От автора
Глава I. Фразеология как лингвистическая дисциплина
Глава II. О методе изучения фразеологических единиц
Глава III. Проблема зависимостей компонентов фразеологических единиц в современном английском языке
Глава IV. Устойчивость фразеологических единиц
Глава V. Раздельнооформленность фразеологических единиц в современном английском языке
Раздел 2. Узуальные показатели раздельнооформленности фразеологических единиц
Морфолого-синтаксическая раздельнооформленность фразеологических единиц
Синтаксическая раздельнооформленность фразеологических единиц
Структурно-семантическая раздельнооформленность фразеологических единиц
Вариантные показатели раздельнооформленности
2. Морфологическая вариантность
3. Морфолого-синтаксическая вариантность
4. Позиционная вариантность
5. Квантитативная вариантность
Орфографическая раздельнооформленность
Акцентная раздельнооформленность
Раздел 3. Окказиональные показатели раздельнооформленности фразеологических единиц
64. Деформация
Глава VI. Объем фразеологии
Глава VII. Устойчивые образования нефразеологического характера в современном английском языке
II. Типовые образования
III. Лексические единства
Раздел 2
Раздел 3
А. Устойчивые обороты с буквальным значением компонентов
Б. Устойчивые сочетания слов с прибавочно-уточнительным значением компонентов
Раздел 4
А. Фразеологизованные образования
Б. Фразеологические единицы
В. Сложные слова
А. Фразеологизованные образования
Б. Фразеологические единицы
В. Сложные слова
А. Фразеологизованные образования
Б. Фразеологические единицы
В. Сложные слова
Глава VIII. Классификация фразеологических единиц современного английского языка
Раздел 2. Структурно-семантическая классификация фразеологических единиц в современном английском языке
Схема структурно-семантической классификации фразеологических единиц в современном английском языке
Заключение
Текст
                    А. В. К У Н. Ж Н
АНГЛИЙСКАЯ
ФРАЗЕОЛОГИЯ


е библиотека, филолога' А. В. К У Н И Н АНГЛИЙСКАЯ ФРАЗЕОЛОГИЯ (теоретический курс) ИЗДАТЕЛЬСТВО „ВЫСШАЯ ШКОЛА,, МОСКВА 1970
4~И~{Ангя.) К 91 Книга посвящена важнейшим вопросам английской фразеологии. На основе анализа большого фактического материала в мей лается научное обоснование английской фразеологии как лингвистической дисциплины. Автором разработаны метод изучения фразеологических единиц—метод фразеологической идентификации, проблема устойчивости фразеологических единиц и зависимости их компонентов, дополнительные показатели раздельнооформленности фразеологизмов, теория соотнесенности фразеологической единицы со словом. Дана также классификация фразеологических единиц и классификация устойчивых сочетаний слов нефразеологического характера в современном английском языье. Книга предназначена для студентов старших курсов институтов и факультетов иностранных языков и филологических факультетов университетов. Она также представляет интерес для преподавателей и аспирантов. Рекомендовано к изданию Учебно-методическим управлением по высшему образованию Министерства высшего и среднего специального образования СССР 7—1-4 БЗ-35/37-70
ОТ АВТОРА Цель книги — разработка основных понятий английской фразеологии как лингвистической дисциплины. Задачей автора не является описание различных типов фразеологических единиц современного английского1 языка К В книге рассматриваются следующие важнейшие проблемы: фразеология как лингвистическая дисциплина, эквивалентность фразеологической единицы слову, соотнесенность фразеологической единицы со словом, метод изучения фразеологических единиц, фразеологические единицы и вопросы моделирования, зависимость компонентов фразеологических единиц, устойчивость и раздельнооформленность фразеологических единиц, фразеологическое значение, определение фразеологической единицы, объем фразеологии, устойчивые образования нефразеологического характера и классификация фразеологических единиц в современном английском языке. Ограниченность объема книги не дала возможности рассмотреть вопрос дистрибуции фразеологических единиц2. То или иное решение поставленных вопросов определяет направление дальнейших исследований в области английской фразеологии, так как только после разработки основных понятий возможно определение границ английской фразеологии, т. е. отделение фра- зеологических единиц как от переменных сочетаний слов и сложных слов, так и от устойчивых сочетаний слов нефразеологического характера. Недостаточная разработанность основных понятий английской фразеологии, хотя в этой области и имеется большое число работ, многие из которых представляют значительный интерес, приводит к многочисленным, часто противоречивым, толкованиям одного и того же вопроса, появлению отдельных путаных работ, перенесению на английскую фразеологию схем, разработанных для русского языка, а также к распылению творческих усилий исследователей. В своей работе автор опирался на труды как своих предшественников, так и современников. Среди трудов по английской фразеологии выделяются докторская диссертация Н. Н. Амосовой3 и созданная на ее основе книга 4, представляющие собой самое значительное из того, что было написано по теоретическим вопросам английской фразеологии. 1 Это сделано в нашей книге «Фразеология современного английского языка» (готовится к печати). 2 См.: А. В. Кунин. Основные понятия английской фразеологии как лингвистической дисциплины. Англо-русский фразеологический словарь, изд. третье, исправленное. М., 1967, стр. 1238—1244. 3 Н. Н. Амосова. Основы английской фразеологии. Л., 1961. 4 Н. Н. Амосова. Основы английской фразеологии. Л., 1963. 3
Большим достоинством этих новаторских работ, бесспорно, стимулирующих исследовательскую мысль з области фразеологии, является боевой, острополемической характер критики неверных и спорных воззрений. Н. Н. Амосова внесла большой вклад в теорию фразеологии: постановка вопроса об осг.овах английской фразеологии, разработка метода изучения фразеологизмов, изучение целостного значения идиомы, перехода устойчивых оборотов-штампов во фразеологические единицы, создание концепции «живости» синтаксических связей во фразеологических единицах, выделение частично-предикативных оборотов, трактовка фразеологических сочетаний как единиц с узуально связанным значением и др. Н. Н. Амосова была талантливым исследователем, но ей были свойственны и некоторые заблуждения. Творческое изучение работ Н. Н. Амосовой — одна из задач лингвистов, работающих в области английской фразеологии. Во многих отношениях взгляды на фразеологию Н. Н. Амосовой и наши сходятся, что обеспечивает преемственность исследования. Единство взглядов наблюдается по таким важным вопросам, как необходимость выделения фразеологии в особую лингвистическую дисциплину, разработки основ фразеологии и уже затем частных проблем, необходимость особого метода изучения фразеологии с должным учетом специфики английского языка, важность установления границ фразеологического состава английского языка, понимание фразеологических единиц как раздельнооформленных образований, не создающихся по структурно-семантической модели, важность выделения устойчивых сочетаний слов нефразеологического характера, оценка трудов В. В. Виноградова и др. Однако необходимо также отметить, что анализ большого фактического материала привел нас к выводам, которые значительно расходятся с выводами Н. Н. Амосовой по таким кардинальным вопросам как определение фразеологической единицы, метод изучения фразеологизмов, понимание их устойчивости, классификация фразеологических единиц, объем фразеологического состава английского языка, характеристика фразеологических единиц различных структурных типов и др. Мы полемизируем также и с некоторыми другими исследователями. Мы полагаем, что борьба мнений в творческой дискуссии только принесет пользу общему делу. Из других использованных нами работ по фразеологии следует упомянуть книгу В. Л. Архангельского1. Это интересная, хотя во' многих отношениях и спорная, работа прокладывает новые пути в исследовании русской фразеологии. В нашем исследовании мы во многом опирались на книги В. И. Свидерского2, в которых разработана проблема элементов и структуры как форм проявления общих свойств движения. 1 В. Л. Архангельский. Устойчивые фразы в современном русском языке. Ростов н/Д., 1964. 2 В. И. Свидерский. О диалектике элементов и структуры в объективном мире и познании. М., 1962. В. И. Свидерский. Некоторые вопросы диалектики изменения и развития. М., 1965. 4
Мы не даем обзора литературы по английской фразеологии, так как это сделано в ряде диссертаций. Исключением является анализ принципов классификации фразеологических единиц в работах, не подвергавшихся еще подробному рассмотрению. Точки зрения многих исследователей по тем или иным проблемам рассматриваются при обсуждении этих проблем. В основе книги лежит докторская диссертация автора, но в трактовку ряда вопросов внесены уточнения, некоторые главы диссертации расширены и дополнены (метод изучения фразеологических единиц, фразеология как лингвистическая дисциплина, устойчивые сочетания слов нефразеологического характера, зависимость компонентов фразеологических единиц и структурно-семантическая классификация фразеологических единиц в современном английском языке). Заново написаны разделы, в которых излагается теория соотнесенности фразеологической единицы и слова и наша точка зрения на уровни языка и речи. Одной из причин, тормозящих развитие фразеологии как лингвистической дисциплины, является запутанность терминологии *, не имеющая себе равных ни в одном разделе языкознания. Недостаточная разработанность основных понятий фразеологии естественно порождает обилие терминов2, из которых многие являются синонимами и большинство отличается многозначностью, а некоторые даже не могут называться терминами, настолько они неточны. Многие фразеологи увлекаются созданием новых терминов без достаточных на то оснований '(например, графические фразеологизмы, морфологические фразеологизмы, речевые фразеологизмы, фразео- логема, фразеолоид и др.) или отказываются от терминов, получивших широкое распространение (например, фразеология). Мы старались избегать терминологических эксцессов и использовали удачные термины, предложенные различными исследователями фразеологии. Примерами подобных терминов являются: фразеологическая единица (В. В. Виноградов), переменное словосочетание (Б. А. Ларин), одновершинные фразеологизмы, раздельнооформленность, цельно- оформленность (А. И. Смирницкий), антецедент, семантически реализуемое слово, узуально связанное значение, указательный минимум, цельнопредикативные, частичнопредикативиые фразеологизмы (Н. Н. Амосова), ограничение в выборе переменных, замкнутые (незамкнутые) фразеологические единицы, негативная зависимость (В. Л. Архангельский), структурно-семантическая модель (Ц. С. Горелик), порог устойчивости (И. А. Мельчук), парадигматическая модель (И. И. Ревзин) и некоторые другие. Собственные термины мы создавали только в тех случаях, когда нам приходилось описывать еще неизученные и поэтому не имеющие названий явления, например, вариантная раздельнооформленность, константно-вариант- но-переменная зависимость, константная зависимость, константно- вариантная зависимость, константно-переменная зависимость, коэффициент минимальной устойчивости на фразеологическом уровне, структурные синонимы, фразеологическая деривация, фразеологиче- 1 См.: Е. М. Галкина-Федору к. Современный русский язык. Лексика. М., 1954, стр. 146. 2 О неупорядоченности общелингвистической терминологии см. О. С. Ахманова, В. В. В ее ал и тс кий. О современной лингвистической терминологии. (Письмо в редакцию.) Лексикографический сборник. Вып. 5, М., 1962. 5
ские варианты, фразеологический иитенсификатор и -другие. При создании нового термина мы стремились .к тому, чтобы название по мере возможности отражало сущность явления. Обобщения в отношении английской фразеологии в целом возможны только на основе анализа большого числа произведений. Естественно, что в книге мы использовали материал словаря (552 произведения). Но мы пришли к убеждению, что материал словаря недостаточен для широких обобщений, так как многие современные авторы в нем не представлены. Мы дополнительно использовали фразеологию 648 современных художественных и публицистических произведений, а также 900 номеров газет и журналов различных направлений. . Мы провели широкое «фразеологическое обследование» современной английской, американской и австралийской литературы. Наши выводы относятся к английскому языку. Поэтому книга не претендует на универсальность, но мы надеемся, что концепция фразеологии, изложенная в книге, окажется в какой-то мере полезной и исследователям фразеологии других языков. Создание частной фразеологии может также содействовать и дальнейшему развитию фразеологии как раздела общего языкознания. Автор выражает надежду, что рассмотрение фразеологических проблем под новым углом зрения на материале английского языка будет способствовать дальнейшему изучению поставленных вопросов и становлению английской фразеологии как лингвистической дисциплины. Автор выражает глубокую благодарность проф. В. Д. Аракину, проф. Л. С. Бархударову и доценту Р. С. Гинзбург, которые любезно согласились прочесть рукопись этой книги и сделали ряд ценных замечаний.
Глава I ФРАЗЕОЛОГИЯ КАК ЛИНГВИСТИЧЕСКАЯ ДИСЦИПЛИНА § 1. В западноевропейской и американской лингвистической литературе нет ни одной работы, специально посвященной теории фразеологии, хотя значительный фразеологический материал содержится в многочисленных словарях и справочниках. Вопросы фразеологии трактуются преимущественно в грамматиках, работах по стилистике, лексикографии, истории языка и в общеязыковедческих работах. Вопрос о фразеологии как о лингвистической дисциплине зарубежными учеными не ставится. Этим и объясняется отсутствие в английском языке названия для данной дисциплины. Шарль Балли ввел термин phraseologie1, но этот термин еще не приобрел прав гражданства в трудах западноевропейских и американских лингвистов. Балли включал фразеологию в состав стилистики. Вопрос о фразеологии как о лингвистической дисциплине был впервые поставлен выдающимся советским лингвистом проф. Е. Д. Поливановым. Е. Д. Поливанов неоднократно возвращался к этому вопросу2 и утверждал, что лексика изучает индивидуальные лексические значения слов, морфология — формальные значения слов, синтаксис — 1 С h. В а 11 у. Precis de stylistique. Geneve, 1905, ch. La Phraseologie. 2 E. Д. Поливанов. Русский язык сегодняшнего дня. «Литература и марксизм», книга четвертая. М.—Л., 1928, стр. 169—170. Е. Д. Поливанов. Введение в языкознание для востоковедных вузов. VI, Л., 1928, стр. 60. Е. Д. П о л и в а н о в., За марксистское языкознание. М., 1$31, стр. 144. 7
формальные значения словосочетаний1. «И вот возникает потребность в особом отделе, который был бы соизмерим с синтаксисом, но в то же вреАмя имел в виду не общие типы, а индивидуальные значения данных отдельных словосочетаний, подобно тому как лексика имеет дело с индивидуальными (лексическими) значениями отдельных слов»2. Е. Д. Поливанов считал, что фразеология «займет обособленную и устойчивую позицию (подобно фонетике, морфологии и т. п.) в лингвистической литературе будущего—когда в последовательной постановке разнообразных проблем наша наука лишена будет случайных пробелов»3. Предвидение Е. Д. Поливанова осуществляется в наши дни. Значение высказываний Е. Д. Поливанова о фразеологии подчеркивалось рядом исследователей 4. Вопрос о фразеологии как о лингвистической дисциплине ставил и В. В. Виноградов5. В своих работах по. фразеологии он сформулировал свое учение о фразеологических единицах в русском языке и распределил их по семантическим группам. Труды В. В. Виноградова были шагом вперед для своего времени и способствовали появлению множества работ по фразеологии разных языков. Такое накопление систематизированных фактов — одна из предпосылок создания фразеологии как лингви- 1 Термин 'словосочетание' ввел А. X. В о с т о к о в. Русская грамматика по начертанию его же сокращенной грамматики, СПБ, 1835, стр. 219. 2 Е. Д. П о л и в а н о в. За марксистское языкознание. М., 193lv стр. 119. 3 Е. Д. Поливанов. Введение, стр. 61. 4 В. В. Иванов. Лингвистические взгляды Е. Д. Поливанова, «Вопросы языкознания», 1957, № 3, стр. 63. A. М. Мухин. Е. Д. Поливанов, и проблема лингвистические единиц. Материалы конференции «Актуальные вопросы современного языкознания и лингвистическое наследие Е. Д. Поливанова». Т. I. Самарканд, 1964, стр. 6—7. B. Н. Т е л и я. О фразематике как лингвистической' дисциплине. Там же, стр. 91—93. В. Л. Архангельский. Устойчивые фразы в современном английском языке. Ростов н/Д., 1964, стр. 24, 270—271, 276. 6 В. В. Виноградов. Основные понятия русской фразеологии как лингвистической дисциплины. «Труды юбилейной научной сессии ЛГУ», Л., 1946. 8
.стической дисциплины. Однако и после опубликования трудов В. В. Виноградова фразеология не стала лингвистической дисциплиной и не вышла за рамки одного из разделов лексикологии. Это объяснялось тем, что несмотря на большое значение трудов В. В. Виноградова, основные понятия фразеологии как лингвистической дисциплины не были им разработаны. К таким вопросам в первую очередь относятся: метод изучения фразеологических единиц, их устойчивость ] и системный характер. В. В. Виноградов не предложил определения фразеологической единицы. Чрезмерное сближение фразеологической единицы со словом, характерное также для учения Балли, сказалось в том, что В. В. Виноградов включил свою теорию фразеологии в грамматическое учение с слове 2. Слишком широкое понимание объема фразеологии В. В. Виноградовым не давало возможности установить ее границы и отделить фразеологические единицы от смежных образований. В силу этих соображений концепция В. В. Виноградова не может быть положена в основу фразеологии как лингвистической дисциплины. Однако ряд важных наблюдений, содержащихся в трудах В. В. Виноградова по фразеологии, безусловно должен учитываться при дальнейшей разработке теории фразеологии. Фразеология традиционно включалась в лексиколо* гию на правах одного из ее разделов, а вопрос о фразеологии как о лингвистической дисциплине в течение длительного времени обходился молчанием. На предыдущем этапе развития языкознания включение фразеологии в лексикологию в качестве одного из ее разделов было вполне оправдано. Но мы считаем непоследовательным включение раздела «Фразеология» в книгу Н. М. Шанского по лексикологии3, без указания, что это вызывалось только требованиями программы, так как данный автор за год до появления этой книги вы- 1 См. главу IV. 2 В. В. Виноградов. Русский язык. Грамматическое учение о слове. § 4. Основные типы фразеологических единиц в русском языке. М.—Л., 1947, стр. 21—28. 3 Н. М. Ш а н с к и й. Лексикология современного русского языка. М., 1964. 9
пустил книгу по фразеологии, где рассматривает фразеологию как лингвистическую дисциплину. В связи со становлением фразеологии как лингвистической дисциплины неизбежно отпадет необходимость в подобном разделе. За последние годы многие советские лингвисты пришли к убеждению, что фразеология является самостоятельной лингвистической дисциплиной Ч Б. А. Ларин был первым ученым после Е. Д. Поливанова и В. В. Виноградова, снова поставившим вопрос о фразеологии как лингвистической дисциплине: «Фразеология как лингвистическая дисциплина находится еще в стадии 'скрытого развития'..., но она еще не оформилась как зрелый плод подготовительных трудов. ...А выделение такой дисциплины нам уже необходимо, ибо всем ясна дилетантская беспомощность, разнобой и безуспешность попутного, случайного разбора этого материала в лексикографии, стилистике, синтаксисе» (Очерки, стр. 200 — 201). Таким образом, советской науке принадлежит приоритет в выделении фразеологии в качестве отдельной лингвистической дисциплины. 1 Б. А. Л а р и н. О методах изучения фразеологических сочетаний. В кн.: «Научная сессия ЛГУ 1953—1954». Тезисы докладов по секции филолог, наук, Л., 1954, стр. 5. Б. А. Ларин. Очерки по фразеологии. «Уч. зап. ЛГУ», № 193. «Очерки по лексикологии, фразеологии и стилистике». Л., 1956, стр. 200—201. С. Г. Г а в р и н. Вопросы лексико-семантического и грамматического анализа фразеологических единиц современного русского» языка. Канд. дисс. М., 1962. Н. Н. Амосова. Основы английской фразеологии. Л., 1963. Н. Н. Амосова. Современное состояние и перспективы фразеологии. «Вопросы языкознания», 1966, № 3. И. И. Чернышева. Фразеология современного немецкого языка. Докт дисс. М-., 1964. И. И. Чернышева. Принципы систематизации фразеологического материала современного немецкого языка. Сб. «Язык и стиль». М., 1956. В. Л. Архангельский. Устойчивые фразы в современном русском языке. Ростов н/Д., 1964. Е. А. И в а н н и к о в а. Об основном признаке фразеологических единиц. Сб. «Проблемы фразеологии». М., 1964. А. В. Кунин. Основные понятия английской фразеологии и создание англо-русского фразеологического словаря. Докт. дисс. М., 1964 и др. 10
§ 2. Фразеологические единицы включаются в словарный состав языка, а фразеология — в состав лексикологии главным образом по той причине, что фразеологизмы рассматриваются как эквиваленты слов, а лексикология — как лингвистическая дисциплина, изучающая словарный состав языка, т. е. слова и их эквиваленты 1. Вследствие этого теория эквивалентности фразеологической единицы слову заслуживает специального рассмотрения. Она восходит к теории идентификации экспрессивных фактов, разработанной Ш. Балли, который указывал, что самым общим признаком фразеологического оборота, заменяющим собой все остальные, является возможность или невозможность подставить вместо данного оборота одно простое слово. Такое слово Ш. Балли называл словом-идентификатором 2. Наличие подобного синонима Балли рассматривает в качестве внутреннего признака целостности фразеологических единиц. Подобная точка зрения вызывает возражений. Семантическая целостность фразеологической единицы не может быть установлена таким путем, так как и переменные сочетания слов могут иметь синонимы — слова. Кроме того, многие фразеологические единицы не имеют слов-идентификаторов и могут идентифицироваться только с помощью переменных словосочетаний, например, drink like a fish = drink too much, a hard nut to 1 А. И. С м и р н и ц к и й. Лексикология английского языка. М., 1956, стр. 5, 208. И. В. Арнольд. Лексикология современного английского языка. М., 1959, стр. 6. М. М. Гухман считает, что фразеологические единицы обладают номинативной функцией, выступают в качестве эквивалентов слов как неделимые лексические единицы и являются элементами лексики. М. М. Гухман. Глагольные аналитические конструкции как особый тип сочетаний частичного и полного слова. Сб. «Вопросы грамматического строя». М.—Л., 1955, стр. 345. И. С. Торопцев относит к фразеологии только эквиваленты слов и утверждает, что фразеологизмы и слова являются двумя разновидностями лексических единиц. «К вопросу о возникновении фразеологизмов и способе их отграничения от сходных с ними единиц». «Уч. зап. Моск. обл. пед. института им. Н. К. Крупской». Т. 160. «Вопросы русской фразеологии». Вып. одиннадцатый. М., 1966, стр. 8. fl Ш. Балли. Французская стилистика. М., 1961, гл. II, § 92. 11
crack = a very difficult problem, in a small way = on a small scale и т. п.1. Семантическая целостность фразеологической единицы может быть установлена при сопоставлении ее значения со значением ее компонентов как отдельных слов, а также выявлением особенностей ее употребления в контексте 2. § 3. В. В. Виноградов считает, что не все фразеологические; единицы в семантическом отношении обладают одной и той же степенью эквивалентности слову3. Сращения рассматриваются как эквиваленты слов, а единства — как потенциальные эквиваленты слоз 4. В. В. Виноградов считает также, что все термины являются эквивалентами слов на том основании, что отношение термина к обозначаемому им предмету создает у всех терминологических слов-сочетаний «неразрывность фразовой структуры»5. Таким образом, эквиваленты слов и потенциальные эквиваленты слов — сращения и единства — выделяются по чисто семантическому признаку, без какого-либо учета их структурных особенностей и без разграничения типов слов и особенностей их семантики. Отнесение всех терминологических сочетаний к эквивалентам слов наряду со сращениями также остается неубедительным, ввиду различия в их семантической структуре. Во многих терминологических сочетаниях нет никакого переосмысления значения компонентов, и они очень далеки от слов в структурном и семантическом отношении. 1 А. В. Куний. Теория фразеологии Шарля Балли. «Иностранные языки в школе», 1966, № 3. 2 А. В. К у н и н. Фразеологические иитенсификаторы в современном английском языке. «Иностранные языки в школе», 1966, №' I. • 3 Термин «эквивалент слова» создал Л. В. Щерба. Л. В. Щерба подчеркивал, что тесная группа слов обозначает одно понятие и является потенциальным эквивалентом слова. Л. В. Щерба. Восточно-Лужицкое наречие. «Оттиск из Записок историко-филолог. фак-та Петроградского университета». Т. U XXIV, Петроград, 1915, стр. 145. 4 В. В. Виноградов. Об основных типах фразеологических, единиц в русском языке. В кн.: «Академик А. А. Шахматов». Сб. статей и материалов. М.—Л., 1947, стр. 351, 353. 6 В. В. Виноградов. Основные понятия русской фразеологии как научной дисциплины. В кн.: «Труды юбилейной сессии ЛГУ 1819—1944. Секция филолог, наук». Л., 1946, стр. 61. 12
§ 4. Становление фразеологии как лингвистической дисциплины прошло трудный путь. Даже такой выдающийся англист как А. И. Смир- ницкий не безоговорочно поддерживал фразеологию как лингвистическую дисциплину. «И хотя изучением фразеологической сочетаемости занимается специальная наука — фразеология, являющаяся разделом лексикологии, фразеологическая соче- таемюсть должна обязательно учитываться при изучении синтаксического строя языка» 1. Остается неясным, каким образом фразеология может быть наукой, если ей отказывают в праве на самостоятельное существование. Противоречивая позиция А. И. Смирницкого в данном вопросе объясняется тем, что, хотя он и учитывал различие между фразеологическими единицами и словами2, но считал фразеологические единицы эквивалентами слов 3. Подобная позиция неизбежно привела к двойственному решению вопроса о вхождении или невхождении фразеологических единиц в словарный состав языка. «В той же роли, что и слова, выступают фразеологические единицы, общая совокупность которых представляет собой некоторое добавление к словарному составу или особую область внутри его»4. Исходя из теории эквивалентности, А. И. Смирницкий считает фразеологическими единицами только словосочетания, несмотря на то, что допускает вхождение устойчивых предложений в систему языка. Многие лингвисты считают фразеологические единицы эквивалентами слов на том основании, что как те, так и другие вносятся в речь в готовом виде, т. е. воспроизводятся в ней. А. И. Смирницкий указывает: «поскольку фразеологическая единица включается в речь 1 А. И. Смирницкий. Синтаксис английского языка. М., 1957, стр. 53. 2 «Отличаются фразеологические единицы от слов в основном тем, что по своему строению они подобны словосочетаниям, а не отдельным целым словам». (А. И. Смирницкий. Там же, стр. 37.) 3 «Поскольку фразеологические единицы являются эквивалентами слов, они также изучаются лексикологией — в широком смысле слова, — в частности фразеологией как ее подразделением, которому противополагается собственно лексикология или лексикологическое учение о слове». (А. И. С м и р н и ц к и й. Там же, стр. 47.) 4 А. И. Смирницкий. Там же, стр. 37. 13
именно как целая единица и функционирует в речи как одно целое слово, она оказывается известным 'эквивалентом слора'. Эквивалентность фразеологической единицы слову состоит в том, что фразеологической единице присущи два характерных признака типичного слова: семантическая цельность и существование как готовой единицы в языке, ее воспроизводимость в речи» К Трактовку фразеологической единицы как эквивалента слова ввиду ее воспроизводимости в речи находим и в книге И. В. Арнольд: «Под эквивалентом слов понимаются устойчивые сочетания, которые подобно словам не создаются в речи заново, а вносятся в нее в готовом виде» 2. У А. И. Смирницкого эквивалентность слову является важнейшим показателем фразеологичности. Однако в действительности дело обстоит значительно сложнее. Целостность слова основана, как указывает сам А. И. Смирницкий, «на его цельнооформленности, а цельность фразеологической единицы на ее идиоматич- кости». Следовательно, здесь явления разного порядка. Это же справедливо и в отношении воспроизводимости, так как воспроизводимость фразеологических единиц — явление значительно более сложное, чем воспроизводимость слова. Логическое развитие теории эквивалентности фразеологической единицы слову приводит А. И. Смирницкого к парадоксальному положению, которое подрывает эту теорию. Исходя из утверждения В. В. Виноградова о том, что словосочетание является свободным эквивалентом фразеологической единицы3, а с этим положением нельзя согласиться, так как переменные словосочетания относятся к сфере речи, а фразеологические единицы к сфере языка, А. И. Смирницкий утверждает: «Но всякую фразеологическую единицу следует признать эквивален- 1 А. И. Смирницкий. Лексикология английского языка. § 229, стр. 208. 2 И. В. Арнольд. Указ. соч., стр. 6. Аналогичное понимание эквивалентности дано и в более поздней работе И. В. Арнольд. Лексикология современного английского языка. М.—Л., 1966, стр. 183. 3В. В. Виноградов. Идеалистические основы синтаксической системы проф. А. М. Пешковского. Ее эклектизм и внутренние противоречия. В кн.: «Вопросы синтаксиса современного русского языка». М., 1950, стр. 42 14
том слова. Таким образом, и свободное словосочетание^ будучи эквивалентом фразеологической единицы, оказывается эквивалентом слова»1. Эта теория эквивалентно^ сти, сближающая совершенно различные образования в структурном и семантическом отношении, хотя и имеющие общие черты, является малоплодотворной для развития лингвистической науки. «Внесение в речь в готовом виде» является шаткой основой эквивалентности фразеологической единицы слову, так как в речь в готовом виде вносятся качественно различные языковые единицы, отличающиеся как типом устойчивости, так и в структурно-семантическом плане, причем полностью игнорируются стилистические особенности фразеологических единиц. Кроме того, фразеологические единицы в силу присущей им раздельно- оформленности не могут функционировать в речи как одно целое слово. Интересно отметить, что сам А. И. Смирнидкий в книге «Лексикология английского языка» (стр. 225) выделяет особый вид свободных сочетаний, которые могут «в'новь и вновь воспроизводиться в речи». С. И. Ожегов2 указывает, что словосочетания железная крыша, пить чай, каменный дом и т. п. легко создаются в процессе речи как закрепленные обозначения обычных для говорящего типичных отрезков действительности. Все подобные сочетания, по мнению С. И. Ожегова, могут быть настолько закреплены в речевом обиходе, что о них можно говорить как о воспроизводимых, а не каждый раз создаваемых в потоке речи. Подобная точка зрения является спорной, но самый факт ее возникновения показывает недостаточную разработанность вопроса воспроизводимости в речи тех или иных образований. За последнее время появились работы, чрезмерно сближающие фразеологическую единицу и слово. Некоторые ученые считают, что «слово фразеологично — это его конструктивное свойство» (стр. 162). «Сочетания 'спустя рукава\ 'во весь дух' — фразеологичны и по- 1А. И. Смирнидкий. К вопросу о слове (проблема «отдельности слова»). Сб. «Вопросы теории и истории языка». М., 1952, стр. 193. 2 С. И. О ж е г о в. О структуре фразеологии. Лексикографический сборник. Вып. II, 1957, стр. 40. 15
этому слова» (стр. 163) 1, другие бездоказательно выделяют у фразеологических единиц лексические значения2 или считают сочетания морф фразеологизмами»3. Дает ли это основание считать фразеологизм эквивалентом слова? Безусловно нет. Эти концепции основаны на игнорировании структуры фразеологических единиц и слов, т. е. на отрыве плана содержания от плана выражения и на чрезмерном сближении значения слов и фразеоло- 1Измов. Если учитывать в полном объеме структурно- семантические особенности слова и фразеологической единицы, то не следует утверждать, что слово фразео- логично, что фразеологическая единица обладает лексическим значением или является морфологическим фразеологизмом. § 5. И. А. Мельчук считает, что понятие фразеологизма обычно применяется к сочетаниям слов типа одержать победу, прибрать к рукам, задать стрекана и т. п., но полагает, что это понятие целесообразно применять и к сочетанию морфем в составе сдова. По И. А. Мельчуку морфологические фразеологизмы могут совпадать со свободными сочетаниями: носик (чайника)—идиом и носик (маленький носик) — свободное сочетание (ср. намылить голову — идиом и свободное сочетание). Ме- 1 М. В. П а н о в. О слове как единице языка. «Уч. зап. Москов. гор. пед. института имени В. П. Потемкина». Т.. II, вып. 5, 1956. Любопытно, что самокритичный автор называет свою точку зрения «наивным», «неученым» «воззрением на слово» (стр. 155). И. С. Торопцев, полностью игнорируя семантические особенности фразеологизмов, в особенности предложений, и неразрывную связь их семантики и структуры, утверждает, вопреки фактам, что «смысловых различий между словом (в том числе и сложным) и фразеологизмом нет. Семантика слова и фразеологизма имеет одну и ту же природу, обладает одинаковыми свойствами, качественно не различается». И. С. Торопцев. К вопросу о возникновении фразеологизмов и способе их отграничения от сходных с ними единиц. «Уч. зап. Моск. обл. пед. института им. Н. К. Крупской». «Вопросы русской фразеологии». Т. 160, вып. одиннадцатый, М., 1966, стр. 23. 2 А. И. Молотков. Понятие формьГ фразеологизма. Сб. «Проблемы фразеологии и задачи ее изучения в высшей и средней школе». Тезисы докладов Межвузовской конференции 30 мая—2 июня 1965 г. в гор. Череповце, 1965, стр. 78—79. 3 И. А. Мельчук. Обобщение понятия фразеологизма (морфологические фразеологизмы). Материалы конференции «Актуальные вопросы современного языкознания и лексического наследия Е. Д. Поливанова». Самарканд, 1964, стр. 89—90. 16
ханически перенося на слово учение В. В. Виноградова о трех типах фразеологических единиц, А. И. Мельчук утверждает, что «в морфологических фразеологизмах также выделяются различные степени мотивированности (по В. В. Виноградову): сращения (сквал-ыга), единства (руч-к-а для письма), сочетания (рыбак)» (стр. 90). И. А. Мельчук ошибочно считает образность достаточным доказательством фразеологичности, совершенно не считаясь с тем, что слова являются цельнооформлен- ными образованиями, никакие семантические особенности которых не могут превратить их во фразеологические единицы. Носик в обоих значениях является словом, а не морфологическим фразеологизмом. Носик (маленький нос) — буквальное значение слова, а носик (чайника) — метонимическое значение слова. Кроме того, понятие различных степеней мотивированности без необходимых уточнений само недостаточно мотивировано и в большинстве случаев не дает возможности определить эти степени объективно, а не на глазок. Ни в одной области научных знаний нежелательна неоправданная многозначность термина. И. А. Мельчук же сознательно создает эту многозначность, употребляя термин 'фразеологизм' в несвойственном ему значении, что лишь приводит к терминологической путанице. Сама же проблема «морфологический состав слова и мотивированность его значения» несомненно заслуживает внимания. Некоторые сторонники теории эквивалентности фразеологической единицы слову так увлекаются, что начинают рассматривать фразеологические единицы как образования по существу тождественные слову, как лексические единицы, которые не нуждаются в особой, специфической, свойственной только им классификации и которые следует классифицировать так же, как классифицируются слова 1. Таким образом сводится на нет вся специфика фразеологических единиц. 1 И. С. Т о р о п ц е в. Несколько дискуссионных положений по фразеологии. «Известия Воронежского Гос. пед. института». Т. 42. «Русский язык и методика его преподавания в средней школе». Воронеж, 1962. 17
§ 6. Обычно отмечается функциональная близость фразеологической единицы слову, выражающаяся в наличии у них общего лексико-грамматического значения той или иной части речи, вследствие чего полностью или частично совпадают их синтаксические функции К Возьмем для примера адъективные сравнения. Адъективные сравнения, такие как (as) merry as a grig, (as) old asi the hills, (as) plain as the nose on your face и др. выступают в предложении в качестве определения постпозитивного или обособленного, предикатива или именного компонента так называемого «двойного сказуемого» (типа the moon rose red) 2. Адъективные сравнения могут также использоваться в качестве однородного члена предложения при наличии другого прилагательного или других прилагательных. Однако синтаксические функции адъективных сравнений отличаются от синтаксических функций прилагательных, в том числе и сложных, тем, что для фразеологических единиц данного типа положение в постпозиции является нормой, а в препозиции — отклонением от нормы3. Препозитивное употребление адъективных сравнений превращает их в окказиональные сложные слова, что несвойственно прилагательным — простым словам. Расхождения в синтаксических функциях имеются также между словами и фразеологическими единицами других структурных типов. Но даже совпадение синтаксических функций определенных разрядов фразеологических единиц и слов не является доказательством эквивалентности фразеологической единицы слову, так как в качестве того или иного члена предложения могут использоваться не толь- 1 П. П. Калинин. К вопросу об эквивалентности фразеологической единицы отдельному слову. «Иностранные языки в школе», 1956, № 3. 2 А. И. С м и р н и ц к и й. Синтаксис английского языка. М., 1957, стр. 118. 3 Анализ расхождения основных структурно-семантических характеристик компаративных фразеологических единиц типа (as) white as snow и сложных слов типа snow-white см. в диссертации Н. М. С и д я к о в о й. Компаративные фразеологические единицы, типа «(as) + прилагательное + as + существительное» в современном английском языке. Канд. дисс. М., 1967. 13
ко слова и фразеологические единицы, но и устойчивые сочетания нефразеолюгического характера и даже переменные сочетания слов, например, переменное сочетание слов early in the morning he will be home. Число подобных примеров можно легко увеличить К Вряд ли на этом основании можно считать подобные переменные сочетания эквивалентами слов. Многие лингвисты вполне правомерно относят к фразеологии не только словосочетания, но и предложения. Подобные коммуникативные фразеологизмы ни с какой точки зрения не являются эквивалентами слов. При рассмотрении вопроса об эквивалентности фразеологической единицы слову важно учитывать цельно- оформленность слова. Под цельнооформленностью понимаются следующие особенности слова, из которых первые четыре свойственны всем словам, а остальные три — лишь некоторым: 1) слово не может состоять из слов; 2) структурная цельность: слово не допускает^вкли- нивания в свой состав морфемы, слова или сочетания слов; 3) морфологическая цельность: компоненты слова не могут входить в какой-либо парадигматический ряд, членом подобного ряда является все изменяемое слово в целом; 4) способность образовывать раздельнооформленные единицы языка, т. е. фразеологизмы и раздельнооформленные единицы речи —переменные словосочетания и предложения. В составе подобных раздельнооформ- ленных образований слово является четко выделяемым компонентом. Доказательство раздельнооформленности подобных образований одновременно служит доказательством цельнооформленности их компонентов, их «словности»; 5),. наличие словообразовательной парадигмы; 6) наличие соединительных элементов i, о и s (handicraft, Franco-German, sportsman); 7) слитное или полуслитное написание. В раздельно- оформленных образованиях возможность слитного или 1 Е. А. Иванникова в статье «Об основном признаке фразеологических единиц» приводит следующие примеры подобных сочетании: несколько человек, часть рабочих, минут с десять, взять да жениться, какой чудесный. Сб. «Проблемы фразеологии». М.—Л., 1965, стр. 70. 19
полуслитною .написания всегда сочетается с раздельным написанием. Сформулированное выше понимание цельнооформ- ленности относится только к слову в английском языке 1. Оно может оказаться лишь частично пригодным для других языков. Так, например, В. М. Жирмунский считает, что слово в немецком языке не всегда цельно- оформлено: ср. a.ufstehen— вставать и ich stehe heute friih auf — я встану сегодня рано и, Kindchen (множ. число Kinderchen). В русском языке наблюдается нормативное вклинивание морфем в состав глаголов при образовании несовершенного вида: открыть — открывать, выиграть — вы- игрывать, прижать — прижимать, взволновать — взвол- новывать и др. Подобное вклинивание морфем не свойственно английскому слову. Единственный пример вклинивания морфем как инфикса (п) в состав корня в английском языке — это stand — stood 2. Продолжим наше сопоставление адъективных сравнений с соответствующими прилагательными (as) merry as a grig — merry, (as) old as the hills — old, (as) plain as the nose on your face — plain. Между этими образованиями наблюдаются! следующие различия: 1. Слова merry, old и plain являются нечленимыми единицами языка. Компаративные же фразеологизмы состоят из слов, отчетливо выделяемых как в техническом, так «и в синтаксическом плане, и по своей структуре значительно сложнее слов. 2. Слова merry, old и plain являются монолитными, одноплановыми по своему значению, которое является лексическим. Эти слова являются качественными прилагательными. В компаративных же фразеологизмах прилагательные употребляются в своих буквальных значениях, которые усиливаются существительными или словосочетаниями (grig, hills и the nose on your face). В тех случаях, когда прилагательное в составе компаративной фразеологической единицы не является однознач- 1 См. также С. Н. Са в и ц к а я. К вопросу о месте образований типа in fact, of course в системе современного английского* языка. Сб. «Вопросы теории английского языка». Киевский финансово-экономический институт. Киев, 1958. 2 В. М. Жирмунский. О границах слова. Сб. «Морфологическая структура слова в языках различных типов». М.—Л., 1963,. стр. 10—11. 20
ным, подобные существительные и словосочетания выполняют не только функцию усиления, но представляют собой и своеобразные дифференциаторы значения прилагательного. Для адъективных сравнений, так же как и для сравнений других типов, характерна двуплано- вость значения: одно сравнивается с другим. Такая структура значения выделяет его как значение особого рода, а именно, компаративное, являющееся одним из видов фразеологического значения. Образность всего словосочетания возникает благодаря тому, что в речи сравнение относится не к тому классу предметов, явлений и лиц, т. е. не к тому десигнату, который обозначает его второй компонент. Смысловая структура фразеологической единицы значительно сложнее смысловой структуры слова. Прилагательные, взятые отдельно, обычно шире по значению, чем прилагательные в составе компаративного фразеологизма. Примером может служить прилагательное plain. В составе фразеологизма (as) plain as the nose on your face plain означает ясный, явный, очевидный, бесспорный. Но plain имеет другие значения, несвойственные компаративным фразеологизмам: 1) обыкновенный; 2) одноцветный, без узора (о материи); 3) гладкий, ровный (о местности); 4) простой, скромный (о пище); 5)прямой, откровенный; 6) некрасивый. 3. Прилагательные — это цельнооформленные языковые единицы, являющиеся словами, а не состоящие из слов. Единственные, возможные в них изменения — это образование степеней сравнения (merry — merrier — the merriest, old — older — the oldest, plain —plainer — the plainest) путем прибавления суффикса ко всему слову. Они не допускают никаких вклиниваний. Адъективные сравнения являются раздельнооформленными образованиями. Прилагательные в сравнениях часто употребляются в сравнительной степени !, но не имеют превосходной. Прилагательное, которое употребляется в сравнительной степени, является первым компонентом адъективного сравнения, и его изменение, являющееся показателем цельнооформленности отдельного слова, в составе фразеологизма является показателем его раз- 1 См. § 54, 3. 2\
дельнооформленности, так как вычленяет слово из состава фразеологической единицы, а не оформляет морфологически сам фразеологизм. 4. В отличие от слов адъективные фразеологизмы допускают окказиональное вклинивание переменных элементов, сочетающихся с одним из компонентов фразеологизма: "I don4 quite know why." "Darling, it's as plain as the nose on your beautiful face." W. S. Maugham, The Hour before the Dawn, ch. II.) 5. От прилагательных образуются слова и словоформы, несвойственные прилагательным в составе фразеологических единиц: merry (the merriest, merrily, merriment), old (the oldest, oldish, oldness, oldster), plain (the plainest, plainly, plainness), что является показателем словообразовательной дельнооформленности этих прилагательных. 6. Прилагательные входят в состав сложных слов, не употребляющихся в адъективных сравнениях: merry (merry-faced, merry-go-round, merry-maker, merry-making), old (old-age-pension, old-fashioned, old-maidish), plain (plain-clothes man, plain-spoken) и могут конвертироваться: old — прежнее время (например, of old — прежде, в прежнее время, in the days of old — в старину, the old — старики); plain—1) ясно, разборчиво, отчетливо; 2) откровенно. Таким образом, объем словообразовательной парадигмы данных прилагательных значительно отличается от объема словообразовательной парадигмы этих же прилагательных в составе компаративных фразеологизмов. Сами же компаративные фразеологизмы не обладают словообразовательной парадигмой. 7. Прилагательным, употребляющимся вне фразеоло- тических единиц, свойственна значительно более широкая сочетаемость, чем адъективным сравнениям, в составе которых они находятся. 8. Прилагательные merry, old и plain не имеют ни вариантов, ни структурных синонимов. У адъективных сравнений имеются варианты, а иногда и структурные синонимы: (as) merry as a cricket (as 22
a grig, as a mar.riage-bell, as maids), (as) old as Adam (as the hills), (as) plain as a pikestaff (as day, as daylight, as the nose on your face). 9. Прилагательные всегда пишутся слитно, а адъективные фразеологизмы всегда раздельно. 10. У прилагательных одно ударение, а у адъективных фразеологизмов не менее двух. Таким образом, наш анализ подтверждает высказанную выше мысль о расхождении основных структурно-семантических характеристик фразеологической единицы и слова. Во всех отношениях — структурно-семантическом, синтаксическом, морфологическом и лексическом— существуют различия между словами и фразеологическими единицами. Они различаются по сочетаемости, а также в акцентном и графическом отношении. Нам могут возразить, что мы произвольно выбрали один структурный тип фразеологизма для сопоставления со словом и что при сопоставлении, скажем, cut somebody dead и cut или once in a blue moon и rarely различий было бы меньше. Возможно. Но при сопоставлении и этих образований различия будут настолько существенны, что нет оснований говорить об эквивалентности фразеологической единицы слову1 и включать фразеологические единицы в лексико-семан- тическую систему языка. Правильнее говорить о фразеологической микросистеме, на периферии которой находятся устойчивые сочетания нефразеологическога характера. § 7. Наше краткое рассмотрение вопроса показывает, что теория эквивалентности фразеологической единицы слову затрудняет становление фразеологии как лингвистической дисциплины. Мы отнюдь не хотим этим сказать, что фразеологические единицы и слова не имеют ничего общего. Безусловно имеют. Но эту общность не следует преувеличивать. Поэтому целесообразно заменить теорию эквивалентности фразеологической 1 Критические замечания в отношении теории эквивалентности фразеологической единицы слову см. в книге Н. Н. Амосовой. Основы английской фразеологии. Стр. 179—180. См. также Ю. Р. Г е п н е р. Об основных признаках фразеологических единиц и о типах их видоизменения. Сб. «Проблемы фразеологии». М.—Л., 1964, стр. 63. 23
•единицы славу теорией соотнесенности фразеологической единицы — словосочетания со словом, в основе которой лежат совсем иные принципы. 1. Фразеологические единицы и слова являются качественно различными образованиями как в структурном, так и в семантическом отношении. 2. Фразеологизмы являются сочетаниями слов, т. е. раздельнооформленными образованиями с полностью или частично переосмысленными компонентами, фразеологическими значениями. Для фразеологических единиц .характерна не вообще устойчивость, а устойчивость на фразеологическом уровне, закономерные зависимости словесных компонентов и структурно-семантическая <не- моделированность 1. Фразеологические единицы образованы по грамматическим моделям переменных сочетаний и предложений. Слова не могут состоять из слов, а состоят из морфем или основ, т. е. являются цельнооформленными образованиями. У слов — лексическое значение, которое может быть как буквальным, так и переосмысленным. Если понимать устойчивость комплексно, то словам свойственна лексическая устойчивость. Моделирован- ность слов принципиально отличается от моделированное™ фразеологических единиц. Слова разных типов, за исключением некоторого числа сложных слов, не образуются по грамматическим моделям переменных словосочетаний. По моделям переменных предложений слова не могут образовываться вообще. Слова образуются по префиксальным и аффиксальным словообразовательным моделям, несвойственным фразеологическим единицам. Все изменяемые слова, в том числе и изменяемые слова, входящие в состав фразеологических единиц, имеют парадигмы. Но сами фразеологические единицы парадигм не имеют. 3. Фразеологизмы и слова являются единицами разных языковых уровней: фразеологизмы — единицы фразеологического уровня, а слова — лексического. 4. Принадлежность к различным уровням не только не исключает, но и предполагает соотнесенность фразеологических единиц со словами. Так, например, у фра- 1 А. В. К У н и н. Основные понятия английской фразеологии как лингвистической дисциплины. Приложение к 3-му изданию Англорусского фразеологического словаря. М., 1967. 24
зеологических единиц — словосочетаний и слов — наблюдается общность синтаксических функций. Общность не следует понимать как совпадение. Возможно и расхождение синтаксических функций при частичном совпадении их. Фразеологическим единицам, так же, как и словам, только в значительно меньшей степени, свойственна многозначность и омонимия. Фразеологические единицы и слова могут иметь синонимы, антонимы. Фразеологические единицы — словосочетания и слова — могут обозначать одни и те же десигнаты и частично совпадать по сочетаемости. Таким образом, между фразеологическими единицами и словами имеется много точек соприкосновения, но, как мы показали выше, имеются и настолько значительные расхождения, что они исключают теорию эквивалентности фразеологической единицы слову, основанную на преувеличении семантического и логического факторов и недооценке особенностей фразеологизмов и слов как единиц разных уровней. Сходство между фразеологизмами и словами — эго явление изоморфизма. 5. При сопоставлении значения фразеологических единиц и слов следует исходить не из логических кате- гарий, что приводит к субъективности в исследованиях, а из объективных языковых показателей. Теория соотнесенности фразеологической единицы со* словом, безусловно требующая дальнейшей разработки, является составной частью теории фразеологии как лингвистической дисциплины. § 8. Фразеология является микросистемой, входящей в общую систему языка. Много интересных мыслей по этому вопросу содержится в книге В. Л. Архангельского «Устойчивые фразы в современном русском языке». Он считает проявлением системности фразеологии следующие свойства. Привадим важнейшие из положений, выдвинутых В. Л. Архангельским. Традиционность системы. Фразеологическая система представляет собой наследие прошлого; она передаемся из поколения в поколение. Закон традиции обеспечивает устойчивость этой системы. Множественность фразеологических единиц, необходимых для образования системы; теоретически неогра- 2&
ничейное количество постоянных комбинаций словесных знаков обеспечивает устойчивость системы. Фразеологическую систему образует не только набор фразеологических единиц, образующих в синхронном аспекте фразеологический состав языка, но и наличие закономерностей образования фразеологических единиц, внутренние свойства и отношения между компонентами фразеологических единиц, отношения между фразеологическими единицами как единицами системы и отношения фразеологических единиц к единицам других уровней. Фразеологическая система представляет собой определенным образом организованную совокупность постоянных комбинаций словесных знаков — фразеологических единиц. Ряды фразеологических оппозиций, т. е. фразеологических единиц, противопоставленных друг другу, являются, .очевидно, выражением закономерных свойств фразеологической системы. Структурные свойства фразеологических единиц выражаются в системе ограничений, связывающих свободу употребления фразеологических единиц на всех уровнях. На основании всего изложенного выше В. Л. Архангельский предлагает следующее определение фразеологической системы: «Таким образом, под фразеологической системой понимается система ограничений, связывающих свободу употребления фразеологических единиц и их компонентов на всех уровнях. Каждая фразеологическая единица представляет собой структуру — систему ограничений в выборе переменных на семантическом, лексическом, морфологическом и синтаксическом уровнях» К Понимание системы В. Л. Архангельским основано на взглядах дескриптивистов. У Г. Глисона, на которого ссылается В. Л. Архангельский, находим следующее высказывание: «в любом коде, подобном письменному английскому языку, имеются различные уровни организации. На каждом из этих уровней существуют свои ограничения, накладываемые на сообщение... Эти ограничения возникают просто потому, что коды имеют структуру. 1 В. Л. Архангельский. Там же, стр. 270. Структурно-семантическая немоделированность фразеологических единиц, являющаяся важнейшим видом ограничения в выборе переменных, не фигурирует в концепции В. Л. Архангельского. 26
Структура и есть не что иное, как система ограничений, связывающая свободу употребления...» 1. Система ограничений безусловно имеет огромное значение, но можно ли сводить только к ней всю специфику фразеологической микросистемы? По мнению Г. Глисо- на, любая «структура есть не что иное, как система ограничений». С этой точки зрения слово, например, также представляет собой структуру — систему ограничений в выборе переменных. Предложив такое же определение, В. Л. Архангельский не учитывает свои собственные высказывания о системном характере фразеологии. Например, указание <на «определенным образом организованную совокупность постоянных комбинаций словесных знаков — фразеологических единиц». Г. Глисон, отражая концепцию дескриптивной лингвистики, подходит к системе или, как он ее называет, структуре, с точки зрения системы отношений 2. Серьезная критика понимания системы только как комплекса отношений дана в статье В. Г. Адмониг «Система языка есть органическое единство двух систем: системы отношений между компонентами языка и системы построений языковых единиц. ...Поэтому все попытки установить структуру языка, исходя только из его системы отношений, обречены на неудачу»3. Мы согласны с точкой зрения В. Г. Адмони и считаем, что его концепция может быть положена в основу определения фразеологической микросистемы языка. Фразеологическая микросистема — это традиционное- единство системных отношений между компонентами фразеологических единиц и фразеологических единиц 1 Г. Глисон. Введение в дескриптивную лингвистику. М„ 1954, стр. 365. 2 Подобная точка зрения восходит к де-Соссюру: «по нашему глубокому убеждению, все относящееся к языку как к системе, требует рассмотрения именно с этой точки зрения, которой почти не интересуются лингвисты, — с точки зрения ограничения произвольности». «Итак, в каждом данном состоянии языка все покоится на отношениях...» См. де-Соссюр. Курс общей лингеистики. М., 1933, стр. 121 и 128. 3 В. Г. А д м о н и. Язык как единство системы отношений и системы построения. «Научные доклады высшей школы. Филологические науки». 1963, № 3, стр. 15. 2?
