Похожие

Ходъ развития Россійской Имперіи или Историческиій обзоръ Россіи

Борьба Польши и Литвы-Руси за Галицко-Владимірское наследіе

Исторія Государства Россійскаго. Томъ IV

Исторія Россійская съ самыхъ древнѣйшихъ временъ. Томъ I. Ч.I

Текст 
                    .-»хч»

Price Is. net»


РУССКАЯ БИБЛІОТЕКА.

—

50

й 9^ И. В. СКВОРЦОВЪ.

РУССКАЯ ИСТОРІЯ
Съ указаніемъ удареній и нѣкоторыми
сокращеніями.

ЧАСТЬ II.
Отъ нашествія Татаръ до смерти
Ивана Грознаго, 1584.

I. V. SKVORTZOV

RUSSIAN HISTORY
ABRIDGED AND ACCENTED

VOLUME II
From

the

Tartar Invasion to thf. Death of
Ivan the Terrible, 1584

LONDON
RICHARD JASCHKE
78 CHARING CROSS ROAD, W.C.2

1919


PREFACE
The history of Russia from the Tartar in­
vasion to the death of John the Terrible,
that is, from 1240 to 1584, is the history of
the rise of Moscow.
From an obscure principality is evolved
slowly a great autocratic power, feared
and courted by Swedes, Poles, Germans,
and other neighbouring nations.
The Muscovite Grand Dukes and Tsars
were ambitious but careful. By their crafty
and unscrupulous policy they tried both to
extend their sway over foreign lands, and
to establish their absolute power in Muscovy
itself.
They liberated Russia from the Tartar
yoke, yet their own tyranny was little better,
although ‘ public opinion,’ as expressed by
the ecclesiastical chroniclers of the period—
iii


2

станія. «Какъ на нёбѣ существуетъ
одно солнце, такъ на землѣ долженъ
быть одинъ властелинъ,» говорилъ
Чйнгизъ-ханъ и двинулся со своими
свирѣпыми полчищами на сосѣднія
страны. Въ короткое время вся сред­
неазіатская степь, сѣверный Китай,
Бухара и Туркестанъ были страшно
разорены и подчинились монголамъ.
Часть монгольскихъ войскъ, преслѣ­
дуя туркестанскаго султана, обогнула
южный берегъ Каспійскаго моря и
черезъ Кавказъ проникла въ южно­
русскія степи, гдѣ тогда кочевали
половцы. Послѣдніе, соединившись съ
кавказскими народами, пытались было
воспрепятствовать переходу враговъ
черезъ Кавказъ, но татары заявили, что
идутъ не на половцевъ, своихъ сопле­
менниковъ, а только на народы Кав­
каза, пообѣщали половцамъ раздѣлить
добычу, и вѣроломные степняки отсту­
пились. Теперь имъ пришлось жес­
токо поплатиться. Разбитые на-голову,
половецкіе ханы въ страшной тревогѣ
бросились просить помощи у русскихъ
князей. « Сегодня татары отняли нашу
землю, говорили половцы, а завтра
возьмутъ вашу, если намъ не поможете.»


3
По предложенію Мстислава Удалого, ‘
владѣвшаго Галичемъ, собрались князья
на съѣздъ въ Кіевѣ и рѣшили идти
на встрѣчу невѣдомому врагу. «Лучше
встрѣтить враговъ въ чужой землѣ,
нежели въ своей,» — говорилъ Мсти­
славъ.
Собралось большое ополченіе подъ
предводительствомъ трёхъ Мстиславовъ
(галицкаго, кіевскаго и черниговскаго),
русскіе перешлй черезъ Днѣпръ и бодро
двинулись въ половецкія степи. Та­
тары провѣдали о сильной рати и
попытались разстроить союзъ русскихъ
и половцевъ. «Слышимъ, что вы идёте
противъ насъ, послушавшись полов­
цевъ,» послали онй сказать русскимъ.
«А мы не на васъ пришли, а на холоповъ
нашихъ—половцевъ. Возьмите съ нами
миръ. Придутъ къ вамъ половцы—•
бейте ихъ и добыйу берите себѣ. Слы­
шали мы, что они и вамъ много зла
творятъ.» По совѣту половцевъ, уже
испытавшихъ на себѣ коварство татаръ,
русскіе князья избили татарскихъ пос­
ловъ и продолжали походъ. «Послу­
шались вы половцевъ, избили нашихъ
пословъ и идёте противъ насъ, такъ
пусть Богъ насъ разсудитъ,» снова пос­


4
пали сказать татары. На этотъ разъ
пословъ не тронули. Русская рать шла
дёлѣе и при рѣчкѣ Калкѣ, впадающей
въ Азовское море, встрѣтилась съ глёвными силами татёръ (1224). У русскихъ
князей было много самоувѣренности и
мёл о единодушія. Мстиславъ Удалой,
не дождавшись другихъ князёй, пёрвый
удёрилъ на непріятеля. За ними дви­
нулись половцы, но не выдержали
напора татаръ, бросились бѣжать и
смяли русскіе полки. Все пришло
въ страшное смятёніе, дрогнули и самые
храбрые, бѣгство сдѣлалось всеобщимъ.
. . . Въ пёрвый разъ въ жизни пришлось
бѣжать и Удалому. Едвё успѣлъ спас­
тись на лихомъ конѣ раненый въ грудь
Даніилъ Волынскій. Татары гнались
за бѣгущими до сёмаго Днѣпра, нещадно
избивёя всѣхъ.. Великій князь Мсти­
славъ кіевскій, видя бѣгство половцевъ
и галичёиъ, укрѣпился со своей дружи­
ной и подручными князьями на билзъ
лежёщей горѣ и три дня отбивался отъ
вдёсятеро сильнѣйшихъ непріятелей.
Татёры пустились на хитрость и пред­
ложили ему свободное отступлёніе за
выкупъ. ІІо едва кіевляне покинули
укрѣплённый станъ, какъ татёры брбси-


5
лисъ на нихъ, избили всѣхъ воиновъ, а
связанныхъ князей положили на землю,
навалили на нихъ доски, и сами сѣли на
нихъ пировать ; несчастные плѣнники
были задавлены. . . .
Татары двинулись дальше, всё пре­
давая огню и мечу; жители нѣкоторыхъ
городовъ безъ сопротивленія сдавались
на милость врага, но подвергались
избіёню. Варвары, однако, не стали
углубляться въ предѣлы Руси, верстахъ
въ ста отъ Кіева они повернули назадъ
и пройдя черезъ уральскія степи, воро­
тились въ Азію къ своему повелителю.
Нашествіе Батыя. Прошло 13 лѣтъ,
русскіе уже стали забывать о страш­
номъ погромѣ, князья вновь принялись
за обычныя усобицы, какъ вдругъ раз­
неслась молва, что невѣдомые враги
снова появились и идутъ на Русь черезъ
землю камскихъ болгаръ.
У татаръ былъ въ это время уже
другой верховный ханъ. Чйнгизъ-ханъ
умеръ и ему послѣдовалъ старшій сынъ
его Угедсй. Новый властелинъ отпра­
вилъ племянника своего Батыя съ
огромнымъ войскомъ въ нѣсколько сотъ
тысячъ человѣкъ покорять страны,
лежащія къ сѣверу и западу отъ Кас-


в
пійскаго моря.
Опустошивъ землю
камскихъ болгаръ, татары зимою 1237
года вступили въ южную часть Рязан­
ской области. Зима, когда воды ско­
ваны льдомъ, была для татаръ наиболѣе
удобнымъ временемъ для передвиженія
по лѣсистой сторонѣ, изобилующей
рѣками и болотами. Тщетно рязанскіе
князья просили помощи у князей чер­
ниговскихъ и великаго князя Юрія
владіімірскаго. Черниговскіе отказали
за то, что рязанцы не участвовали съ
ними въ битвѣ на Калкѣ, а Юрій нахо­
дился во враждѣ съ рязанскими князь­
ями.
Предоставленные своимъ соб­
ственнымъ силамъ, рязанцы рѣшили
отчаянно обороняться.
На предло­
женіе татаръ дать десятину отъ всего,
отъ людей и скота, они отвѣчали : « Ког­
да никого изъ насъ не будетъ въ живыхъ,
то всё будетъ ваше.» Не взирая на
геройскую защиту Рязани, татары
взяли городъ приступомъ, обратили его
въ груды развалинъ и пепла, жителей
избили.
Разгромивъ Рязанскую об­
ласть, татары двинулись въ Суздальскую
и подступили къ Владиміру. Юрія II
не было въ это время въ городѣ,—онъ
удалился на сѣверо-западъ собирать


7

войска. Владймірцы подъ начальствомъ
двухъ сыновей великаго князя мужест­
венно оборонялись. Но татары про­
били стѣны « пороками » (стѣнобитныя
машины) и ворвались въ городъ.
Семейство велйкаго князя вмѣстѣ съ
епйскопомъ и многими другйми горо­
жанами заперлось въ Успенскомъ со­
борѣ на хорахъ, гдѣ и погйбло посредй
пламени. Татарскіе отряды разсѣя­
лись по всей Суздальской области,
въ теченіе одного мѣсяца разорйли
и разграбили 14 городовъ. Жйтели
отъ малаго до велйкаго были нещад­
но избиваемы ; тѣ немногіе, которыхъ
татары брали въ плѣнъ и тащйли за
собою босыхъ и нагйхъ, гибли отъ холоду
и болѣзней. Заплакалъ велйкій князь,
когда услыхалъ о гйбели своей семьй и
столйцы. « Господи, проговорйлъ онъ,
лучше мнѣ умереть теперь, чѣмъ жить
на этомъ свѣтѣ.» На берегахъ рѣчки
Сйти (впадающей въ Молбгу) онъ встрѣ­
тилъ полчища Батыя съ войскомъ, нас­
коро набраннымъ изъ непривычныхъ къ
• бою земледѣльцевъ, былъ разбйтъ и
самъ палъ въ бйтвѣ. Взявши затѣмъ
Тверь и Торжокъ, Батый двйнулся къ
Новгороду, но, не доходя до него вёрстъ


8

ста, остановился, боясь приближенія
весны, разлива рѣкъ и таянія болотъ,
окружавшихъ Новгородъ, и повернулъ
на юго-востокъ въ половецкія степи.
На этой дорогѣ Батый задержанъ .былъ
на цѣлыя семь недѣль у города Козель­
ска, жители котораго упорно защищали
городъ и своего малолѣтняго князя,
пока всѣ не погибли. Татары понесли
при этомъ большія потери и прозвали
Козельскъ « злымъ городомъ.»
Затѣмъ Батый докончилъ порабо­
щеніе половецкихъ ордъ ; главный ханъ
этого народа съ 40.000 половцевъ про­
брался въ Венгрію, гдѣ и получилъ
земли для поселенія. Батый двинулся
на южную Русь и опустошилъ княжест­
ва Черниговское, Кіевское, Волынь и
Галицію. И здѣсь, какъ на сѣверѣ всѣ,
дѣйствовали врозь, жители каждало го­
рода защищались отдѣльно, выказы­
вая подвиги отчаянной, но безплодной
храбрости въ неравной борьбѣ. Кіевъ
также былъ взятъ и разорёнъ, а жители
его перебиты (1240 г.).
Опустошивъ южную Русь, Батый
(весною 1242 .г.) перешёлъ Карпаты,
покорилъ Венгрію и Силезію, но въ
Моравіи въ первый разъ потерпѣлъ


9

неудачу въ сраженіи съ чешскими вой­
сками. Западная. Европа по гористому,
пересѣчённому характеру своей поверх­
ности не представляла удобствъ для
военныхъ дѣйствій степной конницы и,
опустошивъ придунайскія .равнины,,
орды татаръ отхлынули на востокъ :
западная Европа была спасена ; всю
тяжесть татарскаго ига пришлось вы­
нести только русскому народу. . . .
Ужасную картину представляла Русь
послѣ татарскаго погрома.
Всюду
виднѣлись развалины, бѣлѣющія кости
непогребённыхъ людей, вытоптанныя и
заросшія сорной травой поля. Въ опу­
стошённыхъ татарами мѣстностяхъ оста­
лось въ живыхъ не болѣе десятой части
жителей, да и тѣ не знали, что дѣлать,
за что приняться : « Живые, по словамъ
лѣтописца, завидовали спокойствію
мёртвыхъ.» Даже черезъ пять лѣтъ
послѣ нашествія татаръ въ многолюд­
номъ нѣкогда и богатомъ Кіевѣ не нас­
читывалось и двухсотъ домовъ. . . .
Золотая Орда. Татары заняли своими
кочевьями всѣ южныя и восточныя степи
Россіи и, смѣшавшись съ камскими бол­
гарами и остатками половцевъ, обра­
зовали тамъ новое царство, получившее


10
названіе Золотой или Кипчакской 1
Орды. Батый первоначально также ко­
чевалъ съ мѣста на мѣсто съ своимъ
дворомъ и войскомъ. Но потомъ на
одномъ изъ рукавовъ Волги (Ахтубѣ)
утвердилось главное мѣстопребываніе
хановъ или Сарай. Въ первое время
сарайскій ханъ зависѣлъ отъ «великаго
хана,» жившаго въ Азіи, но вскорѣ
огромная имперія Чингиза распалась
на отдѣльныя государства, ханъ Золотой
Орды сталъ вполнѣ независимъ и сдѣ­
лался однимъ изъ сильнѣйшихъ монголь­
скихъ властителей, пока и въ его царствѣ
не настало раздѣленіе и междуусобицы.
Монгольское йго и его вліяніе.
Батый приказалъ всѣмъ русскимъ
князьямъ пріѣхать въ Орду на поклонъ
и для полученія ярлыка на княженіе,
т. е. утвердительной грамоты. Ослуш­
никамъ грозила потеря волостей. Почти
всѣ князья съ великимъ княземъ Ярос­
лавомъ (братомъ ібрія II) явились и
должны были съ разными унизитель­
ными обрядами представляться хану :
такъ, ихъ заставляли проходить между
1 Кипчакбмъ татары звали степь, тянущуюся изъ
срёдней Азіи въ ІОжпую Россію. « Золотбй » орда
названа по хйнской ставкѣ, изукргішениой золотомъ.


11

священными очистительными огнями,
разложенными возлѣ ханской вставки,
кланяться идоламъ, становиться на
колѣни, пить кумысъ и т. д.
Великимъ княземъ ханъ утвердилъ
Ярослава и вообще порядокъ управ­
ленія на Руси остался прежній. По
своей дикости и привычкѣ къ степному
быту татары не считали нужнымъ самимъ
жить на Руси и непосредственно управ­
лять ёю и огранйчивались сборомъ дани,
въ чёмъ, да ещё въ обязанности выстав­
лять вспомогательныя дружины въ та­
тарскихъ войнахъ, и выражалась глав­
нымъ образомъ зависимость Россіи отъ
монголовъ. Татарскіе «численники»
переписали всё оставшееся въ жи­
выхъ населеніе и всѣхъ (кромѣ духо­
венства) обложили тяжкою данью.1
Кромѣ десятины отъ имѣнія (преиму­
щественно отъ хлѣбнаго сбора), брали
пошлину со всякихъ промысловъ и
1'Дань съ русскихъ собирали отчасти деньгами,
преимущественно же мѣхами. По словамъ одного
иностраннаго путешественника (Плано Карпгіни),
каждый мужчина, бѣдный и богатый, большой и
малый, даже младёнецъ одподнёвный, обязанъ былъ
даватъ дань по шкурѣ медвѣдй, бобра, соболя, чернобурой лисицы и хорька.


