику.
А в каком положении находятся политработники, да и вообще партийные работники в настоящий момент? Теперь марксизм-ленинизм является государственной доктриной, и всем нам приходится вести положительную работу, решать конструктивные задачи. Это неизмеримо труднее, чем критика царизма и капитализма. Тут уже требуется значительно большее искусство в агитации п пропаганде, необходим целый ряд новых методов и форм агитационнопропагандистской работы.
Вот мы сейчас говорим с вами о политработе в Красной Армии и Военно-Морском Флоте. А что это значит? Это значит добиться такого политико-морального состояния наших вооруженных сил, которое соответствовало бы задачам социалистического государства. Это — большая конструктивная задача, решением которой занимаются не только политработники, но вся партия, народ, социалистическое государство в целом.
В настоящее время все государства больше, чем когда-либо, озабочены проблемой политико-морального состояния своих армий. При этом следует признать, что капиталистические государства не без известного успеха налаживают свою «политработу» в армиях. Кто думает, что капитализм теперь не способен проводить свои намерения в жизнь, привлекая к этому массы, тот ошибается.
В современных империалистических войнах участвуют и широкие массы. Разумеется, массы участвуют в этих войнах вопреки своему желанию, по принуждению. Но, помимо непосредственного насилия, расправы с противниками этих войн, идет и бешеная обработка масс в желательном для правящих кругов направлении.
271


Насколько большое значение придают капиталистические государства политико-моральному состоянию своих армий или воспитанию высокого воинского духа, об этом говорит хотя бы недавно напечатанная в американских газетах солидная статья генерал-майора в отставке Хансон Илая.
«Высокий дух войска,— пишет американский генерал,— это такое состояние умов людей, его составляющих, которое превращает солдат и целые воинские единицы в соединения, выказывающие величайшее мужество — физическое и моральное. Этот высокий дух делает их способными переносить величайшие лишения и невзгоды, не говоря об утомлении. Это дает им силу, несмотря на всякие неблагоприятные обстоятельства, навязать, в конце концов, свою волю врагу.
В истории войн,— пишет он далее,— часто встречаются рассказы о том, как некоторые воинские соединения без колебаний наступали на втрое сильнейшего неприятеля с твердой уверенностью в победе. И они действительно побеждали. Мы часто удивляемся, почему так бывало и почему так бывает в наши дни. Ответ очень прост: воинская часть, одержавшая победу, обладала высоким духом и коллективом командиров, сумевших внедрить в этих людей высокий дух и использовать его, когда это было нужно. Не нужно забывать, что дух войска и умение управлять людьми неразлучны — это военные близнецы».
И действительно, высокий дух войск, или, по-нашему, высокое политико-моральное состояние армии,— одно из решающих условий победы над врагом. Я только напомню вам, что в военной истории нет полководцев, создавших себе мировую славу, которые не были бы любимцами своего войска. Это значит, что всемирно известные полководцы не были только мастерами стратегии и тактики. Нет, они знали и дорогу к сердцу своих солдат, своей армии. Они были мастерами высокого духа войск, умели вселять в душу солдата прочное доверие к себе. Такими были, например, Суворов, Кутузов и целый ряд других более или менее крупных полководцев.
Что значит сейчас укреплять воинский дух, поднимать политико-моральное состояние Красной Армии и Военно- Морского Флота? Что значит сейчас сделать красноармейца и краснофлотца бойцом, способным переносить все трудности боя, способным делать чудеса как в наступлении, так и в обороне?
Красноармеец и краснофлотец прежде всего должен хорошо знать, что он готовится к борьбе за огромные человеческие ценности, за свою великую социалистическую 272


отчизну, за жизнь и счастье своего народа, за свободу и лучшую долю миллионов своих братьев по классу. Только эти идеальные цели, только убежденность в правоте нашего дела могут вселить в красноармейцев и краснофлотцев способность проявлять то, что мы называем героизмом.
Конечно, наши политработники находятся в лучших условиях, чем «политработники» в любой капиталистической армии. Я говорю, разумеется, об объективных условиях.
Там, в капиталистических армиях, нужно обманывать и всячески глушить политическое самосознание солдатских масс. А нашим политработникам, наоборот, приходится проповедовать чистую, святую правду, за которую борется советский народ, и всемерно развивать в духе этой правды политическое сознание красноармейцев и краснофлотцев.
Но надо признать, что еще не все наши политработники научились пользоваться этими объективными преимуществами. Во всяком случае, по этой линии еще не все сделано из того, что можно и нужно сделать.
Между тем, сложившаяся международная обстановка повелительно требует от нас улучшить эту работу. Ведь мы находимся в осажденной крепости. Правда, эта крепость огромна — одна шестая часть света. Но остальные пять шестых — наши принципиальные, непримиримые противники. Эту принципиальную непримиримость капиталистического мира к нам, я думаю, нет смысла иллюстрировать примерами. Такие примеры можно видеть в каждом номере наших газет, если читать их более или менее внимательно.
Возьмите общую атмосферу, созданную вокруг Советского Союза капиталистическим миром. Ведь это факт, что все, что делается у нас хорошего, все это всячески опорочивается зарубежной прессой. В то же время малейшую нашу неудачу там преувеличивают и раздувают до огромных размеров.
Словом, наличие капиталистического окружения и теперешние международные условия обязывают нас развивать у советских граждан чувство самосохранения и усиливать их мобилизационную готовность. Все, кому дорог коммунизм как общественная система, на основе которой они желают жить, должны эту систему укреплять, должны за нее бороться.
Отсюда, товарищи, первая задача, которая стоит перед вами как будущими политработниками, это — привить 18 М. И. Калинин
273


красноармейцам и краснофлотцам идеи коммунизма. Но привить им идеи коммунизма — это не значит сделать их поголовно членами партии. Нет, я имею в виду не то. Это значит сделать для них понятным, близким и дорогим все, что делается в Советском государстве. А для этого вовсе не обязательно делать людей формально членами партии.
Человек может оставаться беспартийным и при этом искренне стоять за советский строй, за социалистическую индустрию, за колхозы, за советскую культуру, т. е. быть пламенным советским патриотом. Он гордится, что является гражданином такого государства, как Союз Советских Социалистических Республик,— страны, где есть что посмотреть и чему порадоваться. Политработник располагает огромным количеством фактов из нашей действительно красочной жизни, чтобы в молодых сердцах укрепить патриотическую гордость на всю последующую жизнь.
Товарищи, внедрить идеи коммунизма — это значит воспитать молодежь так, чтобы она со всем юношеским пылом полюбила Советскую страну, полюбила ее не только сознанием, но и всеми пятью чувствами человека. Не думайте, что это трудная задача. Сумейте только выйти из трафарета. Олицетворите пролетариат хотя бы в образе молодого героя, который прошел все муки ада, мыслимые человеком, и, наконец, освободил из цепких лап врагов свою любовь, красную девицу — великую многонациональную страну. Сколько здесь революционного романтизма, сколько ярких исторических фактов, которые увлекательнее самых красивых сказок! Придайте им лишь соответствующую форму, и они будут сами говорить!
Словом, для внедрения идей коммунизма требуется страсть. Вы только вникните в сущность своего дела: вам поручено охранять и укреплять социалистическое государство! В мире не было и нет более почетного поручения, чем поручение укреплять и развивать социалистическое государство, ибо это и есть непосредственная дорога к коммунизму. Другого пути мы не знаем. Это ясно как с практической, так и с теоретической точки зрения, т. е. это подтверждается всем опытом нашей борьбы за коммунизм и находится в полном соответствии с высказываниями классиков марксизма.
Только здесь, по-моему, необходимо внести одно небольшое уточнение. Довольно часто приходится слышать от наших бойцов и командиров заявления, вроде следую274


щего: «Мы готовы умереть за Советское государство, за нашу великую родину!» Я считаю такой лозунг глубоко патриотическим. Но я бы его несколько уточнил,— вернее, углубил.
Нет слов, умереть — это большое дело, это подвиг. Но вопрос в том: как умереть? Нельзя умирать пассивно, без самой отчаянной борьбы. И если действительно понадобится умирать, то надо это делать так, чтобы отдавать с боем свою кровь каплю за каплей и чтобы до последней капли крови пулемет в руках бойца разил врага. Это — призыв к действию длительному, настойчивому, неукротимому. Вот эти качества и надо воспитывать в наших бойцах.
Затем, товарищи, надо прививать нашим бойцам — и тут мы, я думаю, можем далеко пойти — воинскую честь. У нас ее легче привить, чем в любой другой армии.
В Красную Армию и Военно-Морской Флот молодежь идет не с огорчением, а с радостью. Она идет так же, как наши восьмилетние ребята идут в школу: поднимут голову и идут с гордостью — смотрите, мол, мы в школу идем. Она идет по доброму желанию. Не в том, конечно, смысле, что это добровольцы, а в другом смысле. Вот в Англии и Америке были добровольческие армии. Но там люди шли в армию потому, что их загоняла нужда. У нас же люди идут в армию не от нужды. Они идут туда, чтобы выполнить самый почетный долг советского гражданина. Вместе с тем, Красная Армия и Военно-Морской Флот являются великолепной школой физического и умственного развития нашей молодежи.
И вот, товарищи, перед вами стоит ответственная и почетная задача — привить вступающим в Красную Армию и Военно-Морской Флот молодым людям воинскую честь, внедрить в них сознание того, что они выполняют высокий гражданский долг, что они стоят на часах, на боевой вахте, охраняя социалистическую родину, т. е. что на них лежит величайшая и почетнейшая обязанность, которую они должны выполнять отлично, ибо нам приходится по необходимости дополнять оружие критики капитализма критикой посредством оружия. Вы должны внушать бойцам, что это оружие есть марксизм-ленинизм в действии. Словом, весь комплекс боевой подготовки красноармейцев и краснофлотцев должен быть пропитан и связан коммунистическим мировоззрением.
275


Возьмем, например, дисциплину. Ведь о дисциплине можно говорить упрощенно, не исходя из целого, общего. Но если вы хотите, чтобы коммунизм входил в сознание красноармейца и краснофлотца, чтобы метод их мышления был коммунистическим, то покажите им, что дисциплина нужна не ради дисциплины, не в этом суть, а что она дает возможность лучше выстоять в борьбе с врагом. Стойкость же, в свою очередь, нужна не как самоцель, а потому, что она в тяжелом положении сохраняет воинскую часть от больших потерь.
Не знаю, товарищи, может быть, я ошибаюсь, но мне кажется, у нас слабо культивируются боевые традиции воинских частей. А это серьезный фактор воспитания. Говорят, что в военное время полк или дивизия быстро могут восстановить свою мощь после любого сражения, если только сохранился в них костяк, воплотивший в себе высокоразвитые боевые традиции части. Поэтому надо поставить это дело как следует, не кустарно, а организованно, чтобы каждый новобранец, придя в полк, знал не только его номер, но всю его боевую историю, всех его героев и боевые награды, все его победы на соревнованиях и маневрах, чтобы он гордился своим полком и повсюду отстаивал его честь. В связи с этим не мешало бы полкам иметь в библиотеках свою писаную историю.
Знамя полка должно быть овеяно боевым революционным романтизмом, чтобы каждый красноармеец свято его чтил, зная подробно о всех походах и боевых эпизодах, в которых участвовал полк под этим знаменем. Далее, я считал бы целесообразным поместить портреты особо отличившихся героев полка не только в клубе и в красных уголках, но и в зале, где хранятся знамена, чтобы каждый, входя туда, подтягивался и чувствовал себя, как на ответственном параде.
Таким путем молодой боец органически сольется с боевым организмом полка.
Вопрос об отдании почестей. Почему требуется, чтобы красноармеец и краснофлотец при встрече отдавал честь, приветствовал командный состав? Кажется, что это только внешняя форма, просто знак внимания. Но это далеко не так.
Красноармейцы и краснофлотцы являются бойцами и не просто бойцами огромной армии и флота, а бойцами самой революционной в истории армии и самого революци276


онного в истории флота. А это уже говорит о том, что на людей возложены какие-то особенные задачи. Они сейчас выполняют те задачи, которые выполняли наши революционеры два-три-четыре десятка лет назад, а еще раньше — Добролюбов и Чернышевский, т. е. все лучшие, передовые русские люди, которые боролись за свободу.
Но тогда эти люди боролись критикой, а у вас есть оружие. Теперь революционный боец — это критик с винтовкой. И этот человек находится на самом ответственном посту.
А раз это так, то как же это мы, члены одного воинского братства, бойцы и командиры самой революционной армии, которым придется, быть может, стоять в бою плечом к плечу, которым придется, может быть, вытаскивать друг друга из огня, из кровопролитного боя ранеными, а возможно, и убитыми,— как же мы не отдадим друг другу воинских почестей?
И вот если так подходить к каждому вопросу, то мы постепенно воспитаем в каждом красноармейце и краснофлотце чувство социалистической воинской чести и сознание высокого достоинства бойца — советского человека. Само собой разумеется, что для этого необходимо прежде всего, чтобы красноармеец и краснофлотец стоял высоко в глазах каждого командира.
Товарищи, вероятно, все вы смотрели и помните кинокартину «Чапаев». Я считаю, что вам здесь есть чему поучиться. В этой картине правдиво и довольно ярко показано, в чем заключается сила командира.
Если вам доведется быть начальниками — а, судя по всему, вы будете таковыми,— то будьте не только начальниками, но и товарищами своих подчиненных. Сочетать то и другое — не легкое дело. И чем большей частью командует начальник, тем больше требуется от него сочетания этих качеств.
Помните в картине «Чапаев» эпизод, когда шкурник и мародер начал было овладевать настроением уставших бойцов кавалерийского эскадрона, призывая их бросить войну? Эскадрон стоял в резерве, а белые в это время повели свою «психическую атаку». Узнав о том, что случилось в эскадроне, Чапаев оставил свой командный пункт и молнией прискакал к своим конникам, пристрелил предателя, который в это время ораторствовал, тут же скомандовал «смирно» и стал было садиться на коня. В этот момент 277


раздался новый выстрел. Чапаев, конечно, подумал, что это стреляли в него, и грозно спросил: «Кто стрелял?» В ответ ему доложили примерно так: «Это мы тут сами кокнули одного». Выходит, таким образом, что действия Чапаева не расходились с общим настроением бойцов, которые оправдали его суровую меру, пристрелив другого изменника.
А вот другой эпизод из той же картины, который вы тоже, вероятно, помните,— это когда Чапаев убеждает конников не делать ему неприятностей п прекратить охоту за крестьянскими поросятами. Он говорил тогда примерно так: «Если вы пришли ко мне, когда я пью чай, то и вы садитесь со мной и пейте; а если вы пришли, когда я обедаю, то садитесь и обедайте со мною. Но в строю — я ваш командир!»
Провести такой водораздел — самое трудное для советского командира. Но еще труднее это сделать политработникам. Между тем, в умении провести такой водораздел заключается секрет влияния на массы. И этим секретом обладали все талантливые полководцы. Разумеется, тут я не имею в виду панибратство или хвостизм, что несвойственно большевистскому пониманию руководства.
Конечно, самое сильное средство командира для укрепления авторитета у подчиненных — это отличное знание своего дела и стремление сделать свою часть лучшей. А чтобы вместе с авторитетом командир пользовался и любовью, для этого ему надо быть в курсе всей жизни красноармейцев и уметь своевременно исправить то место, где каждому из них жмет ногу. И при всем том необходимы простота, скромность. Средний человек не терпит высокомерия, демонстрирования своего превосходства. Хотя и говорят, что иногда скромность бывает паче гордости, все же народ ее любит больше.
Все эти положительные качества, необходимые политработникам, не падают с неба, а добываются упорным трудом. Даже талантливые люди, чтобы выявить свои дарования, должны упорно работать, хотя, как правило, они и наиболее работоспособны.
Политработникам в первую очередь нужна грамотность в марксизме-ленинизме. Но и военное дело они должны знать ничуть не хуже. Для практического же применения того и другого требуется, я сказал бы, большая общая культура. Оно и понятно. Ведь политработники 278


пмеют дело с людьми, которыми они руководят не только в мирных условиях, не только на парадах, но и тогда, когда этим людям придется ставить свою жизнь на карту. Как же можно вести за собой массы бойцов, не умея анализировать состояние их духа в конкретной обстановке? Художественная литература, собственная наблюдательность и опыт являются вспомогательными орудиями для познания людей. Всем этим вы должны владеть и умело пользоваться.
И я хотел бы, чтобы руководство и профессора вашей академии заостряли ваше внимание на всех этих моментах. А то ведь может случиться так, что иной товарищ будет прекрасно знать тексты марксистско-ленинского учения, но не будет марксистом. Это ведь не идентично, не эквивалентно. Тут я заговорил с вами, как с учеными, и сам тоже становлюсь как бы ученым. (Смех.) Говоря проще, если человек знает тексты марксизма-ленинизма, то это еще не значит, что он марксист, коммунист.
У нас иногда командиры и политработники хвастаются: в нашей части столько-то коммунистов и комсомольцев. Однако на деле среди них иногда обнаруживаются и трусы. Формально такие люди — коммунисты и комсомольцы, они знают тексты марксизма-ленинизма, а по существу они — не коммунисты и не комсомольцы.
Воспитывая Красную Армию и Военно-Морской Флот в духе коммунизма, вы не должны гнаться за тем, чтобы всех красноармейцев и краснофлотцев сделать формально марксистами, коммунистами. Старайтесь хотя бы привить каждому красноармейцу и краснофлотцу сознание того, что трусость, проявленная на посту, побег, измена — это самое позорное явление, что в данном случае даже смерть во сто раз лучше. Это надо так привить, чтобы человек понимал, что если он проявит эти отрицательные качества, а народ узнает об этих качествах, то встретит его с таким презрением, что уж лучше смерть. Недаром еще киевский князь Святослав сказал, что мертвые сраму не имут.
Вы можете подумать, что я вас пугаю, рисуя перед вами разные страхи. Ведь, вообще говоря, эти качества не присущи нашей армии. Я потому, товарищи, так говорю, что люблю нашу Красную Армию и Военно-Морской Флот. Но ведь мы же марксисты и понимаем, что враг при столкновении полезет во все щели.
279


Вот, товарищи, те вопросы, на которые я хотел обратить ваше внимание.
Военно-политическая академия имени Ленина, пожалуй, единственное в нашей стране учебное заведение, которое выпускает высококвалифицированных политработников. Разрешите еще раз пожелать вам успеха в учебе и выразить уверенность в том, что в вашем лице Красная Армия и Военно-Морской Флот получат один из лучших отрядов политработников. Вместе с тем, мне хотелось бы, чтобы ваша академия завоевала еще более высокий авторитет в Красной Армии и Военно-Морском Флоте, чтобы за ее питомцев дрались при распределении, как за драгоценные кадры политических воспитателей. Вот это, товарищи, и будет в ваших условиях претворением в жизнь марксизма-ленинизма. (Бурные аплодисменты.)
М. И. Калинин.
Избранные произведен т. 3, стр. 382—395.


О КОММУНИСТИЧЕСКОМ ВОСПИТАНИИ * Доклад на собрании партийного актива г. Москвы
2 октября 1940 г.
Товарищи! Двадцать лет тому назад, как раз 2 октября 1920 г., Владимир Ильич Ленин выступил на III Всероссийском съезде РКСМ с речью о коммунистическом воспитании 66. Обращаясь к комсомолу, он говорил, что вряд ли наше поколение, воспитанное в капиталистическом обществе, осуществит задачу создания коммунистического общества. Эта задача ляжет на молодежь.
И вот сегодня, когда вы аплодировали, эти слова невольно вспомнились мне и натолкнули на мысль, что передо мной именно те бывшие комсомольцы, тот слой людей, к которым обращался Ленин и которые сейчас, уже как взрослые, получившие опыт жизни, активно участвуют в социалистическом строительстве. И я вместе с вами аплодирую именно вам — строителям социализма.
Коммунистическому воспитанию у пас уделяют много внимания. Недаром слово «воспитание» пестрит в нашей печати.
Однако если попробовать более или менее четко и кратко сформулировать, что такое вообще воспитание, то встречаются значительные трудности. Нередко воспитание смешивают с обучением. Понятно, воспитание имеет большое сходство с обучением, но ни в коем случае не синоним. Авторитетные педагоги считают, что воспитание — понятие более широкое, чем обучение. Оно имеет свои особенности.
По-моему, воспитание есть определенное, целеустремленное и систематическое воздействие на психологию вос- питуемого, чтобы привить ему качества, желательные воспитателю. Мне кажется, что такая формулировка (разумеется, ни для кого не обязательная) в общих чертах охватывает все, что мы вкладываем в понятие воспитания, 281


как-то: внедрение определенного мировоззрения, нравственности и правил человеческого общежития, выработку определенных черт характера и воли, привычек и вкусов, развитие определенных физических свойств и т. п.
Дело воспитания является одним пз труднейших. Лучшие педагоги считают его пе только делом науки, но и искусства. Они имеют в виду воспитание школьное, разумеется, сравнительно ограниченное. Но есть еще школа жизни, в которой происходит непрерывный процесс воспитания масс, где воспитателем является сама жизнь, государство, партия, а воспитуемыми — миллионы взрослых людей, различных по своему жизненному опыту, политическому опыту. Это дело куда более сложное.
На этом именно воспитании, на воспитании масс, я п хочу сегодня остановиться.
I
Энгельс в своей книге «Анти-Дюринг» пишет:
«...люди, сознательно или бессознательно, черпают свои нравственные воззрения в последнем счете из практических отношений, на которых основано их классовое положение, т. е. из экономических отношений, в которых происходят производство и обмен... мораль всегда была классовой моралью: она или оправдывала господство и интересы господствующего класса, или же, когда угнетенный класс становился достаточно сильным, выражала его возмущение против этого господства и представляла интересы будущности угнетенных» 67.
Таким образом, в классовом обществе никогда не было п не может быть внеклассового или надклассового воспитания.
В буржуазном обществе воспитание насквозь пропитано лицемерием, корыстными интересами господствующих классов, оно носит глубоко противоречивый характер, отражающий антагонизм капиталистического общества.
Идеал капиталистов — видеть рабочих и крестьян своими покорными слугами, безропотно несущими бремя эксплуатации. Исходя из этого, капиталисты не хотели бы воспитывать в рабочих и крестьянах смелость и мужество, не хотели бы давать им никакого образования. Ведь с тем- 282


ними и забитыми людьми легче справляться. Но с такими людьми нельзя побеждать в захватнических войнах, а без элементарных знаний они не могут работать на машинах и станках. Взаимная конкуренция в условиях технического прогресса, гонка вооружений и т. д., с одной стороны, борьба рабочих и крестьян за свое образование, с другой стороны, вынуждают буржуазию давать трудящимся хотя бы крохи знаний, а грабительские войны заставляют ее воспитывать в них стойкость, храбрость и другие опасные для буржуазии качества.
Из этих противоречий не может выскочить никакая система буржуазного воспитания.
И вот, несмотря на эти противоречия, заложенные, как я уже говорил, в самой природе буржуазного общества, господствующие классы ведут отчаянную борьбу за овладение народными массами, используя все средства — от открытого подавления до утонченного обмана.
Трудящийся человек в буржуазном обществе от рождения и до самой смерти находится под постоянным воздействием мыслей, чувств, привычек, выгодных господствующему классу. Оно осуществляется по бесчисленным каналам, принимая иногда еле осязаемые формы. Церковь, школа, искусство, пресса, кино, театр, различные организации — все это служит орудием внедрения в сознание масс буржуазного мировоззрения, морали, привычек и т. д.
Возьмите, например, кино. Один буржуазный режиссер пишет об американских фильмах:
«Многие современные фильмы представляют собой нечто вроде какого-то наркотического средства, предназначающегося для людей до такой степени усталых, что им хочется только сесть в мягкое кресло и чтобы их кормили с ложечки».
Такова сущность буржуазного воспитания.
Этому, веками вырабатывавшемуся, воспитанию, рассчитанному на укрепление положения господствующего класса капиталистов, на примирение угнетаемых со своим положением, Коммунистическая партия — передовой отряд пролетариата — противопоставляет свои принципы воспитания, направленные в первую очередь против господства буржуазии, за диктатуру пролетариата.
283


II
Коммунистическое воспитание в корне отличается от буржуазного не только своими задачами, что понятно и без доказательств, но и методами. Коммунистическое воспитание неразрывно связано с развитием политического сознания, общей культуры, повышением интеллектуального уровня масс. Этого добиваются все коммунистические партии.
Хотя конечная цель всех коммунистических партий одна и та же, все-таки, поскольку положение рабочего класса в Советском Союзе иное, чем в капиталистических странах, воспитание у нас должно соответствовать именно этим иным условиям. Рабочий класс в нашей стране является господствующей, руководящей силой не только в материальном, но и в духовном отношении.
Маркс и Энгельс писали:
«Класс, имеющий в своем распоряжении средства материального производства, располагает вместе с тем и средствами духовного производства... Индивиды, составляющие господствующий класс, обладают, между прочим, также и сознанием и, стало быть, мыслят; поскольку они господствуют именно как класс и определяют данную историческую эпоху во всем ее объеме, они, само собой разумеется, делают это во всех ее областях, значит господствуют также и как мыслящие, как производители мыслей, они регулируют производство и распределение мыслей своего времени; а это значит, что их мысли суть господствующие мысли эпохи» 68.
Этого нельзя сказать о рабочем классе по ту сторону Советского Союза.
Коммунистическое воспитание в нашем понимании всегда мыслится конкретно. В наших условиях оно должно быть подчинено задачам, стоящим перед партией и Советским государством. Основная и главная задача коммунистического воспитания — давать максимальную помощь в нашей классовой борьбе.
Я вижу, вы немного удивлены, хотите осмыслить положение — воспитывать у людей стремление оказывать максимальную помощь классовой борьбе в нашей стране, где эксплуататорские классы уничтожены. Мне кажется, тут пе требуется особых разъяснений.
Правда, наша классовая борьба имеет другие формы, 284


чем классовая борьба за пределами СССР. Она, я бы сказал, поднялась на высшую ступень; ее положительные результаты эффективнее. Но, разумеется, она и значительно сложнее.
Положение Маркса и Энгельса о том, что «мысли господствующего класса суть господствующие мысли» 69, поскольку оно относится к рабочему классу Советского Союза, обязывает пас ко многому. Мы не можем ограничиться лишь критикой буржуазного строя. Главное теперь — это борьба за практические достижения по всем линиям политики, экономики, культуры, науки, искусства и т. д. Ясно, что и коммунистическое воспитание у нас должно идти в этом направлении.
Ш
Какие задачи мы ставим на сегодня в качестве основных в области коммунистического воспитания? И есть ли это, вообще говоря, принципиально новые задачи по сравнению с тем, о чем говорил Ленин на III съезде комсомола двадцать лет тому назад?
Конечно, обстановка в Советском Союзе за это время значительно изменилась. Но по существу задачи коммунистического воспитания, поставленные Лениным двадцать лет тому назад, актуальны и для настоящего времени.
Не мешало бы почаще напоминать эти задачи тем, кто старается абстрактно воспроизвести черты коммунистического общества. Такие любители «потеоретизировать», помечтать «глубокомысленно» о своеобразных чертах будущего человека, ассоциируя коммунизм с неопределенно хорошим будущим, вкладывают и в коммунистическое воспитание эту отвлеченность. По-моему, это гадание на кофейной гуще, а не проникновение в будущее.
Товарищи, одним из важнейших элементов коммунистического строительства и могучим орудием трудящихся СССР в их борьбе с капитализмом является высокая производительность труда. Ленин говорил:
«Производительность труда, это, в последим счете, самое важное, самое главное для победы нового общественного строя. Капитализм создал производительность труда, невиданную при крепостничестве. Капитализм может быть окончательно побежден и будет окончательно побежден 285


тем, что социализм создает новую, гораздо более высокую производительность труда... Коммунизм есть высшая, против капиталистической, производительность труда добровольных, сознательных, объединенных, использующих передовую технику, рабочих» 70.
Вот, товарищи, о чем надо думать и говорить, вот в каком направлении прежде всего надо развивать коммунистическое воспитание. Это — борьба за высокую производительность труда.
Но не является ли такая установка, такое практическое направление в коммунистическом воспитании, говоря между нами, моей отсебятиной? Нет, товарищи, это не отсебятина.
Когда я, собираясь делать доклад, мысленно наметил его схему, то обратился к основным источникам и, в первую очередь, к нашей Конституции. Там в статье 12 записано:
«Труд в СССР является обязанностью и делом чести каждого способного к труду гражданина по принципу: «кто не работает, тот не ест». В СССР осуществляется принцип социализма: «от каждого — по его способности, каждому — по его труду»».
А вы сами знаете, товарищи, что статьи Конституции являются не только юридическим оформлением прав и обязанностей граждан, но и могучим фактором воспитания людей.
Эта статья Конституции прямо говорит о величии труда. Оно и понятно: у нас давно происходит коренной переворот во взглядах людей на труд. Социалистическое соревнование «превращает труд из зазорного и тяжелого бремени, каким он считался раньше, в дело чести, в дело славы, в дело доблести и геройства» 71. Этот факт и нашел свое яркое выражение в Конституции.
Но мне скажут: одно дело — величие труда в нашей стране, а другое дело — борьба за высшую производительность труда. Нет, товарищи, это не так. Самая трактовка вопроса о величии труда имеет и тот смысл, что надо всячески поощрять рост производительности труда. В этом заключается самое главное.
Этой задаче подчинены такие важные мероприятия партии и Советской власти, как установление звания Герой Социалистического Труда, как учреждение ордена Трудовое Красное Знамя, медалей «За трудовую доблесть» и «За 286


трудовое отличие». А кроме того, Советская власть и партия нередко награждают особо отличившихся в труде таким высшим знаком отличия, как орден Ленина, или орденами Красная Звезда и Знак Почета.
Высокое звание Героя Социалистического Труда приравнивается к званию Героя Советского Союза. Это звание, эти ордена и медали даются не просто за труд, не просто за то, что человек работает, а за высшие показатели производительности труда, за особые успехи в борьбе за производительность труда.
Той же цели служит и Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г.72.
По внешности это как будто полная противоположность: с одной стороны, присвоение звания Героя Социалистического Труда, награждение орденами, начиная с ордена Ленина и кончая медалями, а с другой стороны, указ, которым вводится применение карательного элемента в области укрепления дисциплины труда. Но по существу — это мероприятия одного и того же порядка. Вернее: эти мероприятия служат для достижения одних и тех же результатов.
Поощряя и награждая лучших представителей социалистического труда, с одной стороны, карая дезорганизаторов производства, с другой стороны, партия и Советская власть тем самым показывают, в каком направлении надо вести коммунистическое воспитание трудящихся СССР.
Товарищи, вероятно, немногие из вас работали на заводах в дореволюционное время. С каждым годом таких людей у нас становится все меньше и меньше. Поэтому, надо полагать, вы слабо знаете отношение к работе в старое, дореволюционное время. А, к сожалению, это отношение еще основательно довлеет над нами.
Стариков, работавших по 40 лет на заводе, хороших профессионалов, мы, революционеры, тогда не особенно ценили. А ведь они были квалифицированными работниками, знатоками своего дела, поборниками дисциплины в труде, не прогуливали. И когда, бывало, возникала забастовка, то их насильно приходилось выпирать с завода. Сами они не решались прекращать работу, боясь испортить хорошие отношения с начальством. Мы пе ценили таких рабочих в старое время. Почему? Потому, что они старались для капиталистов.
287


Другое дело сейчас, при социализме. Сейчас таких людей, которые проработали на заводе 40 лет, которые представляют собой образец трудовой дисциплины, являются знатоками своего дела и дают высшие показатели производительности труда,— таких людей мы поднимаем на щит, награждаем орденами и медалями, чествуем и премируем, как лучших советских граждан.
Вот, между прочим, вам наглядный пример диалектики. Раньше мы отрицали такое отношение к труду. Теперь мы «отрицаем» это «отрицание». Получается, как видите, «отрицание отрицания», утверждение социалистического отношения к труду.
Почему мы в корне изменили свой взгляд на таких работников? Почему сейчас мы считаем таких людей полезнейшими, ценнейшими гражданами Советского Союза? А потому, что они стоят на передовых позициях в нашей классовой борьбе, достигшей высшей ступени своего развития. Ведь классовую борьбу нельзя понимать только как схватку с оружием в руках на фронте. Нет, классовая борьба в настоящее время идет по другим направлениям. И борьба за высшую производительность труда — это в данный момент одно из главных направлений классовой борьбы. Если раньше, до советского строя, человек работал хорошо, то тем самым он объективно помогал капитализму, еще крепче заковывал цепи рабства на самохМ себе и на рабочем классе в целом. А если сейчас, в социалистическом обществе, человек работает хорошо, то этим самым он становится на сторону социализма и своими достижениями не только расчищает путь к коммунизму, но и разбивает цепи рабства мирового пролетариата. Он является активным бойцом за коммунизм.
Намного ли мы подняли производительность труда в нашей стране? Я бы не сказал, что мы добились слишком больших результатов в этом отношении. Теоретически считается, что социалистическая производительность труда должна намного превышать капиталистическую. Как вы думаете, товарищ Щербаков, верно это или нет? (Щербаков: «Правильно, правильно». В зале оживление.) А практически? А практически мы еще не догнали высшую производительность труда в Европе, не говоря об Америке. Значит, надо побольше налегать на повышение производительности труда. Рост производительности труда даст возможность яснее видеть очертания будущего коммунистического общества.


Но, товарищи, высшая производительность труда — это не только количество, но и качество вырабатываемой продукции. У нас некоторые люди склонны рассматривать коммунизм как-то отвлеченно, не вкладывая в это понятие конкретного содержания. А что значит коммунизм? Это значит: давай как можно больше продукции и как можно лучшего качества. При этом я имею в виду продукцию не только физического, но и интеллектуального труда — продукцию инженеров, архитекторов, писателей, учителей, врачей, артистов, художников, музыкантов, певцов и т. д.
Надо прямо сказать, что мы очень недовольны качеством многих наших продуктов. И характерно то, что каждый из нас ругается, когда получает в руки какую-нибудь недоброкачественную вещь. Однако сами мы при этом совершенно не задумываемся, какую же продукцию получают от нас другие люди. Словом, каждый из нас хочет, чтобы всего было вдоволь и хорошего качества. А я спрашиваю вас: откуда это взять, если каждый на своем месте не будет добиваться лучших показателей труда? Надо, наконец, усвоить старую истину: что посеешь, то и пожнешь.
И здесь, в борьбе за качество продукции, мы также не ограничиваемся одними только мерами поощрения. Как вы знаете, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 июля 1940 г.73 установлено, что «выпуск недоброкачественной или некомплектной промышленной продукции и выпуск продукции с нарушением обязательных стандартов является противогосударственным преступлением, равносильным вредительству». Директора, главные инженеры и начальники отделов технического контроля промышленных предприятий, виновные в выпуске недоброкачественной или некомплектной продукции, подлежат преданию суду и по приговору суда должны подвергаться тюремному заключению сроком от 5 до 8 лет.
Нечего и говорить, этот указ очень сильно задевает отдельных людей, крепко их бьет за недоброкачественность продукции. Но, вместе с тем, он дает руководителям предприятий сильное оружие в борьбе против нездорового влияния окружения. Обычно ведь как рассуждали многие из них? Они рассуждали: ну, стоит ли заводить скандалы, обострять отношения с общественными организациями, с товарищами и т. д.— в массе сойдет вещь и с дефектом. И сходила. Такое отношение к браку пустило у нас на производстве глубокие корни.
19
М. И. Калинин
289


Вот эти-то корни и надо подрубать, уничтожать. Это необходимо в интересах социалистического общества и каждого из нас в отдельности. Одно из двух; или мы строим коммунизм, или мы только говорим о коммунизме, а сами медленно, если можно так сказать, вразвалку, потягиваясь и позевывая, двигаемся к коммунизму. Но имейте в виду, что так двигаться к коммунизму очень рискованно, так можно слишком затянуть переход к коммунизму.
Когда люди говорят о коммунизме и в то же самое время не связывают коммунизм предметно, материально, с такими животрепещущими вопросами, как вопрос о качестве продукции, то они занимаются просто толчением воды в ступе.
Помню, как сейчас,— это было лет 40 тому назад, может быть, 39—38 лет, как видите, моя давность времени вращается около 40 лет (смех),— у нас в подполье возникла дискуссия: обязан или не обязан рабочий-революционер хорошо делать вещи, т. е. заботиться о качестве своей продукции. Одни говорили: мы не можем, органически не можем выпустить из своих рук плохую вещь — это нам претит, это унижает наше человеческое достоинство. Другие, наоборот, говорили: не наше дело беспокоиться о качестве продукции. Это — дело капиталистов. Ведь мы на них работаем. Они все равно заставят нас делать вещи хорошо. И поскольку капиталисты будут заставлять нас, постольку, говорили они, мы будем делать хорошие вещи. А своей инициативы нам не следует проявлять, не следует усердствовать.
Вот видите, товарищи, даже в дореволюционный период, во времена капитализма, часть рабочих, боровшихся с капиталистами, смотрела на дело так, что нельзя делать вещи плохо,— это им претило, они как бы совестились. А у нас, в социалистическом обществе, когда мы работаем не на капиталистов, а на самих себя,— всем ли претит, все ли совестятся делать плохие вещи? К сожалению, этого нельзя сказать. Однако было бы куда лучше, если бы люди больше совестились, если бы им больше претило выпускать недоброкачественную продукцию.
И когда мы говорим о коммунистическом воспитании, то это значит прежде всего внедрять в сознание каждого работника ту мысль, что он должен, хотя бы элементарно, добросовестно относиться к своей работе. Мы должны внушать ему: если ты считаешь себя большевиком 290


или просто честным советским гражданином, то изволь и свои изделия делать элементарно добросовестно, чтобы они были годны по качеству.
Итак, борьба за коммунизм — это борьба за высшую производительность труда как в смысле количества, так и в смысле качества продукции. Вот вам первое основное положение коммунистического воспитания трудящихся СССР.
IV
Товарищи, в статье 131 Конституции Союза сказано:
«Каждый гражданин СССР обязан беречь и укреплять общественную, социалистическую собственность, как священную и неприкосновенную основу советского строя, как источник богатства и могущества родины, как источник зажиточной и культурной жизни всех трудящихся.
Лица, покушающиеся на общественную, социалистическую собственность, являются врагами народа».
Беречь и укреплять общественную собственность — этот вопрос по своей внутренней значимости больше, чем кажется внешне. Бережливость к общественной собственности есть коммунистическая черта. Мне представляется, что в истории человечества не было более бережливого общества, чем коммунистическое. Да это и естественно: ведь распоряжение средствами, их расходование только в коммунистическом обществе находится в руках производителей. Я думаю, нет особой нужды доказывать, что производитель более экономен в расходовании, чем эксплуататор или захватчик чужого добра.
История не приучила людей беречь общественную собственность, а любителей расхищать эту собственность всегда было достаточно. Казнокрадство было характерной чертой прежней системы управления, а казна была дойной коровой для чиновников. Понятно, такие порядки развивали беспечность, мотовство и в отношении личного имущества, а пренебрежение к общественному имуществу было сверху донизу.
Но это расхищение народного достояния, человеческого труда, которое мы наблюдали в прошлом, является не больше, как детской шалостью по сравнению с тем, как расхищается человеческий труд в современном капитали291


стическом обществе. Можно смело сказать, что теперь каждый день пускаются на воздух миллионы трудодней с тем, чтобы разрушить труд прошлого. А сколько уничтожается ценнейших даров природы, количество которых ограничено на земле! Уже только за одно это преступление перед человечеством капитализм заслуживает скорейшего уничтожения.
Бережливость в общем балансе государственного производства является плюсовой частью народного достояния. И эта часть должна из года в год расти как результат повышения нашей культурности.
Товарищи, статья 131 Конституции дает богатейший материал для коммунистического воспитания. Она направлена против буржуазного воззрения: «дом мой — больше знать ничего не хочу, в мое бомбоубежище никого не пущу». Она обязывает беречь общественную собственность, ставить общие интересы выше личных, индивидуальных, ибо только в коллективе, в социалистическом обществе действительно гарантируется положение каждого.
Ленин еще на первом году существования Советской власти говорил:
«Веди аккуратно и добросовестно счет денег, хозяйничай экономно, не лодырничай, не воруй, соблюдай строжайшую дисциплину в труде,— именно такие лозунги, справедливо осмеивавшиеся революционными пролетариями тогда, когда буржуазия прикрывала подобными речами свое господство, как класса эксплуататоров, становятся теперь, после свержения буржуазии, очередными и главными лозунгами момента» 74.
Что касается воров, расхитителей общественной собственности, жуликов и тому подобных «хранителей традиций капитализма», то против них мы должны направить карательные меры. Этим целям служат, в частности, постановление ЦИК и Совнаркома СССР от 7 августа 1932 г. «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности» и Указ Президиума Верховного Совета СССР от 10 августа 1940 г. «Об уголовной ответственности за мелкие кражи на производстве и за хулиганство».
Итак, товарищи, нам нужно сначала научиться работать по способностям, научиться беречь общественное доб292


ро, а когда мы достаточно наработаем и научимся беречь наработанное, тогда пустим все по потребности.
Это есть вторая составная часть коммунистического воспитания.
V
Необходимым составным элементом коммунистического воспитания является также развитие любви к Родине, к социалистической Родине, развитие советского патриотизма.
Впервые слово «патриот» появилось в период французской революции 1789—1793 гг. Патриотами тогда называли себя борцы за народное дело, защитники республики в противовес изменникам, предателям родины из лагеря монархистов.
Но потом этот термин был использован реакционерами и правящими верхами в своих корыстных целях. Поэтому к слову «патриотизм» как в Европе, так и в царской России наиболее честные люди, беспокоившиеся о народных нуждах, всегда относились подозрительно, усматривая в нем национальный шовинизм, необоснованное самомнение правящих верхов. Наконец, под этим флагом царские сатрапы грабили присоединяемые народы.
Монополию на «патриотизм» захватили черносотенцы, которые демонстрировали свои «патриотические чувства» в уличных погромах, в избиении рабочих, интеллигенции, евреев. И вообще к этому «патриотизму» льнуло тогда много всяких темных, авантюристических элементов из подонков общества.
В глазах народа опоганилось слово «патриотизм». Честному человеку было невозможно причислять себя к «патриотам».
Народы, присоединенные к России, угнетаемые, эксплуатируемые, обираемые и оскорбляемые на каждом шагу чиновниками и колонизаторами, естественно, ненавидели русское государство.
Как бы в противовес «патриотизму» рыцарей кнута и нагайки шло все нарастающим темпом прогрессивное движение, направленное своим острием против самодержавия.
Первоначально борьба прогрессивных сил с реакцией захватила литературу, музыку, живопись, где можно было, по крайней мере, намеками выражать свое отрицательное 293