между собой на основе их структурно-семантических особенностей. Мы должным образом учитываем фразеологическую специфику, как в традиционном ограничении в выборе переменных, так и в возможном нарушении этих ограничений. Ограничение в выборе переменных носит системный характер и имеет большое значение при выделении фразеологических единиц, но в некоторых своих аспектах особенности фразеологических единиц не сводятся к ограничению в выборе переменных, это справедливо, например, в отношении грамматического моделирования фразеологических единиц. Таким образом, фразеологическая микросистема состой? из двух взаимосвязанных подсистем: подсистемы отношений и подсистемы построения. Фразеологический скэстав языка носит системный характер, а не является простой суммой изолированных друг от друга фразеологизмов. Фразеологическая единица — это элемент фразеологической системы, которой свойственны определенные закономерности 1, так как она является упорядоченной множественностью. Сущность «изолированной фразеологической единицы не может быть полностью вскрыта вне фразеологической микросистемы. § 9. Понятие фразеологического уровня безусловно требует дальнейшего изучения. Конференция по уровням языка, состоявшаяся в 1-ом МГПИИЯ имени М. Тореза (4—7 апреля 1967 г.) выявила значительное расхождение точек зрения по- обсуждавшимся вопросам 2. Не наблюдалось единства мнений относительно типа уровней и их взаимодействия, т. е. проблемы их иерархического или параллельного расположения, а также соотношения уровней языка и уровней речи, возможности выделения промежуточных уровней, правомерности выделения фразеологического уровня и т. д. В некоторых выступлениях на конференции само существование уровней было поставлено йод сомнение. Мы считаем, что выделение уровней соответствует фактам 1 См. главу ш. 2 Уровни языка и их взаимодействие. Тезисы научной конференции, 1-й МГПИИЯ имени М. Тореза. М., 1967. 28
языка, так как его структура опирается на уровни1. В лингвистике принято вычленение различных элементов языка, в соответствии с которыми выделяются и соответствующие уровни: фонологический, морфологический, лексический и синтаксический. Отсюда и различные лингвистические дисциплины: фонология, морфология, лексикология и синтаксис. В свою очередь вычленение языковых уровней содействует более глубокому изучению различных элементов языка. Мы не можем согласиться с приводимой выше их классификацией, так как в ней нет места для фразеологического уровня. Подобное решение вопроса представляется нам совершенно неправомерным, так как целому классу языковых единиц по существу отказывают в самостоятельном существовании. Под языковыми уровнями мы понимаем перекрещивающиеся микроструктуры языка, объединенные иерархическими отношениями, т. е. с последовательными усложнениями структуры, ее функции и значения. Таким образом, иерархический характер системных отношений означает переход от менее сложных к более сложным языковым единицам2. С этой точки зрения выделяются следующие основные (или базисные) языковые уровни: фонологический (фонетический) морфемный (словоизменительные и словообразовательные морфемы) лексический фразеологический. Выделение первых трех уровней является традиционным и не требует комментариев. Выделение же четвертого уровня существенно отличается от обычной схемы классификации уровней. На синтаксическом уровне могут быть выделены только модели словосочетаний и предложений и их типовое значение. Выделение моделей на одном уровне и языковых 1 См. например, Г. В. Колшанский, Проблеме стратификации структуры языка. Там же, стр. 78—80. 2 А. Г. Волков. «Уровни» как понятие теории и как явление структуры языка. Там же, стр. 44—46. 2&
единиц на всех остальных нарушает единый принцип классификации. Поскольку данные модели используются как в переменных словосочетаниях, предложениях и сверхфразовых единствах, являющихся уровнями речи, так и на фразеологическом уровне и на лексико-фразео- логическом уровне, промежуточном между лексическим и фразеологическим уровнями, то выделение отдельного синтаксического уровня языка или речи является нецелесообразным. Это отнюдь не 'противоречит выделению синтаксиса как самостоятельной дисциплины. Такое сложное явление как язык нельзя уложить в схему четырех уровней. Безусловно, следует выделять и промежуточные уровни 1. Фразеологический уровень является высшим языковым уровнем, выход из которого возможен только в речь. Наши соображения об одной из возможных схем уровней языка и речи высказаны скорее в порядке постановки вопроса, чем его окончательного решения. Но выделение фразеологического уровня как промежуточного между лексическим и синтаксическим уровнями представляется нам ошибочным. Во-первых, потому, что, как мы уже отмечали, выделение синтаксического уровня нецелесообразно, а во-вторых, потому, что при подобной классификации фразеологические единицы слишком сближаются со словами и не учитывается, что фразеологические единицы как по своей структуре, так и по своему значению являются самыми сложными единицами языка. Кроме того, не принимается во внимание существование фразеологизован- ных образований, многие из которых являются единицами промежуточного лексико-фразеологического уровня. Заслуга выделения фразеологического уровня языка принадлежит В. Л, Архангельскому2. Однако наша трактовка уровней и трактовка В. Л. Архангельского не полностью совпадают, так как мы не выделяем 1 Н. А. С л юса ре в а. О маргинальное™ уровнен языка. Тан же, стд>. 137—139. Ю. С. М а с л о в. Промежуточные уровни в структуре языка. «Проблемы языкознания». М., 1967, стр. 27—30. 2 В. Л. Архангельский. О постоянных и переменных элементах в структуре устойчивой фразы. «Научные доклады- высшей школы. Филологические науки», 1962, № 1. В. Л. Архангельский. О понятии устойчивой фразы и типах фраз. Сб. «Проблемы фразеологии». М.—Л., 1964. 30
синтаксического уровня. Выделение семантического уровня языка, предложенное В. Л. Архангельским, нецелесообразно, так как приводит к отрыву формы от содержания. Каждый уровень языка выделяется с учетом семантических, в том числе и стилистических, особенностей входящих в него единиц. При выделении же уровней лингвистического анализа необходимо и вычленение семантического, стилистического и других уровней1. Различные уровни языка могут перекрещиваться, следовательно, их отношения не ограничиваются только иерархическими или вертикальными связями, а должны быть выделены также и горизонтальные плоскости или микросистемы, образующие в совокупности систему языка. Чем сложнее уровень, тем сложнее его взаимодействие с другими уровнями. На фразеологическом уровне широко представлены нижестоящие уровни. Элементы одного уровня в другом входят в число аспектов того или иного уровня. Так, например, на фразеологическом уровне чрезвычайно важно учитывать особенности лексических и морфологических аспектов. Инвариантность аспектов является составным элементом устойчивости фразеологических единиц2. Устойчивость — изоморфное свойство всех языковых единиц и должна дифференцироваться в зависимости от уровня, на котором они находятся. Выделение фразеологического уровня облегчает разработку теории устойчивости фразеологических единиц. Понятием фразеологического уровня не исчерпывается системность фразеологии, так как фразеологическая микросистема состоит из подсистем (фразеологические единицы с константной связью компонентов, с константно-переменной связью компонентов и др.). На различных языковых уровнях должны выделяться единицы данного уровня по степени сложности, например, простые слова, производные слова, сложные слова на. лексическом уровне, фразеологические единицы-словосочетания и фразеологические единицы-предложения на фразеологическом и т. п. 1 См.: Э. Бенвенист. Уровни лингвистического анализа. Сб. «Новое в лингвистике». Выпуск IV, М., 1965. 2 См. гл. IV. 31
Дальнейшее развитие науки о языке, несомненно, внесет уточнение в теорию уровней. Выделение фразеологического уровня является существенным не только с точки зрения укрепления позиций фразеологии как от^ дельной науки, но и для комплексного изучения устойчивости фразеологических единиц. Системный характер взаимоотношения фразеологического и лексического уровней проявляется в частности в наличии закономерных бинарных оппозиций 1: раздель- нооформленность фразеологических единиц — цельно- оформленность слов, устойчивость фразеологических единиц на фразеологическом уровне — устойчивость слова на лексическом уровне, фразеологическое значение — лексическое значение. Системность отношений фразеологических единиц и переменных сочетаний слов заключается в наличии закономерных бинарных оппозиций: устойчивость — неустойчивость, структурно-семантическая немоделирован- ность — структурно-семантическая моделированность, фразеологическое значение — составное значение (переменного словосочетания) и сложно-составное значение (переменного предложения). Таким образом, фразеологические единицы связаны с единицами других уровней, но имеют свои закономерности, а отнюдь не выступают только как результат взаимодействуя закономерностей других выделяемых уровней языка. Поэтому выделение фразеологического уровня вполне правомерно. § 10. Все сказанное выше показывает, что фразеология имеет все основания рассматриваться как лингви1 стическая дисциплина. Становление же частных фразео* логий отдельных языков зависит от накопления и систематизации фразеологического материала этих языков и его теоретического осмысления. Одной из задач советского языкознания является создание частных фразеологии различных языков и на этой основе разработка фразеологии как отдела общего языкознания. Е. Д. Поливанов писал в 1931 г.: «Необходимо сказать, однако, что 1 См. также Л. С. Бархударов. К вопросу о бинарности оппозиций и симметрии грамматических систем. «Вопросы языкознания», 1966, i№ 4. 32
в качестве отдельной дисциплины или отдела языкознания фразеология (или 'идиоматика') еще не заьоевала себе обособленной позиции в литературе нашей науки, т. е. нет более или менее обширных отделов, лингвистической литературы, посвященных именно фразеологии (подобно прочим дисциплинам: фонетике, морфологии, синтаксису, лексике), несмотря на все ее теоретические права на существование и практическую значимость для преподавания языков» 1. Трактовка Е. Д. Поливановым фразеологии как лингвистической дисциплины разделяется сейчас подавляющим большинством советских фразеологов. К такому же выводу пришла и межвузовская конференция по проблемам фразеологии 2. Эта идея проходит красной нитью и через многие статьи, помещенные в сборнике «Проблемы фразеологии» 3. § 11. Однако некоторые ученые выдвигают возражения против фразеологии как лингвистической дисциплины. В первую очередь к таким ученым нужно отнести И. Е. Аничкова4. И. Е. Аничков в течение ряда лет отстаивает концепцию пяти основных лингвистических наук, составляющих все содержание лингвистики. Такими частными лингвистическими науками, по мнению И. Е. Аничкова, должны стать фонетика, морфология, синтаксис, идиоматика и семантика. Под идиоматикой понимается наука о сочетаниях слов, а под идиомой — словосочетание. И. Е. Аничков 1 Е. Д. Поливанов. За марксистское.языкознание. О фонетических признаках социально-групповых диалектов и в частности русского стандартного1' языка. М., 1931, стр. 144. 2 Проблемы фразеологии и задачи ее изучения в высшей и средней школе. Тезисы докладов межвузовской конференции 30 мая — 2 июня 1965 г. в гор. Череповце, 1965. 3 Сб. «Проблемы фразеологии. Исследования и материалы». М.—Л., 1964. 4 И. Е. А н и ч к о в., О классификации, определениях и названиях частных языковедческих- наук. «Уч. зап. ЛГПИ им. А. И. Герцена». Т. 181, вып. 3, 1958. И. Е. Аничков. Стилистика, лингвистика и литературоведение. «Уч. зап. ЛГПИ им. А. И. Герцена». Т. 189, вып. 2, 1959. И. Е. Ани чк о в. Идиоматика идиом и идиоматика идиоматизмов. Сб. «Проблемы фразеологии». М.—Л., 1964. 2. А. В. Кунин. 33
утверждает, ссылаясь на Б. А. Ларина, что идиоматизмы, поговорки и пословицы, взятые в отвлечении от стилистических свойств их, ничем не отличаются не только от фраз, но и от так называемых свободных словосочетаний и с точки зрения структуры и состава должны рассматриваться вместе с фразами и со «свободными словосочетаниями». Для обозначения «свободных словосочетаний», фраз, идиоматизмов, поговорок и пословиц, рассматриваемых с точки зрения структуры и состава, нужен общий термин, и в качестве такого термина может быть принято слово «идиома». Для обозначения единой науки, рассматривающей с точки зрения структуры и состава словосочетания перечисленных разрядов или рассматривающей идиомы, может быть принят термин «идиоматика». Если с точки зрения структуры и состава идиоматизмы должны рассматриваться в идиоматике вместе со «свободными словосочетаниями», фразами, поговорками и пословицами, то с точки зрения смысла они должны рассматриваться в семантике вместе со словами и со словосочетаниями всех разрядов. И. Е. Аничков подчеркивает, что идиоматика не должна быть формалистичной и должна принимать во внимание не только форму, но и смысл изучаемых ею явлений, а также в пределах идиоматических категорий давать смысловую группировку идиом одинакового строения. И. Е. Аничков решительно выступает против фразеологии как лингвистической дисциплины и подвергает резкой критике взгляды Ш. Балли и В. В. Виноградова. Таким образом, И. Е. Аничков растворяет фразеологию в паремиологии (учение о пословицах) и в идиоматике. Идиоматика в понимании И. Е. Аничкова весьма неопределенная наука. Объектом ее изучения являются как переменные, так и устойчивые сочетания слов. Идиома понимается И. Е. Аничковым как словосочетание, однако, этот термин неправомерно распространяется и на пословицы, являющиеся не словосочетаниями, а предложениями. По существу идиоматика — это учение о сочетании слов. Поскольку И. Е. Аничков не видит никакой разницы между переменными и различньГми типами устойчивых 34
сочетаний слов, то вполне реальна перспектива, что в будущей науке будут безнадежно перемешаны различные речевые и языковые категории. «Наука о соединении слов, определяемом их фразеологическим 'тяготением' или, наоборот, 'отталкиванием', до сих пор находится в неудовлетворительном состоянии...» К Действительно, как можно говорить о науке, когда не установлены ее границы, осноьчые понятия, разделы и закономерности и только ей свойственный метод исследования. Наука о сочетании слов еще не родилась. Поскольку учение о сочетаемости слов еще не имеет права называться наукой, вопросы сочетаемости доаЖ. ны рассматриваться в лексикологии и фразеологии. Попытка растворить фразеологию в идиоматике и семантике основана на глубоко ошибочном отождествлении переменных и устойчивых сочетаний и полном игнорировании развития теории фразеологии в отечественном языкознании за последние годы. Все реже появляются работы, авторы которых отстаивают сохранение фразеологии в качестве раздела лексикологии 2. Примером такой работы является статья И. С. Тороп- цева, который понимает фразеологизм как семантически целостное и синтаксически неразложимое образование. Исходя из этого, И. С. Торопцев утверждает, что «к фразеологии не имеют отношения большинство пословиц, поговорок, крылатых выражений, несущих коммуникативную функцию, не являющихся семантически целостными. Очищение фразеологии от указанных элементов позволит основательно поддержать точку зрения тех, кто помещает фразеологию в лексике» (стр. 6). Статья И. С. Тюропцева плохо аргументирована и не подкреплена каким-либо фактическим материалом. Если автор не считает пословицы и поговорки семантически целостными образованиями, то совершенно непонятно', 1 О. С. А х м а н о в а. Содержание и задачи фразеологии применительно к лексикографии. Сб. «Проблемы фразеологии и задачи составления фразеологического словаря русского языка». Тезисы. Л., 1961, стр. 8. 2 И. С. Торопцев. Несколько дискуссионных положений по фразеологии. «Известия Воронежского Гос. пед. института». Т. 42. «Русский язык и методика его преподавания в средней школе». 1962, стр. 5—11. 2* 35
почему некоторые из них он все же включает во фразеологию. И. С. Торопцев произвольно «очищает» фразеологию от большого числа устойчивые сочетаний слов как с полностью переосмысленными, так и с частично переосмысленными компонентами, и его совершенно не беспокоит дальнейшая судьба этих образований, лишь бы соблюдался принцип семантической целостности, кстати сказать, нераскрытый автором. Концепция целостности значения без каких-либо формальных признаков, выража#>±цих эту целостность, может легко привести к субъективной трактовке. Mjbt остановились на взглядах противников выделения фразеологии в самостоятельную лингвистическую дисциплину. Их аргументация, как мы старались показать, является неубедительной и не может опровергнуть доводы лингвистов, стоящих на противоположной точке зрения.
Глава II О МЕТОДЕ ИЗУЧЕНИЯ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ § 12. Фразеологические единицы являются значительно более сложными образованиями, чем слова. Особенности фразеологических единиц, их отличие от переменных сочетаний слов и, что особенно важно в английском языке, также от сложных слов, анализ их значения и зависимостей компонентов, безусловно, требует особого метода изучения, отсутствие которого затрудняло становление фразеологии как лингвистической дисциплины. Такой метод впервые предложила Н. Н. Амосова 1. Н. Н. Амосова разработала контекстологический метод изучения фразеологических единиц2. Этот метод основан на следующих принципах: 1. Разработку проблематики фразеологии следует начинать в синхроническом плане, ибо определение сущности фразеологического явления не может быть выведено! из наблюдения за его исторической динамикой. 2. Максимальная объективность, освобождение, насколько возможно, от тенденций логистической, психоло- 1 Предложенный рацее В. Ф. Рудовым метод исследования фразеологии— это метод соотношений с привлечением метода сравнения и сопоставления при учете принципов: 1) выявление взаимоотношения и значения стилистической окраски как внутри фразеологического выражения, так и сопоставленных с ним слов, словосочетания и предложения номинативного значения, 2) определение основы для классификации фразеологических выражений. Свой метод В, Ф. Рудов использовал только в стилистических целях. В. Ф. Рудов. К вопросу о сущности фразеологических выражений. «Таганрогский пед. институт. Уч. зап.». Вып. 6. Кафедра русского и иностранных языков. Таганрог, 1958. 2 Н. Н. А м о с о в а. Докт. дисс, стр. 71—72. 37
гической или односторонне стилистической трактовки рассматриваемых явлений. 3. Выбор метода анализа должен исходить из конкретной специфики исследуемого языка. 4. Словосочетание в английском языке, как языке аналитического строя, отличается особенно тесной связью между лексическим и конструктивным элементами. В качестве основного оперативного по-нятия теории английской фразеологии должно быть принято понятие контекстуального взаимодействия слов в их сочетаниях; изучение типов этого взаимодействия дает возможность отделить фразеологические явления от явлений иного порядка. 5. Фразеологические единицы изучаются в условиях их реального речевого употребления. 6. Исследование ограничено кругом основных теоретических проблем английской фразеологии: целый ряд вопросов, которые при всей их важности, составляют второй слой фразеологической проблематики (например, вопросы синонимии, антонимии, стилистическая и функциональная дифференциация фразеологических единиц, источники их происхождения и т. п.). В дальнейшем Н. Н. Амосова конкретизирует некоторые из этих положений, указывая, что поскольку семантический результат фразеологических соединений слов .носит лексический, а не грамматический характер, следует для конкретных целей фразеологического исследования ограничиться выяснением воздействия основных фюрм контекста на лексическое значение слова (докт. дисс, стр. 84). Контекстологический анализ словосочетаний, позволяющий выделить и определить ряд типов контекста (переменный, постоянный и устойчивый контекст с подвидами в пределах каждого типа), ориентирован таким образом, чтобы с помощью определенных операций можно было бы выяснить сущность семантического воздействия слов в речи. Операции эти суть: выяснение пределов сочетаемости слова при сохранении им данного лексического значения; выяснение характера участия лексических значений слов, составляющих данный контекст, в осуществлении выполняемой данным словосочетанием номинации; 38
установление степени закрепленности состава и структуры данного словосочетания на основании совокупности полученных данных к тому или иному типу контекста (стр. 278). Н. Н. Амосова неоднократно подчеркивает объективность своего метода: «Для этой конечной цели контекстологический анализ этого рода достаточен, т. е. достаточно объективен» *, и далее: «Теория, опирающаяся на объективный анализ языкового материала, может найти в дальнейшем свое практическое применение»2. § 13. Мы очень подробно изложили метод, предложенный Н. Н. Амосовой, ввиду исключительной важности вопроса о методе для судьбы фразеологии как лингвистической дисциплины. От создателя первого метода изучения фразеологических единиц нельзя требовать решения всех методологических проблем. Совершенствование такого метода должно опираться на опыт ряда исследователей? Многое из того, что сказано Н. Н. Амосовой, должно лечь в основу любого метода изучения фразеологии: максимальная объективность в рассмотрении изучаемых явлений, необходимость учета специфики исследуемого языка, изучение фразеологических единиц в условиях их реального речевого употребления, выделение первого слоя фразеологической проблематики. Однако контекстологический метод в целом вызывает серьезные возражения. 1./Контекстологический метод не учитывает диалектического метода изучения явлений. Марксистский диалектический метод не является, конечно, исключительно методом лингвистического исследования. Этот метод должен применяться во всех отраслях научного знания, и в этом смысле он является универсальным. Научный анализ фактов языка, с помощью какого бы метода он ни производился, должен учитывать диалектику изучаемого явления даже при синхроническом его рассмотрении. Этого нельзя сказать о контекстологическом методе, что лишает его объективности. Забвение диалектического метода характерно для подавляющего большинства работ по фразеологии. Подобное положение не мо- 1 Указ. соч., стр. 278. 2 Указ. соч., стр. 612. 39
жет не вызвать тревоги. Изучение фразеологии, опирающееся на положения диалектического метода, может, бесспорно, выявить много нового, до сих пор не привлекавшего внимания исследователей. 2. Н. Н. Амосова совершенно не использует методы языкового анализа, разработанные в структурной лингвистике, например, дистрибутивный метод, применение которого в изучении фразеологических единиц очень важно. Н. Н. Амосова проходит также мимо системности фразеологии и ограничений в выборе переменных. 3. Выделение Н. Н. Амосовой различных структурных типов фразеологизмов, а также неподвижного и подвижного постоянного контекста *, в принципе вполне целесообразное, не компенсирует недооценки важности структурного анализа как органической части метода исследования фразеологических единиц. Н. Н. Амосова ничего не говорит об изучении структуры фразеологических единиц, а весь упор делает на проведение исследования на лексическом уровне. Вопрос о структуре фигурирует лишь в одной из операций, и притом последней. 4. Любой объективный метод изучения фразеологических единиц должен быть основан на анализе их устойчивости 2. Но Н. Н. Амосова .не дает определения устойчивости фразеологических единиц. 5. Одним из важных принципов исследования является проведение работы в синхроническом плане. «Отрыв диахронии от синхронии есть необходимый этап исследования неизученного участка языковой действительности и необходимый для определенных целей принцип его описания, тогда как смешение синхронии и диахронии есть по сути дела отказ от последовательности в лингвистической трактовке материала» 3. На первом этапе исследования этот принцип является правильным. Но вряд ли можно согласиться с категорическим утверждением, что «сущность фразеологического явления не может быть добыта из наблюдения за его исторической динамикой». Ни одно явление не мо- 1 Идиомы в застывшей форме и идиомы, допускающие те или иные изменения, выделены нами в 1936 г. в статье 'Английская идиоматика,' «Иностранный язык в школе», 1936, № 5, стр. 27. 2 См. главу IV. 3 Н. Н. Амосова. Указ. соч., стр. 604. 40
жет быть до конца понято без наблюдения за его исторической динамикой. Это одно из положений диалектического материализма. Мы отнюдь не отстаиваем смешение оинх.ронии и диахронии. Но даже при рассмотрении явлений в синхроническом плане необходимо привлечение дополнительных исторических данных там, где это необходимо. В этой связи мы позволим себе сослаться на авторитетное мнение В. Н. Ярцевой: «Исторический подход к структуре словосочетания дает возможность не только отграничить фразеологические единицы от свободных синтаксических единств и таким образом разграничить области синтаксиса и фразеологии, но и объяснить изменения, происходящие в структуре предложения и его членов, тесно связанные с историей словосочетаний в данном языке» К 6, Принцип № 4 (см. стр. 38) гласит, что в качестве основного оперативного понятия теории английской фразеологии должно быть принято понятие контекстуального взаимодействия слов в их сочетаниях. Фразеологическая единица понимается как постоянный контекст. На практике это ведет к рассмотрению фразеологических единиц как самодовлеющих единиц, фразеологичность которых можно установить, анализируя их компоненты в отрыве от речевого употребления. Доказательства этого положения мы усматриваем в том, что ряд важных вопросов фразеологии решается Н. Н. Амосовой в отрыве от речевого использования фразеологических единиц. Так, сложная проблема вариантов и фразеологических синонимов решается теоретически и це цддкрепляется ни одним примером 2» На стр. 246 находим следующее рассуждение: «Как правило, развернутая форма идиомы в этих случаях является исходной, сжатая — вторичной, но обе примерно одинаково употребительны». Вопрос об употребительности того или иного фразеологизма должен решаться не умозрительно, а только на основе тщательного анализа большого фактического материала. Н. Н. Амосова явно переоценивает узкий контекст, т. е. саму фразеологическую единицу, и недооценивает более широкий контекст (включающий кон- 1 В. Н. Ярцева. Предложение и словосочетание. Сб. «Вопросы грамматического строя». М., 1955, стр. 449—450. 2 Н. Н. А м о с о в а. Докт. дисс. Стр. 242—256. 41
текст — Н. Н. Амосова, макроконтекст и тематический контекст — Г. В. Колшанский). В первой главе диссертации, посвященной переменному контексту, проблемам контекста и ситуации, рассматривается вопрос о влиянии контекста на лексическое значение слова, но ничего не говорится о широком контексте и фразеологической единице. В Заключении читаем: «Перед исследователем стоят, например, такие задачи, как детальное изучение связей фразеологической единицы с внешним по отношению к ней указательным минимумом \и с речевой ситуацией, в частности как фактора разграничения между фразеологической единицей и материально совпадающего с ней переменного сочетания» \ Это как раз та проблема, которой Н. Н. Амосова не занимается. Но ведь это и есть та самая «передовая линия фразеологической проблематики», о которой говорит автор на стр. 613 диссертации. Это утверждение является дополнительным доказательством недооценки Н. Н. Амосовой широкого контекста. § 14. Шагом вперед в методологии изучения фразеологических единиц является вариационный метод, предложенный В. Л. Архангельским2. Особенностями предложенного метода являются: 1) стремление использовать положения материалистической диалектики при рассмотрении языковых явлений и синтезировать положения традиционного языкознания и методы структурной лингвистики; 2) комплексное изучение особенностей компонентов фразеологических единиц, выделение фразеологического уровня языковой структуры, внимание, которое автор уделяет постоянным и переменным компонентам фразеологических единиц; 3} подход к фразеологии как к системе с изучением реальных вариаций фразеологических единиц, которые наблюдаются в конкретных актах коммуникации в определенный хронологический период; 4) выделение фразеологического значения как особой лингвистической категории 3. 1 Указ. соч., стр. 613. 2 В. Л. Архангельский. Устойчивые фразы в современном русском языке. 1964, стр. 4—6. 3 См. главу VIII данной книги. 42
Само название «вариационный метод» не совсем удачно, так как подчеркивает вариантность, а не константность фразеологических единиц. Необходимо отметить бесспорные достоинства вариационного метода, которые видны и из простого перечисления его характерных особенностей. В. Л. Архангельский стремится создать более эффективный метод исследования фразеологических единиц. Однако вариационному методу свойственны и некоторые недочеты, одним из которых является чрезмерное использование методов структурной лингвистики, включая и ее ошибочные положения. В. Л. Архангельский явно переоценивает важность системы зависимостей, выделенных Л. Ельмслевом, когда кладет ее в основу классификации фразеологических единиц, и недооценивает диалектику элементов и структуры. Мы ограничимся этим замечанием, так как трактовка В. Л. Архангельским фразеологических отношений рассматривается в § 16. Другим недостатком вариационного метода является недостаточное внимание автора к речевой реализации фразеологических единиц и их дистрибуции, имеющей большое значение при анализе фразеологических единиц. Как ни парадоксально, но по существу не занимаясь глубоко ©опросами дистрибуции, В. Л. Архангельский на стр. 110 цитирует высказывание Эйнара Хаугена: «Пожалуй, главное открытие, сделанное современной лингвистикой, заключается в том, что можно найти взаимоотношения между всеми лингвистическими элементами, изучая их дистрибуцию... Нас уже больше не интересуют внешние критерии, а лишь окружение, в которых находятся изучаемые элементы, и сравнение этих окружений с окружениями других элементов» 1. Это высказывание Хаугена В. Л. Архангельский цитирует, характеризуя виды зависимости, выделенные Л. Ельмслевом. Но ведь Э. Хауген говорит о внешней дистрибуции, а зависимости относятся по терминологии В. Л. Архангельского к внутренней дистрибуции. Характерная для Э. Хаугена переоценка дистрибуции не 1 Э. Хауген. Направления в современном языкознании. Сб. «Новое в лингвистике». Вып. 1. М., 1960, стр. 252. 43
вызывает у В. Л. Архангельского никаких возражений гт хотя в его ранее опубликованной статье2 имеются критические замечания в адрес дистрибутивного метода. В этой -связи заслуживает внимания замечание В. Г. Адмони: «Различие между системой отношений есть именно различие между различными средствами организации как языка, так и речи, взаимодополняющими и предполагающими друг друга. Ни одна из этих форм не может быть полностью объяснена из другой и связана с другой» 3. Критика стремлений превратить дистрибутивный метод в универсальный метод лингвистического исследования и экспансионистских тенденций его сторонников дана В. А. Звегинцевым4. Отмеченные выше недостатки концепции В. Л. Архангельского, а также отсутствие комплекса операций для определения фразеологичности, основанных на вариационном методе, затрудняют его практическое использование. Несмотря на то, что мы не поддерживаем характерных для книги В. Л. Архангельского недооценки значения и переоценки системы отношений 5, необходимо подчеркнуть, что эти заблуждения характерны главным образом для общетеоретических рассуждений автора и его взглядов на классификацию фразеологических единиц. Но когда В. Л. Архангельский переходит к описанию фразеологизмов, он уделяет большое внимание как значению, так и построению фразеологических единиц. Несмотря на отмеченные выше ошибочные положения.В. Л. Архангельского, которые проистекают из его стремления преодолеть традицион- 1 Критику дистрибутивного метода см в статье J. Bar-Hillel. Logical Syntax and Semantics. "Language", 1954, No 2, v. 30. Т. П. Л о м т е в. Современное языкознание и структурная лингвистика. Сб. «Теоретические проблемы современного советского языкознания», 1964. 2 В. Л. Архангельский. Вопрос о дистрибуции фразеологических единиц. «Вопросы изучения русского языка». Доклады шестой научно-методической конференции Северо-Кавказского зонального объединения. Кафедра русского языка. Ростов н/Д., 1963. 3 В. Г. Адмони. Язык как единство системы отношений и системы построения. «Научные доклады высшей школы. Филологические науки», 196(3^ № 3, стр. 14—15. 4 В. А. Звегинцев. Дескриптивная лингвистика.* Вступительная статья к книге Г. Глисона «Введение в дескриптивную лингвистику». М, 1959. 5 См. § 16 данной книги. 44
ный подход к русской фразеологии, тормозящий ее изучение, книга В. Л. Архангельского содержит много ценных наблюдений и является одним из самых значительных трудов по русской фразеологии за последние годы. § 15, При формулировании предлагаемого нами метода выделения и изучения фразеологических единиц в современном английском языке мы учли все лучшее, что содержится в контекстологическом и вариационном методах. Мы назвали .наш метод методом фразеологической идентификации1. Мы исходили из следующих общих принципов: 1. Применение к фразеологии принципов диалектического материализма. 2. Использование при исследовании фразеологии методов классического языкознания2, уточненных применительно к специфике изучаемого материала, а также в известной мере методов структурной лингвистики, в частности, дистрибутивного анализа. 3. Изучение фразеологической единицы как единства формы и значения (плана выражения и плана содержания): «...лингвистический анализ должен базироваться не на смысловом, а на формальнее критерии, но с обязательным учетом смыслового содержания языковых форм»3. 4. Подход к фразеологии как к микросистеме, являющейся единством подсистемы отношений между фразеологическими единицами и подсистемы построения фразеологических единиц 4. 5. Изучение фразеологических единиц в их речевом употреблении с учетом типов их дистрибуции в различ- 1 Метод фразеологической идентификации не следует смешивать с идентификацией фразеологической единицы словом, предложенной Шарлем Балли. Подобное смешение находим, например, в обзоре В. П. Жукова. Изучение русской фразеологии в отечественном языкознании последних лет. «Вопросы языкознания», 1967, №5, стр. 112. 2 Ввиду неразрывной связи индукции и дедукции заключения должны строиться как индуктивным, так и дедуктивным путем. 3 Л. С. Бархударов. Проблема синтаксиса простого предложения современного английского языка. Докт. дисс. М., 1965, стр. 22. 4 См. § :14 данной книги. 45
ных контекстах, без чего специфика фразеологических единиц не может быть полностью выявлена. 6. Выделение фразеологических единиц с помощью показателей их устойчивости на фразеологическом уровне и установление показателей различных степеней устойчивости. Выделение коэффициента минимальной фразеологической устойчивости как важнейшего признака фразеологической единицы \ 7. Изучение различных типов фразеологических значений2 на основе семантических и структурных показателей, а также зависимостей компонентов. 8. Установление наличия раздельнооформленности как обязательного признака фразеологической единицы при помощи показателей раздельнооформленности 3. 9. Отграничение фразеологических единиц от устойчивых сочетаний -слов нефразеологического характера, а также от переменных сочетаний слов в зависимости от. характера устойчивости и типа зависимости компонентов. Отделение фразеологических единиц от сложных слов на основании выделенных критериев раздельнооформленности. 10. Отказ от теории эквивалентности фразеологической единицы слову и замена ее теорией соотнесенности фразеологической единицы со еловом. 11. Проведение лингвистического описания, исходя из количественных параметров: простоты, т. е. минимального использования правил, и полноты, т. е. максимально возможного охвата фразеологических единиц различных структурных типов 4. Все многообразие фразеологических единиц сводится к конечному числу типовых структур на основе сходства и различия их формальных признаков. Использование и других количественных параметров и анализ наличия или отсутствия связи между ними и качественными изменениями. 12. Изучение фразеологических единиц в синхроническом плане с привлечением дополнительных исторических данных в случае необходимости. 1 См. главу IV. 2 См. главу VIII. 3 См. главу V. 4 И. А. Мельчук. О стандартной форме лингвистических описаний. «Вопросы языкознания», 1963, № 1. 46
Для отделения фразеологических единиц от переменных сочетаний слов, сложных слов или образований промежуточного характера в. соответствии с предложенным методом фразеологической идентификации, необходимо проделать следующие основные операции: 1. Установление наличия или отсутствия коэффици* ента минимальной фразеологической устойчивости в соответствии с разработанными показателями устойчивости К Особое внимание уделяется установлению того, не является ли данный оборот авторским, индивидуальным образованием, типу переосмысления значения с учетом полного или частичного переосмысления компонентов, лексической и синтаксической устойчивости оборота, а также выявлению его -структурно-семантической немо- делированности. 2. Установление раздельнооформленности данной словесной группы в соответствии с выдвинутыми показателями раздельнооформленности2. 3. Установление «сложности» компонентов данного образования. Это важно, например, при анализе глагольных сочетаний типа give in, give up, ta^ke in и др. В случае установления того, что один из компонентов не является словом, данное образование не может считаться фразеологической единицей, а рассматривается как устойчивое образование нефразеологического характера. Эта операция производится только в том случае, если имеющиеся показатели раздельнооформленно- сти не являются достаточными3. 4. Отнесение анализируемого образования к той или иной языковой категории в результате полученных данных. Эти операции, как мы указали, являются основными, так как они преследуют цель установления фразео- логичности того или иного образования. В принципе возможны и дополнительные операции, например, установление употребительности фразеологической единицы или отнесение ее к тому или иному функциональному стилю языка, выявление синонимичности, антонимич- ности, многозначности фразеологической единицы и т. п. » См. § 37. 2 См. главу V. 3 См. главу VII. 47
При проведении указанных операций предполагается широкое использование англо-русского фразеологического -словаря. Предложенный нами метод фразеологической идентификации, основанный на учете различных типов фразеологических значений, на показателях устойчивости и раздельнооформленности фразеологической единицы, а также «а учете зависимостей ее компонентов, т. е. соотношения элементов и структуры, мы надеемся, поможет разграничению фразеологических единиц как от смежных промежуточных образований, так и от переменных сочетаний слов и сложных слов. Метод в значительной степени определяет и результаты исследования. Само собой -разумеется, что метод фразеологической идентификации не является лакмусовой бумажкой фразеологичности. Мы стремимся максимально облегчить идентификацию фразеологических единиц в современном английском языке, с учетом трудности разграничения в нем слова и основы, а не создать своего рода фразеологическую рецептуру для всех образований, подозреваемых во фразеологичности, так как отнюдь не отрицаем наличия пограничных оборотов и трудности отнесения в отдельных случаях той или иной словесной группы к определенной категории. Кроме того, использование метода фразеологической идентификации не только не исключает, но и предполагает использование других методов лингвистического исследования.
Глава III ПРОБЛЕМА ЗАВИСИМОСТЕЙ КОМПОНЕНТОВ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ § 16. Л. Ельмслев выделяет три вида зависимостей: взаимозависимости (или интердепенденции), при которых один член предполагает существование другого и наоборот; односторонние зависимости (или детерминации), при которых один член (предполагает существование другого, но не наоборот; и более свободные зависимости (или констелляции), в которых оба члена не предполагают существования друг друга !. Теория зависимостей Л. Ельмслева очень близка к теории отношений Н. С. Трубецкого2. Зависимости, выделенные Л. Ельм- слевом, в отличие от отношений, установленных Н. С. Трубецким для фонологического анализа, являются языковыми абстракциями. При их выделении Л. Ельмслев не учитывает значения тех бинарных образований, которые объединяются тем или иным видом зависимости. В. Л. Архангельский широко использовал эти зависимости при анализе русской фразеологии. Он считает, что каждый член фразеологической системы одновременно является единицей четырех частных систем. Поэтому лингвистический анализ внутренних отношений между членами фразеологической единицы должен быть комплексным и учитывать следующие виды отношений между членами фразеологической структуры: семантические отношения, лексические отношения, морфологические 1 Л. Ельмслев. Пролегомены к теории языка. «Новое в лингвистике». Вып. lr- M., 1960, стр. 284. 2 Н. С. Трубецкой. Основы фонологии. М., I960, стр. 82—83. 49
отношения и синтаксические отношения1. Для анализа этих отношений, называемых В. Л. Архангельским внутренними фразеологическими отношениями между членами фразеологических единиц, или внутриструктурны- ми отношениями, и используется система зависимостей, предложенная Л. Ельмслевом. В. Л. Архангельский считает, что главным принципом классификации фразеологических единиц является их значение по видам внутренних фразеологических отношений между их членами, а эти отношения выражаются указанными выше зависимостями. В. Л. Архангельский вводит для них свои названия. Фразеологическая взаимная детерминация соответствует взаимозависимости (или* интердепенден- ции) у Ельмслева, фразеологическая детерминация — односторонней зависимости (или детерминации) и фра« зеологичеекая индетерминация — свободной зависимости (или констелляции). К системе зависимостей Л. Ельмслева В. Л. Архангельский добавил негативные зависимости. Например, отрицательная взаимная детерминация есть такой вид двусторонней зависимости, при котором отсутствие какого-либо элемента у первого члена фразеологической единицы, взятого на определенном уровне языковой структуры, предопределяет отсутствие какого-либо элемента у второго элемента фразеологической единицы, взятого на том же или ином системном уровне, и наоборот. Нововведением является разграничение параллельных и непараллельных зависимостей, т. е. зависимостей на одном уровне или на разных уровнях. Важно распространение зависимостей на многочленные фразеологические единицы. Но эта возможность только намечена В. Л. Архангельским. В целом целесообразность классификации фразеологических единиц на основе трех зависимостей вызывает серьезные сомнения. Сам В. Л. Архангельский подчеркивает, что для. фразеологии более важными являются фразеологические отношения между членами фразеологической единицы на семантическом и лексическом уровнях лингвистического 1 В. Л, Архангельский. Фразеологические отношения и классификация фразеологических единиц в современном русском языке. «Уч. зап. Мое. обл. педагогического института им. Н. К. Крупской». Т. 160. «Вопросы русской фразеологии». Вып. одиннадцатый. М., 1966, стр. 41. 50
анализа, так как у постоянных комбинаций слов многих типов грамматические модели эквивалентны грамматическим моделям переменных комбинаций слов. Поэтому «морфолого-синтаксическая зависимость может быть лишь дополнительным индикатором, а не конструктивным элементом устойчивости» фразеологических единиц, организованных по существующим моделям словосочетаний и (Предложений *. Это вполне -справедливое замечание. Таким образом, остается только два уровня лингвистического анализа, на которых рекомендуется использовать систему трех зависимостей как основу классификации фразеологических единиц: семантический и лексический. Мы полагаем, что применение этой системы на семантическом уровне нецелесообразно ввиду ее крайне малой научной ценности. Возьмем, например, полностью переосмысленную фразеологическую единицу show the w(hite feather — проявить малодушие, струсить. В этом обороте "на семантическом уровне нельзя выделить ни двусторонней, ни односторонней, ни более свободной зависимости, так как лексические значения компонентов растворяются во фразеологическом значении целого. Одна из (особенностей полностью переосмысленных фразеологических единиц заключается в их семантической специфике, которую нельзя определить путем искусственного расщепления, так как они, по терминологии Н. Н. Амосовой, являются «нечленимыми семантемами». Единственное, что можно сказать об оборотах типа show the white feather, это то, что у них константная зависимость полностью переосмысленных компонентов. Можно ли использовать систему трех зависимостей при анализе фразеологических единиц на лексическом уровне? Можно установить единичную сочетаемость двух компойентов, единичную сочетаемость одного компонента или более свободную сочетаемость компонентов за пределами фразеологизма. Эти зависимости подпадают под выделенную В. Л: Архангельским категорию интерсистемных2, т. е. 1 В. Л. Архангельский. Указ. соч., стр. 42. 2 Мы предпочитаем термин «межсистемные отношения». 51
фразеологических отношений между фразеологической единицей (и ее частями) и переменными элементами лексико-семантического окружения. Однако эти зависимости рассматриваются В. Л. Архангельским не;<зк интерсистемные отношения, а как внутренние иди: вну- триструктурные фразеологические отношения. Подобное понимание ведет к ряду неточностей при анализе фразеологических единиц с точки зрения внутриструктурных отношений, при которых должно обязательно учитываться значение фразеологической единицы. Так, В. Л. Архангельский,, анализируя фразеологизм бить баклуши (стр. 112 книги), указывает, что в этом обороте лексическая детерминация, т. е. один компонент (баклуши) предполагает существование другого (бить). В этом рассуждении явное смешение единичной сочетаемости с лексической детерминацией, т. е. повторение ошибки И. А. Мельчука К Бить баклуши означает бездельничать. Для выражения этого значения оба компонента предполагают существование друг друга, так как слово бить может выражать это значение только в сочетании с баклуши. Таким образом, если учитывать значение, то в обороте бить баклуши не односторонняя лексическая зависимость, а двусторонняя лексическая зависимость. Аналогичную неточность допускает В. Л. Архангельский в трактовке оборотов скрепя сердце, ни синь пороху, довлеет дневи злоба его, задать стрекача и др. Подобный анализ английского материала дает следующие результаты: если рассматривать зависимость компонентов как сочетаемость, абстрагированную от значения фразеологической единицы, то в обороте hue and cry — погоня, крики, гиканье архаический компонент hue в современном языке сочетается только с существительным cry, а не наоборот, т. е. имеется односторонняя зависимость. Если же учитывать значение, то в обороте hue and cry наблюдается двусторонняя зависимость, несмотря на единичную сочетаемость компонента hue, так как каждый компонент иредполагает наличие другого для передачи значения данного оборота. Таким образом, единичная сочетаемость отнюдь не совпадает с односторонней зависимостью. 1 См. § 29. 52
Во фразеологической единице to kick the bucket — дать дуба, сыграть в ящик глагол to kick необязательно предполагает существование существительного, bucket и наоборот, если не учитывать значения всего оборота. Можно, например, сказать to kick the beam — не иметь веса; потерять значение, влияние. Если же мы будем учитывать значение, то в обороте to kick the bucket безусловная взаимозависимость компонентов. В соответствующем переменном словосочетании to kick the bucket — ударить ногой ведерко также налицо взаимозависимость компонентов. При разграничении фразеологической единицы и переменного сочетания слов в подобных случаях следует привлекать дополнительные семантический или структурно-семантический критерии. В. Л. Архангельский приводит следующие примеры индетерминации: гробовая тишина, гробовое молчание, целиком и полностью и подчеркивает, что в обороте целиком и полностью лексема целиком не предполагает лексемы полностью, так как она встречается и в свободных комбинациях с другими лексемами, и наоборот: лексема полностью не предполагает наличия лексемы целиком, так как встречается и в других свободных комбинациях слов, т. е. индетерминация трактуется В. Л. Архангельским, вопреки его утверждению, как отношение интерсистемное. Если учитывать значение оборота целиком и полностью, то имеется двусторонняя связь компонентов, и ни о какой индетерминации говорить не приходится. Разбирая обороты типа была не была! (стр. 121), намылить голову (стр. 122), подложить свинью (стр. 122), заморить червячка (стр. 123) и втирать очки (стр. 123), В. Л. Архангельский указывает, что их глобальное значение основано на взаимной детерминации членов, взятых на семантическом уровне. Но тут же, вопреки своему утверждению, заявляет, что в этих оборотах «на лексическом уровне индетерминация членов», т. е. ни один из компонентов данных фразеологизмов не предполагает другого. При таком подходе фразеологическая единица не изучается как единство плана содержания и плана выражения, так как данные сочетания являются единственно возможными сочетаниями для выражения данных значений, следовательно, они и лексически детерминированы. 53;
Видимо, чувствуя шаткость своей позиции, В. Л. Архангельский замечает: «в известном смысле отношение индетерминации имеет сходство с взаимной детерминацией, так как в индетерминации, в отличие от детерминации, не выражено направление зависимости относительно членов»1. Это высказывание по существу сводит на» нет понятие индетерминации. Таким образом, создается своеобразное положение. Если учитывать значение данной фразеологической единицы, т. е. оперировать внутриструктурными отношениями, не выходя за рамки фразеологизма, то нельзя выделять детерминацию (одностороннюю зависимость компонентов) и индетерминацию (наиболее свободную зависимость), а следует выделять взаимную детерминацию, другими словами, двустороннюю или многостороннюю зависимость компонентов, так как один компонент всегда предполагает существование другого или других для выражения данного значения. Если же не учитывать значения, то во многих случаях подобный компонентный анализ будет ошибочным. В качестве примера можно привести фразеологическую единицу намылить голову. Если не учитывать значения этого оборота, то в нем имеется фразеологическая индетерминация, так как оба, члена «не предполагают друг друга, но совмещаются как логически равноправные и воспроизводят постоянную комбинацию слов»2. Но если не учитывать значения, то нельзя установить, является ли данное образование фразеологической единицей или переменным словосочетанием. Если речь идет о переменном сочетании, то нельзя говорить о «постоянной комбинации слов», так как можно намылить не только голову, но ногу, руку и т. д. Для выражения данного значения компоненты также являются взаимосвязанными. В результате противоречивой трактовки В. Л. Архангельским разбираемых отношений теоретически как внутриструктурных, а практически как интерсистемных, 1 В. Л. Архангельский. Устойчивые фразы в современном русском языке, стр. 113 и 114. 2 В. Л. Архангельский. Фразеологические отношения и •классификация фразеологических единиц в современном русском языке, стр. 50. 54
создаете* фразеологическая антиномия. Преодоление ее важно в интересах теории фразеологии. Мы полагаем, что при анализе на лексическом уровне не следует пользоваться системой зависимостей Л. Ельмслева как внутренне противоречивой и построенной на игнорировании значения. Анализируя слова, входящие в состав фразеологических единиц, о точки зрения их валентности, т. е. потенциальной сочетаемости, важно выделить образования с единичной сочетаемостью одного или двух компонентов. Подобная сочетаемость не свойственна переменным образованиям. Что касается более свободной сочетаемости (констелляции, индетерминации) компонентов подавляющего большинства фразеологических единиц, то ее установление не двигает теорию' фразеологии вперед, так как аналогичное явление наблюдается и в переменных сочетаниях слов. Кроме того, при изучении более свободной сочетаемости слов-компонентов фразеологической единицы необходимо учитывать их значение, а установление значения компонентов, особенно полностью переосмысленных фразеологизмов, не всегда возможно. При установлении единичной сочетаемости одного или двух компонентов бинарного или многочленного образования следует учитывать их значение, так как в противном случае можно допустить неточности. Например, архаизм main — сила встречается только в обороте with might and main изо всей силы, т. е. слову main свойственна единичная сочетаемость со словом might. Существительному main — магистраль и прилагательному main—главный единичная сочетаемость с каким-либо словом не свойственна. Аналогичным образом слово blush в обороте at (the) first, blush — с первого взгляда означает не краска стыда, смущения, а сохраняет свое старое значение мимолетное впечатление, взгляд; слово polke в обороте a pig in a poke — кот в мешке, покупка, сделанная за- глазно означает не толчок, а является архаизмом, означающим небольшой мешок; слово pike-staff в обороте- plain as a pike-staff — ясно как день, как дважды два — четыре не означает древко пики, а является искаженным словом packstaff — дощечка, подпорка коробейника (первоначально plain as a packstaff). 55
Другими примерами с единичной сочетаемостью компонентов являются обороты good (или great) deal, hue and cry, kith and kin (kith встречается только в этом обороте, a kin также в выражении next of kin — ближайший родственник), leave in the lurch, of yore, rack and ruin, to and fro и др. Примерами фразеологических единиц с единичной сочетаемостью двух компонентов могут служить: between Scylla and Charybdis, Gog and Magog (две старинные статуи гигантов, находящиеся в Лондонской ратуше), not one jot or tittle (ничуть, нисколько, ни на йоту), spick and span, tit for tat и некоторые Другие. Единичная сочетаемость одного или двух компонентов встречается главным образом в бинарных фразеологических единицах. В многочленных фразеологических единицах это явление встречается значительно реже. Мы хотели бы подвести итоги нашего рассмотрения вопроса о возможности применения системы Л. Ельмсле- ва при анализе фразеологических единиц. 1. Зависимости, выделенные Л. Ельмслевом, не учитывают ни значения анализируемых образований, ни динамики их развития !. 2. Анализируются лишь бинарные образования. Выделение бинарных образований подсказано фонологическим анализом Н. С. Трубецкого. Безоговорочное сведение многочисленных фразеологических единиц к бинарным не обосновано: «многочисленные фразеологические единицы в конечном счете являются разновидностью бинарных» 2. Многочленная фразеологическая единица может быть разновидностью бинарной только в том случае, ^если обе являются словосочетаниями или предложениями. В тех же очень многочисленных случаях, когда би- 1 В. Л. Архангельский подчеркивает, что учение Ельмслева о постоянных и переменных антидиалектично (книга, стр. 111) и что второй аспект понимания постоянных и переменных связан с учением о разных видах зависимости фразеологических единиц (книга, стр. 115). Подобная критическая оценка, с которой мы совершенно согласны, не мешает В. Л. Архангельскому положить принцип трех зависимостей в основу классификации фразеологических единиц. 2 В. Л. Архангельский. Книга, стр. Ы5. 36
нарная фразеологическая единица — словосочетание, а многочленная — предложение (реже наоборот), многочленная фразеологическая единица не является разновидностью бинарной, так как предложение не может быть разновидностью словосочетания, а словосочетание не может быть разновидностью предложения. 3. Анализ фразеологических единиц по трем зависимостям на лексическом уровне с точки зрения межсистемных отношений приводит к установлению того факта, что преобладающим видом зависимости является констелляция (= индетерминация). Этот же вид зависимости является единственным в переменных сочетаниях слов. Таким образом, на основе выделения несущественного признака устанавливается общность между фразеологическими единицами и переменными сочетав ниями слов. С нашей точки зрения установление подобного факта научного значения не имеет. 4. Проведенный нами анализ показывает, что деление по внутренним отношениям между компонентами фразеологических единиц на основе системы трех зависимостей не может быть положено в основу научной классификации фразеологических единиц. 5. Частично осуществленная по указанному выше принципу классификация является исключительно сложной и запутанной и не может быть практически использована. Примером характеристики фразеологических единиц с точки зрения анализа по трем зависимостям является описание оборотов типа сложа руки, сломя голову; вынь да положь и др. Эти обороты рассматриваются В. Л. Архангельским как «фразеологические единицы, основанные на семантической и непараллельной лексико-морфологической детерминации при лексической индетерминации» К Подобные характеристики фразеологических единиц расшифровываются с большим трудом. 6. Мы против гипертрофии анализа фразеологических единиц по трем зависимостям, но отнюдь не исключаем частичного их использования, например, при анализе различных типов взаимозависимости морфологических особенностей фразеологических единиц. 1 В. Л. Архангельский. Фразеологические отношения и классификация фразеологических единиц в современном русском языке. Стр. 56. 57