12
занятій, требовали подводъ («ямъ»),
даровъ и « корма » для служителей хана,
сбирали на ханское войско, ханскую
охоту и проч. Татарскія подати были
тѣмъ невыносимѣе, что сборщики дѣй­
ствовали безотчётно. Они и назывались
баскаками (буквально значитъ «давйтель») и часто пытками и истязаніями
вымучивали у населенія послѣднее дос­
тояніе ; кто не могъ уплатить, того
били безъ милосердія палками йли
же отнимали дѣтей, а то и самйхъ уво­
дили въ рабство. . . . Базары городовъ
крымскихъ и азовскихъ наполнились
русскими невольниками и невольни­
цами, преимущественно молодёжью,
которую скупали купцы азіатскіе и
европейскіе (изъ Венеціи и Генуи)
и затѣмъ перепродавали въ мусуль­
манскія страны Азіи и Африки. Ослуш­
никовъ и людей, сопротивлявшихся
произволу любого заѣзжаго татарина,
нещадно убивали. Иногда за просту­
покъ одного человѣка выжигали цѣлое
селеніе йли городъ. Ёсли баскакъ жа­
ловался въ Ордѣ на кого нибудь—
тотчасъ посылали оттуда отряды съ
приказаніемъ всё опустошать въ землѣ
ослушниковъ.
Сборъ податей былъ


13
тѣмъ бблѣе тяжёлъ, что нерѣдко онъ
отдавался на откупъ восточнымъ (бесер­
менскимъ) купцамъ, выбиравшимъ своё
съ лихвою, подъ покровительствомъ
баскаковъ. Всё это повело къ страш­
ному обѣднѣнію народа, къ упадку его
матеріальнаго благосостоянія, со всѣми
отъ того послѣдствіями, изъ коихъ важ­
нѣйшее—-останбвка въ успѣхахъ просвѣ­
щенія : населенію было уже не до книгъ
и ученія, да и князьямъ пришлось за­
ботиться прежде всего о собраніи силъ
для сверженія ига, а не о просвѣщеніи
народа. Произволъ и грубость татаръ
отразились затѣмъ въ нѣкоторомъ огру­
бѣніи нравовъ; но вообще на бытъ
русскихъ и русскую народность татары
не имѣли вліянія, тѣмъ •болѣе, что и не
жили на Руси. Народъ открещивался
отъ всего татарскаго, не усвоилъ ни
одного татарскаго обычая, ни одной
пѣсни степняковъ. Напротивъ, и наши
старинныя пѣсни, и пословицы, и всѣ
произведенія письменности дышатъ стра­
шной ненавистью къ «поганой тата­
рвѣ,» къ «злой собакѣ — татарину.»
Кочевой полудикій народъ и не могъ
вліять на осѣдлое и болѣе развитое
населеніе. Основы русской народности,


14

—языкъ, религія, остались нетрону­
тыми. Въ язйкъ нашъ йошло не болѣе
двухъ-трёхъ десятковъ татарскихъ словъ,
да и то преимущественно о предметахъ,
относящихся къ сбору дани.1 Отли­
чаясь вѣротерпимостью, татары оста­
вили неприкосновенною православную
вѣру и ея служителей, и религіоз­
ность народа даже усилилась въ эпоху
монгольскаго ига, въ которомъ видѣ­
ли наказаніе Божіе за грѣхи. Оста­
вляя нетронутымъ порядокъ управленія
Русью, татары не только воспрепят­
ствовали, но своимъ гнётомъ даже уско­
рили начатое ещё до нихъ суздальскими
князьями дѣло объединенія Руси подъ
властію одного князя. Общая опас­
ность ещё болѣе укрѣпила народное
единство, въ которомъ стали видѣть
главное условіе успѣха въ борьбѣ съ
ненавистнымъ врагомъ.
Главная тяжесть ига татаръ пала на
ближайшія къ нимъ—сѣверо-восточныя
области. Въ юго-западныхъ областяхъ
гнётъ монголовъ чувствовался слабѣе
но за то татарскій погромъ отразился
1 Алтынъ, аршинъ, базйръ, балыкъ, деньга, каб&къ,
казна, караулъ, сундукъ, тюфякъ, халатъ чепракъ,
ярлыкъ й немногія др.


15
тамъ въ иномъ отношёніи. Падёніе
цёнтра дрёвней Руси—Кіева почти пре­
кратило и безъ того уже ослабѣвшую
связь между юго-зёпадомъ и сѣверовостокомъ Россіи. Разорённыя тата­
рами юго-запёдныя области были не въ
силахъ противиться образовавшемуся
въ это время на ихъ границахъ Литов­
скому княжеству и были имъ завоёваны.
Исторія той и другой части Руси долго
шла послѣ того особымъ путёмъ.
Русь въ первое время монгольскаго
ига. По смёрти в. князя ібрія II (въ
битвѣ при Сити) во Владимірѣ сталъ
княжить братъ eró Ярослдвъ Всеволо­
довичъ (1238-1246 г.г.), князь твёрдаго
нрёва, дѣятельный и предпріимчивый.
Благодаря его распорядительности,
скоро сталъ возстановляться порядокъ
на сѣверѣ. Ярослёвъ собиралъ разбѣжёвшихся по дёбрямъ и лѣсёмъ жи­
телей, велѣлъ очищать городё и сёла
отъ гніющихъ повсюду труповъ, возоб­
новлялъ сожжённыя и разрушенныя
татёрами здёнія. О сопротивлёніи татёрамъ нёчего было, конечно, и думать, и
Ярослёвъ первый подалъ примѣръ
покорности хёну, явившись въ Орду, и
былъ утверждёнъ великимъ княземъ.


16
По приказанію Батыя, ему пришлось
ѣхать къ самому великому xány (Гаюку)
въ Азію, при чёмъ привелось вынести
много нужды и униженій ; тамъ' онъ и
умеръ. Послѣ шестилѣтнихъ междо­
усобій великимъ княземъ Владимірскимъ
сдѣлался сынъ Ярослёва—Алексйндръ
Невскій.
Александръ Невскій (1252-1263) былъ
самымъ замѣчётельнымъ изъ князей въ
первую эпоху монгольскаго ига. Съ
блестящею храбростію онъ соединялъ
осторожность и практическую расчётли­
вость, съ твёрдостью воли—гибкость
xapáKTepa и умѣнье примѣняться къ
обстоятельствамъ. Внутреннимъ качест­
вамъ соотвѣтствовала и самая наруж­
ность Алексёндра : высокій ростомъ,
статный, красивый, онъ производилъ
на всѣхъ обаятельное впечатлѣніе;
когдё онъ говорилъ на вѣчѣ, eró звуч­
ный голосъ, по выражёнію лѣтописца,
« гремѣлъ пёредъ народомъ, какъ трубё.»
Съ юныхъ лѣтъ онъ княжилъ въ Нов­
городѣ, и жизнь въ этомъ городѣ съ его
шумнымъ и непокорливымъ вѣчемъ, съ
eró кипучей торговлей и постоянными
сношеніями съ зёпадными инозёмцами
не мёло способствовала выработкѣ той


17
выдержанности въ харАктерѣ, которою
Александръ потомъ всегдй oтличáлcя.
Ещё когдй онъ былъ удѣльнымъ княземъ
въ Новгородѣ, eró блестящія дарованія
въ полной силѣ выказались въ борьбѣ
его со шведами, съ ливонскимъ орде­
номъ и Литвою. ¿5ти з0падные сосѣди
наши вздумали было воспользоваться
Батыевымъ разгромомъ сѣверо-восточ­
ной Руси и стали тѣснить Новгородъ
и его пригороды. Пытаясь распррстранііть своё владычество и католи­
ческую вѣру на сѣверъ отъ Финскаго
залива, швёды, по желанію тапы, органи­
зовали д0же крестовый походъ противъ
русскихъ и финновъ. Сильное швёдское ополчёніе, подъ нач4льствомъ зятя
короля Биргера, вошло въ устье Невы
и расположилось на берегу этой рѣки
(при впадёніи въ неё Ижоры). Алексйндръ, не теряя времени, выступилъ
только съ своёй и новгородской дру­
жиной, стремительно наталъ на швёдскій лагерь и нанёсъ врагімъ жестокое
поражёніе (1240), послѣ чего они долго
не рѣшались тревожить новгородцевъ.
¿5та побѣда дост0вила Алекс0ндру гром­
кую отаву по всей землѣ русской и
прозв0ніе Невскаго.
Русская Исторія—п.

В


18
Ещё болѣе трудную борьбу пришлось
Александру выдержать съ Ливонскимъ
орденомъ, который тоже воспользовался
невзгодами Русской земли и захватилъ
въ свои руки нѣсколько пригородовъ
и даже посадилъ въ Псковѣ нѣмецкій
гарнизонъ.
Александръ быстро очи­
стилъ отъ нѣмцевъ и Новгородскую
область и Псковъ и вступилъ затѣмъ
во владѣнія самого ордена. На льду
Чудского озера закованные въ желѣзо
рыцари были разбиты Александромъ
на-голову (1242). «Ледовое побоище,»
какъ прозвали эту битву, ещё болѣе
прославило невскаго героя,—нѣмцы за-,
ключйли миръ и отступились отъ всего
ими захваченнаго.
На третьяго новаго врага Руси—
литовцевъ Александръ совершилъ нѣ­
сколько удачныхъ походовъ, истребивъ
у нихъ до восьми князей съ ихъ дру­
жинами, и заставилъ ихъ прекратить
на-время свой разбойничьи набѣги.
Отбиваясь оружіемъ отъ западныхъ
враговъ, Александръ иначе велъ себя
съ восточными варварами. Онъ пони­
малъ, что раздроблённая, обѣднѣвшая
и обезлюдѣвшая Русь не въ сйлахъ
бороться со страшнымъ врагомъ, и


19

безусловную покорность хану считалъ
единственнымъ пока средствомъ спасе­
нія. Онъ нѣсколько разъ ѣздилъ въ
Орду съ богатыми дарами хану и его
сановникамъ, и успѣлъ пріобрѣсти риз­
положеніе Батыя и его преемниковъ.
Сдѣлавшись в. княземъ, по назначенію
хана, Александръ всѣми силами ста­
рался внушить русскимъ' людямъ тер­
пѣніе и покорность въ отношеніи къ
завоевателямъ, уговаривалъ не проти­
виться переписи, не оскорблять числен­
никовъ и баскаковъ, платйть требуемую
дань и т. д. Иной разъ онъ самъ дол­
женъ былъ силою заставлять свой
народъ исполнять требованія татаръ и
дажё наказывать ослушниковъ, лишь
бы отвлечь ханскую грозу отъ всей
земли русской. Многіе не понимали
такого образа дѣйствій и готовы были
корить в. кня,зя за дружбу съ татарами.
Особенно много хлопотъ доставляли
Александру буйные и не испытавшіе на
себѣ ужасовъ татарскаго погрома нов­
городцы. Они не хотѣли допустить къ
себѣ татарскихъ баскаковъ для пере­
писи и сбора дани ; на вѣчѣ кричали,
что великій князь продаётъ новгород­
скую вольность и свободныхъ людей


20
хбчетъ сдѣлать рабами. Только сл^хи
о приближеніи сильнаго татарскаго
войска и суровое наказаніе, которому
подвергъ Александръ главныхъ зачин­
щиковъ, заставили новгородцевъ сми­
риться. Но вслѣдъ затѣмъ поднялись
волненія и въ другихъ городахъ.
Жадные и жестокіе сборщики податей
и особенно восточные или бесерменскіе
купцы, взявшіе дань на откупъ, своими
притѣсненіями вывели изъ терпѣнія
несчастный народъ. Въ нѣкоторыхъ
городахъ (Ростовѣ, Суздалѣ, Влади­
мірѣ и др.) жители собирались на вѣче,
возстали противъ сборщиковъ данинѣкоторыхъ изъ нихъ убили, другихъ
выгнали. Ханъ пришёлъ въ сильную
ярость и готовилъ уже полчище для
разгрома мятежныхъ городовъ. Алек­
сандръ поспѣшилъ въ Орд^, чтобы
«отмолить людей отъ бѣды,» какъ вы­
ражается лѣтописецъ. Не легко это
было ; цѣлую зиму и лѣто пришлось
в. князю прожить въ Ордѣ, но за то
онъ не только умилостивилъ хана, но
даже успѣлъ выхлопотать льготу по
возложенной татарами на русскихъ
обязанности выставлять вспомогатель­
ное войско. Ещё въ Ордѣ Александръ


21
почувствовалъ себя нездоровымъ, по­
стоянныя тревоги и заботы подорвали
его могучій организмъ, и на обратномъ
пути во Владиміръ въ 1263 году онъ
скончался, имѣя не болѣе 45 лѣтъ отъ
роду.

Объединеніе юго-зйпадной Руси подъ
владычествомъ Литвьі
Литовское племя. Въ лѣсистой и
болотистой мѣстности у Балтійскаго
моря, по нижнему теченію Западной
Двины, Нѣмана и Вислы издавна
обитали литовцы. Они дѣлились на
нѣсколько мелкихъ племёнъ, между
которыми выдѣляются четыре главныя
группы : собственно литва, латышй,
пруссы и ятвяги. Изъ всѣхъ арійскихъ
племёнъ литовцы стояли всего ближе
къ славянамъ по языку и вѣрованіямъ.
Отдѣлённые отъ другихъ народовъ лѣ­
сами и болотами, они долго сохраняли
первобытную дикость, не сближаясь съ
сосѣдями и только въ XIII в. высту­
паютъ въ исторіи какъ самостоятельный
народъ и образуютъ отдѣльное госу­
дарство.
Образованіе Литовскаго государства.


22

Бѣдная странѣ литовцевъ съ ея непро­
ходимыми болотами представляла собой
мало привлекательнаго для сосѣдей
(нѣкоторые посёлки, по свидѣтельству
лѣтописцевъ, могли платить дань только
лыками да вѣниками). Но иногда сами
литовцы предпринимали набѣги на
болѣе зажиточныхъ сосѣдей, т. е. поля­
ковъ и русскихъ. Особенно отличались
этимъ безпокойные и войнственные
ятвяги й въ XIII в. были почти всѣ
истреблены русскими и поляками. Въ
то же время латыши были завоёваны
меченосцами, а пруссы порабощены
были тевтонами. Соединившись затѣмъ
въ одинъ орденъ и обративъ населеніе
въ крѣпостное состояніе, нѣмецкіе
рыцари стали силою обращать тузем­
цевъ въ христіанство и пытались ихъ
онѣмечить. Въ виду этого, съ цѣлью
отпора грозному врагу, изъ числа литов­
скихъ племёнъ собственно Литва начала
выходить изъ своего раздробленія на
мелкія княжёнія и общины ти собираться
въ одинъ народъ. Во главѣ литовскихъ
князей явился Мйндовгъ, который истре­
билъ или изгналъ изъ Литвы боль­
шинство другйхъ князей и объединилъ
Литву подъ своею властію, положивъ


23

тѣмъ начало сильному Литбвскому
княжеству.
Преемникъ Мйндовга Гедиминъ, поло­
жилъ начало могуществу Литвы. При
нёмъ началось
Присоединеніе юго-западной Руси къ
Литвѣ. Гедиминъ (1315-1340) искусно
воспользовался обстоятельствами, среди
которыхъ ему приходилось лѣйствовать.
Продолжая борьбу оружіемъ съ глав­
ными врагами Литвы—нѣмцами, онъ
держался иной политики по отношенію
къ сосѣднимъ русскимъ князьямъ, изъ
коихъ многіе, по своей слабости, искали
опоры у сильнаго литовскаго князя.
Жители ближайшихъ русскихъ областей
также готовы были предпочесть лёгкое
сравнительно литовское господство
тяжёлому татарскому игу. Съ другой
стороны среди самихъ литовцевъ на­
чиналось тяготѣніе ко всему русскому
—онй подпадали подъ вліяніе народа,
выше ихъ стоявшаго по развитію и
гражданственности; русскій языкъ и
нравы срали прививаться въ Литвѣ.
Гедимйнъ шёлъ навстрѣчу этимъ стрем­
леніямъ. Онъ выказывалъ большое
расположеніе къ русскимъ, проявлялъ
даже склонность къ православной вѣрѣ,


24

не препятствуя своимъ дѣтямъ крес­
титься и вступать въ браки съ правос­
лавными.
Самъ онъ былъ дважды
женатъ на русскихъ и православныхъ
жёнахъ.
Русскимъ князьямъ, пере­
ходившимъ къ нему въ подручники, онъ
предоставлялъ управленіе ихъ прежними
областями, ничѣмъ не нарушая преж­
няго внутренняго устройства областей
и оставляя древнія права православ­
ному духовенству.
Многіе русскіе
города сдались ему добровольно. Бла­
годаря этому, а также своимъ родствен­
нымъ связямъ, онъ присоединилъ къ
Литвѣ земли Витебскую и Волынскую
и поставилъ въ зависимость отъ себя
Віевъ съ его областью. Гедиминъ сталъ
называть себя великимъ княземъ литов­
скимъ и русскимъ.
Столицей онъ
сдѣлалъ вновь построенный имъ городъ
Вильно, тоже ставшій въ значительной
степени русскимъ городомъ. Не стѣ­
сняя православныхъ, Гедиминъ такую
же вѣротерпимость проявлялъ и къ
католикамъ, которые даже основали въ
Вйльнѣ два монастыря. Самъ онъ,
однако, не принялъ ни православія, ни
католицизма (что неудачно предлагалъ
ему папа), такъ какъ этимъ онъ раздра­


