Ди апаш IKffinWCKŰH
Диалектический материализм
•Мысль*


АКАДЕМИЯ ОБЩЕСТВЕННЫХ НАУК при ЦК КПСС
системы политической учебы
Диалектический материализм
УЧЕБНИК
Москва «Мысль» 1989


ББК 15.1 Д 44
РЕДАКЦИИ НАУЧНОЙ и УЧЕБНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ АОН при ЦК КПСС
Редакционная коллегия:
Б. Я. Бессонов (ответственный редактор), В. Д. Баженов, В. С. Готт, И. В. Мартынычев, Я. С. Нарский
Авторский коллектив:
М. И. Ананьева (гл. II), Б. Н. Бессонов (Введение, Заключение), А. И. Володин (гл. IV), Б. А. Воронович (гл. VII), В. С. Г отт (гл. V), Г. Я. Иконникова (гл. I, § 3), Я. Я. Французова (гл. I, § 1, 2), В. Е. Козловский, А. С. Шилов, С. Б. Роцинский (гл. IX), Я. В. Мартыны- чев (гл. X), Я. В. Мартынычев (гл. VIII, § 2, 3), Я. Я. Французова (гл. VIII, § 1, 4, 5, 6,), Я. Б. Михайлова (гл. XI), Э. Я. Мозговая (гл. III), Я. С. Нарский (гл. XII), Я. Я. Французова (гл. VI)
0302020100-044
-054(00-89
~
ISBN 5-244-00115-9
© Издательство «Мысль». 1989


Введение
Наша страна переживает период перестройки, революционного обновления. Ширится и углубляется процесс осуществления радикальной экономической реформы, утверждаются в жизни хозяйственный расчет и самоокупаемость, арендные отношения. Развиваются самоуправленческие начала, совершенствуется политическая система, развивается процесс демократизации, утверждается гласность, укрепляется нравственность, активизируется человек, все более превращаясь в подлинного Творца Истории. Утверждается новое мышление. Переломный характер развития советского общества выдвигает перед страной сложнейший комплекс политических, социально-экономических, идеологических проблем. Естественно, это ставит перед советскими философами, всеми обществоведами масштабные и ответственные задачи. Советскому обществу нужны глубокий, всесторонний анализ, серьезные теоретические обобщения коренных вопросов нашего развития, обоснованные рекомендации по их решению.
Но что для этого нужно сделать философам? Прежде всего философы должны исходить из того, что социализм — это первый в истории общественный строй, который формируется на основе научно обоснованной деятельности трудящихся, руководимых своей партией. И успехи, и достижения, и упущения, и просчеты, а то и тяжелые ошибки в социалистическом строительстве связаны в решающей мере с развитием (или застоем) в теоретической области.
Именно поэтому каждый новый исторический этап в жизни нашего общества требует своевременного теоретического осмысления. Любая недооценка теоретической мысли слишком дорого обходится обществу. Характерное для прошлых лет созерцательное восприятие вопиющих фактов из сферы хозяйственной деятельности, из сферы правовой и нравственной жизни в значительной мере опиралось на укоренившиеся в нашем сознании представления, что, поскольку советское общество развивается и управляется на основе марксистско-ленинской теории, поскольку все идет «по 3


Марксу и Ленину», постольку, следовательно, и искать какие-то новые теоретические подходы к социальной проблематике социализма нет необходимости.
Между тем социализм не может успешно реализовать свои исторические преимущества, обеспечить необходимые темпы прогресса, если существует дефицит теоретического задела, если тогда, когда необходимы новые решения, мы будем пользоваться преимущественно методом «проб и ошибок». Именно поэтому на XXVII съезде КПСС со всей определенностью и был поставлен вопрос о необходимости освободиться от благодушия и нетребовательности в области теоретической деятельности. XIX Всесоюзная партийная конференция также подчеркнула, что «насущно необходима глубокая перестройка в общественных науках, которым предстоит до конца преодолеть догматизм и отрыв от жизни. Их долг — творчески разрабатывать актуальные и перспективные вопросы развития социализма, проблемы мирового развития, повысить реальную отдачу для политики, для общества» *. Большие задачи в этой связи стоят и перед философской наукой.
Для того чтобы успешно и своевременно решать задачи перестройки, качественного обновления нашего общества, необходимо глубоко понимать роль и место философии в достижении стратегических целей партии. Важно осознать философию как плод всей истории человеческой культуры, как результат всего научного познания, как «эпоху, схваченную в мысли», как подлинную мудрость, а на этой основе как инструмент преобразования мира и орудие предвидения будущего.
Марксистско-ленинская философия — это целостная система наиболее общих диалектико-материалистических, научных взглядов на природу, общество, мышление и вообще познание, на положение человека в обществе и в целом в среде обитания, на задачи рабочего класса и всех трудящихся в деле революционного преобразования мира, в строительстве социализма и коммунизма, в решении глобальных проблем человечества. Марксистско-ленинская философия является закономерным продуктом обобщения опыта классовых битв пролетариата и всех трудящихся, итогом развития всей предшествующей науки, культуры, социальной жизни.
1 Материалы XIX Всесоюзной конференции Коммунистической партии Советского Союза, 28 июня — 1 июля 1988 года. М., 1988. С. 113.
4


Главное отличие марксистской философии от всех предшествующих философских учений заключается в ее действенной, преобразующей функции. Но подлинное решение реальных проблем действительности, рассматриваемых в теории, возможно только практическим путем, только благодаря практической энергии человека, революционной борьбе масс. Поэтому, подчеркивал К. Маркс, если «для уничтожения идеи частной собственности вполне достаточно идеи коммунизма», то «для уничтожения... частной собственности в реальной действительности требуется действительное коммунистическое действие»2. Основоположники марксизма всегда выступали за единство революционной теории и революционной практики. «Оружие критики не может, конечно, заменить критики оружием, материальная сила должна быть опрокинута материальной же силой; но и теория становится материальной силой, как только она овладевает массами» 3.
К. Маркс, Ф. Энгельс, В. И. Ленин показали, что марксистскую философию и революционное рабочее движение, теорию и практику объединяет партия рабочего класса. Благодаря партии нового типа, коммунистической партии, благодаря глубокому усвоению идей марксистско-ленинской философии рабочий класс превращается из класса «в себе» в класс «для себя».
Марксистско-ленинская философия и наше мировоззрение в целом, концентрированно выражая коренные интересы социального прогресса человечества, постоянно развиваются, реализуя свою способность к творческому обобщению новых фактов и явлений в природе и обществе, к изучению опыта революционной борьбы и социальных преобразований. Нет ничего более чуждого духу великого учения, чем топтание на месте, бездумное воспроизведение формул вчерашнего дня и невнимание к истории с ее реальными проблемами, трудностями и противоречиями. Классики марксизма- ленинизма, выступая против заучивания и простого повторения философских формул, подчеркивали, что в лучшем случае с их помощью можно лишь намечать общие задачи, в то время как необходимо на основе теории видоизменять конкретную экономическую и политическую обстановку каждой особой полосы исторического процесса.
2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 42. С. 136.
3 Там же. Т. 1. С. 422.
5


Всевозрастающее богатство нового опыта в ходе строительства социализма и возникающие в этом процессе острые проблемы и противоречия, уроки борьбы международного рабочего класса, освободительного движения в целом, гигантское многообразие общественных явлений, сложные разнонаправленные тенденции формирования современного единого, целостного и в то же время противоречивого мира — таковы объективные источники дальнейшего развития марксистско- ленинской теории и ее составной части — диалектикоматериалистической философии, которая не только объясняет мир, но и, развиваясь в единстве с практикой, должна указывать путь к его изменению.
Разумеется, выполнять эту задачу марксистско-ленинская философия может, лишь выступая как диалектическое единство теории и метода. В свое время В. И. Ленин, рассматривая диалектику как теорию познания и логику, подчеркивал, что диалектические законы объективно-истинны и конкретно-содержательны. В этом смысле «логика,— писал он,— есть учение не о внешних формах мышления, а о законах развития „всех материальных, природных и духовных вещей“, т. е. развития всего конкретного содержания мира и познания его, т. е. итог, сумма, вывод истории познания мира» 4. Материалистическая диалектика является тем центральным пунктом, к которому сходятся все основополагающие проблемы истории, естествознания, философии и политики. Поэтому вся марксистская философия, а в сущности весь марксизм выступает и как метод дальнейшего познания и преобразования действительности. Марксистский метод не смог бы выполнить свою роль, если бы он не был одновременно аналогом общих закономерностей объективной реальности, т. е. если бы он не представлял собой вместе с тем и научной теории окружающей действительности.
В сущности различие между теорией и методом — это различие внутри тождества, диалектическое различие в аспектах применения единого марксистско-ленинского учения. Если в теории превалирует аспект отражения действительности в логике понятий, то в методе на первый план выступает обратная связь с реальностью: применение законов, категорий, понятий и т. п. к анализу конкретной ситуации познания и преобразования этой действительности.
4 Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 29. С. 84.
6


При этом, если изолировать теорию от метода и методологии, она неуклонно превращается в застывшую догму, ибо разрывается связь между системой понятий, отражающих общие законы, и практикой и постоянно развивающейся и изменяющейся действительностью. Теория обретает как бы независимое от практики, изолированное существование и уже не подвергается проверке историческим опытом, который один только и является реальной основой для новых теоретических обобщений и выводов. Именно метод связывает уже выработанные теоретические положения с реальной действительностью, с социальной практикой сегодняшнего дня и обнаруживает в результате неполноту и даже устарелость некоторых положений, потребность выработать новые понятия, соответствующие изменившейся жизни.
Отрыв теории от сложностей и противоречий практической борьбы неизбежно ведет к превращению ее в набор заскорузлых догм, что в конечном счете неизбежно становится препятствием к познанию и революционному преобразованию мира. В свою очередь метод, методологическая функция марксистско-ленинской философии также неотделимы от теоретической ее функции; в отрыве от теории метод лишается всякого реального содержания, перестает быть объективным методом, дающим научные ориентиры для стратегии и тактики революционной борьбы рабочего класса, всех трудящихся, превращается в метафизику, в софистику и эклектику, в произвольное жонглирование понятиями, становится средством оправдания догматизма, субъективизма и волюнтаризма.
Единство и взаимопроникновение теории и метода в марксистско-ленинской философии, в марксизме-ленинизме в целом — верная гарантия и от схоластического доктринерства, пытающегося давать оценки обстановки и рецепты поведения, исходя из абстрактно-общей логической схемы, игнорирующей конкретность обстановки, и от узкого практицизма, который, пренебрегая теорией и исходными идейными предпосылками, единственно позволяющими понять внутреннюю логику исторического развития, низводит его анализ до уровня простой констатации фактов.
Попытки современных противников марксистско-ленинского учения расчленить и противопоставить теорию и метод, придать всеобщее значение лишь выхолощенному от теоретической основы , и направлен7


ности методу имеют определенную идеологическую цель: они направлены против научных выводов марксистско-ленинской теории об объективных законах общественного развития, обусловливающих неизбежную смену классово антагонистических общественноэкономических формаций новой общественно-экономической формацией — коммунистической. Научному коммунизму противопоставляются всякого рода утопические рассуждения о каком-то неопределенном «умиротворенном обществе», абстрактно-гуманистические призывы к реализации «целостного», «недеформированного человека» и т п. Тот факт, что ныне перед всеми классами возникла острейшая необходимость спасения человечества от глобальных угроз термоядерного уничтожения и экологической катастрофы (а именно марксизм- ленинизм показывает чрезвычайную актуальность задачи обеспечения выживания человечества), противники марксизма-ленинизма используют для того, чтобы устранить из него классовый, партийный подход и изобразить его как якобы внеклассовое, абстрактно-гуманистическое учение. Используют, извращая при этом и тот факт, что дальнейшее сосуществование двух противоположных мировых систем неизбежно предполагает научные, торговые, культурные обмены и вообще взаимодействия этих двух систем.
Различные буржуазные идеологи, «доказывая», что марксизм, марксистская философия представляет собой лишь метод критики социальной действительности, и игнорируя марксизм как теорию, как мировоззрение, стремятся сбить революционные силы с четких классовых позиций, ибо с марксистско-ленинской точки зрения без революционной теории, основывающейся на отражении объективных закономерностей, не может быть и революционного движения. Без революционной теории, без научного мировоззрения движение неизбежно обречено на стихийность, сектантство и подчинение буржуазии.
Одновременно абсолютизация методологической функции марксистской теории, ведущая к противопоставлению критического характера марксизма его познавательной функции, научному объяснению социальной действительности, служит буржуазным идеологам, которые используют недостатки в социалистическом строительстве для безоговорочного очернения реального социализма в целом.
Творческое осмысление новых явлений, проверка 8


сложившихся формул практикой, опытом жизни и на этой основе обогащение и развитие теории являются лучшим критерием верности марксизму-ленинизму.
К сожалению, советские философы не всегда следовали этому критерию. Напротив, чаще закрывали глаза на необходимость изучения реальных общественных процессов, не желали расставаться с устаревшими представлениями и стереотипами, а это неизбежно вело к схоластике, когда те или иные положения выводились из произвольно выхваченных цитат основоположников научного коммунизма или просто декларировались. Все это нередко порождало игру в дефиниции, за внешне эффектными формулами исчезала суть дела. Порой вместо научного анализа действительных причин тех или иных явлений, коренящихся в общественном бытии, на первый план выдвигалось умозрительное морализаторство, идущее вразрез с реальным ходом жизни. Из конъюнктурных соображений оправдывались застойные тенденции в общественной жизни, провозглашались всякого рода «табу» на анализ острых, кричащих проблем строительства нового общества и «белых пятен» нашей истории. И все это объяснялось необходимостью защиты «чистоты» марксистско-ленинского учения.
В свое время Ф. Энгельс писал: «Наша теория — это теория развития, а не догма, которую надо выучить наизусть и механически повторять» . По поводу этой мысли В. И. Ленин подчеркивал: «В этом классическом положении с замечательной силой и выразительностью подчеркнута та сторона марксизма, которая сплошь да рядом упускается из виду. А упуская ее из виду, мы делаем марксизм односторонним, уродливым, мертвым...» 6
Глубоко изучая жизнь, В. И. Ленин всегда подчеркивал, что именно реальная действительность, практика служит критерием развития теории и мерой ее необходимого обновления. Он смело шел на пересмотр и обновление устаревших теоретических установок, если они приходили в противоречие с потребностями практики. Принимаемые им решения не вытекали из однажды заданной схемы, а учитывали повороты событий, порой довольно неожиданные, были всегда связаны с перспективой, будущим. Поэтому философам, всем общество-
5 Маркс К-, Энгельс Ф Соч. Т 36. С. 504.
6 Ленин В. И Поли. собр. соч. Т 20. С. 84.
t


ведам, чтобы ответить на вопросы, поставленные жизнью, практикой, необходимо поднять теорию социализма на современный уровень требований социального развития и научно-технического прогресса. Она должна точнее, конкретнее и более диалектично раскрыть, что такое социализм, что уже является социалистическим в нашей действительности, что еще должно им стать и что следует отнести в разряд несоциалистических и антисоциалистических явлений. Философии предстоит сделать еще многое для того, чтобы стать эффективным инструментом выработки решений большого исторического значения, предотвращения субъективизма. И прежде всего, подчеркнем еще раз, ей надо отказаться от представления, которое, как и многие другие стереотипы, в период застоя не высказывалось открыто, но мыслилось,— а именно о том, что развитие марксистской теории социализма «почти» уже завершилось, что тут, как и в практике социализма, каких-либо качественных преобразований быть не должно и ожидать их не следует.
XXVII съезд КПСС и XIX Всесоюзная партийная конференция потребовали решительного преодоления теоретического застоя, отставания обществоведения от запросов жизни. Съезд выработал концепцию, которая направлена на возрождение в нашей общественной теории, в нашей философии подлинно ленинского понимания диалектики и ее использования в теории и практике социализма. Мы должны учиться диалектике у Ленина — так можно понять призыв партии. На современном этапе перестройки и для развития теории, и для решения задач, выдвигаемых практикой, необходима особенная настойчивость в овладении важнейшими элементами диалектики.
Руководствуясь диалектической методологией, XXVII съезд КПСС обогатил все составные части марксистско-ленинской теории, продвинулся далеко вперед в осмыслении исторического опыта партии, в оценке степени реальной зрелости социалистического общества. Реализуя стратегический курс XXVII съезда КПСС, XIX Всесоюзная партийная конференция подтвердила необходимость углубления революционного обновления советского общества и конкретизировала в своих решениях дальнейший процесс перестройки.
Страна переживает ныне чрезвычайно важную полосу исторического развития. Партия, начав революционную перестройку всех сфер общественной жизни, ю


взяла курс на активизацию человека, демократизацию и гласность, подняла советский народ на коренное обновление нашего строя. Формирующийся под влиянием перемен в советском обществе динамичный взгляд на социалистическую действительность — важный элемент нового, подлинно диалектического мышления, который должен стать достоянием каждого сознательного участника перестройки. Перестройка — это революция, а революция — это ускоренная динамика утверждения нового, она глубоко диалектична.
Время требует сейчас решительной перестройки идейно-теоретической работы, глубокого обогащения марксистско-ленинского учения, в том числе диалектико-материалистической философии. Сегодня, на новом витке истории, когда перед человечеством встала задача сохранить жизнь на Земле, философы-марксисты, как и все обществоведы, должны встать на путь смелых фундаментальных прорывов в науке о мире, о нашем обществе, должны настойчиво разрабатывать практические рекомендации, обеспечивающие социализму устойчивый динамизм. Такой позиции требует от них честное осознание своего долга перед народом.
Решение задач, стоящих перед страной, связано с необходимостью формирования у всех партийных, государственных работников, у всех советских людей диалектико-материалистического мышления. Для того чтобы не возрождались догматики, люди, превращающие марксистские положения в голые лозунги, всем нам необходимо учиться мыслить диалектически и постигать явления во всей их сложности и противоречивости. Мыслить диалектически — это значит мыслить творчески, инициативно, не избегать острых противоречий и нерешенных проблем, искать новые и порой, казалось бы, неожиданные пути их решения.
Одним из важнейших принципов диалектико-материалистического мышления является объективность рассмотрения явлений и процессов жизни. Значение данного принципа диалектики воплощается в формуле, ставшей своего рода обоснованием и предпосылкой перестройки: урок правды. Эта формула вобрала в себя богатое содержание. Здесь w необходимость правильной оценки истинного положения дел в обществе, и трезвое понимание расхождений между теорией и практикой, между словом и делом, и гласность, направленная на то, чтобы истинное положение дел было известно массам и служило исходным пунктом их актив11


ного действия в духе требований перестройки. Нетрудно видеть, что формирование нового мышления, ориентированного на развитие теории и повышение ее возможностей быть инструментом руководства обществом, включает прежде всего требование непредвзятого анализа сложившейся обстановки и соответствующей разработки теоретических положений.
Важнейшим принципом диалектики является также требование видеть и понимать действительность в ее конкретном развитии. «...Ко всякому вопросу...— указывал Ленин,— можно солидно, с уверенностью подойти, лишь бросив исторический взгляд на все развитие его в целом» .
Выполняли ли обществоведы, философы это требование в полной мере? Вряд ли. Философы либо забегали вперед, объявляли строительство коммунизма непосредственной задачей дня, либо, руководствуясь в сущности эволюционной теорией развития, абсолютизировали стабильность и неизменность хозяйственных и других социальных структур, а фактически оправдывали застойность, медлительность в процессе социалистических преобразований.
Именно поэтому нужно формировать подлинно исторический подход к нашему обществу. Такой подход нужен нам сегодня, чтобы лучше, глубже понять социалистическое общество, чтобы теория социализма стала постоянно творчески обогащающейся системой взглядов, глубокой теорией осмысления сложной, противоречивой объективной действительности.
Для решения коренных вопросов развития социалистического общества особое, по сути дела общеметодологическое значение имеет вопрос о противоречиях при социализме. На основе их последовательного разрешения и происходит поступательное движение нашего общества.
Следует заметить, что история вопроса о противоречиях при социализме является довольно сложной. Было время, когда в теории и на практике противоречия изображались у нас в преувеличенном, гипертрофированном виде. В частности, широкое распространение имел тезис И. В. Сталина о непрерывном обострении классовой борьбы по мере успехов строительства социализма. Этот тезис позднее был подвергнут справедливой, хотя, увы, и запоздалой критике.
7 Там же. Т. 39. С. 68.
12


Затем был период в нашей истории, когда, напротив, допускались недооценка и даже затушевывание противоречий и их роли в процессе развития социалистического общества, неправильно трактовались многие относящиеся к этому теоретические проблемы. Утверждалось, в частности, что ленинская идея об относительности единства и абсолютности борьбы противоположностей к социализму неприложима, что при социализме не борьба, а лишь единство противоположностей играет роль источника развития.
Очевидно, что в первом случае сталинский тезис, послуживший «оправданием» антизаконных массовых репрессий, явился извращением марксистско-ленинского учения о противоречивости развития: не может быть никакого бесконечного обострения одних и тех же противоречий. А в последнем случае общеметодологический, философский подход к противоречиям смешивался с фактом конкретно-исторической положительной роли идейно-политической общности людей при социализме. Исторический опыт показал, что укрепление социальноклассового единства людей не исключает, а, наоборот, предполагает развитие общества на основе внутренних противоречий, что общество достигает своего прогресса, своевременно обнаруживая и разрешая присущие ему противоречия, а не благодушно закрывая на них глаза и даже отрицая само их существование.
Преодолевая недооценку роли противоречий в развитии социалистического общества, необходимо в то же время отвергнуть какое-либо отождествление всякой борьбы противоположностей с антагонизмом. В. И. Ленин, практика строительства социализма убедительно показали, что в социалистическом обществе антагонизмы исчезают, а противоречия остаются. Иной подход ведет к смещению исторической перспективы, к отождествлению качественно различных ступеней в развитии социалистического общества, когда, в частности, ситуации переходного периода механически переносятся на современный этап строительства социализма.
Разумеется, нужно иметь в виду, что и противоречия неантагонистического характера, внутренне присущие социализму, при известных обстоятельствах, если их долго не замечать и не принимать мер к их разрешению, могут приводить к общественному напряжению, нарастанию негативных явлений, ведущих к кризису. Выявлять и преодолевать застойное, устаревшее, активно вторгаться в жизнь, глубоко анализировать вновь на13


рождающиеся, зачастую противоречивые тенденции — это сегодня настоятельная задача. И здесь еще раз обнаруживает свою правоту принцип разрешения противоречий, указанный В. И. Лениным как соединение противоположностей.
В. И. Ленин придавал этому принципу важное значение. На примере ударности и уравнительности он показал, что «можно сочетать эти противоположные понятия так, что получится какофония, а можно и так, что получится симфония» 8. К сожалению, у нас без «какофонии» не обошлось. И это влекло за собой болезненные и очень опасные перекосы в понимании высших ценностей социализма, подрывало веру в их значимость и осуществимость.
Перестройка нашей жизни, в том числе философии как науки и специфической формы общественного сознания, требует коренной перестройки стиля мышления и психологии, и прежде всего у коммунистов, изменения их отношения к своему теоретическому и политическому образованию.
Партия все более осознает, что в многогранной работе с людьми необходимо руководствоваться требованием подлинно конкретного анализа конкретной ситуации. В своей организаторской, воспитательной, идеологической, теоретической и практической работе кадрам партии следует уметь осуществлять сопряжение теоретических положений марксизма с анализом конкретной жизни, реальных процессов, а для этого необходимо полнее использовать методологические возможности марксистско-ленинской философии и ее исходной части — диалектического материализма.
В новой редакции Программы КПСС записано: «Принципиальной, выверенной основой естественнонаучного и социального познания была и остается диалектико-материалистическая методология. Ее нужно и дальше творчески развивать, умело применять в исследовательской работе и общественной практике»9. Это программное положение требует от каждого советского человека, и прежде всего от партийных кадров, дальнейшего овладения диалектико-материалистической методологией, выработки навыков применения ее при проведении конкретного анализа конкретной ситуации. Следует помнить и слова Ф. Энгельса: «...мате-
8 Там же. Т. 42. С. 211.
9 Программа Коммунистической партии Советского Союза: Новая редакция. М., 1986. С. 57. 14


риалистический метод превращается в свою противоположность, когда им пользуются не как руководящей нитью при... исследовании, а как готовым шаблоном, по которому кроят и перекраивают... факты» 10. Чтобы этого не случилось, необходимо непрерывно совершенствовать свои знания, усваивать опыт классиков марксизма-ленинизма в проведении анализа объективной действительности, учиться на уроках самой жизни.
В числе негативных явлений, имевших место в нашем обществе, было и снижение престижа философского образования. Среди части партийных работников появилось известное пренебрежение философией, недооценка значения диалектико-материалистического анализа действительности, необходимости непрерывного пополнения философских и экономических знаний, влияющих на повышение уровня профессиональной компетентности. Практика перестройки показывает, что еще и сейчас у ряда партийных работников отсутствует стремление реально оценивать существующие жизненные противоречия, творчески изучать объективные закономерности социализма как динамично развивающегося общества.
В этих условиях важным принципом подготовки партийных кадров становится опора на новейшие достижения общественных наук, в том числе и философии, соединение передовой теории общественного развития с практикой партийно-политического руководства этим развитием. Изучение марксистско-ленинской философии вооружает партийного работника высоким качеством видения перспектив, оценки с научных позиций реальных противоречий развития..Для того чтобы соответствовать уровню стоящих перед обществом задач, он должен обладать высокой политической и философской культурой, компетентностью, револкщионной волей, умением организовать коллективную работу, вдохновлять людей личным примером, иметь высокие нравственные качества, следовать принципу единства слова и дела, жить интересами и нуждами людей.
Сознательное применение в партийной деятельности диалектико-материалистической теории дает возможность понять сущность общественных явлений, процессов, правильно учитывать взаимосвязь явлений, вскрывать их противоречивость и изменчивость. Для партийного работника крайне необходимо уметь вскрывать
10 Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. Т. 37. С. 351. 15


механизмы торможения социально-экономического развития, все то, что сдерживает перестройку. Без глубокого анализа действительности на основе марксистско- ленинской методологии невозможно активно содействовать ускорению социально-экономического, научно-технического и всего-общественного прогресса.
Формирование диалектического мышления отнюдь не сводится к заучиванию принципов и законов марксистско-ленинской философии. В. И. Ленин, выступая на in съезде комсомола, предостерегал против «облегченного» изучения и восприятия марксистской теории. «Если бы только изучение коммунизма заключалось в усвоении того, что изложено в коммунистических трудах, книжках и брошюрах, то тогда слишком легко мы могли бы получить коммунистических начетчиков или хвастунов, а это сплошь и рядом приносило бы нам вред и ущерб, так как эти люди, научившись и начитавшись того, что изложено в коммунистических книгах и брошюрах, оказались бы не умеющими соединить все эти знания и не сумели бы действовать так, как того действительно коммунизм требует» п.
В. И. Ленин показал, что сила марксизма состоит в его связи с практикой, с повседневной работой каждого коммуниста, с историей развития духовной культуры человечества и ее критической переработкой. Нужна работа ума, связанная и с критическим, творческим усвоением знаний, и с умением использовать эти знания на практике как руководство к действию. Это умение надо учиться в себе вырабатывать.
Данный учебник рассчитан прежде всего на слушателей высших партийных школ и университетов марксизма-ленинизма. Тематически он построен в основном в соответствии с программой курса диалектического материализма для высших партийных школ.
11 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 41. С. 302.


Глава I
Философия, ее предмет и роль в обществе
§ 1. Задачи и цели философского познания, его особенности
Уже с давних времен homo sapiens, «человек разумный», пытается выяснить важные для него вопросы: как устроен мир, что определяет его существование и изменение, какое место занимает в нем человек, каковы его судьбы? Более двух тысячелетий люди пытаются выяснить смысл великих общечеловеческих ценностей — истины, добра, справедливости, красоты, счастья, назначения человека на Земле и его ответственности за свои действия. Эти вечные проблемы получали различные формулировки и различные ответы на них у разных философов. Например, И. Кант в конце XVIII в. спрашивал: что я могу знать, на что я могу надеяться, что я должен делать? Древние индийские и китайские философы больше всего размышляли над вопросами: в чем смысл счастья человека, каковы причины несчастий и как их устранять? Философы Древней Греции еще в V—IV вв. до нашей эры страстно обсуждали проблему справедливости и добра.
Нужна ли философия в нашей современной жизни? Безусловно. Именно философия учит нас умению глубоко и правильно размышлять о наиболее общих, наиболее фундаментальных проблемах бытия. В. И. Ленин подчеркивал: «...кто берется за частные вопросы без предварительного решения общих, тот неминуемо будет на каждом шагу бессознательно для себя «натыкаться» на эти общие вопросы»
Но так ли уже необходима каждому человеку философия? Живут же спокойно и даже преуспевают люди, никогда не слышавшие даже о ее существовании, не державшие в своих руках ни одноц философской книги. Люди могут логически правильно мыслить и не изучая законов логики. Каждый человек, поскольку он способен нормально мыслить, в определенной мере стано-
1 Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 15. С. 368. • 17


вится философом, т. е. у него складывается некоторое представление о мире, его изменениях, о своем отношении к этому миру и другим людям, понимание и принятие определенных жизненных ценностей и своих возможностей. Но это может иметь место и на довольно примитивном уровне, так как эти представления не осознаются в четких словесных формулировках. Однако отношение человека к миру уже проявляет себя как определенная система установок, предрасположенности к совершению конкретных действий и поступков, связанных то с эгоцентризмом, то, наоборот, с обостренным чувством социального долга. Для человека, неспособного разобраться в истоках подобных установок, в причинах их возникновения, они выступают как некое веление природы или глас каких-то таинственных сил, предписывающих ему с неизбежностью тот или другой способ действий. Этот взгляд бывает не только у людей, далеких от философии и лишенных элементарной грамотности, но нередко встречается и у ученых, способных совершать важные открытия, обогащающие человеческую культуру.
Так, Ф. Энгельс писал о том, что среди некоторых естествоиспытателей XIX в. сложилось мнение о том, что философия ученым не нужна, что конкретные науки вполне могут сами выполнять функции мировоззрения. Но он убедительно доказал, что мысль о независимости ученых от всяких философских предпосылок в их научной деятельности иллюзорна. Человек есть порождение определенных общественных отношений. Освоенный опыт социальной деятельности, достигнутый уровень развития культуры и форм человеческого общения закрепляются более или менее глубоко в философском знании, и характер последнего затем неизбежно оказывает влияние на ход познания мира учеными, на их отношение к фактам, событиям и процессам, даже если они этого и не осознают. Философские представления заимствуются и из прослушанных университетских курсов, и из самостоятельного чтения, общения с другими людьми, из усвоения самой разнородной информации. И нередко получается так, что ученые, бранящие всякую философию, уверовавшие в свою независимость от нее, оказываются в подчинении у самой реакционной философии. Поэтому, «какую бы позу ни принимали естествоиспытатели, над ними властвует философия. Вопрос лишь в том, желают ли они, чтобы над ними властвовала какая-нибудь скверная модная 18


философия, или же они желают руководствоваться такой формой теоретического мышления, которая основывается на знакомстве с историей мышления и ее достижениями» 2. Именно такой формой теоретического мышления является марксистская философия.
Но уже домарксистские философы пытались выяснить фундаментальные основы человеческого бытия, сущность мира, место человека в этом мире, наиболее глубокие стимулы и границы его деятельности. Так, Гераклит создал динамическую картину мира, а Сократ считал важнейшей задачей человека познание самого себя. Блестящие образцы философского анализа установок и мотивов деятельности человека даются в «Этике» Б. Спинозы (XVII в.), который вслед за Эпикуром и стоиками эпохи эллинизма доказывал, что свобода есть осознанная необходимость и что понимание этого позволяет субъекту формировать из себя человека, «живущего по разуму» и обладающего самыми высокими нравственными качествами.
Мы, марксисты, стремимся к тому, чтобы в духовной жизни нашего общества господствовало научное мировоззрение, основу которого составляет марксизм-ленинизм как цельная и стройная система философских, экономических и социально-политических взглядов. Философия диалектического и исторического материализма выступает как теоретическое ядро этого мировоззрения. Но было бы проявлением «лакировки» действительности. считать, что уже подавляющее большинство людей нашего общества вполне сознательно овладело диалектическим и историческим материализмом. Если бы было так, то, очевидно, не возникла бы настоятельная потребность в перестройке всего нашего мышления. Для того чтобы диалектический материализм в полной м^ре стал теоретическим ядром мировоззрения всех наших граждан, необходимо целеустремленное преодоление разных проявлений философской безграмотности и значительное повышение общего уровня философской культуры.
Но в чем заключается специфика философской культуры, философского знания? Иногда в качестве ответа приводят слова Гераклита: «Много должны знать мужи- философы, но многознание не научает быть мудрыми». Стремление к глубокомыслию, мудрЬсти — вот что составляет один из главных стержней длительного и
2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 525. 19


противоречивого пути совершенствования философских знаний.
На начальных стадиях развития общества еще не было четкой дифференциации между философией и научным знанием. Она возникла постепенно и обрисовалась вполне лишь в эпоху поздней античности. Для выяснения задач и предмета философии, главных особенностей философского знания особую важность имеет положение В. И. Ленина, высказанное им в период кризиса философских оснований физики в начале XX в. Он писал: «Материализм и идеализм различаются тем или иным решением вопроса об источнике нашего познания, об отношении познания (и «психического» вообще) к физическому миру, а вопрос о строении материи, об атомах и электронах есть вопрос, касающийся только этого «физического мира»» 3. Здесь было дано четкое отграничение предмета философии от предмета физической науки, а отсюда и от предметов вообще всех частных и частно-общих наук, которое имеет важное методологическое значение.
Таким образом, в круг интересов философии входит не некоторая отдельная, поддающаяся более или менее четкой фиксации сфера объективного мира (например, физические или биологические процессы) и не некоторая отдельная сфера деятельности человека (например, экономическая или политическая), а совокупность отношений человека к миру, пути и направления его деятельности, осознание сущности объективного мира. Это предполагает существование самого широкого спектра проблем, попадающих в сферу философских исследований. Человеку необходимо иметь представление и о сущности, закономерностях, причинах изменения мира, с которым он вынужден взаимодействовать и вырабатывать свое отношение к нему. Он должен постоянно совершенствовать свои способы познания окружающей его действительности. И наконец, важное место в этих исследованиях занимает осознание человеком своей причастности к делу развития Культуры, к интересам и деятельности различных социальных общностей. Здесь неизбежно возникают вопросы о смысле жизни, о назначении человека, его возможностях и ответственности, о справедливости, добре и красоте.
Философия отличается от конкретных наук не только своим предметом, но и характером философского
3 Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 18. С. 274. 20


знания 4. И здесь на первый план выдвигается необходимость выяснения соотношения философии с другими формами общественного сознания (и прежде всего наукой, политикой, религией) по способам отражения ими мира. Особенно много внимания уделяется проблеме соотношения философии и науки. Широко распространена точка зрения, рассматривающая философию как особую науку, занимающуюся наиболее общими проблемами бытия и познания, в отличие от частных наук, ведению которых подлежат конкретные сферы действительности или сферы деятельности.
И мы действительно находим много общего между философией и наукой в способах отражения действительности. В отличие от искусства, отражающего мир с помощью художественных образов, в философии отражение осуществляется через создание понятий, разработку философских категорий. Выводы в философии не принимаются на веру, как в религии, но логически обосновываются. Научные и философские теории развиваются с изменением теоретической и практической деятельности человека. Философа интересуют так или иначе любые научные проблемы, ибо в каждой (или почти в каждой) из них находятся свои философские аспекты. Но эти аспекты отличаются от собственно научных, и философия при этом сохраняет свою специфику и относительную самостоятельность. В научных понятиях концентрируется опыт лишь собственно научной деятельности. Философские же категории, законы и принципы представляют собой концентрированное отражение всего многообразия человеческой деятельности, включая политическую, этическую, эстетическую и другие ее формы. В этом выражается синтезирующая функция философии. Именно поэтому философия рассматривается как теоретическое самосознание эпохи, как квинтэссенция духовной культуры.
Философия рассматривается и как форма общественного сознания, направленная на выработку целостного взгляда на мир. ожно сказать, что на создание целостного представления о мире претендуют и естествоиспытатели, исследующие некоторые наиболее общие
4 Этот вопрос активно обсуждается в советской литературе (см.: Философия, методология, наука. М., 1972; Бабушкин В. У. О природе философского знания. М., 1978; Алексеев П. В. Наука и мировоззрение. М., 1983; Французова Н. П. Значение союза философии и естествознания для формирования мировоззрения. М., 1986; Спиркин А. Г. Основы философии. М., 1988. (Гл. I)).
21


стороны действительности (например, математика или кибернетика). Но в сущности в ранг общего миропонимания возводится при этом та или другая частнонаучная картина мира. Целостное же представление о мире, создаваемое средствами философии, не сводится, однако, к таким построениям и не представляет собой их механическую совокупность. Полученные с помощью естествознания сведения в философии трансформируются в качественно иную теоретическую систему. Она обогащается знаниями, полученными из других сфер деятельности, включая разнообразные формы преобразования социальных отношений.
Так, в марксистской философии целостное представление о мире предполагает его характеристику с помощью наиболее общих законов развития природы, общества и мышления, путем применения всего многообразного арсенала философских принципов и категорий. В то же время в отличие от естественнонаучного подхода, представители которого нередко претендуют на полное и исчерпывающее знание о мире и склонны отождествлять достигнутый уровень знаний с полным познанием объективного мира, с его «очищением» от всего субъективного, философское осознание мира непременно должно включать анализ субъектно-объектных отношений.
Анализ субъектно-объектных отношений приобретает особую важность в периоды ломки прежних взглядов и создания новых научных и философских теорий. Такой анализ предполагает исследование характера взаимодействия человека с окружающим миром. Именно осознание человеком изменения его отношений с миром в новых условиях становится теоретической основой понимания ограниченности предшествующей теории и стимулом поиска путей создания новой теории. Так, например, при разработке материалистического понимания истории существенное значение имело осознание изменения общественных отношений в условиях капитализма и происшедшей при этом поляризации социальной структуры общества, что помогло четко выделить экономические отношения как определяющие в развитии общества.
Одна из задач философии состоит в разработке общих методов познания. Поэтому для понимания сущности философского знания важно выяснить различие между наиболее общими методами — диалектикой и метафизикой. Их обычно рассматривают как философские 22


методы мышления, противоположные друг другу, возникшие в глубокой древности и существующие поныне. Следует учитывать неразрывную связь теории и метода, последний всегда опирается на определенные мировоззренческие предпосылки. Это можно проследить уже при самом общем определении диалектики как учения о всеобщих, качественно изменяющихся связях и развитии. Метафизика же определяется как учение, либо игнорирующее всеобщую связь явлений и рассматривающее их как изолированные, оторванные друг от друга, находящиеся вне процессов развития, либо понимающее эту связь и развитие односторонне, упрощенно, без скачков и противоречий.
Но важно понять, что и метафизический материализм был в свое время необходимым этапом в развитии философского знания. Если древние греки в своих умозрительных конструкциях схватывали всеобщую связь и движение в мире, то метафизический материализм, опираясь на достижения науки XVII—XVIII вв., способствовал более детальному обозрению, классификации и исследованию отдельных конкретных вещей. Именно такая деятельность, способствовавшая накоплению эмпирического материала, создавала фундамент для будущих теоретических обобщений, для поиска реальных (и уже не умозрительных) связей в природе. Но метафизические материалисты за описанием отдельных предметов не видели их всеобщей связи, не исследовали процессов развития в объективном мире. Разумеется, ограниченность их философских концепций определялась в конечном счете не личными качествами мыслителей, а общим уровнем развития общественноисторической практики и научных исследований. Проблема развития в тот период не стала еще самостоятельной темой научного анализа.
Раскрывая противоположность диалектической и метафизической концепций развития, В. И. Ленин показал, что в XIX—XX вв. классическая метафизика меняет свою форму. Есл^ раньше возможно было рассматривать явления вне процессов развития, то с появлением эволюционных идей в естествознании идею развития уже нельзя было больше игнорировать. Но в метафизическом взгляде на мир идея развития получала искаженную форму. В противоположность диалектике, признающей внутреннее самодвижение материи, качественные преобразования, поступательное развитие, метафизики ищут источник развития в действии внешних
23


сил, рассматривают развитие как простой количественный рост или уменьшение, а то и как движение по замкнутому кругу
В тех или других формах метафизические концепции развития присущи и современным западным философским течениям (например, в виде игнорирования внутренних противоречий капиталистического общества, попыток отрицать качественное различие капитализма и социализма и рассматривать их лишь как совершенно частные «варианты» единого индустриального общества и т д.) Задача же марксистско-ленинской философии состоит в дальнейшем творческом развитии теории материалистической диалектики, в обобщении с этих позиций новейших открытий науки и тенденций революционной практики.
Одна из особенностей философского знания выражается и в том, что оно помогает общему формированию теоретического мышления. Так, Ф Энгельс писал, что такое мышление дается каждому человеку в виде возможности и нет лучшего способа для его развития, превращения этой возможности в действительность, чем изучение философии, особенно истории философии. Однако для этого необходимо именно диалектико-материалистическое исследование и изложение истории философии. Нужно осознать ее не только как последовательное возникновение тех или других взглядов и направлений, но как «драму идей», имеющую свои глубокие корни в развитии общественных отношений, в противоречивом социально-политическом и культурном контексте определенной эпохи. И важно преодолеть устаревшие стереотипы, когда любое из домарксистских, а также и современных немарксистских направлений рассматривается лишь как заблуждение, искажение действительности только на том основании, что его представители решают по-другому, чем мы, марксисты, философские проблемы. Необходим конкретный анализ, проникнутый духом историзма.
Философское знание обладает своими специфическими формами связи с действительностью, отличающими его от научного и особенно от природоведческого знания. Некоторая научная теория, проверенная и подтверждаемая экспериментально, не отвергается в процессе дальнейшего развития, но включается в более или менее преобразованном виде в последующие научно-теоретические системы, которые определяют границы ее применения.
24


Философия же не обращается для обоснования истинности своих утверждений к экспериментам Ей далеко не всегда присущ строго рационалистический тип рассуждений, однозначная проверяемость ее выводов. И в то же время философия все-таки получает объективные знания, раскрывающие глубинные основы человеческого бытия. Критерием истинности ее знаний является вся общественно-историческая практика человечества. Если философское мировоззрение, в частности своим методологическим аспектом, служит плодотворной основой теоретического мышления и практической деятельности людей, если оно помогает им предвидеть будущее и успешно определять направление своей дальнейшей деятельности, то тем самым оно доказывает свою истинность. Философские системы сменяют друг друга, взаимосталкиваются и борются, но у них есть и свои общие линии преемственности, главным образом в виде традиций (материализма и идеализма, диалектики и метафизики и т.д.).
Специфика философского знания проявляется и в наличии в нем ценностных аспектов. Знания о мире преломляются через осознание человеком или социальной группой своего места в действительности, своих идеалов и предназначения, целей своей деятельности. Наука не содержит внутри себя критериев оценки социальной значимости своих результатов, ойа показывает лишь то, что может сделать человек в определенных исторических условиях. Философия же обязательно должна решать вопрос о том, что должен и что не должен делать человек; использование каких открытий науки соответствует или же, наоборот, противоречит идеалам прогресса, гуманизма, свободы людей. Это особенно актуально в современных нам условиях, когда все прогрессивные силы планеты подымаются на борьбу за предотвращение угрозы ядерной войны, грозящей гибелью всей земной цивилизации, когда особенно остро встал вопрос о сохранении пригодной для дальнейшего существования человечества природной среды.
Ценностные аспекты философского знания выражаются не только в разработке общих направлений деятельности людей и критериев оценки ее результатов; определенное аксиологическое (т. е. ценностное) значение приобретают и самые общие черты того или иного философского направления. Если объективные условия не предопределяют однозначно дальнейшего развития общества, если в определенных рамках объективно 25


существует противоборство реальных возможностей, имеются альтернативы, то выбор будет в значительной мере определяться господствующим мировоззрением и системой ценностей, принятой данной группой людей, классом, государством, обществом. Поэтому философия несет ответственность не только за состояние духовной культуры общества, но и за направление его дальнейшего общего развития. Отсюда существование и развитие различных философских учений детерминируются прежде всего социальными интересами, и их процветание или гибель зависят не только от глубины и убедительности теоретической критики в их адрес, но и от силы и значимости питающих их социальных интересов.
Изучение философии важно не только для формирования сознания и установок человека как члена определенной социальной общности. Философия есть не только эффективное средство приобщения человека к духовной культуре и необходимое условие осуществления его целенаправленной трудовой и общественной деятельности и ответственности за ее результаты; она необходима и для развития всех других сторон личности. Знание философии помогает четкому осознанию целей и возможностей человека, способствует укреплению его психологической устойчивости и целеустремленности, дает своего рода масштаб, определенный угол зрения для ориентации в конкретных событиях и для их оценки, формирует ориентиры труда и борьбы человека.
§ 2. Предмет марксистско-ленинской философии, ее функции и задачи
В марксистской философии продолжаются лучшие традиции развития предшествовавшей философской мысли. Как подчеркивал В. И. Ленин, марксизм возник не в стороне от столбовой дороги развития человеческой мысли. Он ответил на важнейшие вопросы, которые были поставлены лучшими умами человечества. Разумеется, нельзя получить окончательных, абсолютно завершенных ответов на философские проблемы, которые не исчезают, а по-новому формулируются в каждую историческую эпоху. А получаемые каждый раз ответы наиболее адекватны уровню развития современных им общественных отношений и теоретических исследований. Марксистско-ленинская философия не только дает свои ответы на уже давно поставленные фундаменталь26


ные философские проблемы, но и ставит новые. Как подчеркивал Ф. Энгельс, материализм меняет свою форму с крупнейшими изменениями в общественно-исторической практике и научных исследованиях, и в этом находит свое выражение его творческий характер. Новые требования предъявляет к марксистско-ленинской философии современная эпоха, когда с особой остротой возникла необходимость осознания сложности и противоречивости социальных отношений современного мира и нахождения путей решения глобальных проблем.
Что может предложить для решения насущных вопросов именно марксистско-ленинская философия? Какие задачи она должна решать сегодня для того, чтобы быть надежной основой мировоззрения, реально помогать решению кардинальных проблем человеческого существования?
Марксистско-ленинская философия — это целостная система понятий, категорий, законов и принципов, выражающих общие свойства, характеристики и тенденции существования и развития мира, его познания и практического преобразования на основе диалектикоматериалистического решения основного вопроса философии и обобщения общественно-исторической практики, достижений и проблем наук. В ее состав входят: диалектический и исторический материализм, этика и эстетика, философские проблемы науки и культуры, научный атеизм, история философии, включающая анализ и оценку современных немарксистских течений.
Какие функции выполняет марксистско-ленинская философия? Этот вопрос активно обсуждается в нашей философской литературе 5. Выделяют целый ряд функций: онтологическую, гносеологическую, аксиологическую и др. Остановимся на характеристике прежде всего мировоззренческой и методологической функций. Их разделение в определенной мере можно считать условным, поскольку наша методология означает применение общих принципов мировоззрения, законов и категорий марксистско-ленинской философии к познанию мира. «...Именно диалектика является для современного естествознания наиболее важной формой мышления, ибо только она представляет аналог и тем самым метод
5 См.: Марксистско-ленинская философия как система. М., 1981;
Алексеев П. В. Предмет, структура и функции диалектического материализма. М., 1983; Философия и жизнь (Материалы Совещания философской общественности)//Вопросы философии. 1987. № 7—12; 1988. № 1—2. 27


объяснения для происходящих в природе процессов развития, для всеобщих связей природы, для переходов от одной области исследования к другой» 6. Это положение развивалось в ряде работ В. И. Ленина, где он подчеркивал, что диалектика — это не сумма разрозненных примеров ее действия, но целостная методология. Нужно не только признавать существование и действие повсюду, скажем, закона единства и борьбы противоположностей, но и исследовать его особенности как закона познания, ориентирующегося на раздвоение единого и познание его противоречивых частей.
Важнейшая основа марксистского мировоззрения — признание существования объективного мира, развивающегося по своим собственным законам, не нуждающегося для своего бытия в действии каких-то сверхъестественных сил. На этом основывается важнейший методологический принцип «объективности рассмотрения», который В. И. Ленин оценивал как важнейший принцип материалистической диалектики. Он подчеркивал также, что «не может быть догматизма там, где верховным и единственным критерием доктрины ставится — соответствие ее с действительным процессом общественно-экономического развития...» 7.
Целостное диалектико-материалистическое представление о мире и месте человека в нем служит прочной основой для преодоления религиозных и идеалистических взглядов, тормозящих успешное развитие научных знаний о мире. «...Без солидного философского обоснования никакие естественные науки, никакой материализм не может выдержать борьбы против натиска буржуазных идей и восстановления буржуазного миросозерцания. Чтобы выдержать эту борьбу и провести ее до конца с полным успехом, естественник должен быть современным материалистом, сознательным сторонником того материализма, который представлен Марксом, то есть должен быть диалектическим материалистом» 8. Сознательное овладение диалектическим материализмом, творческое отношение к его основным положениям — важная предпосылка успешного развития как научной, так и практической деятельности.
Кроме того, целостное представление о мире, создаваемое в рамках марксистской философии, помогает
6 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 367.
7 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 1. С. 309.
8 Там же. Т. 45. С. 29—30. 28


ученым преодолевать узкие рамки специализированного мышления, осознавать место новых открытий в общем контексте культуры, интегрировать их в этот контекст. Создавая систему принципов целостного осмысления природы и социальной реальности, раскрывая качественные особенности различных форм существования материального мира, взаимосвязь и отношение их к субъекту, философия решает собственно мировоззренческие проблемы.
Но вместе с тем философские знания об объективной реальности выполняют и методологические функции, предостерегая естествоиспытателей от механистических тенденций, например стремления рассматривать жизнь только с позиций физики и вообще желания редуцировать (свести без остатка) все формы движения материи к простейшим. Отсюда вытекает еще один важный аспект методологической функции философии. Она помогает ученым определять возможности и рамки применения конкретных научных методов (например, возможности применения химических методов в биологии или математических методов в социологии и истории). Философия также помогает людям приобщаться ко всем достижениям духовной культуры, заимствовать опыт теоретической и практической деятельности, накопленный прошлыми поколениями в различных сферах общественной жизни.
Взаимодействие философского осмысления мира и конкретных научных исследований — важное условие прогрессивного развития духовной культуры человека. Но в ходе этого процесса возникали не раз серьезные противоречия между философией и наукой. И даже марксисты-философы в реальной истории их деятельности допускали и допускают в отношении научных открытий серьезные ошибки: отвергали новые направления в науке — теорию относительности, молекулярную генетику, кибернетику, долго с большой «подозрительностью» относились к математической логике и т. д. Для укрепления союза философии и конкретных наук необходима высокая компетентность самих философов, их умение осознать существо новых научных теорий, отделить его от порой туманных, двусмысленных и вообще неудачных формулировок, «идеалистических украшений», понять подлинное место этих теорий в научном прогрессе.
Философская рефлексия проявляется и в анализе орудий мыслительной деятельности, диалектики процес29


са познания, в выяснении места философских категорий и принципов в теоретических исследованиях. Это выяснение специфических форм выражения проблемы отношения бытия к мышлению в научных проблемных ситуациях, осознание научного исследования как момента в предметно-практическом овладении миром. И это помогает понять социально-историческую и культурологическую обусловленность научных концепций, способствует преодолению ограниченности достигнутого уровня знаний, поискам более адекватных способов отражения объектов через практическое взаимодействие человека с внешним миром. В этом также проявляются определенные черты единства мировоззренческих и методологических функций марксистско-ленинской философии.
Многообразны и культурно-воспитательные функции марксистско-ленинской философии. Она составляет важнейшую основу революционного мировоззрения марксизма-ленинизма, который «обосновал самую гуманную цель, какую когда-либо ставило перед собой человечество,— создание на Земле справедливого социального строя. Он указывает путь к научному изучению общественного развития как единого, закономерного во всей громадной разносторонности и противоречивости процесса, учит правильно разбираться в характере и взаимодействии экономических и политических сил, избирать верные направления, формы и методы борьбы, уверенно чувствовать себя на крутых исторических поворотах» 9.
Осознание перспектив исторического развития, его направлений, понимание взаимодействия основных социальных сил, определяющих это развитие, делают жизнь людей более осмысленной, способствуют мобилизации их творческого потенциала, осознанию неповторимости и значимости каждой личности, величия человеческого достоинства. В то же время марксистско- ленинская философия способствует процессу социализации личности, овладению ею достижениями культуры и воспитанию высокого чувства ответственности за результаты и последствия своих действий.
Но для того, чтобы успешно выполнять свои функции, чтобы быть прочной основой прогрессивного мировоззрения и стимулом развития творческих способ-
9 Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза. М., 1986. С. 84. 30


ностей человека, сама марксистско-ленинская философия нуждается в постоянном развитии. Какие же основные направления этого ее совершенствования обнаруживаются сегодня? В какой мере они определяются особенностями современной социально-политической обстановки? Можно сказать, что никогда еще кардинальные проблемы человеческого бытия и даже самого существования человеческой цивилизации не вставали с такой остротой и настоятельностью, как в наши дни. Развитие научно-технического прогресса в значительной мере усилило возможности человека в преобразовании природы, в достижении высокого уровня благосостояния. Но «современный мир сложен, многообразен, динамичен, пронизан противоборствующими тенденциями, полон противоречий. Это мир сложнейших альтернатив, тревог и надежд. Никогда прежде наш земной дом не подвергался таким политическим и физическим перегрузкам. Никогда человек не взимал с природы столько дани и никогда не оказывался столь уязвимым перед мощью, которую сам же создал» 10.
Советское общество проходит сегодня особую полосу исторического процесса, когда требуется мобилизация всего интеллектуального потенциала страны на решение важнейших задач, с необходимостью вытекающих из анализа существующего положения вещей в мире, закономерностей развития социализма. Необходимо решительно преодолеть негативные тенденции развития, не позволявшие в полной мере раскрыть возможности социализма как наиболее прогрессивной формы общественных отношений в современном мире. Поэтому одним из основных требований к обществоведам является требование разработки «всего комплекса мировоззренческих, социально-экономических, нравственно-психологических аспектов ускоренного прогресса страны, обогащение на этой основе концепции ускорения как наиболее полного теоретического выражения объективных требований современного этапа развития советского общества» и.
Одна из важнейших задач марксистско-ленинской философии — методологическое обеспечение исследования закономерностей развития социалистического общества, его движущих сил, объективных противоречий, тенденций. Для этого необходимо глубокое изу-
10 Там же. С. 6.
11 О журнале «Коммунист»: Постановление ЦК КПСС// Справочник партийного работника. Вып. 2J. М., 1987. С. 574.
31


чение диалектики развивающегося социализма в целом, и прежде всего взаимодействия производительных сил и производственных отношений, особенностей социалистической собственности и взаимосвязи государственной, колхозно-кооперативной и всех других ее форм, с учетом тенденций их дальнейшего взаимодействия и развития.
Философы-марксисты анализируют объективные противоречия социализма, стремятся выработать целостное представление об обществе, о взаимодействии всех его сфер и структурных компонентов.
Объективный анализ современного социалистического общества невозможен без последовательного проведения принципа историзма, методологические основы которого разрабатываются философами. Историзм необходим для научного предвидения, разработки стратегии и тактики целенаправленных социальных преобразований, осознания значимости уроков прошлого в целях более глубокого понимания сущности революционного обновления социализма, для выяснения механизмов торможения и причин существования негативных явлений и тенденций в социалистическом обществе. И наконец, историзм совершенно необходим для успешного решения важнейшей социальной задачи современного социализма — воспитания в каждогл человеке нашего общества чувства хозяина своей страны. Осознание преемственности духовной жизни народа, бережное отношение к его истории являются одним из условий подъема социальной активности трудящихся масс, их участия в историческом творчестве.
Важная задача, которую решают философы вместе с представителями других общественных наук,— выявление места человека в системе общественных отношений, в поступательном развитии общества. Необходимо учитывать, что в процессе многообразной жизнедеятельности (производственной, научной, политической, нравственной и т. д.) человек — не только средство достижения целей общества, пусть самых благородных, но и высшая цель развития общества. Здесь раскрываются и его способности как субъекта деятельности, осуществляется самоактуализация личности. Этот процесс органически связан и с общей целью социалистического общества — созданием условий для формирования всесторонне развитой, гармонической личности. Осмысление этой связи на философском уровне помогает преодолеть технократический подход к человеку, требует 32


глубже исследовать взаимодействие между социальными и биологическими факторами в развитии человека, более основательно изучать его потребности, ценности, идеалы и цели. Пристальное внимание к этим аспектам жизнедеятельности людей лежит и в основе социальной политики, проводимой партией в современных условиях. Задача философии — выявление социальных и теоретических предпосылок активизации деятельности человека, поиск наиболее эффективных методов раскрытия его творческих способностей.
Философия помогает другим наукам решать сложные, ответственные задачи и вообще удовлетворять широкие общественные интеллектуальные потребности. Но это возможно только в том случае, если она не пытается подменять другие науки, а совершенствует и развивает возможности специфических философских способов познания мира посредством диалектического мышления. Важно понимать, что марксистско-ленинская философия ни в коем случае не ставит своей целью создание умозрительных теоретических конструкций, под которые должен подгоняться реальный процесс общественного развития. К сожалению, такие попытки предпринимались в недалеком прошлом, когда, например, создавалась идеальная схема социализма, а все явления, не укладывающиеся в ее прокрустово ложе, либо оценивались как досадные помехи, пережитки капитализма, либо просто замалчивались. Философское осмысление развивающейся действительности предполагает и дальнейшее развитие философских категорий, которые должны обладать достаточной гибкостью, чтобы в концентрированной форме выражать богатство исторического опыта, принципиальные завоевания теоретической мысли. При таком подходе философские исследования смогут быть ядром интеллектуальной революции, столь необходимой для успешного осуществления перестройки мышления и ускорения социально-экономического развития нашей страны.
Марксистско-ленинской философии, как мы уже отмечали, принадлежит важное место в решении поставленной Коммунистической партией задачи — перестройки всех сфер жизнедеятельности советского общества. Необходимый компонент ее реализации — перестройка самого мышления. Но как можно перестраивать диалектико-материалистическое философское мышление? В данном случае речь идет прежде всего о том, чтобы существующее у многих людей обыденное мышле2 Диалектический материализм
33


ние, или мышление на уровне повседневного «здравого смысла» с изрядной примесью метафизических и утопических воззрений, заменить развитым диалектикоматериалистическим мышлением.
Мы говорим, что нужно «больше диалектики», понимая под этим, что наше мышление должно быть более гибким, способным исследовать взаимосвязи явлений, раскрывать противоречия как источник развития. В последнее время особое внимание уделяется выяснению альтернатив в объективных процессах развития, осознание которых служит теоретической основой эффективного выбора средств, направления деятельности, необходимой предпосылкой творческого отношения к миру. Более того, ставится вопрос о необходимости философского осмысления риска как существенного компонента социального творчества. Один из аспектов большей диалектичности мышления — это реабилитация права философов на сомнение, «разумный скептицизм», который помогает заменять веру в истинность тех или иных положений всесторонним критическим анализом. Выдержавшие этот анализ утверждения остаются прочным фундаментом мировоззрения, переходят из сферы абстрактных предположений в обоснованные убеждения.
Другой аспект перестройки мышления — требование «больше материализма». Это направленность на преодоление элементов утопического и даже мифологического сознания, которыми, как показывают современные исследования, пока еще так богата наша действительность*. Мы слишком часто выдавали желаемое за действительное. Так, согласно имевшим широкое хождение умозрительным конструкциям, установленная в 30-х годах социалистическая собственность на средства производства должна была обеспечить безграничный простор для развития производительных сил. И с этой успокаивающей версией мы «благополучно» вошли в период застоя и предкризисного состояния экономики... В соответствии с нашими предположениями должно было осуществляться неуклонное возвышение нравственности людей, тем более что в качестве идеала был уже разработан и «моральный кодекс строителя коммунизма». Но в последние годы пришлось признать «коррозию нравственных ценностей», причем не только социалистических, но и общечеловеческих, определяющих отношение человека к труду, к своим близким, друзьям, к своему отечеству и т. д.
34


Когда речь идет о недостатках в развитии марксистской философии и о проблемах, которые предстоит ей решать, было бы неверно полагать, что как просчеты философов, так и их достижения определяются лишь субъективными причинами (талантом, способностями конкретных людей, их заинтересованностью в решении насущных философских проблем). Мы должны оставаться трезвомыслящими материалистами в понимании социальных явлений, помнить, что философия подобно другим общественным наукам (политэкономии, истории, социологии) — детище своего времени, своей эпохи. Она в сущности выражала некоторые потребности этой эпохи. Но это выражение нельзя понимать упрощенно, как непосредственный ответ на запросы экономики. В этом случае мы не ушли бы далеко от вульгарного социологизма, игнорирующего относительную самостоятельность в развитии общественного сознания. Один из аспектов этого развития заключается в том, что происходит взаимодействие различных форм социальных отношений и выражающих их форм общественного сознания. Так, значительное влияние на развитие философии оказывала политика, и требования политических деятелей далеко не всегда совпадали с потребностями свободного обсуждения философских проблем и поисками наиболее эффективных путей достижения истины.
Философии, как и другим формам обществознания, нужно создавать необходимые объективные условия для развития, творческого поиска. В этом должны быть заинтересованы и партийные руководители, ищущие наиболее плодотворные пути революционного обновления нашей страны, достижения качественно нового состояния советского общества.
Сегодня нам необходим философский анализ причин долгого сохранения антидиалектического мышления, выяснение его социально-политических корней. Заслуживает специального исследования выяснение взаимосвязи догматизма и бюрократизма. Разумеется, догматизм в мышлении, бюрократизм в практической деятельности — это многогранное социальное явление. В основе психологической мотивации подобных форм мышления и деятельности может быть и стремление к спокойной жизни, попытка с помощью принятых резолюций, ссылок на указания авторитетных лиц снять с себя ответственность за результаты своих действий.
Одна из важных задач, стоящих перед советскими 2
35


философами в современных условиях,— это преодоление авторитарного стиля мышления. Основоположники марксистско-ленинской теории оставили нам бесценное наследие. Их произведения, основанные на понимании характера деятельности общества в их историческую эпоху, обобщении научных достижений и социальной практики, и в современных условиях продолжают оставаться авторитетным и прочным теоретическим фундаментом философских исследований. Но еще далеко не изжит догматический подход к этим произведениям. Стремление получить исчерпывающий ответ на современные проблемы, хотя бы в самых гениальных работах мыслителей, творивших в иную историческую эпоху, подобно вере в чудеса. Оно в сущности выходит за рамки диалектико-материалистического понимания мира и процесса его познания и служит оправданием лености мысли, попыток снять с себя ответственность за возможные ошибки самостоятельных суждений.
Если говорить о наиболее важных направлениях исследований в области марксистско-ленинской философии, то на одно из первых мест выдвигается проблема человека, своего рода задача гуманизации философии. Это не значит, что философия прежде не рассматривала специально вопросы о личности, о роли народных масс в истории и т. д. Но мы еще не нашли путей органического объединения всех разделов философии вокруг проблемы человека и его деятельности как главного направления исследований. Важно осознать основные законы и категории философии как ступеньки познания мира человеком, понять изменение их содержания и формы по мере изменения характера взаимодействия человека с объективным миром в процессе своей теоретической и практической деятельности.
Но это лишь одна часть задачи, и, возможно, не самая трудная. Гораздо труднее решить другую задачу — разработать такую систему философских категорий, в которой бы человек, его потребности, его деятельность заняли центральное место. Это необходимо для того, чтобы философия активнее включалась в процесс движения к коммунистическому обществу, борясь за создание наиболее благоприятных условий для всестороннего и гармоничного развития личности, развертывания многообразных творческих способностей человека. Как подчеркивал К. Маркс, при коммунизме человек, развитие богатства человеческой природы становятся самоцелью общественного развития.
36


Важно преодолеть определенный сциентистский уклон многих современных работ по марксистско-ленинской философии. Мы совершенно правильно говорим о том, что в философских категориях концентрируется опыт не только научных исследований, но и всей общественно-исторической практики человечества. Но в сущности это скорее относится к должному, нежели к реально существующему, положению дел в философии. Одним из примеров может быть наше понимание проблем теории познания. Обычно получается так, что философские исследования истины и путей ее достижения, критериев обоснования ее достоверности у нас ограничивают рамками преимущественно сферы естественнонаучного познания, которое в силу этого абсолютизируется, рассматривается как универсальное. За пределами исследования остается нравственное и художественное отражение действительности, что, несомненно, обедняет философию. С одной стороны, это способствует гипертрофии технократического сознания, умалению роли философии. С другой — философские рассуждения о природе и закономерностях процесса познания остаются абстрактными и чуждыми для значительной части людей. Преодоление определенного отчуждения философов и представителей художественной интеллигенции, нахождение общего языка для осмысления философских проблем реализма в искусстве — одна из существенных задач марксистско-ленинской философии.
Для того чтобы марксистско-ленинская философия стала прочным теоретическим ядром мировоззрения советских людей и всех прогрессивных сил современного общества, необходимо совершенствование методов ее преподавания. Очевидно, стиль дискуссий в среде специалистов-философов (особенно когда они затрагивают тонкости во взглядах современных немарксистских теоретиков, специфические проблемы логики и т. д.) должен отличаться от стиля научно-популярных работ по философии, где в первую очередь важны понятность, доходчивость в изложении философских проблем. Но подобная популярность не должна сводиться к упрощенчеству, примитивизации. Иногда упрощенное понимание популярности выражается в том, что резко сужают объем требований к овладению философскими знаниями. А вопросы взаимосвязи законов и категорий философии, а тем более их применения в дальнейшем познании мира и практической деятельности оставляют вне сферы внимания. Получается так, что изучающие 37


философию достаточно «бойко» формулируют соответствующие определения, но даже не догадываются о своем незнании более глубокого слоя философской теории. Очевидно, подвести к подлинному изучению этого слоя поможет не абстрактно-созерцательное и поверхностное изложение основных философских тезисов, а применение проблемного метода обучения, привлечение внимания к конкретным дискуссионным вопросам, к трудностям философского исследования действительности, процессов ее познания и практического овладения ею.
§ 3. Основной вопрос философии
Предмет философии, его отличие от предмета других наук осмысливается точнее, полнее и глубже, когда раскрывается основной вопрос философии, от решения которого зависит исследование всех других философских проблем. Причинность, сущность, необходимость, форма, материя, природа и суть общественных явлений, человек и его место в мире и т. д.— к какой бы из этих проблем мы ни обратились, все они теснейшим образом связаны с решением основного вопроса философии, идеалистической или материалистической позицией автора. В работе «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии» Ф. Энгельс впервые сформулировал «великий основной вопрос» всей и в особенности новейшей философии. В зависимости от того, как философы решают этот вопрос: принимают за первичное природу, материю или же мышление, сознание, они делятся на два больших лагеря. Те, которые утверждают, что дух, сознание, мышление существуют прежде природы, т. е. являются первичным, составляют лагерь идеализма. Те же, кто исходным началом считает природу, примыкают к различным школам материализма 12. Материализм и идеализм — два основных направления в развитии философии. Отсюда признание в качестве альтернативных типов исходной реальности — материальной или идеальной (духовной).
Но решение основного вопроса философии не сводится к ответу на вопрос, что первично и что вторично — материя или сознание. Оно требует выяснить природу и свойства материального и духовного, раскрыть гносеологические, теоретико-познавательные корни мате-
12 См.: Маркс /С, Энгельс Ф. Соч. Т. 21. С. 283. 38


риализма и идеализма. Материализм исходит из того, что мир существует независимо от сознания, объективно, никем не сотворен, существует вечно, а сознание — свойство материи, и это доказывается всей историей познания.
Ф. Энгельс рассмотрел основной вопрос философии на основе осмысления истории человеческого труда и общественного развития, природы и сущности человеческого сознания, теоретического обобщения развития наук, духовной культуры, всей общественно-исторической практики человечества. Он показал, что «уже с того весьма отдаленного времени, когда люди, еще не имея никакого понятия о строении своего тела и не умея объяснить сновидений, пришли к тому представлению, что их мышление и ощущения есть деятельность не их тела, а какой-то особой души, обитающей в этом теле и покидающей его при смерти,— уже с этого времени они должны были задумываться об отношении этой души к внешнему миру» . Но исследование отношения природы и духа стало возможным лишь с возникновением теоретического мышления, философии и с накоплением научных знаний. Объяснение мира из него самого, из его материальной природы и ее законов — таково требование философского материализма.
Идеализм утверждает, что дух, сознание, мышление, психическое первично по отношению к материи, природе, миру физическому и социальному. Идеализм существует в двух основных формах — как объективный идеализм и как субъективный.
Объективный идеализм — такая система взглядов, в которой в качестве первоосновы мира утверждается некое всеобщее духовное начало (идея, мировой разум, мировая воля и т. п.).
Философские учения Платона, Гегеля, современного неотомизма — яркие образцы объективного идеализма. Для всех этих учений характерно признание существования реального мира вне человека, порождаемого миром идей, абсолютным мировым духом (Платон, Гегель), божеством (неотомизм). Так, в философии Гегеля исходным началом, первопричиной и сущностью мира является абсолютная идея, мировой разум. В наше время объективный идеализм все еще не сошел с философской арены.
Субъективный идеализм — это такая система взгля-
13 Там же. С. 282.
39


дов на мир, человека, общество, которая в качестве исходного начала берет одно из состояний человеческого сознания (ощущения, восприятия, понятия, человеческую волю и т. д.). Субъективный идеализм рассматривает мир как порождение познавательных способностей человека, его ощущений, восприятий, воли, эмоций. Время, пространство, материя — все это якобы свойства человеческого сознания. Представителями субъективного идеализма были Д. Беркли, И. Г. Фихте, Э. Мах, Р. Авенариус и некоторые другие философы. В настоящее время субъективный идеализм выступает в' завуалированном виде и представлен такими направлениями буржуазной философии, как неопозитивизм, экзистенциализм, философская герменевтика, прагматизм и др.
Но в истории философии существовали и такие философские учения, в которых делались попытки примирить материализм и идеализм, признать бытие и сознание двумя равноценными началами. Такое учение получило название «дуализм» (от лат. dualis — двойственный), в противоположность монизму, который признает только одно первоначало: либо идеальное, либо материальное.
Крупным представителем дуализма был Р. Декарт, разделивший бытие на мыслящую субстанцию 14 (духовную) и протяженную субстанцию' (материальную). Проблему взаимосвязи этих двух субстанций в человеке он решил с позиций дуализма: психические и физические процессы в общем не зависят друг от друга. Дуализм был присущ и философии И. Канта, который считал, что доступный нам мир — это мир явлений, данный в восприятии, а мир сущностей, или «вещей в себе»,— это мир трансцендентный (потусторонний). Современная буржуазная философия нередко воспроизводит разные формы дуализма, для которых характерно противопоставление познающего субъекта познаваемому объекту.
Заметим, что, как бы философы на словах ни отказывались от рассмотрения вопроса о соотношении бытия и сознания, они не в состоянии решить ни одной проблемы, не обращаясь к этому вопросу. Например, представители так называемой Франкфуртской школы
14 Субстанция (лат. substantia — сущность, нечто лежащее в основе) — объективная реальность, рассматриваемая со стороны ее внутреннего единства.
40


(Т. Адорно, Г. Маркузе, М. Хоркхаймер и др.) объявили, что, строго говоря, необходимости в философском знании больше нет. В статье «К чему еще философия?» Т. Адорно заявлял, с одной стороны, что философии «уже нечего делать», а с другой — что философия «не реализовала себя». Но он предложил и «новый» основной вопрос философии, предлагая понять его как выяснение того, почему философия «не сумела» себя реализовать. Здесь под философией, «не сумевшей» себя реализовать, подразумевается прежде всего марксистская философия, в связи с чем у франкфуртцев появилась «возможность» объявить именно свою философию единственно революционной философией, «неомарксизмом».
Однако позиция философов этой школы представляет собой в конечном счете очередной вариант субъективного идеализма: в их концепции определяющее значение придается «критически мыслящему» субъекту, воля которого детерминирует якобы социальные условия и создает предельно «негативное», всеотрицающее общественное сознание. Ныне на Западе встречаются и иного рода попытки установления «нового» основного вопроса философии. В качестве такового выдвигают вопросы: «Какое значение присуще слову «значение»?», «Почему философия до сих пор не исчезла?», «Что первично — смысл текста или сам текст?» и т. д. Очевидно, что и эти «замены» основного вопроса философии несостоятельны.
Вторая сторона основного вопроса философии сформулирована Ф. Энгельсом следующим образом: «...как относятся наши мысли об окружающем нас мире к самому этому миру? В состоянии ли наше мышление познавать действительный мир, можем ли мы в наших представлениях и понятиях о действительном мире составлять верное отражение действительности?» 15 Таким образом, Ф. Энгельс, формулируя основной вопрос философии, указывает на два основных аспекта отношений между материей и сознанием: первый выливается в вопрос, является ли мышление свойством материи, появившимся в результате естественноисторического развития; второй — является ли содержание наших мыслей отображением действительного мира, или же в нашем сознании есть такое содержание, которое не определяется внешним миром. Как видим, вторая сторона основного вопроса философии — это проблема
15 Маркс /С, Энгельс Ф. Соч. Т. 21. С. 283. 41


происхождения содержания наших знаний. Ф. Энгельс отмечал, что громадное большинство философов утвердительно решают вопрос о познаваемости мира, считают, что его сущность и законы познаваемы. Другие, наоборот, отрицают познаваемость мира или ограничивают ее возможности. Это течение в теории познания называется агностицизм (от греч. agnöstos — непознаваемый) .
В истории философии известно несколько форм агностицизма, одна из них — агностицизм Юма. Его рассуждения носят скептический характер: возможно, бог есть, а может быть, его нет. Возможно, материя есть, а может быть, ее нет. Нам этого не дано знать, ибо человек знает лишь то, что дано в его ощущениях. Другая историческая форма агностицизма — дуалистический агностицизм И. Канта. По Канту, явления, данные в формах «живого созерцания», познаваемы, а сущность их, или «вещь в себе», непознаваема, но она есть.
Агностицизм современной буржуазной философии приобрел еще более утонченные и многообразные формы. Например, в философской системе К. Ясперса много внимания уделяется так называемой трансцендентной реальности, познание которой якобы невозможно. С его точки зрения, невозможно вообще познание человеком мира, поскольку этот мир загадочен, «окружен со всех сторон таинственными символами и знаками». Мир — это шифрограмма, прочитать которую тщетно стремится человек. Ввиду будто бы полной безнадежности всех попыток рационального познания Ясперс рекомендует обратиться к вере — либо религиозной (более популярной и доступной), либо философской (более сложной), отличающейся от первой лишь по форме.
Агностицизм весьма опасен своей ориентацией на пессимизм и бездействие, он порождает мистику и социальную пассивность. Самое решительное опровержение агностицизма дает практика. Ф. Энгельс писал: «Если мы можем доказать правильность нашего понимания данного явления природы тем, что сами его производим, вызываем его из его условий, заставляем его к тому же служить нашим целям, то кантовской неуловимой «вещи в себе» приходит конец» 16.
Идеализм — сложное теоретическое явление, а не выдумка, фантазия того или иного философа. Он имеет свои корни в самом процессе познания (т. е. гносеологи-
16 Там же. С. 284.
42


ческие), которые рассмотрены В. И. Лениным в «Философских тетрадях». «Философский идеализм,— писал В. И. Ленин,— есть только чепуха с точки зрения материализма грубого, простого, метафизичного. Наоборот, с точки зрения диалектического материализма философский идеализм есть одностороннее, преувеличенное... развитие (раздувание, распухание) одной из черточек, сторон, граней познания в абсолют, оторванный от материи, от природы, обожествленный» 17. В сложности и противоречивости самого процесса познания явлений заложена возможность отрыва мысли от действительности, абсолютизации отдельных сторон, моментов познания, раздувания их. Субъективный идеализм трактует ощущения, восприятия предмета, явления как сам предмет, само явление. Объективный идеализм абсолютизирует, фетишизирует (наделяет сверхъестественными свойствами) разум, дух, сознание, делая их надличностными, самостоятельными сущностями. Короче говоря, объективный идеализм противопоставляет единичному общее, наделяя его самостоятельным существованием. Своим гносеологическим основанием он имеет искажение природы общих понятий, их формирования и их большой роли в познании.
Идеализм имеет и социально-классовые корни. Он возник (как и вся философия) из потребности рациональным образом постигнуть устройство мира, понять природу, человека, общество, добро и зло, красоту и справедливость. Идеализм сформировался благодаря отделению умственного труда от физического и противопоставлению первого второму в условиях образования в обществе антагонистических классов, сделавших умственный труд своей привилегией. Говоря о классовых корнях буржуазной философии, не следует их отождествлять с классовым происхождением данного философа, ибо иногда мыслитель переходит на иные классовые позиции, чем те, которые были связаны с его семьей, годами детства и первоначального воспитания.
Объективный и субъективный идеализм на протяжении их развития в истории философии находятся в состоянии активного противоборства. Но, как образно заметил В. И. Ленин, когда один идеалист критикует другого идеалиста, от этого выигрывает материализм. Ведь обе формы философского идеализма вырабатывают идеалистическое, ненаучное мировоззрение.
17 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 322.
43


Материалистическое решение основного вопроса философии опирается на науку и практику и обосновывает материалистическое научное мировоззрение. В этом и состоит прежде всего значение основного вопроса философии. Все вопросы, которые рассматриваются в том или другом философском учении, зависят от того, как решается основной вопрос философии. Нельзя рассмотреть проблемы причинности, сущности явлений, пространства и времени, законов природы и общества и другие фундаментальные проблемы, игнорируя основной вопрос философии.
Научное рассмотрение основного вопроса философии связано не только с пониманием природы, но и с анализом общественной жизни. В. И. Ленин в работе «Материализм и эмпириокритицизм» отмечал: «Материализм вообще признает объективно реальное бытие (материю), независимое от сознания, от ощущения, от опыта и т. д. человечества. Материализм исторический признает общественное бытие независимым от общественного сознания человечества» 18.
Диалектико-материалистическое решение основного вопроса философии применительно к общественной жизни позволяет дать глубокий научный анализ разного рода субъективистских и фаталистических взглядов, понять механизм действия общественных законов, доказать необходимость революционного преобразования общества. Основной вопрос философии, помогая понять теоретическую суть той или иной философской концепции, ориентирует на объективную ее оценку, показывает невозможность «синтеза» материализма и идеализма, их примирения, совместного их «преодоления» и т. п.
Принцип партийности в философии. Борьба материализма и идеализма отражает борьбу интересов классов, тех или иных социальных групп, различных политических сил. Принцип партийности в философии и заключается прежде всего в непримиримости материализма и идеализма.
В. И. Ленин писал, что «за кучей новых терминологических ухищрений, за сором гелертерской схоластики всегда, без исключения, мы находили две основные линии, два основных направления в решении философских вопросов. Взять ли за первичное природу, материю, физическое, внешний мир — и считать вторич-
18 Там же. Т. 18. С. 346. 44


ным сознание, дух, ощущение... психическое и т. п., вот тот коренной вопрос, который на деле продолжает разделять философов на два большие лагеря. Источник тысяч и тысяч ошибок и путаницы в этой области состоит именно в том, что за внешностью терминов, дефиниций, схоластических вывертов, словесных ухищрений просматривают эти две основные тенденции...» 19.
Гениальность К. Маркса и Ф. Энгельса состоит как раз в том, что в течение долгого периода они развивали материализм, двигали вперед одно основное направление в философии, не останавливались на повторении уже решенных гносеологических вопросов, а показывали, как надо проводить материализм в области общественных наук, беспощадно отметая, как сор, вздор, напыщенную, претенциозную демагогию, бесчисленные попытки «открыть» «новую» линию в философии, изобрести «новое» направление и т. д. Они выступали против схоластической игры в новые философские «измы», засорения сути вопроса вычурными ухищрениями, неумения понять и ясно представить себе факт борьбы двух коренных гносеологических направлений.
Марксистско-ленинский принцип партийности в философии, указывая на принципиальную борьбу двух основных течений в философии — материализма и идеализма, не ограничивается этой, бесспорно важной, констатацией, но выявляет социально-экономический и политический механизм формирования и развития основной историко-философской противоположности.
Философские учения, теории, концепции в классово антагонистическом обществе носят классовый характер. Это касается не только собственно социально-философских учений, но и в той или иной степени философских теорий, относящихся к рассмотрению природы и к вопросам теории познания, этики, эстетики и логики. Далее, философия в конечном счете более или менее опосредованно отражает интересы и идеалы, цели и задачи определенных классов. В ходе исторического развития эти стремления и цели меняются, соответственно меняется и отношение классов, социальных групп к философским идеям и направлениям. Например, революционная буржуазия во Франции в XVIII в., ставившая своей целью захват политической власти, опиралась на материалистические теории объяснения природы и познания французских материалистов. Но 19 Там же. С. 356.
45


после того как она добилась своих целей и стала господствующим классом, ее позиции и взгляды стали диаметрально противоположными — идеалистическими. В современную эпоху на Западе отмечается значительное распространение идеализма в виде разных направлений, течений, теорий.
Революционная роль марксистско-ленинской философии в современном мире проявляется в объединении всех гуманистических и миролюбивых сил для укрепления доверия между народами, для развития духовных связей между людьми доброй воли всей планеты, для сохранения и развития цивилизации. Партийность марксистско-ленинской философии означает верность объективной истине, интересам рабочего класса и всех трудящихся, научность и последовательность в осуществлении общественного прогресса. Наша революционная партийность является выражением интересов всего прогрессивного человечества, всех людей доброй воли на Земле.