§ 17. Зависимости между различными компонентами фразеологических единиц являются важнейшей характеристикой их лексического состава. Лексический со* став фразеологических единиц неоднороден. В одних фразеологических единицах все компоненты являются константными, т. е. неподменяемыми. Неподменяемость компонентов может сочетаться о морфологической и позиционной вариантностью. В других фразеологических единицах возможна подменяемость компонентов. В некоторых фразеологических единицах вариантность может сочетаться с нормативной заменой местоимений переменными элементами, а в других возможна подобная замена без вариантности. Во всех случаях сохраняется инвариантность значения фразеологических единиц. Таким образом, выделенные зависимости являются специфическими для фразеологических единиц, отражают единство константности и изменчивости, свойственное любому явлению. С учетом сказанного выше мы выделяем две группы фразеологических зависимостей: 1) нетрансформационную и 2) трансформационную зависимости. В пределах каждой из этих групп в свою очередь выделяются по четыре вида зависимостей. Нетрансформационные зависимости выделяются по принципу соотношения константных и заменяемых компонентов фразеологических единиц на одном и том же уровне, т. е. на уровне словосочетания или предложения. Трансформационные зависимости выделяются по такому же признаку, т. е. по соотношению константных и заменяемых компонентов, лишь с тем различием, что эти соотношения выделяются как на уровне словосочетания, так и его трансформа предложения и сопровождаются морфологическими и синтаксическими изменениями. В названии каждого вида зависимости имеется слово «константная», означающее: 1) наличие постоянного, неподменяемого знаменательного компонента (или компонентов) для выражения данного значения; 2) невозможность для любого слова, входящего в состав фразеологической единицы, стать ведущим членом ряда в рамках структурно-семантической модели. 58
Выделенные зависимости отличают фразеологические единицы о г переменных сочетаний слов и сложных слов и являются внутренними зависимостями компонентов фразеологических единиц. § 18. НЕТРАНСФОРМАЦИОННАЯ ЗАВИСИМОСТЬ КОМПОНЕНТОВ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ 1. Константная зависимость компонентов Константная зависимость компонентов опирается на обязательную неподменяемость слов, предполагающих друг друга для выражения данного значения. В рамках константной зависимости возможны варианты, не затрагивающие неподменяемость компонентов. В связи с этим следует различать два типа фразеологических единиц с константной зависимостью компонентов. 1) БЕЗВАРИАНТНЫЕ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИЕ ЕДИНИЦЫ^ Примерами фразеологических единиц с данным типом константной зависимости компонентов и с различным числом знаменательных слов могут служить: Два компонента A fly in the ointment, kick the bucket, overrun (the constable, white elephant. Три компонента AJiard nut to crack, the proof of the pudding is in the eating, show the white feather, sift the wheat from the chaff, take French leave. Четыре компонента A light purse is a heavy curse, a little pot is soon hot, put the shoe on the right foot, irun with the hare and hunt with the hounds. Пять компонентов He that will steal an egg will steal an ox, kill the 59
goose thai: lays the golden eggs, one good turn deserves another, Small rain lays great dust. Шесть компонентов Carry lire in one hand and water in the other, he that would eat the fruit must climb the tree, it is an ill bird that fouls its own nest, one man's meat is another man's poison. Семь компонентов He that would have eggs must endure the cackling of hens, he should have a 'long spoon that sups with the devil, one drop of poison infects the whole tun of wine, people who live in glass houses should not throw stones. Восемь компонентов He that has a great nose thinks that everybody is speaking of it, he that serves God for money will serve the devil for better wages. Девять компонентов He who laughs at crooked men should need walk very straight, he who scrubs every pig he sees will not long be clean himself. Во всех этих фразеологических единицах каждый компонент предполагаем другие для выражения данного значения. Пять и более компонентов встречаются преимущественно в пословицах. Таким образом, константная зависимость компонентов встречается только во фразеологических единицах, не допускающих нормативной замены компонентов или обязательного семантического распространения путем добавления переменных элементов. 2) ВАРИАНТНЫЕ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИЕ ЕДИНИЦЫ В рамках фразеологических единиц с константной зависимостью компонентов возможны два типа вариант- 60
ностей, не нарушающих неподменяемости всех знаменательных компонентов: 1) морфологические варианты, например, in deep water = in deep waters. 2) позиционные варианты, т. е. перестановка компонентов без каких-либо структурных или морфологических изменений, например, cross the t's and dot the i's = dot the i's and cross the t's, it's as broad as it's long = it's as long as it's broad, off and on = on and off. Число морфологических и позиционных вариантов в английском языке незначительно. § 19. Другие виды зависимостей, выделяемые нами, основаны на различных соотношениях константных и заменяемых компонентов. Возможность замены компонентов без нарушения тождества фразеологической единицы — одна из характерных особенностей многих фразеологических единиц в современном английском языке. Трактовку любой, фразеологической единицы как неподвижного образования можно считать устаревшей, хотя подобные взгляды встречаются и в некоторых современных работах по фразеологии 2. 2. Константно-вариантная зависимость компонентов Константно-вариантная зависимость компонентов наблюдается во фразеологических единицах, в которых возможна взаимозаменяемость компонентов, но не нормативное включение в их состав переменных элементов. 1 Например, О. Jespersen. The Philosophy of Grammar. London, 1925, p. 18. "The phrase is for all practical purposes one unchanged and unchangeable formula." 2 Например, Е. Ф. Ворно, М. А. К а щ е е в а, Е. В. Мали- ш е в с к а я, И. А. Потапова. Лексикология английского языка. Л., 1955, стр. 123. «Устойчивость словосочетания обусловливается тем, что оно состоит из строго определенных слов, причем замена одного из компонентов другим невозможна без нарушения смысла». Е. В. Никошков а. Фразеологические единицы как эквиваленты слова. Сб. «Вопросы грамматики, лексики, стилистики и методики преподавания иностранных языков». Петрозаводск, 1965, стр. 70. «Фразеологические единицы, будучи особой группой устойчивых словосочетаний, не допускают никаких изменений в своей структуре...» 61
Фразеологические варианты — это разновидности фразеологической единицы, тождественные по качеству и количеству значений, стилистическим и синтаксическим функциям, и имеющие общий лексический инвариант при частично различном лексическом составе или различающиеся словоформами или порядком слов. Как мы уже отмечали, в последних двух типах вариантов сохраняется константная зависимость компонентов. С точки зрения числа заменяемых компонентов можно выделить четыре подтипа константно-вариантной зависимости: 1) однокомпонентная константно-вариантная зависимость, т. е. замена одного компонента; 2) двухкомпонентная константно-вариантная зависимость, т. е. замена двух компонентов; 3) трехкомпонентная константно-вариантная зависимость, т. е. замена трех компонентов; 4) четырехкомпонентная константно-вариантная зависимость, т. е. замена четырех компонентов. Однокомпонентная константно-вариантная зависимость наблюдается, например, в вариантах hand over fist (или hand over hand) —быстро и легко: Tihe firm had never been so prosperous. "They're making money hand over fist, my dear fellow,'1 Elliott told me. (W. S. Maugham, The Razor's Edge, ch. Ill, 3.) In this way he made money hand over hand... (W. Irving, The Devil and Tom Walker.) The taxas are piling up hand over hand every year... (E. Caldwell, Л Lamp for Nightfall, ch. XVII.) Рассматриваемые обороты часто сочетаются с оборотом make money и являются взаимозаменяемыми. Это является достаточным доказательством их вариантности. Однокомпонентная зависимость является самым распространенным типом константно-вариантной зависимости. Примером фразеологической единицы с двухкомпо- 62
нентной константно-вариантной зависимостью является оборот speak of the devil and he will appear, допускающий замену двух компонентов, а именно speak и will. В результате создается вариант talk of the devil' and he is sure to appear. Speak of the devil, and hell appear. Spoken when they, of whom we are speaking come in by chance. (J. Keller, A Complete Collection of Scottish Proverbs.) Talk of the devil and he is sure to appear... contains a very needful warning against... curiosity about evil. (R. Trench, On the Lessons in Proverbs, VI)1 Таким образом, возможна замена двух компонентов. Но слова devil, he и appear не имеют слов-заменителей и являются лексическими инвариантами данного оборота. При сокращении данной фразеологической единицы она приобретает форму speak (или talk) of the devil. Значение от сокращения не меняется, hq меняется подтип зависимости, а именно двухкомпонентная константно-вариантная зависимость переходит в однокомпонент- ную, так как уменьшается число компонентов, т. е. изменение является количественным в рамках данного качества. Johnny (shakes Chris by the hand): Speak of the devil we was just talkin' about you. (E. O'Neill, Anna Christie, act one.) "Oh, it's you, Mr. Wormold. I v/as just thinking of you. Talk of the devil," he said making a joke of it, but Wormold coul'd have sworn that the devil had scared him. (G. Greene, Our Man in Havana, part III, ch. HI, § 2.) Примером фразеологической единицы с трехкомпо- нентной константно-вариантной зависимостью может 1 Примеры взяты из Oxford Dictionary of English Proverbs by W. G. Smith. Oxford, At the Clarendon Press, 1935, p. 412 63
служите оборот a lot of (или much) water has flowed (или fk>wn) under the bridge (или bridges) since... "A lot of water has flown under the bridges since then. I was wondering if now the discrepancy of our ages seemed as important to you as it did then." (W. S. Maugham, Up at the Villa, ch. I.) Much water had flowed under the bridges since then. (F. Hardy, Power Without Glory, ch. 7.) ... It's been four-five years since she graduated high school... she won't remember me from a hole in the ground. Lot of water's flowed under the bridge since then. (A. Saxton, The Great Midland, part I, The New Year, 1939.) Четырехкомпоыентную константно-вариантную зависимость находим в оборотах типа lock the stable door after the horse is stolen. В данном обороте возможна замена слов lock, stable *, after и horse. Слова door и stolen являются инвариантами. That's locking the stable door after the horse had been stolen. The time to set is now when the workers and the trade union can still shape and influence politics. (The Canadion Tribune, July 6, 1953). The fool shuts the stable door when the horse is stolen (О. Е. D.). It was only shutting the stable door after the steed was stolen (О. Е. D.). В современном английском языке широко распространена и взаимозаменяемость служебных слов в составе фразеологических единиц. а) взаимозаменяемость артиклей, например: at the drop of а (или the) hat, fly а (или the) kite, give а (или the) green light и др. 1 В США вместо stable door употребляется barn door. См. А. Д. Швейцер. Очерк современного английского языка в США. М., 1963, стр. И41. 64
б) взаимозаменяемость предлогов, например: at (или on) a pinch, by (или on) the sly, a friend at (или in) court, heavy in (или on) hand, out of (или with) the tail. В тех случаях, когда замена предлога связана со сферой употребления оборота, вариантами их считать нельзя. Это структурные синонимы, например, on the cards — английский оборот, a in the cards — американский. в) союзный и бессоюзный варианты, например, as good as gold=good as gold, as pretty as a picture=pretty as a picture и др. Во. всех приводимых примерах имеется лексический инвариант, т. е. неподмеияемый компонент. Лексический инвариант является пределом не только фразеологической вариантности и структурной синонимии, но и фра- зеологичности. § 20. Не следует рассматривать как фразеологические единицы с константно-вариантной связью "компонентов те обороты, значения которых совпадают лишь частично, например, right as rain и right as a trlVet. У этих компаративных фразеологизмов имеется общее значение в хорошем состоянии, в полном порядке^ как нельзя лучше, совершенно здоров, цел и невредим. Roy nodded. "I'm all right, Bob,", Jhe said. "Right as rain." (J. Aldridge, The Hunter, ch. 17.) "The poor lamb!" But the "poor lamb" was right as a trivet in less than a week. (J. Walsh, Not Like This, First Baby.) У оборота right as rain имеется второе значение со- вершенно правильно, верно, отсутствующее у фразеологизма right as a trivet. That's right, Samuel, isn't it? "Right as rain, Beatrice,,, he said quickly. (W. S. Maugham, The Complete Short Stories, vol. Ill, The Kite.) Как отдельные фразеологические единицы следует рассматривать и обороты типа (as) common as dirt и (as) common jis blackberries ввиду значительного рас- 3. А. В. Кунин. 65
хождения значения между ними. Оба сравнения означают обычный, самый обыкновенный, заурядный. Разница между ними заключается в том, что (as) common as dirt подчеркивает только качество и носит обычно презрительный характер, a (as) common as blackberries подчеркивает также и количество, поэтому переводится в изобилии, полным-полно, хоть пруд пруди, хоть отбавляй, видимо-невидимо. § 21. КОНСТАНТНО-ВАРИАНТНО-ПЕРЕМЕННАЯ ЗАВИСИМОСТЬ КОМПОНЕНТОВ Константно-вариантно-переменная зависимость компонентов встречается во фразеологических единицах, имеющих варианты и допускающих нормативное включение в свой состав переменных элементов, замещающих местоимения !. При этом виде зависимости, так же как и при константно-вариантной зависимости возможна замена различного числа компонентов. Взаимозаменяемость нескольких компонентов, особенно трехкомпонентная константно-вариантно-пере- менная зависимость, встречается в английском языке редко. Примером может служить фразеологическая единица bring (или drive) one's hogs (или pigs) to a bad {upon, fair, fine, pretty, etc.) market — просчитаться, провалиться, потерпеть неудачу. В этой фразеологической единице взаимозаменяемыми являются глагол, существительное и прилагательное, причем слова-заменители могут быть как синонимами (hogs-pigs), так и несинонимами (bring-drive). 'So M'Buffer is off at last,' said Scott... 'He brought his pigs to a bad market after all.' (A. Trollope, The Three Clerks, ch. XXIV.) 1 Strap... observed that we had brought our pigs to a fine market. (T. Smollett, Roderick Random, ch. XV.) Government finds that in producing the com: 1 См. также § 22. 66
petition Wallah, it has driven its pigs to a pretty market. (Punch, June 21, 1873, О. Е. D.) You have spun a fair thread, you have brought your hogs to a falir market. Spoken in derision when a business hath sped ill. (J. Howell, English Proverbs, О. Е. D.) § 22. КОНСТАНТНО-ПЕРЕМЕННАЯ ЗАВИСИМОСТЬ КОМПОНЕНТОВ Константно-переменная зависимость встречается во фразеологических единицах, нормативно допускающих включение в свой состав переменных компонентов, но не имеющих вариантов или допускающих семантическое распространение путем добавления переменных компонентов (типа one's fingers itch...). It makes one's fingers itch to think of it. (T. Hughes, Tom Brown at Oxford, ch. VII.) Без семантического распространения оборот one's fingers itch является переменным предложением и означает у кого-то руки чешутся. Характерная черта оборотов этого типа — незамкнутость структуры, являющаяся их нормативной характеристикой, а не результатом окказионального обновления. Незамкнутость структуры этих оборотов проявляется в том, что местоимения неопределенно-личные (one—■ one's), возвратные (oneself) и неопределенные (somebody—somebody's и something), а также местоимение his в функции неопределенного местоимения somebody's, входящие в их состав, могут заменяться переменными компонентами в соответствии с требованиями речевой ситуации. Подобные местоимения в составе фразеологических единиц мы называем альтернантами1. Примерами фразеологических единиц с константно- переменной зависимостью компонентов являются обороты get somebody well in hand—твердо держать кого- 1 См. § 24. 3* 67
либо в руках, have somebody's blood on one's head — нести ответственность за пролитую кровь, one's better half — дражайшая половина, жена, throw one's wfeight about — заносчиво, развязно держаться, § 23. ТРАНСФОРМАЦИОННАЯ ЗАВИСИМОСТЬ КОМПОНЕНТОВ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ Для этого вида зависимости характерно своеобразное переплетение лексико-фразеологических и морфоло- го-синтаксических зависимостей, встречающихся только в номинативно-коммуникативных фразеологических единицах. Б. А. Ильиш считает страдательный залог маркированным членом оппозиции, а действительный — немаркированным, так как характерным признаком страдательного залога является модель be -j- причастие II, несвойственная действительному залогу 1. Аналогичного взгляда придерживается и Л. С. Бархударов, который подчеркивает, что слабый (немаркированный) член оппозиции следует считать исходным, а сильный (маркированный), как структурно более сложный,— производным от слабого2. С подобной трактовкой нельзя не согласиться. Соображение, что формальным признаком действительного залога является нулевая модель, т. е. ее значащее отсутствие, не может приниматься во внимание, так как в противном случае выделение немаркированного члена оппозиции становится невозможным. Трактовка действительного и страдательного залогов как немаркированных, так и маркированных членов оппозиции не может механически переноситься на фразеологические единицы, так как во фразеологии налицо зависимость между образованиями разных рангов, а именно, между словосочетанием и предложением. Во фразеологии в действительной конструкции мы находим модель глагол +' существительное (break the ice), а в страдательной конструкции — модель существи- 1 В. Ilyish. The Structure of Modern English. M.—L., 1965, p. 12J. 2 Л. С. Бархударов. О некоторых проблемах трансформационной грамматики. Научные доклады высшей школы. «Филологические науки», 1965, № 3, стр. 7. 68
тельное+'глагол be + причастие II (the ice is broken). Возможно и другое соотношение грамматических моделей, например, в действительной конструкции глагол + существительное (pull somebody's leg), а в страдательной — местоимение + существительное + глагол be + знаменательный глагол (somebody's leg is pulled). В разбираемых оборотах совпадают также.опорные семантемы (ср. break и ice, pull и leg и др.). Это дает нам основание рассматривать активные и пассивные конструкции как трансформы одной и той же фразеологической единицы. В пределах трансформационных зависимостей компонентов встречаются все из рассмотренных выше лекси- ко-фразеологических зависимостей, но в усложненном виде; константно-трансформационная зависимость (break the ice — the ice is broken), константно-вариантная трансформационная зависимость: clear the decks (for action) — the decks are cleared (for action), константно-переменная трансформационная зависимость (lead somebody'by the nose — somebody is led by the nose), константно-вари- антно-переменная трансформационная зависимость: close (или shut)' the door upon something — the door is closed (или shut) upon something. Одна грамматическая модель характерна для словосочетания, а другая — для предложения. К фразеологизмам этого структурного типа относятся глагольные обороты, которые при наличии глагола в страдательном залоге трансформируются в предложения К Примеры подобных оборотов мы приводим, когда рассматриваем фразеологические единицы с нижним порогом первой и второй степени устойчивости 2. Использование этих оборотов с глаголом в страдательном залоге не является окказиональным употреблением, связанным только с данной ситуацией. Это употребление является нормой, которая свойственна фразеологическим единицам разных структурных типов3. 1 См. § 55. 2 См. § 39—40. 3 «При активе и4 при пассиве речь идет об одном и том же, о реально одних и тех же процессах и отношениях, но рассматриваются они с разных сторон. Именно поэтому различие между активом и пассивом не нарушает тождества слова». А. И. Смирвиц- кий. Морфология английского языка. М., 1959, стр. 239. Это высказывание справедливо и в отношении фразеологических единиц. 69
Примером может служить фразеологическая единица pull somebody's leg с константно-переменной трансформационной зависимостью компонентов. В XX в. широко распространилось употребление этой фразеологической единицы с глаголом в страдательном залоге. What's the matter with you, Turgis, is that you don't see how your leg's being pulled. (J. B. Priestley, Angel Pavement, ch. IV, § 4.) Of course it gradually became apparent that the public's leg had been pulled. (G. Marion, Stop the Press, ch. 21.) Приведенные выше фразеологические единицы с глаголом в страдательном залоге не являются членом предложения, а превращают простое предложение в сложное, т. е. обладают коммуникативной функцией, чему, отнюдь не препятствует соотнесенность их значения со значением той же фразеологической единицы с глаголом в действительном залоге. § 24. Во фразеологических единицах с константно- переменной и с константно-вариантно-переменной зависимостью компонентов переменные компоненты не меняют характера полностью или частично переосмысленного значения оборота, а лишь уточняют его, указывают, к кому или» к чему он относится, т. е. определяют предметную соотнесенность фразеологизма. Подобное уточнение, предусмотренное той формой, в которой эта фразеологическая единица существует в языке, не нарушает ее устойчивости, а лишь вводит ее в (речь в соответствии с требованиями контекста, в котором она употребляется. Многие фразеологические единицы обладают двойной предметной соотнесенностью, формальным выражением которой является наличие двух альтернантов, например, close (или shut) one's eyes to smth. Выделенные нами две группы зависимостей характерны для фразеологических единиц в современном английском языке. Фразеологические зависимости являются закономерностями, в которых проявляется системный характер английской фразеологии, а отнюдь не преходящим явлением. 70
Эти зависимости являются важнейшим элементом структурно-семантической классификации фразеологических единиц в современном английском языке. В пределах данных зависимостей могут изучаться и зависимости некоторых других аспектов на фразеологическом уровне, например, морфологического. Приводим примеры некоторых типов морфологической взаимозависимости. Так в обороте tooth and nail каждое существительное предполагает другое с такими же ограничениями парадигматической модели !, или, по нашей терминологии, с нулевой парадигмой, т. е. в данном обороте имеется негативная взаимозависимость. А в пословице birds of a feather flock together ограничение другого типа, так как существительное birds, стоящее во множественном числе, предполагает существительное feather только в единственном числе. В обороте one's fingers are all thumbs оба существительных предполагают друг друга только во множественном числе. В пословице love lives in cottages as well as in courts — существительное love, стоящее в единственном числе предполагает существительное cottages и courts только во множественном числе. В обороте my eye! (или eyes!) местоимение ту допускает существительное eye как в единственном, так и во множественном числе. В словосочетании as the day is (или was) long существительное day сочетается с глаголом только в настоящем или прошедшем времени. § 25. После рассмотрения проблемы зависимостей компонентов фразеологических единиц необходимо определить термины «замкнутые и незамкнутые фразеологические единицы». Эти удачные термины введены В. Л. Архангельским2. Под замкнутыми устойчивыми фразами В. Л. Архангельский понимает фразеологические единит цы, которые, употребляясь в качестве самостоятельного предложения, неспособны к словесному распространению; они могут употребляться лишь в системе сложного предложения в качестве его отдельных частей, сочетаясь 1 Термин «парадигматическая модель» взят нами из книги И. И. Рев зин а. Модели языка. М., 1962. 2 В. Л. Архангельский. Устойчивые фразы в современном русском языке. Ростов н/Д., 1964. 71
не с отдельными словами, а с частями сложного предложения-. Незамкнутые устойчивые фразы, способны к распространению словами, не принадлежащими к структуре фразы (нелегкая несет, рука не дрогнет, руки не доходят, руки чешутся, песок сыплется, уши вянут, черт дернул, душа в пятки ушла, искры из глаз посыпались, небо с овчинку показалось, мороз по коже подирает, ума палата, рыльце в пушку, глаза на мокром месте, пальца в рот не клади, поминай как звали, калачом не заманишь, дух захватывает, нечего сказать, ни дать, ни взять 1 и др.). Подобные обороты имеются и в английском языке it stands to reason that..., I would give my ears for (или to...), it goes without saying (that...), I'll bet my boots..., I'll eat my hat... и др.). Мы понимаем термины «замкнутые и незамкнутые фразеологические единицы» шире, чем В. Л. Архангельский, который пользуется этими терминами только для семантической характеристики оборотов данного типа. Мы относим к замкнутым оборотам также и фразеологические единицы с константной зависимостью компонентов. Это фразеологизмы с замкнутой структурой также с точки зрения неподменяемости их компонентов. К незамкнутым оборотам мы относим также фразеологические единицы, компоненты которых имеют лексические варианты, как допускающие, так и не допускающие нормативное вклинивание переменных элементов, фразеологизмы, не имеющие вариантов, но допускающие нормативное вклинивание в свой состав переменных элементов, а также глагольные фразеологизмы, которые при наличии глагола в страдательном залоге трансформируются в предложение, без добавления переменного подлежащего, т. е. фразеологические единицы с константно-вариантной, константно-вариантно-переменной, константно-переменной и трансформационной зависимостями компонентов. Таким образом, фразеологические единицы с константной нетрансформационной зависимостью всегда являются замкнутыми структурами. Фразеологические единицы с константно-вариантной, 1 Указ. соч., стр. 191—192, 194—197. 72
константно-переменной и константно-вариантно-перемен- ной нетрансформационными зависимостями всегда являются оборотами с незамкнутой, с точки зрения их лексического состава, структурой, а иногда, и семантической структурой (например, one's fingers itch to...). Обороты с трансформационными зависимостями могут быть как замкнутыми, так и незамкнутыми, с точки зрения их лексического состава, структурами, но являются всегда незамкнутыми семантическими и синтаксическими структурами (словосочетание-предложение). Отношения между замкнутыми и незамкнутыми фразеологическими единицами являются отношениями в рамках бинарной оппозиции. Среди фразеологических единиц всех классов встречаются обороты как с замкнутой, так и с незамкнутой структурами. Разграничение этих двух типов структур является важным дифференциальным признаком при классификации фразеологизмов 1. 1 Ср. принятое в физике деление структур на статические и динамические или предложенное В. И. Свидерским деление структур на экстенсивные (структуры, характеризующие соотношения сосуществующих, пребывающих состояний) и интенсивные (структуры, характерные для отношений меняющихся состояний). В. И. Свидерский. Некоторые вопросы диалектики изменения и развития. М., 1965, стр. 137.
Глава IV УСТОЙЧИВОСТЬ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ § 26. Важнейшим вопросом теории фразеологии является вопрос об устойчивости фразеологических единиц. Н. Н. Амосова совершенно справедливо утверждает: «мимо аналитического разрешения проблемы устойчивости сочетаний слов не может пройти исследователь-фра- зеолог, ибо без этого границы фразеологии и само понятие фразеологической взаимосвязи слов остаются неопределенными и неоправданно широкими» К Русские лингвисты XIX в. близко подошли к проблеме устойчивости выражений. Так, академик Ф. И. Буслаев подчеркивал, что «обычным выражениям» присуща стабильность формы, что не исключает ее видоизменения при условии сохранения смысловой цельности. Смысловая цельность, по мнению Ф. И. Буслаева, является ведущим признаком и может поддерживаться наличием архаизмов и ритмо-мелодической организацией 2. Наряду с Ф. И. Буслаевым А. А.*Потебня выделил формулы, т. е. устойчивые сочетания слов, если пользоваться современной терминологией, и отметил их характерную черту, а именно, закрепленность в языке вследствие постоянной связи их компонентов 3. А. А. Потебня ограничился только этим замечанием о формулах. Следует отметить, что Ф. И. Буслаев выделил «обычные выражения» за 39 лет, а А. А. Потебня выделил формулы, т. е. устойчивые сочетания слов, за 38 лет до того, как это сделал Г. Суит. Нельзя не согласиться с 1 Н. Н. Амосова. Дакт. дисс. Стр. 55. Книга, стр. 7. 2Ф. Буслаев. Исторические очерки народной словесности и искусства, 1861, стр. 131. 3 А. Потебня. Мысль и речь. «Журнал Министерства народного просвещения», 1862. 74
М. Дриновым, который предпослал «Вместо предисловия» второму изданию труда А. А. Потебни: «... кстати заметим, что) некоторые из весьма важных научных положений, выработка которых... приписывается нозейшим западноевропейским ученым (Пуаре), давно развиты А. А. Потебней в переиздаваемой теперь его ранней работе» К В 1873 г. появилась статья акад. И. И. Срезневского2. Статья посвящена вопросам образования слов и выражений, и в ней имеется ряд высказываний автора, представляющих интерес и сегодня. Так, И. И. Срезневский указывает, что сочетания слов приобретают устойчивость благодаря многократному повторению 3. Говоря о «сочетаниях слов», или «выражениях», автор указывает, что они могут быть различного состава: глагольные, прилагательные, существительные, числительные, местоименные, беспредложные и предложные, положительные и отрицательные, самостоятельные и несамостоятельные, входящие как части в другие выражения и пр.4. Это не является классификацией, построенной на едином принципе, а скорее перечнем возможных типов устойчивых сочетаний слов. Примеры, приводимые автором, не оставляют сомнения в том, что он имеет в виду устойчивые сочетания слов: кишмя кишит, само собой разумеется, ни рыба, ни мясо, без году неделя, на худой конец, не в бровь, а в глаз и т. д. И. И. Срезневский выделяет неизменяемые сочетания слов. К неизменяемым он относит обороты типа куда ни шло, того и гляди, чем свет и др., к изменяемым — поминать (или помянуть) лихом, за границу ехать, за границей жить, сил хватило, силы хватит. Таким образом, приоритет выделения устойчивых сочетаний слов при- 1 А. П о т е б н я. Мысль и речь. Харьков, 1892. 2 И. Срезневский. Замечания об образовании слов и выражений. «Записки Императорской Академии Наук», том 22, Санкт- Петербург, 11873. 3 «Всякое удачное выражение может запечатлеться в памяти слышавших, может быть ими повторено и не один раз, может таким образом перейти в общее достояние и увеличить собой запас выразительности языка...». Указ. соч., стр., 244. 4 Указ. соч., стр. 245. 75
надлежит русским ученым Ф. И. Буслаеву, А. А. По- тебне и И. И. Срезневскому. § 27. По вопросу об устойчивости имеется редкое единодушие подавляющего большинства исследователей, которые считают, что устойчивость фразеологических единиц проявляется в их воспроизводимости в готовом виде. Традиционное понимание устойчивости основано на высказывании Ф. де-Соссюра, хотя он сам и не-пользовался термином «устойчивость». «Характернейшим свойством речи является свобода комбинации; надо, следовательно, поставить вопрос, все ли синтагмы в одинаковой мере свободны. Прежде всего мы встречаемся с огромным количеством выражений, относящихся безусловно к языку; это те вполне готовые речения, в которых обычай воспрещает что-либо изменять даже в том случае, если можно, поразмыслив, различить в них значимые части (выйти замуж, и так далее). Приблизительно то же,, хотя в меньшей степени, относится к таким выражениям, как заложить за галстук, взять на мушку, спустя рукава или как благодаря тому что, несмотря ни на что, что касается..., то... и т. д. Их узуальный (закрепленный языковым обычаем) характер явствует из особенностей их значения или их синтаксиса. Такие обороты не могут быть импровизированы; они переданы готовыми по традиции». (Подчеркнуто нами. —А. К.) *. Такой же точки зрения придерживается и О. Есперсен, который в своих работах 2 подчеркивал, что свободные выражения (free expressions) каждый раз создаются в речи по определенному образцу (pattern), a устойчивые словесные группы на определенном этапе языка йе создаются вновь, а используются в готовом виде. Трактовка фразеологических единиц, предложенная Ф. де-Соссюром (1915 г.) и О.Есперсеном (1924 г.),была большим шагом вперед для своего времени и явилась 1 Ф. де-Соссюр. Курс общей лингвистики. М., 1933, стр. 122. 2 О. Jespersen. The Philosophy of Grammar. New York, p. 18 Русское издание: О. Есперсен. Философия грамматики. М.т Л 958, стр. 17. О. Jespersen. Essentials of English Grammar. London, 1933, p. 18. 76
новым словом в теории устойчивых сочетаний слов. Аналогичное понимание устойчивости находим и у В. В. Виноградова: «Самый факт устойчивости и семантической ограниченности фразеологических сочетаний говорит о том, что в живом употреблении они используются как готовые фразеологические единицы, воспроизводимые, а не вновь организуемые в процессе речи» 1. Однако следует отметить, что понимание устойчивости как «воспроизводимости в готовом виде» относится не только к фразеологическим единицам, но и к словам любой структуры, а также к некоторым типам образований, промежуточных между переменными сочетаниями слов и фразеологическими единицами или сложными словами2, являющихся готовыми знаками. Подобное понимание устойчивости является неполным, так как фиксирует только тот факт, что данная словесная группа является единицей языка, тогда как для более точного понимания устойчивости не менее важно установить, как подобное сочетание слов функционирует в речи, что нередко вносит существенный корректив в понимание его устойчивости. Традиционное понимание устойчивости не отражает специфики фразеологических единиц того или иного языка ни в структурном, ни в семантическом плане и не дает возможности установить различные степени устойчивости словесных групп и выделить категории, промежуточные между фразеологическими единицами и переменными сочетаниями слов ,или сложными словами, что в свою очередь мешает установлению границ фразеологии в том или ином языке. Некоторые исследователи отмечают, что границу между тем, что воспроизводится в готовом виде, и тем, что вновь организуется в процессе речи, далеко не всегда можно установить3. 1 В. В. Виноградов. Об основных типах фразеологических единиц в русском языке. В кн.: «Академик А. А. Шахматов». Сборник статей и материалов. М.—Л., 1947, стр. 364. 2 См. главу VII. 3 Интересно отметить, что А. И. Смирницкийв книге «Лексикология английского языка» (стр. 225) выделяет особый вид свободных сочетаний, которые могут «вновь и вновь воспроизводиться в речи». С. И. Ожегов в статье «О структуре фразеологии (в связи с проектом фразеологического словаря русского языка)». Лексико- 77
В подавляющем большинстве трудов по фразеологии традиционное понимание устойчивости считается аксиоматичным и применимым к любому языку, независимо от его специфики. Некоторые исследователи делают робкую попытку «уточнить» традиционное понимание устойчивости. Так, С. И. Ожегов определяет1 устойчивость как «общественно оправданную обычность для обозначения отрезка действительности» !. Это определение, не основанное ни на каких формальных критериях, является крайне неточным и может быть распространено даже на медицинские рецепты. Н. М. Эльянова предложила следующее определение устойчивости: «под устойчивым характером парных фразеологических единиц мы имеем в виду такую устойчивость соединения двух морфологически однотипных слов с союзом или предлогом, которая создается в результате их частого употребления в современном языке; в результате такие сочетания слов не создаются в процессе речи, а воспроизводятся в ней в готовом виде»2. Хотя это определение и дается в связи с характеристикой одного лишь вида фразеологических единиц, оно имеет и некоторое общее значение. К традиционному пониманию устойчивости Н. М. Эльянова добавляет частоту употребления в современном, языке. Подобное добавление не уточняет понятия устойчивости, так как степень употребительности фразеологических единиц в языке может быть различной в разные периоды развития графический сборник. Вып. II, М., 1957 (стр- 40) указывает, что «словосочетания железная крыша, пить чай, каменный дом и т. п. несомненно устойчивы в языке в том смысле, что они легко создаются в процессе речи, как закрепленное обозначение обычных для говорящего, типичных отрезков действительности. Все подобные словосочетания могут быть настолько закреплены в речевом обиходе, что о них можно говорить как о воспроизводимых, а не каждый раз создаваемых в потоке речи». Подобные взгляды являются спорными, но бесспорно одно, что само их возникновение свидетельствует о нечеткости понятия «воспроизведение в готовом виде». 1 Указ. соч., стр. 40. 2 Н. М. Э л ь я н о в а. О некоторых особенностях парных фразеологических единиц современного английского языка и их стилистической дифференциации. «Уч. зап. ЛГУ», № 253, «Серия филологических наук». Вып. 45. «Вопросы лексикологии, стилистики и сопоставительного изучения языков». Л., Я959, стр. 99. 78
языка, и среди фразеологических единиц встречаются как цшроко распространенные обороты, так и редко встречающиеся, но как те, так и другие стали воспроизводиться в готовом виде, хотя степень их употребительности была различной. Вообще частота употребления и воспроизведение в готовом виде — понятия крайне неточные. Как правильно указывает А. И. Смирницкий, следует выделять различные случаи воспроизводимости: воспроизводимость стихов, формул и т. п., носящую характер цитирования, нарочитого повторения, и воспроизводимость единиц языка, не имеющую характера цитирования К Ввиду различного характера воспроизводимости стихи, математические формулы, физические законы и т. п., не являющиеся элементами словарного состава языка, сколько бы они ни повторялись, не могут стать фразеологическими единицами, даже если в их состав входят переменные сочетания слов. Таким образом, воспроизводимость в готовом^виде и частота употребления отнюдь не являются характерными чертами одних лишь фразеологических единиц. § 28. Неудовлетворенность традиционным пониманием устойчивости заставляет некоторых фразеологов отказаться от понятия устойчивости как одного из признаков фразеологической единицы 2 или искать нового опре* деления устойчивости. Н. Н. Амосова предлагает следующее определение устойчивости: «Устойчивость словесной группы есть ее традиционная повторяемость без семантического преобразования» 3. Понятие устойчивости отнюдь не исчерпывается традиционным повторением, без семантического преобразо- 1 «Но если повторяются чьи-либо стихи, какие-либо формулы и т. п., то повторение здесь имеет характер нарочитого повторения, воспроизведения... Такое повторение-воспроизведение носит характер цитирования в широком смысле слова... воспроизведение единиц языка никогда не носит характера «цитирования»: эти единицы применяются и воспроизводятся как принципиально не имеющие автора, как общее достояние народа, неразрывно связанное с ним» (А. И- Смирницкий. Лексикология английского языка. М., 1956, стр. 229). 2 А. И. Молотков. Понятие формы фразеологизма. Проблемы фразеологии и задачи ее изучения в высшей и средней школе. Тезисы докладов межвузовской конференции 30 мая — 2 июня 1965 г. в гор. Череповце, 1965, стр. 78. 3 Н. Н, Амосова. Книга, стр. 104. 79
вания, даже если речь идет об устойчивых образованиях нефразеологического характера. При подобном понимании устойчивости отсутствуют формальные показатели, необходимые для выделения различных типов устойчивости. Поскольку во фразеологической единице всегда имеется семантическое преобразование, предложенное Н. Н. Амосовой определение устойчивости не относится к ф/разеологическим единицам. Несмотря на то, что решение проблемы устойчивости фразеологических единиц является одной /из основных задач теории фразеологии, в работах Н. Н. Амосовой устойчивость фразеологических единиц не определяется, не изучается и не фигурирует в качестве формального критерия их выделения. Поэтому мы считаем, что определение, предложенное Н. Н. Амосовой, по существу означает отказ от установления устойчивости фразеологических единиц. С. Н. Савицкая выдвинула следующее определение устойчивости фразеологических единиц: «Под устойчивостью фразеологических единиц мы понимаем постоянство их состава, неизменяемость их структуры, которая создается в языке в результате их частого употребления в данном составе и в закрепившемся за ними смысле» К Широкое развитие вариантности фразеологизмов в современном английском языке, а также возникновение большого числа структурных синонимов нарушает представление о «неизменяемости структурных фразеологических единиц». Постоянство состава фразеологизмов не исключает возможности изменения их структуры в определенных пределах (ср. give away the show = give the show away). Определение устойчивости, предложенное С. Н. Савицкой, не дает возможности выделить фразеологические единицы с различной степенью устойчивости, а это, как мы уже отмечали, является одной из важнейших задач фразеологии, так как способствует отделению от фразеологических единиц устойчивых сочетаний, проме- 1 С. Н. Савицкая. Об устойчивости фразеологических единиц. Вопросы теории английского и немецкого языков. Киев, 1962, стр. 39. С. Н. Савицкая. Фразеологические единицы с модальным значением в современном английском языке. Канд. дисс. Киев, 1963, стр. 100. 80
жуточных между переменными сочетаниями и фразеологическими единицами или между сложными словами и фразеологическими единицами. § 29. В статье И. А. Мельчука проблема устойчивости поставлена по-новому. И. А. Мельчук считает, что при строгом словоупотреблении неправомерно говорить о просто «устойчивых», или «неустойчивых» сочетаниях и что всякое сочетание характеризуется определенной степенью устойчивости, вследствие чего кет абсолютно устойчивых и абсолютно неустойчивых сочетаний, а имеются лишь сочетания, различающиеся по степени устойчивости. Несмотря на вышеприведенное вполне справедливое замечание, И. А. Мельчук все же считает возможным существование устойчивых и неустойчивых сочетаний: «Однако так как на практике (например, для МП 1) и в теории обычно представляют интерес сочетания с довольно высокой устойчивостью, то можно для краткости условно называть такие сочетания «устойчивыми», а остальные «неустойчивыми». При этом произвольно (исходя из практических целей) выбирается величина «порога устойчивости»; устойчивыми считают те сочетания, устойчивость которых выше этого порога»2. Таким образом, предлагается сочетания с невысокой устойчивостью считать неустойчивыми. Это не вносит ясности в вопрос. И. А. Мельчук утверждает, что «в данной работе предлагается рассматривать устойчивые сочетания как одну из разновидностей несвободных сочетаний; все устойчивые сочетания относятся к несвободным, но не все несвободные сочетания являются устойчивыми (в узком смысле), т. е. имеют высокую степень устойчивости». Отсюда следует, что важнейшим вопросом является определение степени устойчивости, определение «порога устойчивости». И. А. Мельчук стремится к уточнению существующего понятия устойчивости, к интерпретации понятия устойчивости в точных терминах _как, например, «предсказание с определенной степенью вероятности». Однако И. А. Мельчук понима- 1 машинного перевода — Л. К. 2 И. А. Мельчук. О терминах «устойчивость» и «идиоматич- ность»- «Вопросы языкознания», I960, № 4, стр. 74. 81
ет, какие трудности встают на пути исследователя степени устойчивости сочетаний !и необходимости обследования огромного числа текстов, что совершенно невозможно без использования электронных машин. Подобное обследование вряд ли может быть предпринято в ближайшие годы. Что же предлагает И. А. Мельчук? «Порог устойчивости» выбирается произвольно, тем не менее понятием устойчивости можно пользоваться уже и сейчас, временно допустив приблизительное определение вероятности, основанное на субъективных ощущениях или на обследовании сравнительно небольших выборок». (Подчеркнуто нами. — Л. /С.). Вряд ли можно говорить об уточнении традиционного понимания устойчивости, если оперировать такими «методами», как «произвольный выбор», «субъективные ощущения» и «небольшие выборки». И. А. Мельчук считает, что приблизительность результатов не задевает самого способа измерения, т. е. логической структуры его определения. Как же определяет он устойчивость? «Устойчивость сочетания относительно данного элемента,—утверждает И. А. Мельчук,—измеряется вероятностью, с которой данный элемент предсказывает совместное появление остальных элементов сочетания (в определенном порядке относительно предсказывающего элемента)» !. Для И. А. Мельчука устойчивость является чисто структурной категорией, так как это определение опирается на понимание автором устойчивого сочетания как сочетания определенных элементов, «в которых эти элементы встречаются гораздо чаще, чем в других сочетаниях». Очень важно стремление И. А. Мельчука к большей точности в определении устойчивости. Тем не менее это определение вызывает серьезные возражения. И. А. Мельчук в своем понимании устойчивости, так же как Л. Ельмслев, совершенно игнорирует как исторический, так и семантический факторы 2. Так, анализи- 1 Указ. соч., стр. 73. 2 Позднее Л. Ельмслев в статье «Можно ли считать, что значения слов образуют структуру?», отвечает положительно на этот вопрос. См. «Новое в лингвистике». Вып. II, М., 1962, стр. 117—136. 82
руя сочетание бить баклуши, он указывает, что баклуши не употребляется вне этого сочетания и поэтому предсказывает его на 100% К Исходя из утверждения И. А. Мельчука, что устойчивость равна 100%, если предсказывающий элемент не встречается вне данного сочетания, например мертвецки пьян (относительно мертвецки), мы сталкиваемся со значительными трудностями в определении устойчивости сочетания, если другой его элемент (в данном случае пьян) встречается вне данного сочетания, т. е. не предсказывает его на 100%. Создается парадоксальное положение: сочетание мертвецки пьян обладает устойчивостью, равной 100% (относительно слова мертвецки) и неустановленной степенью устойчивости (относительно слова пьян, могущего встречаться как в переменных, так и в устойчивых сочетаниях слов). Принципиальная возможность различной степени устойчивости сочетания в зависимости от предсказывающего элемента показывает всю неточность предлагаемого нового метода. Установление наибольшей величины устойчивости, оказывается, не снимает вопроса о наличии меньшей устойчивости того же сочетания относительно других его элементов. Игнорирование значения приводит И. А. Мельчука к существенным ошибкам в анализе конкретного языкового материала2. Так, при разборе сочетания выносить сор из избы указывается, что в этом словосочетании ни один из элементов не предсказывает остальных с достаточно большой вероятностью, но два элемента вместе (выносить сор) уже предсказывают остальные. Если бы И. А. Мельчук не рассматривал данное словосочетание как голую структуру, а учитывал, что оно значит разглашать семейные, внутренние раздоры, дрязги, то он пришел бы к другому выводу, а именно, что слова 1 Аналогичная неточность у В. Л. Архангельского. См. -§ 16 данной книги. 2 Игнорирование значения остро высмеял Э. Бенвенист: «со- ютношение формы и значения многие лингвисты хотели бы только свести к понятию формы, но им не удалось избавиться от ее коррелята значения. Что только ни делалось, чтобы не принимать во внимание значение, избежать его и отделаться от него. Напрасные попытки — оно, как голова Медузы, всегда в центре языка, околдовывая тех, кто его созерцает». Э. Бенвенист. Уровни лингвистического анализа. Новое в лингвистике». Вып. 4. М., 1965, «стр. 443. 83
изба и сор на 100% предсказывают словосочетание именно в данном значении. Устойчивость порядка слов, компонентов, предсказанных по одному компоненту, может, конечно, быть различной, как показывают нижеследующие примеры, взятые из словаря Ушакова: Он до того застенчив, стыдлив и молчалив, что на него почти можно надеяться, — из избы сора не вынесет. (Ф. Достоевский) Пустынник был не говорлив, Мишук с природы молчалив; Так из избы не вынесено сору. (И. Крылов) Предсказание по двум элементам (выносить сор) требует после них слов из избы, если мы учитываем значение словосочетания. Но И. А. Мельчук не делает этого, и его предсказание по двум элементам явно не оправдывает возлагаемых на него надежд, так как можно сказать: выносить сор из комнаты выносить сор из коридора выносить сор из каюты и т. п. Другим примером ошибочного анализа является разбор сочетания то и дело, И. А. Мельчук указывает, что это несвободное сочетание является неустойчивым; его элементы часто встречаются вне сочетания, и ни один из них не предсказывает остальных с высокой вероятностью. Тот факт, что элементы сочетания часто встречаются вне его, отнюдь не доказывает неустойчивости сочетания. Если следовать логике И. А. Мельчука, то почти все фразеологические единицы оказываются неустойчивыми, так как их компоненты частэо встречаются вне этих сочетаний. 100%-пая устойчивость слов с единичной сочетаемостью отнюдь не исключает высокой устойчивости сочетаний других типов, в данном ^случае оборота то и дело. Этот оборот означает очень часто, беспрестанно, и в этом значении его компоненты, слова то» 84
дело каждый в отдельности с большой точностью предсказывают остальные. Следовательно, оборот то и дело обладает высокой степенью устойчивости. Таким образом, игнорирование значения не дает возможности И. А. Мельчуку правильно разобраться в вопросах устойчивости словесных образований. Если же И. А. Мельчук будет учитывать значение, то убедится в том, что один элемент может с большой степенью вероятности предсказывать другой и в переменных сочетаниях слов. Так, оборот 'деревянный пол' — сделанный из дерева нижний настил в помещении на 100% предсказывает слово пол, хотя оборот деревянный пол — переменное словосочетание. По существу И. А. Мельчук точно устанавливает 100%-ую устойчивость сочетаний лишь с компонентом,, который вне их не употребляется, т. е. устанавливается то, что является очевидным. Что же касается сочетаний другого типа, а их подавляющее большинство, — то приходится ограничиваться интуицией. Словосочетания со 100%-ой устойчивостью, т. е. с единичной сочетаемостью однозначного компонента, обладают предельно узкой сочетаемостью, чо не являются фразеологическими единицами, если в них нет семантической перестройки компонентов, например, окладистая борода, проливной дождь и др. Далее следует отметить, что приведенное выше понимание И. А. Мельчуком устойчивого сочетания как сочетания определенных элементов, в котором эти элементы встречаются гораздо чаще, чем в других сочетаниях, является неправильным. И. А. Мельчук совершенно не учитывает, что существуют фразеологические единицы, употребляющиеся редко. Это обороты, о которых никак нельзя сказать, что их компоненты чаще встречаются в них, чем в других сочетаниях. Однако подобные- обороты могут обладать высокой степенью устойчивости. К таким оборотам можно отнести, например, живой рукой (областное) —живо, быстро. Определение И. А. Мельчука является односторонним, так как опирается только на структурную устойчивость и не принимает в расчет устойчивости других аспектов языка, без чего невозможно научное определение- устойчивости. Таким образом, предложенная И. А. Мельчуком фор- 85
мализация понятия устойчивости является бесполезной Аля языкознания !. § 30. Интересное определение предложил В. Л. Архангельский. Говоря об использовании устойчивых фраз в речи, В. Л. Архангельский подчеркивает, что функционирование устойчивых фраз в речи свидетельствует об определенных ограничениях в выборе переменных. Само понятие устойчивости фразы, по мнению В. Л. Архангельского, «опирается на совокупность таких ограничений, не свойственных ее свободному эквиваленту»2. В. Л. Архангельский уточняет это определение: «Устойчивость фразеологической единицы основана на ограничениях в выборе переменных по сравнению со свободой выбора переменных в теоретически возможном эквиваленте фразеологической единицы» 3. Уточнив свое определение, В. Л. Архангельский тем не менее сохранил и старое определение. В. Л. Архангельский исходит из разделяемого многими учеными, работающими в области технических наук, понимания устойчивости как «ограничения разнообразия». Так же понимают дескриптивисты любую систему4. В. Л. Архангельский подчеркивает, что понятие устойчивости неразрывно связано с понятием вариантно- сти и инвариантности и с представлением о пределе варьирования одной и той же фразеологической единицы. Понимание устойчивости В. Л. Архангельским является новым словом в изучении фразеологии. Мы учитывали работы В. Л. Архангельского при разработке теории устойчивости фразеологических единиц в современном английском языке. Однако, несмотря на нова- 1 Взгляды И. А. Мельчука разбираются в следующих статьях: Н. 3. Котелова. Об объективных и точных критериях описания сочетаемости слов. «Вопросы языкознания», 1965, № 4, стр. 60- Н. Н. Амосова. Современное состояние и перспективы фразеологии. «Вопросы языкознания», 1966, № 3, стр. 70—72. 2 В. Л. Архангельский. Устойчивые фразы в современном русском языке. Ростов н/Д., 1964, стр. 206. 3 В. Л. Архангельский. О понятии устойчивой фразы и типах фраз. В сб. «Проблемы фразеологии». М.—Л-, 1964, стр. 105. В. Л. Архангельский. Устойчивые фразы в современном русском языке, стр. 92. 4 См. § 8. 86
торский характер работы В. Л. Архангельского, его теория устойчивости фразеологических единиц является незавершенной и нуждается в некоторых существенных коррективах. Понятие инвариантности при всей его важности не включается В. Л. Архангельским в определение устойчивости фразеологической единицы. Это, видимо, объясняется тем, что проблема вариантности фразеологических единиц В. Л. Архангельским не разработана в должной мере. Нам также представляется мало плодотворным введение понятия «теоретически возможный эквивалент фразеологической единицы». У части фразеологических единиц имеются совпадающие с ними по форме переменные сочетания слов, например, pull somebody's leg — фразеологическая единица, означающая одурачивать кого-либо, морочить кому-либо голову и pull somebody's- leg — переменное словосочетание, означающее втянуть кого-л. за ногу. Переменное словосочетание по всем своим основным характеристикам настолько отличается от фразеологической единицы, что не может рассматриваться как ее эквивалент. У большого числа фразеологических единиц нет совпадающих с ними по форме переменных сочетаний слов, и не представляется возможным определить их устойчивость «по сравнению с теоретически возможным эквивалентом», если практически такой эквивалент не существует в языке. Это справедливо, например, в отношении многих компаративных фразеологических единиц: (as) bold as brass, (as) dead as a door-nail и др., большинства пословиц, в том числе и компаративных, типа faint heart never won fair lady, many words cut (или hurt) more- than swo,rds, speech is silvern, silence is golden и т. д. Сказанное выше относится и ко многим фразеологизмам* других структурных типов. Устойчивость таких фразеологических единиц должна устанавливаться по сравнению с возможностью использования их компонентов в переменных сочетаниях слов, а не только в «теоретически возможных эквивалентах» данных фразеологизмов. Кроме того, следует- иметь в в'иду, что компоненты многих фразеологических единиц не употребляются в переменных сочетаниях слов,, например, tit for tat, by dint of и др. 8Г