25

жилъ бы язычниковъ-литовцевъ и не
угодилъ бы или католикамъ, или правослёвнымъ своимъ подданнымъ. Такъ
онъ и умеръ язычникомъ въ 1340 году,
во время борьбы съ нѣмцами, рёненый
при осадѣ одного замка. Тѣло князя,
по дрёвнему литовскому обычаю, сож­
жено было на кострѣ вмѣстѣ съ eró
боевымъ конёмъ и любимымъ оруже­
носцемъ.
Сынъ и преемникъ Гедимина—Олъгёрдъ (1345-1377) въ высшей стёпени
осторожный и скрытный человѣкъ, и
въ тоже врёмя необычёйно дѣятельный
и воинственный, продолжёлъ политику
отцё и докончилъ подчинёніе южной
Руси. Воспользовавшись неурядицами
въ Ордѣ, онъ отнялъ у татёръ зёмли
Черниговскую, Сѣверскую и Подольскую,
и отодвинулъ далеко въ стёпи татарскія
орды, опоясавъ границу рядами укрѣ­
пленій .
Такймъ образомъ при Ольгёрдѣ
почти вся юго-западная Русь объедини­
лась подъ властію литовскаго князя,
освободившись вмѣстѣ съ тѣмъ изъподъ владычества татаръ. Сама Литвё
составляла теперь лишь незначитель­
ную сравнительно часть обшіірнаго


26

литовско-русскаго княжества. Русскіе
нравы и обычаи распространялись
теперь все болѣе и болѣе среди литов­
цевъ ; русскій- языкъ сдѣлался господ­
ствующимъ при дворѣ и языкомъ госу­
дарственныхъ актовъ.
Литва видимо стояла на пути къ
обрусѣнію въ виду того, что князья
литовскіе, по языку, вѣрѣ и родствен­
нымъ связямъ были близки съ русскими.
Новгородъ, Псковъ и другіе городѣ не
рѣдко вступали въ союзъ съ Литвой,
русскіе удѣльные князья и бояре пере­
ходили на службу въ Литву, литовскіе—
въ Москву, вовсе не думая, что подчиня­
ются иноземной силѣ. Сліянію Литвы
съ Москвой при преемникѣ и сынѣ
Ольгерда Ягелло (1377-1344) помѣшало
однако событіе, существенно измѣнив­
шее положеніе русской народности въ
литовскомъ краѣ и надолго отсрочив­
шее соединеніе юго-западной и сѣверовосточной Руси. То было

Соединеніе Литвы съ Польшей
Пбльское государство составилось изъ
славянъ, обитавшихъ по Вислѣ и ея
притокамъ, и возникло почти однов-


27

ременно съ русскимъ. Поляки по своему'
происхожденію, по нравамъ и языку въ
пёрвое время мало отличались- отъ рус­
скихъ. Изъ княжескихъ фамилій, гос­
подствовавшихъ въ Польшѣ, возвыси­
лось потомство Пястовъ. При одномъ
изъ нихъ, женётомъ на нѣмёцкой принцёссѣ, въ Польшѣ усилилось вліяніе
нѣмцевъ и вмѣстѣ съ тѣмъ утвердилось
христіанство по обряду римско-католи­
ческому (X в.), что впослѣдствіи, съ
раздѣленіемъ церквёй, породило рознь
въ отношёніяхъ польскаго населёнія къ
другимъ eró славянскимъ собрётіямъ.
Во второй половинѣ XIV в. въ
Польшѣ прекратилась динёстія Пястовъ,
изъ которой досёлѣ выбирали королёй.
Корона перепита сначала къ племянни­
ку послѣдняго изъ Пястовъ — королю
Венгёрскому, а затѣмъ досталась до­
чери его Ядвигѣ. Всесильные въ Поль­
шѣ магнёты и духовёнство предло­
жили ея руку великому литовскому
князю Ягёлло, расчитывая при этомъ
достигнуть рёзомъ двухъ цѣлей—изба­
виться отъ нападеній одного опаснаго
сосѣда и найти союзника для борьбы съ
другимъ врагомъ—Тевтонскимъ орде­
номъ. Духовёнство кромѣ того раз-


28

считывало не только обратить литовцевъ
въ католицизмъ, по утвердить своё
вліяніе и въ Западной Руси.’ Ягёлло
былъ очень польщёнъ такймъ предло­
женіемъ, выгоднымъ и для Литвы въ ея
борьбѣ съ тевтонами, и охотно согла­
сился принять католичество и крестить
свой народъ.
Провозглашённый на
сеймѣ польскимъ королёмъ подъ име­
немъ Владислава II, Ягёлло въ 1386
году прибылъ въ Краковъ, торжёственно перешёлъ изъ православія (въ ко­
торомъ былъ воспитанъ своёю матерью)
въ католичество и женился на Ядвигѣ.
Вслѣдъ затѣмъ новый король въ сопровождёніи польскаго католическаго
духовёнства прибылъ въ Вйлыю.
Дрёвній огонь литовскаго бога;громовника Перуна былъ погашенъ, башни,
съ которыхъ жрецы возвѣщали народу
свой прорицанія, разрушены, запо­
вѣдныя рощи срублены. Видя, что
унижённые боги безмолвствуютъ, бѣдные
литвины смирились пёредъ волей короля,
подкрѣплённой военной силой, и стали
креститься, хотя и не понимали новой
вѣры, проповѣдуемой на непонятномъ
языкѣ. Всѣмъ новокрещённымъ вы­
давали свитки изъ бѣлаго сукна и кра-


29

сіівую обувь, и многіе изъ нихъ ради
этого приходили креститься по нѣ­
скольку разъ. . . . Духовенство затѣмъ
приняло всѣ мѣры къ тому, чтобы
прочно утвердить насаждённое такимъ
путёмъ католичество. Вмѣстѣ съ вѣрою
стало проникать въ Литву на смѣну
русскому и вліяніе польской образован­
ности, польскихъ нраровъ и обычаевъ.
Ягёлло попытался, по совѣту поль­
скаго
духовенства,
распространить
католичество и въ русскихъ областяхъ
Литвы, но вызвалъ этимъ всюду сильное
негодованіе. Литовцы также были не­
довольны королёмъ, который поселился
въ Краковѣ и окружилъ себя польской
аристократіей. Зтимъ воспользовался
двоюродный братъ Ягёлло, такъ же,
какъ и онъ, измѣнившій православію,
—Вйтовтъ, и при содѣйствіи тевтон­
скихъ рыцарей, которые рады были
случаю ослабить своихъ враговъ, попы­
тался образовать изъ Литвы и Зап.
Руси особое владѣніе. Послѣ безплод­
ной борьбы съ сопёрникомъ и въ виду
общаго сочувствія литовцевъ къ Вйтовту, Ягёлло вынужденъ былъ усту­
пить и призналъ Вптовта великимъ
княземъ Литвы, но съ тѣмъ, чтобы вер-


30
хбвиая власть надъ Литвою принадле­
жала польскому'королю.
Витовтъ (1392-1430), князь очень
рѣшительный и неразборчивый въ срёдствахъ, старёлся всѣми мѣрами увели­
чить своё княжество за счётъ сѣверовосточной Руси.
Воспользовавшись
междоусобіями смолёнскихъ князей,
онъ присоединилъ къ Литвѣ Смолен­
скую область. Несмотря на то, что
дочь его (Софія Вйтовтовна) быліі зёмужемъ за московскимъ княземъ Василіемъ
I, онъ вёлъ постоянную борьбу съ
Москвою. Витовтъ попытался дёже
воспользоваться возникшими въ Золотой
Ордѣ неурядицами, пріютилъ у себя
изгнаннаго оттуда хана Тохтамыша и
обѣщйлъ снова посадить eró въ Саротовѣ
съ тѣмъ, чтобы онъ посадилъ eró въ
Москвѣ. Витовтъ дѣйствительно соб­
ралъ громадное ополчёніе и вмѣстѣ съ
Тохтамышемъ двинулся на Орду, но на
берегахъ Вбрсклы потерпѣлъ стрёшное
поражёніе отъ татарскаго мурзы Эдигёя.
Послѣ этого онъ поневолѣ остёвилъ свои
притязёнія на Москву и другія русскія
области и по взаимному соглйшёнію
границей мёжду двумя княжествами
назначена была рѣкё Угра.


31

Неудйча на Вбрсклѣ заставила
Вйтовта снова сблизиться съ Ягёлло
на условіяхъ болѣе тѣснаго единенія
Литвы и Польши. Результатомъ сог­
лашенія явился совмѣстный походъ на
безпокойныхъ сосѣдей Литвы и Польши
—тевтонскихъ рыцарей. Грозное девя­
ностотысячное войско рыцарей было
почти совсѣмъ истреблено поляками,
литовцами и русскими въ знаменитой
битвѣ при Таннебергѣ (въ Пруссіи, въ
1410 г.). Тутъ палъ самъ великій
магистръ ордена со множествомъ ры­
царей. Героемъ побѣды явился Вйтовтъ.
Послѣ этого пораженія орденъ уже не
могъ оправиться и при преемникѣ
Ягёлло призналъ себя въ ленной завйсимости отъ Польши.
Совмѣстныя дѣйствія противъ тев­
тоновъ и предшествовавшее имъ сог­
лашеніе завершилось вскорѣ (1413)
съѣздомъ (на сеймѣ въ Городнѣ на р.
Бугѣ) съ однбй стороны—Ягёлло съ
польскими панами, съ другой—Вйтовта
съ знатнѣйшими литвинами. Состав­
ленъ былъ торжественный актъ уніи
(соединенія)
Литвы
съ Польшей.
Мёжду прочимъ положено было представйтелямъ обоихъ народовъ съѣз-


32

жаться впредь на общіе сеймы для
выбора королей польскихъ и для
рѣшенія общихъ дѣлъ, а литовскому
дворянству даны были владѣльческія
права и привилегіи польской шляхты
и усвоены польскіе гербы. Преиму­
щества эти, возвышавшія литовское
дворянство по образцу польскаго и
пролагавшія дальнѣйшій путь вліянію
Польши, давались, однако, только
католикамъ.
Вйтовту не нравилась зависимость
русскихъ областей Литвы въ церков­
номъ отношеніи отъ московскаго митро­
полита, и онъ хлопоталъ въ Константи­
нополѣ о назначеніи сюда особаго
митрополита, но получилъ отказъ.
Тогда онъ велѣлъ собору западнорусскихъ епископовъ избрать на кіев­
скую митрополію учёнаго болгарина
Григорія Цамблака. Отдѣлённый отъ
остальной Руси въ политическомъ отно­
шеніи, юго-западный край об.осббился
теперь и въ дѣлахъ церквиПослѣ Вйтовта Литва иногда имѣла
отдѣльнаго князя изъ рода Ягеллбновъ,
но большею частію соединялась съ
Польшею подъ властію одного короля.


33

Объединеніе сѣверо-восточной Руси
около Москвы
Въ то время, какъ юго-западная Русь
объединялась подъ владычествомъ Лит­
вы, Русь сѣверо-восточная собиралась въ
одно цѣлое подъ главенствомъ Москвы.
Москва основана, по преданію,
ібріемъ Долгорукимъ. Впервые этотъ
городъ (какъ уже существующій и,
слѣдовательно, основанный ранѣе) упо­
минается лѣтописью подъ 1147 годомъ
(когда ібрій принималъ здѣсь и уго­
щалъ одного изъ князей Сѣверскихъ,
Святослава Ольговича, своего союз­
ника въ борьбѣ съ Изяславомъ II Кіев­
скимъ). Названіе своё онъ получилъ
отъ рѣки, на которой расположёнъ
(слово «Москва » по-фински значитъ
мутная вода). Выгодное по тому вре­
мени торгово-промышленное положеніе
Москвы на погранйчьѣ Суздальской
области съ владѣніями Рязанскими,
Черниговскими и Смоленскими, на пе­
рекрёсткѣ водныхъ торговыхъ путей
изъ южной Руси въ сѣверо-восточную
и изъ юго-восточныхъ областей на сѣве­
ро-западъ, рано сдѣлало городъ средо­
точіемъ особаго удѣльнаго княжества.
Русская Исторія—п.

С


34

Начало возвышенія Москвй отно­
сится собственно ко времени княженія
въ Москвѣ младшаго сына Алексан­
дра Невскаго—Даніила. Зтотъ умный,
дѣятельный князь и домовитый хозя­
инъ всю свою энергію употребилъ на
увеличеніе и устройство своего удѣла
и города. Онъ сдѣлалъ два ваяшыхъ
пріобрѣтенія : отнялъ у Рязанскихъ
князей Коломну, запиравшую устье
Москвы-рѣки, и уговорилъ своего без­
дѣтнаго племянника (Іоанна Дмитріеви­
ча) оставить ему по завѣщанію г. Пере­
славль Залѣсскій со значительной по
тому времени волостью.
Его сынъ и преемникъ ібрій Даніило­
вичъ, продолжая политику отца, отнялъ
у смоленскихъ князей лежащій на верхбвьяхъ рѣки Москвы г. Можайскъ съ
удѣломъ. Такимъ образомъ всё теченіе
Москвы-рѣки находилось теперь въ
рукахъ московскихъ князей, и ібрій
Даншловичъ явился уже однимъ изъ
сильнѣйшихъ князей сѣверо-восточной
Руси. Онъ сталъ теперь добиваться
великаго княженія, хотя правъ на это,
по родовымъ понятіямъ о старшинствѣ,
и не имѣлъ. Но тутъ онъ встрѣтилъ
соперника въ тверскомъ князѣ (Михаилѣ


35

Ярославичѣ), который приходился ему
двоюроднымъ дядей и имѣлъ всѣ права
на старшинство. Тогда началёсь, озна­
менованная
большою жестокостью,
упорная борьба Москвы съ Твёрыо.
Борьба эта длилась свыше двадцати
лѣтъ и была ок0нчена_въ пользу Москвы
уже преемникомъ Юрія, братомъ eró
Іоанномъ Даніиловичемъ.
Іоаннъ Калита (1328- 1340) больше
всѣхъ прежнихъ князей содѣйствовалъ
возвышёнію Москвы и объединёнію
подъ ея влёстыо всѣхъ удѣльныхъ
княжествъ, почему и получилъ назвёніе « перваго собирётеля русской
земли». Въ его харёктерѣ и дѣятель­
ности особенно ярко отразились типи­
ческія черты большинства московскихъ
князей — собирйтелей Руси, унаслѣ­
дованныя ими отъ прёдковъ—князей
суздальскихъ : бережливость, разсчет­
ливость, упорное преслѣдованіе разъ
намѣченной цѣли (въ связи съ необык­
новенною осторожностью) и, наконецъ,
хозяйственная практичность. Онъ поль­
зовался всѣми срёдствами къ достижёнію глёвиой цѣли — возвышёнію
Москвы на счётъ ея сосѣдей, хотя и
рѣдко прибѣгалъ къ силѣ, развѣй ужё


36

когда была вѣрная надежда на успѣхъ.
Чаще всего онъ дѣйствовалъ хитростью
и безъ стѣсненія оговаривалъ своихъ
соперниковъ предъ ханомъ, пользуясь
всякой ихъ ошибкой. Не щадя, гдѣ
было нужно, денегъ на подарки и под­
купы ордынскихъ царевичей и главныхъ
вельможъ, усердно кланяясь хану и
безпрекословно повинуясь волѣ его,
Калита заслужилъ такое довѣріе въ
Ордѣ, что ему поручали непосредствен­
ный надзоръ за другими князьями и
даже наказаніе ихъ въ случаѣ ослу­
шанія ханской волѣ. Мало того, онъ
добился позволенія самому, вмѣсто бас­
каковъ, собирать дань ханскую (« вы­
ходъ ордынскій ») съ областей сѣверной
Руси и отвозить её въ Орду. 5тимъ онъ
и угодилъ населенію, которое избави­
лось отъ притѣсненій баскаковъ, и
пріумножалъ собственную казну, такъ
какъ часть дани, расходившуюся
прежде по карманамъ мелкихъ татар­
скихъ сборщиковъ, удерживалъ въ свою
пользу.
Прикопивъ не малыя деньги, онъ
покупалъ въ сосѣднихъ княжествахъ
у обѣднѣвшихъ князей, бояръ и монас­
тырей земли, сёла и даже цѣлые го-


37

рода и присоединялъ ихъ къ Москвѣ.
Вліяніе своё Калігга простиралъ и на
богатый Новгородъ, который онъ ста­
рался при кйждомъ удобномъ случаѣ
прижать, чтобы, кромѣ обычныхъ сбо­
ровъ въ пользу князя, возможно болѣе
получить въ счётъ дйни татарамъ. По­
литическое значёніе Москвы поднялось
теперь въ глаз0хъ всей Руси. У бога­
таго и сильнаго своими связями въ Ордѣ
московскаго князя заискивали князья
тверскіе, суздальскіе и ряз0нскіе.
Благодаря расположенію xána и
сбору д0ни самимъ Калитой, никто
не смѣлъ обиж4ть eró людёй : «Пере­
стали, говоритъ лѣтошісецъ, поганые
воевать русскую зёмлю, отдохнули
христіане отъ насилія татарскаго, на­
ступила TiiniiiHá по всей землѣ.» Въ
спокойное отъ тат0ръ и княжескихъ
усобицъ московское княжество сталъ
отовсюду стекаться рабочій людъ, бояре
т0кже охотно переходили отъ другихъ
князей на службу къ московскому.
Переселялись сюдё инозёмцы; дпже
тат0рскіе мурзы (мёлкіе князья) стали
поступпть на службу къ богатому москов­
скому князю. Земля eró ст0ла, такимъ
образомъ, многолюднѣе и богаче дру-


38
гйхъ. Москвё наполнялась торгбвцами со всѣхъ сторонъ. Развивёлась
промышленность и торговля, умножёлись и доходы князя отъ пошлинъ,
собирёемыхъ съ купцовъ. Москвй съ
кёждымъ годомъ всё болѣе богатѣла и
обстрёивалась, привольнѣе стёла здѣсь
жизнь населёиія.
Сдѣлавшись мѣстопребываніемъ ми­
трополита, который былъ одинъ на всю
русскую зёмлю, мёжду тѣмъ какъ
князей было много, Москва ещё болѣе
возвысилась въ глазёхъ народа и зёняла въ сѣверо-восточной Руси то же
мѣсто, какое нѣкогда занималъ въ
южной Руси Кіевъ. Встрѣчая покор­
ность со стороны другихъ князёй, и
самъ Калитё ужё не довольствовался
титуломъ «Вел. князя Владимірскаго,»
но стёлъ именовать себя «Великимъ
княземъ всея Руси ».
Предусмотрительный Калита старёлся упрочить великокняжеское до­
стоинство за своимъ потомствомъ. При
своихъ путешёствіяхъ въ Орду онъ
возилъ и своихъ сыновёй, представляя
ихъ хёну, какъ вѣрнѣйшихъ eró слугъ.,
и достигъ цѣли : великое княжёніе
утверждено было за eró дѣтьми.