отношение к тогдашней действительности. С течением времени в эту борьбу начали постепенно втягиваться демократические слои населения, благодаря чему она принимала все более радикальный характер. Этот процесс растил и сплачивал противников самодержавия, противников так называемой официальной России. В то же время он создавал национальный оплот большого народа в лице его лучших представителей. Появилась целая плеяда гениальных и одаренных писателей, критиков и публицистов, которые высоко подняли и прославили нашу литературу, сделали ее мировой. И не только литература, но и русская музыка, живопись, наука стали выделять своих блестящих представителей как истинных патриотов национальной культуры.
Эти люди, дорожившие своей честью, человеческим достоинством и общественной репутацией, решительно отмежевывались от квасного официального «патриотизма». Для них превыше всего было служение своему народу и пробуждение в нем истинного патриотизма. Ради этой великой цели они не щадили своих сил и дарований. У них учились, их примеру следовали и заражались высоким патриотизмом современники и последующие поколения. Глубоко патриотическая деятельность этих людей составляет немало ярких и увлекательных страниц в истории русского народа. И если они не пользовались симпатиями официальной России, то народ, напротив, воздавал им должное уважение, всегда чтил и будет чтить светлую память о них.
Вот этот процесс борьбы прогрессивных сил с реакционными, этот процесс роста и консолидации культурных сил дал возможность, по крайней мере, наиболее сознательным элементам угнетенных национальностей увидеть другую Россию — Россию благородную, свободолюбивую, неугнетательскую, культурную, талантливую, способствующую развитию знаний среди широких масс населения. Развернувшееся рабочее революционное движение поставило на очередь дня как актуальную задачу действительное сплочение пролетариев и трудящихся всех национальностей Российской империи в их борьбе против царизма и капитализма. Усилия Ленина по созданию всероссийской партии рабочего класса, без которой немыслимо было освобождение русского народа и угнетенных национальностей, неустанная проповедь ленинской национальной политики, 294


борьба большевиков против всякого проявления великодержавного шовинизма и местного национализма — все это сближало угнетенные национальности с русским народом, заставляло наиболее сознательные их элементы знакомиться с русской литературой, искусством, наукой, с русскими революционными борцами и тем самым приобщало их к русской культуре, делало их сторонниками общей, слитной борьбы, т. е. людьми, мыслящими уже всероссийски.
Проповедь советского патриотизма не может быть оторванной, не связанной с корнями прошлой истории нашего народа. Она должна быть наполнена патриотической гордостью за деяния своего народа. Ведь советский патриотизм является прямым наследником творческих дел предков, двигавших вперед развитие нашего народа.
Советская жизнь это удивительно ярко иллюстрирует. Достаточно указать хотя бы на один факт. С каким восторгом раскованные народы восстанавливают в памяти образы своих эпических и исторических героев. Они отображают их в своих лучших художественных произведениях, которые везут на показ в Москву — сердце советских республик, где каждый из них хочет как бы сказать всем народам СССР: смотрите, я являюсь не из чьей-то милости членом великого союза народов, я не человек без роду и племени,— вот моя родословная, которой я горжусь, и хочу, чтобы и вы, мои братья по труду и по защите лучших идеалов человечества, полюбовались моей родословной!
Значит, советский патриотизм берет свои истоки в глубоком прошлом, начиная от народного эпоса; он впитывает в себя все лучшее, созданное народом, и считает величайшей честью беречь все его достижения.
Великая пролетарская революция не только произвела огромные разрушения, но и положила начало невиданной созидательной работе. Вместе с тем, она прошла могучим очистительным ураганом в головах десятков миллионов людей, вселив в них бодрость и веру в собственные силы. Теперь они почувствовали себя богатырями, способными победить весь мир, враждебный трудовым массам.
И вот зародился уже советский эпос, который воссоединил линию народного творчества далекого прошлого и нашей эпохи, оборванную капитализмом, который враждебен этой отрасли духовного производства. Развернувшийся процесс социалистического преобразования обще295


ства выдвинул множество богатых и увлекательных тем, достойных кисти великих художников. Народ уже отбирает из этих тем лучшие зерна и постепенно создает отдельные зарисовки для эпико-героических поэм о великой эпохе и ее великих героях, как Ленин.
От народа не должны отставать наши талантливые литераторы и художники. Ведь никогда еще не было для них столько и такого благодарного материала, как в нашу эпоху. Только теперь они имеют неограниченную возможность служить своему народу и внедрять в массы глубокие чувства патриотизма на основе великих деяний современных поколений.
Мне кажется, великолепным образцом служения советскому народу является Маяковский. Он считал себя бойцом революции и был таковым по существу своего творчества. Он стремился слить с революционным народом не только содержание, но и форму своих произведений, так что будущие историки, наверняка, скажут, что его произведения принадлежали великой эпохе ломки человеческих отношений. Поэтому я считаю, что Маяковский имел право, обращаясь к будущим поколениям, сказать:
Я к вам приду
в коммунистическое далеко не так,
как песенно-есененный провитязь.
Мой стих дойдет через хребты веков и через головы поэтов и правительств.
Мой стих дойдет,
но он дойдет не так,— не как стрела
в амурно-лировой охоте, не как доходит
к нумизмату стершийся пятак и не как свет умерших звезд доходит. Мой стих
трудом
громаду лет прорвет и явится
весомо, грубо, зримо, как в наши дни вошел водопровод, сработанный
еще рабами Рима75.
296


В этом гордом заявлении мы слышим величественный голос нашей эпохи, наших поколений, преобразующих мир на новых началах.
Товарищи, история возложила на нас ответственную и почетную задачу — довести нашу классовую борьбу до полной победы коммунизма.
«Мы должны двигаться вперед так, чтобы рабочий класс всего мира, глядя на нас, мог сказать: вон он, мой передовой отряд, вот она, моя ударная бригада, вот она, моя рабочая власть, вот оно, мое отечество» 76.
А для этого мы должны воспитать всех трудящихся СССР в духе пламенного патриотизма, в духе безграничной любви к своей Родине. Я говорю не об отвлеченной, не о платонической любви, а о любви напористой, активной, страстной, неукротимой, о такой любви, которая не знает никакой пощады к врагам, которая не остановится ни перед какими жертвами во имя родины.
Вот вам третья основная задача коммунистического воспитания трудящихся СССР.
VI
Считаю необходимым остановиться еще на вопросе о коллективности. Не требуется особо доказывать, что внедрение коллективности должно занимать видное место в коммунистическом воспитании. Я имею в виду здесь не теоретические основы коллективизма, а внедрение в производство, в быт, в жизнь общественных навыков, создание таких условий, при которых коллективность составляла бы неотъемлемую часть наших привычек, норм поведения, чтобы действия эти совершались не только обдуманно, сознательно, а вытекали инстинктивно, органически. Поясню свою мысль примерами.
Кто из вас читал «Одноэтажную Америку» Ильфа и Петрова, тот, вероятно, помнит их интересное наблюдение в дороге.
Если с кем-нибудь из путников случается несчастье, то он обязательно найдет добровольную помощь от проезжающих. И характерно, что американцы, девиз которых «время — деньги», в этих случаях не считаются с затраченным временем. Необходимость подачи полной помощи подразумевается как бы общественно-обязательной.
297


Другой пример. В старой русской деревне, в пору самой горячей работы, когда каждая семья стремится опередить другую в уборке урожая, идет по окончании жатвы толпа мимо отстающей жницы, обыкновенно одинокой в работе и многодетной. Считалось обычным делом в таких случаях артельно подсобить ей.
Вот, товарищи, в каком смысле я говорю о воспитании коллективности как нормальной привычки людей. В прежние времена такие привычки складывались стихийно. Я же говорю о сознательном культивировании таких навыков в народе.
Понятие коллективности нельзя смешивать с понятием стадности. Например, когда в прошлом крестьяне толпой избивали конокрада или когда толпа вкладчиков лопнувшего банка, буйствуя, била стекла в банке,— то такие действия, по-моему, нельзя считать проявлением коллективности. Они носят характер стадности. Коллективность же предполагает целесообразность в действии.
Коллективность в практической жизни нашего общества играет большую роль, ибо оно зиждется па базе коллективизма. Мы противопоставляем капиталистическому обществу коллективизм-коммунизм, убежденные в его огромном превосходстве. От успешности внедрения коллективных навыков в производстве, общественной жизни и быту зависит в значительной степени и успешность коммунистического строительства.
Коллективность труда, его кооперированность является основой производства. В социалистической промышленности это не требует особых доказательств. Здесь это понятно своей наглядностью рабочим и всем, кто связан с фабричным производством. Если в капиталистическом обществе труд отдельного пролетария совершенно обезличивается и, будучи овеществленным в предмете, пропадает из поля зрения не только рабочего, но и фабриканта, которого интересует только прибыль, то у нас овеществленный труд на виду у рабочего. Он демонстрируется не только на месте производства, но и в потреблении, в пользовании. Значит, производитель при средней зоркости может видеть результаты своего труда. Однако мы должны своей воспитательной работой расширить и углубить восприятие каждым работником его индивидуального участия в общем, коллективном труде.
298


Но особенно необходимо заострить внимание на воспитании коллективности в деревне, в колхозной деревне. Она проходит серьезную школу коллективности, почти совершенно не имея навыков в коллективной работе. Хотя в прошлом слова «общество», «общественные интересы» иногда и произносились на сельских сходах, но, по существу, коллективного там было мало. За словами «общественные интересы», «общество» обрабатывались личные дела кулаков.
С переходом на путь коллективизации перед крестьянством встали трудные задачи: наперекор всему прошлому сломать, вернее, направить в противоположную сторону свою психологию, перейти с работы на себя на работу на всех. Это процесс нелегкий. И успешно развиваться он мог только под значительным нажимом и с помощью государства.
Переход с индивидуального, простого труда к коллективному, более высокому и более сложному труду требует от людей куда больше организационных способностей. И вот, параллельно процессу изживания собственнических наклонностей и накопления у крестьян-колхозников коллективистских навыков, идет накопление организационного опыта в применении коллективных методов работы.
Вот в каких условиях идет коммунистическое воспитание в деревне.
Ясно, что голый призыв к коллективности, голая агитация за ее преимущества перед индивидуальной работой уже недостаточны. Пропагандист, агитатор, воспитатель должны указать колхозникам на более эффективные способы работы или, по крайней мере, привести конкретные примеры эффективной работы с анализом причин ее эффективности.
Таким образом, даже такое сложное дело, как воспитание коллективности, чтобы быть наиболее эффективным, должно приспосабливаться к практической работе. Иначе говоря, воспитание коллективности должно проводиться конкретно. Разъясняя смысл того или другого практического процесса, воспитатель одновременно обогащается сам практическим материалом для своего собственного теоретического развития. Между прочим, это может служить наглядным примером единства теории и практики.
Вот вам четвертый элемент коммунистического воспитания.
299


VII
Оплодотворяющим фактором всякой положительной работы является культурность. Чем сложнее, квалифицированнее работа, тем большая требуется культурность. Культура нам нужна, как воздух, во всем ее широком диапазоне, т. е. от элементарной, необходимой буквально каждому человеку, до так называемой большой культуры. Говорят; человек большой культуры.
Культурность является определенным показателем степени развития человека. А так как развитой человек пользуется большим вниманием, то некоторые перенимают внешние стороны культурности. О таких людях обычно говорят: нарядилась ворона в павлиньи перья. Однако, по-моему, такое суждение неправильно, вредно для развития культуры. Разумеется, в массе люди вначале берут внешнюю сторону. Но поскольку человек старается приобрести внешние стороны культурности, они, в свою очередь, влияют уже на поднятие его общей культуры.
Почему сейчас особенно остро чувствуется необходимость в повышении общей культурности? За двадцать три года советского строя наша экономика далеко продвинулась вперед. Технический уровень производства стал куда выше, машины, станки стали сложнее и требуют более внимательного, культурного обращения. Если мы переберем одну отрасль промышленности за другой, то получим общий возглас: нам необходимы более культурные, чем раньше, работники. Само собой понятно, что соответственно повысились требования и в учреждениях.
Колхозная деревня, в свою очередь, предъявляет колоссальный спрос на людей с повышенной культурностью. Тракторист, комбайнер, механик, агроном, зоотехник, помимо знания своей непосредственной работы, обязан иметь хоть элементарную культурность. Взять и другие профессии, хотя бы конюха. Сравнительно нетрудно крестьянину быть конюхом при одной-двух лошадях. А когда на конюшне 20—40 лошадей, тут уже требуется организационный опыт и культурность. И так во всех отраслях колхозного хозяйства. Чтобы двигаться вперед, нужна культура.
Не мешает также напомнить и о нуждах обороны страны. Здесь требования на культурность растут не по дням, а по часам.
300


Помимо всего, культурность — это чистоплотность на производстве и в быту.
Представьте себе, товарищи, инженера, хорошего инженера. Он много учился, образованный человек, руководит заводом, считается ценным работником. А когда идешь у него по заводу, то сам чёрт ногу сломит! (С м е х.) Ну разве это культурность?! Если такой инженер не замечает этого, значит у него еще нет самой элементарной культурности, значит он по-настоящему не болеет за свой завод, за свое производство.
Я понимаю борьбу за культурность в самом широком смысле слова, чтобы, например, из крана не текла вода, чтобы в Москве поменьше было клопов в квартирах и т. п. Клопы — это же нетерпимая вещь, это позор, а люди в это время задают себе вопрос: каким должен быть человек при коммунизме, какими свойствами он будет отличаться? (Смех.) Люди разглагольствуют о воспитании детей, а у себя в квартире устроили клоповник. Ну, что это такое! Разве это культурные люди? Это — дворянские тюфяки, сохранившиеся от старого русского общества. (Смех.)
* * *
Товарищи, можно было бы остановиться еще на целом ряде вопросов коммунистического воспитания, как, например, на роли партии, профсоюзов, комсомола, спортивных организаций, вузов, школы, литературы, искусства, кино, театра, семьи и т. д. Но это завело бы нас слишком далеко, и мы упустили бы из поля своего зрения самое главное, что определяет задачи и содержание коммунистического воспитания трудящихся СССР на данном этапе классовой борьбы.
Я считаю, что те основные вехи, о которых шла речь, должны определять подход к коммунистическому воспитанию всех наших организаций и учреждений, всех работников, непосредственно занимающихся этим делом. Любой практический вопрос они должны решать с точки зрения главного содержания и основной цели коммунистического воспитания.
Если наше воспитание будет по внешности великолепным, но абстрактным, т. е. если оно не будет предметно, материально связано с борьбой за дальнейший рост социалистического государства и укрепление его позиции 301


в теперешней классовой борьбе, то это будет пародия на воспитание.
В нынешней сложной международной обстановке наш народ должен быть особенно собранным, подтянутым и напряженным в своей бдительности, чтобы наше социалистическое государство было готово встретить любую неожиданность и всякую случайность. В эту точку должны бить все наши общественные организации, литература, искусство, кино, театр и т. д. Это и будет, товарищи, действительным выполнением воли партии и заветов Ленина по коммунистическому воспитанию масс в данный исторический период. (Бурные аплодисменты. Все встают.)
М. И. Калинин- Избранные произведения,
Т. 3, стр. 396—418.


СЧАСТЛИВ ТОТ, КТО БОРЕТСЯ ЗА КОММУНИСТИЧЕСКИЕ ИДЕАЛЫ * Речь на торжественном собрании студентов, профессоров, преподавателей, рабочих и служащих Московского института цветных металлов и золота им. М. И. Калинина, посвященном ХХП1 годовщине Великой Октябрьской социалистической революции
5 ноября 1940 г.
Товарищи, непосредственно мы с вами еще не знакомы. Я в первый раз пришел к вам. Это — первая моя встреча с вами, встреча в торжественной обстановке, когда весь Советский Союз отмечает XXIII годовщину Великой Октябрьской социалистической революции.
Что же мне пожелать вам или что потребовать от вас? Я чувствую себя в некотором затруднении, ибо не знаю, как это лучше передать вам то, что мне хотелось бы сказать по случаю наступающего праздника и в связи с нашей первой встречей.
Если вы осмысленно наблюдаете нашу жизнь, если вы более или менее верно оцениваете итоги хотя бы одного только прошлого года, то вы должны видеть, что нам приходится преодолевать много различных трудностей на пути к своей конечной цели.
Международная политическая обстановка в переживаемый период в высшей степени неустойчива. Капиталистический мир, охватываемый все более и более пламенем второй империалистической войны, вступил в полосу глубоких потрясений, которые чреваты весьма серьезными последствиями. А так как мы живем в капиталистическом окружении, то, разумеется, мы не можем не ощущать в той или иной степени подземные толчки, которые распространяются волнами от эпицентров этого своеобразного землетрясения. Множащиеся противоречия и огромные столкновения, которые происходят сейчас в капиталистическом мире, резонансом отражаются на всей нашей внутренней жизни.
Такая сложная и в высшей степени неустойчивая международная обстановка обязывает нас быть в постоянной 303


мобилизационной готовности, чтобы никакая случайности не могла застигнуть нас врасплох. Но самое главное и основное, как вы сами понимаете, заключается в том, что мы должны иметь сейчас большую, великолепно оснащенную, вооруженную по последнему слову военной техники, прекрасно обученную и обладающую высококвалифицированным командным составом армию. Все это требует огромных средств.
Конечно, со стороны очень приятно смотреть, когда бойцы Красной Армии и Военно-Морского Флота идут на парад. Но мы не должны забывать, что это — дорогая штука, очень и очень дорогая. Отказаться же от этих расходов мы никак не можем, ибо в противном случае нас может постигнуть весьма печальная участь. Я думаю, что каждый из вас, если только он хорошенько поразмыслит и проанализирует существующие международные условия, сам придет к заключению, что отказаться от теперешних затрат на дальнейшее укрепление обороноспособности нашей страны мы не можем.
Истекший год был годом наших крупных успехов и вместе с тем он был довольно трудным годом, так как потребовал и людских жертв. За этот год Советский Союз увеличил свое население на 23 миллиона человек77, а капиталистический мир соответственно уменьшил свое население на 23 миллиона человек (движение в зале). Это я считаю нашим реальным, очень конкретным шагом вперед, т. е. к коммунизму. Очень реальным, конкретным. Как вы думаете? Мне лично это так именно представляется. Но я думаю, что и вы так рассматриваете этот успех, ибо вы молоды, ваш ум должен работать яснее, всякое явление вы должны воспринимать и понимать быстрее, чем иные старики. Понятно, что такие успехи не даются задаром. Для этого надо работать и много работать.
На долю нашего поколения выпала задача — завоевать диктатуру пролетариата и построить, по крайней мере в основном, социалистическое общество. А на долю вашего поколения выпала более высокая задача — завершить строительство социализма и добиться полной победы коммунизма. Мы дрались, чтобы захватить власть и построить социализм. А вам придется драться, чтобы отстоять социализм и построить полный коммунизм. Следовательно, драться вам придется не меньше, чем нам, а, пожалуй, еще больше. (Бурные аплодисменты.)
304


Сейчас идет, если можно так выразиться, мирная драка, т. е. соревнование двух систем по всем направлениям. Если вы даже поверхностно проанализируете те факты, которые повседневно публикуются в нашей печати, то увидите, что идет драка, мирная и вместе с тем ожесточенная борьба по линии экономики, культуры, военного дела и т. д.
У вао тоже идет драка, мирная борьба. Вот вы здесь только что закончили церемонию вручения переходящих красных знамен победителям в социалистическом соревновании. На наших глазах мирно, дружественно одни группы отдавали, а другие принимали красные знамена. (Смех.) Естественно, что все это происходило мирно, ибо знамя — это только честь, ибо соревнование шло между дружественными группами, между товарищами по учебе.
Но даже соревнование в наших условиях, даже социалистическое соревнование все-таки остается соревнованием. Ведь когда я соревнуюсь в чем-нибудь со своим другом и вижу, что он побивает меня, то, конечно, мне немножко досадно, что он идет впереди меня, ибо мне хотелось перегнать, побить его самого. И потому у меня невольно возникает мысль, что в новом туре соревнования я должен непременно его перегнать, побить. (Смех.)
И так, примерно, чувствует себя любой советский человек в нашей мирной, дружеской борьбе, которая называется товарищеским, социалистическим соревнованием. Вместе с тем в этом соревновании каждый радуется успехам и победам другого, хотя все мы — люди, все — человеки и нам немножко жалко самих себя: почему, дескать, я позади, а он впереди, почему меня побили.
Совсем другое дело — соревнование между социализмом и капитализмом. Тут идет жестокая, беспощадная борьба, при которой соревнующиеся стороны не радуются успехам и победам друг друга. Сейчас это мирная, как будто, бескровная борьба: у кого выше производительность труда и лучше качество продукции, у кого больше экономических ресурсов и культурных сил, у кого лучше и больше самолетов, танков, пушек, пулеметов и т. д.
Но, по сути дела, эта борьба имеет не меньшее значение, чем непосредственная схватка на войне, потому что та сторона, которая богаче и культурнее, у которой лучше армия, воздушный и военно-морской флот, имеет значи20 М. И. Калинин
305


тельно больше шансов на победу. А раз так, то надо, чтобы наша армия и наш флот были уже в мирное время лучше оснащены и снаряжены, лучше дисциплинированы и обучены, ибо только при этом условии можно обеспечить победу.
И вот, когда мы говорим о победе коммунизма, то это значит, что эту победу надо подготовлять в мирное время. Эта подготовка и идет у нас теперь. На основе этой подготовки мы имеем рост численности нашего населения и увеличение нашей территории, что само собой понятно.
Передо мною студенты одного из ответственнейших советских вузов, который готовит специалистов для работы в тех отраслях индустрии, которые развиты у нас сравнительно слабее, чем в наиболее передовых капиталистических странах. А между тем эти отрасли индустрии имеют во всех отношениях и особенно в деле укрепления обороноспособности нашей страны огромное значение.
Наверное, вы пристально следите за империалистической войной, которая развивается сейчас на Западе78. И, надо полагать, вы знакомы с тем, как воюющие стороны взвешивают свои шансы на победу, как они пытаются предугадать возможный исход войны. Получается так, что они как бы решают уравнение с неизвестным. Отыскивая это неизвестное, они берут в качестве основы медь, цинк, олово, свинец, алюминий и другие цветные металлы, с которыми именно вам и приходится иметь дело.
Сейчас особенно резко бросается в глаза борьба воюющих сторон за превосходство в воздухе: у кого лучше самолеты, у кого они быстрее летают, имеют большую грузоподъемность, более высокий потолок, лучшую маневренность. Но такая же борьба происходит и за превосходство в области цветной металлургии. Правда, эта борьба менее ярка и заметна, потому что непосредственно работники цветной металлургии не сражаются между собой. С другой стороны, конструкция машины бросается в глаза всем, а металл, из которого делается машина, не так уж заметен для широких масс. Но для политиков и стратегов, которые серьезно и глубоко анализируют обеспечение военно-экономической мощи своих государств, борьба по линии цветной металлургии так же ярка и весома, как и борьба в авиации. Достаточно принять во внимание хотя бы тот факт, что конструктивная мысль в области авиации упирается в значительной степени в качество материалов.
306


Так вот, товарищи, по случаю наступающего праздника XXIII годовщины Великой Октябрьской социалистической революции и в связи с первой нашей встречей мне хотелось бы пожелать от всей души, чтобы наша цветная металлургия как можно скорее добилась полного превосходства по всем своим показателям, по крайней мере в Европе. А это в значительной мере будет зависеть от вас, т. е. от того, как вы будете учиться, как будете овладевать своей специальностью, как будете работать потом в качестве инженеров.
Двадцать три года существует у нас Советская власть. Около десяти лет идет у нас усиленная подготовка молодых инженерских кадров для всех отраслей промышленности. И надо сказать, что в этом отношении мы уже добились немалых успехов.
За последние годы значительно улучшилось материальное обеспечение трудящихся города и деревни. Правда, еще нельзя сказать, что оно стало блестящим во всех отношениях. Но все-таки теперь мы живем уже более или менее хорошо, а тем более, если сравнить это с тем, как живут трудящиеся в капиталистическом мире.
Конечно, вы можете сказать: «Ну, да, неплохо живем. А вот у нас стипендию взяли! (Смех.) Потом ввели некоторые ограничения в продаже хлеба и других продуктов питания. Если большая семья, то ходи два раза покупать».
Да, товарищи, это верно. Такие внешние признаки, как будто, говорят, что мы стали даже несколько хуже жить, чем один-два года тому назад. Но это только внешние признаки, которые имеют вполне понятные причины.
А по существу дело обстоит далеко не так. Я уже не говорю о том, что каждый может теперь достать необходимые предметы широкого потребления и вполне достаточное количество продовольствия. Возьмите, например, призыв новобранцев. Это факт, что каждый новый призыв дает более крепкую и физически здоровую молодежь: выше рост, больше вес, шире грудь. Ведь с чего-нибудь это делается! (Смех.) Я думаю, что этот факт представляет собою своеобразную алгебраическую формулу. Сам-то я не математик и алгебру слабо знаю (смех), но думаю, что этот факт может служить алгебраической формулой для выражения общего улучшения материального благосостояния советских людей.
307


Итак, физически, в смысле материального положения, мы значительно укрепились. Теперь нам надо больше работать. А то, пожалуй, легко может укрепиться такая мысль: раз социализм, то, значит, мы должны жить лучше безотносительно к прошлому, независимо от производительности нашего труда и вне всякой связи с конкретной международной обстановкой.
Хорошая жизнь с неба не сваливается. Хорошую жизнь надо создавать в труде и борьбе. Чтобы хорошо жить, для этого необходимо предварительно очень много поработать. Домов не хватает — надо сделать дома. Плоха кровать — надо заработать хорошую кровать. Одежда сравнительно бедна — надо хорошо потрудиться, чтобы была богатая одежда. Сначала надо обеспечить сырье, потом изготовить материал, а потом уже сшить. А ведь у нас некоторые люди мыслят социализм, как скатерть-самобранку, которая сама является и дает все в изобилии. Нет, социализм означает теперь прежде всего высокую производительность труда, исключительно высокую производительность труда. Тогда все будет в изобилии...
Итак, товарищи, социализм — это значит хорошо работать, больше и лучше производить разных изделий.
В наших конкретных условиях значение этого положения усиливается тем, что мы находимся в капиталистическом окружении, что теперешняя международная обстановка в высшей степени неустойчива. Если бы у нас было социалистическое окружение, тогда бы нам не приходилось строить с такой торопливостью и расходовать такие средства на оборону. Но мы все еще находимся в сплошном капиталистическом окружении, и этого мы никогда не должны забывать. Вот почему мы должны уделять огромное внимание обороне нашей страны, самосохранению и укреплению нашей страны.
Перед вами, как перед молодежью, эта задача всегда должна стоять на переднем плане. Вы — сыны социалистического государства. И я должен сказать вам,— пе агитационно, а просто, т. е. с точки зрения рядового честного человека, по чистому человеческому убеждению,— что лучшей страны, чем Советский Союз, нет сейчас в мире. (Бурные аплодисменты.)
Недавно в своем докладе «О коммунистическом воспитании» 79, который, вероятно, вы читали (голоса: «Читали, читали!»), я приводил один факт из английской 308


жизни. В связи с повседневными воздушными налетами там идет характерная борьба между рабочими и капиталистами за бомбоубежища. У рабочих нет бомбоубежищ, а капиталисты не пускают их в свои. Английские правители цинично заявляют: «Нельзя строить для рабочих хорошие бомбоубежища, а то их не вытащишь на работу». Да, да, так и говорят: «Если бомбоубежища плохие, то рабочие скорее пойдут работать»,— все равно, мол, опасно; уже лучше работать, ибо так можно хоть что-нибудь получить.
Таков капиталистический мир. Вот вам наглядная картина того, как буржуазия относится к человеку. С этой точки зрения нет теперь ни одной буржуазной страны, которая хотя бы чуть-чуть была похожа на прогрессивные страны капитализма, существовавшие несколько десятилетий тому назад. Тогда все-таки буржуазия увлекалась кое-какими гуманными идеалами, отдавая дань общечеловеческому прогрессу. Теперь от этих увлечений не осталось и следа.
И вот Советский Союз является ныне единственной страной, которая воплощает в себе общечеловеческий прогресс в полном смысле этого слова, которая преисполнена самыми возвышенными и благородными идеалами. Поэтому я считаю, что каждый честный человек должен бороться за Советский Союз до конца, т. е. не останавливаясь ни перед какими жертвами во имя его полной победы. (Долгие аплодисменты.)
А что значит бороться до конца за свою социалистическую родину? Некоторые у нас говорят иногда: «Я буду бороться до конца». При этом они подразумевают: «Бороться до конца, когда меня призовут в армию». А у них годы вышли, в армию их не призывают. Получаются пустые слова! Бороться по-настоящему — это значит в своей повседневной работе приносить максимальную пользу социалистическому государству. Теперь, товарищи, именно в этом заключается наш высший идеал.
Люди же не могут жить, по прежнему выражению, «без души», а по-нашему — без общественных идеалов. Жизнь каждого человека, если только он понимает, что он человек, лишь тогда полна, когда он чувствует, что стремится к чему-то высокому, не в смысле своих узкоэгоистических интересов, а в смысле возвышенной цели передовых людей, борющихся за общее великое дело, которое его лично воодушевляет. И действительно, товарищи, 3G9


только тот человек, по моему мнению, может быть счастлив, который ставит перед собою большие цели и борется за них всеми своими силами, хотя бы у него и были средние человеческие способности.
Иные из вас могут подумать: «Ну да, бороться за общественные идеалы... Не всем же бороться за эти идеалы. Пусть вожди борются за идеалы, а мы будем жить попросту!» Нет, товарищи, жить попросту не выйдет. У нас социалистическое государство, и, следовательно, от человека требуется куда большая идейность, чем от передовых людей в старом, капиталистическом обществе. Почитайте нашу классическую литературу и вы увидите, что безыдейные люди — это, по сути дела, мученики, если они, конечно, не просто мерзавцы, воры и пьяницы.
Значит, идейность — это великое дело.
А какая идейность может быть у нас? У нас — самая высокая идейность. Это — борьба за интересы всего человечества, за создание лучшего общественного строя, который мы называем коммунизмом. В этом и заключается вся наша работа, весь смысл нашей борьбы.
В наших условиях идейный человек — это такой человек, который стремится создать на самой научной базе наилучшее устройство общественной жизни человечества. И если такой человек видит успехи в построении этого нового общества, то ему легче жить, ибо он непосредственно осязает результаты своих усилий в борьбе за эту великую цель.
А кто не имеет такой цели, тот подвергает свою жизнь разным случайностям, очень большим случайностям. Возьмите такой пример из жизни. У молодых людей самая полная радость — это когда они идут на свидание. (Смех.) Ну, ясно, что когда человек идет па свидание, то он радуется. А когда человек не встретил того, кого хотел увидеть, то он уже идет с опущенной головой, разочарованный и разбитый. (Смех.)
Видите, как изменчива личная жизнь, лишенная всяких идеалов. Она очень изменчива. Много препятствий и препон на пути такой жизни, которые часто выбивают человека из нормальной колеи, если даже он вполне устроен, обеспечен материально. Такая жизнь, если можно так выразиться, мертва, не имеет никакой цены, в ней нет непрерывного сердечного биения, нет постоянного стремления вперед. Это не жизнь, а сплошная цепь коварных слу310


чайностей и бессмысленных капризов судьбы. Сегодня удался хороший день, а завтра он сменится самым плохим днем. Сегодня у меня день неприятностей,— я совершенно разбит, упал духом, не знаю, куда деваться. Завтра у меня день удач,— я забыл вчерашние невзгоды. Пока человек молод, все это так или иначе уравнивается, но уравнивается в нечто такое, что лишено всякого смысла. В молодости люди еще не ощущают этой пустоты, а когда они становятся взрослыми и постепенно подходят к моим годам, тогда они все больше и больше начинают понимать, что прожили свою жизнь впустую. Такие люди не знают подлинной радости жизни.
Другое дело — человек, жизнь которого озарена высокими идеалами, который поставил перед собою великую цель. При такой жизни и старость не кажется столь обременительной и неприятной. Можно прямо сказать, что идейность до известной степени молодит человека. Конечно, мне это особенно приятно утверждать. Но дело тут пе в личном эгоизме. Опыт жизни — непререкаемый авторитет. А он говорит, что идейность делает человека более живым и жизнерадостным.
И вот, так как передо мною студенчество, т. е. молодежь, которая стоит на пороге большой жизни, то я считаю нужным сказать, что вы должны зарядить себя высокой идейностью, вы должны впитать в себя коммунистическую идейность. Это будет большим благом в вашей жизни, это будет для вас самой целительной прививкой против всех невзгод, которые ожидают вас на жизненном пути. Хотя вы — студенты Института цветных металлов и золота, хотя бы готовитесь стать инженерами, хотя вы привыкаете иметь дело с весьма материальными предметами и изучаете сугубо конкретные науки, как физика, химия, металлургия, сопротивление материалов и другие премудрости,— все-таки мне хотелось бы, чтобы у вас было больше коммунистической идейности. Она не обременит, а облегчит вашу жизнь, не помешает, а поможет вам в разработке самых сложных проблем по специальности. Мне хотелось бы, чтобы эта идейность в каждом из вас увеличивалась, росла и укреплялась повседневно. Она выгодна не только лично вам, но и всему вашему коллективу, всему социалистическому государству.
Чем выше коммунистическая идейность каждого из вас, тем сплоченнее будет ваш коллектив, тем крепче вы 311


будете противостоять врагам Советского Союза. Вместе с тем коммунистическая идейность может послужить серьезным толчком к повышению вашей культурности. Это разумеется само собою, ибо коммунистическая идейность есть основа подлинной, большой культуры в человеке.
В заключение разрешите мне пожелать вам успехов как в области овладения непосредственной вашей специальностью, так и в области развития среди вас коммунистической идейности. (Бурные аплодисменты.)
М. И. Калинин. Избранные произведения,
т. 3, стр. 419—429.


СДЕЛАТЬ ВСЕ ДЛЯ ПОБЕДЫ НАД ВРАГОМ! Из речи на собрании комсомольского актива г. Куйбышева
12 ноября 1941 г.
Товарищи! Советский Союз в прошлом испытал много превратностей, и на старые поколения выпали тяжелые испытания, требовавшие от них много усилий и жертв. Их жизнь была богата подвигами. Ради чего совершались эти подвиги? Они совершались ради будущего, ради вас. У меня теплилась надежда, что современное поколение комсомольцев, являющееся любимцем народа, будет расти в более или менее спокойной обстановке, впитывая в себя знания и опыт.
Но, вот видите, на ваше поколение выпадают не менее трудные, а, пожалуй, еще более жестокие испытания. Война сразу как бы ускоряет созревание молодежи. Наш комсомолец из молодого человека, живущего еще минутными радостями, хорошими мечтами о будущем, о любимой девушке, наслаждающегося всеми прелестями жизни, в самый короткий срок превращается во взрослого мужа, чувствует, что всему этому война кладет конец, что этот лучший в жизни человека период сокращается.
Я приведу вам самый обыденный факт. В «Красной звезде» публикуются записки фотокорреспондента Лоскутова. В них рассказывается о том, как группа наших работников, в том числе автор и кинооператор, пробралась в немецкий тыл, к партизанам.
«С нами,— пишет корреспондент,— шел проводник, который стал командиром группы. Командир наш молод, всего 20 лет, но много испытал, много видал. Комсомолец, смелый, настойчивый, сразу полюбился нам. Фамилия его Сережа Зайцев, а мы его звали просто «Зайчик».
Да, вероятно, пять месяцев тому назад он и был «Зайчик», а теперь это командир группы, умудренный боевым 313


опытом. Подумайте, 20-летний юноша пятьдесят километров ведет группу по немецким тылам. Пять месяцев тому назад это был обыкновенный молодой человек, он, конечно, не предполагал быть партизаном и проводником по немецким тылам. Его мысли в значительной мере сводились, вероятно, к тому, чтобы погулять, назначить свидание, потанцевать — все это самые естественные желания в его возрасте. А за пять месяцев он превратился в бойца, в народного мстителя. От юности у него остались беззаветная храбрость и стремление к борьбе, но это уже умудренный жизнью, опытный боец, в руки которого отдают себя взрослые люди в самые ответственные моменты.
Вы видите, как быстро в наше время юноши превращаются в бойцов, в мужей. В мирное время на это потребовались бы годы. Для тех комсомольцев, которые на фронте, юность уже отошла, они сделались бойцами. У многих из вас есть братья, которые побывали на фронте и возвратились к вам в отпуск, или вы встретились с ними по другим причинам. Разве вы не говорите: «Как ты возмужал! Уехал мальчик, вернулся мужчина»?
Но это внешние изменения. У людей происходят и глубокие внутренние изменения. Несомненно, что масса комсомольцев переживает сейчас военную страду. Многие из них уже на фронте, а если не на фронте, то работают на производстве, где тот же фронт. Например, московские комсомольцы, которые работают на производстве, нередко подвергаются налетам вражеской авиации. И надо быть очень устойчивым, чтобы в такие моменты работать с полным самообладанием, с максимальной производительностью.
Еще ближе фронт для ленинградцев. Работает ли ленинградский комсомолец на заводе или с оружием в руках защищает свой город — он на фронте. И оба они — и юный пролетарий Москвы, и юный пролетарий Ленинграда — созрели, сделались бойцами.
Этот же процесс, конечно, происходит и в тылу, только, вероятно, немного более замедленным темпом.
В Куйбышеве сейчас находится часть правительства. Это налагает соответствующую ответственность на трудящихся Куйбышева, на куйбышевский комсомол. Год тому назад, даже пять месяцев тому назад, Куйбышев был одним из больших городов, но все-таки одним из многих городов. Свердловск, Чкалов, Новосибирск и другие города 314


не особенно приглядывались к куйбышевцам, они сами областные центры. А теперь здесь ЦК ВЛКСМ. Сюда приезжают комсомольцы из других областей. И они, естественно, присматриваются к вам, к вашим делам, интересуются: а как в Куйбышеве? Они надеются кое-что увидеть, кое-что перенять.
Какая основная задача стоит сейчас перед комсомолом? Она мне кажется совершенно ясной: это — участие в войне. Война — это самый коренной и решающий факт современной жизни. Нет сейчас более важной задачи, как задача — побить врага. Все остальные задачи являются только вспомогательными для этой основной цели — победить врага.
В войне можно участвовать непосредственно и можно участвовать, работая в промышленности, во всевозможных военных и тыловых учреждениях. Но, вероятно, большинство из вас не сегодня, так завтра, не завтра, так послезавтра будет принимать непосредственное участие в войне. А война эта жестокая. Враг такой, что справиться с ним можно только при большом напряжении.
Поэтому перед комсомольской организацией стоит задача — подготовить комсомольцев к войне, к эффективному участию в ней. Я думаю, что политически каждый из вас великолепно понимает и вполне сознает справедливость нашей войны. Но каждый из вас должен морально подготовить себя к войне. Надо заранее приучиться к фронтовой обстановке.
Надо понять, что война не игрушка, а очень тяжелое испытание. Не случайно, что на войне человек так быстро из зеленого юноши превращается во взрослого мужа, в борца. На войне человек за один или несколько месяцев переживает то, что в мирное время не переживается и за десять лет, а может быть, за одно сражение он переживет то, что не переживает и за полжизни. К этому надо быть готовым. Комсомольская организация, сами комсомольцы должны подготовлять себя и всю молодежь к участию в войне, подготовлять себя внутренне, чтобы все жестокости войны, все коварство врага вас не сломили.
Что значит подготовлять себя к войне? К ней надо готовиться конкретно. В современной войне применяется огромное количество разнообразных технических средств. Надо не только научиться ими пользоваться для поражения врага, но и уметь сохранить себя как бойца.
315


Когда товарищ Ворошилов провожал одну из дивизий на фронт, он говорил бойцам: «Научитесь быстро окапываться». Маршал Советского Союза говорил это кадровым красноармейцам, людям, знающим военное дело, но еще не бывшим на фронте: не жалейте трудов на рытье окопов, работайте лопатой,— лопата является спасительницей бойца во время войны, научитесь быстро окапываться.
Я считаю, что если Маршал Советского Союза дает такой совет отправляемой на фронт кадровой дивизии, то этот совет еще больше относится к вам, комсомольцам: научитесь орудовать лопатой.
Надо добиться того, чтобы каждый из вас как будущий боец мог бы за час работы лопатой уйти по грудь в землю, а за два часа быть в окопе уже с головой. И вот одной из конкретных задач является задача научиться окапываться. Если бы я был секретарем вашей городской комсомольской организации, я бы заставил вас ежедневно часа по два копать мерзлую землю и посмотрел бы, как быстро вы овладеваете искусством окапываться. (Смех.) Конечно, многие из вас про себя ругали бы меня за это, считали бы это произволом, бесцельной тратой времени. (Смех.) И те, кто не попадут на фронт, возможно, так и останутся при этом убеждении. Но зато те, кто попадут на фронт, сказали бы мне за это спасибо: «Как хорошо, что меня приучили к этому раньше, теперь для меня игра — выкопать себе окоп».
Не помню, кажется, Наполеон сказал, что у него каждый солдат за плечами носит маршальский жезл. Это у Наполеона. В Советском Союзе нет особых сословий, которые давали бы преимущество в назначениях, в присвоении военных званий. Это происходит у нас только на основе присущих тому или иному человеку личных его качеств. Вероятно, многим из вас придется быть командирами или политработниками. Я думаю, что многие из вас будут командирами больших воинских частей, а может быть, и маршалами. Неужели из такой среды, как ваша, не выйдет ни одного маршала? (Смех.) Это вполне возможно. Значит, товарищи, вам надо тщательно изучать военное дело, военную теорию. Ничего, что вначале вам придется служить рядовыми красноармейцами. Лучше быть заранее теоретически подготовленным, это пригодится для будущего. Когда я был молод, я тоже мечтал: может быть, я буду депутатом рабочего парламента. Я так мечтал, хотя 316


и знал, что сначала придется в тюрьмах сидеть. (Смех.) У человека в 15—18 лет мечты всегда опережают действительность. И это неплохо. Так вот, вам надо готовиться к тому, чтобы занять в армии командные посты. А это значит, что вы сейчас должны всесторонне изучать военное дело. Сейчас для нас это главное.
Здесь, на активе, один из секретарей райкома комсомола жаловался, что у него многие комсомольцы не проходят военного обучения. Я этого не понимаю. Ведь за это можно привлечь к уголовной ответственности самого секретаря. (Смех.) Ведь военное обучение — это государственная обязанность, а не добровольное занятие. Кто же может от нее отказываться? Если бы я был секретарем райкома комсомола, ручаюсь, что у меня все бы комсомольцы обучались военному делу.
Председателям сельсоветов или председателям колхозов приходится иногда заставлять колхозников приводить в порядок плохие дороги. Люди, когда работают на починке дорог, бранят председателей, а как сделали дорогу и сами по ней стали ездить, так все время похваливают: «Вот хорошо, что дорогу сделали, вот хорошо, что нас заставили». (Смех.) Заставить делать то, что нужно, необходимо и в комсомоле. А как же вы думаете? Если сегодня один не вышел на военное обучение, завтра — другой, если тот или иной комсомолец будет думать — выйти ему или нет на военные занятия, то что же из этого получится? Нет, так к государственным обязанностям не относятся. Военное обучение — это государственная обязанность, здесь и речи не может быть о том, хочет или не хочет кто- либо ее выполнять.
Другой вопрос, чтобы комсомол был ведущим в деле военного обучения молодежи. Тут требуется большее. Необходимо, чтобы комсомольцы сами успешно изучили военное дело и служили примером для некомсомольцев, чтобы молодежь шла впереди людей старших возрастов, обучающихся военному делу. Это, конечно, труднее. Но я считаю, что это вполне возможно. Ведь у вас в комсомоле имеется комсомольская дисциплина, сумейте только ее использовать как следует.
Очень важно, чтобы вы и физически подготовили себя к войне. Молодежь жила у нас неплохо, и мы даже немножко ее баловали. Я отнюдь об этом не жалею. Но сейчас наступил такой момент, когда от людей требуется не 317


только высокое моральное состояние и физическая выносливость. Я считаю, что комсомол должен приучить людей к физической стойкости. Куйбышевская природа дает нам такую возможность. В такую погоду, как сегодня, можно неплохо закалять себя. Скажем так: выйти с субботы до вечера воскресенья в поход и взять с собой на это время по паре сухарей, а то и по сухарю. Это и будет закалка.
Мы должны победить, и мы победим. Но победа с неба не упадет. Победу надо взять с боя, да еще с какого боя. Закаляйтесь теперь, пока вы еще не на фронте. Может быть, это для вас и будет сейчас не совсем приятно, но зато, когда вы попадете на фронт, вы скажете за это спасибо. Разумеется, многое еще можно сказать о военной подготовке. Но я хотел вам только показать направление, в котором должно идти это обучение. С изучением военного дела вы должны справиться, к этому вас обязывает принадлежность к комсомолу. Иначе вы не можете называться комсомольцами. Ведь у нас бойцы в своем большинстве беспартийные люди. А примеры какого беззаветного героизма в защите нашей страны они показывают!
Теперь несколько слов о производстве. Воевать без производства, сами знаете, невозможно. В Куйбышевской области имеется много важных заводов, об этом мне вам говорить не приходится. И на производстве комсомольцы должны быть застрельщиками. Вам надо сейчас налечь на работу всеми силами, напрячь все свои способности.
Я с удовольствием слушал выступление товарища из ремесленного училища. Мне понравилось, что он останавливался на отрицательных сторонах работы ремесленного училища, не хвалился, а выявлял недостатки, чтобы их исправить.
Так вот, товарищи комсомольцы, работающие на производстве, вы должны свое производство освоить в совершенстве и в самые короткие сроки должны добиться хороших результатов работы.
От нас требуется развить производительность труда до максимальных пределов, твердо памятуя, что каждый новый снаряд усиливает наших бойцов, наших комсомольцев на фронте. Поэтому не жалейте труда, давайте больше военной продукции и самого лучшего качества.
Товарищи, мы все патриоты своей Родины. Но среди нас есть, если можно так выразиться, созерцатели. Но ведь сейчас нельзя отделываться только пассивными пережп- 318


ваниями. Вот некоторые слушают сводки Информбюро и ахают: «Ах, отступили, ах, город оставили!» Сводку прослушали, поахали, а сами пальцем не пошевелили для фронта. Такому патриотизму грош цена. Нет, уж ты лучше пе нервничай, но сделай все, что в твоих силах, для фронта, для того, чтобы разбить фашизм.
Вот те задачи, которые в данный момент лежат на комсомоле. Вы должны сделать все, что в ваших силах, и даже сверх сил, чтобы добиться победы над врагом.
Это будет сливаться со словами товарища Сталина: «Нужно сокрушить военную мощь немецких захватчиков, нужно истребить всех немецких оккупантов до единого, пробравшихся на нашу Родину для ее порабощения».
На выполнение этой задачи я и призываю куйбышевскую городскую комсомольскую организацию. (Бурные аплодисменты.)
М. И. Калинин.
О коммунистическом воспитании и воинском д^лге, М., Воениздат, 1967, стр. 485—490.