Недостатком теории устойчивости, предложенной В. Л. Архангельским, является и то, что в ней не учитываются различные степени устойчивости и не фигурирует коэффициент минимальной фразеологической устойчивости, что не дает возможности должным образом отделить устойчивость на фразеологическом уровне от устойчивости на нефразеологическом уровне. Вследствие подобного смешения уровней, В. Л. Архангельский, несмотря на стремление уточнить понятие устойчивости, слишком расширяет объем фразеологии и включает в нее по существу все типы устойчивых сочетаний слов, в том числе составные термины, названия и обозначения, независимо от того, имеется ли в них переосмысление компонентов, или нет. Приравнивание подобных устойчивых сочетаний нефразеологического характера к фразеологизмам не дает возможности выделения устойчивости на фразеологическом уровне, что чрезвычайно затрудняет установление границ фразеологии. § 31. Для правильного понимания устойчивости большое значение имеет высказывание У. Росс Эшби, который утверждает, что все значения слова «устойчивость» связаны с основной идеей инвариантности,^которая состоит в том, что несмотря на последовательное изменение системы в целом, некоторые ее свойства — инварианты сохраняются неизменными \ Мы рассматриваем устойчивость фразеологических единиц как понятие комплексное, как присущую им инвариантность. «Ограничение разнообразия» рассматривается нами в рамках инвариантности с учетом как функционирования компонентов фразеологических единиц в переменных сочетаниях, так и невозможности подобного функционирования. Мы предлагаем следующее определение устойчивости фразеологической единицы: Устойчивость фразеологической единицы — это объем инвариантности различных аспектов фразеологического уровня. Фразеологизмы — единицы фразеологического уровня, являющегося уровнем структуры языка. В число раз- У. Росс Эшби. Введение в кибернетику. М., 1959, стр.109. 88
личных аспектов фразеологического уровня входят и элементы нижестоящих уровней К Предложенное выше определение устойчивости фразеологической единицы является уточненным по сравнению с определением, которое давалось в наших предыдущих работах. Ниже дается характеристика различных аспектов фразеологического уровня или микроустойчивостей. § 32. УСТОЙЧИВОСТЬ УПОТРЕБЛЕНИЯ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ Устойчивость употребления — это тот факт, что фразеологизм является единицей языка, общественным достоянием в данном языковом коллективе, а не индивидуальным оборотом,' употребляемым только тем или иным автором. Устойчивость употребления свойственна всем единицам языка, а не только фразеологизмам. Примером индивидуального оборота, не являющегося единицей языка и потому не могущего быть фразеологической единицей, является выражение 'take а lunar', созданное Джоном Голсуорси и неоднократно употребляющееся в тех его произведениях, в которых фигурируют старые Форсайты. В индивидуальном характере этого оборота нет никаких сомнений и не только потому, что сам Джон Голсуорси всегда ставит его в кавычки и часто ссылается на то, что выражение употреблял старый Джолион или кто-либо из других старших в роде Форсайтов2. The young man had been very spry. Covered by Gradman's bluff and greasy greeting, he "took a lunar", as his uncle Roger used to call it. (J. Galsworthy, The White Monkey, part II, ch. I.) i Cm. § 9. 2 В 1930 г. я получил письмо от Дж. Голсуорси в ответ на мою просьбу объяснить оборот Чо take a lunar'. Письмо, к сожалению, было потеряно во время войны. В своем письме Дж. Голсуорси в частности писал (цитирую по памяти): "То take a lunar' is a Forsyte family slang expression meaning Чо take a good look at a thing*. The origin of the expression is measuring longitude by lunar distance". Таким образом, Чо take a lunar' является жаргонным выражением семьи Форсайтов. 89
Then getting on a 'bus, he was borne back •paist St. Paul's. Cautiously "taking a lunar" — as old Forsyte put it — he saw Bicket inflating a balloon,... (J. Galsworthy, The White Monkey, part II, ch. III.) 'Michael "Takes a Lunar"' — название III главы первой части в книге «Серебряная ложка». В этой главе оборот встречается еще раз: Bent on "taking his lunar" — as 'Old Forsyte* would call it — at his own position, he walked away from the House that same day, after dealing with an accumulated correspondence. Roger slowly raised his umbrella, as if taking a lunar of the young man's capacity. (J. Galsworthy, On Forsyte 'Change, Francies's Fourpenny Foreigner.) H'm! what was she wanting now? Should he ask? And as if attending to the crumbs on his lapel, he 'took a lunar'. (J. Galsworthy, Swan Song, part I, ch, VIII.) Оборот, созданный Дж. Голсуорси, не вышел за пределы его книг и не превратился во фразеологическую единицу. Такая же судьба постигла и индивидуальное изменение фразеологизма fret and fume — рвать и метать, созданное Р. Олдингтоном: Winterbourne fumed and fretted at the inaction. (R. Aldington, Death of a Hero, part III, 3.) Окказиональными могут быть и переводы иностранных фразеологизмов. Так, немецкий фразеологизм da liegt der Hund begraben — вот где србака зарыта калькируется Г. Марионом: "Such bonds", it appeared, are indeed "available to all regular members,\ Fine! But there is a qualification. They "are available to all regular 90
members in an amount based on their weekly assessments/' There the dog lies buried! (G. Marion, Stop the Press!, part four, ch. 28.) Нам встретилась и калька французского фразеологизма embarras de richesses — затруднение от избытка: This year's programmes for Eastern Europe and the Soviet Union are really an embarrassment of riches. {Daily Worker, Jan. 24, 1962.) При всем различии этих оборотов их объединяет отсутствие устойчивости употребления. Они являются лишь потенциальными фразеологизмами. Рассмотренные обороты так и не стали истинными фразеологизмами. Отличить фразеологические единицы от индивидуальных образований иногда бывает очень трудно, так как индивидуальные образования внешне часто ничем не отличаются от традиционных фразеологических единиц. Устанавливать принадлежность тех или иных оборотов к фразеологическим единицам нужно по употреблению их несколькими авторами, а также по словарям и справочникам. Но все фразеологические единицы, независимо от их происхождения, проходят стадию потенциальной фразеологичности. Одни фразеологические единицы восходят к переменным сочетаниям слов (a bag of bones, draw a red herring across the trail, the fat's in the fire, pour down the drain и др.), другие же — к иностранным фразеологизмам: it goes without saying (that...) с фр. cela va sans dire, under the rose с лат. sub rosa и др., третьи же—только к потенциальным фразеологизмам, если в языке не существует совпадающих с ними по форме переменных сочетаний слов (angells or devils on horseback, enough to make the angels weep, the devil to pay, if ifs and ans were pots and pans, pull the devil by the tail и многие другие). В момент своего возникновения будущим фразеологическим единицам, естественно, не свойственна устойчивость употребления. Это качество приобретается по- 91
«степенно. Но фразеологическими единицами могут стать только потенциальные фразеологизмы. Оборот, выходя из узкого круга авторского употребления, может со временем стать устойчивым на фразеологическом уровне it превратиться во фразеологическую «единицу. Например, благодаря огромной популярности шекспировских произведений, многие шекспиризмы, бывшие "первоначально индивидуальными авторскими оборотами, потенциальными фразеологизмами, употреблявшимися, как правило, только в одном контексте, и иногда в своем буквальном значении, стали общенародным достоянием, фразеологическими единицами. К таким оборотам относятся, например, be hoist with one's own petard, cakes and ale, give pause to (somebody), give the devil his due, the milk of human' kindness, neither rhyme nor reason, pound of .flesh, that's flat, there's the rub, to one's heart's content ц др. Потенциальные фразеологизмы, являющиеся окказиональными оборотами, не превратившимися во фразеологические единицы, не входят в язык, а являются элементами стиля того или иного писателя и должны изучаться в стилистике. Н. Н. Амосова справедливо утверждает: «Фразеологическая единица никогда не возникает в языке сразу, путем мгновенного качественного превращения переменного сочетания в постоянное. Процесс ее становления есть постепенный переход от состояния простой повторяемости переменного сочетания к состоянию предписанной речевым узусом стабилизации...» \ Идея постепенности становления фразеологических единиц не вызывает возражений. Возведение же всех фразеологических единиц к переменным сочетаниям неубедительно. Следует сказать, что не все лингвисты придерживаются мнения, высказанного Б. А. Лариным и Н. Н. Амосовой. С. И. Ожегов отмечает, что виды яереносно-образно- 1 Н. Н. Амосова. Докт. дисс, стр. 279. Н. Н. Амосова. О диахроническом анализе фразеологических единиц. «Исследования по английской филологии». Сб. III, Л., 1965, стр. 101—102. Аналогичная точка зрения высказана Б-А. Лариным в «Очерках по фразеологии», 1956, стр. 219, 223. 92
го преобразования словосочетаний многообразны. Фразеологические единицы могут представлять иронические, гиперболические или каламбурные или иные экспрессивные образы. Фразеологические единицы подобного типа, естественно, создаются по образу свободных словосочетаний и не всегда являются соответствующим переосмыслением уже готовых свободных словосочетаний 1 (подчеркнуто нами.—А. К.). Приводимые С. И. Ожеговым примеры фразеологических единиц, не восходящих к переменным словосочетаниям, вполне убедительны: сапоги каши просят, обобрать до нитки, березовая каша и т. п. Со своей стороны мы могли бы добавить: делать из мухи слона, денег куры не клюют, глуп как пробка, как аршин проглотил, чем черт не шутит, у черта на куличках и многие другие. Таким образом, фразеологические единицы могут образовываться и минуя стадию необразного переменного сочетания слов, в том случае, если они восходят к потенциальным фразеологизмам, не имеющим совпадающих с ними по форме переменных сочетаний слов. Такой способ образования фразеологических единиц, безусловно, требует исторических изысканий, но и данные современного языка полностью его подтверждают. Устойчивость употребления является инвариантной при любых изменениях фразеологических единиц, не нарушающих их тождества. § 33. СТРУКТУРНО-СЕМАНТИЧЕСКАЯ УСТОЙЧИВОСТЬ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ Структурно-семантическая устойчивость фразеологических единиц опирается на устойчивость их лексического состава, на их структурно-семантическую немо- делированность. Для определения структурно-семантической модели необходимо предварительно определить типовое значение. Под типовым значением мы понимаем грамматическое значение групп слов, связанных аналогичными синтаксическими отношениями. 1 С. И. Ожегов. О структуре фразеологии. «Лексикографический сборник». Вып. II, М, 1957, стр. 47. 93
Структурно-семантическая модель — это обладающий типовым значением лексико-грамматический образец, по которому создаются аналогичные переменные сочетания слов около опорного' знаменательного слова1. В основе этого определения лежит несколько уточненное нами определение, предложенное Ц. С. Горел.ик применительно к переменному словосочетанию 2. От структурно-семантической модели следует отличать лексическую словообразовательную модель, по которой образуются слова, преимущественно производные, сложные и сложнопроизводные (ср. catch-er, read-er, speak-er, turn-er и др.; bookcase, book-club, book-house, book-plate, bookshop, book-stand, book-work, bookworm и др.; book-binder, book-hunter, book-lover, book-maker, book-seller и др.). По лексической модели образуются только слова, т. е. языковые единицы, компоненты которых не связаны синтаксическими отношениями. Следующий пример структурно-семантической модели переменного предложения показывает ее роль в разграничении фразеологических единиц от переменных предложений: If I had the money I should pay you. Это один из видов сложноподчиненных предложений, а именно обстоятельственное предложение с условным придаточным предложением. По данному образцу может быть создан целый ряд предложений с заменой любого знаменательного компонента в рамках одной и той же структурно-семантической модели, так как переменным предложениям свойственно такое же отсутствие лексической и структурно- семантической устойчивости, как и переменным словосочетаниям, например: If he (she, my friend, etc.) had the money he (she, my friend, etc.) woulld pay you. 1 Некоторые типы переменно-устойчивых сочетаний слов образуются по ограниченным структурно-семантическим моделям. См. главу VII. 2 Ц. С. Горелик. Адъективные сочетания типа «прилагательное + предлог + существительное (местоимение)» в современном английском языке. Автореферат канд. дисс. М., 1961, стр. 7. 94
If I had (a chance, time) I should visit you (him, her, your friend, etc.). В книге А. С. Хорнби приводится ряд примеров этой модели: If he heard of your marriage he would be surprised. If he took his doctor's advice he might soon be well again и др.1. Типовым значением этой структурно-семантической модели будет значение условия, при реализации которого становится возможным осуществление действия главного предложения. Но ведь подобные модели имеются во фразеологии: if the blind lead the blind, both shall fall into the ditch, if the pills were pleasant, they would not be gilded, if you dance you must pay the fiddler, if you run after two hares, you will1 catch neither и др. Переменные сочетания слов построены по структурно-семантической модели, а фразеологические единицы по структурной, т. е. грамматической, модели, единичными вариантами которой являются перечисленные выше обороты. В речи структурно-семантическая модель, являющаяся единицей языка, может заполняться любым содержание^. Каждая фразеологическая единица является единичным образованием по структурной модели переменного словосочетания или предложения. Как структурная модель, так и ее лексическое (а мы бы сказали фразеологическое) наполнение принадлежит языку2. Возможность замены компонентов во фразеологических единицах строго ограничена узким кругом слов, например: if each would sweep before his own door, we should have a clean city (или street). Во фразеологических единицах нельзя выделить ведущее слово, как это легко сделать в переменных сочетаниях слов, и построить целый ряд, в котором опорный компонент, формализующий данную модель, реализовал бы свое значение с разнообразными компонентами. В переменных сочетаниях слов это вполне возможно, так как они не обладают постоянным лексическим со- 1 A. S. Hornby. Л Guide to Patterns and Usage in English. London, 1954, p. 209—210. 2 Ю. Д. Апресян. К вопросу о значении фразеологических единиц. «Иностранные языки в школе», 1957, № 6, стр* 13. 95
ставок и допускают, например, подстановку любого синонима. Структурно-семантическая моделированность особенно важна при отграничении от фразеологических единиц переменных оборотов с переосмысленным значением, которые без учета их моделированности можно легко принять за фразеологические единицы (ср. flow of conversation, talk, spirits, time, words и др.). Образование по аналогии, в результате которого возникает структурно-семантический образец, нарушает устойчивость значения фразеологической единицы и выводит ее за пределы фразеологии. Объективность установления структурно-семантической устойчивости обеспечивается тем, что она опирается на формальные признаки, а именно, отсутствие структурно-семантической модели, по которой образуются переменные сочетания слов. Фразеологическим единицам несвойственно образование даже по ограниченной структурно-семантической модели. Все фразеологические единицы являются немодели- рованными образованиями. Устойчивость на фразеологическом уровне, опирающаяся на единичность фразеологической единицы, исключает структурно-семантическую моделированность. Структурно-семантическая немоделированность является ограничением разнообразия по сравнению со структурно-семантической моделированностью переменных сочетаний слов. Эти отношения являются отношениями бинарной оппозиции. Это ограничение разнообразия осуществляется в рамках инвариантности, так как при любых изменениях фразеологическая единица сохраняет свою структурно- семантическую немоделированность. Возникновение у фразеологической единицы одно- структуркого антонима не может рассматриваться как структурно-семантическое моделирование ввиду единичности подобного образования. К таким случаям, например, относится возникновение антонима, in the short run у фразеологизма in \he long run. There are some signs that our own social, economic and political institutions will not be 96
equal to the challenges whioh face them from Russian communism in the short run..., Nobel Prize winner, Mr. Lester Pearson said yesterday. (Daily Worker, Febr. 4, 1957.) Increased government expenditures alone... do little in the short run to increase the productive efficiency of industry. (The New Republic, April 16, 1962.) Такое же явление наблюдаем и в следующих оборотах: painti something in bright colours и paint something in dark colours; off the map и on the map и другие. В редких случаях фразеологическая единица может стать структурно-семантически^ образцом, по которому образуются переменные сочетания слов. Подобным примером является шекспиризм to out-herod Herod перепродать самого Ирода, переусердствовать (Гамлет, д. III, сц. 2). But Pve no patience with Jos and his dandified modesty. It is out-Josephing Joseph... (W. M. Thackeray, Vanity Fair, ch. IV.) He out-Miltons Milton in artifice of style. (J. Lowell, Among My Books, Series I.) ... there is no more hope in attempts to out- Wagner Wagner in music drama than there was in the old attempts. (B. Shaw. The Perfect Wagnerite. The Music of the Future.) The Washington agreement out-Munich Munich. (Labour Monthly, Jan. 1951.) § 34. УСТОЙЧИВОСТЬ ЗНАЧЕНИЯ И ЛЕКСИЧЕСКОГО СОСТАВА ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ Устойчивость значения фразеологических единиц связана с устойчивостью их лексемного состава, выражающейся как в том, что они могут быть застывшими традиционными формулами, не допускающими никаких 4. А. В. Кунин. 97
изменений, так и в том, что при всех возможных нормативных лексических изменениях, происходящих только в рамках выделенных зависимостей, значение фразеологических единиц является инвариантным. Таким образом, устойчивость выделенных зависимостей компонентов фразеологических единиц является формальным показателем их лексической устойчивости, что в свою очередь предопределяет устойчивость их значения. Полностью или частично переосмысленное буквальное значение компонентов, стабильность типа переосмысления значения, устойчивость употребления и структурно-семантическая немоделированность сочетаются в зависимости от типа фразеологизма со следующими явлениями: а) неизменяемостью лексического состава фразеологизма; б) тождественностью значения во фразеологических вариантах; в) семантическим инвариантом, т. е. общим значением при всех возможных различиях в структурных синонимах; г) семантическим инвариантом в оборотах с кон- стантно-вариантно-переменной зависимостью компонентов и во фразеологических единицах, допускающих окказиональные изменения. В значение этих фразеологизмов при лексических или грамматических изменениях, не нарушающих их тождества, могут вноситься только те или иные уточнения. Оно может также усиливаться или ослабляться, не перерастая в другое значение. Подобный пример находим в романе Голсуорси «Сдается в наем»: It was odd how, with all this ingrained care for moderation and isecure investment, Soames ever put his emotional eggs linto one basket. First Irene — now Fleur. (J. Galsworthy, To Let, part II, ch. IV.) Добавление слова emotional во фразеологическую единицу put all one's eggs into one basket рискнуть всем, поставить все на карту лишь уточняет его значение — поставить все свои чувства на карту, т. е. отдать их одному человеку. При таком изменении значение поставить все на карту является инвариантным с уточнением лишь того, что ставится на карту. В тексте уточняются и адре- 98
саты действия, обозначаемого фразеологизмом (Irene и Fleur). Слово all опускается. д) в вариантных фразеологических единицах имеется лексический инвариант, т. е. неподменяемое знаменательное слово. Устойчивость лексемного состава фразеологических единиц—их отличительный признак. Эта устойчивость основана или на их полной неизменяемости, или на сохранении лексического инварианта при наличии вариантов или структурных синонимов, причем слова-заменители всегда ограничены узким кругом. Следует также учитывать отсутствие у фразеологизмов структурно-семантической модели и их раздельнооформленность. Одним из проявлений устойчивости лексемного состава фразеологизма является возможность наличия в нем компонентов, не употребляющихся в переменных сочетаниях слов, например, архаизмов: hue and cry, a pig in a poke и др. Отсутствие семантического инварианта, являющегося пределом изменяемости, разрушает тождество фразеологической единицы в речи. Это справедливо и в отношении лексического инварианта. К инварианту, являющемуся предельной мерой фра- зеологичности, вполне применимы слова В. И. Свидер- ского: «Качество как единство элементов и структуры допускает определенные изменения входящих в него элементов без изменений всей структуры. Подобные изменения в рамках данного качества носят название количественных изменений. Возможные границы такого изменения элементов в рамках данной структуры определяются мерой. За пределами меры вместе с изменением всех элементов в целом и даже отдельных элементов наступает изменение самой структуры, происходит скачок от одного качественного состояния к другому, новому качественному состоянию»1. Приведем пример деформации, нарушающей тождество фразеологической единицы. Широко распространенная фразеологическая единица be born with a silver spoon in one's mouth — в сорочке родиться принимает у Дж. Голсуорси следующий вид: 1 В. И. Свидерский. О диалектике элементов и структуры в объективном мире и познании. М., 1962, стр. 01. 4" 99
He was staring at a silver spoon. He himself had put it in her mouth at birth! (J. Galsworthy. The Silver Spoon, part II, ch. VIII.) Деформация значения опирается на лексическую деформацию. Фразеологическая единица расчленяется на две части, из которых одна находится в первом предложении, а другая — во втором. Кроме того, be born with заменяется put in, что полностью меняет значение. В результате подобной структурно-семантической деформации фразеологическая единица в данном контексте распадается, хотя связь с прототипом и не утрачена. Многие фразеологические единицы сохраняют свое значение в неизменности в течение столетий. Но отсюда отнюдь не следует делать вывод, что устойчивость значения означает невозможность его изменения, образования новых значений или устаревание некоторых значений. Это положение является аксиоматичным и не нуждается в доказательствах. Приведем только один пример. Фразеологическая единица there's no love lost between them (или us), появившаяся в XVII в., до первой половины XIX означала они (или мы) любят (любим) друг друга, а также употреблялась и в противоположном значении: Tony... we grumble a little now and then to be sure. But there's no love lost between us. (O. Goldsmith, She Stoops to Conquer, act IV, sc. I, 1773.) He must needs say, there was no love lost between some of my family and him; but he had not deserved of them what they had of him. (S. Richardson: Clarissa, vol III, 134, 1768.) В современном английском языке первое значение является устаревшим. Оборот употребляется только в значении они (или мы) терпеть не могут (не можем) друг друга; они (или мы) не взлюбили друг друга. 100
Elizabeth: It has struck me that whenever they started flipping you took a malicious pleasure in goading them on! С—С I don't think there's much love lost between them now, do you? (W. S. Maugham, The Circle, act 2.) Изменение смысловой структуры фразеологической единицы обычно очень медленный процесс, он проходит в рамках семантической устойчивости, которая, будучи одним из важнейших показателей минимальной устойчивости на фразеологическом уровне, тесно связана с совокупностью этих показателей, и вновь возникшее значение подчиняется той же закономерности. Таким образом, значение фразеологических единиц является узуальным и структурно-обусловленным. § 35. МОРФОЛОГИЧЕСКАЯ УСТОЙЧИВОСТЬ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ Морфологическая устойчивость фразеологических единиц выражается в наличии компонента (или компонентов) с нулевой парадигмой и с неполной парадигмой. Сама по себе морфологическая недостаточность не является показателем фразеологичности, но она должна учитываться при комплексном анализе устойчивости на фразеологическом уровне. 1) КОМПОНЕНТ (ИЛИ КОМПОНЕНТЫ) С НУЛЕВОЙ ПАРАДИГМОЙ Во многих фразеологических единицах все или некоторые компоненты имеют нулевую парадигму, т. е. являются словами со значащим отсутствием парадигмы. Нулевая парадигма является одним из показателей устойчивости. Нулевая парадигма широко распространенное явление в английских фразеологических единицах. Она наблюдается в них тогда, когда все или некоторые компоненты того или иного оборота являются единичными словоформами, а эти слова имеют парадигму в составе переменных сочетаний слов, например, how do you do? при недопустимости how did he do? или how does he do? 101
Во фразеологических единицах современного английского языка нередко встречается устойчивость в использовании словоформы единственного или множественного числа, хотя в переменных сочетаниях слов данное существительное имеет формы как единственного, так и множественного числа. Во многих фразеологических единицах фиксированными являются степени сравнения. Приводим несколько примеров фразеологических единиц с нулевой парадигмой компонентов. Единственное число chaise the wild goose, cook one's own goose, hat in hand, like a shot, my aunt!, my foot!, put one's finger on something, sit on the fence, that cat won't jump и др. Множественное число be on pins and needles, damn your eyes!, hatches, catches, matches and dispatches, hold your horses!, mind one's p's and q's; my stars!, put up the shutters и др. Сравнительная степень the older the goose the harder to pick, one's better half Превосходная степень the last great change, rut one's best foot forward и др. Изменение словоформы превращает подобные фразеологические единицы в переменные сочетания слов. Так, фразеологические единицы cook one's own goose, like a shot, my aunt!, my foot!, hold your horses! и др. при изменении числа становятся переменными сочетаниями: cook one's own geese, like shots, my aunts, my feet, hold your horse и др. УПОТРЕБЛЕНИЕ ОДНОГО ИЗ КОМПОНЕНТОВ В РОДИТЕЛЬНОМ ПАДЕЖЕ bachelor's wife, baker's dozen, busman's holiday, devil's advocate, Hobson's choice и др. 102
УПОТРЕБЛЕНИЕ ГЛАГОЛА В СТРАДАТЕЛЬНОМ ЗАЛОГЕ all found, be gathered to one's fathers, be thrown on one's beam-ends и др. Наличие нулевой парадигмы объясняется особенностью семантики фразеологических единиц. Во многих случаях такая связь может быть прослежена. Во фразеологических единицах в сочетаниях «прилагательное + существительное» прилагательное обычно не изменяется. Характер значения фразеологической единицы, а также, ослабление! синтаксических связей ее компонентов не допускают качественного изменения. Число существительного также детерминировано. Так, в обороте white caps (или horses) барашки (белые гребни бурунов) слова cap и horse употребляются только во множественном числе, так как белые гребни бурунов следуют один за другим (ср. русск. барашки и фр. moutons). В составе фразеологических единиц, обозначающих единичные или абстрактные понятия, существительные употребляются в единственном числе, что также является грамматической нормой, например, the old lady of Threadneedle Street—Английский Банк; the old enemy, the old gentleman — враг рода человеческого, дьявол, сатана; how goes the enemy? — который час?; kill the enemy? — стараться убить время (шутливые разговорные обороты) и др. Примерами фразеологических единиц, иллюстрирующих значение оборотов, обозначающих исчисляемые предметы или явления, и поэтому имеющих словоформы как единственного, так и множественного числа, могут служить: red herring — red herrings — отвлекающий маневр— отвлекающие маневры D.r. Banda told a news conference that all talk of alleged intimidation was a red herring to try and confuse the British people. (Daily Worker, Dec. 9, 1960.) Ford's management are trying to hide the cause of the trouble by dragging a lot of red herrings about Communists into the inquiry. (Daily Worker, March 5, 1963.) 103
white elephant — white elephants — обременительное имущество, обуза For years it was a white elephant for the unions to handle. The Temple was actually built, but the unions were never able to secure the ownership of it although they poured floods of money into it. (W. Foster, Misleaders of Labor, ch. VI, § 4.) Various delegates objected to... keeping the unions tied to a lot of financial white elephants. (W. Foster, Misleaders of Labor, ch. VII, § 8.) В подобных оборотах прилагательное обладает нулевой парадигмой, и устойчивость, понимаемая в данном случае как морфологическая неизменяемость, снижается из-за наличия у существительного неполной парадигмы вместо нулевой. При прочих равных условиях наличие двух компонентов с нулевыми парадигмами является показателем большей устойчивости. Если все компоненты фразеологической единицы имеют нулевую парадигму, то эта фразеологическая единица обладает высшей степенью устойчивости, т. е. полной неизменяемостью. Так, в обороте shake a leg — спешить, торопиться глагол shake употребляется преимущественно в повелительном наклонении, a leg — только в единственном числе, даже если в составе предложения существительное, к которому относится оборот, стоит во множественном числе, например: Не would shout at their window, "Come on, you guys! Come out of it!,Shake a leg!" (S. Lewis, Arrowsmith, ch. X, V.) "Come on now, folks, shake a leg. Let's have some stunts or a dance or something.*' (J. Conroy, The Disinherited, part II, ch. VII.) * Во многих случаях, например, в оборотах типа shake a leg нулевая парадигма объясняется не грамматическими нормами, а традицией употребления данной фразеологической единицы. 104
2) КОМПОНЕНТЫ С НЕПОЛНОЙ ПАРАДИГМОЙ В составе многих фразеологических единиц в современном английском языке имеются компоненты с ограниченной парадигмой по сравнению с этими же словами в переменных сочетаниях слов. Так, оборот it (или that) goes without saying (that...)! допускает единственное изменение глагола it (или that) went without saying К Аналогичное явление наблюдается во многих фразеологических единицах: as the day is (или was) long *, cleanliness is (или was) next to godliness l, it4 stands (или stood) to reason that... и др. Ср. также: there's (или there are) as good fish in the sea as ever came out of it, as well be hanged (или hung) for a sheep as for a lamb и др. Имеются и другие типы парадигматических ограничений. Так, прилагательные в составе компаративных оборотов никогда не употребляются в превосходной степени, хотя могут употребляться в сравнительной степени, например, (as) large as life—larger than Же, (as) old as the hills — older than the hills и др.2. Многим глагольным фразеологическим единицам свойственны ограничения в употреблении времен и т. п. Мы не ставим своей задачей перечислять здесь все случаи парадигматических ограничений компонентов фразеологических единиц в современном английском языке3. Поскольку ограничения могут быть установлены только при сравнении слов-компонентов большинства фразеологических единиц с теми же словами, употребляющимися вне фразеологизмов, то такие ограничения являются характерными для фразеологических единиц. Мы хотим также подчеркнуть, что необходимо учитывать фиксированность словоформ в рамках морфологической взаимозависимости, в которых реализуется значение фразеологической единицы. Любая фразеологическая единица ограничена в морфологическом отношении по сравнению с ее компонентами, взятыми как отдельные изменяемые слова. 1 См. § 50. 2 См. § 54, 3. 3 См. А. В. К у н и н. Морфологические особенности фразеологических единиц в современном английском языке. «Иностранные языки в школе», 1967, № 2. 105
Вследствие этого число словоформ компонентов фразеологической единицы всегда меньше числа словоформ вне фразеологической единицы. Так, например, обороты типа sleep like a top, допускающие изменение глагола и употребление существительного во множественном числе, не имеют словоформ повелительного наклонения, и глагол не может употребляться в страдательном залоге (Ср. the bed has not Ьеец slept in). Глаголы в составе некоторых фразеологизмов имеют только словоформу повелительного наклонения, например, damn your eyes! holld your horses! и др. Инвариантность подобных ограничений заключается в том, что они являются фиксированными при всех возможных нормативных изменениях фразеологических единиц. В том же случае, если фразеологические единицы не допускают никаких изменений, сам факт их неизменяемости является показателем инвариантности, проявляющейся на фоне изменений, происходящих в языке и в частности в его микросистеме — фразеологии. § 36. СИНТАКСИЧЕСКАЯ УСТОЙЧИВОСТЬ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ Синтаксическая устойчивость проявляется в стабильном порядке слов фразеологической единицы, нормативные изменения которого возможны лишь в рамках выделенных зависимостей компонентов и некоторых типов стилистической инверсии (см. стр. 157—158). Синтаксическая устойчивость характерна как для, фразеологических единиц-словосочетаний, так и для фразеоло* гических единиц, являющихся предложениями. Для подавляющего большинства фразеологических единиц-предложений характерно постоянство грамматической формы, т. е. высокая степень морфологической и синтаксической устойчивости. Для многих неизменяемых фразеологических единиц-словосочетаний также характерна высокая степень синтаксической устойчивости. Однако некоторым фразеологическим единицам свойственны нормативные структурные изменения. Это особенно справедливо в отношении многих глагольных фразеологизмов, допускающих залоговые изменения и инвертированный порядок слов. Фразеологические единицы этого типа не обладают фиксированной грамма- 106
тической формой и по нашей классификации относятся к оборотам с нижним порогом устойчивости первой степени *. Но этот факт не означает, что данные глагольные фразеологизмы являются структурно неустойчивыми. Им также свойственна синтаксическая инвариантность. Это можно легко установить, сравнив подобные образования с переменными сочетаниями. Наименьшей синтаксической устойчивостью обладают обороты типа throw light upon something. Однако возможности дистантного расположения компонентов в подобных оборотах ограничены образованием страдательного залога, инверсией и окказиональными вклиниваниями одного или двух слов. Переменные глагольные словосочетания обладают гораздо большими нормативными возможностями в отношении дистантного расположения компонентов. Pocket the cheque The check was written by the little gentleman and pocketed by Mr. Jingle. (Ch. Dickens, Posthumous Papers of the Pickwick Club, ch. X.) Withdraw the velil The veil that has long been interposed between Mrs. Mickober and myself, is now withdrawn. (CH. Dickens, David Copperfield, ch. LII.) Число подобных и более сложных примеров можно легко увеличить. Фразеологические единицы типа throw light on something не допускают подобного дистантного расположения компонентов2. Некоторые фразеологические единицы подвергаются окказиональной деформации, что может привести к их распаду. Любое грамматически допустимое дистантное расположение компонентов переменного словосочетания не нарушает его тождества, т. е. не приводит к его распаду. Эти наблюдения дают нам основание говорить о синтаксической устойчи- i См. § 39. 2 О степени постоянства грамматической формы фразеологизмов см. статью С. Г. Г а в р и н а «О степени постоянства грамматической формы устойчивых метафорических сочетаний слов»- «Уч. зап. Пермского гос. пед. института». Вып. 25, 1960. 107
вости фразеологических единиц, в рамках которой могут быть выделены различные степени этой устойчивости. В зависимости от цели высказывания переменные предложения обычно делятся на повествовательные, вопросительные, восклицательные и повелительные (или побудительные). Они могут быть утвердительными и отрицательными. Подобная классификация применима и к фразеологическим единицам. Синтаксико-семантичсская обусловленность и эвфонические особенности фразеологических единиц (рифма, аллитерация, ассонанс) способствуют стабильности порядка слов во фразеологических единицах и являются одним из проявлений их устойчивости. Для фразеологических единиц разных, но твердо фиксированных структурных типов характерна стабильность порядка слов. Граница фразеологизма — сложное предложение. ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ а) утвердительные a great ship asks deep waters, a little pot is soon hot, if the sky falls we shalli catch larks, one's fingens are all thumbs, the proof of the pudding is in the eating и др. б) отрицательные all is not gold that glitters, one swallow does not make a summer, that cock won't fight и др. ВОПРОСИТЕЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ а) утвердительные can the leopard change his spots?* do you see any green in my eye?, how goes it?, how goes the enemy?, what will Airs. Grundy say? и др. б) отрицательные don't you wish you may get it? 108
ВОСКЛИЦАТЕЛЬНЫЕ ОБОРОТЫ а) утвердительные god bless my soul! б) отрицательные well, I never! ПОВЕЛИТЕЛЬНЫЕ (ИЛИ ПОБУДИТЕЛЬНЫЕ) ОБОРОТЫ а) утвердительные a.sk me another, cut your coat according to your cloth, love me, love my1 dog, strike while the iron is hot, tell that to the marines и др. б) отрицательные don't cross the bridges before you come to theffi, don't halloo till you are out of the wood. Возможны и смешанные типы: ПОБУДИТЕЛЬНО-ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЙ claw me and I'll claw thee, roll my log and 1*11 roll yours, scratch my back and Г И scratch yours ПОБУДИТЕЛЬНО-ВОСКЛИЦАТЕЛЬНЫЙ go to hell!, go to .the devil!, go jump in the lake! Синтаксическая устойчивость не всегда является абсолютно неизменной. Синтаксические функции фразеологической единицы иногда могут изменяться. Так, оборот the tide turns первоначально употреблявшийся только как утвердительное предложение, сейчас употребляется также и как отрицательное !. Многие обороты, например, break the ice, употреблявшиеся только в действительном залоге, сейчас употребляются также и в страдательном. Подобное расширение функций не разрушает синтаксической устойчивости фразеологических единиц, а лишь приводит к изменению порога их устойчивости К ' См. § 43—50. 109
§ 37. Показателями минимальной устойчивости на фразеологическом уровне являются: 1) устойчивость употребления; 2) устойчивость полностью или частично переосмысленного значения; 3) структурно-семантическая устойчивость; 4) лексическая устойчивость (один инвариант); 5) синтаксическая устойчивость (см. стр. 108). Эти основные показатели устойчивости яйляются взаимосвязанными. Их совокупность характерна только для фразеологических единиц. Отдельно же взятые показатели могут относиться и к другим образованиям. Например, полностью или частично, переосмысленное значение свойственно сложным словам и некоторым типам устойчивых образований нефразеологического характера, устойчивость лексического состава и синтаксическая устойчивость также характерны для некоторых типов устойчивых образований нефразеологического характера 1 и т. д. Мы не включили морфологическую устойчивость в число минимальных показателей устойчивости на фразеологическом уровне ввиду трудности установления минимума обязательных признаков морфологической устойчивости фразеологических единиц. Мы рассматриваем морфологический показатель устойчивости фразеологических единиц как второстепенный, но в должной мере учитываем его при выделении порогов их устойчивости. В результате наличия основных показателей инвариантности фразеологическая единица воспроизводится в готовом виде, а не создается каждый раз заново в соответствии с требованиями ситуации. Таким образом, фразеологическая единица обладает устойчивостью не потому, что воспроизводится в готовом виде, а наоборот, фразеологическая единица воспроизводится в готовом виде потому, что обладает устойчивостью на фразеологическом уровне. Устойчивость фразеологических единиц создается в речи, затем фиксируется в языке, а затем снова реализуется в речи2. 1 См- главу VII. 2 Именно в речи, реализованной в предложениях, формируется и оформляется язык. Именно здесь начинается речевая деятельность. Можно было бы сказать, перефразируя классическое изрече- 110
Показатели минимальной устойчивости в своей совокупности образуют коэффициент минимальной устойчивости на фразеологическом уровне, несвойственный слову, в том числе и сложному, являющемуся единицей лексического уровня. Устойчивые сочетания слов, коэффициент устойчивости которых ниже минимального, фразеологическими единицами не являются. Коэффициент минимальной устойчивости на фразеологическом уровне — важнейшее понятие теории фразеологии. Устойчивость любой языковой единицы должна определяться с учетом особенностей того уровня, к которому она относится. Только при этом может быть установлена специфика ее устойчивости. В любом явлении наблюдается противоречивое единство устойчивости и изменчивости. «Само ... изменение предполагает относительную устойчивость того, что должно измениться. Следовательно без относительной степени устойчивости объектов изменения невозможно само изменение, как таковое. Иначе говоря, движение невозможно без противоположного ему состояния устойчивости, сохранения покоя, первое имеет смысл лишь в противопоставлении с последним» *. С этой точки зрения элементы устойчивости свойственны и переменным сочетаниям слов2, так как в противном случае их изменения были бы невозможны. Таким образом, различие между фразеологическими единицами и переменными сочетаниями слов заключается в том, что первым свойственна значительно более высокая степень устойчивости, чем вторым. Эту высокую степень устойчивости мы и стремились выразить в показателях минимальной устойчивости на фразеологическом уровне, являющихся параметрами фразеологичности. ние: nihil est in lingua quod non prius fuerit in oratione — в языке нет ничего, чего • раньше не было бы в речи. (Э. Б е н в е н и с т. Уровни лингвистического анализа. Сб. «Новое в лингвистике». Вып. IV, Щу 1965, стр. 449.) 1 В. И. Свидерский. Некоторые вопросы диалектики изменения и развития. М., 1965, стр. 45. 2 Например, переменные предложения типа I am reading синтаксически устойчивы, так как не допускают никакого изменения порядка слов для выражения данного значения. От фразеологической единицы они отличаются рядом признаков: отсутствием переосмысления значения, структурно-семантической моделирование- стью (ср. I am speaking, talking, working, etc) и др. Ill
§ 38. Всем фразеологизмам свойственна устойчивость не ниже минимальной на фразеологическом уровне, но порог и степень устойчивости у различных фразеологических единиц могут не совпадать. Для определения порогов устойчивости необходимо принимать во внимание степень изменяемости компонентов, что связано с типом зависимости компонентов, т. е. с возможностью нормативного включения в их состав переменных элементов, с наличием вариантов или структурных синонимов, а также с возможностью морфологических изменений компонентов. Степень изменяемости компонентов фразеологических единиц обратно пропорциональна устойчивости, т. е. чем щлше степень изменяемости компонентов фразеологических единиц, тем ниже устойчивость фразеологических единиц и наоборот. С учетом всего сказанного можно выделить три порога устойчивости: нижний, средний и верхний. § 39. ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИЕ ЕДИНИЦЫ С НИЖНИМ ПОРОГОМ УСТОЙЧИВОСТИ К фразеологическим единицам с нижним порогом устойчивости относятся обороты, допускающие наибольшую изменяемость. ПЕРВАЯ СТЕПЕНЬ УСТОЙЧИВОСТИ Первой степенью устойчивости обладают глагольные фразеологические единицы с константно-вариантно-пе- ременной зависимостью компонентов, допускающие шесть типов изменений. Характерными чертами фразеологизмов этого типа являются: 1) лексическая вариантность; 2) включение в речь путем замены альтернантов переменными компонентами; 3) возможность морфологических изменений; 4) возможность употребления глагола в страдательном залоге, вследствие чего фразеологическая единица трансформируется в предложение и меняется порядок слов; 5) возможность нормативного вклинивания переменных элементов между глаголом и существительным; 112
6) возможность стилистической инверсии. Примером подобной фразеологической единицы может служить оборот cast (^hed, throw или turn) light (или a light) on (или upon) something—'Проливать свет на что-либо. Let Mrs Danvers read the note. She may be able to turn light on it. (D. du-Maurier, Rebecca, ch. 24.) Within a mile there was a new sign that... shed light on many a bloody page of frontier history. (E. Sctan-Thompson, Lobo — the King of Currumpaw and other stories, The Trail of the Sandhill Stag, V.) P о 1 1 i 11: The statement I have made throws a light on the material which the Attorney-General read about pacifism. (H. Pollitt, Serving My Time, ch. 14.) Как показывают эти примеры, фразеологическая единица может вводиться в речь словом, словосочетанием и даже предложным дополнением. Глагол в составе этой фразеологической единицы широко употребляется в страдательном залоге. ... as his statement was read a very clear light was thrown upon the situation. (Th. Dreiser, Twelve Men, A Mayor and His People.) In city after city, both large and small, the light has been turned upon the dark corners of the government. (Ch. Merriam, The American Party System, ch. V.) Возможности этой фразеологической единицы видны 313 следующих примеров: ... what he told me seemed to me to throw a clear, hard light on an America I do not know directly. (J. B. Priestley, Midnight on the Desert, ch. 4.) 113
This discussion raises an important ethical question upon which Marxism throws much light. (The Modern Quarterly^ vol. 5, No. 3, 1950.) For me, as well, the incident shed new light on Joe's character. (S. Nelson, The Volunteers, Day in Court.) They could exchange their views concerning the Duke of Wellington whose conduct in the Catholic Question had thrown such an entirety new light on his character. (G. Eliot, The Mill on the Floss, Book First, ch. VII.) Episodes like this throw a flood of light on the altitude of the public authorities. (Daily Worker, Nov. 15, 1961.) Примерами инвертированного порядка слов могут служить: My interest in him is for the light he throws on the character of the Spaniards of his day. (W. S.Maugham, Don Fernando,Mil.) I would be glad of any light you can throw upon his relations with his father. • (A. Wilson, Anglo-Saxon Attitudes, part one, ch. one.) В нашем распоряжении имеются примеры, в которых в данную фразеологическую единицу вклиниваются слова: fresh, glaring, considerable, interesting, ironic, lurid, more, revealing, significant, some, the faintest, unusual, valuable, welcome и др. § 40. ВТОРАЯ СТЕПЕНЬ УСТОЙЧИВОСТИ Второй степенью устойчивости обладают глагольные фразеологические единицы с константно-вариантно-пе- ременной и с трансформационной заБисимостью компонентов, но с меньшей изменяемостью, чем фразеологические единицы с первой степенью устойчивости, например, get (или put) something out of one's head — выбросить что-либо из головы, стараться забыть что-либо. 114
Для фразеологических единиц этого типа характерны три вида изменений: 1) лексическая вариантность; 2) включение в речь путем замены альтернантов переменными компонентами; 3) возможность морфологического изменения компонентов. Marry? Do you think' I'm a fool? Get that out of your head quick!.. We're absolutely unsuited to each other! (E. O'Neill, Strange Interlude, act four.) He made up his mind to have another talk with Margot, and meanwhile he put the matter out of his head. (D. Carter, Tomorrow Is with Us. ch. VIII.) Аналогичными примерами являются darken somebody's door (или doors), have something at (или on),the tip of one's (или the) tongue, have the game in one's (own) hands, it (или that) goes without saying (that...)1, show (oneself in) one's true colours и др. Примером фразеологической единицы с константно- трансформационной зависимостью компонентов может служить break the ice. Для фразеологических единиц этого структурного типа характерны: 1) возможность морфологического изменения глагола; 2) трансформация словосочетания в предложении при употреблении глагола в страдательном залоге; 3) инвертированный порядок слов. The ice once broken I was soon keen on taking the chair at the street corner. (H. Pollitt, Serving My Time, ch. 2.) Примерами фразеологических единиц с константно- вариантной Трансформационной зависимостью является cut the Gordtan knot = cut the kjnot, с константно-переменной трансформационной зависимостью — pull some- 1 См. § 50. 115
body's leg, с константно-вариантно-переменнкж трансформационной зависимостью — close (или shut;) the door upon something. Обороты последнего структурного типа при наличии нормативных вклиниваний переменных элементов могут приобретать первую степень нижнего порога устойчивости. Второй степенью устойчивости обладают также фразеологизмы с комбинированной вариантностью (например, лексико-позиционной) и с морфологической изменяемостью компонентов: put (set или turn) back) the clock = put (set или turn) the clock back. § 41. ТРЕТЬЯ СТЕПЕНЬ УСТОЙЧИВОСТИ Третьей степенью устойчивости обладают константно-переменные фразеологические единицы, компоненты которых допускают морфологические изменения; константные фразеологические единицы, компоненты которых допускают морфологические изменения и частое, переходящее в норму вклинивание переменных компонентов; и фразеологические единицы с константно-вариант- но-переменной зависимостью компонентов, не допускающие морфологических изменений компонентов. Примером фразеологических единиц первого типа могут служить: dance attendance on somebody, poke one's nose into somebody's affairs, throw one's weight about, throw something in somebody's teeth и др. "Look, Herbert", she said quietly, "I talk a lot — and they say I throw my weight about..." (J. B. Priestley, Three Men in New Suits, ch. 6.) "Elrick's all right. Throws his weight about a bit, but there's no harm in him". (J B. Priestley, Daylight on Saturday ch.' 12.) She was in here the other day, throwing her weight about... (J. Lindsay, Betrayed Spring, ch. II. § 7.) Примером фразеологических единиц второго типа мо- 116
жет служить оборот cut ice, в состав которого наиболее- часто вклиниваются слова any, little, much. You may be a magistrate and a colonel inta •the bargain, but it won't cut any ice with me, (D. du Maurier, Rebecca, ch. 24.) "Should you say old March cut any ice among: that gang?..." (C. P. Snow, The Conscience of the- Rich, ch. XXXIV.) Ослабление значения This panegyric has cut little ice with the- Cypriot opposition groups, who regard Mr. Phar- makides's reflections as Spurious. (The Times, May HO, I960.) Усиление значения ... a purely defensive battle which does not take into account the importance of presenting- a socialist plan transforming local government in Greater London will not cut very much ice. (Tribune, July 13, 1962> Изменение порядка слов в сочетании с ослаблением или усилением значения встречается редко и яадяется окказиональным* стилистическим приемом: You have heard statements about it. But Jiow- little ice lit cuts. (H. Pollitt, Serving My Time, ch. lA> Примером фразеологических единиц третьего типа- может служить оборот one's (own) flesh and blood: You've made yourself... unhappy by a row* with your own flesh and blood. (S. Lewis. Selected Short Stories, Thz~ Ghost Petrol) He bought a cigar, and went outside on the- corner where other individuals were lounging — 11?
brokers, racing people, thespians: his own flesh and blood. (Th. Dreiser, Sister Carrie, ch. XXXVI.) He's their flesh and blood, her only child. (J. Galsworthy^ To Let, part. II, ch. IX.) § 42. ЧЕТВЕРТАЯ СТЕПЕНЬ УСТОЙЧИВОСТИ Четвертой степенью устойчивости обладают фразеологические единицы с константно-вариантной зависимостью компонентов, котором свойственны один вид вариантности и морфологические изменения: 1) морфологические варианты: get into deep water *= get into deep waters Before he died, it seems her Paul got into deep water with his speculations. (K. S. Prichard, Golden Miles, ch. 13.) He was getting into deep waters. He was taking enhances privately, which might get him into trouble some day — in fact did. (M. Twain, Pudd'nhead Wilson, ch.V.) 2) морфолого-синтаксические варианты (A Herculean labour =* Herculean labours = a labour of Hercules = = labours of Hercules); 3) квантитативные варианты (as large as life = large as We, let the cat out of the bag = let the cat out); А) лексические варианты (типа closed (или sealed) bpok, friend at (или in) court, hit (или strike) below the belt). В некоторых фразеологических единицах с константно-вариантной зависимостью оба компонента имеют парадигму. К таким вариантам относятся обороты типа sleep like a log (или like a top) — спать без задних ног, спать как убитый. В случае, если слово в составе предложения (чаще всего подлежащее), к которому относится эта фразеологическая единица, стоит во множественном числе, то и существительное компаративной единицы также стоит 118
во множественном числе. Это характерно для многих компаративных единиц. After a day in the open air... the happy pickers slept like tops. (W. S. Maugham. Of Human Bond-- age, ch. 118.) 5) позиционные варианты (типа dot the i's and cross the t's = cross the t's and dot the i'is, give away the show = give the show away). § 43. ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИЕ ЕДИНИЦЫ CO СРЕДНИМ ПОРОГОМ УСТОЙЧИВОСТИ К фразеологическим единицам со средним порогом устойчивости относятся обороты, занимающие промежуточное место между фразеологическими единицами с~ нижним порогом устойчивости и фразеологическими единицами с верхним порогом устойчивости. Это промежуточное положение заключается в том, что фразеологические единицы со средним порогом устойчивости- при наличии альтернанта не допускают ни морфологических, ни синтаксических изменений и при наличии вариантности не допускают каких-либо других изменений, а при наличии морфологических изменений не допускают вариантности. Другими словами, фразеологическим единицам со средним порогом устойчивости свойственны лишь минимальные изменения, а именно один тип изменений, в отличие от фразеологических единиц с нижним порогом устойчивости, число изменений которых варьируется от двух до шести, и от фразеологических единиц, с верхним порогом устойчивости, не допускающих никаких нормативных изменений. Можно выделить следующие степени устойчивости фразеологических единиц со средним порогом устойчивости. ПЕРВАЯ СТЕПЕНЬ УСТОЙЧИВОСТИ Первой степенью устойчивости обладают фразеологические единицы с константно-переменной зависимостью компонентов, не допускающие морфологических изменений, а только замену местоимения one's чаще все- 119
го соответствующими притяжательными местоимениями в оборотах типа one's best bet, one's better half, one's old Dutch и др. § 44. ВТОРАЯ СТЕПЕНЬ УСТОЙЧИВОСТИ Второй степенью устойчивости обладают фразеологические единицы различных типов с константно-вариантной зависимостью компонентов, которым, кроме вариантов, несвойственны какие-либо другие изменения. Морфологические варианты the Procrustes' bed = the Procrustean bed. It became the Procrustes' bed on which the faith and hope of the nation were offered up. (0. E. ~D.) To... tie them down to their own Procrustean bed. (E. Gaskell, Mary Barton, ch. XV.) Лексические варианты 1) Субстантивные обороты: dead marines (или men); the massacre (или slaughter) of the innocents; white caps (или horses). 2) Адвербиальные обороты, например, between you and me and the bed-post (the door-post или the gate-post), hand over fist (или hand over hand) и др. Взаимозаменяться могут также служебные слова, артикли и предлоги: at (in или on) a pinch — в крайнем случае, в случае крайней нужды, а (или the) burnt child dreads the fire — обжегшись на молоке, будешь дуть и на воду, пуганая ворона куста боится. Помимо этой пословицы, данной дтепенью устойчивости обладают и некоторые другие пословицы типа short accounts (или reckonings) make long friends — счет дружбе не помеха, счет дружбы не теряет, rats desert (forsake или leave) a sinking ship — бегут, как крысы с тонущего корабля, many words cut (или hurt) more than 120
swords, ср. «слово не обух, а от него люди гибнут, He- ножа бойся, а языка» и др. Позиционные варианты Off and on = on and off. § 45. ТРЕТЬЯ СТЕПЕНЬ УСТОЙЧИВОСТИ Третьей степенью устойчивости обладают различные- типы фразеологических единиц с константной зависимостью компонентов, которым свойственны морфологические изменения, например: Black Maria, bury the hatchet, cry wolf, die like flies, green room, fight like Kilkenny cats, Jack Johnson, kick the bucket, miss the bus, pay through the nose, red herring, rock the boat, rob Peter to pay Paul, show the white feather, take a plunge, turn turtle, white elephant и многие другие. Обороты такого типа мы находим и. среди неологизмов, например, when the dust settles — когда все уладится. Морфологические изменения компонентов видны из следующих примеров: 1) The newspaper placards that had cried "wolf" so often cried "wolf" now in vain. (H. Wells. ТЫ War in the Air, ch, II,. 4.) If you',re always "crying wolf" we'll not be believing you when it does come to the bit. (A. J. Cronin, Hatter's Castle, Book- Ill, ch. I.) 2) When the dust settles it won't amount to> a hill of beans. (E. Caldwell, Trouble in July, ch. I.) When the dust settled» it became clear that the- main sin the two were committing was wishing: to get married. {Daily Worker, Jan. 28, 1961.)/ Морфологически оформленными могут быть и два компонента фразеологической единицы. Такая раздель- 121!