39

Василіи II (1425-1462). Утвердив­
шись на великомъ княженіи, Василій
II уничтбжилъ удѣлы въ москбвскомъ
княжествѣ, повыгнавъ оттуда князей
—своихъ родственниковъ. Остальныя
области сѣверо-восточной Руси, слиш­
комъ слабыя сравнительно съ Москвой,
вынуждены были стать въ зависимыя
къ ней отношенія.
Преобладаніе Москвы въ сѣверо-вос­
точной Руси было теперь совершенно
обезпечено, тѣмъ болѣе, что Золотая
Орда во время княженія Васйлія II
совсѣмъ ослабѣла : отъ нея отдѣлились
два враждебныхъ ей ханства : Казан­
ское и Крымское.1
1 Для наблюденія за движеніями татйръ, при
ихъ набѣгахъ на Москву, на погранйчьѣ со стёпыо
ставили отряды легкб вооружённыхъ ратниковъ,
носившихъ названіе казаковъ (названіе взято съ
татарскаго: въ Ордѣ казаками назывался низшій
классъ войска, составлявшій пограничную стражу).
Въ пёрвый разъ эти пограничные стр&жники упоми­
наются въ лѣтописи въ половинѣ XV в. (именно
рязанскіе подъ 1444 г.). Уто сббственно « городовйе» казаки, жившіе въ южныхъ украинскихъ
городахъ. Ридомъ съ ними, въ тѣхъ же степяхъ,
образовался другбй родъ казаковъ изъ русскихъ
людбй, искавшихъ свободнаго образа жизни и про­
стора своему молодёчеству, преимущественно без­
домный, безсемёйнын людъ, холопы, бѣжавшіе отъ


40
ДѣлЛ церковныя. Въ 1439 году во
Флорёнціи собрёлся духовный соборъ
для обсуждёнія вопроса о соединёніи
восточной и зёпадной церквёй. Русскій
митрополитъ Исидоръ (родомъ изъ
грёковъ) присутствовалъ на этомъ со­
борѣ и принялъ рнію, согласившись на
подчинёніе русской цёркви папѣ.
Василій II велѣлъ eró за это, по возвра­
щеніи, посадить подъ стражу и низло­
жить. Исидоръ бѣжёлъ и умеръ въ
Римѣ кардиналомъ.
На eró мѣсто
соборомъ русскихъ епископовъ избранъ
былъ рязёнскій епископъ Іона. Рус­
ская цёрковъ стала независимою отъ
Визёнтіи и московскіе митрополиты ужё
не ѣздили болѣе въ Константинополь
на посвящёніе, тѣмъ болѣе, что вскорѣ
(1453 г.) онъ былъ взятъ турками.
Мёжду тѣмъ литовскіе князья, недотйжкой неволи и, наконбцъ, преступники, спасав­
шіеся отъ грозившей имъ казни. Эти <( вольные »
казаки составляли независимыя общины, которыя
рѣшали свой дѣла такъ называемымъ « кругомъ »
или общимъ собрініемъ и сами выбирали себѣ
« атамановъ» йли предводителей. Впослѣдствіи
(въ XVI в.) средй пйхъ образовались двѣ крупныя
вѣтви—казаки донскіе и днѣпрбвскіе (йли мало­
россійскіе—по преимуществу изъ выходцевъ югозападной Руси).


41
вольные дѣятельностію митрополита,
жившаго постоянно въ Москвѣ и
дѣйствовавшаго въ интересахъ москов­
скаго князя, выхлопотали незадолго
до паденія Византіи у константинополь­
скаго патріарха особаго митрополита
для Кіева (1458). Съ той поры на Руси
было два Митрополита—московскій и
кіевскій.
Причины возвышенія Москвы. Обо­
зрѣвая ходъ событій, мало-по-малу вы­
двинувшихъ Москву на первое мѣсто
въ ряду другихъ городдвъ сѣверовосточной Руси, можно замѣтить, что
возвышеніе города зависѣло отъ поло­
женія Москвы, дѣятельности ея князей
и отношенія къ нимъ населенія.
Первоначальное возвышеніе Москвы
зависѣло отъ ея выгоднаго географи­
ческаго положенія (на перекрёсткѣ
водныхъ торговыхъ путей и въ центрѣ
другихъ областей, загораживавшихъ
собою Москву отъ внѣшнихъ враговъ)
и особенно дѣятельности князей ея.
Унаслѣдовавъ отъ своихъ предковъ,
суздальскихъ князей, разсчетливость,
бережливость, осторожность, умѣнье
пользоваться обстоятельствами, они
ещё болѣе развііли эти качества въ той


42

трудовой школѣ, которую прошли,
пытаясь устроить своё маленькое княже­
ство. Этими качествами московскіе
князья выдѣлялись среди всѣхъ, благо­
даря этому одержали они верхъ и надъ
болѣе ихъ сильными претендентами на
великое княженіе—тверскими князьями.
Тверь по своему географическому поло­
женію была въ условіяхъ не менѣе
благопріятныхъ, чѣмъ Москва, но
князья ея достигли своего положенія
быстрѣе и легче, чѣмъ московскіе, и въ
характерѣ большинства ихъ недоста­
вало тепѣнія и выдержанности, а,, на­
оборотъ, было много отваги и поры­
вистой храбрости—-качествъ мало при­
годныхъ въ эпоху татарскаго ига. Во­
просъ о великомъ княженіи рѣшался
теперь не храбростію, ни, тѣмъ менѣе,
правами старшинства, но ярлыкомъ
ханскимъ, который давался наиболѣе
покорливому и выдержанному, наи­
болѣе щедрому на подарки князю. По­
слѣднія качества легче другихъ, благо­
даря. особенностямъ своего положенія,
могли усвоить себѣ князья московскіе.
Можно сказать даже, что въ этой 2-й
школѣ—сношеній съ татарами—доразвйлись и укрѣпились наслѣдственныя


43

черты ихъ характера и сдѣлались своего
рода фамильной особенностью въ родѣ
Калиты, съ поразительнымъ едино­
образіемъ проявляющейся почти у всѣхъ
безъ исключенія князей московскихъ,
до Василія III включительно. Благо­
воленіе хановъ, поручавшихъ москов­
скому князю даже самый сборъ дани
съ населенія, создавало «тишину » во
владѣніяхъ московскаго князя. Сюда
со всѣхъ сторонъ приливало населеніе ;
съ тѣмъ вмѣстѣ росли доходы и силы
князя, а слѣдовательно и возможность
всегда держать въ своихъ рукахъ ярлыкъ
на веліікое княженіе. Въ Москву устре­
мились и бояре изъ другихъ удѣльныхъ
княжествъ, такъ какъ было почётнѣе
да и выгоднѣе служить сильнымъ, чѣмъ
слабымъ князьямъ ; не желая, затѣмъ,
терять преимуществъ великокняжес­
кихъ бояръ, онй усердно поддерживали
московскихъ князей въ борьбѣ съ
другими за первенство. Другая влія­
тельная сила въ тогдашнемъ обществѣ
—духовенство, издавна стоявшее за
единую власть (такъ какъ вмѣстѣ съ
единствомъ
политическимъ упрочи­
валось и единство церковное), также
примкнуло къ сильнымъ московскимъ


44

князьямъ. Объединеніе Руси подъ ихъ
властію соотвѣтствовало и матеріаль­
нымъ интересамъ духовнаго сословія,
такъ какъ трудно было охранять во
время княжескихъ междоусобицъ цер­
ковныя земли, разсѣянныя по разнымъ
княжествамъ.
Не мало помогла возвышенію Москвы
и та счастлйвая случайность, что домъ
Калиты не былъ многочисленъ; и въ
ту пору, какъ кругомъ, у соперниковъ
Москвы, господствовали ослаблявшіе
ихъ силы раздоры и дробленіе земель,
въ Москвѣ не было усобицъ въ кня­
жеской семьѣ и безъ особенныхъ пре­
пятствій самб собою установилось престолонаслѣдіе по прямой линіи, отъ
отца къ сыну. Когда же княжеская
семья размножилась и вознйкли усо­
бицы (при Васйліи II}, власть вел.
князя успѣла уже окрѣпнуть, а насе­
леніе настолько привыкло къ новому
порядку и главное—оцѣнило всѣ вы­
годы, съ нимъ соединённыя, что энергйчески противодѣйствовало всѣмъ по­
пыткамъ поколебать его.
Между тѣмъ какъ Москва возвы­
шалась и крѣпла, стягивая къ себѣ
сѣверо-восточную Русь, сйла татаръ,


45
безсозн4тельно способствовавшихъ этому
объединенію, постепённо п0дала и уменьшйлась. Золотая Ордй слабѣла отъ
внутреннихъ неурядицъ и pacnaaáлась на части. Явилась такимъ обра­
зомъ возможность стряхнуть иго вбрваровъ, и во главѣ общенароднаго
движёнія силою вещей стйли князья
московскіе. Куликовская битва, соеди­
нившая подъ знамёнами Москвы всю
сѣверную Русь противъ общаго врага,
выдвинула московскаго князя на первое
мѣсто, въ кёчествѣ руководителя об­
щаго дѣла. Удачный исходъ ея укрѣ­
пилъ это положеніе. Съ той поры
московское княжество изъ удѣла стало
превраідаться въ національное госуnápcTBo, а московскій князь изъ вотчин­
ника сдѣлался политическимъ объедини­
телемъ всего великорусскаго племени,
вынесшаго на плечёхъ своихъ тяготу
инозёмнаго ііга и cocTáBHBinaro собою
основное ядро русской народности подъ
гегемоніей Москвы. Такъ Москв4—собирйтелъница Руси—явилась и ея осво­
бодительницей отъ тяжкой неволи и
по прйву стбла цёнтромъ государства,
новой столицей eró на смѣну Кіеву (и
врёмённо замѣнившему его Владиміру).


46
МОСКОВСКАЯ РУСЬ.
Іоаннъ III (1462—1505).

Іоаннъ III почти завершилъ дѣло
объединенія сѣверо-восточной Руси,
присоединивши къ Москвѣ самыя зна­
чительныя ея части — Новгородъ и
затѣмъ Тверь, и началъ насту натель­
ное- движеніе на Литву съ цѣлью
возвращенія юго-западныхъ русскихъ
областей; вмѣстѣ съ тѣмъ онъ окон­
чательно свергнулъ татарское иго и
возобновилъ сношенія съ Западной
Европой, полояпівъ тѣмъ начало сбли­
женію Россіи съ Западомъ.
Паденіе Великаго Новгорода под­
готовлялось постепенно и стояло въ
связи какъ съ господствовавшими въ
нёмъ издавна внутренними неуряди­
цами, такъ и съ объединительной дѣя­
тельностью московскихъ князей. Вѣ­
чевое устройство Новгорода порожда­
ло постоянные раздоры между граж­
данами : чёрные люди враждовали съ
боярами, недовольные ихъ преоблада­
ніемъ въ управленіи ; боярскія фамиліи
ссорились между собою изъ-за общёст-


47

венныхъ должностей ; шумныя вѣчевыя
сходки кончались зачастую открытымъ
междоусобіемъ.
При такихъ поряд­
кахъ дошло до того, что Великому Нов­
городу не повиновались даже его соб­
ственныя колоніи : Вятка и Двинская
земля стремились къ самостоятельности
и часто враждовали съ нимъ ; значи­
тельнѣйшій изъ пригородовъ—Псковъ
добился въ половинѣ XIV в. полной
независимости съ именемъ « младшаго
брата» Новгорода.
Между тѣмъ Москва усиливалась и
стремилась наложить свою руку на
богатую общину, оборонявшуюся отъ
враговъ не оружіемъ, но чаще всего
деньгами. Со времёнъ Калиты рѣдкій
изъ московскихъ князей не совершалъ
похода на Новгородъ, заставляя его
каждый разъ вносить большія суммы за
подтвержденіе «старинныхъ вольностей».
Съ волостей своихъ новгородцы обязы­
вались сверхъ того платить Москвѣ
особую ежегодную дань («чёрный боръ»).
При Василіи II, когда явно обозна­
чилось преобладаніе Москвы на сѣверовостокѣ, «Господину Великому Нов­
городу » пришлось уже поступиться и
нѣкоторыми изъ коренныхъ своихъ


48
« вольностей » : онъ отказался отъ
нрава раздавать вѣчевыя грамоты безъ
согласія вел. князя и обязался не при­
нимать никого изъ враждебныхъ ему
князей. Новгородцы понимали, что въ
ближайшемъ будущемъ имъ грозитъ
полная потеря самостоятельности, и
искали опоры на сторонѣ, у Литвы,
естественной соперницы Москвы. Къ
этому и ранѣе стремились многіе нов­
городцы, особенно изъ боярской партіи,
чаявшей сохранить своё преобладаніе и
свой привилегіи при сближеніи съ ари­
стократическимъ польско-литовскимъ
государствомъ. Но большинство насе­
ленія недружелюбно относилось къ
мысли о подданствѣ князьямъ-катбликамъ ; значительная часть бояръ также
тяготѣла къ православной Москвѣ.
При Іоаннѣ, однако, въ виду грозив­
шей опасности, литовская партія взяла
перевѣсъ; предводителями ея стали
богачи Борецкіе во главѣ съ своею
матерью знаменитой Мйрѳой Посад­
ницей (вдовой посадника) и перетя­
нули вѣче на свою сторону. Къ поль­
ско-литовскому королю Казиміру IV
отправлено было посольство.
Нов­
городцы переходили къ, нему въ под­


49

данство, а Казиміръ, съ своей стороны,
обязывался защищать ихъ отъ москов­
скаго князя, охранять православную
вѣру и соблюдать старинныя вольности
новгородскія ; между прочимъ, въ дого­
воръ съ Казиміромъ новгородскіе бояре
вставили характерное требованіе—чтобы
король не принималъ жалобъ на нихъ
со стороны смердовъ.
Обнадёженные помощью польскаго
короля, новгородцы съ пренебреже-.
ніемъ отнеслись къ увѣщаніямъ «оду­
маться », съ которыми неоднократно
обращался къ нимъ хладнокровный
и сдержанный Іоаннъ, нагрубили и
съ безчестіемъ отпустили пословъ его.
Тогда, посовѣтовавшись съ боярами
и духовенствомъ, Іоаннъ двинулся на
Новгородъ съ большою ратью (1471).
Новгородцы спѣшили собрать какъ
можно больше войска: силою погнали
на войну множество плотниковъ, ремес­
ленниковъ и чернорабочихъ, людей къ
бою не привычныхъ; на берегахъ р.
Шелона это большое, ио нестройное
ополченіе, было на-голову разбито
московской передовой ратью. Въ числѣ
плѣнниковъ попался одинъ изъ сыновей
Марѳы Борецкой, — Іоаннъ велѣлъ
Русская Исторія—п.