ЧТО ЗНАЧИТ БЫТЬ СОВЕТСКИМ ПАТРИОТОМ В НАШИ ДНИ
20 ноября 1941 г»
Война, навязанная нам врагом, разрушившая большие материальные ценности, созданные нашим народом, уже поглотившая значительное количество жертв не только непосредственно на поле боя, но и среди мирного населения сел и городов, повелительно требует перелома всего нашего умонастроения, жизненного уклада.
В течение двух десятков лет строитель, организатор производства, аграрник, культурник были центральными фигурами в нашей общественной и экономической жизни и основными типами нашей литературы. Это наложило свой отпечаток на наше общество, в том числе в значительной степени и на коммунистов.
Люди, участвовавшие в этом восходящем созидающем процессе, увлеченные строительством и его достижениями, воспринимали это как самоцель. Между тем Коммунистическая партия, признавая всю важность и значение этих достижений, рассматривала их как средство, как орудие в борьбе за советский строй, за коммунизм, разумеется понимая, что производственными и культурными успехами создавался и укреплялся советский социалистический строй.
Сейчас на значительной части территории враг сметает наши достижения и уничтожает их созидателей. Перед гражданами Советского Союза встала основная задача — непосредственная борьба с врагом. Она требует, если можно так выразиться, полного выявления у людей тех качеств, которые в период мирного строительства в значительной степени были под спудом.
Например, советский патриотизм выражается сейчас в том, что советская Родина, Отечество, народ, все советское общество, находящееся в опасности, становится для граж320


данина нашей страны обостренно дорогим, любимым, близким, и борьба за Родину, во всей ее многогранности, становится чувством, которое направляет все его помыслы и действия. Можно сказать, что в нашей стране это сделалось уже реальным фактом, который мы видим в героизме бойцов нашей Красной Армии, Морского Флота и партизан, в самоотверженном труде рабочих, колхозников, советской интеллигенции.
Наиболее яркое проявление советского патриотизма это — добровольное вступление в ряды Красной Армии. В числе добровольцев мы встречаем и старого рабочего- профессионала, и ученого из лаборатории, и колхозника, и советского служащего.
Но война многогранна. Она требует огромного количества работы в самых ее различных формах, по большей части очень прозаичных, будничных. Всем понятно, что работники промышленности должны уделять максимальное внимание увеличению производительности труда. Но это не появляется само собой. Задача повышения производительности обязывает руководителей промышленности создавать для этого соответствующую обстановку. Руководитель, который не обеспечил быстрой выдачи рабочим инструментов, материалов, чертежей, своевременной выдачи заказов на рабочий станок, тормозит работу предприятия. Не отдавая себе в этом отчета, искренне считая себя патриотом, он делает непатриотическое дело. Необеспечение пропускной способности столовых, допущение очередей в магазинах, снабжающих продуктами первой необходимости,— тоже непатриотическое дело.
Во время войны для колхозников мало выполнить государственные поставки, мало, если они внесли некоторую часть своего урожая в фонд обороны. Необходимо, чтобы весь урожай до последнего зерна был своевременно убран, чтобы как можно бережливее он расходовался. Овощи должны быть не только полностью убраны, но их излишки обязательно в том или ином виде сохранены. Колхозники радушно должны встречать прибывших к ним беженцев и делать все для их устройства. Вместе с тем мне бы хотелось указать, что и беженцы, находящиеся в колхозах, если они физически здоровы, обязательно должны принимать участие в колхозной работе, несмотря на то, что материально некоторые из них могут быть и обеспечены.
21 М. И. Калинин
321


В настоящий момент, если человек — истинный патриот, он не может находиться вне работы, быть пассивным созерцателем происходящих великих событий; он должен принимать посильное участие в той или иной работе и в общественной жизни.
Особенно ответственная работа ложится на наших советских и партийных руководителей в прифронтовых районах. С внешней стороны она как будто противоречива. При наступлении врага на ту или иную территорию наши руководители должны из строителей и созидателей превратиться в непримиримых разрушителей всего создан- пого богатства, могущего попасть в руки врага и быть им использованным. В этой области не должно быть допущено никакого компромисса, не может быть проявлено ни малейшей жалости к тому, что разрушаешь собственный труд. И каждый, кто мешает этому, не патриот или во всяком случае он не понимает, что такое настоящий патриотизм. Гражданин нашей великой страны в минуту опасности для своего Отечества должен уметь приносить в жертву все личное и все, что создано общественным трудом. В этом суть патриотизма.
Советские руководители, находящиеся в тылу, на котором базируется наша Красная Армия и наш Морской Флот, должны развернуть максимальную работу по увеличению всех видов продукции — от хлеба до винтовок. Мало того, во всех областях они должны до максимальных пределов поднимать производительность труда. Необходимо осознать, что война требует столько продуктов, что, сколько бы пи было у нас трудоспособных людей, работа на военные нужды всех поглотит и все еще будет ощущаться нехватка в людях. Победа над врагом требует от нас многого.
Наши учреждения, как военные, так и гражданские, сверху донизу, не ломая своих организационных форм, должны систематически совершенствоваться, уменьшая количество обслуживающего их персонала. Особое внимание должно уделяться тому, чтобы работа учреждений была четкой, чтобы обслуживание граждан соответствующими ведомствами стояло на должной высоте, чтобы ответственность за тот или иной участок работы падала на определенных лиц.
Само собой попятно, что бдительность и защита Советской страны от всяческих наскоков врагов и панике322


ров, где бы то ни было: в домашней обстановке, в очередях, в вагонах железной дороги, в трамвае — священная обязанность каждого патриота.
Советский патриотизм — великое дело. Миллионы людей изо дня в день прислушиваются к сводкам Советского информбюро, радуются каждому успеху наших славных бойцов Красной Армии и Морского Флота. Но мне бы хотелось, чтобы каждый, кто хочет быть советским патриотом, прослушавши эти сводки, проверял себя и отдавал себе отчет, что он сделал и что думает сделать для фронта.
М. И. Калинин.
О коммунистическом воспитании и воинском долге, стр. 491—493


НОВОГОДНЯЯ РЕЧЬ *
1 января 1942 г.
Дорогие товарищи!
Граждане Советского Союза! Рабочие и работницы! Колхозники и колхозницы! Советская интеллигенция! Бойцы, командиры и политработники Красной Армии и Военно-Морского Флота! Партизаны и партизанки! Жители советских районов, временно захваченных немецко- фашистскими оккупантами! Разрешите поздравить вас с наступающим Новым годом. А по случаю наступления Нового года разрешите представить вам краткий итог войны.
Уже больше шести месяцев наша страна ведет тяжелую, кровопролитную войну против немецко-фашистских оккупантов, навязанную нам немецкими империалистами.
Тяжелое время пережила наша армия, а вместе с ней и весь народ. Красная Армия сражалась героически. Однако враг, имея инициативу в своих руках, отыскивая слабые места, продвигался вперед, занимая наши города и села и как уголовник разбойничая над мирным населением.
У нас ни в народе, ни в армии ни на одну минуту не было сомнения в том, что враг будет разбит. Но возмущалась народная гордость, задевало самолюбие, что немецкие разбойники гуляют по нашей земле, издеваются над нашим населением, терзают стариков, женщин и детей.
Много злодейств учинили немецкие фашисты на советской земле. Народ, жители городов и сел горят мщением. Украинцы и белорусы, народы прибалтийских республик живут горячей надеждой, что скоро к ним придет Красная Армия и избавит их от фашистского ада.
Стойко переносил советский народ эти дни серьезных и тяжелых испытаний. Он послал на фронт сотни тысяч своих лучших сынов грудью отстаивать родную, священную землю, истреблять врага. Мужественно переносили советские люди временные невзгоды и лишения, вызванные войной с фашистской Германией.
324


Товарищи красноармейцы, командиры, политработники! Вашим уменьем, геройством, которым восхищается весь честный мир, враг остановлен. На решающих фронтах он бит, и бит основательно.
Немецко-фашистским войскам вряд ли удалось бы одержать даже временные успехи в войне против нас, если бы Гитлер не совершил вероломного неожиданного нападения на Советский Союз.
Как вам известно, фашистская Германия напала на нашу страну из-за угла, как разбойник, ибо ее нападение ничем не было вызвано, кроме как алчной агрессией и жаждой грабежа.
Неожиданность нападения дала значительные преимущества германской армии. Вам ведь хорошо известно, что для того, чтобы мобилизовать и построить армию в боевой порядок, требуется значительное время. А чтобы мобилизовать и построить армию в боевой порядок под занесенным мечом врага, требуется исключительное мужество и большая выдержка бойцов и особенно, я бы сказал,— искусство командования.
Германская правящая клика просчиталась, думая неожиданностью нападения сломить волю советского народа в борьбе с захватчиками, смять, опрокинуть Красную Армию, захватить нашу промышленность, расчленить и уничтожить Советский Союз, поработить наши свободолюбивые, гордые народы.
Советские войска упорно отстаивали каждую пядь родной земли, непрерывными боями изматывали противника, истребляли его живую силу и технику.
Новый год начинается при хороших перспективах. На значительной части фронта теснимый Красной Армией враг отступает, а во многих случаях в беспорядке бежит, оставляя в наших руках танки, пушки, пулеметы и прочее военное имущество, счет которого все увеличивается.
Трудный путь прошли наши красноармейцы и краснофлотцы, командиры и политработники. Но большие еще трудности стоят впереди. Наступление в морозы, при глубоких снегах требует от вас огромных усилий, напряжения воли.
Но одно вас должно воодушевлять, что силою вашего оружия враг вынужден откатываться, что с врагом мы деремся при равных условиях, что инициатива из рук врага вырвана.
325


В этой борьбе, когда решается судьба, настоящее и будущее нашей Родины, Советского государства, когда решается судьба всей Европы, замечательно то обстоятельство, что наша Красная Армия один на один ведет тяжелую кровопролитную войну против немецко-фашистской армии и одолевает, бьет ее.
Красная Армия 20 дней назад перешла на ряде участков фронта от активной обороны к наступлению на вражеские войска. И за это время героической Красной Армией освобождены от немецко-фашистских оккупантов Ростов-на-Дону, Тихвин, Елец, Рогачев, Клин, Яхрома, Солнечногорск, Истра, Венев, Сталиногорск80, Михайлов, Епифань, Ливны, Ефремов, Верховье, Дубна, Богородицк, Калинин, Высоковск, Волово, Алексин, Щекино, Руза, Таруса, Волоколамск, Плавск, Будогощь, Перепеть, Одоево, Наро-Фоминск, Белев, Лихвин, Высокиничи, Новосиль, Тим, Козельск, Угодский завод, Керчь, Феодосия, Калуга и другие города.
Я думаю, недалеки те дни, когда и другие оккупированные советские города будут навсегда освобождены от гитлеровского ига!
Наши силы в борьбе с врагом растут. Мы уверены в победе. Мы знаем, что ни один советский человек не успокоится до тех пор, пока хотя бы один гитлеровец будет топтать священную советскую землю, пока гитлеризм не будет выжжен каленым железом.
Порукой нашей победы, победоносной борьбы с гитлеровской армией служат первые успехи советских войск на всех фронтах.
Порукой этому служат прибывающие на фронт резервы.
Порукой этому служит героическая работа всей страны для фронта, для победы...
Дорогие товарищи! Граждане и гражданки Советского Союза! Бойцы, командиры и политработники! По поручению Советского Правительства и Центрального Комитета нашей ленинской партии поздравляю вас с Новым годохМ и желаю всем советским народам в новом, 1942 году разбить без остатка наших смертельных врагов — немецких захватчиков.
С Новым годом, товарищи!
М. И. Калинин.
О коммунистическом воспитании и воинском долге, стр. 494—496


НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ПАРТИЙНО-МАССОВОЙ РАБОТЫ Из речи на совещании партийных работников предприятий Москвы
21 апреля 1942 г.
Товарищи! Я не собираюсь делать вам инструктивный доклад, а коснусь лишь некоторых вопросов партийно-массовой работы.
Мы много слышим разговоров о партийно-массовой работе. Все о ней говорят, а если копнуть поглубже, то увидим, что достаточной ясности и определенности, конкретного понимания этого вопроса у многих нет. В сложнейших условиях современной войны, в особенности имея в виду, что тысячи новых работников выдвинулись к руководству партийными организациями на предприятиях и в учреждениях, стали пропагандистами и агитаторами, перед нами стоит задача умело использовать богатейший опыт нашей партии в постановке и проведении политической работы в массах.
Что такое партийно-массовая работа? Что значит иметь связь с массами? А ведь именно это мы особенно и ценим в нашей политической работе.
Надо сказать, что связь-то с массами может быть самая разнообразная.
Ну, скажем, иметь широкий круг знакомства, ходить в гости друг к другу, и, будучи в гостях, можно, конечно, кое-что узнать из того, что делается на заводе, в среде рабочих, в учреждении. Это ведь тоже связь с людьми.
Панибратство в обращении с рабочими. Ходит, скажем, парторг или профорг по цехам, рабочих по плечу похлопывает, называет даже по именам. А в дело не вникает, на недостатках внимание рабочих не останавливает. О таком секретаре парткома или парторге можно иногда услышать: «Вот как близко к массам стоит человек, рабочего по плечу хлопает, Иваном Петровичем называет, свой парень».
327


Плестись в хвосте за массами — это тоже «связь» с массами. Тебе жалуются на то, на другое, а ты поддакиваешь, вместе плачешь в жилетку. Тебе поют, а ты подтягиваешь: «Да, света нет, холодно, действительно продуктов маловато». Случится какая-либо неполадка на предприятии или в учреждении, и ты ходишь и подпеваешь: «Ах, черт побери, что за бюрократы, вот в какое безвыходное положение поставили!» А к тебе прислушиваются, и это кое-кому, пожалуй, может вначале и нравиться.
Но о такой ли связи с массами мы, большевики, думаем? Нет, конечно. Идти с массами туда, куда идут массы, увлекаемые иногда отсталыми элементами,— это меньшевистская линия. Наша большевистская линия — вести массы, не опекать, но вести вперед за сознательным авангардом.
А как вести массы?
Прежде чем ответить на это, я задам вам другой вопрос: кто может вести массы? К этому призваны коммунисты. Коммунистическая партия ведет массы — и неплохо ведет. В доказательство этого можно привести бесконечное множество примеров. И первый пример — война. Несмотря на неудачи первых месяцев войны, вызванные главным образом внезапностью, неожиданностью нападения, можно смело сказать, что народ ни на минуту не поколебался в уверенности в своем правительстве, а следовательно, и в партии. Это факт.
Здесь собрались партийные руководители. Хотите вы этого или не хотите, а на местах вы являетесь вожаками масс. Как же иначе, какой же это секретарь парткома, в лице которого народ не чувствовал бы политического руководителя! Секретарь парткома — это ответственнейшее лицо на предприятии, в учреждении, в районе.
Но что требуется от секретаря партийной организации, чтобы он имел действительное влияние на массы, чтобы массы к нему прислушивались, чтобы они ему верили? Само собой разумеется, что партийный руководитель, пропагандист, агитатор должен быть человеком идейным, глубоко преданным Коммунистической партии, должен хотя бы в общих чертах знать историю нашей партии и понимать задачи, которые наша партия ставит перед рабочим классом, народом. Партийный руководитель, пропагандист по уровню своего политического развития должеп быть, во всяком случае, не ниже других: ему не мешает 328


иметь и определенную общекультурную подготовку. Как же подходить партийному работнику к массам?
Первое. Как мне представляется на основании собственного многолетнего опыта, требуется, чтобы партийный руководитель не был гордецом, зазнайкой. Если вы в разговоре с рабочими или рядовыми партийцами хоть каким- нибудь жестом, интонацией голоса, незначительной, случайной, казалось бы, фразой дадите понять, что вы считаете себя умнее их, больше знаете, то вы пропали. Рабочий и вообще рядовой человек не любит людей, которые себя высоко ставят, и прислушиваться к ним не будет, а в подходящий момент и крепко им об этом напомнит. Поэтому коммунисты прежде всего не должны быть гордецами, зазнайками...
Итак, мы пришли к тому, что агитатор должен быть скромным; особенно этим качеством должен обладать партийный работник, имеющий, так сказать, партийно-административную власть, секретарь партийной организации. Если он хочет пользоваться любовью рабочих, он должен воспитать в себе качество скромности, не зазнаваться. Верно я говорю? (Голоса: «Правильно, правильно!») Кто хочет быть руководителем, должен за собой следить.
Второе. Не годится, когда пропагандист, руководитель в общении с массами пропитан духом поучения. Вы, наверное, и сами замечали, что когда оратор только и знает, что говорит: нужно то-то да то-то, мы должны, да мы обязаны,— как-то неприятно даже становится и слушать такого оратора. Когда я пишу статью и по ходу мысли следует сказать, что «надо сделать», мне самому как-то претит это, и я стараюсь заменить такую формулировку. Совсем другое дело, когда свою мысль, обращение, призыв ты выражаешь путем рассуждения, анализа, путем доказательства необходимости того или иного мероприятия. Можно ведь обратиться к аудитории, как бы советуясь с ней: «Как вы думаете, если так сделать», «Мне кажется, что так разрешить вопрос было бы лучше», «Я бы поступил в данном случае таким-то образом». Тогда это будет и воспринято иначе.
Мы говорим в данном случае о выступлениях на узких собраниях, на производственных совещаниях, при проведении бесед. Разумеется, на тысячных митингах форма выступлений будет иной: там каждая фраза должна быть короткой, строго очерчена, там трудно прибегать к форме 329


собеседования. В вашей же повседневной работе чаще всего требуется вызвать на обсуждение, на разговор самих рабочих, и тут такая форма — «Как думаете, как вам кажется» — будет более приемлема. Весьма ценно раскачать людей, вызвать их на обмен мнениями, чтобы они высказывались. Тогда собрание пройдет оживленно, рабочие будут охотно говорить, и польза от такого собрания будет бесспорная. А то ведь иногда бывает как раньше па молитве. Оратор сам по себе, аудитория сама по себе; отсидели положенное время — и разошлись.
Не бойтесь отступать от плана своего выступления или собеседования. Говорите о производстве или о войне, а подвернулся другой вопрос, на который народ откликнулся,— ничего, мимо проходить не надо. Раз людей расшевелили и они откликнулись, то уж дальше все слушать будут, и намеченные вопросы сумеете обсудить.
Самое же главное — никогда не увиливайте от постановки острых вопросов, к чему некоторые ораторы частенько прибегают. Ни в каком случае к этому не прибегайте, не уклоняйтесь от ответа, не смазывайте поставленных вопросов. Если не можете тут же ответить на тот или иной вопрос, прямо и скажите: «Вопрос интересный и важный, я бы на него с удовольствием ответил, но сейчас к нему пе подготовлен, он мной не продуман, затрудняюсь, как на него ответить. Я выясню, посоветуюсь с товарищами и тогда вам отвечу. А может быть, из вас найдется кто-нибудь, кто может этот вопрос разъяснить?» Это будет совершенно другое дело. А у нас любят иногда обходить злободневные вопросы или разъяснят их так, что люди ничего не поймут и прямого, правдивого ответа не получат.
Партийному руководителю следует быть абсолютно честным в отношении других людей. Секретарь парторганизации — это партийное око. Не знаю, вполне ли вы это сознаете. Поэтому всякие личные симпатии и антипатии по отношению к людям должны быть отведены в сторону. Если есть люди, которым вы по тем или иным причинам не совсем симпатизируете, то вы должны это так глубоко спрятать в себе, чтобы никто об этом и не догадался. Плохо будет, если заметят, что вы не беспристрастны в своих отношениях к людям.
Бывает ведь иногда так, что середнячок все помалкивает да держится в сторонке, но работает хорошо, а дру330


гой и неважно работает, но часто ходит в партком, фабзав- ком, в комсомольскую организацию, всегда на виду — и его выдвигают. Это не годится. Если секретарь парткома хочет иметь авторитет, он должен быть чист в глазах масс. Это не значит, что он не может иметь более близких, личных отношений с определенными людьми. Нет, конечно. Но в своих общественных отношениях он должен быть беспристрастен ко всем людям. Он должен поставить себя так: «Ты мой дружок, это очень хорошо, но если ты небрежно относишься к работе, погуливаешь, увиливаешь от производственных заданий, то я с тебя спрошу больше, чем с другого, и сильней взгрею». Вот как должен подходить к людям секретарь партийной организации.
Во всем надо поступать так, чтобы люди, окружающие тебя, чувствовали твою искренность и честность. Лицемерие от масс никак не скроешь, и поэтому изо всех сил избегайте этого. Массы не обманешь, и если люди заметят, что человек лицемерит, ему никогда больше не будут верить.
Вот если эти качества мы будем в себе воспитывать, то легче тогда будет и работать.
А теперь поставим вопрос, каким образом надо подходить к партийно-массовой работе, как проводить ее, как ставить перед массами те или иные вопросы. Все вопросы надо ставить по-партийному, подходить ко всему партийно.
Вот проводится подписка на заем. Ясно, что на месячный оклад в настоящее время все подпишутся. И я как агитатор прямо и сказал бы рабочим: «Теперь на заем в размере месячного заработка люди подпишутся даже и с невысокой зарплатой. Вы же знаете, какое положение переживает сейчас наше государство. У нас большая армия, огромные расходы, государству нужны деньги, их нужно откуда-то брать. Или идти на инфляцию или нужно помочь государству и дать деньги в виде займов. Только так можно вести войну, другого выхода нет». На это могут сказать: «Но нам-то жить тяжело».— «Потому и тяжело, потому и хлеб продается по карточкам, что война. А если бы было много хлеба, много тканей, одежды, обуви и прочих товаров, то мы не стали бы и заем проводить, а просто открыли бы магазины, наполнили бы их товарами — и деньги бы потекли. Потому заем и проводится, что не хватает денег, потребительских товаров, что производятся 331


снаряды, вооружение, что товары идут на нужды армии, войны».
Товаров мало не только у нас, их нет и в других странах, в особенности в фашистских или ограбленных немецкими фашистами странах. И вот ту-то и следует развить положение, что мы в этом меньше всего повинны, что на пас напали; следует разъяснить империалистическую сущность войны гитлеровской Германии. Можно прямо спросить рабочих: «Что же, вы хотите, чтобы нас побили?» Но я знаю, что вы боитесь даже произнести это слово. А я бы не один раз переспросил того, кто плохо подписывается: «Что же, ты хочешь, чтобы нас побили?» Тут одно из двух: или нас побьют или нужно пожаться. Возьмите пример с ленинградцев: какие они трудности переносят, и как они героически держатся. Так надо ставить вопрос перед трудящимися, это будет партийная постановка.
На одном большом заводе, выступая перед рабочими, я прямо так и сказал, что государство от нас требует, чтобы мы поменьше потребляли и побольше производили; резко поставил вопрос и объяснил, что не потому мы этого хотим, чтобы рабочие, служащие у нас недоедали, а только потому, что товаров у пас сейчас меньше, нужды фронта большие, а враг нажимает. Не бойтесь резко ставить вопросы, лишь бы это было правильно, по-партийному.
Если на заводе знают, что вы не любите лицемерить, не увиливаете, не зазнаетесь, то ваши слова дойдут до сознания каждого. Иначе вам не поверят и скажут: «Знаем тебя, нам-то ты советуешь, а сам думаешь другое и поступаешь не так, как говоришь». В лицо, может быть, этого и не скажут, но потихоньку, конечно, говорить ста- пут.
В чем сейчас состоит задача партийной пропаганды и агитации? В том, чтобы массы на каждом шагу чувствовали, что у Коммунистической партии нет своих каких-то особых интересов, что она отстаивает интересы пролетариата, всего народа в целом. И сейчас именно такой момент, когда преобладание интересов целого над частным обнаруживается удивительно ярко и наглядно, понятно всякому, даже малограмотному человеку, даже ребенку понятно. Всякий сейчас сознает, что интересы народа превалируют над личными, групповыми.
Идет жестокая война, фашисты чинят неслыханные зверства. Надо сказать об этом и спросить каждого, что он
332


думает, как он хочет участвовать в общем деле. «Вот что требует от тебя целое, что требует партия. Если мы разобьем врага, то у тебя все будет, а если не разобьем, то и ты погибнешь. Но разбить врага можно только при условии, если мы бросим на войну все свои силы, материальные и людские». Если так выступить перед любым собранием и честно изложить все это, то ручаюсь, что во всяком случае 99, если не все 100, выскажутся за необходимость пойти на любые жертвы, лишь бы разбить врага. Может быть, какой-нибудь человечишка и будет против, враги еще имеются, но это будут единицы, отщепенцы, оставшиеся от старого мира. Мы должны научить людей беззаветной работе на пользу целого. В этом сейчас задача коммунистов.
Отмечается очень важное явление: что сейчас в партию идут больше, чем в мирное время, и на фронте вступают в члены партии больше, чем в тылу, в районах, более близких к фронту,— больше, чем в районах, отдаленных от него. (Голоса: «Правильно!») А почему это так? Потому что все чувствуют, что надо усилить партию. Все знают, что наша партия — руководитель, что только могучая, сильная партия может обеспечить народу победу. И когда красноармеец видит, что он будет участником тяжелого боя, он подает заявление о вступлении в партию, желая идти в бой коммунистом. Это великая сила нашей партии, Советского государства. Массы хорошо знают, что у них один путь с партией.
В фашистской Германии имеются массовые организации. Гитлер опутал массы, придавил и принизил их, а мы массы развиваем, поднимаем их сознание.
Здесь говорили, что пропагандисты и агитаторы идут навстречу запросам отдельных рабочих и помогают им. Это неплохо. Должен сказать, что когда чем-нибудь можно помочь и помогают людям, то это хорошо, это хорошая черта в человеке. У женщин это лучше выходит, чем у мужчин. Но тут следует опять-таки разъяснить связь частных запросов с общими нашими задачами. Пришел человек за чем-нибудь, ему надо помочь и вместе с тем сказать: «Вот тебе партийная организация или профсоюз помогают, для тебя делают, но мы хотим, чтобы и ты, когда дело дойдет до тебя, не стоял в стороне, а вместе со всеми поднимал общее дело». Эту линию нужно выдержать и проводить во всей нашей массовой работе.
333


Говорили здесь о читке газет, что она проходит скучновато. Надо признаться, что часто это бывает не читка, а какая-то опека над рабочими. Мне сдается, что не всегда удобно и полезно выдвигать постоянных читчиков. Если бы я был секретарем заводской партийной организации, то поступил бы так: пришел во время обеденного перерыва к рабочим и спросил бы, есть ли желающие послушать чте- пие газеты. Конечно, такие бы нашлись. Тогда я спросил бы: «А кто хочет почитать?» Читать газету могут у нас многие, и желающие безусловно найдутся. В эту группу рабочих я послал бы, однако, опытного, культурного рабочего, чтобы он затеял разговор и помог разъяснить прочитанное. Это будет и естественнее, и легче будет нащупать интересующие рабочих вопросы. Конечно, человека надо посылать культурного, с тактом. Ручаюсь, что при таком методе собеседования читки будут проходить оживленнее и будут пользоваться успехом.
Лет 40 тому назад я сам был читчиком. В моем нелегальном кружке было человек 15. Если бы я только читал, то дело бы не пошло. Сама читка занимала тогда минут 15—20, а затем шло обсуждение. Спрашиваю: «Как, поняли то-то и то-то?» — «Нет, не поняли».— «Ну, давайте разберемся». И начинается собеседование; проходит час, полтора и больше. Пока я читал, слушатели не спали, поскольку знали, что после чтения начнется обсуждение. Так вот, товарищи, не так-то просто быть агитатором. А читка — это уже почти пропагандистская работа, и это дело нужно ставить умело, продуманно. Если беседчик-читчик не умеет заинтересовать слушателей, а слушатели знают, что он вами заранее подготовлен, ну какой тут может получиться обмен мнениями? Слушатели такие читки будут воспринимать как школьные занятия, нечто вроде прежнего закона божьего.
В каждой газетной статье можно за что-нибудь зацепиться, чтобы свести разговор к общеполитическим вопросам. И я считаю, что лучше пусть читает кто-нибудь из самих рабочих, и еще лучше — по очереди, а работники, которых вы выделите для участия в группах, пусть помогают вести беседу, разъясняют, что будет непонятно...
Здесь ставили вопрос относительно работы с новыми рабочими. Это очень важная и трудная работа. В чем тут трудность?
Прежде всего, когда новый рабочий — а сейчас на про334


изводство по преимуществу идут женщины — приходит впервые на предприятие, то его на первых порах ошарашивает, несколько даже пугает необычность заводской обстановки. И только проработав с полгода на заводе, он начинает его любить. Я это помню по себе. На заводе дисциплина, а у нас люди, в особенности молодежь, привыкли к вольнице. Надо помочь вновь прибывшим рабочим втянуться в производство, привыкнуть к заводской дисциплине и порядку и, с другой стороны, нужно разъяснить, чтобы люди поняли, что хотя на первых порах и тяжело, но потом слюбится, и от завода человека не оторвать. Надо все сделать для того, чтобы новые люди на заводе полюбили свою работу, побыстрее освоили свою профессию и подняли квалификацию. Поэтому производственно-техническая помощь новым рабочим и внимание партийных и профсоюзных организаций к вопросу привлечения, втягивания новых рабочих в повседневную жизнь коллектива должны, мне кажется, стоять как важнейшие задачи. Очень важно знать людей, знать, какой контингент пришел на завод, и в соответствии с этим и ставить свою работу.
В нашем распоряжении имеется сейчас исключительно убедительный довод — война. Надо разъяснить пришедшей на заводы молодежи, что она пришла сюда не для игры, не для баловства, а пришла на самый боевой фронт, почти на такой же, как и военный. Это один из самых сильных наших доводов.- С новыми контингентами рабочей молодежи на предприятиях придется поработать не только комсомолу, но и партийным органпзациям.
От новых рабочих кадров, от женщин, молодежи будет очень многое зависеть в современной трудной обстановке. Нужно новым рабочим привить дисциплину, сознание общепролетарских интересов. Проводить партийно-массовую работу среди них надо повседневно и умело, однако не следует действовать на них только наставлениями, а надо их самих заинтересовать и вовлечь в общественную работу.
Вот, собственно, и все, что я хотел вам сказать. Разрешите пожелать, чтобы наша беседа оказала хоть небольшую помощь в вашей работе. (Продолжительные аплодисменты.)
М. И. Калинин.
О коммунистическом воспитании и воинском долге, стр. 517—524


О ЛИЧНОМ ПРИМЕРЕ ОТВАГИ КОММУНИСТОВ *
Сокращенная стенограмма выступления на совещании агитаторов Западного фронта, частей ПВО и Московского гарнизона 22 июля 1942 г.
Когда задаешься вопросом, что главное в агитационной работе на фронте, ответ может быть только один: главное — это личный пример отваги и доблести, овладения военной техникой, главное — это умелая и самоотверженная боевая работа наших агитаторов, политработников, всех коммунистов.
Наши агитаторы, политработники, комиссары — это лицо партии в Красной Армии. Красноармейцы на фронте не могут изучать партийную программу, историю большевистской партии. Они познают большевистские традиции в действиях, в практической работе, и в поведении комиссаров, политработников, агитаторов. Через этот канал преломляется понимание партии, познание партии широкой красноармейской массой.
В ходе войны армейские партийные организации непрерывно пополняются, растут. И чем острее положение на фронте, чем сильнее и ожесточеннее борьба, тем больше красноармейцев и командиров вливается в ряды партии. Уже один этот факт, что наш народ — а каждый красноармеец — это сын народа, а вся красноармейская масса — это теперь самая жизнедеятельная часть населения,— уже один этот факт, что наш народ, чувствуя опасность, нависшую над страной, в самые напряженные моменты борьбы теснее сплачивается вокруг партии, пополняет ее ряды, говорит об огромном авторитете нашей партии.
Этот авторитет среди широких народных масс партия завоевала десятилетиями самоотверженной, беззаветной борьбы за народные интересы. Этот авторитет партии создавали и растили ее основатель Ленин и другие деятели партии.
336


До момента прихода коммунистов к власти принадлежность к партии означала переход на трудный жизненный путь, чреватый всякими неприятностями, гонениями, арестами, тюрьмой, ссылкой. Но люди шли на все, ибо их воодушевляла идея коммунизма, их воодушевляла уверенность в победе рабочего класса, и поэтому, когда партия песла жертвы, это еще больше сплачивало ее ряды, ибо ее члены были уверены в своей правоте, в том, что делают полезное, необходимое для народа дело.
Как царизм ни зверствовал, как он ни расправлялся с большевиками, всегда из народа, в особенности из рабочего класса, выходили все новые и новые борцы, вступившие в Коммунистическую партию, не страшась трудности борьбы, не страшась потери собственной жизни во имя идеи, во имя победы дела народа. На этой основе наша партия росла, выковывалась, совершенствовалась, воспитала значительное количество беззаветно преданных борцов, выдвинула из их среды гениальных вождей и, в конце концов, сломила врага, завоевала победу.
Двадцать с лишним лет наши люди жили в обстановке мирного строительства, привыкли к достижениям. Ну как не привыкнуть, как не увлекаться этим! Сегодня проведена железная дорога, завтра прорыт канал, послезавтра построено великолепное здание — не было недели, чтобы не появлялись результаты трудов человеческих рук. Вы сами знаете, как человек увлекается, когда он видит, что благодаря его работе созданы великолепные творения и что он сам участвовал в этом. Естественно, что за эти годы у некоторых наших людей появились благодушие, самоуспокоенность.
И вот на двадцать четвертом году существования Советской власти мы снова вступили в полосу боев, которые навязала нам гитлеровская Германия. Немцы хотят поработить нашу страну, ликвидировать Советскую власть, истребить наш народ. Грозная опасность нависла над нашей Родиной. Перед народом, перед нашей партией, перед государством стоит задача — разбить врага, спасти Советскую страну от порабощения, спасти Советскую власть от гибели.
Разбить врага — трудная задача. Нам нельзя преуменьшать силу немцев, они сильны и организованны. Чтобы победить, еще понадобится много усилий и жертв от армии и народа. Много жертв наша партия, наш народ ужо 22 М. И. Калинин
337


принесли. В этой жестокой борьбе может ли хоть один коммунист сказать: «Да минет меня чаша сия»? Я прямо скажу, если вы знаете такого коммуниста, который так думает, это не коммунист, а дрянь, трус, вошедший в партию, чтобы использовать преимущества принадлежности к правящей партии.
Коммунист никогда не отстраняется от боя с врагами. Он, конечно, ищет лучшей тактической обстановки, он стремится занять лучшие тактические позиции, но, когда началась драка, коммунист дерется упорно, бесстрашно, дерется до последней возможности.
Наша партия — самая боевая, она всегда проповедовала беспощадную борьбу с врагами народа, она на практике провела эту борьбу до победы социалистического строя, став в огне боев единственной любимой народом партией. И когда теперь, в самые острые моменты ожесточенной борьбы, боец говорит перед атакой — «я хочу идти в бой коммунистом»,— это значит, что наши бойцы, весь советский народ видят в партии самый боевой, самый неустрашимый отряд в борьбе за Родину.
Знамя Коммунистической партии — это знамя бесстрашия, самоотверженной и беспощадной борьбы, не знающей колебания, не ведающей сомнения в победе. Именно потому, что коммунисты не отстраняются от борьбы, а верны традициям большевизма, решительно и смело идут на борьбу,— именно поэтому они и ведут массы за собой.
Бесстрашие в борьбе за дело народа, дело Ленина — это первейшее качество коммуниста. Если он вошел в партию, если является ее членом,— он должен знать, что ему придется быть в самых решающих местах смертельной схватки, бороться без устали, упорно, самоотверженно, не щадя своей жизни во имя победы. Жизнью мы не играем. Жизнь дорога каждому из нас, по раз борьба началась, значит, для того, чтобы победить, ничего нельзя пожалеть, нельзя жалеть и самой жизни.
Партия, Родина, народ выше и дороже всего... И в лице коммунистов-воинов народ, армия, красноармейские массы должны видеть, прежде всего, эти лучшие черты нашей партии, бесстрашие и стойкость в борьбе, т. е. понимание, что идейность — выше всего, что раз я коммунист, то для меня идея большевизма, интересы народа — выше моей жизни.
338


Это — первое, что требуется от коммуниста для того чтобы слово его было авторитетным, веским, находило путь к сердцу бойца, воспитывало и зажигало массы.
Но бесстрашие и храбрость коммунистов, особенно командиров и политработников, не должны быть юношеским задором. От них требуется не только храбрость. В политработнике красноармейские массы привыкли видеть агитатора, руководителя, который учит, что должен делать красноармеец, как должен делать, и своим примером показывает путь к успеху на поле боя.
Спрашивают порой: как лучше агитировать? Я с трудом отвечу на такой вопрос. Велико значение умного, сильного слова агитатора на поле боя, когда оно сочетается с боевой деятельностью. Если ротный командир, политрук на опыте покажут, что они умеют разумно использовать все свое вооружение, искусно, ловко наносить удары врагу,— каждое их слово, призывающее к борьбе, будет находить самый живой отклик. Успешная боевая работа — стержень успешной агитации. Запомните это раз и навсегда.
Один агитатор, командир батареи, говорил здесь, что он чувствует, как нравятся его слова людям, как воодушевляет людей его агитация. Дело тут совсем не в том, что этот командир подыскал красивые слова, хорошо говорит. Речи его нравятся бойцам, ибо они видят, что батарея хорошо стреляет, крепко бьет врага, и любят поэтому командира. Он будет наказывать провинившихся бойцов, держать самую строгую дисциплину, и все равно бойцы будут любить его. «Строг наш начальник,— скажут бойцы,— но зато как стреляет, как немцев бьет!»
Поскольку батарея этого командира наносит сильные удары по врагу, поскольку этот командир умеет воевать, бойцы будут прислушиваться к каждому его слову, он будет для них авторитетнейшим человеком. Если же ты растяпа, безрукий человек — можешь сколько угодно говорить красивых слов, сколько угодно потакать красноармейцам, но авторитетом пользоваться не будешь. Ведь красноармеец прекрасно понимает, что если сегодня начальник потакает подчиненным, то завтра за это потакание придется расплачиваться кровью.
Вот почему я считаю, что воинское умение в сочетании с ясным пониманием задач нашей борьбы — это главное для агитаторов. Когда взводный командир, например, 339