неоформленность часто встречается в глагольных оборотах типа change one's mind, sleep like a top l и др. ... both parties had changed their minds. (Ch. Bronte, Jane Eyre, ch. XXII.) Мы больше не будем приводить примеров фразеологических единиц с различными формами одних и тех же компонентов, так как вопрос о морфологической раз- дельнооформленности разбирается в главе V, раздел 2? § 54. Фразеологические единицы со средним порогом устойчивости могут допускать окказиональные вклинивания переменных элементов. Многие фразеологические единицы со средним порогом устойчивости допускают инвертированный порядок слов. Приводим пример усложненной инверсии при использовании фразеологической единицы drop a brick — сделать или сказать бестактность. You know notice is always taken of Ted Hill for the bricks he drops, but no one ever sings his praises when he does something good. (Labour Monthly, Aug. 1961.) § 46. ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИЕ ЕДИНИЦЫ С ВЕРХНИМ ПОРОГОМ УСТОЙЧИВОСТИ К оборотам с верхним порогом устойчивости относятся фразеологические единицы с константной зависимостью компонентов, не допускающие никаких нормативных изменений. Обороты, которым не свойственны какие-либо нормативные изменения, обладают показателями максимальной устойчивости, составляющими коэффициент максимальной устойчивости, который при определении степеней устойчивости фразеологических единиц может служить эталоном, взятым за 100%. Слитность компонентов многих фразеологических единиц настолько велика, что они не допускают даже окказиональных изменений. К таким оборотам в первую очередь относятся адвербиальные «одновершинные» 1 См. § 42 и § 54, 2. 122
фразеологические единицы типа at large. Подобные фразеологические единицы приближаются к сложному слову, отличаясь от него традиционной графической и фонетической раздельнооформленностью, поддерживающей внешний облик словосочетания, а также своей структурно-семантической немоделированностью. Помимо указанных адвербиальных оборотов, высокой степенью устойчивости обладают и адвербиальные обороты более сложной структуры: all in all, as the crow flies, cap in hand, down to earth, once upon a time, under the rose и др.; интенсификаторы типа like anything, like a shot like one o'clock; сочинительные группы типа Darby and Joan, hide and hair, leather and prunella, part and parcel; обороты с устаревшими словами типа hue and cry, in a trice, of yore и др., а также фразеологические единицы, знаменательные компоненты которых не имеют смысла в современном языке: not one jot or tittle — ни чуточки, spick and span — щегольской, с иголочки, tit for tat — зуб за зуб, междометные обороты: by the Lord Hanry!, damn your eyes!, my foot!, пословицы типа a little pot is soon hot, little strokes fell great oaks и др. Высокой устойчивости оборотов перечисленных типов безусловно способствует наличие в их составе неизменяемых слов, устаревших слов, слов, лишенных значения на современном этапе развития языка, а также экспрессивное переосмысление значения. Все перечисленные факторы не исключают в отдельных случаях окказиональных изменений. Так, оборот at loggerheads стал допускать окказиональные вклинивания слова emotional. Mimi grew more and more into her melancholic fatalistic self leaving them in the end at emotional loggerheads. (A. Sillitoe, Key to the Door, ch. 25.) What if hundreds of thousands of children... have been thrashed by mothers at emotional loggerheads with husband or man-friend. (Contemporary Review, Febr., 1962.) Окказиональные вклинивания переменных элементов не выводят фразеологическую единицу из разряда обо- 123
ротов с верхним порогом устойчивости, если со временем они не меняют основных нормативных показателей высокой степени устойчивости. К тому же окказиональные изменения могут встретиться лишь один раз в произведении и носить явно выраженный индивидуальный характер. Такое окказиональное изменение может и не повториться. Поэтому следует различать случаи единичного окказионального изменения фразеологической единицы и случаи повторных окказиональных изменений, которые могут перейти в нормативные. Потускнение образа, штампованность фразеологической единицы приводит к окказиональным изменениям фразеологических единиц, к стремлению оживить, обновить, уточнить образ. Вследствие этого обороты, которые казались застывшими в одной форме, обладающие высокой устойчивостью, начинают допускать окказиональные изменения. Подобные изменения не регистрируются словарями, в которых фразеологизмы даются в их нормативной форме без учета каких-либо изменений в речи, но они являются показательными для потенциальной изменяемости оборотов этого типа. Подобными фразеологическими единицами являются, например, can the leopard change this spots?, it is the last straw that breaks the camel's back, old birds are not to be caught with chaff, a penny for your thoughts, there is no smoke without fire, what is sauce for the goose is sauce for the gander и др.1. Приводим примеры различных типов обновления фразеологической единицы can the leopard change his spots? ср. «горбатого могила исправит». Этот оборот подвергается деформации, начиная с конца XVI в.. Этот оборот является по происхождению библейским. Can the Ethiopian change this skin, or the leopard his spots? (Jeremiah, XIII, 23.) Окказиональное изменение этого фразеологизма мы находим уже у Шекспира: King Richard. Rage must be withstood. 1 См. А. В. Кунин. Докт. дисс. Т. 2, глава II, раздел 2, § 4-6. 124
Give me ihis gage: lions make leopards tame. The Duke of Norfolk. Yes, but not change his spots: tame but my shame, and I resign my gage. (W. Shakespeare, King Richard II, act. I, sc. I, 11593.) В современном языке также часто встречаются окказиональные изменения этого оборота: The ships have lain black for weeks and weeks. Nobody disputes they're black. It's against scripture for leopards to change their spots overnight. (J. Lindsay, Rising Tide, ch. 6, 28.) For the moment (the public is not likely to set a thorough grounding in economics nor does the Press leopard show any signs of changing its spots. (New Statesman, Apr. 20, 1920, O.E.D. Supplement.) I, in common with hundreds of thousands of other readers of the New Chronicle, will not buy the Daily Mail as a substitute... Its espousal of antisocial and grossly illiberal causes makes me sure that a leopard won't change its spots. (Daily Worker, Nov. 10, 1960.) С одной стороны, фразеологические единицы являются устойчивыми образованиями, с другой, — несмотря на их устойчивость, — они подвержены обновлению. Налицо единство и борьба противоположных тенденций. Этот закон диалектики хорошо изложил В. И. Свидер- ский: «В любом явлении всегда присутствуют противоположные тенденции, идет борьба этих тенденций, и в результате победы одной из них происходит изменение природы самого явления. В самом общем смысле этот закон отражает соотношение двух тенденций, из которых одна стремится удержать явление в его данном состоянии, другая стремится изменить его состояние» *. Одно из проявлений своеобразия борьбы этих про- 1 В. И. С в и д е р с к и и. О диалектике элементов и структуры в объективном мире и познании. М., 1962, стр. 67. 125
тивополо^кных тенденций во фразеологии как раз и заключается в узуальном характере устойчивости фразеологических единиц и окказиональном характере их обновления. Это противоречие приводит к переходу количественных изменений в качественные, т. е. к снижению устойчивости фразеологической единицы в случае перехода окказиональных изменений в нормативные *. Что же касается обновлений фразеологической единицы can the leopard change his spots?, то они являются окказиональными и не влияют на устойчивость этого оборота 2. § 47. В связи с предложенной нами классификацией фразеологизмов по степени устойчивости мы хотели бы остановиться на одном вопросе, имеющем к этому самое непосредственное отношение, а именно, учитывается ли значение фразеологических единиц при классификации их по степени устойчивости. Устойчивость полностью или частично переосмысленного значения является одним из важнейших показателей устойчивости фразеологических единиц. Но классификация по степени устойчивости не может строиться на основе одного семантического фактора, так как пока в языкознании не достигнута формализация значения, всякое построение подобной классификации будет неизбежно субъективным. Кроме того, такая классификация означала бы отрыв плана содержания от плана выражения и была бы неполноценной. Поэтому в нашей классификации мы принимали во внимание все показатели инвариантности, с должным учетом различных типов связи между компонентами фразеологических единиц. Это безусловно не означает игнорирования значения. Значение всегда учитывается при анализе фразеологических единиц. Так, например, установление предела изменения фразеологи- 1 См. § 50. 2 В связи с этим нельзя не признать справедливости следующего замечания: «Очень часто преобразование устойчивого сочетания является своего рода испытанием на прочность; то, что фразеологизм даже в измененном, деформированном виде может быть правильно поняг читателем или слушателем, свидетельствует о том, насколько он — в подлинном своем виде — укоренился в языковом сознании читателя или слушателя». И. М. Абрамович. Об индивидуально-авторских преобразованиях фразеологизмов и отношении к ним фразеологического словар. Сб. «Проблемы фразеологии». М.—Л., 1964, стр. 213, 126
ческой единицы при вклинивании переменных элементов и различных типов деформации невозможно без установления семантического инварианта. Без учета семантического фактора невозможно разграничение вариантов и структурных синонимов, а также фразеологических единиц и переменных сочетаний слов. Если же исходить только из семантического критерия, то обороты с высокой степенью семантической спаянности компонентов следует относить к оборотам с верхним порогом устойчивости. При таком подходе, с одной стороны, игнорируются структурные, лексические, морфологические и синтаксические показатели устойчивости, которые заслоняет непомерно гипертрофированный семантический фактор, а с другой — возникает большая опасность всевозможных неточностей при выделении различных семантических групп фразеологических единиц. По нашей классификации обороты с высокой степенью семантической спаянности компонентов могут обладать различной степенью устойчивости. Например, dance attendance on somebody относится к оборотам с нижним порогом устойчивости третьей степени, так как является фразеологической единицей с константно-переменной зависимостью компонентов, которой свойственны морфологические изменения; hand over fist относится к фразеологическим единицам со средним порогом второй степени устойчивости, так как является оборотом с константно-вариантной зависимостью компонентов (hand over hand) и не допускает морфологических изменений; a 'under the irose относится к оборотам с верхним порогом устойчивости, так как не допускает никаких изменений, в том числе и окказиональных. Распределение нами фразеологических единиц по порогам и степеням устойчивости является первой попыткой подобного рода. Такая*группировка фразеологических единиц представляет значительные трудности и, весьма вероятно, является спорной. При распределении фразеологических единиц по порогам и степеням устойчивости мы исходили из количественного фактора, а именно, из числа возможных изменений компонентов фразеологических единиц, а во фразеологических единицах с верхним порогом устойчивости — из невозможности каких-либо нормативных изменений, т. е. из нулевой изменяемости. Возможность 127
изменений, а не только их отсутствие, является индикатором инвариантности той или иной фразеологической единицы, так как несмотря на все отмеченные изменения ее устойчивость не ниже минимальной устойчивости на фразеологическом уровне, т. е. налицо неразрывное единство устойчивости и изменяемости. Распределение фразеологических единиц по порогам и степеням устойчивости на основе непосредственных показателей объема инвариантности в принципе возможное как для нижнего, так и для среднего порогов устойчивости, было бы слишком сложным, и мы от него отказались. Из качественных различий мы учитывали только одно, а именно, нормативное вклинивание переменных элементов расматривалось как показатель более низкой степени устойчивости, чем, например, вариантность или морфологические изменения константных элементов фразеологических единиц. Мы наметили лишь основные категории фразеологических единиц по степени устойчивости и не исключаем возможности дальнейшего выделения промежуточных категорий. § 48. ИЗМЕНЕНИЕ УСТОЙЧИВОСТИ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ Устойчивость фразеологических единиц отнюдь не является неизменной. Может изменяться как порог устойчивости той или иной фразеологической единицы, так и степень устойчивости фразеологических единиц с одним и тем же порогом устойчивости. Изучение изменений устойчивости фразеологических единиц в диахроническом плане — одна из задач исторической фразеологии и выходит за рамки настоящей работы. Мы хотели бы на материале современного английского языка, с привлечением по мере необходимости исторических данных из словарей, наметить основные типы таких изменений, характерных для динамики развития английской фразеологии. В изменении устойчивости фразеологических единиц наблюдаются противоречивые тенденции. С одной стороны, устойчивость фразеологических единиц может повышаться, а с другой — снижаться. В результате такой 128
борьбы противоположных тенденций может иметь место изменение природы словесного образования. Так, например, если устойчивость словесной группы становится ниже коэффициента минимальной устойчивости на фразеологическом уровне, то данная словесная группа выходит из числа фразеологических единиц и превращается в устойчивое образование нефразеологического характера 1. § 49. ПОВЫШЕНИЕ УСТОЙЧИВОСТИ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ Устойчивость фразеологической единицы повышается, например, когда имеет место утрата фразеологической единицей своих вариантов или структурных синонимов. Так, константно-вариантная фразеологическая единица to mount (или show) the white feather в XIX в. относилась к оборотам с нижним порогом устойчивости четвертой степени. В связи с тем, что вариант mount the white feather устарел, фразеологическая единица show the white feather перешла в разряд фразеологических единиц со средним порогом устойчивости третьей степени. По нашим наблюдениям для пословиц характерна тенденция к уменьшению существующих вариантов, а не к созданию новых. Оксфордский словарь пословиц— своеобразное лексикографическое хранилище таких вариантов. Приводим лишь несколько примеров. Fine (уст. fair) words butter no parsnips. Fine (уст. fair) feathers make fine birds (уст. fair fowls). Fortune favours the brave (уст. the bold). Many a slip (уст. many things fall) between the cup and the lip. Число подобных примеров можно было бы увеличить, но и приведенных достаточно для иллюстрации того, как распад вариантности приводит к повышению устойчивости фразеологической единицы. Так постепен- См. главу VII. 5. А. В. Кунинл. 129
ное накопление количественных изменений, а затем их исчезновение приводят к коренному качественному изменению. § 50. СНИЖЕНИЕ УСТОЙЧИВОСТИ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ Устойчивость фразеологических единиц снижается вследствие следующих причин: 1. Появление у фразеологической единицы варианта или структурного синонима. Это очень важный фактор снижения устойчивости фразеологических единиц, особенно в английском языке, в котором фразеологическая вариантность и структурная синонимия играют такую большую роль. Так, фразеологическая единица to cross (или pass) the Rubicon относится к нижнему порогу устойчивости второй степени. A pause — in which I began to steady the palsy of my nerves and to feel that the Rubicon was passed, and that the trial no longer to be shirked, must be firmly sustained. (Ch. Bronte, Jane Eyre, ch. VII.) He had crossed his Rubicon — not perhaps very heroically or dramatically, but then it is only in dramas that people act dramatically. (S. Butler, The Way of All Flesh, ch. LXIX.) По данным О. Е. D. первым вариантом был pass the Rubicon, и пока глагол не стал употребляться в страдательном залоге и не появился второй вариант, первый вариант относился к среднему порогу устойчивости третьей степени. Фразеологическая единица off and on впервые зарегистрирована в 1535 г. В 1855 г. появился позиционный вариант on and off: В течение 320 лет фразеологическая единица off and on обладала высокой устойчивостью и относилась к разряду оборотов с верхним порогом устойчивости. С появлением варианта on and off фразеологическая единица off and on (или on and off) перешла в разряд оборотов со средним порогом устойчивости второй степени. Этот пример* подтверждает 130
правильность мысли О. А. Лаптевой о том, что «... о фиксированном расположении членов устойчивого словосочетания как элемента структуры не всегда можно говорить в смысле исторической стабильности такого расположения» 1. 2. Появление у одного из компонентов фразеологической единицы неполной парадигмы вместо нулевой парадигмы. Это справедливо, например, в отношении оборотов as the day is long, cleanliness is next to godliness, it (или that) goes without saying (that...). as the day is long Интенсификатор as the day is long относится к оборотам с верхним порогом устойчивости, так как никакие изменения его компонентов были невозможны. Но постепенно в текстах, в которых согласование времен требовало глагола не в настоящем времени, а в прошедшем, is стало заменяться на was. Подобные случаи согласования времен впервые встречаются в романе Диккенса «Мартин Чезлвит». "Come, соте!" said Тот, "you used to be so cheerful as the day was long". (Ch. Dickens, Martin Chuzzlewit, ch. XXXVII.) ... how he had been thinking that it would afford occupation to Tom and enable them to live together in the easiest manner... and to be as happy as the day was long. (Ch. Dickens, Martin Chuzzlewit, ch. LIU.) ... his greased-up quiff... made him look, he laughed, as handsome as the day was long. (A. Sillitoe, Key to the Door, ch. 20.) ... The bus driver, 'however, was a big, redheaded Irisih man, harmless as the day was long. (S. Heym, Goldsborough, ch. 3.) Подобное согласование времен еще не стало правилом. В приведенном ниже примере такого согласования мы не наблюдаем: 1 О. А. Лаптева. Расположение компонентов устойчивого словосочетания. «Вопросы языкознания», 1959, № 3, стр. 85. 5* 131
Away off in a big city there was a young girl. She was as pretty as the day is long. (E. Caldwell, Journeyman, ch. XVI.) Таким образом, морфологическая устойчивость оборота as the day is long снизилась, и он перешел в категорию фразеологических единиц со средним порогом устойчивости третьей степени. cleanliness is next to godliness Первое употребление пословицы cleanliness is next to godliness —■ чистота — залог праведности относится к 1791 г. (О. Е. D.) "Cleanliness is indeed next to godliness". (Wesley, Sermons, LXXXVIII, On Dress.) Эта пословица относилась к оборотам с верхним порогом устойчивости. В XIX в. стало возможным вместо is сказать was. Подобное изменение не отмечается в суще-, ствующих словарях и справочниках, а лишь наблюдается в речи, но оно уже стало нормативным. The subject he had taken was "Personal cleanliness". Cleanliness, he said, was next to godliness... (S. Butler, The Way of All Flesh, ch. XLVII.) Then handing me flannel, and remarking that cleanliness was next to godliness she set me to rub fire brasses... (A. J. Cronin, The Green Years, Book One, ch. 4.) But this was the race which had invented the proverb that cleanliness was next to godliness, cleanliness, not purity. (Gr. Greene, The Power and the Glory, part III, ch. 1Л Эти примеры показывают, что пословица cleanliness is next to godliness, так же как и оборот as the day is long, перестали быть неизменяемыми и теперь должны рассматриваться как фразеологические единицы, отно- 132
сящиеся к оборотам со средним порогом устойчивости третьей степени. it (или that) goes without saying (that...) Этот оборот является калькой с французского cela va sans dire и впервые зарегистрирован О. Е. D. в 1878 г. В XIX в. оборот употреблялся только в настоящем времени с местоимением that и относился к разряду оборотов с верхним порогом устойчивости. Обычна калькированные обороты отличаются значительной устойчивостью. В 1897 г. зарегистрирован вариант it goes without saying. Оборот перешел в разряд фразеологических единиц со средним порогом устойчивости второй степени, что видно из приводимых ниже примеров: In any case, before I come to any conclusion I shall certainly want to sleep on it. That goes without saying. (C. P. Snow, The Masters, part two, ch. 27.) It goes without saying that Alvina Houghton did not make her fortune as a maternity nurse. (D. H. Lawrence, The Lost Girl, ch. 4.) В литературе XX в. получило широкое распространение употребление was вместо is. Эта форма уже не может считаться окказиональной, так как вошла в норму. And of course he'd adore her. That went without saying. (D. H. Lawrence. The Lost Girl. ch. XL) Robbie's sbn must be careful and not talk about his Father's affairs; that went without saying. (U. Sinclair, Between Two Worlds, ch. 13, VI.) It went without saying that the eleven men... would be selected. (Daily Worker, Apr. 17, 1961.) На этой стадии фразеологическая единица относится 133
уже к нижнему порогу устойчивости четвертой степени. Кроме того, оказались возможными и дальнейшие изменения этой фразеологической единицы. Замена местоимений it и that группой слов: That I believe him to be true goes without saying. (J. Conrad, Victory, Nate to the First Edition.) That they would go into Parliament, attend the universities, and move into all the professions— such things went without saying. (U. Sinclair, World's End, ch. 15, V.) Вклинивание переменных элементов It goes almost without saying that the old Jeanne d'Arc melodramas, reducing everything to a conflict... villain and heroine, not only miss the point entirely, but falsify the characters... (B. Shaw, Saint Joan, Preface.) He would never get better, of course; that always went without saying. (M. Tyickens, The Happy Prisoner, ch. 10.) Изменение синтаксической обусловленности "... that goes without saying". "How does it go without saying?" asked a querulous voice behind the first one. (S. O'Casey, Inishfalien, Fare Thee Well, Drifting.) В результате этих изменений произошло дальнейшее снижение устойчивости, и фразеологическая единица it (или that) goes (или went) without saying (that...) перешла в разряд оборотов с нижним порогом устойчивости второй степени. 3. Частое вклинивание ограниченного числа переменных элементов во фразеологические единицы. Примером оборота, допускающего вклинивание переменного компонента или переменных компонентов, что может по- 134
влечь за собой структурные изменения, может служить фразеологическая единица the tide turns — события принимают иной оборот, обстановка меняется. Tom Willard had a passion for village politics and! for years had been the leading Democrat in a strongly Republican community. Some day, he told himself, the tide of things political will turn in my favour... (Sh. Anderson, Winesburg Ohio, Mother.) ... the Portuguese Government extended no invitation to the Azores until two years later, when the tide of the war had unmistakably turned. (R. E. Sherwood, Roosevelt and Hopkins, ch. XVI.) "But the father of my Jacques used tcv say the tide of social evolution cannot be turned back. It moves slowly, surely". (K. S. Prichard, Winged Seeds, ch. XXVI.) Эти примеры показывают, какое большое значение имеет окказиональное включение переменных элементов в состав фразеологической единицы. Количество таких окказиональных включений, став нормой, может перейти в качество. В данном случае процесс еще не закончен, но фразеологическая единица с константной зависимостью компонентов (the tide iburns) явно имеет тенденцию превратиться в константно-переменную фразеологическую единицу the tide (of something) turns, т. е. устойчивость ее снижается, и она находится на пути перехода из разряда фразеологических единиц со средним порогом устойчивости третьей степени во фразеологические единицы с нижним порогом устойчивости третьей степени. В конечном итоге речевое использование фразеологизма, ставшее нормативным, определяет его устойчивость и его статус в языке 1. 4. Употребление глагола в глагольной фразеологической единице с константной зависимостью компонентов в страдательном залоге. Обычно когда появляется глагольная фразеологиче- 1 См. сноску на стр. 79. 135
екая единица, глагол в ней употребляется в действительном залоге и лишь позднее начинает употребляться в страдательном, хотя в редких случаях возможен и обратный процесс. Так, по данным О. Е. D. оборот break the ice, который мы уже приводили, появился во второй половине XVI в., и глагол в нем употреблялся только в действительном залоге. На этой стадии он относился к фразеологическим единицам со средним порогом устойчивости третьей степени. В конце XIX в. глагол в этом обороте стал употребляться в страдательном залоге. Даже если данные О. Е. D. в отношении этого оборота не совсем точны, и случаи употребления глагола break в страдательном залоге имелись и раньше, то несомненно, первое его употребление в составе данного фразеологизма было в действительном залоге. В современной литературе глагол в составе этого оборота широко употребляется в страдательном залоге и оборот является фразеологической единицей константно-трансформационного типа. В современном английском языке оборот break the ice относится к фразеологическим единицам нижнего порога устойчивости второй степени. 5. Утрата одного из показателей минимальной устойчивости. В случае утраты хотя *}ы одного из показателей минимальной устойчивости фразеологической единицы оборот перестает быть фразеологизмом и становится устойчивым оборотом нефразеологического характера 1. Поскольку фразеологические единицы являются не- моделированными образованиями, возникновение даже ограниченной структурно-семантической модели ведет к распаду фразеологической единицы, например, дефра- зеологизация оборота at first hand связана с образованием аналогичных оборотов at second hand и at third hand. § 51. Разработанная нами теория устойчивости фразеологических единиц в современном английском языке основана на динамике их развития. Она дает возможность точнее отграничить фразеологические единицы от 1 См. главу VII. 136
переменных сочетаний и сложных слов, а также выделить группу устойчивых сочетаний слов нефразеологического характера и установить границы фразеологического состава английского языка. Все показатели устойчивости фразеологических единиц, как качественные, так и количественные, и основанные на этих показателях пороги и степени устойчивости выделены нами на основе объективных данных, допускающих проверку и поддающихся статистическому учету.
Глава V РАЗДЕЛЬНООФОРМЛЕННОСТЬ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ Раздел 1 ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ТЕОРИИ РАЗДЕЛЬНООФОРМЛЕННОСТИ И ЦЕЛЬНООФОРМЛЕННОСТИ § 52. Как известно, термин «раздельнооформлен- ность» фразеологической единицы, в отличие от «цель- нооформленности» слова, был предложен А. И. Смир- ницким 1. Проблемы раздельнооформленности рассматриваются в г|Уяде работ по английской фразеологии 2. А. И. Смирницкий выдвинул понятие раздельнооформленности, оказавшееся чрезвычайно плодотворным при изучении фразеологии3, хотя последовательное приме- 1 А. И. С м и р н и ц к и й. К вопросу о слове (проблема «отдельности слова»). Сб. «Вопросы теории и истории языка». М.г 1952, стр. 202. 2 П. П. Калинин. Фразеологические единицы с субстантивным структурным стержнем в современном английском языке. Канд. дисс. М., 1954, стр:. 44—52. П. П. Калинин. К вопросу о границах фразеологической единицы в современном английском языке. «Труды Военного института иностранных языков». Т. 7, М., 1955. М. Н. Никифорова. Субстантивные фразеологические единицы в современном английском языке. Канд. дисс. М., 1950, стр. 89—101. Н. Н. Амосова. Основы английской фразеологии. Докт. дисс. Л., 1961, гл. IV, стр. 501—557. Книга* глава IV и др. 3 В лингвистической литературе встречаются неудачные попытки развенчать критерий раздельнооформленности: «так называемая раздельнооформленность из-за отсутствия живых синтаксических связей компонентов во фразеологизме является мнимой... От раздельнооформленности во фразеологизме сохраняется лишь расчлененность единой формы. Не поддержанная смыслом, эта 138
нение взглядов А. И. Смирницкого наталкивается на некоторые трудности в современном английском языке, в котором в известной мере стираются грани между словом и основой (существование изменяемых сложных слов типа darker-haired, darkest-haired, highest-pa id, промежуточных образований между фразеологической единицей и сложным словом, образований типа The man I saw yesterday's book и др.)- А. И. Смирницкпй не разработал критериев раздельнооформленности, а фрагментарно сформулировал только самые общие положения. В указанной статье А. И. Смирницкий подчеркивает, что «фразеологические единицы тем и отличаются от „классических", т. е. идиоматических сложных слов, что, в отличие от последних, они являются раздельнооформ- ленными: иначе они вообще не выделялись бы в особую группу сложных образований, так как далее их компоненты обычно совпадают с какими-либо словами (ср. спустя рукава, взять свое, дом отдыха, англ. best man, нем. armer Teufel и др.) или хотя бы имеют оформление слов (ни зги не видно: зги явно оформлено и конечным -и, и построением всего данного образования в целом как родительный падеж единственного числа женского рода)...» '. Мы хотели бы добавить, что раздельнооформленность фразеологической единицы ни зги не видно доказывается еще наличием вариантов не видно ни зги, ни зги не видать. А. И. Смирницкий иллюстрирует свое положение расчлененность не может быть надежным критерием различения слоза и фразеологизма». И. С. Т о р о п ц е в. К вопросу о возникновении фразеологизмов и способе их отграничения от сходных с ними единиц. «Уч. зап. Моск. обл. пед. института им. Н. К. Крупской. Вопросы русской фразеологии». Т. 160, вып. одиннадцатый М., 1966, стр. 23. 4 Безусловно, установление раздельнооформленности фразеологических единиц более важно для английского языка, чем для русского, но и для русского языка критерий раздельнооформленности не следует сбрасывать со счетов. И. С. Торопцев не подкрепляет свое утверждение анализом лингвистического материала, не учитывает ни потенциальной живости синтаксических отношений во многих фразеологизмах, ни того факта, что структура поддерживает значение и неразрывно с ним связана. Вследствие этого приведенное выше мнение остается бездоказательным. 1 См. § 57 данной книги. 139
примером из русского языка. В английском же языке, в котором, как мы отмечали, часто трудно разграничить слово и основу, особенно важно разработать более четкие критерии цельнооформленности слов и раздельно- оформленности фразеологических единиц, что поможет определить и характер их компонентов. Установление характера элементов очень важно, так как характер структуры определяется природой элементов. Однако из факта некоторого стирания границ между словом и основой в современном английском языке не следует делать вывод, что необходимо отказаться от понятия «основа». Отказ от этого понятия особенно в сочетании с отсутствием дифференциации цельнооформ- ленных и раздельнооформленных образований делает невозможным разграничение фразеологических единиц от сложных слов. К этому и пришел Г. Марченд, считавший, что сложное слово состоит из слов (стр. 11), которые он обычно называет морфемами1. Морфемы подразделяются на свободные, употребляющиеся самостоятельно, и связанные, выступающие всегда в сочетании со свободными. Слово, состоящее из одной свободной морфемы, Г. Марченд называет м о нем ой (moneme), понимая под этим немотивированное образование. Если компоненты сложного слова семантически не выделены и все образование является идиоматическим, то это не сложное слово, а монема, т. е. свободная морфема, компоненты которой являются псевдо-мор- фемами (pseudo-morphemes). Понятие идиоматичности как невыведение значения целого из значения частей трактуется крайне субъективно. Аналогичным образом трактуется и понятие фразы. Полностью переосмысленная фразеологическая единица состоит из псевдо-мор- фем, образующих монему, т. е. слово. Таким образом слова типа chap, crisis, frenzy и т. п. полностью переосмысленные сложные слова и фразеологические единицы относятся к одной категории — монем. Благодаря недостаточно глубокому анализу, сказывающемуся в полном игнорировании формы и переоценке семантического критерия, . Г. Марченд неправомерно отождествляет единицы лексического и фразеологического уров- 1 Н. Marchand. The Categories and Types of Present-Day English Word Formation. Wiesbaden, 1960. 140
ней. Компоненты даже полностью переосмысленных фразеологических единиц являются словами, а компоненты сложных слов, т. е. цельнооформленных образований, — основами. В. В. Виноградов указывает, что слово существует в языке как система взаимосвязанных грамматических форм К Речь идет, конечно, об изменяемых словах. Можно ли сделать из этого высказывания вывод, что те компоненты фразеологических единиц, которые имеют нулевую или ограниченную парадигму, не являются словами, а представляют собой какое-то другое лингвистическое образование? Мы думаем, что такой вывод сделать нельзя. Совершенно прав А. И. Смирницкий, который утверждал, что «компоненты фразеологических единиц можно и нужно считать словами, но только специфически употребленными»2. Недостаточность парадигмы некоторых слов, входящих в состав фразеологических единиц, не делает эти глова несловами. Компоненты фразеологических единиц мы называем лексемами. Лексемы — это потенциальные слова3, так как в составе фразеологизмов они утрачивают свою предметную соотнесенность, не могут выделяться как члены предложения и не могут сочетаться или соотноситься с другими членами предложения, с которыми сочетается или соотносится фразеологизм в целом 4. Широко распространенное обновление фразеологических единиц в речи является дополнительным доказательством потенциальной условности» их компонентов5. Узкое понимание раздельнооформленности только как грамматического оформления компонентов фразеологических единиц является явно Недостаточным для 1 В. В. Виноградов. Русский язык. Грамматическое учение о слове. М.—Л., 1947, стр. 38. 2 А. И. Смирницкий. Указ. статья, стр. 202—203. А. И. Смирницкий. Лексикология английского языка. М., 1956, стр. 207. 3 Термин предложен В. В. Виноградовым. См. Об основных типах фразеологических единиц в русском языке. М., 1947, стр. 363. 4 См. В. П. Жуков. Фразеологизм и слово. Автореферат докт. дисс. Л., 1967, стр. 4—5. 5 См. главу V, раздел 3 данной книги. 141
современного английского языка с его скудными морфологическими средствами К Хотя проблема раздельнооформленности английских фразеологических единиц хорошо изучена, но имеющийся в нашем распоряжении большой фактический материал дает возможность осветить подробнее ряд аспектов этой проблемы. § 53. Еще Шарль Балли отметил возможность дистантного расположения компонентов фразеологического оборота и то, что он может содержать переменную часть без нарушения целостности группы 2. Эти мысли не были развиты Ш. Балли, но уже подмеченные им особенности фразеологических единиц отличали изо. от слов. Для современного английского языка, в отличие от русского, разграничение фразеологических единиц и сложных слов в ряде случаев представляет значительные трудности, так как при отсутствии показателей раздельнооформленности нельзя провести грань между словом и основой слова, т. е. между фразеологической единицей и сложным словом. С этой трудностью сталкивается любой исследователь английской фразеологии. Благодаря аналитическому характеру английского языка фразеологические единицы легко переходят в сложные слова. Существующие критерии раздельнооформленности не являются достаточными, несмотря на то, что они уже не являются чисто морфологическими. Необходимо найти дополнительные критерии, которые помогут уменьшить число, пограничных случаев. К числу таких критериев мы относим вариантное показатели раздельнооформленности фразеологических единиц, обусловленные вариантностью и структурной синонимией, а также структурно- семантические \{ окказиональные показатели раздельнооформленности Мы предвидим возражения. Но ведь простые и сложные слова также имеют варианты, а слова являются цельнооформленными образованиями. Не получается ли, 1 И. В. Арнольд. Лексикология современного английского языка. М., 1959. стр. 39—40. 2 Ш. Балли. Французская стилистика. М., 1961, стр. 99. 142
что вариантность может быть как показателем раздель- нооформленности, так и показателем цельнооформлен- ности? Попытаемся ответить на этот вопрос. Так, П. П. Калинин, например, утверждает, говоря о замене компонентов фразеологической единицы: «сама возможность такой замены не может служить признаком раздельнооформленности, ибо в языке существуют и сложные слова, включающие синонимичные замены, например, water-tight, water-resistant, waterproof» ]. П. П. Калинин добавляет: «разумеется в отношении таких слов речь может идти не столько о синонимической замене компонентов, сколько о сосуществовании слов, включающих синонимичные морфемы. Точно так же молено говорить и о сосуществовании в языке фразеологических единиц, включающих синонимичные компоненты, а не о замене одного компонента другим. Возможность, или невозможность синонимической замены, таким., образом, не решает вопроса о цельно- или раздельцбоформленности» (стр. 25). На основании изложенных выше рассуждений П. П. Калинин выделяет только морфологические, синтаксические и фонетические показатели раздельнооформленности. Соображения П. П. Калинина, не основанные на анализе фразеологических вариантов, структурных синонимов и сложных слов, не представляются нам достаточно убедительными. Все многообразие фразеологических вариантов и структурных синонимов английского языка П. П. Калинин сводит к замене синонимичных компонентов, которая, якобы, не решает вопроса о цель- нооформленности или раздельнооформленности данного образования. Несмотря на неубедительность аргументации П. П. Калинина, правомерность рассмотрения фразеологической вариантности и структурной синонимии как одного из показателей раздельнооформленности фразеологических единиц тем не менее нуждается в подтверждении. Для решения этого вопроса большое значение име- 1 П. П. Калинин. Указ. статья, стр. 26.. 143
ют типы вариантности сложных слов в английском языке. П. П. Калинин ссылается на примеры синонимичных замен типа water-proof, water-tight и water-resistant. Сравним этот тип вариантности сложных слов с фразеологическими заменами типа, скажем, the massacre (или slaughter) of the innocents. От указанных сложных слов имеются следующие производные: 1) waterproofed — сделанный водонепроницаемым, Waterproofег — мастер, делающий водонепроницаемые вещи, материалы; waterproofing — пропитывание водонепроницаемым составом вещей, материалов. 2) watertightness — водонепроницаемость. 3) water-resistance —■ водонепроницаемость. В данном случае наблюдается не словопроизводство от resistant, а образование путем прибавления другого суффикса при общей корневой морфеме. В приведенной выше фразеологической единице подобное словопроизводство является невозможным. Кроме того, эти варианты и сходные образования создаются по лексической модели, не свойственной фразеологическим единицам (air-proof, bomb-proof, bulletproof, fire-proof, fool-proof, kiss-proof lipstick (химическая губная помада), light-proof, rain-proof, shock-proof, sound-proof, weather-proof и др.; bomb-resistant, bullet- resistant, fire-resistant, gas-resistant и др.; air-tight, light- tight, rain-tight и др.). Таким образом, вариантность сложных слов сочетается с лексической моделированностью. Другими примерами являются depth bomb = depth charge глубинная бомба (ср. depth control регулирование глубины погружения подлодки, depth gauge глубомер, depth line линия заданной глубины торпеды, depth measure глубина трюма и др.) и wage freeze = wage pause = wage restraint (cp. wage-cut снижение заработной платы, wiage (или wages) fund фонд заработной платы, w^age-work наемный труд и др.). Широко используются в лексически моделированных образованиях и вторые компоненты, например, freeze (cp. dividend freeze, incomes freeze, prices freeze, wage freeze и др.). Таким образом, мы утвердительно отвечаем на вопрос а принципиальной возможности рассмотрения фразеологической вариантности и структурной синони- 144
мии как показателей раздельнооформленности фразеологических единиц, несмотря на наличие вариантности и структурной синонимии у слов. В. В. Виноградов и А. И. Смирницкий допускают наличие экспрессивных и стилистических оттенков у вариантов слов. Подход этих ученых к вариантам слов в русском языке не следует механически переносить на английскую фразеологию. Если поступить именно таким образом, то следует выделить полные и частичные варианты. Но в таком случае частичные варианты окажутся одновременно и структурными синонимами, т. е. разновидностями одной и той же фразеологической единицы, в совокупности которых она существует в языке, окажутся не тождественными, а синонимичными. Мы считаем понятие «частичной вариантности» противоречивым, так как исходим из понимания вариантов как разновидностей фразеологической единицы, тождественных по качеству и количеству значений, стилистическим и синтаксическим функциям, и имеющих общую инвариантную лексему при частично различном лексемном составе или различающихся словоформами или порядком слов. Если у фразеологической единицы с частично различным лексемным составом имеется одинаковое число значений, но они не полностью совпадают, отличаясь оттенком значения, стилистической направленностью, сферой употребления, то образуются структурные синонимы. Критерии раздельнооформленности можно подразделить на две группы: узуальные и окказиональ- н ы е. Узуальные показатели раздельнооформленности являются языковой нормой, закономерностью, реализующейся в речи. Выбор окказиональных показателей раздельнооформленности зависит от воли носителя данного языка. Окказиональные показатели не являются нормой, но могут перейти в норму. К ним относятся вклинивание переменных элементов во фразеологические единицы, добавление переменных элементов к началу или концу фразеологической единицы, а также всевозможные деформации фразеологизмов. Эти индивидуальные изменения, обусловленные раздельнооформлен- 145
ностью, свойственной фразеологическим единицам, широко распространены в современном английском языке. Раздел 2 УЗУАЛЬНЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ РАЗДЕЛЬНООФОРМЛЕННОСТИ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ § 54. МОРФОЛОГИЧЕСКАЯ РАЗДЕЛЬНООФОРМЛЕННОСТЬ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ К морфологическим показателям относится изменение словоформы в составе фразеологической единицы. Подобное грамматическое изменение оформляет данный компонент, а не всю фразеологическую единицу, так как она, в отличие от изменяемого простого и сложного слова, не имеет парадигмы. Морфологические изменения наблюдаются во фразеологических единицах различных структурных типов. 1. Изменение глагола Hely Clinker, who was in his regiment, said that he not only cheated at cards, but showed the white( feather. (W. Thackeray, Pendennis, vol. II, ch. XXI.) Oh, my dear fellow, don't worry. I've been frightened too often myself to blame anyone who shows the white feather. (W. S. Maugham, The Complete Short Stories, vol. I, The Yellow Streak.) Never before in the history of the service had a ranger shown the white feather. (O. Henry, Sixes and Sevens, Jimmy Hayes and Muriel.) There were caricatures of all three generals "showing the white feathers."... (R. Aldington, The Duke, ch. 12.) Изменение сложного глагола является показателем 146
цельнооформленности, так как оформляет все сложное слово в целом (ср. mass-produce — mass-produces — mass-produced — mass-producing и т. п.). 2. Изменение существительного Не всякое изменение существительного отделяет фразеологическую единицу от сложного слова. П. П. Калинин сделал по этому поводу верное замечание, указав, что наиболее четко противостоят сложному слову те фразеологические единицы, в которых изменяемым является первый компонент. «Если же формой словоизменения обладает последний компонент, то флексия сама по себе далеко не всегда может служить признаком раздельнооформлен- ности. Так, флексия слова Marias в соединении Black Marias при отсутствии положительного оформления прилагательного не отличает этого соединения от сложного слова, ибо флексия может оформлять и сложное слово (black birds)» l. Это соображение безусловно следует с некоторыми ограничениями учитывать при определении критериев раздельнооформленности. Оно, например, не относится к адъективным компаративным фразеологическим единицам типа* birown as a berry, так как подобные образования не встречаются среди сложных слов. Компаративные фразеологизмы этого структурного типа имеют и другие показатели раздельнооформленности, например, наличие союзных и бессоюаных вариантов (as brown as a berry = brown as a b^rry). Если существительное (в составе предложения) употребляется во множественном числе, то обычно и существительное относящейся к нему компаративной фразеологической единицы также употребляется во множественном числе. Это широко распространенное явление в современном английском языке. 1 П. П. Калинин. Фразеологические единицы с субстантивным структурным стержнем в современном английском языке. Канд. дисс. М., 1952, стр. 46. 147
В на'шем распоряжении имеется большое число примеров подобного рода. Мы приводим лишь некоторые из них. В примерах выделены традиционные, а не авторские сравнения. For the mother and her sons, the day was one long, perpetual delight — they grew brown as berries, ate like 'hawks, and slept like hunters. (A. J. Cronin, Adventures in Two Worlds, ch. thirty.) Ha! ha! We should be as gay as larks, Mr. Richard — why not? (Ch. Dickens, The Old Curiosity Shop, ch. LVI.) The world is so full of a number of things, I am sure we should all be as happy as klings. (R. Aldington, Death of a Hero, part I, ch. I.) She would send them a lot of tops, and bells, and marbles, and ninepins, and make them all go as jolly as sandboys. (Ch. Kingsley, The Water Babies, ch. VIII.) Sr>me of the old French families were poor as church mice but chose to live in retirement. (U. Sinclair, World's End, ch. 2.) ... Now isn't that like a man! Stubborn as mules all of them. Every one! (S. Lewis, // Can't Happen Here, ch. 23.) 3. Изменение прилагательного H. H. Амосова относит компаративные единицы типа as cool as a cucumber, as mad as a hatter, as thick as thieves к единицам неподвижного постоянного контекста и, в частности, подчеркивает невозможность в них словоизменительных компонентов \ Поскольку речь в дан- 1 Н. Н. Амосова. Книга, стр. 171—172. 148
ном разделе книги Н. Н. Амосовой идет о раздельно- оформленности, то, очевидно, имеется в виду отсутствие морфологических показателей раздельнооформленности во фразеологических единицах данного структурного типа. Это утверждение Н. Н. Амосовой не подтверждается фактами английского языка. Мы уже показали возможность нормативного изменения числа существительного. Многие прилагательные в этих образованиях встречаются как в положительной, так и в сравнительной степенях. В превосходной степени прилагательные в компаративных фразеологических единицах не употребляются. Подобное окказиональное формообразование, встречающееся еще в литературе XIX в., получило широкое- распространение в XX в. и обнаруживает тенденцию перерасти в нормативное употребление. I have come back poorer than a church mouse.. (Ch. Dickens, Barnaby Rudge, ch. XXVIII.) Приводим примеры из современной литературы. ... the cold came down worse than ever. It made the night blacker than pitch. (D. Carter, Fatherless Sons, part II, ch. 19.) "He's dead, ain't (или isn't) he?" Floyd said dazedly. "He's deader than a doornail/' Spence said. (E. Caldwell, Tragic Ground, ch. XII.) Here it is this thing that's happened — it's terribly real — as large as life — larger than life... (N. Coward. We Were Dancing, sc. 1.) The silence as the two men stared at one another was louder than thunder. (J. Updike, The Centaur, ch. I.> Приведенные выше примеры показывают, как широко употребляются в современном английском языке 149
прилагательные в сравнительной степени в адъективных компаративных фразеологизмах. Одновременное формообразование существительного и прилагательного в оборотах этого типа встречается реже. ... they've a secret of their own to keep, they're closer than oysters. (R. Aldington, The Colonel's Daughter, part IV, ch. 6.) Формообразование прилагательных в оборотах «прилагательное+существительное» встречается сравнительно редко. ... the Cantervilles have blue blood, for instance, the bluest in England. (0. Wilde, The Canterville Ghost, V.) There is a still darker horse in Lord Hailsham. (Daily Telegraph, Oct. 10, 1963.) Beauty put on her gladdest rags and went to parties... (U. Sinclair, Between Two Worlds, ch. 21, IV.) I will say this, that the1 best .shot in existence could not have done it more beautifully. You are an older hand at this, than I thought you, Tup- man. (Ch. Dickens, Pickwick Papers, ch. XIX.) Burge-Lubin. Yon mustn't rush to conclusions abouit the Arohbishop, Mrs. Lutestring. He is an older bird than you think. Older than you, at all events. (B. Shaw, Back to Methuselah, part. III.) True, the palmiest days of the Mount Pleasant club are way back in history, but they are there nonetheless. (Daily Worker, Sept. 14, 1961.) Число подобных образований в современном англин- 150
ском языке невелико, но наблюдается тенденция к некоторому их увеличению. Формообразование прилагательного встречается и в вариантных фразеологических единицах. Приводим примеры оборота a hard (или tough) nut to crack крепкий орешек, в которых прилагательное hard употребляется в сравнительной степени, а прилагательное tough в превосходной. The Nobleman (airily). I should not care very much about the witch... but the Bastard of Orleans is a harder nut to crack. (B. Shaw, Saint Joan, ch. IV.) The toughest nut he had to crack was a Maine Yankee of ,the name of Hiram Maxim,, who invented a machine gun 'better than the Norden- feldt; ... (U. Sinclair, World's End, ch. 6, III.) Некоторые типы сочетаний «прилагательное + существительное» относятся к устойчивым образованиям нефразеологического характера, другие же — к сложным словам 1. Разграничение их иногда представляет значительные трудности. § 55. МОРФОЛОГО-СИНТАКСИЧЕСКАЯ РАЗДЕЛЬНООФОРМЛЕННОСТЬ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ Морфолого-синтаксическим показателем раздельно- оформленности фразеологических единиц является возможность их глагольных компонентов употребляться как в действительном, так и в страдательном залогах и наличие синтаксических изменений при употреблении глаголов в страдательном залоге. Это является вторичным показателем раздельнооформленности, так как первичными являются незалоговые изменения глагола. Но вторичные признаки раздельнооформленности представляют значительный интерес для характеристики структурных особенностей фразеологических единиц. * См. § 105. 151
Структурные особенности фразеологической единицы при употреблении глагола в страдательном залоге связаны с типом зависимости ее компонентов. Так фразеологизм, являющийся словосочетанием с константно-переменной зависимостью компонентов, в составе которого имеются местоимения somebody (или something) в срединном положении, в страдательном залоге реализуется в предложении, образованном по грамматической модели «глагол (в одном из времен) + причастие «II». Кроме того, добавляется переменное подлежащее, заменяющее альтернант somebody (или something), являющийся прямым дополнением во фразеологической единице в действительном залоге. Таким образом, фразеологические единицы данного структурного типа могут вводиться в речь с помощью переменных элементов как в действительном, так и в страдательном залогах 1. В действительном залоге переменные элементы занимают срединное положение, а в страдательном— начальное. Приводим примеры подобного образования страдательного залога. bleed somebody white — обескровить кого-либо Out of two world wars America piled up enormous wealth while the nations of Europe were bled white. (Daily Worker, Nov. 13, 1948.) cut somebody off with a shilling — лишить кого-либо наследства She had been used to boast that no Dodson had ever been cut off with a shilling... (G. Eliot, The Mill on the Floss, Book First, ch. XII.) У фразеологических единиц данного структурного типа глагол может употребляться в страдательном залоге также в инфинитиве (to be Ъ\Ы white, to be cut 1 Мы говорим «могут», так как местоимения somebody и something в редких случаях не заменяются другими словами, а сами функционируют в качестве прямых дополнений и подлежащих: cut somebody off with a shilling — somebody was ■ cut off with a shilling. 152
off with a shilling, to be put through the mill, to be sold down the river и др.). Фразеологические единицы с константно-переменной трансформационной или константно-вариантно-пере- менной трансформационной зависимостями компонентов, в которых местоимения one's или somebody's являются определениями к прямому дополнению, функционируют с глаголами в страдательном залоге как предложения при замене местоимений one's или somebody's обычно одним из притяжательных местоимений. Примером фразеологической единицы с константно- переменной трансформационной зависимостью компонентов является pull somebody's leg—одурачивать кого- либо, морочить кому-либо голову. "What's the matter with you Turgis, is that you don't .see how your leg's being pulled, you're not properly class-conscious yet." (J. B. Priestley, Angel * Pavement, ch. IV, § 4.) Примером фразеологической единицы с константно- вариантно-переменной трансформационной зависимостью компонентов может служить фразеологизм cast (cast in или throw in) one's lot (with somebody, iin some place). But this fine qualities being perfectly understood and appreciated in those regions where his lot was cast... he may be regarded as having been born under a fortunate star. (Ch. Dickens, Martin Chuzzlewit, ch. XXXIII.) She felt thoroughly bound to him as a wife, and that her lot was cast with his, whatever it might be... (Th. Dreiser,.S&fer Carrie, ch. XXXIII.) Синтаксические показатели раздельнооформленности часто сочетаются с показателями окказиональной раздельнооформленности. "I do not pretend to understand these things," said Mrs. Sparsit with dignity, "my lot having 153
been originally cast in a widely different sphere." (Ch. Dickens, Hard Times, Book IT, ch. I.) ... he had a tendency to isolate his individual person from any community amidst which his lot might temporarily happen to be thrown. (Ch. Bronte, Shirley, ch. II.) Нам не встретились случаи расщепления этой фразеологической единицы, когда глагол употребляется в действительном залоге. Вклинивание слов originally в первом примере и temporarily happen во втором не меняют, а лишь уточняют значение фразеологической единицы. Фразеологические единицы с константной и константно-вариантной трансформационной зависимостями компонентов функционируют как предложение только при добавлении глагола to be в одном из времен. Они не нуждаются в добавлении переменного подлежащего, так как подлежащим становится прямое дополнение. clear the decks (for action) —готовиться к бою; расчистить дорогу- Не pressed his hat on to his skull... and faced the intruder with a jutting jaw. At these signs of decks being cleared for action there came a sudden stop of all conversation in the bar. (R. Greenwood, The Squad Goes Out, ch. XI.) Благодаря вклиниванию переменных элементов между компонентами фразеологической единицы может создаваться значительный разрыв. cut the (Gordiian) knot — разрубить (гордиев) узел The Gordian knot of the war which imperialism was unable to loose, was finally cut by the sword of the Revolution. (R. Palme Dutt, World Politics, 1918— 1936, ch. III.) Трансформирование словосочетания в предложение с глаголом в страдательном залоге всегда сопровождается грамматической инверсией. Мы показали структурные особенности различных типов фразеологических единиц, в составе которых глагол 154
может употребляться как в действительном, так и в страдательном залогах. Глагольные фразеологические единицы в действительном залоге являются словосочетаниями, т. е. единицами номинации, а в страдательном залоге некоторые из них — единицами коммуникации. Подобное перекрещивание функций только подчеркивает тесную связь между номинацией и коммуникацией. Фразеологические единицы, имеющие значительно более сложную структуру, чем слово, обладают некоторыми особенностями, когда глагол, входящий в их состав, употребляется в страдательном залоге. Эти особенности несвойственны- словам. 1) Образование страдательного залога в словах— морфологический процесс, и поэтому его рассмотрение в грамматиках традиционно включается в морфологию. Страдательный залог всегда образуется по языковой модели, «глагол to be + причастие II» (to export — to be exported, to write—to be written, to mass-poduce—to be mass-produced, to whitewash—to be whitewashed и т. д.). Поэтому каждый переходный глагол имеет инфинитив в страдательном залоге. Что касается фразеологических единиц, то, как мы показали, лишь фразеологические единицы с константно-переменной трансформационной зависимостью компонентов, в составе которых имеются' местоимения somebody или something, занимающие срединное положение, могут обладать инфинитивом с глаголом в страдательном залоге. Фразеологические же единицы других структурных типов не могут иметь инфинитива, если глагол употребляется в страдательном залоге, так как в таком случае они трансформируются в предложения. Инфинитив фразеологических единиц, имеющих глагол в страдательном залоге, образуется путем опущения дополнения, выраженного местоимением (to sell somebody down the river — to be solti down the river). Следовательно, пассивный инфинитив подобных фразеологических единиц требует опущения местоимения, что возможно в силу раздельнооформленности фразеологических единиц. Опущение какой-либо морфемы причастия II невозможно в силу его цельнооформ- ленности. 2) При употреблении глагола в страдательном залоге у английского переменного предложения, так же 155
как и у фразеологической единицы, всегда инвертированный порядок слов. Различие в функционировании в речи глагола в страдательном залоге и фразеологической единицы с глаголом в страдательном залоге заключается в том, что глагол входит в состав переменного предложения, но сам не может быть предложением, тогда как в речи фразеологическая единица с глаголом в страдательном залоге может быть предложением. 3) Все переходные глаголы и некоторые непереходные с предлогами, например, he is looked at, употребляются в страдательном залоге. Многие же фразеологические единицы с переходными глаголами не употребляются в страдательном залоге, например, change one's miod, kicW the bucket, show the white feather и т. п. Это объясняется как особенностями фразеологического значения, так и традицией употребления фразеологизмов. 4) Так называемые правильные глаголы, образуют страдательный залог с помощью причастия II, оформленного суффиксом. Наличие суффикса является показателем цельно- оформленности слова. 5) При образовании страдательного залога причастие употребляется с глаголом to he, и все сочетание слов является раздельнооформленным. Это легко доказывается тем, что между be и причастием может вклиниваться наречие (to be highly paid, the door is freshly painted и др.). Встречается и изменение порядка слов, например, при эмфатической инверсии типа beaten he was, whitewashed the fence is и др. Глагол в страдательном залоге употребляется в переменных предложениях, в которых, независимо от структурного типа, возможны замены любого компонента, так как они образованы по структурно-семантической модели. Во фразеологических единицах вообще, и с глаголом в страдательном залоге в частности, нормативные замены или невозможны, или обусловливаются типом зависимости компонентов. Таковы особенности употребления фразеологических единиц с глаголами в страдательном залоге и глаголов простых и сложных в страдательном залоге как отдельных слов. Употребление глагола в страдательном залоге — 156
один из показателей раздельнооформленности фразеологической единицы, так как это доказывает ее «слов- ность», выражающуюся как в изменениях самого глагола, так и в сопутствующих им структурных изменениях фразеологизма, не свойственных словам, как простым, так и сложным. Употребление глаголов в страдательном залоге не .меняет их природы как цельнооформленных образований, так как часть слова, в отличие от фразеологической единицы, не может быть словом. Поэтому глагол и остается цельнооформленным образованием, несмотря на то, что моделированное сочетание слов «глагол to be -f- причастие II» является раздельнооформленным. § 56. СИНТАКСИЧЕСКАЯ РАЗДЕЛЬНООФОРМЛЕННОСТЬ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ 1. Показателем синтаксической раздельнооформленности является инвертированный порядок слов. Инвертированный порядок слов, образующих фразеологическую единицу, широко распространен в английском языке, особенно в глагольных фразеологизмах. Грамматическая инверсия неизбежна во фразеологизмах при употреблении глагола в страдательном залоге. Инвертированный порядок слов встречается и во фразеологических единицах с глаголом в действительном залоге. Инверсия широко используется как средство эмфазы и является стилистической нормой, а не окказиональным приемом ^обновления фразеологизма. Наиболее распространенным видом инверсии является усложненная инверсия, при которой благодаря вклиниванию переменного подлежащего, обычно личного местоимения, происходит структурно-семантическое преобразование, и фразеологическая единица, являющаяся словосочетанием, трансформируется в предложение. Это видно из следующих примеров: bear a cross — нести свой крест С г е s t w е 11: That is a cross I have learned to bear with fortitude, Lora. No one understands half of what I say. (N. Coward, Relative Values, act I, sc. I.) 157