Ц


. 50

казнить его вмѣстѣ съ тремя другйми
знатными боярами.
Между тѣмъ Казиміръ IV, занятый
своимъ дѣломъ, помощи не прислалъ,
московская рать нещадно пустошйла
землю « измѣнниковъ» и въ довер­
шеніе всего Новгороду грозйлъ голодъ,
такъ какъ прекращёнъ былъ подвозъ
хлѣба. Новгородцы упали духомъ,
московская партія взяда теперь верхъ
надъ литовскою, и къ Іоанну отпра­
вили пословъ, во главѣ съ сторон­
никомъ Москвы, владыкою Ѳеофйломъ,
бить челомъ о мйрѣ. Велйкій князь
внялъ челобйтыо Ѳеофйла и примирйлся съ новгородцами. Онъ взялъ съ
нихъ только большой окупъ (15.500 р.)
и обязательство не передаваться Литвѣ,
но вѣчевого устройства не тронулъ,
оставивъ въ сйлѣ только тѣ ограниченія,
какія были сдѣланы при Васйліи II.
Съ обычной своей осторожностію, Іо­
аннъ медлилъ рѣшительнымъ шагомъ,
опасаясь вызвать тѣмъ отчаянное со­
противленіе новгородцевъ.
Умѣренность Іоанна умножила число
сторонниковъ Москвы, а принадле­
жавшее вел. князю право верховнаго
суда дало возможность ещё болѣе усй-


51
лить московскую партію. Когда по
уходѣ московской рати, въ Новгородѣ
опять начались обычные раздоры партій
и богачіі—сторонники Литвы стали при­
тѣснять своихъ противниковъ, послѣдніе
ѣздили съ жалобами въ Москву. Вели­
кій князь, наконецъ, самъ пріѣхалъ въ
Новгородъ и потребовалъ обвинённыхъ
на судъ ; судъ былъ по старой формѣ,
въ присутствіи владыки и посадника;
виновныхъ въ насиліяхъ и обидахъ
велѣно было сковать и отправить въ
Москву, въ числѣ ихъ оказалось боль­
шинство главарей литовской партіи.
Обезсиливъ послѣднюю и ближе по­
знакомившись съ положеніемъ дѣлъ въ
Новгородѣ, Іоаннъ рѣшилъ, что пришло
время нанести послѣдній ударъ воль­
ной общинѣ, и воспользовался первымъ
подходящимъ случаемъ. Разъ въ Моск­
ву явились послы отъ вѣча и (безъ
вѣдома послѣдняго, вѣроятно, по пору­
ченію архіепископа и бояръ, привер­
женныхъ къ Москвѣ) назвали великаго
князя «государемъ,» а не « господи­
номъ,» какъ звали прежде.
Іоаннъ
немедленно послалъ спросить нов­
городцевъ : «Какого хотятъ онй госу­
дарства ? Хотятъ ли, чтобы у нихъ былъ


52

одинъ судъ государевъ ?» Новгород­
цы пришли въ страшное волненіе, тутъ
же на вѣчѣ изрубили нѣкоторыхъ
сторонниковъ Москвы и послали сказать,
что они не желаютъ ничего новаго, но
хотятъ, чтобы всё оставалось по старинѣ.
Но Іоаннъ твердилъ одно : « Я не хотѣлъ
у нихъ государства, сами присылали, а
теперь запираются, выставляютъ меня
лжецомъ,»—и объявилъ второй походъ
на Новгородъ. На этотъ разъ сопро­
тивленія не было и городъ былъ осаж­
дёнъ безъ битвы. На смирённые за­
просы новгородцевъ Іоаннъ отвѣчалъ :
«Хотимъ въ Великомъ Новгородѣ
такого же государства, какое у насъ въ
Москвѣ ; вѣчевому колоколу у васъ не
быть и государство всё намъ держать ».
Послѣ долгихъ переговоровъ й попытокъ
склонить Іоанна на милость, новгородцы
вынуждены были на всё согласиться и
присягнули Іоанну какъ самовласт­
ному государю (1478). Вѣчевой коло­
колъ сняли и увезли въ Москву,. Туда
же отправили и престарѣлую Мароу
Посадницу съ внукомъ и нѣсколькими
боярами.
Не прекращавшіяся и послѣ1 того
волненія въ Новгородѣ и попытки


53
сноситься съ Литвою подавлены были
наконецъ 'рѣшительной мѣрой : нѣ­
сколько тысячъ лучшихъ семей нов­
городскихъ переселены были въ города
восточной Россіи, а на ихъ мѣсто пере­
ведены дѣти боярскіе и купцы изъ
московской области. Вмѣстѣ съ тѣмъ
по приказу великаго князя похватали
ганзейскихъ купцовъ и бросили въ
тюрьму, а товары ихъ отобрали въ казну.
Торговля съ Ганзой послѣ этого почти
прекратилась, что окончательно подор­
вало значеніе Новгорода.
Вслѣдъ за Новгородомъ покорена
была самая значительная изъ его колоній
—община Вятская, а равно и другія
обширныя владѣнія Новгорода на сѣ­
верѣ Россіи (земли Пермская, Печор­
ская, Югорская).
Сверженіе татарскаго ига. Во время
княженія Іоанна III зависимость Руси
отъ татаръ существовала больше по
имени, чѣмъ въ дѣйствительности и
видимо приходила къ концу. Расшаты­
ваемая внутренними междоусобіями и
борьбой съ отложившимися отъ нея
ханствами—Крымскимъ и Казанскимъ,
Золотая Орда не имѣла силъ даже для
того, чтобы настоять на регулярной


54

уплатѣ дани въ опредѣлённомъ размѣрѣ,
какъ было прежде, и вынуждена была
довольствоваться тѣми дарами, какіе
давалъ ханскимъ посламъ московскій
князь, но не постоянно, а лишь тогда,
когда по обстоятельствамъ нужно было
отклонить татаръ отъ большихъ втор­
женій. При извѣстной разсчетливости
и даже скупости Іоанна III, дары эти
не могли быть особенно значительны.
Наконецъ Ахматъ, послѣдній ханъ
Золотой Орды, заручившись союзомъ съ
польскимъ королёмъ Казиміромъ IV,
рѣшительно потребовалъ отъ Іоанна
прежней дани и прежнихъ знаковъ
покорности и получилъ не менѣе рѣши­
тельный отказъ. Побуждаемый общимъ
народнымъ настроеніемъ, совѣтами своей
матери и жены, многихъ бояръ Іоаннъ
готовился дать открытый отпоръ Ах­
мату, тѣмъ болѣе, что имѣлъ надёжнагб
себѣ союзника въ лицѣ заклятаго врага
Ахмата—крымскаго хана Менглй-Гирея.
Сильная московская рать двинута была
на встрѣчу Ахмату, который пробирался
съ своей ордой къ западу чрезъ владѣнія
своего союзника—польскаго короля и
приблизился къ р. Угрѣ, составлявшей
границу московской земли.


55

Оба ополченія стали другъ прбтивъ
друга на противоположныхъ берегахъ
рѣки, не рѣшаясь перейти въ насту­
пленіе. Ахматъ дожидался помощи отъ
Казиміра. Крайне осторожный Іоаннъ
опасался дать битву хану и поставить
всё въ зависимость отъ случайностей
военнаго дѣла. Населеніе волновалось,
какъ предъ битвой на Куликовѣ полѣ.
Іоаннъ отправился къ войску и завёлъ
тамъ мирные переговоры съ Ахматомъ.
Не получая помощи отъ Казиміра, ханъ
былъ радъ такому обороту дѣлъ, но
потребовалъ, чтобы самъ великій князь
явился къ нему « бить челомъ.» Іоаннъ,
конечно, отказался. Тогда ханъ пред­
ложилъ прислать для переговоровъ сына
или брата Іоанна. И на это не согла­
сились. Татары, наконецъ, просили
прислать для переговоровъ знатнаго
боярина. . . . Но переговоры были
совсѣмъ прерваны.
Между тѣмъ наступили морозы, рѣка
Угра стала, татары могли теперь без­
препятственно двинуться на ' другой
берегъ. Іоаннъ велълъ войску отсту­
пать, обѣщая дать битву на болѣе удоб­
номъ мѣстѣ. Но татары, плохо одѣтые,
побоялись морозовъ и тоже двинулись


56
назадъ, къ степи (1480). Помощи изъ
Литвы они такъ и не получили: союз­
никъ Іоанна Менглй-Гирёй напалъ на
Литву и отвлёкъ тѣмъ войска Казиміра
отъ соединенія съ Ахматомъ. Въ то
же время московскіе отряды вмѣстѣ съ
крымскими напали на беззащитный Са­
рай и разграбили его. Ахматъ спѣшилъ
въ свою разорённую столицу, ио на
пути былъ убитъ однимъ татарскимъ
княземъ.
1480 годъ считается послѣднимъ
годомъ владычества татаръ надъ рус­
ской землёй. Двадцать лѣтъ спустя,
вѣрный союзникъ Іоанна Менглй-Гирёй,
послѣ кровопролйтной борьбы съ сы­
новьями Ахмата, окончательно разгромйлъ Кипчакское царство.
Скоро и Казань утратила свою незавйсимость. Воспользовавшись начав­
шимися тамъ усобицами, Іоаннъ помогъ
хану Мегмётъ-Амйню въ борьбѣ съ бра­
томъ ; въ благодарность за это Мегмётъ-Амйнь, утвердйвшйсь на престолѣ,
призналъ себя подручникомъ москов­
скаго князя.
Борьба съ Литвой. Іоаннъ III пёрвый изъ московскихъ князёй начинаетъ
наступательное движеніе на Литву съ


57

цѣлью возвращенія отошедшихъ къ ней
западно-русскихъ областей. Онъ сталъ
называть себя « государемъ всея Руси »
и высказывалъ мысль, что всѣ запад­
ныя русскія области должны принадле­
жать ему.
Въ свою очередь населеніе западно­
русскихъ областей видимо всё болѣе и
болѣе начинаетъ тяготиться зависи­
мостью отъ католическихъ властей ; при
Іоаннѣ многіе изъ мелкихъ погранич­
ныхъ князей Чернйгово-Сѣверской об­
ласти перешли со своими городами изъ
литовскаго подданства въ московское.
Послѣдовавшая затѣмъ война съ Моск­
вой была крайне неудачна для Литвы.
Литва вынуждена была уступить Москвѣ
всѣ отложившіяся отъ нея земли Сѣвер­
ской области.
Литовцы пробовали
уговорить Іоанна заключить « вѣчный
миръ » съ Польшей, но тотъ не согла­
сился, и открыто заявилъ, что будетъ
добывать отъ Литвы древнія русскія
земли, захваченныя ёю. «Хотите вѣч­
наго мира,—-сказалъ онъ, — отдайте
Смоленскъ и Кіевъ».
Бракъ съ Софьей Палеолбгъ. Весь­
ма важнымъ событіемъ по своимъ по­
слѣдствіямъ была женитьба Іоанна III


58

на греческой царевнѣ. Послѣ паденія
Константинополя въ 1453 г. братъ
послѣдняго византійскаго императора
Ѳома Палеолбгъ нашёлъ себѣ убѣжище
при папскомъ дворѣ. ’ Папы покрови­
тельствовали Палеологамъ, памятуя
Флорентійскую унію. Ѳома умеръ въ
Римѣ, оставивъ дочь Софью.
Папа
искалъ ей супруга и, по совѣту одного
изъ греческихъ митрополитовъ, при­
ставшихъ къ Флорентійской уніи,
посовѣтовалъ папѣ предложить руку
Софьи великому князю Московскому,
незадолго передъ тѣмъ овдовѣвшему.
Папа надѣялся при посредствѣ Софьи
снова завести съ Москвою переговоры о
соединеніи церквей. Въ Москвѣ, въ
свою очередь, были польщены предло­
женіемъ невѣсты изъ такой знатной
царственной фамиліи.
Софья пріѣхала въ Москву и обвѣн­
чалась съ Іоанномъ. Прибывшій вмѣс­
тѣ съ нею папскій легатъ (кардиналъ
Антоній) пробовалъ вести въ Москвѣ
переговоры о соединеніи церквей, но
никакого успѣха не имѣлъ. Софья, съ
своей стороны, и не думала содѣйство­
вать видамъ папы, ея дѣятельность
обращена была на другое. Племян-


59

ницѣ греческаго императора, знакомой
съ пышностью и величіемъ византій­
скаго двора и съ порядками жизни на
Западѣ, не нравилась простота, кото­
рая господствовала въ образѣ жизни
московскихъ князей и ихъ отношеніяхъ
къ боярамъ, н Софья стала побуждать
своего супруга окружить себя большей
пышностью и величіемъ на византійскій
ладъ. Властолюбивый и безъ того уже
склонный къ самодержавію Іоаннъ тѣмъ
охотнѣе внималъ этимъ увѣщаніямъ, что
сами обстойтельства невольно вынуж­
дали его къ тому же. Русь объедини­
лась и пріобрѣла самостоятельное поло­
женіе въ ряду другихъ государствъ ; съ
паденіемъ Константинополя въ глазахъ
всѣхъ Москва являлась преемницей
завѣтовъ Византіи. Въ связи со всѣмъ
этимъ измѣняются постепенно обычаи
и внѣшняя обстановка великокня­
жескаго двора въ Москвѣ.
Считая себя какъ бы наслѣдникомъ
византійскихъ императоровъ,1 Іоаннъ
въ сношеніяхъ съ иностранцами началъ
1 На великокняжескихъ печатяхъ при Іоаннѣ
къ прежнему московскому гербу—изображён!» Св.
Георгія Побѣдоносца, поражающаго дракона, при­
соединяется византійскій гербъ—двуглавый орёлъ.


I

60

титуловаться царёмъ (цезарь), пословъ
сталъ принимать съ пышной торжест­
венностью ; установилъ обрядъ цѣло­
ванія царской руки въ знакъ милости и т.
д. По подобію Византіи являются осо­
бые придворные чины (конюшій, пос­
тельничій, и др.); доступъ къ великому
князю сталъ труднѣе, обращеніе съ
подданными суровѣе и властнѣе, чѣмъ
прежде. Измѣнилось и положеніе
боярскаго сословія. Великій князь
сталъ жаловать въ бояре за заслуги,—
требовалъ отъ нихъ стрбго-почтйтельнаго отношенія къ своей особѣ и подъ
конецъ княженія почти пересталъ съ
ними совѣтоваться.
Сношенія еъ Западной Европой.
При Іоаннѣ III Московская Русь, какъ
самостоятельное и при томъ значитель­
ное по своимъ размѣрамъ и силѣ госу­
дарство, возобновляетъ (прерванныя та­
тарщиной) сношенія съ Западной Евро­
пой. При этомъ преслѣдовались какъ
политическія цѣли — пріисканіе союз­
никовъ для борьбы съ общими врагами
и т. п., такъ и особенно практиче­
скія— стремленіе стать въ уровень съ
другими въ военномъ дѣлѣ, въ устрой­
ствѣ и украшеніи городовъ, въ развитіи


61
ремёслъ и промысловъ и т. д. Западныя
государства охотно шли навстрѣчу этимъ
стремленіямъ и сами искали сближенія
съ сильнымъ московскимъ государемъ,
преслѣдуя, разумѣется, свой политиче­
скіе и торговые интересы.
Такъ начались при Іоаннѣ дипломати­
ческія « пересылки » съ Даніей ради
борьбы съ Швеціей ; съ Венеціей, куда
Іоаннъ посылалъ пословъ для вызова
нужных! ему мастеровъ, и особенно съ
Италіей, въ которой тогда настала
эпоха Возрожденія наукъ и искусствъ
и которая славилась своими художни­
ками и мастерами. Наибольшую извѣст­
ность между ними цолучйлъ у насъ
Аристотель Фіоравёнти, строитель глав­
ной московской святыни—Успенскаго
собора.
Изданіе Судебника.
Однимъ изъ
наиболѣе важныхъ актовъ правитель­
ственной дѣятельности Іоанна III яви­
лось изданіе Судебника (1497 года) съ
правилами суда и судопроизводства,
взамѣнъ «Русской Правды,» которая
считалась уже несоотвѣтствовавшей
потребностямъ времени. И ранѣе съ
тою же цѣлью въ разныхъ областяхъ
издавались князьями особые судные