сумел по-настоящему дисциплинировать свой взвод, сделать его исключительно стойким, когда он показал на деле, что умеет наносить врагу жестокие удары с меньшими потерями, чем у врага, ручаюсь, что, как только он возьмет слово, красноармейцы скажут в один голос: «Надо послушать командира, уж больно он хорошо командует».
Задача агитаторов на фронте состоит, следовательно, в том, чтобы воспитывать и учить людей личным приме- ром доблести и отваги, страстным большевистским словом, смелой и прямой постановкой вопросов, а главным образом, примерной боевой работой.
Некоторые товарищи еще не понимают этого, что сказывается прежде всего на свойственной таким агитаторам привычке во всех случаях жизни уговаривать людей. Дело доходит до того, что даже отдача приказа кое-где сопровождается уговариванием. Эти люди забывают, что самая строгая, железная дисциплина — это основа, святая святых армии. Агитация же должна помогать укреплять эту дисциплину. Живое, большевистское слово агитатора играет неоценимую роль в сплочении наших боевых рядов. Но было бы совершенно неправильно и глубоко вредно сводить все только к одной агитации, оставляя в тени дисциплину, воинский порядок, боевой приказ.
Сила армии — в строжайшей, крепкой дисциплине. Приказ, распоряжение командира — это в любых условиях закон для бойца, закон, от которого никаких отступлений быть не должно. Всякий, кто допускает те или иные отклонения от правил нашего воинского распорядка, нарушает дисциплину, должен подвергаться суровейшему наказанию. И одна из основных задач наших агитаторов состоит в том, чтобы изо дня в день все более укреплять воинский порядок, умело и настойчиво воспитывать бойцов в духе сознания ответственности за выполнение воинского долга, в духе железной дисциплины.
Надо, чтобы с первого же дня своего пребывания в части человек понимал, что отныне нет у него иной жизненной цели, как борьба с врагом, нет для него другого закона, кроме приказа командира. Война есть война, она не терпит никакого самовольничания, и, если человек нарушает дисциплину, оп должен сурово караться.
В своей агитации мы должны прежде всего стремиться к тому, чтобы сделать второй натурой бойца навыки дисциплинированности, стремление во что бы то ни стало 340


полностью и до конца выполнить любой приказ командира, какие бы трудности ни стояли на пути. В этом — один из залогов победы.
Командир всегда должен чувствовать себя командиром. Его всегда должны встречать так, как положено встречать командира, и лишь после того, как он скажет — «вольно, давайте поговорим»,— начинается товарищеская беседа. А если он огласил приказ и вместо того, чтобы немедленно приступить к делу, начнет разглагольствовать, это будет не агитация, а дребедень, только размагничивающая людей. Дисциплина всегда и везде должна быть на первом плане. Правила воинского распорядка всегда и везде должны быть незыблемы, нерушимы.
Вопросы дальнейшего повышения стойкости наших бойцов, естественно, находятся в центре внимания агитаторов. Но было бы наивным думать, что стойкость могут родить только одни слова, как бы правильны и хороши они пи были. Стойкость вырабатывается прежде всего боем, активными боевыми действиями по уничтожению живой силы и техники врага. Разумеется, мы никогда не упускаем из виду, что стойкость вырабатывается также боевым большевистским воспитанием бойца.
Весь исторический путь нашей партии полон самой ожесточенной, беспощадной борьбы с врагами. Борьба, и только борьба растила и укрепляла нашу партию, борьба, и только борьба выковала беспримерную большевистскую стойкость. Без борьбы нет подлинной стойкости. Как бы мы ни агитировали, какие бы большие таланты ни проявляли в области агитации о стойкости, но, если люди месяцами не видят врага, не сражаются,— самые прекрасные слова о стойкости становятся для них пустым звуком. Высокую стойкость рождают только активные боевые действия, когда бойцы приучены настигать и бить врага, когда люди постоянно испытываются в опасностях.
На ряде фронтов сейчас не происходит особенно значительных событий. Но можно ли думать, что стабилизация па том или ином фронте позволяет предаться здесь ленивому покою? Конечно, нет. Стабилизация не значит — оружие под мышку, лег п глаза закрыл, а охранение — пусть там охраняет. Такая стабилизация только разлагает. Оборона должна быть активной. И в обороне нужно все время тормошить врага, непрерывно наносить ему удары. И в обороне, на каком бы второстепенном, на первый взгляд, 341


участке дело ни происходило, никогда нельзя давать немцам спуску, нельзя отдавать им и пяди земли. Если, положим, где-нибудь немцам удалось потеснить наших хоть на немного, нужно во что бы то ни стало вышибить обратно врага.
Так вот, товарищи, если хотите повышать стойкость бойцов, вы не должны спускать немцам ни одного нахального поступка. Тогда будет возрастать наша стойкость и уменьшаться стойкость врага. Нет слов: боевая активность связана с жертвами. Но война невозможна без жертв, и даром победу получить нельзя. Если части нужно разгромить немцев, захватить дзот, проучить врага и нанести ему урон,— это должно быть сделано во что бы то ни стало.
Много у нас говорят о ненависти к врагу. Но одних слов здесь мало. Бой, беспощадный бой с врагом — вот что развивает ненависть к врагу. Если часть раз десять подерется с немцами, поверьте моей совести, ненависть у красноармейцев к немцам будет такой, какая нужна.
Агитатор должен прямо поставить вопрос перед бойцом, находящимся на передней линии: если ты за целую неделю не убил ни одного немца — значит ты плохо выполняешь свой долг перед Родиной, значит ты слабо борешься за нашу победу. Ставьте практически вопрос перед людьми: «Если вы ничего не делаете, кто же будет за вас делать?» Надо, чтобы каждый боец понимал: если он сам ничего не делает для истребления гитлеровцев,— за него это никто не сделает, Надо, чтобы каждый боец понимал, что судьба Родины, исход борьбы решаются его оружием, его стойкостью, его боевой активностью,
* * *
Вот уже скоро двадцать пять лет, как наша партия стоит у власти. Теперь каждому ясно, что быть большевиком — значит нести па своих плечах наибольшую тяжесть испытаний. Воодушевленные идеями Ленина, воодушевленные сознанием правоты и благородства нашего дела, нашей борьбы, армейские большевики, агитаторы должны, пе сгибаясь, пройти через все невзгоды и испытания военного времени, вместе с массами, во главе масс, выковывая победу над проклятыми немецко-фашистскими захватчиками.
M. И. Калинин.
О коммунистическом воспитании и воинском долге, стр. 525—531.


ЛЕНИН О ЗАЩИТЕ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ОТЕЧЕСТВА * Февраль 1943 г.
Двадцать месяцев народы Советского Союза ведут кровопролитную войну с разбойничьей бандой гитлеровской Германии, защищая Советскую Родину, ее независимость, родную землю и мирный труд населения. Естественно, наши мысли обращаются к историческому прошлому, отыскивая в нем аналогии, близкие к настоящим событиям, и, разумеется, в первую очередь к Ленину, заветы которого мы стремимся претворить в жизнь.
Ленин является великим учителем народных масс в понимании войны и причин, ее порождающих. Он раскрыл правду о войнах, их природу и показал, ради каких целей велись войны и чьи интересы осуществлялись посредством их. Ленин учит, что нельзя рассматривать войны вообще, что к каждой войне надо подходить с особой исторической меркой, изучив предварительно предшествующую войнам политику правительства.
С удивительным искусством определил Ленин характер войн и, что особенно ценно, дал ключ к пониманию, или, вернее, к возможности понимания, справедлива ли данная война или несправедлива, с какой стороны и почему данная война справедлива или несправедлива. К несправедливым войнам Ленин относил захватнические войны, направленные к порабощению чужих народов, к грабежу чужих земель. Против таких войн Лепин всегда выступал с особой страстностью, разоблачал их преступный, антинародный характер, называл их разбойничьими войнами. Вместе с тем он поддерживал национально-освободительную борьбу народов, войны прогрессивные, революционные, считая их глубоко оправданными и справедливыми.
«...если «действительная сущность» войны,— писал Ленин,— состоит, например, в свержении чуженационального 343


гнета (что особенно типично для Европы 1789—1871 гг.), то война прогрессивна со стороны угнетенного государства или нации. Если «действительная сущность» войны есть передел колоний, дележ добычи, грабеж чужих земель (такова война 1914—1916 гг.),— тогда фраза о защите отечества есть «сплошной обман народа»» 81.
Марксизм-ленинизм никогда не отрицал, что и буржуазные государства могут вести справедливые, прогрессивные войны, когда война ведется народом против иноземных угнетателей, или когда опа, например, преследует цель объединения насильственно разобщенной страны.
Вообще национально-освободительные войны в своей основе являются прогрессивными, хотя реакционные слои буржуазии нередко и пытаются насколько возможно ограничить социальные, демократические стремления возбужденных войной масс. Надо сказать, что нередко реакционные слои буржуазии уделяют больше внимания внутриполитической борьбе в стране в ущерб национально-освободительной войне народа.
В этой статье мы не ставим целью дать полный разбор теоретических положений Ленина, как бы они ни были ценны сами по себе; нас интересуют отношение Ленина к вопросу о защите социалистического отечества и его высказывания в этой связи.
В прошлую мировую войну Ленин и паша партия принципиально выступали против лозунга защиты отечества, рассматривая войну как захватническую и грабительскую. Ленин прямо указывал, что тот, кто в период такой войны ратует за защиту отечества, тот на деле поддерживает захватнические, а потому и несправедливые войны, ведущиеся в интересах империалистической верхушки.
Но вот в октябре 1917 года рабочий класс и крестьянство в России пришли к власти и создали новое, Советское государство. В связи с этим вопрос об отечестве для рабочих и крестьян встал по-новому. И Ленин говорил тогда, что мы теперь все стали оборонцами, и нашей первой заботой является защита Советского государства от внешних врагов.
Таким образом, лозунг защиты отечества приобрел новый смысл.
С установлением Советской власти Ленин неустанно готовил наш народ к защите своего отечества, и первой его заботой было создание вооруженных сил Советского госу- 344


царства. Но вопрос о создании армии не столь прост, как может показаться на первый взгляд. Можно было, казалось, использовать старую армию, но Ленин правильно указывал, что «...армия есть самый закостенелый инструмент поддержки старого строя, наиболее отвердевший оплот буржуазной дисциплины, поддержки господства капитала, сохранения и воспитания рабской покорности и подчинения ему трудящихся» 82.
Некоторые даже сомневались вначале в целесообразности создания армии. Шел спор, нужна ли регулярная армия, не лучше ли вооружить народ, создать народную милицию или следует опереться на рабочую гвардию. Однако Ленин самым решительным образом выступал против подобных рассуждений.
«Новый общественный класс,—говорил он,— поднимаясь к господству, не мог никогда и не может теперь достигнуть этого господства и укрепить его иначе... как постепенно вырабатывая, в тяжелой гражданской войне вырабатывая новую армию, новую дисциплину, новую военную организацию нового класса» 83.
Советская власть распустила старую армию, и декретом Совета Народных Комиссаров от 28(15) января 1918 года была образована новая армия — Рабоче-Крестьянская Красная Армия. Она создавалась на следующих принципах:
«1) Рабоче-Крестьянская Красная Армия создается из наиболее сознательных и организованных элементов трудящихся классов.
2) Доступ в ее ряды открыт для всех граждан Российской Республики не моложе 18 лет. Для вступления в ряды Красной Армии необходима рекомендация войсковых комитетов или общественных демократических организаций, стоящих на платформе Советской власти, партийных и профессиональных организаций или, по крайней мере, двух членов этих организаций. При вступлении целыми частями требуется круговая порука всех и поименное голосование».
Как видно из декрета, законодатель стремился создать армию, преданную Советской власти, и не допустить в ее ряды враждебные элементы, а в старой армии их было немало, особенно среди командного состава и в аппаратах управления. Нужен был тщательный отбор людей, чтобы обеспечить армию от предательства. Это было тем более 345


необходимо, что гражданская война была в полном разгаре, а случаи перехода на сторону белых были нередки.
Под руководством Ленина была создана, на началах воинской повинности рабочих и крестьян, регулярная Красная Армия, которая пришла на смену красногвардейским отрядам. О том, сколь большое значение придавал Ленин созданию именно такой армии, можно видеть из следующих его слов: «...в первый раз в мире создана армия, вооруженная сила, знающая, за что она воюет, и в первый раз в мире рабочие и крестьяне, приносящие невероятно тяжкие жертвы, ясно сознают, что они защищают Советскую социалистическую республику, власть трудящихся...» 84.
В революционное время и организационные процессы идут исключительно ускоренными темпами. Да иначе и быть не может. Перед новой армией,— организация которой только что была декретирована Советской властью и создание которой находилось еще в первоначальной стадии,—уже стоял жестокий и неумолимый враг. Немецкие войска подходили к Пскову и Нарве, стремясь захватить Петроград. Ленин поставил тогда основную задачу перед народом — научиться бороться, «...создавать армию, способную не бежать, а идти на неслыханные мучения». Иначе, предупреждал он, «...будете лежать под пятой немецкого сапога...» 85.
И молодая Рабоче-Крестьянская Красная Армия оправдала доверие Ленина, нашей партии и всего народа в эти тяжелые для Советского государства дни. К 23 февраля 1918 года она приостановила продвижение немецких войск под Псковом и Нарвой. Этот день и стал считаться днем рождения Красной Армии.
Ленин уделял исключительное внимание Красной Армии. Да иначе и быть не могло. Оп смотрел на Красную Армию как на лучшую вооруженную часть народа. Замещение командных должностей в армии производилось по принципу отбора наиболее активной, передовой части из среды рабочих и крестьян и военных специалистов старой армии.
В письме к рабочим и крестьянам в связи с победой над Колчаком Ленин писал: «Не за страх, а за совесть исполнять все законы о Красной Армии, все приказы, поддерживать дисциплину в ней всячески, помогать Красной Армии всем, чем только может помогать каждый,— таков первый, основной и главнейший долг всякого сознательного рабо346


чего и крестьянина... Кто не помогает всецело и беззаветно Красной Армии, не поддерживает изо всех сил порядка и дисциплины в ней, тот предатель и изменник... того надо истреблять беспощадно» 86.
С внутренней контрреволюцией Советская власть тогда справилась бы, пожалуй, относительно легко. Но за спиной контрреволюции стояли войска международных хищников, и особенно опасным из них был немецкий империализм. Немецкая армия глубоко вклинилась тогда в пределы России: она захватила Украину, угрожала Петрограду. О создавшейся опасности для Советского государства особенно предупреждал народ Ленин: «Советская республика осаждена врагом. Она должна быть единым военным лагерем не на словах, а на деле» 87.
Вопрос о поддержке народом своей армии в условиях войны становится вопросом о единстве фронта и тыла. «Война есть испытание,— учит Ленин,— всех экономических и организационных сил каждой нации» 88.
И сейчас, когда мы ведем столь жестокую войну с немецкими захватчиками, особенно глубоко воспринимается это ленинское положение. Ведь, в самом деле, война является наиболее острой и всесторонней проверкой прочности любого государства. Именно война подвергает наиболее суровому испытанию организационные и экономические силы государства. В ней раскрывается сила военного сопротивления, прочность тыла.
«Для ведения войны по-настоящему,— говорил Ленин,—необходим крепкий организованный тыл. Самая лучшая армия, самые преданные делу революции люди будут немедленно истреблены противником, если они не будут в достаточной степени вооружены, снабжены продовольствием, обучены» 89. И Ленин требовал, чтобы лозунг «Все для войны!» был в основе всей работы, чтобы все людские резервы страны полностью были поставлены на службу фронту, требовал поголовной мобилизации населения.
Право жительства в нашей стране, говорил Ленин, мы можем признать только за теми, кто активно участвует в войне и всемерно помогает нам. «Отсюда вытекает наше право и наша обязанность поголовно мобилизовать население для войны, кого на военную работу в прямом смысле, кого на всякого рода подсобную для войны деятельность» 90.
Ленин предъявлял суровые требования к советским людям. «...Побольше трудовой дисциплины,— говорил он,— 347


подтянуться, работать с военной решительностью, твердостью, самопожертвованием, откидывая интересы групп, цехов, все частные интересы принося в жертву! Без этого победить мы не можем» 91.
Исключительное значение Ленин придавал вопросу создания и укрепления новой общественной дисциплины. Он требовал не только беспощадной борьбы с прямыми изменниками, саботажниками, но и самых крутых мер в отношении трусов, шкурников, попустителей и укрывателей. «Ни одно преступление против дисциплины и революционного воинского духа,— говорил Ленин,— не должно оставаться безнаказанным» 92.
Крепкую военную дисциплину Ленин считал важнейшей предпосылкой успеха, основой всей оборонной работы. «Необходима военная дисциплина и военная бдительность, доведенные до высших пределов. Прозевать или растеряться — значит потерять все» 93.
В современной войне наша партия и советский народ в короткий срок перестроили жизнь нашей страны на военный лад...
Мы ведем великую освободительную войну. Звериное обличье немецкого империализма нам хорошо известно и по прошлой войне. Его грабительские цели, стремление поработить наши народы остались те же, что и в период 1918—1919 годов.
В декрете-воззвании «Социалистическое отечество в опасности» разоблачены цели немецких империалистов в отношении России и указаны практические пути борьбы с нависшей над Советской Республикой опасностью. В этом ленинском документе говорится:
«...германский милитаризм хочет задушить русских и украинских рабочих и крестьян, вернуть земли помещикам, фабрики и заводы — банкирам, власть — монархии. Германские генералы хотят установить свой «порядок» в Петрограде и в Киеве. Социалистическая республика Советов находится в величайшей опасности... священным долгом рабочих и крестьян России является беззаветная защита республики Советов против полчищ буржуазно-империалистской Германии» 94.
Ввиду важности практической части этого декрета привожу ее полностью:
«Совет Народных Комиссаров постановляет: 1) Все силы и средства страны целиком предоставляются на дело 348


революционной обороны. 2) Всем Советам и революционным организациям вменяется в обязанность защищать каждую позицию до последней капли крови. 3) Железнодорожные организации и связанные с ними Советы обязаны всеми силами воспрепятствовать врагу воспользоваться аппаратом путей сообщения; при отступлении уничтожать пути, взрывать и сжигать железнодорожные здания; весь подвижной состав — вагоны и паровозы — немедленно направлять на восток в глубь страны. 4) Все хлебные и вообще продовольственные запасы, а равно всякое ценное имущество, которым грозит опасность попасть в руки врага, должны подвергаться безусловному уничтожению; наблюдение за этим возлагается на местные Советы под личной ответственностью их председателей. 5) Рабочие и крестьяне Петрограда, Киева и всех городов, местечек, сел и деревень по линии нового фронта должны мобилизовать батальоны для рытья окопов под руководством военных специалистов. 6) В эти батальоны должны быть включены все работоспособные члены буржуазного класса, мужчины и женщины, под надзором красногвардейцев; сопротивляющихся — расстреливать. 7) Все издания, противодействующие делу революционной обороны и становящиеся на сторону немецкой буржуазии, а также стремящиеся использовать нашествие империалистических полчищ в целях свержения Советской власти, закрываются; работоспособные редакторы и сотрудники этих изданий мобилизуются для рытья окопов и других оборонительных работ. 8) Неприятельские агенты, спекулянты, громилы, хулиганы, контрреволюционные агитаторы, германские шпионы расстреливаются на месте преступления» 95.
В 1918 году, когда немецкие оккупанты пытались продвинуться за пределы Украины, на территорию РСФСР, Ленин от имени Совета Народных Комиссаров подписал обращение ко всем губернским и уездным совдепам. В этом обращении говорится, что население еще не сделало всех выводов из разбойничьего хозяйничанья германских оккупантов. «На Украине,— говорится в обращении,— бывало не раз, что крестьяне и рабочие противились вывозу или уничтожению имущества, надеясь сохранить его для себя. Они оказались жестоко наказанными. Пришельцы захватили все: хлеб, скот, уголь, металлы, машины и увезли к себе. Пример Украины должен послужить страшным уроком для всей России» 96.
349


Из этого видно, что немцы — старые, закоренелые взломщики, и излечение их от этого недуга является делом нелегким. Однако зверства, исключительная жадность немецкого солдата для значительной части советского населения были неожиданными. Многие никак не могли понять, что прохождение немецкой армии по какой-либо территории равнозначно налету саранчи. Да и трудно было советскому гражданину представить, чтобы немецкий солдат мог с застреленного им советского ребенка хладнокровно снять окровавленную рубашонку и послать ее в «фатер- лянд» своей жене. По советской юстиции, такому извергу была бы одна мера наказания — расстрел. А в фашистской армии грабеж, насилия и убийства поощряются командованием и считаются обычными в оккупированной местности.
Но как бы немцы ни бесчинствовали, ни глумились над покоренными ими народами, какие бы усилия они ни делали, положение гитлеровской Германии на четвертом году войны, несмотря на территориальные захваты, во многом напоминает положение кайзеровской Германии в период 1918 года, а может быть, и похуже.
На IV конференции фабрично-заводских комитетов и профессиональных союзов Москвы Ленин так оценивал военное положение германского империализма: «...Чем дальше одерживает свои победы Германия, тем яснее становится для всех, даже для многих представителей из крупной буржуазии Германии, что война безысходна, что если даже немцы смогут сопротивляться на Западном фронте, то это нисколько не приблизит их к концу войны, но создаст еще новую порабощенную страну, которую нужно оккупировать, занять немецкими отрядами и вести дальше войну, и разложение немецкой армии, которая превращается и превратится из армии в шайку грабителей, людей, производящих насилие над чужими народами, над безоружными народами, выкачивающих оттуда последние остатки съестных припасов и сырых материалов при громадном сопротивлении населения»97.
Эту ленинскую оценку тогдашних успехов немцев вполне можно применить к гитлеровской Германии. Первоначальные военные успехи и территориальные захваты отнюдь не приблизили фашистскую Германию к победоносному завершению войны, а, наоборот, отдалили. И, как в прошлую мировую войну, нынешняя война делается для 350


Германии снова безнадежной; в перспективе все более явственно вырисовываются контуры неизбежного разгрома гитлеризма.
О значении морального фактора в армии Ленин писал: «Во всякой войне победа в конечном счете обусловливается состоянием духа тех масс, которые на поле брани проливают свою кровь. Убеждение в справедливости войны, сознание необходимости пожертвовать своею жизнью для блага своих братьев поднимает дух солдат и заставляет их переносить неслыханные тяжести. Царские генералы гово- ворят, что наши красноармейцы переносят такие тяготы, какие никогда не вынесла бы армия царского строя. Это объясняется тем, что каждый рабочий и крестьянин, взятый под ружье, знает, за что он идет, и сознательно проливает свою кровь во имя торжества справедливости и социализма» 98.
С первых дней прихода к власти рабочих и крестьян главной заботой Советского правительства была защита Родины, завоеваний революции. И первым шагом в этом направлении было принятие II съездом Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов декрета о мире. Предложение Советского правительства всем воюющим странам заключить мир ясно показывало населению, армии и трудящимся всего мира, что народы Советской Республики не желают продолжать начатую империалистами войну. Декрет о земле прочно привязывал крестьянские массы к Советам, открывал перед крестьянами широкие пути развития сельского хозяйства без кулаков и помещиков. Это и обеспечивало прочность тыла и определяло тот невиданный героизм, то упорство, с какими рабочие и крестьяне России отстаивали завоевания революции от внутренних и внешних врагов.
За время Советской власти рабоче-крестьянские массы почувствовали непосредственно материальное улучшение своего положения, и в настоящей войне за советский строй они стоят стеной, показывая чудеса мужества, отваги и геройства. Гитлеровские заправилы, так же как и белогвардейские генералы в прошлом, удивляются невиданной стойкости и храбрости советских бойцов. Они пытаются скрыть или злостно извратить причины героических подвигов защитников нашей Родины. Тщетны усилия фашистских главарей! Весь мир знает, что мы боремся за свою Советскую Родину и тем самым за прогрессивное человече251


ство; идеи бессмертного Ленина воодушевляют на подвиги наших бойцов и командиров. В истории войн вряд ли можно найти столь разительные примеры такого патриотизма, какой проявили защитники Ленинграда, Одессы, Севастополя и Сталинграда, своей стойкостью подготовившие удары, которые Красная Армия наносит врагу сегодня. Слава этих героев не померкнет в веках.
Приведенные мною высказывания Ленина и выдержки из официальных документов, подписанных им,— лишь одна сторона деятельности Владимира Ильича в деле защиты социалистического отечества. Эта деятельность носит, так сказать, публичный характер, она направлена к тому, чтобы склонить массы в определенную сторону, заставить их понять существующее положение, активизировать энергию масс в борьбе за советский строй. Но столь же важна и другая сторона деятельности Ленина — это непосредственные распоряжения, указания, советы, высказывания недовольства действиями того или иного работника. Здесь мы видим Ленина как непосредственного руководителя практической работы по защите Советского государства.
Летом 1919 года колчаковская армия под ударом Красной Армии откатывалась к Уралу. Лепин тогда телеграфировал в штаб Восточного фронта о необходимости энергичного наступления на Колчака. Он указывал, что всякое промедление и остановка на подступах к Уралу, прекращение дальнейшего наступления будут па руку врагу. И если Урал и Сибирь были бы оставлены в руках Колчака, то он мог бы оправиться от поражения, укрепить свои силы, и снова создалась бы угроза Советской Республике. Поэтому, чтобы окончательно добить Колчака, Ленин требовал укрепления Восточного фронта, запретил перебрасывать воинские части с Восточного фронта против Деникина, настаивал, чтобы на месте были изысканы добавочные силы и людские резервы. «От ослабления наступления на Урал и на Сибирь мы погибнем, мы должны усилить это наступление силами восстающих на Урале рабочих...» ".
В наиболее тяжелый период гражданской войны, когда Деникин начал наступление по всему фронту и подходил к Курску, Ленин потребовал резкого улучшения работы Реввоенсовета, который работал тогда плохо.
«Успокаивать и успокаивать, это — плохая тактика,— говорил Владимир Ильич.— Выходит «игра в спокойствие».
352


А на деле у нас застои — почти развал.
На сибирском фронте поставили какую-то сволочь Оль- дерогге и бабу Позерна и «успокоились». Прямо позор! А нас начали бить! Мы сделаем за это ответственным РВСР, если не будут приняты энергичные меры. Выпускать из рук победу — позор...
С формированием тоже опаздываем. Пропускаем осень — а Деникин утроит силы, получит и танки и пр. и пр. Так нельзя. Надо сонный темп работы переделать в живой» 10°.
Осенью 1919 года Юденич стремился захватить Петроград, возможно, рассчитывая, что если захват и не удастся, то, по крайней мере, большевики вынуждены будут оттянуть часть сил с Южного фронта, что поможет Деникину в продвижении на Москву.
Ленин разгадал замыслы врага и, несмотря на создавшуюся угрозу в связи с захватом Деникиным Курска и продвижением его армии на Орел, писал: «Не измен[ят1] плана, не т р о г [ат ь] распоряжений], не подд[а- ваться] панике, дать добав[очные] силы. Но их дать и с ультра-бешеной энергией, ибо оп[асно]сть есть, величайшая, никогда не было такой» 101.
И, действительно, добавочные силы были найдены. И во второй половине октября 1919 года Красная Армия нанесла решительное поражение Деникину под Орлом и Воронежем.
На Южном фронте, когда наша армия перешла в наступление против Деникина, Ленин писал уполномоченному Совета обороны: «Надо не сбивать противника, а уничтожать. Не ограничивайтесь полумерами. Сообщите точно, где сколько взято, какие станицы, что и как очищено» 102. Этой тактики придерживается наше командование и в настоящей войне.
Можно было бы значительно увеличить документальный материал об огромной работе, проделанной Лениным по защите социалистического отечества. Изучение этого материала наглядно показало бы глубокое знание Лениным военного искусства, стратегии и тактики войны. Да иначе и быть не может. Ведь Ленин являлся вождем самого революционного класса — пролетариата; он создал самую боевую в мире партию — большевиков,— которая своей практической деятельностью подготовила и осуществила вооруженное восстание.
23 М. И. Калинин
353


В Красной Армии за годы гражданской войны выдвинулся ряд талантливых полководцев...
Велико наследство Ленина, в том числе и в области военной организации, стратегии и тактики. Ленин был величайшим полководцем в истории войн трудящихся масс за свое освобождение от угнетателей, он положил начало советской регулярной армии, основанной на принципах современной науки и техники.
При изучении современности обращаются к историческому прошлому. Для всех нас изучение деятельности Ленина является насущной необходимостью, и это распространяется на армию, на ее командиров и политработников для того, чтобы лучше понимать современные события, чтобы постоянно совершенствоваться в знании военного дела и тем самым успешнее вести борьбу с немецкими захватчиками.
Мы празднуем двадцатипятилетие нашей Красной Армии; это большой народный праздник. Ведь Красная Армия есть детище советского народа, на ее организацию и укрепление народ не жалеет средств, она была и остается любимицей народа... И вот сейчас наступил момент, когда боеспособность Красной Армии испытывается на полях сражения в схватке с сильнейшей армией в мире.
Военная каста в Германии надменна и спесива; немецкие генералы мнят себя непревзойденными знатоками военного дела, а победы в Европе совершенно вскружили им голову.
Гитлеровский террор и бесшабашная агитация дали в руки германского генералитета рабски послушную армию, которая даже грабежи и злодеяния производит с ведома и по предписанию начальства. Издевательства фашистских главарей над ими же заключенными международными договорами, вероломство по отношению к соседним странам дали немецким генералам крупные козыри в военной игре. По отношению к Советскому Союзу все это было использовано в полной мере. Перед нашей Красной Армией стояла огромная сила, стоял враг с численным превосходством, до зубов вооруженный новой техникой, враг нахальный, упорный, упоенный легкими победами.
Гитлер и его генералитет были убеждены, что победа на Востоке у них в кармане; они полагали, что никакая сила не может устоять против их сокрушительной армады*
354


Наша Красная Армия, созданная Лениным, оказалась той первой и пока единственной армией в мире, которая не только устояла, но наносит удар за ударом объединенным полчищам итало-германской коалиции. Советский народ гордится своим детищем, которому исполнилось двадцать пять лет.
М. И. Калинин.
О коммунистическом воспитании и воинском долге, стр. 566—576.


ЕДИНАЯ БОЕВАЯ СЕМЬЯ
Сокращенная стенограмма беседы с фронтовыми агитаторами, работающими среди бойцов нерусской национальности
4 августа 1943 г.
Товарищи! Я с великим удовольствием встречаюсь с агитаторами Красной Армии — представителями почти всех национальностей СССР, принимающих участие в Великой Отечественной войне.
Война эта тяжела и кровава. Многие семьи за два с лишним года войны понесли потери. Но у нас нет иного выхода, как воевать. Вопрос стоит так: или идти чистить сапоги фашистам, идти к ним в рабство, на погибель, или же драться за свою свободу и независимость.
Когда германские фашисты начинали эту войну, они нас не считали за людей и называли быдлом, скотом. Так они думали раньше. Теперь, после наших ударов, фашисты все больше начинают разбираться в том, что представляет собою Советский Союз. Раньше они всех наших бойцов считали русскими, а теперь увидели, что бойцы, и притом хорошие бойцы, это не только русские, но и туркмены, и казахи, и узбеки, и азербайджанцы, и т. д. Раньше немцы полагали, что украинцы и белорусы радостно встретят их и поднимутся против русских. Остальные национальности немцы вообще не принимали в расчет.
Война показала, что Советский Союз — единая, дружная семья народов, что у нас такая сплоченность, какой мир еще не видел. Конечно, встречаются ничтожные исключения. Отдельные люди соглашаются работать у немцев старостами или еще кем-нибудь, но таких единицы, и для такой большой страны, как наша, они не имеют никакого значения. Бойцы всех национальностей, представленных в Красной Армии, беззаветно защищают свою Ро356


дину, дерутся замечательно, проявляют величайшее мужество и геройство. Вот этого наши враги никак не ожидали.
У нас воюют все. При царском строе азербайджанцы и народы Средней Азии: туркмены, узбеки, казахи, киргизы и другие, не воевали, их в армию не призывали. Царское правительство не доверяло им и не хотело обучать их военному делу. Вы знаете, что если война, с одной стороны, требует от народов больших жертв, то, с другой стороны, она дает возможность мужскому населению хорошо овладеть оружием. А народ, владеющий оружием, не даст наступить себе на мозоль. Поэтому царское правительство и не допускало в армию представителей этих национальностей, за исключением небольшой кучки кулаков и дворянства, которые были, по существу, агентами царского правительства и проводили его политику.
Советскому правительству незачем так подходить к народам, населяющим нашу территорию. У нас все народы равноправны. И все народы Советского Союза, даже те, которые считались ранее очень отсталыми, теперь участвуют в войне. Я не говорю уже о грузинах, армянах, татарах, которые принимали участие в войне и при царском строе.
Мы себя часто называем интернационалистами, но не все понимают, что это значит. Некоторые думают, что если ты называешь себя интернационалистом, то, значит, не считаешь себя русским, или узбеком, или казахом. Это глупо. Быть интернационалистом — значит уважать каждую национальность, вот в чем дело. И вот если ты с уважением относишься ко всем национальностям — значит ты интернационалист, а если ты, к примеру, русский и считаешь, что хорошо только все русское, то ты руссотяп, а не интернационалист, ты недалекий человек, не видящий дальше своего носа. Национальная политика нашей партии дала возможность поднять все народы нашей страны на Отечественную войну, эта политика делает героями все наши народы, открывает дорогу всем талантливым людям нашей страны.
В самом деле, если советский человек, какой бы он ни был национальности, талантлив, то он будет продвигаться все выше и выше. Вы знаете, как много теперь в Красной Армии прекрасно подготовленных офицеров всех нацпо- 357


нальностей. Сейчас это лейтенанты, молодые полковники, а через некоторое время они будут и генералами и маршалами. У нас продвижение идет не по признаку национальности, а по уму, по храбрости. Неумный человек, плохой воин не продвинется, а если человек — боец или офицер — талантлив, умен, хорошо знает свое дело — он поднимается высоко, какой бы национальности он ни был. Этот принцип крепко проводится в жизнь нашим Главным Командованием.
Коснусь еще одного важного вопроса — изучения русского языка бойцами нерусской национальности. Оно крайне необходимо. Без русского языка в армии не обойдешься. На русском языке составлены наши военные уставы, па нем пишутся боевые приказы, подаются команды. Русский язык служит для общения между всеми народами СССР. Русский язык — язык Ленина.
На первых порах знание русского языка у бойцов нерусской национальности будет, конечно, довольно ограниченным, и думать, разумеется, они будут на родном языке. И поэтому, если вы захотите передать бойцам что-либо так, чтобы затронуть их, то вы перейдете на родной язык, и ваши слушатели лучше почувствуют то, что вы им скажете. Родной язык дойдет до их сердца, передаст им все оттенки вашей мысли. Поэтому изучение русского языка не снимает с агитатора обязанности работать с бойцами нерусской национальности на их родном языке. Русский язык изучайте, но путь к сердцу бойца, особенно на первых порах, прокладывайте на родном языке. И очень хорошо, что агитаторы у нас подбираются из людей тех же национальностей, что и бойцы.
За время войны все наши народы очень выросли. Вот вы рассказывали, что узбеки расспрашивают вас, как там у них дома обстоит дело с хлопком. А ведь сейчас хлопок для Узбекистана не является самым главным, хлопок остался главным только в сельском хозяйстве Узбекской республики. Теперь Узбекистан имеет огромную промышленность. За время войны туда переведено много фабрик и заводов, там открылись угольные копи, работают новые гидростанции. И теперь про Узбекистан уже не скажешь, что он знаменит только виноградом да хлопком, пет. Сейчас это республика с крупной промышленностью. Раньше там почти не было рабочего класса, а сейчас рабочие в Узбекистане исчисляются сотнями тысяч.
358


Война требует от всех наших национальностей больших жертв — и материальных и людских. С другой стороны, у всех наших народов выковывается стойкость, развивается гражданское чувство, расширяются горизонты, народы вырастают на целую голову и, можно сказать, выходят на мировую арену. В самом деле, представьте себе, какими вы вернетесь домой, когда мы разобьем немцев. Вы явитесь домой новыми людьми, людьми, я бы сказал, с мировым именем, людьми, сознающими свое непосредственное участие в создании мировой истории.
Выступавшие здесь агитаторы правильно говорили, что нужно к каждой национальности подходить особо, потому что люди каждой национальности жили и живут в различных условиях, а это оставляет отпечаток на самом народе. Например, народы Кавказа и Закавказья с очень большим уважением относятся к оружию, и вручение оружия в торжественной обстановке имеет для них большое значение. У узбеков большим уважением пользуются старики. Национальные обычаи, нравы, быт того или иного народа агитатор обязательно должен учитывать в своей работе.
Однако я думаю, что есть и общий подход ко всем нашим народам. Вы знаете, что бойцу, который воюет хорошо и разбирается в событиях, агитатору нечего особенно много говорить. А вот бойцу — грузину ли, казаху ли, узбеку ли,— который дерется плохо или проявляет малодушие, агитатор мог бы сказать примерно так: «Неужели ты хочешь, чтобы мы не участвовали в войне, когда все остальные национальности дерутся, как львы? Разве мы можем остаться в стороне от войны? Неужели ты хочешь, чтобы из-за тебя одного считали, что весь наш народ состоит из малодушных людей? Подумай-ка, разве хорошо будет, если нашу республику станут считать за такую страну, люди которой не могут драться, неспособны воевать и защищать себя? Как же мы после этого будем смотреть в глаза другим народам, как же мы будем идти вперед, развивать свою культуру? Разве ты один на войне? Сейчас все воюют. А что же ты хочешь, не воевать? Хочешь, чтобы нас поработили? Извини, пожалуйста, мы этого не позволим. Лучше уж погибнуть в бою, чем возвратиться домой с клеймом труса или предателя. Война теперь идет не за какой-либо город или территорию, не за то, что немцы хотят завладеть каким-нибудь пограничным 359


городом, а мы его не отдаем. Война идет потому, что немцы стремятся обратить нас в рабов и на наших костях построить свое мировое господство. С захваченных ими территорий немцы угнали на германскую каторгу много советских людей. Очень многие из этих людей умерли от голода и непосильной работы. Вот против всего этого мы воюем. Сейчас не скажешь, что война идет где-то на западе и нас не касается».
Когда с человеком объясняешься на родном языке, можно говорить свободнее, потому что он все поймет, как нужно. Узбек с узбеками или казах с казахами чувствует себя свободно. И если бойцы вам скажут: «Что ты нам так говоришь и так нас ругаешь?» — то вы можете на это ответить: «Я тоже узбек (или казах), я не менее вашего люблю свой народ, поэтому я так и говорю».
Каждый, в том числе и русские, гордится своей национальностью, да и не может не гордиться: ведь он же сын своего народа! Этот момент очень важен, имеет очень большое значение, и в агитационной работе его надо всегда иметь в виду. Воспитывайте в наших людях советский патриотизм, национальную гордость, напоминайте каждому бойцу о героических традициях его народа, о его прекрасном эпосе, литературе, о великих людях — полководцах и военачальниках, о борцах за освобождение народных масс. Однако ведь только этого мало. Национальную гордость и патриотизм наших людей следует воплощать в боевые дела. У каждого народа есть свои национальные герои. Пусть их станет еще больше. Идет война, а она, как известно, рождает героев. Воспитывайте своей работой смелых, мужественных воинов, помогайте выращивать кадры сержантского и офицерского состава Красной Армии из бойцов нерусской национальности.
Народы СССР считают — и вполне правильно считают — русский народ своим старшим братом. Героическое прошлое русского народа, его национальных героев и великих людей вы тоже должны хорошо знать п рассказывать о них бойцам нерусской национальности. Это еще теснее свяжет все народы нашей страны между собою, укрепит их дружбу.
Дружбу народов следует укреплять не только на фактах и событиях прошлого. На фронте можно встретить много прекраснейших примеров боевой дружбы бойцов различных национальностей. Пропагандируйте эти примеры, 360


делайте их достоянием всех. Вы, агитаторы, можете очень многое сделать в этом направлении.
В настоящее время война приобретает для нас все более и более благоприятный оборот. Это заслуга наших бойцов всех национальностей. Все наши народы, соревнуясь в геройстве, борются с врагом самоотверженно и храбро.
Наша Красная Армия — это единая боевая семья, в которой все народы живут в крепкой, нерушимой дружбе. А дружба народов является самым ценным из того, что дала нам большевистская национальная политика. Эта дружба является верным залогом нашей победы над немецко-фашистскими захватчиками.
М. И. Калинин.
О коммунистическом воспитании и воинском долге, стр. 582—586,


БОЕВОЙ ПОМОЩНИК БОЛЬШЕВИСТСКОЙ ПАРТИИ * К двадцатипятилетию ВЛКСМ
Октябрь 1943 г»
Комсомол, а с ним вместе и вся советская молодежь празднует двадцать пятую годовщину своего существования. Славный путь пройден союзом молодежи. Наш комсомол имеет за плечами большие исторические заслуги перед Родиной. Рожденный в боях за советский строй, комсомол по зову партии, плечом к плечу со старшим поколением, геройски сражался с белогвардейщиной и интервентами, защищая молодую Советскую Республику.
За двадцать пять лет союз молодежи прошел хорошую школу. Комсомольские организации завоевали прочный авторитет во всех сферах государственной, хозяйственной и культурно-воспитательной деятельности. Там, где требовались молодая энергия, юношеский задор, самоотверженность, комсомольцы всегда были впереди. Недаром товарищ Сталин говорил, что «комсомол всегда стоял у нас в первых рядах наших бойцов. Я не знаю случаев, когда бы он отставал у нас от событий нашей революционной жизни» 103.
Лепин учит, что главное во всяком деле — уметь найти основное звено, ухватившись за которое можно вытащить всю цепь. И наш комсомол учился этому и вместе с партией, под ее руководством, решал важнейшие задачи по строительству и укреплению Советского социалистического государства. Достаточно напомнить о той огромной роли, которую сыграли комсомол и молодежь в восстановлении промышленности после гражданской войны, а в дальнейшем и в индустриализации страны, в особенности на Урале.
Сотни тысяч комсомольцев и несоюзной молодежи самоотверженно трудились на строительстве Магнитогорского металлургического комбината, на строительстве шахт, рудников и электростанций. Их руками были построены 362