Глава II
Борьба материализма и идеализма в домарксистской философии
§ 1. Зарождение и развитие философии в Древней Греции
Философская мысль возникла в далеком прошлом в Индии, Китае и Греции. Наиболее хорошо известны ее первые шаги в Древней Греции, где она появилась в конце VII — начале VI в. до н. э. Это был период разложения первобытнообщинного строя, обострения социальных противоречий, борьбы разоряемого плебса с родовою знатью, становления и развития рабовладения, ремесел, торговли, активной колонизации заморских территорий.
Утверждение рабовладельческого способа производства, рабский труд были условием развития древнегреческой и римской культуры. Эпическая поэзия Гесиода и Гомера, лирика Сафо, Алкея, Анакреонта, драматургия Эсхила, Софокла, Еврипида, Аристофана, скульптура Фидия, Поликлета, Праксителя, Мирона, исторические труды Геродота и Фукидида наглядно свидетельствуют о высоком уровне древнегреческой культуры, давшей, по словам Маркса, непревзойденные образцы для последующих поколений.
Ф. Энгельс писал, что в мировоззрении греков в зародыше имеются почти все оттенки и направления позднейших философских систем. Активный обмен идеями между многочисленными полисами, богатая и разнообразная мифология, зачатки научных знаний, большая практическая сметка — все это переплавилось в различные философские учения.
В Милете зародилось философское материалистическое направление, представленное вначале Фалесом, которое положило начало греческой философии. Оценивая материализм милетской школы, Ф. Энгельс отмечал: «...здесь перед нами уже полностью вырисовывается первоначальный стихийный материализм, который на первой стадии своего развития весьма естественно считает само собой разумеющимся единство в бесконечном многообразии явлений природы и ищет его в 47


чем-то определенно-телесном, в чем-то особенном, как Фалес в воде» 1. Фалес (ок. 625 — ок. 547 гг. до н. э.) сочетал разностороннюю практическую деятельность с глубоким интересом к изучению природы и мироздания. Ученик вавилонских жрецов, занимавшихся астрономией, он сам сделал ряд открытий такого рода. Ему принадлежит предсказание солнечного затмения, он разделил год' на 365 дней и, определив продолжительность месяца в 30 дней, составил календарь. Имеются свидетельства практических достижений Фалеса: он был строителем мостов, изобретателем военных технических усовершенствований, гидротехником, создателем гидравлических часов.
Учение Фалеса о воде как о вечной, бесконечной, движущейся вещественной первооснове, из которой происходят все вещи и в которую они превращаются вновь, уже содержало в себе зародыш диалектического миропонимания. Но материализм Фалеса был еще наивен, в нем оставалось немало мифологических представлений.
Преемники Фалеса — Анаксимандр и Анаксимен продолжали поиски первоначала. Особенный интерес представляет философия Анаксимандра (ок. 610 — после 547 г. до н. э.). Первоначалом он полагал перво- вещество, которое назвал «апейрон», т. е. неопределенное (беспредельное, бесконечное). Анаксимандр определял это первоначало так: «...у него (беспредельного) нет начала, но оно само кажется началом остальных вещей. Оно объемлет все и всем правит...» 2, из него возникают все «небеса и все миры в них». Таким образом, впервые в качестве первоначала выступило вещество не в его чувственно воспринимаемой форме, а как недифференцируемое в своих качествах, как вещество вообще.
Представлениям Анаксимандра о природе свойственна стихийная диалектика бесконечного (апейрон) и конечного (вещи, из него происходящие), единства апейрона и им порожденных противоположностей (вода и огонь, земля и воздух — четыре основные стихии древних). Философ понимал апейрон как мировое вещество, которое производит из себя различные миры в вечном превращении и поглощает их снова в себя.
Дальнейшее развитие идеи материализма получили
1 Маркс КЭнгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 502.
2 Досократики. Ч. 1. Казань, 1914. С. 40 48


у Анаксимена (ок. 588 — ок. 525 гг. до н. э.), который материальным первоначалом всего сущего считал воздух. Большое значение у Анаксимена приобрела идея о влиянии количественной степени плотности на качества вещей: различные степени разрежения и уплотнения воздуха приводят к возникновению всех разнообразных веществ. Так, разрежаясь, воздух становится огнем, сгущаясь — ветром, затем — облаками, водой, землей, камнями. Души людей также родственны воздуху. «Так же как наша душа, будучи воздухом,— говорит он,— скрепляет каждого из нас, так и дыхание и воздух объемлют все мироздание» 3. Управление миром со стороны какой-либо сверхъестественной силы Анаксименом отвергалось, хотя он, как сообщают, «не отрицал богов», однако эту его позицию можно рассматривать как определенную уступку общепринятым верованиям, которая по существу не нарушает общего материалистического смысла его философии. Идеи трех выдающихся мыслителей из Милета — образец древнегреческого наивного материализма, их космологической диалектики.
Наиболее глубокое и полное выражение раннее древнегреческое материалистическое мировоззрение и стихийная диалектика получили у Гераклита Эфесского (ок. 520—460 гг. до н. э.). В основу всего существующего Гераклит кладет вещественное первоначало — огонь, оно же представляет собой первокачество и обобщенный образ всеобщего процесса. Выбор огня в качестве первоначала у Гераклита был не случаен: мир или природа, согласно Гераклиту, находится в процессе непрерывных изменений, а из всего, что есть в природе, наиболее способен к изменениям, наиболее подвижен именно огонь. «Этот космос, тот же самый для всех, не создал никто ни из богов, ни из людей, но он всегда был, есть и будет вечно живым огнем, мерами загорающимся и мерами погасающим» 4.
В. И. Ленин, указывая на это высказывание Гераклита, характеризует его как «очень хорошее изложение начал диалектического материализма», а самого Гераклита называет одним из основоположников диалектики. Важнейшее содержание наивной диалектики Гераклита—это не только представление о вечном изменении всего существующего, но и положение о борь-
3 Антология мировой философии: В 4 т. Т. 1. Ч. 1. М., 1969. С. 274.
4 Там же. С. 275.
49


бе противоположных сил и вещей как о причине всех изменений и развития.
Рассматривая все существующее как развитие вещественного огня и отрицая божественное вмешательство в судьбы мира, Гераклит был убежден во всеобщности причинных связей и все развитие космоса подчинял необходимости. Необходимость, по Гераклиту,— это всеобщий закон, «логос», созидающий сущее из противоположных стихий. В одном из фрагментов Гераклит говорит, что «...все происходит через борьбу и по необходимости». Наивная диалектика была свойственна еще мифологическому мировоззрению, в котором мы находим представления о всеобщей изменчивости, о раздвоении единого и о борьбе противоположных начал. Опираясь на эту традицию, Гераклит существенно преобразовал мифологическую диалектику, сохранив образность, но вместе с тем придав ей рациональное содержание и сделав акцент на единстве борьбы и гармонии в мире.
В ряде фрагментов Гераклит, говоря словами К. Маркса, пытается «пояснить превращение всех вещей в свою противоположность» 5: «В нас (всегда) одно и то же: жизнь и смерть, бдение и сон, юность и старость. Ибо это, изменившись, есть то, и обратно, то, изменившись, есть это» 6. Есть у него и мысль о гармонии противоположностей — постоянно восстанавливающемся их единстве, нарушаемом борьбой: «Расходящееся сходится и из различных (тонов) образуется прекраснейшая гармония, и все возникает через борьбу» .
Гераклит, видимо, был одним из первых античных философов, который выделил в самостоятельный раздел философии проблемы, относящиеся к осмыслению познания. По его мнению, «человек обладает двумя средствами познания истины: чувственным восприятием и логосом» 8. Судя по некоторым фрагментам, Гераклит предпочитает то, что можно увидеть, услышать и изучить. Однако он отмечает, что восприятие предметов чувствами, описание и перечисление предметов не дают человеку полного, настоящего знания. Это скорее не знание, а, как говорит Гераклит, многозна- ние. А «многознание уму не научает». На проникнове-
5 Маркс КЭнгельс Ф. Соч. Т. 29. С. 223.
6 Досократики. Ч. 1. С. 162.
7 Там же. С. 148.
8 Там же. С. 144. 50


ние в скрытую основу вещей способен только разум, который опирается на данные органов чувств. Гераклит указывает на сложность процесса познания, и именно в этом смысле нужно понимать его фрагмент о том, что «природа любит скрываться» и что «много земли перерывают золотоискатели, но находят немного золота» 9.
Идеи Гераклита оказали большое влияние на дальнейшее развитие античного материализма и античной диалектики.
§ 2. «Линия Демокрита» и «линия Платона». Аристотель
Материализм Древней Греции получил свое классическое выражение и развитие в философских идеях Демокрита из Абдеры (ок. 470—370 до н. э.). Его философия сформировалась в условиях упрочения и расцвета античной рабовладельческой демократии, экономического и политического усиления новых слоев рабовладельцев, связанных с развитием ремесел, торговли и боровшихся против власти старой, рабовладельческо-земледельческой знати. Это была эпоха расцвета духовной культуры греческих городов-государств. В этих условиях сформировался атомистический материализм Левкиппа и Демокрита. Уже само название этого учения — «атомистический материализм» — показывает, что основной принцип философии Демокрита состоит в гипотезе о существовании неделимых частиц вещества (греческое слово «атомос» означает «неделимый», «неразрезаемый на части»), которые и выступают в качестве первоначал всего существующего.
Атомистическая система Демокрита основана на принципе всеобщего детерминизма. Все в природе взаимосвязано, закон причинной связи пронизывает от начала до конца все устройство мира. Все подчинено необходимости, т. е. безусловной, абсолютной связи причин и следствий. В мире нет случайных предметов и явлений, случайность — выдумка или обозначение таких связей, которые неизвестны, загадочны. Отрицание Демокритом сдучайности вытекает из всего существа атомистической теории. Механическое движение — единственная известная ей форма движения. Поэтому и причинность здесь носит механический характер и очень наглядно совпадает с необходимостью: один
9 См. там же. С. 167, 152. 51


атом толкает другой, тот движется в определенном направлении, толкает третий атом и т. д. Случайность как особая форма проявления причинности еще не была известна Демокриту, но это, однако, не умаляет исторического значения его учения о причинности как величайшего научного завоевания.
Атомы, по Демокриту, извечно беспорядочно движутся в пустоте («мечутся во все стороны», «трясутся во всех направлениях»). Согласно Демокриту, подобное стремится к подобному. На этом положении основываются все его представления о мировом движении атомов, принимающем форму вихря, в котором образуются слои атомов, близких друг другу по форме и размерам. В процессе совершенно хаотического по видимости движения атомов происходит соединение однородных первоначал и, таким образом, возникает все многообразие природы, и ничто не происходит из ничего.
Атомистическое воззрение Демокрит распространил на понимание жизни. Подобно предшествующим ему материалистам он объясняет происхождение живых организмов как очень сложное сочетание атомов в особых физических условиях атомарных движений. Жизнь и смерть организмов сводятся к соединению и разложению атомов. Бессмертие души Демокрит отвергал, и это его убеждение подрывало устои тогдашних религиозных представлений.
Материалистическому учению Демокрита о бытии соответствует и его теория познания. Он разработал довольно последовательное и стройное для того времени учение о познании, в основе которого лежали принцип отражения и положение о стремлении подобного к подобному. Исходным началом и основанием познания, по Демокриту, являются ощущения. От тел отделяются их внешние атомарные оболочки и «летят» навстречу органам чувств человека, проникая затем в его тело. Так получаются своего рода образы материальных вещей в виде их копий, которые и познаются людьми. Однако познание не сводится к ощущениям, которые суть необходимый источник познания, но далеко не достаточный. Существуют предметы и их свойства, которые по причине их малой величины недоступны чувствам. Такие свойства и качества вещей постигаются только умом. Это касается прежде всего самих атомов и пустоты, и мы убеждаемся в их существовании посредством размышлений.
В этой связи Демокрит делил все познание на два 52


вида: «по истине» и «по мнению». Познание «по истине» он называет «светлым». Оно выявляет объективные сущностные признаки вещей: то, что атомы существуют, перемещаются в пустоте, обладают определенной формой и величиной и образуют разные сочетания и структуры. Все остальные виды познания, такие, например, как восприятие человеком цвета, запаха, звука, его вкусовые ощущения,— все это знание «по мнению», а потому знание несовершенное, «темное». Ощущения, по убеждению Демокрита, не дают полного и истинного знания, однако без них невозможно и разумное, «светлое» познание мира. Они дают разуму тот материал, без которого невозможно сделать логически последовательных, глубоких философских обобщений и выводов.
Вопрос об отношении мышления к чувственному восприятию таил в себе большие трудности, не преодоленные не только Демокритом, но и всем созерцательным, недиалектическим материализмом. Не зная критерия материальной практики, атомистический материализм не мог удовлетворительно объяснить, что в показаниях наших органов чувств не соответствует истинной природе вещей, а что соответствует. Решение этой проблемы не является простым и легким и в наши дни. И заслуга Демокрита в том, что он поставил ее впервые.
Любопытны взгляды Демокрита на общественную жизнь. По учению философа, люди прежде вели кочевую жизнь, «грубую и звериную». Помогая друг другу в борьбе против зверей, люди, собравшись вместе, «познали в себе природное единство». Постепенно они научились обозначать вещи словами и знаками, изобрели ремесла, искусства. Нужда, потребность учили людей. Человеческие «руки, ум и сообразительность» под воздействием потребностей создали впоследствии все общественные институты. Вместе с тем хотя у Демокрита и говорится о большом значении потребностей и опыта в развитии людей, однако в учении об обществе он оставался идеалистом, поскольку решающее значение в образовании общества придавал разуму.
Философия Демокрита представляла собой огромный шаг вперед в развитии античного материализма. Характеризуя материалистическое направление в истории философии, В. И. Ленин назвал его «линией Демокрита», подчеркивая этим, что материалистическая философия была разработана Демокритом в глубокой, яркой и убедительной форме. К. Маркс и Ф. Энгельс 53


называли Демокрита «эмпирическим естествоиспытателем и первым энциклопедическим умом среди греков...» 10.
Атомистическая теория строения материи позже, уже в новое время, легла в основу дальнейшего развития всего теоретического естествознания. Материалистическая философия Демокрита поставила ряд вопросов, решение которых определило последующую эволюцию естествознания и философии.
Следует подчеркнуть, что на раннем этапе становления философская мысль еще не знала четкого противопоставления материализма и идеализма. Первые шаги от материализма к идеализму были сделаны элейской и пифагорейской школами, затем софистами и Сократом. Однако свое наиболее полное выражение античный идеализм получил в философии Платона (428/427—348/347 гг. до н. э.). С этого времени в греческой философии «линии Демокрита» резко и непримиримо противостоит «линия Платона», борьба материализма против идеализма становится более последовательной и целеустремленной. Система платоновского объективного идеализма изложена в ряде его диалогов, среди которых отметим диалоги «Пир», «Теэтет», «Федр», «Федон», «Софист», «Парменид», «Государство» и «Тимей».
Платон полагал, что мир чувственных вещей не есть мир истинно сущего: чувственные вещи непрерывно возникают и погибают, движутся и изменяются, в них нет ничего устойчивого, а значит, и истинного. Подлинная сущность чувственных вещей, их причина должна быть вечной и неизменной, не подлежащей никаким переменам, и это — бестелесные, нечувственные родовые начала, постигаемые умом. Эти начала Платон назвал «идеями». Каждому роду (в логике: классу) чувственных предметов соответствует в особом, сверхчувственном мире (находящемся вне времени и пространства) некоторый «вид», или «идея». По отношению к чувственным вещам «идеи» суть как бы образцы, по которым возникают эти вещи.
Согласно Платону, одного лишь существования «идей» недостаточно для объяснения существования вещей чувственно воспринимаемого мира. Поскольку вещи преходящи, изменчивы, то они должны быть обусловлены не только «бытием», но и «небытием». Это
10 Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. Т. 3. С. 126. 54


«небытие» Платон отождествляет с материей, которая, по его убеждению, обладает неким несовершенным, ущербным бытием. Под воздействием «идей» материя как бы преобразуется в множество чувственных вещей. Если у Демокрита бытие — это материя, атомы, а небытие — это пустота, то у Платона небытие есть материя, а бытие — бестелесные «идеи», окружающие же нас вещи — сочетание бытия и небытия. Учение Платона есть объективный идеализм, так как в нем утверждается первичность духовных «идей» и вторичность вещей окружающего нас мира: ведь все, что есть у реальных вещей от бытия и качеств, дают им «идеи» как их причины и образцы.
Область «идей» образует, по Платону, сложную систему, подобную пирамиде, на вершине которой находится «идея» блага. Иногда он отождествляет ее с «идеями» истины и красоты, иногда рядополагает их все три на вершине иерархии «идей». Верховная «идея» обусловливает как существование предметов, так и их познаваемость людьми, от нее предметы получают и свою сущность. Это положение об «идее» блага придает идеализму Платона телеологический характер, поскольку благо объявляется не только верховной причиной бытия, но и его окончательной целью.
Ошибочность теории «идей» Платона и ее мистический характер проявляются особенно ярко в теории познания философа. Платон утверждал, что душа человека родственна миру «идей»: она, как и все «идеи», бессмертна. Человек познает мир в его сущности не через практическую деятельность и не через ощущения, а благодаря тому, что душа человека уже содержит в себе в неявном виде все знания, так как до рождения она находилась в мире «идей» и созерцала их. Задача познания, по Платону, состоит в том, чтобы вспомнить все потенциально скрытое в человеке богатство содержания его души. А предметы чувственного мира есть не более как стимулы, поводы для возбуждения воспоминаний души о своем потустороннем прошлом. Например, красивые вещи, встречающиеся человеку, возбуждают в нем воспоминание о красоте как «идее» и высшем благе. Таким образом, теория познания Платона есть теория воспоминания; чувственное же восприятие, строго говоря, не дает знания, а только сообщает «мнение».
Теория познания Платона была направлена против теории познания античных материалистов. Главное в
55


ней — отрицание роли ощущений как источника знания, противопоставление теоретического мышления и интуиции чувственному восприятию действительности. Ко времени Платона материалистический сенсуализм уже был теорией познания, распространенной среди мыслителей Афин и Кирены. Платон вопреки утвердившемуся опыту абсолютизировал мышление и совершенно оторвал его от ощущений. Но вместе с тем он поставил и реальную проблему: какова специфика общих понятий, как они возникают и как соотносятся с чувственным многообразием вещей?
В рамках идеалистической теории познания Платон разрабатывает ряд очень интересных и важных диалектических идей. Диалектика трактуется Платоном и как искусство устной речи, и как логическая теория познающего мышления. Под диалектикой он понимает также метод правильного соединения и разъединения понятий, ведущий к проникновению в мир идей. Этому методу положил начало учитель Платона — Сократ. Свою диалектику Платон трактует и как единство противоположностей, и как путь познания от конкретного к абстрактному. Такой аспект диалектики Платона представляет наиболее интересную и плодотворную часть его философии. Заслугой Платона является его учение о противоположности понятий на пути познания, когда из споров, дискуссий рождается истина. Соответственно диалоги Платона, в которых выражена его теория познания, например «Теэтет», «Пир», «Федон», сопоставляют и сталкивают противоположные взгляды в яркой, художественно-образной форме.
Большое внимание уделяется Платоном анализу общественной жизни, теоретическим и практическим вопросам общественного устройства, государства и воспитания. Платон противопоставляет существующим несовершенным формам государственного общежития свою концепцию идеального государства. В идеальном государстве он ввиду прирожденного якобы неравенства людей выделяет три основных сословия (разряда), причем с этим делением соотнесены иерархия добродетелей и строение человеческих душ. Низшему сословию (крестьяне и ремесленники, которые своим трудом обеспечивают материальную основу общества) соответствуют добродетели: трудолюбие и покорность. Добродетель мужества присуща сословию воинов и чиновников, которые должны беспрекословно выпол- 56


нять свой долг, охраняя устои государства. Сословие правителей-философов, добродетелью которых является мудрость, формирует законодательство и управляет государством. Граждане всех трех сословий — это свободные люди, коллективно владеющие рабами, а рабы вообще не включены Платоном в состав общества, они находятся за пределами его официальной структуры. Рабы — это как бы «говорящие животные».
Предпосылкой всей политической и воспитательной системы Платона является полное узаконение рабовладельческого строя как якобы необходимой вечной основы совершенного общества. Государство основывается, по Платону, на четком разделении труда между разрядами свободных граждан. Свой идеал государства Платон противопоставил античной демократии, допускавшей народ к участию в политической жизни, против чего он категорически возражает.
К. Маркс вскрыл истинную сущность платоновской теории идеального государства: «Точка зрения потребительной стоимости господствует как у Платона, который видит в разделении труда основу распадения общества на сословия, так и у Ксенофонта, который с характерным для него буржуазным инстинктом ближе подходит к принципу разделения труда внутри мастерской. Поскольку в республике Платона разделение труда является основным принципом строения государства, она представляет собой лишь афинскую идеализацию египетского кастового строя...» 11
Учение Платона оказало огромное влияние на все последующее развитие философской, и в особенности идеалистической, мысли. В. И. Ленин подчеркивал, что последующие, более развитые формы идеализма в своих главных исходных принципах в сущности совпадают с учением Платона.
В Афинах Платон создал школу своих учеников — Академию. Из этой школы вышел великий философ Древней Греции — Аристотель (384—322 гг. до н. э.). Годы деятельности Аристотеля относятся к периоду македонского завоевания. К. Маркс назвал Аристотеля Александром Македонским греческой философии. Это сравнение имеет глубокий смысл, ибо Аристотель как мыслитель объединил и систематизировал весь философский опыт Греции, подобно Александру, объединившему, хотя и ненадолго, весь античный мир.
11 Там же. Т. 23. С. 378—379.
57


Теоретическая и систематизаторская деятельность Аристотеля охватила все области античного знания. Его сочинения относятся к самым различным сферам науки — логике, естествознанию, истории, политике, эгике, эстетике. Работа Аристотеля «Метафизика» посвящена основным философским проблемам, а произведение «О душе» — вопросам психологии. Аристотеля с основанием считают отцом формальной логики. Комплекс его работ по формальной логике уже в древности получил общее название «Органон», т. е. «орудие мышления». К. Маркс и Ф. Энгельс, говоря об «энциклопедической науке» Аристотеля, называли его «величайшим мыслителем древности», «самой универсальной головой» среди древнегреческих философов, теоретиком, исследовавшим «существеннейшие формы диалектического мышления».
В своих философских взглядах Аристотель стремился обобщить развитие материалистической и идеалистической мысли, и у него материализм часто брал верх на идеализмом. Обобщая опыт предшествующего развития наук, Аристотель пытался построить единую систему наук, разработав для этого их классификацию. Согласно Аристотелю, все науки занимаются исследованием бытия и делятся на теоретические (где познание ведется только ради него самого), практические (дающие руководящие идеи для поведения и деятельности человека) и творческие (где познание совершается с целью достижения чего-либо величественного или прекрасного). Особое место Аристотель отводит логике как инструменту познания и справедливо считает ее введением в философию.
В своей «Метафизике» Аристотель подверг острой критике идеалистическое учение Платона об идеях главным образом за отрыв общих идей-сущностей от чувственно воспринимаемых единичных вещей. Аристотель предложил свое решение вопроса об отношении общего и единичного. Согласно Аристотелю, общее не существует вне единичных вещей и должно познаваться посредством чувственно воспринимаемых единичностей. Аристотель не мог согласиться со взглядом Платона, будто «идеи» составляют особый, сверхчувственный мир, законам которого подчиняется реальное бытие, и подчеркивал, что если «идеи» и предшествуют чувственным вещам, то не по бытию, а только логически, ибо они не могут где-либо существовать отдельно от предметов природы.
58


Объективное существование материального мира для Аристотеля несомненно. Материальный мир для своего объяснения не нуждается в вымышленном Платоном мире «идей». Для объяснения того, как и почему этот мир существует, Аристотель выделяет четыре причины: 1) формальная причина — сущность бытия, в силу которой вещи каждого определенного рода таковы, каковы они есть. Эти родовые сущности суть «формы»; 2) материальная причина — субстрат, т. е. то, из чего что-либо состоит как из материала; 3) движущая действующая причина, источник, начало движения; 4) целевая причина — то, ради чего что-либо осуществляется.
Хотя Аристотель и называл материю одной из причин бытия, однако в материи он видел только пассивное начало (рассматривал материю лишь как возможность стать чем-либо, поскольку как субстрат она беска- чественна и неопределенна, лишена всех свойств). Всю активность Аристотель приписывал остальным трем причинам, которые по сути дела совпадают: формы есть и сущности бытия, и движущие силы, и цели, к которым стремятся вещи как соединения форм и материи. Окончательным же источником всякого движения он считал неподвижную, вечную и невозникшую причину мирового процесса — бога, «форму всех форм». «Бог» Аристотеля безличен, это некий идеальный вечный перводвигатель.
Особый интерес представляет учение Аристотеля о различных видах движения. До Аристотеля философы-материалисты исследовали главным образом какой-либо один из видов движения, он же попытался классифицировать и изучить все существующие в природе виды, а также выяснял и понятие покоя. Несмотря на то что учение Аристотеля о движении материи страдает противоречиями, постановка им вопроса о различных формах движения, их связи с видами самого бытия оказала науке большую услугу.
Учение Аристотеля о душе также непоследовательно и противоречиво. Ему принадлежат многочисленные высказывания о природе и сущности души материалистического характера: «Душа не есть тело, а есть нечто, принадлежащее телу, поэтому-то она и пребывает в теле, а именно в определенном теле». К. Маркс дал положительную оценку аристотелевскому отрицанию бессмертия «индивидуальной души». С другой стороны, греческий философ нередко объясняет жизнь актив59


ностью души как формы: душа есть форма, которая управляет телом, как возничий управляет колесницей.
Сенсуализм и эмпиризм теории познания Аристотеля были направлены против платоновской идеалистической концепции познания.
Теория познания Аристотеля — наиболее материалистическая часть его философии. Развивая идеи Демокрита, Аристотель признавал природу, материальный мир реальным объектом познания, и в первую очередь источником опыта и ощущений. Ощущения рассматриваются им в качестве источника понятий, а отсюда и теоретического мышления. Аристотель утверждал при этом, что ощущения сами по себе дают знания лишь единичного и вероятного, а задача науки — это познание общего в единичных вещах. Только в науке мы получаем доказательное, всеобщее и необходимое знание.
Ощущения Аристотель понимал как отпечатки вещей, независимых от сознания, в душе (сравнивая душу с воском) и рассматривал разум как книгу, на страницах которой ничего нет, пока на них не появятся письмена, вызванные внешним опытом, но для их получения необходимы и доказательные умозаключения логики. Аристотеля по праву считают отцом дедуктивной формальной логики.
В чем же состоит диалектика Аристотеля? На первый план в его диалектике выдвигается идея развития, понимаемого как самоотрицание. Для Аристотеля диалектика — это также исследование, путь к истине, способ ее доказательства и раскрытие через разрешение противоречий 12. Диалектические положения Аристотеля о движении и развитии были обобщены им через введение категорий возможности и действительности и учения о переходе первой во вторую. Диалектика Аристотеля проявляется также в трактовке им взаимоотношения общего и единичного. Платоновскому учению об «идеях» как о сущностях, оторванных от вещей, Аристотель противопоставляет попытку рассмотрения общего в органичном единстве с единичным, но не в тождестве с ним.
Заслугой Аристотеля была систематическая разра-
12 Уже в некоторых диалогах Платона, особенно в «Пармениде», диалектика была обрисована как способ рассуждения через переход одних понятий в другие, им противоположные (подробнее см.: Асмус В. Ф. Античная философия. М., 1976. С. 115— 127). 60


ботка учения о философских категориях. Он стремился к тому, чтобы каждая из категорий позволяла полнее понять как само бытие, так и путь его познания (таковы категории сущности, количества, качества и др.)« Впервые в истории древнегреческой философии Аристотель сделал законы, мысли человека предметом специального изучения, т. е. «уже исследовал существеннейшие формы диалектического мышления» 13. Аристотель стремился вывести логические формы из реального содержания, из бытия вещей. Отсюда живость и глубина его анализа, его запросов и исканий.
Политические и социологические воззрения Аристотеля были проникнуты мыслью об укреплении рабовладельческого государства, его законов и институтов. Но его заслугой была разработка исторического взгляда на общество и государство. Он полагал, что государство постепенно возникало из семьи. Объединение нескольких семей стало селением. В селении он видел переходную форму в развитии общества на пути к государству. Рассматривая государство как высшую форму общения между людьми, Аристотель писал, что государство «появляется лишь тогда, когда образуется общение между семьями и родами ради благой жизни... в целях совершенного и самодовлеющего существования» 14.
Человек по природе существо «политическое», т. е. общественно-государственное. И, по мысли Аристотеля, совершенство гражданина обусловлено качеством государства, к которому он принадлежит. Следовательно, кто желает создать совершенных людей, должен создать совершенных граждан, а кто хочет создать совершенных граждан, должен создать совершенное государство.
Аристотель сумел обобщить огромный познавательный материал и подвел итоги развитию философских, естественнонаучных и политических идей в Древней Греции.
Античная философия, которая содержала в себе прототипы основных видов мировоззрения, разрабатывавшихся во все последующие века, оказала огромное влияние на дальнейшее развитие философской мысли. Чрезвычайно важным условием успехов античной философии было то, что ее отправным пунктом стал философский материализм.
13 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 19.
14 Аристотель. Соч.: В 4 т. Т. 4. М., 1983. С. 462.
61


§ 3. Материализм и идеализм в философии нового времени (XVII—XVIII вв.)
Философия нового времени начинает формироваться в Западной Европе в XVI—XVII вв. в борьбе со средневековой схоластикой и религией. Тысячелетнее господство католической церкви в Западной Европе значительно затормозило развитие свободной мысли. Крупнейшие философы (они же теологи) официальной церкви Августин (354—430) и Фома Аквинский (1225/ /26—1274) утверждали подчиненное положение философии — как «служанки богословия», главенство религиозной веры над разумом. В эпоху средневековья господствовала картина мира, согласно которой бог рассматривался как высшее, абсолютное бытие и творец материального мира. Подчеркивались несовершенство и неизменность земного мира в противоположность «миру небесному».
Материалистические учения в средние века пробивали себе дорогу с большим трудом, преимущественно в виде тенденций, нечетких и расплывчатых. Таковы учения пантеизма (отождествлявшего мир. с богом) и номинализма (утверждавшего, что смысл общих понятий, «универсалий», обобщений состоит только в сходствах между вещами). Пантеизм особенно развивался в эпоху раннего капиталистического накопления (XIV—XV вв.) в Северной Италии и некоторых других странах Западной Европы (в эпоху Возрождения). Пантеистические идеи шли рука об руку с гуманизмом, т. е. учением о человеке как творческом деятеле, обладающем способностью к безграничному познанию окружающего Мира и правом на полное земное счастье. Это был уже разрыв со схоластикой, и он был вызван объективными потребностями складывающихся буржуазных отношений. Эпоха Возрождения нуждалась в титанах по силе мысли, страсти и характеру, по многосторонности интересов и энци- клопедичности знаний. Эта эпоха дала целую плеяду мыслителей нового типа, среди них — Леонардо да Винчи, Галилео Галилей, Джордано Бруно, Николай Коперник. В эпоху Возрождения творили и великие социалисты-утописты: Томас Мор, автор знаменитой «Утопии», и Томмазо Кампанелла, написавший «Город Солнца».
Великий польский астроном и мыслитель Николай 62


Коперник (1473—1543) создал гелиоцентрическую систему, которая заложила основы научной астрономии. Учение Николая Коперника вызвало глубокий переворот в естествознании второй половины XVI в., оказало огромное влияние на обоснование и развитие материалистических воззрений в естествознании и философии.
Идеи Коперника получили философское развитие в материалистическом пантеизме Джордано Бруно (1548—1600), сожженного в Риме католической инквизицией. Бруно представлял себе Вселенную как бесконечно огромное живое существо с совершенно естественной «мировой душой» (заменившей собой понятие «бога»), обладающее диалектическими чертами (всюду имеют место совпадения противоположностей).
В течение XVI—XVII вв. в наиболее передовых странах Европы (Англии и Голландии) развивается новый, капиталистический способ производства. Буржуазия сначала выступает на первый план в рамках народных движений, превращаясь в класс, который возглавит оппозицию широких слоев населения феодальной власти и феодальным порядкам. Наиболее активно эти процессы шли в Англии.
Не случайно английский философ Фрэнсис Бэкон (1561 —1626) был, по выражению К. Маркса, истинным родоначальником материализма эпохи ранних буржуазных революций и опытных наук новейшего времени. Он учил, что мир состоит из материальных сущностей (он, как и Аристотель, называл их формами, но понимал строго материалистически), проявляющих себя в многообразии свойств («природ»). Главный труд Бэкона — «Новый органон».
Бэкон стремился освободить знание от гнета теологии и схоластики, чтобы построить новое здание науки, а для этого, полагал он, следует научиться правильному мышлению. Основополагающая идея учения Бэкона состоит в том, что наука должна дать человеку власть над природой, увеличить его силы и улучшить его жизнь. Анализируя упадок наук в средние века и критикуя бесплодность схоластики и недостаточность односторонне дедуктивного метода, лежавшего в ее основе, он пришел к выводу, что, для того чтобы эффективно способствовать успехам практической деятельности людей, необходимо разработать противоположный дедукции (т. е. выведению частных знаний из общего) индуктивный метод, достигающий теоре-
61


тических обобщений и выводов, исходя из единичных и частных данных чувственного опыта.
Он конкретно указал на те черты, которые должно искоренить в себе новое научное мышление. Это четыре «призрака» («идолы»), которые были по сути дела и общими характеристиками прежнего общественного сознания: «призраки рода» (т. е. помехи в познании, которые определяются природной организацией человека); «призраки пещеры» (помехи, связанные с различными индивидуальными чертами субъекта познания: в одних случаях — легковерие, в других — косное недоверие ко всему новому); «призраки рынка» (господствующие в обществе стереотипы, которым некритично следуют) ; «призраки театра» (слепая приверженность принятым догмам и авторитетам). Освободившись от «призраков», человеческий разум посредством приемов индукции открывает формы как внутренние причины «природ» вещей и на основании этих знаний переделывает окружающий природный мир.
К- Маркс писал, что для Бэкона «наука есть опытная наука и состоит в применении рационального метода к чувственным данным» 15.
Социально-политические воззрения Бэкона были проникнуты стремлением укрепить положение буржуазии и обуржуазившегося «нового дворянства», побудить монархию способствовать развитию капиталистических отношений в стране. Учение Бэкона оказало огромное влияние на последующее развитие философии и науки. «Влияние Бэкона было огромно...— писал Герцен,— Бэкон, как Колумб, открыл в науке новый мир...» 16
Идеи Бэкона и таких философов XVII в., как Рене Декарт, который в отличие от Бэкона развивал идеи рационалистической дедукции (в рамках философии дуализма), а затем материалистов Томаса Гоббса, Бенедикта Спинозы, Пьера Гассенди, Джона Толанда, Джона Локка, диалектика Лейбница подготовили развитие философского материализма XVIII в.
Представителями материализма XVIII в. были выдающиеся мыслители и просветители Франции — Д. Дидро (1713—1784), Ж. О. Ламетри (1709—1751), П. А. Гольбах (1723—1789) и К. А. Гельвеций (1715— 1771). Их философским манифестом стала книга Голь-
15 Маркс КЭнгельс Ф. Соч. Т. 2. С. 142.
64


баха «Система природы» (1770), а социально-политической основой выражаемых ими идей явился глубокий кризис феодальных отношений в абсолютистской Франции середины XVIII в.
Названные мыслители создали развернутое учение о природе, о материи и движении как предмете философии. Своим обобщением достижений естествознания они повлияли на развитие всех областей науки, значительно расширили и обогатили концепцию человека. Французские материалисты были атеистами, они утверждали, что философия должна быть обособлена от религии, но философия беспредметна, если она оторвана от наук, в то время как науки не имеют исходных принципов помимо философии. Так, Дидро писал: «Обширную область наук я представляю себе как огромное пространство, одни части которого темны, а другие освещены. Наши труды должны иметь целью или расширить границы освещенных мест, или приумножить средоточия света» 17. Материалисты этой эпохи стремились все научные завоевания включить в орбиту интересов философии и понять их, опираясь на общее мировоззрение. Перед философией ими была поставлена задача исследовать, опираясь на данные из всех областей научного знания, общие законы, по которым движется мир. Эти взгляды вступили в противоречие с позицией идеализма. Дидро с негодованием отвергал точку зрения английского философа XVIII в. Д. Беркли, утверждавшего, что мир существует лишь постольку, поскольку человек воспринимает его. Он глубоко и остроумно критиковал субъективный идеализм Беркли и смело выступил в защиту и обоснование материализма и атеизма. Эту критику высоко оценил В. И. Ленин.
Согласно концепции французских материалистов XVIII в., основу всех процессов природы составляет материя с присущим ей свойством движения. Главным видом движения они считали механическое, однако этим не ограничивались. Гольбах, например, признавал наличие особенного, скрытого движения, зависящего от внутренней, свойственной молекулам энергии. Он считал, что материя вечно движется и движение есть необходимый способ ее существования и источник таких ее первоначальных свойств, как протяженность, вес, непроницаемость частиц и другие. Над всеми связями причин и действий в природе господствует строжайшая
17 Дидро Д. Соч.: В 2 т. T. 1. М., 1986. С. 340.
3 Диалектический материализм 65


необходимость: природа во всех своих явлениях поступает необходимо, согласно внутренней сущности. Психические явления рассматривались Гольбахом как продукт материальных процессов в головах людей.
Материалисты XVIII в. разрабатывали свое учение о познании на основе общего принципа отражения. «Мы,— писал Дидро,— инструменты, одаренные способностью ощущать и памятью. Наши чувства — клавиши, по которым ударяет окружающая нас природа и которые часто издают звук сами по себе...» 1Ъ Он высказал мысль, что способность, аналогичная способности ощущения, должна быть признана всеобщим свойством всякой материи, даже находящейся на очень низкой ступени ее организации. Используя догадки Декарта, Дидро наметил материалистическую концепцию психических функций, отчасти предвосхитившую современное объяснение рефлексов.
Французские материалисты XVIII в., хотя и признавали ощущения единственным источником человеческого сознания, не пытались сводить все содержание последнего к простому суммированию ощущений. Гольбах определяет идею как «образ предмета, от которого происходит ощущение и восприятие» 19. «Уму свойственно наблюдать, обобщать свои наблюдения и извлекать из них заключения и формулы» 20,— утверждает Гельвеций. Согласно концепции французских материалистов, последовательность понятий, суждений и умозаключений отображает объективную связь причин и действий. Из принципа объективности познания вытекает и концепция истины. Истина заключается в соответствии представлений о вещах самим этим вещам.
В целом теория познания материалистов XVIII в. была (пожалуй, за исключением Дидро) метафизической в современном нам понимании этого термина. Ее метафизичность заключалась прежде всего в абсолютизации познавательной роли ощущений и в непонимании глубокого качественного скачка от чувственного к рациональному в процессе познания, в игнорировании познавательного взаимодействия объекта и субъекта.
Особое внимание мыслители этой эпохи уделяли явлениям общественной жизни. Их социологические
18 Там же. С. 385—386.
19 Гольбах П. А. Избранные произведения: В 2 т. Т. 1. М., 1963. С. 147.
20 Гельвеций К. А. Соч.: В 2 т. Т. 1. М., 1973. С. 498. 66


теории не только играли прогрессивную роль в рамках своего времени, но и оказали в дальнейшем революционное воздействие на формирование социалистических идей и представлений. В целом они не смогли распространить материализм на область социальной жизни, но система их взглядов на общество была прогрессивной: они резко критиковали церковь, феодальные социальные порядки и политический абсолютизм. Человека они представляли себе продуктом социальной среды, обстоятельств и воспитания. Но когда они пытались дать ответ на вопрос, под влиянием чего образуется эта социальная среда, то в их рассуждениях получалось, что эта среда создается теми же людьми с помощью общественного мнения, ибо «мнения правят миром».
Идеализм мыслителей этой эпохи выражался также в том, что французские материалисты при объяснении исторических событий зачастую полностью исходили из побуждений великих исторических деятелей. Этих деятелей, писал Ф. Энгельс, они делили на честных и плутов и находили, что в большинстве случаев честные оказывались в дураках, а плуты торжествовали. И чтобы было наоборот, по мнению этих философов, необходим приход к власти новых, просвещенных правителей, постигших «разумные законы» природы. Итак, эти философы объясняли, как правило, все развитие человеческого общества изменением взглядов, идей, корни социальных событий они искали- в характере, сознании, разуме людей.
Внимание к нуждам человеческой личности, защита ее свободы и права на счастье, обоснование равенства всех людей от природы, другие идеи гуманизма — все это характеризовало их общественные воззрения, которые были для своей эпохи не только прогрессивными, но и революционными. Французские материалисты XVIII в. опровергли теологические концепции государственной власти. Хотя Гельвеций и Руссо еще не понимали классовой природы государства, все же они полагали, что государство появилось в результате конфликтов между людьми из-за земельной собственности, как средство обуздания «разгоревшихся страстей». Гольбах и его единомышленники доказывали также, что феодальный строй должен быть заменен «справедливым» строем, соответствующим «естественным законам», под которым подразумевалось идеализируемое ими буржуазное общество.
3
67


Абстрактно понятые принципы «естественного права» всех людей и «общественного договора», который люди якобы сознательно заключили, основав государство и политическую власть,— принципы, основанные на метафизической концепции неизменной «природы человека», лежали в основе этики французских материалистов. Исходным пунктом их этических построений был абстрактный, «усредненный» индивидуум, обладающий ощущениями, потребностями и стремлением к счастью. Эти рассуждения не позволяли приблизиться к пониманию объективных критериев нравственности, ее исторического и классового характера в обществе. Но ценным было то, что французские мыслители требовали независимости морали от религии и доказывали возможность высоконравственного общества, состоящего из атеистов.
Таким образом, главные достижения материалистов XVIII в. характеризовались смелой критикой ими идеализма и религии, позднее — феодальных форм общественного и государственного устройства и политической реакции, обоснованием нового типа гуманизма, исторически подготовившего идеи утопического социализма. Именно поэтому их взгляды Ф. Энгельс рассматривал как идеологическую подготовку Великой французской революции (1789—1794).
§ 4. Немецкая классическая философия — конец XVIII — первая треть XIX в.
В Германии XIX в., указывал Ф. Энгельс, так же как и во Франции XVIII в., буржуазной политической революции предшествовала революция философская, осуществившая ее идеологическую подготовку. Выдающимися представителями немецкой классической философии были И. Кант (1724—1804), И. Г. Фихте (1762—1814), Ф. В. Шеллинг (1775—1854), Г. В. Ф. Гегель (1770—1831), Л. Фейербах (1804—1872).
В их философских концепциях обосновывалась необходимость буржуазного преобразования Германии, переустройства общественной жизни на основе разума и свободы. Так, например, К. Маркс называл философию И. Канта — родоначальника классической философии в Германии — немецкой теорией французской буржуазной революции.
И Кант был не только философом, но и крупным естествоиспытателем, стоявшим вначале на позициях 68


естественнонаучного материализма. В ранний период своей деятельности в работе «Всеобщая естественная история и теория неба» (1755) Кант разработал гениальную гипотезу, согласно которой солнечная система возникла из огромного облака разреженных в пространстве холодных частиц материи и развилась до своего современного состояния согласно законам, открытым в физике Ньютоном. Эту гипотезу высоко оценил Ф. Энгельс как идею, положившую конец безраздельному господству метафизического способа мышления у естествоиспытателей. Зачатки диалектики в Германии нового времени были заложены еще в XVII в. Г. Лейбницем. После 1770 г. во взглядах Канта преобладали дуализм и агностицизм. Согласно этим его взглядам, вне нас существуют непознаваемые «вещи в себе», а люди познают только свои ощущения: последние упорядочиваются в систему посредством изначально присущих субъекту (априорных) форм чувственности (время и пространство) и рассудка (категории). Но в главном труде — «Критика чистого разума» (1781) Кант указал на диалектику процесса познания, в котором подчас сталкиваются прямо противоположные точки зрения и решения проблем 21. Дальнейшее развитие идеи диалектики, намеченные Кантом, получили в работах И. Г. Фихте и Ф. В. Шеллинга.
Наиболее крупным представителем немецкой классической философии был Гегель. Его учение стало вершиной буржуазной философской мысли Европы. «Никогда еще, с тех пор как люди мыслят,— писал Ф. Энгельс в 1843 г.,— не было такой всеобъемлющей системы философии, как система Гегеля. Логика, метафизика, философия природы, философия духа, философия права, религии, истории — все было объединено в одну систему, сведено к одному основному принципу» 22.
Выдающееся значение философии Гегеля определялось тем, что в ней в энциклопедически-системати- зированной форме было изложено диалектическое миропонимание и соответствующий ему диалектический метод исследования. Гегель разработал диалектику как философскую науку, обобщающую под углом зрения диалектических закономерностей всю историю познания
21 О диалектике у Канта подробнее см.: Нарский И. С. Западноевропейская философия XIX века. М., 1976. С. 91 — 108 и др.
22 Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. Т. 1. С. 537.
69


и имеющиеся знания о развитии объективной действи тельности. Главное внимание Гегель обратил на разра ботку и всестороннее обоснование важнейших принципов, законов и категорий диалектического способа мышления.
Философия Гегеля по своим принципам является системой объективного идеализма, носит противоречивый характер, в ней содержатся одновременно прогрессивные и консервативные, революционные и компромис сные тенденции. Ф. Энгельс, характеризуя эту сторону его философии, в то же время подчеркивал: в «педан- тически-темных словах» и «неуклюжих, скучных периодах» гегелевских текстов «скрывалась революция». Нельзя поэтому понять учение Гегеля, не уяснив, как в нем сочетаются, противоборствуют, ограничивают друг друга две главные тенденции — революционная и консервативная.
Социально-политическая отсталость Германии в начале XIX в., мелкобуржуазный путь ее развития, политическое бессилие, своего рода половинчатость немецкой буржуазии отразились на всей идейно-политической жизни Германии тех лет, в том числе и на философии Гегеля. Не находя питательной среды в незрелых социальных отношениях, передовые идеи приобретали в Германии, и не только у Гегеля, абстрактный, умозри тельный характер.
Основной вопрос философии Гегель решал с позиций объективного идеализма — как тождество мышления
! бытия. Основой всей действительности в природе и обществе он считал мыслящий, но безличный мировой дух, по отношению к которому материальная природа вторична и от него производна. Природа является, по Гегелю, отчуждением от духа, переходом его в «инобытие», но затем, когда из природы вновь «вырывается» дух в виде сознания людей, отчуждение оказывается «снятым», дух возвращается к себе, путь движения замыкается. Весь этот путь совершается по законам диалектики — через противоречия, превращения количественных изменений в качественные, отрицание отри цания.
В проблемах познания Гегель был убежденным оптимистом. Он выступил против агностического утверждения Канта, что «вещи в себе» непознаваемы. Отрицая непроходимую грань между мышлением и «вещами в себе», Гегель и здесь выдвигает идеалистиче скую идею тождества бытия и мышления. Но важно 70


то, что он показал диалектическое единство сущности и явления и огромное значение этого единства для теории познания. Поскольку мышление, по Гегелю,— это не только субъективная, человеческая деятельность, но и независимая от человека, объективная сущность бытия, то развитие мирового духа до высшего его состояния, т. е. «абсолютной идеи», совпадает с процессом его самопознания, которое, таким образом, приобретает вселенский онтологический смысл.
В рамках своего объективного идеализма Гегель разрабатывает самое ценное в своей философии — принцип развития. В этой связи и вопрос об истине, о познании и его критериях он ставит на диалектическую почву, обосновывая мысль об исторически развивающемся тождестве диалектической логики и теории познания. Гегель представляет познание как противоречивый, развивающийся через борьбу идей процесс: впадая в заблуждения и преодолевая их, мышление зигзагообразно, но неуклонно движется вперед к абсолютной истине.
В своей концепции развития Гегель решительно выступает против метафизики, отрицающей противоречия в самих вещах. Для Гегеля противоречия не только объективны, но они суть и источник развития реального мира. «Противоречие — вот что на самом деле движет миром,— утверждал Гегель,— и смешно говорить, что противоречие нельзя мыслить»23. Гегель определяет противоречие как корень, причину всякого движения и жизни: «Таким образом, нечто жизненно, только если оно содержит в себе противоречие».
С учением Гегеля о противоречии органически связано и его понимание отрицания отрицания. Развитие необходимо приводит к отрицанию данной формы предмета или явления, причем это отрицание приходит не извне, а представляет собой следствие развития и, следовательно, заложено в нем самом. Но новое состояние предмета отрицается вновь; так через ритм отрицаний происходит развитие объекта и его познание.
Хотя Гегель и рассматривает природу как инобытие идеи, развивающейся прежде по ступенькам логических категорий, а теперь принявшей вещный облик и переходящей с одной логической ступени на другую в отчужденном виде, но в рамках этих мистических переходов он тем не менее обосновывает диалектическую
23 Гегель. Соч. T. I. М.; Л., 1929. С. 206. 71


мысль о единстве материи, движения, пространства и времени.
Третья часть философии Гегеля, после логики и философии природы,— философия духа. Она наиболее глубоко пронизана идеями диалектики, здесь речь идет о развитии человеческого общества. В основе концепции человеческой истории Гегеля лежит идеалистическое учение о развитии индивидуального и общественного сознания в их единстве, анализ происходящего через противоречия умственного развития человечества как основы общего прогресса.
Рассматривая общественное сознание, Гегель приходит к выводу о том, что в его основе лежит «объективный дух». Это понятие охватывает, по Гегелю, правовые и нравственные отношения, причем к последним он относит также семью, гражданское общество (экономические отношения) и государство. Идеалистически истолковывая исторический процесс, Гегель в понимании общества идет не от экономических отношений к государству и политике, а, наоборот, от идеи государства к экономике. Над «объективным духом», по Гегелю, возвышается «абсолютный дух», т. е. искусство, религия и философия.
Но в рамках идеалистической конструкции общества Гегель часто высказывает ценные и глубокие догадки относительно действительной сущности общественных отношений.
В философии Гегеля вообще нужно строго разграничивать диалектический метод (прогрессивную сторону его учения) и гегелевскую систему, т. е. структуру его учения о природе и обществе как формах существования «абсолютной идеи» (составляющую консервативную сторону его философии). Обе эти стороны в его философии органически связаны, пронизывают и обусловливают друг друга, поэтому преодоление гегелевской философии оказалось очень трудным делом. Этого не смогли сделать ни лево-, ни правогегельянцы конца 30-х — начала 40-х годов XIX в. И только К. Марксу удалось в идеалистической системе философии Гегеля увидеть гениальное рациональное содержание — идею диалектического развития.
Рациональное зерно идеалистической диалектики Гегеля составляют многие его идеи, относящиеся к пониманию наиболее общих законов развития природы, общества и познания, в особенности же к пониманию теории познания и логики. Гегелем было разработано 72


свыше сотни категорий, большинство из них — в области диалектической логики.
Материалистически перерабатывая рациональные идеи гегелевской диалектики, классики марксизма на место идеалистического принципа тождества бытия и мышления поставили и обосновали принципы материального единства мира и отражения в сознании человека объективной, существующей вне нас и независимо от нас и нашего сознания реальности.
Последним представителем немецкой классической философии был Л. Фейербах. Его историческая заслуга состояла в том, что он подверг глубокой критике учения Канта, Гегеля и других идеалистов, возродил и продолжил материалистические традиции философии XVIII в. Его философия сформировалась как отражение интересов радикальных слоев немецкой буржуазии. Свое учение Фейербах в сочинении «Основные положения философии будущего» (1843) называет «новой философией». В противоположность учению Гегеля он доказывает, что сознание есть порождение материи, ее продукт. Природа существует независимо от сознания человека и от какой бы то ни было философии. Она есть то основание, на котором вырастают люди — продукты природы. Идеи материализма у Фейербаха были органично связаны с атеизмом, наиболее ярко выраженным в его работе «Сущность христианства» (1841) и в «Лекциях о сущности религии» (1851). Вне природы и человека нет ничего. Высшие существа, боги,— это лишь фантастическое отражение человеком своей собственной сущности, его желаний и страстей, его надежд возместить неудовлетворенные потребности апелляциями к обожествленным им, человеком, природным стихиям.
Осуждая идеалистическое понимание мышления как внеприродной и сверхчеловеческой сущности, Фейербах делает вывод, что философия должна быть антропологией, т. е. учением о человеке. «Единство бытия и мышления истинно и имеет смысл лишь тогда, когда основанием, субъектом этого единства берется человек» 2\— подчеркивал он. Фейербах попытался разработать материалистическую систему взглядов преимущественно на базе научной физиологии и психологии человека. Конечно, такое понимание предмета филосо-
24 Фейербах JI. Избранные философские произведения. T. I. М., 1955.
С. 199.
73


фии было неполным, односторонним, но и его Фейербах сумел эффективно использовать для отрицания дуализма души и тела, обоснования материалистического положения о единстве духовного и материального в природе и в человеке, субъективного и объективного, психического и физического, мышления и бытия.
Но сущность человека он понимал абстрактно, ибо рассматривал человека только как продукт природы, а не как совокупность общественных отношений. Поэтому и общественное сознание осталось в его системе недоступным для анализа. Вместе с тем антропологизм Фейербаха содержал в себе зачатки материалистического понимания истории, поскольку он стремился раскрыть земные корни духовных явлений, в частности религиозной идеологии.
Концепция человека Фейербаха содержала в себе также этику. В вопросах морали он исходил из фактов межиндивидуального общения «Я» и «Ты», перенося центр тяжести на отношения дружбы и любви людей друг к другу. И хотя его учение о морали было разработано на идеалистической основе, оно имело прогрессивное значение благодаря содержавшимся в нем гуманистическим, демократическим и атеистическим идеям. Вслед за Кантом он подчеркнул значение общечеловеческих ценностей.
Анализ основных направлений домарксистской философии показывает, что материализм и диалектика развивались вместе с крупнейшими открытиями в науке. Диалектика Гегеля и материализм Фейербаха сыграли большую положительную роль в становлении Маркса и Энгельса как самостоятельных мыслителей.
§ 5. Философская мысль в России
Философская мысль в России складывалась под влиянием социально-культурных процессов, предпосылки которых вызревали уже в культуре языческой Руси. Принятие христианства создало новые условия, способствующие становлению и развитию русской философской культуры, в центре которой находились размышления о месте русского народа в мировой истории, о его дальнейшей судьбе.
Основоположником материалистической традиции в русской философии был гениальный ученый-энциклопедист М. В. Ломоносов (1711 —1765), которого 74


A. C. Пушкин назвал «первым нашим университетом», «величайшим умом» новейших времен.
Идеи атомистического строения материи, впитавшие достижения предшествующих атомистических концепций, составляют сердцевину учения Ломоносова и определяют конкретную форму его материализма. Ломоносов безоговорочно принимает саму идею о прерывистом, зернистом, дискретном строении материи. Это для него вопрос о началах всех вещей природы — исходный пункт его материализма и всех его взглядов на материю.
Ломоносов решительно отрицал существование каких-либо границ для проникновения теоретической мысли в глубь вещей. На этой общей философской основе складывался и его научный метод. Главную роль в методе «выпытывания правды у природы» он отводит опыту. Вместе с тем, подчеркивая значение опыта, он критиковал односторонность эмпиризма, призывая к единству разума и чувства, подчеркивая их взаимопомощь и взаимоконтроль в познании. В понимании социальной жизни Ломоносов придерживался гуманистических, просветительских взглядов, направленных на совершенствование тогдашних социальных отношений и институтов.
А. Н. Радищев (1749—1802) был зачинателем р люционной мысли в России, выдающимся борцом против крепостного права и самодержавия, глубоким мыслителем-материалистом. Рассматривая человека как телесное существо природы, он подверг критике учение о бессмертии души, доказывая, что сама идея о бессмертии души порождена бедствиями и страданиями людей. Главной силой общественного развития он считал человеческий разум, просвещение. Вместе с тем большое значение в развитии общества он придавал труду.
В центре исследований П. Я. Чаадаева (1794—1856) была проблема исторических судеб России. Его общефилософская концепция может трактоваться как дуалистическая. Физический мир, согласно ей, построен из атомов и молекул, т. е. «элементов материальных», из которых образуются все тела. Человек же является воплощением двух миров — мира физического и мира духовного. Двойственный характер носила и выдвинутая им теория познания. Признавая важную роль эмпирического и рационального познания в изучении законов физического мира, он в то же время считал, 75


что законы духовного мира могут быть постигнуты лишь при помощи откровения; высказал целый ряд интересных и глубоких мыслей, направленных против субъективизма. Он считал, что нет сознания, обособленного от мира и людей, критиковал также теорию «врожденных идей», подчеркивая, «что мысль человека есть мысль рода человеческого».
Философским рассуждениям Чаадаева были присущи и идеи диалектики, преемственности в развитии общества. Он высказывал также мысли о неразрывной связи свободы и необходимости в истории, о свободе как познанной необходимости.
Чаадаев был великим патриотом России: «Я не научился любить свою родину с закрытыми глазами, с преклоненной головой, с запертыми устами. Я нахожу, что человек может быть полезным своей стране только в том случае, если ясно видит ее; я думаю, что время слепых влюбленностей прошло, что теперь мы прежде всего обязаны своей родине истиной» . Эта мысль великого русского мыслителя звучит сегодня особенно актуально, так как перестройка и вызванное ею революционное обновление нашего общества невозможны без подлинно критического отношения к пройденному нашим Отечеством пути.
Большое влияние как на философскую, так и общественно-политическую атмосферу XIX в. в России оказали славянофилы: А. С. Хомяков, И. В. Киреевский и др. Главное внимание в своих работах они уделяли проблеме развития России и выяснению ее роли в мировом историческом процессе. В самобытности исторического развития России они видели основу ее влияния на мировую культуру. Однако их идеи лежали в рамках религиозно-идеалистических представлений о человеке и обществе. Достижение целостности человека и обновления общественной жизни они искали в идее общины, базой которой считали русскую православную церковь.
Славянофильство, оставаясь консервативной идеологией, содержало идеи, которые играли позитивную роль в развитии русской социально-философской мысли. Историческое значение славянофилов также в том, что они являлись активными представителями идеологической подготовки крестьянской реформы 1861 г., отстаивая при этом своеобразное понимание ее как «революции сверху».
25 Чаадаев П. Я. Сочинения и письма. Т. 2. М., 1914. С. 226.
76


Выдающиеся русские мыслители В. Г. Белинский (1811 —1848), А. И. Герцен (1812—1870), Н. П. Огарев (1813—1877), Н. Г. Чернышевский (1828—1889), H.A. Добролюбов (1836—1861), Д. И. Писарев (1840— 1868) были не только выдающимися мыслителями- теоретиками, но и творцами идеологии русской революционной демократии, выражающей прежде всего интересы русского крестьянства в период его революционного подъема. Революционный демократизм в России сформировался как самостоятельное идейно-теоретическое и политическое течение в период острого кризиса и крушения крепостной системы, выражая интересы как угнетенного крепостного крестьянства, так и других слоев трудящихся масс. Программа социальной борьбы у них была тесно связана с материализмом, атеизмом и диалектикой. Идеи материализма они развивали в ожесточенной борьбе с различными формами идеализма и агностицизма. Они давали материалистическое объяснение природы, исходили из признания материальности мира и его познаваемости, опираясь на данные тогдашнего естествознания, реализуя принцип единства философии и естествознания.
Важнейшим завоеванием их философии была диалектика. Для них диалектический метод является аналогом самой жизни и вытекает из природы. В центре их философских исканий была разработка верной и действенной революционной теории (Герцен видел в диалектике «алгебру революции»), проблемы человека, его свободы и счастья в освобожденном обществе. И здесь на первый план выдвигается понимание народных масс не только как объекта, но и как субъекта истории, как силы, способной построить социализм.
Исключительное влияние на духовную жизнь русского общества конца XIX — начала XX в. оказали социально-философские идеи гениального писателя и мыслителя Л. Н. Толстого (1828—1910), с именем которого связано также и религиозно-утопическое направление в общественной мысли и общественном движении России.
Толстой рассматривал исторический процесс с точки зрения «вечных», «изначальных» понятий нравственного и религиозного сознания человечества. Поэтому исторический процесс он связывал с решением вопроса о назначении человека и смысле его жизни, с поиском путей и средств сделать мир прекраснее, а людей, и в первую очередь трудовой народ, счастливыми.
77


Но не понимая, что материальные условия являются основой развития общества, Толстой пришел к утопическому утверждению о том, что нравственная жизнь каждого человека и есть единственное средство совершенствования общества и борьбы с социальным злом. Да и в трактовке нравственного совершенствования у Толстого преобладал отказ от борьбы и на первый план выдвигалась идея непротивления злу насилием, проповеди всеобщей любви.
Концепция нравственного совершенствования и другие мировоззренческие и эстетические искания JI. Н. Толстого оказали и продолжают оказывать сегодня большое влияние на культурную атмосферу современного мира.
Огромное воздействие на русскую и мировую культуру оказали философские взгляды и творчество гениального писателя-гуманиста Ф. М. Достоевского (1821 —1881). Он в своем творчестве особенно ярко и остро поставил много таких социальных, философских и этико-психологических вопросов, которые и сегодня продолжают оставаться в центре внимания человечества. Философские идеи Достоевского формировались в эпоху 40—70-х годов XIX в. Его личная судьба обострила интерес к социально-политическим проблемам, придала трагический характер его восприятию страданий народа и подавления человеческой личности. В центре внимания Достоевского-мыслителя были прежде всего вопросы этики, религии, эстетики, философии истории, в особенности гуманизма. Достоевский считал, что путь личного нравственного совершенствования ведет к изменению нравов общества, выступает как основная определяющая сила. При этом в его концепции разуму отводилось второстепенное место, все надежды возлагались на «чувство», на «сердце», на «живую божественную душу человека». Основа нравственности, по его мнению, зависит от веры в бога. В своем творчестве он показал живого, страдающего человека своего времени, сформулировал конструктивную этическую программу, девиз которой — «Каждый человек должен быть подлинным человеком и относиться к другим, как человек к человеку».
Виднейшим представителем идеалистической философии конца XIX в. был В. С. Соловьев (1853—1900). Его теоретическая концепция противоречиво сочетает религиозно-философские идеи, тесно связанные с религиозно-мистическими учениями прошлого, и гуманисти- 78


ческие идеи. Он поставил целью создать систему «цельного знания» с тем, чтобы высшей задачей умственного развития человечества стал синтез науки, философии и религии. Реальный мир выступает у Соловьева как самоопределение или воплощение абсолютно-сущего; посредником между ними выступает София — мудрость божия. Разделяя общехристианский взгляд на природу кдк на творение бога, он не признает этот мир совершенным и считает, что именно человек призван сделать его таковым. В докладе «Русская идея» он выдвигает идею рассмотрения человечества в его целостности, как «социальный организм, живые члены которого представляют различные нации». Эти мысли философа, высказанные почти сто лет назад, звучат очень современно.
Среди заметных представителей русской консервативной философии начала века был Н. А. Бердяев (1874—1948). Свобода, бог, человек и история — основные понятия религиозно-идеалистической философии Бердяева. В анализе этих понятий ведущее место отводится свободе, но он понимает ее как «внутреннее», «духовное» освобождение личности. Здесь Бердяев старается уйти от выяснения соотношения свободы и необходимости и предлагает мистическое, иррационалистическое понимание свободы, которая, по его словам, раскрывается лишь в духовном опыте, приводящем «нас в соприкосновение с бездонным и безосновным, не имеющим основания ни в каком бытии, ни в нас самих, ни в боге». В идеалистической и религиозной интерпретации вопроса о человеке Н. А. Бердяев продолжает традицию русской философской мысли и исследует такие проблемы, как любовь и отчуждение. Этот аспект его философии определил интерес к ней и по сей день.
В истории русского идеалистического философского наследия идеи В. Соловьева, Н. Бердяева, JÏ. Шестова, П. Флоренского, С. Франка оказали значительное влияние на духовную атмосферу начала нашего века. В полемике с этими идеями мужало и крепло материалистическое направление в русской философии, увенчанное на рубеже веков распространением философии марксизма.


Глава III
Создание диалектического и исторического материализма — революционный переворот в философии
С возникновением марксизма в 40-х годах XIX в. начался качественно новый этап борьбы материализма и идеализма в истории философии. Новое мировоззрение утверждалось в борьбе с различными разновидностями идеализма. Монолитная целостность, научность, гуманистическая устремленность, революционная действенность марксизма были противопоставлены эклектическим буржуазным и мелкобуржуазным идеям, неспособным убедительно обосновать достойные человека социальные идеалы. Борьба за эти идеалы продолжается, ныне она приобрела общечеловеческое измерение.
Современные нам буржуазные марксологи и ревизионисты называют марксизм устарелой доктриной, утверждая, что история-де пошла «не по Марксу». Наши идейные противники не хотят признать, что марксизм — живая, подвижная, развивающаяся научная теоретическая целостность. Они пытаются противопоставлять одни стороны этого учения другим: К. Маркса — Ф. Энгельсу, молодого К. Маркса — зрелому (якобы отошедшему от гуманизма), заявляя, что «аутентичный», т. е. подлинный, Маркс-теоретик — тот, каким он был только в 40-х годах XIX в. Известны попытки изобразить К. Маркса представителем метафизического материализма в духе узкого «экономического детерминизма», Ф. Энгельса — представителем идеалистической «теории факторов», среди которых сознание всегда играет главную роль, а В. И. Ленина — субъективистом-волюнтаристом. Эти измышления направлены на то, чтобы вбить клин между теоретическими взглядами К. Маркса и Ф. Энгельса и дальнейшим творческим развитием их учения в трудах В. И. Ленина, исказить действительную историю формирования и развития марксизма-ленинизма, его философии.
Решающую роль в опровержении подобного рода 80


измышлений играет анализ реальных фактов процесса создания марксистской теории, возникновения и развития диалектического и исторического материализма в их исторической и логической взаимосвязи.
§ 1. Исторические условия возникновения философии марксизма
Возникновение марксизма в конце первой половины XIX в. было подготовлено всем ходом общественно-исторического развития человечества и сложившимися к этому времени общественными потребностями.
Время возникновения марксизма — это период завершения буржуазно-демократических преобразований в Западной Европе. В это время буржуазия в большинстве западноевропейских стран перестает быть революционным классом, заинтересованным в доведении буржуазно-демократических преобразований до конца. На историческую арену революционной борьбы выступил пролетариат: восстания лионских ткачей во Франции (1831 и 1834 гг.), силезских ткачей в Германии (1844 г.). В Англии в 30—40-е годы XIX в. развернулось чартистское движение за всеобщее избирательное право — первое массовое, политически оформленное, революционное движение пролетариата. В. И. Ленин назвал чартизм подготовкой к марксизму, как бы предпоследним словом к нему.
Но классовая борьба рабочих носила во многом стихийный, неорганизованный характер, пролетариату не хватало ясного классового самосознания, правильного понимания путей и средств уничтожения капиталистического строя.
Родиной нового мировоззрения стала Германия. И это не случайно. Именно здесь сложились объективные и субъективные предпосылки его формирования. В силу сложившихся исторических условий в Германии буржуазия не обладала еще политической властью, хотя представляла в Рейнской области и Силезии уже значительную экономическую силу. Двойной гнет — со стороны помещиков и капиталистов — обострял классовые противоречия в стране. На повестке дня стоял вопрос о буржуазной революции. К. Маркс (1818—1883) и Ф. Энгельс (1820—1895) увидели приближение этой революции и ее историческое своеобразие, связанное с иными международными и внутренними условиями. В Германии 40-х годов XIX в. был гораздо более раз81


витый, по сравнению с Англией XVII в. и Францией XVIII в., пролетариат, так что здесь впервые создавались условия для развертывания классовой борьбы пролетариата против буржуазии в самом ходе буржуазной революции. Таких условий в эпоху ранних буржуазных революций не было.
Таким образом, для создания качественно нового мировоззрения возникли объективные исторические предпосылки: во-первых, в 40-х годах XIX в. в Западной Европе антагонистические противоречия капитализма уже вполне обрисовались и потребность в радикальном, революционном преобразовании общественных отношений все более осознавалась; во-вторых, появилась и материальная сила осуществления этих преобразований — пролетариат; в-третьих, в Германии на повестку дня встала буржуазная революция, и пролетариат в ходе этой революции мог бы не только выступить как самостоятельная сила, но затем подняться и на борьбу против буржуазии, за свои собственные интересы.
Наряду с объективными историческими предпосылками для возникновения нового учения существовали и субъективные: творческая активность идеологов пролетариата, критическое усвоение и глубокая переработка ими предшествовавших достижений естественных и общественных наук, а также философии, глубокое исследование различных сфер общественной жизни. В работе «Что делать?» В. И. Ленин отмечал, что научный социализм вырос из тех философских, исторических, экономических учений, которые разрабатывались до этого образованными представителями имущих классов. Но эти учения представляли собой по сути лишь мыслительный материал для создания качественно новой теории.
Конечно, для создания нового мировоззрения его основоположники должны были обладать гениальными способностями и невероятным трудолюбием. Этими качествами и были наделены К. Маркс и Ф. Энгельс. Видный младогегельянец М. Гесс, подчеркивая многогранную одаренность К. Маркса, в 1841 г. писал своему другу Ауэрбаху так: «...будь готов познакомиться с величайшим, быть может, единственным из ныне живущих, настоящим философом... Доктор Маркс, таково имя моего кумира, еще совсем молодой человек (едва ли ему больше 24 лет) ; он нанесет последний удар средневековой религии и политике, в нем сочетаются глубочайшая философская серьезность с тончайшим остроумием; 82


представь себе соединенными в одной личности Руссо, Вольтера, Гольбаха, Лессинга, Гейне и Гегеля; я говорю соединенными, а не механически смешанными — и ты будешь иметь представление о докторе Марксе» \ Ф. Энгельс отмечал, что их теория по праву носит имя К. Маркса, ибо «Маркс стоял выше, видел дальше, обозревал больше и быстрее всех нас. Маркс был гений...» 2.
§ 2. Теоретические источники марксистской философии
Марксизм был подготовлен всем ходом предшествующего развития научной мысли, он является «образцом того, как появился коммунизм из суммы человеческих знаний...» 3. По словам В. И. Ленина, «вся гениальность Маркса состоит именно в том, что он дал ответы на вопросы, которые передовая мысль человечества уже поставила» 4. «Учение Маркса...— отмечал В. И. Ленин,— есть законный преемник лучшего, что создало человечество в XIX веке в лице немецкой философии, английской политической экономии, французского социализма» 5.
Что такое «теоретические источники»? Это содержащийся в предшествующих учениях мыслительный материал, который используется при формировании новых теоретических взглядов. Теоретические источники марксизма следует рассматривать и в широком, и в узком смысле. В широком смысле — это все достижения предшествующей общественной мысли, которые были критически освоены и переработаны К. Марксом и Ф. Энгельсом с позиций пролетариата: вся история материалистической и идеалистической философии, история теории познания и общая история культуры, история Французской буржуазной революции XVIII в. и вообще политическая история, история политических учений и права. В узком смысле — это немецкая философия конца XVIII — первой трети XIX в., английская классическая политическая экономия и французский утопический социализм.
К. Маркс и Ф. Энгельс критически переработали
1 Цит. по: Карл Маркс. Биография. М., 1968. С. 15— 16.
2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 21. С. 301 (примечания).
3 Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 41. С. 303.
4 Там же. Т. 23. С. 40.
5 Там же. С. 43.
83


все наиболее ценное и прогрессивное из прошлого: теорию трудовой стоимости А. Смита (1723—1790) и Д. Рикардо (1772—1823), гениальные догадки К. А. Сен- Симона (1760—1825), Ш. Фурье (1772—1837) и Р. Оуэна (1771 —1858) о социализме, идеалистическую диалектику Гегеля и материализм Л. Фейербаха.
К. Маркс и Ф. Энгельс отмечали важный вклад всего предшествующего материализма в дальнейшее развитие передовой философской мысли. В этом плане они выделяли следующие достижения материалистов прошлого: развитие учения о материи и ее самодвижении; признание познаваемости мира, отрицание каких-либо сверхъестественных попыток объяснения мира и ориентация на поиск естественных причин изучаемых явлений; тесная связь философии и передового естествознания и др. Вместе с тем они показали и его историческую ограниченность. В работе «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии» (1886) Ф. Энгельс указывает на три его основных недостатка.
Во-первых, домарксовский материализм был преимущественно механистическим. Все многообразие явлений природы и общества этот материализм пытался объяснить законами механики. Эта ограниченность имеет историческое оправдание, поскольку из всех наук в XVII — XVIII вв. механика гголучила наибольшее развитие. На ее основе развивался ряд других наук, ее стали наиболее широко применять в производстве, и потому механика казалась наукой фундаментальной. Механистическое мировоззрение было прогрессивным для своего времени, но механицизм — это момент метафизичности, и к середине XIX в. ограниченность этого мировоззрения особенно обнаружилась при попытках объяснения биологических, психологических и социальных явлений.
Во-вторых, домарксовский материализм был преимущественно метафизическим, «своеобразная ограниченность этого материализма заключалась в неспособности его понять мир как процесс, как такую материю, которая находится в непрерывном историческом развитии» 6. Нельзя сказать, что домарксовские материалисты не видели изменений и движения в природе. Но они не понимали качественного своеобразия процессов развития, рассматривая его лишь как увеличение или уменьшение уже существующего движения, причем верх берет дви-
6 Маркс /(., Энгельс Ф. Соч. Т. 21. С. 287. 84


жение по замкнутому кругу, как вечное повторение. «Старая метафизика, считавшая предметы законченными,— писал Ф. Энгельс,— выросла из такого естествознания, которое изучало предметы неживой и живой природы как нечто законченное»7. Гносеологическое объяснение причин господства метафизического метода Ф. Энгельс видит в том, что необходимо было сначала изучить предметы, прежде чем приступить к исследованию процессов, обозреть их многообразие, классифицируя их. «...До конца прошлого столетия естествознание было преимущественно собирающей наукой, наукой о законченных предметах...» 8
В-третьих, материалисты прошлого оставались в плену идеализма во взглядах на общественную жизнь. Отрицая сверхъестественное, религиозное истолкование истории, пытаясь найти естественные причины ее развития, «они в лучшем случае рассматривали лишь идейные мотивы исторической деятельности людей, не исследуя того, чем вызываются эти мотивы, не улавливая объективной закономерности в развитии системы общественных отношений, не усматривая корней этих отношений в степени развития материального производства...» 9. Иными словами, источник общественного развития они усматривали в идеальных, духовных факторах (в деятельности выдающихся исторических личностей, в психологических качествах людей, в таких проявлениях человеческой натуры, как эгоизм, любовь и ненависть, честолюбие и тщеславие и т. д.). Эти мотивы деятельности людей, бесспорно, существуют, и они оказывают определенное влияние на ход исторических событий. Но сами эти мотивы, влияющие на характер потребностей людей, обусловлены материальной деятельностью людей и ее изменениями.
Механистическая и вообще метафизическая ограниченность материализма XVII—XVIII вв. впервые в истории философии была подвергнута критике Гегелем. Воскресив идею Гераклита о противоречивом саморазвитии мира, он внес огромный вклад в разработку как объективной диалектики, так и диалектического метода, но в силу идеализма «у Гегеля диалектика стоит на голове. Надо ее поставить на ноги, чтобы вскрыть под мистической оболочкой рациональное зерно» 10. В Послесло-
7 Там же. С. 303.
8 Там же.
9 Ленин В. Я. Поли. собр. соч. Т. 26. С. 57.
10 Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. Т. 23. С. 22. 85


вии ко второму изданию первого тома «Капитала» К- Маркс подчеркивает, что его диалектико-материалистический метод является в этом смысле прямой противоположностью метода Гегеля.
Критикуя идеализм Гегеля, К. Маркс и Ф. Энгельс прежде всего опирались на материализм Л. Фейербаха. Однако рассмотренные выше основные недостатки до- марксового материализма в немалой степени были присущи и философским воззрениям Фейербаха. Преодолев в известной степени механистическую ограниченность материализма XVII — XVIII вв., антропологический материализм Фейербаха оставался разновидностью метафизического материализма; кроме того, критикуя идеализм Гегеля, Фейербах фактически пренебрег его диалектикой. Существенным изъяном философии Фейербаха было непонимание им объективных закономерностей развития общественных процессов. Он не сумел выявить социальную сущность человека, не увидел подлинной материальной основы общественной жизни. В конечном счете трактовка им общественных явлений оказалась идеалистической, так как вылилась в рассмотрение психологических мотивов поведения людей. Но в одном важном вопросе Фейербах вплотную подошел к проблематике исторического материализма: он показал, что религия — это иллюзорное сознание, имеющее вполне земные гносеологические и психологические корни. Однако он не дошел до понимания социально-классовой сущности религии и связей религиозных иллюзий с иллюзиями политическими и экономическими.
30—40-е годы XIX в. ознаменовались двумя великими событиями в естествознании — открытием закона сохранения и превращения энергии и созданием клеточной теории строения живых организмов, в 50-х годах получило широкую известность третье великое открытие — эволюционная теория Дарвина. Эти открытия опровергали старый метафизический взгляд на природу и указывали на присущую ей объективную диалектику.
Врач Ю. Майер и физики Г. Гельмгольц и Д. Джоуль раскрыли суть закона сохранения энергии, который давал возможность представить развитие материи как бесконечный процесс смены свойственных ей видов энергии, вел к пониманию того, что движение материи не- сотворимо и неуничтожимо, а только представляет собой превращение одних форм в другие.
86


Открытие принципа клеточного строения всех живых существ подводило к научному пониманию единства всей органической природы. Биологи Т. Шванн и М. Шлейден, разработав клеточную теорию, доказали, что животные и растительные клетки имеют в принципе одинаковую структуру и выполняют аналогичные функции. Тем самым они установили общность между растительными и животными организмами. Диалектико-материалистический анализ клеточной теории был проведен Ф. Энгельсом в его осноцных философских трудах — «Анти-Дюринг» и «Диалектика природы».
Материалистическая теория эволюции органического мира, созданная Ч. Дарвином (1809—1882), сыграла огромную роль в формировании нового мировоззрения. Дарвин вскрыл причины эволюции в природе, выделил и такие ее факторы, как наследственность и изменчивость. На громадном эмпирическом материале он показал действие стихийного механизма естественного отбора в природе, борьбу за существование и выживание наиболее приспособленных биологических особей. Дарвин доказал, что мир растений и животных имеет свою историю, что виды растений и животных возникают, изменяются, сменяются другими видами. В. И. Ленин в работе «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?» сравнивал открытие К. Марксом материалистического понимания истории с научным подвигом Дарвина п. Своим учением Дарвин отверг идею божественного сотворения видов растений и животных, нанес серьезный удар по религиозному мировоззрению. Теория Дарвина принадлежит к числу выдающихся естественнонаучных открытий XIX в.
Ф. Энгельс в работе «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии» писал, что «познание взаимной связи процессов, совершающихся в природе, двинулось гигантскими шагами вперед особенно благодаря трем великим открытиям...». В результате этого естествознание стало «наукой о процессах, о происхождении и развитии... и о связи, соединяющей эти процессы природы в одно великое целое» 12.
Выдающиеся естественнонаучные открытия середины XIX в. коренным образом изменили характер представлений человека о мире, вскрыли глубокую взаимную связь и обусловленность явлений материального мира,
11 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 1. С. 139.
12 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 21. С. 303.
87


его качественное многообразие и развитие. Эти открытия способствовали возникновению качественно нового философского мировоззрения и подлинно научного метода объяснения явлений и процессов объективной реальности.
§ 3. Формирование философии марксизма
Создание философии марксизма — исторический процесс. В. И. Ленин в работах «Карл Маркс», «Фридрих Энгельс», «Исторические судьбы учения Карла Маркса», «Три источника и три составных части марксизма» и других отмечал, что в едином и закономерном историческом процессе формирования и развития философии марксизма можно выделить различные периоды и главные вехи. Это прежде всего важнейший переломный пункт — переход в 1844 г. К. Маркса и Ф. Энгельса с позиций идеализма и революционного демократизма на позиции диалектического материализма и научного коммунизма, а затем, с конца 1844 по начало 1848 г.,— период формирования марксизма как целостного учения, разработки основных положений диалектического и исторического материализма и создания первых научных и политических произведений зрелого марксизма: «Нищета философии» (1847), «Манифест Коммунистической партии» (1848).
В своей первой философской работе — докторской диссертации «Различие между натурфилософией Демокрита и натурфилософией Эпикура» К. Маркс «стоит еще вполне на идеалистически-гегельянской точке зрения» 13. Но уже в ней видно стремление автора найти ответы на животрепещущие вопросы того времени об отношении философии к миру, о свободе и путях ее реализации, о соотношении теории и практики. К. Маркс делает революционно-демократические выводы из философии Гегеля, формулирует свои гуманистические идеалы.
Работая в буржуазно-демократической «Рейнской газете» (1842), К. Маркс начинает осознавать роль материального производства в жизни общества, классовый характер существующих в Германии порядков, приступает к анализу реальных общественных отношений, решительно становится на защиту интересов трудя-
13 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 26. С. 82. 88


щихся. В. И. Ленин подчеркивает, что в статьях, опубликованных в этот период в газете, «намечается переход Маркса от идеализма к материализму и от революционного демократизма к коммунизму» 14.
Преодолевая ограниченность идеалистической диалектики Гегеля, К. Маркс приступает к созданию новой, материалистической диалектики. В феврале 1844 г. в «Немецко-французском ежегоднике», выпущенном в свет К. Марксом в Париже, он публикует работу «К критике гегелевской философии права. Введение», которая знаменует решительный переход к материализму и научному коммунизму. В этой работе он глубоко материалистически трактует вопросы государства, права, философии, религии, делает важный теоретический вывод о том, что правовые отношения коренятся в материальных отношениях, обосновывает роль революционной теории и ее связь с революционной практикой. Свою философию он рассматривает в качестве идейного оружия борьбы пролетариата за революционное переустройство общества: «Подобно тому как философия находит в пролетариате свое материальное оружие, так и пролетариат находит в философии свое духовное оружие...» 15
В формировании взглядов Ф. Энгельса огромную роль сыграло его пребывание в Англии (1842—1844), непосредственное участие в чартистском движении и изучение положения английского рабочего класса. Теоретические размышления, осмысление уроков истории и современной социальной практики приводят Ф. Энгельса к мысли о решающей роли материальных интересов людей в общественно-историческом развитии и о всемирно-исторической миссии пролетариата. «Наброски к критике политической экономии» и другие работы Ф. Энгельса, опубликованные в «Немецко-французском ежегоднике» в 1844 г., свидетельствуют об его окончательном переходе на позиции материализма и коммунизма; их можно рассматривать как гениальный зародыш экономической теории марксизма. В. И. Ленин подчеркивал, что здесь Ф. Энгельс «с точки зрения социализма рассмотрел основные явления современного экономического порядка, как необходимые последствия господства частной собственности» 16.
В 1844 г. происходит окончательный разрыв К. Маркса и Ф. Энгельса с младогегельянцами. Именно
14 Там же.
15 Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. Т. 1. С. 428.
16 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 2. С. 10. 89


этот год в истории формирования марксизма считается моментом окончательного перехода К. Маркса и Ф. Энгельса на позиции диалектического и исторического материализма. «Когда я летом 1844 г.,— вспоминал потом Ф. Энгельс,— посетил Маркса в Париже, выяснилось наше полное согласие во всех теоретических областях, и с того времени началась наша совместная работа» 17.
Среди работ К. Маркса этого времени особое место занимают «Экономическо-философские рукописи 1844 года», в которых в качестве центральных впервые в единстве исследуются проблемы философии, политической экономии и научного коммунизма. Изучение «Эко- номическо-философских рукописей 1844 года» очень важно для правильного понимания процесса формирования марксизма. Неудивительно, что со времени публикации в печати (она состоялась только в 1932 г.) вплоть до наших дней эта работа К. Маркса является объектом всевозможных искажений со стороны наших идейных противников.
В этой незавершенной рукописи новое научное мировоззрение еще не оформилось в целостное учение. Отдельные формулировки пока недостаточно четки. Употребление некоторых терминов нуждается в разъяснении. К примеру, характеризуя свою диалектико-материалистическую философию, К. Маркс пользуется многозначными терминами «реальный гуманизм», «натурализм». Не желая замечать материалистического содержания, которое вкладывает в эти термины К. Маркс, буржуазные теоретики приравнивают их к понятиям, которыми пользовался Л. Фейербах, и объявляют гуманистом только «раннего Маркса» в противоположность «Марксу зрелому». Извращению подвергаются и центральные понятия этой работы — «отчуждение» и «отчужденный труд», которыми К. Маркс характеризует отношения в условиях капиталистического производства между рабочим, его трудом и результатами труда.
Понятием «отчуждение» пользовались до К. Маркса такие выдающиеся мыслители, как Ж.-Ж. Руссо, Г. Гегель, Л. Фейербах. Однако К. Маркс вкладывает в понятие «отчуждение» принципиально новое, классовоэкономическое содержание, вскрывает материальный фундамент социально-классового отчуждения — частную собственность на средства производства.
17 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 21. С. 220.
90


Ценным является высказывание К. Маркса по поводу того, что с ликвидацией частной собственности все виды отчуждения автоматически не исчезают, для этого необходимо немало усилий. Процесс их исчезновения — длительный и сложный, что и показала история советского общества 18.
В «Экономическо-философских рукописях 1844 года» К. Маркса рассматривается отношение к гегелевской диалектике, дается ее критический разбор. Используя опыт материалистической критики Гегеля Фейербахом, К. Маркс анализирует основные диалектические идеи Гегеля, его философскую систему в целом, различая в ней революционную и консервативную стороны. Он отвергает идеализм Гегеля, показывает оторванность гегелевских абстракций и мыслительных форм от действительности.
В рассматриваемой работе К. Маркс очень высоко оценивал достижения Фейербаха, но по сути дела он уже значительно отошел от его взглядов. Поддерживая общую материалистическую направленность философии Фейербаха и используя отдельные его термины, он вкладывает в них качественно иное, революционно-пролетарское и диалектико-материалистическое содержание. Если Фейербах видел в отношениях между людьми лишь природные связи и истолковывал сущность человеческого общества как натуралистическое единение человека и матери-природы, то К. Маркс на первый план как основу всей социальной практики выдвигает общественное материальное производство, связывающее общество с природой. «Экономическо-философские рукописи 1844 года» К. Маркса представляют собой важную веху в формировании основных положений диалектического и исторического материализма. Вместе с тем это набросок программы дальнейших исследований, в частности механизма возникновения эксплуатации и отчуждения, реализованных впоследствии в «Капитале».
Первой совместной работой К. Маркса и Ф. Энгельса было «Святое семейство, или Критика критической критики» (1844) В. И. Ленин в своем конспекте «Святого семейства» 19 дал высокую оценку этого труда, сыгравшего важнейшую роль в дальнейшем формировании
18 См.: Горбачев М. С. Революционной перестройке — идеологию обновления: Речь на Пленуме ЦК КПСС 18 февраля 1988 года. Постановление Пленума ЦК КПСС. М., 1988. С. 9—10.
19 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 3—40. 91


философии марксизма. «Святое семейство» — ироническое прозвище, данное К. Марксом группе младогегельянцев, с которыми основоположники марксизма прежде сотрудничали как с наиболее левой группой в Германии. Пр имерно с 1842 г. младогегельянцы стали превращаться в демагогов-волюнтаристов. К. Маркс и Ф. Энгельс ловели с ними, как с мелкобуржуазным течением, непримиримую борьбу. Обосновывая принцип классового подхода в философии, К. Маркс и Ф. Энгельс в «Святом семействе» показывают, что реакционная философская позиция поздних младогегельянцев тесно связана с их фальшивыми политическими лозунгами, проникнутыми недоверием и враждой к народным массам.
Критикуя идеалистические взгляды младогегельянцев на историю, К. Маркс и Ф. Энгельс развивают понимание исторического процесса как общественно-исторической практической деятельности людей: «Идеи вообще ничего не могут осуществить. Для осуществления идей требуются люди, которые должны употребить практическую силу»20. В этой работе основоположники марксизма указывают движущую силу развития капиталистического общества — противоречие между трудом и капиталом, разрабатывают основы диалектикоматериалистической теории социальных классов, обосновывают революционно-преобразующую роль пролетариата, большое внимание уделяют вопросам соотношения теории и практики, взаимодействия материального и духовного в истории и целому ряду других философских проблем.
Идея всемирно-исторической миссии пролетариата красной нитью проходит и через главный труд Ф. Энгельса этого периода — «Положение рабочего класса в Англии» (1844—1845). Ф. Энгельс подчеркивает, что рабочий класс способен не только разрушить капиталистический строй, но и построить бесклассовое коммунистическое общество. Оценивая эту работу, В. И. Ленин писал: «И до Энгельса очень многие изображали страдания пролетариата и указывали на необходимость помочь ему. Энгельс первый сказал, что пролетариат не только страдающий класс; что именно то позорное экономическое положение, в котором находится пролетариат, неудержимо толкает его вперед и заставляет бороться за свое конечное освобождение. А борющийся
20 Маркс /0, Энгельс Ф. Соч. Т. 2. С. 132 92


пролетариат сам поможет себе» 21. Теоретические выводы Ф. Энгельс делает на основе изучения и обобщения огромного фактического материала. Это еще одно свидетельство того, что марксизм складывался отнюдь не как умозрительная конструкция, в чем пытаются убедить читателей буржуазные критики марксизма.
Следует иметь в виду, что в названной работе есть еще некоторые неточности (к примеру, делается вывод о том, что капитализм уже исчерпал свои возможности), встречаются и нечеткие формулировки. Однако в ней Ф. Энгельс окончательно переходит от революционного демократизма к научному коммунизму и дает глубоко материалистическое обоснование коммунистических воззрений.
В 1845—1846 гг. К. Маркс и Ф. Энгельс пишут вторую совместную работу — «Немецкая идеология», в которой осуществляют окончательный идейный разгром младогегельянства и разоблачают мелкобуржуазную сущность учения немецких «истинных социалистов» (это разновидность мелкобуржуазного социализма, возникшая в Германии в середине 40-х годов XIX в.). Детальная разработка «новых воззрений в самых разнообразных направлениях» 22 требовала сведения счетов со своей прежней философской совестью 23. Прежде всего необходимо было дать строго научную оценку философии Гегеля и Фейербаха.
В знаменитых «Тезисах о Фейербахе», написанных К. Марксом в том же 1845 г., было показано, что новое мировоззрение опирается на материалистическое понимание практики как активного взаимодействия людей с природой и друг с другом. В 11-м тезисе подчеркивалось, что революционная философия пролетариата нацелена не на регистрацию существующего, а на его коренное преобразование. «Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его» 24.
Если «Тезисы о Фейербахе», по выражению Ф. Энгельса, были гениальным зародышем нового мировоззрения, то совместный труд К. Маркса и Ф. Энгельса «Немецкая идеология» (1845—1846) явился первой всесторонней разработкой этого мировоззрения. Соз-
21 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 2. С. 9.
22 Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. Т. 21. С. 220.
23 См. там же. Т. 13. С. 8.
24 Там же. Т. 3. С. 4.
93


давая научную идеологию пролетариата, К. Маркс и Ф. Энгельс противопоставили ее буржуазной и мелкобуржуазной идеологии по всем основным линиям. Свою теорию они не называют уже многозначным термином «реальный гуманизм», а подчеркивают, что их учение есть «коммунистический материализм», «практический материализм», «научный коммунизм», проникнутый, разумеется, гуманистическим духом. В «Немецкой идеологии» впервые дается принципиальная материалистическая формулировка соотношения сознания и бытия в общественной жизни: сознание есть «осознанное бытие».
К. Маркс и Ф. Энгельс обосновывают принцип партийности как важнейший принцип своей методологии, показывают, что научный анализ любого социального учения невозможен без четкого выявления его классовой сущности. Материалистическое понимание истории они сознательно и открыто противопоставляют всем прежним философским концепциям.
В «Немецкой идеологии», развивая идеи «Тезисов о Фейербахе», основоположники марксизма показали ограниченность антропологического материализма Фейербаха, его созерцательный, метафизический характер, научную несостоятельность концепции абстрактного, природного человека и подчеркнули, что человек живет в конкретном классовом обществе и его сущность раскрывается через совокупность всех свойственных этому обществу внутренних отношений. Критикуя идеалистическое истолкование общественной жизни, К. Маркс и Ф. Энгельс доказывали, что материальная жизнь общества является основой, на которой возникают различные идеологические образования.
В «Немецкой идеологии» были рассмотрены основополагающие понятия и категории диалектического и исторического материализма: сознание в аспекте его происхождения и социальной сущности; превратная идеология как вид классового общественного сознания; практика как основа познания и революционного преобразования мира; сформулированы исходные положения материалистической теории общественно-исторического развития. Философия марксизма предстает здесь как учение о едином закономерном процессе диалектико-материалистического развития природы, общества и человеческого познания.
В «Немецкой идеологии» впервые прозвучал термин «материалистическое понимание истории», а отдельные 94


положения этого понимания сведены в единую концепцию. Материалистическое понимание истории явилось результатом распространения К. Марксом и Ф. Энгельсом материалистического решения основного вопроса на область социальных явлений. Формулируя принципиально новый подход к истории, они отмечают, что материальное производство является основой всей социальной деятельности людей и изменения в нем в конечном счете определяют существенные изменения в последней.
Основные положения материалистической теории общественного развития, изложенные в «Немецкой идеологии», разрабатывались в последующих трудах основоположников марксизма и получили классическую формулировку в знаменитом предисловии К. Маркса «К критике политической экономии» 25 (1859). В работе «Немецкая идеология» ярко выражен великий революционный переворот, который совершили К. Маркс и Ф. Энгельс в общественной науке, создав целостное учение о законах развития природы, общества и познания.
Первым зрелым произведением марксизма В. И. Ленин назвал философско-экономическую работу К. Маркса «Нищета философии», написанную в 1847 г. как ответ на книгу французского мелкобуржуазного социолога и экономиста П. Ж. Прудона «Философия нищеты». Идеи Прудона получили в то время довольно широкое распространение в рабочем движении. Он выступал против коммунизма, рабочего движения, отрицая классовую и вообще политическую борьбу, пролетарскую революцию и диктатуру пролетариата. С позиций мелкобуржуазного идеолога абсолютизировал мелкую частную собственность, предлагал рецепты «усовершенствования» капиталистического строя. Анализируя метод Прудона, К. Маркс вскрывает его теоретическую несостоятельность, показывает, что этот метод — идеалистический схематизм, вульгаризированная гегелевская диалектика. Подобному подходу К. Маркс противопоставляет материалистическую диалектику, углубленно разрабатывает самую суть марксистского диалектического метода — учение о развитии как борьбе противоположностей.
В «Нищете философии» впервые исследуется диалектика двух сторон способа производства: производитель-
25 См. там же. Т. 13. С. 5—9.
95


ных сил и производственных отношений. К. Маркс показывает антагонистический характер прогресса в классовом обществе и тот факт, что пролетариат порожден прогрессом производительных сил, а его революционность отражает материальные потребности общественного развития. Книга К. Маркса проникнута верой в великую историческую миссию рабочего класса.
Выдающимся итогом процесса формирования марксизма, классическим изложением основ марксизма является написанный совместно К. Марксом и Ф. Энгельсом в конце 1847 — начале 1848 г. «Манифест Коммунистической партии». Этот труд занимает особое место в истории марксизма. Его значение точно определил В. И. Ленин: в «Манифесте Коммунистической партии» «с гениальной ясностью и яркостью обрисовано новое миросозерцание, последовательный материализм, охватывающий и область социальной жизни, диалектика, как наиболее всестороннее и глубокое учение о развитии, теория классовой борьбы и всемирно-исторической революционной роли пролетариата, творца нового, коммунистического общества» 2Ь.
Основоположники марксизма, опираясь на открытые ими законы общественного развития, доказали историческую неизбежность падения капитализма и перехода к бесклассовому коммунистическому обществу. Они проанализировали процесс развития рабочего класса, показали его историческую миссию, сформулировали одну из главных, центральных идей марксизма — идею диктатуры пролетариата как сущностной характеристики государственной власти рабочего класса, устанавливаемой им в результате ликвидации капитализма для защиты завоеваний революции и для построения нового общества. Что касается термина «диктатура пролетариата», то он появился впервые в сочинении К. Маркса «Классовая борьба во Франции с 1848 по 1850 г.» (1850). В «Манифесте Коммунистической партии» К. Маркс и Ф. Энгельс научно обосновали коммунистический идеал, подвергли критике принципы буржуазной идеологии, здесь научный коммунизм четко противопоставляется всем ненаучным, утопическим социалистическим и коммунистическим теориям. К. Маркс и Ф. Энгельс обосновали роль Коммунистической партии как авангарда пролетариата, провозгласили идею пролетарского интернационализма.
26 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 26. С. 48.
96


К 1848 г. формирование марксизма как целостного учения в основном завершается. В последующих произведениях К. Маркса, Ф. Энгельса, и прежде всего в «Капитале» К. Маркса, в трудах Ф. Энгельса «Анти-Дюринг», «Диалектика природы», «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии», «Происхождение семьи, частной собственности и государства», в его письмах первой половины 90-х годов XIX в. по вопросам исторического материализма основные положения марксистской философии получают всестороннее систематическое выражение и дальнейшее развитие.
Анализ и обобщение опыта классовой борьбы и бурного развития естествознания во второй половине XIX в. подтвердили гениальную мысль Ф. Энгельса: «С каждым составляющим эпоху открытием даже в естественноисторической области материализм неизбежно должен изменять свою форму. А с тех пор, как и истории было дано материалистическое объяснение, здесь также открывается новый путь для развития материализма» 7.
На разных этапах развития марксизма социальная практика выдвигала на первый план различные проблемы.
В период буржуазно-демократических революций 1848—1849 гг. в Европе, обобщая их опыт, К. Маркс и Ф. Энгельс разрабатывают теорию социалистической революции, учение о диктатуре пролетариата, о сломе буржуазной государственной машины, раскрывают роль народных масс и личности в истории, разрабатывают идею о гегемонии рабочего класса в революции и о его союзе с другими классами и слоями трудящихся. В философском плане в это время разрабатывается диалектика буржуазно-демократической революции и ее перехода в свою противоположность — феодально-буржуазную контрреволюцию.
В 50—60-х годах XIX в. К. Маркс в «Капитале» исследует политэкономические проблемы, раскрывает законы капиталистического способа производства и создает научную политическую экономию. Здесь раскрыт механизм классовой эксплуатации и возникновения отчуждения труда (в том числе в такой его идеологической форме, как товарный фетишизм), разработаны основные категории исторического материализма, углуб-
27 Маркс КЭнгельс Ф Соч. Т. 21. С. 286.
4 Диалектический материализм 97


лено понимание материалистической диалектики как метода познания (единство логического и исторического; восхождение от абстрактного к конкретному; общее и особенное в противоречиях как источнике объективного развития и как стимуле познавательного процесса). В «Капитале» и в подготовительных к нему работах К. Маркс уделяет большое внимание дальнейшей разработке диалектического метода, законов и категорий исторического материализма, завершает создание учения об общественно-экономической формации, базисе и надстройке.
В работах 70—80-х годов К. Маркс и Ф. Энгельс теоретически обобщают исторический и естественнонаучный опыт того времени. В «Критике Готской программы» (1875) К. Маркс создает учение о двух фазах развития коммунистической общественно-экономической формации. Ф. Энгельс в «Анти-Дюринге» (1876—1878) и «Диалектике природы» (1873—1886) впервые излагает диалектический и исторический материализм в их единстве, в цельном и последовательном виде, разрабатывает ряд важнейших категорий материалистической диалектики. В письмах 90-х годов по вопросам исторического материализма Ф. Энгельс большое внимание уделяет проблемам относительной самостоятельности общественного сознания, активной роли идеологии в общественной жизни, диалектического взаимодействия базиса и надстройки в общественно-историческом развитии.
§ 4. Значение революционного переворота, совершенного К. Марксом и Ф. Энгельсом в философии
Глубокое отличие марксистской философии от всех прежних философских учений состоит в том, что по своей классовой сущности она является мировоззрением рабочего класса. В то время как предшествующая философия была по преимуществу выражением мировоззрения эксплуататорских классов, К. Маркс и Ф. Энгельс создали целостное учение, выражающее коренные интересы международного пролетариата.
Практика классовой борьбы выдвинула проблему создания качественно новой философии — философии революционного действия. Великая заслуга К. Маркса и Ф. Энгельса состояла в том, что в пролетариате они увидели тот класс, который держит в своих руках ключи 98


к будущему. Марксистское мировоззрение стало теорией освобождения всех угнетенных и эксплуатируемых, их идейным оружием.
В марксистской философии диалектика и материализм впервые сознательно были соединены в целостное учение, развивающееся в их органичном единстве и теснейшей взаимосвязи. Материализм стал диалектической теорией, а диалектика — материалистическим методом. Объективной основой такого единства является неразрывность материи и движения. Соединив воедино диалектику и материализм, К. Маркс и Ф. Энгельс создали целостное философское учение, преодолевшее односторонность и ограниченность всех прежних философских систем.
Важнейшее открытие марксизма — создание материалистической теории общественно-исторического процесса. Первоначально новый взгляд на историю и общество представлял собой лишь гипотезу, но такую, которая, по словам В. И. Ленина, «впервые возвела социологию на степень науки» 28, поскольку дала возможность установить повторяемость в развитии общественных отношений, обобщить определяющие сходства в экономической жизни разных стран в понятие «общественно-экономическая формация».
В 50-х годах XIX в. К. Маркс начал свое грандиозное исследование самой сложной общественно-экономической формации — капиталистической. В четырех томах «Капитала», эпохального труда XIX в., капиталистическая формация была исследована всесторонне, с ее экономическим базисом, политической надстройкой, ее идеями, нравами, бытовыми, семейными отношениями. К. Маркс установил, что развитие формаций, их смена есть «естественноисторический процесс», связав тем самым воедино, при всех отличиях общества от природы, идею объективных законов развития природы с законами социальной активности и исторического развития общества. Таким образом, после создания «Капитала», который завершил процесс формирования марксизма в целом, уже никак нельзя было говорить об историческом материализме только как о гипотезе, пусть и весьма вероятной. Он стал научно обоснованной философией и общесоциологической теорией. В. И. Ленин писал, что «Капитал» — это «образец научного анализа одной — и самой сложной — общественной формации
28 См.: Ленин В. Я. Поли. собр. соч. T. 1. С. 136— 137. 99


по материалистическому методу, образец всеми признанный и никем не превзойденный» 29.
Ф. Энгельс в работах «Развитие социализма от утопии к науке», «Анти-Дюринг» подчеркивал, что два великих открытия К. Маркса — материалистическое понимание истории и разоблачение тайны капиталистического производства посредством прибавочной стоимости — превратили социализм из утопии в науку 30. С открытием законов материалистического понимания истории диалектический материализм стал всесторонним учением, дающим последовательное общетеоретическое объяснение процессов природы, общества и мышления.
Создание К. Марксом и Ф. Энгельсом диалектического и исторического материализма означало вместе с тем создание как качественно новой формы материализма, так и качественно новой формы диалектики. Г. В. Плеханов, первый выдающийся пропагандист марксистских идей в России, говорил, что «появление материалистической философии Маркса — это подлинная революция, самая великая революция, какую только знает история человеческой мысли»31.
Одним из важнейших моментов революционного переворота, совершенного К. Марксом и Ф. Энгельсом в понимании общественной жизни, является создание диалектико-материалистического учения о практике. Концепция практики разрабатывалась основоположниками марксизма как учение о методах и путях революционной борьбы, как идея революционного перехода к коммунизму. Они осуществили также научное объяснение роли общественной практики в познании, что стало возможным лишь в связи с разработкой материалистического понимания истории. Включение общественной практики в теорию познания способствовало решительному преодолению созерцательности всей прежней философии. Было покончено с противопоставлением философии практической деятельности людей. В единстве теории и практики К. Маркс и Ф. Энгельс видели источник революционного преобразования общества, а также источник ценности самого нового мировоззрения, его действенности и постоянного обогащения.
29 Там же. С. 140.
См.: Маркс КЭнгельс Ф. Соч. Т. 19. С. 209; Т. 20. С. 26—27.
Плеханов Г. В. Избранные философские произведения: В 5 т. T. II. М., 1956. С. 450.
100


Переворот в философии выразился, кроме того, в коренном изменении понимания отношения между философией и всеми частными науками. Домарксовская философия в лице Фихте и Гегеля претендовала на роль «науки наук». К. Маркс и Ф. Энгельс покончили с противопоставлением философского знания специальным наукам и показали, что претендовать на роль «науки наук» у философии нет оснований. Марксистская философия опирается на достижения всех наук, но она имеет свой предмет и отличается от всех прочих наук, при этом она служит теоретическим фундаментом мировоззрения и методологическим ориентиром для ученых всех областей научного знания, помогает им выработать общую стратегию исследований, эффективных поисков научной истины, служит руководством к успешной практической деятельности.
Философия марксизма является подлинно научной философией, так как ее основополагающие принципы базируются на познании самой действительности, на обобщении достижений науки, на изучении уроков истории и классовой борьбы. К. Маркс и Ф. Энгельс были не только гениальными теоретиками пролетариата, но также и политическими его вождями. Накануне революции 1848 г. они создали программу «Союза коммунистов» — «Манифест Коммунистической партии», в 1864 г. основали I Интернационал, всей своей деятельностью способствовали распространению марксизма в рабочем движении. К. Маркс был мужем науки, а наука была для него исторически движущей, революционной силой, он был революционером, и борьба была его стихией — так говорил Ф. Энгельс, прощаясь со своим гениальным другом 32.
Диалектический материализм как философская теория всеобщего развития сам является развивающейся системой философского знания. Созданный более ста лет назад, он остается подлинной философией современной эпохи. Марксизм — это живое творческое учение, непрерывно обогащающееся новыми положениями и открытиями и освобождающееся от устаревших положений. Оно не претендует на обладание окончательной истиной, годной для всех времен и условий, это не мертвая догма, не застывшая спекулятивная концепция, а глубоко научная и самокритичная теория, нацеленная на свое постоянное и творческое развитие.
32 См.: Маркс К, Энгельс Ф. Соч. Т. 19. С. 351.
101


Наша теория не догма, а руководство к действию, говорили основоположники марксизма. «...Все миропонимание... Маркса,— подчеркивал Ф. Энгельс,— это не доктрина, а метод. Оно дает не готовые догмы, а отправные пункты для дальнейшего исследования и метод для этого исследования»33. В. И. Ленин неоднократно подчеркивал значение этого принципа, радикально отличающего философию марксизма от всех предшествующих философских учений. Эта мысль, чрезвычайно важная для наших дней, лежит в основе деятельности КПСС в условиях перестройки, революционного обновления всех сфер общественной жизни советского общества.
33 Там же. Т. 39. С. 352.