62

уставы и грамоты въ руководство кня­
жимъ намѣстникамъ. Съ объединеніемъ
же сѣверо-восточной Руси было необ­
ходимо отмѣнить областныя отличія и
ввести всюду одинаковыя правила
судопроизводства. Въ этихъ видахъ,
по порученію Іоанна, и составленъ былъ
дьякомъ Гусевымъ новый сводъ судеб­
ныхъ законовъ изъ судныхъ уставовъ и
грамотъ прежнихъ князей.
Месть и самоуправство, которыя допу-.
скались въ « Русской Правдѣ », въ Судеб­
никѣ уже не встрѣчаются : судъ и рас­
праву правительство теперь берётъ ис­
ключительно на себя. Взиманіе штра­
фовъ въ качествѣ наказанія, установ­
ленное «Русской Правдой,» считается
недостаточнымъ для дѣлъ уголовныхъ :
теперь вводятся пытки, тѣлесныя наказа­
нія и смертная казнь—въ чёмъ отрази­
лось, очевидно, вліяніе татарскаго вла­
дычества и связаннаго съ нимъ огрубѣ­
нія нравовъ. Въ запутанныхъ дѣлахъ
тяжущимся предоставлялось иногда
рѣшить ихъ споръ «пблемъ», т. е. судеб­
нымъ поединкомъ.
Бойцы, одѣвъ
броню, бились обыкновенно дубинами
(ослопами) въ присутствіи судей, при
чёмъ судебные пристава должны были


63
наблюдать, чтобы дѣло не доходило до
убійства. Побѣдитель считался вы­
игравшимъ тяжбу. Людямъ слабымъ
(женщинѣ, увѣчному, больному, ста­
рик^) дозволялось выставлять вмѣсто
себя наёмныхъ бойцовъ.
Церковныя дѣла. Изъ церковныхъ
дѣлъ въ княженіе Іоанна III останав­
ливаетъ на себѣ вниманіе борьба съ
ересью жидбвствующихъ.
бта ересь
представляетъ собою смѣшеніе хри­
стіанства съ іудействомъ (отчего полу­
чила и своё названіе). Распространите­
лями ея были евреи, а также единомыш­
ленные съ ними русскіе книжники.
Еретики отвергали ученіе о Св. Троицѣ,
божество Іисуса Христа, почитаніе
святыхъ и иконъ, церковныя таинства
и обряды, монашестро и т. д. Съ со­
гласія Іоанна, созванъ былъ духовный
соборъ, на которомъ ересь была осуж­
дена, главари ея были сожжены, а
второстепенные руководители заклю­
чены въ тюрьмы.
На томъ же соборѣ поднятъ былъ
вопросъ о томъ, слѣдуетъ ли монас­
тырямъ владѣть вотчинами.
Нилъ
Сбрскій горячо возставалъ противъ
этого, доказывая, что монастырямъ


64

владеть вотчинами не слѣдуетъ, такъ
какъ они отвлекёють иноковъ отъ ихъ
обѣтовъ и обременяютъ мірскими забо­
тами. Но большинство епископовъ
собора отстояли право монастырёй и
владѣніе имѣніями.
Завѣщаніе Іоанна III и значеніе eró
дѣятельности. Умирён, Іоаннъ завѣ­
щалъ старшему сыну Василію великое
княженіе съ наиболѣе значительными
породами.
По стёрому обычаю, и
остальные четыре сына eró тёкже полу­
чили рёзные города во владѣніе; ио всѣ
ихъ удѣлы, вмѣстѣ взятые, не равнялись
и половинѣ земель великаго князя.
Млёдшіе брётья обязёлись присягой
повиновёться стёршему, онй не имѣли
прёва въ удѣлахъ судить уголовныя
дѣла, чекёнить монету и сноситься съ
инострёнными госудёрями. Если бы
кто изъ нихъ умеръ бездѣтнымъ—удѣлъ
eró долженъ наслѣдовать стёршій.
Мёло того, млёдшіе брётья обѣщались
въ случаѣ смёрти Василія признать
великимъ княземъ и подчиниться его
будущему сыну, а своему племяннику.
Такимъ образомъ ■ предупреждёлись
всякія попытки нарушить престолона­
слѣдіе по прямой линіи и устранялась


65

опасность для самодержавія преемни­
ковъ Іоанна III.
Спокойная политика Іоанна III при­
несла крупный результатъ—при нёмъ
совершилось объединеніе всего вели­
корусскаго племени подъ державой
московскаго князя. Границы хмоскбвскаго княжества почта совпадали
теперь съ предѣлами великорусской
народности.
Національное
самосо­
знаніе великоруссовъ, ярко проявившее
себя общими дѣйствіями населенія раз­
ныхъ княжествъ на Кѵликбвомъ полѣ,
нашло себѣ теперь внѣшнее выраженіе
этого единства: всѣ почти княжества
окончательно сливаются съ Москвой,
образуютъ съ ней одно цѣлое. Вмѣстѣ
съ тѣмъ, какъ естественное послѣдствіе
этого движенія, наносится послѣдній
ударъ слабѣющей Ордѣ, окончательно
свергается монгольское иго и Москов­
ское княжество становится самосто­
ятельнымъ національнымъ великорус­
скимъ Государствомъ.
Московскому
государю приходится вступать въ тѣ или
иныя соотношенія уже не съ удѣль­
ными князьями, а 'съ иноземными, госу­
дарями. Зтимъ опредѣляется, между
прочимъ, характеръ отношеній Іоанна III
Русская Исторія—и.

Е


66

къ Литвѣ, eró сношёнія съ 3án.
Европой и пр.
Василіи III (1505-1533). Василій III
продолжалъ политику отцё, loániia III,
какъ во внутреннихъ, такъ и во внѣш­
нихъ дѣлахъ : онъ ещё болѣе усилилъ
самодерж0вную власть великаго князя,
присоединилъ къ Москвѣ послѣдніе
убѣлы, сохранявшіе ещё нѣкоторую
независимость,—Псковъ, Рязйнъ и Сѣ­
верское княжество (за что и носитъ въ
исторіи названіе « послѣдняго собйрётеля русской земли »), старался увели­
чить предѣлы госуд4рства со стороны
Литвы, послѣ борьбы съ которой за­
хваталъ въ свои руки Смолёнскъ. По
личному хар0ктеру онъ сильно напоми­
налъ своего отц0, хотя и уступалъ ему
даров0ніями.
Самодержавіе при Василіи III ещё
болѣе усилилось. Отёцъ eró всётаки
по временамъ совѣтовался съ боярами,
допускйлъ иногда и противорѣчіе себѣ;
Василій совсѣмъ ужё перестйлъ съ
ними совѣтоваться, а « встрѣчи » (про­
тиворѣчія) не терпѣлъ и вообщё не
довѣрялъ боярамъ.• Онъ окружилъ
себя людьми незнатными — дьяками,
которыхъ привязывалъ къ себѣ р0зными


67
милостями и въ которыхъ могъ встрѣ­
тить себѣ лишь полнѣйшую покорность.
Онъ только для виду отдавалъ дѣла на
обсужденіе боярской думы, а рѣшалъ посѣбему, совѣтуясь со своимъ любим­
цемъ дворецкимъ и однимъ изъ прибли­
жённыхъ дьяковъ. Съ лицами, недо­
вольными такими порядками, Василій
III расправлялся сурово : боярину
Берсёню, который осмѣлился жало­
ваться на то, что великій князь рѣшаетъ
всѣ дѣла «запершись самъ-третей,»
отрубили голову ; князь Хблмскій,
женатый на сестрѣ государя, за « вы­
сокоумничанье » попалъ въ тюрьму ;
митрополитъ Варлаамъ, не одобрявшій
поступковъ Василія и печаловавшійся
за опальныхъ бояръ, лишился своего
сана и заточёнъ въ монастырь. Впро­
чемъ, вообще казней при нё\іъ было
мало; онъ предпочиталъ брать съ бояръ,
подозрѣваемыхъ въ намѣреніи отъѣхать
въ Литву, поручныя росписки въ вѣрно­
сти ; въ случаѣ попытокъ отъѣхать—налагалъ большіе штрафы и кромѣ того
сдавалъ виновнаго подъ денежное пору­
чительство другимъ боярамъ.
Послѣдніе - удѣлы Псковъ, Рязань и
Сѣверское княжество Василій III при­


68

соединилъ къ Москвѣ не только безъ
войны, но и безъ всякаго почти сопроти­
вленія : имъ ужё не подъ силу было
бороться съ великимъ княземъ.
Война еъ Литвой. Съ cáMaro начйла княжёнія у Василія III шли пре­
реканія съ Литвою. Польско-литовскій
король Сигизмундъ I даже потрёбовалъ
у Василія Іойнновича возврата земёдь,
захваченныхъ у Литвы eró отцомъ.
Послѣдовавшая затѣмъ борьбй Москвы
съ Литвою кончилась удачно для Ва­
силія — онъ захватилъ въ свой руки
Смоленскъ.
Въ войнѣ съ Литвой вйжныя услуги
оказйлъ Василію одинъ зйпадно-русскій
вельможа князь Михаилъ Глинскій.
Онъ былъ любимцемъ покойнаго короля
Алексйндра, и, какъ человѣкъ весьмй
по тому Ьрёмени образованный, пробыв­
шій долгое врёмя за границей и искус­
ный въ дѣлѣ ратномъ, имѣлъ громадное
вліяніе на короля. Завистники Глин­
скаго сумѣли уронить его въ глазйхъ
новаго короля. Гордый вельможа по­
клялся отомстить и вступилъ въ тайныя
сношенія съ Василіемъ III. Глинскій
побудилъ его на войну съ Литвой въ
неудобное для послѣдней врёмя, напра­


69

влялъ дѣйствія московскихъ войскъ и
волновалъ Западную Русь, гдѣ у него
была масса сторонниковъ.
Война закончилась перемиріемъ, по
которому Смоленскъ, болѣе ста лѣтъ
находившійся подъ властю Литвы,
остался за Москвою.
Борьба съ татарами. Много хлопотъ
надѣлала также Василію борьба съ
татарами. Властвовавшіе въ Крыму
сыновья Менгли-Гирёя, вѣрнаго союз­
ника Іоанна III, не слѣдовали примѣру
отца. Не опасаясь остатковъ разсѣян­
ной Золотой Орды, не тревожимые
Турціей, Гирёи не боялись теперь
нападать и на московскія владѣнія.
Крымцы вошли въ сношенія съ казан­
цами, неожиданно сдѣлали набѣгъ на
московскія владѣнія, страшно опусто­
шили ихъ и пробрались къ самой Мо­
сквѣ. Василій уѣхалъ на сѣверъ соби­
рать войско, и хищники поспѣшили
уйти, уводя съ собою огромное коли­
чество плѣнныхъ.
Собравшись съ силами, Василій Іоан­
новичъ вскорѣ отмстилъ казанцамъ,
разорилъ ихъ землю и посадилъ тамъ
ханомъ своего подручника.
Что касается крымцевъ, то отражать


70
каждый разъ силою неожиданные лету­
чіе набѣги этихъ хищниковъ noná не
представлялось возможности.
При­
ходилось задёбривать разбойничьи орды
ежегодными «поминками» (подёрками),
чтобы онѣ оставляли въ покоѣ русскія
области. Но и это плохо помогало. То
подарковъ имъ казалось мало, а то они
брали такія же « поминки » съ Польши
съ обязательствомъ напасть на русскіе
предѣлы. Иногда же, взявъ деньги съ
той и другой стороны, крымцы грабили
поочерёдно и Москву и Литву, поль­
зуясь ихъ взаимною враждою.
Измѣненія въ положеніи бояръ. Въ
княженіе Іоанна III и Василія III
вслѣдствіе политическаго объединёнія
Великороссіи измѣнились состёвъ и
настроеніе боярства и произошли
существенныя перемѣны въ eró отно­
шеніяхъ къ великому князю, сравни­
тельно съ прёжнимъ временемъ. Въ
удѣльный (періодъ бояре ѣхали въ
Москву съ разныхъ сторонъ и отъ
другихъ князёй за служёбными выго­
дами.
И чѣмъ богаче становился
московскій князь, тѣмъ лучше было и
его слугамъ — боярамъ.
Поэтому-то
они такъ усёрдно и содѣйствовали при­


71

соединенію другихъ удѣловъ къ Москвѣ.
Въ свою очередь, московскіе князья
привыкли опираться на бояръ, видѣли
въ нихъ главныхъ своихъ помощниковъ.
Въ своихъ завѣщаніяхъ князья, даже
такіе, какъ Симеонъ Гордый, совѣтуютъ
сыновьямъ опираться на старыхъ бояръ,
во всёмъ ихъ слушаться, вспоминаютъ
о ихъ дѣятельности съ тёплымъ чув­
ствомъ. Стремленія и интересы обѣихъ
сторонъ видимо совпадали.
Послѣ объединенія всѣхъ удѣловъ
подъ властью Москвы это единство
нарушилось. Въ Москву тогда явились
на службу сами удѣльные князья въ
качествѣ новыхъ бояръ московскаго
князя, явились уже не за выгодами, а съ
сожалѣніемъ объ утраченныхъ выгодахъ.
Изъ хозяевъ онй теперь превратились
въ слугъ. Памятуя свое прежнее поло­
женіе, новые князья-бояре, бывшіе
Рюриковичи и Гедиминовичи, потребо­
вали себѣ и получили по своему « оте­
честву,» т. е. происхожденію, первыя
мѣста, да и на послѣдующее время, въ
лицѣ своихъ потомковъ, заявляли права
на первенство предъ другими старослужйлыми боярами, заслоняли ихъ собой
предъ великимъ княземъ. Постепенно


72
развёлся порядокъ замѣщёнія круп­
ныхъ и наиболѣе вліятельныхъ долж­
ностей не по заслугамъ, а по происхождёнію, по родовитости бояръ (мѣст­
ничество).
Порядокъ этотъ
поро­
дилъ нескончёемыя распри въ средѣ
боярства, антагонизмъ мёжду вёрхнимъ
и нижнимъ eró слоями и непримиримые
фамильные раздоры въ средѣ и сёмого
высшаго боярства. Это ослабило его
силу и вліяніе въ ту пору, какъ власть
великаго князя и въ сознаніи народ­
номъ и въ сознёніи самихъ носителей
этой влёсти всё болѣе и болѣе усили­
валась. Между тѣмъ родовитые бояре,
стремясь занять пёрвыя мѣстё, поближе
къ великому князю, заявляли претёнзію
быть пёрвыми и единственными совѣт­
никами великихъ князёй московскихъ.
Послѣдніе, однёко, въ новомъ своёмъ,
болѣе высокомъ положёиіи, всего
мёнѣе интересовёлись и довѣряли ихъ
совѣтамъ, сомнѣвёясь въ ихъ искрен­
ности и вовсе не желёя хотя бы въ этой
формѣ дѣлить съ кѣмъ-либо свою власть.
Іоённъ III ещё выслушивалъ иногдё
совѣты, но eró преемникъ не допускёлъ
ужё этого скромнаго учёстія бояръ въ
своихъ дѣлёхъ.
Разрозненные въ


73
своёмъ cocтáвѣ, стремленіяхъ и дѣйстві­
яхъ бояре, раздѣлившись на партіи,
пыт0лись разными способами добиться
чёсти быть близкими къ великому князю
людьми. Начался рядъ придворныхъ
мёлкихъ и крупныхъ интригъ, кото­
рыми богёто особенно княжёніе Василія
III, интригъ, кончавшихся неизмѣнно
оп0лами, кёзнями и разгромомъ бояр­
скихъ фамилій. Дальше этихъ при­
дворныхъ исторій дѣло не шло. Влйсть
великаго князя—хозяина московской
земли—была слишкомъ безспорна въ
глазёхъ населенія, чтобы кто-нибудь
могъ покуситься на ослаблёніе этой
вл4сти, силы и стремлёнія бояръ были
слишкомъ разрознены, чтобы рѣ­
шиться на что-либо подобное. ¿Эта не­
способность сильно приниженнаго дѣй­
ствіями Іоённа III и Василія III родови­
таго боярства къ совмѣстной и серьёзной
госудёрственной дѣятельности и безсиліе
eró во всѣхъ отношёніяхъ ярко и на­
глядно сказёлись послѣ смёрти Василія
III, въ малолѣсттво его сына и преёмника Іойнна IV, во врёмя десятилѣт­
няго «правлёнія бояръ.»