Сталинградский и Харьковский тракторные заводы, Днепровская гидроэлектростанция. И, как бы на память потомству, в отдаленной глуши, среди непроходимых лесов, на величественной реке Амур комсомольцы построили город своего имени — Комсомольск, который стал уже значительным индустриальным центром Дальнего Востока и промышленное значение которого растет с каждым днем.
Не менее велика заслуга комсомола и в коллективизации сельского хозяйства. Комсомол деревни был верным проводником линии партии, ее боевым помощником в борьбе за создание и укрепление колхозного строя.
Призыв товарища Сталина к комсомолу — учиться упорно, терпеливо, учиться, стиснув зубы, чтобы овладеть наукой, выковать новые кадры большевиков-специалистов по всем отраслям знаний,— пал на благодатную почву. Сотни тысяч комсомольцев и молодежи усердно учились, овладевали специальными знаниями, и к началу войны наша страна располагала значительными кадрами молодых специалистов. Это было как бы завершающим актом большой созидательной работы, проделанной в нашей стране, и это дало нам возможность в трудной обстановке современной войны наладить работу эвакуированных предприятий, прогрессивно развивать такие отрасли промышленности, как авиационная, танкостроение и другие. Сейчас каждый красноармеец на повседневном опыте войны может наглядно убедиться, сколь великую пользу принес лозунг — комсомол должен овладеть наукой.
Значительна роль комсомола в укреплении оборопы страны. Шефство комсомола над Военно-Морским и Военно-Воздушным флотами — одна из замечательных страниц в истории комсомола. Тысячи лучших комсомольцев пошли во флот, поступали в военно-морские учебные заведения, и к началу этой войны наш Военно-Морской Флот вырос в большую силу. Весь мир восхищается героями- моряками, защищавшими Одессу, Севастополь, Ленинград; память об их подвигах навсегда сохранится в нашем народе.
Военно-Воздушный Флот был создан нами буквально заново. И здесь комсомол сыграл не меньшую, а, пожалуй, еще большую роль, чем в Военно-Морском Флоте. Усилия народа и, в частности, комсомола дали богатые плоды в настоящей войне. Имена воспитанников комсомола — дважды Героев Советского Союза Александра Молодчего, Бори363


са Сафонова, Дмитрия Глинки, Василия Зайцева, Михаила Бондаренко, Василия Ефремова; Героев Советского Союза Николая Гастелло, Виктора Талалихина, Петра Харитонова, Степана Здоровцева, Михаила Жукова и многих других послужат будущим поколениям летчиков образцом беззаветного служения Родине и высокого летного мастерства.
Итак, в течение двадцати пяти лет комсомол, начавший свое бытие в борьбе с белогвардейщиной и интервентами, самоотверженно восстанавливал и развивал промышленность, строил колхозный порядок в деревне, успешно овладевал наукой в университетах, институтах, заводских лабораториях и на опытных сельскохозяйственных полях, укрепляя оборонную мощь государства. Созидательная работа шла полным ходом. Перед комсомолом и молодежью открылись беспредельные возможности мирного труда и научного творчества.
* * ♦
Навязанная нам гитлеровской Германией война оборвала мирную творческую работу советских людей. Для комсомола и всей нашей молодежи настали суровые дни. Нужно было защищать Родину, защищать все то, что достигнуто общими усилиями всех народов СССР почти за четверть века.
Война является суровым испытанием для народа, его государственного строя, политики и руководства. В сущности, эту мысль можно применить и к любой общественной организации, в частности и к комсомолу. Перед войной у комсомольцев, как и вообще у многих советских людей, под влиянием все расширяющегося строительства, хозяйственных и культурных успехов преобладали мирные тенденции. Война резко оборвала все это, и перед комсомолом встали новые задачи, связанные с войной. Разумеется, нелегко изжить настроения мирного времени, в особенности если принять во внимание, что комсомол — организация с миллионами членов. Однако, к чести комсомола, можно сказать, что он с этой задачей справился удовлетворительно.
Лозунг — все для войны — прост, понятен и был с воодушевлением воспринят комсомольцами и молодежью. Но следовало еще организационно направить энергию молодежи по различным руслам непосредственно практической
364


деятельности. Трудности на этом пути были огромные. Они имеются и сейчас.
Молодежь только начинает жить, а война требует от человека всего, в том числе и его жизни. Чтобы миллионы поняли эту необходимость, надо было хорошо усвоить, что война нам насильственно навязана, что она неотвратима, что участие в ней есть святое, правое дело. Комсомольская организация сделала и делает в этом направлении немало.
Естественно, что перед комсомолом, как и перед каждой советской организацией и каждым советским гражданином, встал первоочередной вопрос — где и как лучше применить свои силы для защиты Родины. И тысячи комсомольцев, юношей и даже девушек, верных лучшим традициям комсомола, пошли добровольцами в ряды действующей армии, в оккупированных районах вступали в партизанские отряды. И это характерное для комсомольцев влечение на фронт продолжается до сих пор.
Трудности и опасности не пугают, а привлекают молодежь, вызывают ее на героические подвиги. Наша советская молодежь, геройски сражаясь на фронтах Отечественной войны, не только вписывает новую блестящую страницу в историю комсомола, но и показывает несокрушимую волю своего народа в отстаивании чести, свободы и независимости Советского государства.
Войны вообще жестоки, требовательны и неумолимы к людям. Эта война приобрела особо изуверские формы, созданные подлыми немецкими фашистами. Неслыханные издевательства над населением оккупированных районов, над дорогими ему чувствами, над его моралью, избиение стариков и детей, истязание раненых и больных, отрыв матерей от малолетних детей и угон их на фашистскую каторгу, порки, расстрелы и виселицы — все это было продумано в германских штабах как действия, которые должны способствовать победе германского оружия. Немецкие фашисты рассчитывали, что путем такого террора им удастся деморализовать наш народ, превратить его в бессловесное стадо рабов.
Советские люди, армия и особенно молодежь, воспитанные на внимании к человеку, на уважении к его достоинству, не могли сразу уразуметь эту немецко-фашистскую тактику войны.
Товарищ Сталин раскрыл звериную сущность немецкого империализма, указал на смертельную опасность для 365


нашей Родины и призвал советский народ проникнуться ненавистью к немецким разбойникам, истребить всех фашистских захватчиков, пробравшихся на советскую землю. Комсомольцы и молодежь глубоко восприняли слова вождя, грудью встали на защиту Родины и со всей юношеской энергией и беззаветной храбростью истребляют немецких оккупантов.
Современная война требует от бойца огромного морального напряжения. Но главное — она требует умения владеть оружием, умения наиболее эффективно использовать его в борьбе с врагом, она требует беззаветной храбрости в сочетании с осмотрительностью опытного бойца и, наконец, физической выносливости, ловкости. И мы видим, как в этой жестокой борьбе с немецкими грабителями выковываются бойцы нашей армии и флота: пехотинцы, летчики, танкисты, артиллеристы, кавалеристы, минометчики, моряки, десантники, саперы. Комсомол по праву может гордиться тем, что в семье Героев Советского Союза насчитывается свыше пятисот воспитанников комсомола, десятки тысяч награжденных орденами и медалями.
Можно смело сказать, что героизм молодежи на фронте носит массовый характер. Героический поступок одного порождает десятки и сотни новых последователей. Имена комсомольцев — Ивана Смолякова, Людмилы Павличенко, Натальи Ковшовой, Дмитрия Остапенко, Марии Поливановой, Курбан Дурды, Ивана Сивкова, работницы Одесской трикотажной фабрики пулеметчицы Нины Они- ловой и многих других — стали символом героического; тысячи бойцов стремятся быть такими же. А сколько героев повторили беспримерный подвиг комсомольца летчика Гастелло, пехотинца комсомольца Матросова, гвардейца- панфиловца Мусабека Сенгирбаева и других!
Сейчас перед нами новая группа героев, форсировавших Днепр, среди которых значительная часть — комсомольцы. Форсирование Днепра войдет новой блестящей страницей в историю Великой Отечественной войны советского народа.
Широко участвуют комсомольцы в партизанском движении. Немецкое командование надеялось задушить его террором. Но чем больше неистовствовал взбесившийся враг, тем сильнее росло партизанское движение. И теперь фашистские захватчики вынуждены время от времени скулить: «Русские воюют не по правилам войны». Да, парти366


занское движение — это месть народа за развалины наших городов и селений, за грабежи и насилия, за надругательства над советским человеком, за убийства и казни беззащитных женщин, стариков и детей. Как бы немецкие разбойники ни скулили, «посеявши ветер, они пожинают бурю».
Трудно переоценить значение партизанской борьбы в современной войне. Одно можно сказать, что размеры ее превзошли всякие ожидания. Сотни тысяч солдат и офицеров потеряли немцы в результате действий советских партизан; тысячи паровозов, десятки тысяч вагонов с живой силой и техникой полетели под откос. Уничтожение партизанами телефонно-телеграфной связи, разгром опорных пунктов, комендатур — все это делает неустойчивым тыловое обслуживание немцев, нарушает коммуникации германской армии. А самое главное — это то, что партизаны своими действиями толкают население на сопротивление врагу, вселяют в людей уверенность в неизбежном поражении фашистских захватчиков.
Партизаны достигли больших результатов, но и трудности их борьбы исключительны. Ежечасная опасность висит над их головами. Партизанская борьба предъявляет к человеку суровые требования как в бытовой обстановке, так и в боевой жизни. И в этих жестоких условиях войны партизаны-комсомольцы не только с честью выдержали испытания, но и прославили себя как неутомимые и бесстрашные борцы за освобождение Родины от немецких грабителей, насильников и убийц.
Тысячи комсомольцев в тяжелых условиях немецкого подполья ведут самоотверженную работу, организуя местное население на борьбу с оккупантами. Рискуя жизнью, они проводят собрания молодежи. Беседой, рассказом, пущенным слухом, листовкой, газетой и многими другими путями несут комсомольцы правду в народ, вселяют уверенность в победе Красной Армии, разоблачают ложь фашистской пропаганды.
Родина, народ высоко ценят своих лучших сыпов, сражающихся в тылу врага. Среди партизан, которым присвоено звание Героя Советского Союза,— 22 комсомольца. Тысячи молодых партизан награждены орденами и медалями. Весь советский народ знает и с любовью произносит имена комсомольцев — Героев Советского Союза: Лизы Чайкиной, Саши Чекалина, Зои Космодемьянской, Анто- 367


нипы Петровой, Филиппа Стрельца, Владимира Куриленко, Михаила Сильницкого, Владимира Рябок, братьев Игнатовых и многих других. Бессмертные герои, они войдут в историю партизанской борьбы, а тем самым и в историю Великой Отечественной войны. Они будут служить для молодого поколения образцами высокого служения Родине и беззаветной преданности ей.
Гитлеровцы посягнули на самое дорогое, что было и есть у советской молодежи,— на ее свободу, на ее идейность, на все огромное богатство духовной и материальной советской культуры, являющейся достоянием молодежи. И молодежь со всем пылом ведет смертельную борьбу с врагом, защищая свое будущее. Всем известно такое замечательное явление, как создание комсомольской организации «Молодая гвардия» в г. Краснодоне. Олег Кошевой, Иван Земнухов, Сергей Тюленин, Ульяна Громова, Любовь Шевцова и другие, входившие в организацию «Молодая гвардия», в обстановке жестокого немецкого террора не склонили свои гордые головы перед захватчиками. Со всей страстью свободолюбивых советских людей вступили они в жестокую, казалось, непосильную борьбу. Большинство юношей и девушек из организации «Молодая гвардия» погибло смертью храбрых, но дело, за которое они боролись, дело Ленина живет. Нет той силы, которая могла бы уничтожить душу народа, народа, любящего свою Отчизну, свою свободу и независимость. На место павших встают все новые и новые шеренги, чтобы продолжать их славное дело.
Фашистские громилы хотели насмеяться над советским человеком, втоптать его в грязь, посеять в его душе страх и ужас. Это им не удалось. Мы увидели вокруг себя бессмертные образцы высокого и честного служения своему народу, Советской стране. Мне бы хотелось, чтобы руководители комсомольских организаций вменили себе в обязанность ревниво собирать и тщательно хранить записи о боевых подвигах молодежи на фронте и в тылу врага, о проявленной молодежью беззаветной любви к Родине, о том, как комсомольцы в боях с врагом высоко держат знамя комсомола, знамя партии Ленина.
Велико значение комсомола в тылу — в промышленности, в сельском хозяйстве и других отраслях, обслуживающих фронт. На многих промышленных предприятиях преобладает молодежь, в том числе и женская. И наша про- 368


мышлепность непрерывно питается поступлением все новых и новых контингентов рабочих из ремесленных училищ и школ ФЗО, которые, подготовляя квалифицированных рабочих, вместе с тем выполняют и значительные военные заказы.
Можно с уверенностью сказать, что комсомольцы и молодежь в массе своей вкладывают в работу для фронта все свое умение и силу, проявляя инициативу и творческий почин. Призыв перестроить нашу промышленность на военный лад, сделать все, чтобы фронт не нуждался в вооружении и боеприпасах,— нашел горячий отклик в среде комсомольцев и молодежи.
Об эффективности работы нашей промышленности можпо судить, сравнивая ее с работой немецкой промышленности. Гитлеровская Германия ограбила всю Европу, миллионы рабочих из оккупированных стран угнала к себе на каторгу. Тем не менее немецкие фабриканты все время вопят о недостатке рабочих, в особенности квалифицированных. Куда же деваются рабочие? Вследствие непосильного труда, избиений, голодовок, заболеваний на предприятиях Германии в неслыханных размерах возросла смертность рабочих, в особенности иностранных. В истреблении рабочей силы фашистская Германия похожа на минотавра, этого, по преданию греков, чудовища, которому бросались на пожирание юноши и девушки. Гитлер, как минотавр, беспрестанно требует от своих союзников и вассалов все новых и новых жертв.
В нашей промышленности инженеры и техники, в том числе и молодые инженеры, не покладая рук, трудятся над улучшением технологического процесса, над облегчением труда рабочих. И в результате работа нашей промышленности идет на высоком уровне, удовлетворяет как по количеству, так и по качеству нужды фронта. А это значит, что производительность труда свободного, патриотически настроенного народа, защищающего свою Родину, дает результаты, во много раз превышающие продуктивность каторжного труда германских предприятий. Впрочем, прибыли немецких заправил небывало высоки, а это для них главное.
Велико значение молодежи, в особенности женской, в сельском хозяйстве. В тысячах колхозов ей сейчас принадлежит ведущая роль. Комсомол и здесь немало сделал для того, чтобы не снизились темпы сельскохозяйственного 24 М. И. Калинин
369


производства. В целом ряде областей, в особенности центральных, урожай за время войны даже значительно повысился. В этом великая заслуга перед Родиной наших женщин и девушек. С уходом мужского населения на фронт потребовалась большая работа по подготовке кадров трактористов, комбайнеров и других категорий рабочих. Женская молодежь с успехом овладевает сложными сельскохозяйственными профессиями, как, например, работой на тракторе, комбайне. Многие девушки значительно перевыполняют государственный план тракторных работ.
Можно привести многочисленные примеры практических достижений комсомола и молодежи в деревне по увеличению продукции сельского хозяйства, требующейся для фронта и промышленности; я не привожу их лишь потому, что они ежедневно печатаются в газетах и передаются по радио. Одно можно сказать, что если гитлеровские дурачки, а может быть и жулики (скорее всего — и то и другое), предвещают в своей пропаганде голод в Советской стране, то они забывают об одном: в стране, где господствует вольный труд на вольной земле, где народ, колхозники воодушевлены стремлением уничтожить гитлеровскую банду, там земля, почва действенна, как и дух народа, и она сторицей вознаграждает людей за их труды. В этом немалая заслуга нашей деревенской комсомолии и молодежи.
Говоря о большой работе, проводимой комсомольцами в дни войны на фронте, в промышленности и в сельском хозяйстве, я хочу указать еще на одну задачу, в решении которой комсомол, несомненно, должен сыграть не менее значительную роль,— это участие комсомола и молодежи в восстановлении разрушенных городов и селений, в организации помощи пострадавшим от немецкой оккупации.
Сейчас развернулась работа по восстановлению Сталинграда. Каждый советский человек с гордостью произносит это имя и считает своим гражданским долгом принять в этом деле то или иное участие. Благородный почин комсомола — взять шефство над восстановлением Сталинградского тракторного завода, завода имени Дзержинского, металлургического завода «Красный Октябрь» и завода № 264 — нашел широкий отклик среди молодежи Советского Союза, и я надеюсь, что этот почин распространится на все освобожденные районы.
370


С гордостью и любовью смотрит советский парод на свою молодежь. Война ураганом ворвалась в жизнь советского молодого человека, поставила его перед жестокой необходимостью грудью защищать свою Родину, свое будущее, подвергнуться суровым испытаниям. И вот уже более двух лет наша молодежь в жестокой битве с врагом вместе с отцами и старшими братьями храбро и самоотверженно отстаивает свободу и счастье своего народа. Война явилась суровой проверкой духовных и физических качеств советской молодежи, ее передового отряда — комсомола. Эту проверку наш комсомол, молодежь выдерживает с честью. В тылу, как и на фронте, молодежь неутомимым трудом, с полным сознанием долга перед Родиной отдает все свои силы и умение, чтобы приблизить час победы над злейшим врагом.
Многие за границей, в особенности в начале войны, искали объяснения столь высокого патриотического подъема населения Советского Союза, стойкости Красной Армии. Для нас же источник патриотизма советского человека ясен — это любовь к Родине, к своему народу, к своей культуре и быту. Именно потому, что в великой семье советских народов все равны, все проникнуты уважением друг к другу, взаимным доверием, дружбой, именно поэтому крепок и нерушим Советский Союз.
Одной из решающих причин высокого патриотизма нашей молодежи и ее беспримерного героизма является неразрывная связь комсомола с Коммунистической партией. Партия вдохновляет комсомол на подвиги во имя общего дела. История нашей партии, ее борьбы за идеалы народа служила и служит неиссякаемым источником героического поведения молодежи в Отечественной войне. Цели, поставленные нашей партией, величественны — добиться блага народа, его братского единства; за эти цели боролась и борется наша партия, а вместе с ней и под ее руководством беззаветно борется и наш комсомол, увлекая за собой всю советскую молодежь.
От души поздравляем ленинский комсомол 6 двадцатипятилетием и пожелаем ему новых побед и славы.
М. И. Калинин.
О коммунистическом воспитании и воинском долге, стр. 590—598.


БОЛЬШЕ ПАРТИЙНОСТИ И ОРГАНИЗОВАННОСТИ В РАБОТЕ Из сокращенной стенограммы выступления в Высшей школе партийных организаторов при ЦК ВКП(б)
2в апреля 1944 г.
Товарищи, я радуюсь за вас, что вы в такое время проходите курсы, которые можно назвать курсами усовершенствования. Курсы усовершенствования существуют во многих отраслях. Наиболее распространенными, многочисленными и регулярными являются такие курсы для офицерского состава нашей Красной Армии. Несомненно, там эти курсы дают очень много, потому что военная техника и все военное дело с каждым годом изменяется и совершенствуется. И очень важно поэтому, чтобы наш офицерский состав шел наравне с развитием военной науки. Мы видим, что такое систематическое совершенствование офицерского состава Красной Армии положительно сказалось во время войны...
* * *
Не знаю, ошибаюсь я или нет, но мне кажется, что все присутствующие здесь имеют в основном три сферы деятельности, тесно между собой связанные: это партийно-политическая, организационная и административная.
Если взять вопросы партийной политики, то, разумеется, первая задача, которая на вас возлагается здесь,— это изучение марксизма-ленинизма. Хорошее знание марксизма-ленинизма исключительно обогащает человека. Однако только текстуальное знание произведений Маркса, Ленина еще не означает, что человек овладел марксизмом-ленинизмом, его методом, что он умеет применять этот метод в своей практической деятельности. Вы знаете, что немало имеется людей, хорошо знающих произведения Маркса — Ленина, людей, которые не только могут процитировать на 372


память то или иное выражение пз их произведений, но и указать, в каком томе, на какой странице это сказано. Однако нередко применить марксизм-ленинизм в своей практической деятельности они неспособны. Таких людей называют начетчиками. Для нас, партийных работников, я бы сказал, самое важное и самое трудное — это овладение методом марксизма-ленинизма, умение применять его пе только к общим явлениям, но и к частным случаям.
До революции было много рабочих, которые теоретически слабо знали марксизм, но в практической жизни довольно правильно подходили к решению вопросов. В данном случае можно сказать, что ими руководил пролетарский инстинкт, влияние нашей партии, работа в подполье. Все это давало возможность выработать правильный подход к разрешению практических вопросов. Но от вас сейчас, разумеется, требуется совершенно иное. Сейчас мы движемся к тому времени, когда в управлении будут участвовать люди, не только умудренные опытом, но и хорошо знающие теорию марксизма-ленинизма и умеющие применять ее на практике. А это, разумеется, может быть достигнуто лишь длительным и упорным изучением.
От коммуниста требуется, чтобы он к каждому вопросу подходил принципиально, по-партийному, и, исходя из этой принципиально-партийной позиции, решал бы стоящие перед ним вопросы. Если человек чувствует, что он стоит на принципиальной партийной позиции, то он свободнее формулирует свою мысль, свободнее принимает те или иные решения. Когда человек не уверен в своей принципиальности, тогда он начинает искать готовых формулировок, так как за них отвечать не придется. Такой путь использования только одних готовых формулировок в практической работе, в пропаганде и агитации не приучает человека к самостоятельности. Голова не занимается выработкой самостоятельного решения, самостоятельной формулы, которые отвечали бы принципиальным положениям партии, а берется по памяти то, что подходит. Получается, что вместо ума начинает работать память.
Жизнь очень сложна, и вчерашний день непохож на сегодняшний. Так вот одна из главных черт марксизма состоит в том, что он подходит к вопросам диалектически, то есть принимает во внимание все изменения, которые произошли. Для метафизика это абсолютно невозможно. Метафизик, если выработал формулу, то он придерживается 373


ее, как верующий, и гордится, что его формула родилась с Адама и кончится с гибелью человечества. Таков подход метафизика. Диалектический же метод, наоборот, всегда учитывает происходящие изменения и свои выводы делает на основании существующих конкретных условий.
Что является целью нашей политики и в центре и на местах в настоящий момент? Я думаю, что каждый понимает, что и сегодня, так же как это было и вчера, целью нашей политики является укрепление Советского государства, помощь Красной Армии. Красной Армии мы помогаем орудиями, снарядами, снабжением, формированием новых частей в тылу. Это, так сказать, непосредственная военная помощь; но Красной Армии можно помогать и политикой. И мы видим, что наша политика с первых дней войны безусловно несет огромную помощь Красной Армии. Все, например, понимают, что наша война справедливая, знают, что мы не ищем чужих земель, и хотя враги говорят, что это обман с нашей стороны, но, что бы они ни говорили, эта истина проникает и во вражеский лагерь.
Взять хотя бы для примера заявление нашего правительства по румынскому вопросу, где говорится, что СССР пе претендует на румынскую территорию, не претендует также и на изменение политического строя Румынии. Разве это не оказывает помощь Красной Армии в ее борьбе и не содействует усилению Советского Союза на международной арене? Безусловно, да.
Соглашение с Чехословакией привлекает симпатии чехословацкого народа к Советскому Союзу. Мы дали возможность чехословакам переходить к нам и вступать в чехословацкие части. На нашей территории уже действуют две чехословацкие бригады.
Говорят, что война — политика оружием, но во время войны политические мероприятия также являются сильным оружием в борьбе с врагом.
И вот если вы проанализируете официальные акты и все действия Советского правительства, то вы получите замечательную картину применения диалектического метода в решении больших политических и практических вопросов. Я говорю о больших вопросах. Но вы являетесь крупными партийными работниками, управляющими областями, а ведь наши области зачастую равняются средним западноевропейским государствам. Поэтому вы должны решение практических вопросов пронизывать партийностью, 374


диалектически подходить к их решению — и это во всех отраслях своей работы.
Если в решение каждого вопроса, даже самого маленького, вы будете вносить партийность, принципиальность, то можно быть уверенным, что проведение его в жизнь не будет расходиться с принципами марксизма-ленинизма и всегда будет означать успех. Вся наша практика и по партийной, и по советской, и по агитационно-пропагандистской линиям должна быть пронизана партийностью. Человек, который подходит непартийно к решению вопросов, в наших условиях быстро себя изживает и его практические действия не приносят тех результатов, которые должны быть. Поэтому внесение партийности в полном объеме в наш советский аппарат — одна из важнейших задач. Вы сюда и призваны для того, чтобы твердо усвоить партийные принципы, партийный подход, чтобы вы не увлекались мишурой мелких достижений к узким делячеством. Если вы это усвоите, то успех в вашей работе обеспечен...
* * *
Я хочу немного остановиться на организационных вопросах. Это, можно сказать, вопросы, присущие большевикам. Нам требуется глубокое изучение организационных форм. В этом отношении богатый материал дают произведения Ленина. В них можно многое почерпнуть для изучения организационных вопросов.
Конечно, организационные вопросы очень трудны, к тому же их нельзя отделять от вопросов политических. Мне припоминается, что на одном из заседаний Ленин говорил, что разделение организационных и политических вопросов условно, что «...нельзя точно разграничить, какой вопрос политический и какой организационный. Любой политический вопрос может быть организационным, и наоборот» 104. Например, назначение Владимира Ильича председателем СНК — как будто бы организационный вопрос. Однако это имело колоссальное политическое значение. Да и всякое назначение человека на тот или иной пост носит организационный характер, но одновременно это — и политическое действие.
Организационным вопросам наша партия всегда уделяла огромное внимание. Да иначе и быть не может. Наша 375


страна — социалистическая страна. А что значит социализм? Это значит организация самого крупного хозяйства, это значит — плановость. А какая же плановость без организационных форм? Точно так же как и организация без плановости не годится, так как одно дополняет другое.
Организационные вопросы в нашей стране имеют куда большее значение, чем в странах капиталистических. Ленин говорил, что, может быть, наш аппарат еще плох, мы делаем много ошибок, но зато мы создали новую, Советскую власть, новый, советский строй, который по своей природе совершеннее капиталистического строя. Разумеется, в капиталистическом мире организационным вопросам, особенно в области промышленности, уделяют тоже большое внимание. В Америке, например, кажется, в прошлом году, один из руководителей Дженерал Электрик Компани на периодической конференции делал доклад об организационных изменениях и улучшениях. Указывая на необходимость организационных улучшений трестовского хозяйства и его руководства, он подчеркивал, что даже при хорошей организации, если кадры плохи, то можно испортить все дело, а если и имеются организационные недочеты, несовершенства, но хороши кадры, то с их помощью положение можно выправить. Это замечание нам тоже не мешает запомнить.
Очень желательно, занимаясь организационными вопросами, не повторять вчерашний день, то есть не вводить таких организационных новшеств, которые уже известны и изжиты. Поэтому следует познакомиться с организационными формами нашей партии в прошлом, изучить организационные формы Советов в послереволюционный период и быть в курсе сегодняшнего дня. Это трудная, по необходимая работа. Я считаю также очень важным иметь хотя бы некоторое ознакомление с теми организационными формами, которые существуют за пределами нашей страны. Мы должны исходить из того, что уже создано и оказалось хорошим на практике, мы должны исходить из последних достижений и идти вперед, вырабатывая новые организационные формы.
Организация, товарищи,— великое дело. Наша Октябрьская революция была осуществлена не только геройством пролетариата, его беззаветной преданностью идеям нашей партии, но и организацией партии, организацией пролетарских масс, организацией трудящихся. Во всех 376


отраслях нашего хозяйства и культуры вопросам организации должно уделяться очень и очень большое внимание.
В чем должны сказываться организационные усовершенствования в аппаратах управления?
Прежде всего в четкости и разделении функций между отделами, чтобы каждый отдел знал, что он не дублирует работу другого, чтобы каждый работник был организационно связан со всей работой, присущей его отделу, чтобы была максимальная четкость и в работе всего отдела и каждого его работника. Конечно, мне вас учить нечего в этом отношении, я здесь только толкач, ибо мне хочется подтолкнуть вас к большему вниманию этой отрасли работы. Я думаю, что недалеко то время, когда вопросы организационной структуры, организационной системы будут являться определенными дисциплинами па наших кафедрах.
Какое внимание партия уделяла организационным вопросам, видно хотя бы из того, что когда была организована «Правда» как легальный орган (в апреле 1912 года), то Ленин, помимо мотивов пропаганды и агитации, выдвинул еще и тот мотив для создания легального органа, что это будет организующий центр нашей партии. Вообще говоря, если проследите всю историю нашей партии, высказывания Ленина, то вы увидите, что организационным вопросам уделялось исключительное внимание. Это естественно, потому что правильная организация в любом деле имеет исключительно важное значение.
Не случайно, товарищи, что во время войны большое количество крупных партийных работников были как организаторы посланы в армию и заняли там видные посты, осуществляют очень важные военно-организационные функции. Не случайно столько видных партийных работников носят сейчас генеральские мундиры. Это результат их организаторской работы в армии. Армия — огромная машина, требующая от людей не только знания непосредственно военного дела, но и больших организаторских способностей в обслуживании ее. Ведь весь мир удивлен не только нашими победами, но и тем, что мы сумели снабжать нашу армию снарядами, продовольствием, медикаментами, что мы сумели все это своевременно подвозить,— словом, сделали все, чтобы наша армия ни в чем не нуждалась.
377


Я вам очень немногое могу сказать об организационных вопросах потому, что я сам не прошел школы их изучения, а знаю все это по практике, но практика есть только практика, организационные же вопросы надо глубоко изучать. К сожалению, у нас немного источников для этого, но они все-таки имеются. Когда я должен был сделать доклад по организационным вопросам на одном из съездов Советов, то я все-таки нашел и прочел до десятка книг, хотя это были, к сожалению, старые книги, но все-таки они трактовали об организационных вопросах. И я считаю, что нашим партийным организаторам и советским работникам не мешает сосредоточить свою мысль на теоретической стороне этих вопросов. Их труды не пропадут задаром.
Советская страна — это страна организаторская, ибо социализм означает организацию человеческого общества на более разумных началах, чем все предыдущие формации человеческого общества. Это идеальная организация человеческого общества, идеальная форма по отношению к прошлому. Я говорю к прошлому, потому что люди в будущем, вероятно, будут умнее нас и найдут лучшие формы. Но мы стремимся к тому, чтобы будущим поколениям было легче, и поэтому и вам, молодым большевикам, не мешает поработать над улучшением организационных форм в нашей стране во всех отраслях ее хозяйства и культуры.
* * *
Я хотел несколько остановиться на вопросах администрирования, так как по существу все вы администраторы. (С м е х.)
Первой задачей администратора, конечно, является подбор кадров...
Вы должны знать своих людей и каждого уметь поставить на свою полочку. Разумеется, для этого нужно иметь политическое чутье. Поэтому администратор должен быть и политиком. Голое администрирование не может привести к хорошим результатам, и во всяком случае при голом администрировании достижения будут гораздо меньшими, чем при администрировании, пропитанном политическим духом. «...Если коммунист — администратор,— говорил Ленин,— его первый долг — остерегаться увлечения командованием, уметь сначала посчитаться с тем, что наука уже выработала, сначала спросить, проверены ли 378


факты, сначала добиться изучения (в докладах, в печати, па собраниях и проч.) — изучения того, где именно мы сделали ошибку, и лишь на этой основе исправлять делаемое. Поменьше приемов Тит Титыча («я могу утвердить, могу не утвердить»), побольше изучения наших практических ошибок» 105.
Администратор должен быть очень справедливым, пе добреньким, а справедливым. Чтобы у него не было любимчиков и пасынков. Конечно, это так говорится, ибо любимчики будут, как бы я ни доказывал вам вредность этого. (Смех.) Но важно, чтобы их не выделяли, чтобы людям, которым симпатизируешь, не делать поблажек, не ставить их в исключительное положение. Если в аппарате создается впечатление, что у такого-то начальника ничего не добьешься службой, а только прислуживанием, то этот аппарат разложен, он будет неработоспособным, во всяком случае его работоспособность будет значительно снижена. Если же начальник справедлив, не делает поблажек, а еще больше требует от людей, которым симпатизирует, то он быстро добьется уважения.
Администратор должен заботиться, чтобы функции его работников были строго разграничены. Ленин говорил, что «основной принцип управления, по духу всех решений РКП и центральных советских учреждений,— определенное лицо целиком отвечает за ведение определенной работы» 10в. Очень важно, чтобы каждый человек в аппарате был облечен конкретной властью. Часто бывает, что начальник приучает своих подчиненных смотреть себе в рот, делать только то, что он прикажет. Пока он здесь,— работа идет, а ушел — работа приостановилась, потому что люди привыкли глядеть ему в рот. Желательно, чтобы каждый заведовал определенным участком работы и за него отвечал.
Очень важно, как мне кажется, если ты хочешь ввести те или иные изменения в какой-нибудь раздел работы, то надо вызвать непосредственного руководителя этого участка и спросить его мнение по этому поводу и затем обсудить его. Это тоже повышает ответственность людей. Возьму еще более простой пример того, как важно, чтобы люди приучались отвечать за порученное им дело. В каждом предприятии или учреждении имеется бригадир уборщиков. Так вот, если приучишь его к тому, что с него будет взыскиваться за непотушенные лампочки, за неза379


крытые краны, то он будет себя чувствовать ответственным за эту область и в свою очередь следить за своей бригадой. И так сверху донизу, чтобы каждый человек знал, что у него имеется определенный участок работы, за который он несет ответственность, что за ним наблюдают и его контролируют.
Администрирование — трудная работа, связанная у нас с политикой. Наше управление единолично, но администратор не может не считаться с партийной, профсоюзной, комсомольской организациями.
Администратор является вместе с тем и политиком. Он не только выполняет определенные функции, но на него возложена задача растить кадры и т. д. Словом, быть администратором в советских условиях нелегкая задача, связанная и с политикой и с партийностью. Если администратор к решению вопросов подходит по-партийному, значит он подходит справедливо, правильно.
В заключение пожелаю вам успехов в вашей учебе.
М. И. Калинин.
О коммунистическом вое- питании и воинском долге, стр. 608—615,


О МОРАЛЬНОМ ОБЛИКЕ НАШЕГО НАРОДА * Январь 1945 г.
Мораль, или этика, существует с начала образования человеческого общества и определяется его экономическим развитием,— разумеется, не автоматически, а с отставанием, как и всякая идеологическая надстройка, вроде права, религии и т. д. На заре человеческого общества мораль вырастала из бытовых условий, складываясь практически в определенные нормы поведения людей. Нормы эти, конечно, не записывались ни в какие юридические кодексы — в те времена и письменности еще не существовало; но для людей того времени они были, пожалуй, не менее обязательны, чем для нас юридические статьи современных писаных законов. Отношения к общине, роду, семье, отношения мужчины к женщине и женщины к мужчине, бытовые отношения закреплялись, превращались в общепринятые психологические установки, в общественную мораль.
С разделением человеческого общества на классы, с появлением государства, естественно, и мораль становится классовой, делается сильным оружием в руках господствующих классов для закрепощения подчиненных масс. О капиталистическом обществе Энгельс писал, что там имеется, по меньшей мере, три вида морали: «феодальной аристократии, буржуазии и пролетариата». «А так как общество до сих пор двигалось в классовых противоположностях, то мораль всегда была классовой моралью: она или оправдывала господство и интересы господствующего класса, или же, как только угнетенный класс становился достаточно сильным, выражала его возмущение против этого господства и представляла интересы будущности угнетенных» 107.
Господствующие классы в каждую эпоху — рабовладельческую, феодальную, капиталистическую — стреми381


лись замаскировать свое господство и выдать свои узкоклассовые интересы за общенародные. Свою мораль эксплуататоров они преподносили в форме общечеловеческой морали, возводили ее в ранг вечной истины, покоящейся на основах, стоящих вне человеческого общества, независимых от человека и данного общественно-экономического уклада, а как бы исходящих от бога.
Шли времена, гибли старые общественно-экономические формации, на их месте возникали новые. Вопросы нравственности, морали стали одним из отделов философской науки. Философы-метафизики и схоластики, трудясь над этими щекотливыми вопросами, оправдывали существующее положение нравственными законами, исходящими из трансцендентных, то есть не постигаемых умом человека, понятий. Это не значит, что многовековая работа метафизиков и схоластиков не имела положительных результатов для развития человеческого знания и логики мышления. Но в общем все они стремились к одной цели — заставить мораль служить интересам господствующих классов, оправдать угнетение меньшинством эксплуататоров большинства эксплуатируемых, признать нравственным именно такое положение.
Западноевропейская художественная литература, в целом служа интересам капиталистического общества, все же дала замечательные произведения, бичующие капитализм. Например, у одного из лучших знатоков буржуазного общества— Бальзака — в его романе «Отец Горио» виконтесса Босеан внушает студенту Растиньяку: «Чем хладнокровнее вы будете рассчитывать, тем дальше подвинетесь вперед. Разите, не давая пощады, вас будут бояться. Смотрите на мужчин и женщин, как на перекладных лошадей, которым вы предоставите издыхать на очередной станции... Но если вас захватит истинное чувство, прячьте его, как сокровище; пусть никто не догадывается о нем, иначе вы погибнете. Из палача вы превратитесь в жертву» 108.
В России, как везде и всюду, с развитием общества менялись и моральные установки. Мораль господствующего класса в царской России покоилась на трех китах, трех устоях царского режима — «самодержавие, православие и порядок». То были три принципа наиболее реакционных слоев населения: дворян-помещиков, военной касты, чиновной верхушки и царского дома со всей его челядью — так называемого «высшего света», объединивших и воз382


главлявших все реакционные силы. Все усилия этого господствующего класса были основаны на том, чтобы сохранить свои привилегии и держать в повиновении народ. Между прочим, сама аристократия не так уж высоко оценивала моральное значение личности царя, что, однако, не мешало ей вести широкую агитацию в народе, что царь-де помазанник божий, что его власть есть соизволение божие и что поэтому все его решения справедливы и непогрешимы.
В противовес узкоэгоистической морали дворянско-монархической верхушки зарождались основы новой морали: ненависть к эксплуататорам, любовь к народу, любовь к родине. Лучшие люди России отдавали все свои силы, самую жизнь, чтобы помочь крестьянам освободиться от крепостной зависимости. Восстания Степана Разина, Емельяна Пугачева заставляли задумываться наиболее просвещенные умы дворянского класса, побуждали их к критической оценке положения крестьянства и произвола помещиков.
Литература XVIII века в России дала первые ростки революционной морали, отчасти под влиянием французских просветителей. Наиболее яркий представитель этой литературы — Радищев — в своей книге «Путешествие из Петербурга в Москву» подверг уничтожающей критике крепостное право. Ярко изображая постыдные картины крепостного быта (продажу крестьянских семей оптом и в розницу, сдачу в рекруты, издевательство и насильничанье господ над своими рабами), Радищев негодующе клеймил крепостничество, его жестокость, утверждал законность любых действий крестьян, отстаивавших свое право на звание человека. Он взывал к разуму своих современников:
«Земледельцы и доднесь между нами рабы; мы в них не познаем сограждан нам равных, забыли в них человека. О возлюбленные наши сограждане! о истинные сыны отечества! возрите окрест вас, и познайте заблуждение ваше...
Но кто между нами оковы носит, кто ощущает тяготу неволи? Земледелец! кормилец нашея тощеты, насытитель нашего глада; тот кто дает нам здравие, кто житие наше продолжает, не имея права распоряжати ни тем, что обра- ботывает, ни тем, что производит...
Может ли государство, где две трети граждан лишены гражданского звания, и частию в законе мертвы, назваться блаженным? Можно ли назвать блаженным гражданское положение крестьянина в России? Ненасытец кровей 383


один скажет, что он блажен, ибо не имеет понятия о лучшем состоянии...
Назовем блаженною страною, где сто гордых граждан утопают в роскоши, а тысящи не имеют надежного пропитания, ни собственного от зноя и мраза укрова. О дабы опустети пакп обильным сим странам!..» 109.
Мысли Радищева о воспитании и по сей день могут считаться прогрессивными.
Мораль охватывает очень широкий диапазон чувств п для выявления их перед обществом нуждается в развитом языке. Великий русский ученый Ломоносов много потрудился над созданием русского языка, что способствовало восприятию новых идей его времени русским обществом.
«Язык,— говорил Ломоносов,— которым Российская держава великой части света повелевает, по ея могуществу имеет природное изобилие, красоту и силу, чем ни единому европейскому языку не уступает» 110. Он видел в русском языке «великолепие ишпанскаго, живость французскаго, крепость немецкаго, нежность италиянскаго, сверьх того богатство и сильную в изображениях краткость греческаго и латинскаго языка» 1Н.
Художественная литература первой половины XIX века значительно двинула вперед развитие политической мысли русского общества, познание своего народа.
Сильнейший толчок развитию и углублению революционной морали, охватившей уже более значительные массы тогдашнего общества, дали Белинский, Чернышевский, Добролюбов, Некрасов. Они будили человеческую совесть, заставляли людей задумываться над жизнью, над тем, что можно сделать в ней полезного. Вряд ли кто-либо еще в истории русской литературы и публицистики так властвовал над умами людей и столь действенно поднимал их гражданское самосознание, толкая на борьбу с самодержавием, за демократическую революцию, как Белинский, Чернышевский, Добролюбов. Да и личная жизнь их, целиком посвященная развитию русской демократии, была окружена в глазах прогрессивного общества ореолом высокой морали.
Белинский писал: «...нельзя не любить отечество... только надобно, чтобы эта любовь была не мертвым довольством тем, что есть, но живым желанием усовершенствования; словом — любовь к отечеству должна быть вместе и любовью к человечеству... Любить свою родину — значит пламенно желать видеть в ней осуществление идеала че384


ловечества и по мере сил своих споспешествовать этому» 112.
Некрасов своими произведениями в каждом честном человеке возбуждал ненависть к рабовладельцам, любовь к народу, призывал к борьбе:
Иди в огонь за честь отчизны, За убежденье, за любовь... Иди и гибни безупречно, Умрешь не даром: дело прочно, Когда под ним струится кровь 113.
Его крик души — «поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан» — невольно будил в широких кругах русского общества лучшие гражданские чувства, сознание моральной ответственности перед страной, перед своим народом.
* * *
Основным содержанием марксистской морали до Октябрьской революции была «критика буржуазии, развитие в массах ненависти к ней, развитие классового сознания, уменья сплотить свои силы» 114. В среду рабочего класса и трудящихся новая мораль внедрялась как бы двумя встречными путями: с одной стороны, путем пропаганды, которую вели интеллигенты-марксисты; с другой стороны, развивающийся капитализм сам своей жестокой эксплуатацией труда толкал рабочих на сопротивление. Поэтому сознание общности интересов людей труда, призывы к международной солидарности были легко воспринимаемы рабочими. Пролетарская мораль формировалась в самом рабочем обиходе — на заводах, фабриках, в мастерских. Марксистская пропаганда лишь расширяла горизонт понимания пролетарской этики.
Рабочие считали, например, справедливым возмездием избивать штрейкбрехеров, шпионов, фискалов, свирепых мастеров, снижающих расценки. Солидарность между рабочими, особенно во время конфликтов с предпринимателями, сознавалась если не всеми, то по крайней мере огромным большинством. Разумеется, это не значит, что рабочие всегда действовали солидарно. Помимо платных шпионов администрации, ее агентов, находились среди рабочих выскочки, которые стремились пролезть в мастера, занять административную должность и поэтому держались особняком.
25 М. И. Калинин
385