cast one's bread upon the waters — делать что-либо заблаговременно, не ожидая немедленных результатов Не cannot prevent the satisfaction he feels in the ten per cent which reward's the bread he had cast upon the waters. (W. S. Maugham, The Complete Short Stories, vol. I, The Fall of Edward Barnard.) sow one's wild oats — отдать дань увлечениям молодости, перебеситься. The difference between Robbie Budd and most others was that they did not consider it necessary to tell their future brides about the wild oats they had sown. (U. Sinclair, World's End, ch. 19.) Синтаксическая раздельнооформленность такого рода сочетается с вариантными показателями раздельно- оформленности. 2. Важнейшим синтаксическим показателем раздель- нооформленности фразеологических единиц является способность некоторых из их компонентов вступать в синтаксические отношения с различными переменными элементами. Переменные элементы могут вклиниваться в состав фразеологических единиц, не нарушая их тождества, а лишь видоизменяя их значение. Поскольку данный вопрос разбирается в § 62 данной главы, мы ограничимся здесь этими краткими замечаниями. § 57. СТРУКТУРНО-СЕМАНТИЧЕСКАЯ РАЗДЕЛЬНООФОРМЛЕННОСТЬ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ Неизменяемость компонентов и структуры тех или иных образований и отсутствие у них вариантов, структурных синонимов или окказиональных показателей раздельнооформленности далеко не всегда означает, что мы имеем дело со сложным словом. Эти образования могут быть и фразеологическими единицами, так как фразеологическим единицам многих структурных типов 158
свойственна структурно-семантическая раздельнооформ- ленность. Мы выделили показатели структурно:семантической раздельнооформленности, исходя из глубокой мысли А. И. Смирницого о том, что для раздельнооформленности фразеологической единицы важно построение всего образования в целом \ Структурно-семантическая раздел ьнооформленность свойственна, например, фразеологическим единицам- предложениям, являющимся коммуникативными единицами языка. Сложные слова, так же как и простые слова, являются номинативными единицами языка. Им не свойственны предикативные, т. е. подлежащно-сказуем- ные отношения компонентов, и вообще синтаксические отношения, даже ослабленные, так как они состоят не из слов, а из^ основ или из морфем. Ввиду наличия показателей структурно-семантической раздельнооформленности коммуникативные фразеологические единицы, несмотря на неизменяемость их компонентов, никогда, за исключением их окказионального использования в .качестве атрибута, не переходят в сложные слова. Сложные слова со структурой предложения встречаются крайне редко. Мы имеем в виду случаи типа forget- me-not — незабудка, pick-me-up — возбуждающее средство, go-as-you-please — свободный от правил (о гонках и т. п.) и некоторые другие. В основе этих сложных слов лежат переменные побудительные предложения, которые, перейдя в сложные слова, полностью утратили свою предикативность. Коммуникативные фразеологические единицы не единственный тип фразеологизмов, у которых имеются показатели структурно-семантической раздельнооформленности. Такими же показателями обладают и многие фразеологические единицы других структурных типов, например, частичнопредикативные обороты (типа ships that pass in the night), фразеологизмы с предикативной структурой, употребляющиеся как члены предложения (типа as the crow flies), междометные фразеологизмы (good Heavens!, like hell!, my foot!), обороты типа break the ice (cp. the ice is broken), one's better half, pull somebody's leg, интенсификаторы (as blazes, as anything, like blazes, like anything) и др. 1 См. стр. 139. 159
§58. ВАРИАНТНЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ РАЗДЕЛЬНООФОРМЛЕННОСТИ Мы выделяем типы вариантных показателей раз- дельнооформленности в соответствии с предложенной нами классификацией фразеологических вариантов и структурных синонимов в современном английском языке *. Поскольку варианты сложных слов и фразеологических единиц не идентичны, выделение этого показателя раздельнооформленности поможет разграничению фразеологических единиц от сложных слов. Выделение дополнительного критерия вариантной раздельнооформленности особенно важно для фразеологических единиц, имеющих варианты или структурные синонимы, единственным показателем раздельнооформленности которрлх является раздельное написание, а также для фразеологических единиц, обладающих другими слабыми признаками раздельнооформленности. Выделение этого критерия дает возможность как расширить сферу действия существующих критериев, так и выделить дополнительные. Все это поможет уменьшить число пограничных случаев. 1. Лексическая вариантность а) Атрибутивно-именные фразеологические единицы: blind pig (или tiger), closed (или sealed) book, dead marines (или men), good (или great) deal, the old enemy (или adversary) и др., si tent (или sleeping) partner, Welsh rabbit (или rarebit) и т. п. В указанных оборотах нет никаких признаков раздельнооформленности, кроме раздельного написания. Данная грамматическая модель свойственна и сложным словам (например, blackbird, black-cap, black-list, bluebell, 'bluebottle, 'redbreast, redcap, strong-box и др.). В данное время эта модель сложных слов является непродуктивной. Тем не менее не всегда .легко отличить сложное слово от фразеологической единицы данного структурного типа. 1 См. А. В. Кунин. Докт. дисс. Т. II, глава II, §§ 2, 4. 160
Вариантность является важным показателем фра- зеологичности подобных образований. б) Предложно-именные субстантивные фразеологические единицы: angels (или devils) on horseback, a friend at (или in) court. в) Предложйо-именные адвербиальные фразеологические единицы и адвербиальные фразеологические единицы других структурных типов: at (on или амер. in) a pinch, at the drop of а (или the) hat, below (или under) par, by (или on) the sly, close (или near) at hand, hand over fist (или hand over hand), on (или амер. in) the cards и др. 2. Морфологическая вариантность Морфологическая вариантность является иногда единственным показателем раздельнооформленности. Это может быть, например, в том случае, когда существительное в общем падеже заменяется существительным в родительном падеже в качестве препозитивного определения, например, grandfather clock = grandfather's clock — высокие старинные дедовские часы. Оба варианта образованы по грамматической модели сложных слов. В связи с этим наличие морфологической вариантности в рамках одной фразеологической единицы приобретает особое значение. В сложных словах «существительное + существительное» наблюдается не морфологическая, а лексическая вариантность типа wage freeze — wage paoise=wage .restraint. Но и этот тип вариантности встречается редко. Crawford looked at the grandfather clock in the corner of the room. It was nearly twenty-five to one. (C. P. Snow, The Affair, ch. 28.) A dead silence, and Levrne sat in the hall, listening to the ticking of a grandfather's clock. (U. Sinclair, Boston, vol. II, part. I, ch. XXIII.) В современной литературе вариант grandfather clock является более распространенным. 6. А. В. Кунин. 161
Можйо констатировать полную семантическую тождественность этих разночастотных вариантов. 3. Морфолого-синтаксическая вариантность Существуют два типа морфолого-синтаксической вариантности: а) замена препозитивного-определения, выраженного существительным в родительном падеже, постпозитивным предложно-именным определением: Achilles' heel = the heel of Achilles, the Procrustes' bed = the Procrustean bed. б) замена препозитивного адъективного определения постпозитивным предложно-именным определениемз а Sisyphean labour = the labour of Sisyphus, the promised land = the land of promise и др. 4. Позиционная вариантность Для позиционных вариантов характерна перестановка двух или более компонентов без изменения структуры фразеологизма. dot the i's and cross the t's — cross the t's and dot the i's, off and on = on and off, a round peg in a square hole — a square peg in a round hole, the short and the long of it = the long and the short of it. off and on = on and off — время от времени, с перерывами, нерегулярно, попеременно John Turner will tell you all abbut me. Pve worked for him off and on for I don't know exactly how many years. (E. Caldwell, Jackpot, Horse Thief.) Jane: You must be fearfully worried, too, Ellen. Ellen: Well, on and off, I am... (N. Coward, Cavalcade, part one, sc. III.) 5. Квантитативная вариантность Квантитативными являются варианты с неодинаковым числом компонентов, образованных путем их усечения или прибавления. 162
а) Варианты с усечением элементов All my eye and Betty Martin! = all my eye!, between the devil and the deep blue sea = between the devil and the deep sea, at the bottom = at bottom и др. б) Варианты с прибавлением элементов Lead somebody a dance = lead somebody a pretty dance, show one's true colours = show oneself in one's true colours и др. Приведенный материал иллюстрирует раздельно- оформленность фразеологических единиц. Мы не ставили своей задачей охарактеризовать фразеологическую вариантность в целом и взаимоотношения вариантов и структурных синонимов, так как это выходило бы за рамки данной книги. § 59. Мы хотели бы высказать несколько соображений о вариантности фразеологических единиц и слов. 1. Prodigal son = prodigal — блудный сын, stool pigeon = stool — провокатор, осведомитель, zebra crossing = zebra — зебра, переход (помеченный черными и белыми полосами), по которому пешеходы могут всегда перейти улицу (уличное движение останавливается, если есть пешеходы) и др. Возможность сокращения данных образований до одного компонента показывает, как считают некоторые исследователи, что этот компонент является словом, а не основой, так как основа не может употребляться самостоятельно. Указанные устойчивые образования имеют полностью переосмысленное значение (prodigal son, stool pigeon) или частично переосмысленное значение (zebra crossing) и являются, видимо, фразеологическими единицами, а не сложными словами. Мы говорим видимо, так как этот критерий, к сожалению, недостаточно надежен. Нельзя же считать, например, слово aeroplane словосочетанием на том основании, что plane может употребляться вместо aeroplane. 2. В компаративных единицах типа (as) black as ink, (as) dry as dust, (as) mad as a hatter и др. первый союз является факультативным, и создаются вариантные пары: as black as ink=black as ink, as >dry as dust=dry ais dust, as mad as a hatter=mad as a hatter и др. 6* 163
Подобное широко распространенное употребление компаративных оборотов видно из следующих примеров: Garry: If ever that young man rings up again, get rid of him at all cost. He's as mad as a hatter. (\\ Coward, Present Laughter, act I.) "You can't talk to him," said uncle Rodney. "Mad as a hatter." (J. B. Priestley, Three Men in New Suits, ch. 5.) Подобная вариантность несвойственна компаративным оборотам данного типа при их использовании в качестве препозитивных определений. В такой позиции эти фразеологизмы утрачивают все признаки раздельно- оформленности и переходят в сложные слова, не требующие для своей реализации первого союза as. The latter organization is saturated with the dry-as-dust bureaucratism characteristic of Second International! in general. (W. Foster, Outline History of the World Trade Union Movement, ch. 57.) Rosanna: That's not the way to speak of a Duke, darling, a real fat large as life Duke... (N. Coward, Operette, act II, sc. II.) Многие адъективные сравнения соотносятся со сложными словами: as black as ink (ink-black); as blue as sky (sky-blue); as clear as crystal (crystal-clear); as white as snow (snow-white) и др. Данные сложные слова употребляются без союза as. The thunder-charged mass ihun-g unbroken beyond the low, ink-black headland darkening -the twilight. (J. Conrad, Victory, part IV, ch. IX.) Таким образом, союзная и бессоюзная вариантность— характерная черта компаративных фразеологических единиц, не свойственная сложным словам. 3. Коммуникативным фразеологическим единицам 164
также свойственна вариантность. Данные фразеологизмы не соотносятся ни с одним типом сложных слов. Примерами таких вариантов могут служить: doctors differ (или disagree), is your father a glazier? = your father is no glazier, there's no rose without a thorn = no rose without a thorn и др. 4. Перемена порядка следования компонентов, т. е. позиционная вариантность крайне редка в сложных словах и обычно приводит к изменению значения, т. е, к образованию нового сложного слова, например: boat-race—лодочные гонки; race-boat—гоночная лодка; horse-race — скачки; race-horse — скаковая лошадь; boy-school — мужская школа; schoolboy — школьник; board-school — школа, имеющая совет; school-board — школьный совет; brick-ired — кирпичного цвета; red-brick — сделанный из красного кирпича. Случаи изменения порядка следования компонентов без изменения значения не нарушают общей закономерности, так как не являются продуктивным типом вариантности. Мы имеем в виду варианты типа: by-paisser (bypasser) = passer-by, by-stander (bystander) = stander-by, on-looker (onlooker) = looker-on, cp. on-setter (onsetter) (уст )=setter-on и on-hanger (onhanger) (уст.)—hanger-on. Множественное число во всех ,этих вариантах образуется путем прибавления s к существительному: by-passers = passers-by; by-standers = standers-by; on-lookers = lookers-on; on-setters=setters-on; on-hang- ers=hangers-on l. (Cp. lookers-on see more than players или lookers-on see most of .the game, standers-by see more than gamesters — со стороны виднее.) В современном языке позиционные варианты в сложных словах встречаются очень редко: lease-land = land- lease, translation loan = loan translation, maid-servamt = servant-maid. В отличие от фразеологических единил позиционные варианты встречаются у сложных слов с буквальным значением компонентов. Образования данного типа созданы по лексической 1 Часто один вариант вытесняет другой. Cpr goings-on и устаревшее ongoings, look-outs н устаревшее looks-out. 165
модели, характеризуются слитным или дефисным написанием, и все, за исключением onlooker, являются производными от соответствующих глаголов (by-pass, by-stanid и pass 'by, stand by, look on и др.). Что же касается фразеологических единиц, то они не могут быть образованы ни от какого слова. 5. Квантитативные варианты ] (например, at bottom= at the bottom, as like as two peas in a pod = as, like as two peas = as like as peas и др.) сложным словам не свойственны. 6. Лексическая вариантность, как мы уже отмечали, встречается у сложных слов, преимущественно с буквальным значением и варьируется, как правило, первый компонент. Случаи типа beettl'e-head, blockhead, blunderhead, bone-head, chuckle-head, dunderhead, fat-head, loghead, pudding-head встречаются очень редко. Эти образные сложные слова образованы по лексической модели. Варьирование незнаменательных слов, столь распространенное во фразеологических единицах, сложным словам, видимо, не свойственно. 7. Сложным словам не свойственна комбинированная морфолого-синтаксическая и лексико-грамматическая вариантность, встречающаяся у фразеологических единиц. 8. Среди сложных слов преобладают фонетические и орфографические варианты. Примером фонетических вариантов могут служить: bottle-green ['botlg'ri: n, ('botl'gnri : n)], coal-blacls ['koul'blaek, ('koulblaek)] (в препозиции), pennyworth ['репэб ('perjwa (э:)6] и др. 9. Раздельное написание не является показателем раздельнооформлеиности фразеологических единиц, так как оно свойственно и сложным словам. Колебания в написании сложных слов в современном английском языке чрезвычайно значительны и лишены какой-либо последовательности, так как одинаковые образования пишутся по-разному. Достаточно сравнить написания 1 Г. Е. Мальковский собрал 1660 квантитативных вариантов терминологических словосочетаний (например, goods-carrying vehicle = goods vehicle — грузовой автомобиль). См. Г. Е. Мальковский. Вариантность материального аспекта терминологического словосочетания в современном английском языке. Автореферат канд. дисс. М., 1966. 166
сложных слов в двух английских словарях, чтобы убедиться в этом. Мы сравнили написание некоторых сложных слов в словаре Уайльда The Universal English Dictionary и в словаре Фаулеров The Concise Oxford Dictionary. Universal Concise riding-habit riding-habit p'ding habit shopwalker shop-walker shop walker street-walker street-walker street walker Число подобных орфографических вариантов весьма значительно, так как в современном английском языке широко распространено как слитное, дефисное, так и раздельное написание сложных слов. 10. Для простых слов характерны три основных типа вариантов: а) фонетические: direct [idj'rekt (da'rekt, dal'rekt, иногда в препозиции Mal/rekt)], idea [al'dl/э ('а1/ё1э)идр.]. Варианты такого рода могут носить системный характер. Например, во, многих словах в препозиции ударение смещается на первый слог, в многосложных словах часто наблюдается ударение на третьем или четвертом слоге от конца (/capitalist=ca/pitalist, /controversy= controversy и др.)- Слово gaseous имеет десять вариантов прозношения. Вообще число фонетических вариантов, приведенных в произносительном словаре Джоунза, чрезвычайно велико. б) орфографические варианты: defence = defense (амер.), eerie=eery, faggot=fagcrt, to foorego=to forgo, to prize=fto prise, quintat=quintette, rancour=rancor (амер.), salable=saleable, toffee=toffy ih др. ь, в) аффиксальные варианты, подразделяющиеся на префиксальные варианты (entrench = intrench, inconceivable = unconceivable и др.) и суффиксальные (candidature = candidacy, propemsion = propensity и др.)2. 1 Орфографические варианты приводятся по словарю A. S. Hornby, E. V. Gatenby, H. Wakefield. The Advanced Learner's Dictionary of Current English, London, 1968. 2 Г. Е. Мальковский нашел 988 вариантов этого типа в терминологических словосочетаниях. 167
Поскольку фразеологические единицы состоят из слов, то орфографические, фонетические и аффиксальные варианты компонентов могут встретиться и во фразеологизмах, но они не являются показателями их раз- дельнооформленности. Таковыми являются только те показатели вариантности, которые или совершенно несвойственны словам, или реализуются в них при наличии буквального значения, лексической модели или признаков цельнооформленности. Разграничение варианта и структурного синонима в каждом отдельном случае нецелесообразно, так как и вариантность,- и структурная синонимия могут быть показателями раздельнооформленности фразеологической единицы. Поэтому данные показатели цельнооформленности мы объединили под общим названием вариантной раздельнооформленности. Наличие варианта или структурного синонима механически не превращает то или иное образование во фразеологическую единицу, если у данного образования имеются показатели цельнооформленности. В таких случаях мы имеем дело с устойчивым образованием нефразеологического характера 1. Мы выдвигаем идею вариантной раздельнооформленности как рабочую гипотезу. Изучение вариантности сложных слов в современном английском языке только начинается. Дальнейшее изучение вопроса может внести существенные коррективы в соображения, высказанные нами выше. Но и имеющиеся данные дают основание сделать вывод, что варианты фразеологических единиц и варианты слов отнюдь не являются тождественными2. Этот вывод подкрепляет выдвинутую нами теорию соотнесенности фразеологической единицы со словом. Вследствие этого мы считаем неправильной концепцию вариантности, выдвинутую Е. А. Иванниковой 3. Е. А. Иваннйкова подчеркивает, что вариантность имеет 1 См. главу VII. 2 См. Г. И. Ш е й д е м а н. Вопросы структурно-семантического моделирования сложных существительных в современном английском языке. Канд. дисс. М., 1969. 3 Е. А. Иваннйкова. Синонимические отношения между фразеологическими единицами и словами. Сб. «Очерки по синонимике современного русского литературного языка». М.—Л., 1966» стр. 93. 168
больше всего оснований быть особенностью, отличающей фразеологические единицы от слов. К сожалению эта интересная мысль сводится на нет дальнейшими высказываниями автора, позиция которого в данном вопросе крайне противоречива. С одной стороны Е. А. Иваннико- ва считает, что раздельнооформленность обусловливает возникновение специфической особенности фразеологических единиц — вариантности, а с другой — бездоказательно утверждает, что вариантность слов в принципе ничем не отличается от вариантности фразеологических единиц и что вариантность последних обусловлена их эквивалентностью слову. Вариантность фразеологических единиц не может быть обусловлена их эквивалентностью слов^ хотя бы потому, что вариантность, как мы показали, свойственна и фразеологическим единицам- предложениям, которые, с точки зрения самой Е. А. Иванниковой, не являются эквивалентами слова. Рассуждения Е. А. Иванниковой о вариантности убедительно показывают, что теория эквивалентности фразеологической единицы слову мешает объективной оценке фактов языка. § 60. ОРФОГРАФИЧЕСКАЯ РАЗДЕЛЬНООФОРМЛЕННОСТЬ Орфографические данные являются шатким критерием раздельнооформленности ввиду возможности различного написания как сложных слов, так и фразеологических единиц. Орфографический критерий является лишь дополнительным при наличии других показателей раздельнооформленности. Отдельно взятое раздельное написание не1 является показателем фразеологичности. При всей непоследовательности английской орфографии в ней наблюдается следующая закономерность: фразеологические единицы не могут иметь только дефисное написание. Дефисное написание фразеологических единиц является лишь вариантом параллельно существующего раздельного написания. Дефисное написание при недопустимости раздельного является орфографическим показателем цельноофор- мленности. Колебания в написании фразеологических единиц, 169
выражающиеся в том, что они пишутся как раздельно, так и через дефис, не могут служить показателем цель- нооформленности при наличии каких-либо показателен раздельнооформленности. Это положение можно иллюстрировать следующими примерами: Обычно фразеологические единицы hand over fist и head over heels пишутся раздельно. "Look 'ere/' he said, "we aren't gettin' on here. We been loosin' money hand over fist." (H. G. Wells, The War in the Air, ch. IX, § 3.) He fell down and tumbled head over heels two or three times. (E. Caldwell, Jackpot, The Walnut Hunt.) Однако встречается и дефисное написание этих фразеологических единиц: haod-over-fist и head-over-heels. Then he... went head-over-heels overboard of course. (M. Twain, The Innocents at Home, ch. X.) Являются ли данные образования фразеологическими единицами или сложными словами? Ответ на этот вопрос зависит от того, обладают ли они какими-либо признаками раздельнооформленности. У словесной группы hand over fist имеется лексический вариант hand over hand. The taxes are piling up hand over hand every year... (E. Caldwell, Л. Lamp for Nightfall, ch. XVII.) У словесной группы head over heels имеются более старые синтаксические варианты — over head and heels и позиционный вариант heels over head. Thus love makes fools of us big and little, 170
and the curate had tumbled over head and heels in pursuit of it... (W. Thackeray, Pendennis, vol. I, ch. IV.) They... an uncouth fit exhibit and are gone heels over head. (W. Wordsworth, The Excursion, VIII, О. E. D.) Наличие подобной вариантности в сочетании со структурно-семантической немоделированиостью является показателем раздельнооформленности, так как такое сочетание сложным словам не свойственно. Следовательно, несмотря на колебание в написании, рассматриваемые образования являются фразеологическими единицами, а не сложными словами. Однако возможны и другие случаи. Например, оборот cheek by jowl. Оборот встречается как в раздельном написании, так и в дефисном. Thus we see the known leaders cheek by jowl with the great Wall St. capitalists... (W. Foster, American Trade Unionism, ch. 13.) Logically and inevitably, therefore, in the post-World War II period, all over Europe the right Socialists lined up cheek-by-jowl, with the Catholic parties in the capitalist governments supported and maintained by American imperialism. (W. Foster, Outline History of the World Trade Union Movement, ch. 50.) Раздельнооформленность этого образования не может опираться на устаревший вариант cheek by cheek, и опирается лишь на наличие внутреннего предлога by. Недостаточные показатели раздельнооформленности создают известную неустойчивость этого оборота и его тенденцию перерастать в сложное слово. Иногда этот процесс заходит так далеко, что в некоторых образованиях подобного типа становится возможным не только раздельное и дефисное, но и слитное написание. Так, above board может также писаться above-board или aboveboard. 171
He looked like a respectable family solicitor, which indeed 'he was; his firm never touched work that was not perfectly above board. (W. S. Maugham, The Complete Short Stories, vol. I, Before, the Party.) Jim was thankful that now everything was open and above-board. He had hated the deception he had been forced to practice. (W. S. Maugham, The Hour Before the Dawn, XVII.) Secretary... It's all plain and aboveboard. (E. O'Neill, The Hairy Ape, sc. seven.) Фразеологические единицы, перерастающие в сложные слова, не только могут писаться через дефис и слитно, но и функционировать в качестве инициального сокращения, например, son of a bitch. He's never been a son of a bitch with any of (W. Saroyan, The Adventure of Wesley Jackson, ch. 8.) So we decided you're an eloquent lying son- of-a-bitch. (I. Shaw, The Young Lions, ch. two.) "Most people think I'm a sonofabitch," Delo- ney said flatly. (I. Shaw, Two Weeks in Another Town, ch. 22.) "He's got this superior attitude all «the time," Ackley said, "I just can't stand the sonuva- bitch." (J. Salinger, The Catcher in the Rye, ch. III.) Возможно и эвфемистическое обозначение s. о. b. That Blue Boy's a rank oldjs. o. b. {Time, Jan. 11962.) По данным Dictionary of American Slang by H. Went- worth and S. Flexner (p. 499) встречается также форма sob. 172
Последние примеры показывают, как переход фра- зеологической единицы в сложное слово благодаря развитию у нее словообразовательной цельнооформленно- сти сопровождается дефисным и слитным написанием. Но этот вид цельнооформленности, как мы видели, не всегда свойствен сложному слову (например, cheek by jowl). Подобные сложные слова граничат с фразеологическими единицами. § 61. АКЦЕНТНАЯ РАЗДЕЛЬНООФОРМЛЕННОСТЬ В качестве акцентного критерия раздельнооформлен- ности обычно указывается равномерное ударение. Ненадежность этого критерия отмечали многие исследователи английской фразеологии1. Трудность использования этого критерия заключается в том, что сложным, словам свойственны не только объединяющее ударение, но равномерное ударение? и сочетание объединяющего ударения на первом слоге со второстепенным ударением на втором слоге. Ср. bluebell fblurbel]; bltie-Mooded ['blui'blAdId]; blue bottle [t>lu:/botl]. При всей трудности использования акцентного критерия его необходимо учитывать, особенно при анализе неподвижных фразеологических единиц. Поскольку этот вопрос подробно рассматривается в главе VIII, мы ограничимся здесь этим замечанием. Объединяющее ударение возможно в отдельных случаях также и во фразеологических единицах. Это подтверждается и экспериментальными данными2, и нашими наблюдениями. Примером фразеологической единицы с объединяющим ударением может служить small fry ['smo: I fral ]. Поскольку объединяющее ударение не является обязательным признаком сложного слова, то оно может служить лишь дополнительным критерием при наличии 1 П. П. Калинин. Канд. дисс, стр. 49. Н. Н. Амосова. Книга, стр. 176. 2 Е. А. Г л и к и н а. Акцентное строение сложного слова в современном английском языке. Канд. дисс. М., 1953, стр. 144. Е. А. Г л и к и н а. Акцентное строение сложного слова в современном английском языке. «Уч. зап. 1 МГПИИЯ». Т. XVIII. «Экспериментальная психология речи». М., 1960, стр. 275. 173
других цоказателей цельнооформленности, например, blackboard, blackbird, strong-box и др. Наличие раздельнооформленности оборота small fry обеспечивается тем, что он входит в группу структурных синонимов с общим синонимическим значением. Оборот small fry обладает меньшей степенью устойчивости, чем small beer и small potatoes, так как допускает изменение первого компонента 1. But the seaison has been as good as any, with the smaller fry having a bigger say in both League and Cup. (Daily Worker, March 17. 1961.) Вхождение данных образований в группу структурных синонимов является доказательством их раздельнооформленности. Подобное переплетение вариантности и структурной синонимии в сочетании с морфологической раздельнооформленностью свойственно только фразеологическим единицам. Объединяющее ударение при наличии полного набора показателей фразеологичности не дает никаких оснований относить образования типа small beer и small fry к сложным словам. В образованиях же типа big bug, big wig, big shot (или bigbug, bigwig, bigsihat) — большая степень перехода в сложное слово, отражающаяся и в написании. В таких случаях объединяющее ударение является дополнительным показателем цельнооформленности. Но в этих оборотах возможны и некоторые признаки раздельнооформленности. Помимо раздельного написания, в них возможно морфологическое изменение первого компонента. On night of the great affair I went with the other two lads up to the biggest wig of all the Committeemen and told him that unless we had 1 Однако в глагольном обороте to think small beer of oneself (или of others) — быть невысокого мнения о себе (или о других) возможно окказиональное изменение прилагательного. Altogether our young friends were taken aback, and inclined to think smaller beer of themselves and larger of Badcock... (S. Butler. The Way of All Flesh, ch. XLIX). 174
supper like all the others we wouldn't sell the programmes. (H. Pollitt, Serving My Time, ch. I.) But Charley was a big shot, one of the biggest. (J. O'Hara, The Big Laugh, p. 167.) Возможность морфологического изменения первого компонента, колебание в написании и вхождение этих оборотов в группу структурных синонимов являются показателями их раздельнооформленности. Таким образом, подобные образования иногда обладают как показателями цельнооформленности, так и показателями раздельнооформленности. Их следует рассматривать как промежуточные образования между сложными словами и фразеологическими единицами. Раздел 3 ОККАЗИОНАЛЬНЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ РАЗДЕЛЬНООФОРМЛЕННОСТИ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ § 62. В современном английском языке имеются два основных типа окказиональных показателей раздельнооформленности фразеологических единиц х. 1) Вклинивание в их состав переменных элементов без каких-либо изменений лексического состава фразеологизмов. Вклинивание уточняет, усиливает или ослабляет значение фразеологизма, не нарушая его тождества. 2) Деформация различных типов с изменением лексического состава или структуры фразеологизмов. Деформация всегда сопровождается тем или иным изменением их значения. Реже встречается третий вид обновления, а именно, добавление переменных компонентов к началу или к концу фразеологических единиц. Помимо указанных основных типов обновления, встречаются различные их комбинации, вследствие чего 1 Окказиональная раздельнооформленность называется также «обновлением», или «инновацией», фразеологических единиц. 175
необходимо также выделить промежуточные типы: усложненное вклинивание, усложненная деформация и усложненное добавление. Окказиональные изменения фразеологических единиц, особенно характерные для английского языка, неоднократно привлекали к себе внимание лингвистов 1. Тем не менее различные виды обновления изучены недостаточно, так как обследован сравнительно небольшой материал, в котором обновления являются преимуще- 1 Е. Р о з е н б л ю м. К вопросу о метафоре и ее роли в языке на основании некоторых произведений Джона Голсуорси. Канд. дисс. М., 1951, стр. 672—680. А. И. Ефимов. Язык сатиры Салтыкова-Щедрина. М, 1953, стр. 363—365. М. Н. Никифорова. Субстантивные фразеологические единицы в современном английском языке. Канд. дисс. М, 11956, стр. 190—197. О. С. Ахмапова. Очерки по общей и русской лексикологии. М., 1957, стр. 170. Р. А. Будагов. Введение в науку о языке. М, 1958, стр. 103—104. Н. М. Э л ь я н о в а. О некоторых особенностях парных фразеологических единиц современного английского языка и их стилистической дифференциации. «Уч. зап. ЛГУ», № 253. «Серия филологических наук». Вып. 45. «Вопросы лексикологии, стилистики и сопоставительного изучения языков». Л., 1959, стр. 110. A. И. Ефимов. Стилистика художественной речи. М., 1961, стр. 302—303. Л. К. Жукова. К вопросу о фразеологических разобще- ниях в романе Голсуорси «Белая обезьяна». Труды Самаркандского Гос. ун-та имени Алишера Навои. «Вопросы фразеологии». Новая серия, вып. 106, Самарканд, 1961, стр. 209—210. Н. Н. А м о с о в а. О синтаксической организации фразеологических единиц. «Уч зап. ЛГУ», № 301. «Серия филологических наук». Вып. 60, Л., 1961, стр. И—12. Н. Н. Амосова. Докт. дисс. 1962, стр. 537—541, 553—557. Н. Н. Амосова. Книга, 1963, стр. 165—166. И. Ильицкая. Разложение фразеологических единиц как стилистический прием (на материале английского языка). «Иностранные языки в высшей школе». Тематический сборник. Вып. II, М., 1963. B. И. 3 у е в а. Стилистическое средство^ разрушения устойчивых словосочетаний в произведениях английских и американских писателей. «Уч. зап. I МГПИИЯ». Т. 30, 1964. Е. А. Н о ж и н. Вопросы использования фразеологии в пропаганде. Автореферат канд. дисс. М., 1967, стр. 11—14. Н. Л. Шадрин. Перевод контекстуально-преобразованных фразеологических единиц как семантико-стилистическая проблема. Канд. дисс. Л., 1970'. 176
ственно вторичным проявлением раздельнооформленно- сти. Подобные изменения хотя и возможны в русском языке, но не имеют столь широкого распространения, как в английском. Видимо, подвижность, способность к изменениям менее свойственны русской фразеологии, чем английской. Отсюда и меньшее развитие фразеологической вариантности и структурной синонимии в русском языке по сравнению с английским. Мы рассматриваем обновление фразеологизмов не с точки зрения общей характеристики фразеологических единиц в современном английском языке и не в интересах стилистического анализа. Подобное изучение обновления представляет значительный интерес и является темой специальной работы. Здесь же обновление рассматривается лишь как один из показателей раздельно- оформленности. Поскольку обновления являются возможными лишь в результате раздельнооформленности, то образования, в которых производятся подобные изменения, являются фразеологическими, если, конечно, коэффициент устойчивости их не ниже минимального на фразеологическом уровне. Мы не наблюдаем подобных окказиональных изменений у простых и сложных слов. Их цель- нооформленность, как правило, не допускает этого. Крайне редкие случаи подобного окказионального изменения слов являются искажениями в стилистических целях, разрушающими слово. Интересный пример подобного шутливого искажения приводит И. В. Арнольд1. Один из персонажей в романе «Весна, которую предали»— весельчак Прингль говорит: "I just knock my head seven itimes on the pillow, and I wake up at seven abso-blooming-lutely certain," — (я ударяюсь головой о подушку семь раз и тогда просыпаюсь в семь часов абсо-черт-возьми-лютно наверняка). Нам также встретились примеры подобного окказионального вклинивания, являющиеся исключениями, только подтверждающими цельнооформленность слов. "I go out with her sometimes because there's 1 И. В. Арнольд. Лексикология современного английского языка. М., 1959, стр. 164—165. 177
no-goddam-body else around here with any brains to go out with." (J. Jones, Some Came Running, Book Three, ch. XLIII.) Standing uncertainly on top of the load, Sparco adres,sed the gathered multitude saying: 'We'll be black-bloody-balled for the rest of our... lives, for taking back such a big load." (T. Hardy, Legends from Benson's Valley, The Load of Sleepers.) Широко распространенное обновление фразеологических единиц в современном английском языке показывает, что они не функционируют в речи как одно целое слово. Для более полного понимания окказиональной раз- дельнооформленности большое значение имеет вывод Н. Н. Амосовой, подкрепленный убедительными доказательствами, что представляется более точным говорить не об омертвении, а об ослаблении синтаксических отношений между компонентами идиом К Этот вывод подтверждается и имеющимися у нас примерами окказиональной раздельнооформленности фразеологических единиц. Окказиональные показатели раздельнооформленности, выражающиеся в допустимости вклинивания и, реже, деформации, иногда усложненных добавлением переменных элементов к началу или концу фразеологизма, могут быть единственным доказательством фразео- логичности оборота, т. е. проявлением первичной раздельнооформленности, например, at loggerheads, fallen angel и др. Представляет интерес получение дополнительных доказательств фразеологичности оборотов, обладающих только признаками структурно-семантической раздельнооформленности, т. е. образований, не созданных по моделям сложных слов (like clockwork, my foot! и др.). Важно также установить окказиональные показате- 1 Н. Н. Амосова. Книга, стр. 158—166. См. также Н. Н. Амосова. О синтаксической организации фразеологических единиц. 1 ч., «Проблемы языкознания». Сб. «В честь акад. И. И. Мещанинова. «Уч. зап. ЛГУ». Филолог, фак. «Серия филологических наук». Вып. 60. Л., 1961, стр. 13. 178
ли: раздельнооформленности фразеологических единиц, обладающих слабыми признаками раздельнооформленности. В отдельных случаях мы приводим также примеры вариантности рассматриваемых оборотов, что является еще одним доказательством их раздельнооформленности. Мы не рассматриваем фразеологические единицы с явно выраженными признаками раздельнооформленности, такие, например, как пословицы, глагольные обороты и т, п., так как обновление подобных фразеологизмов является избыточным показателем раздельнооформленности. § 63. ВКЛИНИВАНИЕ Используя предлагаемую нами методику, можно определить, например, природу образования at loggerheads — не в ладах. Кроме окказиональных изменений, нет никаких других показателей раздельнооформленности данной словесной группы, не считая, конечно, раздельного написания. В современном языке она допускает вклинивание слова emotional. Примеры подобного вклинивания мы уже приводили К Приводим другие примеры, иллюстрирующие возможность вклинивания слов в состав неподвижных фразеологических единиц. Междометные фразеологические единицы hell's bells!, my foot! черта-с-два!ч держа карман шире!, ври(те) больше!, также допускают вклинивание переменных компонентов: "Hell's big bells, Elmer! You donM; suppose we',re going to pay 'em any ten thousand, do you?.." (S. Lewis, Elmer Gantry, ch. XXXII, 4.) "But what they want to send a fat old man like you to France fox is more than I can understand." 1 См. стр. 123. 179
"Old my foot, I'm in the prime of life. And fait my other foot, I've last twenty pounds since I got back in the Army." (W. S. Maugham, The Hour Before the Dawn, VI.) Благодаря вклиниванию прилагательного other усиливается значение и создается юмористический эффект. Аналогичные явления наблюдаются во фразеологических единицах и других структурных типов. in hot water — в беде; в затруднительном положении Prince Sihanouk finds himself in increasingly hot water. (N. Y. Herald Tribune, Jan. 5, 1966.) Ohristan shook his head wearily. "Who in God's name is General Ulrich?" "My Friend," said Gretchen, "My very good friend, who is probably in very hot water now because of you." (I. Shaw, The Young Lions, ch. seven.) Фразеологичность данного образования подтверждается также наличием вариантов in hot water = in deep water =3 iin deep waters: Bill: I'm always iin hot water with the Governor as it is. (J. Galsworthy, The Eldest Son, act II, sc. II.) Moris had heard that Frisco himself was in deep water. He had been involved in a duel between two rival groups of company promoters, and come a cropper. (K. S. Prichard, The Roaring Nineties, ch. 64.) This was for 'him a moment Iin deep waters, when the heart must be hardened to this dangerous decision or to that. (J. Galsworthy, Swan Song, part I, ch. 11.) Несмотря на различие в числе во всех остальных отношениях обороты совпадают, т. е. являются фразеологическими вариантами. Значение не меняется от того, 180
стоит существительное в единственном или во множественном числе: in deep waters не означает большей неприятности, чем in deep water или in hot water. like clockwork — пунктуально, точно, как часы Evelyn and Dandy were going round in perfect harmony, the pony's little legs going like oiled clockwork. (M. Dickens, The Happy Prisoner ch. 11.) Вклинивание является вторичным показателем фра- зеологичности данных оборотов, так как они обладают структурно-семантической раздельнооформленностью. § 64. ДЕФОРМАЦИЯ Деформация неподвижных фразеологических единиц, лишенных признаков раздельнооформленйости, встречается значительно реже, чем вклинивание. В атрибутивно-именных оборотах возможно дистантное расположение существительного и прилагательного, при котором к существительному добавляется новое прилагательное, а вместо существительного после дистантно расположенного прилагательного употребляется местоимение one. Таким образом, например, разрывается фразеологическая единица a fallen angel' — падший ангел. То him she appeared a very angel dropped from the sky, and all the more easy to get on with for being a fallen one. (S. Butler, The Way of Alt Flesh, ch. LXXI.) Деформация может сочетаться с вклиниванием. whited sepulchre — гроб повапленный. Everybody had been so happy, the play-ground of Europe had «seemed such a delightful place, and here it was being turned into a charnel* house, a sepulcher not even whited. (U. Sinclair, World's End, ch. II, X.> В обороте the white man's burden — бремя белого 181
человека (цивилизаторская миссия белого человека по империалистической концепции Р. Киплинга) слова the white man's отделяются от слова burden и употребляются без суффикса притяжательного падежа -'s. The "white man" need complain no longer of his burden. It is about to be lifted from his shoulders. (Labour Monthly, Nov. 1955.) § 65. Для некоторых фразеологических единиц характерны крайне слабые признаки раздельнооформлен- ности, например once upon a time. H. H. Амосова считает, что показателями раздельнооформленности в подобных неподвижных оборотах будет наличие союза, предлога или артикля, занимающих срединное положение в составе сочетания, и фиксированная личная форма глагольного компонента, так как это говорит о синтаксической раздельности и об отсутствии морфологического сращения К Эти показатели, к сожалению, отнюдь не универсальны. В учебниках по лексикологии многие образования с указанными признаками раздельнооформленности рассматриваются как сложные слова, а не как фразеологические единицы. Э/го в первую очередь относится к оборотам, имеющим и дефисное написание, например, bread-and-butter, come-and-go, hide-and-seek, man-of- war, son-in-law2. Кроме того, сложными словами считаются и атрибутивные образования, созданные для данного конкретного случая: life-and-death intensity, the not-quite-at-ease manners и др.3. Отмеченные Н. Н. Амосовой йризнаки раздельнооформленности имеются и во многих фразеологических единицах, которые в атрибутивной функции переходят в сложные слова: dog-in-the-manger attitude,man-in-the- street basis, stab-in-the-back tactics, straight-from-the- shoulder sermon! и т. п. 1 H. Н. Амосова. Книга, стр. 172. 5 К. Ф. В о р н о, М. А. К а щ е е в а, Е. В. М а л и ш е в с к а я, Н. А. Потапова. Лексикология английского языка. Л., 1955, стр. 72 и 74. 3 И. Р. Гальперин и Е. Б. Черкасская. Лексикология английского языка. М., 1956, стр. 110. 182
Предложенные Н. Н. Амосовой критерии раздельно- оформленности применимы только к оборотам, не имеющим признаков цельнооформлениости, но неприменимы к указанным выше образованиям. Эти критерии являются своего рода полумерой и не всегда дают возможность разграничить фразеологические единицы и сложные слова. Важно подкрепить эти критерии дополнительными доказательствами. Целесообразно выделять фразеологические единицы, не образованные по модели сложных слов, т. е. устанавливать структурно-семантические показатели раздельнооформленности, имеющие значительно более широкое применение. Кроме того, следует учитывать и окказиональные показатели раздельнооформленности. Окказиональное изменение может позднее перейти в узуальное. Метод фразеологической идентификации предполагает использование формальных показателей вариантной раздельнооформленности и окказиональных показателей раздельнооформленности, с помощью кото* рых удается в ряде случаев установить фразеологич- ность оборотов, природа которых до последнего времени оставалась неясной, ввиду неизменяемости их компонентов. ОБОРОТЫ С ВНУТРЕННИМ АРТИКЛЕМ Вклинивание at a loss — в недоумении, растерявшись Ham said nothing. He was naturally at & complete loss. (A. Bennett. The City of Pleasure, part one, ch. XIII.) Elena. It wasn't imy fault — he died a natural death — several years ago — in Geneva. Harry (at a slight loss). Geneva? (H. Coward, Pacific, I860, act. I.) I heard to-day... something which I find hard to credit an action of yours which if it is true- I am at a total loss to understand. (A. Wilson, Anglo-Saxon Attitudes^ part two, ch. one.) 133:
It was the first time I had ever seen her at anything like a loss... (E. O'Connor, All tn the Family, ch. thirteen.) by a hair's breadth — хоть самую малость, хоть на йоту ... for a hundred yards the pony bounded in terror while the old Grizzly ran almost alongside, striking at him and missing by a scant hair's breadth each time. (E: Seton-Thompson, Lobo — the King of Currumpaw and Other Stories, Monarch the Big Bear of Tallac, L) down the drain — на помойку, впустую (например, о потраченных деньгах). В приводимом ниже заголовке во фразеологическую единицу вклинивается оборот cold war. Down the Cold War Drain (Daily Worker, July 29, 1961.) in the long run — в конце концов, в конечном счете, в конечном итоге. В редких случаях возможно вклинивание отрицательной частицы и наречия. In the not-so-long run this leads to the United States Treasury losing gold and a growing lack of confidence in the dollar. (Marxism Today, Jan, 1961.) Now the London American, weekly organ of U. S. view-points here begins open interference in British politics. In the not-so-long run that was inevitable. (Daily Worker, Fcbr. 18,11961.) ОБОРОТЫ С ВНУТРЕННИМ СОЮЗОМ Вклинивание tweedledum and tweedledee — похожи, как две капли воды; два сапога пара Tweedledum Mac and Tweedledee Hugh united 184
by their common hatred of the Left in the Labour Party... and of the class struggle waged by the workers. (Daily Worker, Febr, 18, 1961.) Has Tweedledum yet chosen the suit he will wear when attacking Tweedledee? (Daily Worker, Nov. 29, 1960.) They complain that Tweedledum (cons.) is answered by Tweedledee (lab.) while they hardly ever get a look in *. (The Daily Telegraph and Morning Post, May 7, 1962.) Деформация! + вклинивание ups and downs — превратности судьбы, ... we're on t'road, aren't we? There's downs as well as ups This here's down all right. (J. B. Priestley, The Good Companion, Book Two, ch. six, II.) ОБОРОТЫ С ВНУТРЕННИМ ПРЕДЛОГОМ Вклинивание a bag of bones — кожа да кости, заморыш They sat at a clothed table, served by Errofa, a bag of vigorous bones... (J. Aldridge, / Wish He Would Not Die, part one, ch. 64.) ОБОРОТЫ С ВНУТРЕННИМИ ПРЕДЛОГАМИ И АРТИКЛЯМИ Вклинивание a cog in a machine — винтик в машине I just couldn't see myself becoming a cog in the big bureaucratic machine dominating the trade union movement. (W. Foster, The Twilight of World Capitalism, ch. XII.) 1 Либералы о диспутах, организованных Би-Би-Си. 185
Вклинивание может сочетаться с инверсией. ...he felt his own strength and the strength of the machine of which he was a cog. (S. Heym, The Eyes of Reason, Second Book, ch. ten.) a storm in a teacup — буря в стакане воды Приводим пример вклинивания наречия и прилагательного в состав этой фразеологической единицы. They said it was "a storm in a purely British tea cup." (Daily Worker, Nov. 27, 1961.) Фразеологическая единица a skeleton in the closet — семейная тайна; неприятность, скрываемая от посторонних — обладает, помимо показателей окказиональной раздельнооформленности, также и показателями вариантной раздельнооформленности (a skeleton in the closet = a skeleton in/the cupboard). Вклинивание "You don't want it to come into court?" "No, though I suppose it might be rather fun." Mr. Settlewhtte smiled again. "That entirely depends on how many skeletons you have in your cupboard." (J. Galsworthy, The Silver Spoon, part I, ch. XIII.) Skeletons should always be kept locked away in cupboards. (Labour Monthly, May, Я966.) УСЛОЖНЕННАЯ ДЕФОРМАЦИЯ Инверсия + вклинивание + добавление ...Such a fiasco was better l$H in the closet with the other skeletons. (J. Jones, Some Came Running, Book One, ch. XII.) When fin the cupboard there is a real and very 186
bony skeleton, carefully kept from the sight of a single member of the family, the position of that member is liable to become lonely. (J. Galsworthy, Saint's Progress, part II, ch. IX.) Замена начального компонента -f-' вклинивание Sir Anthony in the Tory Cupboard (о мемуарах Антони Идена). (Labour Monthly, March, 1960.) Процесс обновления фразеологических единиц, столь характерный для современного английского языка, распространяется и на фразеологические единицы, совершенно лишенные признаков раздельнооформленности или обладающие лишь слабыми признаками раздельнооформленности. Вследствие этого окказиональные показатели раздельнооформленности, а они носят в речи системный характер, приобретают особо важное значение, так как показывают жизнь фразеологизмов в языке и их осмысление носителями данного языка. Узуальные показатели раздельнооформленности безусловно являются более надежными, но поскольку неправомерно создавать разрыв между языком и речью, окказиональные изменения должны также учитываться при изучении английской фразеологии, тем более что ряду фразеологических единиц (can the leopard change his spots?, a skeleton in the cupboard и др.), как мы видели, свойственны различные широко распространенные окказиональные изменения. То, что на определенном этапе развития языка рассматривается как окказиональное изменение, часто с течением времени становится нормативным. § 66. В свете изложенных выше взглядов на раздель- нооформленность фразеологических единиц можно определить природу одновершинных образований типа at large, by heart и др. Н. Н. Амосова считает, что одновершинные «пред- ложно-именные единицы типа for good, by heart из-за полного отсутствия в них акцентных и морфологических 18/
показателей членимости должны быть признаны чисто графическими фразеологизмами максимально приближающимися к слову» х. Вводить понятие «графического фразеологизма» нецелесообразно, так как вводится термин, обозначающий несуществующее явление. Если у того или иного образования (по своей семантике соответствующего фразеологической единице) нет никаких признаков раздельнооформленности, кроме графического, то подобное образование является фразеологической единицей только в том случае, если оно не создано по структурно-семантической модели и если не обладает показателями цельнооформленности. Если мы станем на противоположную точку зрения, то придется рассматривать как «графические фразеологизмы» большое число пишущихся раздельно образований, не обладающих акцентной членимостью, но в семантическом отношении удовлетворяющих требованиям, предъявляемым фразеологической единице, например, swan song. Подобные образования или являются сложными словами, или занимают промежуточное положение между сложными словами и фразеологическими единицами2. О. П. Авраменко указанные образования, которые она называет фраземами, тем самым лишь увеличивая многозначность термина, рассматривает как синтаксически составные слова 3. 1 Н. Н. Амосова. Книга, стр. 176. 2 См. § 106. 3 Фразема — единица постоянного контекста, в которой значение семантически реализуемого слова является фразеологически связанным. (Н. Н. Амосова. Книга, стр. 59.) Фразема — фразеологическая единица, эквивалентная свободному словосочетанию (В. Л. Архангельский. Устойчивые фразы в современном русском языке. Ростов н/Д., 1964, стр. 73). Фразема — глобально идиоматичная немоделированная единица, являющаяся функциональным эквивалентом слова (в отличие от фразеологически связанных сочетаний слов, крылатых слов, пословиц, поговорок и сложных терминов). В. Н. Тел и я. О фразематике как лингвистической дисциплине. Материалы конференции «Актуальные вопросы современного языкознания и лингвистическое наследие Е. Д. Поливанова», том 1, Самарканд, 1964, стр. 92—93. В. Н. Те лия. О термине «фразема». Сб. «Проблемы лингвистического анализа». М., 1966, стр. 184—188. 188
По мнению О. П. Авраменко, природу «фразем» определяют следующие факторы !: 1) отсутствие внутренне-структурной раздельности компонентов; 2) главным признаком синтаксически составного слова является тот факт, что один из его компонентов специализируется в словообразовательных целях; например, в системе наречия иллюстрацией этого явления может служить предельная абстракция и специализация предлога с превращением его в своеобразный словообразовательный префикс в фраземах типа «предлог + + имя» (on foot, at last, in fact, at large); 3) абсолютная структурная замкнутость, выражающаяся в невозможности включения между компонентами фраземы какого-нибудь другого слова без нарушения ее смыслового единства; 4) отклонение от языковых норм, характерных для связи компонентов сходного по составу свободного сочетания слова. В наречиях-фраземах это в большой мере обусловлено закреплением за существительным того или иного артикля или формы единственного или множественного числа: on foot (а не on feet, on a foot, on the foot, on the feet), at large (а не at the large) и др.; 5) помимо свойственного фраземам объединяющего ударения, предлоги, входящие в их состав, в отличие от предлога в составе свободного сочетания слов, не могут подвергаться даже эмфатическому ударению. Сравним: The book is on the table 'but not 'under the table и др. и фраземы on foot, by heart и др., в которых возможность такой эмфазы исключается; 6) наречие-фразема в своем грамматическом функционировании характеризуется теми же комбинаторными способностями, что и простое наречие. Аргументация О. П. Авраменко не убедила нас в том, что в системе английского наречия обнаружена новая категория, а именно синтаксически составное слово. Рассмотрим аргументацию О. П. Авраменко пункт за пунктом. 1. На первый взгляд рассматриваемые обороты дей- 1 О. П. Авраменко. Синтаксически составные слова в системе английского наречия. Автореферат канд. дисс. Киёв, 1962, стр. 10—12. 189
ствительно не обладают раздельнооформленностью. Наибольшую трудность представляет анализ неподвижных оборотов типа as well, at all, at bay, at large, at once, at that, by heart, for good, of course, on edge, on end, on foot, under Way и др. Эти словесные группы обычно пишутся раздельно. И это традиционное написание может показаться единственным признаком их раздель- нооформленности, что затрудняет определение природы подобных образований. Но все данные словесные группы являются единичными, т. е. не образуются по структурно-семантической модели, что и отличает их от сложных слов, как правило, образованных по лексической модели. Сочетание единичности подобных устойчивых образований с их графической раздельнооформленно- стью и переосмысленным значением позволяет отнести их к классу одновершинных идиом. 2. Утверждая, что характерным признаком «фразем» является специализация предлога в словообразовательных целях, О. П. Авраменко, увлекаясь взглядами Г. Н. Воронцовой *, неправомерно распространяет на все типы рассматриваемых образований особенности, свойственные лишь некоторым из них (in full — fully, in fine — finely, in haste — hastily, in part — partly, in vain — vainly и т. п.). Полностью же переосмысленные обороты, как мы уже отмечали, являются единичными образованиями, и никакая специализация предлога в словообразовательных целях им не свойственна. 3. В большинстве случаев включение переменных элементов между компонентами неподвижных фразеологических единиц действительно невозможно. Но в отдельных случаях подобное вклинивание вполне возможно, как мы видели на примерах, иллюстрирующих употребление оборота at loggerheads2. At last допускает нормативное вклинивание прилагательного long. At long last they were buying a home... (D. Carter. Tomorrow Is with Us, ch. IX.) "I always thought'', Howard replied at long * Cm. § 88—89. 2 См. стр. 123. 190
last, "that the college would give me a square deal." (C. P. Snow, The Affair, ch. 28.) Возможны и окказиональные вклинивания в оборот at long last. They reached it at what seemed long last. (C. Mackenzie, Hunting the Fairies, ch. 12.) ...he fixed his aim at the long reluctant last. (Gr. Greene, Л Gun for Satetch.Vll.) Поскольку О. П. Авраменко включает в число адвербиальных «фразем» и обороты с внутренними артиклями типа by -the by, by the way, in ithe main и др., с внутренними предлогами типа day by day, face to face и др. и внутренними союзами типа by aind by, on and off и др., то необходимо учитывать, что многие обороты данного структурного типа допускают окказиональное вклинивание переменных элементов, а некоторым из них свойственна и вариантная раздельнооформленность, приме-, ры чего мы уже приводили (at a pinch = on (или in) a piiicih, off and on —on and off и др.). 4. Закрепление за существительным того или иного артикля 1 или формы единственного или множественного числа является характерной чертой многих фразеологических единиц (the cat's whiskers, hit the bull's eye, snug as a bug in a rag, shake a leg и др.) и не может вследствие этого служить характерным признаком слова, даже составного. 5. Во всех перечисленных образованиях ударение падает на знаменательный компонент. В сложных словах данного структурного типа с переосмысленным значением дело обстоит иначе. Число подобных сложных слов в английском языке крайне незначительно. По типу ударения выделяются следующие две группы: 1 Ф. А. Литвин. Артикли в переменных и устойчивых сочетаниях современного английского языка. Канд. дисс. М., 1962. 191
а) сложные наречия с объединяющим ударением: underground, underhand. б) сложные наречия с равномерным ударением offhand (или offhand). В сложных наречиях indoors и outdoors—раздельное ударение. В этих двух наречиях возможно ударение на втором слоге, но только в определенной позиции, а именно, когда под ударением стоит последний слог предшествующего слова. Это изменение ударения вызвано общей тенденцией английской речи к равномерному чередованию ударных и неударных слогов. В сложном наречии indeed, в котором нет переосмысления значения, ударение на втором слоге [In'diid]. Когда же это сложное слово используется в качестве междометия, в нем возможно и раздельное ударение ['In'dird]. Эти данные, основанные на произносительном словаре Джоунза, показывают, что в английском языке не имеется сложных наречий с переосмысленным значением, которые имели бы ударение на втором слоге во всех позициях. Это явление свойственно только фразеологическим единицам данного структурного типа и отличает их от соответствующих сложных слов, поэтому оно должно рассматриваться как проявление раздельнооформ- ленности. Что касается эмфатического ударения на предлогах, то оно несвойственно и фразеологическим единицам. в) соотнесенность грамматической функции того или иного образования со словом не является доказательством эквивалентности фразеологической единицы слову, так как в качестве того или иного члена предложения могут использоваться не только слова и фразеологические единицы, но и устойчивые словосочетания нефразеологического характера и даже переменные сочетания слов, например, переменное сочетание слов early in the morning he will be home. Число подобных примеров можно легко увеличить К Вряд ли на этом основании можно считать подобные переменные сочетания эквивалентами слов. Обороты типа at large, by head: и т. п. не являются 1 См. сноску на стр. 19. 192
ни графическими фразеологизмами, ни составными словами, ни сложными словами. Мы рассматриваем их как одновершинные фразеологические единицы с экзоцент- рической связью компонентов х. 1 Термин «экзоцеитрический» предложен Л. Блумфилдом в книге Language, 1933, pp. 194, 268 для характеристики оборотов, в которых отсутствует как подчинительная, так и сочинительная связь компонентов. 7. А. в. Кунин.