74

Юапнъ IV Грозный (1533—1584)

Вѣнчаніе на царство и женитьба
Іоанна IV. Желая какъ можно болѣе
поднять въ глазахъ народа свою власть,
Іоаннъ лишь только исполнилось ему
16 лѣтъ, торжественно вѣнчался на
царство (1547) и прйнялъ титулъ « царя,»
съ которымъ соединялось » понятіе о
болѣе обширной власти, чѣмъ съ титу­
ломъ «великій князь.» Названіе царя
и раньше принимали иногда на себя въ
сношеніяхъ съ иностранцами отецъ и
дѣдъ Іоанна, но только со времени по­
слѣдняго употребленіе этого титула
сдѣлалось постояннымъ во всѣхъ госу­
дарственныхъ актахъ.
Вскорѣ послѣ вѣнчанія Іоаннъ женйся. Выборъ царя палъ на дѣвушку
одного изъ московскихъ боярскихъ
родовъ — Анастасію Романовну, дочь
умершаго боярина Романа Юрьевича
Захарьина.
Неожйданное событіе разомъ измѣнйло
настроеніе
впечатлйтельнаго
Іоанна и заставило его подумать и о
дѣлахъ правленія. То былъ москбв-


75

скій пожаръ 1547 года, сопровождав­
шійся народнымъ мятежомъ.
Земскій Соборъ и Судебникъ. До­
стигши 20-тп-лѣтняго возраста, Іоённъ
пожелалъ торжественно, предъ всей
землёй заявить, какъ онъ впредь намѣревйется прёвить, и вмѣстѣ съ тѣмъ
рѣшился обнаружить, на комъ лежитъ
вина въ бывшихъ безпорядкахъ. Онъ
собралъ (1550) зёмскій соборъ или зёмскую думу изъ выбранныхъ людей
«всякаго чина» со всей Руси.1
Въ одно изъ воскресёній, Іоённъ вы­
шелъ изъ Кремля на Лобное мѣсто
(возвышёніе на Красной площади) съ
боярами и держалъ рѣчь къ народу.
Онъ описалъ безпорядки, бывшіе во
врёмя eró малолѣтства отъ управленія
бояръ, и объявилъ, что нисколько не
виновётъ въ слезйхъ и крови, проли­
тыхъ въ это врёмя. Затѣмъ поклонился
на всѣ стороны и, обращаясь къ народу,
просилъ eró забыть прошлое, которое
1 Составъ nácKopo созваннаго, по желанію царя,
« собора » носилъ случайный характеръ—былъ подо­
бранъ изъ лицъ, пріѣхавшихъ въ эту пору въ
Москву по своимъ дѣламъ, хотя и не остался, пови­
димому, безъ вліянія на возбуждёніе вопроса о
расширёніи самоуправлёнія общинъ.


76

уже исправить нельзя, и заявилъ, что
теперь самъ будетъ для всѣхъ, сколько
возможно, судьёй и обороной.
Въ томъ же (1550) году на утвержденіе
собора представленъ былъ составленный
по порученію Іоанна новый Судебникъ.
Судебникъ Іоанна IV дополнилъ и во
многомъ измѣнилъ постановленія Судеб­
ника Іоанна III, являясь дальнѣйшимъ
его развитіемъ, сообразно потребностямъ
времени.
Новый Судебникъ не ограничивается
уже однимъ общимъ запрещеніемъ брать,
взйтки и творить неправый судъ, но
устанавливаетъ строгія наказанія винов­
нымъ (штрафъ боярину, тюрьма дьяку,
битьё кнутомъ подъячему). Съ тою
же цѣлью—чтобы ослабить злоупотре­
бленія со стороны корыстолюбивыхъ
судей и ограничить ихъ произволъ, дано
было городскимъ и сельскимъ общинамъ
право выбирать изъ своей среды довѣ­
ренныхъ лицъ (« излюбленныхъ людей »)
—земскихъ’старостъ и цѣловальниковъ,
т. е. лицъ, принёсшихъ присягу, цѣлую­
щихъ крестъ, которые должны были
обязательно присутствовать при судахъ
государевыхъ намѣстниковъ и волос­
телей и наблюдать за вѣрнымъ рѣшё-


77

ніемъ дѣлъ и могли даже освободить
присуждённаго судьёй къ аресту безъ
ихъ согласія. Важнѣйшія уголовныя
дѣла—поимка и судъ надъ ворами и
душегубцами поручались такъ назы­
ваемымъ « губнымъ старостамъ,» также
избиравшимся населеніемъ изъ среды
мѣстныхъ дворянъ.
¡Этими мѣрами
общинамъ
предоставлялось
начало
самоуправленія. Нѣкоторыя изъ сѣвер­
ныхъ областей, входившія въ сферу
вліянія Новгорода и Пскова, срав­
нительно недавно покинувшія вѣчевое
самоуправленіе и болѣе богатыя, вос­
пользовались этимъ. Въ большинствѣ
же остальныхъ, уже отвыкшихъ отъ
самоуправленія, новые порядки плохо
прививались и трудно было найти под­
ходящихъ выборныхъ людей.
Начало книгопечатанія. Заботы объ
охраненіи богослужебныхъ книгъ отъ
порчи ихъ малограмотными перепис­
чиками, проявившіяся между прочимъ
и на Стоглавомъ соборѣ, привели
Іоанна (1553 г.) къ мысли завести и на
Москвѣ книгопечатаніе, уже за сто
лѣтъ предъ тѣмъ появившееся въ Запад­
ной Европѣ. Построенъ былъ особый
домъ для типографіи («Печатный


78
дворъ,») и 1-₽о марта 1564 г. выпущена
была въ Москвѣ первымъ русскимъ
книгопечатникомъ — главнымъ
масте­
ромъ типографіи, дьякомъ Иваномъ
Фёдоровымъ—первая печатная книга,
«Дѣянія Апостольскія,» и въ слѣдую­
щемъ году «Часословъ.»
Начало торговли съ англичанами.
Отрѣзанные владѣніями сосѣдей (Ли­
вонія и Швеція) отъ Балтійскаго моря,
русскіе лишены были возможности
непосредственно сноситься съ Западной
Европой. Случайно такія сношенія
открылись черезъ Бѣлое море. Разы­
скивая путь въ Индію черезъ Ледовитый
океанъ и новые торговые рынки въ
сѣверныхъ странахъ одинъ изъ англій­
скихъ кораблей присталъ къ устью
Сѣверной Двины. Іоаннъ, давно уже
искавшій способовъ непосредственнаго
сближенія съ Западной Европой, при­
гласилъ капитана этого корабля въ
Москву, при посредствѣ его завёлъ
торговыя сношенія съ англичанами, а
немного спустя и съ голландцами.
Взятіе Казани. Покореніе Астра­
хани. Со времёнъ Іоанна III, послѣ
сверженія монгольскаго ига и паденія
Кипчакскаго царства, казанскіе татары


79

подпали подъ вліяніе Москвы и не разъ
уже ханами у нихъ становились « под­
ручники » московскаго князя, пред­
ставители такъ называемой московской
партіи, стоявшей за союзъ съ Москвой,
какъ за наилучшее средство продлить
существованіе Казанскаго царства. Но
каждый разъ, когда на Москвѣ возни­
кали внѣшнія или внутреннія затруд­
ненія, въ Казани брала верхъ крымская
партія — сторонники союза съ крым­
скими татарами, надѣявшіеся этимъ
путёмъ отстоять полную независимость
Казани. Казанскіе татары тогда со­
вмѣстно съ крымскими дѣлали набѣги
на русскія земли, грабили населеніе,
плѣнныхъ продавали въ рабство восточ­
нымъ купцамъ. Такъ было и въ мало­
лѣтство Грознаго.
Іоаннъ рѣшился
наконецъ совсѣмъ покончить съ казан­
скимъ царствомъ и лѣтомъ 1552 года
выступилъ въ походъ на Казань во
главѣ 150-ти-тысячнаго войска, главную
силу котораго составляли стрѣльцы,
постоянное пѣшее войско, впервые
учреждённое при Іоаннѣ IV. Стрѣль­
цы были вооружены ружьями и берды­
шами (или сѣкирами). При войскѣ
было полтораста пушекъ.


80

Сопротивленіе врага было сломлено.
Казанскій ханъ Едигеръ былъ взятъ
въ плѣнъ.
Черезъ 4 года взята была почти безъ
выстрѣла Астрахань, — пало второе
татарское царство, возникшее при устьѣ
Волги и на развалинахъ Золотой орды.
Такимъ образомъ всё теченіе Волги,
этого громаднаго воднаго пути изъ
центра Россіи къ берегамъ Каспія, съ
богатыми плодородными мѣстностями,
лежавшими по обоимъ берегамъ ея,
вошло въ составъ Московскаго госу­
дарства и открылось для русской коло­
низаціи и торговыхъ сношеній съ
Востокомъ.
Покореніе Сибири. Ерміікъ. Кромѣ
Казани и Астрахани, въ послѣдніе
годы царствованія Іоанна IV, бла­
годаря казакамъ, покорено было 3-е
обширное татарское царство—Сибирь,
лежавшее за Уральскимъ хребтомъ, по
рѣкамъ Тоболу и Иртышу (названіе
Сибирь носило оно по главному городу
Искёръ или Сибирь, лежавшему на
Иртышѣ). Косвенными виновниками
похода казаковъ на Сибирь явились
богатые промышленники Строгановы.
Они имѣли соляные промыслы въ пёрм-


81
сномъ краю и, желая расширить ихъ,
выпросили у царя себѣ во владѣніе
незаселённыя земли по рѣкѣ Камѣ на
протяженіи свыше 100 вёрстъ, съ обя­
зательствомъ заселить ихъ и завести
здѣсь также соляныя варницы. Пустую­
щихъ земель, особенно на окраинахъ
было много и правительство не только
охотно раздавало ихъ предпріимчивымъ
людямъ, съ цѣлью заселенія и развитія
промысловъ, но ещё давало разныя
льготы ихъ владѣльцамъ.
Такъ и
Строгановымъ дано было право призы­
вать на свой земли переселенцевъ, съ
освобожденіемъ ихъ на 20 лѣтъ оиъ
всякихъ податей; а для защиты края
отъ набѣговъ сосѣднихъ инородцевъ и
татаръ и борьбы съ ними Строгановы
получили право’ строить крѣпости,
имѣть свои пушки и содержать на свой
счётъ ратныхъ людей.
Между прочимъ на службу къ Строга­
новымъ нанялся отрядъ казацкой воль­
ницы съ Дону человѣкъ въ 500, подъ
начальствомъ атамана Ермака. Отрядъ
этотъ ушёлъ съ Дону, спасаясь отъ
царскихъ воеводъ, которые преслѣдо­
вали казаковъ за грабежи и нападенія
на торговыя суда. Ермакъ съ товариРусская Исторія—и.

’

F


82

щами вызвался наказать сибирскаго
хана Кучума за постоянные набѣги на
владѣнія Строгановыхъ и вмѣстѣ съ
удальцами-охотниками изъ ратныхъ
людей Строганова (всего набралось до
840 человѣкъ) перешёлъ за Каменный
поясъ (т. е. за Уральскій хребетъ) и по
рѣкамъ пробрался во владѣнія сибир­
скаго хана. Перевѣсъ горсти удаль­
цовъ въ борьбѣ съ многочисленными
врагами, помимо необычайнаго мужества
давало огнестрѣльное оружіе, невѣ­
домое ещё сибирскимъ татарамъ и
наводившее па нихъ ужасъ. Разбитый
въ ожесточённомъ бою Кучумъ бѣжалъ,
оставивъ свою столицу въ рукахъ Ер­
мака. Подвластные татарамъ сосѣди,
инородческія племена (остяки, вогуличй и др.) частью добровольно подчи­
нились казакамъ, частью покорены.были
силою (1582 г.).
Товарищъ и правая рука Ермака
атаманъ Кольцо явился въ Москву
извѣстить царя о покореніи Сибирской
земли и поднёсъ въ даръ произведенія
завоёваннаго края—дорогіе мѣха со­
больи, бобровые и лисьи. Царь щедро
наградилъ казаковъ, простйлъ имъ всѣ
прежнія вйны, Ермаку послалъ панцирь


83 '

и шубу съ своего плеча, а въ Сибйрь
отправилъ своихъ воеводъ съ войскомъ,
на помощь Ермаку, для окончательнаго
покоренія и замирёнія края.
Ермйкъ покорилъ не всю Сибйрь, но
только небольшую часть ея по рѣкймъ
Иртышу и Тоболу и вскорѣ (въ 1584 г.,
въ царствованіе Ѳеодора Іоанновича)
самъ погйбъ при нечаянномъ нападёнія
Кучума (утонулъ подъ тяжестью панцыря, спасаясь вплавь отъ враговъ),
но важное дѣло, начатое имъ, съ его
смёртью не погйбло. Новые русскіе
отряды пришли въ Сибйрь и окончйтельно закрѣпили её за Русью постройкой
новыхъ городовъ и крѣпостей (То­
больскъ, Пелымъ, Берёзовъ и др.). Постепённо весь Сѣверъ Азіи перешёлъ
въ руки русскихъ, получивъ общее назва­
ніе Сибйри.
Естёственныя богйтства Сибйри приманйли туда много предпріймчивыхъ
людёй, особенно когда открыты были
золотыя розсыпи, и безлюдныя прострйнства Сибйри стйли мйло-по-мйлу
населяться. Вознйкли новые городй,
введено правильнее управлёніе, завёдены разные промыслы, тысячи рукъ
занялись добывйніемъ золота и драго­


84

цѣнныхъ камней. Сіібіірь стала счи­
таться одной изъ богатѣйшихъ русскихъ
областей. Покореніе Сибири открыло
для русской колонизаціи новыя обшир­
ныя земли. Съ той поры среди полуди­
кихъ обитателей края стало распро­
страняться христіанство и русская гра­
жданственность, земледѣліе и промыслы,
возродрівшіе край' къ новой жизни.
Въ глухихъ дебряхъ и безконечныхъ
пространствахъ сѣверной Азіи, благо­
даря поялёнію русскихъ и при ихъ
посредствѣ, впервые стали насаждаться
начатки европейской культуры. Смѣлый
походъ Ермака пробилъ первую дорогу
къ этому мирному и благотворному
воздѣйствію Европы на Азію, и въ
этомъ смыслѣ имѣетъ крупное значеніе
въ исторіи.
Ливонская война. Возобновлённыя
ещё при Іоаннѣ III сношенія съ Запад­
ной Европой, выписка оттуда зна­
токовъ военнаго дѣла и разнаго рода
мастеровъ и ремесленниковъ, учёныхъ
и художниковъ продолжались, но
постоянно встрѣчали противодѣйствіе
сосѣдей—Польши, Ливоніи и Швеціи,
которымъ невыгодно было усиливать и
безъ того страшную для нихъ Московію,


85
позволяя ей знакомиться съ плодами
европейской образованности и техники,
и стать въ одинъ рядъ съ европейскими
государствами. Въ царствованіе Гроз­
наго нанято было въ Германіи для
московской службы свыше сотни раз­
ныхъ мастеровъ,1 и ливонцы не про­
пустили ихъ въ Россію. Іоаннъ по­
клялся жестоко отомстить имъ за это
и, покончивъ съ Казанью и Астраханью,
рѣшился напасть на Ливонію (1558 г.)
и отнять у нея часть береговъ Балтій­
скаго моря, нѣкогда принадлежавшихъ
Россіи, чтобы такимъ образомъ войти
въ непосредственныя сношенія съ За­
падомъ и не зависѣть болѣе въ этомъ
отношеніи отъ каприза сосѣдей.
Ливонскій орденъ находился въ это
время въ упадкѣ, приливъ крестоносцевъ
изъ Европы уже не подкрѣплялъ его, въ
самомъ орденѣ происходили внутренніе
раздоры, Открывавшіе дорогу вліянію
сосѣдей—Польши, Даніи и Швеціи.
Война съ Ливоніей начата была очень
успѣшно. Русскіе заняли до 20 горо-,
1 Въ числѣ пхъ были мбдики, аптекаря, цирюль­
ники, архитекторы, каменщики, лптёйщики, плот­
ники, часовщики, слесаря, рудокбпы, типографщики,
портнйе, повара и т. д.