Каждая забастовка, каждый более или менее значительный конфликт на предприятии влекли за собой репрессии: увольнение так называемых зачинщиков, занесение в черный список, аресты. Рабочие собирали деньги в пользу пострадавших, всем чем могли помогали им. Даже некоторые мастера участвовали в подписке, иногда и содействовали устройству уволенных на другие заводы. Это считалось в рабочей среде моральной обязанностью.
Но все это на первых порах носило неорганизованный характер. И только с дальнейшим развитием революционного движения, с пробуждением классового самосознания пролетариата, с превращением его из класса в себе в класс для себя, складывались такие нравственные качества, как честность перед своим классом, дисциплинированность, взаимная поддержка, самоотверженность в борьбе и организованность. Эти черты нравственного облика пролетариата легли в основу нарождающейся социалистической морали, которая в условиях капитализма противопоставлялась буржуазной морали с ее жестокими, хищными принципами: «Человек человеку — волк», «Каждый за себя, один бог за всех», «Стремись выйти в люди» и т. п.
Удивительно облагораживающий элемент внесла пропаганда нашей партии в рабочую среду. Можно смело сказать, что именно с распространением марксистской пропаганды и агитации, с организацией подпольных кружков стала формироваться в России рабочая интеллигенция. Пропагандисты и организаторы сплотили рабочую среду в компактную, организованную силу; они прививали революционную пролетарскую мораль, которая проникала в рабочую массу значительно глубже, чем это казалось с внешней стороны. Революционная мораль захватывала не только область общественных отношений, но и быт рабочего класса.
К чести нашей дореволюционной интеллигенции надо сказать, что из ее среды с давних пор выходили талантливые мыслители, художники, литераторы и страстные борцы за народное благо. Вслед за блестящей плеядой революционных народников их место по праву заняли марксисты. Кто не знает страстной борьбы в политической литературе девяностых и девятисотых годов между народничеством и марксизмом, споров о путях развития русской экономики, революционной мысли? Принципиальность этой борьбы обусловливалась предреволюционной действительностью: 386


забастовки и демонстрации в городах как бы соревновались с крестьянскими восстаниями и поджогами помещичьих усадеб в Харьковской, Полтавской и других губерниях.
В этой борьбе против самодержавия и буржуазно-помещичьих порядков формировалась марксистская революционная мысль, создавалась из разрозненных рабочих кружков социал-демократическая партия, которая в 1903 году, после раскола с меньшевиками на II съезде, получила название социал-демократической рабочей партии (большевиков). Партия большевиков, а с ней и рабочий класс, под руководством Ленина твердо стали на марксистско-революционный путь борьбы за интересы рабочего класса. В рабочей среде росли и крепли идеи революционного марксизма, все глубже пускала корни ленинская мысль об общности интересов рабочих и крестьянских масс в борьбе с царизмом, о необходимости вооруженного восстания.
Революция 1905 года, несмотря на ее ограниченный результат и временное поражение рабочего класса, все же значительно подняла классовое самосознание не только рабочих, но и крестьян, обогатила их революционным опытом борьбы под руководством нашей партии. Народ на практике увидел возможность защиты своих интересов с оружием в руках; это, разумеется, не могло не отложиться в умах людей, не отразиться на их морально-политических чувствах и настроениях.
Если, например, в среде буржуазной интеллигенции, в мещанстве, в верхушечных слоях рабочих, примыкавших к меньшевикам, в результате поражения революции шло резкое падение революционного настроения, пелись похоронные песни революции, проповедовался так называемый «законный» эгоизм личности, то наша партия была единственной партией, которая наперекор мелкобуржуазной стихии не только не опускала знамя революционной борьбы, но и укрепляла свои ряды, вела беспощадную борьбу со всякими проявлениями оппортунизма, очищаясь от попутчиков. Эта работа, львиная доля которой падает на Ленина, скоро принесла свои плоды.
Февральская буржуазно-демократическая революция под влиянием нашей партии переросла в Великую Октябрьскую социалистическую революцию, завершившуюся полной победой пролетариата и беднейшего крестьянства над старым укладом царской России, над капитализмом. Воистину был перейден Рубикон 115: началась новая жизнь. 387


Народ пошел по новым, еще пикем не исследованным путям. Он поставил перед собой великую цель — перестроить свою жизнь на новых, социалистических началах, без эксплуатации человека человеком. Для этого потребовалась коренная ломка старых общественных отношений, а стало быть, должен был измениться и моральный облик человека.
И это естественно, ибо перестройка на новых социально-экономических началах России, страны, где так причудливо переплетались различные уклады производственной и общественной жизни, потребовала от нашей партии, от ее руководства огромного напряжения интеллектуальных сил, многолетней агитационной и пропагандистской работы, для того чтобы культивировать в массах коммунистическую нравственность. Маркс и Энгельс писали: «...как для массового порождения этого коммунистического сознания, так и для достижения самой цели необходимо массовое изменение людей, которое возможно только в практическом движении, в революции; следовательно, революция необходима не только потому, что никаким иным способом невозможно свергнуть господствующий класс, но и потому, что свергающий класс только в революции может сбросить с себя всю старую мерзость и стать способным создать новую основу общества» 116.
Великая Октябрьская социалистическая революция подняла мораль всех народов России на ступень выше. Она стала самой высокой моралью в человеческом обществе. Здесь нет преувеличения: это лишь объективный вывод из существующей действительности. Разумеется, это не значило, что люди в одно прекрасное утро проснулись осененные внезапной благодатью — новой, социалистической нравственностью. Еще Маркс указывал, что сознание людей отстает от экономического развития, что нельзя поэтому одним только революционным переворотом сразу уничтожить все пережитки капитализма.
Величие марксистского учения в том и заключается, что Маркс открыл в буржуазном обществе рабочий класс как единственную силу, которая способна преобразовать жизнь.
Ленин писал, что марксизм тем и отличается «от старого утопического социализма, что последний хотел строить новое общество не из тех массовых представителей человеческого материала, которые создаются кровавым, грязным, грабительским, лавочническим капитализмом, а из разве388


денных в особых парниках и теплицах особо добродетельных людей. Эта смешная мысль теперь всем смешна и всеми оставлена, но не все хотят или умеют продумать обратное учение марксизма, продумать, как это можно (и должно) строить коммунизм из массового человеческого материала, испорченного веками и тысячелетиями рабства, крепостничества, капитализма, мелкого раздробленного хозяйничанья, войной всех против всех из-за местечка на рынке, из-за более высокой цены за продукт или за труд» 117.
И действительно, нелегко давалось массам восприятие новой, социалистической морали. Не говоря уже о свергнутых классах, победа пролетариата и беднейшего крестьянства вначале была встречена в штыки даже большинством интеллигенции. Да и сам рабочий класс и в особенности крестьянство не могли сразу отрешиться от привычек, нравов и обычаев, привитых веками хозяйничанья помещиков и буржуазии. Не всякий рабочий понимал, что, живя в капиталистическом обществе, он был бездомным пролетарием, по существу не имел отечества и родина ему была мачехой; что лишь после Октябрьской революции он из обездоленного пролетария превратился в гражданина великой страны, в равноправного члена многомиллионного коллектива строителей социалистического государства, стал совладельцем всех богатств страны, имеющихся в наличности и потенциале.
Любовь к труду является одним из главных элементов коммунистической нравственности. Но только с победой рабочего класса труд — это незыблемое условие человеческой жизни — перестанет быть тяжелым и зазорным бременем и становится делом чести и геройства.
В дореволюционное время мне пришлось участвовать в одном рабочем собрании, где шел спор о том, как относиться к своей работе в мастерской. Одни считали, что, поскольку мы работаем на капиталистов, незачем особенно стараться; достаточно лишь выполнять минимум требований хозяина или мастера. Другие возражали: их профессиональная честь не может мириться с тем, чтобы из их рук выходили посредственные изделия; отличное качество работы дает моральное удовлетворение.
Конечно, спор этот носил чисто теоретический характер. Каждый понимал, что мастер или хозяин будет требовать высокого качества работы и очень внимательно 389


следить за этим. Но разве после победы социалистической революции мог хотя бы теоретически подниматься такой вопрос? Наоборот, всеобщая пролетарская мораль безоговорочно требовала, чтобы выпускались изделия только отличного качества.
В деревне, разумеется, значительно труднее шло восприятие социалистической морали. И это естественно. Там глубже укоренились частнособственнические привычки; там были существенные различия в форме владения землей, в ее обработке. В одних местностях преобладало общинное землевладение, в других — подворное, хуторское хозяйство. Местные общественные и бытовые стороны жизни вносили существенную разницу в моральный облик этих слоев крестьянства.
И когда встал на повестку дня коренной крестьянский вопрос — коллективизация, трудности для многих казались непреодолимыми. Крестьянину нелегко было пуститься в неизвестный путь колхозного хозяйства, начинать с обобществления производственного имущества. Не говоря о бедноте, но и средний крестьянин имел немного имущества: лошадь с упряжью, примитивный инвентарь для пахоты — плуг, борону. Однако многим тогда казалось, что сдаваемое им в колхоз имущество больше, чем у других, что он больше вносит в колхозный труд, чем сосед. Надо учесть и то, что во всякой, даже маленькой деревне имелся кулак или человек с кулацким уклоном, и эти люди иногда открыто, но чаще исподтишка вели жестокую борьбу с коллективизацией, всеми способами старались разложить колхозное крестьянство, клеветали на передовую, активную часть колхозников.
Колхозный строй победил в нашей стране благодаря авторитету Советской власти, авторитету партии. Крестьянство было уверено, что Советское правительство, партия добиваются действительного улучшения крестьянской жизни. Крестьяне-колхозники приобщились к социалистическому строю, стали его активными строителями. Вместе с изменением экономической основы крестьянского хозяйства в сторону социализма постепенно начали изменяться и психология крестьянства, его отношение к государству, к общественной, социалистической собственности, к труду, взаимоотношения друг с другом. Словом, социалистическая мораль в крестьянстве обрела благодарную почву для своего развития.
39Э


У нас, в СССР, труд и в городе и в деревне — от самого простого до квалифицированного — приобрел глубокое содержание, одухотворился великой идеей социализма, стал тем творческим началом, которое обновляет людей, воспитывает их в духе коммунистической нравственности. «Коммунизм начинается там, где появляется самоотверженная, преодолевающая тяжелый труд, забота рядовых рабочих об увеличении производительности труда, об охране каждого пуда хлеба, угля, железа и других продуктов, достающихся не работающим лично и не их «ближним», а «дальним», т. е. всему обществу в целом, десяткам и сотням миллионов людей, объединенных сначала в одно социалистическое государство, потом в Союз Советских республик» 118.
Это широко известное ленинское положение как нельзя лучше говорит о глубочайшем перевороте во взглядах людей на труд после победы пролетариата. И мы можем теперь с полным правом сказать, что социалистический труд в нашей стране, социалистическое соревнование, стахановское движение стали незыблемыми принципами коммунистической морали, нормами поведения советского человека.
* * *
22 июня 1941 года германская армия без объявления войны вторглась на советскую территорию.
Двадцать четыре года весь наш народ работал не покладая рук. Вместе с этим он непрерывно, напрягая все силы и способности, учился, учился и учился. В борьбе за развитие промышленности, сельского хозяйства, в едином упорном стремлении поднять общую культуру, науку, технику, искусство сблизились, сроднились все народы Советского Союза.
Великолепно выражено это в обращении узбекского народа к бойцам-узбекам:
«Твой народ является детищем Советского Союза. Русский, украинец, белорус, азербайджанец, грузин, армянин, таджик, туркмен, казах и киргиз совместно с тобою в течение 25 лет днем и ночью строили наш большой дом, нашу страну, нашу культуру...
Теперь же в дом твоего старшего брата — русского, в дом твоих братьев — белоруса и украинца — ворвался германский басмач. Он несет коричневую чуму, виселицу и кнут, голод и смерть. Но дом русского — также и твой 391


дом!.. Ибо Советский Союз — дружная семья, где каждый живет хотя и в своем доме, но двор и хозяйство едины и неделимы» 119.
Говорят: для того чтобы с успехом бороться с врагом, надо его знать. Немецкие фашисты не скрывали своих принципов, целей и тот «моральный» облик человека, который рисовался в их идеале.
Гитлер говорил: «Мы должны подчиняться только нашим инстинктам. Вернемся к детству, станем снова наивными... Нас предают анафеме... как врагов мысли. Ну что же, мы ими являемся... Я благодарю судьбу за то, что она лишила меня научного образования. Я могу быть свободным от многочисленных предрассудков. Я себя чувствую хорошо... Мы вырастим молодежь, перед которой содрогнется мир: молодежь резкую, требовательную и жестокую... Я хочу, чтобы она походила на молодых диких зверей».
В беседе с Раушнингом Гитлер совсем распоясался: «Перед нами встанет обязанность уменьшить чуждое население... Нужно разработать технику сокращения чуждого населения. Кто может оспаривать мое право уничтожить миллионы людей низшей расы, которые размножаются, как насекомые... Надо прежде всего добиться уменьшения числа славянского населения. Для белой северной расы великую опасность представляет огромное плодородие славянских и восточных народов. Нужно, чтобы иерархия господ поработила массу рабов».
Немцы, полные уверенности в победе над всем миром, думали безнаказанно издеваться над человечеством и безнаказанно уничтожать миллионы людей в угоду «германской белокурой бестии».
Немецкое командование, руководствуясь этими «принципами», применяет и соответствующие методы в ведении войны. В обращении немецкого командования к своим солдатам, напечатанном в виде «памятки», говорится:
«Помни и выполняй:
1) Утром, днем, ночью — всегда думай о фюрере, пусть другие мысли не тревожат тебя, знай: он думает и делает эа тебя. Ты должен только действовать, ничего не бояться, ты, немецкий солдат, неуязвим. Ни одна пуля, ни один штык не коснется тебя. Нет нервов, сердца, жалости — ты сделан из немецкого железа. После войны ты опять обретешь новую душу, ясное сердце — для детей твоих, для 392


великой Германии. А сейчас действуй решительно, без колебаний.
2) У тебя нет сердца и нервов, на войне они не нужны. Уничтожь в себе жалость и сострадание — убивай всякого русского, советского, не останавливайся, если перед тобой старик или женщина, девочка или мальчик,— убивай, этим ты спасешь себя от гибели, обеспечишь будущее твоей семьи и прославишься навеки.
3) Ни одна мировая сила не устоит перед германским напором. Мы поставим на колени весь мир. Германец — абсолютный хозяин мира. Ты будешь решать судьбы Англии, России, Америки. Ты германец, как подобает германцу, уничтожай все живое, сопротивляющееся на твоем пути, думай всегда о возвышенном, о фюрере, ты победишь. Тебя не возьмет ни пуля, ни штык. Завтра перед тобой на коленях будет стоять весь мир».
Можно привести в качестве примеров тысячи писем немецких солдат и офицеров, их записи в дневниках. Все они похожи один на другой, все характеризуют немца, как стяжателя-тряпичника, тупого исполнителя самых кровавых заданий, начиненного самодовольным чванством невежду, вообразившего, что он принадлежит к «высшей расе».
И вот эта армия, напичканная фашистскими сумасбродными идеями «расовой исключительности», «геополитики», что уж само по себе исключает общечеловеческую мораль, ринулась на восток, предвкушая легкую победу.
Надо сказать, что немецкое командование не только по своей самоуверенности считало обеспеченной победу над СССР. Это убеждение до известной степени подогревалось и непрерывной многолетней клеветой враждебной СССР зарубежной прессы, которая опорочивала все наши достижения и особенно упорно твердила о низком морально-политическом уровне советского народа. Поэтому в начале войны военные специалисты за границей один перед другим высчитывали сроки окончательного поражения Советского Союза. Весь мир знает теперь, как жестоко просчитались все эти «специалисты».
Наш народ даже в самое трудное время был уверен в своей окончательной победе над Германией. Эта уверенность покоилась на наших материальных возможностях, на том, что народ, двадцать четыре года работавший над созданием социалистического государства, не может быть побежден, пока в его руках имеется оружие.
393


Война действительно явилась самым строгим экзаменом прочности государства, его экономической мощи, правильности политического руководства и устойчивости морально-политического состояния народа. Именно моральное превосходство нашей армии над немецко-фашистской армией стало одним из важнейших факторов, обеспечивших нам победу. Это ясно видно теперь, когда немецко-фашистские орды, основательно побитые и изгнанные из пределов нашей Родины, стоят на краю поражения.
Фашисты, придя к власти, провозгласили: «Пусть нас называют варварами, мы не хотим культуры» — и сразу сожгли 20 миллионов книг.
У нас делу культурной революции партия придавала огромное значение.
Не говоря о повседневной заботе партии и правительства о развитии промышленности, сельского хозяйства, об организации и вооружении современной армии, трудно подсчитать, сколько вложено партией и Советской властью труда в развитие культуры, в просвещение народных масс. Иностранные наблюдатели, за редкими исключениями, при оценке уровня культуры и знаний в Советском Союзе исходят из дореволюционного времени. Если же и принимают во внимание повышение этого уровня за годы Советской власти, то соизмеряют его с ростом культуры в буржуазных странах. А ведь достаточно привести несколько показателей развития культурных учреждений в нашей стране, чтобы убедиться в его необычайном размахе.
Уже в 1938—1939 годах СССР стоял на первом месте в мире по числу учащихся в общеобразовательных школах и имел в 1,2 раза больше учащихся в этих школах, чем в Великобритании, Германии, Франции, Италии, вместе взятых, и в 1,4 раза больше студентов, чем в тех же странах плюс Япония. В одном только Ленинграде до войны было больше студентов, чем во всей фашистской Германии.
К началу 1939 года в СССР насчитывалось 240 765 библиотек с общим количеством 442 миллиона 203,8 тысячи книг. По сравнению с 1914 годом число массовых библиотек в Советском Союзе увеличилось в 6,2 раза. Одна только Государственная публичная библиотека имени Салтыкова- Щедрина имеет в 3,2 раза больше книг, чем Прусская государственная библиотека в Берлине.
Наша социалистическая культура зиждется на принципе, сформулированном Лениным: «Раньше весь челове394


ческий ум, весь его гений творил только для того, чтобы дать одним все блага техники и культуры, а других лишить самого необходимого — просвещения и развития. Теперь же все чудеса техники, все завоевания культуры станут общенародным достоянием, и отныне никогда человеческий ум и гений не будут обращены в средства насилия, в средства эксплуатации» 120.
И Советская власть не жалела средств, чтобы сделать общенародным достоянием все лучшее, что создано человеческим разумом. Тиражом в десятки и сотни тысяч выпускались сочинения Аристотеля, Вольтера, Дидро, Гельвеция, Гольбаха, Спинозы, Декарта, Демокрита, Фейербаха, Дарвина, Ньютона, Эйнштейна, Менделеева, Мечникова, Павлова, Тимирязева. Миллионными тиражами издавались такие классики мировой литературы, как Байрон, Бальзак, Гейне, Гёте, Гюго, Диккенс, Золя, Мопассан, Ромэн Роллан, Сервантес, А. Франс, Шекспир, Шиллер.
Тиражи произведений классиков русской художественной литературы — Пушкина, Гоголя, Грибоедова, Лермонтова, Герцена, Некрасова, Салтыкова-Щедрина, Толстого, Чехова, Горького, Маяковского — достигли уже десятков миллионов. Русский народ познакомился с классиками литературы других народов СССР — Шевченко, Ахундовым, Руставели, Ованесом Туманяном, Шолом Алейхемом. Другие народы СССР приобщились к сокровищнице русской и мировой литературы. Вот характерные цифры:
Л
[о революции
После революции
Произведения Пушкина издавались
на 9
языках
на 66 языках
»
Лермонтова
»
»
5
»
» 26
»
»
Л. Толстого
»
»10
»
» 54
»
»
Некрасова
»
»
1
»
» 21
»
»
Салтыкова-
Щедрина
»
»
1
»
» 24
»
»
Чехова
»
»
5
»
» 53
»
»
Гете
»
»
1
»
» 6
»
»
Р. Роллана
»
»
1
»
» 13
»
При советском строе получили широкое распространение произведения народных певцов, поэтов, сказителей: Джамбула, Токтогула Сатылганова, Сулеймана Стальского, Гамзата Цадасы, Феклы Беззубовой, Марфы Крюковой.
Наш театр по праву занимает ведущее место не только в советской, но и в мировой культуре. Он, как и Советский 395


Союз, по своему характеру многонационален. Если до революции у многих наших национальностей театральное искусство было лишь в зачаточном состоянии, то при советском строе оно получило всестороннее развитие и заняло почетное место в национальной культуре. Так, в Армении, Туркменистане, Таджикистане, Киргизии раньше не было профессиональных театров; теперь Армения имеет 27 театров, Таджикистан — 23, Киргизия—21, Туркмения—11. На Украине до революции было 35 театров, а к 1940 году — уже 125; в Грузии было 3 театра, теперь — 49, в Узбекистане был 1 театр, теперь — 49.
Даже самые маленькие национальности, которые в царское время не имели своей письменности, теперь имеют по нескольку своих театров, на базе которых развивается их национальное искусство.
Огромное развитие получили в Советском Союзе клубные учреждения, кино, музеи. К началу 1939 года было уже свыше 100 тысяч клубов, в том числе 41 тысяча колхозных клубов. Число киноустановок в СССР в 1939 году по сравнению с 1915 годом увеличилось в 21,9 раза. Вообще кино как один из самых популярных в народных массах видов искусства развилось только при советском строе.
До начала этой войны у нас насчитывалось 794 музея, тогда как в дореволюционное время их было едва несколько десятков, причем исключительно в столицах (Петербург, Москва). Лишь отдельные, наиболее крупные города, вроде Киева, Харькова, Тифлиса, имели свои небольшие музеи. Теперь почти все столицы наших республик обогатились собственными художественными галереями, и буквально нет ни одного областного города, не имеющего своего музея, где собраны образцы богатств данного края или области, произведения местных мастеров искусства.
Кроме того, каждый город, в котором родился и проживал кто-либо из знаменитых писателей, музыкантов, художников, с любовью собирает все относящееся к его жизни и творчеству и создает музей его имени, усердно посещаемый не только местной, но и приезжей публикой. Так, к примеру, музей, посвященный памяти Чехова, создан не только в Таганроге — родном городе великого русского писателя,— но и в Ялте, где он провел последние годы своей жизни. Эта потребность в музеях настолько велика, что процесс их создания не остановился даже теперь, в тяжелое для народа военное время. То и дело мель-
396


кают в прессе заметки об открытии того или иного музея в разных местах нашей страны. Совсем недавно организован литературный филиал государственного музея в Казани. В Мавританском дворце города Хивы Хорезмским областным музеем развертывается экспозиция новых материалов по истории древнего Хорезма.
Война продолжается четвертый год. Она перенесена теперь на германскую территорию. Теперь немцы реальнее, конкретнее, на собственных спинах испытывают действие войны, хотя, разумеется, вступление союзных армий не несет германскому населению того разбоя и насилий, которые гитлеровцы учиняли в оккупированных ими странах, особенно в СССР. В наших селах и городах шла зверская расправа с мирным населением. Грабила вся немецкая армия — от командующего до солдата; пытали и убивали все немцы — от Гитлера до рядового.
В начале войны советские люди были как бы в нерешительности, не знали, чем и как бороться с ворвавшейся бандой грабителей и убийц. Многих поразило варварское нашествие из «культурной» Европы, никак не увязывавшееся с их представлениями о Европе.
Товарищ Сталин в своем выступлении по радио 3 июля 1941 года указал, что войну с фашистской Германией нельзя считать войной Между двумя армиями, и призвал к великой, всенародной войне против фашистских захватчиков. В этом призыве народ обрел конкретную форму для своей борьбы с врагом, предпочитая лучше умереть с оружием в руках, чем стать навеки рабом в фашистском зверинце. Только тогда зарубежный мир увидел — да и нельзя было не увидеть,— узнал — да и нельзя было не узнать — силу духа советских людей, их высокое морально-политическое состояние.
И действительно, как не признать геройство нашей армии, как не признать гигантский труд и беззаветную преданность Советской Родине, которые показал весь наш народ в самые трудные минуты, переживаемые страной!
Наш рабочий класс проявил самоотверженность в преодолении трудностей военного времени, столько упорства в приобретении квалификации, столько сознательности и трудовой дисциплины, что вряд ли найдутся подобные примеры в какой-либо другой стране мира. И товарищ Сталин высоко оценил этот трудовой героизм, заявив: «Подобно тому, как Красная Армия в длительной и тяжелой борьбе 397


один на один одержала военную победу над фашистскими войсками, труженики советского тыла в своем единоборстве с гитлеровской Германией и ее сообщниками одержали экономическую победу над врагом» 121.
Общеизвестно, в каких трудных условиях приходилось налаживать работу заводам, эвакуированным из захваченных врагом территорий. На новых местах, в совершенно необычной обстановке, люди должны были строить фабричные и жилые здания и одновременно налаживать производство. И они выполняли это. Сутками не уходили рабочие с предприятий, когда шла речь о срочном выпуске продукции для фронта.
И при всех этих неимоверных трудностях шло и непрерывно идет новое строительство.
Большой героизм проявляют наши рабочие в освобожденных районах, восстанавливая разрушенную немцами промышленность.
Шахтеры Сталинской области122 в письме товарищу Сталину рассказали, в каких условиях им приходится налаживать добычу угля:
«Тотчас же после освобождения мы принялись за восстановление разрушенных шахт. Люди шли на эту работу, как в бой. Нередко шахтеров подстерегали опасности. Шахту № 1—2 «Смолянка» треста «Куйбышевуголь» немцы заминировали и, взорвав ствол, наглухо закупорили. Люди, рискуя каждую минуту оказаться под завалом, упорно работали круглые сутки и метр за метром расчищали проход в шахту. Старейшие крепильщики руководили этой самоотверженной работой, воодушевляя горняков своим бесстрашием и отвагой. На третий день доступ в шахту был открыт. Начался новый этап борьбы. Запальщики, пренебрегая опасностью, извлекли из шахт более 300 килограммов заложенного немцами динамита. Работая по пояс в ледяной воде, горняки-добровольцы подняли затопленные механизмы.
На шахте треста «Макеевуголь» немцы подожгли угольный пласт. Бесстрашные шахтеры спустились под землю на борьбу с пожаром. Три дня и три ночи боролись герои с огнем. Пожар был потушен, шахта восстановлена, вступила в строй и дает уголь на-гора...
На шахте имени Калинина треста «Артемуголь» молодые слесари в ледяной воде разобрали по частям насос и извлекли его из затопленной шахты...
398


На шахте № 5—6 имени Димитрова рабочие вручную доставили за 15 километров огромнейшие котлы» 123.
И этот восстановительный процесс как в промышленности, так и в сельском хозяйстве идет во всех освобожденных областях.
Высокое гражданское самосознание проявило и наше колхозное крестьянство. Жизнедеятельного мужского населения в деревне осталось значительно меньше, чем было до войны. Основная тяжесть сельскохозяйственных работ пала на плечи женщин-колхозниц. И они делают великое дело. Четвертый год колхозы удовлетворительно снабжают Красную Армию, города продовольствием, а промышленность сырьем. Почти нет таких колхозов, которые не считали бы своей моральной обязанностью, сверх установленных государственных поставок, сдавать часть продукции в фонд Красной Армии.
Могут сказать: при чем тут гражданское самосознание, моральная обязанность и т. д.? Нельзя забывать, что в колхозах теперь зачастую не хватает не только механического, но и живого тягла, и справиться вовремя с сельскохозяйственными работами, добиться урожая можно только ценою огромного напряжения сил колхозников, их решимости во что бы то ни стало победить врага. Примеров проявления высокой сознательности в труде тысячи.
В колхозе «Пятилетка в четыре года», Коломенского района, Московской области, звено Тамары Крутовой старательно обработало свой участок картофельного поля в 2 гектара, вовремя выполнило все работы, но июльская жара грозила гибелью урожаю. Тогда девушки во главе со звеньевой нашли на колхозном дворе старую пожарную машину, отремонтировали ее и пустили в дело. В результате звено Крутовой получило с каждого гектара 83 тонны картофеля.
На Ташкентской железной дороге понадобилась срочная расшивка «узкого места»; десятки тысяч колхозников вышли на трассу и за 12—15 дней построили вторые и обводные пути и новые разъезды.
И творческая инициатива, патриотическая активность нашей интеллигенции в дни этой войны приобрели невиданный размах. От Академии наук с ее исследовательскими институтами до инженера в цеху, шахте, в геологоразведочной партии — всюду идет непрерывный творческий труд. Советские учителя, врачи, агрономы, артисты, худож399


ники, писатели отдают все для победы, и результаты их работы по достоинству оценены товарищем Сталиным, который сказал: «Наша интеллигенция смело идет по пути новаторства в области техники и культуры, успешно развивает дальше современную науку, творчески применяет ее достижения в производстве вооружения для Красной Армии. Советская интеллигенция своим созидательным трудом внесла неоценимый вклад в дело разгрома врага» 124.
Велико значение молодежи, особенно женской, в промышленности, сельском хозяйстве, на транспорте, в учреждениях. Ей приходится нести основное бремя работы в дни войны. И наша молодежь, воспитываемая ленинским комсомолом, с честью оправдала доверие партии. Нет такой отрасли промышленности, где бы наши юноши и девушки, организованные в молодежные бригады, не выполняли своего патриотического долга, повышая производительность труда, высвобождая квалифицированных рабочих для других отраслей промышленности, рационализируя производственные процессы. Для наглядности привожу несколько примеров.
На заводе № 45 НКАП фрезеровщица Орлова предложила вместо ранее употреблявшихся для сверления четырех кондукторов применять только один универсальный, позволяющий совместить 4 операции в одну. Время на обработку сократилось в три раза. Токарь Тюрин внес предложение перевести протяжку деталей с протяжного станка на токарный. С внедрением его предложения время на обработку сократилось в четыре раза.
Сельская молодежь не отстает от своих городских товарищей. К октябрю 1944 года в соревновании молодежных тракторных бригад принимало участие 20 тысяч бригад, в которых насчитывалось свыше 200 тысяч трактористов, а в молодежных звеньях высокой урожайности было объединено около 400 тысяч молодых колхозников.
Характерным примером является работа звена Зои Ше- геды из Воронежской области, Бутурлиновского района. До войны Зоя училась в школе. Когда началась война и отец Зои ушел на фронт, она решила работать в колхозе. Вскоре правление назначило Шегеду звеньевой. Звено получило участок в 15 гектаров земли. Всю зиму, весну и лето 1943 года Зоя Шегеда и ее подруги упорно работали, учились, применяли передовые агрономические методы, чтобы обеспечить высокий урожай. И осенью 1943 года 400


упорный труд был вознагражден урожаем, небывалым в этих местах,— 180 пудов проса с каждого гектара.
Напряженный труд советской молодежи, наблюдающийся повсюду и ежедневно, говорит о том, что наше молодое поколение в суровое время войны очень выросло в политико-моральном отношении. И в этом немалая заслуга ленинского комсомола, сумевшего привить молодежи идеи большевистской партии, ее традиции, беззаветную любовь к Родине, к своему народу.
♦ ♦ ♦
Хотя все сказанное о рабочих, колхозниках, интеллигенции и молодежи относится в такой же степени к женщинам, как и к мужчинам, особо хочется отметить выдающуюся роль женщины в этой войне. Пожалуй, нигде в художественной литературе других стран женщина не занимает столь почетного места, как в русской классической литературе. Сколько в нашей литературе и в истории нашей страны имен женщин, показавших высокие образцы морального духа! Но, разумеется, все предыдущее бледнеет перед великой эпопеей нынешней войны, перед героизмом и жертвенностью советских женщин, проявляющих гражданскую доблесть, выдержку при потере любимых и энтузиазм в борьбе с такой силой и, я бы сказал, величественностью, каких никогда не наблюдалось в прошлом.
Комсомолка-партизанка Зоя Космодемьянская поднялась на высшую ступень патриотизма и морального величия. Она как бы впитала в себя все лучшие чувства, выработанные нашим народом в его историческом развитии. Это уже дочь не только русского, но и всего советского народа, дочь ленинского комсомола. Фашизм своей варварской жестокостью хотел унизить советскую женщину, морально сломить ее. Но это ему ни в какой мере не удалось. Моральная стойкость Зои и других советских женщин восторжествовала над фашистским зверством.
Конечно, Герой Советского Союза Зоя Космодемьянская — выдающаяся девушка. Но она типична для девушек нашей страны, ибо потенциальная готовность к подвигу жила и живет в душе большинства советских женщин. Живая жизнь сегодняшнего дня дает тысячи примеров отваги, преданности и любви к Родине, так щедро проявляемых нашими женщинами в дни Отечественной войны. Вот отдельные примеры:
26 М. И. Калинин
401


Ольга Тихомирова была разведчицей и медсестрой одного из витебских партизанских отрядов. Бесстрашная девушка не раз рисковала своей жизнью для спасения товарищей. В одном из боев в Шалбовском лесу был ранен командир группы. Перевязав его, Ольга сама повела партизан в атаку на вражеские блиндажи. Осколком снаряда ей оторвало правую руку. Товарищи перевязали рану; Ольга продолжала идти вперед. Ее настиг снаряд, перебивший обе поги. Она погибла, но до последней минуты ободряла товарищей.
Много ущерба нанесла немцам партизанка-подрывник Вера Лесовая. На ее боевом счету три пущенных под откос вражеских эшелона и много взорванных грузовых автомашин. Раненная в ногу, Вера попала в руки немцев. Чтобы добиться от нее сведений о партизанском отряде, немцы зажгли у нее на груди костер. Однако и эта нечеловеческая пытка не вырвала у Веры ни одного слова. Она погибла, ничего не выдав врагам.
Герой Советского Союза младший лейтенант Мария Степановна Батракова участвовала в обороне Ленинграда и Сталинграда. В августе 1943 года она вместе с ротой автоматчиков добровольно пошла в танковый десант и, когда командир десанта выбыл из строя, повела бойцов в атаку. Немецкие траншеи были взяты. В сентябре 1943 года при форсировании реки Молочной Батракова увлекла потерявших командира бойцов в противотанковую атаку. Под командованием этой отважной девушки советские воины выдержали бой в течение 120 часов и отбили 53 контратаки противника.
Летчица-истребитель гвардии лейтенант Екатерина Васильевна Буданова обнаружила однажды 12 немецких бомбардировщиков, летевших бомбить наш эшелон. Смелая летчица врезалась в их гущу. Растерявшись, немцы сбросили бомбы в степь, но, увидев, что имеют дело только с одним истребителем, перешли в контратаку. Буданова приняла бой, сбила один бомбардировщик, а остальных вынудила убраться восвояси. На личном счету Екатерины Будановой числится 20 сбитых ею немецких машин.
Вся страна знает о том, как мать Олега Кошевого — Елена Николаевна Кошевая,— прекрасно понимая, что грозит ее сыну и его товарищам, если они попадутся в своей подпольной работе, все-таки укрывала героев-комсомольцев Краснодона, помогала им, чем могла.
402


На такие вершины морального духа возвела наших женщин жизнь в Советской стране. Вероятно, их славные дела, великие патриотические чувства, проявленные ими в эту Отечественную войну, вдохновят крупных художников пера, резца и кисти, и образы советских героинь будут достойно увековечены в искусстве и литературе.
♦ ♦ ♦
Партизанскую борьбу надо считать проявлением величайшей народной инициативы в обороне Родины, в защите свободы своего народа от поработителей...
Наше партизанское движение вылилось во всеобщую народную борьбу, нараставшую с каждым месяцем. Громадную роль сыграла в этом движении наша партия. Коммунисты стали инициаторами и организаторами первых партизанских групп. Большую долю успеха следует отнести за счет централизованного и целеустремленного руководства партизанским движением.
Защищая Родину от врагов, наш народ и раньше пользовался методами партизанской борьбы. Известный партизан Денис Давыдов писал на основании опыта 1812 года: «Огромна наша мать Россия! Изобилие средств ее дорого уже стоит многим народам, посягавшим на ее честь и существование; но не знают еще они всех слоев лавы, покоящихся на дне ее... Еще Россия не подымалась во весь исполинский рост свой, и горе ее неприятелям, если она когда-нибудь подымется!» 125.
И действительно, никогда в своей многовековой истории партизанское движение не было столь массовым, общенародным и никогда поэтому партизанская борьба не была столь организованна и всеобъемлюща, как в этой войне. Очень характерно значительное участие советской интеллигенции в партизанской борьбе. Насколько оно было эффективным, видно хотя бы на примере борьбы партизанского отряда имени братьев Игнатовых из Краснодара на Кубани.
Командир этого отряда П. К. Игнатов (Батя) в своих «Записках партизана» рассказывает, что отряд в основном состоял из технической интеллигенции — в него входили инженеры, директора, экономисты, научные работники. Все это были люди города, скорее даже, как говорится, «кабинетные» работники. Но в порыве патриотических 403


чувств они променяли удобный и привычный городской быт на несвойственную им трудную, полную невзгод и опасностей жизнь партизан в горах. Все они могли бы эвакуироваться и заниматься оборонной работой на производстве в тылу. Однако в данных условиях они сочли более эффективным использовать свои силы в непосредственной борьбе с ненавистным врагом.
Итоги этой борьбы за полгода поразительны: маленький отряд пустил под откос 155 вагонов со снарядами, с живой силой врага, с его техникой (танками, артиллерией и пр.), взорвал 8 мостов, уничтожил десятки танков, танкеток, тяжелых орудий, свыше 100 мелких пушек и минометов, убил около 2 тысяч солдат и офицеров противника, свыше 2500 тяжело ранил. Сами игнатовцы потеряли за это время 5 человек, двое были тяжело ранены.
Итоги этой борьбы, по существу, следовало бы значительно увеличить, если принять во внимание, что при отряде был организован своеобразный «минно-диверсионный вуз», готовивший минеров-диверсантов для соседних партизанских отрядов, которые вели свои собственные счета нанесенным врагу потерям.
Эффективность действий игнатовского отряда в значительной степени объясняется именно присутствием высококвалифицированных инженеров, техников, рабочих. Это дало возможность не только хорошо организовать самую партизанскую группу, но и планомерно, я бы сказал, научно обоснованно направлять удары против врага. Не только чувства, но и свою высокую квалификацию, знания, разностороннее развитие, ум — все подчинили игнатовцы делу беззаветного служения Родине.
В партизанском движении участвовали все национальности Советского Союза, особенно, по вполне понятным причинам, украинцы и белорусы. О подвигах партизан уже написаны, пишутся и будут писаться книги. Здесь же мы приведем, как иллюстрацию, только несколько примеров.
Белорусские партизаны отвоевывали в глубоком тылу врага целые районы, носившие название «Партизанского края», куда немцы не смели и нос сунуть. Партизаны контролировали и другие районы, не давая оккупантам вывозить оттуда зерно и другие продукты. Так было в Барановичской области. Там народные мстители при крушении поездов, из засад и в открытых боях истребили свыше 30 тысяч гитлеровских мерзавцев.
404


Осенью 1943 года немцы решили расправиться с партизанской бригадой, действовавшей в Любаньском районе, Минской области. Несколько немецких дивизий во всеоружии боевой техники, с танками и авиацией, окружили лес, где скрывалась бригада. С нечеловеческими усилиями вырывалась она из окружения. Топким болотом, под непрерывным обстрелом и бомбежкой, не имея возможности остановиться даже затем, чтобы подобрать раненых, выводил командир бригады Шашура своих партизан из окружения. Когда тяжелораненый командир упал, партизаны положили его на самодельные носилки и понесли. Нести можно было, только идя во весь рост; один за другим падали носильщики (шестеро из них были убиты), но тотчас же на их место становились новые, и раненый командир вместе со своим отрядом выбрался из окружения.
Формы партизанского движения очень многообразны. Профессор Киевского медицинского института П. М. Буйко с первых же дпой войны добровольно ушел на фронт, попал в плеп и бежал оттуда. Горя ненавистью к немецким захватчикам, оп пошел на подпольную работу. Устроившись врачом в районную больницу города Фастова, Буйко организовал лечение раненых бойцов и командиров Красной Армии. Он спас тысячу человек местной молодежи от угона в Германию, установил связи с партизанами, переправлял к ним людей. Когда его деятельность была раскрыта, он и сам (в июне 1943 года) ушел к партизанам. Немцам в конце концов удалось захватить Буйко; они облили его бензином и превратили в горящий факел. Имя этого отважного советского патриота, лучшего представителя нашей интеллигенции, не забудется никогда.
Партизанская борьба, в которой участвовали все национальности СССР, населяющие те территории, куда вступали немцы, ярко продемонстрировала зарубежному миру народность Советской власти, всенародную любовь к ней, твердую решимость бороться за ее сохранение, за независимость Советской страны. Более убедительного доказательства морально-политического единства народов Советского Союза не может быть!
♦ ♦ ♦
Если вообще всякая война — испытание материальных средств государства и его моральных сил, то нынешняя война потребовала от народа действительно небывалого 405