Глава IV
Ленинский этап в развитии марксистской философии
Марксизм — живое, развивающееся учение; говоря иначе, развитие выступает как присущий ему атрибут, как способ его существования. Мы многого не поймем в самой сущности марксизма, во взаимоотношении конкретных форм, выражающих марксистскую теорию в различных исторических условиях, если не сможем представить ее как единство целостности, монолитности, с одной стороны, и подвижности, лабильности, развиваемости — с другой. Сказанное о марксизме в целом относится и к его «составным частям», в частности к марксистской философии.
Наши идеологические противники не желают понять существеннейшей особенности марксистской философии, состоящей в том, что она представляет собой живую, подвижную, развивающуюся целостность. Отсюда их настойчивые попытки так или иначе разорвать единство марксистской философии, противопоставить друг другу как отдельные ее стороны, так и различные этапы ее развития.
С особым рвением этот прием разрыва единого марксистского учения на различные его «модели» и «варианты» применяется современными антимарксистами уже при определении ими сущности ленинизма: традиционным стало противопоставление «западного» марксизма марксизму «восточному», «русскому», т. е. ленинизму. Ленинизм объявляется учением, соответствующим лишь своеобразным условиям российской действительности конца XIX — начала XX в. и потому не имеющим интернационального характера и общенаучного значения. В этой связи предпринимается множество попыток обнажить так называемые российские корни не только ленинизма вообще, но и выдвигавшихся В. И. Лениным социально-философских идей: истоки их ищут в различных теориях, предшествовавших появле103


нию марксизма в России,— то у славянофилов, то у Михаила Бакунина, то у Петра Ткачева и т. д. Вопреки этому ленинизм — отнюдь не специфически русский вариант марксизма, это марксизм новой эпохи, единое, целостное, развивающееся учение международного рабочего класса XX в.
Как учение глубоко интернациональное, ленинизм не ограничивается периодом творчества В. И. Ленина. Этот этап в истории марксизма, начавшийся в середине 90-х годов XIX в., продолжается и сегодня, находя выражение в теоретической деятельности КПСС и братских партий, воплощаясь в программных установках мирового коммунистического движения, в произведениях марксистских теоретиков разных стран и народов. Если говорить собственно о ленинском этапе в философии, его сердцевину, несомненно, составляет философское творчество самого В. И. Ленина.
§ 1. Развитие В. И. Лениным марксистской философии в дооктябрьский период (1894— 1917)
Почему этап в развитии философии марксизма, начавшийся в середине 90-х годов XIX в., называется ленинским? Удачный ответ на этот вопрос дал в свое время Антонио Грамши: В. И. Ленин «на деле двинул вперед философию как таковую тем, что он двинул вперед политическую теорию и практику» *. В этих словах схвачена важная закономерность, обусловленная, с одной стороны, характерным для марксизма неразрывным единством теории и практики, а с другой — цельностью марксизма как теоретического учения в органичном единстве всех его составных частей. Выработка верных политических целей, идей, теорий, программ так или иначе всегда связана в марксизме с разработкой его философских оснований. «Необходимость осмысления новых процессов исторического развития, совершенствования марксистской методологии, задачи идеологической борьбы потребовали от партии большевиков и ее вождя глубочайшего анализа актуальных философских вопросов»2. В. И. Ленин выполнил эту миссию.
Дело, таким образом, не только в поразительной интеллектуальной проницательности и научной эруди-
1 Грамши А. Избранные произведения: В 3 т. Т. 3. М., 1959. С. 59.
2 Справочник партийного работника. Вып. 10. М., 1970. С. 27. 104


ции В. И. Ленина, но именно в том, что он был создателем, теоретиком и вождем партии нового типа, сумевшей поднять пролетариат, народные массы России на революцию, аналогов которой в мире не было.
Известно, что Россия конца XIX — начала XX в. представляла собой средоточие острейших противоречий: набирали силу противоречия, характерные для первоначального капиталистического накопления и становления системы капиталистической эксплуатации; вместе с тем здесь уже начали развиваться противоречия, характерные для империализма; в то же время оставались неразрешенными противоречия, связанные с далеко не преодоленным феодальным прошлым России; существовало глубокое противоречие между центром и угнетенными национальными окраинами. Все эти противоречия крайне обострились в условиях первой мировой войны. Такого узла противоречий не знала в то время ни одна страна. Именно поэтому Россия оказалась самым слабым звеном в цепи империализма. Для вождя партии, поднимавшей пролетариат, народ России на революцию, которая разрешила бы все эти противоречия, требовалось предельно острое диалектико-материалистическое мышление,— мышление, которым при всей его талантливости не обладал ни Плеханов, ни какой-либо другой российский теоретик или политический деятель.
Будучи верным учеником и продолжателем учения Маркса и Энгельса, В. И. Ленин в новых исторических условиях призвал к развитию марксистской теории дальше. Еще в начале своей деятельности, в 1899 г., В. И. Ленин заявил: «Мы вовсе не смотрим на теорию Маркса как на нечто законченное и неприкосновенное; мы убеждены, напротив, что она положила только краеугольные камни той науки, которую социалисты должны двигать дальше во всех направлениях, если они не хотят отстать от жизни. Мы думаем, что для русских социалистов особенно необходима самостоятельная разработка теории Маркса, ибо эта теория дает лишь общие руководящие положения, которые применяются в частности к Англии иначе, чем к Франции, к Франции иначе, чем к Германии, к Германии иначе, чем к России»3.
Отстаивая и развивая философию марксизма, В. И. Ленин не только защищал ее от прямых нападок буржуазных идеологов, но и постоянно боролся,
3 Ленин В. И. Поли. собр. соч Т. 4. С. 184.
105


с одной стороны, с догматиками, т. е. с теми, кто, считая себя подлинными марксистами, видел верность марксизму в том, чтобы без конца повторять истины, правильные в одних условиях, но переставшие быть правильными в других, новых условиях. С другой стороны, В. И. Ленину пришлось вести острую борьбу с ревизионистами, т. е. с теми теоретиками, которые говорили о необходимости развивать философию марксизма, обогащать ее, но при этом, во-первых, отказывались от коренных ее принципов, от самой «азбуки» этой философии; во-вторых, это «развитие» обычно осуществляли таким образом, что включали в марксистскую философию идеи, отнюдь не новые, а попросту заимствованные из буржуазной «профессорской философии».
Разработка В. И. Лениным философии марксизма осуществлялась первоначально в борьбе с либеральным народничеством, прежде всего с одним из его идеологов — Н. К. Михайловским, который трактовал марксизм как экономический материализм, как своего рода фатализм. В. И. Ленин показал ошибочность сведения исторического материализма к экономическому материализму, т. е. к такому подходу, при котором единственной детерминантой развития общества выступает развитие экономики. Именно в этой связи в брошюре «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?» (1894) — первой своей большой теоретической работе — В. И. Ленин определяет формацию не только как лишь экономическое образование, а как особую ступень в развитии общества вообще, как формацию общественно-экономическую. В. И. Ленин называет формацию «живым социальным организмом» и особо подчеркивает роль борьбы классов, от хода и результатов которой во многом зависит характер исторического развития.
В. И. Ленин показывал, что марксистский детерминизм включает в себя признание громадной роли активного человеческого действия, прежде всего, конечно, действия классов — тех больших социальных групп, на которые распадается общество. Идея детерминизма «нимало не уничтожает ни разума, ни совести человека, ни оценки его действий... Равным образом и идея исторической необходимости ничуть не подрывает роли личности в истории: история вся слагается именно из действий личностей, представляющих из себя несомненно деятелей. Действительный вопрос, воз- 106


никающий при оценке общественной деятельности личности, состоит в том, при каких условиях этой деятельности обеспечен успех? в чем состоят гарантии того, что деятельность эта не останется одиночным актом, тонущим в море актов противоположных?»4.
Разработка проблем исторического материализма, и в частности проблем субъективного фактора в истории, осуществлялась В. И. Лениным также в острой борьбе с так называемыми легальными марксистами. В этой связи следует прежде всего обратить внимание на работу В. И. Ленина «Экономическое содержание народничества и критика его в книге г. Струве» (1895). «Легальные марксисты» тоже в сущности рассматривали материалистическое понимание истории как фаталистическое учение и на этом основании выдвинули ревизионистскую идею о необходимости дополнить марксизм этикой Канта и иными идеями, которые в свое время марксизм преодолел. Остро критикуя П. Струве, В. И. Ленин подчеркивал, что исторический материализм К. Маркса и Ф. Энгельса коренным образом отличается от фатализма, поскольку рассматривает общество как столкновение различных тенденций развития. Критически разбирая положения «легальных марксистов», В. И. Ленин отмечал: «Объективист говорит о необходимости данного исторического процесса; материалист констатирует с точностью данную общественноэкономическую формацию и порождаемые ею антагонистические отношения. Объективист, доказывая необходимость данного ряда фактов, всегда рискует сбиться на точку зрения апологета этих фактов; материалист вскрывает классовые противоречия и тем самым определяет свою точку зрения. Объективист говорит о «непреодолимых исторических тенденциях»; материалист говорит о том классе, который «заведует» данным экономическим порядком, создавая такие-то формы противодействия других классов. Таким образом, материалист, с одной стороны, последовательнее объективиста и глубже, полнее проводит свой объективизм. Он не ограничивается указанием на необходимость процесса, а выясняет, какая именно общественно-экономическая формация дает содержание этому процессу, какой именно класс определяет эту необходимость» .
4 Там же. T. 1. С. 159.
5 Там же. С. 418.
107


Из этих слов видно, что, согласно ленинской концепции, история выступает как процесс взаимодействия, как слагаемое действий разного рода сил, прежде всего классов, и во многом зависит от характера активности этих классов, от степени и возможности их воздействия на события.
Разработка исторического материализма на рубеже XIX—ЮС вв. осуществлялась В. И. Лениным также в острой полемике с «экономистами». «Экономисты» недооценивали роль профессиональной организации революционеров, и в этой связи игнорировали роль сознания, роль теории, и прежде всего роль марксистской идеологии в социально-революционном процессе. В работе «Что делать?» (1902) В. И. Ленин развил положение о том, что не бывает подлинно революционного движения без революционной теории. В философском плане это положение означало подчеркивание громадной роли одного из важнейших компонентов исторического процесса — общественного сознания.
Разработка проблем исторического материализма, выяснение роли и значения субъективного фактора в истории осуществлялись В. И. Лениным и в ходе борьбы с оппортунистической платформой меньшевиков (Л. Мартов, Г. Плеханов и др.). Борясь с меньшевистской концепцией первой русской революции, лидером, гегемоном которой (раз она буржуазная) должна быть, по мысли Плеханова и других «ортодоксов», буржуазия, В. И. Ленин показал: исторические условия в России сложились таким образом и своеобразие русской революции заключается именно в том, что по своему социальному содержанию она есть революция буржуазно-демократическая, но «по средствам борьбы» эта революция — пролетарская6. Развивая теорию марксизма, В. И. Ленин выдвигает новую идею — о том, что гегемоном буржуазно-демократической революции в России может и должен быть рабочий класс, пролетариат, который поведет за собой широкие массы трудящихся. В. И. Ленин вскрывает отличие марксистского, классового подхода к анализу общества от подхода вульгарно-классового и показывает, что социальная философия марксизма не имеет ничего общего с грубым, вульгарным социологизмом. В. И. Ленин выдвигает идею о социальном творчестве, исторической самодеятельности народных масс, демонстрируя, что 6 См. там же. Т. 30. С. 311.
108


в истории нередко складываются такие ситуации, когда задачи, выполнявшиеся на прежних этапах истории теми или иными социальными группами, затем берут на себя другие социальные группы, слои, иные классы общества.
Г. В. Плеханов, обвиняя В. И. Ленина в отходе от марксистской методологии классового анализа социальных процессов, утверждал: «Вы — народник, раз вы хотите осуществлять народную революцию». В действительности В. И. Ленин не отходил от позиций марксистской теории классовой борьбы. Народ, о котором он говорит,— это прежде всего пролетариат и трудящиеся массы крестьянства, которые идут за ним, т. е. те слои общества, которые заинтересованы в историческом прогрессе и могут двинуть общество по пути этого прогресса. В. И. Ленин непрестанно подчеркивал, что трудящиеся, пролетариат могут создать новые типы исторического движения. В представлении В. И. Ленина субъективный фактор в истории — это прежде всего сознательная, активная, творческая деятельность трудящихся масс.
Своего рода итогом всей этой многоплановой и разносторонней разработки вопроса о субъективном факторе в истории в период 1894—1907 гг. явилась статья В. И. Ленина «Против бойкота». В ней он отметил: «Марксизм отличается от всех других социалистических теорий замечательным соединением полной научной трезвости в анализе объективного положения вещей и объективного хода эволюции с самым решительным признанием значения революционной энергии, революционного творчества, революционной инициативы масс,— а также, конечно, отдельных личностей, групп, организаций, партий, умеющих нащупать и реализовать связь с теми или иными классами» .
Важнейшее философское произведение В. И. Ленина следующего периода — 1907—1913 гг.— книга «Материализм и эмпириокритицизм» (1908—1909). Девять с половиной месяцев В. И. Ленин почти неотрывно писал эту работу. Генезис данного труда В. И. Ленина вновь обнаруживает органическую связь политики и философии в его творчестве, только связь эта в данном случае гораздо более сложная, чем это было прежде.
После революции 1905—1907 гг. в России наступает
7 Там же. Т. 16. С. 23. 109


политическая реакция; ей сопутствует реакция идеологическая, распространение религиозно-мистических идей среди интеллигенции, веховство. Одним из тревожных симптомов идейной ситуации этого времени было то, что некоторые из социал-демократов — A. А. Богданов, А. В. Луначарский, В. А. Базаров, разделявшие в годы революции политические взгляды B. И. Ленина, проповедовали в философии ревизионистские, махистские идеи. Более того, среди социал-демократов начала приобретать прочность предрассудка мысль о том, что философией большевизма является именно махизм. В работах Богданова тех лет можно найти такие рассуждения: Плеханов — догматик, его догматизм ведет в политике к меньшевизму, т. е. к оппортунизму, его догматизм распространяется и на философию. Большевизм в политике — это творческое развитие марксизма, но надо развить марксизм в целом, следовательно, надо и выступить против догматизма Плеханова в философии и отказаться от положений диалектического материализма, проповедуемого Плехановым. Развитие марксизма представлялось как обогащение его «философией современного естествознания», под которой понимался чуть подправленный махизм, теория познания Э. Маха и Р. Авенариуса.
Что касается Г. В. Плеханова, то еще в апреле 1905 г., накануне главных событий революции, он вступил в полемику с ленинской газетой «Вперед», опубликовав в меньшевистской газете «Искра» свою статью «К вопросу о захвате власти», в которой пытался скомпрометировать политическую позицию большевиков указанием на то, что среди сподвижников В. И. Ленина находятся сторонники и пропагандисты махист- ской философии. Утверждая, что К. Маркс и Ф. Энгельс осудили бы тактику газеты «Вперед» и одобрили бы тактику «Искры» и что критика в адрес «Искры» неминуемо приводит будто бы большевиков к критике ими Маркса, Плеханов патетически восклицал: «Приступайте же, гг. «впередовцы», к вашим критическим упражнениям... Начинайте «благословясь», и да помогут вам всевозможные Махи и Авенариусы!» 8 И в ряде других своих выступлений Г. В. Плеханов обвинял В. И. Ленина в том, что он окружил себя махистами, что он равнодушен к философии.
8 См.: Плеханов Г. В. Соч. T. XIII. М.; Л., 1926. С. 211.
110


В начале 1908 г. философским идеям А. А. Богданова как русского марксиста (большевика!) предоставил свои страницы авторитетный теоретический орган германской социал-демократии журнал «Neue Zeit». К 70- летию Э. Маха там была помещена статья Богданова «Эрнст Мах и революция», в которой говорилось о том, что в интересах развития марксизма необходимо создать подлинно «пролетарскую философию» (будто раньше философии в марксизме не было!), а за основу этой «пролетарской философии» следует взять, несколько подправив и модернизировав, философию Маха. Тезис «философия большевизма есть махизм» зазвучал, таким образом, и на международной социал- демократической арене.
Необходимо было отстоять идею, что философией большевизма, как и вообще философией марксизма, является диалектический материализм, созданный К. Марксом и Ф. Энгельсом, а не те махистские «добавки», за которые ратовали Богданов и Луначарский. Осознание этой необходимости и определило решение В. И. Ленина выступить с полемической книгой, направленной против философского ревизионизма.
Конечно, положение было очень сложным. Плеханов, считал В. И. Ленин, по существу в критике Богданова прав. Как же так, недоумевали некоторые большевики, В. И. Ленин хочет выступить против своих, против Богданова, Луначарского? Значит, он идет на союз с Плехановым, союз с меньшевиками? Этого никак не мог понять и А. М. Горький. Из его переписки с В. И. Лениным видно: он убеждал Ленина не выносить полемику между большевиками по вопросам философии наружу, ибо, по его мнению, выиграют от этого только меньшевики. В. И. Ленин не мог согласиться с такой позицией. Именно как политический вождь большевизма и его теоретик он берет на себя задачу доказать: «наши товарищи по партии и оппоненты по философии» (так говорит он о Богданове и Луначарском) лишь делают вид, что борются с Плехановым, а по существу они подрывают идеи Маркса, Энгельса, идеи материализма вообще.
«Материализм и эмпириокритицизм» — это результат изучения нескольких сот источников на четырех языках, логически строго построенная книга, в которой В. И. Ленин защищает и развивает основные идеи диалектического и исторического материализма. Уже в Предисловии читатель находит четкое определение 111


взглядов тех, кто «от имени марксизма» предпринял в начале XX в. «настоящий поход против философии марксизма»: «На деле — полное отречение от диалектического материализма, т. е. от марксизма. На словах — бесконечные увертки, попытки обойти суть вопроса, прикрыть свое отступление... Это — типичный философский ревизионизм, ибо только ревизионисты приобрели себе печальную славу своим отступлением от основных воззрений марксизма и своей боязнью или своей неспособностью открыто, прямо, решительно и ясно «рассчитаться» с покинутыми взглядами» 9. Подводя итоги своего анализа, В. И. Ленин вновь заявлял: «Только при абсолютном невежестве относительно того, что такое философский материализм вообще и что такое диалектический метод Маркса и Энгельса, можно толковать о «соединении» эмпириокритицизма с марксизмом» |0.
«Материализм и эмпириокритицизм» — образец одновременного решения двух неразрывно связанных задач: отстаивания марксистской философии и дальнейшего творческого ее развития. Одно без другого невозможно — вот чему учит этот труд. «Гениальность Маркса и Энгельса,— отмечал В. И. Ленин,— состоит как раз в том, что в течение очень долгого периода, почти полу столетия, они развивали материализм, двигали вперед одно основное направление в философии, не топтались на повторении решенных уже гносеологических вопросов...» 11 И сам В. И. Ленин в своем труде следует примеру основоположников марксизма, ибо убежден, что философия не может не изменяться в связи с социальным и научным прогрессом. Приведя слова Ф. Энгельса о том, что «с каждым, составляющим эпоху, открытием даже в естественноисторической области» («не говоря уже об истории человечества»,— добавляет в скобках В. И. Ленин) «материализм неизбежно должен изменять свою форму», Владимир Ильич делает такой вывод: «Следовательно, ревизия «формы» материализма Энгельса, ревизия его натурфилософских положений не только не заключает в себе ничего «ревизионистского» в установившемся смысле слова, а, напротив, необходимо требуется марксизмом. Махистам мы ставим в упрек отнюдь не такой пересмотр, а их
9 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 18. С. 9, 10.
10 Там же. С. 379.
11 Там же. С. 356—357. 112


чисто ревизионистский прием — изменять сути материализма под видом критики формы его...» 12
В новых исторических условиях В. И. Ленин развивает в «Материализме и эмпириокритицизме» философию марксизма в ряде отношений. Прежде всего в отношении самой методологии критического анализа идеалистических теорий. Опираясь на опыт борьбы К. Маркса и Ф. Энгельса против различных форм философского идеализма, учитывая также опыт критики Плехановым, Мерингом и другими марксистами враждебных марксизму учений на рубеже XIX—XX вв. и, наконец, подводя итоги собственной работы, В. И. Ленин формулирует в Заключении книги основные принципы подхода к оценке эмпириокритицизма. Здесь он приводит в определенную систему то, что в несистематизированном виде существовало и применялось в марксистской философской мысли прежде, но до тех пор еще не было осмыслено теоретически. В своей совокупности ленинские принципы анализа одной из разновидностей позитивизма XX в. представляют собой методологию, значимую для анализа любого идеалистического учения.
Первое требование В. И. Ленина — обстоятельность и конкретность в критическом исследовании, что предполагает детальное изучение той или иной идеалистической теории и последовательное сопоставление «теоретических основ» этой теории и диалектического материализма. Этому исходному, отправному принципу критического анализа В. И. Ленин придавал очень большое значение, подчеркивая необходимость серьезного разбора воззрений эмпириокритиков, посвягив этому почти половину книги — три главы из шести.
Критическая характеристика философских учений не может ограничиваться, согласно В. И. Ленину, лишь логико-теоретическим их рассмотрением. Оно должно быть дополнено, согласно второму требованию, анализом данного учения в историческом ракурсе, с позиции принципа историзма. В книге «Материализм и эмпириокритицизм» этот принцип воплощался в реализации (в главе IV) конкретной задачи — «определить место эмпириокритицизма, как одной очень-ма- ленькой школки философов-специалистов, среди остальных философских школ современности» 13. В. И. Ленин
12 См. там же. С 265—266.
13 Там же. С. 379.
113


показал, откуда вырос эмпириокритицизм, какие идейные истоки его питали, кто был соратниками и единомышленниками махистов, каковы отношения их теории с другими философскими учениями и школами, наконец, «куда растет» эмпириокритицизм.
Теоретический и исторический анализ критикуемого идеалистического учения В. И. Ленин считает далее необходимым дополнить выявлением его гносеологических (теоретико-познавательных) корней, что в данном случае предполагало характеристику «несомненной связи» махизма с одной из школ в современной физике (глава V: «Новейшая революция в естествознании и философский идеализм»).
Здесь ленинская позиция существенно отличалась от плехановской, игнорировавшей связь махизма с процессами, происходившими в естественных науках на рубеже XIX—XX вв. «...Связь новой физики или, вернее, определенной школы в новой физике с махизмом и другими разновидностями современной идеалистической философии не подлежит ни малейшему сомнению,— писал В. И. Ленин.— Разбирать махизм, игнорируя эту связь,— как делает Плеханов,— значит издеваться над духом диалектического материализма, т. е. жертвовать методом Энгельса ради той или иной буквы у Энгельса» и. Итак, третье ленинское требование заключается в ориентации на выявление гносеологических корней и естественнонаучных (вообще частнонаучных) источников исследуемого течения.
Существенно важным при этом было выделение и исследование В. И. Лениным таких философских явлений, как «физический идеализм», отражающий сложный и противоречивый характер развития естествознания, когда прогресс науки порождает «реакционные поползновения» в среде самих физиков (как несколько раньше — в среде физиологов, что выразилось в возникновении «физиологического идеализма»). В. И. Ленин раскрыл те обстоятельства революции в естествознании, которые привели к кризису в физике, в результате чего часть ученых скатилась, «в силу незнания диалектики, через релятивизм к идеализму».
Наконец, в последней, шестой главе книги В. И. Ленин раскрывает свое понимание принципа партийности в философии (четвертое требование анализа): «...за гносеологической схоластикой эмпириокритицизма
14 Там же. С. 265.
114


нельзя не видеть борьбы партии в философии, борьбы, которая в последнем счете выражает тенденции и идеологию враждебных классов современного общества» 15. Новое в трактовке и применении В. И. Лениным этого принципа состояло в раскрытии взаимосвязи двух его аспектов: во-первых, партийности самой философии — в смысле неизбежной принадлежности любого учения к одной из двух борющихся партий, течений, направлений в философии — либо к материализму, либо к идеализму; во-вторых, партийности философии в том смысле, что каждое философское учение так или иначе служит интересам тех или иных борющихся общественных классов, политических направлений и партийных группировок.
Развитие философии марксизма в «Материализме и эмпириокритицизме» нашло выражение также в разработке В. И. Лениным ряда фундаментальных философских категорий, прежде всего категории материи 1б, затем в разработке им целостной концепции истины 17, в том числе проблемы соотношения абсолютного и относительного в познании, вопроса о гносеологических функциях практики.
Разумеется, развитие В. И. Лениным марксизма в книге «Материализм и эмпириокритицизм» сказанным не ограничивается. Большое значение для современной науки имеет и ряд других положений, в частности: об ощущении как субъективном образе объективного мира; о недопустимости привнесения в общественную науку собственно биологических и энергетических понятий; о нелепости построения в марксизме абстрактной «всеобщей теории бытия» à’ia Е. Дюринг и С. Суворов и др.
Выход в свет книги «Материализм и эмпириокритицизм» способствовал оздоровлению идейной жизни партии. Знакомство с нею помогло многим ее членам занять верную позицию в теоретической полемике.
В дооктябрьский период, в особенности в период 1914—1917 гг., В. И. Ленин уделяет особое внимание насущным проблемам материалистической диалектики как философской теории и методу марксизма.
15 Там же. С. 380.
16 См. там же. С. 149, 276. Подробнее об этом см. в главе V настоящего издания.
17 Подробнее об этом см. в главе X.
115


Новый объект изучения — эпоха империализма — требовал отточенной, предельно острой диалектической методологии исследования. Это составляло хотя и очень существенный, но далеко не единственный стимул обращения В. И. Ленина в 1914—1915 гг. к теории диалектики, осмысления и критической переработки важнейших сочинений Гегеля, конспекты которых были опубликованы впоследствии, в 1929—1930 гг., в составе ленинских «Философских тетрадей». Не менее важным стимулом являлась настоятельная необходимость раскрыть методологические корни оппортунизма вождей II Интернационала и дать критику нового философского противника марксизма — различных форм псевдодиалектики (софистика, эклектика, плоский эволюционизм).
К числу наиболее важных положений «Философских тетрадей» относится, несомненно, идея о двух концепциях развития. Метафизика в том виде, в каком она существовала в XVII—XVIII вв., к началу XX в. «умерла». «Всеобщее» согласие с принципом развития поставило перед наукой (да и политикой тоже) совершенно естественный вопрос: а как именно это развитие следует понимать?
Еще в статье «Марксизм и ревизионизм» (1908), имея в виду главным образом неокантианских ревизионистов, В. И. Ленин писал, что вслед за буржуазными профессорами, презрительно пожимавшими плечами по поводу диалектики, третировавшими Гегеля как «мертвую собаку», ревизионисты лезли в «болото философского опошления науки, заменяя «хитрую» (и революционную) диалектику «простой» (и спокойной) «эволюцией»...» *8. В «Философских тетрадях» В. И. Ленин выступает уже не столько против открытого противопоставления эволюционизма диалектике (свойственного неокантианскому ревизионизму) 19, сколько против подделки диалектики под эволюционизм (характерной для многих идеологов II Интернационала), т. е. концепции, по видимости признающей развитие, но искажающей самую его суть. Поэтому в «Философских тетрадях» В. И. Ленин многосторонне раскрывает суть диалектики как наиболее богатой теории развития
18 Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 17. С. 19.
19 Как известно, Эд. Бернштейн квалифицировал диалектику как «предательский элемент» в марксизме (см.: Бернштейн Э. Социальные проблемы. СПб., 1906. С. 38). 116


и познания мира. В этой связи он выдвигает следующее положение: «Вкратце диалектику можно определить, как учение о единстве противоположностей. Этим будет схвачено ядро диалектики...» 20
В. И. Ленин настаивает далее на том, что умение привести множество примеров, свидетельствующих о проявлении, действии, господстве открытых Гегелем и по-материалистически понятых К. Марксом и Ф. Энгельсом законов диалектики в различных сферах действительности, еще не есть в современных условиях марксистская диалектика в собственном смысле слова. Подлинная диалектика начинается только там и тогда, где и когда она применяется (и применяется верно) как орудие анализа действительности, как логика, как метод изучения жизни, особенно новых объектов и неведомых ранее проблем науки и практики, когда диалектика действительно проявляет свои методологические, творческие функции. В данном случае В. И. Ленин следовал методу, столь результативно примененному К. Марксом к анализу политической экономии капитализма. Ленинская концепция методологической функции диалектики нашла свое лапидарное выражение в положении о единстве («совпадении») диалектики, логики и теории познания марксизма 2 .
Опираясь на «Капитал» К. Маркса и тщательнейшим образом используя то, что по поводу разного понимания, истолкования и применения диалектики было написано Гегелем, развивая его мысль о «пустоте игры в диалектику», В. И. Ленин в качестве первого «элемента» диалектики выделяет объективность22. Только объективное применение диалектики в качестве метода анализа сущности, природы самого объекта в его конкретных связях и развитии, т. е. применение ее по образцу «Капитала», и делает диалектику орудием и средством отражения противоречивой действительности. В этом случае она имеет своим результатом «правильное отражение вечного развития мира». Но диалектику можно применять и «субъективно» — и тогда она равна «эклектике и софистике» 23. Именно это и было продемонстрировано теоретиками II Интернационала, в частности Г. В. Плехановым. Субъективистскому
20 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т.2 9. С. 203.
21 См. там же. С. 174, 301, 321.
22 См. там же. С. 202, 204, 228, 229 и др.
23 См. там же. С. 99. 117


искажению диалектики В. И. Ленин противопоставляет тезис о конкретности истины.
Особенно наглядно различие между диалектикой и софистикой демонстрируется В. И. Лениным в статье «О брошюре Юниуса»: «Разумеется, основное положение марксистской диалектики состоит в том, что все грани в природе и в обществе условны и подвижны, что нет ни одного явления, которое бы не могло, при известных условиях, превратиться в свою противоположность. Национальная война может превратиться в империалистскую и обратно». Однако истина всегда конкретна. «Только софист,— говорится далее,— мог бы стирать разницу между империалистской и национальной войной на том основании, что одна может превратиться в другую. Диалектика не раз служила — и в истории греческой философии — мостиком к софистике. Но мы остаемся диалектиками, борясь с софизмами не посредством отрицания возможности всяких превращений вообще, а посредством конкретного анализа данного в его обстановке и в его развитии» 24.
Подчеркивая диалектическую взаимозависимость и взаимодействие всего сущего и потому всестороннюю, универсальную гибкость понятий, гибкость, доходящую до тождества противоположностей 25, В. И. Ленин делает в «Философских тетрадях» дальнейший шаг вперед и в разработке идеи об активной роли человеческого сознания: «Сознание человека не только отражает объективный мир, но и творит его» 26.
Таким образом, в «Философских тетрадях» В. И. Ленин выдвинул и разработал ряд новых философских идей: о борьбе противоположностей как «ядре диалектики», о единстве логики, диалектики и теории познания, о творческой роли человеческого сознания по отношению к объективному миру и др. В своей совокупности эти идеи явились исходной основой дальнейшей разработки марксистско-ленинской философии советскими исследователями и зарубежными философами-марксистами.
Современные противники марксизма-ленинизма прилагают немало усилий к противопоставлению «Философских тетрадей» книге «Материализм и эмпирио-
24 См. там же. Т. 30. С. 5, 6.
25 См. там же. Т. 29. С. 99.
26 См. там же. С. 194. 118


критицизм». Типичен здесь следующий прием: «Материализм и эмпириокритицизм» объявляется результатом исключительно политической борьбы и характеризуется как труд, написанный на уровне метафизического материализма XVIII в. Одновременно утверждается, будто в «Философских тетрадях» В. И. Ленин отказался от материализма, от теории отражения, от деления философских учений с точки зрения основного вопроса философии на два главных направления и т. п.; вслед за Гегелем В. И. Ленин обратился к проблемам диалектики и якобы порвал с прежними своими убеждениями, перейдя в 1914—1915 гг. на позиции, близкие позициям «молодого Маркса». Эти положения современных «интерпретаторов» ленинизма не имеют под собой никакого основания. Единство и преемственность двух основных философских трудов налицо. В. И. Ленин в 1914— 1915 гг. не только не занимается пересмотром своих идей 1908 г., но, напротив, продолжает в «Философских тетрадях» разработку проблем, поставленных в «Материализме и эмпириокритицизме».
Вместе с тем надо подчеркнуть и то, что в 1914— 1915 гг. философская мысль В. И. Ленина поднимается на новую ступень, происходит дальнейшее развитие его собственных идей в области философии и вместе с тем он выделяет те проблемы, которые еще предстоит разработать в дальнейшем.
В. И. Ленину не удалось завершить задуманного им труда о диалектике как философской теории и методе марксизма. В наибольшей степени его конструктивные мысли на этот счет были высказаны в четырех фрагментах из «Философских тетрадей»: а) в наброске 16 элементов диалектики27; б) в заметках, логически следовавших за оглавлением гегелевской малой Логики 28; в) в записи, обозначавшей «области знания, из коих должна сложиться теория познания и диалектика» 29; г) наконец, в знаменитом фрагменте «К вопросу о диалектике» 30. Но эта предварительная работа не пропала даром. Она ^получила отражение в статьях «Карл Маркс», «О значении воинствующего материализма», в некоторых других произведениях, письмах и заметках В. И. Ленина.
27 См. там же. С. 202—203.
28 См. там же. С. 297—302.
29 См. там же. С. 314.
30 См. там же. С. 316—322.
119


§ 2. Главные особенности развития марксистско-ленинской философии после Великого Октября
Программа деятельности философов-марксистов в условиях строительства социалистического общества была начертана В. И. Лениным в статье «О значении воинствующего материализма», написанной в 1922 г. для журнала «Под знаменем марксизма» (опубликована в № 3). Эта статья справедливо расценивается как философское завещание В. И. Ленина.
Конечно, некоторые из содержащихся в данной статье положений отражают идеологическую ситуацию начала 20-х годов, но основные идеи, касающиеся именно заветов В. И. Ленина в отношении роли и места философии, сохраняют программное значение и сегодня. Это, во-первых, требование связать разработку философских проблем с решением задач строительства нового общества; во-вторых, идея творческого союза философов-материалистов с естествоиспытателями для решения общих научных и мировоззренческих задач; в-третьих, завет усилить дальнейшую разработку материалистической диалектики.
Сам В. И. Ленин в послеоктябрьских трудах дает блестящие образцы философского и социологического творчества, разрабатывая новые проблемы в связи со строительством социализма, анализом мирового революционного процесса, критикой противников Советской власти и советского революционного опыта, наконец, в связи с критикой разного рода ошибочных представлений, возникавших у некоторых членов партии.
В это время В. И. Ленин с особой силой подчеркивает мысль о творчестве масс как сердцевине исторического развития: «Живое творчество масс — вот основной фактор новой общественности... Социализм не создается по указам сверху. Его духу чужд казенно-бюрократический автоматизм; социализм живой, творческий, есть создание самих народных масс» 31. С именем В. И. Ленина связана разработка концепции культурной революции и целого ряда других новых положений, которые были выдвинуты в 1917—1923 гг.: об особом характере социалистической государственности, о диалектике политики и экономики, диктатуры и демократии при социализме, о роли кооперации в социалистическом
31 Там же. Т. 35. С. 57.
120


обществе, о характере коммунистического труда. Особо надо отметить значение работы «Еще раз о профсоюзах», в которой отличие диалектики от эклектики — одной из разновидностей псевдодиалектики — прекрасно показано В. И. Лениным в ходе принципиальной и очень важной полемики с Н. И. Бухариным.
Намеченные В. И. Лениным направления разработки диалектического и исторического материализма в условиях социализма выступили как магистральные для дальнейшей деятельности философов-марксистов не только в СССР, но и в других странах, вставших на путь социалистического развития.
Вместе с тем в советской философской науке, особенно в первые десятилетия ее истории, обнаружились некоторые своеобразные черты, порожденные сложностью реальных условий становления социализма.
Из событий философской жизни в СССР 20-х годов необходимо отметить в первую очередь острую полемику между «деборинцами», которых Сталин неправомерно охарактеризовал как «меньшевиствующих идеалистов», и «механистами». «Механисты» подчеркивали, что философия должна быть связана с естествознанием, чем прежде всего и определяются ее главные функции. Однако на деле оказывалось, что собственные задачи философии они зачастую ликвидировали, склоняясь тем самым к позитивизму, сводя целый ряд философских проблем к проблемам естественнонаучным.
С «механистами» полемизировала группа философов, возглавляемых А. М. Дебориным. Эти философы остро критиковали, и во многом верно, отступления «механистов» от диалектики. Они много сделали для публикации и популяризации философской классики, в частности сочинений Гегеля. Но в их изложении качественное отличие материалистической диалектики от идеалистической диалектики Гегеля в некоторой мере стиралось.
В последующие годы на деятельности советских философов резко отрицательно сказался культ личности И. В. Сталина. Его популярная работа «О диалектическом и историческом материализме» была объявлена вершиной развития марксистско-ленинской философии.
С этим были связаны догматическая, схематическая, примитивная трактовка в 30—50-е годы целого ряда философских вопросов: недооценка ленинских «Философских тетрадей» (их не включили ни в третье, 121


ни в четвертое издание Собраний сочинений В. И. Ленина, вышедшие при жизни Сталина); выдвижение некоторых заведомо неправильных идей (например, Сталин утверждал, будто по мере движения к социализму классовая борьба закономерно обостряется, что послужило теоретическим «обоснованием» необоснованных репрессий); принижение роли Ф. Энгельса как философа; игнорирование закона отрицания отрицания (только после 1956 г. появились работы об этом законе); недооценка марксистско-ленинского подхода к диалектике как системе законов (определялись лишь некоторые «черты диалектики»), начетничество и цитатничество как общий для этого времени стиль философствования.
КПСС осудила культ личности Сталина и его последствия. Простор для творческого развития философской мысли, для продолжения и упрочения ленинских традиций в философии — причем не только в СССР, но и в других странах — открыли решения XX съезда КПСС (1956 г.). К сожалению, идеи XX съезда КПСС не получили дальнейшего развития. Реализация задач по устранению последствий культа личности в жизни общества, в том числе в философии, была с середины 60-х годов заторможена.
К концу 50-х годов XX в. сложилась мировая система социализма. В этот период все интенсивнее стала развиваться и глобальная научно-техническая революция, имеющая весьма противоречивые последствия. Все это поставило перед марксистско-ленинской философией ряд кардинальных мировоззренческих и методологических вопросов.
Исторический опыт показал, сколь непростым является процесс преодоления унаследованных от 30— 40-х годов «болезней» и «деформаций» в марксистско- ленинской философской науке, связанных зачастую с отступлением от коренных основ материалистической диалектики, отрывом ее от реальных запросов науки и практики, превращением в разновидность схоластики и орудие идеологического обслуживания конъюнктурной политики и т. п.
Тем не менее, характеризуя состояние марксистско- ленинской философской науки в настоящее время, вполне можно сказать о следующих ее существенно важных чертах.
Во-первых, это разработка ряда имеющих большую философскую нагрузку проблем в решениях съездов 122


КПСС, съездов братских партий, в решениях и постановлениях Центрального Комитета КПСС, в документах международного коммунистического движения. Здесь в первую очередь заслуживают быть отмеченными: определение существа и путей разрешения глобальных проблем современности; диалектика классового и общечеловеческого на современном этапе мирового развития; взаимосвязь научно-технического, социального и духовно-нравственного прогресса; специфика противоречий в условиях социализма; соотношение общенародного, коллективного и индивидуального интересов; диалектика межнациональных отношений при социализме и др. Особенно важное значение в этом отношении имеют решения XXVII съезда КПСС, XIX Всесоюзной партийной конференции.
Во-вторых, это фронтальная и комплексная разработка философских проблем профессиональными философами-марксистами. Существенно выросли философские кадры, и не только в СССР, но и в других социалистических странах; еще ранее возникли институты философии, другие философские подразделения, а затем и целые философские школы. Стали интенсивно развиваться такие философские дисциплины, как логика и ее гносеологические проблемы, философия истории и социология, учение о человеке, этика и др.; заново разработаны многие проблемы, ранее бывшие вне поля зрения философов: а) взаимодействие интересов, потребностей и способностей; б) диалектика личности, коллектива, общества; в) соотношение диалектики с методом системно-структурного анализа и другими общенаучными методами; г) разработка новых категорий — информация, знак и значение, модель, система, целое, факт и т. д. Идет развитие активного теоретического взаимодействия философов-марксистов разных стран. Это не означает, что между ними существует полное единство мнений; напротив, только в дискуссиях, спорах, товарищеской полемике и вырабатываются принципиальные общие позиции, определяются ориентиры дальнейшего развития марксистско-ленинской философии.
В-третьих, это рост авторитета марксистско-ленинской философии на международной арене, все более полное проявление ее интернациональной сущности. Философы-марксисты активно отстаивают свои позиции в спорах с буржуазными противниками на философских конгрессах, на различных симпозиумах и конфе123


ренциях. Все больше симпатий вызывает борьба марксистов за сохранение и защиту высоких ценностей человечества.
Переломный период, переживаемый нашей страной и всем миром, все полнее и глубже раскрывает творческий потенциал марксистско-ленинской диалектикоматериалистической философии как важнейшего орудия в осмыслении современных методологических и мировоззренческих проблем. Ленинский этап в развитии философии марксизма продолжается.


Глава V
Философское учение о материи и формах ее бытия, его значение для развития науки и практики
§ 1. Развитие философских представлений о материи
С тех пор как люди стали осознавать, что природа существует независимо от них, они стали делать попытки отыскать то общее, что присуще всем ее вещам, событиям, процессам. Вопрос ставился очень конкретно: «Из чего все возникло, из чего все состоит?» Ранние греческие философы, так называемые ионийцы, искали «то, из чего состоят все вещи, из чего как первого они возникают и во что как в последнее они, погибая, превращаются, причем сущность хотя и остается, но изменяется в своих проявлениях...»1. По сути дела это были поиски общего субстрата, основы всего сущего, который позже стал называться материей (от лат. ma- teria — вещество).
Стремление к отысканию такого субстрата дополнялось поисками общей структуры всех вещественных, телесных объектов. Это привело к возникновению догадок об однородных и неделимых частицах (атомах) , из которых состоит всё и которые движутся в пустоте, т. е. к созданию атомистического учения о материи как субстрате всего сущего.
Атомистические представления о строении материи, о том, что единство и материальность мира обеспечены атомарной его структурой, господствовали в умах философов-материалистов и виднейших естествоиспытателей почти до конца XIX в., хотя иногда неделимость атомов оспаривалась (например, Декартом и Ньютоном в их учениях о бесконечно делимых «корпускулах»). Весомый вклад в развитие представлений о материи и единстве мира внесли материалисты XVII в. Ф. Бэкон, Т. Гоббс, Б. Спиноза, французские материалисты XVIII в. П. Гольбах, Д. Дидро, К. Гельвеций и Ж. Ла- метри. Спиноза, в частности, развивал представление о материи как о неисчерпаемой по своим свойствам
1 Аристотель. Соч.: В 4 т. T. 1. М., 1975. С. 71. 125


причине самой себя, Гольбах рассматривал Вселенную как движущуюся материю, понимая под движением перемещение в пространстве, а под материей вещество, т. е. «то, что воздействует каким-нибудь образом на наши чувства...» 2. Дидро и Фейербах подчеркнули мно- гокачественность материи, бесконечное многообразие ее свойств и возможностей.
К. Маркс и Ф. Энгельс вскрыли ограниченность всех этих представлений. Создание ими исторического материализма, распространение понятия материальности на сферу явлений общественной жизни заложили основу для последующего обогащения содержания понятия материи, поставив под сомнение сведение материи только к веществу: ведь базис общественной жизни материален не только в вещественном смысле, трудовая, производственная человеческая практика как предметная деятельность людей, находящаяся в основе всей жизни общества и обладающая объективными закономерностями, материальна, хотя она не есть сама по себе «вещество».
К. Маркс и Ф. Энгельс подчеркивали, что надо различать объективно существующие виды материи и понятие о материи. Ф. Энгельс в «Диалектике природы» писал, что «материя как таковая (т. е. философская категория.— Авт.), в отличие от определенных, существующих материй, не является... чем-то чувственно существующим» 3; «материю и движение можно познать лишь путем изучения отдельных веществ и отдельных форм движения; и поскольку мы познаем последние, постольку мы познаем также и материю и движение как таковые» 4.
Положения Ф. Энгельса о неисчерпаемости свойств материи, ее атрибутов (пространства, времени) и о бесконечности ее всевозможных изменений уже указывали на более широкие горизонты, чем узковещественное понимание материи. Сформулировав основной вопрос философии как вопрос об отношении материи и сознания и показав фундаментальную роль понятия материи в философском взгляде на мир, Ф. Энгельс тем самым создал еще одну предпосылку для более широкого, чем только вещественное, понимания материи. Заслуживает внимания и его высказывание о гипотетическом эфире:
2 См.: Гольбах П. А. Избранные произведения: В 2 т. Т. 1. С. 84.
3 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 570.
4 Там же. С. 550.
126


если эфир есть, то он материален, но не вещественен. Согласно современным господствующим в физике представлениям, эфира нет, но существуют невещественные поля и вакуум, и это тоже материальная реальность.
§ 2. Ленинское учение о материи и определение философской категории «материя»
В своих философских работах В. И. Ленин уделял учению о материи и категории «материя» огромное внимание. Это было необходимо для развития материалистической философии и для решения практических вопросов революционной борьбы *.
В конце XIX — начале XX в. представители различных идеалистических школ в философии, а также и отдельные ученые, особенно физики, неверно истолковали сущность новых открытий в физике и представили революцию в этой науке как «крах» материализма. Открытие радиоактивности ряда тяжелых химических элементов, рентгеновских лучей и электрона, установление зависимости величины массы частиц от скорости их движения и другие успехи в физике привели некоторых мыслителей к утверждению, что «материя исчезла», а вместе с ней «исчез» и материализм. Так, известный французский физик и математик А. Пуанкаре писал: «Прежде мы называли материей всю массу. Это было самое осязательное и вместе с тем надежное. А теперь вдруг оказывается, что этой массы нет вовсе!» И он сделал отсюда вывод: «...материи больше нет» 5, и «все, что — не мысль, есть чистое ничто...» 6. Крупный австрийский физик Э. Мах считал, что все, что не есть ощущения субъекта (по терминологии Маха — «нейтральные элементы»), есть ничто. Он отрицал реальность атомов, а значит, и вещества с его важной характеристикой — массой.
Глубоко проанализировав философское содержание
* Обращаем внимание читателя, что в дальнейшем изложении вопросов автор главы различает значения терминов: «понятие», «категория», «определение (дефиниция) понятия (или категории)», «содержание категории», представления ученых о содержании понятия. Категории суть наиболее общие философские понятия, так что всякая категория есть вместе с тем понятие, но не всякое понятие имеет категориальный философский смысл.
5 См.: Пуанкаре А. Новая механика. СПб., 1911. С. 41—42.
6 Пуанкаре А. Ценность науки. М., 1906. С. 193.
127


открытий в физике, В. И. Ленин показал ненаучность утверждений о том, что материя «исчезла», что в мире нет-де ничего, кроме мысли или чувственных переживаний субъекта, что мир состоит якобы из «чувственных элементов», что он есть «комплекс ощущений».
Парадоксальным было то, что махисты (сторонники взглядов Маха) утверждали это в то время, когда в действительности все достижения физики, если их оценить непредвзято, свидетельствовали о существовании объективной реальности вне и независимо от сознания и тем более не порожденной сознанием, о том, что эта объективная реальность имеет множество частично известных, а еще больше — неизвестных свойств. В. И. Ленин указывал, что утверждение махистов о том, что понятие материи «устарело», есть «бессмысленное повторение доводов модной реакционной философии» 1.
В книге «Материализм и эмпириокритицизм» он обобщил достижения физики, развил философское учение о материи, характеризуя ее так: «...материя есть то, что, действуя на наши органы чувств, производит ощущение; материя есть объективная реальность, данная нам в ощущении...»8 Более полное определение «материи» как философской категории сформулировано В. И. Лениным так: «Материя есть философская категория для обозначения объективной реальности, которая дана человеку в ощущениях его, которая копируется, фотографируется, отображается нашими ощущениями, существуя независимо от них» 9. В отличие от представлений о материи, имевших место в домарксистской философии, В. И. Ленин отнюдь не отождествляет ее с конкретными, известными в то время видами вещества, она определяется им как объективная реальность, существующая вне и независимо от познающего субъекта (субъектов). Если сопоставить различные высказывания В. И. Ленина о материи, то мы увидим, что он при этом имеет в виду независимость существования материи не только от ощущений, но и от любых других форм сознания, которые (восприятия, представления, мысли и т. д.) возникают у человека в конечном счете на основе ощущения им свойств внешнего мира. Ле-
7 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 18 С. 131.
8 Там же. С. 149.
9 Там же. С. 131.
128


нинское определение материи направлено против любых форм идеализма и агностицизма как в прошлом, так и в настоящее время.
В современной буржуазной философии материю, например, пытаются превратить в условную семиотическую (т. е. знаковую) конструкцию, а значит, в продукт мысли либо в своеобразный продукт общественного сознания людей. В среде философов-идеалистов ныне стали модными разговоры о том, что понятие «материя», как и все другие основные философские понятия, есть всего лишь продукт «исторического развития социума» и только в социально-исторической перспективе оно и должно рассматриваться. Тем самым вновь утверждают, что материя есть лишь продукт сознания, зависимый, следовательно, от него. Разница только в том, что индивидуальное сознание (человеческое или иллюзорное «божественное») заменяется теперь сознанием коллективным. Однако подобные рассуждения были еще в начале века подвергнуты убедительной критике В. И. Лениным, проанализировавшим аналогичные ошибки А. Богданова.
В физике вплоть до конца XIX в. понятия «вещество» и «материя», «масса» и «материя» отождествлялись, и эти отождествления нашли свое отражение как в естественнонаучном материализме, так и в представлениях философов-идеалистов. Речь идет о двояком искажении отношения между материей и веществом, материальностью и вещественностью. Многие естествоиспытатели не только представляли себе все материальное лишь в виде вещества, но и само вещественное понимали механически, недалеко уйдя в этом отношении от Ньютона и Гольбаха. Поэтому уже электродинамика Дж. К. Максвелла оказалась для них таинственной, непонятной теорией, противоречащей привычной картине мира классической механики. Не случайно, как отмечает В. И. Ленин, что когда в отношении теоретикопознавательных выводов из новых открытий в физике начала XX в. естествоиспытатели разделились в основном на три школы: энергетическую (сводившую материю к энергии), механистическую и промежуточную между ними, большинство авторитетных физиков во главе с Г. Р. Кирхгофом, Г. Л. Ф. Гельмгольцем и У. Томсоном (лордом Кельвином) продолжали упорно стоять на позициях механистической школы. Ее механицизм выражался не только в узковещественном понимании материи как таковой, но и в узкомеханистическом
5 Диалектический материализм
129


понимании самой вещественности, несмотря на признание ими новых открытий как фактов.
В наши дни борьба между идеализмом и материализмом продолжается, в том числе и по вопросу о соотношении понятий материи и вещества. Отчасти ситуация напоминает ту же, что сложилась в начале века. Позитивисты и другие идеалисты необоснованно приписывают диалектическому материализму узковещественное понимание материи. Такое понимание, если бы оно сохранилось в нашей философии, конечно, уже не могло бы быть действенным средством борьбы против новейших идеалистов, которые продолжают изощренно спекулировать на фактах взаимозависимости вещества и поля, движения, пространства и времени, а также раз- рушимости и взаимопревращаемости не только атомов, но и элементарных частиц.
Сами по себе сведения об этих научных фактах представляют интерес для диалектического материализма. Однако мысль о взаимной зависимости движения, пространства и времени за четверть века до Эйнштейна высказал в «Диалектике природы» Ф. Энгельс, а положение о бесконечности материи «вглубь» — в смысле неисчерпаемости структурных и качественных свойств (также и во взаимопревращениях) элементарных частиц, начиная с электрона, развил в «Материализме и эмпириокритицизме» В. И. Ленин. Но махисты, а вслед за ними поздние неокантианцы, а также представители других идеалистических философских школ XX в.: неореалисты и прагматисты, сторонники «философии жизни» и экзистенциалисты, неопозитивисты и структуралисты — извратили эти положения, превратив их в разные ложные концепции «полной редукции» («сведения») материи к «чистому» движению, пространству или времени как к будто бы исходным и нематериальным началам, а также к математическим структурам, «чистым» отношениям и т. д. Убедительный ответ В. И. Ленина на ложные рассуждения современных ему идеалистов состоял прежде всего в проведении строгого различия между представлениями естествоиспытателей о реально существующих материальных объектах и содержанием философского, категориального понятия материи, диалектико-материалистическим определением этого понятия.
«Материя» как философская категория (категориальное понятие) применяется В. И. Лениным для характеристики объективной реальности, которая суще130


ствует во времени и пространстве до, вне и независимо от познающего субъекта. При этом особо подчеркивается, что материя генетически первична в отношении сознания, что она порождает сознание и затем познается им (сознанием) как своим собственным продуктом. Таким образом, материалистическое решение основного философского вопроса было применено для образования определения понятия «материя». Далее следует подчеркнуть, что В. И. Ленин ввел в философию новое понятие вещества как вида материи. Вещество' способно переходить в иные виды материи, причем эти иные виды в свою очередь могут переходить в вещество. Вещественное образование, например, представляет собой мозг человека, необходимый для возникновения сознания. Сознание как свойство мозга не материально, а идеально, но его физиологическое материальное основание включает в себя, по-видимому, многообразие видов материи и разных форм ее движения.
Ленинское определение категориального понятия материи как объективной реальности, существующей вне и независимо от сознания, исходит из неисчерпаемости ее видов и свойств, но конкретное изучение этих видов и свойств есть дело физики, биологии и других частных наук. Определив философскую категорию «материя», В. И. Ленин вместе с тем качественно расширил, углубил, преобразовал само содержание этой категории как всеобщего философского понятия, выяснил ее взаимоотношение с частнонаучными (прежде всего физическими) представлениями о составе, строении и свойствах материальных (вещественных и невещественных) образований. Таким образом, В. И. Ленин различает философскую категорию материи, полноту объективного содержания этой категории и представления ученых о строении конкретных видов материи. Эти моменты тесно связаны и взаимообусловлены, но не тождественны друг другу.
В определение категории материи входят только те признаки, которые достаточны и необходимы для ее отличия от других категорий, что достигается через ее противопоставление сознанию как диалектической противоположности в отношении к материи. Тем самым происходит и выявление существа основной историкофилософской противоположности — между материализмом и идеализмом. Итак, В. И. Ленин выделяет то «единственное «свойство» материи, с признанием которого связан философский материализм... свойство 5 *
131


быть объективной реальностью, существовать вне нашего сознания» 10. Но, исходя из всего богатства ленинских представлений о материи, мы видим, что В. И. Ленин отнюдь не сводит все содержание категориального понятия материи только к признаку существования вне сознания.
Свойство материи быть объективной реальностью означает, что материя первична в отношении субъективной реальности, т. е. сознания, порождает ее. Другое важное свойство материи — быть познаваемой, отражаться в сознании, быть источником знаний о мире. Это свойство открывает путь к познанию полноты содержания категориального понятия материи, а далее — к обогащению научных представлений о материи и ее движении. Эту связь ленинского определения категории материи с содержанием этой категории в его полноте и затем с естественнонаучными представлениями о ней не сразу поняли многие философы и естествоиспытатели. Ж.-П. Сартр даже упрекал марксистов- ленинцев за то, что у них понятие материи — то наибеднейшая абстракция, то конкретная, самая богатая целостность, смотря по тому, что им нужно. Это обвинение в адрес марксистов — свидетельство непонимания различия между определением категории материи и всей полнотой научных представлений о свойствах последней. В то же время уже в самом ленинском определении категории материи имеется указание на то, что материя — это богатая познаваемая и неисчерпаемая целостность, что она является источником многообразных знаний о мире.
Таким образом, содержание научных представлений о материи не исчерпывается содержанием философской категории материи, а тем более определением ее как такой категории. Если определение материи в его диалектическом содержании только указывает на факт неисчерпаемости материи и бесконечность ее познания, то в полном содержании этой категории философские следствия указанного факта раскрываются гораздо полнее и глубже. Речь идет здесь об атрибутивных характеристиках материи — движении и способности материи к развитию, о времени, пространстве в их закономерных связях и бесконечных взаимодействиях. Ф. Энгельс указывал, что пространство и время — это формы существования материи, а движение —
10 Там же. С. 275.
132


способ ее бытия. Поэтому В. И. Ленин пишет о материальном мире: «Мир есть движение этой объективной реальности, отражаемой нашим сознанием»11.
Наконец, от философского понятия материи, а тем более от его определения следует отличать, как мы уже сказали, совокупность частнонаучных представлений и общенаучных понятий о строении материи и свойствах, которую дает естествознание сегодняшнего дня. Как писал В. И. Ленин, «совершенно непозволительно... смешивать вопрос о новых свойствах новых видов материи (например, электронов) с старым вопросом теории познания, вопросом об источниках нашего знания, о существовании объективной истины и т. п.» 12. Так поясняет В. И. Ленин различие между философским и частнонаучным подходами к материи. По сути дела второй из этих подходов дает конкретно-научное представление о материальной действительности. Разработка и дальнейшее преобразование и развитие современного содержания представлений о материальном мире, т. е. прежде всего частнонаучной картины природы,— дело всего комплекса частных наук. Но без философии и здесь никак нельзя обойтись, а с другой стороны, сама она всегда извлекает отсюда для себя определенные уроки и выводы.
Вопрос о веществе как одном из видов материи мы уже рассмотрели в связи с проблемой содержания философской категории материи и отметили, что в своем собственном естественнонаучном содержании это вопрос физической науки, но соотношение между «веществом» и «материей» носит глубоко диалектический характер, и это никоим образом не может означать ни полной редукции (сведения) материи к веществу, ни отрицания наличия вещественных видов материи, познание которых в науках все более углубляется. Для диалектического материализма, как неоднократно писали классики марксизма-ленинизма, недопустимо игнорировать новые данные, получаемые в ходе развития наук — как естественных, технических, так и гуманитарных. Философы-марксисты должны следить за ходом этого развития и делать философские выводы из достижений современной науки, техники, общественно-исторической практики.
Не менее важно учитывать и то, что ленинское определение категории материи имеет прямое отношение к " Там же. С. 283.
1 Там же. С. 131
133


проблематике исторического материализма, существенно углубляет понимание коренных его положений. Производственные отношения материальны, но ведь в них нет ни атома вещества. Что касается производительных сил общества, то они, конечно, включают в себя вещественные элементы: результаты коллективно-трудовой деятельности людей, орудия производства, сырье, многие стороны самого процесса производства и его непосредственные продукты. Законы социально-экономической жизни общества суть объективно-материальные законы, хотя сами по себе они не вещественны: они независимы от ближайших целеполаганий людей и в этом смысле — от их воли и желания, они объективноматериальны также в смысле зависимости людей именно от данных материальных условий, которые невольно застает каждое вступающее в жизнь новое поколение. Вещественный характер процессов и результатов трудовой деятельности людей был замечен мыслителями задолго до К. Маркса и Ф. Энгельса, однако только великие учители пролетариата показали и доказали, что совместный труд людей ведет к последствиям, определяемым объективными, независимыми от их воли и сознания законами общественного производства и социальной жизни. Это означало установление факта материальности базиса общественной жизни в несравненно более глубоком смысле, чем вещественность производительных сил и компонентов производства.
Деятельность людей в их историческом развитии убедительно свидетельствует о вторичности общественного сознания, тогда как общественное бытие является «независимым от общественного сознания человечества. Сознание... есть только отражение бытия, в лучшем случае приблизительно верное... его отражение» 13. В то же время деятельность людей оказывает обратное воздействие на развитие производительных сил, на общественное бытие. Отсюда вытекает необходимость глубокого изучения процессов реального социализма, проблем творческой активности трудящихся.
Главный вывод из сказанного состоит в том, что ленинское определение категории материи теснейшим образом соединяет в единую теоретическую систему диалектический и исторический материализм. Оно очень важно для исторического материализма и в том отноше-
13 Там же. С. 346.
134


нии, что ограждает его от вульгарно-экономических и метафизических искажений, качественно углубляя и расширяя содержание категории материи как важнейшей мировоззренческой и гносеологической категории, охватывающей всю действительность, как природную, так и социальную.
Диалектический материализм исходит из того, что в мире нет ничего, кроме вечно движущейся материи, что сознание есть результат развития материи и возникает лишь на определенном историческом этапе, что единство мира состоит в его материальности. Признавая первичность материи и неограниченные возможности как развития, так и познания объективной действительности, диалектический материализм решительно выступает против агностицизма и скептицизма, воодушевляет на познание и использование новых законов природы для развития производительных сил, для.дужд НТР, для ускорения социально-экономического развития общества, для счастья человечества.
Однако в немарксистской философии до сих пор широко распространен прием, при помощи которого пытаются доказать «несущественность» материи и ее «исчезновение» путем подмены понятий. При этом наиболее общее философское понятие материи отождествляют с понятием того или иного конкретного вида материи и, основываясь на том факте, что каждый такой вид изменяется, подчас существенно, коренным образом, опять и опять утверждают, что материя «исчезает», после чего заявляют, что материализм наконец-то опровергнут.
В. И. Ленин показал полную несостоятельность подобных утверждений. ««Материя исчезает»,— пишет он,— это значит исчезает тот предел, до которого мы знали материю до сих пор, наше знание идет глубже; исчезают такие свойства материи, которые казались раньше абсолютными, неизменными, первоначальными (непроницаемость, инерция, масса и т. п.) и которые теперь обнаруживаются, как относительные, присущие только некоторым состояниям материи» и.
Марксистско-ленинское учение о материи, раскрывающее диалектику философских и частнонаучных представлений о ней, имеет важное методологическое и мировоззренческое значение, позволяя преодолевать кризисы, возникающие в развитии науки, осмысливать
14 Там же. С. 275.
135


ее открытия с позиций диалектического материализма, вести успешную борьбу с любыми проявлениями идеализма, агностицизма, субъективизма и волюнтаризма.
§ 3. Материя и движение
Марксистско-ленинское учение о материи кроме ее определения как философского категориального понятия включает в себя и рассмотрение полного содержания этой категории, а значит, ее атрибутов, т. е. неотъемлемых, существенных, всеобщих свойств и форм ее существования, в том числе прежде всего движения и способности к развитию, пространства и времени. К числу атрибутов материи следует отнести также ее активный динамизм, бесконечность структурных и качественных превращений. Как известно, материя и движение неразрывно связаны, движение —это способ существования материи. Ф. Энгельс указывал, что материя без движения так же немыслима, как и движение без материи. Нигде и никогда не было и не может быть материи без движения. Движение — это всякое изменение качественных и количественных характеристик объектов, это есть изменение вообще, в том числе ведущее к развитию. О соотношении движения и развития существует большая и содержательная марксистская литература. Одни авторы отождествляют движение и развитие, другие считают развитие атрибутом материи, и, наконец, ряд философов-марксистов считают развитие частным случаем движения. Аргументация, приводимая представителями этих разных точек зрения, часто сводится к приведению цитат из трудов классиков марксизма-ленинизма. Но, изъятые из контекста, они поддаются произвольному толкованию. Опираясь на марксистско-ленинское учение о материи и ее атрибутах, а также на достижения современной науки, мы считаем, что присущая развитию однонаправленность свидетельствует о том, что оно есть частный, особый случай движения.
Может возникнуть также вопрос: не находится ли положение о неотделимости движения от материи в противоречии с теми наглядными фактами, которые свидетельствуют о наличии в мире тел, пребывающих в состоянии покоя? Диалектический материализм не отрицает покоя, но рассматривает его как частный случай движения и как покой относительный. О покое можно говорить только тогда, когда мы выделяем некоторые 136


тела из их связей с другими телами и рассматриваем их отдельно. Однако нельзя найти ни одного тела, пребывающего в состоянии покоя в данной системе, которое в то же время не входило бы в состав какой-либо системы, которая движется. Покой — это только момент движения, обусловленный относительным постоянством того или иного явления. Возможность относительного покоя тел является существенным условием дифференциации материи и тем самым существенным условием жизни и сознания. Покой имеет существенное значение также и для познания движущейся материи, без относительного покоя невозможно познать и движение. Покой и движение образуют диалектическое единство противоположностей, но покой относителен, а движение абсолютно.
Представление диалектического материализма о движении как об абсолютном способе существования материи направлено против метафизического понимания материи, согласно которому ее нормальное состояние усматривают в покое. Согласно этим взглядам, материю приводит в движение, и притом только на время, лишь некая внешняя сила. Такое метафизическое представление о материи ведет к признанию существования первого толчка (как у Ньютона) и бога как источника этого первого толчка.
В истории естествознания и философии одним из идеалистических истолкований движения в XIX в. явился энергетизм, рассматривающий движение в отрыве от материи и подменяющий материю движением, а в итоге — отождествляющий материю с энергией, которая в действительности является только одной из характеристик движения.
Бурное развитие в XIX в. учения о теплоте и энергии, его успехи в объяснении многих физических явлений привели некоторых физиков и философов к попыткам распространить законы термодинамики, как якобы определяющие, на всю Вселенную (к чему нет должных научных оснований) и даже на общественные явления (что совершенно неверно). Попытки такого рода встречаются и ныне. Так, например, на VIII Международном конгрессе по логике, методологии и философии науки (август 1987 г.) итальянский философ Антонио Драга в своем докладе старался доказать, что существует аналогия между экономической теорией К. Маркса и термодинамикой С. Карно.
В конце XIX и в начале XX в. известный химик В. Ост137


вальд предложил заменить понятие материи понятием энергии и объявить ее основой всего сущего. Он считал, что в соответствии с широким значением, которое энергия имеет для общего понимания явлений природы, можно понять ее как субстанцию в собственном значении этого слова, так что материя есть не что иное, как «группа разных видов энергии». В философском отношении это утверждение означает отрыв движения от материи и абсолютизацию движения в том смысле, что оно будто бы существует «само по себе».
В. И. Ленин указывал, что «энергетическая физика есть источник новых идеалистических попыток мыслить движение без материи — по случаю разложения считавшихся дотоле неразложимыми частиц материи и открытия дотоле невиданных форм материального движения» 15. В книге «Материализм и эмпириокритицизм» неоднократно подчеркивается неразрывность материи и движения и связь этого положения с материалистическим решением основного вопроса философии. В. И. Ленин писал о том, что оторвать движение от материи равносильно тому, чтобы оторвать мышление от объективной реальности, т. е. перейти на позицию идеализма. Он указывал и на коренное различие между метафизическим и диалектическим материализмом по вопросу о материи и движении: «Метафизический, т. е. антидиалектический, материалист может принимать существование материи (хотя бы временное, до «первого толчка» и т. п.) без движения. Диалектический материалист не только считает движение неразрывным свойством материи, но и отвергает упрощенный взгляд на движение и т. д.» 16.
Против энергетизма Оствальда выступили не только марксисты во главе с В. И. Лениным, но и ряд крупных естествоиспытателей, среди которых можно назвать Л. Больцмана, М. Планка, А. Столетова, К. Тимирязева и многих других. Разоблачение научной несостоятельности и философской порочности энергетизма привело к тому, что он на время сошел с исторической сцены. Однако ряд идеалистов и ныне стремятся оторвать движение от материи, подменить понятие материи понятием энергии. Особенно оживились попытки нового энергетизма «опровергнуть» материализм в связи с установлением специальной теорией относительности
15 Там же. С. 290.
16 Там же. С. 285.
138


взаимозависимости между массой и энергией: Л£ = = Дтс2 (где Д£— изменение энергии, Дт — изменение массы, с2— квадрат скорости света в вакууме), которую многие физики и философы (особенно на Западе) называют законом эквивалентности массы и энергии, якобы выражающим превращение массы, или даже материи, в энергию. Так, например, Бертран Рассел писал: «Масс^ есть только форма энергии, и нет основания думать, что материя не может растворяться в других формах энергий. Не материя, а энергия является основоположной в физике» 17.
В действительности никакого превращения материи в энергию нет. Всякой массе (не только массе движения, но и массе покоя) соответствует энергия, и, наоборот, всякая энергия имеет массу. Закон взаимосвязи свидетельствует не о превращении массы (тем более материи) в энергию, а об их тесной, неразрывной связи, о превращении массы одного вида (массы покоя) в массу другого вида (массу движения) и о соответствующих превращениях энергии. Эта установленная Эйнштейном взаимосвязь является новым естественнонаучным доказательством как неразрывного единства материи й движения, так и их несотворимости и неуничтожимости. Ленинская критика энергетизма актуальна и в наши дни, способствуя борьбе против любых форм идеализма.
Острая борьба между материализмом и идеализмом продолжается во всем естествознании, в том числе и в современной космологии и космогонии. В ходе развития этих наук далеко не все стоящие перед ними вопросы получили достоверные ответы. Даже в планетологии — науке, изучающей планеты нашей Солнечной системы,— в настоящее время имеется много вопросов, носящих мировоззренческий характер. Так, например, пока нет единой концепции формирования Солнечной системы, далеко не ясны и общие законы происхождения и эволюции планет. Сторонники идеалистических толкований и теперь всячески пытаются доказать, что было «начало мира», что материя возникает из ничего, что она превращается в энергию и рассеивается в космосе, в результате чего неизбежна гибель мира, «конец света».
Пытаясь доказать истинность творения мира «из ничего», теологи дают свои интерпретации космологической модели «горячей, расширяющейся Вселенной».
17 Рассел Б. Человеческое познание. М., 1957. С. 327.
139


Речь идет о так называемом Большом взрыве, происшедшем, по современным представлениям в астрофизике, около 15—20 миллиардов лет назад, когда будто бы вся космическая материя Метагалактики была как бы стянута в точку (так называемая сингулярность) Эти соображения подкрепляются соответствующими математическими расчетами, произведенными, например, известным бельгийским математиком аббатом Ж. Леметром. Он и многие другие астрофизики считают, что в свое время произошло «изначальное расширение» первоатома, имевшего массу, примерно равную суммарной массе всех галактик. Леметр писал, что «мир был начат единственным квантом» и что это начало мира имело место несколько раньше начала пространства и времени. Позже на международном Сольвеевском конгрессе в 1958 г. он говорил, что теория расширяющейся Вселенной полностью остается в стороне от любых «метафизических» (т. е. философских) или религиозных вопросов; она предоставляет материалисту свободу отрицать любое трансцендентное бытие. Но фактически расчеты Леметра были использованы идеалистами, и особенно идеалистами религиозными, против материализма. Теологи упомянутую теорию используют как якобы подтверждение современной наукой сотворения Вселенной богом.
Согласно последовательно материалистической точке зрения, пространство и время являются основными формами существования материи, и новые результаты исследования частными науками пространства и времени свидетельствуют об этом. Выбор же космологических моделей — это действительно дело прежде всего представителей естествознания и математики. В настоящее время предложен ряд новых моделей Вселенной.
Теория расширяющейся Вселенной связана прежде всего с общей теорией относительности, она создавалась трудами À. Эйнштейна, А. А. Фридмана, Г. А. Гамова, Э. П. Хаббла, С. Вайнберга, С. Хокинга и др. В трудах многих советских ученых показан диалектический характер явлений, происходящих во Вселенной, рассмотрены специфические особенности развития космического вида материи.
В свое время астрофизик В. А. Амбарцумян и философ В. В. Казютинский справедливо писали, что выводы насчет «сотворения мира», сделанные на основе теории расширяющейся Вселенной, не имеют никакого отношения к физическому содержанию этой теории и вызваны 140


отождествлением «Вселенной Фридмана» — Метагалактики — со «всей материей». Между тем объектом познания в науках о природе являются всегда лишь те или иные стороны, аспекты, фрагменты неисчерпаемого материального мира, выделяемые субъектом в процессе общественно-исторической практики. Правда, объект исследования естествознания в целом и каждой из естественных наук в частности все более усложняется, а наши знания о природе становятся все более адекватными ей, но это не меняет факта, что в каждый данный момент естествознание имеет дело лишь с отдельными аспектами той части объективной реальности, которая выделена имеющимися в данный момент эмпирическими и теоретическими средствами. «Начальный момент» эволюции Метагалактики не является каким-то абсолютным «началом всего», а представляет собой лишь момент в процессе возникновения протовещества (на вопрос, что это такое, наука не дает пока конкретного ответа), из которого затем образовались известные нам ныне формы материи.
Утверждения «о начале Вселенной» (в смысле возникновения материи) в физическом и философском смысле лишены всякого основания, и выражения типа «время, прошедшее с момента возникновения Вселенной» так же мало удачны, как и представления о творении материи из ничего. Безусловно, прав был академик Я. Б. Зельдович, когда он говорил; что было бы неточно называть время, протекшее с начала расширения, «возрастом Вселенной». Точнее было бы называть его длительностью современного этапа существования Вселенной.
Существующие естественнонаучные модели Вселенной, к сожалению, пока оставляют без ответа ряд принципиальных вопросов: какова сущность побудительного акта, «породившего» затем наличие и движение небесных объектов, что было до начала продолжающегося и сегодня расширения Вселенной, можно ли считать совершенно бесспорным факт этого начала и др.? Естествоиспытатели ищут ответы, опираясь на результаты наблюдений, экспериментов и выводы теорий. Особая роль в поиске ответов принадлежит теоретическому мышлению, которое становится все более и более диалектичным, так как логика познания ведет ко все более адекватному отражению объективной диалектики, господствующей в материальном мире, в развивающейся субъективной диалектике, а это в свою очередь ведет к 141


усилению методологической роли теории диалектики в дальнейшем развитии научного познания.
В самые последние годы получили известность более новые представления о самых ранних состояниях Вселенной. Речь идет о так называемой модели «раздувающейся Вселенной». Рядом ученых (А. Альбрехтом и А. Гутом в США; Я. Б. Зельдовичем и А. Д. Линде в СССР) высказываются предположения, что на самом раннем этапе своего развития Вселенная находилась в состоянии гравитационного вакуума 18, который расширялся во всех своих точках с огромной скоростью. Расчеты показывают, что этот процесс продолжался примерно 10-32 секунды (10-32 обозначает величину, равную единице, деленной на 10 с тридцатью двумя нулями), но за это время размеры Вселенной увеличились в 1050 раз.
Открытие расширяющейся Вселенной считается одним из фундаментальных достижений XX столетия. Однако оно не дает ответа на вопрос, почему началось расширение и был ли на самом деле «Большой взрыв». Чем объясняется ряд свойств наблюдаемой сегодня Вселенной: ее однородностью в больших масштабах, соотношением между силами притяжения и отталкивания, которое удивительным образом связано с так называемой критической плотностью вещества, почему предсказанные теорией так называемые монополи (вид магнитных зарядов) не поддаются обнаружению и др.?
Отсутствие в настоящее время однозначных, подтвержденных практикой ответов на эти и другие вопросы ряд религиозно настроенных ученых использует для поиска особой, мистической предопределенности, будто бы заложенной в природе, в так называемом антропном принципе (согласно ему природа такова потому, что она должна была быть такой, чтобы в ней мог появиться человек) и в других далеких от материализма представлениях. Но ученые, прочно стоящие на материалистических позициях, отвергают подобные подходы и ищут ответы на путях конкретного научного анализа конкретной действительности.
Известно, что любые теории представляют собой относительные истины, но они отличаются друг от друга
18 Это физическое понятие отражает отсутствие взаимодействующих вещественных объектов при наличии гравитационного поля, находящегося в наинизшем энергетическом состоянии. 142


содержанием в них доли абсолютной истины. Поэтому более совершенные теории (подтверждаемые практикой) имеют весьма важное значение для науки, практики и мировоззрения.
В этом плане представляет большой интерес предложенная в 1986 г. советским физиком А. Д. Линде новая теория, приближающая нас к получению ответов на ранее названные вопросы о свойствах наблюдаемой Вселенной. Она представляет собой такое обобщение известных данных о Вселенной, которое позволяет утверждать, что «горячая, взрывающаяся, раздувающаяся Вселенная» есть только элемент вечной динамичной Вселенной, в которой рождается и исчезает бесконечно большое число мини-вселенных, среди них встречаются такие, где создаются условия для появления жизни и сознания, хотя в других мини-вселенных это невозможно.
Физики, астрофизики, математики разрабатывают различные модели качественных состояний вещества и полей, углубляя тем самым понимание неразрывной связи материи и движения, обогащая также учение о структуре и формах движения материи. В процессе формирования современной нам Вселенной взаимодействовали и переходили друг в друга различные виды материи и формы движения. Представление о том, что в мире нет ничего, кроме вечно движущейся материи, оплодотворяет поиск ученых, а получаемые научные результаты в свою очередь обогащают диалектикоматериалистическую философскую теорию.
В свое время, опираясь на известные частным наукам формы движения, Ф. Энгельс предложил классификацию основных форм движения материи. Он выделил механическую, физическую, химическую, биологическую и социальную. Сейчас мы знаем значительно большее число разнообразных форм движения материи, и есть необходимость создать новую, более полную современную их классификацию, но пока она еще не создана, так что ныне следует продолжать пользоваться классификацией Ф. Энгельса.
Естествознание и философия раскрывают диалектику взаимосвязи между всеми формами движения материи и тем самым все более обогащают понимание материального единства мира и его многообразия.
143


§ 4. Пространство и время
В произведениях классиков марксизма-ленинизма, а также в ряде более поздних исследований философов- марксистов, обобщивших новые данные естествознания, раскрывается сложная объективная диалектика пространственных и временных отношений. Материалистическое решение основного вопроса философии означает и последовательно материалистический взгляд на пространство и время.
Опираясь на достижения науки и практики своего времени, классики марксизма-ленинизма показали, что пространство и время — это объективные основные формы (способы) бытия материи, существующие вне и независимо от человека и его сознания. «...Наши развивающиеся понятия времени и пространства,— писал В. И. Ленин,— отражают объективно-реальные время и пространство...» 19 В отличие от механицистов и вообще метафизических материалистов, рассматривавших пространство как независимое от материи вместилище, диалектический материализм показывает зависимость свойств пространства и времени от материи и изменяемость их в зависимости от характера движения последней. Мысль о возможной зависимости между геометрическими характеристиками пространства и характером движения материальных объектов впервые в истории науки была высказана Н. И. Лобачевским.
Пространство — это протяженность, соотношение, взаимное расположение и сосуществование материальных образований, а время — это длительность и темп изменений следующих друг за другом материальных процессов. «Разумеется, обе эти формы существования материи,— писал Ф. Энгельс,— без материи суть ничто, пустые представления, абстракции, существующие только в нашей голове» 20. Вечностью существования и неисчерпаемостью движущейся материи определяется вечность пространства и времени, их изменчивость и неисчерпаемость свойств.
Диалектический материализм отвергает метафизическую трактовку пространства, согласно которой, как бы далеко мы ни углублялись в просторы Вселенной или в недра атомов и элементарных частиц, всюду мы будем встречаться только с однотипными пространст-
19 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 18. С. 183.
20 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 550. 144


венными и временными отношениями. Материальное единство мира, о котором у нас пойдет дальше речь, не следует понимать как единообразие его строения. Напротив, единство мира предполагает его и объективную, и познавательную неисчерпаемость как в отношении пространственных и временных форм, так и в отношении законов движения материи.
Пространство, будучи основной формой бытия движущейся материи (ее атрибутом), является коренным условием существования (взаимного положения) материальных объектов. Категория пространства отражает общее свойство бесконечного множества сосуществующих объектов определенным образом отграничиваться друг от друга и вместе с тем, наоборот, продолжать друг друга.
Время, также будучи основной формой бытия движущейся материи (ее атрибутом), выступает как коренное условие изменения ее состояний. Это общая черта процесса возникновения одного и исчезновения другого объекта, исчезновения старого и появления нового. Категория времени отражает процесс изменения материи в разрезе отношений следования, но речь идет не только о смене состояний. Время — это длительность материальных объектов в их собственном бытии, зависящая от отношений данного тела к другим телам, а также от характера процессов, происходящих в этом теле. Одной из важнейших и еще мало изученной характеристикой времени является его однонаправленность — от настоящего к будущему (так называемая стрела времени).
Категория времени в философии отражает общее свойство протекающих в реальном мире процессов изменения, возникновения, развития, превращения одних материальных объектов в другие и их исчезновения. Содержание категориальных понятий «пространство» и «время», развивающихся в ходе познания действительности, все в большей степени отражает объективное содержание этих атрибутов материи, а через них — и охватываемых последними ряда свойств самой материи. Процесс познания пространства и времени бесконечен не только потому, что пространство и время неисчерпаемы, но также и потому, что движение материи приводит к возникновению новых ее видов и новых свойств, присущих пространству и времени, которые обладают как общими свойствами, характерными для форм существования всякой материи, так и особенными, которые определены законами развития именно данного вида 145


материи. Внутренние противоречия материи находят свое проявление и во внутренней противоречивости пространства и времени.
Диалектический характер пространства и времени состоит, в частности, в том, что по своей природе они и бесконечны и конечны. Бесконечность пространства складывается из конечных протяженностей отдельных материальных объектов, а бесконечность времени — из конечных длительностей (интервалов времени) отдельных материальных процессов. Но сама по себе бесконечность несет особое, новое качество.
Пространство и время представляют собой единство прерывности и непрерывности. Противоречивость пространства связана также с наличием у него и непрерывности и дискретной структурности, а противоречивость времени — с бесконечной длительностью и сменой моментов. Протяженность и длительность — суть формы выражения непрерывности, а структурность строения и дискретные моменты — формы выражения прерывности. Конкретные единства протяженности и структурности — это отрезки, фигуры и конструкции, а длительности и моментов времени — временные интервалы.
Диалектико-материалистическое понимание сущности пространства и времени и их соотношения с материей и движением заключается в признании того, что пространство и время, будучи основными объективнореальными формами бытия движущейся материи, обусловлены в своих общих свойствах движущейся материей, но в то же время обладают и специфическими чертами.
В ньютоновской механике пространство и время рассматривались как объективные формы существования материи, но в обособлении друг от друга и от движения материальных тел. Пространство и время у Ньютона абсолютны и экспериментально непознаваемы. Объективность пространства и времени была им отождествлена с абсолютностью — в смысле самостоятельности и неизменности их существования. Ньютон полагал, что материальные тела и их движение не оказывают ника-, кого влияния на течение времени и на свойства пространства. Эти взгляды Ньютона на пространство и время были связаны с признанием им возможности мгновенной передачи взаимодействия между телами и с мыслью о том, что любое явление может быть причиной любого другого, независимо от пространственного промежутка и временного интервала между ними.
146


В действительности реальное взаимодействие тел не может передаваться мгновенно, и это доказано современной нам физикой. Оно может передаваться от одного объекта к другому только за определенный промежуток времени и в определенном пространственном интервале. Признание нереальной возможности мгновенной передачи сигнала и вообще взаимодействия между телами, косвенно оправдываемое утверждением о безотносительности пространства и времени к движению тел, было серьезным методологическим затруднением для механики Ньютона, которое обсуждалось физиками на протяжении долгих лет. Только создание Эйнштейном специальной, или частной, теории относительности (СТО) позволило преодолеть это затруднение, окончательно отвергнуть мгновенное дальнодействие.
Как известно, специальная теория относительности покоится на двух постулатах: а) постоянстве скорости света в вакууме (пустоте); б) признании того, что во всех так называемых инерциальных системах координат законы природы находятся в согласии. Этот принцип Эйнштейн назвал «специальным принципом относительности». Впоследствии он создал общую теорию относительности (ОТО). Более точно следует ее назвать теорией гравитации: в ней показана ограниченность взглядов классической механики на пространство и время как на абсолютные величины, не связанные друг с другом и с движением материальных тел. Он доказал, что абсолютного времени и абсолютного пространства (в смысле безотносительности к движению материальных тел) не существует. Тем самым Эйнштейн дал одно из возможных подтверждений положения диалектического материализма о пространстве и времени как о формах существования движущейся материи и о связи определенных свойств времени и пространства друг с другом.
Конечно, нельзя отождествлять естественнонаучные представления А. Эйнштейна о пространстве и времени с диалектико-материалистическими. Неверно было бы и рассматривать их как абсолютные, окончательные истины.
Вокруг теории относительности с момента ее возникновения идет острая борьба между материализмом и идеализмом. Извращая подлинное содержание этой теории и истолковывая ее в духе философского релятивизма, идеалисты проводят мысль о непознаваемости мира, о полной субъективности научного знания, о «торжестве духа над материей». Так, например, английский фило-
147