Глава VI ОБЪЕМ ФРАЗЕОЛОГИИ § 67. В отношении объема фразеологии ученые придерживаются диаметрально противоположных точек зрения в зависимости от того или иного понимания фразеологической единицы. Некоторые лингвисты, объясняя подобное положение, ссылаются на два значения слова «фразеология», более узкое и более широкое, употребляемые в зависимости от объекта, целей и задач исследования *. С. И. Ожегов справедливо указывает, что, по-видимому, само слово «фразеология» не стало еще подлинным термином, благодаря тому, что оно бытует в языке, покрывая собой многообразные явления, сливаясь иногда с термином «идиоматика» или противопоставляясь ему (стр. 34). В. В. Виноградов включает предложения, в том числе и пословицы, в число фразеологических единиц. «К области фразеологических единств относятся и многие фразовые штампы, клише, типичные для разных литературных стилей, и литературные цитаты, и крылатые выражения, и народные пословицы и поговорки»2. В более поздних работах В. В. Виноградова пословицы не упоминаются и указывается только, что сращения могут выступать и в роли целых предложений. Этому, видимо, 1 С. И. Ожегов. О структуре фразеологии «Лексикографический сборник*. Вып. II. М., 1957, стр. 34—37. Л. О. М а р к о с я н ц. Фразеологический состав социально-политической и философской прозы декабристов. Автореферат канд. дисс. Ереван, 1963, стр. 5. 2 В. В. Виноградов. Основные понятия русской фразеологии как лингвистической дисциплины. «Труды юбилейной сессии ЛГУ». «Секция филолог, наук». Л„ 1946, стр. 61. 194
не мешает то, что автор считает сращения эквивалентами слов хш В большом числе работ пословицы включаются в состав фразеологии2. 1 В. В. Виноградов. Об основных типах фразеологических единиц в русском языке. Сб. «Академик А. А. Шахматов». М.—Л., 1947, стр. 351, 2 А. В. Яковлевская. Фразеология стихотворного языка Маяковского. Канд. дисс. М., 1950. И. С. М и х а л к о. Лексика и фразеология современных советских романов на индустриальную тему (1945—1951). Канд. дисс. Киев, 1952. О. А. Красильни ков а. Фразеологический состав поэмы Н. В. Гоголя «Мертвые души». Канд. дисс, Харьков, 11953. A. К Т р а м м. Наблюдения над синтаксическим строем русских пословиц. Автореферат канд. дисс. М., 1954. B. Н. Андреева. Лексикология современного французского языка. М., 1955. К. Т. Б а р а н ц е в. Курс лексикологи Сучасно1 Англшско1 Мови. Кшв, 1955. Е. Ф. В о р н о, М. А. К а щ е е в а, Е. В. М а л и ш е в с к а я, Н. \. Потапова. Лексикология английского языка. Л., 1955. И. Р. Гальперин и Е. Б. Черкасская. Лексикология английского языка. М„ 1956. N. Rayevskaya. English Lexicology. Kiev, 1957. П. В. Т к а ч е н к о. Пословичные фразеологизмы в современных романах с колхозной тематикой. «Тезисы докладов Научной конференции». Саратовский пед. ин-т. Вып. 4, 1957. П. В. Т к а ч е н к о. Вопрос о пословицах как материале фразеологии. «Уч. зап. Саратовского пед. ин-та». Вып. 30, 1958. П. В. T к а ч е н к о. Пословичные фразеологизмы со сложными предложениями. «Вопросы теории и методики изучения русского языка». Куйбышев, 1961. И. В. Арнольд. Лексикология современного английского языка. М., И959. И. В. Арнольд. The English Word. M.—Л., 1966. A. Iskos und A. Lenkowa. Deutsche Lexicologie. L., I960. C. С. Г а в р и н. Вопросы лексико-семантического и грамматического анализа фразеологических единиц современного русского языка. Канд. дисс, М., 1962. М. Д. Степанова, И. И. Чернышева. Лексикология современного немецкого языка. 1962. И. И. Чернышева. Фразеология современного немецкого языка. Докт. дисс. М., 1964. B. Л. Архангельский. Устойчивые фразы в современном русском языке. Ростов н/Д., 1964. К. М. Шанский. Лексикология современного русского языка. М., 1964. A. В. К у н и н. Основные понятия английской фразеологии и создание англо-русского фразеологического словаря. Докт. дисс. М., 1964. B. Н. Те ли я. Что такое фразеология. М., 1966 и др< 7* 195
§ 68. Наиболее широкое понимание объема фразеологии мы находим в книге А. И. Ефимова1. Автор утверждает, что к фразеологическим средствам языка относятся не только идиомы, но и поговорки, пословицы, афоризмы писателей, крылатые строки стихотворений, устойчивые формулы и обороты научно-терминологического характера, некоторые канцелярские штампы, производственно-технические выражения и т. д. Обосновывая свое утверждение, А. И. Ефимов указывает, что «всем этим материалом пользуется писатель, так как эти устойчивые выражения входят в систему языка, придают ему своеобразный национальный колорит и специфику. Все эти «самородки» и «самоцветы» языка, свидетельствующие о его самобытности, должны быть в центре внимания стилистов. Практика же некоторых лингвистов старой школы, признававших фразеологией языка лишь идиоматические выражения, приводила к тому, что огромный фразеологический материал оставался вне поля зрения» (стр. 280). Таким образом, подобное широкое понимание А. И. Ефимовым объема фразеологии является своеобразной реакцией на «практику лингвистов старой школы, признававших фразеологией языка лишь идиоматические выражения». Включение А. И. Ефимовым пословиц во фразеологию можно только приветствовать. Но когда во фразеологию включаются по существу все устойчивые сочетания, формулы писателей, их индивидуальные «фразеологизмы» и крылатые строки стихотворений, то действительная фразеология тонет в этом обилии самых разнородных явлений. Для А. И. Ефимова важно любое невоспроизводимое заново сочетание слов с точки зрения его стилистической функции. Подобное рассмотрение материала представляет известное удобство при стилистическом анализе, но и оно значительно выиграло бы в научности при дифференциации автором различных явлений. А. И. Ефимов пользуется терминами «устойчивость», «идиом», не объясняя их. А это, как известно, термины спорные и нуждающиеся* в объяснении. А. И. Ефимов в своих теоретических рассуждениях полностью игнорирует структурные особенности сочетаний, являющиеся важнейшим критерием для выделения их А. И. Ефимов. Стилистика художественной речи. М., 1961. 196
различных типов. Указание на устойчивость «в смысле порядка слов» дается мимоходом и не находит дальнейшего развития. А. И. Ефимов совершенно не учитывает различия в характере воспроизведения тех или иных явлений. Нельзя не согласиться с А. И. Смирницким, когда он, говоря о цитировании, о нарочитом повторении, указывает: «... мы имеем дело с воспроизведением предложения как „чьего-либо", как принципиально имеющего своего автора, тогда как воспроизведение единиц языка никогда не носит характера „цитирования"; эти единицы применяются и воспроизводятся как принципиально не имеющие автора, как общее достояние народа, неразрывно связанное с ним» !. Поэтому обороты, являющиеся цитатами, не входят в систему языка. А. И. Ефимов указывает, что «фразеология обычно начинается там, где свободное лексическое значение слова заслоняется фразеологически связанным, понятным из всего словосочетания...»2. Это замечание отнюдь не мешает А. И. Ефимову включать во фразеологию большое число оборотов, не имеющих фразеологически связанного значения, например, опасно шутить писателю со словом, и какой же русский не любит быстрой езды, и жизнь хороша, и жить хорошо и многие другие. Безмерное расширение А. И. Ефимовым границ фразеологии, смешение самых различных явлений снимает вопрос о создании фразеологии как научной дисциплины, что возможно только на основе четкого выделения объекта исследования. § 69. А. А. Реформатский расширяет объем идиоматики за счет отдельных слов, употребляемых в переносных значениях, например, «заяц» — безбилетный пассажир. В понимании А. А. Реформатского идиоматика состоит из буквально непереводимых лексикализованных сочетаний и образных слов. Идиома, в отличие от термина, «конкретна, зачастую многозначна, индивидуальна, принадлежит только одному языку, порой алогична, зато экспрессивна»3. Понимание идиоматики А, А. Ре- 1 А. И. Смирницки й. Лексикология английского языка. М„ 1956, стр. 229. 2 А. И. Ефимов. Указ. соч., стр. 279. 3 А. А. Реформатский. Введение в языкознание. М., 1953, стр. 95. 197
форматским оказывается еще шире, чем А. И. Ефимовым, который, по крайней мере, не включал слов в состав фразеологии. Понимание идиоматики как совокупности образных словосочетаний и слов является устарелым и возможно только при полном игнорировании структурных различий между различными языковыми единицами. Подобная концепция была характерна для того периода, когда изучение фразеологии только начиналось. «Такие-то образные слова и пословичные выражения, а также поговорки, пословицы и изречения, свойственные языку народа, с объяснением их смысла и иносказательного применения — и составляют предмет русской фразеологии» К Такое понимание, так же как трактовка фразеологии А. И. Ефимовым, исключает лингвистическое изучение вопроса, т. е. о фразеологии как отдельной языковой дисциплине не может быть и речи. Это хорошо понимает А. А. Реформатский, который говорит: «Так как при таком изучении не только описывается наличие тех или иных фактов, но ставится вопрос о выборе и использовании лексики, то тем самым изучение1, этого входит в область стилистики» (стр. 97). В идиоматике А. А. Реформатский различает идиоматику и фразеологию, понимая под фразеологией «слова и словосочетания, специфичные для разных групп населения по классовому или профессиональному признаку, для литературного направления или отдельного автора» (стр. 96), Следовательно, наряду с устойчивыми сочетаниями слов все фразеологическое новаторство автора будет относиться к фразеологии. Деление на идиоматику и фразеологию нецелесообразно, так как оно основано на стилистическом принципе, а отнюдь не на выделении структурно-семантических особенностей устойчивых словосочетаний. Примером игнорирования таких особенностей является включение в состав русской фразеологии иноязычных слов и оборотов только на том основании, что «для аристократических жаргонов XIX века типично было „пересыпание" речи иностранщиной, сначала французской (le mot, par- 1 М. И. Михельсон. Русская мысль и речь. Свое и чужое. Опыт русской фразеологии. «Сборник образных слов и иносказаний». Т. I, стр. VI, СПБ, 1912. 198
don, merci, се qu'on appelle), позднее—английской (if you please, of course, how do you do, thank you)» (стр. 96). § 70. Многие лингвисты так уверовали в то, что фразеологическая единица может быть только словосочетанием, что считают это положение бесспорным, Ю. Д. Апресян, например, полагает, что фразеологические единицы являются по своей природе «словосочетаниями» *. Категорическое высказывание Ю. Д. Апресяна не подтверждается никакими доказательствами и, видимо, должно быть принято как аксиома. Столь же неубедительно и суждение Л. О. Марко- сянц: «Пословицы, поговорки, афоризмы и другие устойчивые сочетания, не отличающиеся особыми структурными признаками, остаются за пределами фразеологии» 2. Н. Н. Амосова считает, что некоторые предложения являются фразеологическими единицами, а некоторые не являются. К фразеологическим единицам Н. Н. Амосова относит частичнопредикативные обороты. Что же касается цельнопредикативных единиц, то Н. Н. Амосова считает, что к фразеологии относятся «только те из них, которые выступают в речи с присущей фразеологизмам функцией единицы номинации или, во всяком случае, не являются единицей коммуникации». Таким образом, по мнению Н. Н. Амосовой, фразеологическими единицами являются только такие цельнопредикативные единицы, которые обладают целостным значением и составляют постоянный контекст, а входя в состав переменного предложения, не превращают его в сложное, а действуют как один его член, т. е. как единица номинации, например, as the crow' flies, as luck would have itc. Что касается пословиц и поговорок, т. е. самостоятельных предложений, обладающих образным или прибавочным дидактическим или оценочно характеризующим содержанием, то отнесение их к фразеологии представляется необоснованным, утверждает Н. Н. Амосо- 1 Ю. Д. Апресян. Фразеологические синонимы типа «глагол + существительное» в современном английском языке. Канд. дисс. М.. 1956, стр. 296. 2 Л. О. Маркосянц. Фразеологический состав социально- политической и философской прозы декабристов. Автореферат канд. дисс, Ереван, 1963, стр. 5. 3 Н. Н. Амосова. Книга, стр. 139. 149
ва К Она считает, что такое решение вызвано исключительным вниманием к точкам сходства между пословицами и фразеологизмами и игнорированием существенных различий между ними. «Пословицы и поговорки предикативной структуры сходны с фразеологическими единицами многими своими чертами. Во-первых, их лексический состав является постоянным; во-вторых, смысл их традиционен и в большинстве случаев имеет фигуральный характер; в-третьих, многие из них демотивированы или имеют неясную мотивировку, именно в силу условности их содержания; в-четвертых, лексическое значение их компонентов безусловно ослаблено; в-пятых, они явно не создаются в процессе речи, а воспроизводятся в готовом виде» (стр. 143). Если бы мы ограничились приведением этой цитаты, то могло создаться впечатление, что Н. Н. Амосова рассматривает пословицы и поговорки как фразеологические единицы и убежденно это доказывает. Но дальнейшее рассуждение Н. Н. Амосовой рассеивает такое впечатление. Она указывает, что ограничиться учетом лишь этих особенностей значило бы остановиться на полпути. Какие же возражения выдвигает Н. Н. Амосова против включения пословиц и поговорок в число фразеологических единиц? Она считает, что для того чтобы считать пословицу идиомой, нужно доказать, что пословица обладает целостным лексическим значением и выступает в речи как единица номинации, так как единицам коммуникации лексическое значение не свойственно (стр. 144). Н. Н. Амосова, исходя из этого положения, считает, что ни по содержанию, ни по функции пословицы и поговорки не отвечают признакам фразеологической единицы (стр. 144). Н. Н. Амосова подчеркивает, что пословицы и поговорки являются автономными, самоисчерпывающимися и по структуре, и по содержанию предложениями, наиболее распространенной формой употребления которых является функционирование их в синтаксически- замкнутом виде. Н. Н. Амосова полагает, что «автономность таких речений не колеблется от того, что иногда они могут включаться в другое предложение, превращаясь в зависимую 1 Н. Н. Амосова. Указ. соч., стр. .143.. 200
предикативную единицу, так как входя в переменное предложение пословица или поговорка не изменяет своей синтаксической предикативной структуры, не становится единой темой этого предложения, а выступает как зависимая предикативная единица и превращает включающее ее предложение в сложное» (стр. 143), В заключение Н. Н. Амосова отмечает, что «пословицы и поговорки, представляющие собой «притчи-миниатюры», в систему языка не входят, ибо являются самостоятельными единицами коммуникации, хотя и фиксированными в определенном традиционном оформлении. Они не могут быть признаны ни «лексическими единицами», ни «эквивалентами лексических единиц». Ведь если считать, что «лексическая единица» — это любое языковое образование, отличающееся устойчивостью и метафорическим или хотя бы традиционным смыслом (ибо не все пословицы основаны на метафоре), то тогда под это понятие придется подвести вообще разнообразные произведения таких «малых форм» фольклора, как прибаутка, считалка, загадка и т. п. Строгий учет структуры содержания и форм функционирования языкового образования в единстве всех этих черт должен помочь различать под внешним сходством внутренние различия между изучаемыми явлениями» (стр. 145). Мы так подробно изложили взгляды Н. Н. Амосовой по данному вопросу, так как в лингвистической литературе еще не выдвигалась столь детализированная аргументация против включения пословиц и поговорок со структурой предложения в число фразеологических единиц. Рассмотрим теперь возражения, выдвинутые Н. Н. Амосовой. Эти возражения не представляются нам убедительными. Н. Н. Амосова в своей концепции исходит из эквивалентности фразеологической единицы слову в плане их отношения к языку и речи: «И фразеологизм, и слово суть единицы языка, нормально используемые в речи как единицы номинации» *, так как и фразеологизм, и слово, по Н. Н. Амосовой, обладают лексическим значением. Этот тезис об эквивалентности фразеологической единицы слову — по существу основа концепции 1 Н. Н. Амосова. Книга, стр. 180. 20!
Н. Н. Амосовой, несмотря на то, что автор вполне справедливо подчеркивает относительный характер эквивалентности фразеологической единицы слову, вследствие чего эквивалентность не может включаться в общее определение фразеологической единицы как один из ее опорных пунктов К Возможность существования в языке фразеологических единиц неэквивалентных слову, т. е. не являющихся единицами номинации, заранее исключается. Пословица тогда считалась бы идиомой, если бы обладала целостным лексическим значением, свойственным единице номинации, т. е. словосочетанию. Но так как пословица явно не обладает подобными свойствами, она не является, по мнению Н. Н. Амосовой, фразеологической единицей. Аргументация Н. Н. Амосовой исходит также иа не; доказанного на наш взгляд положения, что все фразеологические единицы обладают лексическим значением и сводятся к идиомам и фраземам 2. Поскольку поговорки с цельнопредикативной структурой и пословицы действительно ни идиомами, ни фраземами не являются, они не могут найти места среди фразеологических единиц с точки зрения Н. Н. Амосовой. § 71. Противницей включения пословиц во фразеологию является также В. П. Фелицына 3. Единственным аргументом против рассмотрения пословиц как фразеологизмов является ее утверждение, что пословицы, в отличие от поговорок, лишены идиоматичное™. В. П. Фелицына считает, что пословица представляет собой разложимое сочетание слов, в котором значение каждого слова не меняется от употребления его вне этого сочетания, например, волков бояться — в лес не ходить. Опираясь на А. А. Потебню, В. П. Фелицына утверждает, что грамматическая оформленность суждения, выраженного в форме пословицы, сближает пословицу с басней. Как и басня, пословица представляет собой иносказание, но выраженное в предельно^ сжатой форме. 1 Указ. соч., стр. 179. 2 См. § 114. 3 В. П. Фелицына. О пословицах и поговорках как материале для фразеологического словаря. Сб. «Проблемы фразеологии». М.—Л., 1964. 202
В. П. Фелицына полагает, что применительно к поело* вицам надо говорить не о «значении, возникшем в результате своеобразного химического соединения слов» (В. В. Виноградов), а только об их применении в данной ситуации. По мнению В. П. Фелицыной пословица сама по себе имеет прямой смысл, являясь в то же время иносказанием. Сохранение прямого значения каждым из слов, входящих в пословицу, обеспечивает ей жизнь в языке. В. П. Фелицына считает, что пословица, не являясь эквивалентом слова, а будучи эквивалентом целого рассказа, описания событий, представляет собой законченную фразу с прямым значением и не может считаться фразеологизмом в том узком смысле слова, который выработался в науке в последние годы в результате исследований советских ученых. Представляет интерес тот факт, что как Н. Н. Амосова, поставившая под сомнение теорию эквивалентности фразеологической единицы слову, так и В. П. Фелицына, безоговорочно поддерживающая эту теорию, выступают против включения пословиц во фразеологию. Аргументация В. П. Фелицыной является неубедительной по следующим соображениям: 1) В. П. Фелицына не разграничивает образных пословиц от необразных. В необразных пословицах типа лучше поздно, чем никогда слова действительно употребляются в своих буквальных значениях. В образных же пословицах буквальные значения слов переосмысляются. В противном случае никакой образности не было бы. Это сближает образные пословицы с образными поговорками-предложениями. 2) При сравнении пословицы и басни следует учитывать существенное структурное различие между ними: пословица выражена предложением, тогда как басня не может быть выражена предложением, а является коротким рассказом, обычно стихотворным. Общее у пословиц и басен — это их нравоучительный характер. Благодаря структурным особенностям басен, не являющихся коммуникативными единицами языка, басни представляют собой литературные произведения, чем принципиально отличаются от пословиц, которые с нашей точки зрения следует рассматривать как фразеологические единицы в том случае, если значения их компонентов полностью 203
или частично переосмыслены, и они не выходят за пределы сложного предложения. 3) Ошибочным является утверждение, что пословица сама по себе имеет прямой смысл, а образный возникает только при применении ее в данной ситуации. У подавляющего большинства пословиц нет соответствующих им по форме переменных предложений. В контексте не создается пословица, а в тех случаях, когда у пословицы имеется соответствующее ей по форме переменное предложение, в контексте лишь вычленяется переменное предложение или пословица. Значение пословицы фиксировано в языке, и оно не' может создаваться в речи. Узкому пониманию объема фразеологии противостоит его широкое понимание, число сторонников которого, как мы показали, непрерывно растет. § 72. Мы выделяем четыре класса фразеологических единиц. Один из этих классов объединяет пословицы и поговорки, т. е. коммуникативные фразеологические единицы 1. Безусловно, цельнопредикативные единицы, обычно не употребляющиеся в качестве члена предложения, принадлежат к иному плану уровня содержания, чем значения слова или словосочетания. Следует сказать, что, несмотря на это соображение, словосочетания и предложения всех типов являются объектами изучения синтаксиса 2, что ни в коей мере не лишает его научности. Критерием отнесения того или иного предложения к фразео- i См. § 124. 2 В. П. Сухотин. Проблема словосочетаний в современном русском языке. Сб. «Вопросы синтаксиса современного русского языка». М., 1950, стр. 149. См. также «Грамматика русского языка АН СССР». М., 1954, т. II, стр. 6. В. Н. Ярцева. Предложение и словосочетание. Сб. «Вопросы грамматического строя». М., 1955, стр. 451. О. С. А х м а н о в а. Словосочетание. Там же, стр. 453. В. Н. Перетру хин. Словосочетание как специфическая синтаксическая единица в составе предложения. «Уч. зап. МГПИ имени В. И. Ленина». Т. СХХХП. Кафедра русского языка. Вып. 8, М., И958, стр. 410. В. В. Белы й. К вопросу о словосочетании. «Научные доклады высшей школы. Филологические науки». I960, № 4, стр. 112. Н. Н. Прокопович. Словосочетания в современном русском литературном языке. М., 1966 и др. 204
логии является наличие отличительных признаков фразеологической единицы или отсутствие их. К таким отличительным признакам фразеологической единицы относится, как Амы уже отмечали, наличие коэффициента фразеологической устойчивости не ниже минимальной. Следовательно, любое предложение, удовлетворяющее этому критерию, является с нашей точки зрения фразеологической единицей, независимо от функции, которую оно выполняет в предложении, и способности к самостоятельному употреблению. Критерием номинации и коммуникации не следует пользоваться при определении фразеологичности также и потому, что он приводит к парадоксальному положению. Дело в том, что в современном английском' языке имеется значительное число глагольных фразеологизмов, которые мы относим к классу номинативно-коммуникативных фразеологических единиц, являющихся словосочетаниями, т. е. единицами, выполняющими номинативную функцию с глаголами в действительном залоге, и цельнопредикативными предложениями, т. е. единицами, выполняющими коммуникативную функцию, с глаголами в страдательном залоге. Эти обороты не употребляются в качестве члена предложения, например, cross (или pass) ФЬе Rubicon — the 'Rubicon is crossed (или passed), shed crocodile tears — crocodile tears are shed и др. Подобные образования не обладают автономностью пословиц, но им свойственно самостоятельное употребление не в меньшей степени, чем поговоркам. Таким образом, если рассматривать номинацию как один из критериев фразеологичности, то подобные обороты с глаголами в действительном залоге являются фразеологическими единицами и входят в систему языка, а с глаголами в страдательном залоге — нефразеологическими единицами, ргне входят в систему языка. Подобный вывод, как совершенно очевидно, является неправомерным. При использовании указанного выше критерия номинации из числа фразеологизмов выпадает также значительное число цельнопредикативных единиц непословичного типа, например, the fat is in ttie fire, that cat won't jump, what Willi Mrs. Grundy say?, междометных оборотов типа my foot!, a pretty kettle of fish! и'др. Будучи изъятыми из числа фразеологических единиц, подобные 205
обороты, по существу, повисают в воздухе и перестают быть объектом лингвистического исследования, так как неизвестно, в каком отделе языкознания их следует изучать. Передачу всех пословиц исключительно в ведение фольклора мы считаем неправильным. Пословицы должны изучаться как в фольклоре, так и во фразеологии, но с различных точек зрения 1. Во фразеологии они изуча,- ются как единицы фразеологического состава языка, обладающие своеобразными семантическими и структурными особенностями. Большое значение для фразеологии современного английского языка имеет изучение пословиц как источника фразеологической деривации2. Фольклор же интересуется пословицами преимущественно как продуктом народного творчества, характеризующими народную мудрость, народные обычаи и т. п. Мы на протяжении всей своей работы в области фразеологии всегда включали пословицы в число фразеологических единиц3. Пословицы включены также во фразеологический словарь и во все изданные нами фразеологические справочники, начиная с 1932 г. А. И. Смирницкий подчеркивал возможность вхождения предложений в систему языка: «При этом нужно заметить, что пословицы, поговорки, афоризмы и вообще различные изречения выступают в качестве единиц языка (подчеркнуто нами. — А. К.) именно постольку, поскольку они воспроизводятся как средство для (более яркого, образного, острого) выражения мысли в процессе общения. Рассматриваемые же сами по себе, как произведения (неизвестных или известных авторов), они, собственно, еще не имеют характера единиц языка и принадлежат фольклору и литературе, будучи, конечно, 1 Пословицы без какого-либо переосмысливания компонентов не являются фразеологическими единицами и входят в состав промежуточной группы устойчивых сочетаний слов нефразеологическо^ го характера; см. главу IX, § 144. 2 А. К у н и н. Некоторые вопросы английской фразеологии. Англо-русский фразеологический словарь. Изд. 1-е, 1955, и 2-е, 1956. стр. 1454—1455. И. М. Оницканская. Структура пословиц и образованных ог них фразеологических оборотов (на материале современного английского языка). Канд. дисс. Л., 11961. 3 А. К у н и н. Английская идиоматика. «Иностранный язык в школе». 1936, № 5. 206
вместе с тем, сочетаниями единиц языка, конкретными случаями применения и проявления таких единиц» 1. Это вполне обоснованное мнение А. И. Смирницкого является убедительным опровержением утверждения, что пословицы и цельнопредикативные поговорки не входят в систему языка. Мы отнюдь не игнорируем структуры содержания пословиц и поговорок и особенностей их функционирования. Благодаря этим особенностям они и выделяются в особый класс фразеологических единиц, а не исключаются из их числа. Что же касается мнения, что при включении во фразеологию цельнопредикативных образований к ней придется отнести и такие «малые формы» фольклора, как прибаутки, считалки, загадки и т. п., то следует сказать, что подобные опасения лишены всяких оснований. Упомянутые выше образования не являются единицами языка в отличие от поговорок и пословиц. Разница между теми и другими ясна из приведенного выше высказывания А. И. Смирницкого. Мы покажем это различие на примере загадок, Загадка определяется следующим образом: «Загадка может быть определена как замысловатый вопрос в форме метафоры»2. Ю. М. Соколов далее подчеркивает, что метафоричность загадки не является совершенно обязательной и что встречаются загадки в виде прямого вопроса без переносного значения входящих в них слов и что, несмотря на заключенный в загадке вопрос, вопросительная форма также не обязательна. Другим широко известным определением загадки является определение В. П. Аникина: «Определяя загадку по существу ее жизненного назначения, по ее смыслу, можно сказать, что загадка — это поэтическое замысловатое описание какого-либо предмета или явления, сделанное с целью испытать сообразительность человека, равно как и с целью раскрыть ему глаза на поэтическую красоту и богатство предельно вещественного мира» 3. 1 А. И. Смирницкий. Лексикология английского языка. М., 1956, стр. 16—17. 2 Ю. М. Соколов. Русский фольклор. М, 1941, стр. 217. 3 В. П. Аникин. Предисловие к кн. Д. Н. Садовникова «Загадки русского народа». М., 1959, стр. 18. 207
В. П. Аникин подчеркивает, что загадки являются одним из жанров устного народного творчества (стр. 15). Ю. М. Соколов, характеризуя загадки, отмечает: «Загадки теперь являются лишь средством развлечения; в детских играх применяются лишь с образовательными целями и в этом педагогическом значении своем поддерживаются школой» (стр. 217). Эти определения загадок и их значения крупными специалистами по русскому фольклору со всей убедительностью показывают, что загадки не являются единицами языка, так как они не воспроизводятся как «средство выражения мысли в процессе общения». Они воспроизводятся с целью развлечения и испытания сообразительности человека. Следовательно, воспроизводимость загадок не основана на нефразеологической устойчивости, чем в корне отличается от воспроизводимости пословиц и поговорок. Фразеологические единицы, в том числе поговорки и пословицы, не могут быть выражены двумя или более самостоятельными предложениями. Загадки же часто встречаются именно в такой форме, например: Летит птица: Нос долог, И кричит: «Была я была У царя в Москве, У короля в Литве; Цари меня боялись В палатах запирались...» Кто эту птицу убьет, Тот свою кровь прольет !. Высказанные соображения относятся также к прибауткам и считалкам. Некоторые из этих образований внешне напоминают фразеологизмы, но по структуре содержания и по формам функционирования они резко отличаются от фразеологических единиц. На основании приведенных соображений мы относим поговорки и пословицы с полным или частичным переосмыслением компонентов к числу фразеологических единиц. 1 Д. Н. Садовников. Загадки русского! народа. № 17il5 (о комаре), М., 1959, стр. 195. 208
§ 73. Как может показаться из приведенных выше взглядов на объем фразеологии многих лингвистов, среди фразеологов существует полное расхождение мнений по основным вопросам фразеологии. Однако если выделить концепции только тех ученых, которые рассматривают фразеологию как научную дисциплину и стремятся обосновать ее основные понятия, то во фразеологии наметились три основных направления. Широкое понимание объехМа фразеологии представлено в работах В. Л. Архангельского. Этот ученый включает в состав фразеологии все устойчивые сочетания слов. Преимущество такого понимания объема фразеологии заключается в том, что отпадает вопрос, куда относить устойчивые сочетания нефразеологического характера, мучающий других фразеологов. Серьезным недостатком подобного понимания является то, что оно не основано на единых критериях выделения фразеологических единиц. Действительно, что объединяет словосочетания и предложения как моделированные, так и немоделирован- ные, как содержащие компоненты с переосмысленным значением, так и имеющие компоненты только с буквальным значением? Все эти образования по существу объединяются только воспроизводимостью в речи, а в некоторых случаях также и ограниченной сочетаемостью, что, как мы уже подчеркивали, не может служить достаточно точным признаком выделения фразеологических единиц !. Кроме того, при подобном понимании объема фразеологии невозможно установить грань между фразеологическими единицами и переменными сочетаниями слов. § 74. Узкое понимание объема фразеологии представлено работами Н. Н. Амосовой, включающей в состав фразеологии только немоделированные словосочетания с 1 Например, как фразеологические единицы рассматриваются обороты типа «двоюродный брат, двоюродная сестра, двоюродный дядя, двоюродная тетка/ двоюродный племянник, двоюродный внук, двоюродная внучка, двоюродный дедушка, двоюродная бабушка». В. Л. Архангельский. Фразеологические отношения и классификация фразеологических единиц в современном русском языке. «Уч. зап. Моск. обл. пед. института им. Н. К. Крупской». Т. 16Ю. «Вопросы русской фразеологии». Вып. одиннадцатый. М., 1966, стр. 50. 209
переосмысленным значением и частично предикативные обороты. Это направление отличается от предыдущего более четким определением объема исследования. Но при таком узком понимании объема фразеологии в ее состав не включается большое число устойчивых образований, в том числе и предложений. Вопрос о том, в какой лингвистической дисциплине должны изучаться эти образования, остается неясным. Все пословицы Н. Н. Амосова относит к фольклору. Нецелесообразность подобной трактовки пословиц мы уже отмечали. Понимание фразеологической единицы только как единицы номинации противоречиво и научно не обосновано* Во избежание повторений мы ограничимся только этими замечаниями, так как взгляды Н. Н. Амосовой рассматриваются также в других разделах книги. § 75. Мы предлагаем следующее определение фразеологической единицы, вытекающее из всего предыдущего изложения: Фразеологическая единица — это устойчивое сочетание слов с полностью или частично переосмысленным значением 1. Такое понимание фразеологической единицы, явившееся результатом анализа материала с помощью метода фразеологической идентификации, облегчает отграничение фразеологических единиц на основании объективных критериев как от переменных сочетаний слов и промежуточных образований, так и от сложных слов и малых жанров фольклора, например, загадок. Граница фразеологизма — сложное предложение. Образования, выходящие,за его пределы, не могут рассматриваться как фразеологические единицы. Это также помогает отграничить фразеологические единицы от Малых жанров фольклора. Новым в нашем понимании фразеологизма является выделение его важнейшего признака — фразеологической устойчивости не ниже минимальной. Наше понимание объема фразеологии в соответствии с предложенным определением занимает промежуточ- 1 Тот фа'кт, что фразеологическая единица состоит из слов, означает, что она — раздельнооформленное образование.,. 210
ное место между концепциями В. Л. Архангельского и Н. Н. Амосовой. В. Н. Телия права, когда выступает против попыток найти универсальное определение для всех объектов, именуемых фразеологическим составом, ибо подобные попытки «обречены на неудачу, так как совокупность объектов фразеологии в ее традиционном объеме — это конгломерат, состоящий из разнородных в структурно- семантическом отношении воспроизводимых сочетаний»1. Мы стремимся определить в интересах теории и практики максимальный объем фразеологии, но в пределах объективно установленных границ. Мы относим к фразеологии словосочетания и предложения (в том числе и пословицы) с полным или частичным переосмыслением компонентов и с устойчивостью фразеологического характера. Все обороты, не обладающие минимумом фразеологической устойчивости, например, моделированные образования, включая и фразеологические сочетания (по В. В. Виноградову), устойчивые сочетания слов, употребляющиеся в буквальном значении, и др. являются с нашей точки зрения устойчивыми сочетаниями нефразеологического характера 2. Выделенные нами критерии раздельнооформленности и минимальной фразеологической устойчивости позволили, по сравнению с концепцией Н. Н. Амосовой, значительно уменьшить число устойчивых образований, не являющихся фразеологизмами. Мы надеемся, что новое понимание фразеологии окажется небесполезным в теории и практике лингвистических исследований. Различное понимание объема фразеологии, связанное с различным пониманием фразеологической единицы, затрудняет установление границ фразеологии и превращение ее в лингвистическую дисциплину. Мы отнюдь не выступаем за унификацию взглядов, но полагаем, что важнейшей задачей лингвистов, работающих в области фразеологии, является объединение усилий и нахождение точек соприкосновения в интересах как теории фразеологии, так и практики преподавания иностранных языков. 1 В. Н. Телия. О термине «фразема». Сб. «Проблемы лингвистического анализа». М., I960, стр. 187. 2 См. главу VII. 211
Глава VII УСТОЙЧИВЫЕ ОБРАЗОВАНИЯ НЕФРАЗЕОЛОГИЧЕСКОГО ХАРАКТЕРА В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ Раздел I § 76. При любом понимании объема фразеологии, кроме предельно широкого, при котором объектом ее изучения являются устойчивые словесные группы всех типов, всегда имеется «остаток», в который входят устойчивые образования нефразеологического характера. В работах по фразеологии, посвященных исследованию того или иного частного вопроса, эта проблема обходится молчанием. Однако в работах более общего порядка данный вопрос неизбежно возникает. У ученых нет единого мнения ни о том, что входит в состав устойчивых сочетаний нефразеологического характера, ни о том, какая лингвистическая дисциплина должна ими заниматься. А. И. Смирницкий указывал, что «от фразеологических единиц следует отличать обычные или традиционные сочетания, которые, повторяясь в речи бесконечное число раз, не представляют собой эквивалентов слов и фразеологических единиц^ Ч Подобные сочетания, по мнению А. И. Смирницкого, не отличаются семантической цельностью, чем существенно отличаются от фразеологических единиц. К подобным традиционным сочетаниям А. И. Смирницкий относил обороты rough sketch, nice distinction, take an examination, ishrug one's shoulders, clenched teeth (или fists) и т. п. Таким образом, в группу традиционных сочетаний включаются переменные сочетания типа take an examination с очень широкой сочетаемостью глагола, обороты типа clenched teeth (или fists) с ограниченной сочетае- !А. И. Смирницкий, Лексикология английского языка. М., 1956, стр. 223. 212
мостью первого компонента и обороты с единичной сочетаемостью (shrug one's shoulders). А. И. Смирницкий не выделяет переменных и устойчивых сочетаний в этой группе образований и не указывает, какая лингвистическая дисциплина должна их. изучать. Тем не менее, очень важно положение А. И. Смирницкого о том, что обороты, в которых не наблюдается никакого семантического обособления, не входят в число фразеологических единиц. К сожалению, этот совершенно правильный принцип проводится А. И. Смирницким непоследовательно, и он сам включает в число фразеологических единиц обороты, в которых не наблюдается никакого семантического обособления, например, be tired, be surprised, in -time, by means of, in accordance with (стр. 215, 216). § 77. С. И. Ожегов подчеркивает разнородность словесных сочетаний и отмечает, что «их объединяет одно общее — это их устойчивость. Отсюда они так легко объединяются общим именем фразеологии. Но одни из них обладают определенными структурными особенностями и являются, наряду с отдельными словами, средствами построения предложений или элементами предложений. Подобные устойчивые словесные сочетания, фразеологические единицы языка, можно назвать фразеологией в узком смысле. Другие устойчивые словесные сочетания, не обладающие указанными признаками, можно назвать фразеологией в широком смысле» 1. Таким образом, объектом фразеологии в узком смысле являются словосочетания с целостным значением — эквиваленты слов, все же остальные словосочетания входят во фразеологию в широком смысле. Устойчивые предложения, в том числе и пословицы, по мнению С. И. Ожегова, фразеологическими единицами не являются. О неправомерности изъятия устойчивых предложений из фразеологии мы уже говорили2. Что касается деления на фразеологию в узком смысле и фразеологию в широком смысле, то подобное деление представляется нам нецелесообразным. 1 С. И. Ожегов. О структуре фразеологии. «Лексикографический сборник». Вып. II. М., 1957, стр. 38. 2 См. главу VI. 213
Существует только 0дна фразеология как научная дисциплина. Выделедие же двух фразеологии означает рассмотрение как фразеологизмов всех переменно- устойчивых образований и других промежуточных групп, что лишит фразеологию своего объекта исследования и в значительной степени растворит фразеологические единицы в различных промежуточных образованиях. § 78. Н. Н. Амосова наряду с единицами постоянного контекста, т. е. фразеологизмами, выделяет и единицы устойчивого контекста, не входящие в состав фразеологии К Устойчивый контекст представлен в следующих разновидностях: 1) Необразные штампы (hope for the best, come to an end, guiding principle, public opinion, everyday life, work •of art и т. п.). Подобные обороты, как считает Н. Н. Амосова, характеризуются заштампованностыо, т. е. воспроизводимостью в готовом виде без какого-либо семантического преобразования. 2) Устойчивые сочетания с фиксированной номинацией. К ним относятся многочисленные описательные наименования типа chest of drawers, book of reference, magnifying glass, say good-bye и т. п., а также перифрастические обороты типы make an appearance (= to appear), make an impression (= to impress), take an examination и т. п. Эта же группа включает и субстантивированные сочетания с терминологическим значением, например, carrying capacity подъемная сила, atomic energy атомная энергия и др. 3) Словесные сцепления, в составе которых имеется компонент с единичной сочетаемостью (artesian well ар- тезианский колодец, bissextile year високосный год2, consuetudinary law обычное право, kitcat size (изображение) в 3/4 натуральной величины3 и т. п.). 1 Н. Н. Амосова. Книга, гл. II, § 3. 2 bissextile не является словом с единичной сочетаемостью, т. к. можно сказать bissextile day — 29 февраля. 3 kitcat не является словом с единичной сочетаемостью, так как можно сказать kitcat length, kitcat picture, kitcat portrait, kitcat size. 214
Единицы постоянного контекста, по мнению Н. Н. Амосовой, составляют предмет стилистической контекстологии, а не фразеологии. Вслед за Б. А. Лариным Н. Н. Амосова не включает фразеологические сочетания в состав фразеологии и подчеркивает немоделированный характер фразеологических единиц 1. Невключение во фразеологию оборотов, в которых отсутствует семантическое обособление, было выдвинуто А. И. Смирницким. Н. Н. Амосова уточнила типы подобных оборотов. Разграничение оборотов, в которых отсутствует семантическое обособление, т. е. все компоненты которых употребляются в их буквальных значениях, и фразеологических единиц крайне важно, так как способствует установлению границ фразеологии. Термин же «устойчивый контекст» мы считаем неудачным. «Устойчивый контекст» противопоставляется «яосто- янному контексту», т. е. фразеологическим единицам, но- поскольку они являются также устойчивыми образованиями, хотя и с семитическим обособлением, предложенные термины не являются достаточно четкими. Нельзя.согласиться с передачей всех единиц «постоянного контекста» в ведение стилистической контекстологии, так как в стилистическом отношении данные образования отнюдь не отличаются яркостью и особой экспрессивностью. Кроме того, контекстологии, на которую Н. Н. Амосова ссылается на стр. 112 и 191, как отдельной отрасли знания еще не существует. Несмотря на наше .несогласие с трактовкой Н. Н. Амосовой тех или иных вопросов или критические- замечания в отношении некоторых из предложенных Н. Н. Амосовой терминов, необходимо признать, что за Н. Н. Амосовой остается заслуга более глубокой поста* новки вопроса об устойчивых сочетаниях, не входящих в > состав фразеологии, чем это делалось каким-либо другим исследователем. § 79. И. И. Чернышева выделяет следующие типы устойчивых образований, отнесение которых к фразеологии с ее точки зрения является неправомерным2. 1 Н. Н. Амосова. Указ. соч., стр. 108. 2 И. И. „Чернышева. Фразеология современного немецкого- языка. Автореферат докт. дисс. М., U964, стр. 10—12. 215
[. Фразеологнзованные образования Подобные словосочетания образуются в том случае, когда один из компонентов с переносным значением вступает в соединение со словом определенной семантической группы: j-m Aohtung, Anerkeimung, Bewunderang, Dank, Teilnafame zollen. От собственно фразеологических единиц их отличает не единичная, а серийная сочетаемость. И. И. Чернышева считает возможным рассматривать эти единицы как фразеологнзованные образования, учитывая то обстоятельство, что сочетания этого типа являются промежуточной категорией между собственно фразеологическими единицами и переменными сочетаниями. II. Типовые образования Типовыми образованиями называются такие устойчивые словосочетания, которые образуются в языке по определенным структурно-семантическим моделям. И. И. Чернышева выделяет две разновидности типовых образований: 1) АНАЛИТИЧЕСКИЕ КОНСТРУКЦИИ Эти единицы построены по модели свободных глагольных словосочетаний- «глагол +' существительное», где глагол десемантизирован или ослаблен в своем собственном лексическом значении. Следует различать предложные и беспредложные разновидности конструкции in Eile sein — Eile haben. 2) ТИПОВЫЕ КОНСТРУКЦИИ Для типовых конструкций характерно наличие структурной модели и определенного семантического содержания при варьировании последнего в зависимости от заменяемого лексического компонента (ein Mann von Character, eijn Mamn von Ehre и др.)- III. Лексические единства Лексическими единствами И. И. Чернышева называет такие устойчивые сочетания слов, которые обладают .216
цельностью номинации, осуществленной на основе собственных значений слов-компонентов без их семантического преобразования: die (Nationale Front, die Deutsche Demokratisohe Republic. § 80. В. Л. Архангельский не включает в состав фразеологии незамкнутые устойчивые фразы, которые он называет фразеологизированными конструкциями1. Переменный элемент этих конструкций свободно выбирается говорящим в пределах определенной семантической сферы. По мнению В. Л. Архангельского, эти конструкции — фразеосхемы, являющиеся лексико-стили- стическими моделями: тоже мне (мастер, умник, ученый), и то..., чем не..., . ..да а только, как не..., уж эти мне ..., и добро бы..., а то ..., чего (нельзя, нет и т. п.), того (нельзя, нет и т. п.) и др. (стр. 155). Что касается фразеологических шаблонов; типа: «сделать одолжение, чем могу служить?, примите уверения в моем совершенном к вам почтении, очень приятно ознакомиться» и др., то В. Л. Архангельский считает, что они находятся на пограничной черте, отделяющей явления, изучаемые фразеологией, от явлений, изучаемых описательным синтаксисом, но оказываются все же ближе к первым, чем к последним2. К сожалению, доказательства этого утверждения не приводятся. § 81 i Выделение тех или иных типов устойчивых сочетаний слов, не являющихся фразеологизмами, зависит от того, как исследователь понимает фразеологическую единицу. Но подавляющее большинство фразеоло- гов не считает фразеологизмами словесные группы, которым несвойственно семантическое обособление, т. е. компоненты которых употребляются в своих буквальных значениях. Многие фразеологи не включают в состав фразеологии фразеологические сочетания, рассматриваемые В. В. Виноградовым как фразеологизмы. Тем не менее вопрос об устойчивых сочетаниях слов нефразеологического характера отнюдь нельзя считать решенным. Это объясняется недостаточной разработан- 1 В. Л. Архангельский. Устойчивые фразы в современ-~ ном русском языке. Ростов н/Д., 1964, стр. 202. 2 В. Л. Архангельский. Указ. соч., стр. 155. 217
ностью Теории устойчивости фразеологических единиц и проблемы их структурно-семантической немоделирован- ности, а также вопроса структурно-семантической моде- лированности и других особенностей многих устойчивых единиц, образованных по ограниченной структурно-семантической модели. Не привлекали внимания исследователей и вопросы дефразеологизации и демоделирова- ния, тесно связанные с возникновением некоторых групп устойчивых сочетаний слов нефразеологического характера. Наши соображения по всем этим вопросам носят дискуссионный характер. § 82. В английском языке имеется значительное число устойчивых образований* не удовлетворяющих выдвинутым нами критериям фразеологичности и.находящихся на различных стадиях приближения к переменному сочетанию слов или к сложному слову. Некоторые из подобных образований смогут постепенно перейти в число фразеологических единиц, приобретая недостающие им черты фразеологичности, другие же могут перейти в категорию сложных слов. Но имеются образования, прочно занимающие промежуточное положение, без каких-либо признаков возможных изменений. Наличие промежуточных образований вполне естественно. Сочетания слов, взятые в целом, не находятся в статическом положении. В живом языке происходит непрерывное их развитие. Переменные сочетания слов также могут, приобретая признаки фразеологичности, перейти во фразеологические единицы. Фразеологические единицы, утрачивая те или иные признаки фразеологичности, могут переходить в сложные слова или становиться переменно-устойчивыми сочетаниями слов. Мы стараемся рассматривать фразеологические единицы в динамике, а не в статике. Отсюда и выделение нами различных промежуточных образований. Применяя метод фразеологической идентификации, мы только намечаем основные типы подобных образований и даем их краткую характеристику, в которую позднее могут быть внесены те или иные коррективы, но отнюдь не ставим своей целью их детальное изучение. Это задача ряда будущих исследований, и она выходит за 218
рамки намеченной нами фразеологической проблематики. Мы выделяем три типа промежуточных образований: 1) переменно-устойчивые сочетания слов; 2) устойчивые сочетания слов с непереосмысленным значением; 3) фразеологизованные образования. Раздел 2 § 83. ПЕРЕМЕННО-УСТОЙЧИВЫЕ СОЧЕТАНИЯ СЛОВ Переменно-устойчивые сочетания слов распадаются на три группы: 1) переменно-устойчивые обороты, образованные по ограниченной структурно-семантической модели. Подобные обороты распадаются на два подтипа: а) переменно-устойчивые обороты, возникшие в результате распада фразеологический единицы; б) переменно-устойчивые обороты, никогда не бывшие фразеологическими единицами; 2) переменно-устойчивые обороты с опорными семантемами, вводимые в речь только при вклинивании переменных компонентов. Переменно-устойчивые обороты являются промежуточными образованиями между фразеологическими единицами и переменными сочетаниями слов; 3) переменно-устойчивые обороты, образовавшиеся в результате нормативной замены всех знаменательных компонентов фразеологических единиц. Число подобных оборотов в современном английском языке крайне незначительно. При превращении фразеологической единицы в структурно-семантический образец, по которому образуются другие устойчивые сочетания слов, возникает ограниченная структурно-семантическая модель, но и благодаря ей фразеологическая единица утрачивает свою единичность. Это приводит к снижению коэффициента минимальной фразеологической устойчивости и к распаду фразеологической единицы, которая переходит в класс переменно-устойчивых сочетаний слов. 219
Мы имеем в виду случаи типа at first hand — at second hand. Можно сказать и at third hand. Обороты at second hand и at (third hand образованы по образцу at firsit hand. Аналогичное явление наблюдается и в русском языке: из первых рук, из вторых рук, из третьих рук. В данном случае нельзя говорить ни о вариантах, ни о структурных синонимах ввиду возникновения структурно-семантической модели. I will now ask one of your directors, Mr. Forsyte, to give you at flirst hand an account of this painful matter. (J. Galsworthy, The White Monkey, part III, ch. XII.) At least in Major Street, where the Ritons lived, she was getting to know a few people, if only at second hand. (J. Lindsay, A Local Habitation, ch. 14.) Whispers, rumours, scandals came to us at second or third hand. (C. P. Snow, The Masters, part two, ch. 26.) Аналогичными примерами являются in 'the first (second, etc.) place — во-первых, в первую очередь (во-вторых, во вторую очередь) и т. д. "In the first place, no, and in the second place, no." (J. O'Hara, Buiterfield. 8, ch. three.) 'In the first place/ I said. 'And don't forget the second and the third/ (C. Maclnnes, Absolute Beginners In June.) § 84. Большинство переменно-устойчивых словосочетаний, образованных по структурно-семантической модели, никогда не было фразеологическими единицами. Примером таких оборотов могут служить словесные группы, названные В. В. Виноградовым фразеологическими сочетаниями. «Под фразеологическими сочетаниями понимаются 220
устойчивые фразеологические группы, в которых значения слов-компонентов обособляются гораздо более четко и резко, однако остаются несвободными.., В самом деле, большая часть слов и значений слов ограничены в своих связях внутренними, семантическими отношениями самой языковой системы. Эти лексические значения могут проявляться лишь в связи с строго определенным кругом понятий и их словесных обозначений. При этом для такого ограничения как будто нет оснований б логической или вещной природе самих обозначаемых предметов, действий и явлений» 1. Широко известны примеры фразеологических сочетаний, приводимых В. В. Виноградовым: страх берет, тоска берет, досада берет, зло берет, уоюас берет, зависть берет, смех берет, раздумье берет, охота берет и некоторые другие. Но нельзя сказать: радость берет, удовольствие берет, наслаждение берет и т. п. (стр. 360 — 361). В. В. Виноградов подчеркивал, что глагол брать обладает фразеологически связанным значением, так как круг употребления глагола в связи с обозначениями чувств и настроений фразеологически замкнут. О семантическом обособлении «фразеологических сочетаний» нельзя говорить, и не случайно В. В. Виноградов не относит их даже к потенциальным эквивалентам слова. После опубликования работ В. В. Виноградова фразеологические сочетания включались в состав фразеологии в работах по самым разнообразным языкам. § 85;, Б. А. Ларин был первым ученым, который высказался против включения фразеологических сочетаний в состав фразеологии: /<не вижу необходимости в сохранении 3-й группы в схеме акад. В. В. Виноградова, т. к. "сюда попадают выражения с минимальной степенью идиоматичности, не имеющие своих примет и. находящиеся как бы на, периферии подлинно фразеологических соединений»"2: Мнение Б. А. Ларина вполне обосновано. В работах по английской фразеологии вопрос о невключении в со- 1 В. В. Виноградов. Об основных типах фразеологических единиц в русском языке. Сб. «Академик А. А. Шахматов». М.—Л., 1947, стр. 360. 2 Б. А. Ларин. Очерки по фразеологии. «Уч. зап. ЛГУ», № 198. «Серия филолог, наук». Вып. 24, 1956, стр. 219. 221
став фразеологии сочетаний, образованных по структурно-семантической модели, разрабатывался одновременно Ц. С. Горелик и Н. Н. Амосовой. Н. Н. Амосова более детально обосновала нецелесообразность включения фразеологических сочетаний в состав фразеологии и доказала, что значение их ведущего компонента не является фразеологически связанным. Н. Н. Амосова, характеризуя так называемые фразеологические сочетания, указывает, что «значение семантически реализуемого слова не является в подобных случаях фразеологически связанным, поскольку указательный минимум, для него необходимый, не является постоянным. .Но значение это нельзя признать и обычным лексически связанным, поскольку состав ключевых слов при нем лимитируется не особенностями их дезиг- натов, а определенной стилистической традицией... Получается некий переходный тип контекстуальной связанности значения, а следовательно, и особый, также переходный, тип контекста, так сказать „полупостоянный" контекст. Поскольку в таком контексте указательный минимум не является ни „классически" переменным, ни, тем более, постоянным, а лишь традиционно (или узуально) лимитированным, этот переходный тип контекста можно терминологически обозначить как „узуально-ограниченный" контекст, а значение семантически реализуемого слова, в него входящего, — узуально связанным значением» К Мы совершенно согласны с этим высказыванием. § 86. Для «фразеологического сочетания» характерно, что ведущий компонент всегда имеет узуально связанное значение, выводимое только из тех образований, в которых этот компонент используется: pay a call, a visit, pay attention, heed, no mind, pay one's addresses, respects, tribute, a compliment, drop a hint, a word, entertain an idea, objection, doubt, a suspicion, bandy words (compliments), bear a grudge (malice, rancour, spite или an ill-feeling) при недопустимости оборотов bear .hind- ness, love, sympathy и др. Как показали специальные исследования, в английском языке наблюдается широко распространенная 1 Н. Н. Амосова. Книга, стр. 69. 222
«тенденция к расширению сочетаемости, следовательно, к расширению сферы употребления фразеологически связанного значения» 1. Подобный процесс ведет к приближению оборотов с узуально связанным значением к переменным сочетаниям и может привести к распаду узуально связанного значения при возникновении широкой структурно-семантической модели. Вследствие этого границы между оборотами с узуально связанным значением и переменными сочетаниями крайне неустойчивы. Следующий пример иллюстрирует это положение. Глагол to raise в значении выдвигать, поднимать (вопрос) по данным О. Е. D. первоначально сочетался лишь со словами point и question. Позднее сочетаемость глагола расширилась, и он свободно сочетается со словами близкой семантической сферы: raise a matter, a problem, a subject, a topic, an issue. В. Л. Дашевская приводит ряд примеров, подтверждающих расширение сочетаемости глагола to raise в указанном выше значении, но все же считает его фразеологически связанным 2. Узкая сочетаемость глагола to raise Bi современном английском языке объясняется отнюдь не тем, что глаголу сейчас свойственно «фразеологически-связанное» значение, а тем, что это значение, став свободным, не перестало быть узким, вследствие чего глагол iraise в данном значении сочетается только со словами определенной семантической сферы. Переменные сочетания с узким значением ведущего слова всегда образуются по ограниченной структурно- семантической модели. Подобные обороты являются переменными, а не переменно-устойчивыми. Обороты же с узуально связанным значением мы относим к переменно-устойчивым, так как они образованы по ограниченной структурно-семантической модели, характерной для переменных сочетаний, но их ведущий компонент имеет узуально связанное значение. Традиционное ограничение сочетаемости, не связанное с узостью значения слова, создает устойчивость оборотов, в кото- 1 В. Л. Дашевская. Фразеологические сочетания типа «переходный глагол и существительное» в современном английском языке. Канд. дисс. М., 1955, стр. 131—136. 2 В. Л. Дашевская. Указ. соч., стр. 105—106. 223
рых оно реализуется. Н*о это — устойчивость нефразеологического характера. § 87. Приводим группы подобных переменно-устойчивых образований, близких к переменным сочетаниям слов. Узуально связанным является значение under, указывающее на нахождение в движении, процессе, осуще« ствлении, определенном состоянии и т. п., например, under arrest, consideration, construction, control, discussion, fire, obligation, pressure, repair и др. при невозможности сказать under building, debate, (restoration и др. Узуально связанным является значение слова beyond вне в сочетании с существительным: beyond belief, compare, comparison, compute, control, controversy, cure, debate, description, dispute, doubt, endurance, expectation, expression, 'hope, measure, possibility, praise, price, question, recall, reason, reclaim, recognition, repair, retrieve и др. Но нельзя сказать beyond danger (должно быть out of danger), beyond suspicion (должно быть above suspicion) и др. Все расширяющаяся сочетаемость слова beyond с различными существительными приближает эти обороты к переменным сочетаниям. К переменно-устойчивым сочетаниям слов, образованных по ограниченной структурно-семантической модели, относятся и традиционные формулы приветствия и прощания: good morning, good day, good afternoon, good evening и good night. Ввиду наличия ограниченной структурно-семантической модели эти обороты нельзя отнести к фразеологическим единицам, а их штампованный характер в сочетании с устойчивостью лексического состава исключает отнесение их к переменным сочетаниям. Таким образом, данные обороты имеют признаки переменно-устойчивых сочетаний. Ввиду этого отнесение их к идиомам, т. е. к одному из классов фразеологических единиц1 представляется нам неоправданным. § 88. Для современного английского языка характерно образование значительного числа словесных групп, в которых первым элементом является глагол широкого 1 См. Н. Н. Амосова. Книга, стр. 107, 224