расходования материальных сил и величайшей моральной стойкости. Военные авторитеты также считают моральную стойкость одним из важнейших элементов достижения победы.
В этом отношении интересно мнение генерала М. И. Драгомирова:
«Успех в бою требует весьма большой энергии, упорства и гибкости нравственной стороны в военном человеке; той энергии, которая не допускает сомнения в успехе тогда, когда, по-видимому, нет надежды даже и на спасение; того упорства, которое дает силу не отступаться от предположенной цели; той гибкости, которая в одно мгновение, с изменением обстоятельств способна изменить средства для достижения предположенной цели». («Учебник тактики». Ч. 1-я, стр. 3.)
«Победа будет... в руках той армии, в которой солдаты проникнуты решимостью добыть ее, хотя бы ценой собственной гибели, ибо тот только может победить, то есть погубить другого, кто сам способен решиться на погибель». («Учебник тактики». Ч. 2-я, стр. 10—-И. 1906.)
Та же мысль в современном нашем понимании отчеканена в лозунге — презрение к смерти. Но мы не вкладываем в этот лозунг мистической романтики, нервного индивидуального возбуждения, желания красиво умереть. Мы не рассматриваем смерть как самоцель, как нечто само по себе возвышенное, сверхчеловеческое. С нашей точки зрения, смерть — самый тяжелый для человека удар.
Пожалуй, нигде так не любят жить, как в Советской стране. И вот именно любовь к жизни в Советской стране, с советским народом, когда такой жизни угрожает опасность, когда за ее сохранение идет борьба не на жизнь, а на смерть, заставляет гражданина Страны Советов терять боязнь к смерти, ее пересиливает стремление человека сохранить жизнь советского народа и тем самым как бы навечно сохранить и свою жизнь. Не случайно коммунист идет на плаху с гордо поднятой головой и бросает врагам проникнутые глубокой верой слова: «Я умираю, но наше дело живет и будет жить». В эти минуты человек полностью сливается с коллективом, чьи интересы для него превыше всего, сильнее смерти. Такое сознание делает советского человека неустрашимым бойцом. Вспомним подвиг 28 гвардейцев-панфиловцев, вступивших в единоборство с десятками фашистских танков; красноар406


мейца Матросова, закрывшего своим телом амбразуру немецкого дзота; Камала Пулатова, при защите подступов к Сталинграду бросившегося со связкой гранат под головной немецкий танк; Туйчи Эрджигитова, закрывшего собой дуло немецкого пулемета. Что особенно важно — эти подвиги не единичны, в ходе войны они повторялись и повторяются нашими бойцами и офицерами.
Даже в самое тяжелое время, когда нашей армии приходилось отступать, в ее рядах господствовала полная убежденность в нашей победе. Красноармейцы и командиры уверенно говорили остающемуся населению: «Мы возвратимся, мы придем». И эта убежденность покоилась не только на материальных предпосылках, но и на моральной стойкости наших людей, на их вере в наше правое дело. Никто не мог допустить и мысли, что в мире может существовать сила, способная отнять у нашего народа Советскую власть. И это чувство, владеющее массами, превратилось в материальную силу, которую на Западе воспринимают как чудо. Мы же эту уверенность расценивали как самую верную меру силы Советской власти.
Любовь к родине присуща всем народам. Но этого нельзя сказать обо всех армиях. Прославленная бранденбургская армия Фридриха II не любила своего народа, и народ не любил ее. Армия и народ были чужды один другому. Эта армия являлась лишь орудием завоевательных планов прусского короля, служила укреплению его власти над подданными.
Фридриховские принципы и методы организации и воспитания армии — дело далекого прошлого. Но до последнего времени все европейские правительства считали их военным идеалом и стремились к тому, чтобы их армии походили на фридриховскую. Разумеется, время и развитие внесли свои поправки и значительно ограничили такие вожделения. Тем не менее палочная дисциплина, казар- менность, изолированность от внешнего мира, аполитичность, запрещение читать прогрессивную литературу, одним словом, все меры изоляции армии от народа и народа от армии принимаются и теперь. И впереди всех зарубежных стран в этом отношении идет Германия, где культ палочной бездушной дисциплины процветает и доныне. Там имеется даже тщательно охраняемый от своего народа специальный заповедник (Пруссия) для особой породы людей, единственной целью которых является война.
407


Как ни старались русские цари перенести прусские военные порядки в русскую армию, это не совсем удавалось. Русские люди созданы из другого теста, чем немцы. Недаром говорит пословица: «Что русскому здорово, то немцу — смерть». Но и русскую армию царское правительство держало подальше от народа, и она не была патриотичной в нашем смысле этого слова. Все же в ней постоянно имелась прослойка, выделявшая искренних патриотов и талантливых полководцев, которые честно служили Родине и, наперекор давлению сверху, улучшали действительно боевые качества армии, поднимая ее авторитет на полях сражений.
Советская Армия — особая армия, не похожая ни на прежнюю русскую, ни на одну из европейских армий. Ее личный состав является подлинно народным. Бойцы и командиры Красной Армии однородны по классу, чего нет ни в одной из современных армий. Наша армия бесчисленными нитями связана с народом как в быту, так и общественно.
Общественная связь народа с армией проявляется у нас в шефстве, в самодеятельности, в самых различных формах. Партия и ее высокие идеи духовно объединяют армию и народ. Наши красноармейцы и командиры не только интересуются жизнью в родных местах, не только мысленно переживают все, что происходит на родине, но, по мере возможности, участвуют в местных делах и, в подавляющем большинстве случаев, участвуют плодотворно. Армия крепко любит Родину и не может не любить, ибо постоянно осязает ее как бы своими собственными руками.
Дружба народов покоится у нас на твердом фундаменте общности их интересов. Естественно, что она крепко ощущается и в армии. Эта дружба, разумеется, не похожа на связь между немецкими солдатами и офицерами, где основой «дружбы» является разбой. Там главарь прославленной банды, идя на рискованное дело, принимает к себе предводителей более мелких ватаг, но он с презрением смотрит на бандитскую мелкоту. Именно такими отношениями связана была германская армия с армиями сателлитов Германии в момент разбойничьего нападения на СССР. Эта «дружба» безнравственна, а тем самым и неустойчива, что великолепно видно на распаде фашистского блока. Да это и не удивительно: ведь сама фа408


шистская расовая теория в корне отрицает дружбу народов, а на расовой теории основана вся политика Германии.
Истинная дружба народов Советского Союза, взлелеянная в мирное время, ярким пламенем вспыхнула в годы войны и удивила за рубежом не только наших врагов, но и друзей. Эта дружба закалилась в тяжелых военных испытаниях. Естественно, что она особенно ощущается на фронте, где человек непрерывно подвергается опасности и где поэтому доверие к локтевому товарищу должно быть полным. Фронт является оселком, на котором, в числе многих других чувств человека, испытываются также верность и дружба. Народы Советского Союза это испытание выдержали не только в дружной работе в тылу, но и в поведении своих сыновей на передовых линиях фронта. Да иначе и не могло быть. Наша армия — это братская семья, где помощь товарищу обязательна. Примеры братской выручки можно встретить почти в каждой военной корреспонденции, публикуемой в нашей печати.
В момент боевого затишья дружба скрашивает фронтовую жизнь. Молодой казах читает письмо жены о рождении сына и сообща с товарищами по отделению серьезно обсуждает, какое имя дать ребенку. На фронт приходит письмо сибиряка с описанием колхозной жизни, урожая и т. п. Эти вопросы интересуют всех бойцов, даже в прошлом городских жителей; обязательно завязывается общая беседа. Словом, всегда имеется нескончаемая вереница тем для обсуждения и общения.
В продвижении по службе, в повышении в чинах у нас не играет роль цвет кожи или национальность, а лишь способности и боевые заслуги. И не только формально — так сказать, по закону,— но этому способствует и общественное мнение красноармейцев и офицеров. Отсюда и высокий уровень морали. А выросшая на такой почве личная дружба надолго сохранится даже у людей, живущих в очень отдаленных друг от друга местах.
В нашу армию глубоко проникла ненависть к врагу. Сами немцы способствовали этому. Пожалуй, во всей армии не найдется ни одного подразделения, где бы не было пострадавших от немецкого разбоя: убиты жена, дети или старики родители, угнана в немецкую каторгу сестра, не говоря о разграбленном имуществе, сожженных домах.
409


Теперь, когда Германия все плотнее охватывается союзными армиями и война переносится на ее территорию, немецкая пропаганда льет крокодиловы слезы: мол, война делается все ожесточеннее, не стало в армиях старого рыцарства. Очевидно, эта пропаганда рассчитана на дураков в союзных странах. Мерзавцы, истребившие прямо и косвенно десятки миллионов людей, теперь, когда наступает час возмездия, вспомнили о рыцарстве.
Ненависть к фашистским извергам мы считаем священ- пой. Но вот один американский журналист, отзываясь в общем положительно о книге Эренбурга «Война», заметил, что она теряет свою ценность из-за того, что в ней много ненависти к немцам. Это — не случайное мнение. В Америке, как и в Западной Европе, значительный слой людей избегает острых формулировок и не вносит большой страстности в борьбу с фашизмом. Дескать, умеренность более действенна, и вообще ненависть чужда благородным человеческим чувствам. Это, конечно, совершенно не соответствует действительности.
Русскую художественную литературу иностранные критики справедливо считали великой и наиболее гуманной. Так, польский литературовед Александр Брюкнер в предисловии к своей «Истории русской литературы» пишет: «Русская литература — самая молодая литература в мире... Ее юность возмещается обилием и своеобразием ее творений, ее высокой моральной ценностью, ее проповедью гуманности и альтруизма, остротой и проницательностью ее анализов человеческой души и жизненных наблюдений, ее откровенностью и правдолюбием, ее демократическим духом. Она импонирует той значимостью, которую она завоевала в собственной стране, в чем она далеко превосходит другие литературы мира... Она стала кафедрой, с которой звучало слово в защиту добра, красоты, свободы, гуманности; она стала единственным выражением общественной совести...»
Но в пашей литературе, у наших лучших художников слова, ненависть к злу проходит яркой чертой — кг к самое благородное чувство и одно из самых активных средств борьбы с врагами человечества...
Мы указали на истоки, откуда идет развитие советской морали. Эти истоки уходят далеко в глубь нашей истории; задача их выявления падает на исследователей духовного развития русского народа, как и других народов, населяю- 410


щнх Советский Союз. Мы остановились на очень ограниченном числе деятелей, способствовавших развитию и внедрению лучших моральных свойств в русское общество. Моральные чувства людей, само собой понятно, гораздо полнее, разнообразнее. Например, мы не говорили о том, как возросла в советское время любовь родителей к детям, о возросшей самодеятельности и независимости женщины и т. д. и т. п. Мы иллюстрируем преимуществеппо политико-моральные свойства народа, стремясь показать те чувства, которые способствуют борьбе с врагом.
Наша мораль, как я уже говорил, развивалась и проповедовалась лучшими людьми народа. За это надо воздать должное русской прогрессивной интеллигенции, русской литературе, искусству, которые сотни лет беззаветно боролись с темными силами царизма, с жестокостью эксплуататоров, с народным невежеством. Русская литература облагородила человека, заставила весь мир признать его высокую моральность, которая особенно поднялась и проникла в народную толщу при советском строе. Советский социалистический строй явился основой развития нашей коммунистической морали. Да иначе и не могло быть. Советское правительство, партия Ленина имеют единую цель — благо народа — и все свои действия направляют к этой, действительно высокоморальной цели...
Мораль нашей партии, партии Ленина, есть и мораль нашего народа. Она дает Советскому государству силу огромной сопротивляемости агрессорам; она воодушевляет тружеников на заводах и полях; она делает геройство на фронте массовым; она один из важнейших элементов победы.
М. И. Калинин.
О коммунистическом воспитании и воинском долге, стр, 638—666,


О КОРРЕСПОНДЕНТАХ И КОРРЕСПОНДЕНЦИЯХ* Из беседы с корреспондентами газеты «Известия» и Всесоюзного радиокомитета
Март 1945 г.
В современном обществе газета, радио, кино играют огромную роль. Как орудия пропаганды и агитации они оказывают значительное влияние на формирование общественного мнения людей. Поэтому велики и требования, предъявляемые к их работникам.
Известно, что буржуазная пресса, кино, радиовещание любят изображать себя якобы независимыми, объективными, стоящими выше всяких узкогрупповых интересов. На самом же деле они стоят на страже капиталистического устройства общества и с этой точки зрения сугубо партийны, пристрастны и зависимы от верхних слоев и групп, политику которых проводят в каждом вопросе. Надо признать, что делают они это очень умело, хотя задача их не из легких.
Грубо говоря, и печать, и радио, и кино в буржуазном мире призваны восхвалять, приукрашивать существующий уклад общественно-экономической жизни и соответствующие ему порядки, внушая массам повседневно и по любому поводу ту мысль, что этот уклад и эти порядки вполне согласуются с природой человека и потому «естественны», что этот уклад и эти порядки являются лучшими. Большую озабоченность и нескрываемые опасения вызывает у вдохновителей и подлинных хозяев этих институтов доктрина коммунизма, против которой (доктрины) они направляют все силы ума и таланта своих литераторов, артистов, музыкантов и других работников искусств и печати.
Перед пашей прессой, перед нашим радио и кино стоят более возвышенные цели и, я бы сказал, неизмеримо более широкие задачи: служить не отдельным, сравнительно ничтожным по своей численности группам привилегированных людей, а всему народу, целому обществу, которое сплочено единством своих кровных интересов и коренных устремлений; развивать, просвещать, воспитывать широ412


кие массы, внедряя в их сознание благороднейшие и самые гуманные принципы человеческого общежития. Поэтому велика и ответственность, лежащая на их работниках; почетна и роль, выполняемая ими.
Это принципиальное различие ставит работников нашей прессы, нашего радио и кино в совершенно иные условия по сравнению с теми, в каких находятся их коллеги по профессии в буржуазных странах. Но ведь кроме того существует глубокое различие еще в приемах, методах и формах работы наших и буржуазных работников печати, радио, кино.
Там дело поставлено в этом смысле довольно просто. В буржуазной прессе, в буржуазном радио, также и в кино большую роль играют сенсации, забавный эпизод, уголовный эксцесс, политический скандал, семейная передряга среди высокопоставленных лиц и т. п. Все это благодарный материал для журналистов, радиокорреспондентов, охотно принимаемый редакциями газет и радиостудиями как средство привлечения новых покупателей газет, новых радиослушателей, а вместе с тем и как способ отвлечения людей от анализа и осмысливания существующей действительности.
Не то, совсем не то в нашей прессе, в нашем радиовещании, которым эти приемы чужды. Наоборот, они стремятся приучить людей зорко следить за явлениями действительной жизни, осмысливать эти явления и направлять их в общее русло закономерного развития нашего советского общества, которое, как известно, поставило себе целью — сделать всех своих членов действительно свободными, обеспеченными материально и культурно.
Но это вовсе не значит, что наши газеты и радио обязательно должны стать менее популярными и интересными, что доктрина коммунизма как таковая непременно должна ограничивать их жизненную полнокровность, сочность, многоцветность, яркость и красочность, что их преобладающей формой неизбежно является дидактическое или моралистическое изложение. Ничего подобного! Напротив, именно такой подход, именно марксизм-ленинизм открывает нашим работникам печати и радио неограниченное поле для вдохновенного творчества на базе действительного понимания социального развития человечества.
Если буржуазный журналист, радиокорреспондент, подходя к частному явлению, берет его изолированно, вне 413


всякой зависимости от общего, если он поступает так даже тогда, когда видит и понимает связь частного с общим (а поступает он именно так потому, что это предписывается ему узкоэгоистическими интересами обслуживаемых верхних слоев общества),— то советский журналист, радиокорреспондент, наоборот, должен искать зависимость каждого частного явления от общего, единства части и целого, что как раз и соответствует действительному развитию общественной жизни людей. Давая самый разносторонний материал — от корреспонденции об успехах колхоза до глубоко научной статьи, от репортерской заметки до высокохудожественного произведения, отображая в этом материале все разнообразие нашей повседневной жизни и все, я бы сказал, изгибы человеческой души, работники советских газет и радио при таком подходе будут неизбежно и вместе с тем как бы непроизвольно раскрывать торжество ленинских идей на практике, которые являются выражением объективных закономерностей общественного развития.
Известно, что классическая русская литература считается одной из лучших литератур в мире потому прежде всего, что она является одной из самых реалистических литератур, т. е. по своему содержанию и форме она наиболее полно отражала современную ей русскую действительность. Но (и здесь я особенно подчеркиваю это «но») она не фотографировала существующую действительность — иначе это был бы не реализм, а натурализм,— нет, она художественно воспроизводила ее как живописец во всей жизненной реальности. Потому классическая русская литература так интересна. И корреспонденция, если она построена реалистически, будет интересна. Но, к сожалению, многие наши корреспонденты больше занимаются фотографированием, чем живописанием. Некоторые из них поэтому ближе к натурализму, чем к реализму. А разница между реализмом и натурализмом такая же, как между живописью и фотографией. Хорошо написанный портрет в общем и целом тождествен с фотографией, но вместе с тем он совершенно не то, что фотография: в нем чувствуется живой человек со всем его динамизмом.
Таким образом, говоря о реалистическом методе творчества, нельзя сводить дела к одному лишь внешнему сходству, совпадению, тождеству. Ведь и русская классическая литература славна не только и, я бы даже сказал, не столько этим, сколько внутренней своей жизненностью, 414


своей идейной направленностью и, можно смело сказать, борьбой за освобождение человека от кабалы. С этой стороны все лучшие произведения нашей классической литературы эстеты называли «тенденциозными». Мы не боимся этого слова. Каждый советский работник на всех поприщах, а тем более в журналистике, должен обладать определенной направленностью и, прямо скажу, партийностью.
Но главный камень преткновения лежит не здесь. Нельзя сказать, что у советских корреспондентов недостает понимания необходимости определенной направленности, партийности. Нет, главный камень преткновения в том, что многие из них не научились творчески выражать эту направленность, партийность. Нужно каждый художественный очерк, корреспонденцию, радиопередачу сделать реалистическими, пропитанными идейным содержанием не в смысле того, чтобы в конце или в начале статьи были сказаны слова «партийность», «социализм» и т. п., а чтобы сами факты, само действие приводило читателя к партийности. Иначе говоря, описывается частный факт с полной объективностью, но впечатление от этого описания, его воздействие на читателя должны приводить к партийности. Это, конечно, самая трудная задача. Наша классическая литература тем и славна, в том и заключается ее величие, что она в совершенстве решала эту задачу. Вот если бы наши работники печати и радио добились хотя бы частично такого же совершенства в применении реалистического метода творчества, то это уже было бы большим достижением.
Обыкновенно люди ждут больших художественных произведений, образов, которые стали бы нарицательными. Но такие вещи случаются не часто. Великие писатели не рождаются каждодневно. А мы здесь говорим о корреспондентах, о тех работниках, которые изо дня в день выступают перед широкими массами, как собиратели общественного мнения сегодняшнего дня. Но они не только и не просто собиратели. Вместе с тем и, я бы даже сказал, в первую очередь они организаторы общественного мнения, они направляют и оформляют общественное мнение на сегодняшний день. Вот почему каждому из них необходимо совершенствование в своей области.
Особенно необходимо такое совершенствование для тех из них, кто работает в области радиовещания. Ведь радио обслуживает гораздо больше людей, чем газеты. И это по415


лучается уже по одной той причине, что газет у нас сейчас не хватает и, вероятно, еще долго не будет хватать. А, с другой стороны, многие люди (и, мне кажется, гораздо больше, чем это принято думать) так привыкли к радио, что вполне удовлетворяются радиоинформацией. Радио по своему охвату, по своей массовости является, пожалуй, самым сильным средством пропаганды и агитации.
Сейчас мы по всем линиям бьем в одну цель — мобилизуем все силы и средства для фронта, для скорейшей победы над врагом. И, пожалуй, можно сказать, что сейчас работать в Радиокомитете и в газетах легче, чем это будет в мирное время. Сейчас только подавай информацию с фронта — слушатели и читатели всегда найдутся. Большой интерес существует также и к иностранным телеграммам, но опять-таки прежде всего потому, что сейчас война. А внутреннюю информацию по вопросам, прямо не связанным с войной, читают и слушают уже меньше. Мне кажется, что главная беда тут в форме: уж слишком иногда однообразно и сухо подается эта информация. Следует обдумать, как поставить эту работу, особенно в области радиовещания, какую избрать форму, чтобы сделать информацию интересной.
Но дело не только в информации. Работа газеты и радио не ограничивается одной информацией. И вот тут возникают еще большие трудности, а потому требуется еще большее уменье в проведении партийности. Чтобы яснее понять мою мысль, возьмем для сравнения, с одной стороны, работу журнала, а с другой — работу газеты и радио. В журнале обычно помещаются статьи пропагандистского характера, хотя имеются и агитационные статьи, но все же больше поднимается теоретических вопросов. По радио и в газете материал излагается более кратко, в более популярной форме и, я бы сказал, агитационно, а по особо актуальным вопросам — ударно. Существо и там и здесь — одно и то же, а форма разная.
Возьмем еще один пример. В связи с юбилеем Грибоедова ему было посвящено несколько специальных радиопередач, а в газетах было напечатано о нем много статей, газеты давали даже целые полосы. Мы стремились здесь не только отметить этот юбилей сам по себе, но и сблизить Грибоедова с современностью. На нашей прошлой истории мы учили, как подходить к вопросам сегодняшнего дня, учили людей благородству, прививали им стремление к 416


идейности, а попутно и просвещали, знакомя их с данным писателем. Наше население в целом довольно грамотно, но, может быть, кое-кто не знает или мало знает Грибоедова. Однако само по себе просвещение здесь не ставилось как задача. Если бы Радиокомитет или редакция «Известий» задались лишь целями просвещения как такового, то вряд ли у них что-нибудь вышло или получилась бы сплошная дидактика. А вот по поводу Грибоедова можно подготовить и были подготовлены интересные радиопередачи, можно написать и были написаны статьи, в которых имелись элементы просвещения, которые прививали уважение к нашей прошлой истории, знакомили с нашей литературой того времени и ее современниками. Но разве это не есть в то же время и проведение ленинских идей на практике?
Или вот еще такой пример. По радио передавали и в газетах печатали разные беседы, советы и статьи для огородников — очень хорошее дело, хотя и сезонное. Я знаю, что многие охотно их слушали и читали, обсуждали между собой и даже спорили по отдельным вопросам. Как видно, материал этот отвечал насущным потребностям широких слоев населения наших городов, он был для них интересен. Значит, и здесь нашли подходящую форму для проведения партийной линии.
Наконец, бывают у нас иногда неплохие радиопередачи для молодежи. Нашу молодежь надо систематически знакомить с научными новинками, с разными изобретениями и открытиями. И тут неплохо выпускать к микрофону крупнейших представителей нашей науки и техники. Если такой ученый или инженер расскажет о своей работе, о новых изобретениях или открытиях в своей лаборатории, то это будет интересно само по себе и внесет некоторое разнообразие в программу радиопередач. Да к тому же выступления таких лиц будут очень удобны и для самого Радиокомитета: когда говорит сам автор, тогда и ответственность за научную сторону ложится на него.
Словом, при желании можно найти интересную форму, только не всегда у нас об этом заботятся. Нередко корреспонденты показывают строительство, промышленность, сельское хозяйство, культуру и т. д. чисто протокольным языком. Так не годится. Корреспонденты должны добиваться того, чтобы их информация, очерки и статьи были привлекательны по форме. Описывая, скажем, успех кол27
М. И. Калинин
417


хоза или завода, надо как-то заинтересовать радиослушателей и читателей, может быть, если хотите, даже заинтриговать их, чтобы слушатель не выключал радио, а читатель не бросал газету. Если корреспондент сумеет увлечь, заинтересовать радиослушателя или читателя сюжетом или интригой своего произведения, то уж, будьте уверены, он не оторвется от репродуктора или от статьи.
Я великолепно понимаю, что такой совет легко дать, но не легко его выполнить, особенно радиокорреспондентам, потому что они должны дать каких-нибудь 15—20 строчек и для этого ухлопать несколько часов, а может быть, даже 2—3 дня, и потому еще, что ведь пе каждую корреспонденцию можно снабдить интригой,— тогда, пожалуй, и ин- триг-то не хватит. Но читабельность всегда должна приниматься во внимание авторами.
К сожалению, у нас даже в больших газетах создался такой тип корреспонденций, по которому все дело сводится к описанию одних только материальных достижений человека. Видимо, сторонники этого типа считают, что тем самым исчерпывается описание всего человека. Конечно, этого мало. Жизнь наша усложняется, народ становится культурнее и больше требует для души. Поэтому надо показывать не только материальную, но и психологическую сторону жизни людей. Возьмите роман: если там мало психологических, душевных переживаний, то он не производит впечатления. Как будто бы роман и неплохой сам по себе, а все-таки чего-то в нем недостает. Так вот, по- моему, надо обязательно показывать человека и с психологической стороны, показывать его душевные переживания, работу его мыслей, его культурность, его общественную и, может быть, даже научную значимость, его работоспособность, подчеркивая при этом, что его достижения не являются случайностью, а что они результат систематического напряжения его духовных сил, его убежденности в общественной полезности своего труда, результат, я бы сказал, его одухотворенности, т. е. понимания того, что его труд не есть просто физическое усилие, но вместе с тем это — удовлетворение его душевных потребностей.
Я понимаю, что писать так корреспонденции, писать их с таким глубоким пониманием жизни наших людей, очень трудно. Это требует от корреспондента огромной собственной культуры. И наши корреспонденты должны быть культурными людьми. Но для этого им надо очень много п 413


упорно работать над собой. Культурность корреспондентов Радиокомитета и «Известий» должна быть, во всяком случае, не ниже среднего уровня культурности людей той области, края или республики, где они работают. Ну, а так как они москвичи, люди из общесоюзной столицы, то желательно, чтобы их культурность была несколько повыше, иначе их авторитет будет невысок.
Работа каждого корреспондента и в особенности радиокорреспондента очень трудоемка. Он может написать десятки корреспонденций, а поместят в газете или пустят в эфир каких-нибудь пять-шесть заметок. Ясно, что корреспондентам платят из месяца в месяц не только за те несколько корреспонденций, которые от них примут, а еще и за то, что они представляют на местах Радиокомитет и газету «Известия», наблюдают и добросовестно изучают местную жизнь. Это очень важно для редакции и Радиокомитета. Вот иногда американские газеты и радиокорпорации поручают своим корреспондентам написать корреспонденцию по тому или иному актуальному вопросу и сообщают, что готовы принять от них соответствующего материала на 300 строк или на 30 минут. Считается, что тем самым корреспонденту дается большой простор для размаха, ибо газета или радиокорпорация по другим вопросам, которые для них менее интересны, обычно принимают материала не более, чем на 50 строчек или на 5 минут. И наш Радиокомитет или редакция газеты могут поручать своим корреспондентам в срочном порядке осветить с места тот или иной важный вопрос. Вот этим-то и полезны для Радиокомитета и газеты их корреспонденты на местах.
Но мало быстро откликнуться по тому или другому актуальному вопросу: большое значение имеет хорошее оформление материала. В 90 случаях из 100 даже ординарная мысль, будучи хорошо оформлена, попадет в печать и в эфир, а хорошая мысль, если она плохо оформлена, не будет напечатана, потому что над ней еще надо работать редактору, надо с ней возиться и т. д. Я считаю, что культурное оформление — это одна из важнейших функций наших газет и Радиокомитета. Оформление должно быть тщательным, вплоть до абсолютного вытравливания грамматических ошибок. В этом отношении корреспондентам и редакторам не зазорно будет поучиться у наших классиков. Такие русские писатели, как Гончаров и Тур419


генев, уделяли очень большое внимание родному языку, кропотливо отделывая каждую фразу своих произведений. Во Франции, скажем, такие выдающиеся писатели, как Флобер и Мериме, в свою очередь придавали такое значение стилю, что принимали во внимание даже самую расстановку отдельных слов в предложении. Для наших корреспондентов и редакторов это имеет тем большее значение, что советские люди с каждым годом становятся все более и более требовательными. Надо сказать, что молодежь у нас сейчас выходит из школы более грамотной, чем в предыдущие годы.
Но если культурное оформление столь важно для газетных корреспонденций, то еще более важно оно для радиокорреспонденций. И в этой связи мне хотелось бы немного остановиться на специфике работы наших радиокорреспондентов. Это сложный и вместе с тем интересный вопрос. Специфика работы радиокорреспондентов состоит в том, что их заметки, статьи, очерки и т. п. не читают, а слушают. Когда читаешь газету, то выхватываешь обычно самое важное и отбрасываешь несущественное. Это делается глазами. А когда слушаешь, то тут многое зависит от звучания каждого слова, от того, как оно воспринимается на слух. Если при чтении играет роль зрительное восприятие, то при слушании решает успех слуховое восприятие, звучание того, что передается. Дело в том, что далеко не всегда одну и ту же мысль можно одинаково эффектно выразить для чтения и для слушания. Очень часто для слушания это надо сделать совсем иначе, чем для чтения. И вот когда радиокорреспондент пишет что-нибудь для передачи по радио, то он должен обязательно попробовать, как оно звучит, как воспринимается на слух при чтении самым заурядным диктором, а не то что мастером художественного чтения или таким артистом, как, например, Качалов; проверить, хотя бы в своей семье, слуховое впечатление: хочется ли, слушая такую передачу, выключить радио или, наоборот, подкрутить репродуктор, сделать передачу послышнее и дослушать ее до конца.
Но это — далеко еще не все. Радиокорреспондент должен уметь, как никто другой, писать коротко. Если верно вообще, что краткость есть родная сестра всякого литературного таланта, то это вдвойне верно для радиокорреспондентов. Им придется много и упорно поработать над собой, чтобы научиться писать коротко. Учебников по 420


этой отрасли литературного творчества нет, так как радио — молодое дело. Но все-таки учиться есть у кого. Можно посоветовать нашим радиокорреспондентам, да и вообще корреспондентам, почаще обращаться, например, к Чехову. Конечно, писать так коротко, как он писал, особенно в бытность свою журналистом,— это очень трудно. И чем короче писать, тем труднее, ибо надо не только выжать всю воду, но и добиться того, чтобы написанное было предельно ясно и доходчиво.
Но тут перед корреспондентами опять встает вопрос о необходимости собственной большой культуры и прежде всего хорошего знания русского языка и форм речи. При этом они должны постоянно помнить, что пишут не для газеты, а для радио, т. е. не для читателей, а для слушателей, что они как будто «говорят». Следовательно, требуется глубокое понимание того, как это воспринимается на слух.
Правда, «говорят» радиокорреспонденты в пустоту, а это в свою очередь трудно. Когда говоришь перед видимой аудиторией, то обычно смотришь на сидящих перед собой людей, как-то связываешься с ними, создаешь непосредственное взаимодействие, и тогда аудитория для тебя небезразлична. Ну, а если аудитория для тебя небезразлична, то и ты для нее будешь небезразличен. Совсем другое дело — радиоаудитория: тут, во-первых, очень много слушателей, а во-вторых, никого не видать. Как связаться с такой аудиторией, сделать ее по отношению к себе небезразличной, овладеть ее вниманием? Для этого каждый радиокорреспондент должен уметь представлять себе свою аудиторию, так сказать «видеть» и «чувствовать» ее перед собой, равняясь главным образом, как говорят американцы, на «среднего» человека. Не знаю, насколько правильно я понимаю, но мне кажется, что наше радио, давая много полезных сведений, информируя население широко и обстоятельно, при всем том, однако, работает так, будто выполняет чисто служебную роль, не завязывая интимных связей с аудиторией.
Возникает вопрос: как же это изжить?
Мне рассказывали, что в Радиокомитет ежедневно поступает много писем, в которых одни жалуются на то, что их «измучил» хор имени Пятницкого, а другие, наоборот, говорят, что слишком редко выступает этот хор; одни говорят, что не следует выпускать «театр у микрофона», а 421


другие, напротив, осуждают за то, что мало бывает таких передач, и т. д. Словом, столько разноречивых мнений и оценок, что всего и не передашь. Это естественно, так и должно быть. Но не следует ли нашему Радиокомитету хотя бы раз в неделю выпускать нечто вроде обозрения таких писем? В этом обозрении можно было бы рассказать о поступивших письмах, разобрать их, сказав примерно, что вот такие-то радиослушатели требуют от нас того-то и того-то, что, дескать, это — «справедливое» требование, но мы получили и такие письма, в которых наши радиослушатели требуют совершенно обратного, что, по-своему, тоже как будто «справедливо», а в конце обозрения попросить у радиослушателей совета: что же, мол, тут делать и как поступить при построении программы? Тем самым Радиокомитет познакомил бы радиослушателей со своими установками. Это сблизило бы наше радио с радиослушателями. По крайней мере, они узнали бы, что их письма читаются в Радиокомитете — и то хорошо. Правда, тут есть опасность: я ручаюсь, что это вызовет еще больший поток новых писем. Но это не страшно: Радиокомитет располагает достаточными силами и средствами, чтобы справиться с такой работой. Во всяком случае, над этим следует подумать.
Некоторые радиокорреспонденты поднимали вопрос о введении разных тематических обзоров. Что же, это — полезное дело. С некоторых пор у нас стали давать международные обзоры. Неплохо будет давать внутренние обзоры по отдельным областям, краям и республикам. Почему бы, в самом деле, радиокорреспондентам не поставить перед собой такую задачу? Эти обзоры должны быть краткими, самое большое — 15—20 минут, и передавать их следует, конечно, не ежедневно, а раза два-три в месяц. Ведь дают же иногда радиокорреспонденты небольшие очерки! Что представляют собою такие очерки? Это — более или менее художественное обозрение того, что делается в каком-то конкретном месте. Вот, например, Киев. Разве Киев не заслуживает того, чтобы, допустим, раз в квартал рассказать, чем живет эта столица одной из крупнейших наших союзных республик? Обзоры можно давать также и по отдельным отраслям техники, науки, литературы, искусства, народного хозяйства и т. д. Конечно, чтобы получился интересный обзор, для того придется серьезно поработать. Но попробовать следует.
422


Кроме повседневной, текущей информации, обзоров, очерков и т. п. радио имеет такую выигрышную сторону, как музыкальные передачи. Обычно музыку, передаваемую по радио, воспринимают просто как удовольствие, но, кроме того, люди тут незаметно для себя обучаются правильности напевов, усваивают новые мелодии, развивают свой музыкальный вкус, поднимают свою музыкальную культуру.
Суммируя все сказанное, приходишь к выводу, что назрела потребность в каких-то особых жанрах радиолите- ратурного творчества. Мало у нас таких корреспондентов, обозревателей, очеркистов и других радиолптераторов, которые создали бы себе прочное имя среди радиослушателей. А, например, о радиофельетонистах (очень необходимых представителях сатирической литературы) нечего и говорить — их совсем у нас не слышно. Нельзя ли нашему Радиокомитету подобрать и вырастить таких радиокорреспондентов, радиообозревателей, радиоочеркистов, радиофельетонистов и тому подобных радиолитераторов, которые создали бы себе прочное имя среди радиослушателей, которых бы слушатели хорошо знали? Это поможет еще теснее сблизить радио со слушателями.
Некоторые корреспонденты спрашивали: как надо писать? Гейне говорит, что бесстрастно высказанная мысль не увлекает людей. И это правильно. Белинский писал 100 лет назад, но до сих пор не утратил своего огромного влияния на читателя. А сколько раз можно перечитывать Ленина! Говоря об этих образцах, я имею в данном случае в виду не столько глубину содержания их произведений, сколько то огромное чувство, я бы сказал, кровь, которую вкладывали они в свои произведения. Мы люди средние и как бойцы Советского Союза должны вкладывать всю душу в свою повседневную работу, что и делает ее живой, действенной. Если это можно сказать о работе вообще, то тем более это относится к журналистам и особенно к корреспондентам.
Задавали вопрос: о чем должен писать корреспондент? Но разве можно здесь ответить на этот вопрос? Корреспондент должен писать о том, чем наиболее занята и живет данная область. Например, во время хлебозаготовок, ясно, он будет писать о хлебозаготовках, даст об этом даже статью или очерк. Но и то и другое должно быть написано со знанием дела. Статья может быть короткой, но сам кор423


респондент свою тему должен знать хорошо, чувствовать себя в этом деле как рыба в воде.
Но, разумеется, если корреспондент будет писать только о хлебозаготовках, то этого будет мало. В корреспонденциях требуется отражение не только процесса хлебозаготовок как такового, но и участия колхозной общественности в этой кампании, ее активности или слабости. Ведь корреспондент не может забывать, что все важнейшие мероприятия правительства и партии в Советском Союзе проводятся при активном участии общественности, что обязательно должно быть отражено в корреспонденциях и, в свою очередь, сделает корреспонденции реалистичными.
Сейчас в деревню возвращается много раненых красноармейцев, демобилизованных из армии. Это люди новые, для корреспондентов очень интересные. Не мешало бы поэтому корреспондентам позорче приглядеться к ним и отметить то новое и положительное, что они вносят в практическую жизнь колхозов или учреждений.
Корреспондент должен вращаться в различных кругах советского общества, быть знакомым с теми актуальными вопросами, которые их занимают, и, хотя бы раз в год, написать об этом. Но все это, разумеется, должно быть к чему-то «пришито»,— ну, скажем, к какому-нибудь собранию работников умственного труда, к выпуску студентов, к защите диссертации, к профсоюзному собранию и т. д.
Радиокорреспондент и корреспондент газеты в той или иной области должен знать эту область и освещать ее жизнь с разных сторон, постоянно имея в виду самое главное.
Отдельных товарищей интересовал вопрос: каково должно быть лицо нашего корреспондента на местах? По-моему, самый этот вопрос был поставлен неправильно. Может ли киевский или ярославский корреспондент получить свое лицо в редакции и Радиокомитете? Зачем же его тогда посылать в Киев или Ярославль? Только наблюдателем? Корреспонденты — не наблюдатели. Ярославский корреспондент должен показывать лицо Ярославской области, а киевский корреспондент — Киевской области. Может ли корреспондент, приехав на место, рассматривать все местные дела как заезжий гость из Москвы? Нет, не может. Тогда у него ничего не выйдет или выйдут очерки путешественника, случайно попавшего в эти места. Корреспондент с места тем и ценен, что он показывает местные интересы.
424


А уж дело редакции и Радиокомитета — направить его так, чтобы эти местные интересы не выходили из общего направления их работы.
Очень важно, что наши корреспонденты специализировались в каком-нибудь вопросе. Хотя их задача — давать общее освещение жизни области, но желательно, чтобы в каком-то вопросе, важном для данной области, они были специалистами. Скажем, в Донбассе важные вопросы — металлургия и уголь. Так вот, мне думается, что там корреспондент должен быть знаком с этими вопросами не меньше, чем директор завода или секретарь обкома и председатель облисполкома. Во всяком случае, он должен быть хорошо знаком с процессом производства. (Разумеется, у каждого человека есть что-то, присущее ему самому, приятное его душе. Если он любит удить рыбу, то хорошо бы ему написать пару статей о рыболовстве, потому что это вышло бы от души. Я имею в виду художественные очерки, повести, рассказы.)
Можно ли корреспондентам участвовать в местной работе? Я считаю, что можно. Если корреспондент несет какую-то другую работу или участвует в каком-нибудь общественном начинании и т. д. как частное лицо, ну, предположим, принимает непосредственное практическое участие в сборе средств на танковую колонну, то он лучше может описать эту кампанию, с большим знанием дела представить весь ее процесс, показать активность общественности, широкое проявление местной инициативы или же организационные недостатки, может показать конкретных людей, участвовавших в этом деле.
Итак, если можно резюмировать то, что требуется от корреспондента, то, во-первых, его культурный потолок ни в коем случае не должен быть ниже среднего культурного уровня людей данной области, а желательно, чтобы он был выше. Имейте в виду, что все наши видные писатели, не говоря уже о классиках, были очень культурными людьми своего времени. Буржуазные газеты выигрывают на сенсациях, а мы к сенсациям не прибегаем, и поэтому, для того чтобы корреспонденции были интересными, надо, чтобы в них было интересное содержание и чтобы они были культурно оформлены.
Во-вторых, газетные статьи не должны быть многогранными. Если в газетной статье поставить 5—6 вопросов, то она потеряет свою силу. Газетная статья должна 425


быть посвящена одному вопросу. Корреспонденту дается небольшое количество строчек, и если он поставит несколько вопросов, то разбросается и у него ничего не получится...
В-третьих, корреспонденты должны пробовать свои литературные силы. Пробуйте писать очерки и фельетоны! Может быть, из 100 ваших фельетонов и очерков 99 будут выброшены и только один попадет в печать, но для вас это будет очень полезно. Без труда тут не обойдешься. Каждый корреспондент должен приобретать литературные навыки и пробовать свои литературные силы.
Полезное с этой точки зрения дело — переписка корреспондентов с редакцией. В своих письмах корреспонденты могут касаться таких вопросов, о которых не всегда напишешь в статье. В этих письмах, я считаю, они могут и должны писать обо всем, о чем думают. Редактор может их обобщать и с успехом использовать такие обобщения. Статью не всегда можно поместить, даже если она очень хорошо написана. А письма представляют большие возможности для корреспондента, для развития и оформления его мыслей, для тренировки, упражнения в литературной работе.
В-четвертых, каждый из корреспондентов должен участвовать в жизни и работе местных советских и партийных организаций. Иначе быть не может: ведь они состоят на учете и входят в состав местных партийных организаций, они там, на месте, избирают Советы и осуществляют все свои права как советские граждане. Мне думается, что их голос должен звучать в местной партийной и советской жизни и звучать так, чтобы к нему прислушивались.
В-пятых, сейчас все корреспонденции, о чем бы они ни говорили, должны быть направлены на помощь фронту. Все для фронта, все для победы!
В заключение скажу, что у корреспондентов одно из интересных занятий, которое развивает человека,— и серьезная, добросовестная их работа никогда пе пропадет даром. Что же касается до морального удовлетворения, то вряд ли найдется много таких видов работы, которые приносили бы такое удовлетворение, как работа корреспондента.
М. И. Калинин.
О коммунистическом воспитании и воинском долге, стр. 667—680.