соф У. Кэр утверждает, что в теории относительности наблюдатель никак неотделим от того, что он наблюдает, а дух — от своего объекта, и это, по его мнению, означает первенство духа над материей.
В критике идеалистических интерпретаций теории относительности неоценимую методологическую помощь оказывает ленинский анализ диалектики понятий «абсолютное» и «относительное». Теория относительности устанавливает именно относительный характер пространства и времени (в том физическом смысле, что они не существуют независимо от движущейся материи), а современные идеалисты толкуют это как отрицание данной теорией объективного характера пространства и времени. Совершенно неверно отождествлять объективность с абсолютностью. Представления физиков об относительном характере одновременности и последовательности, вытекающем из относительности времени, идеалисты неправомерно пытаются использовать для отрицания необходимого характера причинной связи. В диалектико-материалистическом понимании и классические (ньютоновские) представления о пространстве и времени, и соответствующие представления теории относительности суть в гносеологическом смысле относительные истины, включающие в себя элементы абсолютной истины, хотя и в разной степени. Но абсолютной истиной не являются ни те ни другие представления физиков.
Теория относительности, утверждая абсолютный (в физическом смысле) характер пространственного и временного интервала, показала момент абсолютного (в философском смысле), который заключается в признании времени и пространства основными формами существования движущейся материи. Утверждая постоянный универсальный характер скорости света в вакууме, теория относительности вскрыла конкретный характер связи пространства и времени с движением. Исходя из того что скорость света есть предельная скорость передачи взаимодействия, она показала, что причинная связь между явлениями не может осуществляться вне зависимости от определенной координации этих явлений в пространстве и времени. Только те физические явления могут быть причинно связанными, которые находятся в определенной временной и пространственной зависимости.
Мерой этой зависимости и является скорость света (с) в вакууме. Два события могут быть причинно свя- 148


заны только в том случае, если луч света за промежуток времени между этими событиями проходит расстояние большее, чем расстояние между этими событиями, или по крайней мере равное ему. В противном случае эти события не могут быть причинно связанными в силу слишком больших расстояний и малых промежутков времени. Причинная связь могла бы в этом случае иметь место, но при условии, если бы передачи взаимодействия между телами осуществлялись мгновенно, т. е. не нуждались в существовании пространства и времени.
Специальная теория относительности установила, что при скоростях движения материальных объектов, близких к скорости света в вакууме, размеры движущихся тел, массы, течение времени существенно зависят от скорости движения тел по отношению к той системе отсчета, где они находились в покое. Так, длина стержня /о в системе, где он покоится, будет короче его длины в системе отсчета, движущейся со скоростью v по отношению к покоящейся системе: lv = l0~\J 1 — ,
где с — скорость света в вакууме; время в движущейся системе течет медленнее, чем в покоящейся: tü= — to Иными словами, пространство, время, скорость и движение оказываются в своих изменениях взаимосвязанными. Выводы специальной теории относительности подтверждены практикой и используются в технике и науке, хотя они и кажутся парадоксальными по сравнению с законами классической механики Ньютона.
Исходя из опытного факта равенства инертной массы (mi) и массы гравитационной (mg), Эйнштейн установил в созданной им общей теории относительности связь гравитации с искривлением пространства-времени. Предсказанное этой теорией отклонение луча света от прямолинейности при прохождении вблизи, например, Солнца с недостаточной еще точностью, но подтверждено. Следует обратить внимание на то, что вопросы равенства инертной и гравитационной массы, зависимости постоянной тяготения от времени, имеющие большое значение как для теории гравитации, так и для теории элементарных частиц, недостаточно еще исследованы и по-прежнему остаются в поле внимания физиков и астрофизиков.
Гравитационное поле — это один из видов движу149


щейся материи, взаимодействующий с другими ее видами, это взаимодействие проявляется в изменении метрики пространства-времени. Общая теория относительности (более точно — релятивистская теория тяготения) установила неразрывную связь физических пространства и времени с гравитационными процессами. Однако не следует отождествлять философское понимание пространства и времени как атрибутов материи с физическими теориями физических пространства и времени.
На современном уровне наших знаний в естественнонаучной литературе разграничивают следующие понятия пространства и времени: реальное (физическое) пространство и время; перцептуальное пространство и время (условия существования и смены наших ощущений, присущие субъекту формы чувственности); концептуальное пространство и время (абстрактно-математические структуры, способные более или менее приблизительно моделировать реальные пространственно-временные отношения). Кроме того, различают метрические (связанные с измерением, с понятием длины) и топологические (сохраняющиеся при любых взаимооднозначных и непрерывных преобразованиях геометрического объекта) свойства пространства. Кроме перечисленных понятий пространства и времени существуют еще понятия биологического и социального пространства и времени.
Но при всем этом философское представление о пространстве и времени как формах существования материи остается методологической основой развития и изменения конкретных естественнонаучных и социальных представлений о них.
§ 5. Материальное единство мира
Важное место в марксистско-ленинской философии занимает представление о материальном единстве мира. Диалектико-материалистическое учение об этом единстве, созданное классиками нашей философии, опирается на все то ценное, что было накоплено человечеством на пути к познанию сущности этого единства. Это учение является целостным, монистическим представлением о единстве природы, общественного бытия, практической и теоретической деятельности людей, элементов их структуры и связей, взаимодействий и отношений, об общих законах движения и развития объективной действительности и отнюдь не сводится только к обобщению 150


научных данных о природе и к тезису о единстве ее субстратных компонентов.
«...B новое время, так же как и в античную эпоху,— писал академик Т. И. Ойзерман,— отрицание сверхприродного и признание материального единства мира неотделимы друг от друга. Но если натурфилософы античности и эпохи Возрождения обосновывали принцип материального единства мира, сводя сверхъестественное к естественному, природному, чувственно воспринимаемому, то материалисты нового времени, развивая этот принцип объяснения мира из него самого, обогащают его развернутым материалистическим решением основного философского вопроса... обоснование материального единства мира совпадает с материалистическим монизмом» 21.
Ф. Энгельс подчеркивал, что «единство мира состоит не в его бытии, хотя его бытие есть предпосылка его единства, ибо сначала мир должен существовать, прежде чем он может быть единым», и что «действительное единство мира состоит в его материальности, а эта последняя доказывается не парой фокуснических фраз, а длинным и трудным развитием философии и естествознания» 22.
Бытие, существование мира доказывается в процессе материально-практической и исторически развивающейся деятельности, а также прогресса философии и всех наук, а это значит, что доказательство материального единства мира — это не некий одноразовый акт, а длительный процесс, непреходящая, многосторонняя задача марксистско-ленинской философии, обобщающей и теоретически осмысливающей достижения частных наук и общественно-производственной деятельности человечества.
Марксистско-ленинское представление о материальном единстве мира, органично соединенное с признанием первичности материи по отношению к сознанию, играет огромную методологическую роль в познании, практической деятельности и в критике идеалистических взглядов на мир. Постулируя первичность идеи, сознания, духа, спекулятивно трактуя достижения естествознания и используя малейшую непоследовательность, отступления отдельных естествоиспытателей и обще-
21 Ойзерман Т. И. Главные философские направления. М., 1971. С. 71—72.
22 Маркс /С., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 43. 1S1


ствоведов от материалистического решения основного вопроса философии, философы-идеалисты до сих пор отрицают материальное единство мира.
Много антинаучных спекуляций порождено, например, часто используемыми в научной и особенно научнопопулярной литературе неудачными терминами «антиматерия» или «антимир», которые трактуются представителями идеализма как отрицание материального мира. В диалектико-материалистическом понимании вся объективная реальность, движущаяся материя состоит из материальных объектов, и никаких иных, нематериальных, миров не существует. Известно, что в принципе из античастиц (позитронов, антипротонов, антинейтронов и др.) могут быть образованы атомы (антиатомы), молекулы (антимолекулы), вещество (антивещество). Возможно, что во Вселенной где-то есть состоящие из антивещества макро- и даже мегаобъекты, но их совокупность лишь только условно можно будет обозначить термином «антимир». Этот в принципе возможный «антимир» был бы тоже материальным, был бы объективной реальностью, существующей независимо от познающего субъекта.
Движущаяся материя характеризуется несотвори- мостью, неуничтожимостью и неисчерпаемостью. Не- сотворимость и неуничтожимость материи означает, что нет и не может быть никаких способов и средств, с помощью которых можно было бы сотворить ее из «ничего» или прекратить ее существование, и что не было и не будет времени, когда материя не существовала или не будет существовать.
Если все виды и состояния движущейся материи конечны, возникают и исчезают, т. е. превращаются из одних видов в другие, существуют то как один, то как другой вид материи, то сама движущаяся материя в целом вечна, бесконечна и неисчерпаема по своим свойствам. Всякое отрицание неисчерпаемости, несотворимо- сти и неуничтожимости движущейся материи, в какой бы форме оно ни имело место, всегда ведет к идеалистическому и нередко религиозному мировоззрению. Неисчерпаемость материи, относительность разграничительных линий, граней в природе, превращение движущейся материи из одного состояния в другое всегда были опорой диалектического материализма 23.
Развитие знания о микро-, макро- и мегамирах по-
23 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т 18. С 298. 152


стоянно приводит к открытию все новых и новых структурных элементов и связей между ними, а значит, вызывает необходимость создания новых научных понятий для их выражения. При этом в процессе нашего познания мы раскрываем специфические черты различных областей материального мира, конкретные формы его материального единства и в то же время получаем данные, характеризующие то общее, что присуще мега-, макро- и микромиру.
Человечество своим пытливым взором проникло в сокровенные глубины материального мира — мира галактик, квазаров, пульсаров и «черных дыр», мира молекул, атомов и элементарных частиц, мира электромагнитных, гравитационных и других полей, мира неживой и живой природы, человеческого общества. И оказалось, что структурные элементы микромира (элементарные частицы, кванты различных полей, атомы и др.) входят в структуру всех объектов материального мира.
Научные открытия в физике конца XIX — начала XX в. подорвали метафизические представления об атоме как абсолютно неделимой и неизменной частице вещества. Обнаружилось, что он имеет свою структуру и состоит из положительно заряженного ядра и отрицательно заряженных электронов. В ходе дальнейших исследований было установлено, что и ядра атомов также имеют свою структуру и состоят из протонов и нейтронов, объединенных в единое целое благодаря обмену «Пи»-мезонами (частицами промежуточной массы — между массой протона и электрона). В ходе развития физики высоких энергий было открыто множество микрочастиц и соответствующих им античастиц; число всех известных в настоящее время микрочастиц достигает нескольких сот.
Микромир, как об этом свидетельствуют данные современной физики, представляет собой диалектическое единство частиц и полей, а значит, прерывности и непрерывности. Еще Ф. Энгельс указывал на то, что связь прерывности и непрерывности — основная проблема в учении о микрофизическом движении. «Новая атомистика,— писал Ф. Энгельс,— отличается от всех прежних тем, что она (если не говорить об ослах) не утверждает, будто материя только дискретна, а признает, что дискретные части различных ступеней... являются различными узловыми точками, которые обусловливают различные качественные формы существования всеобщей материи вплоть до такой формы, где 153


отсутствует тяжесть...» 24 Предсказываемое марксистской философией диалектическое единство прерывного и непрерывного нашло свое выражение в современных экспериментальных фактах и в дальнейшем развитии теории.
Изучение микромира расширило наши знания о структурных компонентах материального мира и о видах их взаимодействий. В настоящее время известны четыре вида взаимодействий: сильное (связывающее протоны и нейтроны в атомных ядрах), слабое (связанное, например, с так называемым «Бета»-распадом), электромагнитное и гравитационное. Ученые прилагают усилия к построению единой теории взаимодействий. Несколько лет назад удалось объединить слабые и электромагнитные взаимодействия в единую теорию. Получены также обнадеживающие результаты в попытках объединения электромагнитных, слабых и сильных взаимодействий. Однако по-прежнему вне этого единства находится гравитация, хотя подходы к решению этой проблемы, а значит, к созданию вполне единой теории поля уже просматриваются. Академик М. А. Марков справедливо указывает, что «нельзя исчерпывающим образом описать какое-то одно из четырех полей, не принимая во внимание наличие других, что природа построена, так сказать, без излишней роскоши. Понимание органического единства всех полей, включая поле гравитационное, как раз и является той задачей, к решению которой стремилась и будет стремиться физическая наука» 25. Но создание единой теории взаимодействий вовсе не означает, будто тем самым будет положен конец неисчерпаемому богатству свойств, процессов и взаимопревращения в микромире.
В течение последних десятилетий в физике сложилось представление о том, что протоны, нейтроны, а также различные мезоны (частицы всех этих трех видов называются адронами) имеют сложное строение и сами состоят из частиц, получивших название кварки26. В современном варианте кварковой модели насчитывается шесть видов кварков.
Микрообъекты отличаются от макрообъектов рядо& специфических характеристик, таких, как спин, электри-
24 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 608—609.
25 Эйнштейн и философские проблемы физики XX века. М.. 1979 С. 273.
26 См., например, содержание этих и других физических понятий в Физическом энциклопедическом словаре (М., 1983). 154


ческий, лептонный, барионный и другие заряды, так называемая странность, изотопический спин и др. Было выдвинуто предположение, что взаимодействие между кварками происходит за счет обмена квантами особого поля, которые получили название глюонов (от английского glue — клей ). Опыты с высокой степенью точности подтверждают достоверность кварковой структуры адронов, но сами кварки в свободном состоянии не найдены. Есть теоретические соображения, свидетельствующие о том, что они и не могут существовать вне адронов.
К сожалению, пока еще не удалось создать единую теорию элементарных частиц. Ученые работают над ее созданием, что, безусловно, приведет в физике к серьезному пересмотру ряда современных представлений. Идя по пути создания единой теории элементарных частиц и их взаимодействий, а значит, единой физической картины мира (которая, однако, всегда будет историчной, т. е. изменяющейся), большинство ученых руководствуются в конечном счете представлениями о первичности материи и материальном единстве мира.
Учение о неисчерпаемости и материальном единстве мира включает в себя признание не только неисчерпаемости структуры и свойств материальных объектов, но и неисчерпаемости всех основных атрибутивных форм существования материи: движения, пространства, времени, а также связывающих их закономерностей и т. д. В фундаменте этого учения лежит признание бесконечного качественного многообразия мира, его качественно различных, но внутренне взаимосвязанных состояний, образующих в своем многообразии наш единый материальный мир. Причем его качественное многообразие заключается не только в том, что он имеет бесконечное множество различных состояний и свойств, но и в том, что ему органически присуще изменение, движение, развитие.
Среди ряда важных задач, стоящих перед философией диалектического материализма, В. И. Ленин указал на необходимость «всеобщий принцип развития... соединить, связать, совместить с всеобщим принципом единства мира, природы, движения, материи...» 28.
Философы-марксисты внимательно изучают и обоб-
27 В 1979 г. глюоны, фундаментальные объекты квантовой хромодинамики (КХД), были открыты экспериментально.
Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 229. 155


щают достижения естественных, общественных и других наук 29. Резюмируя то, что достигнуто в изучении совместного действия таких важных принципов познания, как принцип развития и принцип материального единства мира, можно утверждать, что единство изменяющегося материального мира прежде всего выражается в общности свойств и состава разнородных объектов, в сходстве структур качественно различных областей явлений, в процессах взаимного превращения одних материальных образований, одних состояний в другие, в общности происхождения, генетическом единстве составляющих мира.
Философское учение о материи и движении, пространстве и времени, о единстве мира дает научному мировоззрению теоретическую основу, помогает глубже понять взаимоотношения человека и природы, убеждает в том, что законы развития природы, общества и его познания объективны и что практическая деятельность прочно опирается на научную картину мира, которая формируется всеми науками в союзе с марксистско- ленинской философией, на основе диалектико-материалистической методологии.
29 Это находит свое выражение в дискуссиях и по вопросам понимания материи и ее атрибутов. В частности, в ноябре 1986 г. в Институте философии АН СССР состоялось обсуждение ленинского определения материи (см.: Философские науки. 1987. № 5).


Глава VI
Общественно-историческая сущность и творческая активность сознания
§ 1. Сознание и самосознание
С давних времен люди старались понять, что такое сознание, выяснить его сущность. Фундаментальная философская категория «сознание» формировалась в соотношении с категорией «материя». В каждую эпоху появлялись какие-то новые факты и события, заставляющие обратить пристальное внимание на анализ сущности этих категорий, высвечивающие их новые стороны, определяющие их место в системе тех или иных теоретических концепций. Если говорить об особенностях современной эпохи, условиях развития нашей страны, , то проблемы мышления, сознания и сознательности людей, их ответственности за результаты своих действий выдвигаются на первый план. Как отмечалось на XXVII съезде КПСС, «именно та конкретная экономическая и политическая обстановка, в которой мы находимся, именно та особая полоса исторического процесса, через которую проходят советское общество и весь мир, требуют от партии, от каждого коммуниста творчества, новаторства, умения выйти за рамки привычных, но уже отживших представлений» . Для успешного решения сложнейших задач современной практической деятельности необходимы диалектическое мышление, инициатива и осознание ответственности за результаты своих действий. Всесторонняя разработка проблем сознания, выяснение его социальной сущности, анализ творческой деятельности и путей формирования созидательных способностей людей являются необходимым условием реализации курса нашей партии на революционное обновление социализма, на ускорение социально-экономического развития страны.
Особое внимание к философской разработке проблем сознания связано и с необходимостью осмысления
1 Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза. С. 5.
157


достижений современной науки, вносящей значительный вклад в исследование различных аспектов физиологической основы сознания, психической деятельности человека. Наука помогает снимать покров таинственности с психических явлений, способствует утверждению материалистических взглядов.
«Сознание» можно определить как философскую категорию, выражающую целенаправленное отражение действительности человеком, включенным в общественно-историческую деятельность и опирающимся на достижения культуры. Сознание — это свойство высокоорганизованной материи — человеческого мозга. Оно возникает как идеальная сторона трудовой деятельности и общения людей на определенном этапе развития материального мира и человеческого общества. Его основа — материальные процессы, происходящие в человеческом мозгу, целесообразная трудовая деятельность, членораздельная речь и общение.
Сознание — это прежде всего отражение материального мира. К. Маркс писал: «Идеальное есть не что иное, как материальное, пересаженное в человеческую голову и преобразованное в ней» 2. У человека активное отражение действительности неразрывно связано с членораздельной речью, общением и абстрактным мышлением. Оно осуществляется не только в образных, но и в логических формах. Сами фигуры логики, по замечанию В. И. Ленина, можно рассматривать как миллиарды раз повторенные и закрепленные в сознании практические действия.
В. И. Ленин, развивая учение К. Маркса и Ф. Энгельса о сознании, исследуя его общественно-историческую, социальную сущность, раскрыл творческий, активный характер сознания, разработал теорию отражения, получившую новые подтверждения в науке XX в.
Сознание — это отношение человека к миру, к другим людям, к обществу. Как писали К. Маркс и Ф. Энгельс, у животных нет осознания своего отношения к миру. Для них мир отождествляется с их жизнедеятельностью. Для человека же это противопоставление существует. И сознание выступает как осознание взаимодействия человека с миром и как оценка этого взаимодействия, как отношение к миру. «Мое отношение к моей среде есть мое сознание» 3. Характер этого отно-
2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 23. С. 21.
3 Там же. Т. 3. С. 29 (примечание). 158


шения в значительной мере определяется личностными особенностями человека, его социальными качествами. «Предположи теперь человека как человека,— писал К. Маркс,— и его отношение к миру как человеческое отношение... Если ты хочешь наслаждаться искусством, то ты должен быть художественно образованным человеком. Если ты хочешь оказывать влияние на других людей, то ты должен быть человеком, действительно стимулирующим и двигающим вперед других людей. Каждое из твоих отношений к человеку и к природе должно быть определенным, соответствующим объекту твоей воли проявлением твоей действительной индивидуальной жизни»4. Эта сторона сознания занимает важное место в формировании мировоззрения.
Сознание — это целеполагание. Обладающий сознанием человек всегда ставит перед собой определенные цели. Известны слова К. Маркса о том, что самый плохой архитектор отличается от самой хорошей пчелы уже тем, что, прежде чем построить дом, он создает его образ в своей голове. Образ — это цель, в соответствии с которой он планирует практическую деятельность. Для сознания характерно предварительное мысленное построение своих будущих действий и предвидение их возможных результатов. Постановка реальных целей и нахождение наиболее эффективных способов их достижения в значительной мере зависят и от уровня теоретической подготовки людей, от их мировоззренческих установок, от знания жизни и практических навыков. При определенных условиях люди вырабатывают общезначимые цели.
Сознание — это и управление. Осознанная деятельность человека неразрывно связана с управлением и самоуправлением. Но в сущности управление может рассматриваться как один из аспектов более широкой функции сознания — функции общения, или коммуникативной функции. Сознание с первых моментов своего возникновения было общественным продуктом. В основе его возникновения лежала потребность общения людей, регулирования их совместной деятельности, распределения функций. Формы общения и регулирования деятельности, отношений людей приобретают специфические формы в каждую историческую эпоху. В период коренной перестройки всех форм отношений людей в нашей стране особенно важным становится всемер-
4 Там же. Т. 42. С. 150— 151.
159


ное развитие и укрепление демократии. «Только так можно открыть простор самой могучей созидательной силе социализма — свободному труду и свободной мысли в свободной стране» 5.
Сознание исследует не только философия, но и другие науки. В этой связи можно выделить философско- психологический подход к анализу сознания. Он необходим при выяснении соотношения сознания и бессознательного в психической деятельности человека, при анализе структуры этой деятельности.
Как известно, психическая деятельность человека включает в себя не только сознание, но и сферу бессознательного. Особый интерес к проблеме бессознательного возник в конце XIX в. в связи с развитием экспериментальной психологии. Большое внимание исследованию этих вопросов уделялось в работах 3. Фрейда. Его заслугой было построение одной из моделей психической деятельности человека, в которой подчеркнуто различие бессознательного, подсознательного и сознательного в психической деятельности индивида. Однако, преувеличивая роль бессознательного, Фрейд склонялся к иррационализму и давал повод для реакционных философских выводов из его научных представлений.
В теории Фрейда бессознательное рассматривалось в качестве главного фактора, определяющего поведение людей, в качестве основы морали, искусства и всей человеческой культуры. Вся сложность взаимодействия бессознательного и сознания сводилась к их неразрешимым противоречиям. В стороне оставался анализ возможности их взаимодействия в решении сложных жизненных проблем. Эта биопсихологическая концепция рассматривала бессознательное как самостоятельное психическое начало, которое вступает в постоянные конфликты с враждебной ему социальной средой.
Согласно современным психологическим представлениям 6 к сфере неосознаваемой психической деятельности относятся ощущения, восприятия, представления, не достигающие порога сознания (когда люди смотрят, но не видят, слышат, но не воспринимают услышанное), сновидения, неосознанные желания; информация,
5 Горбачев М. С. Избранные речи и статьи. Т. 4. М., 1987. С. 317.
6 См.: Басин В. Проблемы бессознательного. М., 1968; Бойко Л. Н. Проблемы бессознательного в философии и конкретных науках. Киев, 1978; Бессознательное: природа, функции, методы исследования: В 4 т. Т. 1—3. Тбилиси, 1978; Т. 4. М., 1985.
160


накапливаемая в процессе индивидуального развития человека и оседающая в его подсознании; автоматизированные действия, выполняющие роль защитных механизмов и разгружающие мозг от постоянного напряжения, необходимости затраты интеллектуальной энергии для принятия тех или других решений; и, наконец, установки человека, его заинтересованность, предрасположенность к получению знаний или к свершению определенных действий. Исследование механизма взаимодействия сознательных и бессознательных компонентов психической деятельности человека играет важную роль в процессах обучения производственным навыкам, нормам поведения в обществе, в исследовании творческой интуиции, ее роли в создании научных и художественных ценностей.
Один из возможных подходов к анализу структуры сознания — понимание взаимосвязи таких компонентов, как эмоции, ощущения, восприятие, память, мышление, чувства, воля 7. Приведенная последовательность названных компонентов раскрывает в известной мере генетическую связь этих процессов. Однако эта структура не может рассматриваться в качестве универсальной, поскольку она характеризует сознание только индивида, а не социальных общностей.
Советские психологи Л. С. Выготский, С. Л. Рубинштейн, А. Н. Леонтьев, опираясь на марксистско-ленинскую концепцию личности и материалистическое понимание истории, раскрыли ограниченность «созерцательного материализма» в понимании индивидуального сознания. Как подчеркивал А. Н. Леонтьев, вне системы общественных отношений существование индивидуальной психики в форме осознанного отражения невозможно. Цели и задачи, возникающие перед мыслящим субъектом, порождаются социальными условиями его жизнедеятельности. Сознание в структурном плане представляет собой взаимосвязь чувственной ткани сознания, «значения» и «личностного смысла». Чувственные образы помогают осознать мир как существующий вне сознания, как противостоящий человеку объект деятельности. Но эта «чувственная ткань» сознания не существует в чистом виде. В нее неизбежно вкрапливается «значение», понимаемое как концентрация социального опыта в самых разнообразных формах
7 См.: Платонов К. К. О системе психологии. М., 1972; Психология. М., 1974, и др.
6 Диалектический материализм
161


(но сначала в виде речевых, языковых знаков), как знание о свойствах предметов, их функционировании, способах их использования в теоретической и практической деятельности. Разумеется, «значения» изменяются по мере развития способов взаимодействия человека с объективным миром, когда предметы как бы поворачиваются к нему разными сторонами. Вершиной подобной структуры сознания выступает «личностный смысл» — оценка субъектом жизненного значения определенных предметов. Это не только знание о предметах, но заинтересованное, эмоциональное отношение к ним, когда формируются мотивы дальнейшей деятельности. При анализе этих вопросов необходимо принимать во внимание социальные условия, в которых формируется сознание личности, возможные противоречия между навязываемыми в антагонистическом обществе «значениями» и реальными потребностями «личностного смысла» 8.
Что же касается специфически философского подхода к анализу структуры сознания (хотя им могут в определенной мере пользоваться и психологи), то он выражается в исследовании структуры познавательной деятельности (в частности, взаимодействия чувственного и рационального познания, относительного и абсолютного, абстрактного и конкретного и т. д.). Эти вопросы рассматриваются в рамках теории познания.
Один из философских подходов к исследованию структуры сознания — разграничение предметного сознания и самосознания.
Предметное сознание — это активное, целенаправленное отражение внешнего мира. В противоположность агностикам, ограничивающим возможности человеческого познания, отрицающим способность человека познавать сущность вещей, их причины, законы функционирования и развития мира, марксистско-ленинская теория утверждает, что нет принципиальных границ для глубокого и всестороннего познания любых явлений, их сущности и причин, если человек способен в той или другой форме взаимодействовать с ними. Важнейший принцип предметного сознания — это принцип объективности. Для того чтобы оценить реальные возможности общества, партии, отдельных людей в целенаправленном преобразовании существующей реальности, совершенно необходим ее объективный и
8 См.: Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., 1977. 162


всесторонний анализ. Не случайно на XXVII съезде КПСС подчеркивалось, что один из серьезных выводов, которые можно сделать на основе анализа прошлого,— это урок правды. «Ответственный анализ прошлого расчищает путь в будущее, а полуправда, стыдливо обходящая острые углы, тормозит выработку реальной политики, мешает нашему движению вперед»9. Гласность, сознательное выявление всех негативных явлений социалистического общества, ведущих к коррозии его нравственных и духовных ценностей, и обсуждение наиболее эффективных путей их преодоления — необходимые условия реализации курса перестройки.
Самосознание — это направленность сознания человека на самого себя, стремление понять свою сущность, место в социальной действительности, возможности реализации своих способностей или самоактуализации личности. Но способен ли человек познать самого себя, или «загадка человеческого Я» будет существовать вечно? В работах домарксистских философов мы не найдем однозначного ответа на этот вопрос. Так, И. Кант, последовательно защищая позицию агностицизма, утверждал, что человек может знать лишь проявления своего Я, сравнивать его отдельные состояния (переход от радости к огорчению и т. д.), но он никогда не познает своей собственной души. Она всегда останется для него «вещью в себе», сущность которой непознаваема. В отличие от него Гегель писал: «Познай самого себя — эта абсолютная заповедь ни сама по себе, ни там, где она была высказана исторически, не имеет значения только такого самопознания, которое направлялось бы на отдельные способности, характер, склонности и слабости индивидуума, но она представляет собой познание подлинного в человеке, подлинного в себе и для себя,— есть познание самой сущности, как духа» 10. Это очень важная мысль о возможности и необходимости исследования самосознания как сущности человека, осознания его целостности.
Но в конечном счете для Гегеля самосознание человека — лишь проявление самопознания духа, идеи. Поэтому, возражая ему и раскрывая природу самосознания, К. Маркс писал: «...совершенно неверно говорить: самосознание обладает глазом, ухом, сущностной силой. Самосознание есть скорее качество челове-
9 Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза. С. 23.
'° Гегель. Соч. Т III. М., 1956. С. 25. 6
163


ческой природы, человеческого глаза и т. д., а не человеческая природа есть качество... самосознания» и. Самосознание реальных людей как высшее проявление, концентрация их психической деятельности формируется и совершенствуется в процессе практического преобразования действительности, взаимодействия с другими людьми.
Общение, контакты с другими людьми, особенно взаимодействие в процессе трудовой деятельности, совершенно необходимы для формирования адекватного представления человека о себе самом, своем месте в окружающем мире, для оценки своих способностей и возможностей. Как писал К. Маркс, «человек сначала смотрится, как в зеркало, в другого человека. Лишь отнесясь к человеку Павлу как к себе подобному, человек Петр начинает относиться к самому себе как к человеку» 12.
Самосознание — центр психической деятельности, стержень личности как субъекта психических явлений, взятых в их интегральной целостности 13. Именно благодаря самосознанию сохраняется преемственность существования личности, накапливается жизненный опыт, обеспечивается относительная устойчивость человека в решении сложных житейских задач, в преодолении внутренних и внешних конфликтов. Без этого невозможны адаптация индивида в социальной действительности, любая целенаправленная деятельность. «...Самосознание — это осознание и оценка человеком своих действий и их результатов, мыслей, чувств, морального облика и интересов, идеалов и мотивов поведения, целостная оценка самого себя и своего места в жизни. Самосознание — конструирующий признак личности, формирующийся вместе со становлением последней. Оно свойственно не только индивиду, но и обществу, классу, социальной группе, когда они поднимаются до понимания своих общих интересов и идеалов и борются за их достижение» 14.
Самосознание личности отнюдь не понимается в марксистской философии как самосозерцание, углубленность только в собственные пережийания. Это прежде всего осознание конкретных проявлений обществен-
11 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 42. С. 160.
12 Там же. Т. 23. С. 62 (примечание).
13 См.: Михайлов Ф. Т. Загадка человеческого Я. М., 1976; Кон И. С. Открытие «Я». М., 1978.
14 Спиркин А. Г. Сознание и самосознание. М., 1972. С. 148— 149. 164


ного бытия, его преломления в духовном мире человека. Поэтому есть все основания говорить об объективной социальной детерминации самосознания, о его развитии в процессе предметной деятельности, а отсюда — о важности преодоления различных форм отчуждения для раскрытия творческих возможностей самосознания, наиболее эффективной реализации функций самоанализа, самооценки и самоконтроля.
Сближение самооценок и социальных оценок действий индивида служит источником глубокого морального удовлетворения. Это важно иметь в виду в процессе идейно-воспитательной работы. Так, необходимы бережное отношение к человеку, уважение его достоинства, его индивидуальной неповторимости, воспитание уверенности в своих силах и способностях.
Формирование самосознания личности осуществляется разными путями. Один путь — применение ориентирующих, предостерегающих, стимулирующих оценок поведения индивида со стороны других людей, трудового коллектива, семьи, неформальных общностей, входящих в микросреду данного человека. Другой — формирование самосознания индивида через личностное восприятие существующих нормативных ориентаций социальных общностей, трансформированных особенностями практической деятельности и индивидуального опыта личности.
Но прежде всего анализ самосознания в марксистской философии основывается на исследовании определенного типа общественных отношений, в системе которых функционирует личность, на выявлении отношений данной личности к условиям своей жизнедеятельности, осознании ею себя как субъекта жизнедеятельности, смысла жизни и способов своей самоактуализации. Как отмечают советские авторы, «сознание (и самосознание) личности все более выступает как центр ее внутреннего мира, как регулятор ее активности, как интегральная характеристика сформированных у нее деятельных способностей, знаний и отношений. С момента возникновения этого внутреннего мира личности происходит своего рода метаморфоза: склонности, стремления, навыки, представления, установки, способствовавшие образованию сознания личности, сами попадают под его власть и объединяются им» 15.
15 Кемеров В. Е. Проблема личности: методология исследования и жизненный смысл. М., 1977. С. 152.
165


Марксистская теория создала научную основу не только для исследования самосознания отдельной личности, но и для анализа самосознания социальных общностей. В. И. Ленин писал: «В немногих словах заслуги Маркса и Энгельса перед рабочим классом можно выразить так: они научили рабочий класс самопознанию и самосознанию и на место мечтаний поставили науку» 16. В. И. Ленин показал, что при анализе конкретно-исторических ситуаций необходимо различать коренные интересы рабочего класса и временные, преходящие интересы, видеть основные направления преобразующей деятельности пролетариата и помогать осознавать их важность, доводить это знание до уровня самосознания, до превращения в стимулы жизнедеятельности. Важно руководствоваться при этом не умозрительными представлениями о том, каким должно быть сознание, а необходимо «трезво следить за действительным состоянием сознательности и подготовленности именно всего класса (а не только его коммунистического авангарда), именно всей трудящейся массы (а не только ее передовых людей)» .
Эти положения В. И. Ленина сохраняют свое актуальное значение и в современную эпоху. На январском (1987 г.) Пленуме ЦК КПСС отмечалось, что «реальное состояние общества не стало объектом глубоких научных исследований». Это в значительной мере относится и к теоретическим представлениям о действительном состоянии общественного сознания и самосознания. Сегодня мы признаем, что элементы социальной коррозии негативно сказывались на всей духовной атмосфере общества, подтачивали его нравственные ценности, идейную убежденность, трудовой энтузиазм, советский патриотизм, вели к ослаблению интереса к общественным делам, бездуховности и скептицизму. Важнейшая задача наших дней — дать трезвый анализ уровня сознательности советских людей, создать необходимые социальные и экономические предпосылки для того, чтобы чувство хозяина своей страны стало преобладающим в индивидуальном и общественном сознании советских людей, служило стимулом развития их трудовой активности и ответственности за результаты своей деятельности.
16 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 2. С. 6.
17 Там же. Т. 41. С. 42.
166


§ 2. Проблема происхождения сознания
Для того чтобы лучше понять природу, общественноисторическую сущность сознания, необходимо рассмотреть вопрос о его происхождении. Это нелегкий вопрос. Само возникновение жизни на нашей планете еще остается загадкой, хотя существует немало достаточно интересных гипотез, опирающихся на значительный экспериментальный материал. В самом деле, трудно понять, как из нейтронов, протонов, электронов и других микрочастиц, лишенных любых намеков на признаки жизни, возникают живые существа, а тем более человек, обладающий творческой деятельностью, способный преобразовывать мир в соответствии со своими потребностями и целями. Эти вопросы решают частные науки, но диалектический материализм разрабатывает необходимые методологические предпосылки для их решения.
К ним относится прежде всего принцип материалистического монизма, в соответствии с которым сознание рассматривается не как самостоятельная субстанция, существующая наравне с материальным миром, а как свойство материи, возникающее на определенной ступени ее развития. Раскрывая сущность философского противопоставления материи и сознания, В. И. Ленин отмечал: «Пределы абсолютной необходимости и абсолютной истинности этого относительного противопоставления суть именно те пределы, которые определяют направление гносеологических исследований. За этими пределами оперировать с противоположностью материи и духа, физического и психического, как с абсолютной противоположностью, было бы громадной ошибкой» 18.
В. И. Ленин сформулировал и другое важное понимания этой проблемы положение, которое послужило основой для разработки принципа отражения. Возражая теоретикам, пытавшимся наделять способностью ощущения все объекты материального мира, он подчеркивал, что «в ясно выраженной форме ощущение связано только с высшими формами материи (органическая материя), и «в фундаменте самого здания материи» можно лишь предполагать существование способности, сходной с ощущением» 19. И далее:
18 Там же. Т. 18. С. 259.
19 Там же. С. 39—40.
167


«...логично предположить, что вся материя обладает свойством, по существу родственным с ощущением, свойством отражения...»2 . Отражение и рассматривается как универсальное свойство материальных объектов, способность материальных систем воспроизводить в процессе взаимодействия в той или другой форме особенности других материальных систем (их отдельные аспекты структуры, функции), а также особенности среды, в которой осуществляется это взаимодействие. Материальные объекты способны изменяться под влиянием внешних воздействий и оказывать обратное влияние на источник этих воздействий.
Отражение существует уже в неорганической природе, но только в органическом мире оно принимает избирательный, телеономический характер. Опережающее отражение действительности (эта формулировка предложена академиком П. К. Анохиным) выступает как способность организмов накапливать информацию на основе прошлого опыта и в соответствии с потребностями организмов подготавливаться к изменениям окружающей среды (включающей в себя действия других организмов).
В разработке проблемы происхождения сознания важное методологическое значение имеет принцип развития. В советской научной литературе есть ряд интересных исследований, посвященных этим вопросам. Исследуя качественные особенности стадий развития психической деятельности животных, некоторые советские ученые (например, А. Н. Леонтьев, А. Р. Лурия) 21 выделяют такие три последовательные формы психического отражения действительности, как элементарная сенсорная (ощущающая) психика, перцептивная (воспринимающая) психика и интеллект. Последняя стадия характерна для высших млекопитающих, которые способны разрабатывать различные варианты операций для решения определенных задач, закреплять найденное решение и применять его повторно в сходных ситуациях. Более того, появляется способность двухфазового решения задач, т. е. применения одного предмета для операции с другим предметом, который необходим для воздействия на желаемый объект. На этой стадии не только отражаются отдельные стороны, свой-
20 Там же. С. 91.
21 См.: Лурия А. Р. Эволюционное введение в психологию. М., 1975;
Леонтьев А. Н. Проблемы развития психики. М., 1981, и др. 168


ства предметов, но и возникают элементарные обобщения.
Таким образом, уже в животном мире создаются определенные биологические предпосылки для возникновения сознания. Развивается и усложняется структура мозга, совершенствуется деятельность органов чувств, появляется сигнализация как средство общения высших животных. Определенную роль в появлении человека сыграло и развитие таких инстинктов, как ориентировочный, стадный, подражательный, совершенствование механизмов передачи информации (для высших организмов она осуществляется не только на уровне генов, но и в процессах подражания и обучения) .
Однако появление сознания не может рассматриваться лишь как увеличение или расширение, количественный рост этих биологических предпосылок. Его возникновение — кардинальное, качественное преобразование характера взаимодействия организмов с окружающей средой и форм их жизнедеятельности. Как подчеркивал Ф. Энгельс, «сначала труд, а затем и вместе с ним членораздельная речь явились двумя самыми главными стимулами, под влиянием которых мозг обезьяны постепенно превратился в человеческий мозг...» 22. И «разум человека развивался соответственно тому, как человек научался изменять природу» OQ. Сознание человека возникло в ходе исторического развития социальной общности и культуры.
Сам процесс возникновения человеческого сознания, как отмечал Ф. Энгельс, явился результатом сложных системных взаимодействий между трудом, речью, развитием мозга и руки, переходом к прямохождению, регулярным употреблением мясной пищи. Но труд послужил важнейшей предпосылкой и стимулом для формирования предметного мышления как процесса образования и оперирования целостными, всесторонними образами предмета, раскрывающими свои многообразные стороны в ответ на те вопросы, которые встают перед людьми в процессе деятельности. Возникает потребность в исследовании существенных свойств предметов, причин их возникновения и тенденций развития, которую нельзя удовлетворить без высокого уровня абстрактного мышления и членораздельной речи.
22 Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 490.
23 Там же. С. 545.
169


Качественные особенности человеческого сознания, отличающие его от психической деятельности животных, усматриваются прежде всего в том, что сознательная деятельность человека обусловлена не только биологическими мотивами. У человека появляются духовные потребности, любознательность, социальные чувства (милосердие, дружба, патриотизм и др.)* Важнейшее отличие в структуре поведения человека от поведения животного выражается в выделении из общей деятельности действия, не направляемого непосредственно биологическим мотивом и получающего свой смысл лишь при использовании его результата. Сознательная деятельность человека опирается не только и не столько на данные зрительного поля, сколько на знание взаимосвязей, не наблюдаемых непосредственно. Важнейшим источником сознательной деятельности человека было и остается усвоение социального опыта, так как «сознание... с самого начала есть общественный продукт и остается им, пока вообще существуют люди» 24.
Исследуя происхождение «человека разумного», антропологи выделяют его важнейшие морфологические признаки: прямохождение, развитая кисть руки, сформировавшаяся особая структура мозга. Интересно проследить, каким образом возникновение этих признаков связано с трудовой деятельностью человека. Несомненно, в частности, что труд обусловил закрепление прямохождения как устойчивой черты жизнедеятельности человека, способствовал высвобождению кисти руки для выполнения сложных операций. Совершенствование кисти руки имело также огромное значение для становления человека. Рука была не только орудием, но и «продуктом» трудовой деятельности. С развитием трудовой деятельности в значительной мере возрастают объем и вес мозга, развиваются его лобные доли, совершенствуются участки, ответственные за абстрактное мышление и речь.
Меняется и характер трудовой деятельности. Известно, что уже австралопитеки использовали предметы природы в качестве орудий при охоте на животных. Но человеческая трудовая деятельность начинается только с изготовления орудий для производства других орудий. Естественно, что первые орудия труда носили крайне примитивный характер, на протяжении миллио-
24 Там же. Т. 3. С. 29. 170


нов лет шел процесс развития орудий труда от случайным образом найденных осколков к грубому рубилу. Первые люди, опираясь на инстинкт подражания, сохраняли наиболее удачные орудия и использовали их как образец при создании других орудий.
В зависимости от совершенствования трудовой деятельности развивается и психическая деятельность. Предполагается, что начальный период формирования человека, для которого характерны длительные поиски и создание устойчивых форм орудий труда, обусловил возникновение так называемых моторных понятий. В них закреплялись восприятия предметов и навыки обращения с ними, передавался и осознавался социальный опыт. Эти понятия были неразрывно связаны с предметно-действенными ситуациями. Лишь позднее в полной мере развивается абстрактное мышление, создаются возможности для предвидения результатов деятельности.
Труд, несомненно, создал человека. Но признание истинности этого положения не должно принижать огромного значения для формирования человеческого общества в целом и сознания людей их взаимодействия, общения. К. Маркс и Ф. Энгельс отмечали, что «люди, развивающие свое материальное производство и свое материальное общение, изменяют вместе с этой своей действительностью также свое мышление и продукты своего мышления» 25. Это значит, что трудовая деятельность могла развиваться лишь в определенных социальных условиях. Трудовая деятельность, социальное общение выступают той основой, которая не позволяет социальному организму оставаться в состоянии неизменности, застоя. «Если бы деятельность труда и продукты, ею создаваемые, по существу своему были бы внешни и безучастны по отношению к социальным связям, тогда общественное образование как особое саморазвивающееся целое было бы принципиально невозможно» 26. Без передачи и усвоения социального опыта, культуры сама деятельность носила бы крайне примитивный характер. Возможно, что именно незрелость форм взаимодействия людей была одной из важных причин крайне медленного развития первоначальных форм орудий труда.
25 Там же. С. 25.
26 Мегрелидзе /С. Р. Основные проблемы социологии мышления. Тбилиси, 1973. С. 49.
171


И наконец, в становлении сознания велика роль искусства. Оно позволяло человеку вырабатывать как бы иной угол зрения на свою деятельность и отношения между людьми, осознавать их целостность и вместе с тем известную противопоставленность себя другим, что служило необходимой основой формирования самосознания.
Таким образом, труд и социальное общение нельзя рассматривать в отрыве друг от друга. Общение возникает на основе трудовой деятельности, и вместе с тем оно выступает необходимым условием совершенствования этой деятельности и сохранения ее результатов.
При формировании сознания человека важным было сопоставление собственных целей, действий по их реализации и полученных результатов. Появление такой возможности — одно из важных следствий целенаправленного характера человеческой деятельности. Если бы деятельность человека отождествлялась с объективным миром, то любая его неудача воспринималась бы как роковая неизбежность. Если же деятельность отождествляется с ее субъектом, то возникает неадекватная оценка действительности. Самосознание, способность взглянуть на собственную деятельность как бы со стороны позволяет понять, что в любом варианте взаимодействия человека с миром не исчерпываются его возможности и необходимо искать новые способы реализации целей, основанные на более глубоком познании не только закономерностей объективной реальности, но и собственных творческих способностей.
И наконец, коллективный, социальный характер трудовой деятельности с необходимостью требует формирования особых социальных черт сознания, и прежде всего нравственного сознания. Уже в результате элементарного разделения труда возникает потребность в координации действий, выполнении различных функций, связанных с необходимостью подчинения воли индивида достижению общих целей коллективной деятельности. Появляется необходимость оценки и самооценки места конкретного индивида в жизнедеятельности социальной общности, а вместе с ними чувство долга, совести, достоинства, т. е. многообразный спектр нравственных качеств, характеризующих социального человека.
Важнейшую роль в развитии человека и формировании его сознания сыграло возникновение членораз- 172


дельной речи. С помощью языка человек сумел выйти за пределы чувственно воспринимаемых объектов, создать системы знаков, достаточных для передачи самой сложной информации, подняться до высших форм анализа и синтеза.
Функции языка многообразны. Одну из них Л. С. Выготский обозначил как «предметную отнесенность», т. е. способность человека использовать слова для замещения конкретных предметов. Это прежде всего предметы, которыми человек пользуется для удовлетворения своих потребностей. Благодаря повторению практических операций способность определенных предметов удовлетворять потребности запоминается. «На известном уровне дальнейшего развития... люди дают отдельные названия целым классам этих предметов, которые они уже отличают на опыте от остального внешнего мира... Но это словесное наименование лишь выражает в виде представления то, что повторяющаяся деятельность превратила в опыт...» 27 Другую функцию языка называют «категориальной», или анализирующей. Это способность человека с помощью языка выделять наиболее характерные свойства и признаки предметов, осуществлять классификацию объектов, исследовать их причины, закономерности функционирования и развития, осуществлять научное предвидение. «Средства языка направлены на то, чтобы обеспечить человеку возможность не только называть и обобщать предметы, не только формулировать словосочетания, но и обеспечивать новый, отсутствующий у животного процесс продуктивного логического вывода, который протекает на вербально-логическом уровне и позволяет человеку выводить следствия, не обращаясь непосредственно к внешним впечатлениям» 2 .
С помощью языка создается и мировоззрение как система представлений человека о мире и своем месте в этом мире, система ценностей и убеждений. Четкость исходных мировоззренческих принципов, убедительность при обосновании системы ценностей — важнейшее условие превращения общих идей в убеждения, стимулы практических действий.
Еще одна важная функция языка — это функция общения, или коммуникативная функция. Она возникает прежде всего из настоятельной потребности обще-
27 Маркс КЭнгельс Ф. Соч. Т. 19. С. 377.
28 Лурия А. Р. Язык и сознание. М., 1979. С. 253. 173


ния человека с другими людьми. Именно благодаря языку мысль человека приобретает материальную оболочку и становится доступной другим людям. Общение может быть непосредственным или опосредованным, когда происходит накопление социальной информации и передача ее другим поколениям. Этой цели служат письменные источники (документы, летописи, мемуары, литературные произведения). Современная наука разрабатывает систему методов получения достоверной информации на основе изучения этих источников.
Велика роль языка в процессах управления. Это может быть самоуправление личности, когда на основе анализа собственных действий, их соотнесения с существующими в обществе и в окружающей человека микросреде нравственными нормами даются распоряжения или запреты самому себе. Благодаря этому происходит мобилизация волевых усилий, необходимая для преодоления сложных жизненных ситуаций.
Язык — это эффективное средство воздействия на поведение других людей. Слово может возвысить, а может и убить человека. Поэтому всем людям, а особенно партийным, государственным работникам, всем, кто руководит деятельностью людей, сила слова которых увеличивается во много раз их положением в обществе, необходимо всегда помнить и о важности содержания высказанной мысли, и о ее словесной и даже интонационной форме.
В наш век, когда так сложно переплетаются отношения людей, когда во всех сферах деятельности все большую роль играет человеческий фактор, особую ценность приобретает бережное отношение к достоинству личности. И когда мы говорим о важности единства слова и дела, то нельзя забывать о том, что и слово — это тоже дело. Такие формы управления, как просьба, распоряжение, обещание, приказ, и другие имеют не меньшую значимость, чем осязаемые физические предметы, создаваемые в процессе материального производства. Более того, эти созданные предметы могут разрушаться, попадать в разряд никому не нужных творений в силу того, что вовремя не были даны необходимые распоряжения, разработаны определенные указания, отданы соответствующие приказы и проконтролировано их выполнение. Поэтому высказанные слова и отданные распоряжения должны быть взвешенными, хорошо продуманными, чтобы они действи174


тельно превращались в стимул дальнейшей плодотворной деятельности.
Для теоретической и практической работы очень важно понять соотношение физического и психического, материального и идеального. Научное понимание этих соотношений, особенно способов разграничения материального и идеального, служит методологической основой для анализа целого спектра вопросов марксистско-ленинской теории. К ним относится понимание соотношения общественного бытия и общественного сознания, сущности и роли субъективного фактора в общественном развитии и др.
Рассмотрим основные аспекты соотношения материального и идеального. Прежде всего необходимо отметить, что само функционирование сознания неразрывно связано с материальными физиологическими процессами. Иногда можно встретить утверждения о том, что установление связи между процессами, происходящими в мозгу, и результатами умственной деятельности — это неразрешимая проблема и мы вряд ли когда-нибудь поймем эти отношения. Но многочисленные современные исследования позволяют делать более обнадеживающие прогнозы в этой области. Много внимания этим вопросам, в частности расшифровке нейродинамического кода психических процессов, уделяют советские ученые 29. Их интересуют не только поиски наиболее совершенных методов исследования физиологических и психических процессов, но и осознание социальных последствий получаемых результатов.
Другой аспект взаимосвязи материального и идеального выражается в том, что содержанием человеческого сознания становятся не процессы, происходящие в голове, а процессы, происходящие в окружающем человека мире. Своеобразной гранью соприкосновения материального и идеального выступает язык, который рассматривается как материальная оболочка мысли, благодаря которой она может восприниматься другими людьми.
И наконец, созданная человеком культура, преобразованный его деятельностью мир выступают как ма-
29 См.: Нейрофизиологические аспекты психической деятельности человека. Л., 1974; Бехтерева Н. Л., Бундзен П. В., Гоголи- цын Ю. JI. Мозговые коды психической деятельности. Л., 1977; Дубровский Д. И. Информация, сознание, мозг. М., 1980, и др. 175


териализованные результаты сознательной человеческой деятельности. Окружающий человека мир, и особенно сферу социальных отношений, достижения социальной культуры, можно рассматривать и как объект отражения сознанием человека, и как результат деятельности человека, обладающего сознанием, способного целенаправленно изменять действительность в соответствии со своими потребностями, целями и идеалами.
Вопрос о соотношении материального и идеального активно обсуждается в нашей философской литературе 30. Нужно ли относить к идеальному лишь актуальные психические процессы, совершающиеся на основе функционирования мозга человека, или же в качестве идеального (сферы его формирования и воплощения) можно рассматривать мир, преобразованный человеком, созданную им материальную и духовную культуру? При анализе этой проблемы следует опираться на понимание общественно-исторической сущности сознания человека. Несомненно, что любой «субъективный образ объективного мира» имеет социальную окраску, отражает не только воспринимаемый мир, но и потребности человека, его интересы, уровень его культуры. В более полной мере природа сознания раскрывается при внимательном анализе «социальной памяти» человечества, результатов его деятельности, в которых запечатлевается и отношение человека к мир„у, и его способность овладевать этим миром, его замыслы и идеалы.
Идеальное — это отраженное в сознании, преобразованное в нем и воплощенное в формы деятельности людей содержание материального мира. В чем же выражается диалектика материального и идеального? Можно напомнить, что главный признак материального — это существование предметов, отношений вне и независимо от нашего сознания. Термин «идеальное» достаточно распространен для характеристики всего противостоящего материальному. В литературе встречается неудачное истолкование термина «идеальное»,
30 См.: Ильенков Э. В. Проблема идеального//Вопросы философии. 1979. № 6, 7; Дубровский Д. И. Категория идеального в системе марксистского философского знания//Философские науки. 1982. № 5; 1983. № 1; Он же. Проблема идеального. М., 1983; Тюх- тин В. С. Проблема идеального: методологический анализ//Воп- росы философии. 1987. № 9; Соколов А. В. Идеальное: проблемы и гипотезы//Вопросы философии. 1987. № 9. 176


когда создается впечатление, будто речь здесь идет только о высших проявлениях человеческой психики, например о создании образа «идеальной цели», «идеального человека» или о научных понятиях, доводящих наши представления о каких-то свойствах предметов до высокого, «идеализирующего» уровня обобщения (идеальный газ, идеальная поверхность и т. д.). Поэтому уточним, что под идеальным целесообразно понимать все непосредственные проявления человеческой психической деятельности, включая сферу бессознательного. Если мы говорим о научной теории, о художественном произведении, а в сущности — о любом движении человеческого ума, человеческих чувств, то необходимо видеть в них сочетание осознанных замыслов и проявления интуиции, каких-то элементов прочувствованной, но до конца не осознанной реальности. Отсюда и возникают иногда разногласия между тем, что хотел сказать художник, и тем, что «сказалось» в его произведениях. Можно также с позиций позднего этапа развития науки, опирающегося на более совершенные формы взаимодействия человека с окружающим миром, усмотреть в ранее созданных научных работах не осознанные самими их авторами намеки на более поздние открытия.
Разумеется, когда речь идет о любых творениях человека, приобретающих материальную оболочку (начиная с языка как материальной оболочки мысли), мы не можем рассматривать их как собственно идеальное. Этого нельзя сделать не только потому, что предметы нельзя непосредственно отождествлять с философскими категориями, с помощью которых выражаются лишь некоторые, хотя и наиболее общие свойства действительности, но и потому, что опредмеченное идеальное— это уже не идеальное как таковое. Так, например, если речь идет о картине, то она материальна как физический предмет, способный существовать вне нашего сознания. Но в то же время в ней выражено и идеальное — материализованный замысел художника в виде опредмеченного содержания, чувственно воспринимаемого людьми. Это идеальное, но опредмеченное и более того — овеществленное содержание может обнаружиться лишь в том случае, если существуют другие люди, способные и желающие разгадать эти замыслы, включить их в свой духовный мир. Без этого любое творение искусства будет лишь частью неорганического мира и не более того.
177


§ 3. Творческая активность сознания
Возникнув еще в неорганической природе в виде способности объектов изменять свои свойства и структуру под воздействием других объектов, отражение уже в биологическом мире принимает активные формы. Но наиболее полно активность отражения раскрывается в деятельности человека. Он отражает окружающий его мир, свойства предметов, с которыми взаимодействует, и во взаимодействии выражает свои способности, потребности, идеалы. Их осознание помогает человеку увидеть новые стороны самих предметов, найти новые способы их включения в свою созидательную деятельность.
Творчество понимается и как процесс человеческой деятельности, создающий новые материальные и духовные ценности, и как развитие способностей самого человека. Каким образом соотносятся отражение и творчество в познавательной деятельности? Очевидно, было бы неправильно понимать отражение как адекватное воспроизведение мира, а творчество — как создание нового, которое не существует в этом мире. Тогда создание новой научной теории, позволяющей глубже познать природу окружающей действительности, должно выноситься за пределы творчества и рассматриваться лишь как отражение, что вряд ли целесообразно с методологической точки зрения. Поэтому можно говорить лишь о соотношении творческих и нетворческих элементов в процессе самой деятельности, не пытаясь одни ее формы рассматривать как чисто творческие (например, создание произведений искусства), а другие — как нетворческие по самой своей природе. Кроме того, при анализе творчества необходимо разграничивать творческий процесс и социальную значимость полученных результатов. Так, «муки творчества» с их длительными поисками, отступлениями, находками, озарениями может испытывать и ученый, создающий новую теорию, и человек, самостоятельно приходящий к открытию, уже сделанному человечеством, или впервые открывающий для себя ценность уже давно созданных произведений. В этом случае можно говорить о формировании индивидуально значимых ценностей, о развитии способностей самого человека.
Таким образом, отражение и творчество можно рассматривать как две важнейшие и взаимосвязанные между собой характеристики сознания человека. В до178


полнение к ранее изложенному отметим, что под отражением понимается общий познавательный процесс, реализуемый во всех сферах деятельности, способность человека создавать относительно адекватную картину окружающей его действительности, трезво оценивать свое место в мире и в тех социальных общностях, в которые он включен и с которыми взаимодействует. Творчество же составляет необходимый компонент и условие осуществления этого познавательного процесса и основанной на нем практической деятельности.
Творческий процесс и его результаты необходимо анализировать всесторонне, осознавать их противоречивую природу. Творчество — высшее проявление созидательных способностей человека, его всестороннего развития, и в то же время оно связано с самоограничением человека, отказом от определенных форм взаимодействия с миром и другими людьми, концентрированием усилий на решении определенных задач. С одной стороны, творческая деятельность — это прорыв в мир неизвестного, тесно связанный с озарением, интуицией, т. е. с тем, что некоторые ученые называют «сверхсознанием». Но с другой — это направленная умственная работа, тщательное изучение материала, сопоставление возможных способов решения поставленных задач, которые и подготавливают необходимые условия для «озарения», создания новых социально значимых ценностей. Противоречиво и значение результатов творческого процесса: они могут использоваться для защиты интересов как прогрессивных, так и реакционных классов, оказывать неоднозначное влияние на сознание людей и их деятельность в различные исторические эпохи.
В чем же проявляется творческая активность сознания в познавательной деятельности человека? Как следует понимать: «Сознание человека не только отражает объективный мир, но и творит его»? 31
Конечно, реальное изменение окружающего человека мира возможно лишь в процессе практической деятельности. Но восприятие мира не является фотографированием, зеркальным отображением действительности. Образ мира активно творится человеком на основе предшествующего социального и индивидуального развития, усвоения предшествующей культуры.
31 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 194.
179


Сказанное относится также к характеристике чувственного познания, или «живого созерцания». Уже на этой стадии создается «субъективный образ объективного мира». В чем же проявляется эта субъективность? Очевидно, здесь можно назвать отдельные черты, особенности отражения мира, определяемые общими особенностями устройства человеческих органов чувств, способных воспринимать световые, звуковые и другие воздействия внешнего мира в определенных интервалах возможностей человеческого восприятия мира. Другая особенность «живого созерцания», раскрывающая его творческую природу,— это его социальная детерминация. Как подчеркивал К. Маркс, «чувства общественного человека суть иные чувства, чем чувства необщественного человека. Лишь благодаря предметно развернутому богатству человеческого существа развивается, а частью и впервые порождается, богатство субъективной человеческой чувственности: музыкальное ухо, чувствующий красоту формы глаз...» 32. Потребности общественно-исторической практики определяют избирательный характер отражения мира, заинтересованность в более детальном и тщательном восприятии и последующем изучении тех или других фрагментов действительности.
Определенное влияние на характер «живого созерцания» оказывает эмоциональное отношение человека к миру, в котором преломляется и его социальное положение, и степень осознания классовых интересов. И наконец, восприятие действительности в значительной мере зависит от уровня развития теоретического знания, методов познания, стиля мышления, которые выполняют функции своеобразных «очков», просветляющих или затемняющих определенные стороны действительности на разных этапах общественного развития. Теоретические исследования помогают лучше «рассмотреть» новые стороны объективного мира, осознать направление дальнейших поисков.
Но на характер образов, создаваемых в процессе отражения действительности, значительное влияние оказывают и индивидуальные особенности познающего человека. Это и природные задатки человека, и степень совершенства его органов чувств, эмоциональный настрой, уровень овладения достижениями культуры. Как писал В. И. JleHHHv«6e3 «человеческих эмоций» никогда
32 Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. Т. 42. С. 122. 180


не бывало, нет и быть не может человеческого искания истины» 33. Поэтому одна из важных задач воспитательной, научной и педагогической деятельности — пробуждение интереса к познанию мира, желания находить истину, преодолевая всевозможные препятствия на пути к ней.
Новые аспекты проявления творческой активности сознания в познании мира можно проследить, анализируя особенности и функции рационального познания, представленные наиболее ярко в теоретическом познании — ведь именно здесь происходит осознанное накопление социального опыта, его критический анализ, выяснение причин, сущности, законов функционирования и развития мира.
Творческая активность теоретического познания может рассматриваться не только по отношению к «живому созерцанию», но и по отношению к достигнутому уровню знаний. Это появление новых интерпретаций, более совершенных теоретических методов познания, новых научных теорий; с их помощью можно достигать более глубокого осознания существующей действительности. Но это и способность научного предвидения как высшего проявления творческого мышления. С одной стороны, это исследование тенденций развивающейся действительности на основе познания прошлого и современных законов ее функционирования, что составляет необходимое условие целенаправленной деятельности. С другой — способность человека создавать то, чего нет в природе и что не может появиться в ней стихийно. Особенно заметно возрастает значение теоретического предвидения в эпоху научно-технической революции.
Одним из высших проявлений творческой активности сознания является его способность предвидеть развитие социальных отношений, активно преобразовывать мир в соответствии с интересами, идеалами людей. История создается людьми, преследующими свои цели, стремящимися к осуществлению своих потребностей и интересов. В марксистской теории не только обосновываются положения о развитии общества как естественноисторическом процессе, о существовании объективных законов общественного развития, знание которых необходимо для целенаправленной деятельности людей, но и раскрывается роль субъективного фактора
33 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 25. С. 112. 181


в общественном развитии — деятельность народных масс, классов, государств, общественных организаций, отдельных личностей, направленная на преобразование общественных условий. Анализ исторического развития показывает, что роль субъективного фактора в преобразовании мира постоянно возрастает, увеличиваются возможности целенаправленного изменения природы и социальной действительности по сравнению с предшествующими этапами развития общества.
Особенно благоприятные условия для активизации субъективного фактора создаются при социализме: существует общественная собственность на средства производства, ушли в прошлое антагонистические классы, усилия людей объединяются для решения общих жизненных проблем. Конечно, проблемы не решаются автоматически. Развитие общества неверно представлять себе в виде единственной, заранее заданной во всех деталях неизбежной линии. Существуют различные возможности, альтернативы развития, из которых можно выбирать варианты, наиболее благоприятные для реализации целей социалистического общества. А поскольку и этот выбор, и активную деятельность по реализации намеченных перспектив осуществляют люди, в современных условиях особое значение придается человеческому фактору.
Что мы называем человеческим фактором? Это влияние индивидуальных особенностей личности как устойчивой совокупности социальных качеств человека (определяемых его природными задатками, социальным положением, мировоззрением, степенью усвоения культуры) на характер деятельности конкретного человека и саму эту деятельность. Субъективный фактор как деятельность классов, общественных организаций не тождествен человеческому фактору, потому что объединение людей в социальные группы, общественные организации приводит к созданию новых систем взаимосвязей. Они приобретают интегративные свойства и не сводятся к суммирующей совокупности действий отдельных людей. Но свою деятельность они могут осуществлять только через действия конкретных людей. В деятельности раскрываются особенности человека как субъекта, проявляются его творческие способности. Человеческий фактор нельзя рассматривать лишь как средство для достижения целей (пусть даже самых прогрессивных целей социалистического общест182


ва). И разумеется, само понятие человека нельзя отождествлять с понятием человеческого фактора. Человек — это более широкое и многогранное понятие. Он может быть и объектом воздействия, и субъектом преобразований, и целью развития общества.
Для того чтобы наиболее полно реализовать все возможности для осуществления прогрессивных планов, предоставляемые социализмом, необходимо активизировать человеческий фактор. «Самое существенное, на чем сегодня необходимо сосредоточить всю силу партийного воздействия,— это достижение понимания каждым человеком остроты переживаемого момента, его переломного характера. Любые наши планы повиснут в воздухе, если оставят равнодушными людей, если мы не сумеем пробудить трудовую и общественную активность масс, их энергию и инициативу» 34. Поэтому «социалистическое общество не может эффективно функционировать, не находя новых путей развития творческой деятельности масс во всех сферах жизни» 35.
Центральное место в партийных документах занимает вопрос об условиях и методах развития творческой активности советских людей. Как подчеркивал М. С. Горбачев, происходящие в обществе глубокие перемены требуют огромной затраты сил, упорной борьбы с инертностью и косностью мышления, психологической перестройки. Необходимо укреплять дух человека, его убеждения, потому что «человеку, у которого раздвоено сознание, трудно жить и работать. Он теряет ориентиры, он на перестройку не способен»36. Это укрепление сознания людей, их духовных ценностей, помощь в формировании нового диалектического мышления — одна из важных задач философии.
Как неоднократно подчеркивалось в документах КПСС, невозможно успешно решать сложнейшие экономические и социальные проблемы без психологической перестройки людей, без формирования нового мышления и сознания в целом.
Если под мышлением понимать целенаправленную интеллектуальную деятельность, связанную с социальной постановкой "задач, выбором средств для их ре-
34 Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза. С. 85—86.
35 Программа Коммунистической партии Советского Союза: Новая редакция. С. 24.
36 Убежденность — опора перестройки//Правда. 1987. 14 февр. 183


шения, отбором возможных вариантов, оценкой их значимости и т. д., то можно выделить объект мышления, субъект мышления, процесс мышления и его результаты. В чем может выражаться перестройка мышления по отношению к каждому из этих компонентов?
Прежде всего изменяется объект мышления. В частности, в процесс мышления включаются новые стороны действительности, которые ранее в силу тех или иных причин оставались в тени. Так, критическому анализу в последнее время подвергаются многие аспекты экономических отношений (механизм хозяйствования, формы материального стимулирования трудовой деятельности, функционирование аппарата управления хозяйством и т. д.); выделилось «экономическое сознание». Формируется новое политическое мышление, анализирующее взаимодействие общечеловеческих и классовых интересов, а также «экологическое сознание», которое должно помешать превращению нашей планеты в зону, непригодную для обитания человечества. В последние годы обсуждаются вопросы о существовании «исторического сознания», которое совершенно необходимо для объективной оценки современной действительности, формирования ответственности людей за результаты их действий, для целенаправленного преобразования социальной среды. Несомненно, что и другие новые сферы действительности будут становиться объектом размышления современного человека.
Можно говорить и об изменении субъекта мышления. Это значит, что с осознанием остроты сложившейся ситуации, с расширением сферы воздействия средств массовой информации, с изменением психологического настроя в трудовых коллективах все большее число людей начинает задумываться над судьбами своей страны, человеческой цивилизации, активно включается в решение возникших проблем. Для того чтобы этот порыв не угасал, чтобы у людей сохранялось желание быть субъектом не только общественно-политического мышления, но и реальных действий, направленных на реализацию собственных предложений, необходимо создавать объективные предпосылки для дальнейшего развития «живого творчества масс». Это — дальнейшее развитие научно-технического прогресса, широкое применение ЭВМ и автоматизации, сокращение доли ручного труда, использование технологических процессов, требующих развития творческих способностей человека. Важное место в стимулировании творческого 184


общественно-политического мышления занимают также совершенствование экономических отношений, последовательное осуществление принципа социалистической справедливости, благоприятный психологический климат в коллективе, повышение уровня компетентности, активное приобщение к достижениям культуры и т. д. Таким образом, происходит не только расширение круга лиц, выступающих в роли субъекта общественнополитического мышления, но и их качественное преобразование, увеличивается результативность их деятельности. Изменяются сами процессы мышления, иными будут и их результаты.
Перестройка мышления предполагает и изменение условий самой мыслительной деятельности. Во-первых, нужно создавать условия для повышения «коэффициента полезного действия» мышления за счет предоставления необходимой информации (статистических, демографических, исторических документов). Во-вторых, полученные результаты исследований должны как можно быстрее становиться достоянием всех других людей. А здесь возникает немало проблем, связанных с воспитанием самого потребителя информации (например, важно, чтобы руководитель предприятия осознал полезность социологических и психологических исследований), а также с совершенствованием способов передачи информации. Однако решение этих задач совершенно необходимо для того, чтобы перестройка мышления не сводилась лишь к «игре интеллектуальных сил», а активно способствовала реализации стратегического курса Коммунистической партии нашей страны на перестройку, на революционное обновление советского общества.


Г л а в а VII
Материалистическая диалектика, ее сущность и методологическое значение. Принципы диалектики
В. И. Ленин охарактеризовал материалистическую диалектику как живую душу марксизма. Выдающееся значение научного учения о диалектике состоит в том, что оно вооружает марксистско-ленинские партии, широкие массы трудящихся знанием диалектических законов и категорий, помогает им глубже осмысливать реальную практику, выступает в качестве могучего метода революционного познания и преобразования мира.
§ 1. Сущность диалектико-материалистической концепции развития
История науки и практики свидетельствует о том, что материя, движение, развитие неразрывно связаны между собой. Это единство представляет собой объективное основание научной необходимости органического соединения диалектики и материализма в единую систему взглядов. В результате такого соединения материализм приобрел, как мы знаем, диалектический характер, а диалектика стала материалистической. Впервые в истории философской мысли классиками марксизма-ленинизма было создано учение о материи, которое органично включило в себя диалектическую концепцию развития. В свою очередь учение о движении и развитии впервые стало разрабатываться на основе материализма, понимания того, что носителем всех изменений и форм развития является материальный мир. В этой связи В. И. Ленин писал, что в диалектике изучению подлежит «р аз вит и е... вещи (respective явления), ее собственное движение, ее собственная жизнь» 1.
Единство и взаимодействие диалектики и материализма отнюдь не означают, что понятия диалекти-
1 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 202. 186


ческого материализма и материалистической диалектики полностью совпадают друг с другом. Когда речь идет о диалектическом материализме, то «центр тяжести» его теории — это научное решение основного вопроса философии и базирующееся на нем философское понятие материи, которое включает в себя законы ее движения и развития. Когда же речь идет о материалистической диалектике, то акцент перемещается на учение о развитии, базирующееся на материалистическом решении основного вопроса философии. Следовательно, диалектический материализм представляет собой прежде всего учение о материальной природе изменяющегося и развивающегося мира, а материалистическая диалектика — это учение о динамичности и изменчивости этого мира, о движении и развитии как самого мира, так и отражающего его сознания людей. Предмет диалектики, как отмечал В. И. Ленин, не вещи сами по себе, а законы их движения и развития 2.
Конечно, такое разделение философии марксизма- ленинизма на диалектический материализм и материалистическую диалектику условно и относительно. Оно имеет смысл лишь в границах постановки вопроса об отношении движения и развития к тому, что движется и развивается. За пределами этого вопроса грань между категориями материи, движения, развития исчезает. Движение представляет собой, как мы знаем, атрибут материи, ее принадлежность; атрибутивной иногда считают и способность материи к развитию, хотя дискуссии по этому вопросу еще продолжаются. Ряд философов-марксистов полагает, что развитие является частным случаем движения и поэтому не имеет статуса атрибута.
Будучи учением о движении и развитии, материалистическая диалектика нацелена на то, чтобы вскрывать сущность развития, его источник, механизм, формы, законы и т. д. В. И. Ленин охарактеризовал диалектику как более содержательное (чем обычное) учение о развитии 3. Ф. Энгельс определил диалектику как науку «о всеобщих законах движения и развития природы, человеческого общества и мышления» 4. Марксистско- ленинская диалектика по своей сущности — это учение о противоречиях как источнике движения и развития, об
2 См. там же. С. 84, 86.
3 См. там же. Т. 26. С. 55.
4 Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 145. 187


их разрешениях, о количественно-качественных изменениях, преобразованиях и развитии мира, об отрицании старого и утверждении нового. Таким образом, это учение об общих диалектических законах природы, общества и познания, а также об особенных диалектических закономерностях, характерных для природы, общества и познания.
Всякий процесс развития материального объекта есть прежде всего процесс его изменения. Однако не всякое изменение объекта представляет собой процесс его развития. Иначе говоря, развитие — это определенным образом направленная совокупность изменений, т. е. сложный вид движения. Будучи особым видом движения, развитие характеризуется рядом существенных особенностей.
Процесс развития предполагает количественное усложнение структуры и качественное изменение объекта, переход из одного состояния в другое, более сложное, причем это целостное изменение объекта, благодаря которому он перестает быть тем, чем был, и приобретает новый характер. Примерами такого изменения предмета, охватывающего его полностью, являются: переход от неживой к живой природе; смена общественно-экономических формаций или различных стадий развития одной и той же формации в ходе исторического прогресса.
Процессу развития присуща необратимость, т. е. невозможность полного, абсолютного возврата системы в начальное, исходное состояние. Так, старый организм не может трансформироваться в молодой, высшие животные не могут сами по себе превратиться в низшие, развитие общественно-экономических формаций в принципе также необратимо. Конечно, необратимость в той или иной мере свойственна всем процессам, происходящим в мире, что связано с необратимостью времени. Поэтому необратима история Вселенной в целом. Но необратимость именно в развитии означает необратимость в целостном усложнении объекта, в качественном преобразовании его структуры. Другими словами, развитие связано с неодолимостью нового, с невозможностью полного возвращения к старому состоянию, качеству.
Характерной чертой процесса развития является преемственность. Старое в ходе развития отрицается не абсолютно. В процессе диалектического отрицания сохраняется связь между прошлым и настоящим в раз188


витии, между тем, что возникло, и тем, что было. Удержание из прежнего того, что сохраняет свою ценность, что служит дальнейшему развитию, может осуществляться в двух видах. В одних случаях достижения предыдущего в развитии сохраняются в мало измененном виде: высшие формы движения материи, например, будучи преемственно связанными с низшими, не ликвидируют их, а включают в себя и себе их подчиняют. В других случаях предыдущее сохраняется в последующем в сильно преобразованном виде. Так, ценное содержание гегелевской диалектики было использовано основоположниками марксизма, когда они разрабатывали диалектико-материалистическую концепцию развития, но использовано в преобразованном коренным образом виде.
Далее, развитие всегда выступает как саморазвитие. Это значит, что источник развития заключается внутри материального объекта, являющегося носителем развития, и состоит в единстве и борьбе его внутренних противоположностей. Концепция саморазвития предполагает, что движущая сила развития не вносится в него извне. «...Движущее начало всякого развития,— писал Ф. Энгельс,— разделение на противоположности, их борьба и разрешение...» 5 Так, движущей силой развития антагонистического общества является классовая борьба внутри его. Иногда возникает видимость того, что источник развития находится вне данного объекта. Но в этих случаях следует скорректировать само понимание того, какой именно объект развивается,— таковым может оказаться в подобных случаях единство двух взаимодействующих объектов, которые до этого рассматривались в изоляции, порознь.
И наконец, развитие носит направленный характер. Оно предполагает движение материального объекта прежде всего по восходящей линии, т. е. прогрессивную направленность, как изменение от низшего к высшему, от менее совершенного к более совершенному. Примерами поступательного изменения является развитие форм движения материи, например эволюция биологических видов, смена общественно-экономических формаций. Направление в развитии необходимо понимать как объективную тенденцию совокупности происходящих при этом изменений.
Ряд философов-марксистов утверждает, что разви-
5 Там же. С. 640.
189


тию, как и движению, присуща всеобщность. Но эта характеристика требует уточнения: в материальном мире развитие одновременно происходит не повсюду, а движение как изменение вообще присуще всем материальным объектам, материя и движение не возникают и не исчезают — если в одних случаях имеет место актуальное развитие, то в других — процессы, которые лишь подготавливают будущее развитие: последнее станет и здесь актуальным, но только тогда, когда для этого сложатся соответствующие условия.
В мире, кроме того, имеют место и регрессивные процессы, изменения от высшего к низшему, от сложного к более простому. Как подчеркивал К. Маркс, «вопреки претензиям «прогресса», постоянно наблюдаются случаи регресса и кругового движения» 6. Всякое развитие, как отмечал Ф. Энгельс, есть прогресс или регресс. Иллюстрируя эту мысль на примере живой природы, он прямо указывал на две формы приспособления организмов к внешней среде: «...приспособление может быть в целом как прогрессом, так и регрессом (например, приспособление к паразитической жизни всегда регресс)» 7. Содержание регресса составляют, следовательно, процессы деградации систем, понижение уровня их организации, утрата способности к выполнению тех или иных прежде необходимых функций. Например, радиоактивный распад элементов связан с понижением уровня организации материального объекта. Явление регресса следует квалифицировать как нисходящее развитие, так сказать, развитие со знаком «минус», как попятное движение.
Будучи противоположно направленными процессами развития, прогресс и регресс образуют диалектическое единство: они взаимно обусловливают и даже пронизывают друг друга, переходят один в другой. Это видно на только что приведенном примере того, как по-разному реализуется единый процесс приспособления живых организмов к среде. Не существует абсолютно прогрессивных и абсолютно регрессивных процессов развития. Подчеркивая это обстоятельство, Ф. Энгельс писал: «...точное представление о вселенной, о ее развитии и о развитии человечества, равно как и об отражении этого развития в головах людей, может быть получено только диалектическим путем, при постоянном вни-
6 Там же. Т. 2. С. 91.
7 Там же. Т. 20. С. 621. 190


мании к общему взаимодействию между возникновением и исчезновением, между прогрессивными изменениями и изменениями регрессивными» 8.
Прогрессивные и регрессивные процессы развития взаимодействуют и переходят друг в друга, однако во взаимодействии этих противоположностей одно из направлений оказывается преимущественным, определяющим и господствующим во всей цепи событий. Так, общественный прогресс нельзя представлять в виде простого, прямолинейного движения вперед: в развитии общества имели и имеют место регрессивные явления, бывают реставрации и временные победы реакционных сил. Тем не менее решающей тенденцией общественного развития является поступательная его направленность. Общественное развитие принадлежит к числу изменений, ориентированных в целом на прогресс.
Резюмируя содержание вышесказанного, развитие следует определить как такую совокупность изменений материального объекта, которая характеризуется качественной обновляемостью, необратимостью и направленностью. Развитие — это высший тип движения, изменения в природе, обществе и мышлении, предполагающий переход от одного качественного состояния предмета к другому, более совершенному. В отличие от движения, являющегося атрибутом, способом бытия материи, развитие присуще не сразу всем состояниям материи, но как способность оно тоже есть атрибут.
Определяя понятие развития, важно еще раз подчеркнуть его связь с законами диалектики. Развитие всегда предполагает борьбу противоположностей, качественную модификацию процесса и преимущественно восходящую тенденцию изменения в общественной жизни — с более или менее периодически происходящими отрицаниями. На эту сторону дела обратил внимание В. И. Ленин в своей классической формулировке диалектико-материалистической концепции развития: «Развитие, как бы повторяющее пройденные уже ступени, но повторяющее их иначе, на более высокой базе («отрицание отрицания»), развитие, так сказать, по спирали, а не по прямой линии; — развитие скачкообразное, катастрофическое, революционное; — «перерывы постепенности»; превращение количества в качество; — внутренние импульсы к развитию, даваемые противоречием, столк-
8 Там же. С. 22.
191


новением различных сил и тенденций, действующих на данное тело или в пределах данного явления или внутри данного общества; — взаимозависимость и теснейшая, неразрывная связь всех сторон каждого явления (причем история открывает все новые и новые стороны), связь, дающая единый, закономерный мировой процесс движения,— таковы некоторые черты диалектики, как более содержательного (чем обычное) учения о развитии» 9.
Все процессы развития делятся на две большие группы — материальные и духовные. Материальные процессы развития — это совокупность диалектических процессов в материальном мире. Процессы эти весьма разнообразны. В неорганической природе они совершаются в форме количественных и качественных преобразований неживых объектов. В результате этого исчезают одни и возникают другие микрообъекты, химические элементы и их соединения, физико-химические макрокомплексы, космические образования. Биологическая эволюция через смену огромного многообразия органических видов привела к появлению ее высшего достижения — человеческого организма. Общественное бытие людей также представляет собой развивающуюся материальную реальность, независимую от сознания и воли людей. В этом смысле и природе, и обществу присуща диалектика материальных реальностей. В отличие от материальных духовные процессы развития необходимо предполагают совершенствование человеческого сознания, мышления. К числу процессов духовного развития относятся поступательное движение человеческого познания, науки, морали и других форм общественного сознания.
Между материальными и духовными процессами развития существует внутренняя связь. Развитие материальных объектов может существовать без развития духовных процессов, однако диалектика сознания не может быть без диалектики вещей. «Так называемая объективная диалектика царит во всей природе,— писал Ф. Энгельс,— а так называемая субъективная диалектика, диалектическое мышление, есть только отражение господствующего во всей природе движения путем противоположностей, которые и обусловливают жизнь природы своей постоянной борьбой и своим конечным
9 Ленин В. Я. Поли. собр. соч. Т. 26. С. 55.
192


переходом друг в друга... в более высокие формы» 10. О связи диалектики мышления с диалектикой бытия писал В. И. Ленин: «...если все развивается, то относится ли сие к самым общим понятиям и категориям мышления? Если нет, значит, мышление не связано с бытием. Если да, значит, есть диалектика понятий и диалектика познания, имеющая объективное значение» 11.
Уже отсюда видно, что деление процессов развития на материальные и идеальные относительно, поскольку идеальные процессы развития в конечном счете связаны с материальными основами и являются отражением материальных процессов. Содержание идеальных процессов в общей тенденции совпадает с содержанием материального мира. Но в одном случае процессы осуществляются в форме движения самих материальных объектов, а во втором — в форме движения понятий, идей, суждений и теорий в головах людей. Имея в виду всеобщие законы бытия и мышления, Ф. Энгельс писал, что это «два ряда законов, которые по сути дела тождественны, а по своему выражению различны лишь постольку, поскольку человеческая голова может применять их сознательно» 12. Вместе с тем идеальные процессы по своей форме имеют и особенные черты в силу активности сознания. Это же должно быть сказано и о соотношении между субъективной и объективной диалектикой. Субъективная диалектика, в смысле отраженной в познающем сознании диалектики объективных вещей и процессов, на каждом отдельном этапе приблизительно и неполно соответствует последней. А субъективная диалектика в своих формах, т. е. в смысле законов, категорий, понятий процесса отражения, обладает, кроме того, и определенной спецификой, своеобразием. Если бы это было не так, то законы познания абсолютно совпадали бы с законами функционирования познаваемых объектов, но этого совпадения нет. В действительности имеет место бесконечный процесс познания, в основе которого лежит неисчерпаемость движущейся материи. А указанное совпадение является бесконечно развивающейся, но никогда не завершающейся тенденцией.
Наряду с делением процессов развития на материальные и идеальные необходимо различать также
10 Маркс /(., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 526.
11 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 229.
12 Маркс К*, Энгельс Ф. Соч. Т. 21. С. 302.
7 Диалектический материализм
193


природные и общественные процессы. Среди последних имеются и материальные, и идеальные явления. Развитие в природе осуществляется автоматически, непроизвольно. В обществе же развитие реализуется через деятельность людей, преследующих те или иные цели. Поэтому оно в определенной мере зависит от сознания и воли людей, испытывает субъективное воздействие с их стороны, является продуктом их деятельности. Вместе с тем объективные формы развития человеческой деятельности могут быть успешными лишь в том случае, если они осуществляются в соответствии с объективными процессами развития в природе и обществе и правильно их отражают. В свою очередь объективные процессы общественного развития оказывают преобразующее воздействие на природные процессы, вызывая в них такие изменения, которые самопроизвольно не возникают.
С появлением человека и общества на Земле возникла качественно новая, сознательно контролируемая людьми форма развития. Ныне человек превратился в мощный фактор воздействия на круговорот веществ и энергии в природе, на биологические процессы развития, на состояние всей природной среды жизни человека. Сегодня закономерности развития природной среды уже нельзя рассматривать вне связи с деятельностью человека, с законами общественного развития.
Являясь учением о движении и развитии, материалистическая диалектика как теория представляет собой также и учение о связи и взаимодействии предметов, явлений и процессов, ибо понять процессы движения и развития нельзя без анализа законов и категорий связи и взаимодействия. Процессы движения и развития всегда предполагают взаимодействие между материальными объектами, а взаимодействие означает в то же время связь между телами. «В том обстоятельстве,— писал Ф. Энгельс,— что эти тела находятся во взаимной связи, уже заключено то, что они воздействуют друг на друга, и это их взаимное воздействие друг на друга и есть именно движение» 13.
Материальный мир представляет собой бесконечную совокупность разнообразных предметов, явлений и процессов. Каждая вещь уникальна, своеобразна, индивидуальна, неповторима. Следовательно, индивидуальны и формы взаимодействия между вещами, формы их дви-
13 Там же. Т. 20. С 392.
194


жения и развития. Однако между элементами этого разнообразия процессов движения и развития существуют сходства, и не только сходства, но и общность. Последняя обусловлена единством мира и носит многоуровневый характер. Как бы существенно и значительно процессы движения и развития ни отличались друг от друга, их объединяет на высшем уровне уже то, что они существуют независимо от сознания человека. Единство мира и всех его изменений состоит, как мы уже знаем, в его материальности, но на этой основе также и в реальной универсальной связи предметов и явлений, в которой вся действительность пронизана действием единых диалектических законов, что в аспекте познания обеспечивает всеобщую систематизацию всех вещей и процессов. «Вся доступная нам природа,— писал Ф. Энгельс,— образует некую систему, некую совокупную связь тел, причем мы понимаем здесь под словом тело все материальные реальности...» 14
В мире существует бесконечное разнообразие связей между процессами, ибо неисчерпаемость материальной действительности означает и неисчерпаемость связей между предметами, явлениями и процессами. Изучением этих конкретных связей между процессами занимаются частные науки. Физика, например, исследует связи между изменениями вещества и полей, биология — связи между организацией и дезорганизацией организмов, их наследственностью и изменчивостью, общественные науки исследуют связи между социальными процессами и т. д. Материалистическая диалектика рассматривает связь как всеобщую закономерность движения и развития, и в целях познания связей она опирается на данные конкретных наук, выявляя в них всеобщее содержание.
Категория связи в диалектике обозначает отношения, при которых изменение одних объектов есть условие изменения других, причем, как правило, имеет место и обратное воздействие, влекущее за собой изменение первых объектов, так что имеет место взаимосвязь и взаимодействие. Если связь выражает зависимость предметов и процессов друг от друга, то изолированность характеризует момент обособленности, отграниченности и относительной независимости процессов друг от друга. Как бы предметы, явления и процессы ни были связаны между собой, они никогда не утрачивают своей внутрен-
14 Там же.
7*
195


ней определенности, относительной самостоятельности и самобытности. В этом смысле связь и изолированность не только не исключают друг друга, но более того — составляют диалектическую категориальную пару. Всякая связь предполагает такую зависимость между процессами, которая не только не исключает, но даже предполагает их относительную обособленность, изолированность в некоторых отношениях. К примеру, связь между природными и социальными процессами обусловлена наличием качественной границы между этими двумя формами движения объективной реальности. Именно марксизм впервые в истории науки показал как действительную связь общества и природы, так и их глубокое отличие друг от друга, то и другое коренится в специфике общественного труда. И наоборот, изолированность всегда предполагает связь между предметами и процессами, никакой абсолютной изолированности изменений в природе и обществе не существует: всякий процесс, изолированный от другого процесса в каком-то отношении, связан с ним в другом (в других).
Отсюда следует, что анализ отношений между процессами предполагает, с одной стороны, установление различий между процессами, моментов обособленности, а с другой — выявление между ними связей, причем связь выступает главной стороной отношения, определяющей его сущность. Очень ясно это видно на примере современного социального мира. Взаимозависимость всех регионов мира наших дней такова, что все народы могут либо вместе двигаться к дальнейшим высотам общечеловеческой цивилизации, либо вместе сорваться в пропасть термоядерной военной катастрофы. А чтобы этого не случилось, необходимо научиться в политике мыслить по-новому, налаживать тесные связи и осуществлять сотрудничество между всеми странами и народами. Отсюда вытекает необходимость деидеологизации отношений между государствами, хотя изолироваться от идеологий отношения между народами, конечно, не могут.
§ 2. Материалистическая диалектика — методология революционного познания и действия
Диалектика выявляет прежде всего универсальную сущность процессов развития, их всеобщие характеристики, стороны и отношения, и все это — через призму материалистического решения основного вопро196


са философии и принципов материалистического монизма и отражения. Этому и соответствует различие и единство объективной и субъективной диалектики. В материальном мире объективные процессы развития единичны и всеобщи. Любой диалектический процесс, с одной стороны, специфичен, т. е. заключает в себе такие моменты, которые неповторимы, носят индивидуальный характер (диалектические процессы развития, например, в живой природе протекают иначе, чем в неорганической) . С другой — всякий процесс развития содержит в себе и всеобщее, так что диалектика конкретного всегда связана с диалектикой всеобщего. И наоборот, диалектика всеобщего в реальной действительности, жизни всегда связана с диалектикой конкретного. В отличие от частных наук, изучающих те или иные конкретные процессы развития (например, историческая геология, генетика, космогония, эмбриология), материалистическая диалектика является учением о всеобщей связи, движении и развитии. Но в силу не только единства, но и различия между объективной и субъективной диалектикой возникает вопрос о принципиальном соотношении частей диалектики как теории. Являясь учением о развитии в целом, материалистическая диалектика изучает также и специфические особенности объективной и субъективной диалектики. Поэтому в диалектике, поскольку она исследует субъективные процессы, непременно присутствует момент логики, а также теории познания.
В этой связи В. И. Ленин высказал в «Философских тетрадях» следующие мысли: «Диалектика и е с т ь теория познания (Гегеля и) марксизма...»15; «В „Капита- ле“ применена к одной науке логика, диалектика и теория познания [не надо 3-х слов: это одно и то же] материализма, взявшего все ценное у Гегеля и двинувшего сие ценное вперед» 16. Очевидно, что В. И. Ленин отнюдь не отождествлял теории познания объективного идеалиста Гегеля и диалектического материалиста Маркса. Таким образом, возникает вопрос о правильном истолковании этих ленинских высказываний с позиций теории отражения, в свою очередь глубоко диалектически понимаемой. Нужно правильно истолковать данные положения в полноте контекста «Философских
15 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 321
16 Там же. С. 301. 197


тетрадей» и вообще всей совокупности ленинских философских трудов.
Соответствующий анализ приводит к выводу, что полное совпадение («не надо 3-х слов») логики, диалектики и теории познания марксизма имеет место в отношении диалектической логики, субъективной диалектики в смысле учения о диалектических закономерностях рациональной стадии (стороны) познания и теории диалектики познающего мышления. Это действительно не три разные, а одна и та же философская наука. Но В. И. Ленин имел в виду не только это, но и диалектическое тождество (единство) диалектики в ее полном объеме, включающем и учение об объективной диалектике, и теорию познания (также в полноте содержания последней), и диалектическую логику. Такое тождество достигается историческим путем, через взаимодействие этих трех наук, бесконечный процесс их взаимосближе- ния, в котором, однако, ни одна из них не утрачивает своих особенных задач. Это так называемое асимптотическое сближение, напоминающее, если использовать математический образ, процесс приближения ветви гиперболы к ее асимптоте,— приближения, которое никогда не завершается абсолютным совпадением. Аналогичен по общей структуре процесс приближения относительных истин к истине абсолютной, теории — к запросам и потребностям практики, мышления (вообще познания) — к объективному бытию. Таков же, по своей общей структуре, процесс приближения субъективной диалектики к диалектике объективной.
Материалистическая диалектика как наука включает в себя принципы, законы и категории (всеобщие понятия). Законы регулируют и фиксируют отношения между категориями, а принципы — между законами. Принципы диалектики — это ее руководящие идеи, широкие основополагающие правила, которые составляют основание всей системы диалектической теории. К числу принципов диалектики относят обычно принципы конкретности и взаимодействия, развития, всеобщей связи и детерминизма, отражения. Некоторые из них мы рассматриваем в настоящей главе, а другие, такие, как детерминизм и отражение, будут рассмотрены в главах, посвященных категориям и теории познания. Центральным принципом диалектики как теории развития является принцип материального единства мира (см. главу V).
Будучи учением о развитии, материалистическая 198