семантического объема, соединяющийся с определенными группами существительных, например: take a fancy (или liking), take heed (pains или trouble), take offence (или umbrage), take care, .take part, take pl;ace и др. Вопрос о природе подобных образований представляет значительный интерес. В работе Г. Н. Воронцовой 1 в разделе «Стяжение» большое внимание уделяется образованиям типа 1) take care, 2) take a pull, 3) take down—записывать, заносить (в книжку для заметок) и пр. Автор считает эти образования составными глаголами, а не особым видом сказуемого — «фразового» — выраженного более или менее устойчивой комбинацией глагола, и приводит в подкрепление своей точки зрения ряд аргументов. Ввиду большого удельного веса подобных образований в современном английском языке вопрос об их природе очень важен, и аргументация Г. Н. Воронцовой заслуживает самого пристального внимания. Разбирая оборот take care, Г. Н. Воронцова утверждает, что в пользу признания такого сложного построения составной лексической, а не более свободной фразеологической, единицей говорит ряд фактов, которые в своей совокупности — при учете общей структурной системы современного английского языка — вполне обеспечивают за подобным образованием значение лексемы. Во-первых, построение (порядок компонентов) таких составных лексических единиц соответствует нормам так называемого «синтаксического словосложения», приобретающего в английском языке все большую распространенность за счет других типов образования сложных слов, особенно у глаголов (ср. старый тип существительного onlooker и более новый looker-on). Во-вторых, между двумя лексически взаимопроникающими элементами составного целого нельзя усмотреть синтаксических отношений, характерных для компонентов сходного по составу словосочетания. В-третьих, новые составные глаголы могут образовываться, не проходя стадии синтаксической комбинации. Наконец, мы имеем здесь неоспоримую смысловую целостность, подобную смысловому единству любого 1 Г. Н. Воронцова. Очерки по грамматике английского языка. М, I960. 8. А В Кунин. 225
сложного слова. В этом единстве лексического значения именная часть приобретает особую окрашенность как семантическое ядро общего глагольного содержания составной лексемы, а глагольная часть настолько лексически ослабляется, что ее основным назначением оказывается оглаголивание целого. Смысловая целостность, как правило, поддерживается единством ударения и до известной степени обнаруживается в нем. Кроме того, эти составные глаголы 1 встречаются не только в функции личного сказуемого (что, по-видимому, имеют в виду сторонники трактовки их не как составной лексемы, а как сложного члена предложения — «фразового» сказуемого), но и во всех свойственных английскому глаголу функциях и формах. Смысловое единство и стойкость композиции при этом нисколько не нарушаются. Далее Г. Н. Воронцова приводит примеры из различных авторов, которые используют эти составные глаголы в функции «личных» форм глагола-сказуемого предложения, «неличных» форм глагола (инфинитив, супин, герундий, причастие). Г. Н. Воронцова подчеркивает, что полнота глагольного формообразования и синтаксического употребления является одним из важных оснований для признания таких композиционно сложных смысловых единиц глагольными лексемами. То обстоятельство, что в подобной единице изменяемость формы находит свое^непосредственное выражение лишь в первом компоненте, не представляет для системы английского языка ничего необычного. Далее приводятся примеры, подтверждающие это положение (man-of-war, men-of-war, brother-in-law, brothers-in-law, her goings-out, good-looking, better-looking, best-looking, well-mannered, better-mannered» best-mannered, highest-placed, cheaper-priced edition, best seller и др.). Г. Н. Воронцова указывает, что весьма существенным основанием для признания глагольными лексемами целого ряда сложных единиц типа «глагол -{-' имя» является также то, что в их образовании участвует лишь 1 Имеются в виду take care, take place, catch fire, put (a) check, come to life, make bold. 226
небольшая группа глаголов, превращающихся в первые — глаголообразующие — компоненты составного це* лого. Эти глаголы оказываются, таким образом, специализированными в словообразовательных целях; поэтому, хотя они и удерживают в составной лексеме какую-то долю своего исходного лексического содержания, — очень обобщенное и в то же время целенаправленно суженное значение «первичного простого глагола», — тем не менее их можно (или следует) рассматривать приближающимися по смыслу к особым словообразовательным морфемам. Особенность таких морфем заключается в том, что они слишком самостоятельны и лексически ясны, чтобы их можно было полностью уподобить словообразовательным аффиксам, и в то .же время, сближаясь с аффиксами, они представляют собой хотя и своеобразные, но семантически несомненно полуслужебные элементы. Их можно сравнить, например, со вторым компонентом -pot или -man в ряде сложных существительных: coffeepot, teapot, cavalryman, clergyman, и др. Этими глаголами — полуслужебными компонентами составных лексем—являются основные десять (catch, come, give, fall, keep, lay, make, put, set, take) и еще несколько глаголов (get, go, have, ltose). Последним из наиболее существенных доводов, приводимых Г. Н. Воронцовой в пользу признания глагольных построений типа take care и т.°п. составными глаголами, едиными лексически, является тот особый оттенок содержания, который объединяет по характеру глаголы с одинаковым глаголообразующим компонентом. Глагол сохраняет общее лексическое значение, потому что оно нужно для смысла всего сложного лексического целого. Но смысл целого подчиняет их более конкретному и, для каждого отдельного случая, более важному содержанию другого компонента. Так, глаголообразующий компонент take, в основном, сохраняет во всех таких составных словах наиболее общее содержание глагола take, которое ближе всего может быть передано устаревшим в русском языке глаголом приять. Г. Н. Воронцова отмечает общую .семантическую направленность отдельных групп составных глаголов с одинаковым глаголообразующим компонентом и считает это важным признаком действительного перерождения последнего в часть структуры целостной лексемы. 8* 227
§ 89. Мы детально изложили аргументацию Г. Н. Воронцовой. Несмотря на интересные мысли и отдельные верные положения, аргументация в целом, а особенно выводы, основанные на ней, не убедили нас в правильности точки зрения автора. Видимо, понимая недостаточную убедительность своей аргументации, Г. Н. Воронцова указывает, что «не всегда бывает возможно провести четкую грань между фразеологической единицей и составной лексемой» (стр. 63). Г. И. Воронцова подходит к словесным группам типа take care односторонне, и хотя она утверждает, что учитывает «общую структурную систему английского языка», это не соответствует действительности, так как структурные особенности этих сочетаний, их раздельно- оформленность совершенно не принимаются во внимание. Рассмотрим доводы Г. Н. Воронцовой. Первым доводом в пользу признания словесных групп типа take care составными словами, а не фразеологическими единицами является утверждение, что порядок следования их компонентов соответствует нормам «синтаксического словосложения», приобретающего все большую распространенность, особенно у глаголов. Этот довод представляется нам неправомерным. Дело в том, что в современном английском языке, несмотря на широкое распространение синтаксического способа словосложения, нет сложных глаголов, образованных по модели «основа глагола + основа существительного». Английские сложные глаголы могут быть образованы только по четырем структурным моделям: 1) «Основа наречия + основа глагола».. Порядок компонентов отражает грамматическую норму древнеанглийского языка (to outdo — превзойти, to outlive — пережить, to overdo — перестараться, переусердствовать, to underdo — недожаривать, to undergo — испытывать, переносить, подвергаться и др.). 2) «Основа существительного+основа существительного» (to cobblestone — мостить булыжником, to handcuff.— надевать наручники, to wallpaper — оклеивать обоями). Нетрудно заметить, что сложный глагол образован по конверсии от сложного существительного. 3) «Основа прилагательного -f- основа глагола» (to new<-create—создавать заново, to rough-hew—грубо оте- 228
сывать, to soft-pedal — муз. нажимать на педаль; перен. смягчать; to whitewash — белить, перен. обелить и др.)» 4) «Основа существительного -f основа глагола» (to atombomb— подвергать атомной бомбардировке, to babysit — сидеть с ребенком, нянчить, to ^pin-point — точно указать, to sky-rocket — устремиться ввысь; стремительно расти (о ценах, продукции и т. д.). Этот тип сложных глаголов—наиболее продуктивная модель. Сочетание «основа глагола+.основа существительного» образуют в основном сложные существительные, например, cut-throat — головорез; makeweight — довесок, добавка, pick-pocket — вор-карманник, spitfire — злючка, раздражительный человек; stopgap — затычка, временный заместитель и др. Реже образуются сложные прилагательные типа at break-neck speed — с головокружительной быстротой. От двух последних типов сложных слов не образуются сложные глаголы даже по конверсии. Так, нельзя сказать to cut-throat или to pickpocket. Вместо сложных глаголов используются словосочетания to cut somebody's throat или to pick somebody's pocket. Таким образом, словесная группа типа take care, образованная по модели «глагол + существительное», не является моделью для образования сложных глаголов. Возможность использования этой модели для образования сложных существительных или прилагательных не дoкaзывaef близости словесных групп типа take care к сложным словам, так как это образования качественно различные. Это видно хотя бы из невозможности изменения глагола в сложных словах и возможного изменения его в сочетаниях типа take care, а также из того факта, что сложные слова состоят из основ, а сочетания типа take care — из слов. Утверждая, что отсутствие синтаксических отношений в словесных группах типа take care по сравнению со сходными по составу переменными сочетаниями может служить доказательством наличия составного слова, Г. Н. Воронцова не учитывает, что возможность вклинивания переменных компонентов в данные обороты свидетельствует об ослаблении синтаксических связей, а не об их отсутствии, например, take good care, take no part и др. Довод, что новые составные глаголы могут образовываться, не проходя стадии синтаксической комбинации неубедителен, так как это возможно и во фразеологии. 229
Это характерно, например, для пословиц и для ряда непословичных фразеологизмов: to be gathered to one's fathers, lead apes in hell, when two Sundays come together и др. (ср. русск. вот тебе и на, души не чает в ком-нибудь, у черта на куличках и др.). Г. Н. Воронцова указывает, что характерной чертой составных глаголов является то, что они встречаются не только в функции личного сказуемого, но и во всех свойственных английскому глаголу функциях и формах. Г. Н. Воронцова подчеркивает, что «полнота глагольного формообразования является одним из важных оснований для признания таких композиционно сложных смысловых единиц глагольными лексемами» (стр. 65). Этот довод является важным звеном аргументации Г. Н. Воронцовой. Однако полнота глагольного формообразования характерна также для многих глагольных фразеологизмов и переменных словосочетаний. Таким образом, этот аргумент не может служить доказательством того, что данная словесная группа является глагольной лексемой. Говоря о том, что в образованиях типа take care изменяется лишь первый компонент, Г. Н. Воронцова отмечает, что это не может служить основанием для отнесения подобных образований к фразеологическим единицам, так как изменение первого компонента встречается и в ряде сложных слов. Приведенные Г. Н. Воронцовой примеры не подтверждают ее мысли, так как сложные слова, допускающие изменение первого компонента, отличаются по структуре от образований типа take care. Формы словоизменения имеют лишь некоторые основы существительного и некоторые основы прилагательного. Что же касается сложных глаголов, то первый компонент в них не допускает никаких изменений, а формообразование свойственно всегда сложному слову в целом, например, to wallpaper, но he (w'allpaper) + ed his room. Это справедливо и в отношении сложных существительных и прилагательных, в которых первым компонентом является глагол, например, pickpocket, но (pickpocket) + s. Таким образом, изменение первого компонента в образованиях типа take care безусловно является показателем их раздельнооформленности. 230
Участие лишь небольшой группы глаголов в образовании сложных единиц типа take care не является доказательством того, что они — составные слова, а отражает то явление, которое в английском языке так широко распространено, а именно: ослабление лексического значения глаголов широкой семантики в глагольно-именных словосочетаниях. Общая семантическая направленность отдельных словесных групп типа take caire с одинаковым глаголом не является доказательством перерождения глагола в часть структуры целостной лексемы, а указывает на наличие структурно-семантической модели, характерной для данного типа словосочетаний. Следует учитывать раздельно- оформленность образований типа take care, сказывающуюся как в возможности изменения первого компонента, дистантного расположения компонентов и, как мы отмечали, в возможности вклинивания других слов между компонентами. Это является нормой для оборотов данного структурного типа и подтверждается приводимыми ниже примерами вклинивания переменных компонентов в состав оборота take pains — прилагать усилия, не пожалеть труда. And he... takes great pains with me; and I ought to be very thankful... (Ch. Dickens, David Copperfield, ch. VIII.) He never was well dressed, but he took the hugest pains to adorn his big person... (W. Thackeray, Vanity Fair, part I, ch. III.) В современной литературе наблюдается такое же явление. Не took great pains, devoted much time to helping young or poor or neglected writers. (R. Aldington, Life for Life's Sake, ch. 9.) Her anxiety was all the more pitiful to see because she took such palins to hide it. (W. S. Maugham, The Complete Short Stories, vol. Ill, The Book-Bag.) 231
Важным доводом в пользу признания образований типа take care словосочетаниями, а не составными словами является функционирование их в качестве предложения с глаголом в страдательном залоге, например: Several letters followed at decent intervals, but no notice was taken of them. (S. O'Casey, Rose and Crown, Black Oxen Passing By.) Безусловно, компоненты многих подобных образований настолько тесно слиты, что эти словесные группы (take place, take part и др.) не употребляются в страдательном залоге, но нельзя игнорировать способности некоторых из них функционировать в качестве предложения с глаголом в страдательном залоге, что совершенно исключается для слов, даже слитных. Таким образом, можно считать доказанным, что образования типа take care являются устойчивыми словосочетаниями, а не составными словами. Это верно и в отношении оборотов типа come to blows, come to light, come to grief, .fall in love, fall to .pieces, put to shame, give a smile, take a look и др., включаемых Г. Н. Воронцовой в число составных глаголов. Поскольку эти образования являются устойчивыми словосочетаниями, функция глагола в них не словообразовательная, а фразообразовательная. Концепция составных слов — это не что иное, как рецидив не оправдавшей себя теории «аналитического слова» 1. Когда наш разбор взглядов Г. Н. Воронцовой был уже закончен, мы ознакомились с рецензией Л. )С. Бархударова на книгу Г. Н. Воронцовой. Мы хотели бы привести мнение Л. С. Бархударова, с которым полностью согласны. «Очень спорным является понимание автором сочетаний типа take care, take place и т. п. как „составных слов"; при такой трактовке становится совершенно невозможным разграничивать слова и фразеологические единицы, так как признаки, приводимые Г. Н. Воронцовой в качестве доказательства единства „составных слов" — отсутствие обычных синтаксических отношений 1 О. С. А х м а н о в а. Консультация. «Иностранные языки в школе». 1955, № 1, стр. 122. 232
между компонентами, смысловое единство, способность выступать в различных функциях и формах и т. д. (стр. 63—64) — свойственны и фразеологическим, а порой даже и свободным сочетаниям. Вообще роль того, что А. И. Смирницкий называет цельнооформленностью слова, Г. Н. Воронцовой принижается, в чем выражается характерная для нее недооценка важности формальных критериев в языке» К Перифрастические обороты типа give a smile и take a look 2, оборот put to shame (ср. put to death, to execution, to flight, to rout, to silence) и обороты come to grief (cp. come to age, come to blows, come to harm) образуются по ограниченной структурно-семантической модели, и глагол в них имеет узуально связанное значение. Что касается сочетания fall in love, то компонент fall in, образное значение которого крайне ослаблено, сочетается только со словом love. Это заставляет относить его к переменно-устойчивым образованиям. Образный оборот fall (to pieces входит в систему фразеологических единиц come (или go) to pieces и сам является фразеологической единицей, так как значение его переосмыслено, и он не образован по структурно-семантической модели. Это же справедливо и в отношении сочетания come to light. § 90. К категории переменно-устойчивых образований относятся также обороты типа to be... off, on the,.°. side, be a... hand at something, cut a... figure, do the... act, 'Л. С. Бархударов. О книге Г. Н. Воронцовой. Очерки по грамматике английского языка. «Иностранные языки в школе». Тематический сборник. Вып. II, М., 1963. 2 Образования этого типа хорошо изучены. А. В. К у м а ч е в а. Английские фразеологические глагольные сочетания, имеющие эквиваленты — однословный глагол. Канд. дисс. Л., 1953. Г. В. Бушина. Фразовый глагол в современном английском языке. Канд. дисс. Киев, 1954. М. П. Мещерякова. Стилистическое использование устойчивых словосочетаний типа to give a laugh в современном английском языке. Труды Свердловского пед. института. Сб. «Вопросы теории и методики преподавания иностранных языков». Свердловск, 19G0. Н. Л. Семенец. Некоторые пути образования глагольных фразеологических единиц в английском языке. Канд. дисс. М.. 1963. 233
...one's head off и др.1. Особенность этих оборотов, за исключением cut a... figure, заключается в том, что при наличии устойчивых опорных семантем они вводятся в речь только при вклинивании переменного компонента, т. е. являются своеобразными синтаксическими фразео- схемами2. В последнем примере переменный глагол стоит в начале оборота. Приводим примеры, иллюстрирующие употребление первых двух оборотов. Число переменных компонентов варьируется в зави-* симости от того или иного оборота. Так, to be... off допускает вклинивание следующих слов: to be badly off (to be worse off), to be comfortably off, to be poorly off, to be well off (to be better off). He wa.s a fine upstanding fellow and he was not at all badly off. (W. S. Maugham, The Complete Short Stories, vol. I, Louise.) "It's been a whole year now since you said we was going home, and we're still here, worse off than ever...', (E. Caldwell, Tragic Ground, ch. VIII.) And you're very comfortably off. You get a nice salary. (A. J. Cronin, The Green Years, Book Three, ch. 3.) That Scroggs boy... was about as poorly off and as ignorant as most colored people. (W. E. B. Du Bois, The Ordeal of Mansart, ch. VIII.) He was well off. He was as well off as Alfred, who could not have above six hundred a year, all told. (D. H. Lawrence, The Rainbow, t ch. III.) 1 «Лексические единства на расстоянии»* (по характеристике Бругмана). В. В. Виноградов. Основные понятия русской фразеологии как лингвистической дисциплины. «Труды юбилейной научной сессии ЛГУ (1819—1944)». «Секция филолог, наук». Л., 1946, стр. 59. 2 Термин Д. Н. Шмелева. О «связанных» синтаксических конструкциях в русском языке. «Вопросы языкознания», I960, № 5. 234
Cliff: Why the hell she married you, I'll never know. Jimmy: You think she'd have been better off with you? Cliff: I'm not her. type. (J. Osborne, Look Back in Anger, act I.) Реже встречается прилагательное в превосходной степени. ... Mr. Oakroyd, to his gratified surprise, was awarded the old sofa in the corner. "You're best off there, Mister", said Nobby earnestly, "and you're entitled to it as a sportsman." (J. B. Priestley. The Good Companions, Book One, ch. IV, U). Scotland are in some ways worst off of all, for after they play Northern Ireland on ^November 9 they must sit and twiddle their thumbs until the England game on April 15. (Daily Worker, Oct. 28, I960.. В просторечии встречается вклинивание прилагательного bad. "They ripped all the muscles attaching his shoulder blade", the doctor savs, "and he is bad off". (A. Maltz, The Way Things Are, A Letter From the Country.) В состав оборота on the... side также вклиниваются прилагательные, причем самые разнообразные. His hands were on the large side... (W. S. Maugham, The Complete Short Stories, vol. II, Lord Mountdrago.) R о 11 о (gallantly): Some gentlemen prefer ladies to be on the plump side, you know. (N. Coward, Pacific, 1860, act II, sc. I.) "I thought it would be natural if you went for someone like Crawford on the scientific side". (C. P. Snow, The Masters, part one, ch. 5.) 235
The new elevator boy was sort of on the stupid slide. (J. Salinger, The Catcher in the Rye, ch. XXI.) В нашем распоряжении имеются также примеры с прилагательными academic, bossy, cautious, cold, exporting, fantastic, gloomy, hot, intellectual', light, long, losing,, merry, negative, noisy, optimistic, podgy, quiet, sentimental1, short, sickly, simple, skinny, slangy, small, (smallish), stingy, stout, surly, tall, thin, vanishing, weak, winning, young и др. Возможно вклинивание прилагательных в сравнительной' степени и существительных в атрибутивной функции, наречия и причастия И в атрибутивной функции: heavier, more pacific, highly strung, examination и др. Be a ... hand at something допускает вклинивание прилагательных bad и poor в отрицательном смысле (не уметь делать что-нибудь, не иметь успеха в чем-либо) и прилагательных crack, fine, good, /great, old, rare в положительном смысле (быть искусным в чем-либо, набить руку на чем-либо) К В обороте to do the... act характер действия определяется прилагательным, стоящим перед словом act (например, do the handsome act—поступать великодушно). Оборот ... one's head off вводится в речь переменным глаголом (argue, bark, chatter, cheer, eat,, giggle, grin, howl, laugh, lie (лгать), roar, scream, shout, sing, snore, sleep, talk, work, worry, yawn, yell и др.). Cut... a figure допускает вклинивание прилагательных fine (good, great и др.) в значении играть важную (видную) роль; занимать видное положение и прилагательных little (poor, ridiculous и др.) в значении играть незначительную (жалкую, смешную и т. д.) роль. Особенность этого оборота, отличающая его от других приведенных выше, заключается в том, что в обоих значениях он может употребляться и без вклинивания переменных элементов2. Приведенные нами примеры показывают, что имеются все основания для отнесения подобных словосочетаний к категории переменно-устойчивых. 1 Примеры см. в Англо-русском фразеологическом словаре (Н-276 и Н-277). I2 Там же, F-483. 236
§ 91. В редких случаях при образовании структурных синонимов не сохраняется лексический инвариант. Подобные обороты вследствие относительной неустойчивости их лексического состава не могут рассматриваться как фразеологизмы и скорее являются различающимися по своей образности синонимичными переменно-устойчивыми образованиями, но очень близкими к фразеологическим единицам. Сравним два ряда подобных синонимов: 1) (as) black as night (midnight, pitch, my (или your) hat) и 2) (as) dark as night (midnight или pitch) — совершенно темно, ни зги не видно, хоть глаз выколи. (as) black a.s night; (as) dark as pitch; (as) black as my (или your) hat; (as) dark as night; (as) black as pitch; (as) dark as midnight. Nobody knew he was in this damned wood. And in a quarter of an hour it would bejblack as your hat! He must get on and out! (J. Galsworthy, Caravan, Timber.) "It is as dark as pitch," said Jude "Give me your hand, and I'll lead you." (Th. Hardy. Jude the Obscure, part VI, ch. VI.) Другими примерами являются: crook (или lift) the elbow (или the little finger) напиться, наклюкаться, tip (или turn) the balance (beam, scale или scales) решить исход дела, оказаться решающим фактором, склонить чашу весов и некоторые другие. Раздел 3 УСТОЙЧИВЫЕ СОЧЕТАНИЯ СЛОВ С НЕПЕРЕОСМЫСЛЕННЫМ ЗНАЧЕНИЕМ § 92. Можно выделить два типа устойчивых сочетаний слов с непереосмысленным значением: 1) устойчивые обороты с буквальным значением компонентов, являющиеся немоделированными оборотами или оборотами, образованными по ограниченной структурно-семантической модели. 237
2) устойчивые немоделированные сочетания слов с прибавочно-уточнительным значением. А. Устойчивые обороты с буквальным значением компонентов К, промежуточным образованиям относятся также устойчивые обороты с буквальным значением компонентов и с единичной сочетаемостью одного из них. К примерам, приведенным Н. Н. Амосовой, можно добавить следующие: divulge a secret разглашать тайну, political economy политическая экономия. С точки зрения причины, обусловившей единичную сочетаемость, можно выделить четыре группы оборотов: 1) узость значения компонента с единичной сочетаемостью, могущего относиться только к одному денотату: artesian well; 2) наличие узуально связанного значения: consuetudinary law; 3) сужение сочетаемости до единичной: divulge a secret. Глагол divulge первоначально сочетался с рядом существительных, а лишь позднее у него развилось узуально связанное значение; 4) калькирование: political economy (с франц. ёсо- nomie politique). Благодаря единичной сочетаемости возникает более тесная спаянность компонентов. § 93. Н. Н. Амосова подчеркивала, что «в отличие от простой повторяемости переменных сочетаний устойчивость является результатом действия не только внеязы- кового фактора (повторяемости предмета речи, совпадения речевых ситуаций), но одновременной внутриязыкового — речевого узуса... Речевой узус (речевой обычай) превращает такие сочетания в некие фразовые штампы»1. Мы хотели бы привести примеры подобных штампов, зафиксированных в словаре Партриджа 2 наряду с фразеологическими единицами: again and again, all sorts and conditions of men, the beginning of the end, be conspicuous by one's (или its) absence, damn with faint 1 H. H. Амосова. Книга, стр. 103. 2 E. Partridge. Dictionary of Cliches. London, Routledge and Kegan Paul, I960. 238
praise, the idle rich, now or never, over and over again, raze to the ground, safe and sound, see with one's own eyes, smack one's lips, so to say (so to speak), sooner or later, takq it or leave it! и некоторые другие. Характерной чертой этих оборотов является не только заштампо- ванность, но и единичность. Они не образованы даже по ограниченной структурно-семантической модели. Это сближает их с фразеологическими единицами, отсутствие же семантического преобразования — с переменными сочетаниями. Это справедливо и в отношении описательных наименований с фиксированной номинацией типа chest of drawers, coat of main (кольчуга), letters to the editor, magnifying glass, white bearl и др. Однако существуют описательные наименования, образованные по ограниченной структурно-семантической модели. Они могут быть только оборотами с узуально связанным значением: the policy of peace (=peacapolicy), the policy of strength (= the positions-of-strength policy), the policy of rearmament (rearmament policy). Ho the policy of aggression, а не aggression policy. § 94. К группе устойчивых описательных наименований тесно примыкают обороты с терминологическим значением. Технические термины: hydraulic brake гидравлический тормоз, measuring instrument измерительный прибор, reinforced concrete железобетон, structural iron сортовое железо, thermal efficiency полезная отдача тепла и многие другие. Военные термины: heavy armament тяжелое вооружение, high-level bomber высотный бомбардировщик, light artillery легкая артиллерия и др. Примерами оборотов, образованных по ограниченной структурно-семантической модели, могут служить: Var of aggression агрессивная война, war of annihilation (или extermination) война на уничтожение (при невозможности war of destruction), war of attrition (или starvation) война на истощение, war of movement маневренная вой- См. стр. 292 данной книги. 239
на, war of position позиционная война, war of siege no- зиционная война и некоторые другие. Мы привели лишь отдельные примеры. В любой отрасли науки и техники можно найти большое число подобных переменно-устойчивых терминологических образований. Подо.бные термины в результате метафорического переосмысления часто становятся фразеологическими единицами ], например, cut the painter мор. обрубить канат; перен. порвать связь, отделиться, отложиться от метрополии [painter в данном обороте значит фалинь (веревка, которой шлюпка привязывается к пристани или судну)]. § 95. К оборотам с буквальным значением относятся также предложно-именные образования типа in brief вкратце, in common заодно, in confidence конфиденциально, no секрету, in earnest всерьез, in full полностью, in general вообще, in particular в частности, in short короче говоря, in vain напрасно и др. Подобные обороты всегда пишутся раздельно. Для предложно-именных образований типа at least характерна графическая раздельнооформленность и вариантная раздельноофсрмленность: at best—at the best; at farthest—at the farthest; at least—at the least; at most — at the most; at worst — at the wTorst. Как совершенно правильно отмечает Н. Н. Амосова, предлог in в подобных оборотах, приобрел типовое значение таким-то образом, на такой-то манер, а предлог at типовое значение в такой-то мере, степени. Таким образом, подобные обороты созданы по ограниченной структурно-семантической модели. Сочетание указанных признаков раздельнооформленности с образованием по структурно-семантической модели дает основание отнести подобные словесные группы к переменно-устойчивым образованиям. Н. Н. Амосова указывает, что своеобразие этих оборотов, которые она называет стилистико-грамматически- ми конструкциями, заключается в том, что их нельзя признать ни моделированными, ни изолированными. Мо- 1 См. Логан П., Смит. Фразеология английского языка. М., 1959. 240
делированными они не являются, ибо круг их ограничен. По соответствующей им формуле свободно не организуются сочетания любого прилагательного с предлогом. Так, говорится in short, in full и т. п., но нельзя сказать in gootf по-хорошему, in childish по-детски, in little понемножку, in young по-молодому и т. п. С другой стороны, полного обособления данных сочетаний также нет. Они выстраиваются в определенный ряд или отдельные ряды (если исходить из повторяемости предлога), каждый из которых отмечен определенным общим типовым значением К С такой характеристикой данных оборотов трудно согласиться. Тот факт, что круг их ограничен, что по соответствующей им формуле свободно не организуются сочетания любого прилагательного с предлогом, отнюдь не означает, что данные обороты не являются моделированными, а указывает лишь на их образование по ограниченной структурно-семантической модели. Значение предлога, в подобных оборотах является узуально связанным, так как ограниченная сочетаемость связана с традицией-словоупотребления, а отнюдь не с узостью значения предлога. § 96. К данной группе относятся и типовые конструкции a gentleman of. .. (fortune, industry, quality и т. п.), a man of... (action, character, courage, honour, means, peace, property, science и т. п.), a matter of... (dispute, life and death, prudence, regret, taste и т. п.), a woman of... (fashion, honour, quality). Все эти обороты являются традиционными образованиями с фиксированной номинацией. Одни из них имеют трансформ в виде переменного сочетания (a man of honour = an honourable man, a woman of fashion = a fashionable woman и др.), другие же таких трансформов не имеют (a man of science, a matter of itaste и др.). § 97. Оборотами с буквальным значением компонентов могут быть не только устойчивые словосочетания, но и устойчивые предложения. Например, имеется большая группа пословиц с буквальным значением компонентов. Приводим несколько распространенных пословиц этого типа: all is well that ends well, appearances are deceptive, 1 H. H. Амосова. Книга, стр. 129. 241
better late than never, be slow to promise and quick to perform, live #t\d learn, first think then speak и др. Подобные пословицы нельзя считать фразеологическими единицами, так как у них нет полного или частичного переосмысления компонентов, хотя они и являются выражением народной мудрости, и их значение носит обобщающий характер. § 98. Б. УСТОЙЧИВЫЕ СОЧЕТАНИЯ СЛОВ С ПРИБАВОЧНО-УТОЧНИТЕЛЬНЫМ ЗНАЧЕНИЕМ КОМПОНЕНТОВ К устойчивым словосочетаниям нефразеологического характера относятся и обороты с прибавочно-уточни- тельным значением, возникающие в переменных и переменно-устойчивых оборотах с буквальным значением компонентов. Прибавочно-уточнительное значение уточняет буквальное значение компонентов переменного или переменно-устойчивого словосочетания, например, to touch one's cap — переменное словосочетание, означающее дотронуться до своей фуражки. Его прибавочное значение — приветствовать кого-либо, прикоснувшись пальцами (или рукой) к козырьку фуражки, как видно из следующего примера: ... you could be sure of being kept on for as long as you worked like a slave and touched your cap to the gaffers every time you passed. (A. Sillitoe, Key to the Door, ch. 18.) Прибавочно-уточнительное значение отличается от целостного или частично образного тем, что оно: 1) возникает в необразных словесных группах и 2) появляется не в результате переосмысления всего оборота или его части, а в результате уточнения буквального значения оборота, причем буквальное значение компонентов входит составной частью в прибавочно-уточнительное знание оборота в целом. Прибавочно-уточнительное значение является более узким по сравнению с буквальным значением компонентов соответствующего переменного словосочетания, на- 2Ц2
пример, raise one's eyebrows — поднять брови (переменное словосочетание) и raise one's eyebrows — удивленно поднять брови (словосочетание с прибавочно-уточни- тельным значением). Поскольку в подобных оборотах отсутствует переосмысление значения, мы, в отличие от других исследователей \ не относим их к фразеологизмам. >Другими примерами могут служить следующие обороты: another place — парл. другая палата (палата общин или палата лордов; значение оборота зависит от того, в какой палате употребляется оборот). As you probably know, our own Chamber in Westminster has been destroyed and we now meet in what was formerly "another place." (From Mr. Eden's Speech in the Canadian Parliament, The Times, April 2, il943.) black cap—судейская шапочка, надеваемая судьей при вынесении смертного приговора The jury returned... The judge assumed the black cap, and the prisoner still stood with the same air and gesture. (Ch. Dickens, Oliver Twist, ch. LII.) in a hurry — охотно, легко (употребляется в отрицательных предложениях), "Here's something from a beggar you won't forget in a hurry." (S. Bellow, Dangling Man, December 26.) Раздел 4 § 99. ФРАЗЕОЛОГИЗОВАННЫЕ ОБРАЗОВАНИЯ К фразеологизованным образованиям относятся обороты, обладающие как чертами фразеологических еди- 1 Л. И. Ройзензон, И. В. Абрамец. Совмещенная омонимия в <;фере фразеологии. «Вопросы языкознания», И969, № 2. 243
ниц, та-к и сложных слов. Можно выделить несколько типов подобиях образований. Глагольные обороты типа give in, .make up, take on. У лингвистов нет единого мнения о природе этих образований, которые определяются как слова («составные глаголы», «глаголы с постпозитивной приставкой»), как фразеологические единицы и как промежуточное явление между словом и словосочетанием. Различная трактовка этих образований связана с различным пониманием природы постпозитивного элемента, которая еще не получила общепринятого истолкования. Не претендуя на окончательное решение этого вопроса, мы все же считаем необходимым высказать свое мнение, почему мы не считаем глаголы с постпозитивными элементами фразеологическими единицами. Постпозитивный элемент часто называют послелогом К В лингвистической литературе этот термин неоднократно подвергался критике2. Послелог — формант, соответствующий по функции предлогу, но употребляющийся после слова 3. Г. Н. Воронцова вполне правомерно применяет этот термин к форманту -'s для выражения притяжательно- сти4. Поэтому использование термина «послелог» для 1 Б. А, Ильи ш. Современный английский язык. 2-е изд. М., 1948, стр. 245 и ел. В. Н. Ярцева. О двух приглагольных дополнениях. «Иностранные языки в школе», 1948, № 3, стр. 10. И. Е. Аничков. Английские адвербиальные послелоги. Докт. дисс. М., 1947. В. Н. Ж и г а д л о, И. П. Иванова, Л. Л. И о ф и к. Современный английский язык. М., 1956, стр. 16. А. А. К е р л и н й М. Д. К у з н е ц. Составные глаголы в современном английском языке. М., 1959, стр. 7 и ел. 2Ю. А. Жлуктенко. О так называемых «сложных глаголах» типа stand up в современном английском языке, «Вопросы языкознания», 1954, № 5, стр. И08. Е. Ф. Вор но, М. А. Кащеева, Е. В. М а л и ш е в с к а я, И. А. Потапова. Лексикология английского языка. Л., 1955, стр. 77. Н. Н. Амосова. Книга, стр. 133. 3 Так употребляется этот термин, например, в книге И. И. М е- щ а н и н о в а. Члены предложения и части речи. М.—Л., 1945, стр. 310. 4 Г. Н. В о р о н ц о в а. Об именном форманте -'s в современном английском языке. «Иностранные языки в школе», 1948, № 3, 4. Г. Н. Воронцова. Очерки па грамматике английского языка. М., 1960, стр. 183. 244
обозначения постпозитивного элемента является неудачным, так как создает ненужную терминологическую омонимию. Целесообразнее пользоваться термином «постпозитивный элемент» или, сокращенно, как предложила Н. Н. Амосова, — «постпозитив». Некоторые исследователи рассматривают постпозитивы как «предлоги, превращающиеся в наречия» }у «предлогообразные наречия» 2Г «предложные наречия»3, просто наречия4 и постпозитивные глагольные приставки 5. Однако наречия — качественно совершенно другая категория. Смешение постпозитивных элементов с наречиями вызывает заслуженную критику в ряде работ6. Одно из важнейших различий между наречиями и постпозитивами заключается в том, что наречия — полно- 1 О. С. Ахманова. О семантической классификации предлогов. «Доклады и сообщения филологического факультета МГУ». Вып. пятый. М., 1948, стр. 39. 2 Явный перевод английского preposition-like adverbs. Там же„ стр. 40. 3 А. И. С м и р н и ц к и й. Лексикология английского языка. М., 1956, стр. 214. B. Н. М а к е е н к о. Сочетания глаголов с предложными наречиями в современном английском языке. Канд. дисс, М., 1959, стр. 99. 4 С. Б. Б е р л и з о н. Глагольно-наречные сочетания и их роль в обогащении словарного состава современного английского языка. Канд. дисс, М., 1954. C. Б. Б е р л и з о н. Устойчивость формы глагольно-наречных фразеологических единиц и случаи ее нарушения. «Сб. статей по- германской филологии». Кафедра иностранных языков. Магнитогорск, 1959. 5 В. А. Богородицкий. Введение в изучение современных романских и германских языков. М., 1953, стр. 102—103. Глагольные единицы типа stand upj рассматриваются как глаголы с постпозиционными префиксами. Ю. А. Ж л у к т е н к о. Постпозитивные глагольные приставки в современном английском языке. Канд. дисс, Киев, 1953. Ю. А. Ж л у к т е н к о. Степень подвижности второго компонента английских глагольных единиц типа stand up. Сб. «Вопросы теории английского языка». Киев, 1958. Ю. А. Ж л у к т е н к о. Взаимосвязи современных английских, постпозитивных приставок (послелогов) с наречиями и предлогами. Там же. 6 Ю. А. Жлуктенко. О так называемых «сложных глаголах» типа stand up в современном английском языке. «Вопросы^ языкознания», 1954, № 5, стр. 105. А. А. Керлин и М. Д. Кузнец. Указ. соч., стр. 8. Н. Н. Амосова. Книга, стр. 134. 245-
значные члены предложения; постпозитивы не имеют самостоятельного лексического значения и не являются членами предложения. Предлогами постпозитивы также не являются, так как они не выражают отношений между членами предложения. Таким образом, постпозитивы не являются ни наречиями, ни предлогами, а лишь их омонимами. Рассмотрение их А. И. Смирницким как предложных наречий противоречит взглядам самого А. И. Смирниц- кого, который, сопоставляя love любовь и love любить, решительно высказался против того, чтобы считать их одним словом, но с различными функциями: «Тогда получится, что частями речи в английском языке могут быть не слова, а некоторые совокупности форм в пределах одного слова, т. е. слова могут не быть определенными частями речи, а изменяться по частям речи... получится, что в английском языке различение частей речи в принципе не связано с различением слов... тогда вообще нельзя говорить о частях речи в английском языке как об определенных грамматических классах слов, как о словах того или иного из этих классов. Тогда следовало бы говорить лишь о субстантивных, глагольных, адъективных и прочих формах1 отдельных слов»1. Приводя это известное высказывание, Ю. А. Жлуктенко замечает: «Эти совершенно справедливые замечания являются, по нашему мнению, самым неотразимым опровержением существования „гибридной категории предложных наречий", выдвинутой самим же А. И. Смирницким» 2. Ю. А. Жлуктенко прав, когда выступает против идеи гибридных образований, как имеющих, так и не имеющих парадигмы, против способности одного и того же элемента выступать в двух различных функциях. Таким образом, отпадает и трактовка постпозитивов как предложных наречий. Не может быть предложным наречием то, что не имеет характерных черт ни предлога, ни наречия. 1 А. И. Смирницкий. Так называемая конверсия и чередование звуков в английском языке. «Иностранные языки в школе». 1953, № 5, стр. 22—23. 2 Ю. А. Жлуктенко. Указ. статья в журнале «Вопросы языкознания», стр. 107. .246
§ 100. Н. Н. Амосова выделяет различные типы глагольных образований с постпозитивами и считает фразеологическими единицами только некоторые из них 1. Н. Н. Амосова выделяет три значения постпозитивов: 1) направительное (come back, go away, look down,, glance up и др.); 2) видовое (sit down, stand up, speak out и др.); 3) усилительное (end up, hush up, fix up, lay down, talk away, laugh away и др.). Выделение этих трех значений постпозитивов вполне оправдано. Все подобные сочетания глаголов с постпозитивами Н. Н. Амосова считает «безусловно переменными. Они допускают множество вариаций, фактически неподдающихся количественному подсчету». Подобную точку зрения нельзя считать обоснованной. Среди перечисленных образований имеются как устойчивые, так к переменные. Глагольные образования типа sit down, stand up, speak out, write down, fix up и др. являются устойчивыми, хотя и не фразеологическими образованиями. Они регистрируются английскими словарями как устойчивые образования. Глагольные же сочетания типа smoke away или talk away являются переменными. Они еще не стали устойчивыми, видимо, из-за их более редкого употребления, и словарями не фиксируются. «Те из глагольно- постпозитивных сочетаний, которые обладают фиксированным составом компонентов и целостным значением, представляют собой фразеологические единицы» (стр. 132). Фразеологическими единицами Н. Н. Амосова считает глагольные сочетания, которые Ю. А. Жлук- тенко в статье, опубликованной в журнале «Вопросы языкознания», относит к четвертой группе .(стр. 112) и: рассматривает как простые слова, поскольку «постпозитивная приставка потеряла свое функциональное значение», Отнесение оборотов типа bear out, come off, give in, take in и др. к фразеологическим единицам наталкивается на ряд трудностей. Н. Н. Амосова, рассматривая их как фразеологические единицы, исходит, как мы уже отмечали, из фик- 1 Н. Н. Амосова. Книга, стр. 131—135. 247
сированного состава их компонентов и присущего им целостного значения. Это верно. Они обладают и тем, и другим. Но чем же все-таки является постпозитив? От решения этого вопроса в конечном счете зависит та или иная трактовка глаголов с постпозитивом. Н. Н. Амосова выдвинула интересную мысль о том, что постпозитивы являются служебными словами особого рода. Их функция—средство направительного, видового и усилительного уточнения значения глагола — и составляет их значение и их языковое назначение. Н. Н. Амосова в подтверждение своей мысли, с которой мы сов.ершенно согласны, ссылается на В. В. Виноградова, который называет служебными частями речи (или, по его терминологии, «частицами речи») «классы таких слов, которые обычно не имеют вполне самостоятельного реального или материального значения, а вносят главным образом дополнительные оттенки в значения других слов, групп слов, предложений или же служат для выражения разного рода грамматических (а, следовательно, и лексических и экспрессивных) отношений» *. Н. Н. Амосова добавляет, что «будучи служебными словами постпозитивы находятся в одном ряду с предлогами, союзами, частицами, артиклями, отличаясь от них всех своими функциями и сочетаемостью. Поэтому сочетание глагола с постпозитивом по структуре является одновершинным»2. Н. Н. Амосова идет дальше В. В. Виноградова, справедливо утверждая, что постпозитивы не имеют самостоятельного лексического значения. Тем не менее предложенная Н. Н. Амосовой трактовка глаголов с постпозитивами вызывает возражения. Мы считаем, что о постпозитиве можно говорить только в глагольных сочетаниях с направительным, видовым и усилительным значением. Природа этих образований, установленная Н. Н. Амосовой, не вызывает у нас сомнений, если не считать единственного возражения о безоговорочном отнесении их к переменным сочетаниям. Н. Н. Амосова доказала, что данные глагольные образования являются сочетаниями слов, а не словами. 1 В. В. Виноградов. Русский язык. М, 1947, стр. 6G3. 2 Н. Н. Амосова. Книга, стр. 134. -248
Что же касается отнесения сочетаний типа give inr take in и др. к фразеологическим единицам, то это Н. Н. Амосовой доказать не удалось. Предложенная Н. Н. Амосовой трактовка этих глагольных сочетаний вызывает возражения. § 101. Отнесение второго компонента этих глагольных образований к постпозитивам неправомерно, так как они качественно отличны от постпозитивов. Дело не только в том, что собственное значение глагола ослаблено, иногда даже до степени семантической изоляции, и что «постпозитив» не выполняет никакой уточняющей функции и потому тоже семантически ослаблен. При решении вопроса, чем является второй компонент рассматриваемых глагольных образований, следует считаться со следующими фактами: а) Частицы всегда образуют структурно-семантические ряды. Именно это имел в виду И. И. Мещанинов, когда подчеркивал, говоря о частице ли: «ТаьГая частица близка к аффиксу. Все. же, придавая смысловой оттенок колебания связанному с ним слову, она сохраняет за собой этот оттенок, общий для каждого слова, к которому она присоединяется» ], и далее: «Все указанные частицы имеют свое постоянное значение, но не самостоятельного слова, а семантического оттенка, используемого в синтаксических построениях» (стр. 314). Сравним следующие ряды: very cold, very hot, very dull, very interesting, very simple, very difficult и т. п. Все эти переменные сочетания слов образованы по; определенной структурно-семантической модели—«частица very+при- лагательное». Частица very во всех этих построениях имеет типовое значение усиления. Наличие этого типового значения является характерным признаком любой частицы. Возьмем ряд, образованный вторым элементом глагольных образований, который Н. Н. Амосова называет постпозитивом: give in — уступать, сдаваться, set in — наступать, take in — обманывать и т. п. In не усиливает и не уточняет значения глагола, а превращает его в совершенно другой глагол. Глаголы с in не образованы по 1 И. И. Мещанинов. Члены предложения и части речи. М.—Л., 1945, стр. 310. 249
структурно-семантической модели. Следовательно, десе- мантизированное in не обладает типовым значением и не является частицей. б) Ввиду семантической недостаточности частиц, общей закономерностью английского и русского языков является невозможность образования фразеологических единиц путем сочетания частицы с одним знаменательным словом. Такие случаи возможны в редких случаях только путем присоединения отрицательной частицы к знаменательному слову, например, не дело. Ср. многочисленные образования «частица -f- предлог + знаменательное слово» (не в меру, не с руки, не в ладах, не по сердцу, не по душе, не за горами, не на шутку и др.). В английском языке наблюдается аналогичное явление. Ср.: no end, no go и некоторые другие. В английском языке нет фразеологических единиц, за исключением указанных выше, образованных по модели «частица +' знаменательное слово» или «знаменательное слово + частица». В этом легко убедиться, если проверить употребление частиц в английском языке. Они делятся на 1: 1) частицы усиления: even, the, }ust, simply, very, too и др.; 2) уточнения: exactly, precisely и др.; 3) ограничения: only, merely, alone, almost, nearly, scarcely* hardly; 4) отрицания: not, no. Если частицы не образуют фразеологических единиц, нет оснований думать, что постпозитив способен выполнить эту функцию. § 102. Итогом нашего обсуждения вопроса является вывод, что второй элемент в образованиях типа give in, give up, take in и, др. не является словом ни знаменательным, ни служебным. По этой причине указанные глагольные образования не являются фразеологическими единицами, так как фразеологическая единица состоит из потенциальных слов или лексем. Второй элемент подобных глагольйых образований не морфема, так как не является частью знаменатель- 1 Л. С. Бархударов, Д. А. Штелинг. Грамматика английского языка. М., I960, стр. 266—267. 250
ного слова. Таким образом, в английском языке возник* ло новое лингвистическое явление, не укладывающееся в рамки традиционных категорий. Этот элемент занимает промежуточное место между словом и морфемой. Некоторые его черты свойственны слову, другие же — морфеме. Глагольным комплексам свойственна раздельнооформленность (изменение первого компонента, регулярные вклинивания слов во многие комплексы), равномерное ударение, т. е. признаки словосочетания, а словосочетание потому так и называется, что состоит из слов. Второй элемент обладает и чертами морфемы: не обладая типовым лексическим значением, он употребляется в фиксированных глагольных образованиях, полностью меняя значение первого компонента. Второй элемент не может быть словом, даже потенциальным, так как он не обладает минимумом выделяемое™ в потоке речи 1. Он напоминает суффиксальные морфемы в составе опрощенных сложных слов, чем принципиально отличается от компонентов фразеологических сращений. Таким образом, второй элемент рассматриваемых глагольных комплексов является промежуточным образованием между словом и суффиксальной морфемой, своего рода слово-морфемным элементом2. Называя второй компонент слово-морфемным элементом, мы не считаем, что он может употребляться и как слово, и как морфема, а лишь как качественно иное промежуточное образование между ними. Мы не допускаем существования образований, являющихся одновременно и словами, и морфемами 3. Глагольным комплексам типа give in, make up, take on и т. п. свойственны устойчивость, немоделированность, раздельнооформленность и переосмысление значения 1 А. И. С м и р н и ц к и й. К вопросу о слове. (Проблема «отдельности слова»). Сб. «Вопросы теории и истории языка». М., ' 1952, стр. 1187—188. 2 См.: А. В. Кун ни. Основные понятия английской фразеологии как лингвистической дисциплины и создание англо-русского фразеологического словаря. Докт. дисс. М., 1964', гл. III, IV, стр. 1088—1089. 3 Противоположную точку зрения см. в статье Л. С. Бархударова. К вопросу о служебных словах. «Иностранные языки в школе», 1965, № 6. 251
компонентов, т. е. признаки фразеологической единицы, но так как второй элемент является не словом, а промежуточным образованием между словом и морфемой, то и все образование является промежуточным между фразеологической единицей и сложным глаголом и обладает устойчивостью нефразеологического характера. Таким образом, для рассматриваемых глагольных комплексов характерно преобладание черт фразеологической единицы, вследствие чего данные образования находятся на периферии фразеологического состава языка. § 103. Обороты, внешне напоминающие фразеологические единицы, по мнению некоторых лингвистов находятся на пути перехода в сложные слова, в том случае, если им свойственно словопроизводство. Действительно, фразеологическим единицам словопроизводство несвойственно. Для них типична способность к образованию простых слов, сложных слов и фразеологических единиц. Г. Пауль первым отметил, что образование производных слов от переменных словосочетаний — показатель того, что эти словосочетания значительно продвинулись на лути своего превращения в сложные слова К Шарль Балли занимал в этом вопросе противоположную позицию 2 и выдвигал в качестве критерия фра- зеологичности также наличие производных слов, утверждая, что существование слова bonhomie добродушие уже само по себе доказывает, что bonhomme добряк, простак является фразеологическим единством. Таким же способом доказывается фразеологичность оборота je m'en fiche мне наплевать и bien publique общественное благо наличием производных от них — jemenfichisme наплевательское отношение и bienpubliquard политический деятель, демагогически пекущийся об общественном благе. Обращает на себя внимание, что Балли ставит на одну доску слово bonhomme и фразеологизм je m'en fiche, т. е. в соответствии со своими взглядами- не принимает во внимание структуру изучаемого явления 3. 1 Г. Пауль. Принципы истории языка. М., 1960, § 229, стр. 392. 2 Ш. Балли. Французская стилистика. М., 1961, гл. II, § 98. 3 А. В. К У н и н. Теория фразеологии Шарля Балли. «Иностранные языки в школе», 1966, № 3. 252
Возможность образования подобных производных Н. М. Эльянова называет словообразовательной цельно- оформленностью и приводит следующие примеры, иллюстрирующие это явление: bread-and-butterish; free-and-easiness; high-and-might- iness; hole and cornerism; rank and filer \ H, M. Эльянова рассматривает только парные образования, но аналогичное явление наблюдается и в образованиях других типов, например: boon-comipanionship; dog-in-the-mangerism; John-Bullish, John-Bullism, John-Bullist; matter-of-factness; Miss Mollyism, Miss Nancyisiti; rule of thumbtte; smart-alecky; stuffed-shirtism и др. Приводим несколько примеров: boon companion (также boon-companion) — веселый собутыльник All the resources of boon companionship. (B. Disraeli, Coningsby, part I,*ch. V, О. Е. D.) dog in the manger — собака на сене ... he felt deeply that it was pure dog-in-the- mangerism of the cottagers, and this he could not stand. '(J. Galsworthv, The Country House, part III, ch. VII.) John Bull — Джон Буль (насмешливое прозвище англичан. Впервые употребляется в сатирическом памфлете придворного врача Д. Арбетнота «Тяжба без конца или история Джона Буля». 1712 г.) My,taste ha.s always been right English, and I -grow more John-Bullish every time I look into a newspaper. (R. Southey, Letter, O.E.D.) 1 H. M. Эльянова. О некоторых особенностях парных фразеологических единиц современного английского языка и их стилистической дифференциации. «Уч. зап. Ленинградского университета». № 253. «Серия филолог, наук». Вып. 45. «Вопросы лексикологии, стилистики и сопоставительного изучения языков». Л., 1959, стр. 102. 253
A finer sample of John-Bullism, you would rarely see. (О. E. D.) Anglo-maniacs от John-Bullists as they are popularly termed. (J. H. Newman. Lectures on the Present Position of Catholics in England,. p. 25, О. Е. D.) matter of fact (или matter-of-fact) — сухой, лишенный фантазии, прозаичный With becoming matter-of-factness, he added: "I have never pretended to be a deep thinker/' (Daily Worker, Febr. 24, 1962.) rule of thumb (или rule-of-thumb) — чисто эмпирическое правило, приближенный подсчет Machine haters. Sciences- haters. Rule of Thumbites to the bone. (H. G. Wells, Mr. Britling Sees It Through, book I, ch. I, § 6.) a smart aleck (амер.) — нахал, наглец, хлыщ What smart-alecky cynicism! (G. Marian, Stop the Press, part three, ch. 22.) stuffed shirt — чопорный, напыщенный человек The revolt was a .revolt against stuffed-shirt- ism, which had become stiffling. (The New Republic, Febr. 19, 1962.) Аналогичное явление свойственно образованиям, как целиком состоящим из имен собственных, так и образованиям, все знаменательные компоненты которых являются именами собственными. Joe Miller — плоская острота, старая шутка (по имени актера Джозефа Миллера, 1681 —1738, издавшего первый в Англии сборник шуток) "We must play critic now and then, otherwise we should have them deluging us with thein Joe Millerisms". (J. Meredith, The Egoist, ch. XXIX.) 254
Darby and Joan — старая преданная супружеская пара Daphne... sat by Edgar's side in a thoroughly Darby-and-Joanish manner. (M. Braddon, Asphodel, III, 0. E. D.) Возникает вопрос, что же доказывает способность к образованию производных слов? Является ли она одним из доказательств фразеологичности или сложнослов- ности? Крайние точки зрения в данном вопросе представляются нам неубедительными, а осторожность Г. Пауля вполне обоснованной. Способность к словопроизводству не может служить показателем фразеологичности, так как такой способностью также обладают слова и переменные сочетания слов. Способность к словопроизводству нельзя также считать абсолютным показателем словообразовательной цельнооформленности, так как многие образования, обладающие такой способностью, имеют явно выраженные показатели раздельнооформленности и являются переменными сочетаниями слов. Это известно со времени опубликования статьи академика И. И. Срезневского1. Возможность прибавления суффиксов к переменным словосочетаниям подчеркивается и зарубежными лингвистами 2. Примерами подобных образований могут служить: мало лет — малолетний, много лет — многолетний (ср. dark hair — dark-haired, left hand — left-handed, slow wit — slow-witted и др.)- Раздельнооформленность образований типа dark hair доказывается наличием степеней сравнения у прилагательного (darker hair, the darkest hair) наряду с возможностью вклинивания других слов между прилагательным и существительным (her dark beautiful hair, his dairk and curly hair и т. п.). Первый компонент словосочетания может вступать в синтаксические отношения с другими словами (fairly dark hair). Порядок слов в подобных образованиях не является устойчивым (her hair is dark). 1 И. Срезневский. Замечания об образовании слов из выражений. «Записки Императорской Академии Наук». Том 22, СПБ, 1873. 2 Например, A. Hill. Introduction to Linguistic Structure. 1958, ch. 8. "There are however some instances o! suffixes which are added to free phrases". 255
Таким образом, нет никаких оснований рассматривать переменные сочетания типа dark hair как сложные слова. Образование же сложного слова dark-haired доказывает, что суффикс может присоединяться не только к -основам, но и к переменным и устойчивым словосочетаниям (ср. the man I saw yesterday's book). Если исходить из того, что способность к словопроизводству является критерием словообразовательной цельнооформ- ленности во всех случаях, то придется образование сто чертей считать сложным словом (ср. осточертеть) у а образование сто один черт — переменным сочетанием, так как от него нельзя образовать сложного слова, хотя оба оборота обладают одинаковыми показателями раз- дельнооформленности. Способность к словопроизводству только тогда является показателем словообразовательной цельнооформ- ленности, когда то или иное образование не обладает показател