О ПРЕПОДАВАНИИ ОСНОВ МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА В ВУЗАХ* Речь на собрании слушателей и преподавателей Высшей партийной школы при ЦК ВКП(б)
31 августа 1945 г.
Товарищи, решающая роль, которую сыграл Советский Союз в достижении победы над фашизмом, и военно-экономическая мощь, которую он продемонстрировал во второй мировой войне, явились, как известно, полной неожидан- постыо для многих людей за границей. Они были несказанно удивлены, а кое-кто из них даже неприятно поражен. Но факт остается фактом, и он признан теперь не только нашими союзниками, но и врагами,— признан всем человечеством...
Великие победы советского парода в Отечественной войне произвели глубокое впечатление на зарубежную публику и обусловили подлинный переворот в ее отношениях к Советскому Союзу. Нет сейчас на земном шаре другой такой страны, к которой за границей проявляли бы столь же глубокий интерес и так же пристально присматривались, как к нашей стране. Многие зарубежные люди, которые раньше верили разным клеветническим измышлениям о Советском Союзе, отказались от своих прежних взглядов на него как на некую разновидность «тоталитарного» государства, т. е. государства, где скованы всякая мысль и самостоятельная деятельность человека.
Весь мир воочию увидел, что в самые тяжелые для государства моменты у нас необыкновенно широко, разносторонне и эффективно развернулись творческие силы, инициатива и изобретательность нашего богато одаренного народа. И все это сказалось не только в самом ведении войны, но буквально во всех отраслях жизни государства. Знает ли что-нибудь подобное хоть одно самое демократическое государство по ту сторону любой советской границы? Все это одних зарубежных людей привело в смятение, а у других вызвало острый интерес и желание дейст427


вительно внимательно познакомиться с советской системой, с ее институтами, с ее людьми.
А геройство нашей армии, ее беззаветная борьба и неслыханная храбрость при защите Советского Союза? А трудовой героизм нашего тыла, напряженная, самоотверженная работа женщин, подростков, стариков, многие из которых уже были на пенсии, но в дни войны добровольно взялись за работу? Можно ли найти в любом другом демократическом государстве что-либо подобное? И мыслимо ли это вообще в таком государстве, которое не является воплощением подлинно народной демократии? Все это говорит о том, что наш народ безраздельно предан Советской власти, что он боролся и всегда готов бороться за советский строй до конца, до последней капли крови. Все это тоже не могло не привлечь внимания зарубежного мира к Советскому Союзу.
А что мы имеем внутри нашей страны?
Жестокая война, чреватая смертельной опасностью для нашей свободы, независимости и государственного бытия, показала нашему народу, даже самым отсталым людям в захолустье, что если бы не Советская власть и не построение социализма в СССР, если бы не руководство Коммунистической партии, то дело кончилось бы ужасной катастрофой. Никогда еще не сознавал наш народ так ясно и полно, как теперь, все выгоды и преимущества той новой демократии, которую он создал собственными руками.
Пожалуй, еще не было в истории столь благоприятного стечения обстоятельств для восприятия широкими массами трудящихся марксистской доктрины. В самом деле: если народ в минуты невзгод показал столь глубокую преданность Советскому Союзу, столь крепко связал себя с советским строем (а весь советский строй идеологически покоится па учении Маркса — Энгельса — Ленина), то вполне понятно, что данный момент является исторически самым благоприятным для пропаганды марксизма-ленинизма.
Вот, в общих чертах, те условия, в которых сейчас приходится работать нам — пропагандистам марксизма.
Так как передо мной здесь собраны люди, которые по своей специальности, по роду своей работы призваны именно к внедрению коммунистических идей в массы, то хочется перед ними поставить вопрос о тех формах и наилучших способах, при помощи которых можно наиболее успешно вести пропаганду коммунистических идей среди ра-
428


бочих, крестьян, интеллигенции и особенно среди молодежи.
Преподавание марксизма-ленинизма и сопутствующих ему наук — трудное, но вместе с тем благодарное дело. Лепин говорил, что доктрина марксизма привлекает к себе особенно тем, что она, с одной стороны, наиболее научная, а с другой стороны — революционная. Преподавание марксизма-ленинизма может вестись двумя способами: способом творческим и способом, я бы сказал, абстрактным.
Чем отличается творческий способ, особенно трудный способ, от абстрактного? Преподавать абстрактно — это значит взять книгу, отметить ногтем «отселева и доселева», заставить это прочесть и потом прочитанное спрашивать у своих слушателей. Такой способ дает наименьшие результаты как в обучении, так и в пропаганде и агитации. Чем абстрактнее говорит пропагандист или агитатор, чем дальше его мысли от конкретных предметов, тем меньше он производит впечатления.
Усвоение людьми марксистской доктрины может происходить просто механически и может происходить сознательно, я бы сказал, органически. Мы, марксисты, должны стремиться к тому, чтобы как можно больше людей восприняли марксистское учение всем своим сознанием, поняли его и глубоко усвоили.
Почему я здесь останавливаюсь на преподавании этой науки? Да по той простой причине, что сейчас в высших учебных заведениях изучение марксизма-ленинизма считается чрезвычайно трудным делом...
В настоящий момент перед преподавателями основ марксизма-ленинизма стоит огромная задача: улучшение преподавания, овладение методом творческого преподавания этого одного из привлекательнейших предметов.
Марксизм-ленинизм — это подлинная наука об обществе и законах его развития. Конечно, внешне, формально человек может ее воспринять скоро. Но весь вопрос в том — как?
Изучение марксизма-ленинизма похоже до некоторой степени на изучение математики. Математика — абстрактная, если не самая абстрактная наука. Но как строится ее преподавание? Сначала люди изучают правила, а потом им дается ряд конкретных, чисто практических задач. Так вот, изучение марксизма-ленинизма тоже должно подкрепляться конкретными фактами, примерами из действительной жизни.
429


Вы знаете, товарищи, что одни профессора, например, истории, читая свой предмет, просто повторяют одни и те же факты и даты, а другие — в каждую свою лекцию вводят новые данные, новые факты, сопоставляют старое с существующей действительностью и показывают разницу между настоящим и прошлым. И только при таком подходе к изучению истории люди могут увлечься этим предметом и углубиться в него.
Марксизм-ленинизм особенно требует постоянного, если можно так выразиться, подкрепления своих основных положений конкретными фактами, конкретными задачами. Ведь мало изучить доктрину марксизма как предмет, а кроме того еще требуется, чтобы человек овладел методом, научился его применять к оценке общественных явлений. Это, пожалуй, самое главное. Человек может овладеть самой доктриной, до известной степени усвоить марксизм, но может не уметь применять его к оценке общественных явлений. Это гораздо более сложное дело. А ведь по существу говоря, марксист постольку и ценен, поскольку он умеет применять марксистский метод к решению конкретных задач...
Нам следует стремиться к тому, чтобы наши студенты сами умели формулировать свои мысли, чтобы они оперировали самостоятельно своим умственным багажом, а не цитировали только по книжкам и ни в коем случае не были, как выражался Плеханов, «опрокинутыми библиотеками».
Опыт меня научил тому, что у заурядных студентов формулировки обычно более книжные, чем у более даровитых студентов. И я считаю, что это вполне естественно, потому что последние стремятся понять и творить. Одно то, что они творят, что они стремятся выразить марксистские мысли своим языком,— это большое достоинство, и их надо к этому толкать (аплодисменты).
Из чего я исхожу? Почему мы так за это ратуем? Да по той простой причине, что нам нужны не такие люди, которые знают только букву марксизма, которые только для экзамена зазубрили его формулы, а люди, овладевшие марксистским методом и умеющие применять его в практической жизни.
Ведь марксизм — это метод научного подхода к общественным явлениям. Знание марксизма-ленинизма необходимо работникам всех отраслей государственной, хозяйственной и культурной деятельности. Разве инженеру не 433


важно, чтобы он, наряду с хорошим знанием своей технической специальности, был вооружен теорией научного социализма? Ведь тогда к каждому явлению он будет подходить сознательно, правильно. Марксистская наука дает возможность понимать не только отдельные явления, но и целые формации человеческого общества.
Маркс на основе своей доктрины дал блестящий анализ капиталистического общества. Если бы Маркс изложил только суть своего учения, а не дал анализа капиталистического общества, то как вы думаете — заняла бы его теория то действительно высокое положение в социальной науке, какое она сейчас занимает? Так вот, если Маркс не ограничился одной доктриной, а на ее основе раскрыл суть целой формации, то и каждый профессор при изложении основ марксизма-ленинизма должен давать соответствующий анализ тех общественных явлений, тех процессов, которые сейчас происходят в нашем обществе. Тогда его преподавание увлечет людей. Если профессор будет давать анализ социальных явлений, то это будет уже творческим преподаванием.
Я тоже был преподавателем... преподавателем марксизма в подпольном кружке. И вот иногда рассказываешь что- либо и сам чувствуешь, что до народа не особенно доходит. Тогда я стал прибегать к такому методу: минут 15 занимаемся теорией, а потом уже беседуем по душам, разбирая отдельные явления конкретной действительности. И, представьте, люди легко усваивали то, о чем я им рассказывал. Но если бы я занимался весь час тем, что излагал бы им одни формулы, то у нас бы ничего не получилось.
Итак, вы видите, сколь необходимо для пропагандистов прибегать к тем или иным мерам для оживления занятий и лучшего понимания слушателями прочитанного. Тем более должны делать это преподаватели наших вузов.
В этом состоит творческое преподавание.
Но так преподавать, конечно, очень трудно, потому что к каждой лекции обязательно приходится готовиться, чтобы подобрать и продумать подходящий материал. Зато такое преподавание обеспечивает глубокое усвоение слушателями основ марксизма-ленинизма, закрепляя это усвоение анализом конкретных событий, конкретных фактов. А когда преподавание проводится абстрактно, то оно не дает таких результатов, засушивает предмет и даже отбивает у людей охоту заниматься им, ибо оно не расцвечено конкретными фактами.


От студентов следовало бы требовать не только знания основных положений марксизма, но и того, как подойти к тем или другим конкретным фактам, как их оценить с точки зрения марксизма-ленинизма. Если этого нельзя сде^ лать на лекциях, то во всяком случае, это можно широко практиковать в семинарах.
В. И. Ленин все время звал идти вперед в области теории марксизма...
Так вот, товарищи, мне и кажется, что нам (я себя тоже причисляю, если не к преподавателям, не к лекторам, то к проповедникам коммунистической теории) (аплодисменты) надо сделать все, чтобы лекции по марксизму- ленинизму были принципиально выдержаны в своей революционности и научности (помните эти два требования: революционность и научность!) и чтобы они были расцвечены самыми красивыми цветами, какими человек только может их расцветить. Не забывайте, что молодежь любит, чтобы было красиво. Но если подумать, то что может быть красивее идей марксизма-ленинизма, ибо эти идеи — идеи беспредельного творчества! И тут перед вами открываются самые широкие перспективы. Но эти перспективы обязывают к серьезной работе, к творчеству. По возможности, избегайте работы ногтем по правилу: «отселева и досе- лева».
Я думаю, что общими усилиями мы используем отмеченное мною вначале столь благоприятное состояние народных умов так, чтобы, поелику возможно, больше и глубже внедрить в умы рабочего класса, крестьянства и интеллигенции идеи марксизма-ленинизма.
Я желаю вам, товарищи, полного успеха в овладении творческим методом преподавания и ручаюсь, что тогда вы сделаете основы марксизма-ленинизма самым интересным, самым привлекательным предметом в программах всех наших вузов.
Рабочие и крестьяне в нашей стране готовы все отдать за Советскую власть (аплодисменты). Так давайте же приложим все силы, чтобы еще больше обогатить и еще ярче озарить трудящихся нашей страны идеями марксизма-ленинизма (аплодисменты).
М. И. Калинин.
О коммунистическом воспитании и воинском долге, стр. 692—697.


ИЗ ПИСЬМА ИЗБИРАТЕЛЯМ ЛЕНИНГРАДСКОГО ГОРОДСКОГО ИЗБИРАТЕЛЬНОГО ОКРУГА 5 февраля 1946 г.
Товарищи, мое первое побудительное чувство — поблагодарить избирателей города Ленинграда за выставление моей кандидатуры в депутаты Верховного Совета СССР.
Наша избирательная кампания существенно отличается от избирательных кампаний в буржуазно-демократических странах.
Там, в странах буржуазной демократии, избирательная кампания — это состязание политических партий в борьбе за власть. Причем, разнообразные приемы и бесчисленные оттенки пропаганды и агитации различных буржуазных партий рассчитаны не на то, чтобы будить и развивать политическое сознание масс, а на то, чтобы оглушать и ослеплять массы, подавлять малейшие ростки их самостоятельной политической мысли. Партии стараются превзойти друг друга в навязывании избирателям своих кандидатов. Произвести «эффектное» впечатление, потрясти чувства избирателя, ошарашить его и опорочить противника в последний, решающий момент кампании — считается делом высокого мастерства и ловкости политиков. Широковещательные обещания ни к чему не обязывают руководителей партий. Главное — это завоевать позиции и вырвать приговор избирателей в пользу своих кандидатов, ибо с окончанием избирательной кампании кончается и общение с массами.
В нашей стране, где существует советская демократия и власть принадлежит трудящимся, избирательная кампания, естественно, проходит совсем иначе как по содержанию, так и по форме. Блок коммунистов и беспартийных по существу объединяет весь советский народ, поскольку у нас отсутствуют антагонистические классы с их непри28 М. И. Калинин
433


миримыми противоречиями. Наши выборы — это всеобщий смотр, во время которого весь народ анализирует и оценивает достижения и неудачи, успехи и недостатки за истекший период деятельности как Союзного правительства, так и местных органов власти. Происходят сотни тысяч собраний, на которых люди, как подлинные хозяева, всесторонне и деловито обсуждают общегосударственные задачи, фиксируя свои заключения в резолюциях. Здесь же, на этих собраниях трудящихся, происходит выдвижение и обстоятельное обсуждение кандидатов в депутаты Верховного Совета СССР. Подвергаются разбору деловые качества и политические достоинства каждого кандидата, взвешивается и оценивается вся его предыдущая деятельность, и в результате ко дню выборов мнения избирателей сходятся на вполне определенных лицах, которые отвечают их требованиям и за которых они единодушно голосуют. Поэтому у нас день выборов является не только реализацией общего мнения о том, кто достоин высокой чести и доверия быть народным депутатом, но и кульминационным пунктом огромной политической работы, в процессе которой даже рядовые, так сказать, самые простые люди поднимаются на вышку общегосударственных задач, думают и решают, охватывая государство в целом.
Задачи советской демократии принципиально иные, чем задачи демократии в буржуазных странах.
Там демократия, как демократия, еще должна завоевать возможности для своей свободной творческой деятельности. У нас эти возможности налицо.
Там, в зарубежных странах, господствует принцип индивидуальной наживы. У них личное благо — прежде всего. Советская же демократия имеет в своей основе принципы коллективизма и товарищеского сотрудничества. Мы говорим: благосостояние социалистического государства — прежде всего; хочешь поднять свое личное благосостояние — поднимай благосостояние социалистического общества. Непрерывное укрепление социалистического государства, рост его материальных и культурных богатств, улучшение работы всех его органов ведет к дальнейшему увеличению благосостояния отдельно взятого советского человека, к развитию его интеллектуальных и моральных качеств. Советская демократия имеет глубоко позитивный характер, вследствие чего она предъявляет к советским людям повышенные требования. Даже самая острая кри434


тика, которая не сопровождается практическими предложениями, у нас мало действенна. Советская демократия требует критики конкретной, т. е. такой, которая практически может помочь выправить и улучшить работу критикуемого учреждения или организации. И уже по одному этому Коммунистическая партия и Советское правительство кровно заинтересованы в росте и дальнейшем развитии советской демократии.
Но рост и дальнейшее развитие советской демократии в свою очередь требуют неуклонного повышения политического и общекультурного уровня советских людей, роста и совершенствования их профессиональных знаний по всем специальностям. Последнее требование может показаться неуместным: дескать, что общего между демократией и специальностью? Но ведь наш народ, все советские люди участвуют во всех сферах и отраслях социалистического строительства. Они вникают во все вопросы повседневной жизни и будущего развития нашего общества. Как же без знания обсуждаемого предмета — я уже не говорю наполнить демократическим содержанием советскую форму правления, а просто сохранить эту форму,— как можно это сделать без соответствующих знаний и непрерывного их накопления? Без этого даже производственные совещания, представляющие собою одно из проявлений советской демократии, потеряют свою ценность. Сохранив одну лишь демократическую видимость, они станут обузой для директора и будут казаться ненужными для рабочих и служащих. Наоборот, изучение дела, накопление знаний по специальности, деловое обсуждение работы, конкретная критика, указания знающих людей будут скреплять взаимодействие рабочих, служащих и администрации, будут способствовать тому, чтобы управление приобретало все более демократический характер, т. е. росту и дальнейшему развитию советской демократии вообще.
Жизненная сила и неоспоримые преимущества советской демократии стали теперь очевидны не только для нашего народа, по, пожалуй, и для всего мира. Мы пережили период огромной опасности. Германский империализм давно лелеял мечту о захвате западных и южных территорий России. С приходом к власти Гитлера алчные аппетиты немецких захватчиков разрослись до гигантских размеров: они мечтали теперь о расширении своих владений до самого Урала.
435


Обрушившись вероломно на нашу миролюбивую страну, гитлеровцы превратили свою захватническую мечту в чудовищное злодеяние. Они бросили против нас всю военную мощь Германии плюс материально-технические средства и людские ресурсы всей покоренной Европы. Не только фашисты, не только военные руководители, но и финансовые воротилы были твердо уверены тогда в том, что их разбойничий замысел будет успешно осуществлен. При этом они заранее разработали план максимального истребления населения западной части Советского Союза, включая прибалтийские республики, и заселение этих земель немцами с передачей им в вечное рабство тех из советских людей, кто останется в живых после этого массового побоища. Ленинград, как вы знаете, решено было совершенно стереть с лица земли. Вот какую судьбу готовили нам, нашему народу правившие в то время классы Германии...
Немецкий империализм теперь разбит. Он разбит на его собственной территории. Он сокрушен под стенами Берлина. Можно ли указать более яркую иллюстрацию жизненной силы и непреоборимой мощи советской демократии, чем эта великая Победа?
М. И. Калинин, Вопросы советского строительства. М., Политиздат, 1958, стр. 702—704.


ПРИМЕЧАНИЯ
1 М. И. Калинин имеет в виду установленный декретом ВЦИК от 2 ноября 1918 г. единовременный чрезвычайный десятимиллиардный революционный налог, который всей своей тяжестью падал на богатую часть городского и сельского населения. Беднота от этого налога освобождалась.
2 10 апреля 1919 г. был опубликован декрет ВЦИК «О льготах крестьянам-середнякам в отношении взыскания единовременного чрезвычайного революционного налога».
3 Партийная неделя проводилась на основе решения VIII съезда РКП (б) о расширении численного состава партии за счет рабочих, рабочей и крестьянской молодежи. Во время напряженнейшей борьбы Советского государства против второго похода Антанты рабочий класс и трудовое крестьянство послали в Коммунистическую партию свыше 200 тысяч лучших своих представителей.
4 Ныне г. Петрокрепость Ленинградской области.
6 И. П. Жук (1887—1919) — сын украинского крестьянина, после 1905 г. примкнул к революционному движению. В 1909 г. был арестован и приговорен военным судом к смертной казни, замененной каторгой без срока. Освобожденный Февральской революцией, И. П. Жук работал на пороховых заводах Шлиссельбурга, был видным организатором рабочих. Убит в бою с белыми в октябре 1919 г.
6 Пашковцы — последователи религиозной секты, основанной в 1874 г. полковником В. А. Пашковым.
7 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 33, стр. 120.
8 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 7, стр. 150.
9 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 7, стр. 159.
10 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 7, стр. 164—165.
11 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 7, стр. 195—196
12 В. И. Ленин. Полн. собр. соч, т. 45, стр. 137.
13 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 23, стр. 376.
437


14 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 23, стр. 167.
15 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 24, стр. 131—132.
16 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 24, стр. 294—295.
17 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 26, стр. 108.
18 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, стр. 183.
19 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 33, стр. 34.
20 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 42, стр. 37.
21 Эта статья написана М. И. Калининым для иностранной печати.
22 Опасаясь растущего рабочего движения в стране, английское правительство в конце 1925 г. арестовало и предало суду 12 руководителей Коммунистической партии Великобритании. Одновременно был совершен налет полиции на помещение партии. Министр внутренних дел объявил пропаганду идей коммунизма незаконной.
23 «История Советской Конституции. Сборник документов. 1917—1957», изд. АП СССР, М., 1957, стр. 228.
24 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, стр. 133—139.
25 См. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 34, стр. 314—316.
26 М. И. Калинин имеет в виду декларацию об основных принципах полного и всеобщего разоружения, оглашенную делегацией СССР 30 ноября 1927 г. на IV сессии подготовительного комитета к конференции по вопросам сокращения и ограничения вооружений.
27 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 83.
28 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 7, стр. 261.
29 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 13—14.
30 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 21, стр. 173.
31 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 15.
32 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 15.
33 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 15—16.
34 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 19, стр. 9—32, и В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 33, стр. 1—120.
35 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 33, стр. 95.
36 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 33, стр. 98—99.
37 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 21.
38 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 22.
39 К. Маркс и Ф. Энгельс. Избранные произведения в 2-х томах, т. II. М., 1955, стр. 15.
40 С этой речью М. И. Калинин выступил в прениях по докладу Я. А. Яковлева «Об укреплении колхозов».
433


41 Имеются в виду постановления ЦИК и СНК СССР «Об охране имущества государственных предприятий и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности» (7 августа 1932 г.), «О свекле», п. 5 (17 сентября 1932 г.).
42 Бюро жалоб было создано в апреле 1919 г. при Народном комиссариате государственного контроля и проводило большую работу по проверке жалоб и заявлений трудящихся. С февраля 1934 г. Бюро жалоб вошло в систему Комиссии Советского контроля при СНК СССР, затем стало отделом Народного комиссариата государственного контроля.
43 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 25—26.
44 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 36—37.
45 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 31—32.
46 См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 14.
47 «Панургово стадо» — выражение, обозначающее толпу, слепо идущую за своим вожаком. Заимствовано из сатирического романа французского писателя Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль».
48 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, стр. 303.
49 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 34, стр. 93.
50 Ставский (Кирпичников) В. П. (1900—1943) — советский писатель. Его очерки и рассказы посвящены гражданской войне и коллективизации сельского хозяйства. Участник Великой Отечественной войны, военный корреспондент «Правды». Погиб 14 ноября 1943 г.
61 Потапенко И. Н.—русский писатель (1856—1929). В произведениях проповедовал культурничество, либерально-народническую теорию «малых дел», идеи буржуазной филантропии. Описывал главным образом быт сельского духовенства и интеллигенции.
62 Ныне — комбинат «Трехгорная мануфактура» им. Ф. Э. Дзержинского.
63 «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК», т. 5. М., Политиздат, 1971, стр. 130.
64 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 16, стр. 201.
65 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 4, стр. 431.
66 И. В. Сталин. Соч., т. 13, стр. 247.
67 Подсчеты валового сбора зерна производились на основе данных так называемой биологической урожайности, и считалось, что в стране в 1937—1938 гг. достигнут ежегодный валовой сбор зерна в 7 и более миллиардов пудов, фактически же собиралось в амбар зерна значительно меньше. Такое преувеличение успехов зернового хозяйства наносило определенный ущерб как сельскому хозяйству, так и всему народному хозяйству. В последующем партия исправила этот недостаток, и с 1953 г. сбор зерна определяется по фактическому поступлению в амбар.
68 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 1, стр. 305.
439


69 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 1, стр. 245.
60 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 37, стр. 134.
61 И. В. Сталин. Вопросы ленинизма, изд. 11-е, стр. 534.
62 Л. Жданов. Советская литература — самая идейная, самая передовая литература в мире. М., Партиздат, 1934, стр. 7—8.
63 И. В. Сталин. Вопросы ленинизма, изд. 11-е, стр. 537.
64 Французские банки предоставили царскому правительству заем в 2,25 млрд, франков, чем помогли ему в борьбе против революции 1905—1907 гг. в России.
65 И. В. Сталин. Вопросы ленинизма, изд. 11-е, стр. 556.
66 «Задачи союзов молодежи».—См. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 298—318.
67 Фридрих Энгельс. Анти-Дюринг. М., 1957, стр. 88, 89.
68 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 46.
69 См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 45.
70 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 21—22.
71 И. В. Сталин. Соч., т. 12, стр. 315.
72 Указ «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений».
73 Указ «Об ответственности за выпуск недоброкачественной или некомплектной продукции и за несоблюдение обязательных стандартов промышленными предприятиями».
74 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 36, стр. 174.
75 В. Маяковский. Полн. собр. соч., в 13-ти томах, т. 10. М., Гослитиздат, 1958, стр. 281.
76 И. В. Сталин. Соч., т. 13, стр. 40.
77 Имеется в виду воссоединение Западной Украины и Западной Белоруссии с СССР в 1939 г., возвращение Бессарабии Советскому Союзу и принятие в 1940 г. в состав СССР Литвы, Латвии и Эстонии.
78 Вторая мировая война, развязанная гитлеровской Германией.
79 См. настоящий том, стр. 281.
80 В настоящее время г. Новомосковск.
81 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 30, стр. 82.
82 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 37, стр. 295.
83 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 37, стр. 295.
84 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 38, стр. 211—212.
86 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 36, стр. 21.
440


86 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 152.
87 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 45.
88 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 321.
89 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 35, стр. 408.
90 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 61.
91 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 40, стр. 312.
92 Ленинский сборник XXXIV, стр. 45.
93 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 55.
94 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 35, стр. 357.
95 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 35, стр. 357—358.
96 В. И. Ленин. Избранные произведения, изд. 4-е, т. II, Гос- политиздат, 1943, стр. 315.
97 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 36, стр. 439.
98 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 121.
99 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 54.
100 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 51, стр. 50.
101 Ленинский сборник XXIV, стр. 16.
102 «Правда», 23 февраля 1942 г.
103 И. В. Сталин. Соч., т. 9, стр. 198.
104 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 122.
105 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 42, стр. 347.
106 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 52, стр. 23.
107 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 95—96.
108 О. Бальзак. Отец Горио. М., Гослитиздат, 1937, стр. 107—108.
109 А. В. Радищев. Полное собрание сочинений, т. 1. М.— Л., Изд-во АН СССР, 1938, стр. 313, 314, 315, 317.
119 М. В. Ломоносов. Сочинения в 8-ми томах, т. 3. Изд. Академии наук, 1895, стр. 82.
111 М. В. Ломоносов. Сочинения в 8-ми томах, т. 4. Изд. Академии наук, 1898, стр. 10.
1,2 В. Г. Белинский. Собрание сочинений в 3-х томах, т. 1. М., Гослитиздат, 1948, стр. 639, 640, 641.
113 А. Н. Некрасов. Избранные стихотворения и поэмы. М., Гослитиздат, 1953, стр. 64.
114 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 307—308.
115 Рубикон — река, служившая в древности границей между Цезальнинской Галлией и Италией. Перейдя ее с войском в 49 г. до н. э. вопреки воле сената, Юлий Цезарь тем самым начал граж441


данскую войну в Италии. С тех пор выражение «перейти Рубикон» означает: принять бесповоротное решение, сделать решительный шаг.
116 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 70.
117 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 37, стр. 409.
118 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, стр. 22.
119 «Правда», 31 октября 1942 г.
120 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 35, стр. 289.
121 И. В. Сталин. О Великой Отечественной войне Советского Союза, изд. 5, 1952, стр. 159.
122 В настоящее время — Донецкая область.
123 «Правда», 5 января 1944 г.
124 И. В. Сталин. О Великой Союза, стр. 159—160.
125 Денис Давыдов. Военные стр. 427.
Отечественной войне Советского
записки. М., Гослитиздат, 1940,


ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
Агитация, агитатор — 144, 151, 161, 188, 192, 200, 328— 329, 331—334, 336, 339, 340— 342, 356, 358-360, 373, 377, 386, 429
Администратор, руководитель — 102-103, 106-107,
109, 188-189, 191, 193-194, 257, 261, 322, 328—329, 339, 378-380
Бюрократизм — 86—90, 95, 149, 195, 197
Великая Октябрьская социалистическая революция — 48, 229, 231, 232, 234, 245, 376, ggy ggg
Война —39, 48, 321, 322, 324, 326, 332, 343-344, 350-352, 356-361, 363—371, 374, 391, 393, 394, 397
Воспитание коммунистическое - 97, 143, 145, 147, 263- 265, 269, 281-282, 284-302
Всесоюзный Ленинский Коммунистический Союз Молодежи (ВЛКСМ) — 62, 144-147, 315—319, 335, 362-371, 400
Героизм, герои — 22, 110, 325, 351, 356—357, 360, 363—368, 371, 397, 401-403, 428
Демократия — 63, 79, 93—95, 99—100, 111-112, ИЗ, 118, 120, 122-123, 125—128, 133— 135, 255, 434-435
Диктатура пролетариата — 11, 81—83, 94-95, 99, 112, 126— 127, 130-131, 133-134, 164—
167, 169, 173, 180-181, 207, 212, 304
Дисциплина — 140, 165, 193, 335, 339-341, 348, 397
Женщина, ее роль в социалистическом строительстве — 25, 96, 113-114, 189, 246, 333, 335, 369—370, 399—400, 401
Защита социалистического отечества, обороноспособность— 141—142, 322, 344, 352—353, 356, 364—365, 371, 403
Индустриализация — 149, 161, 362
Интернационализм — 74, 79, 81, 357
Капитализм, капиталистическое общество — 94, 119,
126-130, 154, 183—184, 205, 209, 211, 271—273, 376
Коллективизация сельского хозяйства, колхозы — 45, 160— 167, 172, 176, 185, 187-188, 237—239, 363, 390
Коммунизм, коммунистическое строительство—32, 45— 46, 73, 83, 112, 128, 133—134, 148, 152, 164, 169, 170—171, 181, 199, 211, 235, 273, 290, 304, 306, 337
Коммунистическая партия Советского Союза (КПСС) — 19—20, 23, 24—25, 40,60,82— 83, 94, 108, 123, 125, 128—129, 131—132, 134, 137-139, 148, 165, 172, 174, 197, 204, 220, 229, 253-254, 328, 333, 338, 353, 371
443


Коммунисты и их авангардная роль —26, 28—30, 122, 128, 152, 198, 208, 328—329, 333, 336, 338-339, 373
Красная Армия и Военно-Морской флот — 13, 30, 73, 122, 134, 140—142, 168, 252—253, 268, 270—272, 275, 276, 279, 280, 321, 326, 345-347, 353- 355, 357, 360—361, 363, 366— 367, 371-372, 374
Критика и самокритика — 98, 106-107, 144
Культура, культурная революция — 140, 154, 156, 161, 179, 248-250, 300, 301, 391, 394— 396, 419
Ленинская национальная политика, дружба народов СССР — 53, 68—69, 77—81,89, 105—106, 114—117, 247—248, 356-361, 371, 391—392
Марксизм-ленинизм, коммунистическое мировоззрение — 74, 79, 81-83, 144, 147, 152, 172, 201—202, 219, 265, 274, 311—312, 344, 372-373, 375, 387-388, 413, 429-432
Молодежь советская — 24, 61, 117, 140, 158, 335, 362-371, 400-401
Мораль — 381-394, 401, 405- 407, 410, 411,
Овладение знаниями, учеба — 66, 144, 363
Патриотизм советский — 253, 293, 295—297, 320-323, 352, 360, 371
Писатель и его творчество — 21, 213—218, 270, 382—385, 395, 403, 410
Политическая работа, партийно-массовая работа — 92, 270—271, 327—335
Производительность труда, качество продукции — 120, 144, 174-175, 177, 186, 222—225, 258-259, 285-291, 322, 369, 400
Пропаганда, пропагандист — 136, 144, 151, 154, 188, 192, 327—329, 332—334, 360, 373, 375, 377, 386, 388, 416,428,431
Революционные, боевые и трудовые традиции советского народа- 142, 177, 178, 276, 360
Речь, язык — 24, 79—80, 118, 213-214, 358, 360, 384
Советская власть — 13, 33, 40, 49—50, 91, 93, 98, 100, 111—113, 115, 118, 122, 130— 131, 145, 153, 155—156, 158, 161, 184, 227, 234—235, 337, 344-345, 347, 351, 390, 394- 395, 428
Социализм, социалистическое строительство — 139, 149,152, 159, 168, 169, 171, 173—176, 179, 182, 186, 194, 212, 222, 308, 376, 391
Социалистическое соревнование - 286, 305, 391, 400
Союз рабочих и крестьян — 12—13, 16, 17—18, 40, 43, 48— 50, 65, 69—71, 75-77
Союз Советских Социалистических Республик (СССР) — 51—52, 53, 68, 73, ИЗ, 116— 117, 121—123, 131, 134, 141,
151, 157, 166, 171, 174-175,
187, 203, 250—253, 274, 308,
309, 325, 356, 360, 371, 391,
393, 395-397
Труд при социализме — 28, 286—288, 389, 391, 418
Учитель, преподаватель —118, 263—266, 431—432
Фашизм и его сущность — 129, 207—212, 356, 365, 369, 392, 394, 436
Школа и ее роль — 257, 263


СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие 3
В. И. Ленин. О кандидатуре М. И. Калинина на пост Председателя ВЦИК. Речь на XII заседании ВЦИК. 30 марта 1919 г 8
Декларация о ближайших задачах ВЦИК. (Оглашена на XIII заседании ВЦИК VI созыва), 9 апреля 1919 г 12
Укрепим братский союз рабочих и крестьян. 11 мая 1919 г. 17
Враг у ворот Тулы. Речь на митинге в тульском пролеткульте. 25 октября 1919 г 19
Из речи на рабочем митинге на пороховых заводах г. Шлиссельбурга. 30 декабря 1919 г 24
Кто такие коммунисты. Из речи на митинге у буденовцев. 28 мая 1920 г 28
Передышка — не отдых. Из речи на митинге коллектива Златоустинского завода. 17 ноября 1920 г 31
Чем крепка Советская власть. Из речи на торжественном заседании горуездного Совета в г. Кургане. 20 ноября 1920 г. 33
От войны к мирному хозяйственному строительству. Март 1921 г 35
Рабочие и крестьяне в Октябрьскую революцию. 7 ноября 1922 г 48
Историческое значение X Всероссийского съезда Советов. Речь при закрытии X Всероссийского съезда Советов. 27 декабря 1922 г................ 51
О значении образования Союза ССР. Речь при закрытии I съезда Советов СССР. 30 декабря 1922 г....... 53
Разговор по душам (Русской эмиграции). Июль 1923 г. . . 55
Речь на общегородском митинге в г. Чите. 27 июля 1923 г. . 64
По поводу смерти В. И. Ленина. Речь при открытии II съезда Советов СССР. 26 января 1924 г 	68
445


Ленинизм и Коминтерн. Доклад на V конгрессе Коминтерна. 18 июня 1924 г 74
Речь на VI съезде профессиональных союзов СССР. 11 ноября 1924 г 84
О борьбе с бюрократизмом. Речь на VI съезде профессионального союза советских и торговых служащих СССР. 23 декабря 1924 г 86
Вопросы советского строительства. Доклад на III съезде Советов Союза ССР, 16 мая 1925 г 91
Товарищам по работе. Речь на торжественном заседании коллектива РКП(б) ЦИК СССР и ВЦИК по случаю 50-летия М. И. Калинина. 20 ноября 1925 г 108
Из статьи «Что делает Советская власть для осуществления демократии». Октябрь 1926 г 111
За единство и сплочение партийных рядов. Речь на XV съезде ВКП(б) по вопросу об оппозиции. 18 декабря 1927 г. 136
Оплот рабочих и крестьян. 23 февраля 1928 г 140
Борьба за нового человека. Речь на торжественном заседании, посвященном десятилетнему юбилею комсомола.
28 октября 1928 г.  ............... 143
Историческое решение. Речь при закрытии XVI конференции ВКП(б). 29 апреля 1929 г 148
Борьба с религией и социалистическое строительство. Речь на II Всесоюзном съезде Союза воинствующих безбожников. 14 июня 1929 г 150
Сплошная коллективизация и задачи Советов. Речь при открытии Всесоюзного совещания по вопросам советского строительства, 20 января 1930 г 160
Мы вступили в период социализма. Речь при закрытии XVI съезда ВКП(б). 13 июля 1930 г 173
Речь на торжественном митинге при пуске московского завода «Фрезер» имени Калинина. 2 июля 1932 г 177
Революционная законность — мощный рычаг социалистического строительства. Речь на торжественном заседании в Комакадемии по поводу 10-летия советской прокуратуры. 3 июля 1932 г............... 179
Об укреплении колхозов. Речь на объединенном заседании Союзного Совета и Совета Национальностей третьей сессии ЦИК СССР. 29 января 1933 г 183
Вы делаете огромное политическое дело. Речь на Всесоюзном совещании бюро жалоб РКИ. 25 июня 1933 г. .. . 195
Послание Председателя ЦИК СССР М. И. Калинина Президенту США Ф. Рузвельту. 21 октября 1933 г 203
446


Знамя ленинизма высоко развевается во всем мире. 21 января 1934 г 204
Писатель должен быть мастером своего дела. Беседа с молодыми крестьянскими писателями, окончившими литературные курсы при Оргкомитете Союза советских писателей. 15 мая 1934 г 213
Из речи на заседании Президиума ЦИК Союза ССР, посвященном шестидесятилетию со дня рождения М. И. Калинина. 20 ноября 1935 г 219
За дальнейший подъем производительности труда. Речь на заседании Президиума ЦИК СССР после вручения орденов участникам первого Всесоюзного совещания стахановцев. 27 января 1936 г 222
Что дала Советская власть трудящимся. Октябрь 1937 г. . . 226
Из беседы с выпускниками Всесоюзной промышленной академии легкой индустрии. 25 июля 1938 г 257
Речь на вечере, посвященном чествованию учителей-ордепо- носцев сельских школ. 8 июля 1939 г 263
Роль и задачи политработников Красной Армии и Военно- Морского Флота. Речь на собрании слушателей и профессорско-преподавательского состава Военно-политической ордена Ленина Академии Красной Армии имени
В. И. Ленина. 19 сентября 1940 г 268
О коммунистическом воспитании. Доклад на собрании партийного актива г. Москвы. 2 октября 1940 г 281
Счастлив тот, кто борется за коммунистические идеалы. Речь на торжественном собрании студентов, профессоров, преподавателей, рабочих и служащих Московского института цветных металлов и золота им. М. И. Калинина, посвященном XXIII годовщине Великой Октябрьской социалистической революции. 5 ноября 1940 г 303
Сделать все для победы над врагом! Из речи на собрании комсомольского актива г. Куйбышева. 12 ноября 1941 г. 313
Что значит быть советским патриотом в наши днп. 20 ноября 1941 г 320
Новогодняя речь. 1 января 1942 г 324
Некоторые вопросы партийно-массовой работы. Из речи на совещании партийных работников предприятий Москвы. 21 апреля 1942 г 327
О личном примере отваги коммунистов. Сокращенная стенограмма выступления на совещании агитаторов Западного фронта, частей ПВО и Московского гарнизона. 22 июля 1942 г.................... 336
Ленин о защите социалистического Отечества. Февраль 1943 г. 343
447


Единая боевая семья. Сокращенная стенограмма беседы с фронтовыми агитаторами, работающими среди бойцов нерусской национальности. 4 августа 1943 г 356
Боевой помощник большевистской партии. К двадцатипятилетию ВЛКСМ. Октябрь 1943 г 362
Больше партийности и организованности в работе. Из сокращенной стенограммы выступления в Высшей школе партийных организаторов при ЦК ВКП(б). 26 апреля 1944 г. 372
О моральном облике нашего народа. Январь 1945 г 381
О корреспондентах и корреспонденциях. Из беседы с корреспондентами газеты «Известия» и Всесоюзного радиокомитета. Март 1945 г 412
О преподавании основ марксизма-ленинизма в вузах. Речь на собрании слушателей и преподавателей Высшей партийной школы при ЦК ВКП(б). 31 августа 1945 г. . . 427
Из письма избирателям Ленинградского городского избирательного округа. 5 февраля 1946 г 433
Примечания 437
Предметный указатель . 443
Михаил Иванович Калинин
Избранные произведения
Заведующий редакцией Н. Р. Андрухов Редактор О. Г. Жданко
Младший редактор Г. А. Карликово Художественный редактор А. М. Ясинский Технический редактор Н. П. Межерицкая
Сдано в набор 2 октября 1974 г. Подписано в печать 7 января 1975 г. Формат 84х1087з2. Бумага типографская № 1. Условн. печ. л. 24,47. Учетно-изд. л. 24,33. Тираж 175 тыс. экз. Заказ № 3895. Цена 1 р. И к.
Политиздат. Москва, А-47, Миусская пл., 7.
Ордена Ленина типография «Красный пролетарий». Москва, Краснопролетарская, 16.


М. И. Калинин.
1940 г.


В. И. Ленин и М. И. Калинин. Март 1919 г.


В. И. Ленин и М. И. Калинин среди слушателей Московских советских командных курсов тяжелой артиллерии РККА.
15 апреля 1919 г.
М. И. Калинин среди сотрудников агитационно-инструкторского поезда «Октябрьская революция».
Май 1919 г.


М. И. Калинин и Г. И. Петровский на субботнике в Харькове.
8 марта 1920 г.


fA. И. Калинин выступает на митинге бойцов и командиров Первой Конной армии под Уменью.
На переднем плане слева стоят С. М. Буденный, К. Е. Ворошилов. Май 1920 г.


М. И. Калинин на подводной лодке в Одесском порту. 8 марта 1922 г.


М. И. Калинин выступает перед строителями Волховской ГЭС.
10 июня 1924 г.
РОССИЙСКАЯ КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ (большевиков^.
ЛИЧНАЯ АННЕТА
15. Каким репрессиям лодаецгааксь за поаитичесхую аея .ел мости в дореволю* и-ммм время -^б-» С-4»*
Декабре мм " 1925 г.
Анкета М. И. Калинина — делегата XIV съезда партии.


№. И. Калинин выступает с докладом о перевыборах Советов на фабрике им. М. В. Фрунзе.
Москва, 16 февраля 1927 г.


М. И. Калинин и К. Е. Ворошилов обходят войска, выстроенные для парада на Красной площади в Москве.
7 ноября 1927 г.
М. И. Калинин среди горцев Дагестана. Август 1928 г.


(Л. И. Калинин принимает посетителей в Приемной.
1928 г.


М. И. Калинин и Г. К. Орджоникидзе на митинге, посвященном пуску Днепрогэса. 10 октября 1932 г.


М. И. Калинин на трибуне XVII съезда ВКП(б).
В президиуме: Г. К. Орджоникидзе, К. Е. Ворошилов, Г. И. Петровский, А. И. Микоян.
7 февраля 1934 г.


М. И. Калинин выступает с речью в колхозе «Со- циалды» в Казахстане. Октябрь 1935 г.
Г. И. Петровский вручает М. И. Калинину орден Ленина в связи с 60-летием со дня рождения. 20 ноября 1935 г.


М. И. Калинин вручает ордена хлопкоробам Туркменской ССР. 1936 г.
М. И. Калинин в группе писателей, награжденных орденами СССР. 14 февраля 1939 г.
Слева направо: В. И. Лебедев-Кумач, М. И. Калинин, М. В. Исаковский, А. С. Новиков-Прибой, К. А. Тренев, М. С. Шагинян, В. Н. Билль- Белоцерковский.


М. И. Калинин беседует с делегацией завода «Фрезер» им. Калинина.
1939 г.


М. И. Калинин беседует с летчиками, награжденными орденами и медалями СССР,— первыми участниками боев с немецко-фашистскими захватчиками.
Август 1941 г.
М. И. Калинин в Первой Ударной армии, участвовавшей в разгроме фашистов под Москвой. Январь 1942 г.


Избранные произведения