диалектика изучает главным образом те объективные связи, стороны и отношения, которые наиболее полно раскрывают сущность развития,— это прежде всего законы диалектики. Именно универсальные законы движения и развития в природе, обществе и мышлении носят диалектический характер, и они составляют предмет диалектики как науки.
Законы диалектики выражают объективные связи и отношения в развитии материальных объектов. Они действуют независимо от того, познаны человеком или нет, желательно их действие для него или нет. Объективный характер диалектических законов означает также и то, что люди не могут создавать или отменять действие этих законов по своему произволу. Однако они в состоянии их познать и использовать в своей деятельности.
Законы диалектики выражают существенные и устойчивые связи в процессах развития природы, общества и человеческого мышления. Диалектические законы — это необходимые, внутренне присущие материальным объектам тенденции изменения, движения и развития, определяющие наиболее общие этапы и формы перехода от одного качественного состояния объекта к другому. Они обеспечивают порядок во всех процессах развития, обусловливают возникновение, становление и превращение в новое качество любых материальных систем. Всеобщие законы диалектического развития регулируют процессы возникновения и исчезновения материальных объектов.
Число диалектических законов не является жестко ограниченным, исключающим возможность в будущем открытия новых законов диалектики. Диалектические законы развития разделяются на основные и неосновные. Основные законы диалектики — ныне их известно три — выражают процесс развития наиболее целостно. Закон единства и борьбы противоположностей вскрывает источник развития. Закон взаимного перехода количественных и качественных изменений фиксирует механизм развития, показывает, как совершается развитие на отдельных его этапах, ступенях. Закон отрицания отрицания характеризует направленность процесса развития через выявление характера связи между разными его ступенями.
Неосновные законы диалектики выражают процесс развития с той или иной отдельной его стороны. Они являются дополнением к основным законам диалектики.
199


К числу таких неосновных законов относятся закон причинности, т. е. диалектической связи причин и следствий, закон об определяющей роли содержания по отношению к форме, закон случайности как формы проявления необходимости и др.
Законы диалектики как науки следует отличать от объективно действующих диалектических законов. Первые являются более или менее приблизительным отражением объективных диалектических законов развития в сознании человека.
В то время как законы диалектики отражают отношения между всеобщими свойствами развивающихся объектов, категории диалектики фиксируют сами всеобщие свойства развития бытия и мышления. Любой процесс развития характеризуется наличием определенных специфических свойств, которые присущи развитию данных объектов. Так, процесс эволюции живых существ качественно отличается от социального процесса развития. Однако всякий процесс развития заключает в себе и общие свойства развития (скачкообразность, постепенность, отрицание, противоречивость и т. д.). Категории диалектики — это и есть понятия, содержанием которых являются всеобщие характеристики, свойства процессов развития. Таким образом, в категориях диалектики отражаются всеобщие свойства процессов развития в природе, обществе и мышлении, а в законах диалектики — отношения между всеобщими свойствами изменяющихся и развивающихся материальных объектов, т. е. соответственно между категориями.
Материалистическая диалектика рассматривает наиболее общие законы развития в единстве с особенными диалектическими закономерностями и представляет собой также, во-первых, философское учение о диалектическом развитии природы, а значит, об особенностях действия всеобщих законов развития в этой области (диалектика природы) ; во-вторых, философское учение о социальной диалектике, а значит, о специфике действия диалектических законов в обществе; в-третьих, философское учение о познании, его диалектических законах и формах (гносеология) ; в-четвертых, философское учение о развитии мышления (диалектическая логика); в-пятых, философское учение о преобразовании мира, законах и формах практической деятельности (некоторые называют это учение праксиологией). Таким образом, она выступает как учение о раз- 200


витии материального мира, как всеобщая теория развития в природе и обществе, как теория познания и логика, как учение о практике. И наконец, материалистическая диалектика является методологией, поскольку она нацелена на разработку универсальных методов познания и преобразования мира, а также взаимодействия этих методов. В этом своем аспекте она выступает как методология деятельности, научного познания и революционного преобразования мира. Такова в самых общих чертах структура материалистической диалектики.
Материалистическая диалектика — партийная наука. Как отмечал К. Маркс, «в своем рациональном виде диалектика внушает буржуазии и ее доктринерам- идеологам лишь злобу и ужас, так как в позитивное понимание существующего она включает в то же время понимание его отрицания, его необходимой гибели, каждую осуществленную форму она рассматривает в движении, следовательно также и с ее преходящей стороны, она ни перед чем не преклоняется и по самому существу своему критична и революционна» 17.
Материалистическая диалектика требует рассмотрения всех явлений действительности в природе и обществе в качестве исторически преходящих по своему характеру. «...Самое важное... с точки зрения научной, это — не забывать основной исторической связи,— говорил В. И. Ленин,— смотреть на каждый вопрос с точки зрения того, как известное явление в истории возникло, какие главные этапы в своем развитии это явление проходило, и с точки зрения этого его развития смотреть, чем данная вещь стала теперь» 18. Другими словами, диалектико-материалистическая методология требует рассматривать всякий предмет в движении и развитии, изучать его историю, современное состояние и тенденции изменения, т. е. знать прошлое, видеть настоящее и предвидеть будущее.
Важным требованием материалистической диалектики является рассмотрение каждого предмета и процесса на основе принципа всеобщей связи. Этот принцип ориентирует на необходимость охвата предмета со всех сторон, выявления его внутренних и внешних связей, выделения из них главных, определяющих в данный момент, рассмотрения взаимодействия,
17 Маркс КЭнгельс Ф. Соч. Т. 23. С. 22.
Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 39. С. 67. 201


взаимовлияния и динамики связей. В связи с вопросами тактики пролетариата В. И. Ленин писал: «Лишь объективный учет всей совокупности взаимоотношений всех без исключения классов данного общества, а следовательно, и учет объективной ступени развития этого общества и учет взаимоотношений между ним и другими обществами может служить опорой правильной тактики передового класса. При этом все классы и все страны рассматриваются не в статическом, а в динамическом виде, т. е. не в неподвижном состоянии, а в движении (законы которого вытекают из экономических условий существования каждого класса). Движение в свою очередь рассматривается не только с точки зрения прошлого, но и с точки зрения будущего и притом не в пошлом понимании «эволюционистов», видящих лишь медленные изменения, а диалектически...» 19
Революционная по своему содержанию марксистско- ленинская диалектика то и дело подвергается атакам со стороны буржуазных философов. Так, например, К. Поппер написал специальную статью «Что такое диалектика?», в которой пытался доказать, что материалистическая диалектика в принципе ничем не отличается от идеалистической гегелевской и антинаучна, ибо будто бы полностью отвергает формальную логику, которая для развития всех наук необходима, и любой факт, который не укладывается в предвзятые догматические схемы, оправдывает посредством абстрактных ссылок на «специфику конкретных условий». Эти идеи «критического рационалиста» К. Поппера поддерживаются многими другими антидиалектиками, рядящимися иногда в одежды «подлинных» диалектиков (на поверку они оказываются пессимистами-иррациона- листами, которых немало среди субъективных идеалистов экзистенциалистского толка и сторонников Франкфуртской школы в современной буржуазной философии и социологии (см. главу XII)).
Доводы Поппера и его единомышленников несостоятельны. Марксистско-ленинская диалектика опирается на материалистическую теорию отражения, тогда как диалектика Гегеля была построена в духе идеалистического тождества бытия и мышления. Что касается отношения к формальной логике, то у Гегеля действительно были заявления в том смысле, что законами диалектики должны быть отвергнуты и «побеждены» законы 19 Там же. Т. 26. С. 77—78.
202


формальной логики как якобы по сути своей антидиалектические, метафизические. Но это были ошибочные заявления. В действительности законы тождества, непротиворечия и исключенного третьего традиционной формальной логики относятся к иным связям и отношениям, нежели те, которые исследует логика диалектическая. Формальная логика недостаточна для обеспечения правильности и успеха познавательных процессов, она нуждается в методологическом руководстве со стороны материалистической диалектики. А последняя проводит принцип конкретности не «абстрактно», как это утверждает К. Поппер, а, наоборот, именно конкретно, т. е. «со знанием дела» в данной области действительности и ее познания, на что специально указывал еще Ф. Энгельс в «Анти-Дюринге», рассматривая формы и условия методологического применения закона отрицания отрицания. Этот же момент (конкретного применения принципа конкретности) В. И. Ленин не раз подчеркивал в «Философских тетрадях» и других своих произведениях.
В качестве всеобщей теории движения и развития материалистическая диалектика имеет огромное методологическое значение в познавательной деятельности современного социалистического общества. Сегодня она ориентирует коммунистические и рабочие партии социалистических стран, трудящиеся массы на необходимость комплексного подхода к познанию происходящих объективных процессов и четкого понимания особенностей той полосы исторического процесса, через которую ныне проходят социалистические страны и весь мир. «Вести правильную, научно обоснованную политику можно, лишь ясно понимая ключевые тенденции реальной действительности. Глубокое проникновение в диалектику происходящего, его объективную логику, умение делать правильные выводы, отражающие движение времени,— дело непростое, но настоятельно необходимое» 90.
Материалистическая диалектика — это не только методология научного и революционного познания. Основоположники марксизма-ленинизма всегда понимали ее и как методологию конкретного революционного действия, т. е. как теоретическое основание революционной деятельности пролетариата, стратегии и тактики
20 Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза. С. 6.
203


его партии. «Основную задачу тактики пролетариата,— писал В. И. Ленин,— Маркс определял в строгом соответствии со всеми посылками своего материалисти- чески-диалектического миросозерцания» 2|.
§ 3. Материалистическая диалектика в условиях развивающегося социализма
В современных условиях, требующих нешаблонных подходов и решений, особое значение приобретает практический аспект марксистско-ленинской диалектики, принятие ее в качестве руководства к практическому действию. Именно в конкретном использовании требований диалектико-материалистического метода и методологии в решении практических проблем обновления социализма в СССР — ключ к осмыслению роли философского знания в реализации стратегического курса партии и народа на перестройку и ускорение социально-экономического развития нашей страны. В этой связи необходима конкретизация общих требований материалистической диалектики, ее принципов, законов и категорий применительно к современным условиям и задачам советского общества. Речь идет о том, чтобы цели перестройки сформулировать в свете тех требований, которые вытекают из рассмотренных нами принципов диалектики. Главный из них — это принцип реалистического подхода к социалистической практике и решительного исправления этой практики там, где она оказывается ошибочной, ложной.
Осуществляя перестройку на основе широкой демократизации, формируя новое диалектическое мышление, трудящиеся под руководством КПСС стремятся соизмерять формы, размах и направление своей деятельности с объективными условиями, сознательно создавать благоприятные возможности для динамизации объективных процессов движения и развития. Успешно ускорять их можно только в том случае, когда духовные и материальные формы человеческой деятельности осуществляются в границах тех возможностей, которые открывают перед людьми объективные законы природы и общества. Нарушение соответствия форм деятельности людей объективным условиям делают эту деятельность неэффективной и даже вообще невозможной. В этом смысле материалистическая диалектика, если
21 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 26. С. 77. 204


руководствоваться ее требованиями, предостерегает партию и народ от субъективистских ошибок и отклонений.
Больший или меньший отрыв субъективного от объективного в сознательном регулировании и направлении процессов развития может выражаться как в забегании вперед, так и в торможении, отставании и даже в попятном движении форм деятельности в отношении объективных требований и назревших задач.
В первом случае цели деятельности объективно не обоснованы, и люди стремятся сделать то, что невозможно в данное время и в данных условиях. Речь идет о таких формах деятельности, которые вообще ошибочны или же могут иметь смысл лишь в условиях будущего, уже на другом уровне материальной и духовной зрелости общества, так что попытки их искусственного форсирования ныне безуспешны.
Во втором случае мы имеем дело с целями и формами деятельности вчерашнего дня, т. е. с нежеланием или неумением учитывать новые условия, с попытками жить и работать в новой сложившейся обстановке по-старому. На XXVII съезде КПСС говорилось, что нельзя дело строительства социализма сводить лишь к регистрации достигнутого ранее. Новые условия жизни страны требуют постановки и решения новых задач общественного развития, связанных с переводом экономики на рельсы интенсификации, неуклонным ростом производительности труда, улучшением снабжения населения товарами, преодолением негативных явлений. Подвергая критике отрыв форм человеческой деятельности от объективных условий, М. С. Горбачев подчеркнул: «Перерастание социализма в коммунизм определяется объективными законами развития общества. Любые попытки забегания вперед, введения коммунистических принципов без учета уровня материальной и духовной зрелости общества, как показывает опыт, обречены на неудачу. Но недопустима и медлительность в проведении назревших преобразований, в решении новых 22 задач» .
Диалектика применительно к общественной жизни включает в себя и принцип деятельной активности широких масс трудящихся. Объективная ориентация процессов развития в социалистическом обществе не только не исключает, а, наоборот, предполагает актив-
22 Горбачев М. С. Избранные речи и статьи. Т. 3. М., 1987. С. 7. 205


ную роль субъективного фактора, ибо возможности поступательного развития социализма автоматически, стихийно не реализуются.
В современных условиях развития социализма залог успеха — живое творчество масс, активное их участие в борьбе за достижение качественно нового состояния общества. Эффективность развития социалистического общества определяется в конечном счете жизненной позицией всех его граждан, зависит от способности и стремления каждого человека настойчиво, последовательно и до конца бороться за дело социализма.
Центральным пунктом требований материалистической диалектики применительно к человеческой деятельности является ориентация ее на глубокое преобразование мира.
Нынешний этап развития социалистического строительства — это этап крутого качественного поворота в жизни советского общества и других стран социалистического содружества. Динамичное развитие социалистического общества, ускорение его движения предполагают принципиально новое качество роста и соответственно новые подходы к проблемам общественного развития. Преобразования во всех сферах социалистической жизни взаимосвязаны и взаимодействуют друг с другом, будучи составляющими единого, целостного процесса. В условиях социализма нельзя допускать каких-либо диспропорций в общественном развитии, хотя и бывает иногда необходимо придавать приоритетное значение развитию той или иной сферы жизни и деятельности социалистического общества: ведь научный подход к решению задач развития социализма как раз предполагает следование диалектико-материалистическому требованию выделять на том или ином этапе продвижения вперед определенные для данного этапа первоочередные цели. «Все искусство управления и политики,— говорил В. И. Ленин,— состоит в том, чтобы своевременно учесть и знать, где сосредоточить свои главные силы и внимание»23. Ныне, первостепенной задачей в деятельности КПСС является решительный поворот к человеку, к его нуждам и заботам, к удовлетворению его возрастающих потребностей, развитию социальной сферы, социальной ориентации функционирования народного хозяйства.
Исходя из того что общественное развитие предпола-
23 Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 40. С. 85. 206


гает прежде всего качественное преобразование, следует подчеркнуть, что это преобразование должно быть нацелено на создание нового, передового, прогрессивного. Утверждение нового, передового в жизни, решительная поддержка его — необходимая черта функционирования социалистического общества.
К числу актуальных проблем материалистической диалектики как методологии революционного действия принадлежит и вопрос о критерии нового, передового, прогрессивного в общественном развитии. Для того чтобы выявить прогрессивный характер процесса обновления, необходимо четко сопоставить его результаты с интересами масс. Человек, его коренные интересы, жизненные устремления, счастье и благополучие — это мера ценности сознательно планируемых и организуемых процессов развития в условиях социализма. Другими словами, критерием эффективности и правильности планомерно реализуемых процессов является их адекватность принципам социализма, социалистическому миропониманию и образу жизни. Укрепление и развитие социализма на деле — таков показатель правильности стратегии развития социалистического общества. Конкретная забота о конкретном человеке, высокий и реальный гуманизм — вот главный стимул перестройки всей жизни советского общества на основе решений XXVII съезда КПСС, XIX Всесоюзной партконференции и показатель ее целесообразности.
Характерной чертой деятельности по обеспечению процессов развития в социалистическом обществе является направленность на необратимость революционных преобразований. Этот диалектический тезис, вытекающий из марксистско-ленинской теории развития, имеет огромное практическое значение, ибо он нацеливает на осуществление такого регулирования объективных процессов, которое исключало бы возможность возвращения к качественно более низким состояниям общества.
На нынешнем этапе социалистического строительства в СССР это требование материалистической диалектики находит свое выражение в революционной политике партии по углублению перестройки, по приданию ей необратимого характера. Поэтому сопротивление курсу на перестройку, на перемены к лучшему означает разрыв с диалектическим мышлением и действием, измену им.
Коммунистическая партия ориентирует трудящихся на коммунистическую перспективу, концентрирует и вы207


ражает волю и желания трудящихся, их коренные интересы и устремления. Методологическим инструментом партийного руководства выступает материалистическая диалектика. На современном этапе развития советского общества, опираясь на научный анализ этого процесса, руководствуясь материалистической диалектикой, партия пришла к выводу о необходимости основательной перестройки всей партийной работы, поворота ее в сторону усиления связей с массами, а следовательно, и к конкретному человеку, о необходимости ориентации на людей образованных, мыслящих и инициативных.
Учет конкретной обстановки, конкретных условий места и времени — важное требование материалистической диалектики к партийной работе. Основное содержание перестройки партийной работы состоит в том, чтобы каждая партийная организация активно боролась за проведение в жизнь принятых решений, жила в атмосфере поиска, обновления форм, стиля и методов собственной деятельности. Главное теперь — перевод материалистической диалектики как теории развития на конкретный язык практики революционного обновления социализма, перестройки всех сфер жизни партии и общества.


Глава VIII
Основные категории
материалистической диалектики
Философские категории имеют всеобщий характер. С их помощью выражаются некоторые универсальные свойства, стороны действительности. Они используются, как уже отмечалось, для формулирования основных принципов и законов диалектического материализма.
Значительное место в философском категориальном аппарате занимают такие категории материалистической диалектики, как общее, особенное и единичное, сущность и явление, причина и следствие, необходимость и случайность, возможность и действительность, содержание и форма. Подобно другим философским категориям они используются в человеческой деятельности как «ступеньки выделения, т. е. познания мира, узловые пункты в сети, помогающие познавать ее и овладевать ею» ‘. В категориях дается концентрированное выражение всего опыта общественно-исторической деятельности, чем и обусловлены их мировоззренческие и методологические функции.
§ 1. Единичное, особенное, общее
Уже с первых шагов осознанной практической деятельности люди пытались разобраться в многообразии окружающих их вещей, предметов, явлений. Для этого необходимо было понять, чем эти предметы отличаются друг от друга. И в то же время важно было найти их сходные свойства, знание которых позволяло бы использовать их для удовлетворения определенных практических потребностей. В советской философской литературе можно выделить по крайней мере четыре подхода к пониманию соотношения общего и единичного2.
1 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 85.
2 Основные этапы развития содержания категорий единичного и общего рассматриваются в работах: Шептулин А. П. Диалектика единичного, особенного и общего М , 1963; Материалистическая диалектика как научная система. М., 1983 (гл. IX).
209


Первый отождествляет единичное и конкретные (отдельные) предметы. Так, единичное понимается как «определенное, ограниченное в пространстве и времени тело, вещь, система вещей данного качества, рассматриваемые в их отношении как к самим себе, так и к миру в целом по их качественной определенности; предел количественного деления данного качества» 3. Если следовать логике этого утверждения, то любой конкретный предмет или событие можно рассматривать как единичное. Но если под таким единичным понимать, например, установление Парижской коммуны в 1871 г., то где мы должны искать общие свойства такой всеобщей закономерности, как утверждение власти рабочего класса? При таком подходе общее может рассматриваться лишь как компонент особого мира идей, выражающих сущность предметов, но существующих вне этих предметов. Кроме того, получается, что самые разные категории в том или ином конкретном предмете получают цельное, хотя и единичное, выражение.
Но было бы неправильным отождествлять философские категории с конкретными материальными объектами. С их помощью выделяются лишь некоторые, наиболее универсальные свойства и признаки объектов. Для более полной и всесторонней их характеристики необходимо применять всю совокупность философских категорий. И тогда мы можем в каждом предмете и в каждом событии выделить (абстрагировать от него) единичное и общее, необходимое и случайное и т. д. Затем в процессе конкретизирования вновь можно возвратиться к отдельным конкретным предметам как единству различных категорий. Это второй подход.
Третий подход к выявлению взаимосвязи общего и единичного выражается в том, что общее понимается как то, что повторяется в ряде материальных образований, во множестве отдельных вещей, что указывает на сходство между ними, единичное же составляет неповторимое в вещах, то, что присуще лишь одной вещи, характеризует отдельное 4. В этом случае конкретное (отдельное) есть особая категория в отличие от единичного.
Эту точку зрения представляют А. П. Шептулин и некоторые другие советские философы. И наконец, четвертый подход, который подчеркивает необходимость
3 Философская энциклопедия. Т. 2. М., 1962. С. 102.
4 Материалистическая диалектика как научная система. С. 132 210


осознания общего на сущностном уровне. Он активно развивался Э. В. Ильенковым. Его понимание дается и в некоторых современных работах. Так, утверждается, что общее, всеобщее — «принцип бытия всех единичных вещей, явлений, процессов; закономерная форма их взаимосвязи в составе целого. Общее выражает определенное свойство или отношение, характерные для данного класса предметов, событий, а также закон существования и развития всех единичных форм бытия материальных и духовных явлений. Как сходство признаков вещей общее доступно непосредственному восприятию; будучи закономерностью, оно отражается в форме понятий и теорий» 5. Последнее добавление примечательнр. Его можно рассматривать как стремление соединить противоположные точки зрения, когда общее понимается и как сходство признаков, и как закон развития конкретных вещей, несводимый к понятию сходства.
Естественно, что познание не может останавливаться лишь на констатации сходных признаков. В этом случае оно не вышло бы за пределы эмпирической стадии. И уже когда мы говорим об общем как совокупности сходных признаков, позволяющих отличать одни группы предметов от других, то особую важность приобретает выделение не только общих, но и существенных свойств. Их анализ — результат длительного развития процесса познания. Так, например, можно, опираясь на знание внешних сходных признаков, определить человека как двуногое существо, лишенное перьев и обладающее мягкой мочкой уха. Но подобные сходные признаки не позволяют нам осознать особенности человека, принципиально отличающие его от других представителей животного мира. Для решения этой задачи нам необходимо говорить о способности человека к абстрактному мышлению, к созданию орудий труда, направленных на создание других инструментов взаимодействия человека с внешним миром, о развитии его деятельности в рамках достигнутого уровня развития культуры и т. д.
Само выделение таких общих признаков — результат длительного развития практической и теоретической деятельности, изменения конкретных форм взаимодей-
5 Философский энциклопедический словарь. М., 1983. С. 447; См. также: Проблемы всеобщего в марксистской философии. Челябинск, 1982. 211


ствия людей с окружающей их действительностью. Важной предпосылкой такого исследования выступает уровень зрелости самих общественных отношений. Это можно проследить на примере анализа рассуждёний К. Маркса о формировании понятия «абстрактный труд» 6. Зрелость общественных отношений капиталистического общества была необходимым условием выделения его общих и существенных признаков, создания теории прибавочной стоимости и разработки материалистического понимания истории.
Наряду с категориями общего и единичного употребляется и категория особенного. Она служит для характеристики признаков, которые в одной системе объективных связей могут рассматриваться как единичные, а в другой системе связей — как общие. Так, например, некоторые особенности формирования социалистических производственных отношений в деревне в странах социализма (в частности, использование переходных форм в этом процессе) могут рассматриваться как общее по отношению к каждой из этих стран. Вместе с тем совокупность этих же признаков обнаруживается как единичное по отношению к общим признакам социалистической революции, потому что они присущи лишь некоторым ее формам. Из сказанного видно, что категория особенного акцентирует специфические (особенные) виды действия общих закономерностей. Если упустить ее из виду, трудно бороться против плоского сведения диалектики общего к сумме единичных примеров, против чего решительно выступал В. И. Ленин.
В чем же выражается диалектическая взаимосвязь объективных процессов и предметов, отражаемых с помощью категорий «общее», «особенное» и «единичное»? Здесь можно выделить по крайней мере два важных аспекта. Первый — это взаимодействие единичного, особенного и общего в процессе функционирования объектов, материальных систем. Это вопрос об иерархии общих и единичных признаков, их соподчинении. Интересные рассуждения по этому вопросу можно найти в работе Г. В. Плеханова «К вопросу о роли личности в истории». Он выделяет три типа причин социального развития — общие, особенные и единичные. К первому относится взаимодействие производительных сил и производственных отношений, ко второму — особенности
6 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 46. Ч. I. С. 41. 212


исторических условий, в которых осуществляется взаимодействие классов, формируются социальные отношения. Третий тип — индивидуальные особенности конкретных исторических личностей.
Плеханов дает развернутую характеристику возможностей отдельных людей, влияния их деятельности на общий ход исторического развития. Так, он отмечает, что выдающиеся люди видят дальше других и хотят сильнее других. Они могут в значительной мере повлиять на «индивидуальную физиономию» событий, изменить их форму или темпы развития. Но единичные причины не могут отменить действия общих причин, дать другое направление социального развития, повернуть историю вспять.
Эти положения приобретают особую актуальность в наши дни, когда мы снова и снова возвращаемся к анализу болевых точек истории нашего общества, к выяснению причин появления культа личности Сталина, масштабов его влияния на развитие общества.
Другой аспект объективной диалектики общего и единичного выражается в том, что с помощью этих категорий дается характеристика некоторых сторон процесса развития. Это выражается в том, что становление нового явления, новых отношений, признаков обычно осуществляется таким образом, что первоначально они могут выступать как совокупность индивидуальных особенностей объектов, т. е. как единичное. Этот процесс можно проследить, в частности рассматривая возникновение новых видов. Когда организм вынужден приспосабливаться к изменившимся условиям внешней среды, когда происходят отдельные мутации, то первоначально они приводят к возникновению особей, обладающих набором некоторых индивидуальных признаков. Впоследствии часть этих признаков закрепляется, передается по наследству, и мы имеем дело с возникновением новой разновидности, а затем и вида. Так единичные признаки превращаются в общие, характерные для нового вида.
Процесс превращения единичного в общее происходит и в развитии социальных отношений. Так, в период формирования социалистических отношений в нашей стране В. И. Ленин высоко оценил роль коммунистических субботников. Он назвал их «великим почином», который послужил ярким примером формирования социальной активности людей, чувства хозяина своей 213


страны. Но если в природе формирование нового осуществляется стихийно, то в становлении новых социальных отношений огромное значение приобретает осознанная, целенаправленная деятельность людей. Поэтому, как подчеркивал В. И. Ленин, в период формирования социалистических отношений «мы должны тщательно изучать ростки нового, внимательнейшим образом относиться к ним, всячески помогать их росту и «ухаживать» за этими слабыми ростками. Неизбежно, что некоторые из них погибнут... Не в этом дело. Дело в поддержке всех и всяческих ростков нового, из которых жизнь отберет самые жизнеспособные» 7.
Эти ленинские положения приобретают новое звучание в настоящее время, когда осуществляется перестройка всех сфер жизнедеятельности советского общества. Разработанная Коммунистической партией концепция перестройки определяет общее направление развития. Но никто не может заранее предсказать всех деталей этого процесса, предвидеть отдаленные последствия совершаемых действий. Здесь, как и в первые годы Советской власти, приходится искать новые формы преобразования социальной действительности. В создании этих новых форм огромное место занимает «живое творчество масс». С развитием демократии и гласности в стране наблюдается всплеск народной инициативы. Это и поиски новых форм экономических отношений, в частности конкретных форм осуществления семейного и арендного подрядов, различных видов индивидуальной трудовой деятельности. Это и формирование многочисленных самодеятельных организаций с самым широким диапазоном деятельности (от активного участия в восстановлении исторических памятников, охране природы до помощи престарелым). Задача заключается в том, чтобы внимательно изучать все новые формы самодеятельности масс, которые первоначально выступают как явления, обладающие в их своеобразии только индивидуальными признаками, помогать превращению наиболее удачных и жизнеспособных форм в общее.
В развитии общественных явлений можно наблюдать и противоположный процесс — переход от общего к единичному. Так, мы знаем, что господствующим мировоззрением в средние века было религиозное мировоззрение. Вера в бога была общим признаком людей
7 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 39. С. 20. 214


того времени. Религиозные верования не исчезли и в социалистическом обществе наших дней, хотя, как мы обычно говорим, установление общественной собственности на средства производства и уничтожение эксплуататорских классов подрывают социальные корни религии. Можно сказать, что при социализме религиозное мировоззрение переходит в стадию особенного, т. е. оно не является общим признаком всех людей социалистического общества и присуще его отдельным группам. И реализация задачи перевода его в ранг единичного, а затем достижения его полного исчезновения предполагает комплексный подход, включающий как изменение самих социальных отношений (полное преодоление явлений отчуждения и наиболее полное осуществление принципа социалистической справедливости), так и улучшение психологического климата в трудовых коллективах, повышение общего культурного и политического уровня граждан нашей страны.
Как осуществляется процесс познания единичного и общего? Для перехода от познания единичного на уровне эмпирического исследования к познанию общего требуется подключение теоретического мышления. Здесь следует отметить, что применение подобной схемы познания нуждается в некоторых дополнительных комментариях. Прежде всего современный познающий человек не действует в вакууме, он опирается на достижения культуры, теоретические знания. Поэтому, когда он приступает к исследованию нового химического элемента, горной породы, биологического организма и т. д., у него уже имеются общие представления о подобных образованиях, которые и позволяют выделить индивидуальные особенности данного экземпляра. Если же говорить о генезисе познания, когда новый предмет выступает как нечто необычное, уникальное, не вписывающееся в систему первоначальных наивных представлений о мире, то тогда можно говорить о выделении признаков изучаемого объекта без их дифференциации. Осознание же некоторых из них как единичных возможно лишь по мере формирования представлений об общем. Выделение общих признаков служит основой создания научных классификаций, предваряющих исследование более глубокого уровня взаимосвязей, причин и закономерностей функционирования и развития объектов.
Рассматривая гносеологические аспекты этих категорий, можно отметить также, что в разных сферах
215


научного познания выработалось своеобразное отношение к познанию общих и единичных признаков явлений. Так, для физико-математических наук единичное служит главным образом лишь ступенькой к открытию общего, а затем как бы удаляется из процесса дальнейших рассуждений, ибо само по себе единичное, как неповторяющееся, здесь обычно не представляет самостоятельного интереса.
В исторических же науках, особенно в сфере социальной истории, индивидуальные черты событий включаются как необходимый компонент в ткань исторического повествования. Поэтому историки уделяют большое внимание не только выяснению своеобразного преломления тех или иных социологических законов в определенных конкретно-исторических условиях, но и описанию отдельных исторических событий, деятельности конкретных личностей.
Задача восстановления исторической правды, преодоления обезличивания истории, ликвидации в ней «белых пятен» становится особенно актуальной в наши дни. Без научного, всестороннего анализа прошлого невозможно предвидеть будущее, успешно разрабатывать стратегию преобразования социальной действительности. Теоретическая реконструкция событий прошлого предполагает и воспроизведение особенностей конкретно-исторических ситуаций, в которых они происходили, анализ влияния (иногда очень значительного) индивидуальных особенностей отдельных личностей на ход исторического развития. Такие исследования помогают каждому человеку ощутить свою причастность к истории, выработать историческое самосознание, поднять чувство ответственности за результаты своей деятельности.
При выяснении методологических аспектов соотношения общего и единичного особое значение приобретает обоснование объективного существования общего. Так, рассматривая понятие «вид» как определенную совокупность популяций особей, способных к последующему воспроизводству потомства, обладающих рядом общих морфолого-физиологических признаков, населяющих определенный ареал, важно осознавать, что эти признаки существуют не менее объективно, чем воспринимаемые непосредственно единичные признаки конкретных особей. Их нельзя относить лишь к разряду умозрительных теоретических конструкций. Важное значение имеет также признание объективного суще- 216


ствования общих признаков общественно-экономических формаций, законов социального развития. Выяснив роль производственных отношений в функционировании и развитии общества, марксизму удалось установить общий критерий повторяемости в потоке уникальных, неповторимых событий и тем самым превратить социологию в науку. Но исследование общих черт и закономерностей исторических процессов отнюдь не означает игнорирования их индивидуальных особенностей, в частности влияния национальных традиций, деятельности классов, социальных групп и личностей на ход социального развития.
Без осознания общего невозможно научное исследование исторического развития общества. Для многих теоретиков уникальность событий прошлого, неповторимая индивидуальность конкретных людей, возглавлявших политические движения, казались непреодолимой преградой для применения научных методов. Поэтому в прошлом и сложилось среди некоторых исследователей (неокантианцев Баденской школы) мнение о том, что история и наука, формулирующая законы,— это взаимоисключающие понятия. Выделение марксизмом критерия повторяемости в развитии социальных явлений открыло путь и для исследования общего в этих процессах, для понимания целостности исторического развития.
Осознание диалектики общего и единичного имеет важное значение для практической деятельности. Одно из важных условий успешного решения задач, связанных с перестройкой всех сфер жизнедеятельности нашего общества, ускорением социально-экономического развития,— активизация человеческого фактора. Человеческий фактор противоречив по своей природе. Человек может реализовать себя в порывах героизма и мужества в труднейших ситуациях, в способности проникать в самые глубокие тайны окружающего мира, создавать величайшие произведения искусства. Но вместе с тем за явлениями преступной халатности, некомпетентности, бюрократизма, хищений тоже, к сожалению, стоит человек... Поэтому для решения современных проблем необходимо развитие и совершенствование индивидуальных особенностей людей, способствующих осуществлению курса на обновление и прогрессивное развитие общества. Это чувство ответственности за результаты своей деятельности, гражданская активность, чувство собственного достоинства
217


и уважения к другим людям и многие другие. Разумеется, эти качества формируются в деятельности коллектива, но они не смогут стать общими, устойчивыми признаками его деятельности, пока прочно не закрепились как индивидуальные особенности отдельных людей.
Другой аспект диалектики общего и единичного в практической работе — это разумное сочетание общегосударственных и индивидуальных интересов людей. Так, например, сложившийся хозяйственный механизм, и прежде всего командно-административные методы управления народным хозяйством, привел к возникновению застойных явлений в области экономики, к снижению темпов ее развития. Немаловажную роль в этом процессе играло нарушение общих и индивидуальных интересов. Оно сказалось в снижении темпов строительства учреждений, обеспечивающих удовлетворение социальных и культурных потребностей людей. Особенно недопустимо запущенное состояние учреждений здравоохранения, очень важных для реального обеспечения социальной защищенности людей. Необходимо также добиваться производства достаточного количества и качества продуктов и товаров потребления, которые люди могли бы купить на заработанные деньги, пока в значительной мере оседающие в сберегательных кассах. Только тогда можно будет говорить о создании устойчивых материальных стимулов трудовой деятельности, необходимых условий для того, чтобы каждый труженик нашего общества почувствовал себя реальным хозяином страны. Коммунистическая партия возглавила процесс беспристрастного научного анализа реалий современного состояния нашего общества, поиск путей преодоления трудностей сложившейся ситуации.
Можно отметить и еще один аспект диалектики общего и единичного. Как уже отмечалось, для решения современных практических задач очень важно всемерное развитие творческой самодеятельности масс. Этот живой опыт масс выступает и как генератор идей, новых форм общественных отношений, которые первоначально выступают как конкретные образования с индивидуальными признаками. Необходимо постоянно помнить и об общем направлении развития социалистического общества, важности сохранения его исходных принципов и завоеваний. Однако их не должны захлестывать волны стихийного развития. Это предпо- 218


лагает то, что мы должны постоянно возвращаться к теоретическому анализу социалистических принципов, выяснять, насколько признаваемые за общие интересы народа и государства направления и способы деятельности действительно соответствуют этим интересам. В решении этих вопросов должны объединиться усилия теоретиков и практических работников нашей страны.
Таким образом, категории материалистической диалектики «общее» и «единичное» играют важную роль в познании объективного мира. С помощью единичного отражается совокупность индивидуальных, неповторимых признаков конкретных предметов, событий, процессов. Категория общего позволяет выделять сходные признаки определенных групп явлений. В процессе дальнейшего познания среди таких общих признаков выделяются признаки существенные, позволяющие осознать целостность предметов, законы их функционирования и развития.
§ 2. Сущность и явление
При непосредственном восприятии мира он предстает перед человеком как бесконечное многообразие явлений. Но познание, переходя от единичного к общему, углубляется от явлений до понимания их сущности. Поэтому возникает вопрос: что такое сущность и как она связана с явлениями?
К. Маркс и Ф. Энгельс показали, что сущность как категория диалектики отражает в объективном мире такие процессы, овладев которыми можно преобразовать действительность, придать ее развитию революционный характер. Им принадлежит заслуга освобождения этой категории от той мистификации, которую она претерпела в философии Гегеля. Они подвергли научной критике Юма и Канта, отрицающих познаваемость сущности вещей.
Сущность — это категория диалектики, отражающая внутреннюю, относительно устойчивую и основную совокупность сторон, связей и отношений, определяющих природу вещей и процессов. Сущность недоступна непосредственному чувственному восприятию, но постигается в процессе теоретического мышления и практического освоения действительности. Мышление не останавливается на внешнем уровне ознакомления с действительностью, а проникает на более глубокий уро219


вень ее понимания. Явление же характеризует то, что доступно чувственному восприятию, так что с него начинается познание мира.
Явление — это категория диалектики, отражающая процесс, формы и виды обнаружения сущности, доступные чувственному восприятию.
Переходы от явления к сущности и взаимосвязи между ними сложны и многообразны. Явление магнетизма было известно еще Фалесу. А сущность магнетизма стала проясняться лишь в конце XIX в. Но это была лишь сущность первого порядка, объясняющая магнетизм состоянием электрического силового поля. Открытие положительно и отрицательно заряженных элементарных частиц углубило научные представления о сущности магнетизма. Познание идет от явлений к сущности, а от нее к использованию явлений природы и общественной жизни в соответствии с целями и потребностями людей. Сущность, которой люди не овладели, порождает и нежелательные, негативные явления.
Таковы, например, проявления бесхозяйственности в социалистическом обществе. Ее суть скрыта в системе экономических отношений, в природе хозяйственного механизма, который не учитывает личную заинтересованность людей в продуктах своего труда. Эти противоречия и призвана (среди других своих задач) разрешить перестройка. Ее сущность в том, что трудовые коллективы не на словах, а на деле становятся хозяевами на своем предприятии, полноправными представителями общества, владеющего средствами производства. Реальная власть из рук бюрократов переходит в руки самих трудящихся, а управленческий аппарат становится исполнителем их воли. Командно-административные методы руководства народным хозяйством заменяются экономическими методами.
Перестройка должна полнее раскрыть сущностные характеристики социализма, его гуманистическую природу, не на словах, а на деле осуществить девиз: все для человека, все во имя человека. «Перестройка — процесс революционный, ибо это — скачок в развитии социализма, в реализации его сущностных характеристик» 8.
Диалектика сущности и явления богата, многообраз-
8 Горбачев М. С. Перестройка и новое мышление для нашей страны и для всего мира. М., 1987. С. 48. 220


на и неисчерпаема, как неисчерпаем сам объективный мир. Между сущностью и явлением возникают и разрешаются противоречия. Явление может оказывать влияние на сущность: раскрывать или искажать ее. Негативные явления в обществе отрицательно сказывались на раскрытии сущности социалистического образа жизни и порождали искаженное представление о социализме. Диалектика сущности и явления учит, что и видимость (кажимость) имеет реальное основание, но не она сама, а сущность вещей определяет природу видимостей. В противоречии между явлением и сущностью более глубокой и в конечном счете определяющей стороной развития является сущность. Диалектика сущности и явления такова, что изменение сущности сопровождается изменением явлений. А их изменение, не ставшее массовым, всеобщим, глубоким, не сопровождается коренным изменением их сущности. Ряд отрицательных явлений в советском образе жизни не изменили в принципе и не могли изменить сущность социализма, хотя и оказали на нее деформирующее влияние. Поэтому ими отнюдь не следует пренебрегать, с ними надо решительно бороться. Закрывая глаза на явления стяжательства, властолюбия, карьеризма, бюрократизма, социальной апатии, пьянства и т. д., мы теряли способность понять сущность этих явлений. Поэтому управление социально-экономическими процессами либо оказывалось малоэффективным, либо вообще не достигало своей цели.
Не менее опасным является отрыв сущности от ее проявлений. При этом она легко может быть идеализирована, представлена упрощенно, схематично, вне живой жизни, без противоречий ее проявления и развития. Такая умозрительная идеализация сущности общественной жизни наглядно проявилась в теории развитого социализма, которая иногда выдавала желаемое за действительное.
В теории познания отрыв сущности от явлений с неизбежностью ведет к агностицизму, считающему сущность непознаваемой «вещью в себе». Другая крайность, пренебрежение к анализу явлений, порождает догматизм, когда сущность объявляется неизменной^ независимой от явлений, познанной умозрительно раз и навсегда. Чтобы преодолеть эти крайности, необходимо мыслить диалектически, анализировать явления, раскрывать в них внутреннее содержание, переходить от явлений к сущности, от сущности одного порядка к 221


сущности более высокого порядка и так далее до практического овладения конкретной ситуацией. «Тут тоже,— писал В. И. Ленин,— мы видим переход, перелив одного в другого: сущность является. Явление существенно» 9. Это очень важно учитывать в партийной и государственной работе, где каждое явление существенно. Особенно важно анализировать последствия новых явлений жизни и не скрывать сущность, на уровне которой зарождаются нежелательные тенденции. Рано или поздно она все равно проявится. Важно своевременно предвидеть новые явления, преобразовывать их в соответствии с сущностью социалистического общества, в интересах трудящихся.
Явление, не укладывающееся в ранее сложившуюся повторяемость, может привести к обнаружению новой закономерности. Рождение Совета рабочих и крестьянских депутатов в городе Иванове явилось событием, несущим в себе сущность новой формы демократии. Важно вовремя оценить такое явление, как «главное звено» в цепи событий. Это не просто. И на уровне явлений, и на уровне сущности реальная ситуация характеризуется многообразием возможных путей развития, столкновением различных точек зрения и оценок действительности.
Многообразен не только мир явлений. Многообразна и их сущность. Во-первых, многообразны проявления данной сущности. Во-вторых, реальный объект неисчерпаемо богат содержанием, познание открывает в нем сущности все более глубоких и различных порядков. В-третьих, сущность одного и того же порядка диалектически противоречива и неисчерпаема. Диалектика познания сущности включает момент плюрализма как многообразия точек зрения на пути к познанию одной и той же сущности. Относительных истин о сущности тех или иных явлений может быть много, но абсолютная истина одна.
В этой связи переосмысливается системный подход к познанию сущности. Диалектика раскрывает сущность вещей как единство многообразного. Поэтому системное понимание сущности не следует абсолютизировать. С одной стороны, здесь возможна догматиза- ция этого подхода, отождествление сущности с системой ее проявлений 10. С другой — противопоставление
9 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 227.
10 См.: Сущность и явление. Киев, 1987. С. 160— 163. 222


системного подхода диалектике, ее отрыв от конкретных методов познания.
Сущность — это не только система, но и ее отрицание. Осмысление явлений как системы — это одна из сторон, один из моментов познания сущности. «Понятие (познание) в бытии (в непосредственных явлениях),— писал В. И. Ленин,— открывает сущность (закон причины, тождества, различия etc. ) — таков действительно общий ход всего человеческого познания (всей науки) вообще. Таков ход и естествознания и политической экономии [и истории]»11. Сущность в снятом виде воплощает в себе разнообразие явлений, их сходства и различия. Но явление богаче сущности своей уникальностью. Не только системность, но и уникальность явлений представляет большой интерес для познания. В этой связи возрастает роль ценностных суждений о сущности как о «вещи для нас».
Диалектика этого процесса усложняется тем, что одна и та же сущность может быть выражена в разных проявлениях (например, налицо многообразие форм демократии). Так, сущность человека — совокупность всех общественных отношений — выражается в бесконечном многообразии неповторимых индивидуальностей, талантов, дарований, которые в своей совокупности дают более богатую картину жизни, чем наука, вскрывающая сущность человека только как «вещь в себе», безотносительно к тому, что в ней является наиболее ценным. И здесь нужно применять критерий практики, чтобы знание о человеке само было человечным, гуманным по своему содержанию.
В отдельных случаях сходные явления могут быть выражением различных сущностей (например, могут быть одинаковыми некоторые проявления научно-технической революции в различных социальных системах, что усиленно рекламируется сторонниками теории конвергенции, не обращающими внимания на различие сущности этих явлений). Сущность — гораздо более устойчивое состояние связей и отношений, чем явление, но и она изменчива. Например, социальная сущность человека не остается неизменной при смене общественно-экономических формаций.
Когда речь идет о процессе познания, то необходимо иметь в виду, что явление не всегда адекватно отражает сущность. Иногда ее обнаружение может принимать
11 Ленин В. И. Поли', собр. соч. Т. 29. С. 298.
223


искаженную форму. Искаженное проявление сущности называется видимостью, кажимостью. Миражи в пустыне — классический пример видимости. Но элемент видимости присущ и обычным явлениям. Более того, иногда видимость создается сознательно. Даже бюрократизм может принимать видимость демократии. Наука призвана отличать видимость от явления, а явление — от сущности. Диктатура буржуазии в капиталистическом обществе скрывается под видимостью демократии. Если бы явление и сущность совпадали, то не было бы необходимости в существовании науки. Как подчеркивал К. Маркс, «...задача науки заключается в том, чтобы видимое, лишь выступающее в явлении движение свести к действительному внутреннему движению...» 12.
Примером может быть выяснение К. Марксом подлинной роли конкурентной борьбы в капиталистическом обществе. Так, обнаруживаются факты, которые кажутся противоречащими определению стоимости рабочим временем и природе прибавочной стоимости, созданной неоплаченным прибавочным трудом. К. Маркс писал, что «в конкуренции все проявляется в искаженном виде. Тот сложившийся уже вид экономических отношений, который выступает на поверхности, в их реальном существовании, а следовательно и в тех представлениях, при помощи которых пытаются уяснить себе эти отношения их носители и агенты, весьма сильно отличается от их внутреннего, существенного, но скрытого основного содержания и на деле искажает его и противоречит как ему самому, так и соответствующему ему понятию» 13. На основе анализа подобных расхождений сущности и явления, понимания причин возникновения «кажимости» можно сделать методологический вывод о том, что не нужно бояться формулировать гипотезы, которые иногда противоречат привычным представлениям.
При этом необходимо творчески применять различные научные методы (эксперимент, наблюдение, моделирование, гипотезу, исторический метод, метод восхождения от абстрактного к конкретному и др.)« Показывая ограниченность описательного подхода к действительности, марксизм подчеркивает, что только знание сущности — основа для научного предвидения и пре-
12 Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. Т. 25. Ч. I. С. 343.
13 Там же. С. 228.
224


образования реальности. Представители утопического социализма давали яркое описание противоречий капиталистического общества, в том числе и критику его пороков, но, не познав достаточно глубоко его сущность, не смогли найти реальных путей его преобразования.
Важное значение для анализа процесса познания имеют также ленинские положения о переходе в процессе исследования от явления к сущности и от сущности первого порядка к сущности второго порядка и так далее без конца 14. Это значит, что по мере развития познания мир сущностей раскрывается полнее и глубже. С каждым великим открытием он предстает иным, обнаруживающим новые стороны. В практической деятельности важно стремиться к преобразованию действительности на основе знания ее наиболее глубокой сущности. И в то же время наиболее глубокая сущность обладает более гибкими и многообразными формами своего проявления. Иногда это проявление оказывается необычным, неожиданным, противоречащим здравому смыслу. К таким явлениям наука должна относиться с особым вниманием. Их осмысление иногда приводит к совершенно новым идеям, к качественно новым гипотезам.
В процессе перестройки основных сфер общественной жизни огромное значение приобретает изучение таких новых явлений в экономике, как бригадный подряд, самофинансирование и самоокупаемость, хозрасчет, индивидуальная трудовая деятельность, аренда. Важное значение обретает анализ сущности этих явлений, исходящий из необходимости предоставить широкие возможности самоуправления трудовым коллективам. От сущности первого порядка — расширения демократии партия идет к сущности второго порядка — к всестороннему самостоятельному творчеству масс в политической и экономической жизни и к развитию соответствующих форм проявления этой сущности. Таким образом, диалектика сущности и явления становится руководством к действию, приобретая не только теоретическое, но и практическое значение.
§ 3. Причина и следствие
Переходя к анализу взаимосвязи категорий «причина» и «следствие», необходимо отметить, что их понимание,
11 См : Ленин В. И. Поли. собр. соч. 'Г. 29. С. 227
8 Диалектический материализм
225


оценка их места в познании мира до сих пор вызывают острые дискуссии. Эти категории особенно тесно связаны с решением важнейших мировоззренческих проблем: с выяснением источников и движущих сил развития природы, причин преобразования социальных отношений и поступков отдельных людей.
Причина — это философская категория, отражающая такое взаимодействие одних сторон, процессов, состояний объекта с другими, в котором первые вызывают возникновение или изменение других сторон, процессов, явлений. Порожденное или вызванное к жизни явление называется следствием. Между причиной и следствием существует противоречивая диалектическая связь, присущая вообще процессу развития и взаимодействия в природе и обществе.
Учение, признающее объективность причинно-следственных отношений, называется детерминизм. Учение, отрицающее причинность в природе и обществе, носит название индетерминизм.
Марксизм, признавая объективную взаимосвязь и обусловленность явлений (т. е. занимая позицию детерминизма), рассматривает причину и следствие как важные аспекты, стороны этой взаимосвязи. Ф. Энгельс писал: «Чтобы понять отдельные явления, мы должны вырвать их из всеобщей связи и рассматривать их изолированно, а в таком случае сменяющиеся движения выступают перед нами — одно как причина, другое как действие» 15.
Необходимо вдуматься в смысл этого положения. Дело в том, что нередко можно встретить неверную интерпретацию выражения о том, что причина — это явление или группа явлений, которые предшествуют другим явлениям и вызывают их (т. е. производят следствие). Важно понять, что на первый план нужно поставить не сами отдельные явления, а процессы взаимодействия между ними. Так, главная причина социальных революций — конфликт между устаревшими производственными отношениями и ушедшими далеко вперед по своему характеру и уровню развития производительными силами. Важнейшая причина существования организмов — определенное взаимодействие их со средой, обмен веществ между ними и средой.
В отличие от метафизиков, устанавливающих жесткую связь между этими категориями и конкретными
15 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 546—547. 226


явлениями, а потому склонных рассматривать последние только как причину или только как следствие, Ф. Энгельс подчеркивал, что при выяснении сути конкретного случая причинно-следственных отношений в его общей связи со всем мировым целым «эти представления сходятся и переплетаются в представлении универсального взаимодействия, в котором причины и следствия постоянно меняются местами...» 16. Познание причин рассматривается как более глубокий уровень знаний, как переход от констатации сосуществования явлений к анализу отношений их взаимозависимости. Важнейшее место в этом процессе занимает практика, ибо «благодаря деятельности человека и обосновывается представление о причинности, представление о том, что одно движение есть причина другого» 17.
Категорию причины нужно отличать от других близких понятий. Прежде всего это «условия», которые обеспечивают необходимую среду для действия причины, но сами по себе не могут вызвать следствий (например, определенное состояние биосферы является необходимым для нормального функционирования общества, но само по себе это состояние не может рассматриваться как основная причина его развития). Существует также понятие «повод» для характеристики действий, которые предшествуют возникновению следствия и могут использоваться для маскировки истинных причин, а иногда и специально создаются для этих целей (например, повод для обострения международной обстановки, развязывания войны и т. д.). Для познания и преобразования действительности необходима конкретизация понятий: «причина», «условие», «повод», «источник развития».
Раскрывая основные черты причинно-следственных отношений, диалектический материализм подчеркивает объективный характер связи, отражаемой с помощью этих категорий. Она рассматривается как одно из проявлений самодвижения материального мира. При таком ее понимании марксизм противостоит не только откровенным представителям объективного идеализма, но и многочисленным течениям современной буржуазной философии и социологии (Р. Арон, Д. Белл, К. Поппер и др.), которые пытаются сохранить видимость защиты позиций реализма, здравого смысла, но предпочитают
16 Там же. С. 22.
17 Там же. С. 545. 8*
227


рассматривать причинность лишь как чисто гносеологическую категорию, созданную для удобства описания последовательности явлений, но не ймекнцую объективного содержания. Признавая вторичность следствия по отношению к породившей его причине, необходимо понять, что оно в свою очередь становится активной силой изменения условий, вызвавших его появление. Здесь действует обратная связь. Но при этом принцип причинности следует понимать вполне определенно: одна и та же причина в сходных условиях вызывает аналогичные следствия. В то же время причинная связь не сводится к однозначной зависимости. Она носит в известном смысле вероятностный характер, диалектически воплощая в себе определенность и некоторую неопределенность результатов взаимодействия. Тем более важно поэтому различать внутренние и внешние, главные и второстепенные, объективные и субъективные причины и их сложные переплетения, что необходимо для более глубокого анализа процессов и для выбора наиболее эффективных способов практической деятельности.
Категории «причина» и «следствие» являются «ступеньками познания мира», поэтому они выполняют важные гносеологические, мировоззренческие и методологические функции. В различных областях познания эти функции проявляются своеобразно в зависимости от целей и задач, стоящих перед наукой и практикой. Так, в исторических науках наблюдается переход от познания следствия («следов» прошлых событий, зафиксированных в геологических структурах, памятниках социальной культуры) к выяснению причин, вызвавших их появление. Для социологии же характерно стремление делать прогнозы, предвидеть следствия на основе анализа современных процессов как потенциальных причин, которые определяют ход будущих событий.
Мировоззренческо-методологические требования, вытекающие из диалектико-материалистического понимания соотношения причины и следствия, выражаются и в том, что для понимания явлений окружающего нас мира необходимо искать причины в самой объективной действительности, не прибегая к помощи таинственных, сверхъестественных сил. В то же время надо не упрощать эти причины, раскрывать диалектику их действия. «Каузальность,— подчеркивал В. И. Ленин,— обычно нами понимаемая, есть лишь малая частичка всемирной 228


связи», а причину и следствие он рассматривал как «моменты всемирной взаимозависимости, связи (универсальной), взаимосцепления событий», как «звенья в цепи развития материи» 18.
В партийной работе важно понять эти звенья в их сцеплении с причастной к ним сферой действительности и с целями преобразования существующих ситуаций, со степенью готовности трудящихся масс к сознательной творческой деятельности. И здесь важно опираться на науку, на конкретные социологические исследования, на опыт трудовых коллективов.
Вместе с тем необходимо помнить, что процесс познания бесконечен, поэтому причины некоторых наблюдаемых явлений будут уточнены и поняты глубже по мере развития науки и практики. Диалектика требует всестороннего исследования причинно-следственных связей, предостерегая от узкого эмпиризма, от схематизма, от внешней описательности следования событий одного за другим, к чему иногда и сводится наша историческая наука.
Поскольку с изменением конкретно-исторических условий одна и та же причина может вызывать разные следствия и одно и то же следствие может быть вызвано разными причинами, то, обнаружив следствие, нельзя делать поспешных выводов о его причинах, принимая за истину первое подходящее объяснение; необходимо проводить более глубокое исследование. И наконец, диалектический материализм, показывает В. И. Ленин, неоднократно подчеркивал относительность, неполноту представлений о причинности в той или иной отдельной частной науке. Абсолютизация механических представлений о причинности до сих пор оказывает свое влияние на естествоиспытателей. Лапласовский детерминизм обнаружил свою ограниченность уже в начале XX в. Однако новая форма детерминизма рождалась в мучительной идейной борьбе диалектики с метафизикой. Этот процесс в научном мышлении осознавался как смена жесткого, механистического понимания причинно-следственных связей, характерного для лапласовского детерминизма, более гибким пониманием, признающим Ii вероятностный характер этих связей, для исследования которых должны применяться методы теории вероятности, теории игр. Диалектико-материалистический детерминизм являлся философским обобщением дости-
См.: Ленин В. И. Поли, собр соч. Т. 29. С 144, 143.
229


^ений научной мысли и уроков того кризиса, который она пережила в начале XX в. Идея многообразия причинных связей ныне вошда в методологию конкретных наук и стала своеобразным проявлением нового диалектического мышления.
При анализе действия принципа причинности в физике было выдвинуто мнение о необходимости различать простую причинно-следственную связь и связь состояний. Последняя может быть вызвана не предшествующим состоянием объекта, а более глубокими и многообразными основаниями. В квантовой механике это особенно важно: переход электрона из одного состояния в другое носит вероятностный характер, хотя в целом он причинно обусловлен, и это явление становится объяснимым, когда учитывается взаимодействие элементарной частицы с прибором, с физическими полями и другими частицами.
В социальном познании механизм взаимодействия причин и следствий еще более сложен. Чтобы разобраться в нем, необходимо различать объективные и субъективные причины социальных событий и изменений, учитывать своеобразие способов воздействия на эти причины. Когда речь идет о формировании активной жизненной позиции человека в социалистическом обществе, то необходимо не только воздействовать на сознание людей, но и совершенствовать общественные отношения, развивать демократию, гласность, шире обеспечивать социальную справедливость, улучшать организацию труда. Поэтому за воспитание человека, формирование его жизненной позиции, за развитие его творческих способностей несут ответственность не только общественные организации, но и хозяйственные руководители. Далее, поскольку одно и то же следствие (например, повышение производительности труда на данном предприятии) может быть получено с помощью разных причин, то необходимо осознавать весь спектр возможных путей достижения желаемых целей и выбрать из них наиболее гуманные и эффективные.
Особенно возрастает значение анализа причинных связей в период коренной перестройки общественных отношений. В наши дни, когда партия поставила целью наиболее полное раскрытие всех возможностей и преимуществ социалистического общества, выясняется, что осуществлению перестройки мешает сопротивление сил бюрократизма, сторонников командно-административного руководства экономикой. Для того чтобы нейтра230


лизовать это действие, необходимы широкое развитие демократии, гласности и теоретический анализ причин, вызвавших появление культа личности в нашей стране, и реальных социальных сил, заинтересованных в сохранении его последствий. Эти силы смогли в 60—70-х годах парализовать тенденции к демократизации страны, обозначившиеся после XX съезда КПСС, и довели страну до такого состояния, когда образовался механизм торможения социально-экономического развития, обнаружилась коррозия социально-политических и нравственных ценностей.
Причины негативных явлений в обществе необходимо не только распознавать, но и уметь устранять или нейтрализовать их проявление. Только в этом случае принцип причинности становится не только методологическим принципом познания, но и руководством к действию. В партийной и государственной работе важно различать необходимые связи между причиной и следствием и случайные зависимости. Наука не пренебрегает случайностями. Она призвана раскрывать конкретную диалектику случайного и необходимого в реализации причинно-следственных связей.
Не менее важно учитывать обратное влияние следствий на причины, обратную связь между ними. В реальной жизни следствия сами превращаются в причины, поэтому важно видеть не только непосредственные следствия наличной причины, но и возможные превращения их самих в причины нежелательных явлений. При проектировании новых строек у нас это часто недооценивалось, что вызывало такие последствия, как загрязнение рек, атмосферы, снижение качества плодородных земель, эрозия почвы и т. д. Глубокое понимание диалектики причинно-следственных связей помогает предвидеть отдаленные последствия практических действий. И в этом ее методологическое значение.
§ 4. Случайность и необходимость
Анализ причин и следствий в объективном мире показывает, что связь между ними может носить необходимый или случайный характер. Выделение необходимых и случайных связей важно и для понимания сущности любых явлений в природе, обществе и мышлении.
Для современной науки характерно особое внимание к исследованию категории случайности, с чем в значительной мере связано широкое распространение ве231


роятностных методов, примейение статистических и системных методов познания. Эта категория становится существенным компонентом современного стиля научного мышления.
Классики марксизма дали основательную критику метафизического подхода к пониманию соотношения необходимости и случайности, который выражается прежде всего в том, что каждая конкретная связь, процесс рассматриваются только как случайные или только как необходимые. Можно сказать, что автомобильная авария — это случайность по отношению к существованию и деятельности шофера и пешехода. Но наступает такой момент, исчисляемый иногда долями секунды, когда пешеход уже не может уклониться от столкновения, а шофер не может затормозить движение транспортного средства. И тогда автомобильная авария становится необходимой (здесь в том смысле, что она уже неизбежна). Поэтому необходимость и случайность нельзя рассматривать как категории, характеризующие лишь различные, четко отграниченные друг от друга явления или процессы.
Другое проявление метафизического подхода к пониманию соотношения необходимости и случайности выражается в том, что необходимое признается лишь единственно достойным научного интереса, а случайность — чем-то несущественным для науки. «Это значит: что можно подвести под всеобщие законы, то считается необходимым, а чего нельзя подвести, то считается случайным» 19. Но при такой точке зрения прекращается всякая наука, ибо наука должна исследовать как раз то, что мы не знаем. В такой ситуации некоторые ученые начинают приписывать случайным событиям сверхъестественные причины и тем самым выходят за рамки собственно научного исследования.
Иногда пытаются доказать, что в мире существует только необходимость, а случайность относится лишь к миру иллюзий, кажимости. В сущности отрицание случайности приводит к тому, что сама случайность возводится в ранг необходимости. Оценивая подобный подход, Ф. Энгельс писал, что «с необходимостью этого рода мы тоже еще не выходим за пределы теологического взгляда на природу» 20. И здесь уже не столь
19 Маркс КЭнгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 533.
20 Там же. С. 534.
232


важно, как называется эта жесткая предопределенность развития — судьбой, богом или необходимостью.
В отличие от метафизического материализма в марксистской философии признается объективное существование необходимых и случайных связей. Необходимость понимается как выражение преимущественно внутренних, устойчивых, повторяющихся связей, основных направлений развития действительности. Случайность выражает несущественные, неустойчивые, преимущественно внешние единичные связи. Случайность характеризует и результат перекрещивания независимых причинных процессов. Это форма проявления и дополнения необходимости. По сути дела нет абсолютно случайных или необходимых связей.
Признание объективного существования необходимости и случайности важно для развития познания. Если мы отрицаем необходимые связи, то научное познание лишается своей основы, оно не сможет подняться выше эмпирического описания отдельных свойств наблюдаемых объектов как равнозначных, а вместе с тем и безразличных друг другу. Но главная цель науки — открытие законов объективного мира, т. е. общих, существенных, необходимых, повторяющихся связей. Только в этом случае теоретическое знание сможет выполнять свои важнейшие функции — объяснение и предсказание, служить основой целенаправленной деятельности людей. Отрицание же объективного существования случайности приводит к фатализму, к признанию жесткой предопределенности каждого события, к отрицанию возможности выбора, в конечном счете к игнорированию роли субъективного фактора в общественном развитии.
Но и в рамках самой теории диалектического материализма существуют различные подходы к пониманию соотношения необходимости и случайности. Так, в одной из работ говорится: «Необходимость — это внутренняя, существенная связь, вытекающая из коренных особенностей явления; то, что при наличии определенных условий обязательно должно произойти. Случайность же имеет внешний по отношению к данному явлению характер. Она обусловлена побочными факторами, не связанными с сущностью этого явления. Это то, что в данных условиях может произойти, а может и не произойти, может совершиться так, а может и по- 233


другому»21. Также и во многих других исследованиях подчеркивается, что случайными мы называем те свойства и связи, которые имеют причину своего существования в другом, обусловлены стечением внешних обстоятельств. Необходимые связи определяются внутренней природой объекта и при соответствующих условиях возникают неизбежно 22.
Но в нашей философской литературе разрабатывается и другой подход к пониманию соотношения этих категорий23. В сущности обсуждаются два аспекта приведенных выше определений. Насколько правильно утверждать, что случайные связи событий обусловлены внешними причинами, не имеют основания во внутренней природе объекта? Можно ли необходимость осуществления тех или иных связей, последовательность событий однозначно связывать с их неизбежностью? На оба этих вопроса дается отрицательный ответ, который обосновывается серьезными аргументами.
Как отмечают советские исследователи, принятое ранее понимание соотношения этих категорий соответствовало главным образом характеру явлений, изучавшихся в рамках классической физики. Но оно годится, когда рассматривается конечная, изолированная от внешних воздействий система. По мере расширения границ материальных систем роль внешних воздействий уменьшается, но случайности не устраняются. И источник этих случайностей нужно искать внутри системы. Более гибкого понимания соотношения необходимости и случайности требуют и исследования в области статистической физики, квантовой теории, теории игр, информатики и экологии. Если же связывать необходимость только с внутренними причинами, а случайность с внешними, то происходит отрыв этих категорий друг от друга. В сущности одни и те же процессы связи в разных отношениях могут рассматриваться как необходимые или случайные. Так, например, обмен веществ, взаимодействие ассимиляции и диссимиляции в организме являются совершенно необходимыми для его функционирования и развития, но для этого недостаточно внутренних связей, присущих организму. Здесь происходит постоянное взаимодействие организма с
21 Краткий словарь по философии. М., 1979. С. 200.
22 См.: Диалектический материализм. М., 1974. С. 254.
23 См.: Барановский Н. В. О причинной обусловленности случайно- сти//Философские науки. 1963. № 6. С. 129— 130; Пилипенко Н. В. Диалектика необходимости и случайности. М., 1980. 234


окружающей, бесконечной по окоему содержанию, средой.
Накопление случайных отношений в процессе развития организмов приводит к возникновению новых видов, т. е. к изменению существенных признаков. Формирование человека как социального существа невозможно без его постоянного взаимодействия с другими людьми, его включения в объективно-историческую деятельность.
Все эти рассуждения и позволяют сделать вполне правомерный вывод о том, что необходимость и случайность как определенные формы взаимосвязи, последовательности явлений и процессов вызываются как внутренними, так и внешними причинами. «Но первая — результат регулярных, постоянных причин, выражает устойчивое, не изменяющееся в структуре объективного мира. Вторая — следствие нерегулярных, непостоянных причин, выражает подвижное, меняющееся в структуре действительности» 24.
Такое уточнение содержания категорий имеет важное методологическое значение. Когда мы, например, исследуем особенности современного социалистического общества, то выделяем его необходимые и случайные связи, необходимую и случайную последовательность событий. Необходимо то, что определяется природой социализма, существованием социалистической собственности на средства производства, отсутствием враждебных классов и т. д. Тогда существование таких явлений, как бюрократизм, взяточничество, и подобных им негативных явлений попадает в разряд случайных. Но если до недавнего времени их истоки искали только в пережитках прошлого или во влиянии буржуазной пропаганды, то теперь внимание направлено на поиск внутренних причин подобных деформаций социализма, хотя эти причины по своей значимости, характеру отличаются от причин, определяющих особенности социализма как общественного строя.
Выделение необходимых и случайных связей имеет важное значение для познания объективных процессов. Каким образом обосновывается необходимая связь явлений? Как отмечал Ф. Энгельс, «эмпирическое наблюдение само по себе никогда не может доказать достаточным образом необходимость» 25. Так, лишь из по-
24 Материалистическая диалектика как научная система. С. 171.
25 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 544. 235


стоянного наблюдения утреннего восхода солнца еще не вытекает необходимость постоянного повторения этого события. Но у человека появляется важное средство исследования необходимых связей. Это его практическая деятельность и эксперимент, на основе которых при последующем теоретическом анализе устанавливаются не только причинные, но и необходимые зависимости явлений.
В процессе возникновения новых явлений их признаки (на уровне наблюдения) могут представляться как случайные. Но обычно уже на уровне эмпирического познания и здравого смысла устанавливаются некоторые необходимые, регулярные зависимости между явлениями. Однако в полной мере необходимые связи устанавливаются с помощью теоретического мышления. Важное значение в этом процессе имеет генетический и структурный анализ явлений. В некоторых науках, например в классической механике, необходимость прослеживается как бы в очищенном от случайности виде, неизбежность наступления событий предсказывается с полной определенностью. Здесь действуют динамические законы. Но в других сферах действительности, где преобладают случайные связи и отношения, действуют статистические законы. В этой сфере на основе знаний о начальном состоянии объекта можно лишь с определенной степенью вероятности предсказать его последующие состояния. Нужно отметить, что между динамическими и статистическими законами не существует абсолютной противоположности. Некоторые системы, например социальные, включают как динамические, так и статистические законы. В других случаях динамические законы можно рассматривать как предельные случаи действия статистических законов, если вероятность наступления событий приближается к единице.
Нередко встречающееся выражение «наука — враг случайностей» нужно рассматривать как недостаточно корректное. Дело в том, что в разных сферах научной деятельности существует различное отношение к случайности. Например, если классическая механика стремилась к исключению случайности и получению необходимых следствий из данной совокупности условий в чистом, не замутненном никакими посторонними влияниями виде, то существуют науки, в которых случайные взаимодействия являются основным предметом исследования. Анализ случайных процессов порою ока236


зывается единственным способом открытия закономерностей в природе.
Особое значение приобретает исследование необходимых и случайных связей в функционировании и развитии общественных явлений. В отличие от физических процессов, изучаемых в рамках классической физики, где существуют жесткие зависимости, преобладают связи, реализуемые однозначно, без наличия различных вариантов, для общества характерно многообразие пересекающихся зависимостей. Эту сложность и многогранность социальных систем необходимо исследовать для того, чтобы избежать одностороннего, граничащего с фатализмом понимания истории. Так, К. Маркс в письме Л. Кугельману от 17 апреля 1871 г. отмечал, что «творить мировую историю было бы, конечно, очень удобно, если бы борьба предпринималась только под условием непогрешимо-благоприятных шансов. С другой стороны, история носила бы очень мистический характер, если бы «случайности» не играли никакой роли. Эти случайности входят, конечно, и сами составной частью в общий ход развития, уравновешиваясь другими случайностями. Но ускорение и замедление в сильной степени зависят от этих «случайностей», среди которых фигурирует также и такой «случай», как характер людей, стоящих вначале во главе движения» 2 . В своей работе «Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта» К. Маркс блестяще раскрыл роль таких «случайностей».
Подобные мысли мы встречаем и у Ф. Энгельса. Так, раскрывая сущность материалистического понимания истории, он писал, что «производство и воспроизводство действительной жизни» лишь в конечном счете является определяющим моментом исторического процесса. На ход исторического развития оказывает влияние не только экономическое положение как базис, но и различные моменты надстройки, которые во многом определяют форму протекания исторических процессов. «Существует взаимодействие всех этих моментов, в котором экономическое движение как необходимое в конечном счете прокладывает себе дорогу сквозь бесконечное множество случайностей... В противном случае применять теорию к любому историческому периоду было бы легче, чем решать простое уравнение первой
26 Там же. Т. 33. С. 175. 237


степени»27. Деятельность конкретных исторических личностей и выступает как форма проявления и дополнения экономической необходимости.
Анализ соотношения необходимости и случайности был бы неполным без выявления отношения человека к необходимости. Оно раскрывается с помощью категорий свободы и необходимости. Для марксизма свобода — это осознание необходимости объективных законов функционирования и развития природы и общества, реальная возможность выбора целей и средств деятельности, основанная на знании этих законов. Как подчеркивал Ф. Энгельс, свобода состоит не в воображаемой независимости от законов природы, а в разумном использовании познанных законов в своей деятельности, в способности принимать решения со знанием дела. Возможности человека получать необходимые ему знания и использовать их в своей деятельности постоянно развивались. Поэтому «каждый шаг вперед на пути культуры был шагом к свободе»28.
На каждом этапе своего развития люди осуществляют свою деятельность в определенных конкретно-исторических условиях. Поэтому и необходимость выступает для них как конкретная детерминация их действий этими условиями, законами, традициями, уровнем развития материальной и духовной культуры. Свобода определяется также степенью зрелости самих общественных отношений, которая обусловливает богатство реальных возможностей, а вместе с тем и больший диапазон выбора. На степень свободы влияет знание общественных законов функционирования и развития общества, без которого люди вынуждены приспосабливаться к окружающей действительности с помощью далеко не самого эффективного метода проб и ошибок. На свободу деятельности человека в жизни влияет и мировоззрение, включающее систему ценностей, которое позволяет осознать направление деятельности, сформировать ее цели, а также способность найти наиболее адекватные средства осуществления поставленных целей. В этом могут выражаться наиболее важные аспекты реализации свободы как осознанной необходимости.
Но свобода в понимании марксизма — это не только индивидуальная свобода, но прежде всего способ-
27 Там же. Т. 37. С. 395.
20 См. там же. Т. 20. С. 116.
238


ность класса, общества в целом разумно организовывать свою жизнедеятельность. Основное же направление — это движение к созданию такой ассоциации, где «свободное развитие каждого является условием свободного развития всех»29. Важнейшие условия достижения этой цели — преодоление отчужденного характера труда, т. е. закабаления человека созданными им средствами производства, предоставление каждому возможности «развивать во всех направлениях и действенно проявлять все свои способности, как физические, так и духовные...»30. Эти цели и реализуются в социалистическом обществе.
Осознание этих целей оказывает влияние и на нашу сегодняшнюю деятельность. Свободное развитие индивидуальности, предоставление возможности выбора (вида деятельности, жизненной позиции, способа реализации заработанных денег и т. д.) — одно из важных условий развития творческой активности человека, осознания себя хозяином своей страны. Это и важный аспект демократии, развитие которой так необходимо в наши дни.
В современной практической деятельности советских людей важно разграничивать необходимые и случайные связи. Перестройка всех сфер жизнедеятельности нашего общества выступает как общественная необходимость. Она обусловлена внутренними существенными потребностями развития, без ее осуществления невозможно преодолеть застойные явления в экономике, успешно решать основные задачи социальной политики. Но эта необходимость должна принимать и конкретное выражение. Нельзя заранее запланировать все реальные формы осуществления этой задачи, предвидеть все последствия предпринимаемых действий. Поэтому очень важно внимательно изучать все формы проявления «живого творчества масс», все отклонения от установившихся стереотипов деятельности. Эти «случайности» могут послужить началом новых способов организации трудовой деятельности, форм управления и совершенствования общественных отношений.
Установление социалистических производственных отношений, планомерное развитие народного хозяйства создают принципиально новые возможности для целенаправленного преобразования общественных отноше-
29 Там же. т. 4. С. 447.
30 Там же. Т. 20. С. 305.
239


ний, устранения неблагоприятных для прогрессивного развития случайностей. Но эти возможности не реализуются автоматически. Для их реализации требуется огромная организаторская работа, направленная на охрану окружающей среды, внедрение достижений науки и техники в производство, повышение компетентности и культурного уровня трудящихся, их ответственности за результаты своих действий.
Таким образом, необходимость и случайность используются для характеристики многообразных связей объективного мира. Необходимость выражает устойчивые, повторяющиеся, преимущественно внутренние связи, характеризующие основные направления функционирования и развития процессов и явлений. Случайность же раскрывает неустойчивые, нерегулярные, единичные связи. Это — форма проявления и дополнения необходимости. Необходимость и случайность могут выделяться лишь по отношению к определенной системе связей. В процессе развития случайность может превращаться в необходимость, а необходимость в случайность. Для глубокого и всестороннего познания мира, вычленения его основных тенденций, осуществления научного продвижения важно исследование как необходимых, так и случайных связей. Это создает прочную основу для познания объективных законов и использования этих знаний в практической деятельности.
§ 5. Возможность и действительность
Уже рассматривая соотношение необходимости и случайности, мы вынуждены были прибегать к категориям возможности и действительности. С помощью этих категорий анализируется процесс возникновения нового, которое до своего появления в конкретной форме оценивается как возможность, т. е. как определенная система объективных условий, предпосылок, тенденций, взаимодействие и развитие которых и приводит к возникновению новых свойств, качеств объектов, новых событий, как способность материальных объектов переходить в иное качественное состояние.
Действительность как категория диалектики выражает осуществленную возможность. В широком же значении действительность рассматривается как общее философское понятие, охватывающее сферу не только реализованных возможностей, но и предпосылок воз- 240


никновения новых явлений. В этой сфере реально существуют не только оформившиеся объекты и процессы, но и их возможности. Обсуждая вопрос о границах возможности и действительности, некоторые авторы31 считают, что возможность нельзя отождествлять с предпосылками явлений, ибо эти предпосылки уже существуют как реальность. Но очевидно, эти явления нужно рассматривать в разных системах связей. Так, определенный уровень развития производительных сил капиталистического общества, степень развития классовой борьбы и т. д. существуют как реалии капитализма, но они же определяют и возможность социалистической революции именно как возможность, как способность перейти в другое состояние, но еще не сам переход. Высказывается также сомнение в том, что возможность следует определять ка*к тенденцию развития, ибо тенденция — процесс, некоторые стадии которого уже переходят в действительность. На помощь в данном случае также может прийти выделение системы связей и дополнение характеристики возможности способностью объекта переходить в другое качественное состояние.
Действительность как категория противополагается возможности, рассматривается как осуществленная возможность. Но существует и другой подход, когда категория действительности неразрывно связывается с иными категориями. Так, в одной из работ говорится: «Действительность есть не просто все существующее (действительность в так называемом широком смысле), а существующее лишь как необходимость и закономерность, при этом случайное и несущественное мы не включаем в понятие действительности, хотя оно и существует в данное время»32. Такой подход к пониманию соотношения этих категорий опирается на определенную философскую традицию. Так, хотя в работах Гегеля действительность и определяется как «ставшее непосредственным единство сущности и существования, или внутреннего и внешнего»33, но в ходе рассуждений он предпочитает связывать действительное с не-
См.: Ле Хыу Танг. Возможность и ее соотношения с категориями «случайность», «вероятность» и «необходимость» // Философские науки. 1984. № 3. С. 113—121.
Сухотин А. /С К вопросу о содержании категории действительности и ее отношении к необходимости // Философские науки. 1960. -Vo 4. С. 49.
33 Гегель. Соч. T. I. С. 238.
241


обходимым: «То, что неразумно, именно поэтому не должно рассматриваться как действительное»34. Тогда и поэт не может рассматриваться как действительный поэт, если он не умеет создать ничего разумного. Мы же считаем, что действительность как реализованная возможность включает существенные и несущественные, необходимые и случайные связи.
В философской литературе различаются формальные и реальные возможности. К формальным относятся возможности, основанные на действии случайных, побочных по отношению к основным тенденциям факторов (например, возможность превращения турецкого султана в римского папу). Поэтому, как писал в свое время Гегель, никто так много не рассуждает о подобных пустых или формальных возможностях, как «политики пивных», для которых все возможности становятся равными, а в сущности одинаково невозможными.
Реальные же возможности связаны с определенными тенденциями развития, действием объективных законов. Здесь различают абстрактные возможности, которые не противоречат действию этих законов, но далеки от своего превращения в действительность, и конкретные возможности, для превращения которых в действительность уже созрели достаточные условия. Как уже видно из определения, между этими видами возможностей существуют тесная связь и взаимопе- реходы. То, что в одних условиях существовало как абстрактная возможность (например, возможность возникновения экономических кризисов с появлением товарного производства), в других условиях становится конкретной возможностью, а затем превращается в действительность.
При анализе этих взаимопереходов необходимо прежде всего обратить внимание на то обстоятельство, что в объективной действительности могут существовать альтернативные конкретные возможности победы или поражения тех илт других социальных сил на определенных этапах исторического развития. Например, на первых этапах развития социалистической революции существовали конкретные возможности ее победы или поражения, ибо за этими тенденциями стояли реальные классы. В современных условиях существуют конкретные возможности как предотвраще-
34 Там же. С. 239. 242


ния, так и развязывания новой мировой войны. Поэтому, когда речь идет об анализе конкретных социальных возможностей, важно подчеркнуть роль субъективного фактора в осуществлении тех или других тенденций общественного развития.
Когда ставится вопрос о степени многообразия существующих возможностей в разных сферах социальной действительности, то определенный интерес представляет замечание-предположение советского исследователя П. В. Волобуева: «...особенность исторического процесса такова, что по мере удаления от базиса и перехода в сферу политической и особенно идеологической надстройки возрастает и вариантность разви- тия,^ следовательно, и спектр возможностей выбо- ра»35. Если исходить из сопоставления уже реализованных возможностей (ибо анализ неосуществленных возможностей еще только начинается), то можно согласиться с тем, что в области политической деятельности набор форм значительно богаче, чем в сфере экономики. Но растет ли это богатство вариантов по мере удаления сферы деятельности от базиса? Вряд ли возможен однозначный ответ на этот вопрос. Создание научных теорий определено конечной целью — адекватным отражением объективного мира. Творчество в сфере морали детерминируется сложившимися нормами и традициями. Казалось бы, бесконечный простор для создания новых вариантов открывает самая удаленная от экономического базиса форма общественного сознания — религия. Но именно в ней преобладает консервативное содержание, сохраняющееся веками. Пожалуй, наиболее раскрепощенная сфера деятельности — это художественное творчество. Здесь допустимо создание любых сказок, мифов, аллегорий, абстрактных образов, раскрывающих не только богатство окружающего мира, но и многообразие различных возможностей творческой природы человека.
Один из вопросов, который занимает умы философов,— это выяснение возможностей и границ человеческого познания. Способны ли мы познать причины и сущность объектов окружающего нас мира? Имеем ли мы возможность до конца познать бесконечную Вселенную? Это разные вопросы, но ответ на них может быть получен только с позиций материалистической
35 Волобуев П. В. Выбор путей общественного развития: теория, история, современность. М., 1987. С. 35—36. 243


диалектики, марксистско-ленинского понимания практики. Так, можно сказать, что не существует границ для возможности человека познавать причины, сущности, законы объектов, с которыми он взаимодействует в процессе своей деятельности. В этом же и ответ на второй вопрос — человек способен познавать любой объект бесконечной Вселенной, если сможет установить с ним взаимодействие в процессе своей деятельности, сможет «дотянуться» до него.
В научном познании особую важность приобретает разграничение понятий возможности и невозможности. Необходимо знание объективных законов функционирования и развития мира, чтобы избежать бесплодных рассуждений о «пустых» возможностях, прожектерства, ведущего к неразумной трате сил. Вместе с тем нельзя забывать и о том, что сами знания о законах тоже развиваются, поэтому многие заключения о невозможности тех или других явлений могут носить относительный и конкретно-исторический характер. Невозможное сегодня становится возможным завтра. Например, сверхпроводимость при комнатной температуре еще в 70-е годы считалась невозможной. В 80-е годы получены такие материалы, которые обладают сверхпроводимостью при обычном давлении и температуре 230—250 градусов по Кельвину36.
Известно также, что алхимики средних веков в течение длительного времени проводили химические реакции с целью найти «философский камень», способный превращать обычные металлы в благородные. Позднее было доказано, что эту задачу невозможно решить в рамках химических превращений. Но современные ученые нашли способы превращения простых металлов в благородные посредством бомбардировки ядер этих металлов. Но в данном случае осуществлялись не химические реакции, а физическое воздействие. О чем говорит этот пример? О том, что необходимо продолжать поиски способов решения задач даже в том случае, если на каких-то одних путях исследование заходит в тупик. Можно попытаться найти иные пути.
Особое значение в исследовании возможности как определенной степени вероятности событий приобретают статистические методы. Важно подчеркнуть также,
36 См.: Успехи физических наук. 1987. Т. 152. Вып. 4, август.
С. 555.
244


что именно выделение и исследование реальных возможностей служат основой научного предвидения и прогнозирования, что особенно необходимо для общества, получившего реальную возможность целенаправленного изменения социальных отношений. Познание возможностей — это один из путей открытия законов развития.
Для исторического исследования особую важность имеет теоретическая реконструкция не только осуществленных реальных возможностей в действительности, но и нереализованных в прошлом. Такой анализ позволяет преодолевать элементы фаталистического понимания процессов социального развития, давать^пра- вильную оценку действиям исторических личностей, понимать, что именно они не могли объективно сделать, а что упустили в силу особенностей своих личных качеств. Кроме того, это позволяет дать более глубокий анализ сил, стоявших за реальными возможностями и влиявших на последующий ход социального развития.
Надо отметить и еще один немаловажный аспект методологической ценности подобных исследований. В процессе развития общества могут «отсекаться», «закрываться» и такие возможности, которые не успели реализовать заложенного в них потенциала прогрессивного развития. Это может относиться к развитию научных знаний. Так, внимательный анализ проблемных ситуаций, складывающихся в период формирования новых теорий, показывает, что с позиций сегодняшнего дня не всегда побеждает самая удачная и правильная гипотеза, но к ней в новых условиях можно вернуться для обсуждения предлагавшихся ранее вариантов. Сложнее обстоит дело с развитием социальных отношений. Так, в современных исследованиях немало пишут о преждевременности «закрытия» нэпа, что не позволило использовать его возможности для развития производительных сил нашей страны. Поскольку полное возвращение к прошлому невозможно, да и нецелесообразно, важно исследовать возможность применения некоторых форм и способов прошлой деятельности в новых условиях.
В практической деятельности важно преодоление как прожектерства, оторванности от знания законов объективной реальности и конкретно-исторических условий, ведущего к дискредитации прогрессивных идей, так и уклонения от практических действий, от ответст245


венности за их результаты путем неоправданных ссылок на отсутствие необходимых условий. Само развитие практической деятельности может осуществляться как путем максимального использования открытых возможностей, так и путем поисков новых, более эффективных возможностей. Очевидно, наиболее плодотворной будет диалектическая взаимосвязь этих способов решения практических задач.
В практической деятельности особенно важно разграничивать абстрактные и конкретные возможности. Составление народнохозяйственных планов на ближайшие годы предполагает вычленение именно конкретных возможностей, для превращения которых в действительность созрели необходимые условия. Для этого нужен прежде всего беспристрастный научный анализ достигнутого уровня развития, четкое отделение реального от желаемого. Он предполагает и исследование многообразных связей, планируемых для изменения взаимодействия одних объектов с другими, что совершенно необходимо для разработки комплексных способов воздействия на объект деятельности. Далее, для выделения конкретных возможностей необходимо представить объект в процессе изменения, увидеть элементы будущего в настоящем. Один из важных способов осуществления этой задачи — исторический анализ, т. е. выделение предшествующих этапов развития, основных противоречий, законов функционирования и смены этапов. Установление определенной регулярности, повторяемости причинно-следственных и других связей — необходимое условие предвидения результатов деятельности и ее возможных следствий.
Для выяснения реальных возможностей важно из всего многообразия связей, присущих исследуемому объекту, выделить необходимые связи, на которые можно в первую очередь опираться. Отмечая наличие в любой возможности определенных элементов необходимости, К. Маркс писал: «Необходимость проявляется в конечной природе как относительная необходимость, как детерминизм. Относительная необходимость может быть выведена только из реальной возможности, это значит: существует круг условий, причин, оснований и т. д., которыми опосредствуется эта необходимость. Реальная возможность является раскрытием относительной необходимости»37. С помощью категории
37 Маркс /С, Энгельс Ф. Соч. Т. 40. С. 166. 246


вероятности и выражается степень включенности элементов необходимости в реальные конкретные возможности. В значительной мере это обусловлено и характером противоречий, разрешаемых в процессе развития объекта, которые также необходимо исследовать.
Этот предварительный анализ важен для того, чтобы затем осознанно сосредоточить усилия на создании необходимых условий для превращения конкретных возможностей в действительность. Успех практической деятельности во многом зависит от того, насколько удается учесть и использовать весь сложный комплекс факторов и условий, способствующих реализации благоприятных возможностей и превращению неблагоприятных возможностей из конкретных в абстрактные.
Реальные возможности выступают подчас как существенно разное, иногда даже противоположно направленное развитие систем материальных объектов, т. е. как альтернатива. Например, если выделять наиболее важные альтернативы в развитии нашей страны — это перестройка всех сфер жизнедеятельности общества или же сохранение его застойного состояния. Мы знаем, что попытки демократической перестройки общества уже предпринимались у нас в конце 50-х годов, но эти начинания не получили необходимой поддержки, были подавлены консервативными силами. Этот опыт вызывает чувство законной тревоги и за судьбы современных преобразований. Перестройка ныне набирает силу, она переходит из стадии теоретических разработок в сферу практической деятельности, но здесь нельзя надеяться на самотек, стихийность, ибо нужны повседневная организационная работа, реальное выявление возможностей субъективного фактора в целенаправленном преобразовании общественных отношений. Важное значение для успешного решения практических задач имеет формирование гибкого диалектико-материалистического мышления. Одна из его особенностей — умение видеть альтернативы в процессах развития и выбирать верную из них, умение находить новые, порой совершенно непредвиденные ранее, но более эффективные методы решения поставленных практикой задач. В условиях, когда круг правовых запретов сужается, набирает силу принцип деятельности: «Можно все, что не запрещено».
Таким образом, с помощью категорий «возмож247


ность» и «действительность» вычленяются и исследуются важные аспекты процесса развития. Возможность отражает определенную систему объективных условий, предпосылок, тенденций, взаимодействие и развитие которых приводит к возникновению новых свойств, качеств объектов, новых событий. Действительность выражает осуществленную возможность. Выделяются формальные и реальные возможности. Реальные возможности подразделяются на абстрактные и конкретные. Исследование реальных возможностей имеет огромное значение для практической деятельности, целенаправленного преобразования социальных отношений.
§ 6. Содержание и форма
Продолжая характеристику процесса развития с помощью категорий материалистической диалектики, необходимо рассмотреть его и как противоречивое единство содержания и формы.
Содержание — философская категория, выражающая совокупность процессов, элементов, связей, тенденций, представляющую объект как целостное образование.
Под формой понимается способ организации содержания, система относительно устойчивых связей, в рамках которых функционирует и изменяется содержание. Выделяют внутреннюю и внешнюю формы (например, это организация содержания литературного произведения, его композиция и внешнее оформление этого содержания, разделение на главы или на части).
Стороны объектов, вычленяемые с помощью категорий формы и содержания, диалектически взаимосвязаны друг с другом. Например, предметы труда, средства труда и люди сами по себе еще не составляют производительные силы общества. Только определенный способ их взаимодействия, приобретающий конкретные формы в каждую историческую эпоху, обеспечивает их функционирование и выполнение ими своей социальной роли. Содержание способа производства немыслимо без соответствующей формы, структуры взаимодействия его элементов.
Подобно другим философским категориям «форма» и «содержание» прошли длительный путь развития, выполняя свои функции как ступеньки познания ми248


ра38. В советской литературе можно выделить различные подходы к пониманию категории «содержание». Согласно одному из них, эта категория выражает состав всех элементов объекта, совокупность его внутренних процессов, связей, противоречий и тенденций развития . Согласно другому, содержание рассматривается как основа, главное, решающее в объекте, находящемся в непрерывном развитии, изменении 40. Третьи отмечают, что категория содержания позволяет объединить знания о причинно-следственных связях, их взаимодействиях и вызываемых ими изменениях41.
Первый подход представляется наиболее удачным, потому что при анализе содержания предполагается всестороннее исследование объекта, выяснение взаимосвязи его внутренних и внешних сторон, необходимых и случайных связей. Здесь можно подчеркнуть, что содержание — не просто совокупность сторон и свойств объектов, а целостное образование устойчивых взаимодействий этих сторон.
Что касается второго подхода, то он сближает категорию «содержание» с категорией «сущность» и тем самым лишает категорию «содержание» ее специфического смысла и особых функций в процессе познания. Что касается третьего подхода, то и он чрезмерно узок 42.
В советской литературе обсуждаются и другие аспекты соотношения категорий содержания и формы. Заслуживают внимания выступления против некоторых стереотипов в их понимании. Можно ли, например, говорить во всех случаях о ведущей роли содержания по отношению к форме? Играет ли определяющую роль в развитии объекта содержание само по себе или же только во взаимодействии его с формой? Не нуждается ли в корректировке утверждение о том, что форма может отставать от содержания или опережать содержание?43
38 См.: Категории диалектики как ступени познания. М., 1971.
39 См.: Спиркин. А. Г. Курс марксистской философии. М., 1966; Основы марксистско-ленинской философии. М., 1973. С. 149, и др.
40 См.: Диалектика развития социалистического общества. М., 1961.
С. 212.
41 Материалистическая диалектика как научная система. С. 191.
42 См.: Каминский А. И. К вопросу о категориях содержания и формы // Проблемы философии. Вып. 65. Киев, 1985. С. 29.
43 См : Петров В. С. Сущность, содержание и форма государства. Л., 1971.
249


Содержание как единство взаимосвязанных сторон, свойств, частей, элементов объектов и форма как организация, характер взаимодействия органически связаны между собой. В отличие от сущности, которая может быть выражена в различном содержании и в различных формах, определенное содержание не обладает способностью воплощаться в безграничном числе форм. Так, например, можно сказать, что сущность социалистического государства на определенном этапе его развития — это диктатура пролетариата. Но содержание государства более многогранно, оно включает соотношение классовых сил, сложившиеся способы управления, национальные традиции, что находит выражение и в формах управления. Подобным образом не представляются вполне четкими утверждения о том, что производственные отношения — это форма производительных сил, а общественное сознание — форма производственных отношений. Это достаточно самостоятельные сферы общественной жизни, которые имеют свое содержание и форму. Кроме того, надо иметь в виду, что нередко термином «форма» обозначают вид, разновидность.
В процессе развития осуществляется диалектическое взаимодействие формы и содержания. Один из элементов диалектики В. И. Ленин формулирует следующим образом: «...борьба содержания с формой и обратно. Сбрасывание формы, переделка содержа- ния»44. Обычно в развитии определяющую роль играет содержание. В первые годы после установления Советской власти В. И. Ленин писал: «У нас есть теперь, с точки зрения развития международного коммунизма, такое прочное, такое сильное, такое могучее содержание работы (за Советскую власть, за диктатуру пролетариата), что оно может и должно проявить себя в любой форме, и новой и старой, может и должно переродить, победить, подчинить себе все формы, не только новые, но и старые,— не для того, чтобы со старым помириться, а для того, чтобы уметь все и всяческие, новые и старые формы сделать орудием полной и окончательной, решительной и бесповоротной победы коммунизма»45. Позднее В. И. Ленин блестяще показал возможности использования при социализме такой формы, как кооперация. Несомненно, что ее
44 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 203.
45 Там же. Т. 41. С. 88—89.
250


наполнение новым содержанием не оставляло без изменения и саму форму, которую необходимо было приспосабливать к новым условиям.
Можно сказать, что взаимодействие формы и содержания выступает как важный аспект действия закона взаимного перехода количественных и качественных изменений. Для перехода к новому, качественному состоянию недостаточно лишь простого накопления количественных изменений, необходимо и изменение структуры развивающегося объекта. Так, само по себе накопление значительной суммы денег еще не превращает эти деньги в капитал, если владеющий ими человек не нанимает рабочую силу и не получает на этой основе прибавочную стоимость (имеется в виду промышленный капитал). Подобным образом простое увеличение числа воинов еще не приводит автоматически к возникновению армии, если не меняется организационная структура, не проявляются такие качества, как строгая дисциплина, разделение функций и т. д. Эти положения приобретают особое значение в современных условиях, когда у нас поставлена задача перехода от экстенсивных методов ведения хозяйства к интенсивным, более эффективного использования новейшей технологии.
Марксов анализ общественных отношений позволяет выделить их конкретные формы, рассматривая особенности их развития. Одним из примеров может быть исследование традиций и их места в обществе. Как возникают традиции, под которыми понимают устойчивые формы человеческой деятельности, отношений между людьми? Очевидно, что этот опыт должен воспроизводиться различными поколениями, как бы оживляться заново их деятельностью. «Если форма просуществовала в течение известного времени, она упрочивается как обычай и традиция и, наконец, санкционируется как положительный закон»46. Особенно велика была роль традиций в докапиталистических формациях, когда они представляли собой главный механизм социального наследования. «Во всех этих формах,— писал К. Маркс,— основой развития является воспроизводство заранее данных (в той или иной степени естественно сложившихся или же исторически возникших, но ставших традиционными) отношений отдельного человека к его общине и определенное, для него
46 Маркс к., Энгельс Ф. Соч. Т. 25. Ч. II. С. 357. 251


предопределенное, объективное существование как в его отношении к условиям труда, так и в его отношении к своим товарищам по труду, соплеменникам и т. д.,— в силу чего эта основа с самого начала имеет ограниченный характер, но с устранением этого ограничения она вызывает упадок и гибель»47.
Таким выходом за пределы сложившихся стереотипов деятельности было развитие товарно-денежных отношений, частной собственности на землю и т. д., что в конечном счете и привело к разрушению общинных отношений и скреплявших их традиций.
Роль традиций в обществе изменяется с появлением рациональных форм социального наследования, развитием книгопечатания и других средств массовой информации. Остается актуальной и чрезвычайно сложной задача преодоления традиций, противоречащих основам социалистических отношений (например, калым, кровная месть и т. д.). Поскольку традиции опираются на стихийно сложившиеся отношения, которые в силу определенных причин поддерживаются и новыми поколениями, они обычно не поддаются устранению с помощью только лишь просветительской работы. «Посредством традиции формы отношений, способы общения и системы действий передаются в виде целостной ситуации, заключающей в себе, помимо этого, и эмоциональное состояние действующих лиц, комплекс их переживаний, мыслей, поступков и т. п.»48. Необходимо находить новые формы, способные компенсировать удовлетворение потребностей, лежавших в основе сохранения отживших традиций, в том числе и религиозных. Кроме того, важно, чтобы и новые нормы поведения людей, моральные ценности, порождаемые деятельностью людей в социалистическом обществе, получали закрепление в традициях и таких их внешних формах выражения, как обычаи и обряды. Умелое применение этих форм, закрепляющих определенные способы деятельности и отношений людей, будет способствовать упрочению социалистических отношений, прогрессивному развитию общества в целом.
В современной философской и специальной научной литературе активно разрабатываются также и такие близкие к этим категориям понятия, как «система», «структура», «элемент». В частности, «элемент» может
47 Там же. Т. 46. Ч. I. С. 475.
48 Культурный прогресс. М., 1984. С. 79. 252


использоваться для характеристики отдельных составляющих компонентов содержания, имея в виду, что последнее предполагает не только наличие элементов, но и взаимодействие между ними. «Структура» — понятие более узкое, чем категория «форма», так как используется прежде всего для характеристики только внутренней формы. Но употребление этого понятия, как и структурного метода в целом, плодотворно, поскольку дает возможность ограничить бесконечное количество свойств объекта конечным числом характеристик и успешно применять к его исследованию специальные научные методы, в том числе и количественные оценки.
При выяснении диалектической взаимосвязи содержания и формы необходимо подчеркнуть роль содержания в процессах развития как более подвижного, гибкого начала. Форма выступает как активная, но в то же время производная от содержания структура его развития. В конечном счете изменение содержания с неизбежностью требует преобразования формы. Важно отметить также, что на определенных этапах развития новое содержание может заимствовать имеющиеся формы, наполняя их другим смыслом (например, использование банков, кооперации при социализме). А с другой стороны, консервативное содержание, маскируя реакционную сущность, в некоторых случаях стремится использовать новые формы (использование термина «социализм» в названиях буржуазных партий и т. д.). Подобные процессы требуют конкретного анализа в конкретной ситуации.
Необходимо отметить также, что нельзя рассматривать форму лишь как пассивное отражение содержания. Она обладает относительной самостоятельностью и может оказывать активное влияние на процесс развития или тормозить его. Если содержание изменяется непрерывно, то форма до определенных пределов может сохранять устойчивость, а затем подвергаться резким изменениям. Поэтому ее анализ служит основой для выделения этапов развития, например смена форм собственности на средства производства, смена форм государственной власти и т. д.
В процессе познания имеет место как движение от изучения содержания к исследованию форм (например, в работах К. Маркса переход от исследования природы, содержания труда к анализу его конкретных форм), так и обратный процесс (от исследова253


ния форм кооперации труда к раскрытию их содержания). Констатирование смены форм и предварительное выделение этапов их развития возможны уже на первоначальных стадиях изучения объекта. Однако только глубокое теоретическое исследование позволяет осознать причины изменения объекта и закономерности смены этапов развития. Поэтому диалектический материализм подчеркивает важность органического единства исторического и структурно-функционального анализа в исследовании процессов развития. Подвергая критике ограниченность структурализма, марксисты показывают, что только исследование генезиса явлений позволяет правильно и достаточно глубоко понять особенности структуры современных явлений, способы соединения и взаимодействия их основных компонентов. При этом важно овладевать математическими методами познания, использовать компьютерную технику в раскрытии содержания изучаемых явлений. Наша задача в познании — полнее раскрывать содержание и многообразие форм его развития.
Из диалектического понимания соотношения содержания и формы следуют важные выводы для практической деятельности. Необходимо видеть определяющее значение содержания в процессах развития, что служит основой борьбы против бюрократизма, преодоления формализма в организационной и воспитательной работе. Вместе с тем нельзя забывать и об активном влиянии формы на процесс развития. Этот аспект неоднократно подчеркивал В. И. Ленин, когда писал о необходимости четкой организации в партийной работе. Это должно отражаться и в уставе партии, ибо неразвитость, незрелость форм мешает дальнейшему движению.
В современных условиях подчеркивается важность преодоления отживших стереотипов, косности мышления, необходимость совершенствования содержания и форм идеологической работы. В частности, необходимо преодолевать казенные штампы, «серый» язык, авторитарное мышление, вырабатывать действенные методы превращения знаний в убеждения. Одна из важнейших задач современной идеологической работы — замена монолога диалогом со слушателями, вовлечение их в активное обсуждение возникающих проблем, совместный поиск наиболее эффективных путей их решения. Это одно из необходимых условий активизации человеческого фактора, воспитания чувства ответствен254


ности за результаты деятельности. В практической работе необходимо не только искать новые формы, но и наполнять существующие формы новым содержанием и в то же время бороться с попытками консервативных сил использовать новые формы для сохранения отжившего содержания. Особую важность в процессах социального развития представляет использование переходных форм. Например, плодотворным было использование различных форм кооперативов в процессе создания социалистических отношений в странах народной демократии. Важно также учитывать результаты социальных экспериментов в процессе разработки новых форм хозяйственного управления и т. д. Это помогает избежать серьезных ошибок в руководстве, избавляет от поспешного забегания вперед, дает возможность более основательно подготовить условия для крупных преобразований, учесть результаты изменений на предварительных стадиях.
Такие категории, как «форма» и «содержание», имеют важное методологическое значение и для исследования духовной жизни общества. Особенно острая борьба по проблемам взаимосвязи формы и содержания идет в искусстве, где недооценка роли формы приводит к натурализму, к снижению художественного уровня произведений. А недооценка содержания чревата отрывом искусства от жизни. Лозунг «искусство для искусства» явился выражением крайнего формализма как направления, противостоящего реализму. И хотя форма в искусстве имеет исключительно важное значение, но ее зависимость от содержания остается и на самых высоких уровнях ее развития.
Один из важнейших аспектов перестройки всех сфер жизнедеятельности нашего общества — поиск новых форм управления народным хозяйством, организации индивидуальной трудовой деятельности, участие трудящихся в политической жизни страны и т. д. «Инертность, застылость форм и методов управления, снижение динамизма в работе, нарастание бюрократизма — все это наносило немалый ущерб делу. В жизни общества начали проступать застойные явления»49. Корни этого процесса — «в серьезных недостатках функционирования институтов социалистической демократии, в устаревших, а подчас и не отвечающих реальностям
49 Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза. С. 4.
255


политических и теоретических установках, в консервативном механизме управления»50. Ответом на эти насущные потребности общественного развития было возникновение многочисленных новых форм хозяйственного механизма, способов активизации экономической деятельности трудящихся. К ним относятся самофинансирование и самоокупаемость, хозрасчет, арендный подряд в различных его видах. Задача заключается в том, чтобы внимательно изучать жизнеспособность этих форм, их вписанность в уже сложившиеся общественные отношения, например взаимодействие колхозов и людей, работающих на семейном подряде, и т. д.
В заключение можно сказать, что категории «содержание» и «форма» имеют важное значение как для исследования процессов функционирования объектов, так и для понимания процессов их развития.
60 Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 27—28 января 1987 года. М., 1987. С. 10.