86
довъ, въ томъ числѣ Нарву и Дерптъ,
и страшно опустошили край. Тогда
магистръ Ливонскаго ордена, видя
невозможность борьбы съ Москвою,
рѣшилъ перейти въ подданство къ поль­
скому королю и отдалъ ему большую
часть своихъ владѣній, а именно Ли­
вонію, признавъ себя въ остальной
части вассаломъ Полыни. Эстонію и
островъ Ззель забрали шведы и датчане.
Такимъ образомъ Ливонскій орденъ рас­
пался, и Іоанну пришлось теперь въ
борьбѣ за обладаніе городами Ливоніи
вступить въ войну съ Польшей. Борьба
съ новымъ противникомъ вначалѣ так­
же пошла успѣшно. Сам-ъ даръ съ
огромной ратью двинулся въ Литву,
осадилъ и взялъ древній русскій городъ
Полоцкъ.
Польскій король искалъ мира, пред­
лагая часть Ливоніи (безъ береговъ
Балтійскаго моря) и Полоцкъ. Іоаннъ
требовалъ всей Ливоніи. Для рѣшенія
этого важнаго вопроса—мириться съ
королёмъ польскимъ или нѣтъ на по­
ставленныхъ условіяхъ, царь созвалъ
большой земскій соборъ (1566). До
сихъ поръ государи совѣтовались въ
подобныхъ дѣлахъ лишь съ боярами ;


87
иногда призывали на совѣтъ, въ думу,
и знатнѣйшее духовенство.
Теперь
Іоаннъ желалъ имѣть себѣ опору въ
самомъ народѣ. На соборъ созвано было
свыше 300 человѣкъ—духовныя лица,
бояре, помѣщики съ западныхъ литов­
скихъ границъ, какъ люди, которымъ
знакомы мѣстныя отношенія, дьяки,
знатнѣйшіе московскіе купцы и смольняне. Соборъ пришёлъ къ заключенію,
что нужно добывать всю Ливонію съ
берегами Балтійскаго моря.
Война продолжалась; къ борьбѣ съ
Польшей присоединилась ещё война съ
Швеціей изъ-за Ревеля, который также
хотѣлъ добыть себѣ Іоаннъ, какъ удоб­
ный портъ на Балтійскомъ морѣ. На­
чались неудачи, тѣмъ болѣе, что ещё за
время первой борьбы съ орденомъ боль­
шая часть даровитыхъ воеводъ сдѣлались
жёртой подозрительности Іоанна и были
казнены, а нѣкоторые (какъ, напр., Курб­
скій), опасаясь его мести, бѣжали въ
Литву. Особенно же неудачно пошли
дѣла, когда на престолъ польскій, за
смертью короля (Сигизмунда II) и пре­
кращеніемъ династіи Ягеллбиовъ (1572),
избранъ былъ даровитый трансильван­
скій воевода Стефанъ Батбрій.


88
Вступая на престолъ, Батбрій, между
прочимъ, обѣщалъ вернуть Литвѣ земли,
отнятыя у нея Москвою, и лично повёлъ
на русскихъ свой закалённыя уже въ
бйтвахъ войска, которыя считались од­
ними изъ лучшихъ въ Европѣ. Въ
составъ ихъ входила наёмная венгерская
и нѣмецкая пѣхота, польская конница
и многочисленная артиллерія.
Не­
стройныя московскія ополченія, руко­
водимыя притомъ неискусными воево­
дами, стали терпѣть пораженіе за по­
раженіемъ. Батбрій взялъ обратно,
несмотря на упорную защиту, Полоцкъ;
затѣмъ занялъ рядъ другихъ городовъ
уже въ предѣлахъ самой Руси, и на­
конецъ подступилъ къ Пскову. Здѣсь
однако успѣхи Батбрія кончились.
Псковъ славился какъ первая крѣпость
въ Московскомъ государствѣ ; въ те­
ченіе нѣсколькихъ уже вѣковъ, въ непреывной борьбѣ съ нѣмцами, псковичи
сильно укрѣпили свой городъ и умѣли
отсиживаться, за его стѣнами. Въ
Псковъ свезено было русскими много
пушекъ, приготовленныхъ для новаго
похода въ Ливонію. Воеводой псков­
скимъ былъ князь Шуйскій, даровитый
и энергичный полководецъ, сумѣвшій


89

вдохнуть мужество въ войско и гра­
жданъ. Батбрій повёлъ осаду по всѣмъ
правиламъ тогдашняго военнаго искус­
ства. Всѣ атаки врага были отбиты.
Осаду пришлось снять.
Геройская оборона Пскова сильно
ободрила Іоанна, но всё же онъ искалъ
мира, тѣмъ болѣе, что и шведы начали
сильно тѣснить русскихъ. Даровитый
полководецъ Делагарди отнялъ обратно
Нарву, и взялд> даже старые русскіе
города Ямъ, Копбрье, Ивангородъ.
Іоаннъ обратился къ посредничеству
римскаго папы, который съ радостью
отозвался на приглашеніе, разсчитывая
послѣ дружескихъ мирныхъ услугъ
склонить Москву къ уніи съ Римомъ,
и прислалъ для переговоровъ умнаго и
ловкаго іезуита Антонія Поссевйна.
При его посредствѣ (1582 г.) заключено
было перемиріе съ Полыней на 10 лѣтъ,
при чёмъ Іоаннъ уступилъ Батбрію всѣ
своп завоеванія въ Ливоніи и Полоцкъ.
Черезъ годъ заключено было перемиріе
и со Швеціей. Послѣдняя удержала
за собою не только свой пріобрѣтенія въ
Ливоніи (Эстонію), но и русскіе города,
лежавшіе около Фйнскаго залива—Ямъ,
Ивангородъ и Копбрье. Такймъ ббра-


90

зомъ Іоаннъ не только не успѣлъ утвер­
диться на берегахъ Балтійскаго моря
съ eró гбванями Ригой и Рёвелемъ, но
потерялъ и принадлежѣвшее ему раньше
прибрёжье Финскаго залива.
Зёмыселъ пробиться къ берегамъ Балтики
пришлось отложить.
Отношенія къ боярству.
Въ ту
пору, какъ Россія велё тяжёлую войну
изъ-за Ливоніи, въ дѣлахъ внутреннихъ
назрѣвёла крупная перемѣна. Въ пёрвые годы цёрствованія, напуганный на­
роднымъ мятежомъ во врёіия москов­
скаго пожёра и сознавёя свою неопыт­
ность въ дѣлахъ правлёнія, юный царь
слушался Сильвёстра и бояръ, поступёлъ во многомъ по ихъ указаніямъ и
не проявлялъ рѣзко своёй самостоятель­
ности. Но вотъ народъ поуспокоился,
управлёніе улучшилось, казёнскій по­
ходъ кончился очень счастливо, Іоёинъ
возмужёлъ, сталъ увѣреннѣе въ себѣ
и, видимо, ужё началъ тяготиться опёкой Сильвёстра и совѣтами бояръ. Раз­
рывъ мёжду царёмъ и его совѣтниками
сталъ неизбѣженъ. Обстоятельства и
неосторожность самихъ бояръ ускорили
этотъ разрывъ и придёли ему рѣзкія
формы.


91

Вскорѣ послѣ удачнаго окончанія
похода на Казань царь тяжко заболѣлъ
и, боясь смерти, написалъ духовную,
назначая наслѣдникомъ, своего сына
Димитрія, незадолго предъ тѣмъ родив­
шагося, и требуя присяги ему. Нѣ­
которые изъ бояръ присягнули, другіе
отказывались, говоря, что Димитрій
ещё малъ и вмѣсто него будутъ упра­
влять Захарьины (родственники царицы
Анастасіи), а Захарьинымъ повино­
ваться оніі не хотятъ, боярское пра­
вленіе въ малолѣтство Іоанна IV всѣмъ
памятно. Нѣкоторые говорили, что
лучше всего быть царёмъ взрослому
человѣку, указывая на двоюроднаго
брата царя князя Владиміра Андреевича.
Поднялся шумъ и ссора. Послѣ дол­
гихъ пререканіи сторонники Димитрія
заставили-таки всѣхъ присягнуть ему
и обо всёмъ разсказали царю. Да
больной Іоаннъ и самъ слышалъ от­
части эти споры изъ сосѣдней комнаты,
гдѣ лежалъ. Природная подозрите­
льность и навѣянное впечатлѣніями
дѣтства недовѣріе къ боярамъ вспых­
нули въ Іоаннѣ съ новой силой.
Опасаясь бояръ и заботясь прежде
всего о своей личной безопасности,


92

Іоаннъ съ прёданными ему людьми
рѣшилъ уединиться отъ крамольнаго
боярства, уѣхать изъ Москвы въ другое
болѣе безопёсное мѣсто и оттуда уже
начать свою распрёву съ измѣнниками.
Опрйч[н]ина и земщина. Въ декабрѣ
1564 года царь со всѣмъ семёйствомъ,
захвативъ съ собою всю свою казну и
драгоцѣнности и не сдѣлавши ,никакихъ
распоряжёній насчётъ своего отъѣзда,
внезёпно покинулъ столицу и уѣхалъ
въ Александровскую слободу, въ 100
верстахъ отъ Москвы. Вмѣстѣ съ нимъ
двинулись и всѣ eró любимцы съ своими
сёмьями.
Ужасъ и смятёніе охватили населеніе
столицы, тѣмъ болѣе, что въ эту пору
шла война съ Литвой и крымцы грозили
съ юга. «Госудёрь насъ покинулъ, мы
погибаемъ,» кричёли на улицахъ Моск­
вы. « Пусть намъ царь укёжетъ своихъ
лиходѣевъ, мы съ ними распрёвимся.»
Въ Москвѣ отъ безначёлія начинёлись
уже безпорядки. Депутёція изъ выс­
шаго духовенства и бояръ отправилась
въ Александровскую слободу бить
челомъ государю, просйть его отъ имени
всѣхъ вернуться на цёрство. Іоённъ
согласился подъ условіемъ, что ему не


93

будутъ мѣшать казнить измѣнниковъ, и
заявилъ, что устроитъ опричнину, т. е.
отдѣльное отъ остальной Руси правленіе
(отъ слова « опрйчь »—кромѣ, особо),
чтобы лучше выводить крамолу изъ рус­
ской земли. Никто не противорѣчилъ.
Всѣ склонились предъ цёрскою волей.
Всё госудёрство, по мысли царя,
раздѣлено было на двѣ части: опрйчнина и земщина. Часть Москвы и до 20
другихъ городовъ отходили въ вѣдѣніе
опричнины; на доходы съ нихъ содер­
жался царскій дворъ и особые тѣло­
хранители царя и защитники его власти
отъ крамольниковъ - опричники. Всѣ
остальные города и зёмли составляли
зёмщину, управленіе которой поручено
было старѣйшимъ и знатнѣйшимъ боя­
рамъ. 5ти земскіе бояре могли являться
къ госудёрю только въ случаѣ воённыхъ
нуждъ и особо вёжныхъ внутреннихъ
дѣлъ, во всёмъ же остальномъ упра­
влялись сёми.
Царь не остёлся жить въ Москвѣ и
пріѣзжёлъ сюдё только изрѣдка, боль­
шею чёстыо для торжёственныхъ пріё­
мовъ инострённыхъ посольствъ. По­
стояннымъ мѣстомъ его жительства
сдѣлалась Алексёндровская слобода.


94

Здѣсь построены были особыя царскія
палаты, окружённыя валомъ и глубокимъ
рвомъ. Здѣсь царь съ своими новыми
совѣтниками и любимцами устраивалъ
свою новую дружину.
Въ опричнину набирали по преиму­
ществу молодыхъ людей незнатнаго
происхожденія, изъ служилаго со­
словія (т. е. изъ дворянъ и дѣтей бояр­
скихъ), не имѣвшихъ связей съ имени­
тыми боярами. Онй давали присягу
служить только одному царю, не водить
дружбу съ земскими людьми, не знать
даже отца съ матерью. Имъ за это
раздавались въ жалованье земли и
помѣстья въ уѣздахъ, отведённыхъ подъ
опричнину, по преимуществу близъ
Москвы (прежнихъ помѣщиковъ и
владѣльцевъ, числомъ до 12-ти тысячъ,
выселили въ земскія волости, по преи­
муществу па окраины Московскаго
государства), такъ что изъ безродныхъ
бѣдняковъ опричники обращались въ
зажиточныхъ помѣщиковъ и притомъ
владѣвшихъ землями въ лучшей части
государства. Всего набрано было въ
« опричное» войско до 6-тіі тысячъ
человѣкъ. Главной обязанностью ихъ
было отыскивать и истреблять измѣнни­


95

ковъ; къ сѣдламъ у нихъ, по царскому
приказу, привязывались, въ тачествѣ
особаго отличія, собйчья голов0 и
метла : это значило, что опричники за­
щищали царя, какъ вѣрные псы, и
выметпли крамолу изъ Руси. Чѣмъ
больше отыскивалъ тотъ или другой
опричникъ измѣнниковъ, тѣмъ выше
цѣнились eró служба и усёрдіе.
Буйства и грабежи опричниковъ
перешли наконёцъ всякую мѣру. Осо­
бенно много погибло зн0тныхъ людёй,
ихъ родичёй и лицъ, близкихъ имъ въ
Москвѣ. Населёніе столицы было въ
ужасѣ и боялось даже выходить изъ
домовъ своихъ. Не могъ стерпѣть всего
этого стйрецъ—митрополитъ Филиппъ
и послѣ безплодныхъ попытокъ печалованія за осуждённыхъ безвинно, рѣшил­
ся при всёмъ народѣ обратиться къ
царю съ словомъ обличенія. «Чер­
нёнъ, не прекословь держйвѣ нашей ! »
кричйлъ на него царь, прик0зывая
молчать. Но когдб и послѣ этого обли­
ченія не прекратились, то митрополита,
по наговорамъ опричниковъ, отдали подъ
судъ, лишили cána и сосл4ли въ зато­
ченіе въ монастырь, гдѣ его потомъ
задушилъ Мал юта Скур0товъ.


96

Смерть Іоанна. Постоянное тревож­
ное состояніе д^ха, въ связи съ невоз­
держной жизнью и испытанными въ
послѣдніе годы царствованія неудачами
во внѣшнихъ дѣлахъ рано состарили
Іоанна; уже на 40-вбмъ году жизни
онъ выглядывалъ дряхлымъ старикомъ.
Семейная его жизпь также сложилась
несчастливо. Іоаннъ былъ женать нѣ­
сколько разъ. Старшаго сына своего
Іоанна, походившаго нравомъ на отца,
царь нечаянно убилъ, въ припадкѣ
гнѣва, ударивъ его своимъ желѣзнымъ
костылёмъ. Черезъ два года съ неболь­
шимъ (17 марта 1584 г.) онъ и самъ умеръ
на 53 году отъ роду, оставшись навсегда
въ пцмяти народной съ даннымъ ему ещё
при Я4^зни прозваніемъ Грознаго.

Printed by T. and A. Constable, Printers to His Majesty
at the Edinburgh University Press

a 6 -


RICHARD JA8CHKE, 78 Снлппга Свозе Roao, London, W.C. 2.

РУССКАЯ БИБЛІОТЕКА.
Accented and Abridged Texte.

Each volume, 9ß радев, le. net.

А. С. Пушкинъ—КАПИТАНСКАЯ ДОЧКА.
(A. S. Pushkin—Tho Captain’s Daughter.)
H. В. Гоголь—МЕРТВЫЯ ДУШИ.
(N. V. Gogol—Dead Souls.)
A. П. Чеховъ—РАЗСКАЗЫ. Часть I.
(А. Р. Chekhov—Short Stories. Part I.)
Скука жизни.—Дивломатъ.—Иптеллигеіггпйе бревііо.
—Въ аптекѣ.—Стѣна—Гость.—Староста.—Общее
образованіе.—Святая простота.
А. П. Чеховъ—РАЗСКАЗЫ. Часть II.
(А. Р. Chekhov—Short Stories. Part II.)
Безъ мѣста.—Цйппкъ.—Любовь—Чужія бѣдЛ.—Ты
и вы.—Первый дебютъ.—Персона,—Отрава—На
дачѣ—РбзовыЙ чулокъ.
И. В. Скворцовъ—РУССКАЯ ИСТОРІЯ. Часть I. Дп
нашествія Татаръ, 1240.
(I. V. Skvortzov—Russian History. Parti, üp to the
Tartar Invasion, 1240.)
И. В. Скворцовъ—РУССКАЯ ИСТОРІЯ. Часть II. Отъ
нашествія Татаръ до смерти Ивана Грозпаго, 1584.
(І.Ѵ.Skvortzov—Russian History. Part II. From the
Tartar Invasion to the Death of Ivan the Terrible, 1584).

РУССКІЕ ПОЧЕРКИ.
Р. Бискъ. РУССКІЕ ПОЧЕРКИ. Сборникъ рукописей,
составленный изъ оригинальныхъ образцовъ почер­
ковъ ббти разныхъ лицъ.
(R. Biske—Russian Handwriting. Original Specimens
contributed by 55 Different Persona.) 66 pages of
Facsimile Manuscript and 30 pages of accented Text
forming the Key. Price 3s. 6d. net.

PRACTICAL GUIDE TO THE RUSSIAN
ACCENT.
By Mark Sibff.

xii + 214 pages.

Cloth.

Price 4s. 6d. net.


..

ч

>

:

■

И Ч í'<

.
« Ѵ '. і