Глава IX
Основные законы
материалистической диалектики
Задача, цель науки заключается прежде всего в познании природы и общества как всеобщего закономерного процесса, который обусловливается и направляется объективными законами. Закон — необходимая, внутренне присущая природе явлений реального мира структура связей функционирования и развития объектов и процессов. Категория «закон» в науках и философии есть одна из ступеней познания человеком единства и связей, взаимозависимостей сторон мирового процесса. В. И. Ленин в «Философских тетрадях» обратил внимание на следующие моменты содержания категории закона в гегелевской философии: закон есть прочное, остающееся, тождественное в явлении, «спокойное» отражение явлений; закон не есть нечто потустороннее по отношению к явлению, а непосредственно в нем наличествует, проявляется в нем; закон есть существенное отношение, он отражает существенное в движении универсума; законы мышления отражают характер мыслительных связей, и они основа практической целесообразной деятельности человека.
Будучи отношением сущностей, внутренней необходимой связью между явлениями, закон определяет при наличии известных условий характер развития. В виде необходимой тенденции закон действует, в частности, в области социальных явлений, но всегда в зависимости от определенных условий. В зависимости от степени полноты познания нами условий действия закона он выступает либо как возможная тенденция (в этом случае также и в природоведении), либо как организующий принцип, либо как сравнительно точное выражение процессов изменения действительности, либо как раскрытие характера причинно-следственных связей в этих процессах. Именно в познании механизма действия законов состоит возможность их использования людьми в своих целях.
9 Диалектический материализм
257


Законы можно классифицировать по степени их общности и сфере их действия, по характеру выражаемых связей, по формам их проявления и по другим признакам. С точки зрения сферы действия философские и общенаучные законы подразделяются на всеобщие, выражающие взаимосвязь между универсальными свойствами и атрибутами материи (законы диалектики, всеобщий закон сохранения энергии и др.), общие и частные, действующие лишь в ограниченной сфере (физические законы, законы развития общества и др.). По характеру выражаемых связей различают структурные, функциональные и законы развития. Структурные — выражают строение системы, фиксируя в себе стабильность ее существования. Функциональные — это законы жизнедеятельности системы, они обеспечивают, а в познании выражают возможность одно- или многовариантного существования системы. Законы развития регулируют превращение одной системы в другую и переход из одного в другие качественные состояния. По форме своего проявления законы делятся на каузально-динамические, законы систем с жесткой функциональной связью и статистические, характеризующие массу явлений как приблизительное усредненное целое. Можно классифицировать законы и по времени, в том числе по диапазонам действия. Проводятся классификации законов по формам движения материи и по другим признакам.
Законы действуют независимо от того, познали ли мы их или нет. Люди не могут произвольно ни создавать, ни уничтожать законы природы и общества, и поэтому они могут успешно осуществлять лишь ту деятельность, которая протекает в соответствии с требованиями законов природы и общества. Объективно правильное отражение законов познания должно учитывать, что в природе — а до сих пор большей частью и в человеческой истории — законы прокладывают себе путь бессознательно, в форме необходимости, среди бесконечного ряда случайностей, через них и вопреки им.
Благодаря познанию законов мы схватываем в понятиях сложный и многообразный мир в его единстве, цельности. Опираясь на знание законов природы и общества, люди действуют осознанно, предвидят наступление тех или иных событий, преобразуют предметы природы и их свойства в своих интересах, целенаправленно изменяют социальные условия своей жиз258


ни. Конкретные механизмы дейстзия законов являются формой проявления их сущности. Однако не следует отождествлять конкретные формы проявления закона с его сущностью. Вместе с тем надо иметь в виду, что никак не проявляющийся закон — это в сущности не закон, а пустая фраза.
Изучение различных форм движения матерки позволяет в рамках частных и частно-общих наук познавать особенные законы, вскрывая и объясняя тем самым отдельные стороны всеобщей универсальной связи. Задачей философии является нахождение всеобщих законов, которые выражают взаимосвязь между универсальными свойствами и атрибутами материи. Законы диалектики проявляются на всех известных структурных уровнях материи, являются законами природы, общества и мышления. Они позволяют понять внутренний источник развития материального мира, раскрыть разнообразные формы перехода от старого к новому, показать направление и способ осуществления связи и историческую преемственность в развитии. Законов диалектики много, поскольку связи между всеми парными категориями (случайность и необходимость, возможность и действительность, необходимость и свобода, форма и содержание, сущность и явление и др.) носят законообразный характер. Ф. Энгельс в качестве «главных», или «основных», законов диалектики выделил три — единства и борьбы противоположностей, взаимо- перехода количественных и качественных изменений и отрицания отрицания. Эти законы диалектики тесно взаимодействуют друг с другом: первый из них есть «ядро» диалектики (В. И. Ленин), и он характеризует причины и направленность развития; второй раскрывает механизм процессов развития, а третий определяет стадии этих процессов в их соотношении друг с другом.
§ 1. Закон единства и борьбы противоположностей
Это главный среди трех основных законов материалистической диалектики. При изучении этого закона следует разобраться, почему В. И. Ленин придавал исключительное значение закону единства и борьбы противоположностей, называя его «ядром», «сутью» диалектики?
Данный закон вскрывает источник развития, заключающийся в том, что в каждом органично целостном 9 *
259


объекте, явлении, предмете изначально заложены противоположные качества, стороны, тенденции, единство и борьба которых составляют стимул, движущую силу развития. Для познания сущности такого объекта надо раскрыть его противоположные стороны. Подчеркивая роль этого закона, В. И. Ленин писал: «Раздвоение единого и познание противоречивых частей его... есть с у т б... диалектики». И отмечал, что познание означает «признание (открытие) противоречивых, взаимоисключающих, противоположных тенденций во всех явлениях и процессах природы (и духа и общества в том числе)» *.
Действие закона единства и борьбы противоположностей раскрывается в трех основных понятиях: «тождество противоположностей», «единство противоположностей» и «борьба противоположностей». Все эти понятия в совокупности образуют категорию «диалектическое противоречие», действие которой и характеризуется рассматриваемым законом.
Прежде чем рассмотреть действие данного закона, требуется установить, что такое «противоположность». Это — различие, развившееся до крайности. В «Капитале» К. Маркс показал, как исторически возникающее различие между потребительной стоимостью и стоимостью товара развилось в противоположность.
Необходимо различать два значения понятия противоположности. Под противоположностью, как отмечено, понимаются взаимосвязанные и взаимоисключающие противоположные стороны противоречия. Классики марксизма часто применяли термин «противоположность» и в другом значении — для определения степени остроты противоречий.
Каково же содержание понятия «тождество противоположностей»? Во-первых, это отношение вещи (объекта, явления) к себе самой и к другим вещам, по своим свойствам и тенденциям совпадающим друг с другом. Метафизическое мышление абсолютизирует тождество, считая, что вещь (объект, явление) не может быть одновременно сама собой и другой. Между тем действительное, конкретное тождество обязательно содержит в себе различие и изменение. Так, например, функции социалистической общественной собственности, будучи по своей объективной природе тождественны сами себе, т. е. социалистическими, на различных этапах своего
1 См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 29. С. 316, 317. 260


существования в то же время изменяются, причем возможны тенденции как позитивные — в смысле укрепления общественной собственности, так и негативные, когда из-за отсутствия хозяйского отношения, контроля и ответственности ее значение снижается.
Во-вторых, «тождество противоположностей» означает, что они обладают объективным свойством взаимо- перехода и превращения друг в друга и что поэтому их нужно рассматривать не как неизменные, раз и навсегда данные, что характерно для метафизического подхода, а как подвижные, превращающиеся в определенных условиях в свое другое.
Происходящие в нашей жизни процессы подтверждают истинность и этой черты материалистической диалектики. Так, хорошо известно, что новый метод работы по бригадному подряду весьма эффективен и способствует повышению заинтересованности людей в результатах их работы, росту производительности труда, борьбе с уравниловкой и тем самым представляет собой явление, имеющее прогрессивный характер. Но метод бригадного подряда будет прогрессивным лишь при условии конкретного анализа, строгого учета всех особенностей, факторов, в которых проводится перевод на новые методы организации и оплаты труда. Имевшиеся факты торопливого, бездумного, «валового» подхода приводили к тому, что метод бригадного подряда искажался, утрачивал свою прогрессивную суть.
Следует учитывать взаимосвязь всех понятий закона. Тождество, единство, борьба противоположностей не существуют изолированно одно без другого. Мысль человека условно, искусственно рассматривает раздельно эти стороны единого процесса развития. «Единство противоположностей» — это наличие внутренних, взаимообусловленных, взаимополагающих и взаимоотрицающих друг друга сторон единого целого, не существующих одна без другой. «Борьба противоположностей» — это противоборство, столкновение противоположных сторон, имеющих взаимоисключающие свойства, характеристики, тенденции. Единство и борьба противоположностей неразделимы. Нет единства без борьбы, как нет борьбы вне единства.
Очень важно рассматривать эти понятия на трех уровнях: всеобщем, общем и особенном, т. е. как соотношение всеобщего, общего и особенного.
На всеобщем уровне рассматриваются единство борьба противоположностей, происходящая повсюду: 261


в органической природе — в столкновении взаимоисключающих свойств наследственности и изменчивости, ассимиляции и диссимиляции в живых организмах и т. д.; в неорганической природе — во взаимоисключающих свойствах стабильности и изменчивости, движения и покоя; в социальных процессах. Ка социологическом уровне эти понятия, выражающие суть закона единства и борьбы противоположностей, анализируются только в социальном срезе, безотносительно к учету специфики формационного содержания. А на уровне особенного действия указанного закона и его понятия рассматриваются уже в контексте формационного анализа, т. е., например, в условиях социализма 2. Все три уровня нельзя отождествлять, однако не следует и отрывать их друг от друга.
В. И. Ленин показал, что единство противоположностей относительно, преходяще, а борьба их абсолютна, как абсолютно движение и развитие 3. Борьба абсолютна, так как именно она приводит к смене старого качества новым, к новой ступени развития и тем самым разрушает, ликвидирует какое-либо данное конкретное единство и обусловливает появление другого, отличного от первого, единства противоположностей, которое в свою очередь в результате борьбы исчезает, и появляется новое единство противоположностей.
В советской философской литературе применимость ленинского вывода к условиям социализма подвергалась сомнению на основании отличия нашего общества от капитализма, в частности заключающегося якобы в отсутствии взаимоисключающих противоположностей, и тем самым отрицалась всеобщность этого диалектического положения. Однако жизнь показала беспочвенность подобных утверждений, поскольку и в социалистическом обществе развитие совершается путем единства и борьбы противоположностей, что особенно четко выявилось в процессе перестройки, революционного обновления советского общества.
Разумеется, необходимо учитывать коренное различие форм борьбы противоположностей в условиях социализма и капитализма. У нас нет и не может быть классовых антагонизмов, свойственных капиталистическому обществу, поскольку нет частной собственности
2 См.: Дудель С. П., Козловский В. Е. Проблемы диалектики зрелого социализма. М., 1981. С. 16.
3 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 317. 262


на средства производства, как нет и эксплуататорских классов.
Даже краткое изложение диалектического положения об абсолютности борьбы и относительности единства противоположностей, на наш взгляд, достаточно подтверждает его всеобщность, методологическое и практическое значение для деятельности партийных и хозяйственных кадров, диалектического подхода к решению различных сложных проблем.
Изучение закона единства и борьбы противоположностей не может быть успешным без выяснения роли категории «противоречие». Суммируя характеристики (определения) диалектического противоречия, содержащиеся в трудах основоположников марксизма-ленинизма, можно предложить следующую развернутую формулировку этой главной, исходной категории материалистической диалектики.
Диалектическое противоречие есть объективное, сущностное отношение единства и борьбы, взаимопола- гания, взаимоисключения и взаимопроникновения противоположностей в предметах, процессах, явлениях природы, общества и познания. Оно содержится в сущности вещей, объектов и познается в процессе практики и научного мышления. Диалектическое противоречие является источником, движущей силой развития. Его разрешение означает «перерыв постепенности», «скачок» в развитии, переход в новое качественное состояние. Так, отмечая огромное значение противоречий и сложность их познания, В. И. Ленин в одном из своих писем А. М. Горькому писал: «...жизнь идет вперед противоречиями, и живые противоречия во много раз богаче, разностороннее, содержательнее, чем уму человека спервоначалу кажется» 4.
В концепции ускорения социально-экономического развития и перестройки нашего общества, выдвинутой и разработанной апрельским (1985 г.) Пленумом ЦК КПСС и XXVII съездом партии, большое место занимает проблема диалектических противоречий как источника, движущей силы коренных преобразований, подъема социализма на качественно новую, более высокую ступень.
В собственном смысле диалектика есть изучение противоречий в самой сущности предметов и явлений. Это утверждение раскрывает методологическое и практи-
4 Там же. Т. 47. С. 219.
263


ческое значение марксистского учения о противоречиях. Противоречия, борьба противоположных сил особенно отчетливо выступают на переломных, революционных этапах общественного развития. «Революционные периоды,— писал В. И. Ленин,— тем и отличаются от периодов так называемого мирного развития... что формы борьбы в периоды первого вида неизбежно бывают гораздо разнообразнее...» И если мы не будем анализировать формы этой борьбы, «то наше рассуждение с научной стороны будет неполно, недиалектично, а с практически-политической стороны оно выродится в мертвое резонерство...» 5.
Наша партия видит одну из главных своих задач в том, чтобы своевременно вскрывать те или иные противоречия и объединять усилия народа на преодоление всего косного, консервативного, мешающего прогрессу. На январском (1987 г.) Пленуме ЦК КПСС подчеркивалось, что «ленинское указание о том, что ценность теории в точном изображении «всех тех противоречий, которые имеют место в жизни», зачастую просто игнорировалось... Социальная структура общества изображалась схематично как лишенная противоречий и динамизма, многообразных интересов его различных слоев и групп» 6.
Для более глубокого понимания сути противоречий и их значения в общественном развитии остановимся на их классификации. Следует помнить, что всякое такое деление условно и относительно, поскольку все грани в природе и обществе подвижны, изменчивы, «переливчаты».
Многообразие противоречий. Они делятся по видам (внутренние, внешние); по типам (антагонистические, неантагонистические); по значению (основные, неосновные); по генетическим признакам (например, перешедшие в социализм из предшествующих формаций); по сферам, в которых они существуют (экономические, социальные, духовные), и т. д. Особый случай диалектического противоречия — отчуждение. Оно имеет место только в социальной действительности и заключается в том, что одна из противоположностей порождена другой, но ее же угнетает, деформирует, разрушает.
Внутренние противоречия — это противоположные
6 Там же. Т. 17. С. 42—43.
6 Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 27—28 января 1987 года. С 8.
264


стороны одной и той же сущности, которые не могут функционировать одна без другой (например, наемный труд и капитал в условиях капитализма). Внешние противоречия — это противоречия различных, противоположных сущностей, стороны которых могут существовать друг без друга. Деление на внутренние и внешние противоречия относительно, так как всякое противоречие одновременно в одной связи является внутренним, в другой — внешним, наше понимание и определение будут зависеть от аспекта, в котором мы станем их рассматривать. Например, противоречие между двумя мировыми системами — социализмом и капитализмом,— если брать его отношение к каждой из систем, будет противоречием внешним. Но для всего человеческого общества в целом оно относительно внутреннее.
Основные противоречия характеризуются несколькими отличительными чертами. Во-первых, в каждой общественно-экономической формации есть только одно основное противоречие, всегда обусловленное (порожденное) материальным производством. Таким, например, при капитализме является противоречие между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения его результатов. Во-вторых, каждое основное противоречие функционирует на всех этапах существования формации. В-третьих, оно детерминирует все другие противоречия того или иного общества, проявляясь через главные (или ведущие) противоречия различных ступеней его развития. Основным для человечества может быть не только формационное, но и противоречие целой исторической эпохи, состоящее из взаимодействия различных формаций.
Все другие противоречия являются неосновными, среди которых можно выделить главные (или ведущие) противоречия, имеющие такое значение лишь на каком- то определенном историческом отрезке времени; после их разрешения возникают иные главные противоречия. Возможно одновременное существование нескольких противоречий, связанных между собой, каждое из которых играет важную роль в жизни общества.
Например, в условиях осуществляемой в нашей стране перестройки к таким противоречиям следует отнести противоречие между интенсивным и экстенсивным развитием народного хозяйства, между демократизацией общества и администрированием, непомерной централизацией управления, формализмом и консерва265


тизмом в деятельности государственного и хозяйственного аппарата; между необходимостью диалектического мышления, новых подходов в деятельности всех наших кадров и наличием сложившихся стереотипов, шаблонов, привычных взглядов и т. д.
Антагонистические противоречия (в социальной жизни) характеризуются: а) наличием в обществе классов, интересы которых непримиримо враждебны (антагонистичны); б) невозможностью их разрешения без ликвидации реакционного класса, а в условиях капитализма — уничтожения частной собственности на средства производства; в) тенденцией к обострению борьбы.
Для социалистического общества характерны неантагонистические противоречия. В. И. Ленин отмечал: «Антагонизм и противоречия совсем не одно и то же. Первое исчезнет, второе останется при социализме» 7. Определяющей основой неантагонистических противоречий является наличие общественной собственности на средства производства и отсутствие в обществе враждебных классов. Неантагокистические противоречия характеризуются: а) противоположными интересами, не затрагивающими, однако, коренных классовых интересов; б) отсутствием объективной тенденции к обострению и конфликтам при наличии правильной политики партии и ориентации на субъективный фактор в целом; в) новыми формами борьбы, такими, как борьба нового, прогрессивного против старого, отжившего, в которой участвуют все классы и социальные группы. Эта решающая особенность неантагонистических противоречий отмечена В. И. Лениным, указавшим, что при диктатуре пролетариата тоже происходит борьба противоположностей, но борьба особого рода, «преодоление известного, правда, совсем иного сопротивления и совсем иного рода преодоление...» 8.
Изучая диалектические противоречия и их классификацию, необходимо помнить о различной роли противоположных сторон (свойств, тенденций), составляющих то или иное противоречие. К. Маркс и Ф. Энгельс выделяют наличие ведущей (для конкретных условий развития) противоположной стороны. В работе «К критике гегелевской философии права» К. Маркс отмечал, что «одна из крайностей берет верх над другой. Положение обеих не одинаково» 9. В статье «Разногласия
7 Ленинский сборник. XL. С. 391.
8 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 39. С. 454—455.
9 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 1. С. 322.
266


в европейском рабочем движении» В. И. Ленин писал
о консервативных и прогрессивных сторонах противоречия и об ошибках людей, принимающих во внимание лишь какую-то одну из этих сторон. Одна из противоположных сторон, тенденций является прогрессивной, революционной, другая — консервативной. Например, в единстве таких противоположностей, как пролетариат — буржуазия, пролетариат—революционная (прогрессивная) сторона, буржуазия — консервативная. Понятно, что такое разделение сторон по их значению не-
применимо к природе, где существуют другие критерии,
характеризующие стороны противоречия.
Строгий учет различной роли сторон противоречия чрезвычайно важен в практической партийной, государственной деятельности, в работе с кадрами, поскольку он ориентирует на борьбу с той стороной противоречия, тенденция действия которой тормозит развитие.
На июньском ( 1987 г.) Пленуме ЦК КПСС было раскрыто главное противоречие перестройки, из формулы
которого очевидна различная роль противоположных сторон. «Революционные преобразования в обществе вывели ка передний план противоречие между требованиями обновления, творчества, созидающей инициа-
тивы, с одной стороны, и консерватизмом, инерцией,
корыстными интересами — с другой. Одно из проявле-
ний этого реального противоречия — несоответствие
между растущей
бюрократическим
личных
ку»
областях,
активностью масс и еще живучим стилем деятельности в самых раз- попытками заморозить перестрой-
Процесс перестройки и обновления, протекающий
в борьбе нового против старого, выдвигает также вопрос о соотношении понятий «противоречие» и «трудность»,
имеющий не только методологическое, но и практическое значение. В нашей пропагандистской, а иногда и научной работе эти понятия порой отождествля-
ются.
Трудности неразрывно связаны с противоречиями, выражают степень напряженности борьбы противоположностей, т. е. остроты противоречия. Эта острота возрастает в зависимости от того, насколько весомым является сопротивление старого новому, и от масштаба выдвигаемых жизнью задач. Разрешение противоречий
10 Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 25—26 июня 1987 года. С. 9— 10.
267


также связано с трудностями и требует мобилизации тех сил (инициативы и творческой энергии масс в первую очередь), которые, преодолевая эти трудности и препятствия, разрешают противоречия. Кроме того, существует трудность гносеологического порядка — умение распознать, раскрыть противоречия и увидеть, какова внутренняя тенденция их развития.
Но противоречия было бы ошибочным свести к трудностям, так же как неверно всякую сущность отождествлять с явлениями, в которых она выступает. Практически это означало бы необходимость стремиться просто устранить противоречия, вместо того чтобы разрешить их, исходя из их внутреннего содержания, а значит, использовать их в качестве источника и движущей силы социального прогресса. Ошибочно полагать, что противоречия — вообще некая ущербность, дефект общества; они возникают в большинстве своем закономерно, и именно так их следует воспринимать.
Каждое противоречие в общественной жизни имеет субъектно-объектный характер. Это означает, что оно, будучи объективным, закономерным по своей природе, проявляется, функционирует в деятельности людей, отражаясь в их интересах, потребностях, целях, мотивах.
Понятия «противоречие» и «движущая сила» очень близки по своей сущности, но, по-видимому, не являются тождественными. Трудность разграничения этих понятий состоит в том, что противоречие — это не только кратковременный стимул развития, действие которого ограничивается «толчком», а затем исчезает. Оно (противоречие) воздействует на развитие того или иного объекта, процесса в течение всего времени его существования, на всех фазах (ступенях): возникновения, созревания, разрешения. Но разрешается оно обычно не сразу. Только в отдельных случаях «противоречие одновременно и осуществляется и разрешается» п.
Различие между этими понятиями заключается в том, что движущие силы выражают социальный механизм, поступки людей, которые непосредственно влияют на изменения общественной жизни. Это — реализация интересов, потребностей, всего того, что Еыст^пает побудительной причиной их деятельности. «Никто не может
11 Маркс КЭнгельс Ф. Соч. Т. 23. С. 114 268


сделать что-нибудь, не делая этого вместе с тем ради какой-либо из своих потребностей...» 12
Огромное значение в общественном развитии имеют интересы людей. Подчеркивая их роль, К. Маркс писал: «...все то, за что человек борется, связано с его интересом...» 13 Эту же мысль отмечает В. И. Ленин: «...интересы „двигают жизнью народов“...» 14
Реальная социальная структура нашего общества ныне очень многообразна, «мозаична», состоит из многих социальных групп, далеко выходящих за рамки общеизвестной формулы: «два класса и один слой». Это — генеральные директора гигантских объединений и уборщицы, высококвалифицированные рабочие и люди тяжелого, ручного труда, ученые, конструкторы и мелкие служащие, артисты, художники, писатели и работники торговли, дипломаты и сельские сезонные строители. Кажется, их различия — только профессиональные, но в действительности они социальные, поскольку эти группы людей отличаются друг от друга не только типом выполняемой работы, но и ролью в организации общественного труда, уровнем и источником дохода. Понятно, что каждая такая группа имеет и общие, совпадающие с другими группами интересы, и свои особые, которые могут не только не совпадать, но даже противоречить общим. Противоречия в обществе образуют сложные переплетения, в которых одни выходят на первый план, другие уходят временно в тень. Одни противоречия возникают, другие исчезают и т. д.
В процессе реализации перестройки обнаружились специфические противоречия, основу которых составляют столкновения противоположных интересов, поскольку перестройка по-разному воспринимается различными социальными группами и людьми. Одних она не устраивает, потому что требует более напряженной работы, дисциплины и порядка, другие тревожатся, предвидя ограничение их привилегированного положения, а те, кто привык к командам «сверху», опасаются ответственности. Есть еще также люди, чьи корыстные, паразитические интересы пришли в острое, конфликтное противоречие с интересами перестройки.
Поиск различных средств, форм, методов нахождения правильного соотношения между общественными
12 Там же. Т. 3. С. 245.
13 Там же. Т. 1. С. 72.
14 См.: Ленин В. Я. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 82. 269


и личными интересами и тем самым разрешения противоречий имеет огромное значение для успешного решения задач революционного обновления нашего общества. Политика КПСС строится на учете всего комплекса интересов — личности, коллектива, классов, наций, народностей, социальных и профессиональных групп, сложной диалектики их взаимоотношений, с тем чтобы обеспечить динамичное развитие всего общества. «Воспитывать и направлять интересы надо и через новый механизм хозяйствования, и через демократические институты, и через политику, идеологию, культуру. Смысл перестройки в конечном счете и состоит в учете интересов, в воздействии на интересы, управлении ими и через них» 15.
Фермы разрешения противоречий. В нашей литературе понятия «форма», «путь», «средство» разрешения противоречий употребляются как синонимы. По нашему мнению, такое отождествление не совсем правомерно. Форма — это то, что органично присуще содержанию того или иного противоречия, то, что составляет объективный механизм его разрешения. Будучи порождена содержанием, форма влияет на развитие противоречия в зависимости от того, насколько она адекватна содержанию.
Формы разрешения антагонистических противоречий — это революции, вооруженные столкновения и т. д., т. е. акты, связанные по своей природе с насилием. Вместе с тем может сложиться такая историческая обстановка, когда антагонистическое противоречие может превратиться в неантагонистическое по форме (и наоборот). Именно такая обстановка возникла в современную эпоху, основное противоречие которой может и должно разрешаться путем и соперничества, и сотрудничества, предполагающего различные формы противоборства, но не в виде войны. Вот почему так важно утверждение нового политического мышления, суть которого состоит в способности понять диалектику эпохи и сделать из этого правильные выводы.
Формами разрешения неантагонистических противоречий в социалистическом обществе являются критика, демократическая инициатива, борьба мнений, гласность. К сожалению, в результате деформации социализма эти формы разрешения длительное время
15 Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 25—26 нюня 1987 года. С. 11.
270


ограничивались и только теперь, после апрельского (1985 г.) Пленума ЦК КПСС, получили должный размах и применение. Именно теперь в особенности важно своевременно освобождаться от блокировки противоречий, т. е. от помех на пути их разрешения; важно уметь решительно разблокировать противоречия, т. е. снять препятствия на пути их разрешения.
Средства разрешения противоречий на том или ином этапе развития нашего общества — это сочетание различных конкретных мер на основе коллективных решений. Пути и средства разрешения противоречий в нашем обществе многообразны и зависят как от объективных условий, так и от субъективного фактора, от научно обоснованной политики партии, ее успешной реализации трудящимися массами. Ныне возникли такие формы разрешения противоречий, как полный хозрасчет, самоокупаемость, арендный подряд и т. д.
Социализм по своей природе содержит объективные возможности для разрешения противоречий без их резкого обострения и конфликтов. Однако, как это было в предшествовавшие XXVII съезду годы, в результате ряда причин, главным образом ошибок и просчетов в деятельности субъективного фактора, некоторые из противоречий не разрешались своевременно, что отрицательно сказалось на развитии общества. Необходимость перестройки была вызвана к жизни нараставшими противоречиями в развитии общества, которые, постепенно накапливаясь и не находя своевременного разрешения, приобретали по существу предкризисные формы. В концепции перестройки и ускорения содержатся необходимые средства для раскрытия и разрешения противоречий.
Главным средством разрешения противоречий является демократизация всех сфер жизни, творческая инициатива, целенаправленная деятельность народа по созданию материальных и духовных ценностей, по преодолению всего старого, консервативного, мешающего продвижению вперед.


обоснованной политике КПСС. Все это позволяет применять при социализме разработанный В. И. Лениным диалектический принцип «сознательного соединения противоположностей» как особый метод развертывания и разрешения противоречий.
Методологическая основа соединения противоположностей базируется на трех объективных предпосылках: во-первых, на некоторой неоднородности элементов, составляющих каждую противоположность, т. е. на том, что не существует их абсолютного тождества; во-вторых, на наличии у противоположных сторон каких-то общих тенденций или интересов (если иметь в виду деятельность людей, социальных групп, классов); в-третьих, на существовании взаимосвязи каждой из противоположностей со многими факторами, влияющими на них. Впрочем, в реальной жизни вообще не бывает противоположностей, совершенно изолированных от окружающей их среды. Случаи соединения противоположностей имеют иногда место в отношениях между государствами с различным социально-политическим строем. В этих случаях возникают компромиссы. Пример: образование антигитлеровской коалиции в 1941 —1945 гг.
Сочетание (или соединение) противоположностей не следует путать с их беспринципным «примирением». Их сочетание означает максимально возможное сближение имеющихся в них сходных, совпадающих тенденций и дополнение друг друга, что хотя и не снимает элементов взаимного отрицания, но тем не менее создает возможность их оптимального соответствия, пропорциональности и тем самым способствует общественному развитию. В соединении противоположностей проявляется тот момент противоречия, когда не только борьба противоположностей, но и их единство играют определенную (разную в разных случаях) роль в дальнейшем прогрессивном движении.
На современном переломном этапе развития нашего общества «сознательное соединение противоположностей» получает дальнейшую разработку и конкретизацию. Например, была установлена необходимость сочетания в экономической сфере таких различных, в известной мере противоположных форм, как многообразные виды кооперативной и индивидуальной трудовой деятельности, арендного подряда и др.
Но главное значение сочетания противоположностей в ходе перестройки заключается теперь в полном, опти- 272


мальном действии принципа демократического централизма не только в экономической, но и в других сферах общества, без чего немыслимо развитие социализма. Главная, определяющая черта социалистического демократизма состоит в органичном сочетании демократии и дисциплины, инициативы и авторитета, самостоятельности и ответственности, прав и обязанностей каждой организации, каждого гражданина.
Всей системой форм, средств, методов разрешения противоречий руководит КПСС, используя их как движущую силу развития. В этом — гарантия творческого применения закона единства и борьбы противоположностей в новых условиях перестройки и ускорения, выявления и своевременного разрешения противоречий. Осуществляя свою руководящую роль, партия вскрывает противоречия в процессе развития социалистического общества, используя их как стимул и двигатель прогресса, поддерживает и укрепляет все новое, что рождается в ходе революционного обновления нашей страны.
§ 2. Закон взаимного перехода количественных и качественных изменений
Каждый из законов диалектики характеризует определенную черту, сторону движения, развития. Если закон единства и борьбы противоположностей раскрывает внутренний источник и внутреннее содержание процесса развития, то закон взаимного перехода количественных и качественных изменений объясняет причины многообразия, целостности и различия всего существующего в мире, показывает, каким образом на смену одним объектам, системам, вещам, явлениям, процессам, свойствам, отношениям приходят другие. Прежде чем раскрыть содержание этого закона, следует уяснить сущность составляющих его категорий.
Сходство и различие объектов, процессов объективного мира находит свое отражение в системе философских категорий: «количество», «качество», «мера», «скачок», а также «сущность», «явление», «общее», «особенное», «единичное» и др.
В окружающем нас мире все материальные объекты и системы находятся в процессе изменения, т. е. движения и развития. Возникают и разрушаются астрофизические объекты, на Земле исчезают одни виды растений и животных и появляются другие, происходит 273


смена общественно-экономических формаций. А это значит, что идут процессы изменения подсистем, элементов, рвутся старые и создаются новые связи, разрушаются одни и возникают иные системы. Эти процессы носят всеобщий характер. Однако практика дает нам и другие факты. В реальной жизни многие вещи, процессы сохраняются в относительно стабильном состоянии, т. е. на протяжении определенного времени подсистемы, элементы и связи, обеспечивающие существование и функционирование системы, остаются более или менее устойчивыми, сохраняют свои основные свойства.
Для познания качественной определенности вещи ее надо рассматривать во всестороннем взаимодействии с другими вещами, процессами, так как в разных условиях и отношениях вещи раскрывают лишь некоторые отдельные (различные для разных условий) стороны 16. Вместе с тем для познания материальных объектов живой и неживой природы, процессов, протекающих в социальной жизни, необходимо в любой материальной системе найти то устойчивое, что сохраняется в течение некоторого промежутка времени, выделить такие характеристики, которые делают систему именно такой, какая она есть, а не иной. Именно такие стороны, параметры, характеристики материальных систем нашли свое отражение в философской категории «качество».
Качество есть объективная, существенная, внутренняя определенность целостных систем, делающая их тем, чем они являются, и существенно отличающая их от других систем при взаимном сравнении и оценке.
Важно понять, что в объективном мире существуют не качества сами по себе, а материальные объекты, системы, обладающие качествами. Качественной определенностью обладают не только системы в целом, но и входящие в них подсистемы, элементы, связи. Выражая внутреннюю сущность системы, качество, как правило, не обнаруживает себя сразу в полном объеме, а проявляется в виде отдельных свойств. Так, алюминий как химический элемент обладает вполне определенным качеством, а серебристо-белый цвет, пластичность, электропроводность — это его некоторые свойства. Свойства указывают не на то, чем является данная вещь, а на то, на что она способна, какие функции может выполнять. Свойства всегда более элементарны, чем
16 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 42. С. 289—290. 274


качества. Многообразие окружающего мира обусловлено как наличием бесконечно большого числа качественно различных состояний вещей и явлений, так и возможностью изменения свойств в пределах одного качества.
К. Маркс указывал, что свойства данной вещи не создаются ее отношением к другим вещам, а лишь обнаруживаются в таком отношении. В процессе взаимодействия одной вещи с другими вещами объективного мира раскрывается бесчисленное множество ее существенных и несущественных свойств, прослеживается их относительный характер. Например, фотон-квант света в одних отношениях проявляет свои корпускулярные свойства (в явлении фотоэффекта), в других — волновые (дифракция, интерференция света). Эта характеристика свойств применима и к обществу. В работе «О продовольственном налоге» В. И. Ленин отмечал, что капитализм есть зло по отношению к социализму, но он же есть благо по отношению к феодализму, к мелкому производителю.
Если изменение качества означает, что вещь, явление перестали быть самими собой и превращаются в другие, то изменение свойства может и не оказывать заметного влияния на состояние вещи, явления. Отсутствие, изменение того или иного свойства может не сказываться на качестве. Так, человек остается человеком независимо от цвета его кожи и волос, от особенностей его характера, от профессиональных навыков и т. п.
Исчезновение одного свойства и появление другого означает, что изменения происходят внутри системы, в ее подсистемах, элементах и связях, но они не влияют существенно на качество самой системы. Например, атом, потерявший электрон, становится ионом. При этом изменяется ряд свойств, но коренное качество, определяющее атом данного химического элемента, остается. В процессе селекции могут изменяться отдельные свойства растений и животных без утраты основного качества. Приведем пример из другой области. На предприятии меняется численность работающих, в цехах заменяется часть оборудования, совершенствуется технология, однако все это может не оказывать существенного влияния на количество и качество выпускаемой продукции.
Качественная определенность системы лежит в основе самой возможности познания мира. По своей сущ-
275


ности, коренному качеству группы систем могут быть качественно однопорядковыми и не только сравнимыми, но и доступными для классификации. Поэтому, познав «качество», люди познают его применительно к множеству однотипных систем. Именно в этом состоит одна из объективных основ для познания вообще, для использования знаний в практической деятельности и для предвидения.
В целом содержание, заключенное в свойствах объекта, несравненно богаче и многообразнее, чем содержание его качества, ибо последнее прежде всего характеризуется чувственно воспринимаемыми признаками объекта, тогда как содержание свойств объекта несет информацию о его внутреннем мире, сущности и т. д.
Характеристика системы со стороны ее качества хотя и важна, но не всегда получается конкретной. Поэтому установление общей качественной определенности есть лишь первоначальный этап познания. Его дополняет количественный анализ, углубляющий степень познания объективного мира, ибо, как справедливо заметил Гегель, «только измеренное изучено». Дифференциация в развитии науки исторически связана в конечном счете не только с оценкой качества, но и с развитием количественных методов исследования. Формирование понятия «количество» прежде всего обусловлено абстрагированием, т. е. отвлечением, от качественного многообразия систем.
Количество — объективная определенность предмета, в силу которой его можно разделить на однородные части; это философская категория, характеризующая систему со стороны размера, совокупности ее элементов, их объема, величины, интенсивности и других параметров.
Для определения количественной характеристики системы необходимо провести измерения, т. е. сопоставление тех или иных параметров объекта с эталоном. Количественно выражаются некоторые свойства систем, например плотность, масса, удельный вес и т. п. Количественные характеристики конкретизируют качественную определенность систем. Так, каждый химический элемент имеет в составе ядра атома определенный набор протонов и нейтронов. Для характеристики автомобиля важно знать мощность его двигателя, расход горючего и многие другие количественные параметры. В крови человека содержится определенное количество 276


белых и красных кровяных телец и т. д., их соотношение характеризует состояние его здоровья.
Чистейшим количественным определением, какое мы только знаем, указывал Ф. Энгельс, является число. Однако следует иметь в виду, что число не тождественно количеству: не всякое количество выражается однозначно числом.
В общественных явлениях также наряду с качественной стороной есть и количественная. Она выражается в статистических данных развития различных сфер жизни, в других показателях.
В сложных системах количественные параметры нё всегда имеют эталон измерения, что затрудняет их анализ. Это прежде всего относится к биологическим объектам, социальным процессам, хотя успехи кибернетики служат убедительным доказательством возможности применения математических методов исследования и к ним. В настоящее время такие методы эффективно используются при создании автоматических систем управления, в информатике и других областях познания и практики, однако возникают и серьезные трудности, поскольку многие объекты не имеют характеристик, которые можно было бы формализовать.
Существенное отличие количества от качества заключается в том, что можно менять некоторые количественные характеристики объекта без того, чтобы изменилось его качество. Скажем, размер вещи может быть большим или меньшим, и это не отражается на ней как на объекте определенного качества. Можно варьировать в широком диапазоне температуру твердого тела и другие параметры без изменения его агрегатного состояния. Это значит, что количественная определенность не столь тесно связана с состоянием вещи, как качественная. Следовательно, при анализе количественных отношений можно в определенных пределах отвлекаться от качества системы. На этой особенности основаны многие математические методы, и в частности метод математического моделирования, когда в определенных случаях качественно разнородные системы могут быть описаны одной и той же системой уравнений, например дифференциальных.
Однако количественные изменения находятся во внешних отношениях к системе лишь в определенных для каждой системы пределах. Даже малейший выход за эти пределы, границы влечет за собой коренное качественное изменение системы. Известно, что нагрева277


ние обычной воды в пределах от О °С до 100 °С при нормальном атмосферном давлении не приводит к изменению ее агрегатного состояния, но уже переход через эти границы ведет к превращению воды в лед или пар, т. е. происходит смена качественного состояния.
Неразрывная связь, существующая между количеством и качеством, находит свое отражение в понятии меры. Мера — это философская категория, выражающая диалектическое единство качественных и количественных характеристик объекта. Категория меры выражает такое взаимоотношение между сторонами системы, когда ее качество основано на определенном количестве, а последнее есть количество определенного качества. Момент, начиная с которого дальнейшие количественные изменения приводят к коренным качественным изменениям, называется границей меры.
Каждая материальная система обладает своей мерой. Нарушение меры приводит к нарушению данного качества. Старые связи рвутся, частично или полностью трансформируются подсистемы и элементы, а следовательно, возникает новое качество. Известно, что физические константы, определяющие точки кипения, плавления и т. п., различны для каждого вещества. Но и для одного и того же вещества значение меры меняется в зависимости от условий. Например, при изменении давления меняется температура как замерзания, так и кипения воды.
Мера точно определена, если изменение качества зависит от одного или двух количественных параметров, как это часто имеет место в неорганической природе. Но в органической природе и в социальной форме движения материи изменение качества обычно зависит от множества факторов. В этом случае граница меры носит вероятностный характер, подчиняется статистическим закономерностям, устанавливается приближенно. Объект, система могут иметь несколько мер. Так, в общественном явлении всегда имеется не менее двух мер: природная и социальная.
Мера присуща не только качествам, но и всем специфическим свойствам предметов. Никакое свойство систем нельзя усиливать или уменьшать бесконечно, полагая, что оно останется всегда одним и тем же. Аналогично качеству свойство на определенном этапе его изменения, когда будет пройдена граница меры, превратится в новое свойство.
Процесс изменения, развития материальных объек278


тов представляет собой разрушение старой меры (как диалектического единства количества и качества) и возникновение новой меры. Этот процесс Гегель назвал движением через узловую линию мер. При нарушении меры данного качества оно исчезает и появляется новое, имеющее свою меру. Изменение качества происходит на границе меры. При превращении старого качества в новое нарушается непрерывность развития, происходит прерыв постепенности. В философии этот процесс нашел свое выражение в категории «скачок».
Скачок — это процесс становления нового качества, когда новые условия и внутренние связи в системе становятся несовместимыми со старой формой их организации и последняя подвергается ломке. В форме скачка происходят изменения агрегатного состояния вещества, протекают химические реакции, происходит смена геологических эпох, зарождается жизнь, меняются типы производственных отношений. Скачок представляет собой момент разрешения противоречий системы и знаменует общую тенденцию прогрессивного развития природы и общества. Скачок выступает в процессе развития как переломный этап, как решающее звено. «...Именно в такие периоды,— писал В. И. Ленин,— разрешаются те многочисленные противоречия, которые медленно накапливаются периодами так называемого мирного развития. Именно в такие периоды проявляется с наибольшей силой непосредственная роль разных классов в определении форм социальной жизни, созидаются основы политической «надстройки», которая долго держится потом на базисе обновленных производственных отношений» 17.
Характер скачка определяется спецификой самой развивающейся системы, присущими ей противоречиями. Скачок может представлять собой такую перестройку системы, при которой все ее составные части сохраняют свою целостность, а происходит лишь изменение структуры связей. Скачок может произойти в результате увеличения или уменьшения системы, при этом происходит изменение функций или числа ее структурных элементов, образование новых связей.
В реальном мире скачок чаще всего представляет собой широкий спектр превращений как в самой системе, так и в составляющих ее подсистемах, элементах и связях. Категория «скачок» позволяет лучше понять,
17 Там же. Т. 16. С. 23—24.
279


почему в процессе перехода от одного общественного строя к другому нет необходимости создавать заново все структурные элементы и отношения нового общества. Переход в новое качество вполне допускает сохранение в нем ряда старых элементов.
Для понимания закона взаимного перехода количественных и качественных изменений не имеет значения, какой отрезок времени занимает становление нового качества, т. е. какова длительность скачка. Этими вопросами занимаются частные науки. Так, физика может дать ответ, какое время требуется при заданной температуре и известном давлении для превращения определенного количества жидкости в пар. Химикам не безразлично время протекания реакций. В биологии важно представлять время, необходимое для получения нового сорта растений или вида животных. Возникли целые направления, такие, как теория динамических систем, теория бифуркаций, теория катастроф, теория автоколебаний, неравновесная термодинамика, синергетика, изучающие поведение систем при смене их состояний.
Особый интерес представляют скачки в социальном развитии, и в первую очередь при переходе от капитализма к социализму. Развивая марксистское положение о скачках, В. И. Ленин в работе «Очередные задачи Советской власти» отмечал, что, по К. Марксу и Ф. Энгельсу, скачки в общественной жизни — это переломы, поворотные пункты во всемирной истории, которые иногда обнимают периоды в 10 и более лет, т. е. охватывают целую полосу исторического развития. «При всей постепенности,— писал Ф. Энгельс,— переход от одной формы движения к другой всегда остается скачком, решающим поворотом» 18.
Рассматривая различные моменты движения, развития, мы нередко наблюдаем и количественные, и качественные изменения в их единстве. «Каждую полезную вещь, как, например, железо, бумагу и т. д., можно рассматривать,— писал К. Маркс,— с двух точек зрения: со стороны качества и со стороны количества» 19. Количество и качество обладают как бы двойной связью. С одной стороны, новое качество порождено предшествующими количественными изменениями, с другой — оно само порождает у новой системы новые количест-
18 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 66.
19 Там же. Т. 23. С. 43.
280


венные характеристики и тот диапазон, в рамках которого изменения не нарушают собой новое качество.
Изучение огромного числа процессов количественных и качественных изменений позволило убедиться в том, что переход в новое качество всегда происходит скачкообразно, представляет собой прерыв постепенности в развитии, в то время как количественные изменения могут происходить и непрерывно, и в виде пре- рыва постепенности. Развитие, будучи единством количественных и качественных изменений, есть вместе с тем единство непрерывности и прерывности. Непрерывность, а значит преемственность в развитии, в том числе социальном, играет не меньшую роль, чем скачкообразность и прерывность. Непонимание этого вело, например, к ультралевым попыткам упразднения в революционную эпоху всей культуры и всего целиком образа жизни прежнего общества (Пролеткульт и др.).
Возникая, новое качественное состояние характеризуется иными закономерностями и темпами количественных изменений. В живой природе оно проявляется в виде усложнения форм и функций живых организмов, а также усовершенствования их способности к отражению, связанного с развитием нервной системы. Жизнь, как новое качественное состояние материи, развивается несравненно быстрее, чем неорганическая природа.
Изучение реальных процессов показывает, что изменение качества под влиянием изменения количества является универсальной формой развития, всеобщим законом. Исследуя эту закономерность, Ф. Энгельс в «Диалектике природы» писал: «...в природе качественные изменения — точно определенным для каждого отдельного случая способом — могут происходить лишь путем количественного прибавления либо количественного убавления материи или движения (так называемой энергии).
Все качественные различия в природе основываются либо на различном химическом составе, либо на различных количествах или формах движения (энергии), либо,— что имеет место почти всегда,— на том и другом. Таким образом, невозможно изменить качество какого-нибудь тела без прибавления или отнятия материи либо движения, т. е. без количественного изменения этого тела» 20.
20 Там же. Т. 20. С. 385.
281


Переход количественных изменений в качественные ярко подтверждается периодическим законом химических элементов, открытым Д. И. Менделеевым, агрегатными и аллотропными превращениями веществ и т. п. Примером обратных превращений, перехода качественных изменений в количественные может служить явление катализа.
К. Маркс в своих трудах неоднократно показывал переход количественных изменений в качественные и обратно в социальных процессах. Выясняя характер капиталистической системы хозяйства, источник получения прибавочной стоимости, он показал, что для превращения владельца денег в капиталиста необходимо иметь сумму денег, достаточную для найма рабочей силы и освобождения от личного участия в производстве. В другом месте «Капитала» К. Маркс, рассматривая кооперацию в процессе производства как слияние многих сил в одну общую, показал, что возникает некая «новая сила», которая существенно отличается от суммы составляющих ее сил. «Здесь, как и в естествознании,— отмечал К. Маркс,— подтверждается правильность того закона, открытого Гегелем в его «Логике», что чисто количественные изменения на известной ступени переходят в качественные различия» 21.
Итак, закон взаимного перехода количественных и качественных изменений есть такая взаимосвязь и Взаимодействие количественных и качественных характеристик системы, в силу которых мелкие, вначале незаметные количественные изменения, постепенно накапливаясь, рано или поздно нарушают границу меры системы и вызывают коренные качественные изменения, протекающие в виде скачков и осуществляющиеся в зависимости от природы объектов и условий их развития в разнообразной форме, причем вновь возникшее качество в свою очередь порождает новые закономерности и темпы количественных изменений. Диалектика количественных и качественных изменений является одной из сторон всеобщих процессов самоорганизации материи и порожденных ее развитием различных системных образований.
Диалектика интенсивного и экстенсивного — одно из проявлений закона взаимного перехода количества в качество в социально-экономическом развитии общества. Достижение качественно нового состояния советского общества, изменение типа экономического 21 Там же. Т. 23. С. 318.
282


роста предполагают переход от преимущественно экстенсивной модели развития к развитию на основе интенсификации процессов в социально-экономической сфере.
В большинстве случаев в философии «экстенсивное» понимается как нечто относящееся к расширению, распространению за какие-то начальные рубежи, пределы, а «интенсивное» — как нечто сконцентрированное, изменяющее свое состояние в определенных рамках. Эти пределы, рамки могут быть временными, пространственными, ресурсными и др.
Экстенсивный тип развития был свойствен в основном всем докапиталистическим обществам, да и в сегодняшнем мире он является одним из способов экономического прогресса. В СССР экстенсивный тип развития экономики был в свое время объективно обусловлен, соответствовал задачам времени и дал значительные результаты. Однако на следующей, более высокой ступени развития советского общества экстенсивный тип развития, связанные с ним методы управления, планирования, распределения и т. д. стали тормозом развития, возникла острая потребность в переходе к интенсивным методам хозяйствования, поскольку на первый план выходят новые качественные факторы.
Между экстенсивным и интенсивным типами развития существует определенная диалектическая связь, отмеченная в несколько ином (внеэкономическом) аспекте еще Гегелем. Дело в том, что экстенсивный и интенсивный типы развития обычно не выступают в чистом виде: в экстенсивном по преимуществу процессе всегда имеются элементы интенсивного развития, и наоборот. Например, нельзя рассматривать социалистическую индустриализацию в СССР как процесс только экстенсивный, исходя из того что главным в ней было строительство новых предприятий, увеличение объема производства и числа занятых в нем людей. Известно, что в это время имел место и значительный научно-технический прогресс, возникали принципиально новые производства и технологии.
Переход от преимущественно экстенсивного к преимущественно интенсивному типу развития связан с переходом через границу меры экстенсивного. Мера экстенсивного — это тот интервал экстенсивного развития, в котором удовлетворение потребностей членов общества возможно за счет более активного воздействия на природу (расширение вовлекаемой в оборот тер283


ритории, рост объемов используемого сырья, энергоресурсов и т. п.), повышения отдачи от имеющихся орудий труда (рост их числа, размеров, мощности и т.п.), увеличения массы людей, занятых в производстве. Переход границы меры означает невозможность дальнейшего существования прежнего типа развития. Наступают или кризисы перепроизводства, если материальные, сырьевые, энергетические, людские ресурсы не исчерпаны, или, наоборот, невозможность удовлетворения спроса населения (дефицит товаров и услуг), если хотя бы один из ресурсов ограничен. И в том и в другом случае необходим переход к новому, интенсивному типу развития. Создаются качественно иные технологии, не существующие в природе материалы, кардинально изменяются орудия труда. Меняется сам человек и характер отношений между людьми. В качественно новой ситуации опять на некоторое время начинает преобладать экстенсивный тип развития, так как требуется время для повсеместного внедрения новых технологий, орудий труда, материалов. А это в свою очередь готовит новый этап интенсивного развития.
В реальной жизни оба типа развития переплетены самым причудливым образом, за счет неравномерного развития социальных подсистем, элементов и их связей. На каждом конкретном этапе развития общества следует четко знать, какой тип развития является господствующим, ведущим. Советское общество, как указывается в партийных документах, выходит ныне на рубежи преимущественно интенсивного развития. На практике это означает отказ от валовых показателей развития экономики, ликвидацию затратного, дефицитно-инфляционного производства, борьбу против приоритета количества перед качеством.
В обществе количественные и качественные изменения выступают в форме эволюционных и революционных процессов. Под эволюцией в узком смысле слова понимается такая форма общественного развития, при которой в пределах определенной общественноэкономической формации, в рамках данного качества происходят количественные изменения свойств существующих отношений. Революция — это скачок в развитии общестза, в ходе которого одно качество превращается в другое, более прогрессивное.
К революционным по своему характеру явлениям можно отнести происходящий в сегодняшнем мире общий скачок в развитии производительных сил, создаю284


щий качественно новую материально-техническую основу производства. Научно-техническая революция означает непосредственное соединение науки с производством, создание на этой основе качественно новой энергетики, принципиально иных технологий, развитие микропроцессорной техники, химизацию производства и быта, получение с помощью биотехнологий высокопродуктивных растений и животных с заранее заданными качествами, совершенствование систем управления производством и другими сферами жизни общества.
Правильное понимание диалектики эволюции и революции имеет не только теоретическое, но и практическое, политическое значение. Эволюция выступает как реформа, когда речь идет о качественных изменениях в элементах системы, не затрагивающих качества системы, т. е. экономическую и политическую суть существующего строя.
Реформизм, правый ревизионизм отрицают необходимость революционного перехода к социализму. Методологической основой таких взглядов служит плоский эволюционизм, абсолютизирующий постепенность и признающий эволюцию общества единственной формой его изменения. Не меньший вред революционному движению приносят анархизм и «левый» оппортунизм, которые исповедуют авантюристическую тактику революционных действий без учета зрелости объективных и субъективных условий. Методологической базой этих течений является отрицание непрерывной формы развития, признание лишь «революционных» скачков в виде мятежей, бунтов, террористических действий.
Вопрос о революционном характере развития советского общества по-новому был поставлен в связи с курсом партии на обновление социализма в СССР. Перестройка — «это настоящая революция во всей системе отношений в обществе, в умах и сердцах людей, психологии и понимании современного периода, и прежде всего задач, порожденных бурным научно-техническим прогрессом» 22. Речь идет не о социально-политической революции, когда уничтожаются основы экономических отношений старого строя, устанавливается принципиально новая политическая власть. Речь идет не о разрушении или ликвидации общественной собственности на средства производства, а об ее укреплении, конкретном развитии ее различных видов и о более эффективном
22 Горбачев М. С. Избранные речи и статьи. Т. 4. С. 37. 285


использовании; не об отказе от основного принципа социализма «От каждого — по способностям, каждому — по труду», а о более последовательном применении его в интересах социальной справедливости; не о сломе государственной машины, а о создании социалистического правового государства, углублении социалистической демократии, развитии социалистического самоуправления народа.
В чем отличие наших нынешних революционных преобразований от прошлых? Во-первых, сейчас в нашем обществе нет антагонистических классов; во-вторых, нынешние преобразования осуществляются на собственной социалистической основе и направлены на укрепление этой основы, всемерное ее развитие, ка достройку и обновление социализма; в-третьих, реализуемые ныне меры носят всеохватывающий характер и должны сказаться во всех сферах жизни. Революционный характер развития предполагает критический подход к достигнутому, потребность в переделке и доделке уже созданного. Все это — закономерные черты протекающих революционных процессов, всего строительства нового общества. Революционная суть обновления советского общества — это радикальное, глубокое, с опорой на трудовую и общественную активность масс преодоление чуждых социализму наслоений, консервативных способов мышления, форм и методов работы. Это утверждение новых, прогрессивных форм общественных отношений, отвечающих ленинским представлениям о социализме как обществе, базирующемся на принципах коллективизма, социальной справедливости и демократизма. Это, наконец, ускоренный темп движения общества, прерыв постепенности в его развитии. Все это, вместе взятое, будет означать скачок из одного состояния общества в другое, более высокое состояние — скачок, подготовленный, с одной стороны, историческими достижениями социализма, а с другой — назревшими потребностями устранения негативных явлений, тенденций, устаревших форм общественной жизни.
§ 3. Закон отрицания отрицания
Всякое развитие осуществляется путем возникновения нового и отмирания старого. Новое своим появлением как бы «упраздняет» старое как свою противоположность. В диалектике этот процесс характеризуется поня286


тием «отрицание». Диалектика, писал К. Маркс, «в позитивное понимание существующего... включает в то же время понимание его отрицания...» 23. Понятие отрицания приобретает статус категории диалектики лишь тогда, когда отвечает определенным требованиям, когда ему свойственны некоторые необходимые признаки.
Каковы же основные признаки, присущие диалектическому отрицанию? Чтобы ответить на этот вопрос, рассмотрим прежде всего подходы к пониманию отрицания, характерные для метафизического метода мышления.
Метафизическое понимание отрицания трактуется как сумма механических действий, актов, возникающих главным образом в результате вмешательства внешних сил, приводящих к разрушению, уничтожению объекта, к ликвидации явлений, к прекращению развития. Подобные представления были широко распространены в домарксистской философии. При таком подходе к отрицанию ни о каком развитии не могло быть речи, поскольку его результат здесь мыслился как полное уничтожение отрицаемого. Разумеется, такого вида отрицания, ко лишь в относительно полном виде, встречаются в истории природы (например, катастрофические разрушения на Земле) и общества (гибель некоторых древних цивилизаций в результате взаимоистреблекия борющихся классов и опустошения среды обитания).
Разновидностью антидиалектического, субъективистского подхода к отрицанию является нигилизм — установка ка полное отрицание «всего и вся», в том числе форм социальной жизни, общечеловеческих идеа- лоз, моральных норм, явлений культуры. Нигилизму свойственны огульный критицизм по отношению ко всему сущему, неверие в будущее, в социальный прогресс.
Диалектика в отличие от метафизики рассматривает отрицание не как безусловное и полное уничтожение материальных объектов, форм действительности. «Не голое отрицание, не зряшное отрицание, не скептическое отрицание, колебание, сомнение характерно и существенно в диалектике...— писал В. И. Ленин,— а отрицание как момент связи, как момент развития, с удержанием положительного...» 24. Удержание положительного из отрицаемого — важнейшая черта диалектического
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 23. С. 22.
4 Ленин В. //. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 207.
287


отрицания. Согласно диалектической точке зрения необходимо сохранение таких свойств отрицаемого объекта, которые бы служили основой дальнейшего развития.
Социализм как более высокая по сравнению с капитализмом ступень развития человеческого общества возникает в результате революционной ликвидации частной собственности на средства производства и первоначально развивается на основе таких прогрессивных достижений капитализма, как относительно высокий уровень развития производительных сил, материальной и духовной культуры, общественного характера и дисциплины труда. Сохраняя все позитивное, ценное, социализм в то же время отвергает, упраздняет, ликвидирует те свойства и отношения, которые определяют негативную, исторически отжившую сущность старого социального качества. Прежде всего это частная собственность на средства производства и порождаемые ею эксплуатация и классовый антагонизм, а также буржуазные формы государственного правления и идеологической надстройки.
В ходе формирования социализма появляются элементы, которых не было в старом обществе, которые родились как имманентные свойства возникшего организма. В частности, социализм обогатил социальную практику такими закономерными, внутренне присущими ему чертами, как власть трудящихся при ведущей роли рабочего класса; руководство развитием общества со стороны коммунистической партии, вооруженной научной идеологией; утверждение общественной собственности на основные средства производства и на этой базе — планомерный рост экономики в интересах народа 25 и др.
Таким образом, диалектическое отрицание есть единство разрушения и созидания. Связь между этими двумя сторонами характеризует меру преемственности, которая придает развитию и прерывный и непрерывный характер. Так, например, революционное обновление нашей страны представляет собой процесс диалектического отрицания существующего состояния общества. Во-первых, отвергается все негативное, связанное с деформацией основных принципов социализма, упраздняются социальные механизмы, формы и методы работы, которые сдерживают общественное развитие. В
26 См.: Программа Коммунистической партии Советского Союза: Новая редакция. С. 11 — 12.
288


частности, чрезмерная централизация управления народным хозяйством, страной переросла меру своей рациональности, разумности и привела к гипертрофии административной системы, разбуханию аппарата управления, нарастанию бюрократизма.
Во-вторых, утверждаются новые формы экономических и других отношений, соответствующие требованиям обновления социализма (демократизация всех сфер общественной жизни, самоуправление, хозрасчет, система экономических стимулов роста производства, расширение гласности, инициативы трудящихся). В-третьих, прежние организационные формы не просто отвергаются и выбрасываются за борт истории. Из них отбираются и сохраняются те элементы, ценность которых бесспорна и в новых условиях развития страны. Демократизация, расширение прав и полномочий трудовых коллективов происходят не иначе как на основе приоритета общенародных интересов. Централизм как важнейшая, существенная черта социалистического принципа управления не упраздняется, а изменяется, реально возводится на качественно новый уровень. «По сути дела,— говорится в докладе М. С. Горбачева на июньском (1987 г.) Пленуме ЦК КПСС,— речь идет о выработке новой концепции централизма, опирающегося на активность трудящихся и самостоятельность предприятий, то есть подлинно демократического централизма в ленинском его понимании, обладающего неизмеримо большей мощью, чем централизм, погрязший в попытках регулировать все и вся» 26.
Диалектический материализм исходит из того, что отрицание не ограничено какой-либо сферой своего действия, а охватывает действительность во всем ее объеме. Диалектическое отрицание является универсальной категорией, отражающей развитие материи. В мышлении отрицание происходит приблизительно аналогично тому, как оно осуществляется в сфере материальной реальности, поскольку логика человеческого познания есть отражение объективных законов развития материального мира (но, разумеется, не совсем одинаковы отрицания в логике, математике и других науках). Благодаря отрицанию происходит переход от незнания к знанию, от простых к более сложным формам познания, восхождение мысли от конкретного к абстрактному и от не-
26 Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 25—26 июня 1987 года. С. 52.
10 Диалектический материализм
289


го к более богатому и полному конкретному, от истины относительной к истине абсолютной. Характерный пример — возникновение и развитие марксистско-ленинского учения. В нем критически переработаны достижения предшествующей научной и общественной мысли, оно освобождено от того, что оказалось несостоятельным перед лицом развивающейся истории и науки. Марксизм вобрал в себя положительное содержание этого наследия, творчески обогатил его принципиально новыми положениями и выводами. Как всякая живая и жизненная сущность, учение марксизма-ленинизма немыслимо без постоянного развития. И сегодня партия ставит задачу не сковывать это живое учение рамками устоявшихся положений, а двигать его дальше, решительно преодолевая догматизм, схоластику, начетничество, обретать истину не в декларациях и предписаниях, а в научных дискуссиях и спорах, на основе уроков практики 27. В этой связи правильное понимание отрицания является важной и актуальной проблемой.
Таким образом, отрицание в материалистической диалектике есть момент развития природы, общества и познания, естественный процесс преодоления старого качества с уничтожением в нем всего отжившего, реакционного и сохранением положительного, прогрессивного как исходного материала для возникновения и становления нового качества.
Категория отрицания является одной из ключевых для понимания диалектических изменений, однако она еще не дает полного представления о том противоречивом и сложном пути, который проходит развитие. Диалектическое отрицание помогает понять направление и результат развития лишь в пределах того или иного этапа, происходящего в рамках перехода от одной ступени к другой. Однако процесс развития, естественно, не завершается этой второй ступенью. «Она вынуждена уступить место более высокой ступени, которая, в свою очередь, также приходит в упадок и гибнет... Для диалектической философии нет ничего раз навсегда установленного, безусловного, святого. На всем и во всем видит она печать неизбежного падения, и ничто не может устоять перед ней, кроме непрерывного процесса возникновения и уничтожения, бесконечного восхождения от низшего к высшему» 28.
27 См.. Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза. С. 84—85.
28 Маркс К, Энгельс Ф. Соч. T 21. С. 276.
290


Это разъяснение Ф. Энгельсом революционной сути диалектики указывает, в частности, на то, что всякая сущность, образовавшаяся как следствие предыдущего отрицания, сама подвергается неизбежному отрицанию, а очередной результат отрицания вновь с необходимостью отрицается, но при этом происходит развитие, воспроизведение всего положительного и прогрессивного на более высоком уровне. Эту тенденцию, проявляющуюся в природе, обществе и мышлении, и отражает понятие «отрицание отрицания». Диалектическая суть этой закономерной связи была понята, разумеется, не сразу. Наблюдавшаяся повторяемость в природных явлениях приводила нередко философов к выводам метафизического характера. Смена дня и ночи, времен года, циклов жизни растений и животных, человеческих поколений — все это давало повод к заключению, что в природе все будто бы находится в вечном замкнутом круговом движении, что все в конечном счете «возвращается на круги своя».
Такого рода взгляды распространялись и на общественную сферу, исторический процесс. Они характерны для теорий исторического круговорота Дж. Вико (1668—1744), Э. Мейера (1855—1930), А. Тойнби (1889—1975). Всемирная история, например, по Тойнби, представляет собой лишь совокупность историй отдельных относительно замкнутых цивилизаций. Каждая из них проходит в своем развитии стадии возникновения, роста, надлома и разложения, после чего, как правило, гибнет. По такой схеме он выводит определенные «эмпирические законы» повторяемости общественного развития.
Однако внимательное и, выражаясь словами Гегеля, «мыслящее рассмотрение» процессов развития в природе, обществе и человеческом познании показывает, что замкнутое круговращение — лишь кажущаяся линия движения. После завершения цикла отрицания отрицания движение возвращается не в ту же самую точку, откуда оно началось, а лишь в «проекцию» этой точки, лежащую в другой плоскости, на более высоком уровне. Возвращение развития на второй круг есть не простое повторение прежнего состояния, а его качественно обогащенное повторение. Отрицание отрицания дает «более высокое, более богатое понятие, чем предыдущее, ибо оно обогатилось его отрицанием или противоположностью; оно, стало быть, содержит в себе старое понятие, но содержит в себе более, чем только это поня291


тие, и есть единство его и его противоположности»
В «Анти-Дюринге» Ф. Энгельс обстоятельно рассматривает принцип проявления отрицания отрицания в растительном и животном мире, геологии, математике, истории, философии, приводит целый ряд убедительных примеров, доказывающих повсеместность этого явления. Яркий образец действия отрицания отрицания в истории общества дает К. Маркс в «Капитале». Например, общественная собственность на землю, которая была характерна для первобытного состояния народов, в свое время исчерпала себя и подверглась отрицанию со стороны частной собственности. Но и эта форма владения также со временем становится оковами для производства. По этой причине оиа с неизбежностью подлежит уничтожению, превращению ее в общественную собственность, но уже на более высоком уровне развития (второе отрицание).
Вновь открываемые наукой процессы, явления показывают, что отрицание отрицания с необходимостью проявляется повсеместно, где имеет место развитие от низшего к высшему. Данное обстоятельство, рассматриваемое сквозь призму диалектической логики, дает основание определять это необходимое, устойчивое отношение как закон отрицания отрицания. Он характеризует направление процессов развития, единство поступательности и преемственности в развитии, как бы повторяемость моментов старого и возникновение нового.
Для применения этого закона в практической деятельности необходимо прежде всего понять его основную суть. Чем объясняется механизм «возвратного хода»? Каков источник самоотрицания в действии данного закона? Каким образом при этом происходит возникновение нового?
Источником самоотрицания являются диалектические противоречия, внутренне присущие любому предмету или процессу. Повторяемость моментов, относительный возврат к прошлому обусловлены также противоречивостью самого процесса развития, действием закона единства и борьбы противоположностей. Г. В. Плеханов объяснял данный вопрос следующим образом: «Всякое явление, развиваясь до конца, превращается в свою противоположность; но так как новое, противоположное первому явление также в свою очередь превращает-
29 Гегель. Соч. Т V М , 1937 С. 33. 292


ся в свою противоположность, то третья фаза развития имеет формальное сходство с первой» 30.
Найти ответ на вопрос о процессе возникновения нового помогает анализ действия каждого диалектического отрицания в отдельности. Как уже отмечалось, диалектическое отрицание — это уничтожение старого качества с удержанием его положительных элементов и присоединение к ним качественно нового содержания. Поскольку процесс отрицания отрицания складывается из последовательной смены диалектических отрицаний, то приобретаемое в их результате новое содержание, обогащенное «снятыми» элементами старого, поднимает каждый виток развития на новый, более высокий уровень, сообщает ему восходящее направление. Поэтому данный процесс и есть «повторение в высшей стадии известных черт, свойств... низшей и... возврат якобы к старому...» .
В действии закона отрицания отрицания сложным и противоречивым образом сочетаются два направления движения: одно — как бы круговое, другое — восходящее. При их совмещении образуется движение по винтовой линии, которую можно представить в виде спирали. Такое спиралевидное восхождение следует рассматривать как наглядный образ сложного диалектического процесса.
Закон отрицания отрицания впервые сформулирован Гегелем. Но Гегель абсолютизировал триаду как форму проявления этого закона. Исходя из позиций объективного идеализма, Гегель сводил развитие абсолютной идеи к жесткой троичной схеме: тезис — антитезис — синтез, по которой он, собственно, и построил свою философскую систему. Этой схеме, по его мнению, должно с неумолимостью следовать и развитие реального мира как инобытия абсолютной идеи.
Процесс диалектического развития происходит путем отрицания исходного момента, продолжается путем отрицаний отрицания и так до бесконечности. Однако, во-первых, не ход развития реальной действительности укладывается в эту идеальную схему, а, наоборот, все теоретические абстракции выводятся на основе анализа процессов реальной действительности. Во-вторых, в объективной реальности развитие далеко не всегда
30 Плеханов Г. В. Избранные философские произведения: В 5 т. T 1 М, 1965. С. 572.
31 См.: Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 29. С. 203. 293


осуществляется но л ой схеме. Переходы от одной стадии к другой нередко бывают опосредованы промежуточными состояниями, отклонениями от общей тенденции, что доказывается многочисленными примерами из различных областей науки и практики.
Материалистическая диалектика исходит из того, что при исследовании тех или иных процессов в природе, истории их следует ие подгонять под заранее заготовленные схемы, а изучать в конкретных взаимосвязях и условиях, выявляя как общие черты, так и особенности проявления закона отрицания отрицания.
Полемизируя с народником Михайловским, приписывавшим марксистскому методу схематичность гегелевской триады, В. И. Ленин убедительно доказывает, что в учении основоположников научного коммунизма «о триадах Гегеля и речи нет, а все дело сводится к тому, чтобы рассматривать социальную эволюцию как естественно-исторический процесс развития общественно-экономических формаций» 32
Закон отрицания отрицания, проявляясь сообразно конкретным обстоятельствам, объективно действует иа всем протяжении исторического развития, в любой общественной системе, в том числе и в социалистическом обществе. Однако с 30-х до начала 50-х годов в нашей философской литературе этот закон либо замалчивался, либо трактовался упрощенно: абсолютизировалось восходящее направление движения как якобы единственный результат действия закона отрицания отрицания в советском обществе. Сторонники этого подхода особенно опасались мысли, что в процессе развития может происходить возвращение «якобы к старому». Это никак ие согласовывалось с бытовавшими тогда положениями о бесконфликтности развития в социалистическом обществе, о том, что диалектика социализма представляет собой совершенно особый вид диалектики.
Жизнь показала, что действие закона отрицания отрицания в условиях социализма развертывается все с той же объективной необходимостью. Изменяется лишь характер его проявления, что обусловлено характером самого социалистического общества, господством общественной собственности на средства производства, исчезновением классовых антагонизмов. Важно иметь в виду то обстоятельство, «то на действие диалектических законов оказывают влияние (ускоряющее или тормозя- 32 Там же. Т I С. 165—166
294


идее) условия, в которых разворачиваются их проявления. В социалистическом обществе существенное влияние оказывает субъективный фактор — научное управление обществом, участие и активность широких трудящихся масс в историческом творчестве.
Проявление действия закона отрицания отрицания в советском обществе можно проследить на примере изменения отношений социалистической формы собственности. Период нэпа характеризовался в значительной мере тем, что непосредственные производители, особенно на селе, стали на деле распоряжаться собственностью, развивая на этой основе хозяйственный расчет и товарно-денежные отношения. На базе этих отношений произошло значительное оживление хозяйственной деятельности, были достигнуты заметные успехи в экономике страны. При этом командные позиции в экономике страны сохранялись за социалистической формой собственности.
Однако образовавшаяся к началу 30-х годов административно-командная система управления экономикой и вообще жизнью страны явилась по сути дела отрицанием предыдущих отношений собственности. Произошло отчуждение собственности от непосредственных производителей, она была превращена в объект жестко централизованного распоряжения государственных учреждений. Крайняя централизация управления экономикой страны все более превращалась в тормоз развития и в конечном счете привела экономику страны к предкризисному состоянию.
В этих условиях ситуация отчуждения номинально общенародной, а фактически узкогосударственной собственности от непосредственных производителей привела к тому, что социалистическая собственность, как отмечалось на январском (1987 г.) Пленуме ЦК КПСС, «становилась как бы «ничейной», бесплатной, лишенной реального хозяина, во многих случаях стала использоваться для извлечения нетрудовых доходов» оо.
Новая экономическая стратегия, осуществляемая в стране в настоящее время, означает по сути качественно новый этап изменения отношений собственности. Произошло отрицание отрицания, но с той особенностью, что второй этап (административно-командный вид социализма) не был неизбежностью и во многом нес в себе
33 Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 27—28 января 1987 года. С. 9.
295


деформацию социализма и его форм собственности. Новый этап в истории социалистической собственности состоит в том, чтобы на деле превратить труженика в реального и активного хозяина общественной собственности, предоставить коллективам и отдельным работникам широкие возможности самим распоряжаться общественным достоянием и повысить их ответственность за эффективность его использования 34. Таким образом, речь идет о соответствующем диалектическом отрицании жестко централизованного владения общественной собственностью. Однако это второе отрицание не означает, естественно, возврата к нэпу, что иногда усматривается в происходящих изменениях. Новое отношение к собственности выводит страну на качественно новый уровень хозяйствования, открывает перспективы для ускоренного социально-экономического развития.
Исторический опыт свидетельствует, что и социалистическому обществу свойственны периоды подъема и спада, прогресса и застоя. И хотя причиной многих нежелательных явлений служат недостатки и промахи субъективного порядка, тем не менее в чередовании событий, смене состояний нельзя не видеть определенных закономерностей, тенденций, свидетельствующих о действии объективных законов диалектики, в том числе и закона отрицания отрицания.
Особенность действия диалектических законов в обществе состоит в том, что в эти процессы включается сознательная, целеполагающая деятельность людей. Объективная диалектика, проявляясь в логике развертывания общественной необходимости, в то же время реализуется людьми, обладающими сознанием и волей. ««Ход вещей»,— писал В. И. Ленин,— и состоит в действиях и «влияниях» людей и ни в чем больше...» 35
Протекание социальных процессов, в которых конкретизируется функционирование законов и категорий диалектики, проходит две органически связанные стадии: вначале то или иное действие «совершается» в человеческом мозгу, т. е. выступает в определенной духовно-теоретической форме, а затем воплощается в процесс деятельности, иными словами, переходит в реальнопрактическую форму.
Борьба противоположностей в общественной среде,
34 См : Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 25— 26 июня 1987 года. С. 44.
35 Ленин В. И. Поли. собр. соч. T. 1. С. 417. 296


приводящая к диалектическому отрицанию объективно изжившей себя стороны социального противоречия, в своей духовно-теоретической форме проявляет себя как критика. В самом общем плане она может быть охарактеризована как особый вид отрицания. Это специфический вид человеческой деятельности, форма активного отражения социальных противоречий и средство их разрешения путем духовно-теоретического отрицания старого с целью осуществления прогрессивных изменений в социальной действительности.
Революционно-критическое отношение к действительности стало тем исходным принципом, на базе которого классики марксизма-ленинизма выработали свое учение о революционном преобразовании общественной жизни. В конечном счете, учит марксизм, задача критики сводится к практическим действиям, к реальному изменению мира. Критика и самокритика помогают прокладывать путь действию закона отрицания отрицания в общественной жизни.
Для партийного работника особенно важно овладеть оружием критики, учитывая ее диалектический характер и то, что она включает в себя самокритику — критическое отношение к своей деятельности со стороны класса, партии и отдельной личности. «...Самокритика,— писал В. И. Ленин,— безусловно необходима для всякой живой и жизненной партии. Нет ничего пошлее самодовольного оптимизма» . Подлинная научность и коммунистическая партийность, последовательная объективность и конструктивность, революционная действенность критики и ее связь с самокритикой — эти черты характеризуют тот новый качественный уровень критики, на который она поднимается в настоящее время.
Объективными предпосылками критики и самокритики в социалистическом обществе выступают противоречия, внутренне присущие нашему обществу. Практика показывает, что несвоевременное разрешение назревших противоречий и проблем наносит обществу большой урон, наступают серьезные социально-экономические деформации.
Развитие критики и самокритики зависит от наличия соответствующих социально-экономических условий — степени экономической и политической зрелости социализма, развития демократии, реального обеспечения прав и свобод граждан, их созидательности и поли-
36 Там же. Т. 10. С. 355.
297


тической культуры. Важнейшее из этих условий — свобода критики. В СССР она закреплена конституционно. Права и обязанности коммунистов в отношении критики и самокритики определены Уставом КПСС. Однако в действительности еще продолжает иметь место существенный разрыв между формальными и реальными возможностями для критики. Еще действует своеобразный механизм ее торможения, включающий в себя целый набор средств, приемов и способов гонения, преследования за критику. Самое эффективное средство против этого порока — процесс демократизации общества, курс на которую уверенно взяла партия. Развитие демократии, гласности, совершенствование контроля — все это призвано расчистить дорогу созидающей критике.
Общественное осуждение негативных явлений, требование их устранения — важнейшая функция критики. Вместе с тем она призвана ориентировать не только на «голое» отрицание, но и на созидание, положительное изменение своего объекта. В этом заключается конструктивный характер критики, вытекающий из ее диалектической природы. Конструктивность критики является признаком ее развитости, зрелости, содержательной полноты, четко выраженной социальной ориентации. Данное качество, собственно, и определяет сущность критики как формы диалектического отрицания старого и утверждения нового 37.
Указание на недостатки, на вредность или ошибочность чего-либо есть первый шаг к исправлению положения, импульс к поиску путей решения возникшей проблемы. Следующим существенным моментом конструктивной критики является поиск и выбор этих путей, ведущих к положительному изменению. Данные науки, передовой практики, прогрессивные формы деятельности есть те образцы, которые конструктивная критика кладет в основу своих позитивных суждений и предложений, противопоставляя изжившему себя положению вещей, устаревшим формам отношений новые формы и методы партийной, государственной и общественной деятельности.
Критика приобретает свою логическую завершенность лишь тогда, когда ее цель превращается в результат, когда содержащееся в ней отрицание из духовно-
37 См.: Янков М. Конструктивная критика и рациональное управлё- ние. М., 1987.
298


теоретической формы переходит в форму реально-практическую, т. е. критическое слово завершается делом. Реальный эффект, достигаемый в результате осуществления критического действия, принято называть действенностью критики.
Критика проявляет себя как фактор психологического и идеологического воздействия на сознание людей, что в конечном счете имеет целью привести к изменениям в их практической деятельности. Подвергая осуждению негативные явления, субъект критики видит свою задачу в том, чтобы изменить отношение критикуемых к этим явлениям, побудить к осознанию потребности мыслить и действовать по-другому, т. е. произвести психологическую перестройку сознания людей. Кроме того, гласная критика вызывает соответствующий резонанс в сознании определенной аудитории, массы, иными словами, взаимодействует с общественной психологией. Гласностью критики обеспечивается и эффект ее идеологического действия.
Система социальных механизмов советского общества включает в себя и механизм практической действенности критики. В качестве основных его звеньев можно назвать организационные, воспитательные, административно-правовые меры, соответствующие материальные средства. Его действие обусловлено политической системой нашего общества, развитием демократии, совершенствованием форм и методов управления, контроля. Однако этот механизм далеко не всегда срабатывает с должной четкостью. Причиной тому служат помехи прежде всего субъективного свойства. Болезненное восприятие критики и ее игнорирование, пустые отписки и отговорки, полумеры или отсутствие всяких мер — подобные способы реагирования на критику сегодня широко известны, в том числе и такой, как преследование за критику. Злоупотребление правами и полномочиями, которыми иной руководитель наделен для исполнения общественных функций и которые он применяет для расправы с теми, кто посягнул на «авторитет», «честь мундира», попытался «вынести сор из избы»,— самый злостный способ зажима критики, пресечения ее действенности. Учитывая серьезную социальную опасность этого порока, Устав КПСС предусматривает строгие меры ответственности за подобные действия, вплоть до исключения из партии, а законодательство СССР — вплоть до лишения свободы.
Главными условиями обеспечения действенности 299


критики являются совершенствование форм и методов политического руководства этим процессом, партийная поддержка критических выступлений, всемерное развитие демократии, искоренение бюрократизма, других отклонений от норм и принципов ленинского стиля партийной и государственной работы. Партийные организации призваны формировать в каждом работнике, коммунисте, руководителе навыки диалектического мышления, воспитывать в них не только терпимость, но и органическую потребность в критике и самокритике, сознание того, что «критика и самокритика — это выражение разумного неудовлетворения состоянием дел и показатель нашей силы» 38, необходимое условие развития, прогресса.
Критика и самокритика — необходимые черты нового мышления. В его формировании с еще большей полнотой проявляется методологическое значение закона отрицания отрицания. Этот закон — не схема, а один из способов осмысления и преобразования общественной жизни в соответствии с основными законами объективной диалектики.
38 См.: Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 25—26 июня 1987 года. С. 72.


Глава X
Марксистско-ленинская теория познания и современность
§ 1. Предмет и метод теории познания
Изучая материалистическую диалектику, мы уже познакомились с некоторыми вопросами теории познания. Например, с особенностями познания явлений и сущности, с диалектикой абстрактного и конкретного, анализа и синтеза в процессе мышления. Теперь мы присту паем к изучению природы познания, его сущности, закономерностей и перспектив развития.
Эти проблемы исследует теория познания, или гносеология. Она является одной из основных частей философии и развивается в острой борьбе между материализмом и идеализмом. Материализм считает источником знаний объективную реальность, данную нам в ощущении и постигаемую мышлением. Объективный идеализм, наоборот, полагает, что в процессе познания постигается абсолютный дух, идея, мировая воля, т. е. духовное первоначало окружающих нас вещей и явлений. Субъективный идеализм рассматривает познание как чувственную, эмоциональную или мыслительную деятельность индивида или коллектива людей, независимую от объективного мира.
Однако, подвергая критике эти концепции, не следует отвергать значение тех проблем, которые в них поставлены. Марксистско-ленинская ' теория познания, будучи дальнейшим развитием материалистической гносеологии, в то же время должна учитывать достижения всей философской мысли.
Карл Маркс и Фридрих Энгельс обогатили теорию познания диалектикой, вскрыли активную роль практики как основы познания и критерия истины, преодолев тем самым созерцательность и умозрительность предшествующих теорий познания. Классики марксизма выявили социальную обусловленность процесса познания.
В. И. Ленин, опираясь на исследования К. Маркса и Ф. Энгельса, обобщая достижения научной мысли конца XIX — начала XX в. и революционной практики, раз301


вил теорию познания как теорию отражения. Следует иметь в виду, что теория отражения изучает более широкий круг проблем, чем теория познания, которую интересуют прежде всего закономерности познания истины. Живой душой марксистско-ленинской теории познания является диалектика, диалектический метод мышления.
Предмет и метод диалектико-материалистической теории познания органично взаимосвязаны. Эта взаимосвязь раскрывается в исходных принципах познания.
Принцип активного творческого отражения мира в сознании человека позволяет понять суть различий между субъектом и объектом познания как между отражающим и отражаемым, раскрыть диалектику их взаимодействия. Познание — это осмысленное отражение с целью постижения истины и применения ее в практической деятельности. Например, компьютер хранит в своей памяти ту или иную информацию, зафиксированную в программе и являющуюся отражением действительности. Но он не может познавать мир, его познает человек, в том числе и с помощью компьютера. Человек отражает мир в процессе своей практической деятельности.
Принцип решающей роли практики в процессе познания помогает постигать истину, преодолевать заблуждения, придавая теории познания последовательно научный характер. В. И. Ленин писал: «Точка зрения жизни, практики должна быть первой и основной точкой зрения теории познания» Практика — это предметно-чувственная, целесообразная общественноисторическая деятельность людей по преобразованию объективного мира. Если теория является духовной деятельностью, то практика имеет дело с материальным миром. Будучи основой познания и критерием истины, практика изменяется и развивается. Однако и она бывает ошибочной, ведущей к отрицательным результатам. Поэтому «не надо забывать, что критерий практики,— отмечал В. И. Ленин,— никогда не может по самой сути дела подтвердить или опровергнуть полностью какого бы то ни было человеческого представления. Этот критерий тоже настолько «неопределенен», чтобы не позволять знаниям человека превратиться в «абсолют», и в то же время настолько определенен, чтобы вес-
1 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 18. С. 145. 302


ти беспощадную борьбу со всеми разновидностями идеализма и агностицизма» 2.
Практика включает объект и субъект деятельности, цель и средства ее достижения и сам процесс практики. Различают три основных вида практики: 1) коллективно-производственную деятельность, представляющую собой процесс воздействия людей на природу и на продукты труда; 2) социально-историческую деятельность по преобразованию производственных отношений между людьми, форм организации труда, политических отношений и образа жизни людей; 3) преобразование предмета с целью его познания, т. е. экспериментальную деятельность, в том числе, например, астрономические наблюдения с применением космической техники, приборов и электронно-вычислительных машин. Роль практики в познании природы в настоящее время изучена полнее, чем в социальном познании. Ныне, когда наша страна вступила в этап перестройки, особенно необходимо ориентировать общественные науки на предвидение социальных последствий практической деятельности с учетом как положительного, так и отрицательного исторического опыта.
Принцип развития помогает раскрыть процесс взаимодействия теории и практики, понять творческий характер познавательного отражения мира, преодолеть ограниченность метафизических представлений в гносеологии, освободиться от устаревших стереотипов мышления, овладеть диалектико-материалистическим методом.
На этом пути происходит развитие и самой марксистско-ленинской теории познания. Ныне, в условиях ускорения социально-экономического развития нашей страны, перед гносеологией встают новые проблемы. И прежде всего это проблемы перестройки мышления в духе непредвзятого и полного постижения истины; всестороннего развития творческих способностей личности; углубления понимания роли различных форм практики в социальном познании; анализа соотношения истинности и ценности знаний; разработки новых, наиболее эффективных методов познания. Марксистско-ленинская теория познания в ходе своего развития углубляет понимание таких философских проблем и категорий, как познаваемость мира, истина и заблуждение, чувственное и рациональное в познании. Вместе с тем
2 Там же. С. 145— 146.
303


она разрабатывает проблемы формирования нового мышления, в том числе политического, соотношения теории и практики, социальных и гносеологических особенностей духовного творчества, современных возможностей развития научной мысли в условиях научно-технической революции.
Не менее актуальны проблемы художественного освоения мира, особенностей методологии гуманитарного знания, отношения между познанием и ценностями. В связи с проблемой выживания человечества еще более актуальным стал вопрос о том, способен ли интеллект человека проявиться в полную мощь в современном мире. Разработка этих проблем стимулирует развитие теории познания, углубляет ее связь с социальной практикой.
§ 2. Проблема познаваемости мира.
Критика агностицизма
Познаваемость мира — это принципиальная возможность, присущая человеку и человечеству, неограниченно развивать и углублять свои представления о мире, относительно верно отражать сущность, законы природы и общественной жизни, преодолевать трудности на пути превращения этой возможности в действительность.
Проблема познаваемости мира, значение которой уже отмечалось при рассмотрении основного вопроса философии, возникает потому, что познанию присуще противоречие между безграничными творческими возможностями человека и ограниченностью их реального проявления в конкретных исторических условиях и временных рамках индивидуального человеческого существования. Это противоречие раскрыто Ф. Энгельсом в «Анти-Дюринге» и «Диалектике природы». Процесс познания безграничен по своей сущности, но ограничен исторически по уровню своего развития.
Неудачи и трудности в развитии науки и в решении социальных проблем порождали сомнение в познаваемости мира, что нашло свое выражение в появившемся уже в античной философии скептицизме. В философии Нового времени это сомнение перерастает в прямое принципиальное отрицание познаваемости мира, возникает агностицизм. В наиболее развитом виде идеи агностицизма получили выражение в философских воззрениях Д. Юма и И. Канта.
304


Каков мир сам по себе? Юм считал эту проблему неразрешимой и для теории бесполезной: в обиходе повседневной жизни человек верит в то, что материальный мир существует, но философской теории за этот вопрос лучше и не браться. Кант, возражая Юму, признавал существование «вещей в себе», но категорически отвергал их познаваемость. В своих знаменитых рассуждениях о космологической идее, т. е. о том, каков существующий мир, он поставил вопросы, над которыми философская мысль билась веками. Конечен или бесконечен мир в пространстве и времени? Делима ли материя беспредельно, или есть предел делимости? Совершается ли в мире все по необходимости, или в нем находит место и абсолютная свобода? По мнению Канта, здесь в равной мере обоснованы как положительные, так и отрицательные ответы на все эти вопросы, так что они заводят мышление в тупик неразрешимых противоречий, которые Кант назвал антиномиями чистого разума. И далее он утверждает, что подлинно объективный мир для науки непознаваем, она может судить лишь о явлениях, что же касается раскрытия сущности вещей, то, как потом заявил Г. Спенсер, наука должна здесь уступить место религиозной вере, с позиции которой и надлежит об этой сущности судить.
К. Маркс, Ф. Энгельс и В. И. Ленин подвергли критике агностицизм Юма и Канта и их последователей, обосновали научное решение проблемы познаваемости мира, раскрыв ее связь с основным вопросом философии и с глубоким пониманием роли практики в процессе познания. Они выявили социальные и гносеологические корни агностицизма. Гносеологические корни агностицизма — это прежде всего абсолютизация ощущений, превращение их из форм отражения мира в преграду, отделяющую сознание от объективного источника знаний.
В наше время формы агностицизма изменились, а сущность его проявляется в неопозитивизме Б. Рассела, Р. Карнапа, Л. Витгенштейна, в «критическом рационализме» К- Поппера и его последователей.
Для всех форм современного агностицизма характерно: 1) отрицание материалистической позиции в вопросе о познаваемости мира; 2) непонимание роли практики в процессе перехода познания от явлений к сущности; 3) неумение применить диалектику к процессу познания; 4) непонимание или сознательное искажение теории отражения, особенно в социальном познании.
305


В книге «Материализм и эмпириокритицизм» В. И. Ленин, развивая идеи К. Маркса и Ф. Энгельса, раскрыл с позиций диалектического и исторического материализма решающую роль практики в обосновании познаваемости мира и в опровержении агностицизма. Практика не в виде единичных фактов опыта, а в своем многократном, миллиарды раз совершающемся повторении подтверждает факт познаваемости мира как общую и главную закономерность, на признании которой строится научная теория познания. Отсюда, подчеркивает В. И. Ленин, следуют три важнейших гносеологических вывода, которые раскрывают сущность и связь теории познания с историей развития науки и практики:
1. «Существуют вещи независимо от нашего сознания, независимо от нашего ощущения, вне нас...» Для познаваемости мира факт объективного существования вещей имеет первостепенное значение, иначе сама постановка проблемы познаваемости утратила бы всякий смысл. Таким образом, подтвержденные практикой факты дают основание для теоретических выводов.
2. «Решительно никакой принципиальной разницы между явлением и вещью в себе нет и быть не может. Различие есть просто между тем, что познано, и тем, что еще не познано». С точки зрения теории отражения в этой связи нет и не может быть непреодолимых границ между явлением и сущностью, между сущностью первого и последующих порядков.
3. «В теории познания, как и во всех других областях науки, следует рассуждать диалектически, т. е. не предполагать готовым и неизменным наше познание, а разбирать, каким образом из незнания является знание, каким образом неполное, неточное знание становится более полным и более точным» 3.
Третий вывод определяет диалектический подход теории познания к своему предмету. В каждом конечном акте познания раскрывается также и его бесконечность, так как с каждым новым шагом на пути овладения знанием обнаруживается, что предмет познания неисчерпаем, но он взаимодействует с другими предметами и в этом все более и более проявляет свою сущность. Мир познаваем и потому, что субъект познания есть продукт этого же самого мира, так что мышление, в частности, осуществляется в конечном счете по тем же зако-
3 Там же. С. 102.
306


нам, по которым развивается сам объективный мир, отражаемый в сознании.
Весьма труден вопрос о познаваемости законов общественной жизни. Здесь наиболее сложен вопрос о возможности точных предвидений. Объективная закономерность в истории пробивает себе путь, и она в принципе познаваема. Но в общественной жизни имеют место альтернативы, выбор и решения людей, направленные на определение действия. Так, например, будет ли преодолена угроза ядерной войны на нашей планете? Это возможно, но для этого необходима активная борьба народов за мир, чтобы новое политическое мышление стало основой практической деятельности руководителей всех государств, партий и общественных движений.
§ 3. Диалектика чувственного и рационального в познании
Гносеология марксизма рассматривает чувственное и рациональное в познании как внутренне взаимосвязанные ступени единого процесса отражения. «От живого созерцания к абстрактному мышлению и от него к практике,— писал В. И. Ленин,— таков диалектический путь познания истины, познания объективной реальности» 4. Чувственное и рациональное познание В. И. Ленин рассматривает в связи с практикой в их взаимодействии и единстве.
Живое созерцание — это активное чувственное познание явлений, включенное в практическую деятельность. Оно осуществляется в форме ощущений, восприятий и представлений. Абстрактное мышление — это рациональное, логическое познание, позволяющее перейти от явлений к их сущности посредством оперирования понятиями и построения научных теорий.
Основными формами логического мышления являются понятие, суждение, умозаключение. Понятие — это такая форма мышления, которая призвана отражать сущность явлений и отношение к ним. Например, в понятии «человек» обобщено не только чувственное представление о людях, но и знание о той сущности, которая свойственна людям и без которой живое существо к разряду людей отнесено быть не может. Связь между понятиями раскрывается в суждениях, в которых ут-
4 Там же. Т. 29. С. 152—153.
307


верждается или отрицается то или иное свойство, явление или состояние действительности.
Умозаключение представляет такую форму мышления, в которой из нескольких суждений выводится новое суждение. Понятие, суждение и умозаключение как формы мышления изучаются формальной логикой, рассматривающей правила оперирования ими. Математическая логика и семиотика исследуют законы образования сложных знаковых систем, способы их построения, обоснования и преобразования. Диалектическая логика исследует формирование и изменение понятий, суждений, умозаключений, идей и теорий с точки зрения диалектики их исторического развития и взаимодействия. Она изучает, как в этих мыслительных формах отражается объективная реальность и проявляется творческая активность сознания. Эти проблемы диалектической логики по своей сущности тесно связаны с проблемами теории познания.
Разработка диалектики чувственного и рационального — одно из важнейших достижений марксистско- ленинской теории познания, преодолевшей ограниченность эмпиризма и рационализма классической и современной буржуазной философии. Познание идет от чувственно-конкретного восприятия к рациональному мышлению, к воспроизведению средствами теоретических построений сущности конкретного в его полноте, необходимой для практической деятельности. Ф. Энгельс показал это на примерах из истории науки, раскрыв диалектику чувственного и рационального в познании как диалектику перехода от единичного к особенному и общему, а далее вновь через особенное к более конкретному знанию. Чувства дают нам образы единичных вещей. Практика преобразует ощущения, восприятия, представления в факты сознания, в понимание особенностей, присущих явлениям природы и общественной жизни, а изучение истории их развития ведет к пониманию общего в вещах и процессах. Переход от чувственного к рациональному происходит по законам диалектики путем перехода количественных изменений в качественные, путем разрешения противоречий между знанием и практикой, между чувственным и рациональным знанием, путем отрицания, когда чувственное единичное отрицается особенным, а то — общим, т. е. понятиями и теориями, раскрывающими сущность единичного и особенного. Для перехода от чувственного к рациональному знанию важную методологи308


ческую роль играют законы логики и категории диалектики, а также ранее приобретенный опыт мыслительной деятельности человека.
В. И. Ленин, разрабатывая теорию отражения, развил идеи К. Маркса и Ф. Энгельса о диалектике чувственного и рационального. Он показал, что ощущение не есть какой-то условный символ явлений, а представляет собой «субъективный образ объективного мира», процесс диалектически противоречивого превращения «энергии внешнего раздражения в факт сознания» 5. Это нельзя понимать как тождество между ощущениями и свойствами внешних объектов. Утверждение такого тождества было характерно как для махистов, так и для некоторых представителей вульгарного материализма.
В. И. Ленин углубил понимание роли практики в процессе перехода от ощущений к мышлению. «...Практика человека,— писал он,— миллиарды раз повторяясь, закрепляется в сознании человека фигурами логики» 6. Именно в ходе практики и осуществляется переработка результатов чувственного познания в содержание форм мышления. Он подверг критике субъективный идеализм и эмпиризм философии махизма, его попытки исказить роль чувственного опыта, показал несводимость рационального познания к простому суммированию или механическому преобразованию данных органов чувств. Чувственный опыт — это исходная основа познания, все время обогащающийся результат активной практической, чувственно-предметной деятельности.
В эпоху научно-технической революции сфера рационального познания расширяется. В теории познания возрастает роль таких категорий, как «образ», «знак» и «значение». Методы таких наук, как семиотика, теория информации, математическая логика, оказывают влияние на характер научного мышления, требуя своего углубленного философского осмысления.
§ 4. Проблема истины. Критика релятивизма и догматизма
В марксистско-ленинской теории познания понятие истины коренным образом отличается от метафизических и идеалистических представлений о ней в современной
См. там же. Т. 18 С. 120, 46.
6 Там же. Т 29. С. 198.
309


немарксистской философии, в которой нет единой концепции истины, а это порождает множество различных определений истины и истинности: истина — это соответствие знаний предмету (классическая концепция, принятая современными представителями так называемого научного реализма); истинность есть логическая непротиворечивость знаний (логический позитивизм); истинность — сводимость теоретических знаний к эмпирическим фактам, или «верификаторам веры» (логический эмпиризм, Б. Рассел); истина — это плод принятого соглашения ученых друг с другом (конвенционализм); истинность — это не более как полезность знаний (прагматизм).
Сказанным далеко не исчерпывается все многообразие имеющихся ныне определений истины, но и данные примеры позволяют сделать вполне определенный вывод о живучести субъективно-идеалистического подхода к проблеме истины, о попытках решить ее, не обращаясь к источнику наших знаний, к объективной реальности и практике. Общим для большинства течений в современной буржуазной философии является отрицание объективности наших знаний.
Марксистское понимание истины основывается на материалистическом решении основного вопроса философии, истина — это процесс адекватного отражения предмета в сознании человека, которое соответствует объективному миру и подтверждается практикой. Главное свойство истины — ее объективность, которую не следует отождествлять с «верифицируемостью», т. е. проверяемостью отдельных утверждений, а также с правдоподобием, непротиворечивостью и полезностью знаний. Важно выделить и различать, как это сделал В. И. Ленин, два вопроса: «1) существует ли объективная истина, т. е. может ли в человеческих представлениях быть такое содержание, которое не зависит от субъекта, не зависит ни от человека, ни от человечества? 2) Если да, то могут ли человеческие представления, выражающие объективную истину, выражать ее сразу, целиком, безусловно, абсолютно или же только приблизительно, относительно?» 7
В первом вопросе речь идет о понятии объективной истины, во втором — о диалектике истины относительной и абсолютной, а в целом — о том, чем диалектикоматериалистическая концепция истины отличается как
7 Там же. Т. 18. С. 123.
ЭЮ


от классической домарксистской, так и от современных нам идеалистических и позитивистских постановок проблемы. В этой концепции речь идет не об абстрактных рассуждениях по поводу истины вообще, а об определении объективной истины; не о статическом, «намертво» зафиксированном соответствии знаний предмету, а о диалектическом процессе отражения объективной реальности, вечно движущейся материи; не о формальной согласованности понятий между собой и с тем, что ощущает индивид, а об их соответствии объективному миру, существующему вне и независимо от сознания. Объективная истина — это такое содержание человеческих представлений и мыслей, которое не зависит ни от субъекта, ни от человека, ни от человечества. Объективная истина существует не в самом объективном мире, а в его отражении как познании. Учение о ней является важным компонентом марксистско-ленинской теории познания.
В качестве примера объективной истины В. И. Ленин приводит вывод естествознания о том, что Земля существовала до появления на ней человека. Содержание этого утверждения не зависит от того, согласны с ним люди или нет, оно определяется самим существованием Земли до появления человека. И от того, что именно он, человек, познал эту истину, суть дела не меняется. Для людей, разумеется, важно, как, когда и насколько полно они познали истину, но подменять ее содержание способами ее обоснования или использования в практической деятельности — значит впадать в субъективизм, утрачивая возможность различать истину и заблуждение.
В. И. Ленин подверг критике концепцию истины, предложенную А. А. Богдановым, считавшим истину организующей формой человеческого опыта. Ведь формой организации, упорядочения идей, приведения их в систему является не только наука, но и религия. Идеология прагматизма тоже служит организующей формой опыта, но это форма, искажающая объективные закономерности общественного развития.
Так, В. Джемс писал, что «мысль «истинна» постольку, поскольку вера в нее выгодна для нашей жизни» 8. А для Дж. Дьюи истинна та идея, действие которой приводит к тому, для чего она предназначена 9. Праг-
® Джемс В. Прагматизм. СПб., 1910. С. 52.
См : Хилл Т. Современные теории познания М., 1965 С. 318. 311


матисты отрицают объективность истины, а значит, независимость от того, выгодна она кому-либо или нет, и понимают ее как удачную общезначимость убеждений, верований для той или иной группы людей, приносящую успех в поступках людей.
Однако в том и состоит объективность истины, что она не зависит от сколь угодно большого числа людей и их мнений, не зависит от человечества. Если Н. Коперник в XVI в. был единственным в то время, кто пришел к выводу, что Земля вращается вокруг Солнца, а абсолютное большинство людей не соглашалось с ним, то мы знаем, что, несмотря на это, его теория была объективно истинной, не зависящей от сознания как отдельных людей, так и их сообществ.
Истины, получаемые в ходе познания, не являются окончательными, они относительны, поскольку объект 7 отражается ими не полностью. Относительная истина объективна, и поэтому в ней содержится такое знание, ; которое не может быть опровергнуто в последующем развитии познания. Человечество стремится к получению исчерпывающего знания об объекте, т. е. к абсолютной истине. Доказательство объективности относительной истины является существенным вкладом марксизма-ленинизма в материалистическую теорию познания.
Диалектика абсолютной и относительной истины. Познание есть вечное, бесконечное приближение мышления к объекту. Следовательно, как мы уже отмечали в другой связи, в любой относительной истине есть частица абсолютной истины. Этот вывод, глубоко обоснованный В. И. Лениным, дает возможность понять абсолютную истину не только как цель, к которой стремится познание, но и как ту часть содержания уже достигнутых знаний, которая не может быть опровергнута. Итак, заключает В. И. Ленин, «...человеческое мышление по природе своей способно давать и дает нам абсолютную истину, которая складывается из суммы относительных истин» 10. Каждая ступень в развитии науки прибавляет новые зерна в эту сумму абсолютной истины, но пределы истины каждого научного положения относительны, будучи то раздвигаемы, то сужаемы дальнейшим ростом знаний.
Абсолютная истина — это предельно полное содержание знаний о предмете, которое складывается из сум-
10 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 18. С. 137.
312


мы относительных истин и не может быть опровергнуто. Оно является максимальным приближением мысли к предмету, предельно полным и точным знанием о нем. Учение об абсолютной истине направлено против крайнего релятивизма, который все наши знания считает относительными в смысле отрицания существования объективной, а значит, и абсолютной истины. Но «положить релятивизм в основу теории познания,— подчеркивал В. И. Ленин,— значит неизбежно осудить себя либо на абсолютный скептицизм, агностицизм и софистику, либо на субъективизм» п. Таким образом, необходимо строго различать относительность (релятивность) в смысле неполноты познания абсолютной истины и относительность в смысле агностического и метафизического утверждения, что всякое знание — это лишь чисто субъективная точка зрения, иначе говоря, не имеющая в себе ничего объективного. Указанное различие не желают брать во внимание, например, Т. Кун и П. Фейерабенд, считающие, что всякое подтверждение истины говорит не об ее объективности, не о том, что в ней есть частица абсолютной истины, а только о том, что она оказалась более устойчивой, чем другие, и пока «сопротивляющейся» опровержению. По сути это и есть отрицание абсолютной истины. Общая тенденция развития знаний такова, что в них возрастает доля абсолютной истины, складываясь и как бы интегрируясь из относительных истин, подтвержденных практикой.
Этот вывод имеет важное значение не только для теорий как таковых, но и для всей практической деятельности людей. Следовательно, дело заключается не только в том, чтобы отличать абсолютную истину от относительной, но и в том, чтобы понять относительность самой границы между ними, их связь и переход второй в первую как необходимый, исторически обусловленный процесс. «С точки зрения современного материализма, т. е. марксизма,— писал В. И. Ленин,— исторически условны пределы приближения наших знаний к объективной, абсолютной истине, но безусловно существование этой истины, безусловно то, что мы приближаемся к ней» 12. Познание абсолютной истины возможно, это диалектический процесс, зависящий от конкретных условий, места и времени. И чем более полно
[' Там же. С. 139.
Там же. С. 138.
313


они учитываются, тем более наше знание приближается к познанию абсолютной истины. Это приближение увеличивает полноту, точность, всестороннюю содержать л'л.есть, существенность и объективность нашего
Гстпна всегда конкретна, но ее конкретность предполагает прежде всего учет всех тех условий, места и времени, в которых находится объект познания. В отличие от диалектического материализма метафизический материализм любую истину считал абсолютной, не учитывая ее конкретности и относительности. И это всегда приводит к догматизму. Догматизм — это схематический, метафизический способ мышления, не признающий критику и самокритику, игнорирующий диалектический принцип конкретности истины.
Диалектика включает момент относительности наших знаний, но не сводится к метафизическому (крайнему) релятивизму. Она учит понимать меру относительности и абсолютности истины, меру, при которой можно и нужно вести идейную борьбу, с одной стороны, против догматизма, а с другой — против релятивизма и агностицизма. Диалектика показывает, что само различие между абсолютной и относительной истиной нельзя абсолютизировать. По определению В. И. Ленина, «оно как раз настолько «неопределенно», чтобы помешать превращению науки в догму в худом смысле этого слова, в нечто мертвое, застывшее, закостенелое, но оно в то же время как раз настолько «определенно», чтобы отмежеваться самым решительным и бесповоротным образом от фидеизма и от агностицизма, от философского идеализма и от софистики...» 13.
Догматики выдают любое свое знание за абсолютную истину. Диалектический материализм дает возможность решительно преодолеть догматизм и релятивизм, опираясь на теорию отражения, на всю диалектико-материалистическую теорию и практику. В партийной работе особенно важно владеть диалектикой абсолютной и относительной истин, тщательно анализировать результаты познания, а также умело использовать социологические исследования, отделяя в них твердо и точно установленное от приблизительного и предварительного. Важно всегда учитывать специфику социального познания, проводить конкретный анализ конкретной социальной ситуации.
13 Там же. С. 138— 139.
314


§ 5. Особенности социального познания
Общие закономерности отражения природы в сознании человека действуют и в социальном познании, но оно отличается своеобразием, обусловленным особыми чертами изучаемого объекта. Предметом социального познания является общество, т. е. сам человек в его общественных отношениях, люди, обладающие сознанием и волей, способные к активному целесообразному действию.
Мыслители эпохи античности, средневековья и философы Нового времени неоднократно обращали внимание на трудности познания истории и общественной жизни. Но разрешить эти трудности они не могли, впадая то в одну, то в другую крайность в их истолковании. Мыслители, не учитывавшие специфику социального познания, пытались вывести закономерности истории из сознания людей, из абсолютной идеи и т. п., а иные вообще отрицали познаваемость законов общественной жизни и даже само их существование.
В курсе исторического материализма эти взгляды на общество рассматриваются более подробно. Здесь же следует обратить внимание на то, что хотя в домарксистской философии особенности социального познания были замечены, но наиболее существенные стороны этой проблемы раскрыты не были, ибо эту проблему невозможно решить вне контекста материалистического понимания истории.
Уже в «Тезисах о Фейербахе» К. Маркс подчеркивал, что «сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей действительности она есть совокупность всех общественных отношений» 14. Поэтому социальное познание не сводится к рассмотрению поведения отдельных индивидов, отдельных общественных событий и явлений. Необходимо проанализировать всю совокупность общественных отношений. Из этой совокупности К. Маркс выделил материальные производственные отношения как определяющие сущность общественных явлений. В этих отношениях, по выражению К- Маркса, нет ни атома вещества, однако они материальны. Они материальны в том смысле, что существуют объективно, независимо от общественного сознания, а тем более от сознания и произвола отдельных
14 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 3. С. 3.
315


людей, и в конечном счете оказывают решающее влияние на его содержание.
Специфика социального познания в том и состоит, что оно отражает свой предмет через призму материальных отношений между людьми, их разных потребностей и интересов, от которых не свободно наше мышление, человеческий образ мыслей, причем эти интересы часто приобретают иллюзорно-идеальную форму. Поэтому в социальном познании классовый подход к анализу изучаемого предмета имеет гораздо более существенное значение, чем в познании природы. Это во многом обусловлено уже самой спецификой данного объекта познания, т. е. самой структурой общества.
Диалектика субъекта и объекта в социальном познании гораздо сложнее, чем в познании природы. Объект социального познания сам обладает способностью субъекта, способностью активного действия, осознания и изменения ситуации в соответствии со своими целями. В социальном познании объект способен превращаться в субъект, и, наоборот, субъект тоже становится объектом познания. Например, социолога, изучающего трудовой коллектив, этот коллектив тоже изучает. А в более сложной ситуации, например в современной идеологической полемике, ученые-марксисты исследуют буржуазное общество. Но и буржуазные идеологи в свою очередь также исследуют социалистическое общество. Поэтому социальное познание самым непосредственным образом связано с особенностями идейной борьбы на различных этапах истории. Но в этой борьбе важное значение имеет диалог между представителями различных взглядов и концепций общественного развития, в особенности важный в наши дни.
Специфика социального познания обусловлена не только спецификой его предмета, но также и особенностями социальной практики. В общественной жизни возможности эксперимента ограничены тем, что ученый здесь имеет дело с живыми людьми. Мы не можем в целях познания разрушать те или иные общности людей. И микроскоп, как заметил К. Маркс, в познании сущности общественных явлений нам не поможет. Познавательные функции микроскопа здесь должна заменить сила абстракции, способность логического мышления, анализа и обобщения на основе опыта истории человечества. В социальном познании особо важное значение имеет содержательный «конкретный анализ 316


конкретной ситуации», выделение «главного звена» в цепи событий, исходной «клеточки» развивающегося явления.
Поэтому в социальном познании при использовании всего богатства познавательных средств материалистической диалектики особо важную роль играет метод восхождения от абстрактного к конкретному. Образцом применения этого метода является «Капитал» К. Маркса. В элементарном отношении двух обмениваемых друг на друга товаров, как в первоначальной «клеточке», К. Маркс обнаружил ту первоначальную абстракцию, от которой путем логического (т. е. теоретического) восхождения к понятиям стоимости, денег и т. д. стало возможным прийти к раскрытию сущности буржуазного общества, природы прибавочной стоимости. Особенности социального познания обусловлены не только сущностью законов общественного развития, но и формами их проявления. Для понимания этой проблемы важное значение имеют идеи Ф. Энгельса, изложенные им в письмах 90-х годов об историческом материализме и в книгах «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии» и «Анти-Дюринг».
В природе законы действуют стихийно, в силу объективной необходимости. В обществе необходимость пробивает себе дорогу через массу случайных явлений как ведущая тенденция. В то же время здесь она диалектически связана со свободой выбора и решений у отдельных людей, с осознанием и использованием необходимости в соответствии с интересами, потребностями и целями классов, партий, социальных групп и отдельных личностей. Познание исторической необходимости должно соответственно учитывать как классовые, так и общечеловеческие интересы, выражать точку зрения сохранения и развития жизни.
Социальное познание органически связано с социальным творчеством миллионных масс трудящихся и с управлением социальными процессами. Поэтому в познании механизма действия законов общественного развития необходимо использовать и анализ общественного мнения, и статистические методы конкретной социологии, и моделирование, и социальный эксперимент; все это должно быть соотнесено с действием критерия практики. В социальном познании критерий практики является еще более «неопределенным», чем в познании природы, так как общественные процессы более мобильны и вариабельны, объект исследования изменяется 317


более быстро, диалектика процесса познания усложняется в силу многообразного взаимодействия материальных и духовных явлений.
Усложняется в социальном познании и проблема истины. Истинность знания в социальном познании определяется не просто успешным его применением на практике, но и соответствием самой этой практики общественному прогрессу, общему поступательному ходу истории, требованиям всестороннего и гармоничного развития человека и общества. Поэтому в социальном познании исключительно важное значение приобретают мировоззренческая позиция, философское осмысление общих тенденций развития и его реальных проблем, философский анализ характера самого критерия истины, т. е. опыта истории, общественной практики. Эту особенность социального познания неоднократно отмечал В. И. Ленин. На примере исследования вопроса о сущности государства он показал, что «учение Маркса и здесь — как и всегда — есть освещенное глубоким философским миросозерцанием и богатым знанием истории подытожение опыта» 1о.
Историческая реальность ныне существенно изменилась, но роль мировоззрения в социальном познании не уменьшилась. Возникло новое качество в развитии социальной формы движения материи. Теперь она обрела способность уничтожить саму себя по воле самого человека. Возник совершенно новый аспект вопроса об отношении духа к природе, сознания к бытию. Это уже отношение могущественного духа к «слабой» природе, которую надо защитить, оберегая биосферу от разрушения и гибели. Поэтому социальное познание и практика должны подняться на новый уровень гуманизма и диалектики. Исследование закономерностей социального прогресса в изоляции от закономерностей взаимодействия общества и природы и от проблемы нравственных ценностей невозможно, ибо оно уже не решает насущных проблем современной цивилизации.
Изменяется и отношение теории к историческому опыту. И это изменение предвидел В. И. Ленин. Еще в начале XX в. он писал: «Несомненно, что революция научит нас, научит народные массы. Но вопрос для борющейся политической партии состоит теперь в том, сумеем ли мы научить чему-нибудь революцию?» 16 В настоящее время этот вопрос звучит еще более настоя-
15 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 33. С. 29.
16 Там же. Т. 11. С. 4.
318


тельно. Да, история учит нас, учит трудящиеся массы, но перед философией встает иная задача: важно не только учиться у истории, но и предвидеть то, как мы дальше будем творить историю, чём мы обогатим исторический опыт?
В социальном познании все более важное значение приобретает вопрос о том, как сознание людей воздействует на ход общественных событий. Отсюда и огромное возрастание роли человеческого фактора в общественном развитии. На новый уровень поэтому поднимаются задачи диалектики научного предвидения и социального творчества.
§ 6. Проблема критерия истины
Проблема критерия истины была поставлена еще в домарксистской философии, но не была решена. Домарксистские материалисты пытались разрешить проблему критерия истины, указывая в качестве этого критерия на ощущения людей и ссылаясь на достоверность наших ощущений (Д. Локк, Д. Дидро, Л. Фейербах). Но обосновать эту достоверность так же трудно, как и истинность теории. Не случайно И. Кант считал проблему критерия истины неразрешимой. В мире явлений, по Канту, все индивидуально, общее происходит только от априорных, проистекающих из глубин субъекта категорий. «Поэтому,— рассуждал Кант,— бессмысленно требовать всеобщий материальный критерий истинности, который одновременно должен быть и абстрагированным и неабстрагированным от всех различий в объектах» 17. Идеалисты до сих пор ищут критерий истины в самом сознании человека, в красоте, простоте, логической непротиворечивости теорий.
Гегель связывал решение этой проблемы с процессом реализации идей, их превращением в действительность. Он подошел к пониманию практики как критерия истинных знаний, однако считал практику всего лишь инобытием духовной деятельности, а высшим видом достоверности истины объявил соответствие идеи самой себе. Но в таком понимании практика ничем не отличается от теории.
Только с позиций диалектического материализма стало возможным научно понять практику как материальный в своей основе и исторически развивающийся
17 Кант И. Логика. Пг., 1915. С. 44.
319


процесс, в котором происходит соотнесение теории с предметной действительностью, ощущений — с объективной реальностью. Мы уже писали, что практика является универсальным критерием истины, что в ее сферу может быть включен любой предмет, сколь бы индивидуальным он ни был. Она есть абсолютный критерий, поскольку является материальной деятельностью, т. е. может подтвердить объективную истину как такое содержание знаний, которое не зависит ни от человека, ни от человечества. Но в ней есть и момент относительности, так как она развивается и осуществляется людьми. Поэтому в ней есть и моменты субъективности, более поздняя практика оказывается и судьей над практикой менее развитой и совершенной, которая могла быть и искаженной, ошибочной, дезориентирующей. Открытие и обоснование всех этих особенностей практики — одно из достижений марксистско-ленинской теории познания.
В буржуазной философии проблема критерия истины до сих пор остается дискуссионной. «Не существует критерия истины, и мы не должны ставить вопрос о таком критерии»,— утверждал Поппер18. Так он обобщает неудачи неопозитивизма и постпозитивизма, которые критерием истины считали и считают либо непротиворечивость знаний, либо соответствие ранее принятым образцам мышления. Но все это лишь видимость, а не решение проблемы, так как эти критерии не выводят теорию за пределы ее же содержания и структуры. А это и есть постановка вопроса, которую почти полтора века назад К. Маркс назвал схоластической. «Вопрос о том,— писал К. Маркс,— обладает ли человеческое мышление предметной истинностью,— вовсе не вопрос теории, а практический вопрос. В практике должен доказать человек истинность, т. е. действительность и мощь, посюсторонность своего мышления. Спор о действительности или недействительности мышления, изолирующегося от практики, есть чисто схоластический вопрос» 19.
Практика подтверждает или опровергает теорию, будучи и абсолютным и относительным критерием истины. По отношению ко всем другим критериям она сохраняет свою абсолютность, свое преимущество как материальная деятельность. Но, будучи исторически огра-
18 Popper К■ Objektive knowledge. Oxford, 1972. P. 318.
19 Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. Т. 3. С. 1—2.
320


ниченной по уровню и характеру своего развития, она проявляет свою относительность, подтверждая истину не сразу целиком, а частично, на пути все более полного преобразования объективного мира. Только самые простые истины подтверждаются сразу полностью. А философские истины подтверждаются лишь всей практикой человечества в ее историческом развитии. Это подчеркнул Ф. Энгельс, когда говорил о том, что идея единства мира обосновывается не парой фокуснических фраз, а всей историей развития науки и практики.
Умение применять в познании теорию отражения — это умение мыслить диалектически, опираясь на достижения общественных и естественных наук, на практику передовых сил общественного развития. В то же время и практика подлежит оценке и проверке со стороны передовой теории, практика требует своего диалектического осмысления в свете идей теории отражения. Не только практика сама по себе, но и ее научное понимание необходимо для применения ее как критерия истины. В противном случае упования на практику могут привести к застою в развитии теории, к общей лености мысли, к недооценке новых идей, к серьезным и опасным просчетам в самой дальнейшей практике. Более зрелая и развитая практика вскрывает недостатки и пороки прежней практики.
Поэтому современная перестройка мышления партийных кадров означает не только углубление его связей с практикой, но и развитие его способностей критически и теоретически оценивать исторический опыт, освещая тем самым пути перехода на качественно но- ^ый уровень общественного развития.
Диалектический материализм


Глава XI
Методы и формы научного познания
Вопрос о методах всегда имел для развития науки первостепенное значение. Использованием экспериментальных и математических методов характеризуется современная наука. Появление и распространение этих методов расширило возможности познания в самых различных областях, начиная с физики и кончая социологией. Создание новой информационной техники — ЭВМ (компьютеров) породило небывалые возможности для развития методов математического моделирования. А осознание всей глубины нависшей над человечеством экологической угрозы явилось результатом применения методов глобального моделирования.
В настоящее время значимость научных методов возрастает. Это объясняется рядом обстоятельств, и в первую очередь теми изменениями, которые происходят в науке под влиянием научно-технической революции (НТР). Наличие возрастающей потребности в научном обслуживании производства ведет к сближению фундаментальных и прикладных исследований, к формированию системы «наука — техника — производство», к вовлечению в науку все большей массы материальных ресурсов общества. Все это в свою очередь вызывает разнообразные изменения в самой науке, в частности увеличивается удельный вес интеграционных процессов, связанных с развитием междисциплинарных исследований, появляются новые виды и даже типы научного знания, огромное значение приобретают своевременное выявление, поддержка и развитие новых научных направлений.
В этих условиях использование современных средств и методов исследований становится показателем уровня их проведения. С отсталой «познавательной технологией» нельзя работать на мировом уровне науки. Для советской науки это особенно существенно, ибо ее достижения и разработки должны послужить главным 322


источником технического прогресса, обеспечивающего интенсификацию производства и перевод нашей экономики на качественно новый технологический уровень. Одна из задач происходящей в науке перестройки внутренне связана с овладением самыми современными методами познания.
Конечно, было бы невыполнимой задачей описывать, тем более в рамках учебника, все те частные специальные методы, которые используются в различных науках. Но эти частные методы опираются на некоторую совокупность общенаучных методов, последние изменяются не так быстро, как частные, но все-таки также развиваются и обогащаются по мере продвижения науки вперед. Овладение этими общенаучными методами, их разработка существенны не только для самой науки, т. е. для исследовательской деятельности в науке, но и для людей, занятых в других сферах, поскольку научное мировоззрение, научный подход становится составляющей многих видов человеческой деятельности, в том числе и партийной. Ниже мы охарактеризуем некоторые из общенаучных методов. Естественно возникает вопрос о месте общенаучных методов (индуктивных, дедуктивных, моделирования, линейно-причинных, вероятностных, системно-структурных, историко-генетических и др.) в системе научной методологии, о их связи с материалистической диалектикой. Материалистическая диалектика выступает в качестве всеобщего метода построения теорий, в которых отражается объективный мир. Она является логикой теоретического мышления, овладеть которой необходимо всем представителям частных наук.
Специфические методы, средства, применяемые конкретными науками для исследования различных форм движения материи, а также общенаучные методы могут успешно создаваться, развиваться и использоваться лишь на основе более или менее сознательного овладения диалектикой. Диалектика как всеобщий метод познания призвана ориентировать общенаучные методы на целостное освоение объективной реальности в их (методов) взаимодействии.
Но было бы неверно связывать проблемы использования специальных и общенаучных методов только с развитием естественных (технических и пр.) наук. Сказанное об этих методах, их соотношении, их связи с диалектикой относится и к познавательной деятельности в области общественных наук. Положение здесь 11
323


у нас достаточно сложное и неоднозначное '. Демократизация нашей жизни, гласность, уроки правды — все это создает самый благоприятный климат для развертывания исследовательской деятельности в области обществознания. И здесь проблема используемых методов также выступает на первый план.
§ 1. Наблюдение и эксперимент
Задачей каждой науки является раскрытие сущности объектов — тех законов, которым они подчиняются. И хотя сущность всегда так или иначе проявляется, она не лежит на поверхности явлений. К. Маркс указывал, что, если бы сущность и явление совпадали, наука была бы не нужна. В познании необходимо идти от явления к сущности, от сущности менее глубокой к сущности более глубокой.
Исследование объекта обычно начинается с наблюдения, затем — его измерения и описания. Наблюдение — это относительно длительное, целенаправленное и планомерное восприятие предметов и явлений объективного мира. Научное наблюдение всегда имеет определенную цель и ведется систематически и планомерно. Для того чтобы наблюдение шло успешно, необходимо иметь определенный минимум знаний о наблюдаемом объекте, а для этого надо предварительно ознакомиться с теми данными об этом объекте, которыми уже располагает наука. Успех наблюдения также зависит от четкой фиксации результатов наблюдения в форме протокола, схемы, чертежа, рисунка и т. д.
Научное наблюдение может проводиться в естественных и искусственных (экспериментальных) условиях. Для научного познания очень важно не только наблюдать изучаемый объект, но и уметь описать его, т. е. уметь выделить и зафиксировать различные признаки данного объекта. Цель описания — наиболее полное ознакомление с предметом. Если описание производится с помощью научной методики, то оно дает большое количество сведений о предмете. Описание широко применяется в таких науках, как ботаника, зоология, исторические науки, где большое значение имеет позна-
1 См.. Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 27— 28 января 1987 года. С. 9.
324


ние различных свойств, признаков, поведения объектов данных наук. Наблюдение и описание тесно связаны с экспериментом.
Эксперимент (от лат. experimentum — проба, опыт) — научно поставленный опыт, с помощью которого объект или искусственно воспроизводится, или ставится в искусственно созданные и точно учитываемые условия, которые позволяют изучать их влияние на объект в чистом виде. Благодаря этому появляется возможность узнать, как влияет изменение тех или иных условий на отдельные свойства, качества, стороны объекта. Достоинство эксперимента состоит в том, что с его помощью выделяются и изучаются те связи, отношения, стороны объекта, которые нам необходимы. Мы получаем их в чистом виде, изолируя от всего прочего многообразия связей предмета и тем самым освобождаясь от «затемняющих» влияний. Достоинство эксперимента заключается также и в том, что его обычно можно повторять сколько угодно, пока не будет достигнута цель, поставленная в нем. Причем мы имеем возможность каждый раз улучшать, совершенствовать методику эксперимента, вносить в него нечто новое.
В эксперименте можно выделить следующие составные элементы: экспериментатор и его теоретическая и практическая деятельность; объект или предмет экспериментального исследования; средства экспериментального исследования (инструменты, приборы, экспериментальные установки и т. д.). В процессе постановки и проведения эксперимента эти элементы взаимодействуют друг с другом.
Раскрытый марксистской философией практико-теоретический характер процесса познания можно наглядно продемонстрировать при определении места и роли эксперимента в научном познании. Эксперимент вплетен в логику теории, направляется теорией (на это указывал такой мастер эксперимента, как И. П. Павлов, утверждавший, что для экспериментального исследования прежде всего необходимо наличие идей). Но в то же время он непосредственно зависит от уровня развития промышленности, тесно связан с производством, с техникой; с его помощью мы исследуем и такие явления и процессы, которые необходимы для производства. Все большее значение приобретает промышленный эксперимент, который ставится в условиях промышленного производства. С другой стороны, техника, промышленность поставляют сложные экспери-
325


ментальные средства, приборы, механизмы и т. д. Научные эксперименты требуют сейчас огромного технического, производственного оснащения. Например, современный коллайдер — это комплекс промышленных предприятий.
Наблюдение, описание, эксперимент тесно связаны друг с другом. В процессе эксперимента обязательно проводится наблюдение, а затем и описание поведения изучаемого объекта и изменения его свойств. Надо также подчеркнуть, что эти методы неразрывно связаны с теоретическим мышлением, ибо они предполагают и теоретически сформулированную задачу, и постоянное теоретическое осмысление результатов наблюдения и эксперимента.
Связь эксперимента с теорией выражается, в частности, в том, что все большее значение в научном познании приобретает мысленный эксперимент. В мысленном эксперименте ученый оперирует образами, представлениями, в реальном эксперименте — самими предметами. Мысленный эксперимент не является чисто логической операцией, а представляет собой абстрактную деятельность с обобщенными образами и модельными представлениями. При этом достигается новое знание, которое невозможно было бы получить путем только логического вывода. Мысленный эксперимент занимает как бы промежуточное положение между реальным экспериментом и теорией.
Особого рассмотрения заслуживает вопрос о роли наблюдения и эксперимента при изучении общественных явлений. Специфика применения этих методов зависит от сложности и своеобразия объекта исследования. Например, ограниченная сфера действия эксперимента в изучении общества обусловлена тем, что при этом невозможно создавать специальные искусственные условия, а также изолировать изучаемое явление от других, что обычно легко осуществить при анализе природных явлений. При изучении общественных явлений необходимо учитывать и роль субъективного фактора, влияние которого в данном случае неизмеримо возрастает.
С помощью социального эксперимента выявляются и исследуются определенные общественные закономерности, механизм их действия и те последствия, к которым они приводят. В то же время социальный эксперимент используется для проверки тех или иных теоретических, например экономических, положений и гипотез.
326


Эти функции эксперимента тесно взаимосвязаны: в процессе исследования могут возникать новые теоретические предположения и гипотезы, и, наоборот, при их проверке, как правило, выявляется действие новых, неучтенных тенденций и явлений. Например, с помощью социального эксперимента исследуются различные формы руководства обществом, пути и средства повышения производительности труда, действие различных социальных закономерностей в обществе и т. д., которые для их объяснения могут потребовать новых гипотез.
В. И. Ленин уже в первые годы социалистического строительства указывал на большое значение социального эксперимента в познании общественных закономерностей. Еще более возрастает роль социального эксперимента как одного из средств научного руководства обществом в современных условиях. Именно в последние годы в связи с решением задач перестройки хозяйственного механизма, назревшей необходимостью замены административно-командных методов управления экономическими стали довольно широко использоваться различные формы социального эксперимента с целью предварительного изучения вопроса на практике, накопления необходимого опыта для выработки оптимального решения.
§ 2. Индукция и дедукция.
Анализ и синтез
Индукция (от лат. inductio — наведение, побуждение) является одним из методов научного исследования, который, как правило, опирается на наблюдение и эксперимент. Индукция — это заключение от известного к неизвестному, распространение наших знаний на круг предметов, которые раньше находились за пределами этих знаний. Но полного, глубокого расширения знаний мы достигаем раскрытием закономерных связей, а это происходит только тогда, когда обобщение выделяет связь прежде всего причинно-следственную.
Логический характер и структура выводов научной индукции стали выясняться и определяться со времени распространения в научном познании и мышлении выводов о причинной связи явлений в природе и обществе. Родоначальником теории научной индукции, ориентированной именно на выявление причин, является Ф. Бэ-
327


кон, который обобщил в своих правилах так называемой элиминативной (исключающей) индукции методы естественных наук, начавших ускоренно развиваться с XV—XVI вв. В дальнейшем метод индукции был усовершенствован Дж. Ст. Миллем и другими учеными.
В современной логике индукция рассматривается как теория вероятностного вывода. Делаются попытки формализации индуктивных методов на основе идей теории вероятностей, что поможет более четко выявить логические проблемы данных методов, а также определить их эвристическую ценность.
Дедукция (от лат. deductio — выведение) в буквальном смысле означает вывод, т. е. получение следствий из посылок. Но существует несколько типов вывода, один из которых является дедуктивным. Дедукция определяется как вывод от общего к частному, дающий достоверные следствия. Но в современной формальной логике дедукцию понимают в более широком смысле — как вообще выведение следствий из одной или из совокупности нескольких посылок на основании достоверных законов и правил логики.
Дедукция как метод представляет собой определенный способ построения теории. Под дедуктивной теорией обычно понимается вообще строго построенная научная теория. При этом организация научного знания достигается с помощью только дедуктивной техники вывода. К таким теориям относятся различные разделы математики и формальной логики. Попытки построить дедуктивные теории сейчас предпринимаются и в некоторых областях биологии, лингвистики и др.
В современной логике выделяется несколько видов дедуктивных методов, причем это выделение происходит по разным основаниям. Если в качестве основания берется конкретная форма реализации этапов дедуктивного построения, то различаются аксиоматический и генетический (конструктивный) методы. Другим основанием может служить нербходимость (или ее отсутствие) подтверждения той или иной дедуктивной теории опытными данными. Например, математика и логика ныне уже не требуют эмпирического подтверждения, и поэтому они рассматриваются как категориально-дедуктивные системы. Если же дедуктивные теории применяют для описания и организации опытного знания, то они требуют эмпирического подтверждения. Такие теории, 328


называемые гипотетико-дедуктивными, строятся с помощью гипотетико-дедуктивного метода.
Дедукция, как и индукция, не только является определенной логической формой нашего мышления и организации научного знания, но и выступает как определенный момент в рамках общего диалектико-материалистического познания.
Раскрытие, общих закономерностей развития общества позволило К. Марксу объяснить отдельные социальные явления, «вывести» их из открытых им законов. В этом смысле дедукция выступает необходимым элементом метода восхождения от абстрактного к конкретному. Это уже не формально-логическая, а диалектико-материалистическая дедукция. Характеристику такой дедукции дает Ф. Энгельс на следующем примере: «...вся классификация организмов благодаря успехам теории развития отнята у индукции и сведена к «дедукции», к учению о происхождении — какой-нибудь вид буквально дедуцируется из другого путем установления его происхождения,— а доказать теорию развития при помощи одной только индукции невозможно, так как она целиком антииндуктивна» 2. Диалектическая дедукция прослеживает основную тенденцию развития объекта на основе анализа присущих ему движущих противоречий.
В реальном процессе познания на различных его этапах индукция может быть моментом дедукции, но не наоборот. В современной формальной логике индукция вообще рассматривается как один из случаев дедукции. Познание диалектики общего и отдельного включает в себя как индуктивные, так и дедуктивные методы, которые выступают в качестве противоположных моментов единого познавательного процесса: индукция выявляет отдельное как случай общего; дедукция выводит отдельное из общего. Подчеркивая связь индукции и дедукции, необходимо отметить и еще один момент: процесс теоретического исследования осуществляется как двоякий процесс — анализа уже существующих научных понятий и одновременно изучения и обобщения полученных фактов. Поэтому в реальном процессе познания индукция не может выступать в чистом виде: индуктивное обобщение фактов всегда происходит только с помощью уже выработанных обществом понятий. Но в то же время подобное обобщение приводит в свою
2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 542. 329


очередь к развитию этих понятий, к обогащению и конкретизации их содержания.
На внутреннюю связь индукции и дедукции указывал Ф. Энгельс: «Никакая индукция на свете никогда не помогла бы нам уяснить себе процесс индукции. Это мог сделать только анализ этого процесса.— Индукция и дедукция связаны между собой столь же необходимым образом, как синтез и анализ. Вместо того чтобы односторонне превозносить одну из них до небес за счет другой, надо стараться применять каждую на своем месте, а этого можно добиться лишь в том случае, если не упускать из виду их связь между собой, их взаимное дополнение друг друга» 3.
Анализ и синтез, так же как и индукция и дедукция, являются логическими приемами, строящимися на основе диалектического метода. Вместе с тем анализ и синтез выступают как определенные методы исследования предметов и явлений объективного мира.
Анализ (греч. analysis — разложение, расчленение) — фактическое или мысленное разложение целого на составные части. С помощью анализа выделяются и исследуются отдельные признаки предмета или явления, что дает возможность изучить его структуру, отделить существенные признаки от несущественных.
Синтез (греч. synthesis — соединение) — мысленное или фактическое воссоединение целого из частей, выделенных с помощью анализа.
Анализ и синтез могут применяться для изучения готовых, «ставших», предметов и явлений, без учета их возникновения и развития. В основе этих методов лежит выделение части и целого (низшие формы анализа и синтеза). В то же время анализ и синтез могут выступать как моменты диалектического метода познания, рассматривающего .окружающий мир в становлении, изменении, развитии. В этом случае задача анализа состоит в том, чтобы рассмотреть предмет в его многообразных связях с другими предметами, выделить в нем ведущие противоречия, обнаружить сущность предмета. Познанные с помощью анализа части выступают как взаимосвязанные элементы единого целого. Но выявленная таким образом сущность предмета остается еще абстрактной, не связанной с многообразными формами ее проявления. С помощью синтеза восстанавливается предмет как конкретное целое во всем богатстве его
3 Там же. С. 542—543.
330


проявлений, при этом его сущность постигается значительно глубже.
Анализ и синтез находятся в неразрывном единстве. Это значит, что анализ должен совершаться через синтез, т. е. необходимо постоянно соотносить каждую анализируемую часть с предметом как целым, устанавливать место данной части в системе целого. А для этого следует также изучать части в их отношении друг с другом, определять степень их существенности в целом. В результате такого анализа можно выделить общее как существенное в предмете, что является основой для процесса синтезирования. В конечном итоге задача диалектически понимаемого анализа есть выделение той «клеточки», из которой сам предмет возникает и развивается. Именно на эту роль анализа указывал К. Маркс, отмечая, что «анализ является необходимой предпосылкой генетической трактовки, понимания действительного процесса формообразования в его различных фазах» 4.
Синтез в этом случае воссоединяет предмет как тождество противоположностей, при этом воспроизводится его возникновение и развитие. Если вначале синтез выступает моментом анализа, т. е. части анализируются с учетом целого, то сейчас уже синтез подчиняет себе анализ, включает его в себя как свой момент.
В современном научном познании теоретический анализ и синтез неразрывно связаны с использованием богатых логико-математических и семиотических средств, с применением компьютерной техники, с практикой экспериментирования и с общественно-исторической практикой вообще. Только в процессе практики проверяются в конечном счете выводы, сделанные на основе анализа, подтверждаются или опровергаются теоретические конструкции, являющиеся результатом синтеза.
§ 3. Объяснение. Гипотеза и научное предвидение. Интуиция
Одним из приемов научного исследования является объяснение, которое имеет большое значение для раскрытия сущности предмета, его внутренней природы, законов его существования. Сущность предмета — это устойчивые связи, выражающие определенную совокуп-
4 Там же. Т. 26. Ч. III. С. 526, 331


ность внутренне необходимых для данного предмета свойств, ликвидация которых ведет к его уничтожению. Свойства предмета проявляются в отношении его к другим предметам. Устойчивые, существенные, необходимые отношения являются закономерными. В. И. Ленин отмечал, что «закон есть отношение... Отношение сущностей или между сущностями» 5. Поэтому объяснить явление — это значит раскрыть закон, которому оно подчиняется и согласно которому оно возникает. В зависимости от характера объяснения явлений выделяются различные типы объяснений. Наиболее распространенными являются причинное, функциональное и структурное объяснения.
При всем многообразии типов объяснения в науке всегда имеются факты, которые необъяснимы с точки зрения существующих научных теорий. Тогда для их объяснения выдвигается та или иная гипотеза. Гипотеза представляет собой научно обоснованное предположение, при котором на основе ряда фактов делается вывод о существовании объектов и связях между ними, о причинах их возникновения и закономерностях их развития. Причем этот вывод носит вероятностный характер и требует доказательства и проверки. Логической формой этого вывода является гипотетическое умозаключение.
Выдвинутая гипотеза должна быть или доказана, или отброшена, или, наконец, усовершенствована. Опытная подтверждаемость тех или иных следствий, вытекающих из гипотезы, еще не есть доказательство ее истинности. Процесс доказательства гипотез является более сложным и длительным и во многих случаях в конечном счете зависит от всей совокупности общественно-исторической практики людей. Ф. Энгельс называл гипотезу «формой развития естествознания, поскольку оно мыслит», и подчеркивал, что «если бы мы захотели ждать, пока материал будет готов в чистом виде для закона, то это значило бы приостановить до тех пор мыслящее исследование, и уже по одному этому мы никогда не получили бы закона» 6. Доказанная гипотеза превращается в теорию, раскрывающую закономерные связи между явлениями объективного мира, объясняющую причины их возникновения. Поспешное отбрасывание гипотезы, не получившей достаточного подтверж-
5 Ленин В. И. Поли. собр. соч Т. 29. С. 138.
6 Маркс К., Энгельс Ф. Соч Т. 20. С. 555. 332


дения (отыскались противоречащие ей факты), нежелательно: сначала должны быть использованы средства ее усовершенствования, дополнения, доработки.
С объяснением и гипотезой непосредственно связан такой метод научного исследования, как предсказание (конкретное предвидение). Предсказание является одной из важных функций процесса научного исследования: ведь задача науки — не только раскрывать и объяснять прошлое и существующее, но и предвидеть будущее. Научное предсказание всегда строится на основе научного объяснения. В свою очередь предсказанные, а затем и открытые явления требуют своего объяснения.
Столь же тесной является связь научного предсказания и гипотезы. В этом случае предсказание выступает как средство формирования гипотезы. В любой гипотезе содержатся предсказательный и объяснительный элементы, т. е. гипотеза не только предсказывает те или иные события, но и старается их объяснить. В функции же научного предсказания задача объяснения и построения на его основе теории не входит. Полнота и точность научного предсказания зависят от многих условий. В ряде случаев научное предсказание может носить вполне достоверный характер. В то же время следует отметить и некоторую ограниченность сферы действия научного предсказания.
Научное предсказание неразрывно связано с общественно-исторической практикой и экспериментом. Практика является основой и стимулом тех или иных научных предсказаний, она может не только подтверждать, но и поправлять, уточнять, корректировать их. В то же время велико и влияние научного предсказания на практику, ибо оно ее направляет, изменяет, по-новому ориентирует. Особенно важна роль предсказания при анализе общественного развития. Знание объективных законов развития общества позволяет предвидеть перспективы и последствия тех или иных общественных явлений.
Однако предвидение в социальной области имеет свою специфику Прежде всего оно вынуждено учитывать субъективный фактор в процессе предвидения общественных явлений. Другая особенность предвидения общественных явлений состоит в том, что оно касается в первую очередь общих направлений, тенденций развития общества. Что же касается определения конкретных сроков осуществления возможностей, заложенных
333


в выявленной тенденции, то это сделать либо вообще нельзя (если для этого нет необходимых данных), либо (если такие данные имеются) можно, но с большой долей неопределенности, вероятности, ибо здесь пришлось бы учитывать огромное количество весьма изменчивых, подверженных массе влияний внутренних и внешних факторов, бесконечную цепь конкретных обстоятельств.
Анализ процесса творчества является одной из актуальных и практически необходимых задач современного научного познания. В связи с этим совершенно неслучаен интерес к проблеме интуиции, которая до сих пор является еще малоразработанной. При всей многозначности термина «интуиция» (от лат. intueri — пристально, внимательно смотреть) она понимается главным образом как непосредственное знание, представляющее собой прямое усмотрение истины. При этом интуиция нередко рассматривается как особое озарение, в результате которого открываются объективные связи вещей.
Различаются чувственная интуиция (непосредственное чувственное знание) и интеллектуальная интуиция («видение очами разума») как усмотрение «самоочевидных» истин (например, аксиом геометрии). Кроме того, выделяется эвристическая интуиция, которая проявляется в виде внезапного открытия, спонтанного нахождения искомого решения и т. п.
Интуиция выступает в качестве необходимого, но далеко еще не исследованного наукой момента познания. Отметим такие черты интуиции, как непосредственность, внезапность, неосознаваемость ее механизма. Непосредственность проявляется в способности познания «перескакивать» через определенные этапы логического рассуждения, благодаря чему возникает иллюзия прямого, непосредственного усмотрения искомого результата, вывода. Такая черта интуитивного акта, как внезапность, состоит в том, что искомый результат или открытие проявляется неожиданно, о чем свидетельствуют многие примеры из истории науки.
Интуиция является необходимым моментом современного научного познания, обусловленным состоянием и развитием науки, для которой ныне характерно стремление к широкой формализации. Применение непротиворечивых формальных систем всюду в современной науке приводит к тому, что научная теория выступает для индивида как нечто «принудительное», определяет его мышление этой системой. Поэтому выход за рамки 334


данной логической системы представляется чем-то иррациональным, интуитивным, не поддающимся рациональному описанию. Отсюда парадоксальное по форме, но очень верное по существу для современной науки утверждение Эйнштейна, что открытие совершает «невежда», который «не знает», что «так не может быть», как убеждены специалисты в данной области знания.
Закономерности, открытые в той или иной области науки и выраженные в виде формально-логических систем, определяют ход мысли ученого и заставляют его работать в пределах этой системы. И только немногие могут выйти за пределы данных систем и выступить в качестве творцов новых идей и теорий. Причем сам переход к новому как творческий акт считается чем-то необъяснимым. А ведь именно этот переход к новому является развитием знания, и это — содержательная логика развития самого предмета. Поэтому настоятельной задачей при изучении современного научного познания является разработка «логики интуиции» как определенного процесса выхода за пределы заданной системы. Ряд предпосылок для этой разработки дает психология творчества, рассматривающая интуицию во многих случаях как плод предшествовавшей неосознаваемой внутренней работы мозга на основании многих ранее выявленных посылок.
§ 4. Роль модели и моделирования в познании
Для современного познания характерна еще одна закономерность, вытекающая из возможности и необходимости применения современных способов количественного логико-математического анализа, что нашло выражение в широком распространении метода моделирования. Всевозрастающее применение этого метода в самых различных областях знаний связано также с усилением тенденции интеграции в современном научном познании.
В зависимости от способа воспроизведения, т. е. от тех средств, при помощи которых строится модель, все модели могут быть разделены на два больших класса: действующие, или материальные, и воображаемые, или идеальные.
К первому классу относятся модели, построенные 335


человеком, которые воплощены в металле, дереве, стекле, электромагнитных полях и других материальных предметах. Назначение этих моделей состоит в том, чтобы изучать с их помощью структуру, характер, сущность исследуемого процесса. Они могут быть построены из того же материала, что и изучаемый объект. Но ныне очень часто материальные модели не обладают физическим тождеством с изучаемым объектом, а строятся на основе чисто функциональной аналогии, которая описывается математическим уравнением.
Идеальные, мысленные модели подразделяются на следующие виды: наглядно-образные (например, модель атома, предложенная Резерфордом и Бором, различные схемы и др.), состоящие из чувственно-созер- цаемых элементов (шары, рычаги, трубки, жидкости и т. д.); знаковые (символические), к которым относятся, например, химические структурные модели, выраженные определенной химической символикой. Применение знаковых моделей помогает выделить отношения, связи, функции в чистом виде.
В связи с огромным значением, которое имеет в современной науке математическое моделирование, часто выделяют и третью группу моделей, являющихся в сущности разновидностью знаковых моделей,— математические модели. Это, например, программы для вычислительных машин, перфокарты, математические формулы, чертежи, графическое выражение функциональных зависимостей и др.
Модель всегда выступает как аналогия, т. е. модель и отображаемый с ее помощью объект находятся в отношении некоторого сходства. Для процесса моделирования характерны следующие три основные операции: 1) построение модели; 2) экспериментальное исследование модели, т. е. наблюдение за ее работой (измерение, планомерное изменение режима работы модели, варьирование экспериментальных условий и т. п.) ; 3) перенесение данных, полученных на модели, на изучаемый объект.
Поэтому в моделировании огромное значение приобретает теория, которая обосновывает возможность и правомерность перехода от объекта к модели и обратно. Такой теорией для моделирования, когда объект и модель принадлежат к одной и той же форме движения материи, является теория подобия.
Если же модель и объект моделирования относятся к разным формам движения материи, то теоретическое 336


обоснование правомерности построения подобных моделей дается теорией аналогий или еще более общей теорией изоморфизма систем. В этом случае возможность моделирования основывается на том, что некоторые механические, электрические, термодинамические, химические, физиологические и другие законы выражаются одними и теми же математическими уравнениями. Практическим воплощением, овеществлением моделей стала в наши дни кибернетика. Успехи, достигнутые в последнее время в генетике, в физиологии и других отраслях биологии, в значительной степени связаны с использованием этими науками идей и методов кибернетики.
Математическое и функциональное моделирование в кибернетике позволяет в соответствующей деятельности кибернетической машины воспроизвести в том или ином чувственно воспринимаемом выражении сложные не- воспринимаемые процессы. С помощью этих моделей становится возможным выявить сложный механизм непосредственно не наблюдаемых процессов и явлений и создавать все более глубокие и адекватные представления о них.
Метод моделирования находит все более широкое применение не только в естествознании, но и при изучении общественных явлений. Выявление объективных закономерностей в их развитии и исследование определенных функциональных зависимостей в чистом виде обеспечивают возможность применения кибернетических моделей. И в политической экономии, и в языкознании, и в некоторых других науках моделирование становится непременным условием исследования.
§ 5. Исторические и логические методы познания. Диалектика абстрактного и конкретного в познании
Материалистическая диалектика, будучи методологической основой научного исследования, дает возможность верно решить вопрос о соотношении исторического и логического методов познания. Действительно, если задача теоретического познания состоит в том, чтобы воспроизвести возникновение, становление, развитие объекта в логических категориях, то возникает вопрос о соотношении действительной истории объекта и возможности ее отражения в соответствующих понятиях, 337


т. e. о соотношении истории объекта и его логической реконструкции, его воспроизведении в логической последовательности категорий науки, в область исследования которой этот объект входит.
Изучение истории возможно двумя методами: историческим, воспроизводящим все детали действительного исторического развития, и логическим, который также воспроизводит историю, но в ее главных, существенных, основных чертах. Второй метод представляет собой логическую реконструкцию истории объекта. Именно . этот метод применил К. Маркс при исследовании капиталистического способа производства. Характеризуя его, Ф. Энгельс писал: «...этот метод в сущности является не чем иным, как тем же историческим методом, только освобожденным от исторической формы и от мешающих случайностей. С чего начинает история, с того г же должен начинаться и ход мыслей, и его дальнейшее \ движение будет представлять собой не что иное, как ^ отражение исторического процесса в абстрактной и теоретически последовательной форме; отражение исправленное, но исправленное соответственно законам, которые дает сам действительный исторический процесс...» 7
Единство логического и исторического в познании позволяет решить проблему теоретического исследования объекта таким образом, чтобы при этом не терялась, не «гасилась» динамика его развития. Таким логическим методом теоретического воспроизведения объекта в понятиях является метод восхождения от абстрактного к конкретному, блестяще примененный К. Марксом в «Капитале».
Метод восхождения от абстрактного к конкретному выступает в качестве той логической формы, в которой воспроизводится объект в его движении, развитии и внутренних связях. Теоретическое рассмотрение объекта в системе диалектической логики, движение по логике объекта приобретает форму движения наших мыслей от абстрактного к конкретному. Это движение понимается и в узком смысле — как прослеживание развития основного противоречия в объекте и в более широком — как вообще движение от менее содержательных абстракций к более содержательным.
Абстрактное (от лат. abstractio — удаление, отвлечение) есть результат процесса абстрагирования, который заключается в отвлечении от ряда свойств, связей,
7 Там же Т 13. С. 497.
338


отношений изучаемого объекта и в выделении тех свойств и отношений, которые необходимы для исследования объекта на данном этапе.
Конкретное (от лат. concretus — сросшийся) определяется как объект во всех его сложных, многосторонних связях и отношениях.
Диалектика абстрактного и конкретного по-своему проявляется в объективном мире. Каждая вещь, предмет, явление неисчерпаемо богаты, многообразны и обладают бесконечным количеством свойств. Предмет — это конкретное единство самых различных качеств, сторон, граней. Он участвует в бесчисленных связях и отношениях с другими вещами и явлениями. Но в каждом взаимодействии с другой вещью он проявляется какой- то одной своей стороной, одним свойством. В этом одном отношении качество данного предмета как бы отвлекается, абстрагируется от всего его неисчерпаемого многообразия. Следовательно, конкретное — это сам предмет (вещь, явление) со всеми его свойствами и отношениями. Абстрактное — это проявление какого-либо одного из свойств, отношений, связей данного предмета.
Абстрактное и конкретное выступают моментами познания. К. Маркс определяет конкретное как «единство многообразного» 8. В процессе познания абстрактное выступает односторонним, неполным, однобоким, одноплановым отражением предмета в противоположность конкретному знанию как знанию развитому, всестороннему, исчерпывающему. Абстрактное — это отдельное, обособленное, изолированное определение. Конкретное — это совокупность отдельных определений, это система определений с одной структурой, внутренними связями, отражающими связь и взаимодействие предметов, процессов в составе некоторого конкретного целого. Поэтому конкретное в мышлении выступает, по определению К. Маркса, в форме сочетания, синтеза многочисленных определений. Каждое из определений, входящих в эту систему, отражает лишь частичку, фрагмент, момент, сторону конкретной действительности, и поэтому само по себе, взятое отдельно от других определений, оно абстрактно.
Синтезируя определения, отражающие все новые стороны, качества, отношения предметов, открываемые наукой, человеческое познание восходит от абстрактного к конкретному, стремясь ко все более глубокому
8 См. там же. Т. 12. С. 727.
339


познанию конкретного в его полноте. Метод восхождения от абстрактного к конкретному выступает, по К. Марксу, как «способ, при помощи которого мышление усваивает себе конкретное, воспроизводит его как духовно конкретное» 9 Но в процессе восхождения наших знаний от абстрактного к конкретному на каждом отдельном этапе совершается сложный диалектический переход от конкретного к абстрактному — процесс выделения, исследования, абстрагирования отдельных связей, отношений, свойств. В пунктах такого перехода возникают нередко антиномические противоречия процесса познания вроде знаменитого Марксова «капитал возникает и не возникает в обращении». Эти противоречия разрешаются в ходе дальнейшего познавательного восхождения.
Метод восхождения от конкретного к абстрактному обычно характерен для начальных ступеней научного исследования, а метод восхождения от абстрактного к конкретному,— тогда, когда исследование переходит от односторонних, абстрактных определений объекта ко все более богатому и разностороннему знанию. К. Маркс писал: «...если бы я начал с населения, то это было бы хаотическое представление о целом, и только путем более близких определений я аналитически подходил бы ко все более и более простым понятиям: от конкретного, данного в представлении, ко все более и более тощим абстракциям, пока не пришел бы к простейшим определениям. Отсюда пришлось бы пуститься в обратный путь, пока я не пришел бы, наконец, снова к населению, но на этот раз не как к хаотическому представлению о целом, а как к богатой совокупности, с многочисленными определениями и отношениями» 10 Оба этих метода тесно взаимосвязаны и выступают в единстве в процессе познания. В каждой новой области современного познания и сейчас действует метод восхождения от конкретного к абстрактному, поскольку каждая вновь возникшая область науки необходимо связана с выработкой новых понятий и категорий, ряда абстрактных определений. Дальнейшее познание, проникновение в глубь объекта осуществляется путем синтеза многочисленных абстрактных определений, которые выступают моментами развивающегося знания.
Человеческое знание в целом движется от отдельных,
9 См. там же.
10 Там же. С. 726.
340


общих, отвлеченных понятий и представлений к более полному, многообразному конкретному знанию. Это движение и есть восхождение от абстрактного к конкретному в более широком смысле. В процессе этого движения переход от конкретного к абстрактному выступает как подчиненный момент, органически включенный в общий ход теоретического воспроизведения объектов в человеческом сознании, который совершается в форме восхождения от абстрактного к конкретному. Но это восхождение требует то и дело подкрепления познавательного движения новыми фактическими данными. Это подкрепление происходит всегда движением от конкретного к абстрактному.
§ 6. Системный подход в научном познании
Системный подход к изучению явлений окружающего мира получил широкое распространение во второй половине XX в., особенно в таких науках, как биология, лингвистика, кибернетика, психология, социология.
Всевозрастающее значение системного подхода в современной науке породило весьма характерную иллюзию, будто он представляет собой новый взгляд на мир, определяет облик науки XX в. Отсюда делаются выводы о возможности замены материалистической диалектики системным подходом, о необходимости структу- рализовать диалектику и т. д. Поэтому вопрос о соотношении диалектического метода и системного подхода, о месте последнего в научной методологии требует особого рассмотрения. Теоретической основой для его решения являются методологические положения, развитые К. Марксом в «Капитале», о способах движения научного знания, о познании общественно-экономической формации как целостной системы и др. Именно они помогают установить границы применимости приемов системного исследования, выделяющих и изучающих строго определенный, но ограниченный аспект сложных явлений объективной действительности. Абсолютизация этих приемов приводит к тому, что им приписывается не свойственная им философская функция.
При всем разнообразии направлений общим для системного подхода является то, что он рассматривает объекты и явления окружающего мира в качестве определенных материальных систем, состоящих из элементов, взаимосвязанных между собой (структуры) и определенным образом функционирующих.
341


Коротко остановимся на основных понятиях системного подхода. Система — комплекс элементов, взаимосвязанных между собой и образующих определенное целостное единство. Система состоит из элементов, структуры и выполняет определенную функцию. Элементы — относительно неделимые части целого. Структура — закономерная устойчивая связь между элементами систем. Функция — внешнее проявление свойств какого-либо объекта в данной системе отношений.
Основные принципы системного подхода разрабатывались еще в рамках немецкой классической философии, а проблема соотношения целого и части была всегда в центре внимания философии. Кант, продолжая критику Лейбницем механицизма в этом вопросе, предлагал различать органическое и неорганическое целое, причем последнее понимается им как механическое целое, сводимое к сумме частей. Такое целое представляет собой низшую ступень по сравнению с органическим целым, где связь между частями принципиально иная. Эти положения получили развитие в философии Гегеля, в которой понятия «целостность», «тотальность» являются одними из фундаментальных категорий. Но для Гегеля они представляют собой логические определения саморазвития абсолютной идеи.
Принципы системного подхода на материалистической основе получили дальнейшее развитие в философии марксизма. «Капитал» К. Маркса является образцом теоретического обоснования этих принципов и их применения в практике научного исследования, прежде всего в анализе «механической» и «органической» систем, в понимании общественно-исторической целостности как органической системы. «Если в законченной буржуазной системе каждое экономическое отношение предполагает другое в буржуазно-экономической форме и таким образом каждое положенное есть вместе с тем и предпосылка, то это имеет место в любой... органической системе. Сама эта органическая система как совокупное целое имеет свои предпосылки, и ее развитие в направлении целостности состоит именно в том, чтобы подчинить себе все элементы общества или создать из него еще недостающие ей органы. Таким путем система в ходе исторического развития превращается в целостность» “. В «Капитале» К. Маркс анализирует разветв-
" Там же. Т. 46. Ч. I. С. 229.
342


ленную систему буржуазных экономических отношений, вскрывает ее структуру и способ функционирования. Благодаря этому оказалось возможным «показать те конкретные формы, которые возникают из процесса движения капитала, рассматриваемого как целое» '2.
Принципиальные положения, высказанные К. Марксом, определяют методологический подход к изучению систем, их структур и функций. Системный подход и его значимость есть отражение в логике познания такого всеобщего свойства материи, как структурность, а также системная организация объектов. Пространственное расположение, протяженность материи проявляются в виде сосуществования функционирующих систем. Поэтому совершенно правомерен в определенных границах подход к ним как к системам готовым, относительно стабильным. При этом мы изучаем состав, структуру и функции объектов. Временное же существование представлено не только как последовательность событий во времени, но прежде всего как процесс развития систем («временной срез»).
В действительности любой объект представляет собой не конгломерат взаимосвязанных частей, не механическую систему, а некую целостность, тотальность (Гегель), «органическую систему» (Маркс), особенно в высших формах движения материи. Объект выступает как целое, как некоторая органичная система, развитие которой есть одновременно формирование (полагание) ее частей и функций. Пространственный и временной «срезы» объекта — это лишь условная, относительная «идеализация».
Отсюда вытекает необходимость другого, диалектико-генетического подхода при изучении окружающего мира, когда каждый объект рассматривается как результат его предшествующего развития, где его история представлена в снятом виде и зафиксирована в его структуре и функциях.
Подчеркнем, что надо четко отделять системный подход как один из элементов научной методологии от структурализма и структурно-функционального анализа как течений в буржуазной науке, содержащих не только определенный (отчасти верный) подход к изучаемым явлениям, но и ложные идеологические формы, ведущие к идеализму и метафизике.
Там же. Т. 25. Ч. I. С. 29.
343


Включение системного подхода в марксистскую методологию с ее принципами развития, всеобщей взаимосвязи, конкретно-исторического подхода и т. д. в качестве элемента дает возможность показать, что и функция, и структура являются продуктом исторически развивающейся системы. Если же систему рассматривать как индивидуальное явление, не связанное с другими явлениями и вне принципа развития, то определяющей окажется структура, а функция выступит способом взаимодействия элементов структуры. С подобным пониманием структуры и функции мы встречаемся и в структурализме, и отчасти в общей теории систем. Попытка приписать ведущую роль функции и рассматривать структуру как производную от функции, предпринятая сторонниками структурно-функционального анализа, также не решает проблемы.
Подлинное ее решение мы находим в «Капитале», К- Маркса, где он рассматривает капиталистическое производство как целостную систему с ее внутренней структурой и всеобщим основанием. Вся система, взятая как целое, определяет ее структурные элементы. Эти' элементы имеют значение только в системе целого. Система как целое выполняет определенную функцию, которая является ведущей по отношению к элементам структуры.
И функция, и структура выступают продуктами исторически развивающейся системы при ведущей роли функции, которая определяется как способ взаимодействия системы со средой. Отсюда следует вывод, что анализ структуры может быть плодотворным только при историческом подходе к самой системе, развитие которой рассматривается в ее необходимых существенных моментах.
Примененный К. Марксом теоретический метод исследования, включающий принцип историзма, может быть использован для анализа любой органической системы, любого развивающегося, расчлененного внутри себя органического целого. Определение К. Марксом органической системы как самораэвивающейся и самораз- личающейся целостности и его положение о том, что «становление системы такой целостностью образует момент ее, системы, процесса, ее развития» |3, определяют методологический подход к изучению общества как определенной социальной системы.
13 Там же. Т. 46. Ч. I. С. 229.
344


Исторический подход учитывает момент устойчивости, но при этом всегда надо помнить, что каждый данный этап является результатом предшествующего развития и что в структурах настоящего в сжатом виде фиксируются закономерности исторического развития. Это положение имеет принципиальное значение и для определения границ правомерности и результативности применения системного подхода. Эти границы определяются диалектико-материалистическим методом, его принципами, законами и категориями, и только на его основе возможно исследование и дальнейшее развитие системного подхода.


Глава XII
Анализ современной философии буржуазного общества
Развитие диалектико-материалистической философии с момента ее возникновения и до наших дней происходит в борьбе с буржуазной и мелкобуржуазной философией. Буржуазная философия, выполняя свою социальноклассовую роль апологии капитализма, выработки и поддержания соответствующего ему мироотношения, в общем, если оценить ее магистральную тенденцию, периодически возвращалась к попыткам «опровергнуть» диалектический и исторический материализм, доказать его «несостоятельность» и «устарелость», противопоставляя марксизму различные немарксистские философские построения.
Современная буржуазная и мелкобуржуазная философия несводима, однако, непосредственно, а тем более полностью к антимарксистским и антикоммунистическим тезисам, хотя последние и свойственны представителям ряда ее течений. В своем стремлении найти пути к сознанию различных, в том числе и трудящихся, слоев капиталистического общества буржуазные философы пытаются по-своему осмыслить противоречия позднего капитализма, глобальные проблемы современности, и среди них прежде всего современную мировую ядерную и экологическую ситуацию, а также новейшие достижения науки. Неудивительно, что некоторые из них остро и даже метко ставят порой важные социальнофилософские и методологические проблемы, которые, правда, в принципе не могут быть вполне правильно решены с их классовых, а в философском отношении — с идеалистических и метафизических позиций. Иногда бывало и так, что западные философы ставили острые проблемы современности первыми, раньше марксистов. Так, в 30-е годы экзистенциалисты первыми обратили внимание на проблему отчуждения, а логические позитивисты — на вопросы соотношения подтверждения и опровержения утверждений науки в теории познания.
346


Напомним, что русский махист А. А. Богданов в поздних своих работах предвосхитил некоторые главные идеи общей теории систем. Мелкобуржуазные теоретики из Франкфуртской школы исследовали духовные корни современного технологического пессимизма на Западе до того, как на это идеологическое явление обратили серьезное внимание марксисты.
Поэтому критика нами общефилософских конструкций мелкобуржуазных и буржуазных философов должна происходить в непременном сочетании с положительной разработкой тех теоретических проблем, к анализу которых обращаются западные философы, потерявшие четкий ориентир в современном мире и ищущие выхода из тупиков буржуазного миропонимания. Марксистская критика должна быть критикой диалектической, со справедливой оценкой и поддержкой всего правильного и истинного, с указанием того, что подлежит исправлению и усовершенствованию.
В книге «Материализм и эмпириокритицизм» В. И. Ленин приводит перефразированные слова Гёте: «...кто желает знать врага, тот должен побывать во вражеской стране» '. Нам тоже надо побывать в «стране», называемой современной буржуазной философией, чтобы понять ее представителей, осознать смысл, значимость и мотивы их аргументов, выяснить, не допуская никаких искажений и натяжек, основные особенности их взглядов, представляемые ими течения и проблемы, классовую и гносеологическую роль той или иной философии в современной ситуации. А это ситуация противостояния двух мировых идеологий, которая приобрела вид противоречия между теми, кто борется за выживание человечества и его прогрессивное развитие, и теми, кто делает ставку если не на безумное устремление к термоядерной войне, то на уход от решения назревших общечеловеческих проблем и на сохранение напряженности. В этой антитезе ряд западных философов изменяют свои прежние ориентиры и выступают уже против воинствующих империалистических клик. Появились и сторонники материалистической мысли, и это при своем анализе мы должны строго учитывать.
Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 18. С. 336
347


§ 1. Отражение кризисных явлений капитализма в буржуазной философии
Что означает понятие «современная буржуазная философия»? Оно употребляется философами-марксистами для обозначения философии в рамках современного буржуазного и мелкобуржуазного мироотношения. Начало становления этой философии определяется вступлением капитализма в современную стадию своего развития — стадию монополистического капитализма, что произошло в наиболее промышленно развитых капиталистических странах Запада на рубеже XIX и XX вв.
Но философские учения не только прогрессивных, но и реакционных классов и социальных слоев, выражая относительную самостоятельность общественного сознания, могут не только резюмировать происходящее, но иногда и опережать развитие общественного бытия, упреждающим образом выделяя в форме философских предположений то, что лишь намечается и зарождается в действительности, хотя способность буржуазной мысли к предвидению весьма ограниченна. Поэтому неудивительно, что некоторые характерные черты современной буржуазной философии: «переоценка ценностей», неверие в человека и его будущее, отказ от светлых идеалов прогресса и разума — наметились уже в середине прошлого столетия.
Таким образом, широко понимаемая современная буржуазная философия охватывает период начиная со второй половины XIX в. и до наших дней. Но в узком смысле имеют в виду ее развитие начиная с 90-х годов XIX в., когда на путь империализма вступила Англия, а за ней и другие страны Запада. В еще более узком смысле современной буржуазной философией именуют' философскую мысль стран Западной Европы и Америки, сформировавшуюся после второй мировой войны, когда возникновение мировой социалистической системы вызвало в 40—50-х годах появление, активизацию, а затем, в 70—80-х годах, перерождение и распад некоторых «модных» философских течений. На основных явлениях этого периода ее развития и будет сосредоточено наше основное внимание.
Отметим те главные социально-экономические, политические и идеологические факторы, которые определяют облик современной буржуазной философии и ее особенности по содержанию.
348


Современный этап кризисных процессов капитализма, начавшийся с 50-х годов, отрицательным образом сказался на буржуазной идеологии и духовной культуре, усиливая в них пессимистические и вообще реакционные тенденции и настроения. При этом в буржуазной философии четырех последних десятилетий нашли своеобразное отражение современная научно-техническая революция и ее социальные последствия. Крупнейшие достижения науки и техники XX в., пройдя через призму буржуазного мироощущения, вызвали утверждения о фатальной ограниченности научного познания, о якобы принципиальной враждебности достижений научно-технической революции человеку и его духовному миру. Но тут нашли свое отражение и такие действительные факты, как общая противоречивость всякого, в том числе технического, прогресса, а последний не всегда правильно использовался и в странах социализма, и возникновение таких острых проблем современности, как ядерная и экологическая.
Каковы же основные особенности современной буржуазной философии по ее собственно философскому содержанию? Определяющей особенностью следует считать идеализм, который был и остается господствующей характеристикой буржуазной философии второй половины XX в., выступая чаще всего в замаскированной форме постпозитивизма и «критического рационализма», герменевтики, неореализма и других направлений, ищущих «средний», «третий» путь «между материализмом и идеализмом» или пытающихся подняться «над» ними.
Однако среди современных буржуазных философов ныне встречаются и материалисты. Примером может служить так называемый «научный материализм» — учение, сформировавшееся в 60-х годах в Австралии, США и Канаде (Д. Армстронг, Д. Смарт, М. Бунге, Р. Рорти, Дж. Марголис и др.). Оставаясь на идеалистических позициях в понимании истории, представители «научного материализма» в большинстве случаев защищают положение о сводимости сознания к электрохимическим процессам в мозгу, хотя некоторые его представители признают, что возникновение сознания — это своего рода «качественный скачок» в развитии материи. Теоретических же высказываний по проблемам общественной жизни они вообще избегают. По своим решениям и общей методологии «научный материализм» не выходит за рамки вульгарного («популярного») материализ-
349


ма XIX в. Однако его существование является одним из показателей кризиса идеализма в современной философии буржуазного общества.
Другое течение в современной западной философии, также нежелающее себя связывать с идеализмом,— это так называемая эволюционная теория познания (К. Лоренц, Г. Вольмер, Р. Ридль и др.). Представители этого течения метафизически отождествляют развитие познания с процессами биологического приспособления живых организмов к среде и вообще с органической эволюцией. Специфика человеческого познания и социальной жизни в целом ими не понята.
Метафизика в смысле антидиалектического метода вообще есть существенная особенность современной буржуазной философии, которая проявляется в двух основных формах. Во-первых, многие ее представители сознательно отвергают диалектику. Во-вторых, некоторые из них подменяют марксистскую диалектику субъективной диалектикой «несчастного сознания», либо ультралевыми построениями в духе тотального всеобщего критицизма и социального катастрофизма (Г. Маркузе, Т. Адорно и др.), либо, наконец, реформистскими концепциями (А. Вам, Л. Габриель, Ю. Хабермас и др.), в которых, например, закон единства и борьбы противоположностей заменен идеями «взаимонуждаемости» и «дополнительности» сторон всякого противоречия. Все эти особые разновидности диалектики в конечном счете склоняются к метафизике.
В современной буржуазной философии наблюдается нарастание иррационализма (от лат. irratio — неразумие, бессознательность), который состоит в значительном ограничении или даже полном отрицании возможностей разума в познании, а более широко — во враждебности разуму и в утверждении, что само бытие алогично и иррационально. Выражением кризиса буржуазной культуры явилось широкое распространение иррационалистических учений, которые выдвигают на первый план в познании и деятельности человека разные внерациональные моменты — слепую волю и интуицию, «озарение свыше» и глухой инстинкт, вообще «бессознательное» и т. д. Разновидностью иррационализма является мистицизм (от греч. mystikôs — таинственный), отрицающий доступность подлинной реальности разуму и утверждающий, что она постигается якобы лишь с помощью экстаза, преимущественно религиозного. Пропаганда мистицизма характерна ныне не только для 350


собственно религиозных течений в современной буржуазной философии, но даже и для некоторых из тех ее разновидностей, которые претендуют на роль «философии науки».
Давно замечено, что последователи некогда великих социально-политических и философских учений характеризуются всевозрастающим эклектизмом, отказом от принципов, провозглашенных их учителями. В современной буржуазной философии то и дело наблюдаются попытки смешивания и совмещения несовместимого: идеализма с элементами материализма и диалектики, научных положений с религиозными догмами. За последние 20 лет получили распространение разного рода философские «гибриды», которые не вписываются ни в одно из прежних направлений буржуазной философии. Эти гибридные философские школы и течения чаще всего носят неустойчивый характер, быстро появляются, а затем и быстро исчезают. Они демонстрируют не столько разнообразие и некое, на деле в основном лишь внешнее, богатство буржуазной философской мысли, сколько царящие в ней хаотичность и неуверенность. Эти «гибриды» обнаружили себя и на XVIII Всемирном философском конгрессе в Брайтоне (Англия, 1988).
Одно из проявлений эклектики в буржуазной философии XX в. заслуживает особого внимания. Речь идет здесь о попытках ряда буржуазных философов широко использовать марксистскую терминологию и отдельные положения для обоснования чуждых марксизму социально-философских идей, о чем прозорливо предупреждал В. И. Ленин 2.
В наши дни существует буржуазный философский псевдомарксизм, выступающий часто под расплывчатым и дезориентирующим названием «неомарксизм». Начало ему положила Франкфуртская школа еще в 30-х годах XX в. Возникновение, а затем сближение и даже слияние «неомарксизма» с иными течениями — результат попыток буржуазных идеологов приспособиться к новому соотношению политических и идеологических сил на мировой арене, которое они упорно стремятся изменить в свою пользу. Псевдомарксизм — одно из средств, с помощью которого идеологи буржуазии стремятся выхолостить антикапиталистическое содержание
2 См. там же. С. 351.
351


из растущего непролетарского протеста против империализма 3.
Было бы ошибочно делить всю палитру современной философии на Западе только на два цвета — красный и черный, на философию марксистскую и откровенно антимарксистскую. Действительная ситуация гораздо сложнее, и на ее своеобразие указывают и явления эклектизма, и возникновение «неомарксизма», и распространение «научного материализма» и «эволюционной теории познания». Среди постпозитивистов некоторые тяготеют к материализму. Ситуация сложна прежде всего потому, что ныне имеются значительные резервы потенциальных союзников философии марксизма среди различных социальных слоев, которые не только живо ею интересуются, но и начинают ей симпатизировать и переходить на ее позиции. Происходящая в СССР перестройка всей общественной жизни и распространение нового политического мышления дали этим процессам сильный импульс.
В целом в современной идеологической борьбе линия, разделяющая противников в философии, пролегает прежде всего между марксизмом и действительно тяготеющими к нему концепциями, с одной стороны, и буржуазными антимарксистскими философско-социологическими построениями — с другой. Но есть и водораздел большего диапазона: между сторонниками ослабления международной напряженности, устранения ядерной опасности, убеждения в необходимости мирного сосуществования и взаимодействия всех государств в интересах человечества, с одной стороны, и теми, кто выступает за дальнейшее нагнетание военного психоза, гонку вооружений и уповает на обострение конфронтации,— с другой.
В 20—30-х годах XX в. в Западной Европе, а затем и в США возобладали три направления: неопозитивизм в его логической, а затем лингвистической версии, экзистенциализм и неотомизм. В 40—50-х годах XX в. эти три течения не исчезли полностью, но заметная часть присущего им влияния все же перешла к феноменологии, вновь ожившему в США прагматизму и к протестантским религиозно-философским учениям.
Однако уже 60-е годы принесли заметную перегруппировку сил, поскольку прежние философские направ-
3 См.: Бур М., Штайгервальд Р. Отречение от прогресса, истории, познания и истины. М., 1984. С. 3—6, и др.
352


ления обнаружили свою неспособность преодолеть теоретико-познавательные трудности современной науки и разрешить глобальные проблемы современности. На авансцену борьбы идей выдвинулись социальная философия Франкфуртской школы, структурализм и так называемая философская антропология. В теоретическом отношении они многое восприняли соответственно от экзистенциализма, логического позитивизма и так называемой философии жизни, главным представителем которой в конце XIX в. был немецкий иррациона- лист Ф. Ницше.
В 70-х годах XX в. произошла новая смена вех: буржуазная печать создала рекламу выделившемуся из постпозитивизма течению «критического рационализма» в Англии, США и ФРГ. Эта же печать стала пропагандировать западногерманскую философскую герменевтику, а также учения социологическо-философской группы французских неоницшеанцев, известных под неопределенным названием «новые философы». Эти направления не утратили своего влияния на Западе и в 80-е годы. Анализ их содержания показывает их связь с общими направлениями буржуазной философии XX в.— позитивистским, иррационалистическим и религиознофилософским, в эволюции которых проявились наиболее характерные особенности современного состояния буржуазной философии. В условиях научно-технической революции немалый вес и значение приобрело позитивистское течение.
§ 2. Неопозитивизм
как субъективно-идеалистическое истолкование научного знания
Позитивизм (от лат. positiv — положительный) возник еще в 20—40-х годах XIX в. во Франции, а затем появился в Англии. Он прошел в своей исторической эволюции три основные фазы: 1 ) позитивизм XIX в., «первый позитивизм» (О. Конт, Дж. С. Милль, Г. Спенсер и др.);
2) эмпириокритицизм, или махизм (Р. Авенариус, Э. Мах, П. С. Юшкевич, А. А. Богданов и др.) ; 3) неопозитивизм XX в. (М. Шлик, Р. Карнап, X. Рейхенбах, Б. Рассел, Л. Витгенштейн, К- Айдукевич, А. Айер, Ф. Франк и др.). Неопозитивизм никогда не был однородным явлением. К числу его разновидностей относят прежде всего «логический позитивизм», воззрения которого с наибольшей отчетливостью выразил «Венский
12 Диалектический материализм
353


кружок», возглавлявшийся Шликом, а затем Карнапом (20—30-е годы XX в.) - В 40—50-х годах как следующая разновидность неопозитивизма возникла «лингвистическая философия», главным представителем которой стал Л. Витгенштейн.
Три основные фазы эволюции позитивизма отличались друг от друга неодинаковым отношением к основному вопросу философии и соответственно разными взглядами на задачи той новой, позитивистской философии, которая, по их убеждению, призвана была заменить всю прежнюю, традиционную философию, включая материализм и старые формы идеализма.
Представители «первого позитивизма» утверждали, что люди не в состоянии разрешить вопрос об отношении между мышлением и бытием. Главной задачей своего философствования они объявляли упорядочение и приведение в систему научных данных, классификацию наук.
«Вторые позитивисты» — это махисты. Они заявляли о «нейтральности» опыта субъекта по отношению к идеализму и материализму в том смысле, что опыт якобы ие материален и не идеален. Махисты и их последователи утверждали, что они призваны разрабатывать методы ориентации в «нейтральных элементах» опыта как «элементах мира» (читай: ощущениях субъекта), из которых сложилась бы наиболее «экономная» (опять же только с точки зрения субъекта!) научная картина действительности.
Неопозитивисты квалифицировали основной вопрос философии как якобы «лишенный научного смысла», как «псевдопроблему», не имеющую никакого значения для науки. Так, например, неопозитивисты «Венского кружка» объявили предметом философии логический анализ языка науки, который (язык) надо преобразовать так, чтобы в нем не осталось ничего, что хотя бы лишь напоминало философские термины и понятия. Цель эта неосуществима, о чем свидетельствуют тщетные усилия самих логических позитивистов, упорно пытавшихся в течение Почти двух десятилетий в разных странах внедрять в разные науки под флагом «очищения» их от «всего» философского свой вариант субъективного идеализма. В рамках своего учения о предмете позитивистской философии представители «Венского кружка» и их союзники выдвинули два основных методологических принципа — верификации и конвенционализма.
354


Принцип верификации (проверки) был призван осуществить разграничение между утверждениями, имеющими смысл для науки и лишенными научного смысла. Согласно этому принципу, утверждение имеет истинный научный смысл, если субъект может в принципе указать на реальные факты, его подтверждающие, и представить себе факты, которые бы его опровергали. Если же у субъекта есть принципиальная возможность указать на реальные опровергающие факты и на воображаемые подтверждающие факты, то налицо утверждение, имеющее ложный смысл (но все-таки смысл!) для науки. Если же невозможно установить (подтвердить) ни истинность, ни ложность испытуемого утверждения, оно отбрасывается за пределы круга научно значимых положений. В этом случае оно не ложно, а вообще не осмыслено, это не более как мнимый ответ на псевдопроблему, т. е. на проблему, не имеющую для науки никакого значения.
Неопозитивистский принцип верификации по существу своему имеет субъективно-идеалистический характер. Он также и метафизичен, поскольку подменяет общественно-историческую практику людей единичными, «атомарными» актами поведения субъекта. Но что еще более важно: те «факты», с которыми должны сопоставляться утверждения при их проверке, понимаются не как события и процессы материальной действительности, а как чисто субъективные состояния, ощущения и переживания индивидуального «я». Надо ли после этого удивляться, что в результате верификации были объявлены лишенными научного смысла, например, следующие важнейшие положения философии диалектического и исторического материализма: «существование объективной реальности, независимой от субъекта» и «существование объективных законов истории, независимых от сознания субъекта». Неосмысленными оказываются и многие положения частных наук, например «Земля существовала до человечества», ибо ведь в прошлые исторические эпохи данного «я» еще не было! Принцип верификации привел в тупик.
Второй основной принцип неопозитивизма в его «логическом» варианте — конвенционализм. Он провозглашает непременное существование в составе науки произвольных соглашений (конвенций), которые будто бы образуют исходные положения логической структуры науки и ее философско-мировоззренческие основы.
355


С точки зрения неопозитивизма, истинного мировоззре; ния вообще не существует, ибо всякое мировоззрение есть только продукт произвольного соглашения, а следовательно, любые мировоззренческие построения «равноправны». Это и послужило философским обоснованием того варианта мировоззренческого плюрализма, который пропагандируется ныне в современной буржуазной идеологии и направлен против материализма.
Поскольку неопозитивисты, сведя задачу философии к анализу логики и языка науки, объявили все философско-мировоззренческие проблемы псевдопроблемами, а ответы на них лишенными научного смысла, то фактически они лишили философию, и прежде всего философию материализма, ее мировоззренческой функции. Даже в рамках решения тех чисто методологических задач, которые поставила перед собой неопозитивистская «философия науки», все более обнаруживалась ее односторонность, а затем и прямая несостоятельность ее основных методологических принципов. Неопозитивисты ограничили науку и расчистили место для религиозной веры и иррационализма. Оказывается, что неопозитивистское направление совремеииой буржуазной философии при всей своей кажущейся «нейтральности» по отношению к идеологии выполняет вполне определенную и в сущности антиматериалистическую идеологическую функцию.
В 60-х годах стал модой лингвистический неопозитивизм, который видоизменил неопозитивистское толкование предмета философии, понимая под ним анализ разговорных, национальных языков. Последние надлежало также «обезфилософить», как ранее неопозитивисты уже пытались это проделать с языком наук. Но и этот вид неопозитивизма вскоре оказался в тисках глубокого кризиса — ои завел в тупик и философию и лингвистику. В результате от него стали отходить и философы и представители частных наук. Кризис еще до этого поразил и логический позитивизм. Попытки преодолеть углубление этого кризиса привели к возникновению так называемого постпозитивизма.
Несмотря иа название, постпозитивизм (от лат. post — после) отнюдь не может рассматриваться как преодоление позитивистской философии и тем более как отказ от ее исходных субъективно-идеалистических принципов. Скорее это новая фаза в эволюции позитивизма, его наиболее современный вариант. Рассмотрим его сущность на примере изменения взглядов К. Поппе- 356


ра, основателя самой распространенной разновидности постпозитивизма — «критического рационализма».
Карл Поппер (р. 1902) попытался под флагом критики логического позитивизма его «исправить» и «усовершенствовать». Он провозгласил замену принципа верификации принципом фальсификации (опровержения): проверка научной осмысленности, а затем истинности научных теорий должна осуществляться не через их подтверждение, а только через их опровержение.
Поппер и его последователи стали настаивать на том, что утверждения (и целые теории) являются научно не осмысленными не только тогда, когда их в принципе невозможно подтвердить (положительно верифицировать), но и тогда, когда их в принципе невозможно опровергнуть (фальсифицировать), т. е. когда они совместимы с любыми фактами. В этих соображениях нашли отражение некоторые действительно существующие моменты из истории культуры (например^ религиозными фантазиями игнорировались любые не угодные им факты), но Поппер направил их против диалектического материализма.
Собственно научных положений и теорий для Поппера вообще не существует — имеют место лишь гипотезы, которые все в конце концов обязательно будут опровергнуты (фальсифицированы), а значит, неу смогут никогда перейти в разряд истинных научных теорий. Гипотезы, утверждал он, вовсе не есть «истинные» утверждения, они не более как только «временные предположения» 4. Такой взгляд превращает любые относительные истины лишь в принятые на некоторое время предположения, которые впоследствии непременно будут опровергнуты. Значит, это всегда лишь временно используемые заблуждения.
Изложенные положения, сформулированные Поппером еще в 30-е годы, претерпели затем ряд изменений. Стремясь уйти из-под ударов критики, он в конце 60-х годов объявил о создании им новой теоретической концепции «критического рационализма». Но «новый» Поппер во многом остался «старым». Он в неприкосновенности сохранил антимарксистскую и антикоммунистическую направленность, своей деятельности, почти полностью оставил на вооружении и принцип фальсификации. Правда, он начал теперь признавать факт истори-
См.: Поппер К. Логика и рост научного знания: Избранные работы М., 1983. С. 62—65.
357


ческого развития научных знаний, но развитие в этой сфере, по его мнению, происходит якобы через всеобщую «борьбу за существование», в результате которой одни из научных теорий временно побеждают, однако в конце концов все они опровергаются.
Но он был вынужден признать, что объективная истина все же существует, хотя и «вне субъекта», причем субъект в своих познавательных усилиях даже, вероятно, может ухватить ее частицу, одиако он никогда не знает, действительно ли ему удалось добиться именно этого. Такой вариант агностицизма у позднего Поппера воплощен и в теории познания и в его концепции «трех миров».
Согласно этой концепции, человек имеет дело с тремя совершенно различными и якобы самостоятельными «мирами». «Мир 1» представляет собою физическую природу, «мир 2» — это содержание психики человеческих индивидуальностей, а «мир 3» — логический мир знаний («истины») и культуры.
Бросается в глаза отсутствие в системе Поппера социального мира: он сводит общество к сочетанию индивидуальных «миров 2». И «мир 1» — это отнюдь не материальный мир природы, а лишь то содержание частных наук, о котором ученые предпочитают говорить и писать на языке, употребляемом в науке физике. Вопрос о генетической связи «трех миров» между собой оставлен Поппером совершенно без внимания, и это ие случайно, поскольку существование этих «миров» утверждается им как нечто данное и необъяснимое, не подлежащее анализу в плане основного вопроса философии.
Для философии истории Поппера характерны антикоммунизм и антимарксизм. В своих сочинениях «Открытое общество и его враги» (1945) и «Нищета историцизма» (1967) он напал на фундаментальные положения диалектического и исторического материализма, отрицая существование объективных законов истории, а отсюда и объективной закономерности возникновения и развития социалистического общества. «...Не существует закона исторического развития...» 5—такоя главный тезис Поппера, которого буржуазная печать рекламирует как «самого влиятельного западного философа второй половины XX века».
s Popper к. R. Selbstbefreiung durch aas Wissen / / Der Sinn der
Gesrhichte. Munchen, 1967. S. 110.
358


Постпозитивизм — весьма пестрое и противоречивое направление современной буржуазной философии, которое далеко не исчерпывается взглядами Поппера. Более того, такие наиболее известные на Западе представители этого направления, как И. Лакатош, Т. Кун и П. Фейерабенд, сформировались как теоретики и завоевали определенную популярность как раз на критике отдельных сторон теории познания К. Поппера.
И. Лакатош разделял многое из методологических установок Поппера, в том числе и его антимарксизм, но он противоречив и непоследователен. Новое в философии Лакатоша — это понятие исследовательских программ, составляющих направляющее ядро той или иной группы теорий. В качестве критерия ценности научных теорий Лакатош выдвинул уже не их фальсифицируемость, а их развитие в смысле распространения на все новые области фактов и наличия у этих теорий больших, чем у прежних, возможностей предсказания будущих процессов и явлений. В некоторой мере Лакатош приблизился к идее развития наук по пути восхождения от относительных истин к абсолютным, но он не признал объективности истины.
Подобная ограниченность присуща взглядам Т. Куна — американского философа и историка науки, автора известной книги «Структура научных революций» 6 (1963), в которой он привлек внимание к коренным, скачкообразным изменениям в естественнонаучной картине и методах познания мира. По Куну, так называемые нормальные периоды в развитии науки, когда она развивается на основе привычных теорий, путем количественных приращений знания, сменяются научными революциями, которые ведут к замене одной парадигмы другой. Здесь под «парадигмой» понимается связная и Целостная совокупность понятий, представляющих собой устойчивые шаблоны для постановки и решения научных проблем в рамках существующих и общепринятых в данное время теорий. Побуждения к замене прежних парадигм новыми Кун считает восходящими к случайным психологическим мотивам, а сами эти парадигмы — чуждыми друг другу, несоизмеримыми. Было бы неправильно полагать, что Кун применил к истории науки диалектические идеи о переходе количества в качество, о скачке и т. д. Диалектика связи новых и ста-
См : Кун Т. Структура научных революций. М., 1977.
359


рых уровней в развитии наук оказалась им сильно искаженной, поскольку он применительно к большим отрезкам в истории наук отрицает преемственность в развитии знаний.
На критике воззрений Поппера в 70-х годах приобрел шумную известность австрийский философ П. Фейе- рабенд, опубликовавший книгу под вызывающим названием «Против метода. Очерк анархистской теории познания» (1975). Он выступил против науки и демагогически заклеймил ее как «религию», потому что «истина» якобы избрана учеными в качестве их нового «бога». «...Освободим общество,— призывал Фейерабенд,— от удушающей власти идеологически окаменевшей науки, как наши предки освободили нас от удушающей власти Единственной Истинной Религии!» '
Свою «анархистскую» теорию познания Фейерабенд пытается построить на сочетании двух принципов — «устойчивости» и «пролиферации». Согласно принципу пролиферации, т. е. размножения, идей, любые положения, когда-либо высказывавшиеся не только учеными, но также и богословами, сказочниками, фантазерами, безумцами и т. д., могут пригодиться для развития науки. «Не существует идеи, сколь бы устаревшей и абсурдной она ни была, которая не способна улучшить наше познание» 8. В соответствии с принципом пролиферации рекомендуется не дорожить существующими в науке положениями и концепциями, а стараться выдвигать противоположные им и вообще всякие иные положения.
Что касается принципа устойчивости, то он ориентирует, наоборот, на упорное сохранение ранее принятой теории: как бы ни была она дискредитирована новыми фактами, какие бы новые трудности в науке и практике от ее сохранения ни возникали, конвенционалистские «приставки» могут уберечь ее от сдачи в архив.
В результате сочетания двух указанных принципов получилась противоречивая концепция, имеющая определенную общую направленность, которая выражена девизом Фейерабенда «все сгодится» или «делай, что хочешь». Замысел его состоял в том, чтобы отказаться от учения Поппера, но в то же время вновь утвердить конвенционализм, но уже без всяких оговорок — никаких ’ Фейерабенд П. Избранные труды по методологии науки. М, 1986. С. 464—465.
8 Там же. С. 143.
360


рациональных критериев выбора теории якобы нет. Так в учении Фейерабенда неопозитивизм после разных «смягчений» и «улучшений», совершив круг, почти возвратился к исходной точке — конвенционализму «Венского кружка» 20—30-х годов XX в., основателей логического позитивизма. Но несомненной заслугой Фейера- бенда было то, что он раскрыл внутреннюю противоречивость гносеологии Поппера.
В целом же эволюция позитивизма за все полтора столетия его существования наглядно демонстрирует субъективно-идеалистическую и агностическую природу этой философии. Полностью подтвердилась оценка указанного направления, данная В. И. Лениным еще в начале нашего века: «...суть дела состоит в коренном расхождении материализма со всем широким течением позитивизма, внутри которого находятся и Ог. Конт, и Г. Спенсер, и Михайловский, и ряд неокантианцев, и Мах с Авенариусом» 9. Современный постпозитивизм, как и «аналитическая философия» вообще, не преодолел кризиса буржуазной философии, но лишь еще более осложнил ее состояние, запутав многие вопросы теории познания.
§ 3. Иррационалистическое направление
Позитивистская «философия науки» не смогла, как мы видели, создать методологию научного познания, но зато основательно потрудилась над разрушением философского мировоззрения, заявляя, будто философско- мировоззренческие проблемы вообще лишены научного смысла. Однако проблемы эти, несмотря на все усилия позитивистов, все же не исчезли, они требуют своего решения, возникают снова и снова перед каждым человеком и каждым новым поколением.
Этим объясняется распространение таких направлений современной буржуазной философии, в центре внимания которых оказываются именно вопросы мировоззрения, человеческого существования, отношения человека к окружающему миру и к самому себе. Но признание важности мировоззренческих проблем сочетается у многих современных нам философов на Западе с убеждением в том, что философское мировоззрение не может быть основано на научных знаниях и рационально построено и объяснено. Личность, по их мнению,
9 Ленин В. И. Полн. собр. соч Т. 18. С. 214. 361


может получить ответы на волнующие ее жизненные, мировоззренческие вопросы лишь иррациональным путем. Соответственно и философия должна быть иррационалистической, т. е. опирающейся не на разум и знание, а на надежду и веру. Такова исходная установка как иррационалистического, так и собственно религиозного направления в современной буржуазной философии.
Долгое время на протяжении XX в. основными формами философского иррационализма оставались «философия жизни» и экзистенциализм. «Философия жизни», возникшая еще в 60—70-х годах прошлого века, все существующее рассматривала как формы проявления «жизни» — некой изначальной реальности, иррациональной стихии, сущность которой состоит в вечном умножении своей силы и могущества и которая постигается лишь интуитивно. Ее идеи взяла на свое вооружение философия существования, или экзистенциализм.
Экзистенциализм (от позднелат. existentia — существование) в период с 20-х и до конца 60-х годов был доминирующим иррационалистическим течением в философии XX в. Первые посылки этого учения были выдвинуты еще в 40-х годах XIX в. датчанином С. Кьеркегором, а основные его идеи были разработаны русскими философами-идеалистами Н. Бердяевым и Л. Шестовым, которые с начала 20-х годов XX в. проживали во Франции. Немцы К. Ясперс, М. Хайдеггер и французы Г. Марсель, Ж.-П. Сартр, А. Камю продолжали развивать экзистенциализм после второй мировой войны. Внутри этой философии различают религиозную и атеистическую версии, последнюю образуют взгляды Хайдеггера, Сартра, Камю. Впрочем, «атеизм» экзистенциалистов не только всегда проявлял к религии терпимость, но и прямо подводил к признанию ее необходимости.
Представители экзистенциализма обратили внимание на анализ ряда важных проблем и категорий (и ранее не изучавшихся их сторон), таких, как «бытие», «сущее» и «существование», «отчуждение» и «смерть», «выбор», «свобода» и «ответственность», «тревога» и «смысл жизни» и некоторые другие. В этом была их определенная заслуга. Но в экзистенциализме эти категории истолкованы в духе субъективного идеализма, агностицизма и иррационализма. Так, экзистенциалисты различают «подлинное бытие» (Sein) и «наличное 362


сущее» (Dasein), противопоставляя их друг другу. «Бытие» отличается резко от «сущего», которое является конечным и преходящим, зыбким и неустойчивым, тревожным и ущербным; «сущее» — это поток психических переживаний личности, сознающей свой неизбежный конец. Поток «налично сущего» увлекает человека за собой, хотя он и может произвольно функционировать в этом потоке, но изменить подлинное бытие ему не дано. Отсюда следует вывод о тщетности человеческих усилий, направленных на то, чтобы познать природу и осуществить коренные социальные преобразования: вся эта деятельность якобы не может дать желаемых результатов, поскольку человек в принципе не в силах познать и изменить и свою собственную природу, и общий ход исторических событий.
Что же остается человеку? Погрузиться в свое личное существование, которое уникально и принципиально отличается от прочих существований, ибо каждый человек по-своему страдает, по-своему мучительно ищет смысл бытия, испытывает страх смерти. Характеризуя экзистенциальную биографию человека, экзистенциалистские «философы смерти» различают подлинность и неподлинность в самой экзистенции. Неподлинно человек существует в своей повседневной жизни, в обычных трудах и заботах, в рамках наличного сущего, пытаясь «стадно подражать» другим в погоне за призрачным счастьем. Во всем этом человек теряет свою индивидуальность, «самость», растворяется в существовании других, хотя в них же чувствует враждебность к себе. Все то, что составляет действительную сущность человека,— его социальную деятельность, его включенность в систему определенных общественных отношений и активное в них участие — экзистенциализм объявляет «неподлинным существованием», которое заставляет человека переживать свою расколотость, превратность и отчужденность.
Но если в «существовании» человека, с точки зрения экзистенциалистов, возобладает особое чувство, которое сосредоточено на глубоком осознании слабости и переменчивой субъективности человека, ущербности его индивидуальности и неспособности проникнуть в «трансцендентное», под которым религиозный экзистенциализм понимает бога, а атеистический — все то, что является таинственным, запредельным, непостижимым («Ничто» у Хайдеггера), если человек постигает глубинный характер своей «экзистенции», то он тем самым 363


ухватывает ее «подлинность», а это происходит, по мнению Ясперса, только в так называемых пограничных ситуациях — в предчувствии неотвратимой гибели и в смертной агонии. От «неподлинного существования» человек обращается к «подлинному». И только в этом постижении «подлинной экзистенции» он обретает максимальную «свободу», большую, чем присущая каждому человеку в его жизни «свобода выбора». Но является ли такая «свобода» благом?
Истолкованию свободы экзистенциалисты всегда придавали особое значение, называя нередко свое учение «философией свободы». Но истолковывали они свободу субъективистски, ибо свобода в экзистенциализме практически сводится к произвольному выбору человеком того, что он сам счел своей сущностью, что принял за нее. Будучи «брошен» в абсурдный мир, человек «обречен» на свободу как на свое несчастье, ибо свобода накладывает на него ответственность за все происходящее в мире, а ответственность — всегда тяжелое бремя. Поэтому-то человек должен подняться еще на одну ступень свободы и стать свободным от всяких обязательств. В конечном счете экзистенциализм санкционирует любое поведение: он не выдвигает никаких моральных установок и норм. Свобода в экзистенциалистском ее понимании превращается в произвол.
Выдвигая на первый план проблему человеческого существования, которое постигается якобы лишь анти- рациональными средствами, экзистенциализм являет собой пример иррационалистического антропологизма (от древнегреч. antropos — человек). Общий кризис капитализма принимает в философии существования форму «кризиса человека», а выход из кризиса усматривается в лучшем случае лишь в самопостижении своей отчужденности и в сознательном углублении отчуждения своего «Я» от общественной жизни. Собственно говоря, экзистенциализм в целом — это философия, истолковавшая кризис капиталистической системы как общий кризис всей человеческой культуры и самого существования человека.
Мода на экзистенциализм как таковой на Западе сейчас прошла. Но сохраняются и переходят в другие, новейшие течения буржуазной философии XX в. его упадочнические мотивы, его глубокий пессимизм. Многое впитали от экзистенциализма философско-социологическая Франкфуртская школа, а также философская герменевтика, обладающая, впрочем, и своей собствен- 364


ной проблематикой. Но экзистенциализм М. Хайдеггера оставил на ней неизгладимую печать.
§ 4. Философская герменевтика и «новые философы»
В широком смысле под герменевтикой (от греч. her- mëneutikè — разъясняющий, истолковывающий) понимают искусство и теорию истолкования текстов. Истоком герменевтики считают возникшее в глубокой древности искусство проясняющего истолкования «воли» богов по кратким и двусмысленным изречениям оракулов, по различным «знамениям» и т. д. С развитием духовной культуры сложились разные виды герменевтической деятельности, стали различать герменевтику филологическую (она связана главным образом с переводом текстов с одного языка на другой), религиозно-догматическую и религиозно-критическую (истолкование религиозных текстов), методологическую и онтологическую (последнее — в экзистенциализме М. Хайдеггера позднего периода его творчества и у его продолжателей).
Основателем герменевтики нового времени считают немецкого богослова и философа Ф. Шлейермахера (1768—1834), но философская герменевтика как таковая — порождение XX в. Она многое заимствовала от феноменологии (идеалистического направления, обладавшего значительным влиянием в буржуазной философии первой половины нашего века и воздействовавшего, например, на М. Хайдеггера) и выросла из рассмотренного нами выше экзистенциализма. Причем с самого начала герменевтика отличалась мировоззренческим плюрализмом и своеобразной философской «всеядностью». Отчасти это связано уже с тем, что все проблемы любой философии обсуждаются посредством языка, но именно герменевтики делают язык первичным объектом философствования. Вследствие этого всякая философия оказывается так или иначе «втянутой» в герменевтику.
В экзистенциализме М. Хайдеггера (1889—1976) герменевтика была превращена в философскую онтологию, т. е. в учение о «подлинном бытии». Язык (речь) есть «обиталище бытия»10, есть даже само бытие, которое себя демонстрирует через язык как своего рода
10 Heidegger М. Platons Lehre von der Wahrheit. Bern, 1947. S. 61.
365


якорь спасения в пучинах субъективной «экзистенции». Надо только научиться его (язык) правильно спрашивать. В искаженной, мистической форме Хайдеггер выразил действительный факт господства общественного сознания, выраженного посредством языка, а также овеществленных в письменности форм этого сознания над индивидуальными моментами жизни человека и его духовного мира.
Однако попытки Хайдеггера доказать плодотворность своей «онтологической» герменевтики не увенчались успехом. Анализ творчества таких драматургов и поэтов, как Софокл, Гёльдерлин, Тракль, Рильке, привел Хайдеггера лишь к давно известному выводу о многозначности поэтического языка. Философия, противопоставляющая язык мышлению и рассматривающая язык независимо от социальной жизни, неизбежно приходит к утверждению о полной загадочности его смыслов, т. е. к иррационализму и идеализму.
Это довольно заметно проявилось в творчестве крупнейшего представителя герменевтики середины XX в. западногерманского философа Х.-Г. Гадамера (р. 1900), в учении которого текст превращается как бы в окончательную реальность и в этом смысле становится основным, если ие единственным, предметом философии. Основной вопрос философии приобрел у Гадамера следующий вид: что первично — текст или его смысл? В итоге его размышлений над этим вопросом сам текст оказался понятым как нечто самостоятельное в отношении автора, «смыслов» его мышления и его эпохи. Задача же герменевтического исследования стала усматриваться теперь не в выявлении мыслившихся в свое время подтекстов, а в обнаружении различных возможных (в том числе и тех, которых еще не было!) интерпретаций.
При этом герменевтике придается статус всеобщей методологии. Герменевтика, по Гадамеру,— сущность философии, а не только методология гуманитарных наук. Суть проблемы герменевтики — в утверждении языковой позиции как решающего мироотношения"' Гадамер и его последователи поставили и задачу «соединить» герменевтику с диалектикой. «Ничто не могло бы лучше укрепить диалектику, чем хорошая герменевтика»12,— заметил западногерманский философ А. Ди- 11 Gadamer H^-G. Truth and Method. N. Y., 1975. P. 433.
12 Diemer A. Elementarkurs Philosophie. Hermeneutik. Dusseldorf; Wien, 1977. S. 11.
366


мер. Однако речь здесь идет не о материалистической диалектике, а только о применении в споре и в игровой деятельности таких категорий, как «отрицание» и «противоположность».
О том месте, которое герменевтика отводит игре, следует сказать особо. Вообще игра имеет немаловажное значение в жизни людей и достойна быть предметом философско-социологического исследования. Но герменевтики, вслед за рядом других западных философов XX в., уподобляют сам язык игре и распространяют понятия игры и произвольных манипуляций на всю социальную действительность. Гадамер обыгрывает тот реальный факт, что заложенное в любой игре богатство возможностей далеко не сразу открывается и ее изобретателям, и ее участникам, и доводит признание этого факта до двусмысленных утверждений, что «игра сама играет», а потому она представляет собой «ключ» к онтологии как учению о бытии.
По мнению герменевтиков, вышедших из экзистенциалистской традиции, проговаривание, «проигрывание» бытия в языке — это и есть содержание человеческой жизни, если попытаться ее сделать более близкой смыслу бытия. Надо научиться лечить свой дух словесными спекуляциями, утверждает на этом основании герменевтик А. Лоренцер. А герменевтик К.-О. Апель рассуждает в следующем духе: если в мире господствует игра, то надо научиться соблюдать правила этой игры, и этого достаточно. Отождествление роли языка в жизни людей с игрой вело к крайнему релятивизму (т. е. к абсолютизации относительности).
Экзистенциалистские мотивы были использованы не только герменевтикой. В середине 60-х годов XX в. в ФРГ, как мы уже отмечали, получили широкое распространение идеи Франкфуртской школы социальной философии. Она появилась еще в 30-х годах, но максимума своего влияния достигла в 1968 г. Ее представители (Т. Адорно, М. Хоркхаймер, Г. Маркузе, Э. Фромм и др.) заимствовали из экзистенциализма общую пессимистическую оценку современной действительности и отрицательное отношение как к капитализму, так и к социализму. В своих сочинениях (например, в «Диалектике просвещения» (1948) Хоркхай- мера и Адорно, «Негативной диалектике» (1966) Адор- по и в «Одномерном человеке...» (1964) Маркузе) они развивали идеи «трагической диалектики», утвер-
367


ждающей неразрешимость и катастрофичность современных социальных конфликтов., и пытались доказать принципиальную враждебность науки XX в. рациональным и гуманистическим чаяниям и надеждам.
В 70-х годах Франкфуртская школа стала утрачивать свое влияние, но ее идеи в преобразованном виде были использованы группой так называемых новых философов во Франции (Ж.-М. Бенуа, А. Глюк- сман, Б.-А. Леви и др.). Их выход на авансцену философской жизни во Франции был разрекламирован правой буржуазной печатью в 1975 г. Лейтмотив их социальной философии заключается в тезисе: капитализм плох, но социализм, будучи одной из фаз деградации капитализма, еще хуже. Уже отмечалось, что «новых философов» можно считать неоницшеанцами. Такая их аттестация оправдана тем, что главными категориями философствования у них стали «власть» и «стремление к власти»: к ней рвутся всеми силами и средствами те люди, которые способны к завоеванию безусловного авторитета. Это так называемые наставники (maitres) — политики, военачальники, философы. Но если философы по своим личным качествам достичь политической власти не в состоянии, то они довольствуются ролью беззастенчивых и способных на любую ложь идеологов при политиках. Как заявил Б.-А. Леви, власть — это «априорная форма» реаль-г ности. А масса населения, лишенная власти,— это безликая периферия, «край» (marge) общества. Вся исто-- рия человечества — бесконечные перипетии конфликтов в борьбе за власть, не более того. «Периферия» — это «отбросы» такой борьбы, «бесструктурный» слой населения, пассивный материал, подчиненный воле «сильных личностей»13. Один из главных мотивов в деятельности «новых философов» — рассуждения о том, что любые социальные преобразования, а тем более революции приносят больше вреда, чем пользы. Антисоветизм — главный ориентир их весьма активной публицистической деятельности.
Общая философская концепция «новых философов» поражает своей эклектичностью: тут и вульгаризированные идеи Франкфуртской школы (антикоммунизм в оболочке антикапиталистических заявлений), и отдельные положения структуралистов (господствующие в обществе административные, политические и во- 13 Levy В.-А. La barbarie a visage humaine. Р., 1977.
36В


енные структуры всесильны, а значит, революционная борьба против них невозможна), тут и клочки фрейдистских рассуждений о господстве биологических инстинктов над разумом, и, конечно, идеи Ницше из его книги «Воля к власти». М. Герэн назвал Ницше «героическим Сократом». «Новые философы» расхваливают Ж.-Ж. Руссо, видя в нем, однако, лишь тотального критика цивилизации.
Куда же зовут «новые философы»? В их шокирующих обывателя писаниях встречаются ультралевые формулы, но чаще и настойчивее они зовут вправо. Они готовы примириться с фашистской идеологией и изображают великих демократов прошлого предтечами фашизма. В этом немалая опасность их декадентства. Ныне они сомкнулись с неоконсерваторами.
§ 5. Кризис религиозной философии
Религиозная философия не принадлежит в настоящее время к числу самых влиятельных в теоретическом отношении направлений. Вопрос об этом следует отделить от вопроса о распространенности религиозных взглядов и чувств. Но преобладание идеализма в современной буржуазной философии постоянно подталкивает ее к союзу с религией и теологией, а попытки неопозитивистов разрушить собственно философское мировоззрение оживляют интерес к мировоззрению религиозно-богословскому. Основные особенности религиозно-философского направления можно показать на примере неотомизма.
Неотомизм (от лат. Thomas — Фома) как официальная философская доктрина католической церкви был провозглашен в 1879 г. специальной энцикликой (обращением к кругу верующих) римского папы Льва XIII. Это учение явилось продолжением концепций Фомы Аквинского, крупного средневекового богослова и философа XIII в. Опираясь на учение Аристотеля, Фома Аквинский заимствовал из него лишь то, что соответствовало христианскому вероучению и принципам феодального клерикализма. Так, интерпретируя учение Аристотеля о пассивной материи и активных нематериальных формах, средневековый философ возводил формы к мыслям и волениям бога как творца и создателя всего сущего.
В своих философских построениях неотомисты ис-
13 Диалектический материализм
369


ходят из постулата гармонии веры и разума. Утверждается, что между положениями науки и догматами веры, между рациональным познанием и религиозной доктриной нет противоречия, что онн не исключают, а при правильном их назначении и использовании дополняют друг друга. Но в этом «гармоническом единствен вере и разуму неотомистами отводится далеко не одинаковая роль. Согласно неотомизму, вера дает человеку знания, внушенные божественным откровением, в силу чего они несравненно превосходят «низшие» знания, приобретенные собственными средствами человеческого разума. Утверждается, что вера является окончательным, безусловным критерием истины. Поэтому «разум, уверенный в том, что все то, что противоречит слову божию, ложно, черпает в этой уверенности смелость н вдохновение для того, чтобы обратить против недругов веры их собственное оружие...»14.
Соответственно решается в неотомизме и вопрос о взаимоотношении философии и богословия, которое определяется старой томистской формулой: «Философия есть служанка богословия». Неотомисты нередко заявляют, что эта формула означает якобы признание роли философии в познании, а значит, ее права на существование, ибо, чтобы служанка служила, ей необходимо сохранить жизнь. Но не забывают они напоминать и о подчиненном положении философии (согласно этой же формуле). Философия, утверждал один из крупнейших представителей неотомизма, Жак Ма- ритен (1882—1973), «лишь подражает или отражает в своем зеркале то, чему учит теология»15.
Неотомистам приходится, конечно, считаться с огромными успехами науки нашего времени, поэтому, используя концепцию гармонии веры н разума, они стремятся преодолеть тот'конфликт между наукой и религией, который еще в прошлом веке поставил под вопрос само дальнейшее существование религиозного мировоззрения. После многих веков гонений на науку и ученых современным религиозным философам приходится проявлять терпимость по отношению к великим естественнонаучным открытиям и даже готовность их «ассимилировать» в свою натурфилософскую систему. Но «ассимиляция» осуществляется таким образом, что- 14 Gilson Е. Le philosophe et la theologie. P., 1960. P. 208.
15 Maritain G. About Christian Philosophy. The Human Person and the World of Values. N. Y., 1960. P. 9.
370


бы сохранить в неприкосновенности основные догматы католического вероучения. Отсюда попытки истолковать естествознание как эмпирическое исследование процессов «божественного творения». Особенности такого подхода можно показать на примере отношения неотомизма к дарвинизму, который еще недавно предавался анафеме, а теперь допускается как правомерная гипотеза, но при обязательном признании того, что именно бог является первопричиной всякого развития и что он снабдил душой человека, появившегося в ходе органической эволюции, которая происходила также по воле бога.
Томистская философия истории построена на ожидании «страшного суда» и на отрицании объективных законов общественного развития и в целом исторического детерминизма. Все в истории определяется волей бога, божественным промыслом, против которого человеческие устремления бессильны,— таков лейтмотив рассуждений неотомистов, настаивающих на том, что бог царит в истории и каждый философ и социолог обязан в это верить16.
По общему своему духу, по идейным и теоретическим установкам неотомизм противостоит современному научно-материалистическому миропониманию. «Неотомизм и диалектический материализм — это поистине два полюса философской мысли нашего вре- мени»17. Неотомистами написано работ, направленных против диалектического материализма, больше, чем всеми остальными философами на Западе, вместе взя- тыми18.
Однако ряд активных лидеров неотомизма стали признавать возможность совместной деятельности католиков-неотомистов с материалистами в борьбе за мир, против термоядерной военной катастрофы. Надо иметь в виду, что среди многих священнослужителей католической церкви, а тем более среди паствы ныне единогласия по мировоззренческим вопросам нет. Ярким примером является распространение в странах Латинской Америки революционной «теологии осво-
Mattson A. Christian Social Consciousness. N. Y., 1953. P. 111. ^ Современная буржуазная философия. М., 1978. С. 444.
Известный антикоммунист И. М. Бохеньский в своем учебнике писал: «Диамат — это больше чем заблуждение, это грех... Христианин должен рассматривать его не как дурное и ложное учение, а как сатанинское наваждение» (Bochenski Y. М. Der sowjetrussische dialektische Materialismus. Bern, 1950. S. 166). 13 *
371


бождения». Среди низовых служителей церкви возрастает интерес к идеям социализма, сопряженный с перестройкой в СССР.
Многие буржуазные философы ныне признают, что философская мысль Запада утратила магистральные перспективы. Осознание кризиса современной буржуазной философии ее собственными представителями показывает слабость ее мировоззренческих и методологических позиций. Дальнейшие судьбы философии на Западе в огромной степени зависят от современных социально-политических и экономических процессов на Земле, от успехов перестройки в СССР и распространения нового политического мышления, провозглашенного КПСС.


Диалектика теории и практики революционного обновления социалистического общества (Вместо заключения)
Революционное обновление, которое совершает советское общество и ряд других социалистических стран,— не беспроблемное продвижение вперед. Ломая силы инерции, тормозящие развитие, мы можем столкнуться со всякими неожиданностями. Придется что-то доделывать, переделывать, начинать сначала. Готовых на все случаи рецептов нет, продолжается трудный, напряженный поиск оптимального пути развития. Но поиск этот идет не вслепую: мы руководствуемся уроками жизни и марксистско-ленинским учением, основу которого составляет диалектический и исторический материализм.
Однако только тогда теория революционна, когда сопряжена с развивающейся действительностью. «...Необходимо усвоить себе ту бесспорную истину, что марксист должен учитывать живую жизнь, точные факты действительности, а не продолжать цепляться за теорию вчерашнего дня, которая, как всякая теория, в лучшем случае лишь намечает основное, общее, лишь приближается к охватыванию сложности жизни»1.
В. И. Ленин постоянно обращал внимание на диалектическое единство теории и практики: «Точка зрения жизни, практики должна быть первой и основной точкой зрения теории познания»2. Теория, наука не могут успешно развиваться, не опираясь на практику. Ей принадлежит решающая роль. Обосновывая это положение, В. И. Ленин вместе с тем предупреждал, что было бы неправильно абсолютизировать роль практики. Сама практика слепа, если она не освещает себе путь теорией. Процесс познания бесконечен, и практика подтверждает объективную истинность знаний, а не устанавливает «вечные» и «неизменные» истины. Поэтому в реальной деятельности, и прежде всего деятельности политической, теоретическая и практическая работа взаимно дополняют, проверяют и контролируют друг друга.
1 Ленин, В. И. Поли. собр. соч. Т. 31. С. 134.
2 Там же. Т. 18. С. 145.
373


Недооценка изучения реальных общественных процессов, консерватизм мышления, догматизм, нежелание расставаться с устаревшими представлениями и стереотипами ведут к метафизическому теоретизированию, к схоластике, а также и к деформации самой практики.
Поэтому одна из задач марксистско-ленинской философии (благодаря ее мировоззренческой функции и диалектическому методу) — подняться до уровня подлинной духовной квинтэссенции времени, служить прогнозированию реального общественного развития, преодолению в общественной практике негативных, застойный явлений и тем самым способствовать их устранению, отвечать на те вопросы, которые ставит общественное развитие.
Теория и практика перестройки в своей концептуальной основе базируются на диалектико-материалистической методологии, на научном понимании процессов общественного развития и механизма действия объективных общественных законов.
Для понимания современного переломного этапа нашего развития чрезвычайно важное значение имеет основополагающее положение марксистско-ленинской диалектики о неодолимости развития, о невозможности остановить ход истории. Все течет, все изменяется — этот вывод диалектики знаком всем. Однако путь от признания его до подлинного знания оказывается весьма далеким. Современный мир, современное общество, производство, наука и т. п. динамичны, как никогда прежде. Вместе с тем их понимание сковывается догматизмом, консерватизмом мышления и т. п. Этот догматизм, вырастающий из односторонней интерпретации тех или иных положений марксистско-ленинской теории, укоренился в форме идеологического механизма торможения. Как это ни парадоксально, но мы, признающие диалектику как всеобщую теорию развития и методологию революционного преобразования, зачастую не оказывали или оказывали весьма слабую поддержку новому — новому и в науке, и в практике. Одним из обычных аргументов было суждение: «Этого нет в трудах классиков». Мы не замечали при этом, что требуем от классиков невозможного. Предвидеть в деталях развитие нового общества, все ступени и этапы этого развития не могли бы, говоря словами В. И. Ленина, и 70 Марксов.
Более того, классики марксизма предостерегали от 374


догматического взгляда на развитие социалистического общества как на процесс, лишенный в своем поступательном движении противоречий живой жизни, сложностей и трудностей. Развивая диалектические взгляды на характер прогресса общества, В. И. Ленин считал крайне важным «строго различать этапы, различные по своей природе, трезво исследовать условия их прохождения...» . Такой подход к анализу развития общества, базирующийся на применении диалектического метода,— непременное условие разработки активной реалистической политики, не допускающей как забегания вперед, постановки необоснованных, нереальных задач, так и отставания от требований развивающейся действительности.
Глубокое осмысление социальных процессов, протекающих во внутренней жизни страны и на мировой арене, дало возможность нашей партии более точно и конкретно наметить перспективы продвижения нашего общества вперед по пути достижения качественно нового состояния советского общества, а также определить внешнеполитические задачи, пути и средства их решения.
Историческая практика показала, что в ходе социалистических преобразований не раз складывались ситуации, требующие решительных, революционных действий, перестройки различных звеньев экономики, социальной жизни, политических отношений, духовной культуры общества.
Перестройка нашего общества, начавшиеся в стране перемены призваны в короткие сроки смести все устаревшее, изжившее себя самым решительным, самым радикальным образом. Подчеркивая, что объективные условия и субъективный фактор для этого созрели, М. С. Горбачев говорил: «Я бы поставил знак равенства между словами — перестройка и революция. Наши преобразования, реформы, намеченные в решениях апрельского Пленума Центрального Комитета партии и XXVII съезда КПСС,— это настоящая революция во всей системе отношений в обществе, в умах и сердцах людей, психологии и понимании современного периода, и прежде всего задач, порожденных бурным научно-техническим прогрессом»4.
XIX Всесоюзная партийная конференция, обсудив
3 Там же. Т. 9. С. 131.
4 Горбачев М. С. Избранные речи и статьи. Т. 4. С. 37. 375


доклад Генерального секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачева «О ходе реализации решений XXVII съезда КПСС и задачах по углублению перестройки», а также основные итоги первой половины двенадцатой пятилетки, со всей определенностью констатировала: выработанный партией на апрельском (1985 г.) Пленуме ЦК КПСС и XXV11 съезде партии стратегический курс на всестороннее и революционное обновление советского общества и ускорение социально-экономического развития неуклонно претворяется в жизнь. Приостановлено сползание страны к экономическому и социально- политическому кризису Под воздействием идей и дел перестройки развертывается процесс консолидации общества, подъема творческой активности масс. Советские люди поверили в перестройку и выступают за ее дальнейшее углубление, за то, чтобы придать революционным преобразованиям устойчивый, поступательный, необратимый характер.
В условиях перестройки возникла острая социальная потребность в обществоведческих исследованиях. Как отмечалось в докладе М. С. Горбачева на XIX Всесоюзной партийной конференции, «мы нуждаемся в подлинном подъеме общественных наук на марксистско-ленинской мировоззренческой и методологической основе»5 Необходимы объективные научные исследования таких проблем перестройки, как экономическая реформа, реконструкция политической системы, демократизация, гуманистическое обновление, межнациональные отношения, новое политическое мышление, и многих других. Иными словами, общество, идущее к своему качественно новому состоянию, нуждается в целостной концепции развития, видении диалектики процессов, противоречивости их отражения в массовом сознании, в учете плюрализма мнений, выработке научно обоснованных перспектив.
Осуществлять на деле революционную перестройку, преодолевать не оправдавшие себя методы и приемы, менять устаревшие стереотипы в теоретической деятельности — значит решительно бороться за осуществление курса партии на обновление страны, на достижение нашим обществом качественно нового состояния.
В конечном счете за любым, даже самым фундаментальным, теоретическим положением стоят реаль- 5 Материалы XIX Всесоюзной конференции Коммунистической партии Советского Союза, 28 июня 1 июля 1988 года. М., 1988. С. 25.
376


ные процессы. Поэтому, когда речь идет об обосновании глубоких качественных преобразований, приток свежих идей необходим на всех этажах научного знания — от самых общих методологических проблем до обоснования конкретных форм и методов их решения. Взять, к примеру, такие наиболее общие проблемы материалистической диалектики, как связь материи и сознания, соотношение количественных и качественных изменений, эволюционной и революционной форм движения. Все они нуждаются в более глубоком осмыслении применительно к современному этапу развития нашего общества. При этом понятно, что материалистическое решение основного вопроса философии представляет собой методологический фундамент всей общественной теории марксизма-ленинизма.
Для марксистского решения вопроса о соотношении материи и сознания чрезвычайно важно материалистическое объяснение роли сознания как активной, творческой силы человека. Однако именно на эту сторону проблемы внимания обращается недостаточно. Аргументация обычно направляется на то, чтобы выявить материальную обусловленность сознания, которое начинает при таком подходе выступать почти как что-то второстепенное. Но ведь противопоставление материи и сознания как первичного и вторичного образует лишь исходный пункт анализа общественных явлений. Главное — это выявление путей сознательного преобразования материального, природного и общественного бытия. Не случайно же К. Маркс в «Тезисах о Фейербахе» критикует прежний материализм за его созерцательность и отмечает вклад идеализма в разработку — хотя и на мистической основе — проблемы активной природы сознания.
В. И. Ленин также отмечает, что противоположность материи и сознания имеет абсолютное значение исключительно в пределах основного философского вопроса о том, «что признать первичным и что вторичным. За этими пределами относительность данного противоположения несомненна»6. Противоположение материи и сознания, если забывать о его границах, может привести к тому, что сознание будет подменено суммой рефлексов и диалектика взаимопере- ходов материального в идеальное и обратно в общественной практике останется непонятой. А именно науч-


ное, материалистическое понимание этой диалектики отличает философию марксизма. В. И. Ленин, изучая Гегеля, писал по этому поводу: «Мысль о превращении идеального в реальное глубока: очень важна для истории. Но и в личной жизни человека видно, что тут много правды»7. И далее: «Сознание человека не только ; отражает объективный мир, но и творит его»8.
Здесь В. И. Ленин в афористичной форме выражает, пожалуй, главное дополнение марксизма к прежнему материалистическому объяснению сознания — оно не только отражение, но и творческая сила, непосредственно управляющая действиями людей, и роль этой . силы все более возрастает.
Эта диалектико-материалистическая исходная позиция марксизма-ленинизма в понимании соотношения материи и сознания должна всегда учитываться в исследованиях. Не будет никакой уступки идеализму, если мы покажем, что субъективный фактор — это не просто отражение объективных условий бытия. Не будет идеализма, если мы попытаемся найти особые закономерности развития сознания, которые порой ведут к конфликту с существующим бытием. Тем не - менее очень часто главное внимание в наших работах обращается на доказательство материалистического тезиса о сознании только как об отражении внешнего мира. Это своего рода редукция идеального к материальному.
Правда, мы не забываем отмечать относительную самостоятельность общественного сознания. Но достаточно ли полно выражает суть дела понятие относительной самостоятельности? Представляется, что недостаточно. При этом невольно получается, что активная — хотя и искаженная — роль общественного сознания отдается субъективизму, а роль и механизм образования научного, верного по отношению к объекту сознания не выводятся обычно за рамки «правильного отражения». Сознание как регулирующая сила общественной жизни рассматривается в наших работах почти исключительно в связи с анализом идеологии как одной из форм наличного общественного сознания. Активная же роль сознания как таковая часто вообще остается вне поля исследования, хотя методологический подход к ее освещению четко и глубоко сформулирован
7 Там же. Т. 29. С. 104.
8 Там же С. 194.
378


К. Марксом и В. И. Лениным в приведенных выше высказываниях.
Как проявляется указанная выше односторонность в освещении диалектики материи и сознания в наших более конкретных концепциях, касающихся диалектики общественной жизни? 3 самом общем виде можно сказать, что существует заметная тенденция недооценки роли сознания, общественного сознания и всех феноменов, связанных так или иначе с сознанием: субъективного фактора, социальной психологии, человеческого фактора.
Недооценка относительной самостоятельности сознания проявляется, например, в том, что, обращая внимание на выявление и познание объективных законов экономики социализма, мы нередко демонстрировали однобокость в понимании объективного характера этих законов. Многие из обществоведов, в том числе философов, полагали, что, поскольку объективные законы общественного развития действуют независимо от сознания и воли людей, постольку они действуют чуть ли не автоматически. Здесь недооценивается существенный, решающий момент, что в любом случае законы общественного развития — это законы совокупной деятельности самих людей. Фаталистическая трактовка общественных законов неизбежно обернулась упованием на автоматическую реализацию преимуществ и возможностей социализма.
И, как всегда бывает, одна крайность порождает ей противоположную: реакцией на фаталистическое понимание экономических законов социализма явился субъективизм, а вместе с ним и волюнтаризм. И своеобразную логику этого можно понять. Если поверили в то, что экономические законы действуют автоматически, то всяческие мероприятия и проекты в экономике и политике, даже если они совершенно произвольны, можно объявить использованием объективных законов. В результате таких перекосов в теории и политике зачастую нарушались действительные закономерности социалистического строительства, снижалась социальная активность и ответственность.
Мы должны решительно отклонить подобную ошибочную трактовку объективных общественных законов. Эти законы не есть нечто отдельное от деятельности людей, а являются законами их собственных действий. Они проявляются как законы действования различных исторических субъектов. Следует заметить, что дейст-
379


вия отдельного человека имеют определенное «поле» стихийности, что открывает возможности для активнотворческого выражения способностей личности, хотя, с другой стороны, этот процесс постоянно содержит в себе противоречия. Поэтому успех общественно-производственной деятельности обеспечивается, с одной стороны, устранением несогласованности в действиях людей, чему помогает их способность учитывать сложившиеся объективные условия, материальные предпосылки своей деятельности, а с другой — созданием общественных условий для проявления и выражения многообразия поступков и действий личности в рамках социалистического развития (социалистический плюрализм). Диалектика организованного и стихийного показала ныне свою огромную сложность. И здесь еще раз обнаруживает свою правоту принцип особых форм разрешения диалектических противоречий, рассматриваемых В. И. Лениным как «соединение противоположностей». Планомерность руководства и естественная стихийная инициатива масс образуют все более совершенствуемое соединение (единство) противоположностей, в условиях социализма подчиняющееся именно этому диалектическому принципу.
Именно поэтому суть концепции нашей перестройки — это прежде всего борьба за создание условий для возрастания сознательности, за все более заинтересованное участие миллионов трудящихся во всех общественных преобразованиях, это борьба за обеспечение простора для развития личности, инициативы и творчества советского человека как хозяина, работника и гражданина. В конце концов, с чего бы мы ни начинали — с экономики,техники, управления, образования н т. п., началом всех начал является человек — и как высшая ценность социализма, и как главная производительная сила, и как мера всех вещей, определяющая степень нашего продвижения вперед в экономическом, социальном и духовном отношениях.
Конечно, мы и прежде неоднократно говорили и писали о приоритете человека, но на деле гуманистический подход по существу подменяли узкоэкономическим, а точнее — технократическим, сциентистским. К социальной сфере мы относились как к чему-то второстепенному, здесь фактически господствовал так называемый остаточный принцип. Больше всего именно это и обернулось теми застойными явлениями, с которыми столкнулось советское общество. Именно по-
380


этому революционное обновление нашего общества в решающей степени связано с активизацией человеческого фактора, с развертыванием инициативы, с заинтересованным участием миллионных масс трудящихся во всех общественных преобразованиях, с формированием социалистического общественного сознания, с воспитанием сознательных граждан советского общества. Цель перестройки — включить массы в созидательный процесс революционного обновления нашего общества, обеспечить человеку труда, его идеалам, интересам, ценностям непререкаемый авторитет. Только через заинтересованное и сознательное участие человека во всех делах общества возможна реализация гуманистических целей социализма.
И в этой связи одна из важнейших задач философии — это разработка гуманистической проблематики, воспитание гуманистического мышления. Мы должны, наконец, научиться подвергать каждый экономический, хозяйственный, технический проект своего рода гуманитарной экспертизе, выявлять его человеческий смысл, человеческую направленность, гуманистическое содержание.
Одна из важнейших черт революционного содержания перестройки — интенсификация развития. Это та основа, которая позволит обеспечить дальнейший рост народного благосостояния, укрепить экономическую и оборонную мощь страны, достичь нового качественного состояния нашего общества, полностью раскрыть гуманистическую сущность социализма. Она позволит осваивать и внедрять в практику принципиально новые, поистине революционные технологические решения, которые могут резко повысить производительность труда, улучшить качество продукции, по-новому решать проблему организации функционирования различных сторон социалистического общества. Большие перспективы для социального прогресса открывает новейший этап происходящей научно-технической революции. Хотя именно НТР обусловила и саму современную международную ядерную ситуацию.
Все эти проблемы нам нужно глубоко осмыслить. Необходимо формировать динамичный взгляд на развитие нашего общества. Мы должны исследовать проблемы интенсификации нашей экономики, пути и средства соединения НТР с преимуществами социалистического строя. При этом мы должны решительно выступить против двух крайностей. С одной стороны,
381


против ошибочных представлений о том, что преимущества социализма способны автоматически обеспечить позитивное влияние НТР на жизнь общества, а с другой — против волюнтаристских и субъективистских импровизаций в теории и политике, которые выражаются в требовании немедленной реализации тех социальных задач, для решения которых объективные условия еще не созрели.
Преимущества социализма сами по себе, вне их сознательного, целенаправленного практического использования, не могут устранить ряда отрицательных последствий научно-технической революции, таких, как значительное ухудшение среды обитания — загрязнение воздуха, воды, эрозия почвы, гибель лесов и т. п., всякого рода нервно-психические перегрузки, возникающие в условиях современного производства. Не будем забывать и такое опасное последствие НТР, как гонка вооружений, способная (и не только в ядерной форме) поставить под угрозу само существование человечества.
Все это выдвигает перед современной философской мыслью задачу исследовать не только внутреннюю логику и тенденции развития самой научно-технической революции, но и своеобразие ее социальных проявлений в условиях сосуществования капитализма и социализма как двух соревнующихся между собой социально-экономических систем. Необходимо более всестороннее, более глубокое изучение того, как реализуются сами преимущества социализма на основе планомерного и целенаправленного использования всех достижений и возможностей научно-технической революции. Методологическим средством здесь служит материалистическая диалектика.
Очень важное значение приобретает ныне анализ диалектики производительных сил и производственных отношений, этих двух сторон социалистического способа производства. Жизнь, практика, опыт побуждают отклонить упрощенную трактовку закона соответствия производственных отношений уровню и характеру развития производительных сил, весьма прочно укоренившуюся в нашем сознании и во многом приведшую к деформациям социалистических отношений. Это соответствие достигается отнюдь не автоматически. К тому же очевидно, что в одних отношениях ныне производительные силы у нас отстают от производственных отношений, и в других — последние «отстают» от пер- 382


вых. Задача, следовательно, заключается в том, чтобы научиться целенаправленно воздействовать на социалистический способ производства в целом, поддерживать сбалансированное развитие производственных отношений и производительных сил, своевременно выявлять и разрешать возникающие между ними противоречия, всемерно использовать стимулирующую роль социалистических производственных отношений в развитии производства.
Из-за склонности к своеобразному технократизму, из-за абсолютизации материально-вещественных факторов наша философия и наше обществоведение вообще не уделяли и, по-видимому, все еще не уделяют должного внимания разработке и такой важнейшей проблемы, как проблема социалистической демократии.
Между тем демократия — это важнейший, вернее, даже единственно возможный способ существования социализма как общественной системы. В. И. Ленин подчеркивал, что социально-экономическая суть социализма отнюдь не сводится просто к обобществлению средств производства. Важна суть такого обобществления. Обобществленное производство является подлинно социалистическим лишь в том случае, если оно не сводится к его огосударствлению и трудящимся самим принадлежит решающая роль в управлении всеми производственными и другими общественными делами. Если не просто государство или какие-либо уполномоченные, но сами трудовые коллективы решают все вопросы экономического и социального развития. Именно поэтому В. И. Ленин всегда считал глубинной основой развития и укрепления социализма всемерное развертывание социалистической демократии, непосредственное участие самих трудящихся в управлении обществом, подчеркивая, что невозможен победоносный социализм, не осуществляющий полной демократии.
Творческое развитие ленинских принципов самоуправления народа — важнейшая задача начатой в стране перестройки. Корни многих острых противоречий, обнажившихся в последние годы, находятся в первую очередь в отступлении от принципов демократизма, в разрыве обязательной обратной связи с трудящимися.
Сегодня, как никогда прежде, необходима большая самостоятельность, большая демократизация на местах, на уровне предприятий и объединений. Только
383


на этой основе могут быть обеспечены оптимальное сочетание отраслевого и территориального управления, рациональное взаимодействие министерств и предприятий и в конечном счете улучшение использования мощного экономического потенциала страны, ускорение научно-технического прогресса, своевременное и эффективное решение общесоюзных и местных проблем.
Жизнь общества, диалектика его поступательного движения требуют исследования таких вопросов, как руководящая и направляющая роль КПСС и организаторские функции государства, всемерное расширение участия трудящихся в управлении, развитие прямой и представительной демократии, складывание переходных форм от государства к негосударству — в целом черт диалектики социалистического и коммунистического самоуправления. Без исследования возможности решения этих вопросов и применения полученных результатов на практике невозможны ни совершенствование социалистической демократии, ни утверждение социалистического самоуправления народа.
Особо важное значение для революционной перестройки нашего общества, для завоевания социализмом высокого авторитета в международном общественном мнении имеют разработка проблемы прав человека, их реальное обеспечение на практике. Как подчеркивалось на XIX Всесоюзной партийной конференции, «права человека в нашем обществе — не дар государства, не чье-то благодеяние. Это — неотъемлемое свойство социализма, его завоевание»9. Личность и общество, гражданин и государство, человек и коллектив — все это разные измерения одной и той же проблемы. То, как она решается, отражает природу политического строя и во многом предопределяет результаты деятельности людей, весь уклад общественной жизни. Социалистическое решение этой проблемы состоит в органичном соединении коллективистского и личного начал. Наша философия в этом ключевом вопросе устройства общества исходит из знаменитой формулы «Манифеста Коммунистической партии»: свободное развитие каждого является условием свободного развития всех. Именно положением человека в обществе, предоставленными ему правами и возложенными на него обязанностями определяется в конечном счете
9 Материалы XIX Всесоюзной конференции Коммунистической партии Советского Союза, 28 июня — 1 июля 1988 года. С. 39. 384


и его социальная, трудовая, политическая активность.
В этом направлении и осуществляется сейчас в нашей стране экономическая реформа и развертывается реформа политической системы.
Только демократия, широкое участие трудящихся в обновлении общества могут служить прочной гарантией перестройки, только социалистическое общенародное правовое государство, только постоянный контроль, требовательность, критика, идущие «снизу», способны разрушить рутину, эгоистические претензии бюрократии, развеять туман елея чинопочитания, пагубную ложь приписок, воспитать во всех людях чувство собственного достоинства, самоуважения, чести, гражданственности в самом высоком понимании.
Да, сегодня высокие нравственные качества являются важнейшим показателем социальной эффективности общества. Без утверждения в жизни высокогуманных моральных принципов и норм социализм не сможет в полной мере раскрыть все свои огромные экономические, политические и культурные возможности, не сможет в полной мере продемонстрировать свое превосходство над капитализмом.
Между тем практика показывает, что в деле формирования и воспитания у советского человека высоких нравственных качеств у нас немало потерь. Философам, всем обществоведам важно вскрыть причины, почему многие граждане социалистического общества нередко поступают не по-социалистически. Как предотвратить подобные явления? Необходимы углубленное исследование процессов формирования нового человека, социалистического образа жизни, своевременное выявление и разрешение возникающих в их ходе противоречий.
Новых подходов, новых уровней рассмотрения требуют такие важные проблемы развития нашего общества, как интернационализация социальной жизни, развитие и сближение наций и народностей. Примечательно, что ряд негативных явлений в сфере национальных отношений явились своеобразным результатом, оборотной стороной наших достижений. И это, к сожалению, нашло свое отражение в научных и художественных публикациях. Так, рост национального самосознания, развитие национальных культур обернулись в некоторых произведениях художественной литературы и искусства, научных трудах попытками под видом национальной самобытности идеализировать на385


ционалистические и религиозные пережитки прошлого, приукрасить историю одного народа и принизить роль других, отгородиться от объективного процесса взаимодействия и сближения национальных культур. Некоторые ученые союзных республик, верно показывая успехи и достижения своих народов, нередко приписывают их только собственным усилиям этих народов, не отражая в полной мере ту огромную помощь, которую народы этих республик получили от других. От подобного рода «перекосов» в трактовке диалектики межнациональных отношений нам надо избавляться.
Есть много вопросов, которые постоянно возникают в процессе совместной жизни и труда наций в рамках нашего единого многонационального государства. В решение их философы, безусловно, могут внести свой вклад. Это в первую очередь такие вопросы, как подготовка национальных кадров рабочих и специалистов, повышение культуры межнационального общения, формирование межнациональных хозяйственных комплексов, борьба против националистических пережитков и др.
Чрезвычайно сложны проблемы изучения социальной структуры нашего общества. В нашем обществоведении наблюдался чрезмерный перекос в сторону голого теоретизирования по поводу стирания классовых, социальных различий. Между тем нужны научно обоснованные, практические рекомендации, как учитывать общественные, коллективные и личные интересы, как более полно использовать те возможности, которые заложены в кооперативно-колхозной собственности, в кооперативно-колхозном производстве, в индивидуальной трудовой деятельности.
В этой связи большое значение приобретает изучение способов учета особенностей интересов различных классов и социальных групп, путей их диалектического соединения, анализ разных форм кооперации, представляющих интересы различных групп участников. В свое время В. И. Ленин, говоря о необходимости развития кооперативных форм хозяйствования, отмечал, что «в массах есть много и много живых сил, могущих проявить грандиозные способности в большей степени, чем это можно представить»10. Он был убежден, что «строй цивилизованных кооператоров при общественной собственности на средства
10 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 37. С. 205—206. 386


производства, при классовой победе пролетариата над буржуазией — это есть строй социализма» . Однако ленинские идеи о кооперации как необходимом пути создания коллективистских основ социализма после его смерти были искажены, глубоко деформированы. Возобладала точка зрения, будто перспектива социалистического способа производства однозначно связана с государственной собственностью на средства производства, что она должна как можно скорее поглотить все иные формы социалистической собственности. На практике это обернулось очевидной недооценкой кооперативных форм ведения хозяйства, личных подсобных участков, инициативы, предприимчивости людей.
Наша партия призвала решительно преодолеть колебания в отношении самодеятельного, кооперативного движения. Кооперация не только не исчерпала своих возможностей, но и сегодня имеет большие перспективы. Поэтому необходимо искать и создавать условия для раскрытия и приложения «главных сил» масс в самых разнообразных формах кооперации, направляя их в русло перестройки, революционного обновления общества.
Разработка диалектики развития социалистического общества на современном этапе требует усиления внимания к анализу взаимодействия различных сторон общественной жизни — производительных сил и производственных отношений, базиса и надстройки, политики и экономики, централизма и демократии, личных и общественных интересов, идеологии и материальных условий жизни общества и т. д. В этой связи чрезвычайно поучителен подход к этой проблеме К. Маркса и В. И. Ленина. Так, буржуазные производственные отношения рассмотрены К. Марксом в «Капитале» в неразрывной связи не только с материально-вещественными факторами производства, но и со всей совокупностью надстроечных явлений, местом человека в системе производства и в обществе в целом. Характеризуя «Капитал» К. Маркса, В. И. Ленин писал, что эта книга «показала читателю всю капиталистическую общественную формацию как живую — с ее бытовыми сторонами, с фактическим социальным проявлением присущего производственным отношениям антагонизма классов, с буржуазной политической надстройкой, охраняющей господство класса капиталистов,
11 Там же. Т. 45. С. 373. 387


с буржуазными идеями свободы, равенства и т. п., с буржуазными семейными отношениями»12.
Этой же традиции рассмотрения всех общественных отношений в тесной связи и взаимодействии В. И. Ленин следовал, в частности, при разработке теории империализма, а также при закладке основ политической экономии социализма. Она наполняется еще более глубоким смыслом и приобретает еще большую актуальность при анализе современного этапа развития социалистического общества, отличающегося большим динамизмом, усиливающимся взаимодействием различных сторон общественной жизни. Учет такого взаимодействия особенно необходим для обоснования форм и методов комплексного управления общественными процессами. Нельзя, например, решать вопросы совершенствования управления экономикой в отрыве от анализа производительных сил, политической системы, идеологической работы, человеческого фактора, так же как вопросы идеологической работы — вне связи с социально-экономическим развитием и т. п. Недооценка органичной взаимосвязи этих факторов грозит отрывом от жизни, от реальных процессов развития экономики, политики, духовной жизни, приводит на позиции схоластического теоретизирования. Все это требует от философов, от всех обществоведов усиления внимания к комплексному изучению исследуемых объектов.
В своей международной политике КПСС учитывает, что в современных условиях, когда над человечеством нависла опасность ядерного самоуничтожения, несмотря на острое противоборство двух мировых социально-экономических систем, противоречивые устремления и различные пути развития освободившихся от колониального гнета стран, объективно возрастает взаимосвязанность судеб государств и народов. Через борьбу противоположностей складывается противоречивый, но взаимозависимый, во многом целостный мир, в котором идея приоритета общечеловеческих ценностей, человеческого единства перед лицом ядерного уничтожения неуклонно пробивает себе дорогу. Диалектика единства и борьбы противоположностей в социальной жизни человечества выдвигает на первый план новые аспекты взаимодействия на базе приоритета общечеловеческих интересов перед региональными, узконациональными и даже классовыми.
12 Там же. Т. 1. С. 139.
388


Жизнь, человек, его интересы и заботы всегда были и остаются в центре марксистского мировоззрения. Призывая рабочий класс к борьбе за социалистические преобразования общества, К. Маркс и Ф. Энгельс, а затем и В. И. Ленин подчеркивали, что интересы рабочего класса в конечном счете совпадают с общечеловеческими, более того — подчиняются им. Ведь человеческая жизнь, возможности всестороннего развития личности, раскрытие ее способностей, ее счастье — самая большая ценность, она превыше всего. В нынешних условиях и теория диалектики все более приобретает аксиологический характер. И это обусловлено тем, что «социалистическая система и проверенные ею на практике поиски и опыт имеют общечеловеческое значение. Она предложила миру свои ответы на основные вопросы человеческого бытия, апробировала свои гуманистические и коллективистские ценности, в центре которых — человек труда. Социалистический строй прививает ему чувство достоинства, хозяина страны, дает социальную защищенность, уверенность в будущем. Открывает простор к овладению знаниями, культурой, создает условия для реализации индивидуальных способностей и дарований» 13.
В борьбе против термоядерной катастрофы диалектика социального противоборства различных социальных сил (как главного социального типа категории «противоречие») приобрела ныне новый вид: линия раздела противоположных позиций проходит не только между агрессивной частью мира империализма и миром социализма, не только между отдельными странами и государствами, она проходит между всеми людьми. С одной стороны стоят те, кто осознал свою ответственность за судьбы нашей Земли, с другой — те, кто хочет затормозить социальный прогресс путем ставки на развязывание ядерной войны. Коммунисты понимают, что сегодня, как никогда прежде, революционная борьба за коренные интересы рабочего класса должна вестись с учетом главного общечеловеческого интереса — предотвращения термоядерной катастрофы. Мир — это, конечно, еще не все, но без мира ныне все окажется — ничто. Ибо если разразится мировая война, то уже не будет ни капитализма, ни социализ-
13 Горбачев М. С. Избранные речи и статьи. Т. 5. М., 1988. С. 432— 433.
389


ма, ни социалистических революций. Погибнет все человечество, все живое.
В этих условиях осознание и утверждение ленинской идеи мирного сосуществования приобретает особую актуальность и ценность. Сегодня, как подчеркивалось на XXVII съезде КПСС, «...сложились объективные... условия, в которых противоборство между капитализмом и социализмом может протекать только и исключительно в формах мирного соревнования и мирного соперничества» м. Мирное сосуществование предполагает отказ от войны как средства решения спорных вопросов между государствами, разрешение их путем переговоров; равноправие, взаимопонимание и доверие между государствами, учет законных интересов друг друга; невмешательство во внутренние дела, признание за каждым народом права самостоятельно решать все вопросы развития своей страны; строгое уважение суверенитета, территориальной целостности и нерушимости государственных границ; экономическое и культурное сотрудничество на основе полного равенства и взаимной выгоды. Мирное сосуществование — единственно разумная основа международных отношений в ядерный век. Оно отвечает интересам всех народов, всех стран независимо от социального строя, интересам всего человечества.
Но чтобы такое соревнование развертывалось в цивилизованных формах, достойных человечества XXI в., нужно преодолеть образ мыслей, стереотипы и догмы, унаследованные от безвозвратно ушедшего прошлого. Необходимо покончить с отторжением политики от общечеловеческих норм нравственности. В плане диалектики противоречий возникает качественно новая ситуация: антагонистические противоречия между социализмом и капитализмом теперь должны быть освобождены от военной формы их разрешения и должны быть соединены с взаимовыгодными отношениями и даже с сотрудничеством ради выполнения определенных общих задач, достижения некоторых общих целей человечества.
Для этого есть определенная социальная основа. Коммунисты убеждены, что уберечь человечество от самоуничтожения можно. За мир, за оздоровление международной жизни выступают социалистические стра-
14 Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза. С. 65—66.
390


ны, международное коммунистическое и рабочее движение, движение неприсоединения, отдельные или объединившиеся в группы освободившиеся страны, отстаивающие принципы разрядки, демократизации системы международных отношений, многие политические партии, движения, многочисленные общественные организации и группы. Тот факт, что ядерная война грозит человечеству самоубийственным исходом, понимают широкие массы людей независимо от того, в какой части света они живут, какой общественный строй предпочитают, какой идеологии придерживаются. Это все более понимают и реалистически мыслящие руководители капиталистических государств. В сущности в борьбе за сохранение жизни на Земле, против безумия гонки ядерных вооружений объединяются сегодня самые различные политические и общественные силы — от консервативных до самых леворадикальных кругов. В борьбе за выживание человечества собственные специфические интересы различных классов, общественных систем и стран не только приобретают параллельную направленность, но и фактически совпадают. В прошлом отчасти аналогичная ситуация была, подчеркнул Г. Холл на встрече представителей партий и движений в Москве (5—6 ноября 1987 г.), в период всемирного антифашистского движения в 30-е годы, когда представители различных классов и слоев, люди разных мировоззрений и вероисповеданий, принадлежавшие к различным партиям, движениям и организациям или вообще стоявшие вне каких-либо объединений, поняли, что необходимо отказаться от взаимных политических и идеологических обвинений, и соединили свои усилия в непримиримой борьбе против смертельного врага человечества — фашизма.
Совместных усилий всех стран, всех политических сил требует и решение таких глобальных проблем, затрагивающих интересы всего человечества, как охрана окружающей среды, энергетическая, сырьевая, продовольственная, демографическая проблемы, мирное освоение космоса и богатств Мирового океана, преодоление голода в ряде стран, опасных болезней и др. Таким образом, поскольку общечеловеческие проблемы приобрели огромную остроту, в определенных рамках складывается сотрудничество двух главных сосуществующих и соперничающих друг с другом общественноэкономических систем. А ведь еще в 1899 г. В. И. Ленин в «Проекте программы нашей партии» прозорливо
391


указывал, что «с точки зрения основных идей марксизма, интересы общественного развития выше интересов пролетариата...».
Диалектика социально-классовых отношений приобретает теперь, следовательно, качественно новый вид. Это углубляет и наше понимание общих законов диалектики и категорий в их социальном действии.
Наряду с этим встает, также вопрос, важный и в общефилософском плане: можно ли одолеть милитаризм империалистических кругов, сможет ли капитализм в будущем жить без милитаризма, без гонки вооружений, в состоянии ли капиталистическая система существовать без неоколониалистской эксплуатации развивающихся стран? Ведь все это — проявления самой природы империализма, а природа общественного строя не может быть изменена в результате давления внешних обстоятельств. Ответ даст история. На нынешней фазе мирового развития, на новом уровне взаимозависимости и целостности мира возможно такое воздействие на империализм, на его природу, которое в состоянии заблокировать наиболее опасные проявления последнего. История подтверждает возможность этого. Союз социалистических и капиталистических государств перед лицом фашистской угрозы был реальностью; в капиталистических странах были периоды быстрого экономического развития при минимальных военных расходах. Что касается эксплуатации развивающихся стран, утверждения нового международного экономического порядка, то и здесь положение вещей отнюдь не представляется безусловно неразрешимым. Вспомним дискуссии вокруг экономической концепции Р. Люксембург. В своей книге «Накопление капитала» она утверждала, что регулятором товарного хозяйства является не закон стоимости, а обмен, что накопление при капитализме возможно лишь за счет расширения сферы эксплуатации «некапиталистической сферы», т. е. хозяйств крестьян и ремесленников внутри страны и колоний на мировой арене, что утрата колоний неизбежно ведет к краху капитализма. В. И. Ленин, возражая Р Люксембург, подчеркивал, что в данном случае она в известной мере недооценивает другие — внутренние источники накопления капитала.
Действительно, ныне колониальная система рухнула, а капитализм еще «живет». Вполне допустимо представить, что капитализм можно заставить отка- 392


заться от крайних форм неэквивалентных, неоколониалистских, эксплуататорских отношений с развивающимися странами. Произвол транснациональных корпораций, грабеж ими национальных ресурсов развивающихся стран и финансовая кабала ведут к серьезным проблемам и противоречиям и внутри самих капиталистических стран. Возрастает сопротивление развивающихся стран. Сама объективная логика мирового развития требует поиска путей учета интересов всех стран на равноправной основе. Но ослабление международного хищничества империализма неизбежно ограничит его внутренние резервы, сузит диапазон возможного для него маневрирования. И это существенно отразится на будущих судьбах капиталистического строя. Уже сейчас видно, что в капиталистическом мире наметилась многовариантность развития. Капитализм ныне многому научился у мира социализма. Активное взаимодействие двух социально противоположных систем все более развивается, и его диалектику необходимо специально исследовать.
Огромное влияние на объективные процессы в пользу мира оказывают и будут оказывать классовая борьба трудящихся против капиталистической эксплуатации, борьба народов развивающихся стран против неоколониалистского угнетения. В первых рядах борцов за мир, против всякой реакции и всяческого мракобесия идут коммунисты. Международное коммунистическое движение сейчас обновляется, сплачивается с другими революционными, демократическими и вообще прогрессивными силами.
И конечно, важнейшим, решающим фактором мирового прогресса является социализм. Формирование и укрепление мировой системы социализма привело к коренному изменению соотношения сил в мире в пользу народов, борющихся за мир, социальный прогресс и национальную свободу.
Осуществляемая в настоящее время в СССР и других социалистических странах перестройка, обновление общества призваны придать социализму совершенные формы, наиболее соответствующие условиям и потребностям научно-технической революции, интеллектуальному и социальному прогрессу. Указывая на историческое значение перестройки нашего общества, М. С. Горбачев подчеркнул: «Мы стремимся в современных условиях возродить ленинский облик нового строя, очистить его от наслоений и деформаций, ос393


вободиться от всего того, что сковывало общество и не давало в полной мере реализовать потенциал социализма. И главное — придать новое качество социалистическому обществу с учетом всех реальностей современного мира»15.
Как отмечалось на^Х1Х Всесоюзной конференции КПСС, в ходе перестройки наше общество в полном смысле воспрянуло. Люди почувствовали простор для собственной инициативы, собственную ответственность, освобождаются от апатии и отчужденности. Растет их социальная активность. Многообразнее, интереснее и богаче стала духовная жизнь страны. Закаляется нравственное здоровье народа. Утверждение правды и гласности очищает общественную атмосферу, окрыляет людей, раскрепощает их сознание, стимулирует творческую самодеятельность.
Разумеется, процесс перестройки, революционного обновления советского общества — процесс сравнительно длительный, имеющий свою логику и этапы. Решая сложные ближние и перспективные, тактические и стратегические задачи, наша партия действует в духе ленинской методологии — постоянно учитывает органическое единство теории и практики, подходит «к теории как к орудию практики и к практике — как контрольному механизму правильности теории»16.
Время требует сейчас резкой интенсификации теоретической работы, глубокого обогащения марксистско-ленинского учения. Уместно вспомнить слова Ф. Энгельса, приведенные затем В. И. Лениным в его выдающемся философском произведении «Материализм и эмпириокритицизм»: с каждым составляющим эпоху открытием, даже в естественноисторической области, не говоря уже об истории человечества, материализм неизбежно должен изменять свою форму. Сегодня, на новом витке истории, когда человечество встало перед дилеммой: быть или не быть человеческой цивилизации, самой жизни на Земле, необходимо решительно расчистить путь для смелых фундаментальных прорывов в науке о нашем обществе, разрабатывать широкие, точно выверяемые практические рекомендации, обеспечивающие социализму устойчивый динамизм, мощное поступательное движение, подтверждающие и
15 Горбачев М. С. Революционной перестройке — идеологию обновления: Речь на Пленуме ЦК КПСС 18 февраля 1988 года. Постановление Пленума ЦК КПСС. С. 9.
16 См.: Горбачев М. С. Избранные речи и статьи. Т. 5. С. 425. 394


углубляющие высокий гуманизм социалистических общественных отношений.
Наша теория тогда жизненна и современна, когда она постоянно развивается в соответствии с изменяющимися условиями объективной действительности, учитывает практический опыт, живое творчество масс. В современных условиях новое прочтение получают многие идеи К. Маркса и В. И. Ленина, которые до недавнего времени либо воспринимались весьма неполно, односторонне, либо вовсе замалчивались. В борьбе с догматизмом возрождается творческое начало научного, гуманного социализма. Развивается далее и марксистско-ленинская философия, философия диалектического материализма. Ее метод — материалистическая диалектика есть могучее средство нашей дальнейшей борьбы. На уровне нового мышления конца XX в. отчетливо очерчиваются такие его черты, как правдивое познание реального мира во всей его глубокой противоречивости и целостности, единство теории и практики, глубокий историзм в оценке процессов и событий, решительное преодоление всякого догматизма и схематизма, объективизма и субъективизма, анализ действительности во всех ее сложнейших системноструктурных взаимосвязях. Тем самым еще раз подтверждается, что новое мышление есть мышление ленинское, диалектическое, научное, современное в лучшем смысле слова.


Оглавление
Введение 3
Глава I. Философия, ее предмет и роль в обще¬
стве 17
§ 1. Задачи и цели философского познания, его особенности
§ 2. Предмет марксистско-ленинской философии, ее функции и задачи 26
§ 3. Основной вопрос философии 38
Глава II. Борьба материализма и идеализма в домарксистской философии 47
§ 1. Зарождение и развитие философии в Древней Греции
§ 2. «Линия Демокрита» и «линия Платона».
Аристотель 51
§ 3. Материализм и идеализм в философии но¬
вого времени (XVII—XVIII вв.) 62
§ 4. Немецкая классическая философия — конец
XVIII — первая треть XIX в. 68
§ 5. Философская мысль в России 74
Глава III. Создание диалектического и исторического материализма — революционный переворот в философии 80
§ 1. Исторические условия возникновения философии марксизма 81
§ 2. Теоретические источники марксистской философии 83
§ 3. Формирование философии марксизма 88
§ 4. Значение революционного переворота, совершенного К. Марксом и Ф. Энгельсом в философии 98
Глава IV. Ленинский этап в развитии марксистской философии 103
§ 1. Развитие В. И. Лениным марксистской философии в дооктябрьский период (1894— 1917) 104
§ 2. Главные особенности развития марксистско- ленинской философии после Великого Октября 120
Глава V. Философское учение о материи и формах ее бытия, его значение для развития науки и практики 125
396


§ 1. Развитие философских представлений о материи
§ 2. Ленинское учение о материи и определение философской категории «материя» 127
§ 3. Материя и движение 136
§ 4. Пространство и время 144
§ 5. Материальное единство мира 150
Глава VI. Общественно-историческая сущность и творческая активность сознания 157
§ 1. Сознание и самосознание § 2. Проблема происхождения сознания 167
§ 3. Творческая активность сознания 178
Глава VII. Материалистическая диалектика, ее сущность и методологическое значение. Принципы диалектики 186
§ 1. Сущность диалектико-материалистической концепции развития § 2. Материалистическая диалектика — методология революционного познания и действия 196
§ 3. Материалистическая диалектика в условиях развивающегося социализма 204
Глава VIII. Основные категории материалистической диалектики 209
§ 1. Единичное, особенное, общее
§ 2. Сущность и явление 219
§ 3. Причина и следствие 225
§ 4. Случайность и необходимость 231
§ 5. Возможность и действительность 240
§ 6. Содержание и форма 248
Глава IX. Основные законы материалистической диалектики 257
§ 1. Закон единства и борьбы противоположностей 259
§ 2. Закон взаимного перехода количественных и качественных изменений 273
§ 3. Закон отрицания отрицания 286
Глава X. Марксистско-ленинская теория познания и современность 301
§ 1. Предмет и метод теории познания § 2. Проблема познаваемости мира. Критика агностицизма 304
§ 3. Диалектика чувственного и рационального в познании 307
§ 4. Проблема истины. Критика релятивизма и догматизма 309
§ 5. Особенности социального познания 315
§ 6. Проблема критерия истины 319
397


Глава XI. Методы и формы научного познания 322
§ 1. Наблюдение и эксперимент 324
§ 2. Индукция и дедукция. Анализ и синтез 327
§ 3. Объяснение. Гипотеза и научное предвидение. Интуиция 331
§ 4. Роль модели и моделирования в познании 335
§ 5. Исторические и логические методы познания. Диалектика абстрактного и конкретного в познании 337
§ 6. Системный подход в научном познании 341
Глава XII. Анализ современной философии буржуазного общества 346
§ 1. Отражение кризисных явлений капитализма в буржуазной философии 348
§ 2. Неопозитивизм как субъективно-идеалистическое истолкование научного знания 353
§ 3. Иррационалистическое направление 361
§ 4. Философская герменевтика и «новые философы» 365
§ 5. Кризис религиозной философии 369
Диалектика теории и практики революционного обновления социалистического общества (Вместо заключения) 373


Диалектический материализм: Учебник/Акад.
Д 44 обществ, наук при ЦК КПСС; Редкол.: Б. Н. Бессонов (отв. ред.) и др.— М.: Мысль, 1989.— 397, [1] с.
ISBN 5-244-00115-9
Учебник, подготовленный кафедрой философии АОН при ЦК КПСС, вобрал в себя современные реалии переживаемого переломного периода. Содержание учебника ориентировано на осознание диалектичности практики перестройки и революционного обновления советского общества. Раскрываются фундаментальные положения диалектико-материалистической философии: материи и сознания, основных категорий и законов диалектики, теории познания, мировоззренческой и методологической роли диалектического материализма в развитии конкретных наук и социалистической практики. Дается разбор современных направлений и основных концептуальных положений буржуазной философии.
0302020100-044
Д 004(01 )-89 59'88 ББК,5‘
ДИАЛЕКТИЧЕСКИЙ МАТЕРИАЛИЗМ
Учебник
Редактор В. П. Шведов
Младший редактор Е. П. Кириллова
Оформление художника Ф. Г. Миллера
Художественный редактор A. JI. Сальников
Технический редактор Т. Г. Сергеева
Корректор С. С. Новицкая
ИБ № 3574
Сдано в набор 18.11.88. Подписано в печать 28.03 89. Формат 84Х
X 1081/зг Бумага типографская № 2. Печать высокая. Литературная гарнитура. Уел. печатных листов 21. Уел. кр.-отт. 21,0. Учетно-издательских листов 22,74. Тираж 50 000 экз. Заказ № 1003. Цена 1 р. 10 к.
Издательство «Мысль». 117071. Москва, В-71, Ленинский проспект, 15
Набрано в ордена Октябрьской Революции, ордена Трудового Красного Знамени Ленинградском производственно-техническом объединении «Печатный Двор» им. А. М. Горького. 197136. Ленинград, П-136 Чкаловский пр., 15.
Отпечатано с готовых диапозитивов в Московской типографии № 11 Союз- полиграфпрома при Государственном Комитете СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли 113105. Москва, Нагатинская, 1.


Уважаемые читатели!
Наиболее полную информацию о готовящихся к выпуску книгах издательства «Мысль» по экономике, философии, истории, публицистике, демографии, географии можно получить из ежегодных аннотированных тематических планов выпуска литературы, имеющихся во всех книжных магазинах страны.
Сведения о выходящих в свет изданиях регулярно публикуются в газете «Книжное обозрение».
По вопросам книгораспространения рекомендуем обращаться в местные книготорги, а также во Всесоюзное государственное объединение книжной торговли «Союз- книга».